Մի կաթիլ մեղրը Телефильм по сказкам О.Туманяна. Сказка-притча о том,
как всего лишь из-за капли меда может разгореться кровопролитная война.
Все фразы и цитаты
КАПЛЯ МЁДА
Киракос простудился.
Слёг в постель.
Бредил и метался в жару.
Зачем ты столько масла ириса купил, а?!
Дура ты, дура!
Масленица на носу.
Жили-были два брата.
Один умный, другой глупый.
Зачем вы дрова руками рубите?
Топора у вас, что ли нет?
А что такое "топор"?
Вот так спокойно, не спеша,
и сот медовых не щадя,
взялись за мёд.
И за беседой невзначай,
пролили каплю через край.
Жил на свете бедный человек.
День и ночь трудился,
а выбраться из нужды никак не мог.
Жили-были два брата бедняка.
Если ты рассердишься до
того, как кукушка прокукует,
платишь мне тысячу рублей.
А если я рассержусь, с меня тысяча.
Договорились.
Ады был.
Уды.
Чады был.
Маты.
- Отец был.
- Да я.
На охоту пошли!
Вышла я замуж.
Родила сыночка.
- В шапочке пополз, назвала...
- Кирикос.
Братец топор!
Один человек отправился в
дальние страны на заработки.
И попал он в одно село.
Вдруг видит, в этом селе
люди дрова руками колют!
Эй, братцы!
Зачем это вы руками рубите?
Топора у вас, что ли нет?
А что такое "топор"?
Топор?
Достал он свой топор из-за пояса.
Разрубил дерево в одну секунду.
- Собрал дрова.
И сложил их в сторонке.
Как увидели это крестьяне,
разбежались по селу, и стали народ звать!
Эй, идите скорее сюда!
Он дерево разрубил!
Сюда! Сюда!
Братец, отдай нам этот топор.
Правильно.
- Топор вам отдать?
- Да.
Топор, да?
Топор отдать?
Долго уговаривали!
- Ну, отдай ты топор.
- Умоляли даже!
Много добра дали!
Всё отдаём! На!
Добро пожаловать, братик топор!
Доброго тебе здравия!
Приветствую!
Добро пожаловать, братик топор!
Где же ты раньше был?!
Да пусть не иссякнет сила твоя!
Благословляю тебя!
- Здравствуй, дорогой!
- Добро пожаловать!
Братик топор!
Староста, руби первым.
Опять!
Братцы!
Братцы, топор взбесился!
Ногу укусил!
Ногу укусил?!
Чего уставились?!
Отдубасьте его палками!
Отдубасьте его палками!
Чтоб неповадно было!
Я сейчас с ним расправлюсь!
Спокойно!
Поймали!
Поймали!
Постойте!
Пахнет палёным!
- Горит.
- Горит, горит!
О, я обжегся.
Он обжегся.
А-а-а-а-а-а!!!
Огонь потух?
Потух!
Эй, ты, посмотри, как там братец топор.
Братец топор разозлился и весь покраснел.
- Весь покраснел?!
- Да!
Правильно! Я так и знал!
Нам беды не миновать!
Не миновать!
Что же делать?!
Да!
Да!
Ха-ха-ха-ха!!!
Да!
Да!
Посадить его в тюрьму, и делу конец!
А?
Ага, правильно!
Лучше не придумать!
- Ты!
- Да!
Брось топор в мой амбар!
Глаз с него не своди!
А в амбаре сена полным полно.
Как бросили туда раскаленный
топор, так сено и загорелось.
О, что-то жарковато стало.
Горит.
- Амбар горит.
- Что?!
Гор-и-и-и-и-ит!!!
Горит амбар!
Скорее! Сюда!!!
- Сюда!!!
- Горит амбар!!!
Тушите! Тушите!
- Тушите! Тушите!
- Вот так! Вот так!
Брат, иди, забери свой топор.
Забери, пожалуйста!
Ну что, ногу укусил?
- Долго уговаривали!
- Просим! Просим!
- Умоляли даже.
- Умоляем! Умоляем!
Всякого добра дали.
На! На!
Забирай!
Ещё!
Забирай!
Постойте!
Жили-были два брата.
Один умный, другой глупый.
Умный брат всегда заставлял
глупого, делать тяжелую работу.
Да так его замучил,
что тот отчаявшись, однажды, говорит:
"Вот, братец,
не хочу больше жить с тобой.
Хочу жить раздельно.
Отдавай мою долю, я ухожу".
"Добро".
Говорит умный брат.
"Сегодня ты поведи скотину на водопой.
А когда пригонишь обратно, поделим.
