Оборотная сторона карт (1948 год). Цитаты и фразы из фильма

Le dessous des cartes (1948) / Изнанка карт

Все фразы и цитаты

 ИЗНАНКА КАРТ
Это он. С рюкзаком.
Пёс Маню? Кто его выпустил?
Билл, ко мне! Сюда, Билл...
Осторожней на мосту.
Они тебя ждут. Фин
Попался.
Эй, ребята!
- Маню!
У вашего снеговика вид не очень.
- Маню! Поиграй с нами!
Ладно... Сначала
сделаем снежный ком...
Да, огромный!
Стоять!
Откуда идёшь?
- Гуляю.
Где твой рюкзак?
- Рюкзак?
Я видел его у тебя.
- У меня?
Ну, ну, смейся... Перейдёшь
границу один раз, два, 20...
И тебя поймают. - Ага...
- Что у тебя с собой?
Обыщите. У меня только
шоколад, подкрепиться.
Осторожней, осторожней!
Мы не глупее тебя. - Ага...
- А может, и умнее. - Да.
Наверху его спрятал, да?
- Что?
Свой рюкзак.
- Опять?
Мы его найдём.
- Вперёд!
Дай нам шоколаду, Маню!
- И мне! - Мне тоже!
Ты ведь об этом думал, Маню?
- Нет, я его задекларировал.
Врать никогда не стоит.
- Никогда. - Спасибо!
Слушай, Фин, это ты...
- Да.
В честь чего?
- У тебя сегодня именины.
Первая новость... - Ты
не думал об этом? - Нет.
Сколько мы знакомы?
- Со школы.
Так долго! Я изменился?
- Для меня - нет.
Ты вежливая. - Не говори глупостей.
- Вежливая. - Вовсе я не вежливая!
И всё-таки... не предупреди
ты меня сейчас, мне конец.
Ради тебя я всё сделаю.
А я? - Я ничего у тебя
не прошу. Никогда и ничего.
Вот именно.
Я люблю тебя. Тебя это
волнует? - Всегда. - Нет!
Странная ты девушка.
Месье?
У вас можно поселиться?
- Разумеется, месье.
Мне нужна тихая комната.
В это время года у вас
не будет много соседей.
Дам вам номер 3.
Заметьте... два окна
с видом на горы.
Одна кровать.
Пружинная сетка.
Нет, не стоит.
- Есть другой багаж?
Нет. Комната готова?
- Разумеется, месье.
Моя дочь вас проводит.
Третий!
Я поем у себя в комнате.
- Хорошо, месье. - Спасибо.
Какие краски!
Это небо и эти горы!
Словно специально для живописи.
А-а, вы художник?
Пишете портреты?
Это моя специальность.
Так и вижу вас на фоне снега
в лучах заходящего солнца.
Это дорого обойдётся?
- Мы это уладим.
Кроме шуток?
- О, да! Я проголодался.
Какое вино, месье? - Нет,
не надо вина, мадемуазель.
Эту анкету надо заполнить.
Для полиции.
Чуть позже. Я задержусь
здесь на какое-то время.
Тогда... можно не спешить.
Больше ничего, месье?
- Нет, спасибо, мадемуазель.
Париж. Вот-вот разразится...
невероятно крупный скандал,
связанный с кражей сбережений.
Замешанный в нём
известный мошенник...
умудрился исчезнуть
незадолго до ареста.
Дело передано полиции.
Вы прослушали наш выпуск
5-часовых известий.
Боже мой, что за история!
Моя дочь - жена беглого мошенника.
На меня будут глазеть в квартале.
Хватит ныть, мама, умоляю.
И сними свою шляпу.
Нет. Я только хотела занести
тебе письмо, но мне надо идти.
И речи нет! Вся прислуга ушла,
и моя мать мне пригодится.
Ладно...
Где этот Мантинь?
- В Верхней Савойе.
На краю света!
Что он ещё тебе пишет?
Хочет, чтоб я присоединилась
к ему в Италии.
А дальше - в Южную Америку.
В том климате только
толстеют. Спасибо!
Его любовь... Вечно эта
его любовь! Нашёл время!
Он взял тебя никем. - Никем?
А моя первая премия за драму?
Меня узнали ещё до Клода.
Я знакомила его с министрами,
послами, президентом суда...
Кто помог ему выиграть апелляцию?
У него было всё для успеха,
благодаря мне... но нет!
Он вляпался, идиот!
Пусть сам и выкручивается!
Надевай свою шляпу.
Пойдёшь по этому адресу.
Захвати мой браслет.
Месье Луи сразу же даст тебе
400 000 франков на страховку...
на бульваре Османн, 41. Быстро!
400 тысяч франков?!
Флоранс, завтра мы
можем оказаться в нищете.
Я не хочу возвращаться к гримёркам.
Не хочу больше испытывать судьбу.
Подумай хоть немного
о своей матери.
Тебе лучше хранить
деньги при себе.
Бесполезно, я всё
вложу в страховку!
Клод сбежал, не уплатив
за меня страховую премию.
Если он покончит с собой,
будет хоть какая-то польза.
Надевай шляпу! - Ты правда
думаешь, что он может…?
Я не могу жить без тебя.
Приезжай в четверг в Орнано,
или я покончу с собой.
Вот это да!
- Я никуда не поеду.
Боже мой, что за история!
Боже мой...
Ты бесишь меня.
Иди же, наконец!
Это проводник, я вам говорила.
Объяснила ему, что вы художник.
Спасибо, мадемуазель.
Я хотел бы рисовать пейзажи
со снегом, со скалами.
