Один из наших самолетов не вернулся (1942 год). Цитаты и фразы из фильма

One of Our Aircraft Is Missing (1942)

Все фразы и цитаты

Летом 1941 года пятеро голландцев были казнены представителями
"высшей расы" за содействие побегу экипажа британских лётчиков.
Вот их имена.
Их будут помнить всегда. Королевское
Правительство Нидерландов.
Воскресное утро, 4:26, военная
база где-то на территории Англии.
Материк 04:26, никаких признаков.
присутствия самолёта в воздухе.
По-прежнему никаких
следов Б "Берти", приём.
Здравствуйте, группа.
Все вернулись кроме Б "Берти".
...С этого момента один из наших
самолётов пропал без вести.
История "одного нашего
пропавшего без вести самолёта".
С экипажем Б "Берти".
Говорит пилот.
Проверка внутренней связи.
Том Эрншоу, второй пилот.
Френк Шелли, лётчик-наблюдатель.
Боб Эшли, радист.
Джефф Хикмен, передний
пулемётчик, всё в норме.
Джордж Корбетт, задний пулемётчик.
Б "Берти" разбился в воскресенье утром в 4:31,
но наш рассказ начинается 15-ю часами ранее.
- Это всё, Корбетт.
- Благодарю вас, сэр.
Группа, сэр, насчёт сегодняшней операции.
Говорит Рейнолд.
Хорошо.
Цель Штутгарт, заводы Мерседес Бенц.
Всем экипажам явиться
на совещание в 14:30.
Почта, вам, командир.
Тебе, Том, красивая марка из Галифакса.
- Ничего письмецо.
- Опять Галифакс.
- Это от моей невесты.
- У вас их две?
Второе от папы.
- Это точно не будущая миссис Эрншоу.
- Мыслишь верно.
Это Уитакер и Уитакер, фирма её отца,
одни из лучших овец в Йоркшире.
Но мы знаем, чьи овцы самые
лучшие, моего отца.
Эрншоу и сын.
Умру, как хочется увидеть этих
двух животных на одном лугу.
Ждать мы не заставим.
Вот и Корбетт, опять с
песней и танцами как всегда.
Бильярд после ланча?
- Идёшь на вечеринку?
- Нет, я на операции.
Хейзел говорит не забыть
про завтрашний вечер.
Программа Хейзела Мейсона
для дома и армии.
9-40.
Джордж, ты что завтра вечером делаешь?
В 9-40?
- Пакуюсь.
- Нет, слушаешь мою жену.
Программа для дома и армии,
паковаться можешь и сегодня.
Сегодня я лечу.
Мы не знали, что у
тебя задание, Джордж.
Я говорил с капитаном группы, это моя
последняя ночь, он согласился меня отпустить.
Прости, что через твою голову, командир.
Ничего, хорошо, что пришёл
к нам, правда, ребята?
Это честь для нас, сэр Джордж.
Кстати, я надеюсь Хопкинсу
сказали про замену?
Надеюсь.
- Хотел бы посмотреть на лицо Хопкинса.
- Бедняга Хопкинс.
Прохиндей.
Не могу поверить, вы
меня разыгрываете.
- Хопкинс.
- Да, сэр.
Простите, но вы сегодня
не будете нужны.
- Понимаю, сэр.
- Удачи, старина.
Прохиндей.
Не могу поверить, он же
меня разыгрывает.
Раз ты не идёшь, можно
мне твои шёлковые чулки?
Пожалуй.
Это что, камуфляжная сетка?
Лучшего качества, по.
три бакса за пару.
Будешь весь горячим как тост.
Если моя девушка узнает...
Скажи, что их носил Боб
Эшли, и она вся растает.
Видели бы вы этот ран Уэлча, вполне
можно сравнить с великим Бобом Эшли.
Все признаки Эшли налицо.
Итак, штрафной против Союзных Сил.
Штрафной, смотрите за Уэлшем.
- Только не Уэлш.
- Не Уэлш? Ты слышал, Линн? А кто же ещё?
Конечно, бить будет Уэлш.
Комптон будет бить.
Опаснейший момент, мяч на
точке, бить будет Уэлш.
Что я говорил?
Давай, Уэлш!
Бьёт Уэлш. Нет! Он
перепрыгивает через мяч!
Комптон будет бить, вот как.
Гол! Отличный удар, Комптон!
Вот это сюрприз.
Только не для меня.
Лен, посмотри индикатор,
пожалуйста, опять заело.
Сейчас починю.
Как Берти?
Отлично, сэр, новое пальто,
желудок набит, в полном порядке.
Отлично, тогда машину
примерно к четырём.
- Давление масла починили, Джимми?
- Да, уже всё окей.
- Лен, кто этот новый парень?
- Твой фанат, хочет автограф.
Говорит, что вроде
видел твою игру.
Верно, м-р Шелли, я видел
вас в Школе Скандала.
- Вы играли Джозефа Сюрфеса.
- Есть карандаш?
- Боюсь нет.
- Тогда завтра.
- Хорошо, спасибо.
- Только это был Чарльз Сюрфес.
Прямая Тропа вызывает Т "Томми".
Сейчас 21-35.
Можете взлетать.
Проверка внутренней
связи, Боб, слышишь меня?
Сержант Эшли на связи,
сэр, слышу хорошо.
Этот проклятый улей делается
всё меньше с каждым полётом.
Что там бормочете, сэр Джордж?
У вас личный экипаж.
Прямая Тропа вызывает К "Квини".
21-37.
Можете взлетать.
Сверим часы, ребята.
Через 50 секунд будет 21-40.
Через 45 секунд.
Прямая Тропа вызывает Б "Берти".
