«Серые сады» (англ. Grey Gardens) — независимый американский
документальный фильм 1975 года, снятый Альбертом и Дэвидом Мэйслесами
совместно с Эллен Ховде и Маффи Майер. В 2010 году по решению Библиотеки
Конгресса картина была включена в Национальный реестр фильмов, как
«исторически значимая».
Все фразы и цитаты
Что ты там делаешь?
Просто стоишь?
- Просто снимаю гостиную.
- Вискас!
- Ты знаешь, что Вискас исчез?
- Кот убежал!
- Я стараюсь его заманить обратно.
- Убежал? Вот как.
Да, мы не знаем,
каким образом он удрал.
Думаю, он пробрался
через дыру вон там.
- Нет, я знаю, они заходили, и я...
- Я думаю, он вылез через ту дыру.
- Он мог вот здесь выпрыгнуть.
- Я знаю, они заходили...
- Да уж.
- Нет, он улизнул через ту дыру, Эди.
Я выпустила их всех.
Ты мне сказала так сделать.
Нет, дорогуша, он проскользнул
через дыру, детка.
Ты сказала: "Выпусти котов".
- Ты слышала, что я сказала, женщина?
- Что?
Он улизнул через дыру вот здесь.
Этот шум мы и слышали.
Этот енот вот что сделал
с моей новой стеной.
Разве не ужасно?
Они скоро разрушат весь дом.
Н-да, они снова
совершат на нас набег.
На нас снова совершат набег
из деревни Ист-Хэмптон.
Представляете, в Ист-Хэмптоне
вы можете схлопотать за то,
что надели красные туфли в четверг
и всё в таком роде.
Я не знаю, вы знаете об этом или нет.
То есть, вы знаете?
Тебе могут досаждать
за что угодно.
СЕРЫЕ САДЫ
Матери и дочери приказано
навести порядок в доме или убираться
Тетке Джеки сказано:
Приведи усадьбу в порядок
Тетка и кузина Жаклин Кеннеди-Онассис
проживают на Лонг-Айленде
в заваленном мусором,
грязном 28-комнатном доме
с восемью котами, блохами, паутиной
и без водопровода -
в условиях
настолько антисанитарных,
что Департамент здравоохранения
Саффолка постановил
либо привести им дом в порядок,
либо они столкнутся с выселением.
Этот дом в Ист-Хэмптоне
называется "Серые Сады".
Скорбь по "Серым Садам"
Ист-Хэмптон. Мисс Эдит Бувье Бил
готова защищать дом ее матери:
"Он пропитан романтикой
и привидениями".
В интервью по телефону
на этой неделе мисс Бил
назвала инспекцию "рейдом",
организованным пособниками
"подлого, злобного
республиканского городка"
и передала заявление матери:
"Это было самое зверское,
отвратительное происшествие, которое
когда-либо происходило в Америке".
Джеки приводит в порядок
Ист-Хэмптон
Звуки сапог рабочих отзываются эхом
в покрытой лозой усадьбе
в Ист-Хэмптоне, Лонг-Айленд,
где прожили более 20 лет тетка
и кузина Жаклин Кеннеди-Онассис.
Хорошая гарантия поддержания
чистоты и порядка в доме
Родственники Джеки уживаются
в доме на Лонг-Айленде
Бил остаются в усадьбе
Миссис Бил и ее дочь Эди,
объекты досадного случая,
когда Департамент
здравоохранения Саффолка
пригрозил им выселением, могут снова
оказаться в центре внимания.
Бил участвуют
в кинокартине об их жизни,
который снимают
Альберт и Дэвид Мейслз.
- Это же Мейслз!
- Привет, Эди.
- Гости-джентльмены.
- Я увидела вашу машину.
- Один из моих котов убежал.
- Эди, вы выглядите потрясающе.
Дэвид, ты выглядишь
совершенно потрясающе. Честно.
Ты одет в светло...
Ты одет в светло голубое.
Что ж, Ал, ты до сих пор...
Мама говорит, ты очень консервативен.
Брукс, всё выглядит
просто чудесно.
- Спасибо.
- Абсолютно чудесно.
Это лучший наряд,
чтобы носить днем.
- Ты понимаешь.
- Да.
Потому что мне не нравятся
женщины в юбках,
а носить лучше всего колготы
или панталоны...
под короткую юбку,
я так считаю...
Тогда получается:
под юбкой панталоны,
а потом можно натянуть чулки
поверх панталон, под юбкой.
Угу.
И всегда можно снять юбку
и использовать ее в качестве накидки.
Поэтому мне кажется,
что это лучший наряд на день.
Понятно.
Знаешь, мне нужно всё это
еще продумать.
Мама хотела, чтобы я вышла в кимоно,
из-за этого у нас вышла размолвка.
Итак, что же ты делал?
Снимал, как Брукс здесь стрижет?
- Да, я пробирался сквозь джунгли.
- Ой, ради всего святого.
Что ты хочешь сейчас делать?
Куда хочешь пойти? Наверх?
Хочешь подняться
и снимать с главной веранды?
- Давай.
- Хорошо.
Брукс, сейчас они будут
снимать сверху.
Здесь позади прекрасный сад.
Ты видел сад-стену?
- А, ты имеешь в виду патио. Вот это.
- Да.
Это испанский сад-стена,
вот здесь, видишь.
- О, да.
- Его заложили Хиллзы.
Они всё заимствовали из Рима.
Миссис Хиллз была
известным садоводом.
Это был один
из самых известных садов Америки.
Брукс, следующим летом,
если мы все будем живы,
думаю, хорошо бы здесь
разбить огородик.
Здесь недостаточно
солнечного света.
Мама сказала,
что не возражает,
если ты срежешь
немного бирючины в саду.
- Будет замечательно.
- Да.
Потому что продукты дорожают.
Мы слышали такое по радио
вчера вечером.
Как ты считаешь, мой наряд
Бруксу кажется нормальным?
Мне кажется,
он был несколько удивлен.
- Он наверняка видел его раньше.
- Нет, нет. Это революционный наряд.
Я никогда не надевала его
в Ист-Хэмптоне.
Он, кажется, в порядке.
Кажется, он может это пережить.
Нельзя быть слишком уж
осторожной.
Ты понимаешь,
что я имею в виду?
Изначально это была гостиная.
Знаешь, сейчас люди
возвращаются к кухням.
Хотя стиральная машина
всегда стояла в столовой прислуги.
Знаешь, лохани для стирки
находятся в столовой прислуги.
- Давайте поднимемся.
- Это крайне трудно...
...сохранять границу
между прошлым и настоящим.
Понимаешь о чем я?
Это чудовищно сложно.
Океан сегодня прекрасен,
не правда ли?
Какого цвета, по-вашему?
Что-то вроде сапфира?
Этот океан... Я никогда
не видела ничего подобного.
Я здесь провела 50 лет...
Самый красивый за все 50 лет.
Эди, ты где-то здесь?
Эди!
Я не выбиралась из этого
проклятого ужасного места...
уже два года.
Господи, если б вы знали,
как я себя чувствую. Я готова убить.
- Брукс хочет... Ну, они не собираются
вытаскивать тебя на пляж.
- ...счет, мама, дорогая.
- Хорошо, дай мне...
- Он у дверей.
- Я же сказала,
- ...что сделаю это прямо сейчас.
- Двадцать три бакса за стрижку сада.
Одну секунду.
Я тебе говорила...
Лучше принеси-ка ручку.
Я закрыла всех котов.
Не будь такой злой.
Они не хотят быть взаперти.
Бедные маленькие котятки.
Ты же знаешь,
котятки обожают солнце.
Кажется мне, что я не выберусь отсюда,
пока либо она, либо я не умру.
Кто она? Кошка?
Я понятия не имею,
когда выберусь отсюда.
Почему ты хочешь выбраться?
Другое место будет намного хуже.
Потому что мне здесь
не нравится.
- Любое другое место будет хуже.
- Держи.
- Любое другое место на земле.
- Да, но я люблю свободу.
Ну, дорогая, ты ее не можешь
заполучить. Ты на обеспечении.
- Ты не можешь получить свободу,
если ты на обеспечении. - Да, но...
- Не можешь?
- Нет, не можешь.
Я считаю, что ты несвободен
и тогда, когда не на обеспечении.
Ты должна ходить по струнке.
- Получается ужасно в обоих случаях.
- Ну, это не про тебя.
Ты выглядишь очень молодо
для 56-тилетнего возраста.
Разве ты не помнишь,
что мне говорила...
Мне бы хотелось парочку дней
поваляться на пляже.
Что ты мне говорила?
Всего-то.
- 24 бакса.
- И не надо кричать об этом.
Когда ты научишься, Эди?
Ты живешь в этом мире, знаешь ли.
Ты не оторвана от мира.
Посмотрим, вспомню ли я дату.
Сегодня двенадцатое?
Ну, я думаю, существуют
какие-то компенсации.
Сегодня двенадцатое?
Старая женщина,
она должна помнить всё, знаете.
Думаю, всё правильно.
Брукс Хиерс. Х-И-Е-Р-С.
- О, я не думала, что это нужно.
- Да.
Почему ты не позволила
заняться этим в доме?
Зачем ты меня заставила
заполнять здесь?
Мам, на тебе недостаточно одежды.
Ну, я надеюсь... Я собираюсь
через пару минут раздеться совсем,
так что тебе лучше быть начеку.
- Этого я и боялась.
- Хе, чего же? Почему?
- На мне нет никаких бородавок.
- Но ведь фильм, фильм.
- На мне нет никаких бородавок.
- Мам, дорогая, не в этом дело.
Ну, ты сама видишь, к чему пришла,
будучи такой вот.
- Ни мужа, ни детей, ничего.
- Ничего не могу с этим поделать.
Мне нравится
носить определенные вещи.
- Это Х-И-Е-Р? Х-И?
- Ей нравится, всё, что без ремня.
- Х-Е, Эди, или Х-И?
- Х-И-Е-Р-С?
- Х-И?
- Да.
- Она и Марджори не сторонницы поясов.
- Я не носила поясов с двенадцати лет.
Вот, держи.
У мамы есть некоторые
размышления про... э...
- У меня точно есть мнение насчет...
- Об одежде.
...жизни в одиночку
длительное время.
Да, об этом у меня есть мнение.
Очень трудно жить в наши дни.
Жизнь очень сложная.
"Мужчина-Весы - не тот,
кому легко угодить".
"Монотонность семейной жизни
явно не то, что его привлекает,"
"но он страстный мужчина
и уважает традиции".
Осталось только найти
этого мужчину-Весы.
"Мужчина-Весы практичен,"
"он прирожденный судья,"
"и ни никакой другой знак Зодиака..."
"не может...
упорядочить свою жизнь"
"с таким умом".