Голубое небо, закаты...
Я выставляюсь
во Французской Академии.
В общем, вы могли бы показать
мне какие-то красивые виды?
Нет.
- Но как же...
Я перехожу границу.
Туда, сюда...
Куда вы хотите попасть?
- В Орнано. Говорят, там...
Когда? - Завтра. На рассвете.
Когда встаёт солнце...
Для меня рассветы...
Я не люблю жандармов.
При чём тут это?
- Чтоб вы не беспокоились.
Завтра утром в четыре?
Никто не увидит.
20 тысяч. Годится?
Дело рискованное.
Согласен.
Предупреждаю, это не прогулка.
Вы мне нравитесь, юноша.
- Да... До завтра!
В поисках Жероди по-прежнему
нет никаких успехов.
Он улетел в Испанию?
Скрывается где-то в Париже?
Скоро мы это узнаем, так как
следствие ведёт инспектор Нансен.
Как нарочно!
Моя бедная девочка...
С 50 миллионами, мама,
мы сможем сохранить дом.
А если я снова захочу замуж, то
смогу найти себе графа, маркиза...
Как минимум!
Ты думаешь?
- При такой-то цене...
Давай за дело... Открой.
Боже мой, что за история!
Фартук надень!
Мадам Жероди дома?
- Но кто вы?
Инспектор Нансен. - Минутку...
- Не стоит, я знаю дорогу.
Я узнала ваш голос.
Оставьте нас, Анна.
Я здесь с обыском по поручению
следователя. Давайте, быстро!
Корешки чеков? - Да.
- Он взял их с собой.
Ублюдок! Я же звонил ему,
предупреждал... Где он прячется?
В Верхней Савойе. В Мантине.
Хочет перебраться в Италию.
- Куда? - В Орнано.
Что ж... Не проговорится.
- Вы ошибаетесь.
Он сообщит обо всём прокурору,
прежде чем покончить с собой.
Покончит с собой? Он?
Нет? - Он слишком труслив,
чтобы покончить с собой.
Значит, надежды нет.
Он сдастся.
Благодаря вам.
Вы попадёте в скандал.
А этот скандал, в свою
очередь, запятнает меня.
Вам как с гуся вода.
Женщина всегда выкрутится.
А вот я... Моя карьера рухнет.
Именно я расплачусь за других.
Неужели нет способа
это предотвратить?
Может, я мог бы
подождать его... в Орнано?
Лично я.
Да! Заставьте его понять, в чём
состоит его долг. Умоляю вас!
А если он будет
колебаться... в общем...
Вам ничто ни грозит. Есть же
доказательства самоубийства.
И как я не подумал!
Еду сегодня вечером.
- Удачи! И позвоните мне.
Нет, телефон прослушивается.
- Позвоните Карно-7.
Кто это?
- Моя мать.
Не знал. - Она...
парализована, но в своём уме.
Полиция! Откройте!
Но, господа... мадам никого
не ждёт! - У меня есть ордер.
Мои извинения, мадам.
- Ради бога... Это ваша работа.
Приступаем!
Повнимательней!
Инспектор Нансен.
- Месье...
Не имею чести знать вас, мадам,
но хочу дать вам добрый совет.
Ничего не скрывайте от нас.
Мой долг - помогать
правосудию, месье.
В ваших интересах, прежде всего.
В чём дело?
Ну, что?
- Я больше не могу.
Не могу больше.
Лавина!..
Придётся сделать крюк.
К перевалу засветло не выйдем.
О, нет, нет... Я отказываюсь.
Будет, будет!
Соберитесь с силами.
Мы находимся в элегантной
гостиной Флоранс Жероди.
Гостиная сегодня без цветов.
Без блестящих гостей.
Погружена во мрак.
Сквозь опущенные жалюзи
пробиваются лучи солнца.
Длинный стол в стиле ампир
похож на лакированный гроб.
Кремовые стены с тёмными
пятнами на месте снятых картин.
Канделябры опущены на пол.
Ковры свёрнуты.
Одежда разбросана.
Винный бокал разбит.
Здесь пронёсся ветер.
Прямо сейчас в соседней
комнате допрашивают горничную.
Не так быстро, пожалуйста.
- Да вон она, хижина!
На сегодня это всё. Пошли...
Вот и она.
Ожившая статуя боли,
она спускается по лестнице.
Её просторное чёрное атласное платье
с воротником из гагатового жемчуга,
мерцающего в темноте, как слёзы,
подчёркивает жертвенную бледность.
Какой взгляд! Какая осанка!
Ещё несколько шагов...
Её взгляд останавливается...
затуманивается... Вот и она.
Я передаю микрофон
мадам Флоранс Жероди.
Снимайте ваш носок.
Я вскипячу воды.
Удобно!
Умная штучка.
- Американская.
Эти ребята всюду первые.
Посмотрим-ка...
Больно?
- Нет.
Не шевелитесь.
Как думаете, я доберусь
до Орнано... завтра?
Завтракать будете
в гостинице у почты.
Вы не из робких.
...мошенник, но я не знала
о его преступной деятельности.
Я никогда не вернусь
к жизни с ним. Никогда.
Вы слышали заявление мадам
Флоранс Жероди, жены...
Деревня внизу - это Орнано.
Вам нужно только идти к ней.
Мы спустимся по отдельности.
Встретимся в гостинице у почты.
Возможно.
- Наверняка.
Постойте!
Вот оговоренная сумма.
Мы же ещё увидимся, нет?
Как знать.
Удачи!
Хозяин!
Месье?
Скажите, если мне нужно
во Францию, что делать?