Та скотина, которая войдёт в хлев - моя,
а которая не войдёт - твоя".
Согласен.
А на дворе в это время зима была.
Погнал глупый скотину на водопой.
Ого, и обратно.
Стужа, мороз, холод.
Продрогла скотина, замерзла.
И как только домой вернулась,
сразу в хлев греться зашла.
И остался на дворе один
паршивенький, "Апчхи", больной теленок.
Он глупому и достался.
Повязал глупый ему на шею верёвку.
И повёл продавать.
Пошли.
Зовёт, и покрикивает.
Не отставай, пошли.
Шёл глупый мимо старых развалин,
и всё звал телёнка.
Телёнок, быстрей!
И отзывались развалины эхом.
"Эй..."!
Это вы со мной говорите?
- Да?
- "Да"!
Телёнка вам продать?
"Продать..."
За сколько хотите взять?
"Пять..."
Сегодня заплатите или потом?
"Потом..."
Ну смотрите, я завтра приду.
"Приду..."
Оставил он телёнка развалинам,
раз уж покупатель нашёлся.
И довольный вернулся домой.
Получу я 5 рублей, дом построю из камней.
Эй...
И напиться, ведь, не грех.
Эх.
Набил в перину лёгкий пух.
Ух.
Ой, девицы-красавицы.
И...
Глупый встал на завтра с первыми петухами.
За деньгами идти пора.
А тёмной ночью голодные,
злые волки съели этого телёнка.
И остались от него рожки да ножки.
- Зарезали и съели?
- "...Ели...
- Вкусно или нет?
- "...Нет..."
Услышав такой ответ, глупый подумал,
что развалины не хотят платить ему деньги.
Знать ничего не хочу!
5 рублей отдавай!
"Ай..."
Рассердился глупый, и начал
со всей силой колотить палкой
по стенам старых развалин.
Вот вам!
Вот вам!
Вот вам!
Камни так и посыпались.
Развалины старые были.
А давным-давно в этих
развалинах клад был спрятан.
Сыпались камни под ноги глупого,
а с ними золото!
Давно бы так.
А зачем мне столько?
Чужого мне не надо.
Взял он свои 5 рублей, и вернулся домой.
"Ну что, продал телёнка"?
Сквозь смех спрашивает старший брат.
"Продал" - Отвечает
сквозь смех глупый брат.
- Кому?
- Развалинам!
Развалинам?
Деньги получил?
Да.
Ещё бы.
Я их так...!
Что они всё золото и выложили.
Золото выложили!
Братец!
Братец!
Что с тобой, братец?!
Вставай, братец!
- "Где этот клад?!"
- В четвёртый раз спрашиваем умный брат.
Не скажу!
Наберёшь полный мешок,
и взвалишь мне на спину!
Нет, не бойся, ты мне только место покажи.
А я для тебя новую одежду куплю.
Ведь ты у меня совсем голенький ходишь.
Поверил глупый брату, и
повёл его к развалинам.
Умный брат всё золото, конечно, собрал.
Взвалил на плечи глупому брату,
и велел отнести домой.
Богатым стал!
Но для глупого новой одежды так и не купил.
Киракос простудился.
Слёг в постель.
Бредил и метался в жару.
Братцы, пока он не
пропотеет - не поправится.
Давайте-ка мы ему баньку устроим.
Ага, мы тоже так думаем.
Другого выхода нет!
- Киракос!
- А...?
Да вот баньку хотим тебе устроить.
Что скажешь?
Боюсь, я не выдержу.
Ну, что ты, как маленький?
Не бойся!
Хорошо...
Вам виднее...
Принесите мне котёл с водой.
Да бросьте в огонь камней,
чтоб до красна накалились.
И начал дядя Нисо вспоминать,
кого же спасла каменная баня.
Матнас Танела.
Молодец.
- Матотас Татоса.
- Ура!!!
- Гадурян Степана!
- Браво!
- Пока вода закипала...
- Буль-буль-буль-буль!
Накалилисаь и камни.
Ну всё, пора за дело.
Братцы!
Страшно мне!
Ты помолчи!
Принесите-ка одеяло потолще!
А вы все идите со мной.
Закутали Киракоса и сели на него.
Вот помню, наш Авгар в
прошлом году так же простудился.
Чай на тысячелистнике
заварили, дали выпить.
Мазями всякими растёрли.
Компресс наложили.
Ничего не помогло.
Вот тут-то я и сказал:
"Ребята, давайте ему баньку устроим".
А-а-а-а....
Умираю!!!
- Ха-ха-ха-ха-ха!!!
- Ну так вот...
