Любовь кончается на рассвете (1953 год). Цитаты и фразы из фильма

Les amours finissent à l’aube (1953)

Жена Дидье больна, и он делает все возможное, чтобы заботиться о ней. Но он часто отсутствует, и у него случаются случайные любовные связи.

Все фразы и цитаты

ЛЮБОВЬ КОНЧАЕТСЯ НА РАССВЕТЕ
Алло? Спасибо, мадемуазель.
Алло, Анна?
Мадам проснулась?
Дайте мне её.
Доброе утро, дорогая. Как ты?
Не хотел тебя беспокоить,
ты так красиво спала...
Погоди немного. Да, войдите!
Вас срочно спрашивает
месье Ланцель. - Да, знаю!
Не могу долго говорить... Если
будешь выходить, на улице сыро.
Конечно, сегодня суббота -
вернусь пораньше.
Как можно скорее.
Я тоже тебя целую, дорогая.
О-о, вот вы!
- Доброе утро.
Получили сейчас милое письмецо
от нашего дилера из Бельгии.
Перед продлением договора
просит время на раздумье.
Хитрый способ дать понять,
что он расстаётся с нами.
Каналья! А я ведь трижды
ездил к нему в Брюссель.
И ни на миг у меня не возникло
ни малейшего подозрения.
И даже на вокзале...
- Да, время ушло.
Он обедал с директорами крупной
немецкой автомобильной компании.
Надо было сказать мне.
- Я не считал его нечестным.
За последние годы определение
честного человека изменилось.
И всё-таки мы не можем его
потерять. Это важно для фирмы.
Совет директоров возмутится.
- В понедельник я буду в Брюсселе.
Возвращайтесь
с подписанным контрактом.
Вам дан карт-бланш.
Мы рассчитываем на вас.
Вы на самом деле везучий человек.
- Волевой. Что одно и то же.
Я больше не буду говорить вам
о подобной литературе. - Да.
До свиданья, мадемуазель.
Держи. Спасибо.
Ты читаешь такие газеты?
Конфисковала их сегодня
у одной из учениц.
Если не позволяешь читать им, то,
может, могла бы и себе запретить?
У меня много власти над другими,
но никакой - над собой.
О, это ужасно!
- Что именно?
В сундуке на Северном
вокзале обнаружен труп.
Как можно это покупать?
Не понимаю, как в 16 лет их
могут интересовать истории...
трупов в чемодане,
изуродованных покойников.
Рубрика "Сердечных писем" -
ещё куда ни шло, но это...
Анна, что за стакан
валяется в мусорнике?
Стакан, который я разбила.
- Браво! Сегодня - стакан.
Вчера вы порвали шнуры
от штор в гостиной.
Кстати, вы их заменили?
- Да, я купила целый моток.
Вот, смотрите! Только
ещё не успела повесить.
Ужин в разгаре. - Анна,
у вас засорилась раковина!
Просто она не спешит. - Но чего
вы ждёте, чтобы прочистить её?
Сантехника! - Не стоит. Здесь
годится любое моющее средство.
Какое? - Моющее. Серная кислота,
например, разбавленная водой.
Этому же учат в школе!
Я всем прежним хозяевам и
так служила, без аттестата.
А в Париж мы скоро вернёмся?
В понедельник. А что?
Не нравится за городом?
Мне нужен уличный шум. В такой
тишине даже не заснуть. - Ох...
Анна!
- Иду!
Я ещё что-то разбила?
- Малышка, салфетки... - Забыла!
Где Дидье? - В гараже,
дорогая, ставит машину.
Наконец-то! Не представляешь,
какими длинными были эти дни!
Для меня тоже.
Это неразумно - так бегать!
С самого утра, когда ты уходишь,
я начинаю тебя ждать.
Брожу из комнаты в комнату.
Гадаю, во сколько ты вернёшься.
Прислушиваюсь к шуму машин.
Уже поднаторела: всегда знаю,
когда это твоя. - Дорогая...
Ты отдыхала после завтрака?
- Нет. Я уже устала отдыхать.
Твои родители?
- Приехали.
Надеюсь, составят тебе
компанию несколько дней.
Ты опять уезжаешь?
- Да.
Мне пора бы привыкнуть, но я
не могу, боюсь твоих отъездов.
Хочется заснуть и проснуться,
только когда ты вернёшься.
Когда ты так говоришь, я думаю,
всё ли сделал для твоего счастья.
Дорогой!
Ты слишком одинока.
Тебе нужно развлекаться, гулять,
видеться с людьми, с друзьями...
А у тебя есть друзья?
- Конечно.
Кто?
- Ты.
Вот и вы!
Дидье, я вас обожаю. Мой муж
такого внимания мне не уделяет.
Что делать! Когда я женился,
то был очень молод, чтобы уметь.
Да, а потом?
- Стал слишком стар.
Возьми, дорогая.
В бар "Сент-Антуан"!
Вы не взяли свою "симону"?
- Сегодня - нет.
Надеюсь, вы ею по-прежнему
довольны? - Да, да.
Двери плохо закрываются, стартёр
заедает, радиатор течёт... - Так.
Да, но кроме этого, мне
не за что её упрекнуть.
Добрый день, месье Гоффин.
- Добрый день.
Таковы, месье Герре,
эти французские машины...
Добрый день, месье.
Прошу сюда.
И по какой единственной причине
мои земляки их иногда покупают?
Потому что в этих машинах
они ощущают себя в Париже.
Но это всего лишь сантименты.
А так - ваша "симона"
теряет обороты.
Для автомобиля это
более чем серьёзно.
Гратен и цыплёнок, тушёный
в порто. Годится? - Вполне.
В общем, вы отказываетесь
продлевать ваш контракт?
И какое вино? - Как обычно.
- Хорошо.
Мне в самом деле очень жаль.
Рад это слышать.
Ибо тогда могу я спросить...
ваше беспристрастное мнение...
о нашей новой модели.
Роскошный кузов, не так ли?
Даст 160 километров на шоссе?
И экономия горючего, делающая эти
километры самыми дешёвыми в мире.
А цена? - На 20% меньше, чем
у всех автомобилей этого класса.
Не решаюсь спросить,
как вы этого достигли.
И вы правы.
Я этого не скажу.
Вы больше не в нашей команде.
Итак?
Ваше беспристрастное мнение?
Послушай...
Опять встречались с этим
жиголо? - Ничего подобного.
Серьёзный парень и
хочет на мне жениться.
Вы слишком часто меняете этих
серьёзных парней, малышка.
Взгляните на часы.
- Полвторого.
Ваши опоздания за этот месяц - более
четырёх часов. - Вы хорошо считаете.
Почти так же хорошо, как я.
- Опять ваши дерзости!
Ещё могу сосчитать вам,
если хотите, количество...
бутылок шампанского и виски,
проданных в баре за месяц и...
не внесённых, по вашему
указанию, в отчётность.
Во что вы вмешиваетесь?