Сесть в поезд.
- Нет, пешком. Для разминки.
Ну... тогда идти.
- Это легко?
Смотря куда хотите. - Не знаю...
Впрочем, у меня друзья в Мантине.
Тогда знаете дорогу.
- А проводник? - С ним лучше.
Посоветуете кого-нибудь?
- Я никого не знаю.
Контрабандистов,
наверное, хватает.
Ладно, ладно... вы весь день
курите французские сигареты.
Кстати, для меня
пачки не найдётся?
В данный момент, нет, месье.
Минутку...
Как раз сейчас достал
для вас пачку.
У вас тут передвижные
табачные лавки...
На вид не промах этот парень.
Выпьете, молодой человек?
Д-да... Белого.
Садитесь.
Как, удачное путешествие?
- Да.
Вы из Франции?
- Это моя дорога.
Я бы прогулялся туда...
- Мешать не буду.
Когда вы уходите?
- Сегодня вечером, а что?
Не возьмёте с собой
кого-нибудь?
Решительно, ну и денёк!
- Вы пришли не один?
Мне нужен этот парень.
- Вы же слышали?
Это не мужчина лет
примерно 50-ти? - Кто?
Ваш клиент.
- Никаких клиентов.
Вы никого не встретили
по пути? - Нет.
Сигарету?
Я не курю. Ваше здоровье!
Привет!
Хозяин!
Куда он?
- Он вернётся.
Скажите... он - парень
надёжный, этот ваш... Маню?
Маню... и дальше? - Мануэль
Амброзини, бравый, как никто.
Контрабандист?
- Как вы и я.
Работает автомехаником
в Мантине.
Надёжный. Никогда
никого не продавал.
Спасибо.
Дорогой мистер Уэлкот, вы прибыли
из Лондона и сейчас время виски...
но мне нечего вам предложить.
О-о, это шокирует!
Красивая женщина, привыкшая к роскоши,
внезапно оказывается без средств.
К счастью, существует
страховка. - Страховка...
С ней всё в порядке?
В общем...
Да...
Да, но...
- Нет?
Второй взнос был выплачен
с трёхдневным опозданием.
И... во-вторых,
после бегства месье Жероди.
С учётом сложившихся
обстоятельств, месье... мой муж...
Компания не намерена оспаривать...
действие данной страховки
по причине незначительного...
нарушения правил. - Хорошо!
- Это не в наших привычках.
Я прибыл лишь выразить
вам наше сочувствие...
в переживаемых вами испытаниях.
Я слышал ваше выступление...
такое волнующее... по радио.
Сохраняйте уверенность!
Человек всегда колеблется
прежде, чем покончить с собой.
Я уверена, что он
покончил с собой.
Уверены?
- Абсолютно.
Да?..
Его первое и последнее письмо
не оставляет никаких сомнений.
Бедная милая мадам...
Какие испытания!
Какие болезненные процедуры ещё
остались, чтобы получить у вас...
мои деньги?
- Никаких, мадам.
Неужели?
Когда примерно я смогу получить
доступ к своим 50 миллионам?
Но, мадам, в случае
самоубийства...
компания ничего вам
заплатить не сможет.
Что?!
При самоубийстве суммы
возмещения от компании будут...
выплачены только в случае
смерти застрахованного...
не ранее, чем через 2 года и 1 день
после подписания настоящего контракта.
Вы этого не знали? О-о...
Кто?
Что?
Боже мой, что за история!
Помолчите, мадам,
и послушайте меня.
Известная дама должна
выехать. Немедленно.
Я же могу выехать, если официально
буду уполномочен забрать посылку.
Известная дама должна будет
увидеться с неким...
Подождите! Подождите,
я записываю...
Мануэль… Ам… бро…
зини… через "з"…
Месье Мануэль Амброзини?
Это я.
Я хотела бы с вами
поговорить. - Со мной?
Да. Это ненадолго.
Но мне холодно, и дождь...
- Входите.
Слушаю вас. - Я выпила бы
чего-нибудь горячего...
Гостиница совсем рядом.
Возле почты. - Я знаю.
Так что?
- Совсем маленькую чашечку...
Чего вы хотите от меня?
- Спасибо.
Ну?
Я - мадам Жероди.
Моё имя вам ничего не говорит?
Почему у вас такой взгляд?
Я слышал ваше маленькое
выступление по радио.
По приёмнику моего мужа?
Если он подарил его вам...
Не будем терять время, я спешу.
Что случилось с моим мужем?
Мёртв. - Вы уверены?
- Я видел его.
И вы, естественно,
известили жандармов?
Нет.
- Почему?
Не люблю жандармов.
Кто убил его?
- Вы.
И это весь ваш ответ?
Невозможно принудить себя...
Он был труслив, полон
пороков... и потом...
Этот несчастный разорил
множество бедных людей!
Я первая взбунтовалась...
Это моя вина?
Вы словно обижены на меня?
- Зачем вы вышли за него?
Ради его денег?
- Да!
Он любил вас.
Он ждал вас в Орнано.
Когда вы отреклись
от него, он повесился.
Вы сошли с ума!
- Есть доказательства.
Настоящие?! Покажите их,
скорее! - Притормозите...
Я оставил его утром.
Пошёл в Орнано. Мы должны были
встретиться там. Он не пришёл.
Я вернулся в хижину...
И нашёл его повешенным.
При нём были деньги...
и старые корешки чеков.
Я забрал всё.
- Разумеется.
После этого вам нелегко
было уведомить жандармерию.
Это было ничьим!
Мошенническим!