Разожгли мы костёр жаркий.
Взяли у бабки котёл, что с подбитым краем,
поставили его на огонь,
а вокруг камни положили.
- Вода закипела...
- Буль-буль-буль-буль!
И камни накалились.
- А этот всё орёт...
- Задыхаюсь!!!
- А-а-а-а-а!!!
- Ха-ха-ха-ха-ха!!!
И тот, с перепугу, вот так же орал.
Ха-ха-ха-ха-ха!
Ну не скажи!
Авгар ж не из пугливых.
Видали мы таких храбрецов.
Набрёл я как-то на медвежью берлогу.
Захожу к Авгару, и говорю:
"Авгар, пойдём на медведя.
Выманим его из берлоги".
Ну и пошли.
Взял я шерсть, и начал дразнить зверя.
А медведь вышел, и прям на меня!
- Ох!
- Да!
"Авгар, помоги, миленький!
Помоги, родненький!
Авгар! Авгар!"
Только пятки и сверкают.
Еле выбрался я из медвежьих лап,
вернулся в село, и говорю:
"Ну, как же так, Авгар?"
"А я за ружьём побежал!"
Врёт! С перепугу удрал!
Ну вот, я ему говорю:
"Баньку", а он мне: "Нисо..."
Умираю!!!
- Задыхаюсь!
- Ха-ха-ха-ха-ха!!!
Да кто его слушает?
Взяли мы камни, побросали в воду,
и как только пар пошёл
сунули с больным под одеяло.
Кричит, надрывается.
Ой, как кричит!
- Ой, как кричит!
- А-а-а-а-а!!!
- Поорал, поорал, и успокоился.
- А-а-а-а-а-а-а!!!
Приподняли мы одеяло,
а с него пот рекой течёт.
Стал он, как ни в чём не
бывало, здоровый-прездоровый.
Как закончил дядя Нисо свой рассказ,
встали мы, и сняли с Кирокоса одеяло.
Пар варит до небес.
- Как он?
- Киракос!
- Молчит Киракос!
- Киракос!
- Не шевелится!
- Киракос!!!
- Звали!
- Трясли!
Теребили!
Не стало Киракоса...
Как же это, братцы?
Видать, судьба.
Вай! Вай! Вай!
И пока жена оплакивала Киракоса,
мужики греясь на солнышке,
вспоминали, кого отправила
на тот свет каменная баня!
Киракос джан!
(Перечисляют имена).
В день отцовских крестин,
да материнских родин,
собрались мы как-то впятером ли, вшестером,
с ружьями, да с шашками, на охоту пошли.
Ады был.
Уды.
Чады был.
Маты.
- Отец был.
- Да я.
На охоту пошли!
По горам - по горам, прямиком всё шли.
Где зверя чуяли, тишком-молчком шли.
А где страх нас брал, согнувшись прошли.
Шли мы, шли, шли, шли,
вдруг, на озеро пришли.
Два пересохших, а в третьем вовсе нет воды.
Глядим, в том безводном озере
плавают-крякают три утки белые.
Две дохлые, а третья совсем не живая.
- Ну, Ады, стреляй!
- Ружья нет!
- Уды, ты стреляй!
- И у меня нет!
- Чады! Маты!
- И у нас нет.
Что ж делать, а?
У отца в руке палка была!
Короткая и длинная, толстая и тонкая!
Поднял он её, взял на прицел,
и вдруг, "бабах"!
- Бабахнет так!
- Он бабахнул!
- Я ударил.
- Так ударил!
- Утка слегла!
- Под оба крыла!
- Ады, дай-ка нож!
- Нет у меня!
- Уды, дай нож.
- Нету ножа.
- Чады, Мады!
- И у нас нет!
Что ж делать, а?
У отца есть, да без клинка.
Взяли мы этот нож без клинка.
- Ады резал.
- Не зарезал.
- Уды резал.
- Не зарезал.
- Чады.
- Не зарезал!
- Мады.
- Не зарезал!
- И отец мой.
- Не зарезал.
Я зарезал!
Зарезал, да удивился.
Не утка, а буйвол.
Ады хотел поднять, не сумел.
Уды взялся, куда ему!
Чады не смог.
Мады не смог.
И отец мой не осилил.
Я поднял, на спину взвалил.
Дальше пошли.
Шли мы шли, и куда-то пришли.
Глядим, три села рядком на пути.
Двух сел совсем не видать.
А третье вовсе без домов.
В селе том, что без домов, ни улиц нет,
ни дворов.
Одна избушка, а в ней три старушки.
- Две мёртвые.
- А третья совсем не дышит.