Боже мой! Это именно то,
что мне нужно... порядок.
Это именно то, что мне нужно...
упорядоченная жизнь.
Понимаешь, нужен организатор.
Но он должен быть Весами.
- Есть кто?
- Да?
- Кажется, это Джерри.
- Эй, это Джерри? Ради всего святого.
Что ты делаешь?
Джерри, ты же Водолей?
Вот, что я увидела, когда
познакомилась с тобой, Джерри.
- Помнишь, я сказала:
"Мраморный фавн". - Да уж.
Это было ужасно.
Ужасная трагедия,
связанная с Мраморным фавном.
Знаешь, я называю Джерри
"Мраморным фавном".
Натаниэль Готорн.
- Да.
- Да.
У тебя есть эта книжка, Эди?
Я не смогла ее найти.
Если наткнешься на нее,
я бы хотел прочесть.
Она очень глубокая.
Не знаю, стоит ли тебе...
Ну, думаю, тебе по силам.
Она когда-то была...
Думаю, она подлежала прочтению
в старшей школе.
"Мраморный фавн".
Мужчина-Весы
не добивается развода...
до тех пор, пока условия жизни
не становятся невыносимыми".
Я совсем не верю в развод.
- Думаю, развод...
- Твоя мама была разведена или нет?
- Нет.
- Проживали отдельно.
Да, а потом мой отец получил
фиктивный мексиканский развод
и у него была...
Как это он называл - другая жена.
Но мы не признавали.
И Католической Церковью
тоже не было признано.
Они не признают, знаете ли.
Скажи, ты контролируешь меня, Эди?
Весь день?
- Думаю, вот эта потрясающая.
- Ох, Эди, эта не самая лучшая!
А эта худшая
из моих свадебных фотографий.
Остальные кажутся хуже.
Я собиралась стать певицей, знаете.
Профессиональной певицей.
Когда я познакомилась
с мистером Билом, всё пошло прахом.
Помнишь это?
- Можно мне глянуть, пожалуйста?
- Разрушитель мира.
"Моему лучшему другу
и очаровательному товарищу,
моей единственной возлюбленной
и прекрасной жене
я преподношу портрет ее мужа.
Филан Бил, 1929
- Так что мы правда любили друг друга.
- Я смеялась, когда читала?
Разве дети не ужасны?
Я лишь хихикнула.
Если люди не разговаривают,
они никогда не разведутся.
Нельзя это предвидеть.
Я всю жизнь
была счастливой женщиной.
Рассказать им о Гульде?
Гульд был маминым
аккомпаниатором.
Он был композитором буги-вуги,
у него был потрясный стиль.
Он был самым великолепным
мужчиной, которого я встречала,
включая мистера Била
и мистера Бувье.
Совершенно великолепным!
Эта милая, мама.
Мне очень нравится.
А тебе, Дэвид?
Ты говорила, Мишель Бил
украла эту, Эди?
Никогда не говорила.
Она никогда бы такого сделала.
Видишь, какой толстой я была, Эди?
Я была похожа на хорошую мать?
Я была хорошей матерью?
- Выглядит именно так.
- Что? Выглядит так.
У меня дети не голодали. Что?
Кормили их, кормили хорошо.
Они были чУдными детьми.
Я радовалась им бесконечно.
Я без ума от моих сыновей,
совсем от них без ума.
- Кто эта маленькая девочка?
- Это я.
Ну, с мальчишками
было несложно справляться.
С ними было
очень легко справляться.
О, ну моя мама никогда и не видела
моих братьев.
Я их видела каждую минутку,
каждую минуту.
- У них не было никакой дисциплины.
- Им она была не нужна.
- Они были совершенны.
- Им никогда не нужна была дисциплина.
А эта была снята
маленьким Кодаком номер два.
Да. Кодак номер два.
Стоила два доллара, эта камера.
- Мам, я без ума от этих твоих фоток.
- О, нет, не трогай их.
- Мы их положим вот сюда.
- Нет, я хочу, чтобы они были наверху.
- Дай мне их, пожалуйста.
- Нет, нельзя их тебе.
Эди, я хочу их.
Я их больше никогда не увижу.
Сейчас же, я хочу эти фото.
- Я хочу эти фото, Эди.
- Нельзя их здесь на свет выставлять.
Нет, отдай же мне фото!
Не хочу просить 67 раз.
- Ну же.
- Хочу показать их Алу.
- Нет, я хочу.
- Я хочу показать их Алу!
- Это мое фото!
- Посмотри, что я сделала из-за тебя.
Ну, это ты наделала.
Смотрите, что она наделала.
У мистера Била
было классическое лицо.
- Я хотела, чтобы вы увидели.
- Смотрите, что она сделала.
- Только у немногих людей такое.
- Не прикасайся к этому!
Ал, я хочу, чтобы ты взглянул.
Смотри, а это моя мама.
Британская кровь, может,
еврейская, не знаю.
В семье Лиман. Не уверена.
- Я не хочу, чтобы это снимали.
- Шотландская кровь... Евинги.
Представь, что показываешь
все эти жуткие вещи.
- Не хочу, чтобы ты их показывала.
- Род Евингов вот в этом.
Но это всего лишь девочка
из хорошей французской семьи.
Очень красивое лицо.
Я жила одна как минимум лет 30.
Я была не против.
Становишься очень независимой,
когда живешь одна.
Становишься настоящей личностью.
Нельзя и рыбку съесть,
и в воду не лезть.
- О да, а я съела.
- В жизни.
У меня была рыбка, я ей упивалась,
я ее жевала, грызла...
- И у меня было все, чего я хотела.
- Нельзя и рыбку съесть
и в воду не лезть.
У меня была очень,
очень счастливая насыщенная жизнь.
Ну, у тебя был богатый муж.
Тебе стоило оставаться с ним.
- Сейчас ты тоже это можешь осознать.
- Что! Ради денег?
Ей было скучно.
С чего бы это? Не было мне скучно.
Я была великой певицей.
У меня был идеальный брак,
прекрасные дети.
Крайне успешный брак,
никогда в жизни не было ссор.
Я никогда ничем не швырялась
в мистера Била. Никогда.
Он постоянно ходил петухом,
как говорится.
Нет, я никогда и не перемолвилась
с мистером Билом.
Я переехала жить в этот дом,
потому что занималась здесь пением.
Я была так счастлива.
Я была счастливее,
когда выходила в свет и пела,
как никогда с самого рождения.
Мне это нравилось больше,
чем всё, что я делала.
- Мам, я не могу найти.
- Разреши мне тебе помочь.
Позволь мне... Послушай, детка,
я превосходно организована.
Я точно знаю, где искать.
Она была у меня под контролем,
вот здесь, но я не могу ее найти.
Нашла!
Ну, принеси...
принеси оркестровку
для "Чая на двоих".
Я не могу. У меня ноги болят.
Попробуй, милая. Она прекрасна.
Мне нужно вернуть свой голос таким,
каким он был в мои 45.
- Мам, милая, но ты не можешь.
- О, могу. О, да!
Что-то меняется, прими это.
Я никогда в жизни
не перенапрягала голос.
- Но я перенапрягала голос от крика.
- Я никогда не курила сигарет.
- Что со мной случилось?
Я никогда не смогу... - О, нет.
...снова говорить.
Почему я не могу вернуться
хотя бы на месяц назад.
Знаете, тяжелая хорошая работа.
Когда мы вместе...
Гульд и мама записали
эту пластинку в 1934.
- Спой, детка, просто спой.
- Он был маминым аккомпаниатором.
Мы принадлежим друг другу
Мы счастливы вместе
И жизнь - это песня
Когда мы вместе
Мы знаем, мы там,
где мы принадлежим
Когда мы вместе
как птицы
- Вместе мы расцветаем
- Вместе мы расцветаем
- Маленький заботливый ли
- маленький заботливый ли
- Весь остальной мир...
- Весь остальной мир...
О, боже мой, что случилось?
- Это прелестно, та нота.
- Потрясающе.
О, это ужасно.
О, видишь. Повторяется.
Да, очень важная, последняя строка.
- Это канденция, каденция, как там ее.
- "Могу ли я влюбиться". Ты хочешь эту?
Разве ты не без ума
от своих записей?
Я относилась очень серьезно
к пению. Обожала его.
После того, как это услышишь,
понимаешь, всё...
- Неважно.
- Всё...
...неважно.
Моя мама, знаете, она дала мне
правильные указания насчет голоса.
Она сказала бросить всё,
всё бросить.
Ни один человек
не мог сравниться
с миссис Бил и Гульдом.
- Мы были очень хороши.
- Ни один человек в мире.
Ну, я тяжело работала.
Мне бы хотелось,
чтобы ты поставила "Лауру".
Представь себе, суетиться о чем-то,
имея такой талант?
Ну, мне нужно было следить за домом.
Я жила без денег.
Ты смогла сохранить дом
за счет моего кредита.
- Да, я думаю, что..
- Я не хотела жить в Ист-Хэмптоне,
но мне пришлось взять кредит
на мамин дом.
Ну, теперь видишь, почему ты жила,
ведь у тебя все время была музыка.
Поэтому.
А еще ты ходила на пляж.
- Вот что ты любила.
- Только это.
Ну, я думаю, ты любила свои танцы.
У тебя очень хорошо получалось.
Это Костелянец.
Ты видела пьесу на Бродвее?
"Нет, нет, Нанетт".
Чай для двоих, двое за чаем
И я для тебя, а ты для меня
Наедине
...услышать нас, увидеть нас
или услышать нас
Ни друзей, ни отношений,
ни выходных
Они не узнают, милая,
что есть у нас телефон, нет
Я проснусь и стану печь
Сладкий пирог, чтобы ты взяла
Ммм, чтобы все мальчишки поняли
Мы можем создать семью
Девочку для тебя,
мальчика для меня
О, неужели не видишь ты,
как счастливы
Мы можем быть
Чай для двоих...
Если б Эди была в форме,
то в этом месте исполнила бы
мягкую чечетку.
Если б она была
хоть как-то в форме.
Сейчас всё дело в мягкой чечетке,
знаете ли.
Танец! Давай же, Эди.
Я и сама танцевала, знаете ли.
Танцевала... мягкую чечетку.
Видеть нас или слышать нас
Ни друзей, ни отношений,
ни выходных
Они не узнают, милая,
что у нас есть телефон
Нет, нет, нет
Но я проснусь и стану печь
С-л-а-дкий п-и-ро-г, п-и-р-о-г,
чтобы все мальчишки поняли
Мы можем создать семью
Девочку для тебя,
мальчика для меня
О, разве не видишь ты
Как счастливы мы будем.
Эди, танцуй под эту.
Вальс. Ну же. Вставай, Эди.
Танцуй. Вальс.
Как же ты можешь устоять?