Советую вам говорить...
А что, это ваше? Так берите!
И корешки чеков тоже...
Забирайте всё.
Убийца!
- Идиотка.
Читайте.
Он оставил это
в хижине на виду.
Не обвиняю никого.
Я выбрал смерть
по своей воле.
И так далее.
Итак, видели?
Вы не виноваты.
По-моему, лучше так...
Итак?
О, господи... стул...
Я говорил с вами... грубовато.
- Нет! Вы были правы.
Это моя вина. Всё, что
случилось - моя вина.
Я была бедна. Деньги ослепляли
меня, как и многих других.
Я разрушила свою жизнь.
Хорошо, что это позади.
Мне следовало выбрать
парня своего круга...
моего возраста... простого...
которого я полюбила бы.
Если бы начать сначала...
Слишком поздно...
Я проиграла... Должна
заплатить. Исчезнуть.
Вовсе нет!
Вы начнёте новую жизнь.
Кому я теперь нужна?
Вы молоды.
Красивы...
Платок...
Замолчи!
Итак... где вы хотите
провести ночь?
В моём состоянии...
хотела бы я знать.
Гостиница рядом.
- Не хочу, чтоб меня видели.
Так как?
Почему не здесь?
- Здесь?
Да. Тут, на полу. Вы даже
не заметите моего присутствия.
Нет. Нет-нет...
Если я неприятна вам...
Нет, не в том дело, но...
Тогда отвезите меня на вокзал.
Дождусь утра на скамье
в зале ожидания.
Ладно! Оставайтесь.
Господин мэр!
Господин мэр!
Мы нашли Жероди повешенным!
Спокойной ночи.
А вы куда? - В мастерской
у меня есть верстак.
Но завтра утром...
Будьте спокойны...
я уеду поездом в Шамони.
Там подожду, пока по радио
объявят о его смерти,
а потом вернусь в Мантинь
предстать перед властями.
Это ваше дело.
Простите меня
за бесцеремонность.
Я был... Правда,
Жероди, это, знаете ли...
А вы мне понравились.
- Вы мне тоже.
Я ещё увижу вас?
- Если не окажетесь в тюрьме.
В тюрьме? - Если покажете
письмо моего мужа.
Как раз наоборот!
- Вы их не знаете.
Первым делом вас арестуют.
По подозрению в контрабанде...
И хорошенько поджарят.
"Как вы познакомились и
сопровождали Жероди,
найденного без единого су?"
- Да...
Не забывайте об этом.
- Тогда что?
Доверьте мне это письмо.
- А как же я?
Да, вы правы. Если я
случайно потеряю его...
Но обещайте ничего не делать,
не посоветовавшись со мной.
Даю слово!
- Спасибо.
Это письмо очень
важно и для меня.
Да? - Да, тут замешаны
большие деньги...
Если начистоту... это связано
с исчезновением моего мужа.
Поспешная весть о самоубийстве
может стоить мне... миллионов.
Каким образом? - Слишком
долго было бы объяснять.
Ладно, если вам так уж надо.
Я не останусь неблагодарной.
Но положите письмо в надёжное
место. - Не беспокойтесь.
Лучше, чтоб нас
не видели вместе.
До каких пор? - Возможно,
до сегодняшнего вечера.
Господа, прокуратура
переберётся в Мантинь.
За ней последуют и журналисты,
поэтому убедительно прошу вас...
бриться каждый день, так как
наши портреты будут в газетах.
Мир следит за Мантинем.
Господа...
Доктор Пьер, судебный
патологоанатом.
Я счастлив, господа,
что здесь холодно.
Я из Марселя. Вскрытие в жару - это
ужас. У вас, господа, рай для трупов.
Где тело?
В комнате для оркестра. Лежит
на столе. Охраняется жандармом.
Зачем?
Ты не видела меня?
- Нет.
И не слышала? - Нет!
- Так ты теряешь слух.
Почему не зашёл вчера вечером?
Потому что устал.
Лёг спать без ужина.
Маню! Маню-ю!
Маню! Иди сюда!
Что ему нужно?
Сохрани это.
Для меня это очень важно.
Я только тебе могу
доверять. - Маню!
Иду!
Ты ведь веришь мне? - Ну,
ты же никогда не лжёшь?
Слово!
Иди сюда. Тебе нужно будет
встретить следователя...
с поезда в 11.02.
- Хорошо.
Самоубийство защищает мир
от разоблачительных судебных дебатов,
которые жёлтая пресса могла бы
использовать для намёков и...
компрометации людей из финансовых
кругов и даже правительства,
замешанных в скандале Жероди.
К сожалению, всегда следует
считаться с непредвиденным.
Даже мёртвый, такой персонаж, как
Клод Жероди, способен на сюрпризы.
Кроме того, в отсутствие
прокурора Республики...
у которого, увы, свинка...
я счастлив и чувствую облегчение...
от ожидаемого приезда
инспектора Нансена.
С ищейкой такого масштаба...
Господину следователю.
Ну вот, начинается...
А инспектора Нансена ещё нет.
Пригласите её.
Будьте добры присесть, мадам.
Господа...
Ни тот скандал, что
всколыхнул страну,
ни печальные обстоятельства,
связанные со смертью виновного,
не помешают мне исполнить
свой священный долг.
Мадам, мы все здесь склоняемся
перед вашим страданием.
Я хочу увидеть его.
В последний раз.
Сюда, мадам.
Кто это?
Странная идея...
Уведите же её!
Нет... Нет, я соберусь.
Прощай.
Нет, ты не покончил с собой.