- Третья старушка...
- Туда пошла.
- Сюда пошла.
- Туда пошла.
Половину курицы нашла.
Да три котла.
- Два дырявых.
- А третье вообще без дна.
Братц-ы-ы-ы-ы-ы-ы!!!
Говорим:
- "Давайте плов с уткой сварим""!
Налили мы воду в котёл, что без дна.
Утку да рис положили туда.
И стали варить обед без огня.
- Варили.
- Варили.
- Варили.
- Варили.
Варили, варили, варили-и-и-и...
Утка да рис испарились, осталась вода.
С охоты голодные очень пришли.
- Набросились!
- Ели! Ели!
Ели! Ели! Ели! Ели! Ели-и-и-и...
И не ели ничего, и не пили ничего.
Выбрать было нечего, кушать было нечего.
Выбрать было нечего, кушать было нечего.
Выбрать было нечего, кушать было нечего.
Выбрать было нечего, кушать было нечего.
Жили-были на свете муж да жена.
Всю жизнь они между собой ругались.
Муж жену обзывал, а жена мужа.
- Дура!
- Сам дурак!
- Дура! Дура!
- Сам дурак!
Ну-ка, проверим!
Давай! Дурак, дура! Дурак, дура!
Дурак, дура! Дурак, дура!
Ха-ха! Дура!
Нет!
Дело так не пойдёт!
Дурак, дура! Дурак, дура! Дурак, дура!
- Дурак...
- Дура! Ха-ха!
Ой!
Однажды муж купил пуд масла и пуд риса.
Нанял работника.
Велел покупки отнести домой.
Рассердилась жена.
Ну какой же ты дурак!
Зачем ты накупил столько масла и риса?!
Что у тебя, свадьба сына?!
Или поминки отца?!
Какая свадьба?
Какие поминки?!
Масленица на носу!
Дура!
Сразу так бы и сказал!
Сам дурак!
Ждёт жена, ждёт, а масленицы всё нет.
И вот сидит она у окна,
и видит, человек куда-то торопится.
Приложила она руку ко лбу.
Братец!
Братец, послушай, братец.
Тебя масленицей величают?
Прохожий сразу смекнул,
что у этой женщины не все дома.
Дай-ка, назову себя
масленицей, интересно, что будет?
Да, сестрица, я масленица, а что?
Ни стыда у тебя, ни совести!
Не обязаны мы твоё добро сторожить!
Немедленно забирай рис и масло!
Я за этим и пришёл сестрица.
Дом твой долго искал.
- Да?
- Да.
Проказник.
Держи.
Рис и масло взвали прохожий на спину,
поставил пятки вместе, носки врозь,
и отправился в своё село.
Муж приходит домой.
Держи.
- Дурак!
- Дура!
- Дурак.
- Дура.
Да, Масленица к нам заходил.
Свои вещички прихватил, и ушёл.
Какой Масленица?
Какие вещички?
Ну, рис да масло.
Сижу у окна, вижу, человек идёт.
Я его зазвала, отчитала,
и спровадила!
Дура! Дура, каких свет не видывал!
Дурёха безмозглая!
Куда он пошёл?!
Туда.
Эх!
Оседлал муж коня, и вдогонку за Масленицей.
Идёт Масленица по дороге,
и видит, всадник скачет.
Тут же смекнул, наверняка
это глупый муж глупой жены.
Добрый день, братец.
Добрый день.
Не проходил ли кто по этой дороге?
- Да, проходил.
- Что нес?
Ничего.
Масло да рис.
Он-то мне и нужен.
Давно это было?
Пожалуй, очень давно.
А если коня припустить, догоню?
Ну куда тебе?
Покуда твой конь четырьмя
копытами перебирать будет,
раз, два, три, четыре,
он на своих двоих, раз-два, раз-два,
раз-два, и нет его.
Что ж мне теперь делать?
Что тебе делать...
Оставь своего коня, а сам пешком иди.
Может и догонишь.
Это ты хитро придумал.
Оставил глупый муж коня Масленице,
а сам пешком пошёл.
Шёл он шёл, и никого не встретил.
Вернулся на прежнее место.
А лошади нет.
Пришёл он домой.
- Ты кому отдала масло и рис?!
- Где наша лошадь?
- Кто тебя об этом просил?!
- Где наша лошадь?!
Что тебе вдруг в голову ударило?!
Где наша лошадь, ослиная твоя голова?!
- Дура!
- Сам дурак!
Смотрит Масленица на них, и смеётся.
Жил на свете один бедный человек.
День и ночь трудился.
А выбраться из нужды,
как ни старался, не мог.
