Сто дней после детства (1975 год). Цитаты и фразы из фильма

«Сто дней по́сле де́тства» — советский художественный фильм, драма о жизни подростков в пионерском лагере. Снят режиссёром Сергеем Соловьёвым на киностудии «Мосфильм» в 1975 году. Первая часть трилогии «Сто дней после детства» (вторая — «Спасатель», третья часть — «Наследница по прямой»).

Все фразы и цитаты

 СТО ДНЕЙ ПОСЛЕ ДЕТСТВА
Внимание! Внимание!
Говорит радиоузел
пионерского лагеря "Лесной Остров".
Сегодня, в 10 часов
проводится по-отрядный пионерский сбор.
Явка всех пионеров
строго обязательна.
Спасибо за внимание.
Ну как?
Хорошо.
- Извините, только дикция у меня плохая.
Почему? Я не нахожу.
А вот и наши, пожалуйста.
1-й отряд.
А Вы наш вожатый?
Вобщем-то да. Хотя, понимаешь,
это не совсем моя прямая профессия.
Я видишь ли, по профессии - скульптор.
А вовсе не педагог.
И поэтому...
Я вас, честно говоря, боюсь.
Ну, это Вы зря! Пообживемся, пооботремся
и всё будет нормально.
Надеюсь.
Слушай, а ты вообще
тут всех знаешь?
Ну откуда же всех?
У кого-то папа вернулся из зоны,
кого-то по школе,
а многие - новички.
Ну, а ты мог бы
ну... ну,
вот рассказать про кого-то,
про кого знаешь?
Ну, просто, кто есть кто?
Кто есть кто?
Пожалуйста.
Только у меня зрение слабое
и я, по обыкновению, биноклем пользуюсь.
Биноклем?
Очень мило.
Так, с кого бы начать?
Ну, вот, к примеру, у рояля...
Загремухина.
7 классов музыкального образования,
а больше всего на свете любит
"Собачий вальс". Слышите?
Слышу.
А это ее наперстница.
Наперстница?
Ну да. Наперстница.
Вон, Ерголина Ленка.
Чрезвычайно образованная девица.
Читает на трех языках
и ничего ей не нравится.
Почему?
Бог ее знает.
Акселерация.
А-а!
А "Собачий вальс" тоже любит.
Тут они молодцы.
Виртуозы.
О-о! Лопухин.
Ухарной малый.
Какой?
Ухарной.
Ты все такой же идиот.
Вот сколько тебя знаю - не меняешься.
От такой слышу.
- Очень остроумно.
Как могу.
Брось, Лопух, не связывайся ты с ними.
А рядом - Фуриков.
В шляпе, видите?
Вижу.
- Черный гений.
Почему?
- Да, так...
Разрешите?
А это Лебедев.
Саша.
Жуткий авантюрист.
Х-м, а со стороны он похож на ангела.
Он и есть ангел! Ангел - авантюрист.
А сидит кто?
Лунев. Он у нас самый старый.
Безукоризненный ум.
А Саша Лебедев -
золотой человек.
Понятно.
Лопухин, тебе сколько лет?
14. А что?
Ничего.
Я рожден с душою пылкой,
Я люблю с друзьями быть,
А, под час, и за бутылкой
быстро время проводить.
Это Вы к чему?
Это не я.
Это Лермонтов, Михаил Юрьевич.
Ты знаешь, в пору сочинения этих виршей
ему как-раз стукнуло 14.
И, вообще, при некоторой доле
развязности, его
в то время, запросто
можно было кликать Мишкой.
Впрочем, тогда его называли Мишель.
Тоже достаточно пошло. Верно?
Я не знаю.
Ну, а чего замечательного в этих стишках?
Про бутылку какую-то...
Я тоже так могу!
Ну, а Фурик уж наверняка.
Чего?
Ничего. - Вполне возможно.
Смешной.
Или вот:
В коляску сел,
дорога скучная,
закрывшись в плащ он поскакал,
А колокольчик однозвучный
Звенел, звенел и пропадал...
Правда, ему уже 15.
Колоссальная разница. Верно?
Я не нахожу.
Это печально.
Ребята!
Ну, как? Уселись?
Можно начинать?
Можно!
Здравствуйте, дети.
Здрасте!
А теперь поорганизованнее!
Здравствуйте, дети!
Здрасте!
Очень хорошо.
Мальчик, сними, пожалуйста
шляпу. У тебя в ней дурацкий вид.
А откуда эта шляпа?
Шляпа?
Отцовская. Он мне ее в Сочи купил.
Для отдыха.
А без шляпы лучше?
Значительно лучше.
Итак, для начала, мы с вами должны
выбрать председателя совета отряда.
Я слушаю предложения.
Ну. Будем молчать или будем говорить?
Можно я скажу?
Говори, девочка.
Как твоя фамилия?
Заликова.
- Очень хорошо.
Говори, Заликова.
Товарищи!
Нечего скрывать, что все мы
друг друга знаем пока мало.
Но, по школе, я бы хотела предложить
Глеба Лунева.
Заликова! Ну кто тебя
за язык тянет?
Ничего.
Во-первых, Глеб хороший товарищ.
А самое главное - это то, что
он в этих делах имеет большой опыт.
Можно сказать: "Собаку съел".
А как звали собаку?
А как тебя зовут, мальчик?
Лопухин.
Еще одна реплика с места,
Лопухин и ты пойдешь гулять в лес.
Пардон.
И еще, ребята,
он представительный, что ли...
Так сказать: "Лицо отряда",
Красивое лицо отряда. И спина отряда.
