Пять красных тюльпанов (1949 год). Цитаты и фразы из фильма

Cinq tulipes rouges (1949)

«Пять красных тюльпанов» (фр. Cinq tulipes rouges ) — французский криминальный фильм 1949 года режиссёра Жана Стелли с Рене Дари , Сюзанной Деэльи и Раймоном Бюссьером в главных ролях .  Съёмки проходили на киностудии «Бийанкур» в Париже , а также на натурных съёмках в разных частях города и по всей Франции. Декорации фильма были разработаны художником -постановщиком Жаком Коломбье .

Все фразы и цитаты

 ПЯТЬ КРАСНЫХ ТЮЛЬПАНОВ
Порядок? Ну, как, Мужан?
Но... ей-богу,
у тебя усы растут!
Придётся начинать
остерегаться, а?
Кто это? - Полковник. Это
тебе ни о чём не говорит?
Нет.
- Молодой ты ещё.
Полковник. Журналистка.
Не знаешь? - Сказал же, нет.
Чертовски хорошо разбирается
в велоспорте. Она повсюду.
Она проделала гонку Бордо -
Париж на мотоцикле,
в прошлом году была
с Люзанном в Австралии,
ради самоуважения участвовала
в соревнованиях "Тур д'Итали".
Это личность! - Ну, женщины...
о них у меня своё мнение.
Бюджи?
- Да.
Вас вызывают в главный
секретариат. Ступайте.
Горлинк Франк.
- Нет, Альберт. - Хорошо.
Франк Горлинк. - Франк, идите
получите свой номер. - Да, иду.
Эверкампф? - Ja. - Вас искал
ваш спортивный директор. - Ja.
Привет, Ансельми.
- Привет. - Как, порядок?
Ну, уж нет! Вести себя так
через 10 месяцев после свадьбы!
Ты прекратишь или нет?
А не то сама получишь...
Ладно, дай мне работать.
Ладно, но если ты меня больше
не увидишь, так тебе и надо!
Да знаю я, что увижу...
- Ах, ты, каналья!
Ты, моя Блошка...
Который час?
Восемь.
- Мне пора бежать.
Почему? Куда тебе спешить?
- У меня встреча с Фернаном.
До свиданья, Блоха.
- Пока, дорогая.
С Фернаном? Однако... Ненетт!
А ну, подойди сюда!
Ненетт, ты идёшь или нет?
Я еду, Люзанн.
У меня ничего не болит.
Нет, это безумие.
Врач сказал чётко.
В Динаре тебя просто смоет.
Уверяю тебя, я...
- Нет, нет.
Тебя 20 лет, эта "Тур де Франс"
у тебя точно не последняя.
Но она погубит твою карьеру.
Поэтому я взял Шароля.
Теперь ты понимаешь?
- Но Шароль не вскарабкается.
К этому мы ещё вернёмся.
Ну, что, едешь?
- Нет, Моваль, нет.
Робер вскарабкается.
Мне нужен горняк.
У тебя есть Шароль. - Шароль?
Он поднимается, как утюг.
Я ещё тебя умою. - Молодой
ты ещё для нашего ремесла.
Сейчас не до споров.
Идите за своими номерами.
Люзанн, если ты никогда не выигрывал
"Тур", почему мешаешь выиграть мне?
Слушай меня внимательно.
Я согласился возглавить команду
с условием, что мне подчинятся.
Ты - как все остальные.
Понимаешь?
Ладно, ладно. Как всегда, сможешь
полюбоваться пейзажем в "хвосте".
В Ницце я поделюсь
с тобой впечатлениями.
В Ницце? Мы будем в Париже,
когда ты туда доберёшься.
Но... что ты тут топчешься?
Люзанн не пускает меня ехать.
- Он не в форме, Полковник.
Ну, что мне тебе сказать?
Он разбирается в "Туре".
Значит, знает, что говорит.
Сколько их ты проехал? - Четыре.
- Слыхал? Он проехал четыре.
Этот "Тур" был бы его, потому
что он выиграл бы. Верно?
Всё может быть.
Да, та твоя авария в Брюсселе
тебе дорого обошлась, бедняга.
Потому что он никогда
уже не сядет на велосипед.
Не обижайся на меня, Люзанн.
Но очень уж мне хотелось...
Да ладно тебе,
попадёшь в следующий раз.
Год - это очень долго.
- Он считает, что это долго!
Чего только не услышишь
от этих гонщиков!
Послушай, Робер,
завтра старт.
Ты в нём не участвуешь.
Но на будущий год ты
поедешь. Понял? Обещаю!
Дорогие слушатели,
гонщики готовы к старту.
Огромная толпа
собралась в Сен-Клу.
Она хочет наблюдать, как
велосипедисты поднимутся в гору.
Вы не можете поступать так!
Правила есть правила.
- Какие-такие правила?
Все глаза смотрят на Артуро
Гандини. Великого чемпиона!
Он опаздывает. - Но Гандини
не такой, как другие. - Такой.
Синьор, если вы
не задержите старт,
вы убьёте "Лазурную команду",
вы обезглавите "Тур де Франс".
Он стартует без головы.
Вы опозорите меня.
- Это же прямой эфир.
Я не посмею вернуться в Рим.
Но это не ваша вина.
- Моя, я - ответственный.
Итак, вы сдаётесь?
- Итальянец никогда не сдаётся.
Так что? - Вы вынуждаете меня
выиграть "Тур" с другим гонщиком.
Карлье - старший из вас.
А вы, Пюжа и Фюзо, пока ещё
ученики, не забывайте об этом.
Что бы ни думали люди,
"Тур" - это вам не сказка.
Вы должны всеми силами
поддерживать лидера команды.
Ладно, как скажете, но на будущий
год мы получим свой шанс.
Зависит от вас. Только
не забывайте одну вещь.
Гонщик, каким бы сильным он ни был,
без помощи товарищей не выиграет.
Значит, если Моваль выиграет,
он будет у нас в долгу.
Знаешь, Моваль может выиграть.
Именно, что может.
Не переживай так.
- Хорошо, но послушай...
Если он победит, почёт
достанется всей команде.
Мы это понимаем.
- Отлично, рассчитываю на вас.
Не дайте промашки на старте.
Итак, малыш, мы доверяем тебе,
так что уж смотри, не подкачай.
Полковник, я сделаю групповой
снимок возможных победителей?
И кого ты в него включишь?
Эверкампфа, Моваля,
Бюджи и Гандини.
Гандини ещё нет. Боюсь,
он пропустит старт.
Так что? - Что? Делай
всё равно. Естественно!
Эй, блондинчик. Как дела
после Сан-Бернардино?
Могли бы и получше.
Надо быть оптимистом!
- Стараемся.
Внимание, ребята, нам
нужно классное фото.
Давай, давай, шевелись.
- Минутку, мотылёк...
Не двигайтесь. И не надо
таких похоронных лиц.
Ну же, давай...
- Внимание!
О-о, ничего себе!
- Повторим.
Они все ещё не смоются
через минуту.
Спасибо.
- По местам, ребята.
Если бы не та авария, Люзанн
непременно был бы среди фаворитов.
Я позвал Шароля, чтобы
придать ему уверенности.
Да... Сделай для меня
снимок, как доказательство.
Для коллекции? - Нет. Это
фото напомнило мне кое-что.
Гонщики в нетерпении.
Внимание, внимание,
сигнал вот-вот будет дан.
Вот и старт!
Гонщики образуют
компактную массу.