Вот, как-то совсем отчаявшись, он решил:
"Разыщу-ка я Бога.
И узнаю у него, до коли мне бедным быть.
Попрошу себе счастья".
Идёт он по дороге, а на встречу волк.
Приветствую тебя, человек!
- День добрый.
- Куда путь держишь?
Бога разыскиваю.
Поговорить надо.
- Да?
- Да.
Ну, если Бога встретишь, передай ему,
что есть, мол, на свете такой волк,
который целыми днями рыщет,
а прокормить себя не может.
Передай.
Уж, коль создан, так пусть и кормит.
Спроси, доколь мне голодным ходить, а?
Ладно, спрошу.
Мне бы до него добраться.
И повстречалась ему девица-красавица.
Добрый день.
День добрый.
Куда путь держишь, братец?
К Богу направляюсь.
Побеседовать надо.
Если, вдруг, увидишь Бога,
что живёт на свете богатая,
очень красивая девушка,
и здоровье завидное.
А вот счастья и радости в жизни нет.
Ладно.
Скажу.
Мне бы только до него добраться.
Я всё расскажу.
Узнай, доколе мне страдать?
Узнаю, до коли ей страдать.
Повстречал он дерево.
Хоть и стояло оно у воды,
но было сухое.
Куда держишь путь, братец?
К Богу иду.
Дело у меня к нему есть.
Между прочим, у меня тоже к нему дело есть.
Скажи.
Вот стою я у самой воды,
а всё сохну и сохну.
Спроси у него, когда, наконец,
и я зазеленею, черт возьми?
Ладно, спрошу.
Спрошу, обязательно.
Вот и Бог.
- Доброго здравия.
- Бог в помощь.
Зачем пожаловал?
Хочу попросить тебя, чтоб
ты ко всем справедлив был.
А то одному даёшь всё,
а другому ничего.
Я вот тружусь в поте лица,
да ни разу сыт не был.
А иные, смотришь, палец об палец не ударят,
а живут себе припеваючи.
Как же это так, а?
Ну сам рассуди.
Даю тебе счастье.
- Иди и наслаждайся.
- Да?
- Да.
- Благодарствую.
Да, забыл спросить у тебя,
что мне сказать волку,
дереву и девице-красавице?
Скажи так...
Так....
Так...
Так и...
Так...
Так?
- Да...
- Благодарствую.
Мало мне своих забот,
ещё этот на мою голову свалился.
О, братец, хорошие ли вести мне принёс?
Бог сказал, что под тобой золото зарыто.
Нет свободы корням твоим.
Как его выкопают, так ты и зацветёшь.
Да.
А мне счастье дал!
Насладиться спешу!
Выкопай золото!
И тебе польза и мне!
Я зелёным стану, а ты разбогатеешь.
Не до тебя сейчас!
- Не уходи!
- Бог мне счастье дал!
- Насладиться спешу!
- Не уходи!
Какие вести принес, братец?
Бог велел тебе передать,
как отыщешь себе друга милого,
так и станешь счастливой.
На всю жизнь.
Раз так, не покидай меня, друг милый.
Нет, нельзя мне дружбу с тобой заводить.
Занят я сейчас.
Бог мне счастье дал, насладиться спешу.
Эх...
Так что ж велел передать Бог?
На пути к Богу встретил я девицу-красавицу,
и дерево засохшее.
Девица просила узнать,
почему у неё счастья нет,
а дерево, почему оно никогда не цветёт.
Рассказал, я это всё Богу,
а он мне так, мол, так и так.
На обратном пути передал я им слово божье.
А девушка говорит: "Не бросай меня".
А дерево говорит: "Не бросай меня".
А я говорю: "Нет! Бог мне счастье дал!
Насладиться спешу!
Не хочу время попусту терять".
А мне что велел передать Бог?
А тебе велел передать,
как встретишь очень глупого человека,
- съешь его, и насытишься.
- Ага.
Да, прощай.
- О чём ты задумался?
- Да так...
- Да?
- Да.
Ну и о чём ты задумался?!
Разве я когда-нибудь встречу
более глупого человека, чем ты?!
- Да?
- Да!
Сказал волк и съел глупого человека.
Да будет Бог милостив
к вам и к двум братьям.
Жили-были на свете на брата-бедняка.
Задумались они, что им делать?
Как им быть?
Как семью накормить?
И решили, наймётся
старший работником к богачу,
заработает денег, вышлет домой.
Ну, братец, счастливо оставаться.
Не грусти.
Нанимаю тебя до первого кукования кукушки.
Если я рассержусь на тебя до того,
как кукушка прокукует,
дам тебе тысячу рублей.
