Глупость, ставшая мудростью (1952 год). Цитаты и фразы из фильма

Folly to Be Wise (1952)

британская комедия, снятая в 1953 году (год выпуска на Кино-Театр.Ру, хотя события, возможно, происходят в 1952 году). Режиссером фильма является Фрэнк Лондер. В главных ролях снялись Аластер Сим, Элизабет Аллан, Роланд Калвер и другие. Действие фильма происходит в Букингемском дворце

Все фразы и цитаты

 ПО ПЬЕСЕ ДЖЕЙМСА БРАЙДИ
«СМОТРЯ ЧТО ВЫ ИМЕЕТЕ В ВИДУ»
Осторожно! Левой, правой,
левой, правой, левой!
Взвод, стой!
Раз, два.
- А ну шаг вперед, поворот напра-во!
- Раз, два, три, раз.
Взвод, вольно! Стоять вольно.
А теперь послушайте меня…
Сегодня можете расслабиться,
это ваш первый день в армии,
но не думайте, что я доволен, нет!
Если я отдаю команду «Разойдись»,
не особо надейтесь на то,
что это село — уголок Монмартра,
потому что это не так!
На территории лагеря вы с излишком
найдете всё для здорового ума.
Есть военный городок.
Читальный зал, игровой зал,
где вас ждет
увлекательная игра в шашки.
Еще есть фортепиано,
но комендант держит его под замком,
дает ключ только настоящим пианистам.
При лагере есть театр,
где есть широкий выбор развлечений:
от концертов до фильмов,
причем вы уже видели их все.
Сегодня, смею добавить,
вас ждет особое произведение искусства,
но не буду говорить какое,
чтобы не испортить вам удовольствие.
Чем бы вы ни занимались, помните:
завтра вам придется попотеть,
так что сильно не перевозбуждайтесь.
Так, взвод, смирно!
Достойно разойдитесь.
Аккуратный поворот направо, пауза
на два, три и бегом с площади!
Взвод, разойдись!
Раз, два, три.
А ну бегом!
СЕГОДНЯ В 19:30
СТРУННЫЙ КВАРТЕТ МЭЙ СЭВИТТ КВОЛТРОП
СТРУННЫЙ КВАРТЕТ МЭЙ СЭВИТТ КВОЛТРОП
Спасибо и браво,
мисс Кволтроп, браво, дамы!
Подождете тут минутку?
Спасибо, дамы и господа. Многие из вас
или, скорее, некоторые из вас видели,
как я проводил службу
в церкви в последнее воскресенье,
свою первую здесь.
И, несомненно, вы задаетесь вопросом,
что я забыл в театре,
который в свое время
считался прибежищем бродяг.
Вряд ли в наше время
кто-либо назвал бы мисс Кволтроп
и ее скитающихся коллег
такими словами.
Естественно,
под «скитаниями» я имею в виду
их гастроли.
Дело в том, что командующий офицер
сделал меня главным по досугу,
поскольку майора Джеймса
перевели в Малайю.
И вот моя первая
и самая приятная обязанность:
я благодарю мисс Кволтроп
и ее талантливых коллег за то,
что они проделали
такой путь из Уордингтона,
чтобы нас развлечь.
Думаю, стоит им показать,
в привычной нам манере, увы,
несмотря на немногочисленную публику,
что их путешествие было… не зря.
Ну же, давайте. Занавес, пожалуйста!
Занавес!
Мисс Кволтроп?
Они побежали на автобус.
Миллион извинений, дамы и господа,
но, похоже, мисс Кволтроп
и ее инструментальный ансамбль
торопились на автобус.
Простите, но, судя по всему,
мне более ничего не остается,
кроме как пожелать вам всем
приятного вечера.
В лагере сегодня как-то пусто, капрал.
Сегодня же платят жалованье.
И куда все идут в этот день?
Пытаюсь отобрать те выступления,
которых от меня ждут ваши солдаты.
- Советую пойти в деревню.
- В деревню?
Там образовались свои места для попоек,
простите мой французский.
Вы пытаетесь мне сказать,
капрал, что там есть пабы.
Именно. Самая многочисленная публика —
в «Роуз и Краун».
Я сам не пью,
но, на мой взгляд, там лучше пиво,
по словам других,
да и барменши приятнее.
Я бы тоже выбрал то место,
где лучше пиво,
не говоря уже о барменшах.
Приятного вечера, капрал.
Доброй ночи.
- Добрый вечер.
- Добрый.
Решили изучить врага?
Готов его поддержать
за пинтой достойного пива.
Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Добрый.
- Полпинты, пожалуйста.
- Чего?
- А на ваш выбор.
- Выдержанное, слабое?
- Давайте слабого, спасибо.
- Семь пенсов.
Спасибо.
- Добрый вечер.
- И вам добрый.
- Вижу, вы удивлены моему приходу.
- Так точно.
Честно говоря, мне стало интересно,
чем вы, ребята, занимаетесь по вечерам.
- Ну, я…
- Да.
Всё ясно, но, не будь «Роуз и Краун»,
вам некуда было бы пойти?
- Ведь я прав?
- Еще есть «Ред Лайон».
Понятно, сержант,
от вас особой помощи в разведке
ждать не стоит. Ваше здоровье.
Извините, я вижу своего адъютанта.
- Простите… Здравствуйте, Уолтер.
- Товарищ начальник?
Удивительно вас тут видеть.
Думал, хоть вы с Джесси
придете на концерт,
чтобы меня поддержать,
какая бы там ни была музыка.
С Джесси всё сейчас сложно.
Надеюсь, ничего серьезного?
Нет, просто кое-кто
пытался ее вразумить.
Но, Уолтер, не забывайте:
Джесси — девушка очень умная,
это естественно, что она хочет…
Уолтер, вы же не намекаете,
что в этом виноват я?
Нет, что вы!
Я лишь дал Джесси почитать пару книжек,
посоветовал ей
слушать «Третью передачу».
В этом нет ничего плохого, Уолтер.
Не забывайте:
у юной Джесси очень пытливый ум.
Когда она работала
у майора Джеймса, такого не было.
Нет, было, Уолтер, просто ее ум
находился в дремлющем состоянии.
Впрочем, Уолтер,
я не вижу причины для ссоры.
- А она есть.
- Но какая, Уолтер?
Теперь ей всё нужно знать.
Понятно.
Задает вопросы,
на которые у вас нет ответа.
На которые ни у кого нет ответа.
Боюсь, вы обманываете себя, Уолтер.
В наше динамичное время
всегда найдется тот, у кого есть ответ.
Терпение. Всё будет хорошо.
Время!
Ну же, ребята, пейте.
Господи.
Я пришел сюда, чтобы узнать,
какие концерты вам нравятся,
но, похоже, я опоздал.
Не прогонят же вас.
Уолтер, человек моего ранга
такого допустить не может.
Вы не могли бы допить за меня?
Мне оно не нравится.
Уолтер, буду ждать вас у машины
завтра ровно в семь утра.
- В семь?
- Да.
У меня завтра занятой день.
Доброй ночи.
Доброй.
Вот так. Да.
- Сейчас подадут чай.
- Нет времени.
Пора за работу. Доброе утро, Джесси.
- Доброе.
- Дайте папку майора Джеймса.
- С будущими постановками.
- Да, но чайник кипит.
Я тоже закипаю, Джесси.
Мы очистим Авгиевы конюшни,
так что за работу, Джесси.
Слушаюсь.
Доброе утро, Джесси.
Куда это ты везешь падре
с утра пораньше?
Мы катаемся с семи утра.
Уже побывали в церкви и госпитале.
Прости, если была вчера резка.
Ничего, я почитаю пару книг,
если тебя это порадует.
Пара книг ничего не изменит,
Уолтер, это не образование.
- А что тогда?
- Откуда мне знать?
Я нигде не училась.
- Тогда о чём ты говоришь?
- Не знаю.
Не умею вести беседу,
как падре и подобные люди.
Да, но любишь ты меня, а не падре.
Знаю.
Но влюбленность —
это еще не всё, Уолтер.
Знаешь, может случиться так,
что спустя 40—50 лет брака
у нас останутся лишь разговоры.
Нам не о чем будет разговаривать,
потому что мы оба ничего не знаем.
Мы не сможем вести толковую беседу.
Теперь понимаешь?
Кое в чём я разбираюсь.
Ну конечно.
Ты знаешь абсолютно всё
про устройство машин,
но какой от этого толк?
На ней куда угодно можно доехать.
Я совсем не об этом,
я говорю о жизни, истории и всём таком.
О таких вещах
можно узнать лишь из книг.
Если хочешь,
я могу почитать тебе энциклопедию.
Вот глупости, это столько лет займет.
А я возьму маленькую,
чтобы иметь под рукой.
Под рукой я хочу иметь лишь чай.
Можешь принести.
А вот и вы, Джесси. Ну, всё по порядку?
Да.
Субботу менять поздновато.
Что тут у нас?
Актерская труппа леди Додд
исполняет «Тётку Чарлея».
Звучит прелестно.
В последний раз
они исполняли «Тихие выходные».
- И как прошло?
- Тихо.
Придется надеяться на лучшее,
но и начинать с чистого листа.
Так, что там девятого?
хор «Мадригал» из Мордингтона,
вечер грегорианского хорала
и духовной песни.
Да, пожалуй,
начнем с них, пока есть время.
Какой у них номер?
- Это мисс Грэм, Мордингтон, 69.
- Мордингтон, 69.
Алло? Мордингтон, 69, пожалуйста.
Простите за вопрос,
но кого вы поставите вместо них?
Сначала расчистим завалы,
а планы на будущее обсудим потом.
Алло. Да, это мисс Грэм
из хора «Мадригал»?
Доброе утро, мисс Грэм,
меня зовут Пэрис.