- В то, что меня не касается.
Меня интересует только это.
Добрый день, мадемуазель.
Как с оплатой?
Не пойдёт. На днях вы доставили
15 дюжин, а в счёте указали 25.
Заплачу, как обычно.
- Хорошо, мадемуазель.
Видите, я охраняю
ваши интересы?
Когда-нибудь я выставлю
вас за дверь.
Не сможете. Я уйду раньше.
- Это счёт?
Что ж, друг мой, торопитесь
заработать на немцах.
Ничего ещё не решено.
Мне не нужно торопиться.
Это не так. У вас мало
времени. Даю вам год.
С этого момента мы начнём
продавать нашу новую модель.
Простите...
И никто - слышите? - никто
не сможет с нами конкурировать.
Но минутку, месье Герре, минутку!
Вы говорите только о деньгах.
А я говорил вам о чувствах моих
земляков к французским машинам.
И что?
- Я тоже бельгиец.
У вас 24 часа на раздумья.
И вы дадите мне чёткий
ответ - да или нет.
Простите, мадемуазель, у вас есть
французские сигареты? - Да, месье.
Две пачки, пожалуйста.
Прошу.
- Спасибо.
До свиданья, месье.
Пока, Гастон. - Спокойной
ночи, мадемуазель Леон.
Прости, что заставила ждать.
Как, ты уже готов? Собирался
уехать, не попрощавшись?
Ты спала. У меня
поезд в 11.30.
Знаешь, ты странный.
У тебя есть...
все недостатки, которые я люблю, и
нет достоинств, которые я ненавижу.
Это редкость - мужчина,
не похожий на других.
Мы встретились уже трижды,
а я ничего о тебе не знаю.
Например? - Когда будет
четвёртый раз? - Не знаю.
То есть жду, когда ты соизволишь.
По-твоему, это естественно?
Признай, я очень любезна.
А если однажды всё изменится?
Я это пойму. - Похоже,
я тебя больше не увижу.
Если да, то скажи сразу.
В любви один всегда любит
больше другого. - Любовь?
Вон куда клонишь...
- Дура я, и сама это знаю.
Но я думаю о тебе и грущу,
когда тебя нет рядом.
Это объяснение в любви?
- Ты удивлён? - Пожалуй.
Я не встречалась бы с тобой,
если бы была к тебе равнодушна.
Иначе кто я? - Умная женщина,
принимающая жизнь без прикрас.
Ты свободна? Я тоже.
Мы ничего не обещали друг другу.
Почему ты защищаешься?
Ты ведь не одинок в жизни.
У тебя есть жена? Любовница?
Ответь. - Послушай,
когда мы встретились,
то решили никогда
не задавать вопросов, так?
Что ты себе вообразил?
Успокойся, я независима.
Мне никто не нужен.
Я зарабатываю на жизнь.
Не хочешь попрощаться?
Да, ты торопишься...
Дай мне свой адрес
в Париже. - Зачем?
Потому что мне осточертел
"Сент-Антуан", Брюссель!
Хочу работать в Париже.
В Париже? Но здесь тебе
намного спокойнее. - Думаешь?
К тому же, если ты останешься
без работы, я могу тебе помочь.
Речь не об этом!
Я действительно собираюсь
переехать в Париж.
Ты знаешь там кучу людей, тебе
нетрудно меня рекомендовать.
Это да. - И потом, при случае
я могла бы видеться с тобой.
Мне это всегда приятно.
Так дашь мне свой адрес?
- Если хочешь.
Спасибо.
Фирма желает выразить
вам свою признательность.
Чем мне это грозит?
- Организация автосалона в Женеве.
Для этого мне нужна
полная свобода действий.
Именно так. Вы будете
руководить всем.
Какие средства будут
в моём распоряжении?
Посмотрим позже. - Я должен
знать это без промедления.
Нет! Это невозможно.
Отвечаю вам, словно клиенту,
требующему доставку до конца...
месяца: "Это невозможно".
Изучите ситуацию, подготовьте
докладную - мы её рассмотрим.
А если мои оценки превысят
возможности предприятия?
Мне придётся положить мой
доклад в долгий ящик и...
перейти к другим упражнениям?
Работать даром несправедливо.
Мой дорогой, в жизни нужно
уметь сносить несправедливости...
пока не получишь право
совершать их самому.
Это случится, вот увидите.
Тем более, с вашим характером.
В этом отношении я вас
наверняка разочарую.
Мадам Бернар!
Зашли посмотреть, месье Герре?
Наш малыш встаёт на ноги.
- Надеюсь на это.
И первым это замечу.
Покажу вам потом цифры.
Они мне придутся по душе!
- Расскажите мне о подвеске.
Улучшаем последнюю модель.
Так просто не скажу, но...
На ходу уже смотрели? - На 160
не шелохнётся. Идите взгляните.
Альберта? Анна!
Откуда вы?
- Видите, мадам?
Я говорила, что мадемуазель
вернётся раньше нас.
Не сердись... - Ты ушла и
даже меня не предупредила.
Шатались по магазинам и всё зря,
потому что вернулись к первому.
Значит, так!
Ну, покажи мне свой подарок.
Итак, господа, мне не стоит
повторять свои рекомендации.
Вы поедете аккуратно?
Не будете рисковать?
Пусть даже запоздаете.
В Женеве вас встретит
хороший парень. Платенье.
Но прошу вас самих
присмотреть за разгрузкой.
Увидимся через два дня.
Послезавтра. До встречи, господа!
Грустно? - Словно твой ребёнок
едет в свадебное путешествие.
Вырастили его - и улетает,
и мы не увидим его счастья.
Кстати, подготовьте мою машину.
Еду завтра, с небольшой ревизией.
Не беспокойтесь, месье Герре,
будет сделано. - Спасибо.
С годовщиной, дорогая.
- С юбилеем!
Спасибо.
Ах, Дидье!
В жизни не видела
ничего красивее.
Дидье, я счастлива. - Это я
хочу сделать тебя счастливой.
Дать всё, чего ты заслуживаешь.
Ты знаешь, кто ты для меня.
У меня ничего не было. Ты
принесла мне счастье. - Я?
Я люблю тебя. И всё.
- Это и приносит счастье.
Когда есть любовь, всё
остальное даётся легко.
Ради тебя, я думаю,
я бы добился чего угодно.
Думаешь, это имеет значение?
Я буду красивой для тебя.
Твой успокаивающий взгляд -
лучший подарок.
Он говорит, что ничего
не изменилось. Ничего.
Ничего. С самого первого дня.
И ничего не может измениться.
Ты - именно та, кого я желал
ещё до нашего знакомства.
Каждый мужчина носит в себе
свою мечту. Для меня это ты.
На свете всегда есть двое,
созданных друг для друга.
Чудо, что они встречаются.
Мне в этом повезло.
Дорогая, боюсь, я не таков,
каким ты меня представляешь.
Я знаю тебя лучше, чем ты сам.