Как ты можешь устоять?
ла-ла
ла-да-ла-ла
О, разве не видишь ты
Как счастливы
Мы можем быть
Можем быть.
Потрясно.
Разве это не потрясающе?
- Разве это не прекрасный аккорд?
- Я без ума от Костелянца.
Думаешь,
я буду выглядеть смешно в танце?
- Нет.
- Я потрясающе танцую.
Меня волнуют
только три вещи:
католическая церковь,
плавание и танцы.
- И мне пришлось их бросить.
- Дэйв, открывается снизу.
С меня хватит.
Я почти умираю здесь от блох.
Я не смогу протянуть
еще один год.
Мне необходимо съехать
в гостиничный номер.
Ну, я принес много средств от блох,
и я буду более, чем рад,
воспользоваться ими.
Все, чего я хочу -
маленькую комнатку.
Я не переношу загородный дом.
Во-первых,
он делает меня ужасно нервной.
Я пугаюсь до смерти
дверей, замков,
людей, околачивающихся
на задворках,
под деревьями, в кустах.
Я совсем перепугана.
А в городе я нисколько не перепугана,
нисколько.
Мне нравятся страшные звуки,
которые слышишь ночью,
и все эти страшные звуки дрели.
Я не ложусь спать, пока
весь тротуар не прыгает снаружи
и стоит градусов сто [по Фаренгейту]
и что-то сверлят.
И только тогда я ложусь спать.
Я лишь надеюсь,
что он останется в небе.
В "Балалайке"...
Я не наложила макияж.
Боже мой, думаешь,
он останется в небе?
Я чувствую, как что-то скользит.
Я чувствую...
Что я пропустила?
Через пять секунд мы услышим Пила.
Она не любит
Католическую Церковь.
Когда я туда иду,
она просто сходит с катушек.
О, ну давай. Какого черта?
Я чту Католическую Церковь.
Собираюсь пригласить отца Хантингтона
провести со мной всю ночь.
Вот что я сделаю.
Так сильно я люблю церковь.
А вот и он.
Норман Винсент Пил.
Достичь вершин и там остаться.
- Значит ли это, что и женщин тоже?
- Если вы не сделаете этого,
скорей всего, вещи покорят вас.
- Разве не потрясающе?
- И поскольку я всегда верил
в простую формулу,
которая работает.
У меня есть формула и для вас.
Первое: старайтесь, очень старайтесь.
Старайтесь, очень старайтесь.
Второе: Думайте, много думайте.
- Забавно. Думайте, много думайте.
- И третье: верьте, истинно верьте.
Что ж, можете сказать:
"Сколько раз я должен пытаться?"
Возможно, очень много раз.
К примеру, в моем кармане письмо
от мужчины из Лондона, Англия.
"Дорогой доктор Пил,
более трех лет назад
я впервые был в вашей чудесной
Мраморной коллегиальной церкви
и у меня был
тяжелый период в жизни.
Работа, которой был занят,
заканчивалась, а мне было 55 лет".
Твоего возраста, старина.
"Ваши советы жили со мной - плюс
совет "стараться, очень стараться".
- Он жил. Я никогда не жила.
- Верить, истинно верить.
Я и правда думал. Правда,
тяжело трудился, чтобы найти работу.
88 собеседований".
Так он получил работу или нет?
Получил.
Справится ли он сам с собой
в грядущие годы?
Он не был взволнован.
Он не был опечален.
- Он не был раздражен.
- Не был мной.
Он был спокоен.
Сейчас ясно одно:
Человеческий ум не функционирует,
когда возбужден -
- только, когда спокоен и бесстрастен.
- Бесстрастен.
- Это было слово, что я искала на днях.
- Принесет ли это плоды.
Я не могла его вспомнить.
Думаю, это было бы хорошей идеей,
если б каждый человек каждый день
смотрелся бы в зеркало,
непрестанно спрашивал:
"Кто я? Слабый ли я человек?
Я в выигрыше?
Я второстепенный?
Нисколько.
Я дитя Бога,
мне предназначено
достичь вершин
и предназначено оставаться там".
- Аминь, аминь.
- Очень хорошо. Очень длинно.
Очень длинно.
Ты заметила,
как он всё продолжал и продолжал?
Послушаем молитву. То есть песню.
Ты сейчас споешь песню.
- Славословие.
- Спой.
Вы слушали доктора
Нормана Винсента Пила,
который сегодня утром
читал проповедь
- ...со своей кафедры при Мраморной
- Никакой чрезмерной эмоциональности.
- Никогда не сдавайся.
- ...Коллегиальной церкви.
Ты хочешь достичь вершин.
Дорога наверх к цели.
Чудесная дорога,
чтобы кого-то придавить.
Передашь твое зеркальце?
Мне нужно посмотреть,
как я выгляжу.
Не урони.
- Напряженная.
- Это было чудесно.
Я понимаю,
почему у меня катаракта.
У меня астигматизм, один глаз
тянется в сторону от другого.
Мне не стоит носить очки,
да я и не ношу.
- Ох, я говорила тебе носить очки.
- Хотите узнать что-то еще?
- Ты купила очки 4 года назад.
- Я расскажу о своих зубах.
4 года назад, Эди,
ты купила очки и не носишь их.
- Мои зубы до сих пор в порядке.
- Ты должна носить очки,
если у тебя какие-то проблемы.
Должна.
И мои волосы будут расти.
Я надеюсь. Вот, держи.
Ты одета для битвы, Эди.
Мама рассказывает Марджори,
как я испорчена, как я ужасна.
А Марджори знала моего отца,
дядю и всех-всех.
Мама рассказывает ей
всё это Д-Е-РЬ-М-О.
Поэтому я пошла и рассказала ей
некоторые вещи о семье.
Но, видишь ли, имея дело со мной,
родственники не знали
что они имели дело
со стойкой личностью.
И говорю тебе, есть ли что хуже,
чем стойкая женщина...
С-т-о-й-к-а-я.
Нет ничего хуже, говорю же тебе.
Они не сдаются... ни за что.
Но они не знали этого.
Да и откуда им было знать?
Знаешь, мой отец вынес свое мнение
о том, кого выпускали в Фармингтоне
и кого выпускали
в Монастыре Святого Сердца.
Не думаю, что он сильно
критиковал школу Спенс,
но определенно
критиковал Фармингтон.
Я не знаю, почему. Фармингтон
был начальным колледжем.
Ты мог выбрать, что хотел изучать.
Может, моего отца заставило
невзлюбить то, что я могла выбирать.
Но я и выбирала то, что думала,
он бы хотел, чтобы я выбрала.
Знаешь, английская литература,
и восточные философии, и...
Ну, я всегда выбирала французский,
но из этого ничего не вышло.
Я могу читать и писать по-французски,
но не могу говорить.
Французский у меня был годы и годы.
Ужасно...
Этот был снят Эми Дюпонт
в мой последний год в Фармингтоне.
Мне было 17.
- Эди, это прекрасно.
- Мистер Вейнрайт его нарисовал.
Он был художником
из очень хорошей семьи.
Он был из высшего света.
Он нарисовал его
на террасе в "Серых Садах".
Дэвид, глянь на это.
Я была на модном показе.
Дай мне глянуть.
Какая красота.
Посмотри, Дэвид.
- Можно мне глянуть?
- Ого! Посмотри на это!
Мне казалось,
что я была в этом высший класс.
Ты и была, Эди.
Видите, какой красивой
Эди была в молодости?
Очень глупо с ее стороны
не выглядеть так сейчас.
Она могла бы, знаете,
если б не переживала так обо всем.
Разве она не выглядит девочкой,
у которой всё есть? А?
Эта меня вдохновила.
Я достану другой коричневый костюм
на заказ и отращу волосы.
Боже мой, да у меня нет волос.
Ты же не красилась помадой
для этого фото?
- Я накрасилась другой.
- Выглядишь ужасно.
Почему ты не пользовалась
помадой и макияжем?
Мистер Бил разнес окно
Берта Бакарака,
когда тот вставил ее фото в окно
на верхней Мэдисон авеню.
- Ради всего святого.
- Он предложил мне работу.
Он не говорил: "Выпутываться
из той семейной ситуации",
но сказал:
"Вам нужна работа, мисс Бил".
Вы никогда не думали,
что Эди может выйти замуж?
Ох, да. Я хотела,
чтобы она вышла замуж.
Я подыскала нескольких
хороших мужчин.
Ей не понравились мужчины,
которых я выбрала.
Они были ужасны.
Она могла выйти замуж
за Джеральда Гетти.
Он был миллионером.
Подарил ей шикарное кольцо.
Она решила за него не выходить,
пришлось вернуть кольцо.
Ей сделал предложение Пол Гетти.
Помнишь Пола,
самого богатого мужчину в мире?
Он женился на Тедди Линч.
Потом ты могла выйти
за Джордана Маккланахана.
Он тоже был миллионером
и хотел на тебе жениться.
Она попросту не хотела выходить
замуж, а во всем винит меня.
Нет, я не влюблялась до 31.
Сколько тебе лет на этом фото?
- Двадцать четыре.
- Двадцать четыре. Так много?
- 1940 год.
- Очень молодо выглядишь для 24.
Франция только-только пала...
к ногам Гитлера.
- Но ты никогда не влюблялась.
- Париж, Париж, извини.
Франция пала к ногам, но не Эди.
В этом то и было дело.
Понимаешь, я...
Нам не говорили, когда мы проходили
Первую мировую,
что Версальский договор
был настолько ужасен,
что мы вскоре будем втянуты в такое
4 года спустя, как я выпустилась.
Если бы я знала, я бы...
хотя бы наслаждалась
каждой минутой, всё бы сделала.
Наверное, людям пришлось сложно.
Я помню, когда был ребенком,
так много возлюбленных
были убиты.
А вы были в возрасте,
когда ходят на свидания.
Многие мои друзья
уехали за границу и женились.
Они ушли в Красный Крест.
Уехали в Индию, Австралию.
Все переженились.
Одна из моих лучших подруг
уехала в Австралию.
Если б у меня вышло, она бы
соблазнила меня уехать с ней.
Она познакомилась с кем-то
в госпитале.
Она работала в Красном Кресте
и никогда уже больше
не приезжала в Нью-Йорк.
Но у меня никогда не было шанса
вот так уехать,
потому что маме нездоровилось
во время войны.
Она перенесла операцию на глазах.
Я упустила свой шанс во всем.
Я пропустила встречу выпускников
моего класса в Фармингтоне...
потому что той осенью Джек Кеннеди
проводил предвыборную кампанию,
и я застряла здесь с мамой и котами,
домом и Т. Логаном
и не могла уехать.
Нет, ты же не хотела,
чтобы узнали, сколько тебе лет.