Сейчас 21-40.
Поехали.
Джефф, переходи вперёд.
Окей, командир.
Штутгарт, вот и мы.
Между прочим, я играл в Штутгарте
с моим клубом в 1938 г.
В 1938? Я играл в Нью-Йорке.
- И как там в Штутгарте?
- Как в обычном континентальном городе.
Приезд в субботу, игра в воскресенье,
в понедельник опять на поезд.
Вот значит, какой Штутгарт, ясно.
И красивые там девушки, командир?
Одна точно есть.
А ты что знаешь о девушках
Штутгарта, Джефф?
- Я знал одну медсестру из Штутгарта.
- Странно, моя была медсестрой.
- Её звали не Лизель?
- Нет, Ильза.
- Как выглядела твоя медсестра?
- Такая большая и блондинка.
Готовить вообще не умела, работала
у доктора в Джералд Кросс.
Пела эту песенку, "Целую
вашу ручку, мадам".
Вот эту.
Пела конечно по-немецки.
Всё время её пела, потому что
не могла её петь в Германии
Композитор вроде был евреем.
А ваша медсестра, командир?
Илза? Тоже была блондинка.
- Готовила хорошо?
- Она всё делала хорошо.
Моя следующая медсестра
была гораздо хуже.
Похоже вы специалист
по медсёстрам, командир.
Было дело, но только две.
- Ничего, Джефф.
- Я видел её фотографии в альбоме отца.
Он был в комиссии по репарациям.
Штутгарт столица Виртемберга,
было отдельное королевство.
Точно, главная газета там
это Виртембергер Цайтунг.
Лизель мне её читала вслух.
Голландское побережье.
Джефф, Джордж,
смотрите, нет ли истребителей.
Если мой курс верен, то
мы скоро встретим ПВО.
Твой курс похоже верен, Фрэнк.
Колонь не слышно.
Я их не виню.
Впереди железная дорога.
Есть, основная ветка на Колонь.
Я здесь ехал, и ехал в Штутгарт.
Мангейм у нас справа.
- Том, брось им листовок.
- Сейчас.
Дай им спецвыпуск про Эшли.
Эшли хорош.
По курсу река Некер.
Джон, ты видишь, что я вижу?
Большой пожар.
Не с того конца, Джордж.
- Пахнет прожектором, командир.
- Есть парочка.
Мне тоже можно, командир?
А то будет фаворитизм.
Окей.
Так кто не с того конца?
Это волшебный огонь.
Это же Куини работает.
А это Томми.
Теперь ещё кружок.
Бомболюки.
Бомболюки открыты.
Снижаемся.
Снижаюсь.
4000.
3600.
Внимание.
Влево.
Все бомбы пошли.
Передаю по радио, сэр,
задание выполнено.
Что там, Том?
Правый двигатель накрылся,
левый вроде ничего.
Боб, внутренняя связь работает?
Да, сэр, хотя радио отключилось.
Джордж, всё в порядке?
Скучать нам не придётся.
Порядок, командир.
Мы справимся, правда, Джордж?
- Что там, Боб?
- Красота, сэр, все патрубки порваны.
- Как насчёт срезать углы?
- Кратчайший маршрут через Митце.
Курс 301, Джонни.
- Боб, уничтожай шифр.
- Уже, сэр, вкус отвратительный.
Скорость падает, всего 90.
Попробую резко снизиться,
всем держаться.
Не выходит, ребята, придётся
ковылять домой на одном двигателе.
- Такими темпами мы рухнем в любой момент.
- Мне выйти и подтолкнуть?
- Мы где, Фрэнк?
- Над Голландией, Амерсфорт.
- Не видишь железную дорогу?
- Не уверен.
А ты, Том?
Да, думаю вижу.
Это основная дорога между
Амерсфортом и Хилверсюмом.
Это теперь оба
двигателя накрылись.
Надо прыгать, ребята.
Сэр Джордж, это Фрэнк.
Боб?
Подготовиться покинуть самолет.
- Мы пойдём вместе или соло?
- Вместе.
Прыгаем вдоль железной дороги,
командир пойдёт последним.
Если всё как сейчас, и
мы все пойдём вдоль...
дороги на северо-запад,
мы найдём друг друга.
Том, пошёл.
Фрэнк, прыгай.
Джефф, прыгай.
Джордж, прыгай.
Боб, прыгай.
- Что видишь?
- Зюдерзее.
Аещё что?
- Мельницы.
- А солдат?
Нет.
Как территория?
Далеко видно?
На несколько миль, равнина.
А ты что, горы ждал увидеть?
Никаких его следов?
Зюдерзее нам не подойдёт.
- Сколько отсюда до Северного моря?
- Примерно 38 миль.
- Не так уж плохо.
- 38 миль в таком наряде.
Да, самое главное
организовать одежду.
- Вот Боб.
- Плохо быть Бобом.
Я бы лучше был Джоном или Фрэнком.
- Неужели?
- Без обид, конечно.
- Закурить нет?
- У меня нет.
Ты же жил за границей, командир,
ты первоклассный актёр.
Прости, последняя.
Футболист профи, наездился со своей
командой, Боб один бы заблудился.
Посмотрим правде в глаза, он
на самом деле заблудился.
За такими вещами лучше следить.
Да и нам лучше не высовываться.
Боб может скоро появиться.
Он уже на три часа опаздывает.
Спички есть?
Мы уже много времени потеряли.
Джон, ты командовал в воздухе,
тебе командовать и на земле.
Почему вообще кто-то должен командовать?
Пусть все высказываются.
- Так не пойдёт.
- Я присоединяюсь к Джону.