До встречи сегодня вечером
в 20.30 на национальном канале.
Сдулся?
- Давайте, проезжайте.
Тысяча чертей!
Карлье, Фюзо, Шароль!
Стойте!
Шароль! Остановись,
чёрт побери!
Тебе его не дозваться! Гад!
Вперёд!
Давай, догоняй!
Эй, финиш! Они идут.
Эй, Шароль! Почему не подождал Моваля?
- Не обязательно же было всем ждать!
Тут не до споров! Приказ есть
приказ. - Я думал, как лучше.
Ещё одна такая шутка,
и я тебя снимаю.
А ты изрядный мерзавец!
- Я тебе не слуга, понял?
За кого ты себя принимаешь?
Хватит разговоров!
Эверкампф давно ушёл вперёд!
Давайте! Поднажмите,
чёрт побери!
Перед подведением итогов этапа,
выигранного голландцем Эверкампфом,
я передаю микрофон
нашей коллеге Полковнику,
которая расскажет
нам о человеке дня.
Дорогие слушатели, простите, что
не буду говорить вам об Эверкампфе,
который завтра наденет
жёлтую майку лидера.
Сегодня вечером передо мной
стоит другая задача.
Этим утром мы все
были удивлены...
отсутствием главного фаворита
"Тура", итальянца Артуро Гандини.
Знаменитый трансальпийский чемпион
погиб в автомобильной катастрофе.
Нелепая случайность.
Прежде чем изложить его
удивительную карьеру,
я хочу от имени всей
спортивной прессы...
выразить наши соболезнования
итальянским спортсменам.
Вы - мелкий месье. - Месье!..
- Да, мелкий месье.
И я говорю вам это в лицо.
Это ошибка, месье.
- Так исправьте эту ошибку!
Не принимайте бельгийских гонщиков
за полное ничтожество.
Сейчас же займусь этим.
- Надеюсь!
Это же труд! Моваль совсем
испортил свои педали.
Я их починю, но сначала хотел бы
пойти перекусить. Не переживайте!
Почини сначала, будь так
любезен. - Клянусь вам...
Идём?
- Да.
Я ещё не знаю всех подробностей.
Бедняга Гандини скончался.
Важно только это.
Это ужасный удар.
Для всех нас.
Но этот "Тур де Франс",
где Гандини должен был
победить, должны выиграть мы!
Это станет лучшей
данью уважения,
которое мы можем выразить
нашему великому Гандини.
Войдите.
Добрый вечер. - Добрый
вечер. - Добрый вечер.
Гамбарра, мы пришли сказать,
что мы всем сердцем с вами.
Я... очень тронут.
Очень взволнован.
Мы ссорились с Гандини,
но мы были друзьями.
Я знаю. Гандини был о вас
высокого мнения, друг мой.
Это большая потеря
для Италии, вы знаете.
Очень большая потеря.
Таких чемпионов нечасто видишь
в карьере спортивного директора.
Он был уникален.
Спасибо, Доксен.
Спасибо, Люзанн.
До встречи.
- Пока.
Алло? Без особого риска можно
прогнозировать, что завтра...
в Динаре Эверкампф сохранит
за собой жёлтую майку лидера.
Так точно. Браво!
Поместишь это на первой
полосе. Да? Спасибо.
До завтра, сынок.
Вот снимок, что вы у меня
просили, Полковник. - Ага!
Я была уверена, что уже видела
это фото. - Вам показалось.
Давно мы с тобой вместе
работаем? - Пять лет.
Ты уже снимал нечто подобное.
- Я столько всего снимал...
Я знаю, что не успокоюсь,
пока не найду.
А не в Брюсселе ли...
Боюсь, так мы не найдём
чего поесть в ресторане.
Ладно, идём. Это научит меня
не брать фотографов-ворчунов!
Я сказала Блохе: "Продолжай
так же и станешь рогоносцем".
И что? - Представь, как
взыграла у него кровь!
Это остановит его? - Нет, он же
знает, что я такого не сделаю.
Эти мужчины - зануда на зануде.
У них там хорошая погода.
- Это мы и так знаем.
Он проклинает свою работу.
- Подумаешь, новость!
У французов есть серьёзные
шансы. - Нет, кроме шуток?
Моваль - классный парень.
А для тебя ничего?
- Ну, это же личное...
И подпись: "Твой Блоха".
- В общем, он не раскололся.
В конце концов, тебе
такие вещи не пишут.
Потому что я не бросаюсь
на первого встречного.
Блоха - совсем даже
не первый встречный!
Тебе плохо, Макс?
Ван Эльст!
Тебе плохо, Эверкампф?
- Нет...
Мы поможем тебе.
Давай! Давай, Моваль!
Жёлтая майка твоя! - Да, да!
Вот это катастрофа!
- Ещё бы!
Давай, смелее!
Давайте, парни! Вперёд!
Стоило так спешить!
Не переживай, Моваль!
- И всё-таки!..
Слушай, ты перестанешь,
наконец, играть тут?
А что, по-вашему, мне делать?
Ну ты, рогоносец!
Либо у него плохое зрение, либо
ему плевать на французскую сборную.
А вот и весь отряд.
Ты глянь, проклятье!
Ей-богу... только летучих
голландцев тут и не хватало.
Невероятно!
Что ж, ему повезло!
Разве он мог потерять
свою майку?
Ну, старина!
Не спеши! Поезд пошёл быстрее.
Как бы тебе не пролететь мимо.
Эверкампф сохранил свою
жёлтую майку. Вы слышите...
аплодисменты болельщиков на велодроме
Бордо, где мы сейчас находимся.
Дерьмо!
Он оторвался от них.
- Это только один этап.
Это конец.
Вам кофе?
- Мне дайте аперитив.
Добрый день, господа.
- Здравствуйте.
Добрый день, патрон. - Привет,
Робер. - Два стаканчика белого.
Окей. - Как ты, доволен?
Майка у твоего Моваля.
Надеюсь, теперь
он её сохранит.
Да, но получить её
таким образом...
Не его вина, что Гандини
и Эверкампф мертвы.
И всё-таки при таком раскладе
даже у неудачника есть шанс.
Но "Тур де Франс" -
не похоронная контора!
Однако дело к тому идёт.
Не любишь Моваля?
- Нет.
Почему?
- Упрямая башка.
Команда от него ещё наплачется.
Бедняжке Блохе нелегко придётся!
Он способен себя защитить.
- Без меня - нет.
Твоё здоровье!
Запиши на мой счёт.
- До свиданья, господа.
Пока!
- До свиданья.
Незадолго до Биаррица лидировал
Ансельми, но Моваль и...
Шароль его обошли.
Если ничего не изменится,
то совсем скоро первыми
появятся два француза.
Ты пытался сбить
меня, негодяй!
Не деритесь!
- Пустите меня! Пустите!
Ты закончил? Кончил, нет?
А ты что, спятил?
- Он едва не сбил меня.
А ну, пошли...
- Он точно псих.
Послушай... это некрасиво,
то, что ты сделал.
Тебе не нужно
этого для победы.
Я не видел его.
- Кроме шуток? Очки надо носить.
Дождёшься, что тебя
дисквалифицируют.
Шароль, тебя требуют комиссары.
Ну вот, добился...
Ступай... Идиот!
Хотел бы я оказаться
на вашем месте.
Зачем? Чтоб я тебя побрил?
Нет, я про вашу профессию.
Гонщик - это потрясающе.
Зато быть парикмахером намного
безопаснее и не так утомительно.