Я новый офицер
по организации досуга в лагере.
Да.
Спасибо, всё хорошо, а у вас?
Хорошо. Да,
дело в следующем, мисс Грэм.
Я изучал программу на ближайшие недели,
и, знаете, майор Джеймс
пригласил слишком много вокалистов.
Да, я… считаю, что некое разнообразие
необходимо для военного досуга,
не так ли, мисс Грэм?
Не совсем вас понимаю, мисс Грэм.
Разумеется, я и не думал
вас просить показывать фокусы.
Лишь хотел предложить
отложить ваши духовные песни.
До какого числа? Пока я вам не позвоню…
Мисс Грэм, прошу вас.
Алло?
А мы… довольно быстро всё решили.
Ваш чай.
Спасибо, Джесси. Так, кто следующий?
Дайте взглянуть на четверг,
14-е число… Боже!
Опять мисс Кволтроп с квартетом.
О нет, по-моему,
одного раза было достаточно.
Макстед, 74.
Нет, я ей напишу, Джесси.
К вам пришла леди Додд.
По поводу ее программы в субботу.
Приведите ее, Уолтер.
Надо в этом видеть и хорошее.
Доведем до 300 выступлений.
Нет? Ну, не меньше, чем до 200.
- Доброе утро, капитан Пэрис.
- Леди Додд.
Прошу прощения
за вторжение в столь ранний час,
но я не могла иначе.
Я не знала, как вам сказать.
Моих актеров постигло жуткое несчастье.
Нет, прошу вас, только не в субботу!
Именно в субботу и навсегда.
В компании произошел раскол. Они…
Вряд ли стоит это обсуждать
при юной девушке.
Ничего страшного, леди Додд,
я его доверенная секретарша.
Вы же знаете Берроуза,
играющего в «Тётке Чарлея»?
Нет, вы, конечно же, его не знаете.
Но знаете Филлипс:
у нее кондитерская в Мордингтоне,
она играет донну Люсию.
У нее муж работает на бирже.
Он как-то вернулся домой
и увидел свою жену с Берроузом…
Ну, я опущу подробности.
Да, прошу вас, леди Додд.
Но что же нам делать с субботой?
«Гамлета» без принца датского
сыграть не выйдет ведь?
Думал, вы даете «Тётку Чарлея»?
А я о чём?
Как можно играть «Тётку Чарлея»
без тетки Чарлея?
Ну да, разумеется,
я всё понимаю, леди Додд.
И мы подготовили новые декорации.
Это так досадно!
Конечно, я подумала о замене.
Правда? В субботу согласен на всё.
Тогда советую вам взять мисс Грэм
и ее хор «Мадригал».
Нет, боюсь, это невозможно,
леди Додд, я только что их отменил.
Боже, они так расстроятся.
Так, дайте подумать.
Преподобный Хью знает
персонажей Диккенса.
Сто лиц под одной шляпой.
Это будет либо интересно, либо нет.
Знаю, но, боюсь, он уехал в Торки.
И есть миссис Праут.
- Кто это?
- Чрезвычайно умная особа.
Жена Джорджа Праута, художника.
Они оба чрезвычайно умны.
У них домик у реки.
Она пишет детские книги.
- «Зимбо, пятнистая Зебра».
- Леди Додд…
Для солдат точно не подойдет.
Да я не про книги.
У нее шоу марионеток.
Впрочем, она вряд ли сможет.
У них гостит профессор Матч, философ.
Профессор Матч из «Би-би-си»?
Да, именно.
Это он каждую среду
участвует в «Вопросе».
На любой вопрос
у него всегда есть ответ.
Да, Джесси, но вряд ли
он найдет решение для этого во…
«Вопрос»?
Что это за передача, Джесси?
Нечто вроде… «Мозгового треста».
Я и сама хотела отправить вопрос.
«Мозгового треста»?
Почему бы и нет? Да, почему бы и нет?
Скажите Уолтеру приготовить машину.
- Слушаюсь.
- Леди Додд.
Я нашел решение для наших проблем.
- Правда?
- Где живет чета Праут?
В Риверсайде, на углу с Алум-лейн.
В Риверсайде, на углу с Алум-лейн.
Понимаешь, картина
или скульптура отпочкуется от творца.
Лишь когда его работа взошла,
стала самостоятельной,
он сможет выразить о ней мнение.
Постоянно слышу «Би-би-си»
своего рода догматизм Джорджа.
- Он и сам едва ли понимает…
- Джимми, как ты ясно мыслишь!
Господи, это как бы моя работа,
ясно мыслить.
Всё равно, ты не обижайся,
но, по-моему,
ты слишком всё усложняешь.
Ну ладно.
Возможно, я склонен
сублимировать эмоции и порывы,
зато в рационализированную,
связную интеллектуальную систему.
Хочу сказать: почему бы и нет?
В конце концов, мы развили
рационализирующие способности,
и нельзя сомневаться в связности цели
или хотя бы внятности сего процесса.
Ведь, в конце концов,
есть особое удовольствие
в применении
наиболее развитых способностей.
Да, полагаю, что так.
А еще есть особое удовольствие…
Что тут еще добавишь?
Возьмем, к примеру, нас с тобой.
Вот вы где.
Миллион извинений за вторжение,
но я не мог сдержаться, знаете ли.
Меня зовут Пэрис,
я священник в военном лагере.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Прошу вас, не смущайтесь,
простите меня сердечно,
но в наше время очень приятно
видеть пару людей,
любящих друг друга и после брака.
Да, это сейчас большая редкость.
Но я пришел не за тем,
чтобы читать вам проповеди,
насколько я понимаю,
у вас остановился профессор Матч?
Это и есть профессор Матч.
Вот как… Как поживаете, профессор?
Как глупо с моей стороны,
я должен был вас узнать по радио.
Правда, вы пока ничего не сказали,
так что меня можно простить?
А вы?
Миссис Праут.
Да, я так и подумал. А мистер Праут?
Мой муж сейчас работает в мастерской.
Как же удачно складывается!
Потому что, понимаете ли,
я хотел поймать вас вместе,
то есть вас троих, естественно.
Тогда, быть может,
лучше пройти в мастерскую?
- Спасибо, вы очень любезны.
- Ступайте за мной.
Такое чудесное утро. Приятное и свежее.
Потрясающее у вас место,
миссис Праут, люблю мастерские.
Джордж, я привела гостя,
это преподобный Пэрис из лагеря.
- Проклятье!
- Это мой муж Джордж.
Капитан Пэрис желает кое о чём
поговорить, и я его пригласила.
Прошу вас, не отвлекайтесь,
чем бы вы ни занимались, мистер Праут.
Знаю, вы, художники,
любите тишину во время…
Да уж, какую дерзкую идею
вы решили воплотить, мистер Праут!
Что это будет?
Не будет, она уже готова.
В самом деле?
Джордж хотел ее назвать так: «Апофеоз».
Да. Ну, почему бы и нет?
Я заварю чай, вы будете?
Ну…
Даже людям моей профессии
свойственны слабости, не так ли?
Вы пока поговорите, я пойду приготовлю.
Спасибо.
Большое спасибо.
Чем можем помочь, падре?
Я пришел, как бы сказать,
выудить у вас идеи.
Я лишь утром узнал,
что у нас по соседству
проживают столь именитые люди.
И у нас отменилось выступление
в субботу в лагере,
и я подумал, что будет замечательно,
если вы придете на «Мозговой трест».
Вот оно что.
Профессору Матчу вообще-то
за это платит «Би-би-си».
Слишком много, но всё же…
Да, я знаю.
Знаю, что он профессионал,
но я подумал, что это поможет
уберечь солдат от беды,
да и спасти мое шаткое положение.
Да, понимаю.
Знаете, в целом я бы не отказался.
Но, по правде говоря, дело обстоит так,
что подобные викторины значат больше,
чем кажется на первый взгляд.
Я правда это ценю, профессор,
но я думал, что чета Праут
займется вопросами искусства…
И одна-две местных звезды…
- Какие местные звёзды?
- Ну как…
Разве встреча может быть полной
без леди Додд?
Какая встреча может быть
с ней интересной? Ужасная затея.
Не знаю, в каком-то смысле
это вполне можно устроить.
И в 50 других смыслах нельзя.
У меня нет мозгов,
а этот Матч — просто кретин.
Не лучше его соседа,
который глупее и добрее,
в обычной беседе.
Вы бы видели его на публике!
- Так, подождите.
- Ему кажется, что всё хорошо.
Вот только у него всегда
что-то заедает между его думалкой
и говорилкой во рту.
Думаю, что в большинстве случаев
он и сам не знает, что несет.
Вижу, наш дорогой друг
любит подурачиться, да?
Никогда и никого
в жизни не дурачил. С какой стати?
Плохо, что у вас нет
способности к самокритике.
Я то же самое говорил Анджеле.
Вот как, значит?
Кто бы говорил!
Полагаю, самокритичность —
не самое распространенное достоинство.
- Анджела! Кто сказал про достоинство?
- Что?
Анджела? Да что не так
с этой треклятой женщиной? Чаю хочу.
- Может, и не хочу, но он мне нужен.
- Уже бегу!
Ты чертовски долго!
Дорогой Джордж,
я привыкла к твоим дурным манерам,
но что о нас подумает капитан Пэрис?
Я знаю, что он о нас думает.
Думает, мы готовый «Мозговой трест».
- «Мозговой трест»?
- Да, вообще…
Я лишь зашел узнать,
интересно ли вам с профессором
помочь нам с небольшим шоу в лагере?
Правда? Будет весело, не так ли?
- Здорово же, что он нам это предложил?
- Здорово?
Вы же осознаёте,
что я отношусь к делу Микеланджело
с некоторой серьезностью?
Конечно, осознаю, мистер Праут,
но, по-моему,
даже Микеланджело согласился бы
ответить на парочку обычных вопросов.