Хорошо, и что ты предлагаешь?
Ну первое, что нужно,
это найти Боба.
Нельзя его бросать.
И потом будем составлять план кампании.
Будем решать что делать,
и чего не делать.
Не согласен, Том?
И потом...
скоординируемся.
- Очень ясно и чисто выразился.
- Чисто, как в грязи.
Садись.
- Ну знаешь, Фрэнк.
- Слушайте, я пропадал с десяток раз.
Несколько раз один,
несколько раз вдвоём...
и несколько раз всем полком,
так что опыт есть.
Либо мы разбредаемся, и
каждый будет за себя,
либо остаёмся вместе, и
кто-то будет командовать.
- Кто за то, чтобы разделиться?
- А ты сам, Джордж?
Я задам другой вопрос.
- Мы сдаёмся ипи пытаемся добраться домой?
- А ты как думаешь?
Хорошо, Фрэнк, ты штурман.
Мы где?
Я бы сказал, что где-то здесь.
Хилверсюм на запад,
Амстердам и Зюдерзее здесь.
Мы хотим попасть куда-то к югу от Хаарлема.
Между Зандфоортом и Катвийком.
Тут несколько больших
дорог и всё кишит людьми.
- Что такое "вербу"?
- Возвращённая земля, дамбами и плотинами.
Почти вся территория к югу от
Хаарлема это поля тюльпанов.
- Нефти в Арнхейме нет.
- Жаль, люблю тюльпаны.
- Слушайте, что нам с одеждой делать?
- Надо как-то в город попасть.
Что делает Джордж?
- Поплыву.
- Куда?
- В канал.
- Откуда ты знаешь, что он есть?
В Голландии везде есть каналы.
Лучшее в гражданской одежде то,
что без неё можно обходиться,
я буду голландским пловцом,
исследующим местность.
- Аесли встретишь настоящего голландца?
- Я всё объясню жестами.
- Аесли это девушка?
- Жесты должны будут быть особые.
- По-голландски говоришь?
- Я да.
- И хорошо?
- Достаточно, для дипломата.
Тогда голландским пловцом
лучше быть тебе.
Кажется, кто-то идёт.
Эта собака нас
учуяла, нам не уйти.
Заткнись!
Королевские ВВС.
Королевские ВВС.
Королевские ВВС.
- Отлично, говорит, что мы друзья.
- Тогда спускаемся и поговорим.
Надеюсь, он не сбежит,
пока мы спускаемся.
Он попросил нас
вторгнуться в Голландию.
С чем?
Привет, малыши.
Мы спрыгнули с нашего самолёта.
С парашютами.
1, 2, 3, 4, 5, 6 союзников.
Это по-французски.
Джонни.
Давай ты.
- Что это за булавки?
- Это знак против немцев и предателей.
Булавка означает быть вместе,
держать рот на замке.
На ферме есть кто-то, кто
говорит по-английски.
Её зовут Элс.
Похоже, она учительница в школе,
похоже очень полезная особа. .
Нет, молодой человек, мы не
пришли вторгнуться в Голландию.
Пока.
Это пока все, что я
знаю по-голландски.
Так кажется, идут дебаты.
Мисс Меертенс.
Хорька в кроличью нору не
посадишь, это уж точно.
Что-то народу много
собралось, правда?
- Может это ловушка.
- Вполне возможно.
Тут их 20 человек,
говорят уже полчаса.
И очём? Хотел бы я знать.
Что если кто-нибудь из
них приведёт немцев, кто их знает.
Не приведёт.
- Откуда такая уверенность, Джордж?
- Я всё это время смотрел за дорогой.
Из дома никто не выходил.
Простите, джентльмены,
что заставили вас ждать.
Я Элс Меертенс,
учительница в школе.
Моё почтение, мисс Меертенс, меня
зовут Джон Глин Наггард, а это...
Кто вы все такие, это конечно
очень для нас важно,
но я думаю, вы не будете возражать,
если мы сами всё проверим.
Простите, мисс Меертенс,
но как вы собираетесь нас...
проверять, если мы решим
вам ничего не говорить?
Я вижу, что вы носите
идентификационный браслет.
Я уверена, вы сможете сказать
мне имя вашего друга.
И?
Можете или нет?
- Конечно могу, я давно его знаю.
- Я не спрашиваю, давно или нет.
Как его зовут.
Это м-р Том Эрншоу, наш
второй пилот, разумеется.
Верно.
Вы выпрыгнули из своего
аэроплана, почему?
Потому что мы не хотели
разбиваться вместе с ним.
Где он разбился?
Нигде, двигатели снова
заработали, как мы выпрыгнули.
Я плохо знаю аэропланы.
Но это означает, что вы не можете
доказать, что ваш аэроплан разбился?
Не совсем, он мог
пролететь ещё много миль.
Вас это может удивить, но
насколько нам здесь известно,
ни один самолёт над западной
Голландией ночью не падал.
Тогда наверное Берти долетел
до моря, что скажешь, Джон?
Меня не спрашивай,
ты у нас свидетель.
- И где ваши парашюты?
- Закопали.
- Все пять?
- Все, что имелись.
Это как?
- В моём экипаже было шесть человек.
- Вы капитан?
- Да.
- Где шестой?
- Не знаю, мы его не нашли.
- Понимаю.
И где вы закопали свои парашюты?
Слушайте, мисс Меертенс,
мне уже надоело...
Вы не знаете?
Разумеется знаю, у железной
дороги, где мы приземлились.
Кто-то из вас может доказать
вне разумных сомнений...
что вы те, за кого себя выдаёте?
Что 6 мне лопнуть, такого мне в
жизни ещё никто не устраивал.