Но Блоха - это же
не настоящее имя.
Нет, это имя для любви.
Ах, вы, парижане, такие дерзкие!
Блоха может устроиться где
угодно. И так щекочет!..
Сколько? - 85 франков
с месье Фелисьена.
Вы интересуетесь "Туром",
мадемуазель Жермен?
Месье объясняет мне все
тонкости. - О, отлично...
До свиданья, месье Фелисьен.
До свиданья.
- Спасибо, месье.
Привет! Добрый день, ребята.
- Здравствуйте, Полковник.
Вот оно, моё шикарное
фото на первую полосу.
Все в гостях у Фигаро.
- Следующий, господа!
Рад, что встретил тебя.
- Неужели?
Комиссар начислил
мне штрафные очки.
В общем, ты украл у меня этап.
Скорее, ты пытался
украсть его у меня.
Я? Я кое-что задолжал тебе.
Моваль!
- Довольно!
Ну, и чего ты ждёшь?
Снимай же!
Шароль!
Моваль! Шароль!
Спасибо.
Жду тебя сегодня вечером
в кабинете физиотерапии.
Давай, уходи!
Ты тоже.
Красивый снимочек, да?!
Мой милый Люзанн, ты
мне за это заплатишь.
Вам обоим досталось по призу.
Каждый будет отштрафован.
Это научит вас хулиганить.
Это же Шароль…
- Помолчи! Вы оба болваны!
Но я...
- И ты помолчи!
Если бы вы помогали друг другу
вместо того, чтобы ссориться,
никто не смог бы вас победить.
Но только пока итальянцы,
бельгийцы и другие отдыхают,
вы дерётесь.
Ты закончил?
- Нет, я только начал.
Предупреждаю вас, что не потерплю
больше таких выходок, как вчера.
Что подумают о нас иностранцы?
- Да плевать мне на их мнение!
А мне нет, представь себе.
Директору - тем более.
Ладно, ладно... Может,
поговорим о чём-то другом?
О завтрашнем этапе,
например, а?
Кажется, вы об этом позабыли.
Должно быть понятно,
что все работают на Моваля.
У него отрыв всего шесть минут.
Ты меня хорошо понял, Шароль?
Все - на Моваля.
Да, да, понял.
Потому что завтра тот,
у кого будет жёлтая майка,
имеет шанс сохранить
её до Парижа.
Если он не один против всех.
Сделаем, что сможем, Моваль.
- Только можете вы немного...
Не говори так, ты -
лидер среди лучших.
Впереди - перевал Обиск.
- И что? Мы его одолеем.
Да, но держитесь одной группой.
Даже если Моваль немного
потеряет позиции, это неважно.
Вполне вероятно, что Горлинк и
Монтильо сцепятся между собой.
Пусть они это сделают.
А Бюджи? Он что, будет
собирать ромашки?
Он не в лучшей форме.
Вчера еле тащился.
Основная установка:
начинайте медленно.
Игнорируйте тех, кто выкладывается
по полной. Они окажутся в канавах.
Войдите.
Всем добрый вечер.
- Привет, Блоха!
Добрый вечер, Блоха.
Итак, какие указания на завтра?
Слушай, я скажу тебе
пару слов. - Говори...
Ты не выполняешь приказы.
- Я? Но я... - Никаких "но"!
Вчера я искал тебя на старте.
И на финише тебя тоже не было.
Или ты делаешь это нарочно,
или ты саботажник.
Во-первых, это неправда.
И вообще смени тон!
Я выбираю тот тон, который
мне нравится. - Ой, Моваль,
голова у тебя закружилась.
- Что?
Знавал я таких, как ты. Они
быстро сдуваются. - Вот тебе!
Ах, чёрт... - Погоди,
Блоха, успокойся...
Он не соображает, что делает.
Я сделаю это для тебя,
Люзанн. И для команды.
Но тебе не выиграть
"Тур", понял, Моваль?
Эта гонка не для мерзавцев.
Жизнь длинная, Моваль, мы ещё
встретимся. - Хватит, Блоха.
Я сыт по горло, знаешь ли.
Ты вёл себя отвратительно.
Я выйду на старт при условии,
что Блохи тут и духа не будет.
Слушай меня хорошенько,
мой малыш Моваль,
на данный момент ты взял верный
курс, у тебя успех, ты прав.
Но не стоит злоупотреблять.
Ты хочешь прогнать Блоху?
Или Блоха, или я.
Или согласны, или нет.
Ты поступаешь некрасиво.
- Я твоего мнения не спрашиваю!
Блоха!
Не видел Блоху?
- Там, кажется.
Блоха?
- Иду, иду!
Слушай, Блоха...
Люзанн, ты хорошо
сделал, что пришёл.
Я хотел сказать, что, естественно,
больше не займусь велосипедом Моваля.
У меня неприятное
поручение к тебе, Блоха.
Что ещё случилось?
Моваль хочет, чтобы ты ушёл.
Кроме шуток? Он принимает
себя за месье Годе.
Я знаю это. И ты прав.
Но только он способен
сейчас выиграть "Тур".
Нужно подумать о других.
Если я правильно понимаю,
ты хочешь, чтобы я ушёл.
У меня нет выбора.
Что ж, завтра я уеду.
Доставь мне удовольствие...
возьми это.
Никогда в жизни. - Значит,
ты сердишься на меня.
Спасибо, Люзанн.
Видишь, с тех пор, как ты
не участвуешь в гонках...
в общем, сборная Франции...
это уже не сборная Франции.
Понимаешь?
Фаворитов, как ты, выбирать
не из кого. - Перестань!
Дорогие слушатели,
повторяю вам, что Моваль,
Альберт Горлинк, Бюджи и Монтильо
идут с отрывом в две минуты.
О, вот и Шароль!
Внешний вид Шароля удивляет.
Позади - основная
масса гонщиков.
Давай, Моваль, жми!
Видишь, как здорово
ты их умыл!
Мы ещё не в Лурде. - За это
я не беспокоюсь. Вперёд...
2.10, Моваль!
- Давай! Жми, Горлинк!
Эх... до чего же нелепая
случайность, ты подумай...
Жорж... спустись.
Руль подпилен.
Это не несчастный случай.
На сей раз... преступление.
Блоха! Мой Блоха!
Ах, мой Блоха!
Ты не слишком устал?
Место было сидячее?
- Я устроился.
Итак, если я правильно поняла
по телефону, тебя выгнали с "Тура"?
Да, поступить со мной так...
Когда меня нет рядом,
у тебя всегда неприятности.
Ты же не могла поехать...
- И вот результат!
Я так довольна, что ты приехал.
- Да, нашла, что сказать.
Ты останешься со своей женой.
- А кто заработает на хлеб?
Ну, хлеб... Таких механиков,
как ты, раз, два и обчёлся.
Моваль мне за это заплатит.
- Моваль? Почему Моваль?
Это из-за него меня выгнали
с "Тура". - Так ты не знаешь?
Чего не знаю?
- Вот, смотри.
Мда, приятель...
вот это история!
Я выбит из колеи...
Вы - Альбер Жакан
по прозвищу Блоха?
Да, и что?
- Что вам от него нужно?
Полиция. Следуйте за нами.
- Но я... - Пустите его!
Давай, давай, пошли!
Отпустите вы его или нет?
Оставьте его, банда дикарей!
Да отпустите же его!
Пустите! Дикари!
Садитесь.
Уклейку ловите?
- Почему?