25-ая встреча
выпускников моего класса.
- Нет, я думаю...
- "Ну, я не хотела,
чтобы узнали мой возраст", -
сказала Эди.
Нет, я не повеселилась, мам,
потому что Джек Кеннеди
развернул предвыборную кампанию
и выиграл.
Чтобы его выбрали в школу Фармингтон?
Это для него было б чУдное место.
Не знаю. Я думаю,
было б очень забавно.
Да, всё, что не сделал - к лучшему.
Тогда ты и не хотела.
- Я бы не могла уехать.
- Ну, это и есть выбор. Нельзя вернуться
- и сказать: "Чувствую себя сейчас
великолепно..." - Я не могла уехать.
И сказать: "Ох, ну почему же я
не сделала этого?"
Я не могла уехать.
Потому что тогда считала не так,
как сейчас.
Каждый с годами думает
и полагает по-другому, ведь так же?
- Н-да.
- Да.
- Который час, цыпочки?
- Который час?
- Хочу зайти уже.
- Полвторого.
Мне может понадобится рука Дэвида,
чтобы встать.
И вот она.
Где же?
- Можешь подойти с другой стороны?
- Конечно.
Ты снимаешь?
Постоянно.
Вот.
Две дороги разошлись
в лесу желтом...
и раздумывая,
раздумывая над обеими
или раздумывая над каждой,
раздумывая об одной,
я выбрал другую...
и это всё предрешило.
- Роберт Фрост.
- Разве это не прекрасно?
Он это сказал?
Всё, что нужно...
лишь три подобных строчки.
- Да ну, Эди, разве это Роберт Фрост?
- А кто же еще?
Я думала, это ты.
Я считаю, что твоя поэзия лучше.
- Две дороги разошлись в лесу желтом...
- Да ну же, ты это уже говорила.
И раздумывая об одной,
- Мы хотим что-то другое.
- ...я выбрал другую.
- Эди, ты же не преподаешь нам.
- И это всё предрешило.
Мы не хотим заучивать это.
Очень мило.
Разве не чудесно?
Нет, я думаю, что эти стихи лишь
наполовину так же хороши, как твои.
Они казались одинаковыми и,
возможно, он не мог сказать, пока он...
Как бы мне хотелось вспомнить
правильные строки.
Я совершенно без сил. Я протанцевала
восемь часов прошлой ночью,
отрабатывая марш.
- Чудесно.
- Боже мой, мои мускулы.
У меня не получается, говорю же.
Что же мне делать?
Они покинули...
с этой разнеженной жизнью.
Мы маршируем все вместе,
ведь за нами любовь
Мы все вместе стоим,
сплоченны умрем
Мы маршируем все вместе,
ведь мы любим сей край
В этом - дух В.В.И
[Военный Институт Вирджинии].
Мы маршируем все вместе,
ведь жизнь неприютна
Они маршируют,
когда пролетают самолеты, понимаете?
Вот и я исполняю марш В.В.И.,
это такой маневр на земле.
Все равно, мне нужно всё
скоординировать в уме.
Эй, мам, я отрабатываю свой танец.
- Я умираю с голода.
- Мы маршируем все вместе
- Ведь жизнь неприютна.
- Понимаете, она не хочет больше есть,
потому что так растолстела.
Поэтому и я должна здесь
сидеть и голодать.
- Ну как я могу есть и в то же время
- Я думаю, что сбросила 5 фунтов.
...выглядеть сексуально?
- Я умру. - Ну так не живи
со мной. Я хочу есть.
- Будешь печеночный паштет?
- Он не слишком хорош.
- Если добавить лимона, то сойдет.
- С этой диетой я умру.
- Я совсем не люблю его.
- Не ешь. Скушай сэндвич.
Я растолстела, потому что
не носила одежды года два.
Ой, совсем не поэтому.
Дело в тоннах мороженого.
Мой счет за мороженое
составлял 171 доллар.
- Вот и твой печеночный паштет.
- Придется тебе сделать это.
Нет, я не могу, не могу.
Я ела на днях перед братьями Мейслз.
Я очень смущалась. Нет.
Я съела всего цыпленка...
- Мама, стоило бы украсть тот голубой.
- Убери это, детка.
Тебе нравится зеленый?
Это шартрёз.
- И что мне с этим делать?
- У тебя были где-то крекеры.
- Мне намазать его на крекеры?
- Да, намажь...
Не хватает лимона или майонеза.
- Когда же я выберусь отсюда?
- Ох, она постоянно так говорит.
Когда я уеду в Нью-Йорк,
ты уже никогда не вернешь меня
в Ист-Хэмптон.
- Ну, это глупо. О, Эди, это чудесно.
- Никогда!
Эди, человек же это снимает!
Ради всего святого! Это ужасно!
Когда я доберусь до Нью-Йорка,
брат, я больше не вернусь.
Ну, ты там попала в ужасную передрягу.
Хорошо, что у тебя было, куда податься.
Восстанавливалась у матери
15 или 20 лет.
У нее было тяжелые времена.
Я посылала ей
огромные коробки продуктов
из бакалейной.
Она голодала.
Из бакалейной ниже.
- Открыли мой талант...
- Большие коробки продуктов.
- Но мне нужно было тренироваться.
- И всегда клала бутылку вина ей в сумку.
Я полагала, что с ней
произошел несчастный случай.
Ну, у меня открыли талант, но...
впрочем, не важно...
Ох, я бы не сказала, что в Нью-Йорке
с тобой могло произойти что-то хорошее.
- Ты шутишь?
- Нет.
Мой талант открыл мистер Гордон.
Он был другом миссис...
- Ну, как ее?
- Как звали женщину?
Люди видели во мне талант каждый раз,
когда я выходила в свет...
Что было у Руби Чапмен...
- Я вовсе об этом не думаю.
- Это серьезно! У него сдали нервы!
- Мистер Макс Гордон сошел с ума.
- О нет, только не Макс Гордон.
- У него никогда не сдавали нервы.
- Сдавали!
- Нет. Очень...
- Так как звали женщину?
Он дала мне письмо.
Миссис Хичкок.
- Я не могу вернуться к древней истории.
- Коллега Руби Чапмен.
Как ты можешь помнить так долго?
Теперь тебе нужно напиться.
- Они мне дали письмо к Максу Гордону.
- Придется начать пить.
Я не переношу выпивку.
А она делает из матери алкоголика.
Какие ты хочешь крекеры? Возьмем эти.
Не против? Они очень вкусные.
- Хочешь эти?
- Я не люблю крекеры. Ты же знаешь.
Просто добавь лимона. Немножко.
Ты хоть знаешь,
кто такой Макс Гордон?
Он известный продюсер.
Я слышала о нем, а ты?
Он открыл Джуди Холлидей.
Он открыл Джуди Холлидей.
Он сказал, что я куда смешнее.
Ну, сегодня ты не была смешной,
старина.
У тебя недостаток юмора.
Такой становишься, старея.
Мне нужно было тренироваться.
А где я могла тренироваться?
- Ты начинаешь, когда тебе 12 лет.
Я свои начала в 12. - Ох, прекрати.
Этот крекер фотографу.
Скажи, что я должна была сделать?
Вот, можешь убрать это,
пожалуйста, Эди?
Я должна была сразу же попытаться
куда-нибудь пробиться?
Положи туда, где оно замерзнет.
Пока не замерзнет, хорошо?
Дэвид, вместо того,
чтобы возвращаться домой,
мне стоило пробиться куда-то, так?
Дэвид, думаешь, вам с Алом
стоило сказать Эди,
...чтобы она сбросила вес?
Она невозможна.
Думаешь, мне стоило пойти
работать в ночной клуб?
Что думает ваша мама?
- Я тогда всё решила.
- Мой отец был жив!
- Вот чем было дело. Отец был жив.
- Я путешествовала с...
- Отец был жив.
- Ты хочешь услышать, что я скажу?
Тогда бы я была верна мистеру Билу.
Гульд и я были у Эди каждый день, чтобы
пойти в Трафаген [Школа моды и дизайна].
Она могла делать, что угодно.
Могла учиться танцевать на пуантах.
Могла изучать радио.
Могла обучаться всем эстрадным танцам.
- Почему я должна была это делать?
- Она могла...
Все то, о чем мы говорили. Мы говорили
тебе идти в Бендел [Ювелирный дом]...
Не могла же я уйти,
когда мама оставалась здесь, Дэвид.
- И быть моделью для сережек.
- Я не могла уйти,
- ...когда мама сидела здесь.
- Мы были такими прекрасными
в шляпках... А у тебя было
такое красивое лицо,
мы всегда тобой восхищались.
И говорили: "Ей стоит носить шляпки".
И у нее были прекрасные ноги.
Мистер Бил заставлял ее носить
определенную обувь,
когда она была девочкой.
Ортопедическую обувь.
И она могла, могла...
Я была ответственна за тебя, мама.
Я заботилась о тебе 25 лет!
Ответственность -
признак аристократизма, не так ли?
Я не собираюсь провести зиму
в Ист-Хэмптоне.
Прежде всего, я просто не могу.
Просто не могу. Не могу провести
еще одну зиму здесь, за городом.
Не могу. Мне это не нравится.
Более того, я не могу вернуть
свою фигуру в норму,
пока не вернусь в Нью-Йорк.
Знаете -
холодильник слишком уж близко.
Мне нужно убраться подальше
от холодильника.
Они хотят обед.
Ну же. Мы собираемся обедать.
Что?
- Эди!
- Что?
Я покормила котов!
Мне просто нужно уехать
в Нью-Йорк и жить своей жизнью.
Я не вижу другого будущего.
Ты заткнешься?
День чертовски чудесный!
Закройся!
Париж - вот место для тебя.
Пробейся на сцену "Фоли Бержер".
Дело в том, что я приехала сюда,
чтобы заботиться о матери.
Мне осточертело волноваться о ней
днем и ночью.
- Ну, у меня очень хороший...
- Я всегда уезжала на 5-6 лет.
- У меня был очень хороший мужчина.
- Я была сыта по горло
ночным бодрствованием, думая,
- ...что же случилось с мамой.
- Он заботился обо мне 25 лет.
Ей не стоило волноваться.
Кто был тот мужчина,
который заботился о вас 25 лет?
- Двадцать три.
- Никто не заботился о ней 25 лет!!!
Я заботилась
об этом чертовом доме 25 лет!!!
Я в телевидении.
Только скажи, что о моей маме
заботился кто-то, кроме отца,
и я затолкаю тебя
под чертову кровать!
Нет, Эди. Думаю,
Ал имел в виду Гульда.
Да, его.
Он заботился о маме, играя на пианино,
аккомпанируя ей и фильмам,
которые она смотрела.
Заботился обо мне
и занимался стиркой...
Никто не заботился о миссис Бил!
