В американской психиатрической клинике три партии образуются вокруг
одной проблемы, которая в любом другом месте могла бы показаться
пустячной, однако здесь занимает умы всех обитателей: в читальном зале
требуется заменить шторы. Доктор Мег Фаверсен Райнхарт предлагает
поручить пациенту Стивену Холту, молодому художнику, перенесшему в
детстве тяжелую травму, нарисовать эскизы новых штор. Стивен думает
изобразить на шторах сцены и персонажей из жизни клиники. Его лечащий
врач доктор МакАйвер, видит в этом превосходную терапию, и Комитет
пациентов одобряет проект. Завхоз клиники Виктория Инч, агрессивная и
дотошная старая дева, считает, что внутреннее убранство заведения -
исключительно ее епархия, и пытается передать заказ обычному поставщику.
На ее стороне - доктор Деванал, блестящий врач и основатель клиники,
который в последнее время опустил руки и удалился от мира: он пьет,
волочится за женщинами и поддерживает немного жалкий образ старого
ловеласа. Супруга МакАйвера Карен заказала ткань в Чикаго: тем самым она
хочет приблизиться к мужу, который с головой ушел в работу и стал
забывать о ней. Карен позволяет Деваналу ухаживать за ней, надеясь на
его поддержку...
Все фразы и цитаты
ПАУТИНА
НЕПРИЯТНОСТИ НАЧАЛИСЬ
Тебя подвезти?
Тебе до города?
У Хизертона я сверну на север.
Зачем тебе цветы?
Для похорон?
Разве для цветов нужен повод?
Разве недостаточно того,
что у них есть форма, цвет,
что они приносят радость?
- А ты любишь поговорить.
- А ты нет?
Я могу заговорить до смерти.
Но я не люблю говорить о пустяках.
Я бы с радостью поговорила
о чём угодно.
Говори не о пустяках.
Красное и зелёное.
Прошлой осенью в больнице
умер Дюран.
- Вряд ли ты о нём слышала.
- А я слышала.
- И кто же он?
- Художник из Франции.
Один из фовистов.
Он умер в больнице, в белой
палате, в белой постели,
вокруг него стояли
врачи в белом.
Последние его слова были:
«Покажите мне что-нибудь
красное».
«Перед смертью я хочу увидеть
красное с частичкой зелёного».
Да, на пустяки
ты не размениваешься.
- Художнику лучше быть мёртвым.
- Почему?
Когда ты мёртв, ты интересен,
да и хлопот не вызываешь.
Так значит ты – художник?
Говорят, Ван Гог был чокнутый,
раз покончил с собой.
Пока он был жив,
он и картины не продал,
а сейчас они стоят 30 миллионов.
Они были неплохи тогда, а сейчас
они недостаточно хороши.
Так кто чокнутый?
- Здесь я выйду.
- Так ты из клиники?
Верно, я «оторван
от реальности».
Я тебя довезу.
Тебе помогли?
- Откуда мне знать?
- А кому же ещё знать?
Мой врач считает,
что он мне помогает.
В своём докладе я хочу донести
до совета попечителей тот факт,
что наши пациенты всё больше
возлагают на свои плечи
ответственность за дела клиники.
Что касается пациентов
с более тяжёлых состоянием,
не способных справиться
с окружающей их действительностью,
у которых угроза нервного срыва
присутствует постоянно…
Миссис Демут.
Хорошо.
Закончим после.
Вы перенесли Стивена Холта
на пять часов.
Хорошо, закончу тогда сам.
Собрание комитета пациентов
созвано на 8:30.
Знаю, придётся лечь в 2:30.
Миссис Демут, доктор Макайвер
сейчас вас примет.
Мистер Холкомб чем-то расстроен.
Как и миссис О'Брайен.
Мистер Холкомб!
Мистер Холкомб,
с вами всё хорошо?
Мистер Холкомб…
это доктор Деванал.
Я хочу поговорить с вами.
Откройте, пожалуйста, дверь.
- Мистер Холкомб.
- Может, воспользоваться ключом?
- Что вызвало приступ?
- Говорил он бессвязно.
- Это связано с садовником.
- Кёрли?
Тот над ним насмехался.
- Когда это случилось?
- Пару минут назад.
Прислать к вам Кёрли?
Нет, нет.
Мисс Инч у себя?
Я видела её в библиотеке.
Поговорите с ним,
убедите его открыть дверь.
Я скоро вернусь.