Крючок на 17. Кроме уклейки,
на него никого не возьмёшь.
Вы рыбак?
- Конечно.
Это развлечение для мирных
людей. - Я такой и есть.
За исключением "Тура".
Это ты знаешь?
Золотая "десятка".
С букашкой на конце...
С букашкой или
комочком красной почвы.
Любопытно, что убил ты...
Я убил? Я?!
- Ладно, ладно.
Кого? - Ну, Моваля.
Позволю тебе напомнить.
Моваля?
- Угу.
Он же сорвался на спуске с Обиска.
- Да, но его руль был подпилен.
Нет?
- Да.
И вы думаете, это я?
Есть у меня такая мыслишка.
А на судака ты уже пробовал?
Плевать мне на судака!
Слышите? Плевать!
Я хочу знать!
- Нет! Это я хочу знать.
Ты убил Моваля потому,
что он ударил тебя?
Да никогда! Что за мысль?!
- Это твоя мысль.
Клянусь, что я не портил
велосипед Моваля.
Я не убийца!
Докажи это.
Не могу.
Тогда я обязан предъявить
тебе обвинение в убийстве.
Вот это круто!
Но если так,
почему бы вам не сказать, что
я убил Гандини и Эверкампфа?
Кто такие Гандини и Эверкампф?
Два гонщика, которые
могли выиграть "Тур".
Первый разбился на машине
в день старта,
второй умер на финише в Бордо.
Несомненно, он слишком
выложился, вот и сгорел.
Если они мертвы, значит, не они
убили Моваля. - Но и я не убивал!
В конце концов, клянусь вам,
комиссар. Слово мужчины!
Ясно, Моваль был порядочной
свиньей, но до убийства тут...
У вас была драка?
- Если вы идёте отсюда,
то за пару часов до этого
он подрался с Шаролем.
С Шаролем?
- Парень из французской сборной.
Похоже, тут история сложнее,
чем мне говорили.
Слушай, Блоха... Э-э... Жакан.
Я отправлю тебя на нары.
- На здоровье...
Это необходимо.
Если ты виноват,
я не хочу тебя упустить,
а если нет, то тот, кто это
сделал, может дать промашку.
Да. Но это надолго?
- Кто знает?
Но вы, господин комиссар...
вы считаете меня виновным?
Нет. Но... это нужно доказать.
Алло? Это вы, Жильбер?
Вы знаете об аварии,
случившейся с итальянским гонщиком,
Гомбини… Гандини, в день старта?
Да, да. Простой
несчастный случай?
Ясно, а где машина?
В Фонтенбло? У кого?
Погодите, я запишу.
Бак пробит.
Видите, вон там, дырки?
- Да.
Масло вытекло. Нет
масла - нет тормозов.
И вы до сих пор молчали?
- Мне привезли машину недавно.
Я её не видел. Осмотрел
только сегодня утром.
Кажется мне, что мой
друг Жакан невиновен.
Рыбак - это бы меня удивило.
Мда...
Это что? Тюльпан? - Да. Был
прикреплён к зеркалу заднего вида.
Да, патрон, красный тюльпан.
Какая-то история о разбойниках!
Нет, обычная история убийцы.
Слушайте, дружище, я
не хотел бы вас обижать,
но уверены, что у вас
не разыгралось воображение?
У меня никогда не было
воображения, шеф.
Что есть, то есть.
Но вскрытие - это не пустяки.
Особенно иностранца.
Неприятную вещь вы у меня
просите, комиссар.
Знаете, шеф, если
убит Моваль, убит Гандини,
то нужно знать,
не убит ли Эверкампф.
Что ж, я сделаю
всё, что нужно.
А вы? - Послезавтра
я еду в Марсель.
В Марсель? - Проделаю
тоже "Тур де Франс".
А как же ваша рыбалка?
- Рыба ещё в воде.
Телефонная кабина,
пожалуйста? - Направо.
Тут мест нет, месье,
но быть может, вы могли бы
указать мне отель в городе?
Месье, вам будет очень трудно
найти хоть один номер в Марселе.
Браво, Ансельми.
Чтобы закончить о "Туре",
дорогие слушатели, мы...
после победителя этапа
итальянца Ансельми...
представляем местного
уроженца, савояра Бюджи.
Бюджи, который занимает
первое место в своей команде...
и достойное место
в общей классификации.
Итак, Бюджи, ты в первый
раз участвуешь в "Туре"?
Да, в первый.
И это нелегко?
- Да, нелегко.
Надеешься на хороший результат?
- Я сделаю всё, что будет нужно.
Спасибо, Бюджи.
Спасибо, ребята.
А теперь, дорогие слушатели,
я хотел бы сообщить вам...
Простите, месье, я...
- Некогда, месье, некогда.
Итак, я сообщу вам общий
рейтинг на данный момент.
На первом месте -
Альберт Горлинк, бельгиец.
На втором - Шароль,
отставание 6 минут 30 секунд.
Третье место - Монтильо,
итальянец, 11 минут.
Простите, месье...
- Да? - Вы спешите?
А что? - Все, кого
я встретил, спешат.
Это же "Тур", тут всегда
так. Что вы хотели?
Я ищу месье Люзанна и
Полковника. - Я - Люзанн.
Наконец-то! Директор
гонки утверждает, что...
только вы и полковник
можете мне помочь.
А что? Вы журналист? - Нет, я -
Рикуль, комиссар Сыскной полиции.
Расследую убийство
этого парня, Моваля.
Мы арестовали некоего Альбера
Жакана, он же Блоха, но...
Но вы не убеждены.
- А вы?
У меня нет сомнений, что
он невиновен. - Почему?
Потому что. - Слабовато,
как доказательство.
А где я мог бы найти
знаменитого полковника?
Полковника?
Ах, да. Номер 675.
Месье Люзанн!
- Да?
Месье Люзанн, вас просят
к телефону. - Иду.
Простите...
- Да, спасибо.
Номер 675.
- Хорошо.
Войдите.
Что вам нужно?
Поторопитесь, я спешу.
- Вы тоже?
В общем... я ищу
одного военного.
Таких не держим. - Быть может,
вы знаете, где мне его найти?
Кого "его"?
- Полковника.
Что это ещё за история?
Я участвую в "Туре".
- В каком качестве?
В качестве комиссара
Сыскной полиции.
По делу Моваля. Не так ли?
- Среди прочего, да.
Тогда расслабьтесь, папаша.
Ваш полковник - это я. - Что?
Да. Полковник - это не звание,
а фамилия. Моя. Садитесь.
Сигарету? - Нет,
спасибо, я не курю.
Позвольте представиться.
Рикуль. Оноре Рикуль.
Оноре? Звучит почётно.
Значит, Париж занялся поисками
убийцы этого бедняги Моваля?
Да, хотя решили, что нашли его
в лице некоего Альбера Жакана.
Блоха? Какой идиотизм!
Тогда кто? Были ведь и
другие смерти, кроме Моваля.
Да. Эверкампф.
Говорят, у него был удар.
А Гандини?
- Он врезался в стену.
Вы не думаете, что он
стал жертвой нападения?
Любопытно... Что же вы ищете?
- Доказательства.
Виски? - Нет, спасибо,
я никогда не пью.
Что касается Эверкампфа...
Вы правда думаете,
что он был убит?
Почему вы спрашиваете?
- Потому что...
есть кое-что...
что меня тревожит.
Что именно?
- Вот...
Я нашла это на руле Моваля.
Красный тюльпан?
