Рим вновь хочет Цезаря (1974 год). Цитаты и фразы из фильма

Roma rivuole Cesare.1974

В последние дни существования Римской империи при Юлии Цезаре провинциальные повстанцы и римские колонисты спорят о политике: об Октавии, избранном преемником Цезаря; о Клавдии, лидере повстанцев; и о будущем империи.

Все фразы и цитаты

 Мы в Нумидии, маленькой провинции
"Северная Африка", завоёванной Цезарем в 46 г. до н. э.
Для контроля над ней Цезарь послал сюда
своего наместника, пропретора Тита Секстия.
С экономической точки зрения
этот регион - подлинный источник богатств.
Отсюда Рим может контролировать
весомую часть торговых путей Сахары
и поставлять римлянам крупную
долю тропических богатств.
В целях обеспечения этих богатств
для Рима Тит Секстий конфисковал
все южные земли региона, которые
нужны для контроля над караванами.
Он сформировал своеобразную местную
армию из нумидийцев и мавританцев
и поставил свою резиденцию
в одном из опустевших поселений
рядом с границей.
Крестьяне, потерявшие свои земли,
вынуждены искать убежище в горах.
Но вскоре они формируют разбойничьи отряды,
нападающие на караваны, идущие в Рим.
Молодые римляне, которые уже здесь живут,
и старые республиканцы,
которые выступают против Цезаря,
оказывают поддержку бунтовщикам
и в скором времени превращают
борьбу нумидийцев против Тита Секстия
в идеологическую битву против
Рима и против Цезаря.
- Как тебя зовут?
- Клавдий.
Но это ненастоящее имя.
Твои соотечественники убивают нас!
Пропретор угробил 3000 нумидийцев.
Теперь он даже арестовывает
римлян, которые нам сочувствуют.
Но, естественно, их не казнят,
ведь ваша плоть неприкосновенна!
Видишь эти трупы? Их полным-полно
среди этих холмов.
Мой друг, не будем хоронить тела,
мы швырнём их в лицо этому миру!
Пришло наше время.
Время меньшинств.
Время, когда маленькие группы
свободных людей
должны действовать самостоятельно
и говорить и поступать
во имя всех тех,
кто потом последует за нами.
Не думайте, что только ему
поставили бюст.
Все римляне хотят быть похожими
на Цезаря.
Каждый из них хочет иметь
свои статуи по всему миру.
Не надейтесь встретить
справедливого римлянина.
Он выглядит другом для того,
чтобы добиться от вас выгоды.
Ему нужно сделать вас рабом.
Он римлянин, он по своей
природе греховен.
Таким образом, не надо жалеть никого,
даже тех, кто выглядит невиновным.
Но ты сам римлянин.
Мне кажется, что тобой
движет сугубо личное,
и оно скрывается в твоих речах
за негодованием.
И я подозреваю, что ты не помогать
пришёл, а подстрекать нас.
Это неправда, и ты это отлично знаешь.
Вот они!
Приготовьтесь!
Клянёмся, что будем бороться!
Что с нашими собратьями
будем отдавать жизни!
До тех пор, пока не сокрушим тебя!
Мы будем сражаться даже после
твоей смерти!
Чтобы после тебя рухнули и твои деяния!
Клянёмся!
Вон тот в синей тунике - наш человек.
Его не трогать!
Вперёд!
Продвигайтесь!
Давайте!
Опасности нет!
Видели? Их не много,
и они кажутся отважными, потому
что ими командует Власть.
Мы должны преуспеть в разрушении
мифа вокруг Власти.
Только так люди начнут понимать,
что сила Власти не вечна.
Сейчас нас только горстка,
но скоро будет целое движение.
Это римляне.
Они наши союзники.
Вы свободны, друзья!
Вы проповедуете, что Нумидия
с вами и солдаты лояльны.
Видите, как они разбегаются?
Они боятся.
А знаете почему?
Потому что чувствуют, что
поступали бесчестно.
Они нумидийцы.
Как только они почуяли вашу
слабость, они уже готовы предать.
Что вам нужно от меня?
А вы как думаете?
Отстаньте.
Я не тот, кого вы ищете.
Не тот? Да неужели?
Вы римляне.
Как ваши имена?
Как же, вы меня не помните?
Я никогда вас не встречал.
В Нумидии навалом людей,
похожих на вас.
Вы легко врёте.
Врёте и с такой же лёгкостью
убиваете.
Цезарю стоит гордиться вами.
