Семейное счастье (1969 год). Цитаты и фразы из фильма

«Семейное счастье» — советский комедийный киноальманах из четырёх новелл, снятых режиссёрами-дебютантами Сергеем Соловьёвым, Александром Шейном и Андреем Ладыниным в 1969 году. Экранизация рассказов Антона Павловича Чехова.

Все фразы и цитаты

 СЕМЕЙНОЕ СЧАСТЬЕ
Высеку.
Теперь я пожалуй пойду.
Погуляю.
- Я вас люблю.
- Т-ш-ш.
Изжога.
Я вас люблю.
И так все это, мамочка,
хорошо, что я готов
100 рублей дать, чтобы
еще раз поглядеть.
Вовсе ничего не было.
Это вам показалось.
Глупо даже.
А целовался кто?
Целовался?
Да. Целовались да.
Ну больше мы ничего.
Не понимаю откуда ты выдумал?
Да ты бесстыдница.
Все эти поцелуи, ахи да вздохи.
Фу, изжога.
Все это хорошо, великолепно.
Только не следовало бы, мамочка.
Мальчика смущать. Мальчик-то...
добрый.
Хороший.
Светлая голова и
достоин лучшей участи.
Пощадить бы его следовало.
Вы ничего не понимаете, Николай.
Мальчик в меня по уши влюбился.
Я просто сделала ему приятное -
позволила поцеловать себя.
Сделала приятное?
Не надо.
Впредь лук в окрошку эту не класть.
Околеешь от этой изжоги.
Ну погляди скорее
на своего обожателя.
Чай он теперь воображает,
что я с ним
ради такого сокровища
как ты, стреляться буду.
Вы пожалуйста ничего ему не говорите.
Не бранись.
Он нисколько не виноват.
Я браниться не буду.
Так только,
шутки ради.
Ага.
А это что еще за рожа?
Где?
Это мой дядя.
Дядя?
Вы конечно понимаете, милостивый
государь, о чем я хочу говорить с вами?
После того, что я видел,
наши хорошие отношения
продолжаться не могут.
Это дача принадлежит жене.
А поэтому здесь
останетесь вы. А я
уеду.
Я пришел не упрекать вас, нет.
Упреками, слезами не вернешь
того, что безвозвратно потеряно.
Я пришел
спросить вас о ваших намерениях.
Конечно не мое дело
вмешиваться в ваши дела.
Но согласитесь, что
в желании знать
о дальнейшей судьбе
горячо любимой женщины...
Нет ничего
такого...
Эдакого.
Что могло бы показаться
вам вмешательством.
Вы намерены жить с моей женой?
Как же?
Я.
Не знаю.
Все это как-то странно.
Нет, ну вы... я вижу вы
уклоняетесь от прямого ответа.
Тогда я вам прямо говорю:
или вы берете
соблазненнуюю вами женщину,
или оставляете ей
средства к существованию
или ж...
мы стреляемся.
Любовь, она голубчик мой...
Налагает известные обязательства.
И вы как честный человек
должны понимать это.
Через неделю я уезжаю и
Анна с семьей поступает
под вашу перлулу.
Я буду выдавать
известную сумму.
Если Анне Семеновне угодно,
то я,
я как честный человек...
возьму на себя.
Но я ведь беден.
Хотя.
Вы благородный человек,
поздравляю.
А это кто? Где? А это...
мамаша-с, мамаша-с.
Очень мило-с.
Что вы со мной сделали?
Вы разбили мою жизнь.
Отняли у меня женщину,
которую я любил болше жизни.
Нет. Я не перенесу этого удара.
Сами вы виноваты,
Николай Андреич, вы...
Снявши голову по волосам-то не
плачут, правда.
Вспомните, что вы женились
на Анне только из-за денег.
И потом всю жизнь вы не понимали ее.
Тиранили.
Относились к ней
небрежно к самым чистым,
самым благородным порывам ее
сердца.