И плечи отряда.
И зубы отряда!
Лопухин!
На все время собрания я лишаю тебя слова.
Что же касается предложения
Заликовой - то оно хорошее.
Но, кандидатуру Глеба Лунева,
давайте мы с вами прибережем для
другого поста.
Более значительного.
Я думаю, что Глеб Лунев вполне
может потянуть дружину.
Простите, Ксения Львовна,
я, конечно, благодарен Вам
Ксения Львовна за доверие,
и тебе, Заликова, за хорошие слова,
и тебе, Лопухин, за дружбу,
но, Ксения Львовна,
я, между прочим, на отдыхе.
И снова корячиться на дружине,
ну, честное слово, не могу.
Я очень устал.
Он прав!
Он тоже человек, а не лошадь.
Отдых нужен.
Ну, на отряде-то, Глеб, ты,
я думаю, не перетрудишься?
Ладно. На отряде не перетружусь.
Голосуем.
Единогласно.
Похлопаем.
Вот, Сергей Борисович,
это остатки Курипинских каменоломен.
А кто такой Курипин?
Граф.
Это все его, бывшее.
И парк. И река.
И усадьба.
- Ясно.
Может быть вот этот возьмем?
Нет. Этот нельзя.
Почему?
Потому, что, Лебедев,
боги дремлют в глубине мраморных плит.
Это сказал не я.
Это сказал один замечательный мужик.
Скульптор Микеланжело.
А-а! - Бэ.
Дай договорить.
Извините.
Вообще, каждый камень,
имеет свою душу.
Душу?
- Да, душу.
Каждый камень в себе несет что-то.
И, каждый - разный.
Камни, как люди.
Люди?
- Ну, да.
Ну,
бывают твердые люди?
Да.
Это гранит.
Понимаете?
Бывают светлые и мягкие.
Это мрамор.
Точно, мрамор.
А бывают воздушные.
Понимаете?
Это известняк.
Ну, а я, к примеру, какой камень?
Ты, Лебедев, пока
булыжник.
Но, похож, на гальку.
Однако и в тебе дремлет душа.
А чего это она все дремлет?
Раз-два-опа!
раз-два-опа!
опа-опа! Вот тебе и опа!
Ничего себе камушек!
А Вы говорили: галька, булыжник.
А это целая тонна.
А зачем Вам этот камень?
Да, я у вас тут поработать хочу.
Хотите совет?
Давай.
Изобразите Фурика, в шляпе или без,
и у Вас получится, можно
сказать, надгробный монумент.
Зумба кри, тили-мили-тори-милинадзе,
Зумба кри. Зумба ква.
Зумба кри, тили-мили-тори-милинадзе,
Зумба кри. Зумба ква.
Зумба кри, тили-мили-тори-милинадзе,
Зумба кри. Зумба ква.
Анекадерма!
Ашавипумба!
Анекадерма! Шарли-пумба-пумба-пумба!...
Ребята! Подымайтесь!
Собирайте вещи! Купание окончено! Обед!
На обед!
Лопухин, ты похож на руину.
Вставай! Пошли обедать.
Слышь, Лопухин! Пошли!
Мысли мальчика:
Чего это я, дурак?
Это же просто Ерголина.
А-а! Это жара.
Это Ерголина.
Я ж ее тыщу лет знаю!
Ну, вот и хорошо.
Вот и прекрасно.
Как ты себя чувствуешь?
Хорошо.
Правильно.
А чего бы тебе себя чувствовать плохо?
Верно?
Можешь сесть, если хочешь.
Тебе сколько лет?
14.
Фантастика!
- Что?
То, что с вами со всеми происходит.
Ты выглядишь на все 16.
Ну-ка, подойди сюда.
Стань.
Та-ак.
Ну-ка, присядь.
Сколько?
- 175.
Много-мало?
Много. Но это не имеет никакого значения.
Почему?
Потому, что у всех у вас это
одна только видимость.
Что видимость?
Плечи теленка, а сердце ребенка.
Впрочем, это тоже видимость.
Садись сюда.
Головой не ушибался?
Нет еще.
Хорошо.
А что это со мной было?
Ничего страшного. Просто солнечный удар.
Организм слабенький, городской.
Вот и перегрелся.
Это все?
Все.
Это что?
Кальция. Ты его попей. Он укрепляет.
Ладно.
Теперь ступай в палату и полежи.
Вечером зайди.
Хорошо.
И еще, я попрошу, чтобы
тебе давали два вторых.
Ладно.
Спасибо.
А вообще, ты голову
сверху кепкой прикрывай.
В жару хорошо помогает.
Хорошо.
- И ничего не бойся, Лопухин.
С точки зрения медицины -
это совершенно не опасно.
До свидания.
До свидания, Лопухин.
Что ж такое?
Солнца нет.
А это Ерголина...
Это просто Ерголина.
Я ж ее тыщу лет знаю.
Лопухин.
Митя.
Как же ты меня напугал!
Я гляжу - кругом пусто.
А ты лежишь.
А вокруг никого. Только листья шумят.
И я подумала, что ты умер, Митя.
Тебе и сейчас нехорошо, да?
Господи, да ты весь горишь!
Тебя, наверное, зря выпустили.
Нет.
Это кто?
Ты что, с Луны свалилась?
Это Джоконда.
Мировой шедевр.
Эту картинку, Сергей Борисович, мы знаем.
Хорошо.
Ну, а кто расскажет, что видит?
Давайте я расскажу.
Пожалуйста.
Это девушка,
которая сидит у реки.