Я лишь об этом вас прошу, не более.
Вы же его убедите, миссис Праут?
Ни в чём не могу его переубедить,
даже в том, чтобы поменять белье.
Я его переубежу.
Правда?
Правда, не уверен,
можно ли это так назвать,
но, раз он подчеркивает
свою ценность как художника,
я не могу не вытрясти из него всю душу.
Он это умеет. Он занимался боксом,
а Джордж — настоящий трус.
Разумеется,
давай обнажай
все наши сокровенные тайны
каждому проходимцу, вперед!
Глупости, Джордж. Падре не проходимец.
Да, и меня зовут Уильям.
И ты сам сказал, что мир стал бы лучше,
если бы мы все говорили правду.
Может, еще и все разденемся?
Анджела, покажи
свой шрам от аппендицита!
У меня преинтересное родимое пятно…
Умоляю вас, нет. По-моему,
я нахожу жутко любезным
ваше согласие прийти и нам помочь.
Выступление начнется в 19:30,
надеюсь, вы зайдете на бокал хереса.
Будем его разливать в Зеленом зале,
как мы его шутливо называем.
- Скажем, за 15 минут до начала?
- Минуточку, капитан.
В конце концов, никто не говорил…
- Вот именно.
- Нет.
И мы забыли обсудить
весьма важную, но непростую тему,
от которой зависит
весь успех этого мероприятия,
вашего «Мозгового треста»,
а именно: кто будет ведущим?
Я лишь хочу сказать:
ведущий должен быть непреклонным,
но и не тираном, понимаете?
Железной рукой в бархатных перчатках.
Он должен быть дипломатичен и собран.
Больше того, он будет и защитником,
и судьей, и присяжными в одном лице.
Вы уже кого-то наметили на его роль?
По правде сказать,
я…
Вы?
Да, уважаемый, это я… верно.
Ладно, не смею вас больше задерживать.
Спасибо за чудесный чай.
Я вас провожу.
Спасибо. Прощайте, профессор.
Всем до свидания.
До встречи в субботу.
Спасибо.
Глядите, во что вы нас втянули.
- Я?
- Да, вы.
И какую взбучку вы хотели мне задать,
если я не пойду? Я вам чуть не поверил.
- Ну, хочу сказать…
- Помните наш первый день в школе?
Когда мы попали в ту вонючую каморку,
и вы меня отметелили?
У меня сейчас было
ровно такое же ощущение.
Крайне неприятное.
Вы всегда были тем еще паршивцем.
Я, пожалуй, хорошо вас проучил.
Я весь семестр потом думал,
как бы вам отомстить.
К слову, до сих пор об этом думаю.
Вас приглашают на выходные,
а вы не уезжаете.
Ну, разумеется.
- Вы меня гоните.
- Не глупите.
Вы меня забавляете,
нравитесь почему-то Анджеле.
Может, потому,
что я ей не грублю при посторонних?
Не грубите при посторонних?
Господи боже! Не несите чушь.
Мы с Энджи — отличные друзья.
Да, знаю.
Если посмотреть на всех наших знакомых,
только мы счастливы в законном браке.
И мы друзья.
Не знаю, что бы я без нее делал,
чёрт бы ее побрал.
Взгляните на нее,
пытается поразить падре.
Бедняжка, это не ее сфера.
Думаю, за это я и ее люблю,
она совершенно непримечательная.
Не хотел бы я жить
с женой с тяжелым характером,
чертовски эгоистичной и хитрой.
Энджи не такая.
Она не Елена Троянская, знает это,
я это знаю, и она знает, что я знаю.
- И мы отлично ладим.
- Ладите, значит? Уверены?
А что, нет, что ли?
Кому об этом не знать, как не вам?
Да, полагаю, что так. Да, конечно.
Ладно, всем собраться. Так, вставайте!
Всем внимание. В субботу
в театре пройдет «Мозговой трест»,
и офицеру по досугу
нужны добровольцы-авторы вопросов.
Браун, Бакли, Пейн, Мур, Стеннинг,
садитесь и пишите вопросы. И помните:
никаких вопросов про армию, жалованье,
еду, личный состав и тому подобное.
Всё ясно?
А вот и ваши указания.
Как получите свои брошюры,
решите между собой,
кто отправит вопросы,
но мне нужны спонтанные ответы, ясно?
Иначе всех отправлю
в канцелярию роты, всем понятно?
Доброе утро, Джесси.
Я принес военформу.
- Что?
- Их так называет старшина.
Вопросы для субботы.
Положи их на стол, я потом всё разберу.
В Мордингтоне буду показывать кино
о мотогонках, в цвете.
Как насчет субботы?
Что? И пропустить «Мозговой трест»?
За кого ты меня принимаешь?
Вообще-то я тоже хочу задать вопрос.
Правда?
- Хочу кое-что узнать.
- А в книге нет?
Такое в книгах не найти.
Ума не приложу,
зачем ты это хочешь узнать.
Это для меня очень важно, вот почему.
Знаешь, не буди лихо, пока спит тихо.
Конечно, Уолтер,
тебе-то ничего не интересно.
Взорвись планета —
ты бы не спросил почему.
Вы там ссоритесь? Боже!
- Уолтер, ты мне нужен в субботу.
- Я?
Да, ты позаботишься
о рампах и занавесе.
- Справишься?
- Думаю, да.
Хорошо, я хотел тебя порадовать. Так!
Какой блестящий отклик!
Сразу виден интерес
к такому мероприятию.
- Да.
- Джесси…
Думаю, нас ждет
весьма увлекательный вечер. Посмотрим…
«Знают ли в "Мозговом тресте"
рецепт вкуснейшего домашнего джина?»
Надеюсь, есть вопросы получше.
Кстати, мне жаль видеть,
что вы с Уолтером до сих пор спорите.
Порой я сомневаюсь,
подходим ли мы друг другу.
Почему нет?
Так-то лучше. Да, я…
этого не понимаю, но получше, господи.
А, по-моему…
Уолтер только и говорит,
что о моей внешности
да рычащих моторах и приемниках.
Вряд ли нам нужны вопросы
о футбольном тотализаторе.
Простите, Джесси.
Ничего страшного,
просто через 40—50 лет
это всё приестся,
а чтобы понимать людей,
нужно образование.
Чего Уолтер совсем не понимает.
Он сам так сказал.
А вот это хороший.
Да, но если у вас
одинаковый уровень образования…
- Тогда плохо обоим.
- Почему?
По-моему, надо жениться
на партнере лучше себя,
чтобы хоть один был в выигрыше.
Боже мой!
Это очень материалистичный взгляд
на вещи, Джесси.
А как же любовь?
Я мало что об этом знаю.
Любовь — это, конечно, хорошо,
но где гарантии любви до гроба?
Риск довольно большой.
Да, но, Джесси,
если вещь стоящая,
то и риск будет большим.
Мой отец тоже так говорил.
А мы потом у соседей
клянчили деньги на похороны.
Да, я знаю, но…
Это же ваш почерк, Джесси.
- Да, это мой вопрос.
- Что?
Джесси.
Если вы не против,
я не стану его читать.
- Почему?
- Потому что…
Разве вы не понимаете?
Если вопрос хороший и я его отберу,
меня обвинят в фаворитизме,
а если он плохой,
то вы просто расстроитесь.
Так что, Джесси, может,
вы его просто заберете назад?
Простите, Джесси, но вы же меня поняли?
Разумеется.
СУББОТА, 19:30
ВЕЛИКИЙ МОЗГОВОЙ ТРЕСТ
Это еще что такое?
Джесс, я же заказывал херес.
Я пригласил их
на бокал хереса, не на банкет.
Знаю, но не всем нравится херес,
и я решила взять всего понемногу.
- Невыпитое можно вернуть.
- Вот как?
Тогда сойдет. Слушайте, Джесси,
положите вопросы на мой столик.
Разложите по порядку.
И, Джесси, проследите,
чтобы у каждого был стакан с водой.
Уже сделала.
Вы умничка.
Ума не приложу, зачем ему это.
Падре решил всё оформить
в лесном стиле.
Это, по-твоему, лес?
Другого не было. Осталось
от пантомимы Женского корпуса.
Я, как ведущий, с большим удовольствием
представляю вам
сегодняшний «Мозговой трест».
Итак, слева от меня…
Нет, справа от меня…
Добрый вечер, падре.
Вы же не против,
что я привела Брайана и Пенелопу?
Лорд Додд пошел в кино,
и они бы остались совсем одни дома,
с домработницей да горничной.
Всё в порядке, леди Додд.
На сцену я их, конечно, не возьму,
хотя не сказала бы,
что они ничего не понимают.
Уверен, что понимают, леди Додд.
Угостить вас бокалом хереса?
Мне, пожалуй, не стоит.
Я же должна четко мыслить.
Может, самую капельку.
Кто еще сегодня будет?
Кроме профессора Матча и четы Праут?
Ну, я… пригласил доктора Макадама.
Милого доктора Макадама!
Мы его приглашаем лишь ради слуг,
но до чего приятный человек!
И, конечно, мистер Байрс,
член парламента.
Боже, он же лейборист, вам известно?
Да, известно,
но он как-никак представляет электорат.
Спасибо трем голосам,
да и то после двух подсчетов.
Он бы их не получил,
если бы не его клеветническая кампания,
в которой он обвинял сэра Джона
в разбавлении пива.
Что полная нелепость,
судя по ситуации во время выборов.
Возможно, потому что в тот вечер
все сильно налегли на виски.
Давайте сбережем
все аргументы для сцены.
Попробуйте херес,
мистер Байрс. Или угодно пива?
Если нет шампанского.
Боюсь, тут не Палата общин,
мистер Байрс.
Мне нужно выпить
перед этой треклятой ерундой.