- Сколько стоят эти?
- Это репс, он вас не устроит.
- Что с ним не так?
- С ним всё в порядке.
Но раз вы вкладываетесь
в занавески для такой комнаты,
вам стоит выбрать материал
повеселее.
В противном случае не стоит
менять их вообще.
Смена занавесок – не моя идея,
решения принимает совет.
Я лишь отвечаю за то, чтобы
сделать это как можно дешевле.
Поэтому я и хочу знать цену.
Моток репса стоит 2.99 за ярд
плюс налог.
191.36, плюс скидка.
Вики, можно тебя на минуту?
Плюс скидка 12.5%…
167.44 плюс налог 3%…
Всего 176.46 доллара!
- Как поживает моя девочка?
- Тружусь, как…
Вики, у нас кое-что стряслось,
мне нужна твоя помощь.
- Дело в Кёрли.
- Предлагаешь уволить его?
Он работает здесь 20 лет
и обходится вдвое дешевле
любого другого.
Вики, ты знаешь лучше меня, что
кроме тебя он никого не слушает.
Он расстроил пациента, а скоро
приезжают попечители,
и меньше всего нам хотелось бы…
Если кому-то не нравится,
как я руковожу делами…
Вики, все знают,
что ты творишь чудеса.
Сделай маленькое чудо
и для меня.
Скажи Кёрли, чтобы был
с пациентами вежлив.
Чтобы я мог сказать Холкомбу,
что перед ним извинились.
Покажи свою магию!
Вики.
Давайте я оставлю образцы,
чтобы вы всё обдумали.
Не думаю, что эти вас
осчастливят.
Как это связано с моим счастьем?
Я не собираюсь танцевать и
смеяться до слёз из-за того,
что мы сменили шторы.
И оставьте бланк заказа.
Я дам вам знать через пару дней.
Ладно, Вики.
Вот мы и на месте.
Дом Ашеров.
Они ещё говорят о благоприятной
обстановке!
Ты бы видела обстановку внутри.
Будто нутро дохлой рыбы!
Прямо сейчас мисс Инч…
Ты наверняка о ней слышала.
Её старик подстрелил
где-то здесь Баффало Билла.
- Я о ней слышала.
- Не сегодня-завтра
она повесит в библиотеке
новые занавески.
От одного их вида пациенты
будут вешаться сами.
Здесь всё перемешано.
Поэтому ты и не знала, кто я.
Отличить пациента
от врача трудно.
- Но я могу.
- Как?
Пациентам становится лучше.
- Спасибо за то, что подвезла.
- Не за что.
Вечером мы посадили её
на поезд до Америки.
Наша радость была неописуема.
Мы сели в самолёт до Италии
счастливые, как дети.
Я вижу, ты уже догадалась,
что случилось дальше.
А когда мы приземлились
в аэропорту Рима,
нас встретила мисс Дэлримпл,
истерически машущая руками.
Остаток пути прошёл в мучении.
Она буквально…
В конце концов мы повстречали
красавца-итальянца…
- Миссис Макайвер!
- Доктор Вулф, рада вас видеть.
Встретить вас в клинике –
весьма необычно.
А как поживает…
Миссис Вулф в порядке,
благодарю вас.
Я хотела позвонить,
но Стюарт всё время был занят.
- Мы ни с кем не встречались.
- Я понимаю.
Но скоро мы увидимся!
Стюарт, я…
Прости, я не слышала.
Карен, ты не видишь, я занят.
Прости, пожалуйста,
я не хотела тебе мешать.
Но у меня появилась
замечательная идея…
Ты же знаешь, что нельзя
ко мне вот так врываться.
Дорогой, я думала,
ты уже закончил.
Ладно, ладно.
У вашей жены такой вид,
что дунь на неё –
она обдаст холодом.
Она нимфоманка что ли?
И зачем вы на ней женились?
Не терпелось надеть пиджачок?
Почему ты так беспокоишься
обо мне?
Причём здесь вы?
Я беспокоюсь о себе.
Ладно…
вы лечите меня по принуждению,
но подготовить меня к нормальной
жизни вы всё равно должны!
И что значит «нормальной»?
Как ваша жизнь?
Если говорить о ценностях,
ваши ценности смердят.
Паршивая, откормленная,
чопорная жизнь.
Вас волнует лишь чек
за вашу работу
и завершение дня, когда
можно вернуться домой.
Стюарт, дорогой, с возвращением!