Это она вам сказала?
Она. Мне известнався ее жизнь.
И верьте мне я б полюбил
в ней не столько женщину,
сколько страдалицу.
А вы
благородный человек.
Благодарю.
Прощайте.
Будьте счастливы.
Да.
Баста.
Кто это?
Я. Вы? А что вы тут стоите?
Николай Андреевич,
я согласен на все ваши условия.
Но согласитесь,
что все это как-то странно.
Вдруг вы ни с того ни с сего
несчастны,
страдаете
и говорите, что вся ваша жизнь
разменена. Да,
говорил, ну что же?
Ну. Если вы оскорблены.
То я хоть и не признаю,
я могу удовлетворить вас.
Если эта дуэль хоть
немного облегчит вас.
Извольте, я готов
хоть сто дуэлей.
Ну, ну, ну.
Ну, ну, ну. Будет.
Я ведь пошутил.
Все это пустяки и вздор.
Та дрянная и ничтожная
женщина не стоит того, что
бы вы тратили за нее
хорошие слова и волновались.
Будет юноша.
Пойдемте гулять.
Я вас не понимаю.
И понимать нечего!
Дрянная и скверная
бабенка, больше ничего.
У вас вкуса нет, голубчик.
Ну, что вы молчите?
Говорю вам откровенно -
наплюйте.
Игра не стоит свеч.
Все она вам налгала
и как страдалица гроша
медного не стоит.
Бальзаковская барыня
и психопатка.
Глупа, немного врет.
Честное слово, я не шучу.
Но ведь она вам
жена. Мало ли чего.
Был вот таким как вы и женился.
А теперь бы и рад разжениться,
да... наплюйте голубчик. Ведь
любви-то никакой.
Одна только шалость.
Если хотите шалить,
так вон Настя идет.
Настя. А?
Ты куда? Квас вам барин.
Вот это я понимаю.
А все эти барыни,
психопатки, страдалицы.
Ну их.
Вот Настя дура, а к
ней претензий нет.
Верите, голубчик,
вот у меня доходу 25 тысяч.
А так иногда тянет
застрелиться от нужды.
Да. Много таинственного
и страшного
в природе.
Страшны не мертвецы.
А эта неизвестность.
К тому же этот
спиритический сеанс.
Собственно говоря
спиритического сеанса не было.
Просто я показывал как
надо беседовать с духами.
Вдруг эта милая барышня ни с того ни
с сего заговорила об угадывании мысли.
С мысли незаметно перешли к
духам, от духов к привидениям.
От привидений к заживо погребенным.
А этот недоучившийся студент
прочел страшный рассказ о
мертвеце перевернувшимся в гробу.
Под конец вечера я вызвал дух моего
покойного дядюшки Клавдия Мироныча.
И мысленно спросил у него -
не пора ли мне дом перевести на имя жены?
На что дядя ответил
во благовремении все хорошо.
Фут, черт.
Черт знает что такое.
Боишься словно маленький.
Глупо.
Что это? Кто-то дышит?
А что если в этом полумраке
явится сейчас дядя.
Нет.
Это невозможно.
11,
13?
Что за чертовщина?
Деметрий Осипович.
Вас волянзи. Ах, это вы Роза.
Зачем вы беспокоитесь?
Гаврила мог бы.
Гаврилу и Савву вы отпустили.
Аглафит с вашей женою в город.
В доме нет никого.
Вас волен зи дох.
Да вы войдите, не
стесняйтесь, у меня темно.
Не прилично девице стоять
у мужчинской комнат.
Ну, зажгите наконец мне свечу, ради Бога.
Я понимайл.
Найн.
Роза. Ваша жена
честный хороший. Человек
ведь должен ее любить.
Она благородная.
Найн.
Найн.
Господи, это еще что?
Роза, голубушка.
Что значит нервы?