Падре что-то говорил про херес.
Мне надо что-то покрепче хереса.
Крупный бокал виски.
Если бы вы с Джимми
вернулись с реки вовремя,
успели бы забежать в «Ред Лайон».
И я ему сказал, что он может…
Ах, миссис Праут.
Добрый вечер.
Добрый вечер, профессор. Мистер Праут.
- Не волнуетесь, надеюсь?
- Ну…
Конечно нет. Проходите,
знакомьтесь с другими знатоками.
Леди Додд, мистер Байрс,
чета Праут, профессор Матч.
- Здравствуйте.
- Так, все будут херес?
- Я лучше выпью виски.
- Что?
Да, конечно.
Вечер выйдет увлекательный,
подбодрит наших солдат, я уверена.
Многих из них не научили мыслить
четко, ясно, решительно.
Я это поняла, когда Уизерби
пригласила меня в свой клуб.
Они просто не понимали, о чём я говорю,
хотя я довольна проста.
Да, так и есть.
Сложность в том,
что мы говорим на разных языках.
Да, есть такое.
- Миссис Праут, профессор.
- Большое спасибо, падре.
Так, надеюсь,
доктор Макадам не опоздает.
Уже полвосьмого.
Да, я знаю, Джесси, как там публика?
Наполовину полный зал.
Наполовину? Что ж,
всё равно лучше, чем во вторник,
думаю, придут еще зрители.
Нет, вряд ли.
Тогда со спокойной душой
выпьем за успешный вечер.
- Благодарю.
- Простите за опоздание, Пэрис.
Вызвали в последнюю минуту.
Даже не успел переодеться,
надеюсь, не страшно?
Конечно, всё в порядке,
солдаты не против. Подходите сюда.
- Познакомьтесь с миссис Праут…
- Здравствуйте.
Мистер Праут. Леди Додд и мистер Байрс.
- Здравствуйте.
- И профессор Матч.
- Кто?
- Профессор Матч.
На медицинские вопросы
мы сможем ответить.
Я могу уйти пораньше, знаете ли,
у меня там роды.
Не знаю, это может длиться часы,
а может, и нет.
Надеюсь, что продлится.
Слушайте, они уже нам аплодируют.
Какая любезная публика!
Боюсь, они так показывают,
что ждут начала,
так что допивайте напитки, дамы,
стоит уже занять места.
Проследуете за мной,
леди Додд? Спасибо.
Леди Додд. Вот сюда, миссис Праут…
Итак, дамы и господа,
я, как ведущий, с большим удовольствием
представляю вам
сегодняшний «Мозговой трест».
В конце, справа от меня
сразу представлю вам Джорджа Праута,
знаменитого автора масляных картин.
Он также член
Королевского института художников,
чрезвычайно престижной организации
людей, пишущих маслом.
Так что,
если есть вопросы по искусству,
уверен, он сможет на них ответить,
особенно если речь идет
о картинах, написанных маслом.
Я очень рад вам представить его соседа,
нашего старого друга, доктора Макадама.
Старина доктор!
Выдающегося выпускника,
кажется, Эдинбургского университета?
Да, Эдинбургского.
И, полагаю, леди Додд
в представлении не нуждается.
Пожалуй, не будем ее смущать
и далее поприветствуем миссис Праут.
Не знаю, называть ли ее
миссис Праут или Анджелой Килпатрик,
ведь она автор многочисленных
и чудеснейших книг для детей,
а также, насколько я понял,
живо интересуется марионетками.
Возможно, она как-нибудь
устроит нам шоу, да, миссис Праут?
Спасибо, большое спасибо.
Благодарю. И для меня
большое удовольствие представить
ее соседа, профессора Матча
из университета Скерривора
и программы «Би-би-си».
Он настоящий знаток математики
и, насколько мне известно,
один из лучших филателистов.
Так что, если есть вопросы
по математике или маркам,
уверен, он сможет вам на них ответить.
Наконец, я очень рад поприветствовать
члена нашего парламента,
мистера Джо Байрса.
Про политику у нас не будет,
поэтому мы очень рады
его тут приветствовать.
А теперь перейдем к теме вечера.
Вопросы обо всём на свете.
Я выбрал их случайно, по возможности.
Естественно, мы отмели
вопросы о политике или религии,
а также несерьезные вопросы,
не относящиеся к делу.
Мы же не будем обсуждать
политику или религию
со столь смешанной публикой.
Также командир не одобрил пошлости.
Но у нас осталось много вопросов.
Первый от рядового Диксона.
Он спрашивает: «Почему коровы в поле
бегут за поездами?»
Что ж, посмотрим. По-моему…
Давайте сперва спросим леди Додд.
Прошу вас, леди Додд,
почему коровы бегут за поездами?
Ну, это вопрос,
которым я не раз задавалась сама.
Моя тетушка — большая приятельница
сэра Джеймса Бэрри,
и он говорил,
что они бегали за детками,
если те выпадали из окон.
Сама я сомневаюсь, что дело в этом,
хотя, к вашему сведению,
коровы — до ужаса умные животные.
Спасибо большое, леди Додд. Профессор?
Ну, должен сказать…
Следует ли предполагать,
что мы действительно ищем причину,
почему коровы бегут за поездами?
Если вы меня понимаете.
Непременно, да!
Да, они… Даже не знаю…
В конце концов,
если речь идет о причинах,
то тут мы с головой
погружаемся в психологию,
можно ли сказать,
что на коров влияет психология?
Ведь мы недостаточно это изучили.
Это может быть
простейшая проблема биофизики,
но мы просто этого не знаем, не так ли?
Понимаете, о чём я?
Да, разумеется. Спасибо вам, профессор.
И мистер Байрс?
Их будоражит шум.
В местах, где часто ходят поезда,
коровы за ними не бегут,
они к ним привыкают.
Да, спасибо,
мистер Байрс. Миссис Праут?
Я соглашусь с мистером Байрсом.
Любой непонятный шум будоражит.
Думаю, они бегут за поездами,
чтобы разбавить скуку.
У коров очень монотонная жизнь,
не забывайте.
Я не согласен.
У большинства людей
куда более скучная жизнь, чем у коров,
и больше всего на свете
они не хотят, чтобы этот ритм нарушали.
И вообще, коровы за поездами не бегают.
Еще как бегают, Джордж.
Нет, не бегают.
Да и коровы женского пола.
Какой смысл беспокоиться,
чем они там занимаются?
- Да-да!
- Так, тишина.
Так, доктор Макадам,
может, резюмируете ответ?
Что? А какой был вопрос?
Почему коровы бегут за поездами?
Понятия не имею.
Что ж, думаю, мы получили много разных
и исчерпывающих ответов
на столь интересный вопрос.
Думаю, совет «Треста»
считает нецелесообразным
копаться в мотивах коров.
Следующий вопрос не менее интересен.
Он от… 857643,
младшего капрала Дженкса В.
Королевской военной полиции.
Он спрашивает: «По мнению "Треста",
провалилась ли идея цивилизации?
Да и что такое цивилизация?»
На такое надо достойно ответить.
Миссис Праут?
Сперва лучше ответить на второй вопрос.
Да, как пожелаете.
«Да и что такое цивилизация?»
Разумеется, цивилизация —
практическое воплощение знаний и опыта
ради блага
как можно большего числа людей.
Вот как?
Ты берешь некую группу олухов,
а потом проверяешь,
насколько это всё зайдет.
Это не цивилизация.
Цивилизация будет,
если есть полдюжины вменяемых людей
и тысячи миллионов простофиль.
Но простофили должны молчать.
Молчать?
Самое время для них заговорить.
А теперь, боюсь, мы встаем
на скользкую дорожку политики.
Возможно, леди Додд скажет нам,
считает ли она
идею о цивилизации провальной?
По-моему, она вовсе не провальная.
Взгляните на нас. Или римлян.
Вспомните, как они относились
к животным и христианам.
Спасибо, леди Додд.
Думаю, мы более или менее ответили…
Ответили…
Вы желаете что-то добавить, профессор?
Ну да…
Полагаю, я должен кое-что добавить,
ибо я посвятил немало времени
этому вопросу.
Должен сказать, что надо начать.
Это важно, хочу я сказать.
Начинать надо с предельно четких идей,
чтобы мы понимали, о чём мы говорим.
Я хочу сказать, понимаете ли,
дело не в том, что в мире
существует лишь одна цивилизация,
ведь их было множество.
И это безнадежно.
Я могу об этом говорить весь вечер,
но, пожалуй, не стану.
Нет, пожалуй, и не стоит, профессор,
но всё равно большое спасибо.
Мистер Байрс,
но… прошу без политики.
Что вы думаете о цивилизации?
Я мало о ней думаю.
И в этом вся суть.
Думаю, можно сказать,
что «Мозговой трест» считает,
что о цивилизации можно сказать многое,
но ее пока рано списывать со счетов.
- Теперь перейдем…
- Смею кое-что добавить.
Цивилизации, сверху донизу построенные
на основе притворных классовых идей
и в целях наживы, —
самая нелепая попытка
дешевого строительства.
Вся эта конструкция из вранья и палок
когда-нибудь развалится.
- Вот увидите.
- Тише, мистер Байрс.
- Давайте перейдем к…
- Согласен с каждым вашим словом.
Разрушат каждую чудесную идею,
что мы, люди, придумали,
чтобы приструнить горилл и невеж.
Кого вы подразумеваете
под гориллами и невежами?
Драгоценный пролетариат ваш.
Провалиться мне на месте!
Кем вы себя возомнили?
Председатель говорит,
вы зарабатываете картинами.
Моя 12-летняя дочка рисует картины,
но, если я увижу,
что она начнет качать права,
так как умеет рисовать лошадку
или хризантему,
я ее выпорю дай боже!