Все?
- Все.
А вы, Сергей Борисович, чего видите?
Ну, хватит туману напускать!
Сергей Борисович видит
то же, что и Заликова!
А Заликова видит Фурикова.
А Фуриков ничего не видит, хотя ему
тоже очень хотелось бы посмотреть.
В общем-то Заликова, во многом, права.
Это, действительно, девушка,
итальянская девушка,
которая, правда, отдыхает у реки.
И вот уже, скоро 5 столетий,
она улыбается так.
И самые лучшие на этой Земле люди
вот уже скоро
5 столетий
жарко спорят,
доказывая про ее улыбку,
каждый свое.
Бывает, что
на доказательство уходит целая жизнь.
Вся судьба.
Но, так и умираешь,
испускаешь дух,
в бессилии доказать что-то окончательно.
Тогда,
твои дети принимаются за все снова.
Оттого, улыбку Джоконды окрестили
"таинственной".
Тайна ее улыбки,
сродни великой тайне
самой природы.
А в чем тут тайна?
Улыбается себе человек - и улыбается.
Может, у нее настроение хорошее.
Может быть.
Вполне возможно.
У меня мама так иногда улыбается.
Только очень редко.
Понимаете, однажды,
это случается, обыкновенно, внезапно,
ты вот так, вдруг, увидишь,
и реку,
и деревья,
и девушку.
И то, как она улыбается,
Кажется, что ты и раньше
все это видел тысячу раз.
Но, в этот раз, вдруг остолбенел.
Внезапно пораженный
как невообразимо прекрасна
эта девушка
и эти деревья,
эта река,
и то как она улыбается.
Это, обыкновенно, означает,
что тебя настигла любовь.
Тебе чего, Лопух?
Ничего.
Послушай, а ты чего написал?
Где?
- Да вот!
А, это.
Это я еще не дописал.
А чего хотел написать?
Написать-то?
Ерголина - дура.
Понятно.
А это ты что несешь?
Это?
- Это.
Лермонтов, Михаил Юрьевич.
Как живой.
Нравится?
Ксения Львовна велела
его к нам в палату принести.
Проявить уважение к Сереже.
Почему?
Я не знаю.
Слушай! А он на тебя похож.
Да чего ты болтаешь?
Да ничего я не болтаю.
Ты что серьезно?
- Серьезно.
Или он на тебя, или ты на него, но, похожи.
А ну, встань-ка.
Голову поверни.
Грандиозно!
Еще б усы подрисовать!
Вернер был худ и слаб, как ребенок.
Одна нога у него была короче другой.
Черные глаза Вернера
всегда беспокойные,
старались проникнуть в Ваши мысли.
Его наружность, с первого
взгляда, поражала неприятно.
Но, нравилась впоследствии, когда
глаз выучился читать в неправильных чертах
отпечаток судьбы испытанной
и высокой.
Женщины, обыкновенно,
влюблялись в таких людей до безумия.
Надобно отдать им свою прелесть:
они имеют инстинкт красоты душевной...
Вернер был хромой...
Слышен голос:
Ну почему забыла,
мой номер телефона?
Ты перестань смеяться
над глупостью моей.
Ты почему забыла...
- Лебедев!
Ты где велосипед взял?
В одном месте.
А куда ездил?
По одному делу.
А ты чего тут делаешь?
Жду тебя.
Поди-ка сюда.
Пожалуйста.
Ну?
Скажи мне, Лебедев, ты одинок?
Чего?
Я спрашиваю тебя: ты одинок?
Не знаю... Да, наверное.
Почему?
Ну, наверное, потому, что я
физически не очень мощный.
Это во-первых.
Ну, а во-вторых,
я какой-то хлипко-нравственный.
И вялый.
От этого, наверное, со мной
не очень интересно дружить.
Я тебе буду другом, Лебедев.
Хорошо. Спасибо тебе.
Ты гипс достать можешь?
Гипсу?
Не знаю... Да, наверное.
А галошу?
Поискать надо.
Гипс и галоша нужны
будут завтра, на рассвете.
Понял?
Понял.
А это ты чего съел?
Кальций.
Только никому, ни о чем ни-ни.
Могила.
Ты ногу замотал?
Замотал.
Смотри, не розвари.
Не розварю.
Кажется, готово.
Ложись.
Ложусь.
Эх! Жжется, собака!
А может прямо через штанину?
Ты что так и будешь всю
жизнь ходить в штанах?
Так-с.
Аккуратненько.
Вот.
Так-так.
Кальций?
Понимаю.
Послушай, а для чего тебе это все нужно?
Что все?
Ну, гипс, нога, кальций.
Как там у тебя?
Кажется, готово.
Класно получилось.
Тогда вяжи галошу.
Галошу, так галошу.
Оп-па.
Вот и все, а ты боялся!
Вставай.
Ну, как?
Так-с.
Шик, модерн.
Послушай, Лебедев,
как ты думаешь,
на кого я сейчас похож?
Я не знаю.
Похож я сейчас на осеннюю птицу-подранка?
А что такое подранок?
Подранок, это такая птица, Лебедев,
которую ранили, но
до конца не убили.
Похож.
Костер затушить надо.
Надо.
Ну, так давай.
Да я не хочу.
Но, ведь надо.
- Раз надо, значит надо.
Та-ак. Прекрасно.
Полтора часа опоздания!
Мы тут все волнуемся, с
ума сходим. А их нигде нет!
Они пропали, погибли, утонули...
Ну, Лебедев, что ты мне рожи корчишь, ну?