Я не вооружён, и вы можете
убить меня, если хотите.
Но я скажу вам, что это гнусные
методы, в духе здешних жителей.
Ладно, как соизволите...
Если имеете честь называться
римлянином, деритесь со мной.
Или со мной.
Надо решить, кому из нас
его казнить.
Бегом! Кто не успеет схватить
- тому быть палачом.
Я всегда на стороне тех,
кто хочет меня освободить.
Но я предпочитал, чтобы
он сразился.
Вы могли проиграть.
Но если бы вы победили в дуэли,
я обнял бы вас как истинных
римлянинов.
Но он не захотел биться.
Тогда мы обнимаем вас!
Давайте заберём голову
пропретора!
- Возможно, мы обознались.
- А чья тогда?
Иди, спроси у неё.
- Это голова пропретора?
- Нет,
у Тита Секстия есть небольшая
болячка рядом с губой.
Я уверена, видела его не раз.
Это другой.
У Тита Секстия был двойник.
Похоже, он приехал из столицы
несколькими днями раньше.
Мы убили его, а не пропретора.
- Я понял.
Зачем ты повторяешь вещи,
которые я уже знаю?
- Ты знал, что есть двойник?
- Нет.
Вообще не знал.
Тот, Синяя Туника, ввёл нас
в заблуждение.
Нужно развязать ему язык,
заставить изложить правду.
Если пропретор послал брата на
верную смерть,
если облачил его в свою одежду
и поставил во главе каравана,
то, получается, он знал о
ваших планах.
Это Синяя Туника предупредил
его.
Они вместе схитрили,
но ради чего?
Цели пропретора нам
безразличны.
Его политика - не наша забота.
Мы не вдаёмся в его интриги.
- Так что тогда предпринять?
- Войну.
- Объявляем войну! Войну!
- Тогда поклянёмся!
- Какие намерения?
- Мы уходим.
- Давай свернём палатки.
- Нет, прекрати!
- Римляне тут всё сожгут дотла.
- Не сожгут.
Мы оставим детей и нескольких
женщин.
- Они их уничтожат.
- Верно, они их поубивают.
И нумидийские солдаты
убьют своих родных братьев.
Так люди начнут понимать, что
подчинение Риму абсурдно.
Они должны взбунтоваться, нельзя
продолжать бить в барабан для
пропретора.
Им нужно играть музыку для себя.
Пока они не поймут эту простую
истину, они останутся жертвами.
Мы не сможем их спасти,
но сможем помочь.
Мы позволим им лечь под нож.
Если пропретор устроит резню
в лагере,
он покажет подлинное лицо
Рима.
Нам необходима его месть.
Поэтому он нужен нам живым.
Под предлогом смерти брата он
погонится за нами по пустыне,
устраивая бойню и беззаконно
проливая кровь невиновных
нумидийцев.
Взрастится ненависть, которая
заставит людей восстать.
- "Не всегда праведники приходят
с небес".
- Возможно, но они - с ним.
- А я нет.
- Мы уходим.
Мы отрекаемся от клятвы.
Идите, если хотите,
но вы поклялись,
и, может, мы вас убьём.
Мы не можем не остаться.
А теперь пусть случайность
определяет...
Тебе поручено выбрать жертвы.
Римлянки присоединились к лагерю
наших братьев.
- И ты не чувствуешь своей
ответственности?
- Я чувствую!
Почему вы всегда лжёте?
Кто вас научил?
Потому что вы создаёте атмосферу
страха, в которой сложно говорить
правду.
Враньё!
Это Цезарь и римляне порождают
страх, не мы.
Мы хотим переплавить страх
в мужество народа.
Всё, солдаты уходят.
Они очень быстро сюда добрались.
Это ты им доложил?
Хорошо сработано.
Благодаря тебе пропретор не
теряет времени.
Это неправда.
Я с вами, поверьте.
Достаточно обмана!
Выбирай.
Быть с нами или против нас.
Таких, как ты, надо
ликвидировать.
Оставьте меня!
Оставьте! Я хочу умереть, хоть
в этом мне поверьте.
Превосходный кинжал.
Подаришь его мне?
Дай сюда.
Пусть другому послужит.
Готов поклясться, что больше
не предашь нас
и всегда будешь в наших рядах?
- Готов.
Покажи, что ты с нумидийцами!
- Клянись!
- Я клянусь!
- Повтори. Ещё раз!
- Клянусь!
- Идёмте со мной.