Человек развитой,
мыслящий, а между тем,
черт знает что. Совестно даже.
Что сказала жена
и как оправдывалась
гувернантка, и как
глупа был физиономия
мужа, когда он проснулся...
предоставляем вообразить
вам самим.
Мы же в смущении слагаем оружие.
Все-таки счастливый я человек.
Другие мужья спешат на балы, в
рестораны, к любовницам наконец.
А я всегда спешу только домой.
И мне ничего больше не нужно.
Потому что у меня
есть любимая жена,
которая любит меня и ждет.
Вот и сейчас приеду я неожиданно
после долгой разлуки, а она.
Лапочка моя.
Это я твой муж.
Ку-ку.
Где же она?
Вот она где, моя
кисенька, музыку слушает.
Я советовал Вам, мсье, взять вот это.
Прекрасный револьвер
системы Смит и Вессон.
Ежедневно продаем по десятку для
разбойников, волков и любовников.
Смит и Вессон.
Какая цена? 45 рублей мсье.
Если вам это дорого,
я могу вам предложить
револьвер подешевле,
например системы Лэпошэ.
Стоит всего 18 рублей.
Но мсье, эта система
уже устарела.
Застрелить жену или любовника из Лепошэ
считается теперь признаком дурного тона.
Нет, мне нет надобности
никого стрелять, никого убивать,
я покупаю так для дачи,
пугать воров.
Нам нет дела для чего
покупаете, если бы мы каждый раз,
мсье, доискивались причин,
нам пришлось бы закрыть магазин.
Но для пугания воров,
мсье, Ляпуше не годится.
Он издает очень не
громкий глухой звук.
Я в этом случае
могу вам предложить
обыкновенный капсульный
револьвер Мортимера.
- Так называемый дуэльный.
- Дуэльный?
А не вызвать ли мне его на дуэль?
Впрочем нет, много чести,
таких скотов убивают как
собак, я убью их обоих.
Я вижу, мсье. вас заинтересовал Мортимер.
Ну что ж, это действительно
хороший револьвер.
Особенно для пугания воров.
- Вы меня не слушаете, мсье?
- Нет я слушаю.
Впрочем есть и другие системы получше.
Почти за ту же цену,
счас я вам их покажу.
И так. Что же я решил?
Убью их обоих.
А не слишком это легко и быстро.
Надо чтобы она мучилась дольше.
Нет, лучше я ее оставлю
жить, а убью его.
И себя. А она...
она пусть чахнет от угрызений
совести и презрения окружающих.
Для нее это будет
мучительнее смерти.
Так я и сделаю.
Пусть она мучается плачет, рыдает.
Уже ничего не
вернуть. Уже поздно.
Да. Это будет хорошая месть.
Хотя, что ж тут хорошего?
Конечно она будет страдать.
Но что толку,
я то ведь ничего этого увижу.
А месть слабка, когда
видишь и осязаешь ее плоды.
Так может все-таки не
стоит убивать себя?
А не нравится.
Да, так я и сделаю.
Не буду себя убивать,
а сделаю... вот что.
Вот так. А убить
себя я всегда успею.
В самом деле за что себя убивать?
Это раз.
Во-вторых застрелиться, значит струсить.
Что это? Арестовать меня?
За что, нет. Нет, нет, пустите,
пустите, что вы делаете?
Все равно я не позволю,
слышите, впрочем ладно.
Ведите меня, судите меня, судите.
На суде-то все и выяснится.
Воображаю ее смущение и позор,
когда будет выступать
мой защитник.
Ну как, мсье, выбрали?
Ничего, ничего я вас не тороплю,
можете взглянуть еще вот эти
английские новой системы.
Только счас получены.
Но мсье, все эти системы
бледнеют перед Смит Вессон.
Только этот револьвер
самый лучший.
Все гарантии,
великолепные рекомендации,
отзывы.
Отзывы? А что разве вы не читали, мсье?