- Да, и ещё более странно,
что на велосипеде Эверкампфа в момент
его смерти тоже был красный тюльпан.
Это представляет интерес?
- Определённо. - Ах, так?
У Гандини за зеркалом заднего
вида тоже был красный тюльпан.
Не может быть?!
- Да.
Значит, думаете, и Гандини
тоже? - К чему спрашивать?
К тому, что я хочу, чтобы
убийца Моваля был наказан.
По личным причинам? - Да.
Но не по тем, что вы думаете.
Человек, убивший Моваля,
рискует убить "Тур",
а этого, месье
Рикуль, я не хочу.
Простите, что я так поздно.
Вы уже собирались ложиться...
Не извиняйтесь, комиссар.
Поедете в моей машине?
Мой фотограф Базиль заберёт вас.
В каком отеле вы остановились?
Ещё не знаю. - У вас
нет номера? - Нет.
И вы думаете, что сможете
найти в городе хоть один?
По-видимому, я... - Будете
спать со мной. - Простите?
Разделим мой номер, комиссар.
Тут две односпальные кровати.
Благодаря ширме каждый
будет, как у себя дома.
Но, мадам, право, я... - Вы
нигде не найдёте себе номер.
Помогите мне! - Это очень
любезно с вашей стороны,
но я не могу... - Я не желаю
видеть вас в кальсонах.
Всё-таки это не очень прилично.
Идите... Идите сюда.
Так. И вот так.
Прекрасно!
Располагайтесь, комиссар.
Я поступлю так же.
Рикуль Оноре! - Да?
- Скажите-ка мне...
Вы что, в самом деле
не пьёте и не курите?
Нет, мадам. Никогда.
А женщины, комиссар?
Никаких женщин тем более?
Вы не знаете, что вы теряете.
- О-о!
Спокойной ночи, мадам.
- Спокойной ночи.
Только зовите меня
Полковником, так проще.
Спокойной ночи, Полковник.
Давай, Робер, сюда! Сюда!
Вперёд!
Ты ранен, Ансельми?
- Нет, порядок.
Можешь ехать дальше?
- Почему нет? Сейчас же!
Больно? - В чём дело?
Что случилось?
А вы что, ничего не видели?!
Бюджи, что за столкновение?
- Пюжа подрезал Ансельми.
Это правда?
- Конечно, правда.
С тобой ничего?
- Только колено.
Тогда давай, вперёд.
Пюжа мне за это заплатит.
Точно порядок?
- Да-да, спасибо.
Что здесь было?
- Напали на Ансельми.
А на нас? - Это преступление,
чудовищное!
Ансельми хотели убить.
- Что вы, нет!
Я подам жалобу.
Пюжа! Пюжа, стой!
В чём дело? - Я приказываю
тебе остановиться.
Стой, Пюжа!
Прицепи велосипед
сзади и садись.
Почему мне сдаваться? - Потому
что ты отчислен из сборной.
Но я не видел Ансельми.
- Давай! Я сказал, в машину!
Садись в машину!
Поехали.
Нет, Рикуль, ответьте мне
серьёзно. К чему вы пришли?
Должно же у вас быть мнение!
У полицейского не бывает
мнения. Только уверенность.
У вас есть уверенность?
- К сожалению, лишь подозрения.
Это уже кое-что.
Кого вы подозреваете?
Всех. - Даже меня?
- Даже вас.
Знаете, комиссар... - А?
- Вы перегрелись на солнце.
Солнце действует на меня
не больше, чем дождь.
Я говорю фигурально...
- Да, да, понятно.
Но вообще-то исчезновение жертв
кого-то приближает к победе.
Гениально! Кто бы мог подумать.
- Не надо шутить, Полковник.
Я убеждён, что убивают именно
тех, кто носит жёлтую майку.
А Гандини? Как быть с ним?
Гандини? Он был вероятным
победителем, так мне сказали.
Согласна.
Значит, наиболее подозрительны
те, кто близок к первому месту.
Горлинк, Шароль, Мисеторс...
Иначе претенденту пришлось бы
устроить массовую вендетту.
Ну, а я? Каким боком
я к этому причастна?
Я скажу вам это в день,
когда вас арестую. Эй!
Мне так и нет почты?
- Нет, господин комиссар.
А это чьё? - Это для месье
Люзанна. Посылка от флориста.
От флориста? Дайте.
Но, господин комиссар...
- Скорей, скорей, скорей!
Красный тюльпан.
- Рикуль, это вам?!
Нет, Люзанну. - Что вы
сказали? - Да, Люзанну.
Тогда нам абсолютно
необходимо его догнать.
Поторопитесь же, старина...
Отошлите это комиссару
полиции Бриансона.
Да, господин комиссар.
Если Люзанн мёртв, это вы его
убили! - Это меня не удивит.
Вы всё поняли?
- Да, господин комиссар.
Скорей, малыш, это вне очереди.
Сыскная полиция, Париж.
Старшему комиссару Жанвье.
Разыщите Жервиона,
флориста с бульвара Мальзерб.
Узнайте имя отправителя...
красного тюльпана
Люзанну в Бриансон.
"Б". "Б", как Бернар, да.
Попробуйте получить
описание отправителя.
Телеграфируйте в Экс-ле-Бен.
Подписано: Рикуль.
Мы должны его догнать.
Анже! Не видели Люзанна?
Он дальше.
- Спасибо. Давай, едем.
Но где он может быть?
Его обязательно надо догнать.
А этот спит!
Это раздражает. Никогда
такого не видели.
Полегче, полегче...
Эй, Гамбарра! Где Люзанн?
У дьявола!
- Большое спасибо!
Что за придурок!..
Где он может быть?
Куда он мог заехать?
О, вот и он!
Люзанн!
- Господи!.. Люзанн!
Мы тут. Наконец-то...
Мы вас нашли.
- Ну, ты знаешь...
Да, дети мои...
мне было горячо.
Но что произошло, Люзанн?
- Я ничего не знаю.
Тормоза не сработали.
А ваш шофёр? - Остался сзади,
колесо спустило, пошёл за помощью.
В общем, понимаете... - Старина,
тебе в отель прислали тюльпан.
Какой-такой тюльпан?
Вы счастливо отделались.
- Да? - Здесь слито масло.
Не может быть? - Может.
Проколоты две дырки.
Так же, как у Гандини.
- Это неслыханно!
Тебе крупно повезло.
- Да...
Но с этим мы попробуем
разобраться позже.
А сейчас надо догнать команду.
Шароль должен победить, да?
Я в этом уверена. Особенно
если ему везёт, как тебе.
Давай, я тебя подвезу.
Не надо тебе за руль!
- Да ладно, ладно, ничего.
В любом случае, спасибо, что
подобрали меня, Полковник.
Я пошлю кого-нибудь
привести мою машину.
А я телеграфирую
отпустить Блоху.
Сделаю это с удовольствием,
особенно, как рыбак.
У вас, наверно, рыболовный
крючок вместо сердца...
Это чтоб легче вас загарпунить,
дитя моё. - Какое самомнение!
Спортивный директор
французской сборной стал...
жертвой автомобильной аварии
при спуске с перевала Галибьер
Убийца с красными тюльпанами...
покушался на спортивного
директора сборной Франции
Не плачь, Аннетт.
- Это сильнее меня.
Но посадить человека в тюрьму -
это же не убить его.
Мой друг попал туда. По ошибке.
Нельзя из-за этого
так убиваться.
Но его не обвиняли в убийстве.
Да, это скверно. Но как
можно подумать на Блоху?