Прошу вас, мистер Байрс,
перейдем к следующему вопросу.
В жизни не видел лейбориста,
умеющего что-то, кроме как кричать.
Вот как?
Хотите правду-матку, так получайте!
Хотите кулаком по носу? Милости прошу!
Давай, покажи, из какого ты теста!
Прошу, мистер Байрс,
и вы, мистер Праут, вы не в себе,
не во гнев будет сказано.
- Я требую извинений.
- Что вы, мистер Байрс…
Конечно, я прошу прощения.
Я принимаю ваши извинения.
А вот это прекрасно,
просто чудесно, право.
Можем наконец переходить
к следующему вопросу.
Этот тоже крайне интересный.
Он от бомбардира Бенскина,
и бомбардир желает знает,
есть ли подтверждения тому,
что на лунной поверхности
есть живые существа?
- На чём?
- На поверхности Луны.
Ну, профессор,
думаю, это по вашей части.
Скажите, есть ли доказательства жизни
на поверхности Луны?
Нет!
- Что, простите?
- Нет.
Но… Никаких подтверждений?
- Нет.
- Вообще?
Это так необычно.
Да, хорошо…
Простите, бомбардир Бенскин,
но, похоже, придется согласиться с тем,
что не существует доказательств жизни
на поверхности Луны. Какая досада!
Теперь перейдем к другому вопросу.
Он от… рядового…
Боже, вроде бы Хезекайа.
Не может быть… Минутку.
Это солдат Джей Би…
Киллигрю.
Что… что вы сказали?
Киллигрю, Джесси Киллигрю.
Ах, это вы, Джесси. Это…
Да, весьма интересно.
Ладно, рядовой Киллигрю желает знать…
Господи. Что с вашим почерком, Джесси?
Похоже на «мрак», но вряд ли.
Хорошая ли это идея, брак?
Что-что?
Это мой вопрос.
Хорошая ли это идея, брак, и, если да,
то как лучше всего выбрать спутника?
А я думал, там написано «мрак».
Ладно, рядовой
Джесси Киллигрю желает знать,
считает ли «Мозговой трест»
брак хорошей идеей.
Начнем с вас, леди Додд.
По-моему, идея замечательная.
Помимо милости к животным,
это одна из лучших идей в мире,
за исключением христианства, конечно.
И потом она воплощает в себе всё.
Разве нас стали бы венчать в церкви,
если бы не считали это чудесной идеей?
Спасибо, леди Додд.
А вы, доктор Макадам, что-то притихли.
Что вы думаете?
Простите, я не расслышал вопроса.
Простите, леди Додд.
Брак — это хорошая идея?
Не знаю, хорошая или плохая,
но она неизбежная.
Это лишь договор,
что разумные люди подписывают редко.
Доктор, какая жуткая мысль!
Что вы сказали?
Говорю, что мысль жуткая.
Зато это правда.
Если любовь не безумие,
то я никогда не видел сумасшедших.
Тогда как вы объясните то,
что в мире сотни,
тысячи счастливых пар?
Ко всем можно привыкнуть,
если сильно стараться.
Если всё так просто,
то вы почему не женаты?
Потому что я не сходил с ума.
Спасибо, доктор Макадам.
Миссис Праут.
Видно, я сошла с ума,
когда выходила замуж.
Нашла что сказать при посторонних.
Не обращайте на нас внимания.
Джесси, правда, это хорошая вещь!
Но я хочу знать.
- И я тоже.
- И я.
Да, нас много, и мы хотим знать.
Но вы должны говорить честно.
Будьте людьми, хорошо?
Если вы не расскажете всё,
что знаете о мире,
мы ничему не научимся.
- Джесси…
- Всё хорошо, я постараюсь помочь.
Когда я впервые встретила Джорджа,
я подумала о нём лишь одно:
что у него довольно грязные ногти
и что он не умел бриться.
Откровенно говоря,
ты тоже мало чем могла похвастаться.
И ты вечно при разговоре вздрагивала.
Помню, что заметила причудливый,
весьма неприятный запах.
Его сложно описать.
Не думаю, миссис Праут,
что стоит его описывать здесь.
Это был не религиозный
и не политический запах,
скорее, турпентинного масла
и лежалого табака,
может, потому я и вздрагивала.
Я гуляла с щенком,
и тот вдруг начал кусать
мистера Праута за туфли.
- Так мы познакомились.
- Как мило!
- А какой щеночек?
- Скотч-терьер.
Нет любви сильнее,
чем любовь к собакам, да?
Это была грязная собачонка
по клике Самбо.
Первое впечатление о нём
было не лучше, чем о его хозяйке.
Она была похожа на лежалую водоросль,
а еще и с насморком.
По правде сказать, выглядела я неважно.
Неважно, как ты выглядела,
погоды это бы не сделало.
В последующие месяцы
мы вели себя, как полные дураки.
- Годы.
- А почему?
Так как мы носились друг с другом
из-за крошечной массы,
которая не умела ни читать, ни писать,
ни слушать, ни говорить, ни думать.
Она имела лишь волю.
Но каким-то образом она позволяла
сказать нашим соседям:
«Привет, давайте соберемся
и вырастим то,
что будет идеальным сочетанием
Анджелы и Джорджа».
«Точно», — скажет другая воля.
«Сперва надо их обоих свести с ума.
Он неопрятный чёрт
с лицом, как у горгульи.
Она длинная цапля
с постоянным насморком.
Пусть он думает, что она Венера,
а она думает, что он Аполлон.
Иначе их ни за что не одурачить
и не приковать друг к другу
до скончания их дней».
Доктор вполне себе прав.
Вы правы, говорю.
Да, но насчет чего? Я вас не расслышал.
Я говорил…
Прошу вас, мистер Праут… не надо опять.
Но я хочу знать…
- Джесси!
- Послушайте.
Я не была настолько безобразной!
- Была, еще как.
- Чушь!
- Что?
- Ну…
Мистер Праут,
вы так о ней думаете сейчас,
или тогда так думали?
Право, я должен положить этому конец.
Но почему? Это же так увлекательно.
Разве цель не образовательная?
Я думала,
для этого и есть «Мозговой трест»,
чтобы научить нас чему-то,
и мы только начали.
Мы увидели двух людей,
прикованных друг к другу навсегда,
но не знающих зачем.
Так бывает не всегда.
Думаю, мой муж, когда женился,
прекрасно знал, что ему нужно.
Ладно, это уже случилось,
я хочу знать, что будет дальше.
Счастливо ли они живут?
Никто счастливо не живет,
зато можно хорошо ладить.
- Ну…
- Что еще за «ну»?
Да, у нас бывают взлеты и падения,
но я считаю,
что у нас чертовски хороший союз.
Я бываю неблагоразумным,
про Анджелу и не говорю,
но мы быстро приходим к modus vivendi.
- К чему?
- К соглашению.
Но какое лучшее?
Нет, господи, всё не так!
- Что он сказал?
- Что это не так.
Хорошо лишь Джорджу.
Есть кому заниматься
его бельем, готовкой,
слушать его бредни
да говорить, какое он чудо,
но где в этом польза Анджеле?
У нее куда более ясный ум, чем у него,
есть все таланты, чтобы стать кем-то,
а еще у нее есть то, чего нет у вас:
манеры и трудолюбие.
И что ей остается?
Жить, как помощнице фокусника,
которая машет платочком
и кричит «Вуаля!»,
когда вы достаете
паршивого кролика из шляпы. Мерзость!
Да, но как так получилось?
А я вам скажу, сейчас услышите.
Это неприкрытый, открытый…
Прекратите!
Прекратите.
Сядьте, пожалуйста, профессор.
Дамы и господа, полагаю,
нам лучше сделать перерыв,
хотя мы явно на пике дискуссии.
В буфете будут поданы кофе
и прохладительные напитки.
Мы всех ждем через десять минут,
и, надеюсь, всё вернется на круги своя.
Занавес, Уолтер. Спасибо.
Так, слушайте все.
Я не намерен
подробно анализировать случившееся,
как и не хочу никого ограничивать,
но вместе с тем мне кажется…
что некоторым из нас
стоит серьезно задуматься о том,
что сейчас произошло.
- Это правильно.
- Да, верно.
Чудесно, какая веселая вечеринка!
Что говорила та барышня из зала?
Выпейте, доктор.
Очаровательная девушка
с дружелюбной улыбкой.
- Угощайтесь.
- Сделала атмосферу дружеской.
Слушай, Джесси.
Ты чего это вздумала
выставить себя напоказ?
Хочу знать,
что происходит с людьми после свадьбы.
- Но необязательно…
- Я не полагаюсь на авось.
На моей улице нет счастливых пар,
и я хочу знать почему.
Видно, не на той улице живешь.
Джо, нам три пинты горького.
- Торопитесь?
- Да, в театр.
Там сегодня веселье и игры.
Лучше боев без правил! Не шучу.
Не удивлюсь, если потом начнется драка.
- К этому всё и идет.
- Расскажи.
Боюсь, пора возвращаться, леди Додд.
Смею вам напомнить,
что, если мы все приложим усилия,
начнем сотрудничать и избегать
личные темы во что бы то ни стало,
то я совершенно уверен,
что в этот раз всё пройдет безупречно.
- Сделаю всё, что в моих силах.
- Да, я не сомневаюсь, леди Додд.
Уверен, все последуют вашему примеру.
Идемте, занимайте места. Леди Додд.
Извините, мистер Байрс.
Идемте.
О чём говорил старина Пэрис?
- Никаких личных тем.
- Что?
Никаких личных тем.
- Ладно, мистер Байрс.
- Хорошо.
Леди Додд, тут… есть один вопрос
про сумасшедших.
Быть может, при таких обстоятельствах…
Вполне невинный вопрос.
Возможно, леди Додд,
меня лишь беспокоит то,
как продержаться до занавеса.