Это не рожи, Ксения Львовна.
А что это?
Пожалуйста, взгляните.
Боже мой! А это что такое?
Нога.
А что с ногой?
Астенерический синдрит.
Что?
Застарелый астанерический синдрит Гиднера.
А кто такой Гиднер?
Гиднер - это педиатр.
Можно мы присядем?
Ну, разумеется, садитесь мальчики.
Митя, Лебедев говорит серьезно?
Серьезно.
Да мне его мать, перед
отъездом, все рассказала.
Просила за ним следить.
Угу.
Вы ешьте, мальчики, ешьте.
Но это не опасно?
Как сказать, Ксения Львовна.
Все-таки застарелый синдрит.
Да Лебедев шутит.
Это совсем не опасно.
Ешь, Лебедев, ешь.
Этим покажемся?
Этим покажемся.
Ну, давай, покажемся.
Давай.
Чего это с ним?
- Не знаю.
Эй, Лопух!
Ну.
Чего это у тебя с ногой?
С ногой?
Пустяки!
Старое растяжение подколенного мешочка.
Перед непогодой хандрит, бывает.
Он тут год назад догонял одного гада.
И нечаянно ногу свернул.
Какого гада?
Не важно, какого гада.
Важно, что неудачно догонял.
Верно?
Рыбку ловите?
Ловим.
Не помешаем?
Не помешаете.
Привет.
Здорово.
Наше Вам, с кисточкой.
Как жизнь?
Спасибо, ничего.
Чего ловишь-то?
Щуку на мотыля.
Какая же тут щука?
Когда здесь головастики
все со скуки передохли.
Ха-ха-ха!
...Задник-же писан великолепным
итальянским художником,
болгарином по-происхождению,
большую часть своей жизни
проведшим в России.
Вот и все, пожалуй.
Товарищи пионеры,
об этом уникальном, усадебном
сооружении 18-го столетия.
Ну, теперь, мы только должны поблагодарить
Ефросинью Кузьминичну
за очень интересный рассказ.
И не только за рассказ.
Я должна вам сообщить,
что Ефросинья Кузьминична
в годы отечественной войны,
рискуя собственной жизнью,
сохраняла все это бесценное сокровище.
Благодарю вас!
- А теперь,
я хотела бы порадовать вас, ребята.
Мы получили разрешение
подготовить и показать
на этой сцене
какую-нибудь хорошую драматическую вещичку.
Тут нужна классика.
Это верно.
Стены, так сказать, обязывают.
Предлагаю "Маскарад" Лермонтова.
Ну, "Маскарад" так "Маскарад".
Вот, Вы сразу и приступайте.
Сразу и приступим.
Тем более, что Арбенин у нас есть.
Это Лунев, что ли?
- Молодец, Загремухина.
Конечно Лунев!
Кто же еще?
Но, не это главное.
Главное, Ксения Львовна,
это то, что у нас есть
замечательный Шприх.
Кто?
Вот!
Это я что ли?
Ты.
Ну Вы даете, Сергей Борисович.
Штраль - Загремухина.
Нина - Ерголина, это ясно.
Это давно и всем ясно!
Так, Казарин.
- А кто такой Казарин?
Умница, циник, игрок.
Мужик - не промах.
Так это ж Фуриков.
Благодарю.
Так, ну а князя Звездича,
я думаю, отдадим Лопухину.
Мить, ты где?
Он здесь.
Это что с тобой?
Пустяки.
Старое растяжение
подколенного мешочка.
По-научному: астемелический синдрит.
Грустно.
Но, зато, ты стал похож на лорда Байрона.
Нет,
он похож на синюю
птицу-подранка.
Слушай, Лебедев! ну, что ты
про этого подранка заладил?
Действительно, Саш,
хватит некоторых раздражать.
Французский медленный танец,
"Изобель".
Скучаешь, наверное?
А чего же?
Каждый веселится в меру
своих умственных способностей.
Это невыносимо, Лопухин.
Ты стал какой-то мизантроп.
Какой есть.
Саша, Лебедев!
Я?
- Ты! Поди-ка сюда.
Извини.
Ну, чего тебе?
- Присядь.
Ну?
Ты не знаешь, кто такой мизантроп?
Мизантроп? Нет, не знаю.
Жалко.
Так у Ефросиньи спросить можно.
А кто такая Ефросинья?
Ефросинья Кузьминична,
смотрительница усадьбы.
Книг у нее уйма! Там есть
Брокгауз, Ефрон - это энциклопедии.
В золотых корешках. Ты меня слышишь?
Энциклопедию? - Ну да, энциклопедию.
На "М"?
На да, на "М". Я Митя
Лопухин из 1-го отряда.
Может Вы меня помните?
Я Звездича играю.
Князя Звездича?
Хорошо.
Очень хорошо.
Сейчас.
Прошу Вас, князь.
Спасибо.
Спасибо Вам.
Миазм,
Мигрень,
Мизантропия...
Нелюбовь,
ненависть к людям.
Саша! Лебедев!
Я?
Ты, ты. Поди-ка сюда.
Извини.
Саша, ты инструменты достать можешь?
Инструменты? А какие?
Молоток, стамеску.
Может ножницы.
Я не знаю.
Поискать надо. А когда нужно?
Сейчас.
Постараюсь.
Ну чего ты тянешь?
Спешка нужна только при ловле блох.
Так-с. Аккуратненько.
Ну что?
Бей!
- Опа!
Ай! Ты что, дурак что ли? В кость бьешь!
А чего? Здесь темно.
Может до завтра так походишь?
Не похожу.