У нее были деньги моего отца
и ее собственные.
- Какие деньги?
- Деньги Бувье.
И еще одно -
о миссис Бил не заботились
в сексуальном плане.
Я думаю, что он был лучшим, чем
кто-либо, кого я знала в своей жизни.
Он был писателем.
Он писал семь книг за раз.
Он был гениален.
И играл на пианино потрясающе...
И сочинял изящную музыку,
а мне посвятил 80 песен.
- Поэтому Эди не стоило волноваться.
- Нет, ей не стоило волноваться, нет.
Она заставила меня
уехать из Барбизона.
Ну, я решила, что ты
достаточно пожила в Нью-Йорке.
- У тебя появились морщины на лице.
- Но я не хотела уезжать.
- Я добивалась своего большого шанса.
- Ну нет, не добивалась.
Тот женатый не собирался
давать тебе никакого шанса.
- Я почти получила прослушивание в 52м!
- Не получила.
Я собиралась получить!
Но не получила.
Ты упустила свой шанс.
Я как раз добивалась, когда у меня
случился нервный срыв из-за тебя.
Послушайте, вы на это
просто теряете время,
потому что всё это просто чушь.
Она сказала, что я должна
возвращаться домой.
Я считала, что ты должна
вернуться домой.
- Это было уже после 25 лет.
- Она стала давить на меня,
чтобы я вернулась в марте 1952.
И продолжала изводить до конца июля.
- 29 июля я рассчиталась, села на поезд.
- Ну ты должна была приехать.
Приехала и никогда уже
не смогла вернуться.
В Нью-Йорке очень жарко.
Очень жарко в Нью-Йорке 29-го июля.
"Ты, ночь и музыка".
Это прекрасно.
- Знаешь эту?
- Угу.
- Знаешь?
- Конечно.
Правда, знаешь?
Спой для меня. Спой.
Ночь была так юна,
а ты так прекрасна.
Нет. "Ты, ночь и музыка". Эту спой.
- Эту не знаю. Я думал, вы имели
в виду... - Ты думал, что знаешь.
- "Ты, ночь и музыка".
- Он знает.
- Продолжай.
- Я не знаю всего остального.
"Наполни меня...
пламенным желанием".
Слова великолепны.
Любовь, как у нас с тобой,
это страстный трепет
искрящегося вина.
Не теряй времени,
прежде, чем оно пролетит.
Ты, ночь и музыка
Волнуют пламенным желанием меня
Бросая мою жизнь
полностью в пламя
О, ты, ночь и музыка
Танцуй, пока не стихнет музыка
Я забыла.
О, послушайте, это "Любовь".
Прежде, чем миг промелькнет
После ночи
И музыка умрет
Будешь ли ты моей?
Эди? О, Эди!
- А где Джерри, Эди?
Эди, где Джерри? - Я не знаю, мам.
Вот, что мне хотелось бы знать.
Тебе не кажется,
что его лучше поискать?
Мама хочет,
чтобы я за ним следила
всё время, пока он в доме.
Нет, ты говорила, чтобы
больше его сюда не пускать.
Так же, как я следила за Томом.
Нет, спасибо.
Мои глаза уже
повылезали от этого.
Мама и ее друзья.
Мне никогда не нравились три человека,
которых любила моя мать.
Я не могла поладить
с мистером Билом...
И не испытывала симпатии
к ее другу-композитору...
А Том Логан вообще
выводил меня из себя.
Я любила Тома.
Он так чудесно играл на гитаре.
Он пел, он был на родео,
был даже в Голливуде.
Таким, как он, стоит восхищаться.
- Она была простофилей.
- У него не было, куда податься.
И потом он спросил маму:
"Меня только что уволили
с "Морских Брызг".
"Вам не нужен разнорабочий?"
Мама взяла его в дом.
Мне не нужен был
никакой разнорабочий.
Я сказала:
"Я пущу вас в дом на одну ночь".
- Вот история о Томе Логане.
- Вот что я сказала.
Не было ничего,
что он не умел бы делать.
Он мог починить что угодно:
свет, водопровод.
Он знал, как сделать всё. Один из этих
ужасно смышленых мужчин.
Он мог делать любую работу. Готовил
отличные салаты, но все время пил.
Ох, нет. Он вставал каждое утро
в шесть, стучался ко мне.
Мы обсуждали меню на день.
Включая полбутылки
розового вина...
или как там его называют.
Конечно, избавиться от него мы уже
не смогли, ему пришлось здесь остаться.
Мне следовало уйти,
- ...и он тут же бы ушел.
- ОК, ты не веришь в духовное влечение.
Это было из сферы духовного.
- Если я б ушла, он бы ушел тоже.
- Нет, я заслуживаю...
Всё в доме Тому одному. Потому что
работы стало бы слишком много.
- Он не хотел уходить.
- Всё, что было нужно - просто уйти.
Я так глупа, что...
Ну, а я где бы осталась я?
Осталась бы одна в доме.
Думаю, мама, да.
- Эди, эй!
- Что?
"Мраморный фавн" у дверей.
Он может подождать.
"Впусти же Джерри. Скорее".
Я собираюсь осмотреть эту дорожку
без Джерри.
Это море листьев.
Настоящее море листьев.
Если что-то потеряешь,
то найти уже не сможешь:
упадет в самую гущу.
Я потеряла свой шарф
и никогда его уже не найду.
Лучший шарф, который у меня был.
Самый восхитительный голубой цвет.
Он упал. Знаешь,
соскользнул с головы.
К черту вместе с Мраморным фавном.
- Есть кто?
- Привет, Эди.
О, привет, Джерри, дорогой,
хочешь войти?
Я лишь зашел за вентилем,
чтобы пойти в хозяйственный.
Да, мама говорила, ты звонил.
Это ты звонил так рано?
Да.
Как ты? Я смотрю на тебя сейчас.
Очень хорошо.
Я спущусь и впущу тебя.
Хочешь подняться?
- Хочешь подняться?
- Хорошо, на минутку.
Мама кричит, чтобы я тебя впустила.
Лучше так и сделаю.
- Я буду здесь у черного входа, ОК?
- Я спускаюсь.
- Джерри пыхтит и сопит.
- Нет. Я устал
и не хочу устать еще больше.
Чего ты хочешь, Джерри?
Хочешь лакомый кусочек кукурузы?
Нет, не хочу. Спасибо.
Джерри, у тебя же вечером
не хватало еды.
- Ну, я не могу устоять. Извините.
- Маргарин.
- Джерри, ты будешь немного добавлять?
- Да.
- Положите и мне?
- Почему нет. С удовольствием.
Если не обожгусь.
Какой кусочек тебе хочется,
Джерри?
- Не важно.
- Видишь, как он любезен.
Эди, ты хочешь?
Где твоя тарелка, Джерри?
- Я не могу есть перед камерой.
- У меня слишком большие руки.
Эта кукуруза потрясающая.
Я хорошо приготовила? Он всегда
хвалит, как я готовлю кукурузу.
А вот и они.
Там твои еноты. Оторвись от выпивки
и займись енотами.
Слышишь его?
Да, он там. Я его слышу.
Все они там на мансарде,
все эти ленивцы, выдры,
барсуки, опоссумы, еноты.
Я больше не оставляю пакеты.
Потому что мне пришлось достать
200 целлофановых пакетов этих...
Ужасы. Кто-то таскает книги
из моей комнаты.
Откуда взялась
эта маленькая книжица?
Эди!
Это Джерри.
Он запер себя снаружи.
Нет, Джерри не запирал себя снаружи.
Он запер себя.
Кто это там стучится?
Кто там?
Он где-то неподалеку.
Кто взял эту книжку
из моей комнаты?
Я на днях полностью
вычистила мансарду.
Итак, хочу знать, кто это здесь
раскидывается книжками?
Я, должно быть, видела эту книгу.
Он явно читал ее наверху
в комнате.
- Давай же, Бастер, дружище, иди и ешь.
- Кто-то стучится в дверь, Эди.
Хорошо, мам!
Да?
Джерри здесь?
Да. Я его позову. Минутку!
Эй, Джерри!
- Что?
- Там, кажется, твой друг в... снаружи.
Я нашла маленькую книжицу,
оброненную на мансарде, мам.
Он там был.
Тебе не следует его впускать.
Он мне сказал, что работал.
Но на самом деле - нет.
- Хочешь немножко, Эди?
- Нет.
Хочешь немножко?
- Боже мой!
- Что?
- Только что пришло в голову.
- Что?
Дай это мне. О чем ты подумала?
Что? Ну же.
Человек стоял у окна,
а он передавал ему книги.
- Ты так думаешь, Эди?
- Да.
- Я не верю этому.
- Да!
Я не верю.
Хочешь немножечко, Эди?
- Не хочу.
- Нет? У нас пропали бокалы.
Бокалы исчезли.
В следующий раз
не станет антиквариата.
Видишь, не стоит поддерживать
связь с внешним миром,
потому что, как иначе я узнаю,
что в комнату наверху что-то положили.
Если ты понимаешь,
что я имею в виду.
Ты не можешь сказать,
что в ту комнату попало.
Или что пропало.
Не переживай так, пожалуйста.
Этот кот ходит в туалет
прямо за мой портрет.
- Разве это не отвратительно?
- Нет, я рада, что он так делает.
Я рада, что хоть кто-то
делает то, что хочет.
Я замерзла сегодня утром,
когда проснулась. А ты, Эди?
- Я уронила. Упало. Упало прилично.
- Мне не хватало тебя прошлой ночью...
Мне было так одиноко. Она оставила мне
лишь одного маленького котенка,
чтобы греть меня.
А все одеяла были на полу,
все в куче вот здесь.
Джерри очень терпелив,
ожидая меня.
Он может найти здесь вещи,
которые я не найду и за полчаса.
- Джерри, главный домовой.
- Меня воротит от этого мальчишки.
- Мне его очень жаль. - Луис говорит...
Ну ты знаешь, в чем проблема...
- И мне он нравится, но... - Луис
говорит: ты знаешь в чем проблема.
В чем же?
Проблема в том,
что он безумно влюблен в Эди.
Я сказала, что думала:
Эди безумно влюблена в него.
Извините.
Он может прямо сейчас же уйти,
он никогда этого не добьется.
- Так что вот так.
- Не добьется чего? Секса с тобой?
- То, чего он хочет.
- Он не хочет секса с тобой.
Да они все этого хотят!
- Такая же старая особа, как ты? Боже!
- Они все этого хотят!
- Почему же ты ему не скажешь
прямо сейчас? - Неслыханно.
Тебе стоит ему сказать прямо сейчас,
я бы не возилась с ним больше.
Он не хочет секса.
У него где-то шесть девок
в Ист-Хэмптоне. Так что он занят.