Уверен, у нас это получится?
Так, все в сборе и готовы к бою?
Уолтер, поднимайте занавес.
Погодите, Уолтер.
А где мистер Праут? Мистер Праут!
Вот вы где, мистер Праут.
Боже, я уж решил, мы вас потеряли.
Итак… Готовы? Давайте, Уолтер.
Похоже, людей стало еще больше,
чем в начале.
Плохие вести быстро разносятся.
Итак, дамы и господа,
мы переходим
ко второй части «Мозгового треста».
Не скажу, что первая часть
была чем-то омрачена,
скорее, была внесена смута
из-за некоторых,
как бы это назвать… причуд?
Думаю, вы согласитесь, что чашка чая…
или… любого другого…
освежающего напитка
помогла всё привести в порядок.
Итак, первый вопрос
от рядового Слейтера
из Продовольственной службы.
Он хочет знать, что такое чувство юмора
и как можно его удачно развить.
Леди Додд?
Я всегда могла похвастаться
отличным чувством юмора,
чему всегда была несказанно рада.
Что касается его развития,
то, пожалуй, лучше всего будет
выписывать журнал вроде «Подколки»,
посмотреть самые разные картинки.
Спасибо вам, леди Додд.
Так… доктор Макадам.
Интересно, расслышали ли вы вопрос?
Да, я же не глухой.
Извините.
Хотите тогда что-то добавить?
У меня чувства юмора нет,
нет на это времени.
Ну, не знаю.
По-моему,
добрая шутка помогает по жизни,
если она не пошлая, конечно.
Порой слушаю «Би-би-си»
и ушам своим поверить не могу.
- Спасибо, Байрс.
- Господин ведущий.
Да, Джесси, что на этот раз?
Простите, но вы не ответили
на мой последний вопрос.
Именно!
Но, Джесси, постарайтесь
умерить свое любопытство.
Чета Праут имеет право на личную жизнь.
Я лишь хочу узнать про брак.
Прошу вас, тихо! Ради бога, Джесси!
Итак, рядовой Слейтер,
«Мозговой трест» считает,
что трудно дать определение
чувству юмора, но это полезная вещь.
И мы считаем, что его можно развить,
читая подходящие журналы
и воздержавшись от «Би-би-си».
Перейдем к следующему вопросу.
Его задало анонимное лицо.
Вопрос такой: «Как мясная муха
отрывается от потолка,
когда хочет взлететь?»
Это крайне интересный вопрос.
Как мясная муха отрывается от потолка?
Кого это волнует?
Явно того, кто задал этот вопрос.
Ну, доктор Макадам,
может, вы нам поможете?
Да, конечно…
Говоря о чувстве юмора,
справедливо заметить,
что во врачебной практике
бывает немало смешных моментов.
Доктор…
Помню одного старика
с опухолью на спине
размером с вашу голову.
Доктор, у нас другой вопрос.
Я пригласил к нему хирурга,
и мы оба сошлись на том,
что ее надо убрать.
Да, доктор, но…
И мы провели операцию
на кухонном столе.
Должен сказать, юный врач был молодцом,
такой искусной работы
я не видел никогда.
Остался такой красивый шрам.
Вы уходите от темы,
мы перешли к другому вопросу.
Старик, бедняга,
не мог ничего показать.
В силу обстоятельств, сами понимаете.
Да, доктор,
но мы теперь говорим о мясных мухах.
Да-да.
И мы его уложили в кровать,
и, когда он очнулся
после хлороформа, он сказал…
Мясные мухи, доктор!
Нет, что вы, мяса он не хотел,
только глоточек коньячку.
Так вот, старик пошуровал под подушкой,
вытащил пачку грязных банкнот
и спросил хирурга, сколько с него.
А тот говорит: «Десять гиней».
А старик отсчитал восемь банкнот.
«Держите, — сказал он, —
восемь фунтов, берите или уходите,
а, если не нравится,
можете вернуть опухоль на место».
Каких только затейников не встретишь!
- Да, помню еще одну…
- Так, «Мозговой трест»…
Нет, прошу вас, доктор,
давайте в другой раз.
Да, мне безразлично.
Вот бы мне кто-то объяснил,
как мясные мухи
вообще могут ходить по потолку.
- Нельзя же быть такой дурой!
- Довольно.
- Что?
- Я сказал: «Довольно».
Честное слово, мистер Матч,
не понимаю, какого чёрта
я не могу сделать замечание жене?
- Вы беснуетесь да сотрясаете воздух.
- Он не беснуется.
Именно беснуется.
Мистер Праут, прошу вас.
И профессор, вы тоже.
У «Мозгового треста»
нет единого мнения о мясных мухах,
следующий вопрос.
Мисс Бёрджесс желает знать,
может ли доктор тотчас к ней явиться.
Что… Боже, это не вопрос, а записка.
Это вам, доктор Макадам,
от мисс Бёрджесс, она вас ждет.
Ах да.
- Простите, что вынужден так убегать.
- Ничего. Разумеется.
Рожает не мисс Бёрджесс.
Она патронажная медсестра.
Всем до свидания. Доброй ночи!
Простите, меня вызывают.
Приятного вечера, доктор.
Так, следующий вопрос…
Господин председатель,
может, сперва ответите на мой вопрос?
Брак — это хорошая идея?
Джесси, в последний раз прошу.
Сядьте и сидите тихо.
Но я желаю знать, что случилось.
Все хотят знать, разве нет?
- Да!
- Да!
Прошу вас. Джесси…
Прошу прощения,
надо немедленно это прекратить.
Посадят ее на гауптвахту,
если она не угомонится.
Джесси, я прошу вас взять себя в руки.
Вы устраиваете сцены.
Вот еще, нет!
У меня в семье истеричек нет.
Мы все работаем в поте лица.
Я просто хочу знать, и всё.
Джесси, но что вы хотите знать?
Хочу знать,
что случилось. Все хотят знать.
Пожалуйста, для меня это важно.
Не знаю, я… Я не…
Всё хорошо,
прошу, не плачь. Я тебя уведу.
Руки от нее уберите!
Сядьте тут, мистер Праут.
И ведите себя прилично!
Следовало вас предупредить,
что я тоже своего рода боксер.
Был чемпионом
в любительских боях в среднем весе.
Знаю, как и тот боров,
вы из тех бойких ребят,
что нокаутируют других,
словно два землекопа.
И вы посмели коснуться меня
своими грязными лапами?
Треклятые тираны, вот вы кто!
Треклятые тираны!
Мистер Праут, простите,
не плачьте, возьмите себя в руки.
Будьте мужчиной.
Не знаю, что и делать, леди Додд.
Но это не ваша вина.
Тихо. Минуточку, послушайте!
Я хочу кое-что сказать!
Минутку. Послушайте.
Я не хочу причинять беспокойств.
Я лишь задала вопрос,
ответ на который для меня важен.
И, на мой взгляд,
он важен для всех молодых людей тут.
- Да!
- Да!
Конечно, мы об этом говорим,
но что мы знаем?
Мы ничего не знаем.
Спрашиваем людей с опытом,
а те от нас отмахиваются
ложью и глупыми шутками.
Многие из нас
не видели образованного человека
ни разу за всю службу,
но теперь тут есть вы.
Мы хотим, чтобы вы сказали,
стоит ли вступать в брак.
Прошу вас, миссис Праут,
вы сделали верный выбор?
Если нет, то что пошло не так?
Она права, знаете ли. Мы…
Надо ответить на ее вопрос.
Нет, извините.
Я вынужден стоять на своем.
Как-никак ведущий тут я.
«Мозговой трест» желает,
чтобы я продолжал,
или мне сделать ведущей
рядового Киллигрю?
Нет, продолжайте,
у вас блестяще выходит.
У вас хорошо получается.
Послушайте, Джесси,
может, подниметесь и станете ведущей?
Нет, не хочу.
Хорошо тогда.
Тогда хозяином тут остаюсь я.
Знаю, мистер Байрс скажет,
никто не достоин быть кому-то хозяином.
- Хотя…
- Женщины не достойны.
Быть хозяйками и женами.
К порядку!
Так, чего вы от меня хотите?
Переходить
к следующему вопросу или нет?
По-моему, надо прислушаться к барышне.
В конце концов, мы же «Мозговой трест».
Раз она задала вопрос,
то имеет право на ответ.
Будь это политсобрание,
она бы ответ получила.
- Да!
- Верно!
Так и быть, миссис Праут,
вы, кажется, хотели что-то добавить?
Что именно желает знать мисс Киллигрю?
Просто хочу понять,
как всё складывается.
Ну, брак.
Мне сложно сказать. Бывает…
Ты словно вдруг сходишь с ума,
но потом постепенно приходишь в себя.
Так было у нас. Сперва я стала…
замечать в Джордже то,
что мне совсем не нравилось,
полагаю, это задело его самолюбие,
ведь он начал быстро выходить из себя.
Конечно, всё потом было не так.
Но и вы стали другой,
не такой, как три года назад.
- Мы с Джорджем преданы друг другу.
- Совершенно.
Поначалу вы не замечали недостатков?
Я же сказала, что замечала. Причем все.
Просто тогда они были не важны.
Они словно принадлежали
другому человеку.
По-моему, лорд Теннисон
отлично это выразил,
сказав, что друзья прощают
слабости друг друга.
И, если мы прощаем друзьям слабости,
то сколько всего
мы должны прощать мужьям?
Главное — взаимные уступки.
Благодарю вас, леди Додд,
блестящий вывод.
Полагаю, можно резюмировать так:
брак — это действительно хорошая идея,
если мы готовы к взаимным уступкам,
как сказала леди Додд.
- Перейдем…
- Только если это не односторонне.
Да, это не должно быть односторонне.
Полагаю, леди Додд ясно выразилась,
перейдем теперь…
Но это всё односторонне. Какого чёрта?