Ты ещё скажешь,
что веришь этому?
Ну, знаешь, вообще-то полиция...
Полиция, полиция!
Она ещё не Господь Бог!
Привет, Ненетт!
- Блоха! Ты вернулся!
Моя цыпочка!..
Ты сбежал? - Сбежал?
Нет. Ну ты и придумала!
И ничего там не натворил?
- Всё проще: меня отпустили.
Ох, ты и везунчик! - Почему
это? Я же был невиновен.
Это ещё не причина.
Что случилось?
- Я свихнулся.
Для меня это конец.
- Не говори так. Едем дальше.
Сейчас я налажу тебе это.
- Не стоит. Езжай, Фюзо.
Я совершенно выдохся.
Мы слишком рано сделали
рывок. - Тебе больно?
Да, изрядно.
Не дай итальянцу обойти себя.
- Давай, едем. - Говорю, я сдох!
Но мы же не зря старались!
Поедем медленно.
- Ты ещё можешь выиграть.
Плевать мне, плевать!
Шароль!
- Что случилось?
Что с тобой? - Он упал
и отказывается ехать.
Что, Шароль? - Я сдаюсь.
- Не говори глупостей!
Садись на свой велосипед.
- Но я не могу!
Ты не хочешь.
- Ну же, Шароль… - Нет!
Встанешь ты или нет?
- Нет!
Слушай, Шароль,
ты меня разозлишь!
Я не могу больше
крутить педали!
Ты потерял весь запал!
Вся страна ждёт твоей победы!
Возьмите себя в руки,
месье Шароль, соберитесь.
Что? "Тур де Франс" вас
теперь заинтересовал?
Меня? Нет.
Ты зря теряешь время.
- А если я доконаю себя?
Ничего себе мысль...
- Разве Моваль не убил себя?
Нет, его убили. Это другое.
Мне страшно, если хотите знать!
Это майка словно сглазила меня.
Убей себя, но в борьбе. Не сиди
здесь, как трус. Как дезертир!
Тебе-то легко говорить.
Сидишь себе в своей машине,
пока мы подыхаем на трассе.
Я пережил это
раньше тебя, Шароль.
Да, мы знаем, что ты калека.
Выгодно быть калекой, верно?
Нет, я не поеду дальше!
Чтобы сделать такое, нужно
быть... полным дебилом!
Он уступит Монтильо
не больше восьми минут.
Спасибо, Шароль, спасибо.
Дорогие слушатели, вы слышали
сейчас Люка Шароля, жёлтую майку,
и его верных напарников
по команде, Фюзо и Карлье,
а также лидера бельгийской
сборной Альберта Горлинка.
Таким образом, главным событием
дня и сюрпризом на финише...
стало фантастическое
возвращение Шароля,
который после своего падения
отстал всего на восемь минут.
Хорошего вам вечера,
мои дорогие слушатели.
Нашу передачу мы традиционно
продолжим на следующем этапе,
в обычное время. Всего
вам хорошего, друзья спорта!
Повторяю вам, Люзанн, будьте
осторожны. Следите за собой.
Не оставайтесь в одиночестве и
запирайте дверь в своём номере.
Один раз он вас упустил, но,
я убеждён, это повторится.
Это неправдоподобно.
Кто может хотеть меня
убить? По какой причине?
По той же, из-за которой
погибли Гандини и Эверкампф.
Я так и знал. Гандини убили.
Он разбился не сам по себе.
Да, месье Гамбарра,
Артуро Гандини был убит.
Артуро убили... - Да.
- За него нужно отомстить!
Убийца считает себя
неуловимым. Он ошибается.
Я не собираюсь подчиняться
созданным им мизансценам.
Эти красные тюльпаны, которыми он
подписывает свои преступления...
Красные тюльпаны?
- Да?
Я читал об этом в газете.
- Они знакомы вам?
Красные тюльпаны?
- Да.
Да. Я их уже видел.
- Где?
Не знаю. Не припомню.
Месье Рикуль!
- Сюда.
Вам телеграмма, месье.
- Спасибо.
Ответ из Парижа?
- Сейчас узнаю.
"Комиссару Рикулю,
Экс-ле-Бен". - И дальше?
Цветы заказаны по поручению,
подписанному Дюраном.
Ищите дальше.
С приветом, Жанвье.
Чудесно мы выглядим!
Что-нибудь хотел? - Да, сказать
тебе пару слов. - Заходи.
Утром я не мог сказать при всех.
Там были Полковник, флик. - И?
В общем...
Помнишь, как я свихнулся тогда,
в Эксе? Не мог ехать дальше.
Тогда ты накричал на меня.
- Угу...
Забудь всё, ладно?
- Да.
Я ответил, что тебе ничего
не грозит, пока мы подыхаем.
Ладно, ладно!
И потом я сказал тебе, что...
- Хватит, я тебе сказал!
Ты нервничал, Шароль.
Я больше не думаю об этом.
- Правда? - Да, правда.
Я рад, потому что... - Да, да.
И ложись сегодня пораньше.
Завтра нас ждёт Швейцария.
Потом Мюлуз, Страсбург, Мец...
и этап с раздельным стартом.
Ты уже был на массаже?
- Нет, сейчас иду.
Что ж, ступай.
- До завтра.
Шароль, Бюджи...
Гамбарра, Полковник.
Здесь наверняка есть
его имя, но какое из них?
Я отдал бы два рыболовных
сезона, чтобы узнать это.
О чём задумались, Полковник?
Полковник!
- Да?
Почему вы всё время смотрите
на это фото? Что интересного?
Не могу вспомнить,
что я в нём вижу.
Да что в нём видеть?
- Другое.
Другое что?
- Другое фото.
Не знаю, чего в нём не хватает,
чтобы оно было похоже на другое.
И какой интерес
это представляет?
Ах, если бы я знала!
После "Тура" вам потребуется
очень длинный отпуск.
И вы предложите мне
его в Париже?
Несомненно. Угадайте, где.
В тюрьме Санте. - Решительно,
от вас ничего нельзя скрыть.
Алло? - Алло, Полковник?
- Да, это я.
Что? - Полковник -
это вы? - Да, слушаю.
Мне нужно видеть вас сегодня,
вместе с комиссаром.
Сейчас? - Нет, вечером.
Передайте комиссару.
Мне страшно, Полковник.
Мне страшно.
Но кого вы боитесь?
Он крутится вокруг,
потому что догадывается...
Кто догадывается? О чём?
Он знает, что у меня
есть доказательства.
Алло? Говорит Рикуль.
Скажите, кто вы.
Алло? Алло?
Бросил трубку.
Да, бросил трубку.
Войдите.
Простите, что побеспокоил вас,
но не стоит задерживать машину.
Этап с раздельным стартом
такого не прощает.
Ты прав, идём! - Простите, что
подгоняю... - Ничего страшного.
Мда… время поджимает, я должна
успеть к вечеру. - Я тоже.
Но кто мог мне звонить?
- И вообще, почему вам?
Потому что мне доверяют больше,
чем вам, в деле об убийстве.
Добрый день, месье Люзанн.
Здравствуйте, Полковник.
Как дела? - Когда вы
поедете? - Скоро.
Знаете комиссара
Рикуля? - С виду.
Представляю вам Рудольфа,
волшебника "Тура",
в руках которого гонщики
обретают свой прежний вид.
Добрый день, месье.
Похоже, сегодня на старте
боевой дух был не на высоте.
Это меньшее, что можно сказать.