На днях один офицер приобрел у
нас револьвер системы Смит Вессон.
Он... Стрелял в любовника.
Пуля прошла навылет.
Затем пробила бронзовую
лампу, потом рояль.
Рикошетом убила болонку
и контузило жену.
Блистательно и делает
честь нашей фирме.
А офицер? А офицер арестован.
И что, осужден или
как? Суда еще не было.
Но его непременно
осудят. Почему?
Что делать, мсье,
во-первых, у нас очень
устарелое законодательство.
Ну, а во-вторых,
суд он всегда на стороне любовника.
- Ну почему?
- Почему. Очень просто.
Потому что и судьи, и
присяжные, и прокурор
сами живут с чужими женами.
Им спокойней будет,
если одним мужем будет меньше.
А кто виноват,
мсье? Правительство.
И вот с каждым годом торговля у нас
все хуже и хуже.
Но это не значит, что
любовников становится меньше,
посто мужья мирятся со своим положеним.
Боятся суда.
И каторги.
А что если он прав?
Если меня осудят.
Не ее, а меня? А что,
очень даже просто.
Но подождите.
Вы еще не видели
вот этой системы.
Обращаю ваше внимание на
оригинальный механизм замка.
Не надо.
Уберите это.
Не хочу. Но мсье.
Чего же вы хотите? Ничего.
Впрочем знаете что, любезный.
Принесите мне стакан воды.
Улетим на Сахалин из-за
какой-то там свиньи.
Нет, пожалуй нельзя его убивать.
Что же делать?
Не оставлять же безнаказанным зло?
Я должен отомстить.
Но как?
Как же отомстишь тут.
Всюду суды, жандармы, законы.
Обиженному человеку
деваться некуда.
Хотя почему же некуда?
Зачем же обязательно нарушать закон?
Можно ведь и по закону мстить.
Как?
Очень просто. Вот так.
Браво, мсье.
Ну так как же, мсье?
Вы так ничего у нас и не купите?
Почему же, куплю.
Вот например...
вот это. Это что такое?
Это сетка для ловли
мелких рыб. Что стоит?
Рубль 80.
- Завернуть?
- Нет.
Нельзя.
Во-первых, мне уже 35.
Возраст, так сказать,
критический.
Во-вторых, же нужна
правильная и регулярная жизнь.
У меня порок сердца.
Постоянное серцебиение, я вспыльчив.
И я ужасно волнуюсь.
Нет, нельзя.
И главное, это решиться.
Решиться.
Я муки адские терплю.
А нужно в сущности немного.
Вдруг прошептать я вас
люблю мой друг без вас
мне одиноко.
Вдруг прошептать.
Я вас люблю, мой друг без вас.
Мне одиноко.
Голубушка.
Кого я вижу, Иван Васильевич, весьма рад.
Вот именно сюрприз.
Как поживаете?
А вы как изволите поживать?
Живем по-маленьку.
Вашими молитвами и прочее.
Садитесь, милости прошу.
Благодарю вас.
Благодарю.
Голубушка, да что ж вы таким
красавцем, разве куда едете?
Драгоценный мой.
Да нет.
Я только к вам,
уважаемый Степан Степанович.
Так зачем же в
смокинге, прелесть?
А видите ли в чем дело.
Я приехал к вам, чтобы...
обеспокоить
вас одной, ну, просьбой.
Неоднократно я имел честь
обращаться к вам за помощью.
И вы всегда так сказать...
Денег приехал
просить? Не дам. Оп.
Простите я...
очень волнуюсь.
Так в чем же дело? Красавец?
Дело в том,
уважай Степаныч, то есть
Степан Уважаич, то
есть я ужасно волнуюсь.
Вы изволите видеть.
Одним словом только вы
один можете мне помочь.
- Ну.
- Хотя...
Я не заслужил и не имею права
расчитывать на вашу помощь.
Ну не размазывайте нюни, говорите сразу.