Простите, но сами посудите:
я знаю эту пару лучше всех.
Я знаю Анджелу лет десять,
а Джорджа — почти 30.
Он добрый малый и всё такое,
но ленивый и эгоистичный
до мозга костей,
а самолюбия,
как у павлина с тремя хвостами.
Хотя одному богу известно,
чем он там кичится.
Я лишь хочу сказать,
что она личность, так что какого чёрта…
Естественно, мне нельзя.
По какой-то причине
никому нельзя ничего говорить
о подобных вещах, пока не поздно.
Что ж, уже поздно!
И у женщины вся жизнь сломана
из-за непроходимой тупости
глупого ничтожества вроде него.
Хоть кто-то должен ему сказать,
и мне плевать, знает ли он.
Другими словами…
Профессор выразил мнение,
что на жертвы должны пойти обе стороны,
что уступки должны быть взаимными.
- Перейдем к следующему…
- Уж извините.
Мы не перейдем.
Этот господин имел наглость
ходить туда-сюда по моему дому,
как покорная собачонка,
притворялся мне другом.
А теперь тут стоит и оскорбляет меня
при всём честном народе.
Я желаю знать почему,
если он, конечно, в состоянии
два слова внятно связать.
Вы найдете для этого
более подходящий случай, мистер Праут.
Я настаиваю! Он сказал
либо слишком мало, либо много.
Желаю знать, что он имел в виду.
Я полагал,
что выразился предельно ясно.
Я назвал вас эгоистичным,
самолюбивым тупицей.
И это правда. И как она его выносит?
Мою жену в это не вмешивайте!
Но это правда, Джордж, с тобой сложно.
Именно.
И ты на меня ополчилась.
Еще секунду назад закатывала глаза,
всей армии говорила,
как ты меня любишь.
Но я не удивлен, это типичная ты.
Требуешь отношения
как к разумной женщине,
но в то же время
просишь привилегий избалованного дитя.
Как из такого существа
можно сделать товарища, партнера?
Начать вести себя,
как подобает джентльмену.
По-вашему, вы так себя ведете?
Диалог возможен лишь с вменяемыми.
Прекратите, это невыносимо!
Честно говоря,
я тоже считаю, что это чересчур.
Я совершенно не удивлен, леди Додд.
Господа,
либо ведите себя цивилизованно,
либо покиньте сцену.
Еще как покину
и заберу миссис Праут с собой.
Никого вы не заберете!
- И кто меня остановит?
- Я!
Так и будешь сидеть,
слушать, как меня оскорбляют?
Не представляю
ни единой достойной женщины,
которая бы спокойно слушала,
как оскорбляют ее мужа.
Не представляете?
Это одна из немногих радостей женщин.
Если говорить об оскорблениях,
то я спокойно выслушивала,
как меня оскорбляют с самого начала,
причем ты, Джордж.
И, скажу я тебе, с меня хватит.
Тряси своим грязным бельем на публику,
раз Пэрис тебе позволяет.
Я ухожу с Джимми.
Я тебе это запрещаю.
С какой стати? Он что, твой любовник?
Да, так и есть. То есть… он…
В некотором роде он… Да.
Ты хочешь сказать,
что всё это творилось у меня под носом?
Ничего не происходило
у вас под носом, глупости!
Простите, профессор Матч,
но моя жена сейчас
более чем ясно дала понять,
что она мне изменяла с вами.
А вы придавали столько значения
своим аристократическим замашкам.
Вы обвиняете мою жену во лжи?
Всё совсем не так, Джордж,
ты не так понял.
А что это тогда?
Я имею право хотя бы на объяснение.
Конечно, мы с Джимми
испытываем друг к другу теплые чувства,
но не в этом смысле.
Можешь пояснить,
что значит «в этом смысле»?
Нет, уважаемый, нельзя.
Спокойно, Праут.
Извините.
Когда я женился, я сказал себе:
либо женюсь на идеальной женщине,
либо останусь холостяком.
Я был беден, но художникам
можно жениться на ком угодно.
И я пытался жениться
на женщине изящной и красивой,
без изъянов, с полным теплоты голосом,
со здравыми речами,
но не слишком заумной.
Я ее знал, слышал, но не видел.
Я лишь знал, что она меня поразит.
Брюнетка ли, бледная ли, неважно,
пусть даже высоченная,
но главное —
она должна быть прекрасная,
честная, кроткая и сильная.
И глядите, на ком я женился.
Скромные у него были запросы, да?
Прошу, пройдите в Зеленый зал.
Я буду через минуту.
Занавес, Уолтер.
Дамы и господа,
думаю, я могу смело заявлять,
что «Мозговой трест» считает,
что обсуждение священных уз брака
не должно происходить
в смешанной аудитории,
поэтому мы вынуждены положить конец
дальнейшим дискуссиям.
Добавлю, что для следующей недели
я попробую организовать
повторный визит…
струнного квартета Мэй Сэвитт Кволтроп.
- Большое всем спасибо.
- Дамы и господа.
Полагаю, я выражу мнение
всех присутствующих,
если от всей души поблагодарю
нашего нового главу по досугу,
преподобного капитана Пэриса, за то,
что он подарил нам самые впечатляющие,
и, не в обиду будь сказано,
будоражащие сознание моменты досуга
в истории этого лагеря.
Также мы хотим вас попросить,
капитан Пэрис,
преподобный,
можно ли сделать «Мозговой трест»
постоянной частью
нашей досуговой программы?
Гип-гип-ура для падре,
три раза. Гип-гип!
Ура!
И, естественно, он украл машину.
- Джимми.
- Что?
Давай сядем на автобус.
Надо уезжать. После такого
я не могу оставаться дома!
И куда же мы поедем?
Меня сегодня выставили
на посмешище, мне это не нравится.
Простите, мистер Байрс.
В последний раз
я ввязался в этот балаган.
Если бы тетка Чарлея
не сбежала в Донкастер,
ничего бы этого не случилось, да?
Одна беда всегда притягивает другую.
Боюсь, наш приятель Праут
слишком приложился к виски.
Правда.
Что нам делать с четой Праут?
Следует заметить,
что вы достаточно с ними сделали.
Разве вы не видели,
что мистер Праут пил?
Да, и уверен,
он намерен продолжить банкет.
Когда Матч и миссис Праут
вернутся домой, будет скандал,
что угодно может произойти.
А она права, знаете ли.
Оставлять их наедине небезопасно.
Но я сделал всё, что мог,
леди Додд, чем я могу тут помочь?
Если они начнут ссориться,
можете их разнять,
Уолтер вам поможет.
Джесси, моя работа — не разнимать,
но объединять людей.
Это вы тоже можете сделать.
Нельзя оставаться в стороне.
Я попрошу Уолтера завести машину.
Знаете, а не посоветовать ли
этой барышне сходить к психиатру?
Кому еще билет?
Проедем сегодня 80 километров,
а завтра возьмем фургон
до Корнуолла или Уэльса.
Мне всё равно куда.
Но у меня в среду эфир радиодискуссии.
Я не могу подвести «Би-би-си».
Тогда поедем в Лондон,
припаркуем фургон там.
- На Портленд-плейс?
- Не неси чушь.
У меня вообще-то назначено
восемь выпусков.
Можем найти местечко у Темзы,
доберемся до любой точки Лондона.
Это же довольно просто, нет?
Да, полагаю, что так.
Погодите, Джесси, а вас кто звал?
Вдруг вам нужна моя помощь.
Да, ей точно надо к психиатру.
Джордж вернулся.
В мастерской горит свет.
Он, должно быть, там.
- Что мы ему скажем, если увидим?
- А мне всё равно!
Я ни за что не передумаю.
- Ни за что?
- Ты о чём?
- А то, что…
- Идем со мной.
Надо принимать решение так скоро?
- А почему нет?
- Я думал о своей квартире.
Моя домработница, знаешь ли,
терпеть не может перемены.
Для тебя домработница важнее меня…
Нет, это не так, дорогая,
но я не могу ее уволить,
в таком возрасте ей некуда пойти.
Уж если я готова переехать,
ты тоже можешь изменить обстоятельства.
Да, но я объяснил, Анджела,
как ни посмотри…
- Суть…
- Ты меня не любишь?
Я тебя люблю всей душой.
И я тебя. Понимаешь?
Надо действовать сейчас.
Да, но, Анджела…
Переодевайся, собирай чемодан,
я сделаю то же самое.
А вот и Праут.
Проверьте, вернулись ли те двое.
Мистер Праут!
- Мистер Праут.
- Вот отсюда!
Мистер Праут, прошу,
прекратите себя так вести.
И, мистер Праут,
давайте вы прекратите это пить.
Это лишь делает всё хуже.
Проваливайте уже
и прекратите совать нос
в чужие дела, ясно?
А вот грубить ни к чему, мистер Праут…
А вы тут какими судьбами?
Приехала с капитаном Пэрисом
и леди Додд.
Я не хотела
доставлять вам проблем, правда.
Можете не извиняться, милая,
вообще-то я вам благодарна.
Если бы не вы,
у меня не хватило бы решимости,
так что большое спасибо, милая.
Идем, дорогой!
Прошу, миссис Праут,
выслушайте капитана Пэриса.
- Нечего тут обсуждать.
- Но, миссис Праут!
А вы тут откуда, надоедливая проныра?
Леди Додд!
ДОРОГАЯ АНДЖЕЛА, ЭТО КОНЕЦ.
ТЫ МЕНЯ БОЛЬШЕ НЕ УВИДИШЬ. ПРОЩАЙ.
ПРИНИМАЙТЕ РЕГУЛЯРНО
СЛАБИТЕЛЬНОЕ «БАЙЛ БИНС»
Ну же, мистер Праут,
не будьте дураком, откройте дверь.