Тебе не нужно говорить,
чтобы я поняла тебя.
Тебе ничего от меня не скрыть.
Что? У тебя есть
секреты от меня?
Если скажешь "да",
я тебе не поверю.
Верно, я и забыла.
А ты не забываешь никогда.
В первые годы нашего
брака я была счастливее.
Всё было трудно...
но я хотя бы жила!
Альберта, прошу тебя...
- Как я завидую другим женщинам!
Альберта, тебе будет
плохо... - Вот именно!
Каждый миг я ощущаю твою
тревогу за моё здоровье...
Когда ты звонишь, я угадываю
её по всем твоим словам.
Ты волнуешься за каждый жест.
Ты боишься за мою жизнь!
Но разве не видишь, что лишённая
прежнего счастья, я мертва.
Я уже мертва.
Остальное не имеет значения.
Мои драгоценности... они вдруг
становятся скучными, бесполезными!
Я люблю только любовь.
Твою любовь.
Понимаешь теперь, почему я -
самая несчастная из женщин?
Любовь моя, перестань...
- Нет, ты должен знать!
Давно! Я перепробовала
всё - и всё бесполезно!
Больше я не могу.
Я не хочу больше лечиться.
Я больше не доверяю.
У меня нет больше сил!
Альберта...
- Дидье...
Альберта! Альберта...
Клеманс!
Итак, доктор?..
- В общем, кризис миновал.
Теперь нечего бояться.
Я зайду завтра утром.
Доктор, умоляю, я хочу знать!
- Я ведь вам говорил.
Вы можете потерять её внезапно,
но она может прожить и год,
и два, и возможно, десять лет.
Тяжёлая болезнь порой долго мучает
больного, прежде чем унести его.
Есть же какое-то средство.
Вы должны что-нибудь сделать.
Вы же видели профессора Сулье,
он подтвердил мой диагноз.
Он тоже ничего не может.
Настоящий доктор - это вы.
Вашей жене нужна жизнь спокойная,
без огорчений, но и без радостей.
Вы меня понимаете.
Малейший восторг будет фатальным,
как и самое лёгкое из огорчений.
Я понимаю, как вы одиноки.
Вы защищаете её, оберегаете
дом от всех потрясений и шума.
Именно это чудо
сохраняет ей жизнь.
Она сознаёт серьёзность
ситуации? - Как знать...
Тяжелобольные люди более
чутки, чем здоровые.
Повторяю вам, ни малейшей
досады, ни малейшего шока.
От этого зависит жизнь.
Надеюсь... он...
не очень испугался.
Я два года доставляю
тебе хлопоты, дорогой.
И как раз перед отъездом...
Поедешь машиной или поездом?
- Ни то, ни другое.
Но завтра тебе нужно быть
в Женеве. - Меня не будет.
Я остаюсь с тобой. Ланцеля
предупредил. Всё улажено.
Почему ты передумал? - Потому что
три недели без тебя - это долго.
Дидье... доктор скрывает
от меня правду.
Он лжёт. Вы все лжёте.
Мне хуже, чем говорят.
Успокойся, пожалуйста...
Что ты себе вообразила?
Вот я спокоен.
Совершенно спокоен.
Это неправда, ты боишься.
Уверяю тебя, что нет.
- Ты лжёшь.
Клянусь, ты ошибаешься.
- Я тебе не верю.
Как я могу тебе это доказать?
Уехать. Ради работы.
Я поеду.
Видишь, я совсем не волнуюсь.
- Тебе и не нужно, Дидье.
Мой Дидье... я люблю жизнь.
Люблю свою жизнь с тобой.
Не нужно бояться.
Ты можешь ехать спокойно.
Эй! Нельзя повнимательней?!
- А дальше нельзя было поставить?
Или я водить не умею?
- Вот я сейчас поучу!
Послушайте, успокойтесь...
Сейчас дам адрес...
Оформите страховку.
Ладно, не надо. Некогда.
Мне нужно ехать. - Прямо
сейчас? В такую погоду?
Не переживай...
Я ждала тебя целый час.
- Зачем ты приехала?
Нам нужно поговорить.
- Это так важно?
Суди сам.
- Так говори!
Не здесь. За пять минут
всё не расскажешь.
Уезжаешь куда-то? - Да!
- Значит, я вовремя.
Весь Брюссель знал,
кто ты, кроме меня.
Не спросишь, как я тебя нашла?
Ван Гоффин дал мне твой адрес.
Нет, не туда.
Холодно...
- Чего ты от меня хочешь?
У меня будет ребёнок.
- Что?!
Ты уверена?
Да. Твой ребёнок.
Ладно.
Я сделаю всё, что нужно,
чтобы ты не нуждалась.
Ты возвращаешься в Брюссель?
Это на первое время.
Я пришла не за деньгами.
- Тогда чего ты хочешь?
Чтобы ты женился на мне.
Чтобы дал ребёнку имя. Своё.
Это невозможно.
- Почему?
Я женат.
- О-го-го, как забавно!
У мужчин всегда одна отговорка.
- И тем не менее, это правда.
У тебя есть дети?
- Нет. - Тогда что?
Вполне можно развестись.
- Повторяю, это невозможно!
Я не могу! И не хочу.
Ты стыдишься меня?
Что, ищешь, что бы ещё соврать?
Я не уйду отсюда,
пока не узнаю всё.
Хорошо, я тебе объясню.
Моя жена больна.
Очень больна.
Она может умереть от шока.
Любое волнение может её убить.
Её жизнь зависит от меня.
Какое воображение!
Такого я даже не ожидала.
Оно и так тебе
неплохо послужило.
Думаешь, я поверю
в твои сказки?
Ты дал мне ложное имя.
Поддельный адрес.
Помнишь, после последней
ночи в моём доме?
Обещал мне помочь в Париже.
А думал лишь об одном -
никогда меня не видеть.
С самого знакомства
ты постоянно мне лгал.
В определённых
обстоятельствах все лгут.
Но сегодня я говорю правду.
Поэтому не требуй невозможного.
Веди себя разумно.
- Разумно?!
Этим словом люди
прикрывают свою трусость.
Если говоришь правду,
я хочу в этом убедиться сама.
Я знаю, где ты живёшь,
и я пойду туда.
Спятила? Ты этого не сделаешь!
- А кто мне помешает?
Я хочу видеть эту женщину,
поговорить лицом к лицу.
Леон, умоляю!
Ты совершишь преступление.
Преступление - как громко!
- Ты не отдаёшь себе отчёта...
Пусти меня! Сейчас мне
никого не жаль! Тем хуже!
Ты не пойдёшь.
Нет, пойду и расскажу
ей всё про тебя!
Нет, не пойдёшь!
- Пойду! Пойду!
Не пойдёшь! - Пусти, мне
больно! - Ты не пойдёшь!
Пойду, пойду! - Не пойдёшь!
- Мне больно! Пойду...
Сундук из Нанси
Лемерсье, ответьте!