Бей!
- Бить?
- Бей!
Ладно.
Хоп! Черт!
Хоп-хоп-хоп!
Шесть, шесть,
шесть, шесть.
А во что играть-то?
Ну, играйте пока в "Дурака".
Ладно.
Козырь - пика!
Боря, сними шляпу.
Пожалуйста.
Лунев, начинай.
Ну, что? Уж ты не мечешь? А? Казарин?
Смотрю, брат, на других.
А ты, любезнейший,
женат, богат, стал барин,
и позабыл товарищей своих.
Смех в зале.
Нет, подождите, все хорошо!
Ладно, давай...
Но здесь есть новые!
Кто этот франтик?
Х-м, Шприх!
Кончайте, ротозеи!
Смотрите... Лопухин, сядь.
Загремухина, давай, выходи!
Ах князь...
Давай, Лопух!
О-ой!
Я был вчера у Вас с известием,
что наш пикник расстроен,
И спорил лишний час, что огорчитесь Вы,
но, вид Ваш так спокоен.
Мне жаль!
А я - так очень рад.
Пикников 20 я отдам за маскарад.
Лопухин.
Чего?
Ты, вообще понимаешь, кто такой Звездич?
Звездич?
Князь.
Вот ты сейчас стоишь, тюфяк-тюфяком,
а Звездич про себя твердо знает,
что он самый умный, самый красивый,
самый обворожительный мужчина на свете.
Понимаешь?
Нет.
- Почему?
Князь, что - болван?
Перестань трусить веером.
Ну почему болван, Мить?
Ну, просто, попадаются,
иногда, на свете, такие люди.
Вобщем, даже не глупые.
Очень удачливые.
И оттого веселые.
Таким прекрасно живется на свете!
Их все любят.
Понимаешь?
- Нет.
Жалко.
Ну, тогда,
на сегодня все.
Репетиция закончена! Все!
Митя.
- Что?
Кошмарные все женщины, верно?
Кто?
Да, вот, баронесса Штраль.
Н-да.
Слушай, Загремухина.
А?
А я правда на тюфяк похож?
На тюфяк?
По моему, не очень.
Понятно.
А ты не можешь меня научить танцевать?
Танцевать?
- Ну да.
А ты совсем не умеешь?
Совсем.
Ладно, я научу.
Учатся танцевать вальс.
Раз-два-три, раз-два-три.
Вот видишь, у тебя уже получается.
Это ты для Звездича учишься?
Нет.
Так, на всякий случай.
А у тебя правда, получается.
Какой ты легкий, Митя.
Раз-два-три. Раз-два-три.
Интересно, все говорят, что Глеб,
буквально, лучше всех танцует.
А я не нахожу.
Он ногами двигает
ловко, а сам будто спит...
Ничего,
скоро он у меня проснется.
Это я тебе обещаю.
Ты что, Мить?
Ничего,
танцуй, Сонь, танцуй.
Тюфяк! Кто сказал "тюфяк"?
Это ты-то тюфяк?
Господи! Обхохотаться можно.
Давай, Глеб, еще разок попробуем.
Только хорошо скажи.
Искренне.
От сердца.
Я не могу от седца.
Почему?
- Потому, что не понимаю.
Чего ты не понимаешь?
Ведь он же умный человек?
Кто?
Арбенин.
Конечно, не дурак.
- Ну, а чего же он такие
несуразности плетет?
Какие несуразности?
Ну, вот пожалуйста, к примеру:
"Все, что осталось мне от жизни - это ты!
Создание слабое, но
ангел красоты.
Твоя любовь, улыбка, взор,
дыханье...
Я человек, пока они мои.
Без них нет у меня ни счастья,
ни души,
ни чувства, ни существования."
А?
Ну и что?
Хорошо, я объясню.
Если Арбенин, первое: не дурак.
Второе: не старая развалина,
у которой все в жизни кончено,
так сказать, естественным порядком.
Если у него нет никаких тайных соображений,
то, я думаю, он лукавит.
Иначе - я не понимаю.
Слушай, Лунев.
Чего ты все не понимаешь, а?
Ты же вроде бы не глупый малый, Лунев.
А для чего же ты придуриваешься?
Я не придуриваюсь.
Я искренне не понимаю.
Чего?
Арбенина.
Перестань пиликать.
Его слов,
про жизнь и смерть.
Которые могут зависеть от какой-то Нины.
Он ее просто любит, Лунев.
Но не до такой же степени!
До такой.
Ну, не бывает же так.
Митя.
Бывает.
Да это же нормальному
человеку выговорить невозможно!
На, попробуй.
Иди, почитай.
Давай.
Откуда?
Вот отсюда.
Отойди, пожалуйста.
Я?
- Ты.
Пожалуйста.
Я странствовал,
играл,
был ветрен
и трудился.
Постиг друзей,
коварную любовь...
Чинов я не хотел,
А славы не добился,
Все, что осталось мне от жизни -
это ты.
Созданье слабое,
Но ангел красоты.
Твоя любовь, улыбка,
взор, дыханье...
Я человек,
пока они мои.
Без них нет у меня ни счастья,
ни души,
ни чувства,
ни существования.
Вот и все.
Жутко любит.
До смерти.
Вот и все.
Слушай, Лопухин,
я не знаю, есть ли у тебя талант,
но, ты соображаешь, что говоришь.
Это тоже не так мало.
Вот пусть Лопухин Арбенина и играет.
Раз он все понимает.
А чего?
Правда! Рвани Арбенина, Лопух!
Ну, киньте жребий.