- Но мисс, наша форма...
- ... ничего не доказывает.
- Почему же?
- Каждый может форму достать.
Если какие-то. люди захотят
узнать, каково наше отношение...
к пилотам англичанам, не будет
ли это наилучшим способом?
Хотите сказать, что мы сюда
прибыли сюда, чтобы вас выдать?
Но мы англичане, мисс, мы не стали
бы такое делать, правда, Фрэнк?
Насчёт остальных вы не уверены?
На что вы намекаете,
конечно уверен!
Как имя этого джентльмена?
- Говори, Джордж.
- Это Фрэнк Шелли, он актёр.
И его жена будет сегодня
выступать по радио.
В 9-40, программа
для дома и армии.
Фрэнк, вчера днём вопреки
уставу ты, как я видел,
вырвал большой кусок из
Таймс, он у тебя с собой?
Может это устроит мисс Меертенс?
Прошу.
Программа передач, программа
для дома и армии.
Воскресенье, 9-40, это сегодня.
Хейзел Мейсон.
Это моя жена, вот дата на газете.
Да, это вчерашняя Таймс.
Свидетель ваш.
Это вас устраивает, мисс Меертенс?
Думаю, этого хватит.
Пойду покажу остальным.
Знаете, Вы тут не
одни сомневающиеся.
Не одни?
Некоторые из нас решили, что
вы послали за нацистами.
Я думала, что у пилотов не
настолько плохое зрение.
- Ну и девушка.
- Вот именно, ну и девушка.
- Она тебя просто разбила, Том.
- А что там было насчёт зрения?
Мы что-то не заметили,
что-то в комнате есть.
Давайте искать.
Оранжевый цвет.
А при чём тут оранжевый цвет?
Это их "оранжевый альтер".
- В честь королевы Вильгельмины.
- Почему оранжевый?
Ну как, Вильгельм Оранский,
"оранжевый", знак верноподданичества.
Должна быть и
фотография королевы.
Вот она.
Хитро всё у этой мисс
Меертенс, ну и девушка.
Можно не повторять,
мы это уже слышали.
Джентльмены, прошу сюда.
Благодарю вас.
Питер Слутч, хозяин дома.
Я всегда думал, что
речи толкают уже после еды.
Я бы не отказался
от кусочка ветчины.
- Прошу садиться.
- Спасибо.
Это очень любезно, но разве у вас
нет недостатка в продовольствии?
Иногда бывает, но не волнуйтесь,
для друзей у нас всё есть.
Он говорит, не волнуйтесь и кушайте,
эта свинья была предателем.
Очень приятно.
Мы переживаем за вашего
пропавшего товарища.
Мы тоже, мисс, мозги
Боба у него в ногах.
- В ногах?
- Боб футболист, и хороший.
Но не слишком умный.
Всё же жаль, что мозги
у него не в голове,
потому что если его найдут, немцы
начнут поиски и вас пятерых.
Закопать парашюты было ошибкой,
свежевскопанную землю будут проверять.
Может пошлём кого-нибудь, чтобы откопали?
Уже послали, и мы их перепрячем, на
этот раз в более безопасном месте.
Знаете, молодая леди, голова
у вас работает вовсю.
Спасибо.
Самое важное, это ваш побег, есть идеи?
- Вы думаете, мы сможем бежать?
- Другие же бежали.
Для начала нам надо к морю.
Море в 58 км отсюда.
В каждой деревне немецкий пост,
и все дороги патрулируются.
- Сначала мы отправим вас в церковь.
- Почему в церковь?
Наша церковь в 10 км к западу отсюда.
Это на 10 км ближе к Северному морю.
Пойдёмте с нами.
Простите, мисс Меертенс,
что у вас за церковь?
Мы католики.
Я англиканин.
Я тоже.
- Это как?
- Независимый методист.
Баптист.
Это всё ваши английские
церковные реформы?
Именно.
Но это наш единственный план.
Если мы так сможем вернуться в Галифакс, то
я явно не в последний раз об этом слышу.
Мы вас переоденем в голландское,
никто вас не узнает.
Вы не знаете англикан.
Но самое важное
сейчас это ваш побег.
Цель оправдывает средства.
Решено, не лучше ли отправиться ночью?
И мы будем на побережье
за трое суток.
По нашему плану вы будете
на побережье сегодня.
- Йо будет вас ждать.
- Кто такой Ио?
Йо де Вриз, жена
Хенрика де Вриза.
А кто такой Хенрик де Вриз?
Хенрик де Вриз был убит британцами
во время налёта на Хаарлем.
С тех пор его жена ненавидит британцев
больше чем кого бы то ни было.
Похоже это лучший выбор для кандидатуры
нашей проводницы, что это за поворот такой?
Я никогда не слышал,
чтобы мы бомбили Хаарлем.
Немцы ХОТЯТ, чтобы мы в это верили,
и Йо де Вриз идёт им на встречу.
Она им нравится, потому что они
думают, что она ненавидит британцев.
Это ей и нужно, так
что все довольны.
Понятно, немного камуфляжа.
Да, и у нас свои методы,
вы слышали наш девиз?
Это значит, что море это общий враг, а перед
лицом общего врага нужно объединиться.
Думаете мы, голландцы, изгнавшие из
нашей страны море, отдадим её немцам?
Тогда уж лучше море.
Все умеют кататься
на велосипеде?
Вообще-то я никогда не был
выдающимся велосипедистом.
Мы разберёмся, но сначала нам
надо найти вам старую одежду.
Мы лучше будем в форме, это даст нам
шанс в случае, если нас поймают.
Можете надеть камуфляж
поверх формы.