- Нет, дело в том, что он думает...
- Я понятия не имею, что он делает.
Он каждую ночь
проводит с новой девкой.
- Да, но в этом-то и дело, понимаешь.
- У него была замечательная жизнь.
Он здесь собирается торчать годами.
- Он сам от себя в восторге.
- Предвижу это.
Я надеюсь.
Этот парень будет здесь годы и годы.
- Я в этом сомневаюсь.
- Это будет один из тех случаев.
Как Том Логан.
Ты собираешься кормить Вискаса, Эди?
Ну же, покорми Вискаса.
Нет, не ешь это.
Отдай Вискасу, пожалуйста.
- Ты худая. Ты же хочешь стать худой.
- Она очень ко мне несправедлива.
Нет. Мне нужно быть строгой.
Священник сказал, что ей это нужно.
Твердая рука.
Вот, что мне сказал священник:
"Ей несомненно нужна твердая рука,
вашей дочери".
И я пыталась ей дать это, понимаете?
После того, как мистер Бил
перестал жить в Ист-Хэмптоне,
у меня с Эди настали тяжелые времена.
Она просто одичала,
когда отец здесь не жил.
Он становилась дикой,
совершенно дикой.
Я не могла ничего с ней поделать.
Это отвратительно,
когда танцовщица жиреет.
Разве не отвратительно?
Боже!
Это отвратительно, говорю вам!
Отвратительно! Боже!
Мой отец был уверен, что нужно
управлять жизнью детей, понимаете?
Он хотел, чтобы я получила
степень магистра,
стала младшим партнером
в его адвокатской фирме.
- Возьми мороженое.
- Он находился на Бродвей, 165...
...на девятом этаже,
и мои коленки начинали дрожать,
когда я приближалась к 9 этажу,
офису мистера Била.
Мои коленки стучали,
во рту пересыхало.
Ты боялась отца.
Я бы вошла, а он вышел бы
из офиса с часами в руке,
а потом бы взглянул
на часы на стене и сказал:
"Ты опоздала на пять минут",
так и сказал бы. Боже мой.
- Нет, у него был... - И тогда
он бы сел, посмотрел на меня вот так
и сказал: "Убери это! Убери же это!"
"Сотри помаду с губ и лак с ногтей!"
"Как ты смеешь носить
такие высокие каблуки?"
Она просто играет.
Не хочешь чуток?
С пекановым маслом.
Он говорил, что единственно стоящее -
это стать женщиной-профессионалом.
Он так и сказал.
Сказал же, мам?
Ну, я бы не сказала,
что это единственно стоящее.
Он не хотел, чтобы я вышла замуж.
Думаю, людям не стоит жениться.
Я не верю в это.
Если мужчина тебе сделает предложение,
то можешь считать, что умерла.
- Ну я не думаю, что это важно.
- Думаю, это омерзительно.
У тети Мэри была
совершенно чудесная жизнь.
Совершенно омерзительно...
- Дожила до 94 лет.
- Жить одной.
Что они доказывают?
Им приходится гулять с собаками
или какими-то женщинами.
- Собачки милые.
- Я думаю, это ужасно.
Я с радостью однажды возьму собаку.
Почему ты не вышла за мужчину,
за которого хотела, как я?
Я считаю самым печальным,
что не породнилась с семьей Обеленских,
...потому как обожала их.
Любой из Обеленских потрясающий.
- Всё, что я могу сказать.
- Он очень милый мужчина.
Если он в родстве с Обеленскими,
то с ним все в порядке.
- Я не знала, что он был в родстве с ними.
- Да.
Никогда не знала.
Сергей - его племянник
со стороны сводной сестры.
Был парень, за которого
я могла бы выйти замуж.
Почему ты не вышла за Пола Гетти?
Я сказала: "Как получилось,
что ты сюда пришел?"
А он: "Я видел тебя на танцах
в Саут-Хэмптоне".
- Я сказала: "Неужели?", а он: "Да".
- Он был совсем еще ребенком.
Ему было 32. И я сказала:
"Евгений, тебе нужна девушка".
А он сказал: "Нет, Эдит, я ищу жену.
Я хочу жениться".
- Так мило...
- Он хотел увезти Эди в Вестчестер.
Разве это не мило?
Том только умер,
и я не хотела видеть
на своей кухне других мужчин.
- Я спустилась...
- Он только выпустил поваренную книгу.
- Мама избавилась от него за 15 минут.
- Не хочу никаких поваренных книг.
Мама избавилась от него за 15 минут,
потому что он был из известной семьи -
семьи Тышкевичей.
И, думаю, мама не хотела, чтобы
у меня был кто-то настолько порядочный.
- Ты понимаешь. - Я не хотела,
чтобы кто-то был на кухне.
Для меня было подходящим вариантом
выйти за Тома Логана.
Почему ты хотела выйти за ребенка
тридцати двух лет от роду?
- Забыла сказать: Евгений был князем.
- У него не было ни цента.
И я бы стала княгиней... княгиня Эдит.
Я не хотела, чтобы моего ребенка увезли.
Я бы осталась совсем одна.
Ты знаешь, через что я прошла
со всем этим ужасом?
Послушай, мне надо поесть.
Умираю с голоду.
Ты меня знаешь.
Я всегда голодная.
- Я не собираюсь снова набрать вес.
- Я не завтракала.
- Подкрашусь помадой.
- Ты мне дашь что-то накинуть, Эди?
Меня начинает смех разбирать.
- Это комод моего брата.
- Дай мне что-то накинуть.
Я так чувствительна к сувенирам
и всему прочему из-за матери...
что никогда не могла убраться в комоде
и выбросить весь хлам.
Веришь? Знаешь, это детский хлам.
- Эй, Эди, эгей!
- "Реликвия" или что-то вроде этого.
- Эди, эгей!
- Не могу ничего выбросить.
- Они осматривают эту комнату.
-Эй, Эди!
Одну минуточку.
Они нашли здесь что-то необычное.
- Давай же. Я заждалась.
- Это из Австрии?
- Почему, что случилось?
- Не обращайте на меня внимания.
"Двигающийся палец пишет,
написав, двигается дальше.
Я собиралась написать
и другие строки из Омара Хайяма:
"Мы приходим, как вода,
и уходим, как ветер."
Эди, эгей!
- Так, эту я повесила.
- Эди, принеси мне телефон.
То мужчина. Это женщина.
- Не могу отличить.
- Ты несешь мне голубое кимоно, Эди?
Я развешиваю серебряные маски.
Эди, подойди сюда на минутку.
Не могу прикрепить кнопку к стене.
Думаю, у меня была
самая несчастная жизнь.
Эй, Эди!
Мне пришлось смириться с
косметическим ремонтом этой комнаты.
Н-да...
Ты можешь достать мне
что-нибудь перекусить?
Хорошо.
Это сделала я.
Это розы с разных лет.
Это моя коллекция ракушек.
Вы ее не можете увидеть, такая грязная.
Разве это не трагично?
Вот это... Эти... Еще есть две вещи,
чтобы повесить вот туда.
И "Вокруг света"
предположительно будет вот там.
Эди, у меня не получается.
- Открой. Я не могу.
- Я собираюсь это повесить вот там...
Мне почему-то нравится
красный в этой комнате.
Я собиралась повесить
птичью клетку прямо здесь,
а "Вокруг света" - там.
Но так и не добралась.
Возможно, мне лучше начать
заботиться о матери
и контролировать ее,
готовить еду.
- Что думаете, мальчики?
- Контролировать ее?
Ну да. Я позволю делать ей,
что вздумается.
Думаю, может, мне следует
давать ей готовую еду по часам.
Что думаете? У меня нет часов.
Знаете, никогда понятия не имею,
который час.
Думаете, она будет ее есть?
Я не знаю. Вы ведь ее знаете
лучше, чем кто-либо.
Я предоставлю ей
свободу действий.
Позволю делать, что угодно.
Думаю, это ужасно.
Ей следует есть, знаете,
на обед - рубленое мясо,
печеный картофель
в определенное время.
А потом небольшой хороший ужин.
Но необходимо рассчитать по времени.
Нет, я не готова
и еще не наложила макияж!
Но становится лучше!
Ты нашел мою записку "В ванной"?
Да. Не могу в это поверить.
Заходите. Мы не готовы.
- Это Ал, там внизу? Привет, Ал.
- Да. Привет.
- Не спеши.
- О, Боже! Я почти споткнулась.
Я почти себе шею сломала.
Боже, эта лестница такая грязная.
Как Эди могла оставить эту лестницу
в таком состоянии?
Разве я не выгляжу смешной,
спускаясь по лестнице, а?
- Нет, выглядите потрясно.
- Неужели? Чувствую себя смешной.
Я чувствую себя смешной.
- Точно как вечер в опере.
- Да?
Вечер в опере будет, когда
я доберусь до стула в гостиной.
Вот это будет вечер в опере.
- Ма, Здесь Луис и Джек!
- Привет, Джек.
С днем рождения!
Я спрашиваю, где сидушка, Эди?
Достань сидушку, я помну платье.
- Ах, да. Она кладет ее сюда.
- О, Боже, а вот те стулья.
Они грязные, те стулья.
Привет, Джек.
Привет, как дела? С днем рождения.
Очень мило с твоей стороны,
что празднуешь сегодня со мной.
Мне нравится, Луис, как ты выглядишь
в этом костюме. - О, правда, спасибо.
Вижу, Эди не...
Лучше не садись на те стулья.
- Они очень грязные.
- Они могут сесть на газету.
Я думала,
ты собиралась прибраться, Эди.
Я пыталась. Я подмела зал.
Ну... я немного разочарована... Джек,
ты не против сесть рядом со мной?
Я подмела пол. У нас есть вино.
Я принесу бокалы.
Принеси вино, пожалуйста.
- Эди несет... Луис несет имбирный эль.
- Хорошо.
Но не выпускайте котов.
Как тебе эта штука, Джек,
которую Луис сделал для меня?
У тебя глаза еще достаточно хороши,
чтобы разглядеть?
- О, да.
- Как твои глаза?
Великая певица
Большая Эди Бувье Бил
Она не официантка, говорю же тебе.
Ну, поднос у нее
довольно-таки тяжелый.
Оставь поднос здесь, хорошо?
О нет, она и не подумает.
Она будет делать только то,
что захочет.
Она - официантка Шрафтов.
Они всегда делают только то, что хотят.
За маму! Пусть она проживет
по крайней мере до 80 лет.
- О, это же всего лишь один год.
- Сейчас ей 79.
Сейчас ей 79... 79 лет.
Она собирается рассказать это всем -
всему Ист-Хэмптону, знаете ли.
- Ну, такова жизнь.
- Все узнают мой возраст.
- Ну, с днем рождения.
- Спасибо большое.