- Вы нас убьёте?
Нет, представим вам возможность
увидеть, какую цивилизацию несёт
Цезарь завоёванным провинциям.
Как видищь, не так трудно
проникнуть в его резиденцию.
Синяя Туника отлично справился,
много солдат на нашей стороне.
Я уверен, что теперь можно
полностью ему доверять.
Видишь?
Взгляни на него.
Я его послал сюда.
Я поручил ему задание влиться
в ближний круг пропретора.
Если тот не заподозрит и не
арестует его, это станет доводом
в нашу пользу.
С его помощью мы сможем попасть
сюда когда захотим.
Осторожно!
Не высовывайся.
Вон те солдаты остаются
верными ему.
Его персональная стража.
И ты меня предал.
Ты перешёл к бунтовщикам.
Неверно. Вы,
люди Цезаря, такие близорукие.
Стой! Не убивай!
Уже не нужно. Правосудие
свершилось, Цезарь умер в Риме.
Цезарь мёртв!
Тиран умер!
Давайте снесём его!
Нет, это не будет правильным.
Не стоит стыдиться своего
прошлого.
За всеми нами есть грехи.
Человеку свойственно ошибаться.
Но римляне не должны больше
ошибаться, никогда.
Оставим его как напоминание.
И все поклянёмся никогда больше
не повторять его ошибок.
"Товарищи сначала плачут,
а после смеются..."
"...Серьёзного человека жизнь
ведёт разными запутанными
путями..."
"...Порой натыкаешься на
препятствия..."
"...Иной раз дорога становится
гладкой..."
"...Временами глубокие чувства
облекаются в красивые слова..."
"...Иногда тяжёлое бремя знаний
должно сокрыться в молчании..."
"...Но если двое смертных
объединятся, они разорвут
железные и бронзовые цепи...".
Сегодня начинается
новая жизнь...
Сможем мы быть вместе?
- Да!
У нас разные идеалы,
сможем мы быть едиными с
такими непохожими взглядами?
- Да!
У нас разные жизни, разный
опыт,
сможем мы построить общее
будущее? - Да!
Когда появятся проблемы и
трудности,
сумеем мы их преодолеть вместе?
- Да!
Долгих лет жизни моему другу,
нашему лидеру!
"...Цари создают мифы,
а мифы ссорят народы..."
"...И люди, которые друг другу
братья,.."
"...вместо борьбы с настоящими
врагами..."
"...разделяются и враждуют друг
с другом во имя Того,.."
"...чьё тщеславие хочет видеть
людей неравными и разобщёнными..."
"...Коронованные начальники
наёмных армий..."
"...истребляют единство и
дружеские связи...".
Этим утром я был в Сенате.
Я видел приезд Цезаря. Он был
в хорошем расположении духа.
Он насмехался над Спуринной и
и оскорблял его, говоря,
что тот никудышный пророк:
Мартовские Иды наступили,
а император, вопреки
предсказанию, жив.
Но Мартовские Иды наступили,
но ещё не прошли, и вдруг...
Вы видели его... убийство?
Да, видел.
Он плакал.
Он был ничтожным.
Он молил о пощаде.
Все тираны заканчивают жизнь
одинаково - слезами.
"...Простолюдин смеётся над
смертью тирана,.."
"...а плачет ли тиран над
смертью простолюдинов?.."
"...Но мудрый принц может
трижды пересечь горящую
реку..."
"...и возвратиться ни плачущим,
ни смеющимся".
Прекрати!
Надоела мне твоя философия.
Можно мне обнять женщин в
последний раз?
- Можно ему?
- Можно?
- Да.

Ладно.
Побыстрей.
Мы - последователи Брута.
Мы - потомки Республики.
Мы всегда против жестокости и
тирании.
И мы проследим, чтобы никто
не занял место Цезаря.
Это наша задача, а не пустые
слова.
Ты прав.
Слова...
служат для прикрытия истины,
и тираны используют слова,
чтобы убеждать людей, заставить
тех полюбить тиранов,
и бедняки любят их, потому что
у них ничего нет и они боятся,
потому что им нужны мифы.
Это те бедняки, к которым мы
должны обратиться
и научить их тому, что можно
жить счастливо без диктаторов.
Друзья мои!
Вы готовы убить врага?
- Да!
Какие странные контрасты!
Вот, мы положили мешок,
прокололи его
так же, как они закололи
Цезаря в Сенате.
Мы порождаем символику.
Из мешка сыплется свежее
чистое зерно.