Без своего спортивного директора
им не добраться 10-го до Парижа.
А что с ними такое? - Что?
Страх, господин комиссар.
Страх, который играет им
на нервах и парализует ноги.
Думаю, только вы
способны их вылечить.
Каким образом?
- Задержав убийцу.
Войдите.
Войдите!
О, боже...
Это Бюджи.
Откройте! Откройте!
На помощь! Помогите!
Рикуль! Рикуль, ко мне!
Рикуль!
Рикуль, ко мне!
Полковник, откройте!
Она кричала?
- Что случилось?
Она в опасности.
- Откройте, Полковник!
Не могу, Рикуль. У меня
нет ключа. Меня заперли.
Отойдите от двери.
- Что? Ага...
Рикуль… смотрите.
Бюджи.
Закройте дверь.
Это он звонил мне с утра.
Фрагмент велосипедной спицы.
Да... Мерзавец!
Мне страшно, Люзанн.
- О, нет!
Этого и добивается убийца.
Чего?
- Чтобы мы боялись.
Один из нас двоих
поплатится своей шкурой.
Бедный парнишка.
Красный тюльпан.
Я больше не хочу!
Нет! Нет...
Я боюсь!
- Держись, Джузеппе.
Подумай о своей матери.
- Скорее уж о Бюджи.
Это конец.
Я не хочу участвовать
в гонке со смертью.
Я хочу жить!
Я не хочу умирать.
Я не хочу быть убитым!
Я не хочу слышать такие крики.
Ты что-нибудь
понимаешь, Альберт?
Мне не требуется понимать.
Мы уезжаем, Франк?
- Хотелось бы.
Но что скажет месье Доксен?
- Это мне безразлично.
Если он хочет, чтобы его
прикончили, это его дело.
Точно.
Это должно было случиться.
- Я боялся этого момента.
Небеса должны что-то сделать,
ибо без них мы пропали.
Небеса? Попробуем всё-таки
обойтись без них.
Мне жаль твоей майки, Шароль, но
я возвращаюсь в Париж, и быстро.
Мне страшно.
- Мне тоже.
Один я продолжать не стану,
будьте спокойны.
Не хочу, чтоб меня хоронили
в моей жёлтой майке.
Бюджи ведь был убит?
- И что, Пауэлс?
Ничего.
Мы не хотим продолжать гонку.
Мы вернёмся в Бельгию.
И что вы скажете
в Бельгии, месье ван Дерк?
Ну... - Скажете,
что вы испугались?
Завтра вы поедете в Бельгию.
Но на своих велосипедах.
Мы не позволим... - Вы хотите
что-то сказать, месье Горлинк?
Нет, месье Доксен.
Альбер, вам придётся
попытать удачу на границе,
потому что завтра вы все
сядете на свои велосипеды.
Я не хочу умереть.
- Ты и не умрёшь, мальчик мой.
Но если ты умрёшь,
я умру вместе с тобой.
Хватит! Умереть в вашей компании
или одному - по-любому невесело.
Нам пора возвращаться
в Рим. - Луиджи!
И что мне делать без гонщиков?
- Возвращайтесь в Рим.
А что мне скажут в Риме?
Мне скажут: "Ты предатель!
Италия дала тебе
своё доверие,
а что ты сделал
с доверием Италии?"
Думаешь, Джузеппе, я посмею сказать,
что моя команда меня бросила?
Ты можешь представить,
чтобы Гандини сдался?!
Нет, как хотите, Люзанн,
но это уже невозможно.
Что невозможно? - Продолжать.
- С нас довольно.
Мы готовы рисковать всем,
но всё-таки не быть убитыми.
Вывод?
- Мы возвращаемся.
Куда?
- Домой.
Уезжаете? Я остаюсь.
На "Тур де Франс" должен быть
француз, хотя бы на машине.
Но вас тоже едва не убили.
И что? - Это не твоя забота.
Страх отвратителен.
- Я не буду умирать за деньги!
Это не вопрос денег.
Нужно уметь работать задаром и
бесплатно рисковать своей шкурой.
И по какой же причине?
Я тебя рассмешу...
Во имя спорта.
Спокойной ночи. - И это
всё, что ты нам скажешь?
А чего вы ждали?
Вам страшно, и тут я
ничего не могу сделать.
Не могу сделать вас храбрыми.
- Скажи ещё, что мы трусы.
Другие слова знаешь?
Погоди...
Мы не можем поступить
с ним таким образом.
Так что будем делать?
Остаёмся.
Мне было бы скучно
есть в одиночестве.
...из-за невозможности...
- Входите, входите.
Из-за невозможности задержать
хотя бы одного свидетеля...
полиция отложила
расследование на два дня.
А когда "Тур" закончится...
смогу ли я найти виновного?
Постарайтесь уснуть, Полковник.
Вам нечего бояться, я рядом.
Вчера, господин комиссар,
я вела себя, как женщина.
В этом нет ничего неприятного.
Я вас оставлю.
При малейшем событии зовите
меня. У меня смежная комната.
Кого же мне ещё звать,
мой дружище комиссар?
Спокойной ночи.
- Хороших снов.
Так безопаснее.
А, вот и ты, феномен!
Итак? - Я привёз вам
фото с этапа, Полковник.
Дай-ка посмотреть...
Мда… не бог весть что, конечно.
У меня плёнка кончилась.
По пути купил, какая была.
Фирмы "Ван Берген".
Из Брюсселя.
Чёртов Базиль... нашёл же,
что сказать... "Ван Берген".
Что ты сказал?
- Я? Ничего.
У тебя кончилась плёнка... - И я
купил от Ван Бергена. Из Брюсселя.
Из Брюсселя?
- Ну... - Базиль!..
Брюссель! Иди спать,
малыш, увидимся завтра.
Брюссель.
Я так и знала, что этот
снимок что-то напоминает.
Потрясающе!
Слушайте, я, кажется, знаю...
Простите.
Спокойной ночи, Полковник.
- Спокойной ночи.
Прямая связь у вас ещё есть?
- Направо, кабина номер три.
Сегодня вечером она
ещё будет работать?
До завтра будет, мадам,
до девяти утра.
Простите. Спасибо!
Алло? Мадемуазель,
вне очереди "Тур де Франс".
Дайте мне Гутенберг 80-60.
Спасибо.
Алло, алло?
Алло, мадемуазель?
Я просила Гутенберг 80-60.
Да, спасибо.
"Франс-Суар"? Это Полковник.
Позовите к телефону Дюфура.
Алло, Дюфур? Слушай меня
внимательно. Очень срочно.
Немедленно отправь мне
фототелеграфом в Рубе...
снимок, описанный в письме,
которое ты получил сегодня.
Алло, Дюфур?
Дюфур, я повторяю:
разыщи это фото в архиве и...
немедленно отправь мне
в Рубе фототелеграфом.
Ты слышишь, Дюфур? Алло?
Алло? Алло?
Мадемуазель, нас
разъединили... Алло?
Рикуль! Сейчас здесь были
Шароль, Люзанн и Гамбарра.
Кто вышел первым?
- Я ждал вас...
Нет, ответьте.
Кто вышел первым?
Они вышли все трое вместе.
Я стучал к вам, вошёл,
но комната была пуста...
Я понял! Вы знаете, кто...
- Нет, не знаю, пока не знаю.
Но в одном я уверена: мне
страшно. - Приободритесь!
Я чувствую, он идёт по моим
следам, как за беднягой Бюджи.
Но кто? Кто?!