Телёнок на плите!
Это началось до того,
как она открыла дверь.
Что это?
Толкование?
Но всё это на поверхности.
Займитесь уже анализом
моего эдипового комплекса!
Позволь мне определять
курс лечения.
В конце концов, это твой
первый случай.
Вы разве не знаете, как
проводить анализ личности?
Разве это не обычное дело?
- Ты не обычный случай.
- Теперь вы меня оскорбляете.
Стиви, ценности, которые
ты упомянул,
включают выслушивание
твоих бредовых идей.
Но я не злюсь,
не говорю «забудь».
Поскольку в разряд моих
ценностей входит
нежелание пасовать
перед убеждениями других.
У тебя дар к принижению
мира, Стиви.
Я рад, что вы нашли во мне
хоть что-то.
Ты представляешь меня
каким-то персонажем,
корыстным болваном.
И ты ещё удивляешься, почему
не можешь поладить с людьми…
Вы прямо сыплете банальностями!
Не знаю, может,
ты зол на меня, за то,
что у тебя нет женщины,
нет дома…
Прекратите, какой вы умный.
Похоже, я что-то упускаю.
Я не вполне понимаю…
Она подвезла меня до клиники.
Ты знал, кто она?
Ты считаешь себя особенным?
Ты ничем не отличаешься
от остальных.
Она красивая женщина.
Твои мысли естественны.
И чувства вины ко мне
ты испытывать не должен.
Я не твой отец, Стиви.
И я не брошу тебя,
как это сделал твой отец.
В мире существует не только
предательство.
Что вы… сказали?
Реджина, это так смешно!
Но даже для вкуса Вики
это перебор.
Кусок унылой тряпки, которой
и машину вытирать стыдно.
Такая жалость.
Прекрасная старая комната…
А вот тут ты мне и поможешь.
У вас в Чикаго прекрасные
магазины,
а у нас, кроме лавки Петли,
ничего нет.
И я тут подумала,
что бы выбрала я,
если бы дело доверили мне.
Но это был бы провал.
Дело, в котором присутствуют
бюджет и сто миль ткани,
мне доверять нельзя.
Реджина, ты очень добра.
Но это не вполне верно.
Даже если у меня и есть вкус,
то это только благодаря тебе.
А ты помнишь…
- Папочка!
- Рози!
Мамочка сказала, я могу
тебя дождаться.
Значит, я покормлю тебя сам.
Привет, Марк!
- Привет, пап!
- Как жизнь?
Прости.
- Поговоришь с Сэди об ужине?
- Конечно!
Пусть что-нибудь приготовит,
мне нужно возвращаться.
- Ладно.
- Вот и хорошо.
Папочка, поцелуешь меня
перед уходом?
Конечно, я не променяю это
ни на что на свете.
- А сказку мне почитаешь?
- Только короткую.
- Пап, давай поиграем.
- Как насчёт криббеджа?
Оставайся дома.
Ты уверена, что у тебя есть
все мерки?
Сколько это займёт…
Да, по воздуху.
Собрание состоится во вторник,
неужели ты успеешь их прислать?
Как он так быстро их доставит?
Чудесно!
Должно быть, он – злой гений!
Добрый вечер, дорогой.
Я приду через минуту.
Это был Стюарт.
Нет, я ему ещё не сказала.
Даже не знаю.
Он может подумать…
Спасибо, спасибо.
Я думаю, он обрадуется.
Впервые я что-то сделала для…
Реджина, ты самая сумасбродная,
потрясающая…
Ладно, дорогая.
Ты мне сообщишь?
Я скажу, если меня
не будет дома.
Пока, дорогая, спасибо!
- У тебя есть минутка?
- Конечно, я весь внимание.
Дорогой, это важно.
Присядь, пожалуйста.
- Прости, говори.
- На меня снизошло вдохновение.
Я думаю, это было оно.
Тебе нравится материал?
Атлас с розой Чиппендейл.
Очень красивый.
Для чего он?
Мне пришло это в голову сегодня,
когда я подобрала на дороге
твоего дикого фавна.
Об этом я и хотела поговорить
с тобой в офисе.
- Прости, что нагрубил тебе.
- Ничего страшного.
Понимаешь, их слова сродни
исповеди.
- Парнишку легко ранить.
- Я понимаю.
Он очень привлекательный.
Он из тех…
Ваши чувства взаимны.
Ты произвела на него
впечатление.