Алло? Алло? Алло, я слушаю?
Рад приветствовать
вас здесь, месье Герре.
Мне удалось занять лучшие места
в женевских ежедневных газетах.
И ещё - первую полосу
в специальном воскресном выпуске.
Рекламные материалы получили?
- Будут завтра утром.
Утром? Это поздно.
Разберитесь с этим, всё
нужно было предусмотреть.
Ещё в Париже. - Месье Герре,
вам звонят из Брюсселя.
Алло? Да?
Кто меня спрашивает? Ах, так...
Я вас плохо слышу. Минутку!
Перестаньте, мадемуазель.
Алло, ван Гоффин?
Да, вы мне помешали.
Что ещё случилось?
Вы едете в Женеву?
Посмотреть новую модель?
Из-за этого вы звоните?!
Делайте, как хотите,
старина. До свиданья.
В деле Тома Ланси
появились новости.
Лаборатория судебной экспертизы
смогла опознать жертв.
Сотрудники полиции арестовали убийц,
и те дали признательные показания.
Что с тобой?
Захотелось вдруг
меня увидеть? - Да.
Нужно поговорить. - Я нужна
тебе? Никогда бы не поверила!
У меня ведь есть сердце,
хоть я и не говорю об этом.
У тебя какое-то горе, это
видно... - И даже больше.
Ты не хочешь оставаться один,
потому и позвонил в мою дверь.
Женщины всегда чувствуют
такое. Я ошибаюсь? - Нет.
Сегодня вечером я
подавлен. Встревожен.
Я больше не могу.
Мне нужно выговориться.
Довериться. Рассказать кому-то,
кто знал меня до того...
До чего?
Посиди, я сейчас.
О, спасибо, что надела моё
любимое платье. Ты шикарна!
Едем сразу?
- Я не могу.
Но... ты же готова?
- Я не поеду.
Что ж, фестиваль классической
музыки... лучше я останусь здесь.
Невозможно.
- Ты не одна? - Нет.
И смеешь говорить
мне это в глаза?
Ты об этом пожалеешь.
Можно войти? - Нет.
Тогда между нами всё кончено.
Я не хочу оказаться в дураках.
Ты неправ.
Так тебе было бы проще.
Мне нужно идти.
Тебя не понять.
Приходишь внезапно.
Уходишь, не сказав ни слова.
Ты пренебрегаешь мной.
Напротив. Я провёл несколько
часов здесь, в убежище.
В тишине. Это дорогого стоит.
Шарлотта... ты знаешь, каково
проводить без сна ночи напролёт?
Я не могу... Нужен отдых.
Я так нуждаюсь в мире, покое.
И я их нашёл. У тебя.
Не пытайся понять.
Я благодарен тебе.
Благодарен бесконечно.
Алло, Центральный?
Слушаем вас, приём.
Алло, Центральный?
53-й на связи.
Алло, 53-й?
Говорит Центральный.
Следуйте как можно скорее
к озеру в Бют-Шамон,
где только что обнаружен
сундук. Как поняли, приём?
Алло, Центральный?
Едем. Отбой.
Комиссар Лотт у аппарата.
Да. Да, понял.
Жалтекс, Ришар! Подышим
воздухом в Бют-Шамоне.
Вот и ещё один, который
нелегко будет опознать.
Разве что найдём
что-нибудь на одежде.
Думаю, убийца нас опередил.
По-вашему, убийца изуродовал её
из садизма или чтоб не опознали?
Спросите его, когда найдём.
Лаборатории придётся
поработать. - Такая работа.
Сонье, клиентка вас ждёт,
но её состояние...
Знаем. Второй случай за год.
- Я мог бы начать без вас.
Я предупредил судмедэксперта,
он займётся. - До свиданья.
Никаких меток портнихи на платье.
Ярлыки сорваны, естественно.
Профессиональная работа.
- Да, похоже на то.
Ну-ка...
Аккуратней.
Что-то было написано...
Всё размыто!
- Ещё посмотрим.
Добрый день, комиссар.
- Добрый, доктор.
Я оставил Форестье свой
рапорт по Бют-Шамону.
Что сказала вам эта несчастная?
- Её задушили случайно.
Никакой жестокости, но затронули
очень чувствительную мембрану.
К несчастью для девушки.
- А время её смерти?
Я её не спрашивал -
знал, что она забыла.
Судя по пальцам, физически
она никогда не работала.
Она была молода.
Лет 25-ти, весьма кокетлива.
Идеальные приметы! - Она была
беременна более двух месяцев.
Возможно, это мотив. - Это
выяснять вам. До следующего.
До свиданья, доктор.
Не тот тип. Эта брюнетка,
не такая крупная.
Знаешь, брюнеток
у меня полно.
Вот одна, 16-летняя.
- Нет, слишком молодая.
Старухи вообще-то
исчезают намного реже.
Уж эта твоя болтовня!
Дай мне посмотреть.
По-моему, "Сент-Антуан".
Читается ясно. - И ряд цифр,
которые прекрасно проступают.
Я изучил все фирмы по статьям
для путешественников.
Это старая модель,
выпускалась в провинции.
О пропаже никто не заявлял.
Верёвку же в Париже
продают миллионами метров.
Пока не опознаем жертву,
нет надежды найти убийцу.
Вывод - мы в тупике.
- Нет, нет! Есть подсказка.
Этот клочок бумаги. Всё,
что мы ищем, есть в нём.
Ясно, что это счёт.
Но умножение на 0,8...
к чему оно?
И Сент-Антуан...
Фобур-Сент-Антуан?
Там продают мебель. - Но счёт
на мебель не с такими цифрами.
Странные цифры...
Эта бумага видела преступление.
Могла бы нам всё рассказать...
Вот только... я не умею
заставить её говорить.
Или мы говорим
на разных языках.
Ну, вы же любите сложные
проблемы, патрон...
Да, кто там? - Вечерние
газеты, патрон. - Спасибо.
Посмотрим, что тут пишут.
Возможно, они знают
больше, чем мы.
Статьи написаны
по полицейским отчётам.
Да, но полицейские отчёты
порой лучше отредактированы.
Клеманс!
Будь добра, выключи радио.
- Сделано. Здравствуй, детка.
От тебя приятно пахнет улицей.
Какие новости?
- Всё то же самое.
Истории с ученицами, учителями
и исправлением заданий.
С каким нетерпением
я ждала тебя!
Чувствую, как много вещей...
происходит в мире
без моего участия.
Тебе нечего рассказать?
- О! Хорошая новость.
Жильцы сверху. Знаешь, почему
они ужасно шумят? Переезжают.
Это всё?
- На данный момент, да.
Знаешь... мне звонила Николь.
- Да? - Её бросил муж.
Ты знала, а мне не сказала.
Есть темы, которых
ты избегаешь.
Уж эта Николь! Я отключу,
наконец, телефон в этом доме!
Бросил муж... это случается
со многими женщинами.