Если не уйдете, я вам мозги растрескаю!
Я в этом сомневаюсь, мистер Праут.
- Видите ли, я был…
- Да знаю я!
Чемпион в среднем весе в монастыре.
Мистер Праут.
Мои фотографии! Что Джордж задумал?
- Миссис Праут, профессор Матч.
- Вы тут зачем?
Хотя бы выслушайте меня.
Вы не можете так сбежать.
Простите, но я прошу вас
всё хорошенько обдумать, лечь спать,
порознь, естественно.
Уверен, утро вечера мудренее.
Джимми, ты понял?
- Видимо, Джордж тоже уезжает.
- Что?
Поэтому он забрал все мои фотографии.
Очевидно, миссис Праут,
он не видит жизни без вас
или хотя бы без вещей,
которые ему бы о вас напоминали.
Так, профессор Матч,
у всех бывают бредовые идеи,
и мы не всегда ведем себя разумно,
но есть то, о чём забывать нельзя.
О нашем самоуважении,
и это то, что играет роль сейчас.
Что играть?
Ну, вы… учились в закрытой школе,
должны знать, что значит играть.
Джимми, мотор гудит!
Ты прав, там Джордж!
Это совершенная нелепость.
Мы не можем сбежать все вместе.
Возможно, так лучше, профессор Матч.
Не несите вздор.
Миссис Праут!
- Джесси!
- Слава богу, вы там!
Записка от мистера Праута жене.
- Прыгать лучше сейчас.
- Да, пока не переехали мост.
- Вы не могли бы?
- Миссис Праут.
- «Прыгать», ты сказал?
- Мы, должно быть, сошли с ума.
Вот записка от вашего мужа.
- Не желаю ее читать.
- Вдруг узнаем, куда едем.
И какая разница, куда мы едем?
Главное, что нас везет Джордж.
Анджела. Взгляни-ка.
Что там написано?
Что? Что он пытается этим сказать?
Что-то важное, миссис Праут?
Как понять «это конец»?
Он же не хочет сказать…
- Он же не станет?
- Конечно нет.
Он лишь хочет нас запугать.
Да, непременно, так.
Он явно едет к матери.
Он так уже делал, да?
- Его мама живет не тут.
- Не тут?
- Это дорога Роксборо-Клифф.
- Что?
- Она ведет к утесам Роксборо.
- А после них что?
Ничего. Дорога кончается
на вершине утеса.
Это известное живописное место.
Там лишь стоит лавочка,
где продают открытки и мороженое.
Бред! Он же не пошел бы
на подобный шаг?
Что бы мистер Праут ни задумал,
он точно едет не за мороженым!
Тогда за чем? Что ему взбрело в голову?
Я вполне уверен,
что этому есть простое объяснение.
Зачем он забрал мои фотографии?
Да, зачем? И что же нам делать?
Я сразу сказал,
что нельзя действовать опрометчиво.
То есть виновата я?
Нет, виноват я,
что впутался в подобное.
То есть я тебя в это впутала?
Да. Я предлагал всё обдумать.
- Что обдумать?
- Профессор!
Нет смысла
перекидывать вину на чужие плечи.
- Я не перекидываю.
- Как это называется?
Миссис Праут, вы оба,
сохраняйте спокойствие!
Уж постарайтесь успокоиться, сесть
и всё обсудить,
как здравомыслящие люди.
Должен быть простой способ
сообщить мистеру Прауту, что мы внутри.
Например, постучим по стене.
Далеко до тех утесов?
Не знаю, километр!
- Километр?
- Мистер Праут!
Я слышу шум моря. Джордж!
Бессмысленно, профессор, я пытался.
Но я слышу шум моря, говорю вам!
Придется нам выпрыгивать.
- Идем, Анджела.
- Нет!
- Да!
- Нет, я не стану!
Без паники, момент неподходящий.
Раз Джордж желает
прыгнуть с утеса, пусть!
- Он это делает из любви ко мне!
- Чушь!
Не время
для псевдогероизма, миссис Праут.
Он слышит шум моря.
Нет! Я останусь тут,
я останусь с Джорджем. Джордж…
Нет! Нет, в обморок не падать!
Нельзя, миссис Праут. Она в обмороке.
Тут не проехать, места нет.
- Джесси, садись за руль.
- Кто, я?
- Да.
- А ты что будешь делать?
Увидишь. Предоставь это мне.
Возьмите ее под руки и поднимите.
Вот так. Тащим.
Что-то случилось.
Джордж!
Джордж, дорогой, всё хорошо?
Скажи, что ты цел. Что произошло?
Колесо спустило. Вы тут все откуда?
Вы специально прострелили мне шину?
Что за детский заговор?
Ты же не собирался покончить с собой?
Покончить с собой?
О чём это ты, чёрт побери?
Что ты намеревался сделать?
То, что любой здравомыслящий мужчина
сделал бы в таком случае:
уехал бы и написал бы шедевр.
А мои фотографии?
У меня не осталось холста,
я хотел их перекрасить.
- Перекрасить?
- Надо на чём-то рисовать.
А теперь, сорвиголова,
если хочешь попасть домой,
забирай свою девушку и остальных,
а еще поменяй мне колесо.
И половины этих проблем
даже не возникло бы,
если бы многие приняли холодную ванну
да прогулялись бы перед завтраком.
Могу я кое-что сказать?
Джесси, послушайте, прошу вас,
постарайтесь в этот раз
просто ничего не говорить.
- Да, но я лишь хочу…
- Джесси, довольно.
- Да, Джесси, заткнись.
- Что?
Что бы ты ни говорила,
лучше это не сделает.
Вот как? Ладно тогда.
А ты почему встреваешь?
- У меня свое мнение.
- Вот оно что?
Да, а что, нельзя?
Я сегодня выслушал много болтовни,
пока возился с занавесом,
и к чему это привело?
Похоже, речь идет о парнях вроде меня,
которые стоят на перекрестках,
гуляют с военнослужащими девушками,
ходят с ними на танцульки.
И у нас была возможность узнать,
что творится в этом мире,
мы узнали больше, чем те,
кто полжизни уткнулся в книгу,
получал образование.
Есть вещи,
о которых из книг не узнаешь,
только разве что из чужих слов.
Особенно военнослужащие девушки
должны это понимать.
Возьмем, к примеру, сегодня.
Если у парней и военнослужащих
слишком много свободного времени,
вполне очевидно,
что будут всякие шуры-муры.
Я сам это видел.
Конечно, обычно это всё безобидно,
но смотря насколько далеко заходить.
Скажем, какой-то парень
флиртует с чужой девчоночкой.
И у ее парня
есть два-три варианта ему ответить.
Он может посверкнословить
и начать жаловаться.
Может дать в бубен другому,
чтобы девчоночка это запомнила,
но всё это бессмысленно.
По моему опыту, можно сделать
лишь одно. Сесть за пинтой крепкого
и сказать: «Дружище, слушай.
В мире полно других девчонок,
с их глупыми разговорами
и расческами по всем углам,
зачем ты клеишься к моей девчоночке?
К ней надо привыкнуть, предупреждаю.
И я к ней привык.
Пораскинь мозгами сам,
военнослужащие девушки
всем более или менее достаются.
Есть же понятные вещи: поесть, поспать,
но нельзя связываться
с чужими девчоночками.
Были времена, когда я был готов
отдать самую красивую девушку
за тарелку солонины
да с хлебушком, да с маслицем,
так что имей совесть, приятель,
давай на посошок, а?»
Вот что бы я сказал на его месте.
Думаю, что сказал бы. Хотя кто знает?
Уолтер, я в жизни бы не подумала!
А знаете что? Уолтер прав. Уолтер!
- Брось ты, Джесси.
- Нет, честно.
Видите, он дело говорит.
Если бы не сегодняшний «Трест»,
ничего из этого не всплыло бы и…
и я бы, наверное, не определилась.
Так ты определилась?
Да, Уолтер.
Ну, слава небесам!
А мне это очень нравится!
Вы всё уладили, да?
Именно. Всё будет хорошо, миссис Праут,
если вы чуть подождете, а вашему мужу
больше ничего не взбредет.
Профессор, пожалуй,
вам стоит переночевать у нас.
Да, я хочу сказать…
Нет, ему лучше остаться тут.
Нет, не лучше.
Заводите машину,
не заставляйте леди Додд ждать.
Всем доброй ночи.
Анджела, что ты будешь делать?
На следующей неделе поеду в город,
пусть мои волосы превратят
в железные опилки.
Тогда мне станет получше.
- Мы ждем вас, профессор.
- Да-да.
- Анджела, хочу сказать…
- Ступай вон!
Тогда прощай.
Пожелаю доброй ночи миссис Праут.
Доброй ночи, мистер и миссис Праут.
- До свидания.
- Пока.
По-моему, тебе не стоило
так разговаривать с Джимми.
Я чуть не кинула в него сумкой.
Он весьма чувствительный малый.
Господи, да я… А толку-то?
Обязательно везде раскидывать
свои подтяжки?
Ты всё равно их не носишь.
Вряд ли сейчас удачный момент
для обсуждения подтяжек.
Возможно, и не удачный.
Джордж, ты правда…
собирался закрасить мои фотографии?
Я хотел оставить одну в гостиной.
Есть у меня одно желание, Энджи.
В доме нет ни капли.
Я не об этом. Я хочу чаю.
Я… поставлю чайник.
Ну нет. Я его поставлю сам.
Ты? Не глупи, я сама поставлю.
Нет, милая, ты устала.
Я поставлю чайник.
Но чайник всегда ставлю я.
Давай его поставим вместе.
ПОПРИВЕТСТВУЕМ ВНОВЬ
СТРУННЫЙ КВАРТЕТ МЭЙ СЭВИТТ КВОЛТРОП
 

////////////////////////////