- С днем рождения.
- Спойте мне "Happy Birthday"! Спойте.
- Я пела.
- Спой еще раз.
- С днем рождения тебя!
- С днем рождения!
- Очень хорошо.
- С днем рождения,
дорогая мама,
с днем рождения
тебя!
Почему у нас бумажные стаканчики,
если я хотела мои...
Я хотела мои зеленые кубки,
позлащенные, а она их не принесла.
Такое разочарование
в день рождения.
А вот и пепси без сахара.
О, какой красивый! Я так и знала,
что нужно было глянуть на этот торт!
Вы когда-нибудь видели
что-то подобное?
С днем рождения, прекрасная!
- Представь, красные...
- Это потрясающе.
Кто-то мне звонит, Эди.
- Моя сестра заказала его из Саг Харбор.
- Привет. Да.
- Мам, ты можешь немного подвинуть
свой стул. - Угу.
Это мы впервые использовали
длинный провод в гостиной.
О, привет, Полли.
Спасибо, дорогая,
ты собираешься спеть всю?
Послушай, я получила
твой прекрасный подарок.
- Эй, Эди, ты принесла подарок?
- Я не открывала никаких подарков.
Сидим мы здесь,
в так называемой старой...
- Что, дорогая?
- Мы ничего еще распаковывали.
Там, наверху, огромная коробка.
Гигантская коробка, но мы еще
не распаковывали подарки.
Ну, ты прислала мне открытку.
Я получила.
Не думаю, что она действительно
послала открытку маме.
Мишель присылала открытки.
Я еще не начинала торт,
но я прочту, что здесь написано.
Здесь написано...
Что здесь написано, Джек?
Эдит, с днем рождения... О, Эдит,
здесь написано: "С днем рождения!"
- И все красным.
- Да.
И цветы внизу...
...желтые и зеленые цветы.
Это невероятно огромный торт.
O!
Спасибо, дорогая.
Повесь трубку.
- Ты попрощалась? Ты попрощалась?
- Это девушка, которую ты ненавидишь.
У них что-то не в порядке с глазами?
Они сковывают твои глаза.
- Они оба прооперированы.
- Их пришлось прооперировать.
- На каждом было по две операции.
- Но и потом, всё равно
- ...они не пришли в норму.
- Один человек потерял глаз.
Одна девушка.
Да, глаза исчезли...
Высохли и исчезли.
У нее было двойное зрение.
Ей приходилось носить темные очки
поверх очков для катаракты.
Она полностью вылечилась, Эди!
- Сейчас она вылечилась.
- Она сказала, что вылечилась?
Она сказала:
"Чувствую себя прекрасно".
Прекрасно, стать глухим и слепым,
а потом заболеть раком лица или губ.
- Раком?
- Раком языка или что-то в этом роде.
- Да, рак хуже.
- Да уж...
Не хочешь открыть
мой маленький подарочек, а потом...
Да. Эди, ты видела что-либо
такое же миленькое?
Маленький блокнотик,
можешь писать свои пожелания.
Именно это и нужно мне больше всего,
чтобы записывать.
Я записываю на всех коробках,
на кровати, на всем подряд.
У меня есть адрес Эпштейна.
Я... Кто здесь у меня есть, Эди?
Все электрики из Ист-Хэмптона.
- Все. Разве это не чудесная книжка,
Эди? Глянь. - Потрясающе.
Теперь я не опоздаю и не забуду.
Я не могу больше ненавидеть кого-либо,
и не могу ничего больше делать.
Эта книжица заставит меня быть
правильной. Правильной, как смерть.
Разве не чудесно? У меня не было
ничего такого уже тысячу лет.
- Я чудесно провела время.
- У тебя холодные руки.
Тебе не пошла впрок моя еда.
- О, нет.
- У тебя, леди, холодные руки.
Ну, мне пора идти, полагаю.
- Пока.
- Ну, до скорого, друзья.
Спасибо за открытку и мороженое.
Я вас очень люблю.
Особенно за мороженое.
Великая танцовщица
Маленькая Эди Бувье Бил
Принеси мне желтую сидушку, Эди.
- Да.
- Коты здесь. Ты знала?
Коты со мной.
Ты выключишь отопление?
Здесь невыносимо жарко.
Твоя комната ужасно грязная.
Нужно убрать.
- Не сегодня, Джеральдина.
- Чудовищный запах. Не могу здесь сидеть.
А мне нравится запах. Я от него
расцветаю. Мне хорошо от него.
Нам следует повесить портрет
и убрать комнату.
Нет! Отставь стул!
Ему хочется взглянуть!
Я ничего не стыжусь. Каждое место,
где находиться мое тело, очень ценное.
Это "обогащенная" почва.
Освященная.
Что они делают?
Они снимают портрет, Эди?
Пытаюсь думать о... О, я знаю,
что у меня может быть.
Ради всех святых, он и есть.
Боже мой.
Они видят меня как...
Знаешь, ты же не видишь меня такой,
какой я себя вижу.
Но и очень хорошо,
как видишь меня ты.
Имею в виду, это нормально.
- Ты довольна ими?
- Я вижу себя маленькой девочкой.
- И все такое. - Всё, что я вижу -
очень инфантильного ребенка.
Она видит во мне ребенка, а я...
...маленькую девочку.
Они видят во мне женщину.
А я нет.
Но, когда я отсюда выбираюсь,
то вижу.
Собираешься и дальше бубнить?
Когда я приезжаю в Нью-Йорк,
то воспринимаю себя как женщину.
Но здесь я, знаешь,
мамина маленькая доченька.
Очень в этом сомневаюсь.
Ты будешь ставить для Ала
все пластинки, которые я тебе купила?
Военный институт Вирджинии.
Боже мой. Не могу в себя прийти после этого.
Просто не могу.
И ты совсем не умеешь танцевать.
Это почему же?
Никогда не видела, чтобы ты
танцевала что-то военное. Никогда.
Ты совсем спятила?
Нет ничего, чего я не умею.
Дорогой Дэвид, где же ты был
всю мою жизнь?
Где же ты был? Где же ты был?
Где же ты был?
- Где же ты был?
- Эди!
Единственное, что мне было нужно -
этот мужчина!
Эди!
Что?
- Что ты сказала?
- Всё, что мне было нужно -
этот мужчина. Дэвид!
Дэвид...
Как бы я хотела, чтобы Дэвид и Ал
были со мной раньше.
Ну, с тобой была мама.
Да уж...
Они поинтересней.
Боже, не могу в это поверить.
Сто сорок пять.
У меня, котенок, здесь есть большой,
отличный кусок белого...
Вот, котеночек.
Вот, котеночек.
Тебе нравится? Вкусно.
На нем нет костей.
О, это чудная песенка.
"Не бросай в меня букеты".
Знаешь, это было...
Пытаюсь подыскать подходящее слово.
- Букет.
- Нет, не бросай...
- В меня букеты
- в меня букеты
- Не...
- Не что?
Живее. Не что?
- Твои губы к моим...
- О, нет. Это не то.
- Нет, ты не попала в такт.
- Не...
Плохо. Иди на середину класса.
Нет, это не то.
- Ты мой
- Нет, это тоже не то.
Люди скажут
- Мы влюблены
- Ее голос становится лучше.
Она не сказала "любем".
Ты же не из Чехословакии.
"Любим".
Ты не говоришь "любем".
Ты говоришь... Видите ли,
она понимает, что поет так паршиво...
что ей приходится раз двадцать
подбирать каждую ноту,
чтобы пустить пыль в глаза,
но на самом деле
она не может спеть правильно.
- Я могу петь, как безумная.
- Ты поешь прекрасно.
Ты поешь неправильно.
Ужасно. Всегда должна всё
делать правильно.
А теперь начни с высшей точки.
- Не
- Не
бросай
в меня букеты
- Не кривляйся.
- Мой
Вот теперь то, что я хочу.
Следующая строка.
- Много, слишком много
- О, нет. Сбилась здесь.
Нет, это не то.
- Ха ха хи
- Нет, "ха-ха-хи" не заменит...
кучу слов,
которые ты не можешь вспомнить.
- Люди скажут, мы влюблены
- Нет.
О нет, не говори так опять!
Опять... "любем".
Откуда, черт возьми, ты родом?
- Я иду спать, малыши.
- Хорошо.
Люблю вас очень-очень, обоих.
- Но, знаете, она забрала мою подушку,
- Мона Лиза, Мона Лиза.
и теперь я мучаюсь.
Почему ты потеряла мою подушку, Эди?
Мне тепло внутри,
поэтому я могу спать.
А потом я...
хочу плакать
Я начинаю уставать.
Я могу да-да-да
Я не подозревала, что ты собираешься
быть такой несговорчивой.
У фонаря...
В... чем-то...
Если б я знала слова...
Марлен Дитрих.
У фонаря
Это Лили Марлен.
Это старая военная песня, мама.
Я пыталась вас найти.
Я зову, зову, зову.
- Да? Как дела?
- Я догадалась, что вы во дворе.
Потом я снова позвала.
Вы были заняты.
- Угадайте, что случилось.
- Что?
То, что я и предполагала,
выпало на картах.
Говорю же, я проведу
следующие десять лет с этим...
Вы же знаете,
я провела 10 лет с предыдущим.
- Вы имеете в виду Тома Логана?
- Что теперь?
"Мраморный фавн" переселяется.
- Кто?
- "Мраморный фавн".
- Джерри?
- Ох...
Он только что подарил нам
стиральную машину.
Это скрепляет сделку.
Я собираюсь убираться отсюда.
Не собираюсь провести
всю оставшуюся жизнь,
стирая шмотки в этой проклятой...
- Мы не осуждаем вас.
- Это очень хорошая стиральная машина.
Она из того дома,
который они собираются продать.
Знаешь, он был в том доме
помощником садовника.
А они собираются дом продавать,
так что отдали стиральную машину ему.
Но он переселяется.
Ох!
Я не могу за ним присматривать,
говорю вам.
Конечно, он все равно будет
работать в саду.
Знаете ли...
Но, полагаю,
будет приходить домой в 4 часа.
Итак, мама говорит...
Хотите войти и поговорить с мамой?
Она хотела бы с вами поговорить.
- Входите.
- Хорошо.
Я сокрушена
этой последней новостью.
Ну, да! У тебя прекрасное лицо,
как у девочки.
Как ты похож на мою мать...
Абсолютная копия моей матери, Джерри.
Джерри, выпьешь чего-нибудь?
- Нет.
- Что же ты будешь?
- Я жду цыпленка.
- Ждешь цыпленка?
Хочешь сказать, что не будешь суп...
и не выпьешь чего-нибудь.
Хайбол или чего-то еще?
Тебе не кажется,
лучше выпить немного рома?
О, нет. Она сегодня
не положила туда газет?