Зерно, которое Цезарь послал
нумидийцам.
Это дар Отца Отечества своим
подчинённым.
[Отец Отечества - почётный титул
Гая Юлия Цезаря.]
Какие красивые фразы!
Ты... согласен с ним?
Не согласен.
Я должен убить.
Можно мне сказать?
На наше счастье у нас в руках
символ тирании в этом регионе.
Но суд над ним должен быть
мудрым и обдуманным.
Бесполезно обсуждать его
виновность, она очевидна.
Надо решить: убить его или
доставить в Рим живым.
- Я за казнь!
- И я! И я!..
Я предлагаю отвезти его в Рим
и судить новым республиканским
трибуналом.
Можно я скажу?
Лично я считаю, что клетки и
тюрьмы должны пустовать.
Никто не должен их заполнять.
Чтобы ни у кого не было права
кидать туда человека.
Этот человек однажды позволил
мне выйти.
Он мог убить меня.
Но не сделал это.
Поэтому я предлагаю отпустить
его на своих двоих.
Если у него получится добраться
до моря, он сможет спастись.
Но если он погибнет,
мы не станем оплакивать.
Как ты думаешь, какова цена
человеческой жизни?
Как ты думаешь, сколько
она стоит?
Оставь его в покое.
Я обо всём позабочусь.
Что ты делаешь, друг мой?
Что ты делаешь, вождь наш?
Ты был простым парнем, который
открыто решил сражаться,
а теперь ты не справляешься с
приступами гнева.
Из таких поступков родился он,
Цезарь!
Поэтому мы покинули Рим.
Цезарь был убеждён в своей
правоте и держал Рим в кулаке,
ни с кем не считаясь.
- Пока вы не определились
с моей участью, оставьте меня
здесь.
Безопасное место для меня -
в тюрьме.
Кинжал!
"...Внутри плавильного котла
смешиваются разные стихии..."
"...И слабаки, пребывающие
в зимней спячке..."
"...выходят за границы льдов
и объединяются с могучими..."
"...Где нет антагонизма -
нет силы..."
"...Где нет противоречия -
там нет жизни..."
"...Мудрый знает, что без
врагов..."
"...невозможно создать
дружбу...".
Теперь я ваш узник.
Но я не считаю себя узником.
Мы теперь предоставлены сами
себе.
Дайте им пройти.
Я не успел сообщить, что Рим
вручил мне послание для лидера
противника.
Вы лидер?
- Нет.
Неправда, ты наш лидер.
Дайте-ка.
Дорогие утерянные друзья!
Я принёс послание от римского
Сената.
Оно для вас.
Я вернулся, чтобы понаблюдать
за вами, пока вы слушаете его.
"Римляне Нумидии!
Мы узнали, что среди вас есть
юноша, чей отец родом
из пулийского города Тури
и был сыном Гая Октавия,
[В роду Октавиев все мужчины
имели преномен Гай.]
славного именем и богатством.
Он родился в Риме 23 сентября
в год консульства Марка Туллия
Цицерона и Гая Антония
[Речь о Гае Антонии Гибриде.]
на Палатинском холме,
перед рассветом.
По слухам, молодой человек
называет себя Октавием.
Но его настоящее имя -
Октавиан".
"Завещание Цезаря прочитано
Марком Антонием в Риме
и подтверждено друзьями и
врагами Отца Отечества.
В соответствии с волей Цезаря,
Октавиан будет преемником
и унаследует его имя и личное
состояние".
С этого момента твоё имя -
Гай Юлий Цезарь Октавиан,
и на твои плечи ложится
судьба Рима. Аве Цезарь!
Я не могу решать.
До этого момента я жил
с друзьями.
И решение одного было
решением всех остальных.
Но теперь вы Цезарь, и отныне
ваша власть безгранична.
Невозможно!
Я приму её, если только смогу
вернуться в Рим с друзьями,
чтобы обсуждать все проблемы
с ними, как делали здесь.
Я не позволю.
У меня приказ привезти вас
в Рим одного.
Тогда я отказываюсь!
Я хочу заявить Риму, что
Октавиану не нужно ожерелье
Цезаря и его наследство.
Я не могу позволить.
Я должен либо вернуться с вами,
либо покончить с собой.
Таковы приказы.
- Приказы мне?
Тогда убей себя.
Чего медлишь?
В этой округе мы ни разу
не видели смерть сенатора.
Вот как умирает благородный
римлянин!