- Да.
- Если ты рассердишься, с тебя тысяча.
- Да.
- Где мне взять тысячу? Нет у меня её.
- В таком случае 10 лет даром проработаешь.
- Да.
Хотел поначалу старший брат отказаться,
а потом решил:
"Будь что будет, не
стану я на него сердиться.
А если он рассердиться, так пусть и платит,
как договорились".
И говорит: "По рукам".
На следующий день, ни свет ни заря,
богач будит старшего брата.
Вставай, работничек!
- Вставай, работничек!
- Пора за дело браться!
Как в поле станет темно, закончишь работу,
- и вернёшься домой.
- И вернёшься домой.
Вышел работник в поле, и принялся косить.
- Косил.
- Косил.
- Косил.
- Косил.
- Косил.
- Косил.
Вечером уставший, приплёлся домой.
Ты что так рано пришёл?
Ну, солнце-то зашло, хозяин.
Нет, так дело не пойдёт.
Что я тебе сказал?
- Пока светло, работай!
- Да, да, да! Работай!
Смотри, как луна светит!
Ещё ярче, чем солнце.
В своём ли ты уме, хозяин?!
Кажется, ты сердишься, а?
Нет.
Я просто подумал, неплохо бы передохнуть.
- Ну смотри.
- И опять он пошёл в поле косить.
Косил! Косил! Косил!
Косил! Косил!
Косил!
Пока луна за горами не спряталась.
Только луна заходит, солнце восходит.
Уговор есть уговор.
Уговор.
Уговор есть уговор.
Уговор.
Уговор есть уговор.
- Уговор.
- Уговор есть уговор.
- Уговор.
- Уговор есть уговор.
- Уговор есть уговор.
- Уговор!
Уговор!
- Попался!
- Уговор!
- Уговор!
- Уговор!
Да будут прокляты и поле твоё и хлеб твой!
- Да ты всерьёз рассердился!
- А?
- А коли так, уговор есть уговор.
- Уговор есть уговор.
Выкладывай-ка тысячу рублей!
Опечалился старший брат.
Негде мне взять таких
денег, чтоб расплатиться.
А днём и ночью горбатиться на него,
так загнуться можно.
Пришлось ему расписку
дать на тысячу рублей.
В горести и печали, возвратился он домой.
Здравствуй, братец дорогой!
Братец...
Ну, как ты, братец?!
Эх, братец...
Не вешай нос, братец!
Оставайся теперь ты дома, а я пойду.
Счастливо оставаться.
А теперь младший брат
нанимается к тому же богачу.
Богач опять ставит своё условие.
Нанимаю тебя до первого кукования кукушки.
Если я рассержусь на тебя до того,
как кукушка прокукует,
дам тебе тысячу рублей.
- Да.
- Если ты рассердишься, с тебя тысяча.
- Да.
- Не согласен!
Если ты первый рассердишься,
2 тысячи мне платишь,
если я первый, я отдаю
тебе 2 тысячи рублей.
Или 20 лет работаю даром.
- По рукам!
- По рукам!
ПОлдень уже на дворе.
Давно пора в поле выходить!
Хватит валяться!
Хозяин во всю старается.
И так, и эдак.
И так, и эдак.
А работник всё спит.
Вставай, бездельник!
Поднимайся!
Трава не скошена!
Хозяин, по-моему, ты сердишься.
- Не сержусь.
- Нет.
Я говорю, полдень уже на дворе,
а ты всё никак проснуться не можешь.
Ну раз ты не сердишься,
незачем тогда и торопиться.
- Вставай лоботряс!
- Вставай!
Хватит разлёживаться!
- Вставай!
- Проснись, чёрт тебя подери!
- Ты сердишься, хозяин.
- Нет.
Кто сердится?
Просто все поля скошены, а наше нет.
Все работники домой идут,
а наш ещё в поле не ходил!
Работа не волк, в лес не убежит.
Пока поднимут работника с постели,
пока башмаки ему наденут,
день к вечеру клонится.
Ночь проходит, на смену день приходит.
Всё село на ногах, а ты ещё храпишь!
Вставай!
День проходит, на смену другой приходит.
Ну пойдём в поле!
Трава выгорает!
- Чтоб тебе...!
- Неужели ты сердишься?
- Нет.
- Нет, нет.
Кто сердится? Я не сержусь.
- Кто сердится?
- Нет.
Ну вставай, миленький.
Ну, если и правда не
сердишься, можно пойти.
- Поднимайся, пошли.
- В поле!
Ну ты сам подумай, что о нас люди судачат.
Ты почти член нашей семьи.