Да зачем жребий?
Давай, Мить.
А я Звездича.
Так сказать, махнемся без обид, а?
А?
Нет.
Фуриков прав.
Пусть судьба решит.
Жребий.
Ну, чего там?
Арбенин.
Спим?
Прекрасно!
Дышим ровно?
Очень хорошо.
Ну, что ж,
приятных сновидений.
Итак, продолжим.
Как это там дальше?
2 часа ночи.
Не спится.
А надо бы заснуть, чтобы
завтра рука не дрожала.
Впрочем, в шести шагах промахнуться трудно.
Но, что если его счастье перетянет?
Если моя звезда мне изменит?
Что ж,
умереть, так умереть.
Потеря для мира не большая.
Быть може завтра
я умру и не останется на Земле
ни одного существа, кто
бы меня понял совершенно.
Конец всего,
я думаю, не успокоюсь.
Итак, решено - дуэль.
13,
14,
15,
16,
17...
Итак, решено -
Дуэль.
Ребята!
Сегодня всем лагерем
мы едем с вами
в соседний колхоз.
Вас пошлют на капусту.
Работа не трудная,
но требует внимания и
аккуратности.
От вашего труда зависит урожай
ценной культуры.
Лучший отряд на капусте получит
сегодня, за обедом,
двойную порцию
консервированного компота
из вишен!
Ну, как, нравится?
- Нравится!
Ну, а остальным уж, извините, как обычно.
Кофе с молоком.
Ничего на свете лучше нету,
чем бродить друзьям по белу свету,
тем, кто дружен - не страшны тревоги,
нам любые дороги дороги!
Нам любые дороги дороги!
Эй ты, в шляпе!
Ты Курипинский, что ли?
Ну, Курипинские.
А вы откуда?
Из Тимохино.
Деревенские?
Ну, да. Деревенские.
Давай после работы пузырь катнем, а?
А?
В футбол, говорю,
на "Задике".
На "Задике"?
- Ну, да, на "Задике".
Ну?
Эй, Лунь!
Чего?
Деревенские предлагают в футбол.
А как же работать?
Как отработаем!
Ну, ладно, давай.
Тебя как зовут?
Фуриков. Только ты насчет
шляпы-то, поаккуратнее.
Ладно.
А меня зовут Вишко.
Дождь будет.
Слушай, Вишко, а как это на "Задике"?
Не важно,
позже разберемся.
А он ничего.
Ловкий.
Кто?
- Глеб.
Только самодовольный какой-то.
Ну и что?
Извини, я не знала. Может
быть у вас отношения.
Какие еще отношения?
Я не знаю.
И я не знаю.
А-а! Продули!
Ну, что?
Битте-дрите.
Прошу в ворота.
Кто пойдет?
Вратарь и капитан.
По десять пузырей.
Понял.
Ты чего затих?
Не расстраивайся.
Целкий гад.
Варварство!
Да брось!
Мы свое на другом возьмем.
Есть тут у меня один планчик.
Хорошо здесь, тихо.
Водичка журчит.
Слушай,
ты бумажки выписывать будешь?
Какие бумажки?
Капустные, для лагеря.
Ну.
- Я тебя прошу такую штуку сделать.
Общий выработок оставь как есть,
а внутри напиши
всем отрядам поровну.
Что б без обид, понимаешь?
Ну и мысок впиши.
Какой мысок?
Ну, помнишь? Все поле ровное,
а на косогорье мысок.
Вот мы его и делали.
Ладно. Делали, значит впишу.
Ну, да.
Славно получается.
Над ними не каплет,
Тебе чего, Лопух?
Ничего.
Фуриков.
Сделай нам, пожалуйста "Але-Гоп",
"Але-Гоп"?
Ну, да.
С нашим удовольствием.
Ал-ле!
Гоп!
Прошу разбирать!
Ура! Ура! Ура!
Слушай,
а у меня ощущенье
создалось, примерно поровну.
Что все примерно поровну идут.
Так и шли, примерно поровну.
Мысок все решил.
Ну и капля сообразительности.
Послушай, Лунев.
А ведь мысок мы этот не делали.
Отчего же?
Ни от чего?
Не делали, вот и все.
Если хочешь, я тебе скажу
кто его делал.
Кто?
Его делали Ксения Львовна
и Сережа.
Что ты на это скажешь?
На это я скажу тебе, Лопухин,
что ты, верно, этого
компоту просто не хочешь.
Может ты его не любишь,
а может уже сыт.
Ты ведь два вторых умял,
по обыкновению.
В связи со слабостью организма.
Нет, Лунев.
Компот я люблю.
Но, ворованных компотов
не пью.
А ты пей!
Ты что, Лопухин,
сумасшедший?
Ты думаешь, Лопухин,
я тебя сейчас ударю?
Начнется драка,
прибегут, нас разнимут и дело с концом?
Нет, Митя. Ты ошибаешься.
Я тебя сейчас бить не буду.
Но, потом, я тебя трону.
Я тебя так трону, Лопухин,
что ты будешь вспоминать об
этом всю свою несчастную жизнь.
Хочешь яблока?
Давай.
Только у меня одно. Я разломаю.
Держи.
Спасибо.
Я не помешаю?
Помешаешь.
Почему же?
Ты даже можешь присесть, Загремухина.
А как я к вам попаду?
А вон, через будку.
Ладно.
Интересные люди,
ничего сами головой сообразить не могут.
Прыгай.
Ты извини меня, Загремухина,
но, у меня больше яблока нет.
Ничего, я компота наелась.