Ну.
Сейчас.
Я приехал
просить руки вашей дочери,
Наталии Степановны.
Мамуся.
Иван Васильевич.
Повторите еще раз, я не расслышал.
Я приехал просить руки.
Голубушка моя, господи я так рад
и тому подобное вот
именно и прочее.
И всегда я любил вас,
ангел мой, как родного сына.
Чего я стою, как
болван. Опешил, ей Богу.
Опешил. Сейчас. Позову Наташу.
Степан Степаныч.
А как вы думаете, могу
рассчитывать на ее согласие?
Так вот именно, красавец?
И вдруг она не согласится?
Влюблена небось
как кошка. Сейчас.
Смешно.
Папа сказал, поди там
купец за товаром приехал.
А это вы.
Купец.
Погода великолепная.
Вчера был дождь.
Какой вы нарядный.
На бал едете что-ли?
Между прочим. Вы похорошели.
А вправду, зачем вы таким праздным.
Дело в том,
что я решил просить выслушать меня.
Ужасно холодно, а?
Я постараюсь быть краток.
Уважаемая, Наталия Степановна.
Вам известно, что я давно уже...
Да с самого детства, имею честь
знать ваше семейство.
И моя покойная
тетушка. Да и супруг ее.
Они всегда
с глубоким уважением относились к вашему
батюшке и к вашей покойной матушке.
И потом род Ломовых и вот Чебуковых,
они всегда находились, ну в самых
самых, самых дружественных, ну
можно казать, в родственных отношениях.
И потом если вы извольте припомнить,
то мои Воловьи Лужки
они к границе с вашим Березняком.
Мои Воловьи Лужки?
Да разве ж они ваши?
Это мои.
Воловьи Лужки наши, а не ваши.
Нет мои.
Это для меня новость.
Откуда ж они ваши?
- Как откуда?
- Откуда?
Да я говорю про те Лужки,
которые вклиниваются между
вашим березняком и болотом.
Ну да, они наши.
Вы ошибаесь, они мои, Иван Васильевич,
ну вы опомнитесь, опомнитесь.
Давно ли она стали вашими?
- Как давно?
- Ну, как давно?
Сколько я себя помню они всегда были мои.
Ну, это уже положим, извините.
Наталья Степановна.
Это из бумаг видно.
Это из бумаг видно,
извольте ли видеть.
Бабушка моей тетушки
отдала Лужки
в бессрочное безвозмездное пользование
крестьянам дедушки вашего батюшки.
За то,
что они жгли для них кирпич.
Ну.
А крестьяне вашего батюшки...
И мой дедушка и прадедушка
всегда считали, что их земля доходила
вот вот-вот до горелого болота.
Стало быть, Воловьи Лужки наши.
Сюрприз какой-то.
Владеем землей чуть
ли не 300 лет, а потом
приходит и заявляет:
она, говорит, не ваша.
Да, мне эти Воловьи Лужки, знаете,
вообще не жалко, они стоят 300 рублей.
Но меня возмущает несправедливость.
Вы говорите вообще все, что хотите.
Но несправедливости
я просто терпеть не могу.
Наталья Степановна, умоляю
вас, выслушайте меня.
Дело в том,
что крестьяне дедушки
вашего батюшки,
как я уже имел честь
сказать вам, жгли кирпич
для бабушки моей тетушки.
А тетушкина бабушка
она просто, она просто.
Дедушка, тетушка.
Воловьи Лужки наши, вот и все.
Мои, мои, понимаете. Наши, наши.
Наталья Степановна,
подождите, куда же вы?
Наталья Степановна, погодите.
Погодите вы ей Богу
Наталья Степановна...
Наталья Степановна,
мне Лужки не надо.
Ой, но я из принципа.
Если хотите извольте,
я их подарю вам. Ай.
Дайте мне мою же землю?
Вы меня извините, конечно,
но это просто дерзость.