Ты не мог обречь меня
на вечную скорбь. Нет!
Мадам, мадам...
Готово!
Мадам...
Мы нашли его вот так.
Перед вами материальная
реконструкция драмы.
А это - наша психологическая
реконструкция.
Жероди, изнурённый,
распахивает дверь...
Он не тренирован. К тому же,
возможно, два дня ничего не ел.
Его охватывает раскаяние...
взывает голос совести...
и вот... отчаяние...
Я знаю своего мужа лучше
вас, господин следователь.
С высоко поднятой головой...
он стиснул бы зубы...
И не его одного
стоило бы арестовать.
Он слишком дорожил жизнью.
Он любил меня.
Нет, он не убивал себя!
Мадам, в этом нет
ни малейших сомнений.
Верёвка та же самая.
Первые жандармы, вошедшие в хижину,
ни к чему не прикасались.
И кто был первым?
- Я. Бригадир.
Вас опередил убийца.
Нет, мадам.
Снег шёл всю ночь...
и не было никаких следов. Значит,
до меня сюда никто не входил.
На снегу никаких следов.
Безупречно!
Более того... в хижине
никаких следов борьбы.
Будь Жероди таким человеком, как вы
говорите, мадам, он бы защищался.
Нет. Это несомненное самоубийство.
Если вы не докажете
обратное. Я жду.
Снимите манекен.
Минутку!
Где лестница?
- Лестница?
Да, стремянка, тренога...
Мадам, повторяю вам, тут
ни к чему не прикасались.
Оглядитесь сами вокруг!
- Тогда как же он повесился?
От балки до пола
не менее трёх метров.
Ну... он добрался до балки,
перекинул верёвку и прыгнул.
Он не был акробатом.
Как бы он это проделал?
Это невозможно! - Очевидно.
- Ясно, как божий день.
Что ж... хорошо, что я здесь.
Ещё одна вещь. При моём муже
нашли какие-нибудь деньги?
Нет, мадам. Я отметил
это в своём докладе.
Эта деталь меня
действительно поразила.
Да! Но вы этого не запомнили.
Вы считаете, что можно пересечь
границу без гроша в кармане?
А вы, доктор...
Разве вы не указали...
в своём отчёте...
возможность смерти
от удушения?
Совершенно верно, мадам, эти
два варианта равно возможны.
Значит, здесь всё ясно?
- Ну да, да! - Но, простите...
Значит, убийство с целью кражи
замаскировано под самоубийство!
Не всё так просто... - Я требую,
что вы докопались до сути.
Вы правы... Хватит!
Здесь вдова покойного.
Давайте уважать её.
Нас провели, как детей.
Что думаете вы, доктор?
Я увидел достаточно...
- Господин следователь,
я немедленно подаю иск
против неизвестного лица.
С этого момента я возлагаю надежду
на правосудие... более бдительное.
Вот и продолжение,
как я вам и говорил.
Инспектора Нансена всё ещё нет.
Номер! - Сожалею, но все мои
номера заняты или забронированы.
Так вышвырните кого-нибудь.
- Ну не следователя же! - Почему?
Я дал бы вам номер англичанина,
но он подтвердил заказ по телефону.
Какого англичанина? - Месье
Уэлкот, страховой агент.
Приедет сегодня вечером.
У него номер "S", если хотите.
Нет... Нет, я не могу так
поступить с англичанином.
Постойте... уступлю вам комнату
дочери. Это не хуже, инспектор.
Мне хватило бы и раскладушки.
Вот они! Идут!
Что случилось?
Это они.
- Господин мэр...
Мадам Жероди, для вас
пришли две телеграммы.
Они в вашем номере, 3-м.
Фин!
Мадам... Бумаги?
- Украдены, как и всё прочее.
Преступление? - Я подаю
иск на неизвестного.
Подозрений нет?
А у вас?
- Я только прибыл.
Инспектор!
Фото для "Непримиримого".
- Ненавижу публичность!
Мануэля Амброзини видели?
Ещё нет. На нас смотрят.
- Мадам...
Эти - мадам Жероди,
этот - господина следователя.
Господин инспектор Нансен?
Наконец-то! - Я ждал вас.
Они меня фотографировали.
- Вы заказали дюжину снимков?
Но... я спешил доложить вам
результаты моего расследования.
Завтра.
Постойте!
Эти обои ужасны.
Где находится ванная?
Мы не в Париже.
- Добавляйте "мадам"!
Это всё?
Даже горячей воды нет.
Принесите.
Горячей воды не осталось.
Мы не будем разжигать
плиту только ради вас!
Как можно так отвечать?
Что за дыра!
Если недовольны, снимите
комнату у местных, мадам!
Поговорите с ней по-хорошему.
Непременно что-нибудь узнаете.
Она красивая.
- Но хитрая.
Сходит с ума по Амброзини,
а он этим пользуется.
Я уверен, что она знает
обо всех его передвижениях.
Тот ещё бандит!
Контрабандист.
Не удивлюсь, если он доверит
ей что-нибудь спрятать. - Где?
Ну... в своей комнате?
Её займу я.
- Удачная возможность.
Мадемуазель...
- Месье? Что угодно?
Простите, что я занял
вашу комнату. - Что?!
Ваш отец не говорил вам?
- Никогда.
Мне жаль... в таком случае...
- Это слишком. - Не так уж...
Если так, пойду приберусь.
Я ничего не трону.
- У меня нет секретов.
У молодой девушки?
- Мне нечего прятать.
Но всё-таки моя комната
не предназначена для всех...
Я заберу свои вещи.
Я не спешу. - У клиента
есть право на свой номер.