Лебедев,
оставь нас, пожалуйста, ненадолго.
Мне Мите два слова сказать надо.
Ну, я пойду?
Ступай, Лебедек.
Делу время, потехе час.
Пока, пока!
Я тебя слушаю, Загремухина.
Что же ты наделал, Митя?
То, что считал нужным.
А что ты считал нужным?
Говорить негодяям правду в лицо.
И это все?
Все.
Ты врешь, Лопухин.
Особенно печально то,
что ты врешь себе.
Это меня просила передать тебе Лена.
Почему тебя?
Почему бы ей самой
не спросить у меня то, что ее интересует?
У нее что язык отнялся?
Или разбил паралич?
Она скончалась?
Что же происходит?
Я не знаю, Митя.
Громкоговоритель:
Открываем вечер отдыха и развлечений.
первое отделение:
концерт.
Номера оцениваем на очки.
Отряд набравший наибольшее
количество очков -
ожидает сюрприз....
Интересно какой?
Компот мы уже весь выпили.
Да перестань, Лопухин.
...После концерта,
подвижные игры
на воздухе...
Пойдем туда, Мить?
Правда, пойдем.
А то, если тебя там не будет,
то все действительно подумают,
что ты...
- Что я?
Я не знаю.
Только, пожалуйста, пойдем.
Сейчас, перед вами,
с парным матросским танцем "Яблочко"
выступят пионеры третьего отряда.
Эрик Крупицын и
Саша Камушкин.
Поприветствуем их!
Лопухин.
А ты почему сидишь на дереве?
А что, я кому-нибудь мешаю?
Хорошо, Лопухин.
И об этом твоем поступке,
мы поговорим после концерта.
Начали.
Митя.
Слушай.
Ты не мог бы слезть с дерева?
Что и Вам я мешаю?
Мне ты не мешаешь,
я просто хотел с тобой поговорить.
Именно сейчас?
Именно сейчас.
Хорошо.
Пойдем?
Пойдем.
Ну, расскажите мне, какой я нехороший.
Это должно у Вас ловко получиться.
Вы, вообще, складно говорите.
Красиво, длинно,
умно. Приятно слушать.
Спасибо тебе.
Не за что.
Кстати, а почему ты решил,
что все это Лунев проделал?
Может сами колхозники ошиблись?
Ну, напутали там, при подсчете.
Здрасьте, напутали!
Я ж там был.
Лично.
Где?
Ну, там, где Лунев химичил.
Врал про мысок, что мы его делали,
и клянчил, что бы нам его записали.
Как это было?
Обыкновенно.
Стоял рядом и слышал.
Интересно.
Что?
А чего ж ты там все это не сказал?
Всей правды.
Тогда же.
Тогда же? - Ну, да.
Я не знаю.
Понятно.
Там тебе это было не нужно.
Вот и все.
Твоя правда стала стоить копейку.
А что ж теперь делать?
Ничего.
Теперь иди, Митя, спать.
А как же теперь спать?
Никак. Обыкновенно.
Просто спать.
Сережа!
Вас срочно просит зайти на танцверанду
Ксения Львовна. Говорит очень важное дело.
Где танцверанда? Почему танцверанда?
Я не знаю.
Ну, ладно, зайду.
Здрасте.
Сереженька! Как хорошо, что Вы пришли.
Что-то случилось?
Нет. Мне просто нужно
с Вами посоветоваться.
Вы знаете...
присядьте.
Вы знаете,
положение становится нестерпимым...
Мы больше петь не будем?
Будем, но потом.
- До свидания.
...Два подростка ненавидят друг друга.
Само по себе это отвратительно.
С этим надо кончать.
Да.
Поэтому, я предлагаю
педагогический эксперимент.
Эксперимент?
Да, эксперимент.
Ты почему не рисуешь, мальчик?
Я рисую.
Рисуй, рисуй.
А давайте их вдвоем
пошлем в село, за сметаной.
Сметану они повезут на телеге.
Пусть волокут ее вдвоем.
Так сказать,
в одной упряжке.
А Вам это как?
Отчего же...
пусть, правда, прогуляются.
Ну хватит, Лопухин.
Что мы с тобой как два идиота
друг на друга дуемся?
Мир, Лопухин.
Нет.
Почему?
Потому, что мнения
своего я о тебе не переменю.
Я и сегодня, Лунев, думаю,
что ты подлец,
приписчик и вор.
И потом, ты обещал как-нибудь тронуть меня.
Так, чтобы я вспоминал
об этом всю свою жизнь.
Которую ты назвал несчастной.
Ты передумал?
Что скажешь, Лунев.
Что я тебе скажу?
Ну, для начала, я скажу тебе
от чего ты бесишься.
Откуда болезнь.
Ты враль, Лопухин.
Тебе нравится врать про
какие-то невиданные чувства.
Которых на свете не было и нет.
Еще ты ищешь дурачков,
которые вдруг поверят тебе.
Но и дурачков таких тоже нет.
А меня ты, Лопухин, ненавидишь правильно.
Потому, что
меня любят.
Просто так.
Безо всякого возвышенного вранья.
Ты подлец, Лунев.
Ты этого хотел?
Лопухин?
Ты подлец, Лунев!
И я тебя ненавижу!
Врешь, Лунев.
Врешь,
все это не так просто. Ты понял?
Мить.
Митя.
Что же это мы с тобой делаем?
А Митя?
Мить, ты прав.
Кругом прав.
Я и сам знаю, что
сподличал.
Только я думать про это не хотел.
Боже! Это невероятно!
Это же надо быть таким идиотом, Митя.