- Убийца!
Почему именно за вами?
- Потому что я знаю его.
Что вы сказали?
Кто он? Назовите имя!
Нет, у меня нет доказательств.
Я боюсь ошибиться.
Даже если у вас только
подозрения, скажите мне!
Нет. - Вы обязаны мне
сказать. - Не скажу!
Не сегодня вечером,
Рикуль, не сегодня.
Хватит вопросов.
Я иду спать... я разбита.
Я получу... получу тюльпан...
Мне страшно!
Я же не знаю... не знаю.
Это неправда... Неправда!
Рикуль! Рикуль!
Полковник?
Полковник! - Что?
- Вы кричали.
А? Нет, я спала.
- Я вас слышал.
О, дверь!
Эй, вы! - А? Что такое?
Святая дева, вы напугали меня!
Что вы здесь делаете?
- Я ходил к "ритирати"!
К "ритирати"...
Ну, как ты? - Хорошо.
А ты? - Хорошо, хорошо...
Кто-то говорит, что опыт ничего
не значит, но я был прав:
ты сохранишь свою жёлтую майку.
Да, и этим я обязан тебе.
Тебе и друзьям.
Почему у тебя такой
мрачный вид? Что с тобой?
Ничего. - Нет, что
случилось, скажи!
Да нет, ничего...
Я думал о Мовале.
Он должен был быть
на моём месте.
Я тут подумал кое-что...
Если я доберусь до финиша,
часть нашего выигрыша мы
отдадим мадам Моваль, а?
Давай не будем загадывать.
Всякое ещё может быть. У тебя
запас всего 2 минуты 10 секунд.
Поэтому сегодня я не хочу
видеть, что вы разошлись.
Естественно! Мы встретимся,
на круге почёта.
Обещаю, ты проделаешь его с нами!
- Он напомнит вам прежние времена.
Да. Только не ленитесь
на финишной прямой.
Давайте, пора.
О, привет!
- Доброе утро.
Привет. Гонка ещё не кончилась.
Ансельми сегодня утром в форме.
Ансельми? Да, он идёт
вперёд. - Идёт вперёд?
Зато ваш ван Дерк ползёт.
И Горлинк тоже.
Доброе утро, господа.
- Здравствуйте.
Что-то не так?
Не рады возвращению в Париж?
- Нет. - Почему?
Спрашиваете, почему?
- Убийца...
Гонки заканчиваются. Завтра я
подаю заявление об отставке.
Может, вы ещё арестуете его.
Это было бы слишком хорошо.
Я уже не верю в Санта-Клауса.
Было б ещё два этапа...
Наверстаешь упущенное
в "Тур де Фландр".
Рикуль, закрепите мне очки.
Доброе утро, Полковник.
- Спасибо. Привет, Люзанн!
Сегодня я не еду с вами.
- Почему? - Машину починили.
Иду сейчас в гараж. - Может,
полюбуемся спасённой, Рикуль?
Проводим его.
Ну, что, готово?
- Да.
Подвезти вас, Полковник?
А? Нет, спасибо, дружище.
Мне нравится моя "тачка".
Как, Антуан, дело сделано?
Помимо дыр в ящике
с инструментами,
треснувшего от камня
лобового стекла и...
полностью вышедшего из строя
"ручника", всё было поправимо.
"Ручник"...
- Ручной тормоз.
Что ж, браво... Браво!
Пойду посмотрю, нет ли у меня
почты. Идёте со мной? - Да.
А, мне сказали, вы пошли
в гараж, вот и жду вас.
Простите, я к машине.
- Хорошо. В чём дело?
Пришло фототелеграфом
для вас. От "Франс-Суар".
Почему сразу не принёс?
Да! Так я и знала.
Дай мою сумку.
Я знала, что ещё
не выжила из ума.
Посмотри на эти снимки...
У тебя амнезия, бедняга.
Бюджи, Эверкампф,
Люзанн, Гандини,
Шароль и Моваль.
Ну, что?
- Что - что?
Ты безнадёжен.
Дай мне мою сумку и пошли.
Что-что, что-что?! Эх!..
Эй, Шароль! Как ты, хорошо?
- Да! Да! Порядок!
Осторожней, Шароль, осторожней,
чтобы тебя не обошли!
Я подготовлю твой
круг почёта, парень!
Постучите по дереву!
- Дело в шляпе!
Браво, месье Шароль!
Вперёд! Вперёд!
Шароль пересёк финишную черту!
"Тур"! "Тур"! "Тур"!
Люзанн… смотришь
на круг почёта Шароля?
Ты счастлив? Это твой первый
успех как директора сборной!
Шароль стал победителем.
Он - чемпион, великий чемпион,
как ты до аварии в Брюсселе.
Ты помнишь Брюссель, а?
Ты хотел победить.
Вот только они все объединились
против тебя, не давали дорогу.
Гандини зацепил тебя,
и ты разбился.
Тебя подняли, доставили
в лазарет, и врач сказал,
что тебе больше никогда
не участвовать в гонках.
Это ужасный случай.
Он больше никогда
не будет ездить.
И тогда Эверкампф принёс
тебе букет победителя,
букет, украденный у тебя, Люзанн,
букет красных тюльпанов.
Гандини не осмелился прийти.
Твоё падение вместе с моральным
шоком лишило тебя рассудка.
Теперь ты - просто
жалкий безумец, Люзанн.
И в своей ненависти ты
хотел наказать виновных.
Из-за букета ты отметил
красным тюльпаном...
каждого из тех,
кого ты убил.
Которых убил ты!
Это неправда. Неправда!
- Нужны доказательства?
Я нашла одно,
в твоём чемодане.
Люзанн!
Люзанн!
Люзанн!
Что такое, Люзанн? В чём дело?
Задержите его!
Всем агентам, вперёд! Сюда!
Сдавайся, Люзанн!
О, нет. Нет-нет!
Нет, уже поздно.
Я проделал дыру. Я сбежал!
Меня не догонят.
Они меня не догонят!
Я выиграю мой "Тур".
Мой "Тур де Франс"!
Я выиграю его.
- Сдавайся, говорю!
Нет! Нет! Не смейте
приближаться!
Пропустите меня!
Одного! Совсем одного!
Один! Совершенно один.
Мой "Тур". Мой "Тур".
Мой "Тур"...
Ты пойман.
- Что?
Ты хочешь отнять
у меня руль?
О-о, нет! Нет!
Ты не отнимешь у меня
руль. Я убью тебя!
Ах, Рикуль...
После той аварии в Брюсселе
он помешался в уме.
Но что всё-таки заставило
вас заподозрить Люзанна?
Три вещи.
Прежде всего снимок
Базиля, сделанный на старте,
который напомнил мне такой же
в Брюсселе, с убитыми гонщиками.
Потом автомобильная авария,
которую он инсценировал,
чтобы составить себе алиби.
И наконец, тюльпан,
найденный в его номере.
Он был сумасшедшим,
опасным сумасшедшим.
Да... но каким невероятным
гонщиком он был.
Однако этот невероятный
гонщик был убийцей.
Он убил Гандини, Эверкампфа,
Моваля и Бюджи.
Я должен был его убить.
Для вас дело закончено.
Плохо. Я предпочёл бы,
чтобы оно закончилось иначе.
Вы сделали свою работу.
До свиданья, старина Рикуль.
Куда вы, Полковник?
В газету, делать свою.
Статья на первую полосу.
Потому что...
кто-то должен её рассказать,
эту историю.
 

////////////////////////////