Могу я вам помочь?
- Не теряйте своё время, месье.
Упрямица, да?
- Нет... Очаровательна.
Вы не стали ждать?
- Месье, это не так долго.
Как, уже собрались? - У меня
нет трёх дюжин флаконов духов.
Когда-нибудь обзаведётесь.
Ваш талисман? Чего вы испугались?
Берегу, это сувенир.
- Простите.
Извините, месье...
- Я пошутил.
Спокойной ночи.
- Вам также.
У меня есть ещё дела внизу.
Спасибо.
Месье Уэлкот? - Да.
- Инспектор Нансен.
Очень приятно!
Я читал, что вы официально
возглавляете расследование.
Такие дела очень деликатны.
- Меня это радует. - Почему?
Мы застраховали жизнь месье
Жероди на 50 миллионов.
Ах, так... - Это...
действительно преступление?
Я так не думаю.
Самоубийство?
- Скорее, да.
Будут и доказательства?
- Возможно.
Виски? - Охотно.
- Что ж... виски!
В Париже мадам Жероди
была уверена в самоубийстве.
А сегодня - что
это преступление.
Так она предпочитает.
- Чёрт подери!
Улавливаете разницу?
- Для неё? - Нет!
Для нас.
Вы меня узнаёте?
- Да.
Вы сбежали на днях.
А тот клиент, которого
вы сопровождали? - Я?
Сигарету? - Не курю.
- Ах, да, конечно.
Вы начнёте.
Сомневаюсь...
- Инспектор Нансен.
Уж конечно!
Хватит шуток.
Мадам Жероди подала
иск на неизвестного.
Возможно.
- Вы уже знакомы?
С иском?
- С мадам Жероди.
Нет.
Это вы провели Жероди.
В четверг, 12 ноября,
я угостил вас выпивкой.
В тот самый день, когда,
бесспорно, скончался Жероди.
Странное совпадение.
Причём у повешенного Жероди мы
не нашли ни денег, ни документов.
Деньги...
Да, возможно.
Но я знаю, что в бега
он прихватил с собой...
документы, ценные для правосудия
и для меня, ведущего следствие.
Корешки чеков.
Поддельные, разумеется.
Абсолютно классический приём
этого негодяя Жероди,
чтобы смутить судей именами
множества известных людей.
Совершенно достойных людей.
Не то, чтобы какой-то сброд.
Что?
Ничего не хотите сказать?
А если я обращусь
к вашей нравственности?
К вашей солидарности, наконец!
Ибо кто же стал жертвой этой
смертельной финансовой аферы?
Вновь рабочий класс.
Экономически слабые.
Ваши родные, быть может.
Вас заставляет молчать страх?
Уверяю вас, что когда на карту
поставлены интересы страны,
с полицией можно договориться.
Я позабочусь об этом.
Говорите без опаски.
Я нем, как могила.
Могила!
Хорошо...
Я взывал к вашему разуму,
к вашему сердцу. Тщетно.
Мне остаётся только быть
жёстким. Подумайте об этом.
Прежде всего обыск.
Знаете, не стесняйтесь...
крушите стены, ломайте мебель...
поднимайте пол, перекапывайте
сад... Вы ничего не найдёте.
До скорого.
- На здоровье.
Ты напугал меня.
Я отнесу чай англичанину
и сейчас же вернусь.
Не волнуйся за меня.
И всё-таки беспокоюсь.
Давай, иди к своему англичанину.
- Ты пришёл не ко мне?
Не стыдись.
- Чего? - Кого!
Можешь идти к ней!
- Не надо кричать.
Поднимайся! Дорогу
знаешь. Номер три.
Я не должен перед тобой
отчитываться.
Так той ночи тебе не хватило?
Нравятся такие, как она!
Смотри берегись!
Это угроза?
Это я!
Да?
Вы здесь?
Средь бела дня?
Вы нас скомпрометируете.
А вы?
- Я?
Своим иском к неизвестному.
Да, мне рассказали! - Это
не имеет никакого значения.
Ну, у вас и нервы! - Это
формальность, не более.
Для установления преступления.
Не для моего же удовольствия!
Я его жена, вообще-то...
Моё молчание осудили бы.
Иску не дадут хода. Неизвестный
останется неизвестным.
Сегодня утром ко мне
приходил инспектор.
Вы не показали ему письмо?
Мне не нравятся жандармы...
как, впрочем, и ваши манеры.
Послушайте меня...
- Нет, и знать не хочу!
Полагаю, вы подозреваете
здесь какие-то мотивы...
унизительные как для вас,
так и для меня.
Нет.
- Да, да...
Но ведь в тот вечер…
- Нет, я…
Что? - Не только
в письме дело.
Мне приятно видеть вас,
быть рядом. - Мне тоже.
Ну, вы видели других.
- Вот именно.
Вы не представляете,
как я жила раньше...
и то, что вы даёте мне...
что-то новое, чистое...
Не люблю, когда
надо мной смеются.
Мне кажется, если
кто-то насмехается...
и ведёт себя путано...
Нет?
- Я был глуп.
Ты сильный.
Если я приду к тебе сегодня
вечером... - Сегодня вечером?
Ты будешь таким же
глупым? - Нет.
У тебя красивые глаза.
Ты будешь верным.
Надо же... быстро
вы познакомились.
Вы позволите?
На два слова, мадам.
Всего хорошего...
Он хорошо целуется?
Не обратила внимания.
- Как же, как же... вытрите рот.
Уверяю вас... вы спасли
меня в последний момент.
Никаких признаков насилия
не было... заметьте себе!