И что с того?
- Ничего.
Я смотрю фактам в лицо.
Вижу, какова я есть.
Больная рядом с мужчиной,
полным жизни.
Клеманс, я не настоящая
жена для Дидье!
Дидье и я... два
человека. Не пара.
Ты не считаешь, что
это серьёзно? - Нет.
Жизнь не ограничивается
этим. К счастью, кстати.
Есть ещё нежность, ласка.
Это тоже имеет значение.
Но этого недостаточно!
Ох... быть может, тебе этого
не понять... - Ты думаешь?
Вообще-то есть женщины,
рождённые для любовных историй,
и другие - те, к кому
приходят их рассказывать.
Это мой случай.
А теперь пора за работу.
Нет, не оставляй меня.
Я боюсь, Клеманс. - Чего?
Если в жизни Дидье
появится другая женщина,
я не смогу его удержать.
И буду не вправе удерживать.
Это заставило бы его
пожертвовать собой ради меня.
Почему я - не такая, как другие?!
Думаешь, я ненормальная, да?
Я знаю Дидье. И храню эти
воспоминания. - Ну же, ну...
В таком браке, как твой,
некого и нечего бояться.
Тебя и Дидье объединяет
нечто большее, сильное,
более глубокое, чего не в силах
разрушить ни одна другая женщина.
Ты добра, Клеманс.
- Отнюдь.
Дидье впервые отсутствует
так долго. - Да, конечно.
Теперь я могу браться
за работу? - Да.
Что готовить на ужин? - Чуть
позже. Если мадам спросит меня,
скажите, что я пошла
на чердак за книгами.
Хорошо, мадемуазель.
В кабину.
Алло, Женева, 85-0-25?
Не разъединяйте.
Алло? Пожалуйста,
позовите месье Герре.
Алло, это ты?
Нет, всё прекрасно.
Я же тебе говорю.
Конечно. Слушай, тебе
непременно нужно вернуться.
Нет, она не больна!
Она очень скучает по тебе.
Да. Ты понял?
Хорошо, целую тебя.
А, вот и ты, наконец!
Малыш, я очень рада.
- Альберта?
Спит. На этот раз разбуди её!
Ей будет приятней увидеть
тебя, чем поспать лишний час.
Совсем забыла, Дидье! - Да?
- К тебе приходили дважды.
Да? - Насчёт павильона.
Из полиции.
Район известный.
Уже пять краж со взломом.
Обшаривают каждый угол.
Марселье, снимите
отпечатки пальцев.
Сюда, господин инспектор.
Отпечатков много, но всё равно,
похоже, работали профессионалы.
Вынесли всё: радио,
столовое серебро, холодильник.
Как только они со всем
этим управились?
Для упаковки понадобилось много
верёвок. - Все ковры, скатерти.
Нужна опись всех украденных
предметов. Или большинства.
Забавно! Кажется, что
на дом обрушился ураган.
Вот, они вошли отсюда.
На решётке должны быть следы.
Всё равно что подпись. - Та же,
что в павильоне вокзала? - Да.
Годан, обойдите здание
кругом. - Слушаюсь...
Мадам, месье Герре, похоже,
очень обеспокоен, нет?
Он купил этот дом
для своей больной жены...
и приложил много усилий, чтобы
обустроить его. - Да, понимаю.
Остался только гараж.
- Там ничего особенного.
Верно. - И всё-таки...
- Как вам угодно.
Им надо было знать, что
вы регулярно отсутствуете.
Эта братия хорошо осведомлена
и не любит рисковать.
В прислуге уверены?
- У нас одна горничная.
Возраст? - 20 лет.
- Опасный возраст.
Эти малышки ходят на танцы
с разными парнями, болтают.
На первом вальсе
выкладывают ваш адрес,
на последнем танго - ваши
привычки, ваши разъезды...
Да, но у нас дома
совсем не такая малышка.
Серьёзная? - Нет. Скорее,
честная. - Хорошо бы так.
Больше ничего нет? - Ничего,
что могло бы их заинтересовать.
Что такое?
- Чего-то не хватает!
Но не соображу, чего.
Знаю! Плетёного сундука.
Стоял в том углу. Зачем он
им понадобился, такой старый?
И так ясно! Засунули в него
украденное и утащили с собой.
Отметь это, Мариотти!
Как видите, наш визит
в гараж не был напрасным.
Они утащили ваш
плетёный сундук.
Марселье, наверху закончили?
- Да, господин Сеннак. - Спасибо.
Может, это ваши грабители?
Алло, да? Месье Герре!
Спасибо. Алло?
Да, Альберта.
О-о, немало всего!
Да, закончили.
Возвращаемся домой.
Простите, что настоял, но ваше
присутствие было необходимым.
Конечно, господин инспектор.
Смотрите-ка! Зонт Альберты...
Я могу взять его с собой?
- Естественно, мадемуазель.
Альберта будет рада.
Что тут смешного!
Если парень мне нравится,
я не могу его удержать,
а если нет, то не знаю,
как от него избавиться.
Это не жизнь. Вот сейчас я
влюблена в одного регбиста.
Он на вас женится?
- У него нет положения.
В регби люди работают
только по воскресеньям.
Это ваш платок?
- Нет, мадам.
Вы уверены? - У меня
их не так уж много.
И мои не такие красивые.
Месье и мадемуазель
Клеманс вернулись!
Сейчас всё расскажут.
- Дайте мне этот платок.
Где Дидье? - Сейчас
будет. Он в лифте.
Вот, привезла тебе твой зонт.
Грабители им не соблазнились.
Дидье!
- Здравствуй, дорогая.
Разве это мой зонт?
- А разве нет?
У моего изогнутая ручка, а
тут прямая. - Не может быть.
В самом деле?
Тогда я не понимаю.
Что ты так смотришь на меня?
Это женский зонт,
и я жду объяснений.
Не знаю. Ты могла случайно
перепутать его. Так бывает.
Дидье, я не смеюсь.
Может, забыла твоя мать?
- Нет, нет и нет!
Не понимаю, почему ты так
горячишься. - Ты не ответил.
Когда-нибудь всё разъяснится,
и мы скажем: "Что за чушь!"
А этот платок? Откуда он?
Не знаю. Никогда его не видел.
Но к чему эти вопросы?
Ты никогда не была такой.
- Ты тоже!
Ты отвечаешь с запинкой.
И мне кажется, ты лжёшь.
Не знаю, смогу ли я доверять
тебе... - Дорогая, это глупо.
Ты устраиваешь мне сцену.
Первую со дня свадьбы.
Не меняйте ради меня тему
разговора. О, мой платок!
А я-то его уже неделю ищу...
Теперь вы можете успокоиться.
Неужели ревнивые женщины
настолько глупы?..
Так откуда взялся этот
платок? Ты плохо врёшь.
На мой слух: фальшиво!
- Хочешь услышать "спасибо"?
Кто она?
- Ты ошибаешься.