Я ее просила.
Джерри, за мной плохо ухаживают.
Думаю, мои дни в "Серых Садах"
сочтены.
Думаю, мои дни в "Серых Садах"
сочтены.
- Когда мы начинаем
- О, Боже, пожалуйста!
- Всё говорит о том...
- Эди, сними этот шарф.
- ...что я влюблена в тебя.
- Сорви этот шарф, ради Бога.
Эди, прекрати, ради всего святого.
Вот дополнительный нож.
Я положу его посредине.
- Забыла вилки.
- Принесешь мне мои шлёпки, Эди?
Принеси мои шлёпки.
Будь добра.
Ты же знаешь, куда их положила.
С Эди нужно быть очень жесткой.
Она не станет ничего делать, если
не быть с ней очень, очень жесткой.
Сильная рука, говорит священник.
Сказал: "Ей нужна сильная рука".
Я сказала: "Я знаю. Я растила Эди
без отца. Это очень сложно."
А потом она уехала в Нью-Йорк
и делала все, что заблагорассудится.
Знаете, я хотела вернуть мистера Била,
хотела, чтобы он вернулся.
Она сказала, что покинет дом навсегда,
если вернется ее отец.
Ну, луна высока
- Об этом поет легкий ветерок
- Не принесешь мне мое маленькое радио?
Эди, не принесешь мне мое маленькое
радио? Оно у меня на кровати.
Принесешь мое маленькое радио,
пожалуйста?
Мне необходима
профессиональная музыка.
Она нашла мои шлёпки.
Поразительно.
Ты нашла радио, Эди?
- Ты нашла мое радио?
- Ночь юна
Оно на кровати.
Как тебе удалось так быстро найти?
Положи это вот туда, Эди.
Пожалуйста, положи.
Положи вот туда. Вот это.
Хорошо, если ты собираешься есть там,
я буду есть здесь.
Когда мы начинаем...
Сейчас я приглушу
чудовищное завывание Эди.
И я влюблена
в тебя.
- Она всегда ненавидела Марлен Дитрих.
- На дух не переношу эту музыку.
- Она питает отвращение к Марлен Дитрих.
- Мне от нее плохо.
- Всё говорит о том,
- О, Эди, я не могу это вынести, Эди.
Я иду прямиком в комнату
и не буду есть ничего горячего.
Ничего.
Не делай этого, Эдди!
Я разозлюсь!
Послушай-ка, остановись!
Я ухожу в соседнюю комнату.
Я пою на американском.
- Я никогда не увижусь больше с тобой.
- Я пою на американском.
Мне все равно. Ты не будешь петь
эту песню! Прекрати же!
Почему нет?
Потому что я не хочу это слушать!
Я - твоя мать. Припоминаешь меня?
- Я поддерживала тебя все эти годы.
- Перестань. Ну, мой голос прекрасен
и натренирован.
Он отлично натренирован, мой голос.
Я никогда не пыталась привлечь
мужчин с его помощью.
Всё говорит о том...
- Эди, прекрати! Я встаю. Пока.
- Что я влюблена в тебя
Я ухожу в соседнюю комнату с котами
и буду там счастлива.
Я не собираюсь это терпеть. Надеюсь,
мой купальный костюм спадает.
Надеюсь, спадает. Что-то упало.
Убирайся отсюда.
Не зли меня. Убирайся!
- Ты очень меня злишь!
- Почему?
Уходи! Убирайся! Прекрати!
- Мама, посмотри на свою грудь.
- Прекрати же!
Прекрати этот глупый вздор!
- Мне нельзя веселиться в этом доме.
- Прекрати! Уходи!
- Ты достаточно веселилась.
- Я никогда и пяти минут не веселилась.
Ни минутки.
- Даже одной минутки.
- Уходи! Не смотри!
Что ж, ты приготовила
дрянной завтрак.
Ужасный. Все испортила.
Теперь я не могу пройти к моему креслу.
У этого плавательного костюма
сзади нет ничего.
Мы не будем смотреть.
Мам, ты понимаешь, что вся твоя грудь
была показана в фильме?
Да. Все совершенно отвратительно -
из-за тебя. Ты так сделала.
Непременно откроешь миру
всё самое худшее в матери.
Я думаю,
мама очень несправедлива ко мне.
Я рада, что закрыла тебя.
Слава Богу. У меня будет
хоть немножко спокойствия.
Да, но я спела несколько версий.
Ей достался чудесный голос,
но вы никогда не слышали.
Вы никогда не слышали ее голоса.
Она действительно может петь хорошо.
Поёт очень хорошо,
голос лучше, чем у меня.
Но не эту песню.
А сейчас спой "Лишь розу", Эди.
У тебя должно это получиться.
- Давай же. Спой.
- Лишь розу...
Лишь розу
В один день
Лишь розу
Я преподнес тебе лишь розу
- Умирая вдалеке
- Умирая вдалеке
- Лишь розу
- Чтобы сохранить в гармонии
- Чтобы сохранить в гармонии
- ...Сохранить в гармонии
Лишь...
Не думаю, что есть смысл, знакомиться
с теми, кому не нравится музыка, правда?
Потому что я их не переношу.
Под конец, я терпеть их не могу.
Чего-то не хватает?
Не хватает музыки, правда?
Имею в виду, в мужчине.
Ну, хорошо иметь мужчину, который
может сыграть для тебя на пианино.
Но не только в этом дело...
Она не понимает.
- Ты можешь практиковаться.
- Пока мужчина не поймет музыку,
нет даже и смысла
с ним знакомиться...
потому что я никогда не могла понять,
что было не так.
Знаешь, с биржевыми маклерами,
и игроками в теннис, и...
Я скажу тебе, кто был
и сочинителем песен, и танцором,
и автором пьес, кем угодно...
Евгений Тышкевич. Но мама от него
избавилась в течение 15 минут.
Он не очень хорошо
говорил по-английски.
- Он пробыл здесь всего семь лет.
- Ты не пробовала, как он готовит.
- Он мог тебя отравить.
- Он был племянником Сергея Обеленского.
- Хотела выйти замуж за чужака?
- Он был очень, очень хорошим парнем.
- Я просмотрела его гороскоп.
- Ты хотела выйти замуж...
- Он родился в ноябре, 14-го.
- ...за чужака?
- Мне нужно разъяснить теперь.
- Он был совершенно чудесным парнем.
Слишком юный для меня,
наверное... 32 года.
- Кто это был?
- Евгений Тышкевич. Он был близнец.
Я терпеть не могла, когда
кто-то другой готовил в этом доме.
Не в этом дело.
На самом деле,
он сделал предложение, под окном.
У него не было дома.
Он жил в третьесортном отеле.
Под окном.
- У него ничего не было.
- Он сказал "Эдит, если хочешь
- ...выйти замуж, я женюсь на тебе".
- Даже единого медяка не было.
А я думаю,
это было прекрасно, не так ли?
- Не понимаю, почему.
- Наверное, он бы не женился,
просто такой же, как все.
Ни один человек не приходил
в "Серые Сады" целые годы...
пока не пришел Евгений Тышкевич.
И я ему поверила со всей силой.
Почему же никто
даже не заговаривал с нами.
Люди, с которыми я годами
ходила в "Мэдисон Клаб".
Не верьте ни единому слову
из всего этого.
Восторгаясь всеми другими людьми.
- Не верь ни единому слову, сынок.
Ни единому. - Все остальные люди...
Если бы твой отец тебя услышал,
то перевернулся в гробу.
Он бы воскликнул: "Боже мой, Эди!"
В любой случае, мам,
я думаю, ты была жестока.
Не думаю, что это вежливо.
Он был выходцем из одной
из лучших семей Польши.
И он был родственником Обеленских.
И я считаю, это возмутительно,
что она не дала мне
с Евгением Тышкевичем шанса.
И это было чудовищно жестоко
отогнать единственного поклонника!
Но ему было 32! Ты хочешь
выйти замуж за тридцатидвухлетнего?
Мне все равно!
Он был единственным...
за исключением этих ужасных людей,
которые ошивались здесь!
- Ты для этого выставил свет?
- Да, свет выставлен.
Ему было всего лишь 32 года
и он был из очень хорошей семьи!
32, а ей 52!
- Она от него отделалась за 15 минут!
- Нет, он не делал. Он сказал...
Я сыта по горло всеми этими
отвратительными, как Джерри, людьми!
- И всеми этими людьми!
- Это не правда. Нет.
Расскажи ему правду,
ведь это не правда.
Ах, нет, это не правда...
Он сказал: "Как могла такая нежная,
очаровательная по телефону особа,
оказаться такой холодной в жизни?"
Вот это он и сказал как раз на террасе.
Поэтому я сказала, я сказала:
"Лучше тебе вернуться домой".
Ни с кем не попрощавшись.
"Как могла такая нежная,
очаровательная по телефону особа
оказаться такой холодной в жизни?"
Мне это показалось
немного уж слишком.
Эх, я вам расскажу всё.
Вы также можете взглянуть на факты.
Это дом моей матери,
он ей принадлежит,
и она хотела, чтобы в нем были
только те люди, которых хотела она...
и не хотела, чтобы были люди,
которых хотела видеть я.
Но Бог знает,
кого я хотела здесь видеть.
Я имею в виду, кроме Евгения,
и мама не позволила Евгению Тышкевичу
остаться дольше 15 минут.
А мне пришлось десять лет
провести с Томом Логаном.
А теперь у нас появился Джерри,
мамин друг.
Так что нельзя с этим ничего сделать.
Поэтому теперь я понимаю,
почему девушки выходят замуж.
Знаешь ли, они вынуждены.
Это лишь вопрос,
с кем ты хочешь остаться.
Конечно, я без ума от животных,
но еноты и коты становятся
несколько скучными.
Я имею в виду, если длительное время.
Я не знаю.
Я не знаю. Лучше проверю,
как там мама и коты.
Она - кладезь веселья.
Надеюсь, она не умрет.
Но я ненавижу проводить здесь зиму.
О, Боже.
Еще одну зиму.
Очень удручающе, знаешь ли,
когда здесь зима.
Знаешь, я не люблю сельскую местность,
и не хочу быть здесь.
Любое маленькое крысиное...
Любое маленькое крысиное гнездо
в Нью-Йорке,
любая маленькая мышиная норка,
любая маленькая крысиная норка,
даже на Десятой авеню,
мне придется больше по душе.
Под луной и солнцем
Слишком близко или слишком далеко
Неважно, милая, где ты,
Я думаю о тебе.
День и ночь
Тишина моей одинокой комнаты
Я думаю о тебе
5 октября, 1973, "Серые Сады"
В 78 признать надо -
и в 80 жизнь отрада!
Удачной охоты!
Маме от Эди
Магия
снов становится явью...