Который жаждет не денег,
не господства, но истинного
величия. Я признаю, что позабыл
об этом.
Но этот человек напомнил мне,
что я должен умереть как
истинный знатный римлянин.
Конечно, они были врагами,
но они точно заслуживают нашего
уважения.
Какие же вы любители изящного
слова!
Драматичная смерть вам важнее
самой жизни.
Но для нас, бедняков,
драгоценнее жизнь,
единственная у нас вещь, и нам
остаётся хранить её.
А ты?
"Сын Солнца и Луны"?
Покажи этим римским чужеземцам,
что внутри дикаря - сила жизни.
Не благодарите нас.
Пропретор, я в вашем
распоряжении.
Именем Сената и народа Рима
выношу приговор Джубе, главе
бунтовщиков и бандитов Нумидии.
Он не бандит, он друг.
Так постановил Сенат и римский
народ.
И новый Цезарь в том числе
должен уважать решение.
Привести в исполнение!
"Мудрый знает, что умирает лишь
тот, в ком нет представлений
о Жизни".
Одних идей недостаточно, у них
нет острия. Только с мечом
можно обновить жизнь.
Теперь у тебя будут мечи Рима,
и ты позабудешь наши идеи.
Знай, я никогда не предложу
свой меч тебе, Цезарь!
Но я не хочу быть единоличным
Цезарем.
Ты унаследовал вместе со мной
эту диадему.
Что это ты затеваешь?
Похоже, кто-то тебя надоумил.
Я хорошо знаю здешних жителей.
Они говорят, что жар солнца
заставляет их терять голову.
Посмотрим, правда ли это.
Беги!
Направо!
Стой на месте!
Ступай!
Направо! Влево! Стой!
Подними руки!.. Иди!..
Направо!.. Стой!..
Склонись!
Знай, у нас есть доказательства.
Нам хорошо известны твои
замыслы. Встань!
Иди сюда!
Ты намереваешься убить
Октавиана.
Ты решил сделать это сегодня,
во время встречи с сенаторами.
Правда или нет?
Кто твои сообщники? Говори!
Кто отдаёт приказы?
У нас есть способы развязать
твой язык.
Теперь не двигайся.
Оставь его!
Отдохни.
Садись.
Дайте ему еды.
Но зачем?
Ты всегда был с нами.
В наших рядах.
Зачем тебе теперь убивать
своего друга Октавиана? Почему?
Чья это идея? Джубы?
Извините, перебью.
Ваш друг хочет сообщить вам
что-то интересное.
Говори.
- Ему кое-то заплатил.
- Кто?
- Я должен назвать его имя?
- Нет. Не имя.
- Это был римлянин?
- Да.
И с какой целью?
Убить Октавиана.
- Ты видел, как он дал деньги?
- Нет, но знаю, что он заплатил.
Приветствую, друзья!
Почему вы открыто не говорите,
что это я организовал заговор?
Хотите доказать это?
Ну же, я в вашей власти!
Ты спонсировал бандитов Нумидии,
ты обвиняешься в измене
и в сговоре против нового Цезаря.
Свяжите его!
Вы опоздали, римляне.
Вы должны умереть, все
до одного.
Слишком много было политики.
Убийства и виновники придуманы
прежде, чем осмыслены
правильные идеи.
Я хочу повлиять на Историю!
Я убью тебя, Октавиан,
и займу твоё место.
Не будет никаких свидетелей,
чтобы разоблачить меня.
Ступайте, римляне!
Бегите!
Варвары Нумидии везде вас
разыщут.
- Мы можем уйти.
- Смотрите!
Посмотрите, эти молодые
бунтовщики не столь опасны.
Что тогда нужно Клавдию?
Может быть, он и сам не знает.
Он приходит, уходит, угрожает
убить нас, потом обнимает,
потом опять ненавидит.
Каждый день он предлагает иную
стратегию; наверное, мы
ошибались, веря ему.
Все молодые люди таковы.
Это наша вина.
Вместо того, чтобы считаться
с опытом, мы слушаем их,
готовые отдать им их
наследство.
Мы зачарованно слушаем их,
и эти юноши теряют голову.
Тем самым, вместо взросления,
они играют своими жизнями.
Ты чересчур снисходительный.
Ты обвиняешь слишком мягко.
Проблема намного проще.
У юношей нет никакого чувства
ответственности и осознания
долга.
Ты ничего не знаешь о
молодости.
Клавдий - истинный
представитель молодых!