Другим говори, что
хочешь, но не мне.
Я знаю, у тебя есть оправдания.
Но умоляю, будь осторожен.
За одну минуту ты
рискуешь всей жизнью.
Тебе ничего не скрыть.
Это так серьёзно?
Ну, говори же!
Подбодри меня хоть немного.
- Клеманс, хватит!
Думаешь, я не вижу, каким
ты вернулся из Женевы?
Я не могу видеть
тебя несчастным.
Ты так встревожен, когда думаешь,
что я не наблюдаю за тобой.
Напрасно ты всё держишь в себе.
- Поверь, мне никто не нужен.
Мы все нужны друг другу.
И это счастье.
Так создаётся дом, семья.
Иначе добра не жди.
Дидье, интрижка и ничего более.
Это не преступление.
Прекрати её и поделись
со мной своими проблемами.
Ты же знаешь, что я не только
твоя сестра - я твой друг.
Ты опаздываешь.
- Хорошо!
Если брат или сестра не могут
рассказать друг другу всё,
лучше не говорить ничего.
Оставайся один - и увидишь,
к чему это приведёт.
Месье, прошу вас...
- Прости, я на минутку.
Мадам, старший инспектор Сеннак…
- Добрый день, месье.
Мы задержали воров, поэтому
кто-то должен прийти к нам.
Моя золовка в Лицее.
Лучше позвоните моему
мужу в контору. - Да...
Дефанс... - Дефанс.
- 25... 75.
Спасибо, мадам.
Мы нашли украденные вещи.
Скажите, среди воров
есть женщина?
Всё может быть. Мы не успели
схватить всю шайку.
А что? Вас это интересует?
- Да.
Этот зонт является загадкой.
Он не мой, но найден в павильоне.
Если в банде была женщина,
она могла забыть его там.
Его нужно вернуть.
- Ладно.
Хотя в тюрьме он ей вряд ли
нужен. До свиданья, мадам.
Итак, вы узнаёте все эти
вещи, месье Герре? - Да.
Не хватает только сундука.
- Сундука? Какого сундука?
Украденного из гаража.
- Никакого сундука я не видел!
В чём же ты всё это вынес?
- В одеялах, сумках. - Всё это?!
Хотел бы я знать, как. - Уметь надо.
С сундуком-то, конечно, проще будет.
Издеваешься? Заметь, не терплю
тех, кто валяет дурака.
А я не терплю тех,
кто мне грозит.
Признай, что украл сундук, и
покончим с этим. Учтиво, да?
Господин инспектор, сундук -
пустяки, не будем об этом.
Напротив, будем! На этот
раз я ни в чём не виноват.
Ладно, оставим. Ты его не крал.
Если б я сказал, что украл,
когда не крал, то соврал бы.
Сеннак, это тебе.
- Спасибо.
О-о, мой дорогой Эмилю...
- Добрый день, месье Жалтекс.
Чем ты тут занимаешься, дружище?
Делом, надо полагать?
Проблемы с Сеннаком?
Ну, он славный парень.
Не признаёт, что украл
сундук у месье Герре.
Повторяю вам, не крал
я этот чёртов сундук!
Вы ведь мне его не пришьёте, а?
Я не согласен.
К тебе пристают с сундуком.
Не всё ли тебе равно?
С ним или без него - счёт один.
Я знаю тарифы. Это
вопрос самолюбия.
Месье Жалтекс, только ради вас
лично я готов признать сундук.
Но только ради вас.
- Вельможу из себя корчишь?
Оставь его.
Я уверен, он не врёт.
Но что за история с сундуком?
Господин инспектор,
я вам больше не нужен?
Вообще-то, нет, месье.
- Прошу у вас ещё минутку!
Не пройдёте со мной? - У меня
нет времени. - Это по дороге.
Прошу вас.
- Ладно.
Сюда, пожалуйста. Хочу вам
кое-что показать. Прошу...
Патрон на месте?
Это не ваш, нет?
Нет. - Его достали
со дна озера в Бют-Шамоне.
Вместе с убитой девушкой.
Читали об этом в газетах?
Нет. - Было бы слишком
легко, окажись он вашим.
Тем хуже. Подождите меня здесь.
Щедрый был бы подарок...
Кому кофе? - Сюда, спасибо.
У всех есть какой-то прогресс.
Принесите счёт...
- У всех, кроме меня.
Я всё ещё работаю.
- Как обычно!
Кому считать вино?
- Мне. - Нет, нет...
Вы правы, патрон.
- Ришар, вы - покорный человек.
Легко смиряетесь
с чужими несчастьями.
А мне плевать!
- Вы - жертва несправедливости.
Не привыкать! Инспектор
в 27 лет, старший - в 34.
Дальше хода нет. Знаете,
в чём меня обвиняют?
За то, что воевал в 14-м.
Не буду вдаваться в детали.
4 дюжины "Мартине".
- 48.
6 дюжин "Ришара".
- 72.
5 дюжин "Нанси".
- 60.
2 дюжины "перье" и две "виши".
- 24 и 24.
Счёт верный.
- А ты как думал?
Жалтекс, идёмте в контору.
Что случилось?
- Я вам объясню. Растяпа!
Кто вас навёл на это?
- Курьер. В ресторане.
Не обратил внимания. - Эти
единицы умножаются на 0,80.
Не на дюжины.
Это счёт-фактура!
Но что можно купить по 0,80?
Таких единиц давно уже нет.
Во Франции. Но не в Швейцарии
и в Бельгии. Ну-ка посмотрим.
Дайте мне срочно
Берн и Брюссель.
Это счёт от булочника.
Леон Фасслер счетами
обычно занималась сама.
Как давно она исчезла?
- Около двух месяцев назад.
Спасибо, мадам.
Скажите, бармен...
вы хорошо знали Леон
Фасслер? - Да, месье.
Хорошо... э-э... Близко, да?
- Нет, не таким образом.
Персонал на это права
не имел. Только клиенты.
Знаете её последнего друга?
- Видел как-то вечером такси.
Её ждал месье. Парижанин.
Кстати, она не знала его имени.
Встречалась неизвестно с кем?
- Надо полагать.
Но один клиент в баре
ей всё-таки сказал.
И как зовут этого месье?
- Месье Ван Гоффин.
Показания серьёзные.
Бармен их видел.
В доме Леон Фасслер я нашёл
письмо, возвращённое отправителю.
Что в нём? - Она сообщает
любовнику о приезде в Париж.
Кому адресовано письмо?
- Некоему Жоржу Дидье.
Это оба имени Герре. - Нам
надо разузнать об этом типе.
Перетряхните мне его жизнь.
Я всё должен знать.
Но у него скверный характер.
Помню, однажды чуть не подрался
с водителем грузовика,
который разбил крыло его машины.
Так... стало быть,
характер вспыльчивый.
Дома он не очень счастлив,
у него больна жена.
Очень больна. А ведь
он женился по любви.
Не ради карьеры.