Раз уж нам скоро отчаливать, нельзя
ли ещё кусочек ветчины, матушка?
Кстати о ветчине, Фрэнк, не твой ли
это шанс? Какой ты оденешь камуфляж?
Мой мальчик, тебе предстоит увидеть целую серию истинно
голландских типажей, настоящую галерею характеров.
Только вот что с обувью делать?
Деревянные башмаки.
Посмотрел бы я на тебя на улице
Галифакса в таких башмаках, Том.
Знаешь старую йоркширскую поговорку, башмаки
к башмакам на три поколения вперёд.
Я никогда и не мечтал играть вместе с
великой Франсис Шелли в голландском эпосе.
Джордж, ты очень
хорош, на самом деле.
Только вот играть вместе с ней...
Знаешь, Джордж, я не был в
церкви со времени своей свадьбы.
А сцены в церкви ты играл?
Один раз в кинофильме, шпионская
история, где нас всех застрелили.
Здесь это также возможно.
- Как я выгляжу?
- Неплохо, для новичка.
Вот уж любят пошуметь, мерзавцы.
Куда это он так торопится
воскресным утром?
Наверное в увольнительную.
- Что-то случилось?
- Немцы нашли один из ваших парашютов.
Но вы же их надёжно перепрятали?
Я тоже думала, что
надёжно, и даже очень.
Значит это другой.
Джордж.
Фрицы нашли парашют,
наверное Боба.
Нашли парашют Боба.
- Значит, Боб в безопасности.
- Отлично.
Для нас не очень.
Значит, эти броневики нас искали.
Элс говорит, что обыскивают
деревни, думают, что мы рядом.
Пока не найдёт наши парашюты
нам мало что грозит.
Элс говорила, где они спрятаны?
Она говорит, что спрятаны
надёжно, и что они здесь с нами.
Парашюты.
Королевские ВВС.
Наш национальный гимн.
Гимн Голландии.
Корнелиус, мой младший брат, как
всегда у него неприятности.
Тоже самое и в Англии,
и вообще везде.
У меня тоже есть младший брат.
Ужасный сорванец.
Английские дети не такие плохие,
как голландские, видели школу?
Немецкий военный пост, 20 солдат.
Мальчики любят дразнить часовых.
Встанут у стены и поют, "Тили-тили,
поймал я немца за палец".
Корнелиус, что он делает на посту?
Что он там делал?
Де Йонг предатель.
Мне стыдно говорить такое о чеповеке
из моей деревни, но это правда.
Он предатель, и получает
от нацистов деньги.
Он постоянно пытается убедить
нас побрататься с солдатами...
на этом посту, и теперь он передал
им граммофонные пластинки.
И относил их мой сын!
Мы все пытаемся утомить их до смерти,
а мой сын носит им пластинки.
От этого предателя Де Йонга!
Корнелиус остаётся без обеда, и отец
говорит, что он не пойдёт на футбол.
Бедный Корнелиус, он так любит футбол.
Он так ждал всю неделю.
Вёл себя, как вы это говорите...
как похороненный?
- С ума сходил.
- То есть очень радовался.
Точно, с отцовского ума сходил.
Бедный Корнелиус, он очень
плохой, но очень симпатичный.
Да, сходил с ума.
Четверть гульдена, уплаченные
этому предателю вонючими немцами,
вот что оказалось в кармане моего сына
за помощь в развлечении немецких солдат.
Девушка, с дороги.
По-английски говоришь?
Тогда не кричи.
- Вы не посмеете держать меня здесь!
- Не посмеем?
Уже держим.
Вы, все.
Вы британские пилоты, мы вас ищем,
бургомистр ван Дерен, вы рискуете головой.
- Бургомистра это не касается.
- Его без суда расстреляют.
- Насчёт стрельбы.
- Вы не посмеете.
Неужели?
Гимн Голландии.
- Наш гимн.
- Это же пост, там нацисты.
- Это что, радио?
- Скорее граммофон.
Это и есть граммофон.
Отец, как странно.
Минуточку!
Пожалуй это не так уж и странно.
Я не понимаю.
Ая понимаю.
Твои немецкие друзья попросили
принести пластинок, не так ли?
И ты выбрал моего сына, чтобы
он им их передал, не так ли?
И дал ему за это
четвертак, не так ли?
Моему сыну.
Так он заменил все твои пластинки на наши.
И он выбрал самые хорошие,
можешь не сомневаться.
Все с нашим гимном.
На всех разные наклейки,
танго, фокстрот.
Так что немцы и не узнают, что там.
Твои друзья будут очень
довольны, правда, предатель?
Они подумают на меня.
- С какой стати?
- А почему же нет?
Был бы я немцем, то подумал, что
Де Ионг ничего себе записи нам...
прислал, но сам не пришёл, а на них
на всех оказался гимн Голландии.
Очень смешная шутка,
давайте искать Де Ионга.
И они уже ищут.
Со штыками наперевес.
Твой ход, старина Де Йонг.
Если я скажу им правду,
они мне поверят.
Тебя расстреляют без суда,
приятель, как ты и сам говорил.
Расстреляют? Они не
могут меня расстрелять.
Могут, и расстреляют.
Уже не важно, или мы сейчас тебя
расстреляем, или потом расстреляют они.
Меня не расстреляют!
Отец! Помоги мне!
Скажите, что мне делать? Они начнут
на меня облаву, если не найдут дома.
Ты кажется неплохо их изучил.
И ты понимаешь, что они тебе не
поверят, если расскажешь им правду.
Они понимают, что каждый в
Голландии хочет их убить.
Они сначала будут стрелять, и
только потом задавать вопросы.