Что же выходит по-вашему я -
узурпатор?
Завтра там будут мои косари.
- А я их в шею.
- А вы не смеете.
Воловьи Лужки мои.
Только не кричите пожалуйста.
Вы можете кричать и кипеть от злобы
у себя дома, а вот тут вот
я прошу вас,
держаться, кланяться.
Наталья Степановна, погодите.
Ну погодите вы, ей
Богу. Сейчас, что скажу.
Папа.
- Ну погодите, Наталья Степановна.
- Папа.
Вот смешная, Наталья Степановна.
Папочка.
Объясни, пожалуйста, этому господину
кому принадлежат Воловьи Лужки?
Нам с тобой? Или ему?
Цыпочка. Воловьи Лужки наши.
Помилуйте, Степан Степаныч.
А откуда они ваши?
Бабушка моей тетушки...
отдала Лужки во временное пользование
крестьянам вашего дедушки.
Извольте драгоценный.
Вы забываете, что крестьяне
не платили вашей бабушке и
тому подобное, потому что
Лужки-то были спорные и прочее.
- Я вам докажу, что они мои.
- Не докажете.
А я вам говорю: докажу.
Зачем же так кричать? Мамочка.
Криком, вот именно, ничего не докажешь.
Уж коль на то пошло. Милаша моя.
Если вы намерены оспаривать
Лужки и тому подобное,
так я лучше отдам
вот им. Всем вам.
Не понял.
Какое имеете право
дарить чужую собственность?
Что?
Позвольте уж мне знать
имею я право или нет.
Милостивый государь.
Я не привык чтобы со мной
разговаривали таким тоном и прочее.
Я милостивый государь
старше вас вдвое и прошу
вас разговаривать со мной
без ажотации и тому подобное.
Всякая собака знает,
что Воловьи Лужки наши.
Вы меня за дурака считаете?
Называете мою землю своей.
Да еще хотите, чтобы я
разговаривал с вами по-человечески?
Вы не сосед, Степан Степанович.
Вы узурпатор. Что?
Что вы сказали?
Я сказал узурпатор.
Я вам судом докажу,
что Воловьи Лужки мои.
Судом? Можете подавать в суд.
Милостивый государь.
Кляузная натура,
весь ваш род был сутяжным.
Весь род.
Прошу не оскорблять моего рода.
В роду Ломовых все были честные
и не было ни одного,
который бы находился под судом,
как ваш дядюшка.
Дед ваш пил запоем,
а ваша тетушка, Настасья Михайловна,
бежала с архитектором и тому подобное.
А ваша мать была кривобокой.
А ваш батюшка был
картежник и обжора.
К черту. Видишь какой негодяй.
Вот ты видишь?
Вот верь после этого добрым соседям.
Мерзавец.
- Урод ты проклятый.
- Чучело гороховое.
И вот эта вот, кикимора,
с позволения сказать куриная слепота
еще осмеливается предложение делать.
Какое предложение?
Ну как приезжал за тем, чтобы
тебе предложение сделать.
Мне? И поэтому нарядился.
Сосиска тухлая, сморчек.
Как? Предложение?
Мне?
Ой, что-то мне плохо че-то.
Что-то мне дурно.
Вернуть его.
Вернуть его.
- Вернуть его. - Кого?
- Скорее. - Его?
Зачем?
Ну простите нас, Иван
Васильевич, мы погорячились.
Я теперь припоминаю - Воловьи
Лужки в самом деле ваши.
Мои Лужки.
Сердце страшно бьется.
И в глазах живчики дергаются.
Мне эти Лужки не надо
- для меня важен принцип.
- Именно принцип.
Именно принцип.
И потом у меня есть доказательства.
Бабушка моей тетушки она отдала
крестьянам вашего батюшки Лужки
с тем, чтобы они жгли для нее кирпич.
- Но крестьяне вашего батюшки.
- Будет.
Будет.