Зачем он ещё приходил?
- Рассказать всё, что знает.
Ах, так! Это была награда?
- Услуга за услугу.
Так он был проводником
Жероди? - Да.
Я был уверен...
И убийца - тоже он.
Нет. - Да.
- Нет!
Всё указывает на него.
Он очень силён.
Обстоятельства против него. Он
жесток, замкнут, но... честен.
Он невиновен. - Как вы
защищаете этого зверька...
Он преданный, способный
на чувства, деликатный.
Нежный... с крепким хребтом
и сильными мускулами.
Вы повсюду видите зло!
Я вижу ясно... тогда
как вы сражены наповал.
Хорошо... если это
не он, тогда кто?
Кого обвиняет?
- Никого.
Как, никого?
- Он не знает.
А вы? Тоже никого?
- Отнюдь...
Тогда почему бы вам
сразу не сказать?
Я не спешу.
Я спрашиваю просто
уверенности ради - кто?
Ещё рановато...
- Опасаетесь меня?
Что за мысль!
- Тогда кто?
Кто-то, у кого были причины
заткнуть рот Жероди.
Интересно...
- Не так ли?
Кто-то, кто в панике поднялся
в мой дом по чёрной лестнице.
Сразу после того, как мой
муж сбежал. - Не может быть!
Кто?
- Угадайте.
Вы забавляете меня.
- Неужели?
Что вы делали в Орнано
в день преступления?
Он вас видел. Вы говорили.
Он сможет это подтвердить.
И не он один.
О-о, замечательно...
Значит, корешки чеков у вас.
Я предъявлю их в нужный момент.
Думаете меня шантажировать?
Я вас тоже могу.
Попробуйте. Посмотрим, у кого
из нас двоих лучше получится.
Сука! - Жероди задушили вы,
и доказательства имеются.
Жероди покончил с собой,
и я могу это доказать.
Не обвиняю никого.
Я выбрал смерть по своей воле.
Ну, смейтесь же,
смейтесь, девочка моя!
50 миллионов ускользают от вас.
Вот где смех! Смейтесь же!
Вы блефуете.
Я поймал вас.
Тс-тс-тс... руки прочь!
Маню отдал вам это письмо?
Маню? О, как мило... Нет.
Кто?
- Никто.
Как оно попало к вам?
Каким гнусным способом
вы его заполучили?
Я знаю, на что вы способны.
- Ошибаетесь...
Не за что наказывать кошку.
Даже кошку из фарфора.
Что это значит?
- Ничего.
Вы проиграли.
Может ли влечение к сильному
молодому горцу настолько...
свести вас с ума, чтобы ради него
вы пожертвовали 50 миллионами?
Я так не думаю.
Говоря начистоту.
Я ошибаюсь?
- Мерзавец...
Как вам мой шантаж?
Неплохо, да?
Ваш голос явно слабее.
Вам ещё стоит подучиться.
Маню, несомненно,
убийца. Согласны?
Вы согласны? Я хотел бы
услышать это от вас.
Да.
- В добрый час!
Я получаю корешки чеков. Все.
Вы получаете страховку.
Услуга за услугу,
как вы говорите.
И мы оба довольны.
Что? Угрызения совести?
Я боюсь мести Амброзини.
Вы больше не зовёте его Маню?
Но не волнуйтесь. Гарантирую,
что вы его больше не увидите.
Мы сразу арестуем его, запрём,
потом суд и, вне всякого
сомнения, пожизненная каторга.
На основе одних
только предположений!
Он не первый такой.
Разумеется, если бы вы
могли помочь правосудию,
представив материальные
улики против него...
Нет?
Да.
- Браво!
Он вас не тронет.
Идём с нами!
Это ради нас ты
так принарядился?
Что вам нужно?
Это.
Вы признаёте, что украли
этот приёмник у Жероди?
Да. У мёртвого Жероди.
Вы отрицали, что убили
Жероди. Настаиваете на этом?
Да.
Присяжные оценят, если
вы во всём признаетесь...
Они наверняка учтут
смягчающие обстоятельства.
Жероди покончил с собой.
- Доказательства?
Я всё ещё жду это
знаменитое письмо.
Его должны принести.
Почему вы сразу не отдали его
мне или господину следователю?
Дождитесь письма.
Если хотите знать мои чувства,
господа, письма не существует.
Вот она.
Так что? Покажи его.
Чего ты ждёшь, показывай!
У меня его больше нет.
Кто был прав?
- Вы.
Как всегда.
Фин, посмотри на меня.
Пусти!
Эта девушка просто
помешана на Амброзини.
Говорят, ради него она
готова на всё. Верно?
Верно. - Неправда!
- Молчать!
Она пытается спасти
своего сообщника.
Это очень серьёзно,
мадемуазель.
Где это письмо?
Я не могу его найти.
- О, нет! Нет!
Не издевайтесь над правосудием,
говоря, что у вас его украли.
Я доверил ей это письмо.
О-о... теперь я слышу правду.
Куда она нас заведёт?
Мадемуазель, если это письмо
ещё у вас, покажите его!
Вы отказываетесь?
Вероятно, на то есть веская
причина. Посмотрите на неё.
Ревность, может быть?
Я прав?
Вот и признание!
Такси здесь.
- Я предупрежу мадам Жероди.
Ну же... давайте
поделим риски!
12 миллионов наличными,
что бы там ни произошло.
Сделка? Ради бога, месье
Уэлкот, этот торг неприличен.
Он говорит, что вы
наверняка проиграете.
Поживём - увидим.
Маню... Маню!