Вы служитель Божий, вы не
можете дать им меня убить.
Ты думаешь, что Бог
поможет тебе бежать?
Но я думаю, что ты не
случайно попал к нам в руки.
- Что он сказал?
- Что фрицы говорят?
Что мол оккупационные власти
предписывают не допускать собрания более...
200 человек, так что 50 человек
должны немедленно покинуть поле.
Вот нахал, раскомандовался.
И что люди будут делать,
м-р бургомистр?
- Авы в своей стране что бы сделали?
- В Иоркшире? Послали бы к чёрту.
- Так у нас будут неприятности.
- Неужели?
- Много людей могут быть убиты и ранены.
- С обеих сторон.
В Голландии у нас другая система, если
50 человек должны уйти, мы уходим все.
Пойдёмте.
- Но не значит ли это подыгрывать им?
- Вы не понимаете немцев.
У них в основе всего порядок,
если сказано 50, значит 50.
То есть это также запрещается,
чтобы вообще все покинули поле.
Предыдущий приказ отменяется, и всем можно
продолжать наслаждаться игрой, пожалуйста.
Фрицы видно разволновались.
Итак, продолжаем футбол.
Боб Эшли.
Это же Боб!
- Точно Боб!
- Что 6 мне лопнуть.
Как по-голландски "ура"?
Я так посмотрю, ты бродишь по
Голландии, руки в карманы,
говоришь по-английски и
сталкиваешь стариков в каналы.
- Это он сам виноват.
- Потом бросить парашют там же в канале.
Я думал, что надо рвать копи, сэр, я
потом пришёл, но найти его уже не смог.
- А как же, его уже немцы нашли.
- Неужели, сэр?
Чего я не понимаю, это как
ты мог найти железную дорогу
и пройти по ней так, чтобы
Джефф тебя не заметил.
Я и сам не пойму, может он заснул.
Разумеется я не спал.
Видел поезд примерно в 6-30?
Да, сэр, он меня
перегнал, я спрятался.
Перегнал?
Ты шёл не в ту
сторону, приятель.
Шёл в Германию, вместо
того, чтобы идти в Англию.
И потом встретил пастуха, чья
собака тебя конечно укусила.
Именно, потом меня забрали в деревню, где я слава
Богу нашёл учительницу, говорившую по-английски.
Учительницу? Как выглядела?
Хорошо, там я и позавтракал.
Потом тебя отправили по рукам,
на барже, на повозке...
- Велосипедом.
- И так далее.
Пока ты не оказался на футбольном
матче и сказал, что ты Боб Эшли.
- Й они сказали, что вот это да.
- Именно.
Сказали, что за мной приедет грузовик после игры и
отвезёт к какому-то Джо Де что-то там какое-то.
Не Джо, а Йо, это женщина, а не мужчина.
А в остальном ты прав,
её зовут Ис Де Вриз.
Стойте.
Я чувствую запах моря.
Северное море.
- Слышали?
- Немцы.
- Почему именно немцы?
- Я их достаточно слышал в прошлую войну.
Надеюсь, что у миссис Де
Вриз всё под контролем.
Он им намекнул на отсутствие обеда
на завтра, если нас не пропустят.
- А это значит миссис Де Вриз?
- Наверное.
Вы тут?
- Англичане, вы тут?
- Да, шестеро.
Когда грузовик остановится, водитель
откроет задник, быстро вылезайте.
- Куда идти?
- Туда.
Она направила Фрицев
разгружать для нас грузовик.
Она явно не промах.
- Эти голландские девушки волшебницы.
- Это точно.
Наши девушки при случае
действовали бы так же.
Мы проходим казарму с 200
немецкими солдатами.
Луи.
Мы над моим домом, это
штаб-квартира немцев.
Мои комнаты в конце крыла.
Все идите в ту комнату.
Здесь вы в безопасности.
Здесь хорошие стены и полы.
Можете говорить сколько
захотите, это всё можете снять.
Здесь радио.
Настроено на Би-Би-Си.
Можете слушать.
Только танцев устраивать не
надо, прямо под вами офицеры.
А мне пора.
Надо пройти назад тем же путём и войти через
парадную дверь, а то они подозревать начнут.
Заприте за мной дверь и откроете
только на вот такой стук.
- "В"?
- Да, "В.
- Жаль однако.
- Что жаль?
Мне никогда в жизни так
танцевать не хотелось.
Представьте, внизу офицерская, вокруг
полно Фрицев, и никаких танцев.
Да ещё и партнёрши
очаровательные.
- Который час?
- 21-56.
Жаль, пропустили новости.
- Который, говоришь, час?
- 21-56.
Хейзел!
Программа Хейзел Мейсон для дома и армии.
Твоя жена, Фрэнк, мне и
голос показался знакомым.
Так-так.
Не так быстро.
Хорошо.
Отлично.
Просто с ума сойти.
Надеюсь, твоя жена не будет возражать,
если мы во время выступления переоденемся?
Знала бы она, где ты сейчас,
она бы не так запела.
- И как она?
- Совсем неплохо.
Очень хорошо.
Я до сих пор не думал об этом, но нас утром
должны были объявить пропавшими без вести.
- Честно говоря, я об этом уже думал.
- А остальные вряд ли.
Тем лучше для них.
Думаю, Хейзел уже знает о Фрэнке.
Должна знать, это по Би-Би-Си передают.
- Она выступает сегодня.
- А что же ей ещё делать?
Хорошее у нас затемнение.
Забавно.
Затемнение это как
раз из-за нас.
Мы ведь тут наверняка
летали, правда, Фрэнк?
И не раз.
Ощущения как после долгих
гастролей с дешёвой труппой.