Он каждый день меняет решение,
но потому, что понимает: для
нас, молодых, нет выхода.
Если нам не стремиться
к власти,
мы повторим ошибки своих отцов.
Если мы не возьмём её, нас
задушат чужие ошибки.
Есть только одно решение.
Нечего думать. Оставайся
"седым человеком".
Но что поделать тому, кто
не покрылся сединой?
Я не "седой человек"!
У меня всегда был ясный ум,
с самой молодости.
Я всегда понимал, что мне
делать.
И я реализовал себя,
день за днём,
борясь, страдая.
Твоя задача была проста.
Всё, что тебе нужно - это
служить сильным мира сего.
Сегодня, например, ты с нами,
поскольку понимаешь: Октавиан
будет властителем.
Ты уже готов отрицать всё,
что делал до сих пор, а завтра
ты сможешь снова поменяться.
Я не патриций как ты.
Мне надо зарабатывать
на жизнь.
Если изменяется ситуация,
то мне не остаётся ничего
иного, как приспосабливаться.
Это мы хорошо заметили.
Мы знаем, кстати, что план
покушения на Октавиана
придумал ты.
Ты хотел показать новому Цезарю,
что его друзья в будущем станут
врагами.
Ты хотел, чтобы он увидел, каким
ты будешь незаменимым для него.
Станешь блюсти порядок и охранять
его личную безопасность.
На деле же работает правило,
хорошо тебе знакомое:
кто поднимается вверх, тот
должен оставить всё позади.
Даже честность.
Надеюсь, что Октавиан обойдётся
без таких людей.
Он возвращается!
Мы понимаем, что должны
умереть.
- Идём!
- Ты хочешь нас убить?
- Нет.
- Хочешь занять моё место?
- Нет.
У меня проклятая натура,
я могу быть только в оппозиции.
Каковы твои идеи? Твоя
программа на будущее, Цезарь?
Я призван в Рим вершить судьбы.
Я знаю, что врагам нужно только
моё имя, а не моя личность.
Но я хочу принести наши идеи
в Рим и провести обновление
без конфликтов.
Я полагаю, для создания более
справедливого мира авторитет
и дисциплина необходимы.
Но авторитет не угнетающий,
а ведущий народ к новым
горизонтам,
которые, быть может, тоже
ограничивают, но более
человечны.
Ты стал мудрым.
Достаточно было надеть диадему
на твою голову, чтобы ты
почувствовал ответственность
за римлян.
Ты уже поменял позицию.
Ты говоришь о "лидере",
"авторитете" и "дисциплине".
Ты рассуждаешь о "построении",
но хорошо знаешь, что сначала
нужно разрушить.
Без ненависти не может быть
любви.
И твои идеи иллюзорны,
за ними скрываются амбиции.
Ты не веришь, Клавдий,
что существующий порядок можно
улучшить? - Нет.
Я считаю, что всё нужно менять.
Я хотел предложить тебе
двигаться со мной.
Встать на мою сторону.
Не дать забыть мне цели,
которые мы себе поставили.
Ты заставляешь меня отказаться
от них.
Ты знаешь мои идеи.
Я верю
не в постепенный прогресс,
а в насильственные изменения,
которые обрушиваются внезапно,
как стихийные бедствия.
Зачем ты призываешь отказаться
от моих идей? Зачем?
Мой утерянный друг, ты уже
превратился в Цезаря!
Я надеялся, что ты поймёшь
простую вещь:
если не я стану Цезарем,
то станет кто-то другой,
гораздо хуже меня. Разве
это недостаточная причина?
Нет. Ты желаешь быть
справедливым Цезарем,
а я мечтаю о мире без всяких
цезарей!
Пойдём.
Цезарь.
Практичные люди создали
этот мир.
Надеюсь, что ты будешь
справедливым Цезарем.
"...Наши достоинства зависят от
чувства момента..."
"...Для власти, увлёкшейся
самой собой,.."
"...нет вернее могилы, чем
трон,.."
"...с которого она хвастается
своими делами..."
"...Один огонь гонится за
другим..."
"...Один гвоздь вбивается
в другой..."
"... Одни права уничтожают
другие..."
"...Одна сила убивает
другую...".
Давай, Октавиан, идите,
римляне!
Рим - ваш!
И когда вы будете во власти,
вы всегда будете непрочными.
И однажды попадёте в руки
последователей Клавдия.
Вам надо знать, что
справедливость бессмертна.
 

////////////////////////////