Ну, что ж ты все молчишь, Мить?
Мажь, Сонь, мажь.
Я мажу, мажу.
Ну-ка.
Пьеса: ...Как нынче скушно. Как же быть?
Чтоб не скучать с людьми,
то надо приучить себя
смотреть на глупость и коварство...
Вот все,
на чем вертится свет.
Ты прав. Ужасно.
Да, ужасно.
Душ непорочных нет.
Нет,
я думал, что нашел одну,
и то напрасно.
Что говоришь ты?
Я сказал, что в свете
лишь одну такую отыскал я тебя.
Ты бледен.
Много танцевал.
- Опомнись, mon ami! Ты с места не вставал.
Так, верно, потому, что мало танцевал я!
О-о! Ты меня не любишь.
- А за что же тебя любить?
за то ль, что целый ад
мне в грудь ты бросила?
О, нет! Я рад твоим страданиям!
И ты...
ты смеешь требовать любви?
А мало ль я любил тебя, скажи?
А этой нежности ты знала ль цену?
А много ли хотел я от любви твоей?
Улыбку нежную,
приветный взгляд очей.
И что ж нашел - коварство и измену.
Возможно ли! Меня продать!
Меня за поцелуй глупца..,
меня, который по слову
первому был душу рад отдать,
Прощай, Евгений.
Я умираю, но, не винна.
Ты злодей.
Давно хотел я полной мести,
И вот,
вполне я отомщен.
Он без ума,
счастлив,
а я навек лишен
спокойствия и чести.
Лена.
Я хотел бы тебе сказать о многом.
О чем все время молчал.
А лето уже кончается.
И времени остается совсем мало.
И молчать дальше нельзя.
Ты и сама видишь, наверное,
как увядает трава,
и желтые листья попадаются на деревьях,
потому, что все на свете кончается.
Я хотел бы сказать тебе
обо всем именно здесь,
пока лето не кончилось
и в старом парке все еще шелестят деревья.
И в их шорохе мне слышится твой голос.
И во всем, что окружает нас,
я вижу только тебя одну.
Лена. Я очень прошу тебя прийти к пруду,
туда где я впервые увидел тебя.
Говорю так, потому, что
никогда не видел тебя прежде.
Не знал, хотя мы учились
в одном классе.
Я жду тебя там сегодня ночью,
а если ты не прийдешь сегодня,
то знай, что я буду ждать тебя каждую ночь.
Сколько бы их там не осталось. Вот и все.
Твой знакомый,
Дмитрий Л.
Это ты Соня?
Я.
Как хорошо, что ты пришла, Соня.
Вот.
- Что это?
Это письмо, Соня.
Передай его, пожалуйста.
Лене? - Да.
Хорошо, я передам.
Ты мне как сестра стала, Соня.
Ты все-таки пришла, Лена?
Да.
Лена. - Что?
Я хочу тебе сказать, Лена.
Не надо, Митя.
Пожалуйста, не надо.
Почему?
Ну, я прошу тебя, пожалуйста, не надо!
Так лучше будет.
Если я не скажу тебе этого, Лена,
я не смогу жить дальше.
Господи,
как же ты измучил меня, Митя.
Я?
Почему?
Ты измучил, ну...
Ну посуди ты сам, ну, что я могу поделать?
Я давно,
я очень давно уже все вижу.
Но разьве я виновата, что Глеб есть?
Что он мне нравится.
Посуди ты сам. Ну, что я могу сделать?
Что ты молчишь?
Ты хороший, добрый, я знаю.
И что?
Прости меня, Лена.
Мне? Простить тебя?
За что же, Митенька?
Ты прости меня.
И, пожалуйста, уходи.
Хорошо, я уйду.
Только, знаешь, Митя,
я правда ни в чем не виновата.
Уходи, пожалуйста.
Хорошо.
Митя.
Я везде искала тебя, Митя.
Зачем?
Что с тобой, Митя?
Со мной - ничего.
А вот что с тобой, Загремухина?
Что ты от меня хочешь?
Ты что, Загремухина, мне мать,
тетка,
что ты меня опекаешь?
Может ты жутко душевная?
Может ты меня пожалеть хочешь?
Может ты вообще записку читала?
Что же ты плетешь, Лопухин?
Как же тебе не стыдно?
А чего мне стыдиться?
Не скажешь?
Меня жалеть не надо!
Заруби это, Загремухина, у себя на носу.
Не смей орать на меня, Лопухин.
Это еще почему?
Потому, что ты дурак, Лопухин.
Потому, что я люблю тебя,
больше всех на свете!
Как?
А вот так.
А ты - Загремухина!
Ты жутко душевная!
Эх ты!
недотепа.
Ой, мамочки!
Что ж это я говорю?
Что же я говорю?
Я не знал, Сонь.
Ну, я не знал.
Слышишь?
Я правда не знал.
Что ж нам теперь делать, Мить?
Знаешь, Соня,
я думаю, что делать нам ничего не надо.
Как?
Помнишь, Сережа нам
рассказывал про Джоконду?
Помню.
Ведь никому от нее ничего не надо.
Ведь верно?
Верно.
Помнишь, Сережа сказал,
что надо смотреть на нее долго,
запомнить ее всю
и потом носить с собой целую жизнь.
И тогда все будет хорошо.
Что будет хорошо?
Все.
Нам ведь друг от друга ничего не надо.
Ведь верно?
Да.
Давай и мы с тобой
просто
запомним это лето.
Просто запомним и все.
Ладно?
- Да. Давай.
 

////////////////////////////