Мелочи там нет, дружище.
Это очень знаменательно.
Пять шерстяных немецкие, и один британский.
После войны тут что-то выйдет.
Йоркширская шерсть в Голландии,
будут большие перспективы.
Только никому не говори.
Не могу обещать, потому что кроме шерсти
я вообще ни о чём в жизни не говорю.
А что такого в шерсти?
Спокойно, не кипятись.
Ты о чём больше знаешь, о британских
актёрах или британской одежде?
Дайте на вас всех посмотреть.
- Фрау Де Вриз, разрешите представить...
- Нет, не разрешаю.
Я всё равно забуду ваши имена.
- Но вы же позвопите вас поблагодарить.
- Нет.
- Зачем вы это сделали?
- Не знаю.
Я думал о своей жене.
- Не только о вас.
- Понятно.
- Вы до войны были дипломатом?
- Нет, это Джонни тут дипломат.
- только актер.
- Конечно.
Англичанин не будет целовать руку
женщине, кроме разве что актёра.
- Это оскорбление или комплимент?
- Комплимент.
То, как вы разобрались с этими немцами
кое-чему научило меня по части актёрства.
Это не так сложно.
Они несчастные люди.
Я бы сейчас предпочла быть голландкой
дома, нежели немецким солдатом.
Им хочется верить, что кто-то
им тут друг, в этом и фокус.
Опасный фокус для женщины.
Вы не слишком высокого
мнения о женщинах.
Кроме того, у меня есть Луи и
Виллем, он был вашим шофёром.
Это последние слуги, кто
остался, но они меня не бросят.
Поначалу мне было страшно.
Каки пилоту в первом
полёте бывает страшно.
Но пройдёт несколько минут, он видит, что
всё ещё жив, и ему это начинает нравиться.
- Можно вас попросить?
- Разумеется.
Когда вернётесь в Англию,
навестите моего мужа.
- Вашего мужа?
- Я не сумасшедшая.
Он в Лондоне, я дам его адрес.
- Но нам сказали...
- Я знаю, я сама распустила слухи.
Никто правды не знает, даже мои друзья.
Но он жив, и
находится в Лондоне.
- И вы ничего о нём не слышали?
- Слышу, 5 раз в неделю.
Он один из ведущих на Радио Орания.
Оранжевое Радио.
Так что как видите мы оба, по
разные стороны канала, ведём войну.
Доверьтесь нам, мы
сегодня стартуем?
Вы можете пробыть здесь несколько дней или
несколько часов, зависит от ваших ВВС.
Покинуть помещение вы можете
только при налёте.
Мы хотим вернуться домой в любом
случае, послушайте, миссис Де Вриз...
- Разве вы здесь командуете?
- Он всего лишь йоркширец.
- Тогда может быть вы?
- Нет.
Вы.
Нам надо переправить вас в Англию.
Вы не первые и не последние из тех, кто
из этого дома отправлялся в Англию.
Вы выйдете в открытое море
на рыболовецком судне.
На него вы попадёте на маленькой
вёсельной лодке, на которую...
пройдёте через подвал этого дома,
а в подвал по пожарной лестнице.
Это по коридору мимо моей двери.
В коридоре две вещи, часовой
и стеклянная крыша.
И что?
Ато, будь вы его командиром, какой приказ
вы бы отдали ему на случай авианалёта?
Ну, сказал бы не стоять разинув рот
на стеклянную крышу, наверное.
Именно.
Во время налёта коридор
остаётся без охраны.
- Теперь всё понятно?
- Абсолютно.
Всё подготовлено, нам
остаётся только ждать.
В связи С плохими ПОГОДНЫМИ
условиями сегодня ночью...
над вражеской территорией
операций не проводилось.
Да что вы говорите.
Наше вино выпили немцы.
Но как голландка я считаю, что голландская
вода лучше французского шампанского.
Мне жаль, что не могу покормить
вас так, как мне бы хотелось,
но у нас почти ничего нет.
В смысле, почти не осталось еды.
Но есть самое главное.
Мы можем думать,
надеяться и сражаться.
Тост.
Луи.
Со времён изгнания испанцев Оранским Царствующим
Домом 300 лет назад у нас есть девиз.
Приятно снова стать женщиной.
Хотя бы на час.
А что означает это
ваш девиз, мэм?
Мы всё выдержим.
Невероятно, 300 лет прошло,
а прогресса почти нет никакого.
Джордж.
Давай, Джордж.
Не знаю почему, но все смотрят на меня, а
между прочим у нас тут и дипломат, и актёр.
Наверное, дело в моём возрасте.
Моя дорогая леди,
нам нечего вам предложить, кроме
нашей любви, нашей благодарности...
и нашего восхищения отважной
женщиной в этой бесстрашной стране.
Но мы можем пообещать вам одно.
Всё возрастающую поддержку и наступление,
которое вышибет этих немцев из...
Воздух!
Идите сюда все.
Видите?
Вот что вы для нас делаете.
Слышите, как они
бегут в убежище?
Понимаете, что это значит для всех
нас в оккупированных странах?
Для порабощённых людей, которым
вдалбливают, что немцы это хозяева мира?
Видеть, как эти хозяева
бегут в бомбоубежища,
видеть, как они лезут под столы,
и слышать этот ровный гул каждую ночь.
Этот шум, который как масло в
огонь наших пылающих сердец.
Стойте здесь.
Она уводит его на тропинку
в сад, великолепно.
Ждут ещё одного парня, зовут Фрицем.
Приёмная комиссия для Фрица.
Он вышел за секоцией, не понял,
что это значит по-немецки.
Она уронила его фонарик в питьё.
- С каких это пор ты говоришь по-немецки?