- В самом деле?
Итак, дорогой месье,
благодарю вас за приём.
Скажите, ваше расследование...
оно связано с возможной наградой?
Надеюсь, вы не проговоритесь
ему? - Я так и предполагал.
Все отзывы о нём блестящие.
- Эти отзывы ничего не значат.
Чего не скажешь
об этой Леон Фасслер.
Полицейские рапорты
тоже мало что значат.
Установлено, что Леон Фасслер
была любовницей Герре.
Это ещё не причина,
чтобы он её задушил.
Но не будем забывать,
что девушка была беременна.
От него или другого. Неизвестно!
Нам она уже не скажет.
- Но ему она могла это сказать.
А у него есть жена.
- Он мог испугаться.
Да, именно! Страх.
Кажется, я вас узнал. Это
ведь ваш павильон ограбили?
Да. Полагаю, именно поэтому
вы меня и вызвали.
Да, но вы можете идти.
Сведения, которые у вас есть,
оказались бесполезными. - Да?
Что ж, спасибо. До свиданья,
месье. - До свиданья.
Патрон! Не ждите Герре,
я его отпустил.
Почему? - Потому что уверен,
что убил он. Я вам объясню.
Я впервые встретил его
в связи с делом в Марли...
Зачем она вам? - То, что мы
обратимся к ней, Герре не учёл.
Подождите, месье.
Простите за беспокойство, но
нам нужно вернуться в павильон,
чтобы закончить расследование.
Я думала, вы задержали воров.
- Не всех, мадам. Увы, не всех.
Но вас некому проводить.
Ничего, мадам, мы съездим сами.
Хорошо, тогда я дам вам ключ.
Да, я верну его
вам совсем скоро.
Прошу.
- Спасибо.
Так есть в шайке женщина?
- Вам это так интересно?
Нет. Просто мой зонт...
Женский зонтик, который
я дала вам в прошлый раз.
Как-то я забыл...
Я хотела узнать,
вернули ли вы его владелице.
Да, да, верно! Вы правы, там
действительно была женщина.
И она была очень рада
вернуть своё имущество.
Вас это тоже радует?
- Даже представить не можете!
Тем лучше, мадам, тем
лучше, что все довольны.
Простите... До свиданья,
мадам. - До свиданья.
Наверно, эта дамочка
здорово приревновала.
Только и речи, что о зонте.
Видно, решила, что он
от подружки её мужа.
Что за история? Расскажите!
Может, он принадлежал женщине,
вынесенной отсюда ногами вперёд.
Любопытно было бы...
Ну вот, он у нас в руках.
- Спасибо, старина.
Спасибо, Баро!
Ты давно не приходил
сюда в таком виде.
Обижаешься на меня?
Я беспокоилась...
Мне казалось, что ты
не такой, как прежде.
Может, это моя вина.
У меня были проблемы.
Но почему ты скрывал их от меня?
Я постаралась бы тебе помочь...
вместо того, чтобы досаждать
тебе глупой ревностью.
Я очень ревнива.
Теперь я это понимаю.
Наступает в жизни момент,
когда понимаешь, какой ты.
И тогда остаётся лишь одно -
принять себя, как есть.
Не хочешь рассказать
о своих проблемах?
Знаешь, завтра мне нужно
быть на заводе в 8.30.
А вечером вернусь пораньше.
Ришар!
- Минутку...
Простите, я не могла быть
раньше: занятия в Лицее.
Неважно, мадам. - Речь всё
ещё о павильоне? - Именно.
Не пройдёте со мной?
Простите...
Патрон на месте?
- Нет, он у директора.
Прошу.
О! Это же мой сундук.
Но в каком состоянии...
Где вы его нашли?
- Точно ли ваш? - Да.
Без ошибки? - Да. А говорят,
полиция ничего не находит!
Где он был?
- В озере в Бют-Шамоне.
Что он там делал? - В нём
лежал труп убитой девушки.
Какой ужас! И... вы
арестовали убийцу?
Пока нет.
Долго у вас был этот
сундук? - Всю жизнь.
А что? - Когда я показал его
вашему брату, он его не признал.
Показали брату и он...
И что с того?
Меня это не удивляет.
Мужчины невнимательны...
К тому же старые вещи, хранящиеся
у нас давно, исчезают из памяти.
Есть ещё вопросы?
- Нет.
Теперь я узнал всё, что хотел.
Простите... - Прошу прощенья!
Там идёт допрос по другому делу.
Сюда.
Можно задать вопрос?
Когда произошло это преступление?
- До кражи в вашем павильоне.
Тремя неделями раньше.
- До свиданья, месье.
Господа из Совета директоров
по итогам вашей работы в Женеве...
решили предложить
вам место среди них.
Если вы согласны, разумеется.
- Да, разумеется.
Сегодня вы пожинаете
плоды десятилетних усилий.
Сначала ты работаешь на свою
репутацию, потом она - на тебя.
Нет, это не я -
это Бальзак. Да?
Месье Герре, вас спрашивают.
- Иду.
Нет-нет, не беспокойтесь,
всё нормально.
Месье Герре?
- Да.
Инспектор Ришар, Сыскная
полиция. Вас хотят видеть.
Опять эта кража?
Я зайду завтра.
Нет, вы нужны сейчас.
Ладно.
Это надолго?
- Понятия не имею.
Алло, дорогая, это ты?
Нет, ещё не домой.
Никак не могу.
Возможно, очень поздно.
Как ты?
Немного нездоровится?
Пригласи доктора, мне будет
спокойнее. Клеманс дома?
Ещё нет...
Нет, прости меня.
Я не могу по-другому.
Думаешь? Хорошего
вечера, дорогая.
До скорого.
Красивая у вас новая модель.
Видел её мельком.
Сколько берёт горючего?
- Очень мало.
Вы знаете, что
им нужно? - Нет.
Я могу позвонить?
- Конечно, мадам.
Спасибо.
Алло, да?
Можно позвать месье Герре?
Он уже ушёл. Но думаю,
я могу его догнать.
Так... Хорошо, спасибо.
Сколько с меня?
Уверены, что она не успела
предупредить брата?
Наверняка. Ришар
перехватил его в конторе,
пока она ещё была у меня.
Она знает, что брат виновен.
- Этот парень запаниковал.
В заключении экспертизы
не говорится об удушении.
Это произошло почти случайно.
Если б сразу явился с повинной,
могло бы сойти с рук.
Но потом лишение жизни
превратилось в убийство.
Выше по шкале наказаний.
Теперь он будет отрезан
от своей семьи, друзей...
Ото всей своей жизни.
А ведь если подумать... ему
просто не нужно было убивать.
Патрон, он здесь. Впускать?
Пусть войдёт.
Ришар... минутку.
Дайте ему покипеть.
За четверть часа дойдёт до точки.
Это ты, Клеманс?
- Да.
Я без ума от радости.
Знаешь, кто был? - Нет.