Правда?
Что он сказал?
Всё довольно сложно.
Что у вас стряслось?
Ничего, мы просто поговорили.
- Он рассказал тебе об этом?
- Он обо всё рассказал.
Тогда зачем спрашивать,
что произошло?
Потому что я не уверен,
что ваши версии совпадают.
Он подумал, ты с ним
заигрывала.
Ты тоже так думаешь?
Карен, у мальчика навязчивые
фантазии про женщин.
Если он увлечётся тобой,
я не смогу ему помешать.
- Разве я в этом виновата?
- Я не о тебе думаю, Карен.
- Моя работа – думать о нём.
- И о том, о чём он думает!
Я не о тебе беспокоюсь, а о нём!
Когда он узнал, что ты моя жена,
он очень испугался,
стал нападать на меня.
Наговорил глупостей
о тебе, обо мне.
- Каких глупостей?
- Это не важно!
Я и так рассказал лишнего.
Но ты веришь этим глупостям!
Конечно, я верю!
Для этого я их и слушаю!
И раз они для меня под запретом,
я не могу на них ответить?
Кто просит тебя на них отвечать?
Послушай, Карен, не зацикливайся
на своих чувствах.
Я говорю о том, что этот парень
доверяет мне свою жизнь.
Я забочусь о нём так же,
как о любом другом в клинике.
Попробуй это понять
и разделить мои заботы.
Я пытаюсь, поэтому
я и пришла сегодня…
Ты забылась настолько,
что прервала сеанс?
Я уже извинилась за это.
И пока ты играешь в божество
с больным мальчиком,
что мне прикажешь делать?
Не выставлять себя напоказ
перед моими пациентами!
Дай мне хоть каплю того
внимания, которое ты даёшь им!
- Как это понимать?
- Понимай как знаешь!
Как проходит турнир?
Вышел в полуфинал,
играю с Коновером.
Он – крепкий орешек.
- Здравствуй, Сэди.
- Добрый вечер.
- Суп пропустим, Сэди.
- Это ваш любимый.
Знаю, но я уже опаздываю.
Принеси что-нибудь другое.
Хорошо.
Давно играешь?
Два часа.
Мы делали перерыв.
Играешь белыми?
Если сыграешь правильно,
сделаешь мат.
- Как сходишь?
- Хочу пожертвовать ладьёй.
Довольно смело.
Но зачем?
Я съем ладьёй слона,
а его ладья съест меня.
Потом возьму коня королевой
и поставлю мат.
Знаешь, мне больше
по душе шашки!
- Сэди!
- Да, сэр?
- Где у нас бренди?
- С этой стороны.
- Спасибо.
- С мартини?
Конечно!
Почему бы нет.
- Какой-то повод?
- Концерт.
Карен, прости, я совсем забыл.
- У меня собрание пациентов.
- Нельзя его устроить завтра?
Это их собрание, я не могу
диктовать им время.
- Там будет с десяток пациентов.
- А Дев не может тебя подменить?
Ты же знаешь Дева.
К тому же, это моя обязанность.
Неделю я ждала этого вечера.
Если это так важно, я попрошу
Мег Райнхарт меня подменить.
Это не важно.
- Мне жаль, Кер.
- И мне жаль.
- Мистер Эплтон, прошу вас.
- Хорошо, мистер Холкомб.
Если мы не последуем правилам,
мы далеко не продвинемся.
Когда все говорят разом,
порядком и не пахнет.
Прошу вас, дождитесь,
когда я дам вам слово.
Так дайте же наконец
кому-нибудь слово.
Я даю слово себе, уверен,
я имею на это полное право.
Пусть скажет кто-нибудь ещё,
Холкомб.
Вы сегодня только злитесь.
Миссис Демут, ваши слова
грубы и непозволительны.
И если вам не нравится, как я…
Простите, иногда я веду себя,
как диктатор.
Есть у меня такой недостаток.
Я над этим работаю.
Так работайте усердней.
Доктор Макайвер!
Простите за опоздание.
Пожалуйста, продолжайте.
Доктор Макайвер, они обеспокоены
трудотерапией.
Пусть доктор Макайвер скажет,
что он об этом думает.
Похоже, это что-то важное.
Так в чём дело?
Тихо, тихо!
Мистер Эплтон, вы невозможны.
Вообще-то, это вотчина
миссис Райнхарт.
Возможно, она подведёт итог.