Скоро собираетесь на охоту?
Думаю после жнивья начнем.
Да, вы не слыхали какое у меня несчастье.
- Несчастье?
- Мой Угадай,
которого вы изволили гнать.
- Захромал.
- Какая жалость.
От чего же?
Не знаю, то ли он ногу вывихнул.
То ли другие собаки покусали.
Самая лучшая моя собака.
Я уж не говорю про
деньги за нее Миронову.
125 рублей отдал.
О, переплатили, Иван Васильич.
А по-моему так не доплатил.
Такая хорошая собака.
Папа дал за своего Откатая.
Сколько же.
- Ну? - 85.
А наш Откатай куда лучше вашего Угадая.
Откатай лучше Угадая?
Конечно лучше, он сразу
молод, еще не овдовел.
И порода.
Лучше ее нет никого.
Вы ошибаетесь, Наталья
Степановна, вы забываете подуздоват.
А подуздоватая собака,
она ведь не покладистая.
- Первый раз слышу.
- Ну, уверяю вас.
У него нижняя челюсть короче верхней.
А вы меряли?
Мерял.
В вас, Иван Васильевич, вселился
какой-то бес противоречия.
То выдумал,
что Воловьи Лужки ваши.
То Угадай лучше Откатая.
Нет, я вижу, Наталья Степановна,
что вы меня считаете за слепого.
Или за дурака. Кто еще.
Папа, скажи только откровенно и
по чистой совести: чья собака лучше?
Наш Откатай или его
Угадай. Степан Степаныч.
Степан Степаныч, будьте
хоть вы благоразумны.
Ну подуздоват ваш
Откатай да или нет?
Ну не волнуйтесь хоть бы и так, зато
лучшей собаки во всем уезде нет и прочее.
Но мой Угадай лучше.
И ваш Угадай вот именно
имеет хорошие качества.
Он чисто псовый на
твердых ногах и т.п.
Но у этой собаки, красавец
мой, есть еще один недостаток.
Старая она с коротким щипцом.
Извините, у меня серцебиение.
Сердцебиение.
Какой вы охотник,
вам на печке лежать да тараканов давить,
а не лисиц травить.
Ну какой вы охотник,
с вашим вот именно
серцебиением дома сидеть,
а не в седле болтаться.
Добро бы охотились,
а то ведь если ездить только за тем,
чтобы спорить да чужих
собак унижать и прочее.
Васька.
Васька. Васька.
Ва-аська. А этот-то охотник.
Ездить на охоту,
чтобы интриговать
да к графу подлизываться.
- Интриган.
- Мальчишка.
Щенок.
Интриган.
Старая крыса. Иезуит.
Умираю.
Папа, он умер.
В самом деле помер.
Вот значит как умер.
И тому подобное.
Иван Василич, Иван Василич.
Что вы наделали?
Несчастный я человек.
Отчего я не пускаю
себе пулю в лоб?
Отчего я еще до сих пор не
зарезался, чего я жду?
Папа. Дайте мне нож.
Дайте мне пистолет.
- Туман.
- Иван Василич! Цыпочка.
Она согласна. Понимаете,
согласна согласна и тому подобное.
Благословляю вас и прочее.
Вы что, кого? Она.
- Она. - Я.
Согласна. Поцелуйтесь.
Он жив. Я согласна.
Целуй. Целуй.
Кого?
Да позвольте, позвольте, ну в чем дело?
В чем дело?
Я понимаю.
Сердце.
Искры. Туман.
Да я, да я счастлив я.
- Нога отнялась, нога у меня отнялась.
- Какая?
Я так счастлива. Я
тоже, тоже счастлива.
Шампанского,
шампанского. Шампанского.
Зачем мы перешли на ты
и что ж, о Боже с нами стало?
На грош любви и простоты,
а что-то главное
Пропало.
На грош любви и простоты.
А что-то главное
пропало.
 

////////////////////////////