Прежде чем к работе приступить,
надо червячка заморить.
А то под ложечкой сосёт.
Червячок! Червячок!
- Может, ты сердишься?
- Нет!
Не сердится, не сердится.
Сейчас я тебя накормлю.
Накормит, накормит.
Сейчас накормит.
Накормит.
Покушал?
Нет.
Ну сколько же есть можно?!
После сытного обеда не грех и передохнуть.
Зарылся он в сено, и проспал до вечера.
Ну сколько можно бока отлёживать?!
Душу вымотал!
Что за наказание на мою голову?!
Ты сердишься?
Нет, не сержусь.
- Вставай, миленький.
- Домой пора.
Луна уже светит, простудишься.
- Луна уже светит?
- Да.
- Ну так пойдём!
- Ох...
Приходя они домой.
О-о-о-о-о-о!!!
Видят, гость пришёл.
- Добро пожаловать.
- Доброго здравия.
Иди, зарежь барана.
- Зарезать барана?
- Да, да, да.
- Какого барана?
- Какого?
- Какой под руку подвернётся.
- Какой подвернётся?!
Хватит болтать!
Да...
- Да...
- Ну да...
Да.
- Да.
- Да.
Час спустя доходит до хозяина весть.
Караул!
Работник всех баранов перерезал!
Боже мой!
Ой!
Креста на тебя нет!
Безбожник!
Зачем все стадо перерезал, а?
Ты сам сказал: " Зарежь барана,
который под руку подвернётся".
А они все подвернулись.
Вот я всех и перерезал.
- Ты может, сердишься на меня?
- Нет.
- Совсем не сержусь.
- Совсем не сердится.
Мне баранов жалко!
Совсем не сержусь!
Раз вы не сердитесь, тогда ещё посижу.
Хозяин ночами не спит.
Думает-гадает, как от работника избавиться.
Эх, когда ещё кукушка прокукует?
Ох, не скоро.
Слушай, неужели ты, и правда, не сердишься?
Нет, нет, нет, нет.
Не сержусь.
Нет, нет, нет.
Не сержусь.
Ку-ку.
Ку-ку.
- Ку-ку.
- Ку-ку.
А не пойти ли нам в лес поохотиться?
Можно и поохотиться.
А не пойти ли охотиться?
Можно, хозяйка?
Отвёл богач жену в лес,
посадил её на дерево, и велел куковать.
Ку-ку.
Ку-ку.
Ну и повезло тебе, парень!
Кукушка прокуковала, срок твой вышел.
- Ку-ку.
- Апчхи!
Нет, где это видано, чтоб
кукушки зимой куковали?
Подстрелю-ка я эту кукушку!
- Она особенная!
- Бах!
Ты что, сердишься?
Нет...
Я взбешён!
Моему терпению пришёл конец!
Оставь меня в покое!
Забирай, что причитается!
- Вернулся, братец!
- Да, братец!
- Ну и как, братец?
- Да вот так, мой братец!
- О! Братец!
- О! Братец!
Доченька, сходи на родник, за водой.
Жажда меня замучила.
Вот выйду я замуж,
родится у меня сынок,
в шапочке пупос назову...
Кикос!
Полезет он на дерево,
сорвется, и головой о камень.
Вай!
Вай!
Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Доченька, сходи на родник,
что-то сестры твоей долго нет.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Что с тобой, сестричка?
Ой, не спрашивай!
Вышла я замуж.
Родила сыночка.
- В шапочке попос, назвала...
- Кикос!
Полез он на дерево,
сорвался и головой о камень.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Доченька, узнай, почему сестриц нет.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Чего это вы ревёте?
Ой, не спрашивай, сестричка!
Вышла я замуж.
Родила сыночка.
- В шапочке попос, назвала...
- Кикос!
Полез он на дерево,
сорвался и головой о камень.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Мать, сходи за дочерьми.
Может, они заблудились?
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Что случилось, доченьки?
Ой, не спрашивай, матушка!
Вышла я замуж.
Родила сыночка.
- В шапочке попос, назвала...
- Кикос!
Полез он на дерево,
сорвался и головой о камень.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Что происходит?
Почему слёзы льёте?
Ой, муженёк, не спрашивай!
Вышла я замуж.
Родила сыночка.
- В шапочке попос, назвала...
- Кикос!
Полез Кикос на дерево,
сорвался и головой о камень.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
Слезами горю не поможешь!
Хватит убиваться.
Вставайте.
Пойдём, заколем нашего быка.
И честь по чести поминки справим.
Такая уж наша судьба.
Вставайте.
Вставайте.