- Это понять могу.
Привет, Фриц.
И что с этой секоцией?
- Конечно!
- Что это такое?
- Открывалка.
- Тихо.
Я буду Фрицем.
А вы подойдёте, как
начнётся драка.
Всё в порядке, миссис Де Вриз? А ты, Том?
- Справился.
- Боб?
- Нокаут.
- Фрэнк, Джефф?
Порядок.
Нельзя ждать ни прилива,
ни рыболовецкого судна.
- Этих трёх немцев начнут искать.
- Что будете с ними делать их нельзя так оставлять.
Обо мне не беспокойтесь,
и о немцах тоже.
Мы их в свою страну не приглашали, но мы о
них сможем позаботиться, раз уж они здесь.
Этот тоннель ведёт к реке.
Ждите, пока судно поднимется вверх по течению,
на нём два белых бриллианта на правом борту.
Два белых бриллианта.
Постарайтесь войти в контакт с рыбаком, если
не сможете, придётся положиться на удачу.
Опасность будет у разводного
моста в устье реки, там охрана.
Могут быть проблемы, так что
действуйте по обстоятельствам.
Теперь торопитесь.
- Акурс?
- На запад.
Идите на огонёк в восьми
милях, это немецкий...
спасательный буй для
пилотов, сбитых над морем.
Пройдите слева от него, и
остерегайтесь тяжёлых катеров.
- Есть компас?
- Да, вот он.
У меня же есть открывалка,
захвати бутылку.
Бог да благословит вас.
Пожалуй в этом единственное
преимущество у старика.
Удачи.
Внимание.
Раз.
Два.
Впереди разводной мост.
Вот рыболовецкие суда.
Два белых бриллианта.
Вот и наши приятели.
Наш шанс будет, когда мост
начнут снова закрывать.
Подготовиться К ОТПЛЫТИЮ,
и как скажу, гребите.
Приготовились!
Отчаливаем!
Раз.
Два.
Побыстрее.
Гребите.
- Всем лечь.
- Ничего, нас им не поймать.
Раз, два.
Повезло.
Прожекторы не включают, боятся наших.
Давай передохнём,
Том, а то я уже всё.
Проверь курс, Джордж,
мы сместились к северу.
Вам помочь, сэр?
Джордж, что с тобой?
Джордж?
- Он ранен.
- Держите руль.
Тебя здорово задело, Джордж?
- Руль.
- Об этом не волнуйся.
Вот, Джефф.
Дай мешок.
Боже мой.
Как ты, Джордж?
Если дотяну до утра,
то будет порядок.
Утро понедельника,07-42,
немецкий спасательный буй.
Кажется, это называется качкой.
Кошмар, вот как это называется.
Вот они.
Они обнаружили нас, сэр.
Они будут тут минуты через три.
Дело провернём, и
всё будет в порядке.
Я пока в новую турпоездку В
Голландию не собираюсь, закрой люк.
- Всё болтают, сэр?
- Да.
Сказали этим двум бандитам сидеть
тихо, пока тяжёлые катера не подойдут.
Что будем делать с этими
Розенкранцем и Гильдестерном?
Сидите тихо, ясно?
Что-то вы большие нахалы.
- Понял меня?
- Окей.
Пустой желудок дело нехорошее.
Попробуй поймать что-нибудь
с нашей стороны.
Вон!
Они кажется не понимают
мой немецкий, сэр.
Это наши!
- Привет, авиация?
- Ну да, нас шестеро.
Как залетели сюда, птички?
- Странно, что фрицы вас не забрали.
- Вообще-то это мы пару немцев взяли.
И это ваши пленные?
Мы с самого начала не
знаем, что с ними делать.
Они тут уже были и
вызвали по радио помощь.
Я их понимаю. Формально
вы у них пленные.
6 против 2, неплохо.
Сэр.
Они нахальничали, так что
мы забрали у них оружие.
По закону это ухудшает
ваше положение.
Но на меня не обращайте внимания,
я юрист только на берегу.
Тогда мы отцепили
трос и легли в дрейф.
Дрейфовали вы отлично, ещё час такого дрейфа,
и вы бы оказались на наших минных полях.
- Сколько вы тут сидите?
- С 4-х часов.
Мы вас увидели, сэр, и
решили, что это Фрицы.
С вами беда, что вы ничего не видите
кроме как на высоте 10000 футов.
Мы по радио слышали, что
они выслали катера.
- Когда вы это слышали?
- 10 минут назад.
10 минут? Чего тогда сидим,
быстро всем на борт.
У нас один раненый.
Мы не сможем его перенести
к вам на лодку.
Согласен, он не транспортабельный.
Стар уже для полётов,
не правда ли?
- И кто он?
- Наш пулемётчик.
Если бы только не
эти тяжелые катера.
Конечно, бросать
его вы не хотите.
Но это самое разумное.
Мы так не можем, мы один экипаж.
Согласен.
- Рулевой!
- Я, сэр!
- Принимай этот ящик с лобстерами на буксир.
- Есть, сэр!
Аесли катера?
Получат эти катера,
следующая остановка Дувр.
Это был бы конец нашей истории, но...
Первое, актёры.
Джеффри Терл, Эрик Портман,
Хью Уильямс и другие.
И технический персонал.
Все они хотели узнать, что стало
потом с экипажем Б "Берти".
Итак, три месяца спустя.
- Это всё, Корбет.
- Спасибо, сэр.
Ну вот, Джордж, вот и новая
птичка, как она тебе?
Это мне больше по размеру.
Именно, цель - Берлин.
Гимн Голландии.
Нидерланды восстанут снова!
 

////////////////////////////