Доктор Дюфур. Знаешь,
что он мне сказал? - Нет.
Что мне лучше.
И на этот раз я верю.
Никогда не чувствовала себя
так хорошо. Ах, Клеманс!
Как хорошо жить, когда
тебе ничто не угрожает.
Видишь, я дышу полной грудью.
Давно со мной не случалось
такого. Даже подумать не могла.
Улыбнись, я ведь сказала
тебе, что вылечилась.
Где Дидье? - Его нет
дома. Он мне звонил.
Вернётся поздно. Я его дождусь.
Надену своё чёрное платье.
Оказывается, нужно заболеть,
чтобы наслаждаться жизнью.
Я хочу выйти на улицу и
идти, куда глаза глядят,
пока не упаду от усталости.
Наконец-то вернётся прежнее.
Дорогая Клеманс, я так
волнуюсь. Поможешь мне?
У нас всё будет
по-новому, понимаешь?
Успокойся, пожалуйста...
Я говорю всё, что
приходит в голову.
А через три месяца - солнце.
Нет, не будем об отпуске.
Ещё посмотрим.
Впервые за два года
я похожа сама на себя.
Привет! Но...
У тебя усталый вид.
Иди, отдохни.
Я займусь ужином.
Давай, иди.
Комиссар Лотт.
Месье Герре, вы уже бывали здесь
из-за кражи в вашем павильоне?
Да. - И вам вернули всё
похищенное? - Да, верно.
Садитесь. Я очень счастлив.
Вам знакома Леон Фасслер,
кассирша из бара
"Сент-Антуан" в Брюсселе?
Сент-Антуан?.. Брюссель?
Да.
- Она была убита.
Вы знали об этом?
- Были её любовником?
Ничего подобного! Я знал её,
как любой клиент ресторана.
Так. Разумеется.
Вы приехали на такси
20 сентября к закрытию.
Бармен вас видел.
- Возможно.
Это не означает любовницу.
Когда виделись в последний раз?
- Последний раз?
Как раз 20 сентября.
В "Сент-Антуане".
Ложь! Леон Фасслер была
в Париже 26 октября.
У нас есть доказательства.
Она вам позвонила и вы
встретились в тот же день.
Я утверждаю, что никогда
не видел её в Париже.
Знали, что она беременна?
Нет. У неё не было причин мне
это говорить. - Она написала.
Мы никогда не переписывались.
- Прекрасно.
После ограбления павильона ваша
сестра заявила о пропаже сундука.
Заявление занесено в протокол.
- Да, верно.
Глядите, вот этот сундук! Ваш.
В нём был труп Леон Фасслер.
Я показал его вам,
но вы его не опознали.
А ваша сестра - сразу.
Почему вы мне солгали?
Он ведь ваш, верно?
Да. - Вот!
Наконец-то.
Я мог ошибиться.
Я никогда им не пользовался.
Всеми домашними делами
занимается моя сестра.
Вы что, держите нас за дураков?
Или думаете, что нам хватит
подобного объяснения?
А шнуры для штор? О них
тоже заботится ваша сестра?
А вы ими не пользовались?
Зачем?
- Чтобы обвязать сундук.
На окнах гостиной вашего
павильона точно такие же.
Любопытное совпадение.
Месье Герре, мы знаем больше,
чем вы думаете. Вот увидите.
Знаете, что это?
Для чего вам понадобилось?
Чтобы изуродовать
труп Леон Фасслер,
вашей любовницы,
которую вы задушили.
Ну, как, готовы признаться?
- Это всё, что вам остаётся.
У убийцы всегда есть оправдания.
Мы хотим услышать ваши.
Я не убивал Леон Фасслер.
Я не уродовал её.
Даже если вы нашли эту кислоту
у меня... она ничего не значит.
Её часто используют
для прочистки раковин.
У вас на всё готов ответ.
Господин комиссар,
я отвечаю на ваши вопросы.
Тогда вы можете ответить,
где находились 26 октября,
когда, по вашим словам,
не виделись с Леон Фасслер.
26 октября я до семи часов был
в конторе и уехал прямо оттуда.
Какая память! А ведь
больше месяца прошло.
26 октября - очень важный
день для вас, надо думать.
Да.
К сожалению.
Накануне у моей жены был
серьёзный сердечный приступ.
Но вы поехали в Женеву?
- Это было обязательным.
Во сколько вы приехали
в Женеву? - Утром, в 8.
Выехав в 7 вечера?
На такой машине, как ваша,
13 часов ехали 500 километров?
На всём пути шёл дождь.
Пришлось ехать медленно.
И потом, по дороге
у меня отключились фары.
Можете доказать?
- Разумеется.
Во дворе завода в мою
машину врезался грузовик.
Это подтвердит шофёр, а также
ремонтная мастерская в Женеве.
Герре! Вы утверждаете, что Леон
Фасслер никем не была для вас?
Что не знали о её беременности?
Что никогда не писали ей?
Да, утверждаю.
Вот адресованное вам письмо
с сообщением о беременности.
Видите, я знаю всё.
- Письмо адресовано не мне.
Я не живу
на бульваре Бертье, 155.
Вы дали ложный адрес!
Пытались скрыть свою личность!
Но выдали себя, сохранив
свои имена - Жорж Дидье!
Во Франции, должно быть,
тысячи Жоржей Дидье.
Почему он - именно я?
- Сейчас посмотрим!
В одном Париже их около 20.
Обоснованность ваших ответов
не меняет моего убеждения.
Я знаю, что вы
убили Леон Фасслер.
Подождите рядом.
Это ещё не конец.
Я очень плохо маневрировал.
Он побил меня по всем статьям.
Крепкий орешек.
Мы всегда можем попросить
у следователя арест на месяц.
С Форестье это
не сработает, я знаю.
Он боится прессы, происшествий,
адвокатов, даже обвиняемых.
С судьями сейчас тоже
не слишком гладко идёт.
Не говоря уже о наших шефах.
Патрон, я узнал про погоду.
Он сказал правду.
Пока не доказано, что Леон
Фасслер была в павильоне,
обвинение остаётся спорным.
Сеннак звонил из Брюсселя?
Ещё нет.
- Какого чёрта он делает?!
Если докажем, что зонт
принадлежал Леон Фасслер,
Герре у нас в руках.
Какое стечение обстоятельств!
Его же жена и
передала нам зонт.
Алло? Алло, Сеннак?
Ладно, возвращайтесь
как можно скорее.
Всё к чёрту! Эта женщина
отказывается опознать зонт.
Что будем делать?
- Отпускать. Обязаны!
Но если я загоню его
в угол, не выкрутится.
Месье Герре, вы свободны.
На данный момент.
Спите спокойно.
Если сможете.
Клеманс...
Она не поняла, что умирает.
И она ничего не знала.
Алло? Дайте мне
комиссара Лотта.
Алло? Говорит
Жорж Дидье Герре.
Это я убил Леон Фасслер.
 

////////////////////////////