Шоколад... это тебе.
Мамочка... иди скорее!
Мама! Скорей подойди...
Нечего тут вешаться!
Что вы тут ищете?
Ещё одну пощёчину?
Нет, я верну ему её,
у вас на глазах.
Всё-таки! Вы вылечились?
- Всё кончено.
Для него? Да.
Посмотрите-ка на него.
Больше он не чудит.
Убийца!
Он в наручниках.
Не сможет защититься.
Вы увидите!
- Я закрою глаза.
Вот так-то.
Пошли... Вы квиты.
Только не хвастайтесь этим.
Жандарм Куте, который скоро меня
сменит, точно бы не пустил вас.
Но я понимаю женщин.
Не кричать.
Письмо, скорее!
- У меня его нет.
Вы украли его!
- Нет!
Верните его!
- Клянусь вам!
Верните письмо!
Чёрт побери...
- Нет!
Раз...
- Не у меня...
Два...
- Нан... сен...
Кто?
- Нансен.
Инспектор?
- Письмо у него.
Это правда?
- Да.
У меня нет доказательств...
Если меня схватят...
это твоя вина!
Корешки чеков Жероди
ещё у меня.
Я отдам их тебе.
Безумие! - Женщина никогда
не бывает настолько плохой.
Я жду. - Я собираюсь
уезжать, Маню.
Ты меня больше не увидишь.
Когда будешь вспоминать меня,
пусть это будет без гнева.
Ты мне по-настоящему
понравился, знаешь?
Вы мне тоже.
Я жду.
- Сейчас...
С этими козырными картами
ты сможешь победить.
Я отказываюсь от 50 миллионов.
И мне всё равно.
Я заслужила это.
Он будет ошарашен!
Будь осторожен, Маню.
Это твоя свобода.
- Спасибо.
Руки вверх!
Хорошо.
Подойди.
Руки!
Ближе.
Я наверняка стану ажюданом…
немного роскоши, атласные простыни...
и приветствия от всех
военнослужащих метрополии.
Это будет прекрасный рывок.
Шеф! Шеф! Маню сбежал!
Ты мне за это заплатишь!
Имей в виду!
Вы? Вы знаете,
где он? - Кто?
Маню.
- В тюрьме.
Не строй из себя дурочку. Дорого
тебе обойдётся. Видела его? - Я?
Где он прячется? Отвечай.
Не стоит.
Тем хуже для пса.
- Такого храброго зверя?!
Это Маню стрелял. Он сзади.
Надо выломать дверь, пошли!
Осторожней, господин
инспектор, он вооружён.
Давай, Амброзини!
Именем закона откройте!
Входите, дамы и господа! Вот!
Вот как повесился Жероди, смотрите!
Хватит ломать комедию.
- Дайте ему сказать.
Видите, как тает глыба
льда, под манекеном?
Понятно теперь?
- Великолепно!
Жероди взобрался на кусок льда,
как на табурет, чтобы повеситься.
Когда тело нашли,
лёд уже растаял...
и вода вытекла под дверь.
Самоубийство!
Как вам такое?
- А мы-то, глупые...
Говорите за себя! Я всегда
считал это самоубийством.
Амброзини, почему эта идея
не пришла вам в голову раньше?
Недавно случайно додумался,
глядя на детей, игравших на улице.
В повешенного!
- Ничего себе!
Мы не в цирке.
И здесь вам не пародия
на правосудие.
Что Жероди мог повеситься таким
причудливым образом... согласен.
Но сделал ли он это на самом
деле, ещё предстоит выяснить.
Теперь ваша очередь, инспектор,
разрушить этот аргумент защиты.
Вперёд!
- Терпение.
Говорите, друг мой.
- Я прошу инспектора Нансена...
хорошенько подумать ещё раз.
Преступление или самоубийство,
как я показал только что.
А? Тут всё.
Согласен, самоубийство.
Поворот кругом! Я вас больше
не понимаю, господин инспектор.
Убеждён. С самого
начала расследования.
Вот это да...
Вам кажется, господа, что я пытаюсь
найти доказательства преступления,
ибо смерть Жероди скомпрометировала
многих влиятельных людей,
дрожащих от страха разоблачения.
Вы повторяете клевету, исходящую
от врагов правительства, инспектор.
Я знаю, что говорю!
Я до последнего ждал,
не осмелится ли кто...
явиться и предъявить
обвинение невиновному,
тем самым привлекая
к себе внимание полиции.
Я ждал их.
- А они не пришли.
Вы очерняете человеческую
природу, господин инспектор.
Но что случилось бы, если бы
обвинённому Амброзини...
не удалось сбежать
сегодня вечером?
Я спрашиваю вас... с горечью,
господин инспектор. - Я тоже.
Завтра я выпустил бы
его из тюрьмы.
Без доказательств его невиновности?
- Я уже говорил вам... терпение!
Момент настал.
Амброзини этого не знает,
господа, и вы тоже,
но у меня есть неопровержимое
доказательство его невиновности.
Надо же... какая новость!
- Сильнейшая.
Вот она.
О-о... снимаю шляпу.
"Не обвиняю никого..."
- Громче! - Тишина!
Сигарету?
Вы знаете, я не курю.
Огонька не найдётся?
Нечего сунуть в огонь?
Небольшой клочок бумаги.
Он при вас?
Вот так!
Вы в самом деле лучший
полицейский Франции!
Это лишь мой долг.
- Отлично!
Амброзини, вы свободны!
Правосудие ещё существует.
- Что бы ни говорили.
Что ж, идите к ней.
 

////////////////////////////