Вай, Кикос джан!
Вай, Кикос джан!
В ущелье гор, среди села...
Мяу.
Лавчонка тесная была.
Туда забрёл, в базарный
день, пастух одной из деревень.
Он на плече дубину нёс.
За ним бежал мохнатый пёс.
Мяу.
Приветствую тебя, купец.
Медку отвесь, в продаже есть?
Есть мёд, дружок.
Отличных пчёл.
Лучших пород.
Ах, что за мёд!
Душистый мёд!
Похвалит всякий, кто возьмёт!
Вот так спокойно, не спеша,
и слов медовых не щадя,
взялись за мёд.
И за беседой, невзначай,
пролили каплю через край.
Почуяв мёд из далека,
слетела муха с потолка.
Жужжит и жадно тянет мёд.
Тут появилась из угла и кошка нашего купца.
И в тот же миг, на муху "прыг"!
Но пёс пришедший с пастухом,
в такую прыть пошёл грехом,
и ну дерзать, трепать, валять,
спокойно кошку придушил,
потряс, полаял, отпустил.
За что?
Конец.
Караул!
И то что было под рукой!
Не знаю что, предмет какой?!
Отправил пса на упокой!
- И рядом...
- С кошкой уложил.
"Мой бедный лев", - вскричал пастух!
- Моя любимица!
- Мой друг!
- Безбожник!
- Чёрт!
- Ещё! Ещё!
- Тупой баран!
Тут над купцом силач занёс свою дубину!
И наш купец нашёл безвременный конец.
Грабёж!
Разбой средь бела дня!
Разбой!
Убили!!!
Эй, сюд-а-а-а-а-а!!!
Со всех дворов, из всех ворот
из всех дверей валит народ.
Бегут на шум! Бегут! Спешат!
Собрались все!
Отец и мать.
Брат и сестра.
Жена.
Детишки.
Все друзья.
Соведка.
Свекор.
Крестный.
Сват.
Кум.
Зять.
И зевака пришёл зевать.
Гремят, толпят, стучат, свистят!
Идут, кричат, бьют пастуха!
Гремят, толпят, стучат, свистят!
Идут, кричат, бьют пастуха!
- Ах ты, медведь!
- Мохнатый!
- Головорез!
- Разбойник!
- Вор!
- Не покупать пришёл, поди!
- А убивать!
- Честных людей!
Кричат и бьют!
Бьют и кричат!
Уложили к мёртвым в ряд!
И пал на землю, вниз лицом...
Ха-ха, рядом с собакой и купцом.
И вот до ближнего села,
как дым пожара, весть дошла.
Эгей, ходит слух, убит был вами наш пастух!
Нельзя за смерть его простить,
убийцам надо отомстить!
И повалили все толпой,
как взбудораженный осиный рой.
Бегут со всех концов села,
до всех уже молва дошла.
Все мстить хотят за пастуха.
Вот явился кто-то с ружьём!
- А кто с вилами.
- А кто с ножом!
- С лопатой!
- Киркой!
- Топором!
- Хватают всё!
И вниз спешат!
- Кто на коне!
- А кто пешком!
- Кто в шапке!
- А кто-то босиком!
Худой народ не заживёт!
Теряет совесть от греха!
Идёт же мстить за пастуха!
Вперёд!!!
На бой!!!
Ответим кровью за разбой!
И встретились!
Как у огня!
Пошли вперёд!
Скрестив врага!
Примите крови и огня!
Ещё сильней пошла резня!
Огонь село спалил дотла.
А были эти два села,
где жили сотни две крестьян,
в пределах двух различных стран.
Апчхи!
Рубеж меж ними проходил,
закон различный их судил.
И подати несли они
царям различным в эти дни.
Слава! Слава! Слава Царю!
Слава! Слава! Слава!
С Божьей милостью всем извещаем!
Нынче в ночь соседний Славновар,
презрев священный договор,
вступил в одно из наших сёл.
Границы наши перешёл!
У поселян он отнял кров!
Да здравствует наш славный король!
Ура! Ура! Ура!
Мы, сын небес и царь царей,
всем объявляем, что злодей, соседний царь,
идёт войной, чтоб нашей завладеть страной!
В наш край он вторгся, словно вор!
Презрев священный договор!
И для сего найдя предлог,
но с нами мечеть, с нами Бог!
Смерть врагу!
Вперёд!
Тут и кончается рассказ.
А если кто-нибудь из вас,
задаст рассказчику
вопрос, кто здесь виновен...
И неужели столько зла
шальная муха принесла?
За нас ответит вам народ.
Найдутся мухи.
Был бы мёд...