Нет, я всего лишь сторонний
наблюдатель.
Тогда миссис Дженкинс,
идея была её.
- А я-то думала, она была моя.
- Идея посетила нас обеих.
Я разговаривала о новых
занавесках с миссис Райнхарт,
когда меня посетила эта мысль.
Оказалось, и Лоис подумала
о том же.
Я убеждена, я подумала
об этом первой.
Кто первым додумался
до этого совершенно…
- Не важно?
- Не важно.
Важно то, что мы может сшить
их сами.
Пациенты, конечно.
Групповой проект.
Мы сделаем их с самого нуля,
а Стиви Холт придумает
для них узор,
а потом мы их сошьём.
Идею поддержали все
кроме мистера Холкомба.
Постойте, постойте,
я не говорил, что я против.
Я просто поднял вопрос…
Миссис Райнхарт считает это
выполнимым?
- Возможно.
- Я не слышу восторга.
Это не важно.
Но идея интересная.
Это прекрасная идея!
И вы говорите, Стиви Холт
придумает дизайн?
Да.
Спасибо.
Стиви?
- Да?
- Справишься?
Мы используем небелёный муслин.
По нему можно ходить ногами,
а выглядеть он будет
лучше, чем это.
- Такой значит план?
- Нет.
План – придумать дизайн,
отражающий нашу жизнь в клинике.
Я пока не знаю, на что
они будут похожи.
Но когда мы их повесим,
комната будет похожа на нашу,
а не на комнату мисс Инч.
Откуда такая уверенность?
Да я напуган до чёртиков!
Значит, вопрос с занавесками
решён, доктор?
Пока всё в порядке.
Тишина!
Мистер Эплтон, ей-богу!
Простите, доктор.
Но мы так и не решили,
считать ли это вопрос
административным,
в таком случае мы должны
уведомить доктора Деванала…
Поскольку доктора Деванала
сейчас нет,
назовём этот случай бытовым.
А сейчас…
Пройдите прямо.
Звонок от 4-1098
миссис Макайвер.
Миссис Макайвер слушает.
Что?
Реджина!
Я думала, что-то случилось
с детьми!
Что?
Уже завтра?
Это невероятно!
Реджина, ты – кудесница.
Вики Инч?
О ней не волнуйся.
Я ей сообщу.
Она не проблема.
Реджина, дорогая,
большое тебе спасибо.
Увидимся на следующей неделе.
Пока.
- Да, кто это?
- Вики, это Карен Макайвер.
Да?
Я хочу обсудить с тобой вопрос,
связанный с клиникой.
- Как поживаешь?
- Хорошо.
Дорогая, не могла бы ты говорить
чуть громче?
Я звоню из театра,
во время антракта.
Кажется, в коридоре толчётся
весь город.
- Закрой дверь!
- Тогда я задохнусь.
Здесь довольно душно.
Не понимаю, почему не повесить
кондиционер.
- Деньги.
- Что, дорогая?
- Я сказала, деньги.
- Как ты?
Я же сказала, хорошо!
- Хочешь?
- Нет, спасибо, ещё увидимся.
- Карен!
- Да, Вики.
Я звоню по поводу занавесок.
- Я разговаривала с Реджиной.
- С кем?
Реджиной Митчел-Смит.
У неё есть ткань.
У меня есть несколько образцов.
Вот если бы она прислала
несколько образцов денег,
от этого была бы польза.
Вики, деньги не должны быть
преградой.
Разве?
В прошлом году клиника потратила
сто долларов на кнопки.
- Кнопки?
- И зажимы для бумаги.
Мы не можем их себе позволить.
- Вики, ты мне не помогаешь!
- Неужели?
Карен, для таких дел в клинике
существуют свои каналы.
Я начинаю в этом сомневаться.
И традиции, с которыми новички
не знакомы.
Вики, ты имеешь в виду меня
и доктора Макайвера?
Я определённо имею в виду
Реджину Митчел-Смит,
которая, похоже, не знает, что
декором клиники занимаюсь я.
Она пять лет была
председателем совета.
- И размножалась, как поганка.
- Что?
Как поганка!
Ночь напролёт.
Реджина Митчел-Смит –
самая влиятельная женщина
и она не жалела сил для клиники.
Она работала не усерднее меня.
Я работаю в клинике дольше всех,
за исключением доктора Деванала.
Я помню, как покойный
доктор Коллинс основал её.
Да что там, я помню, как в 1907
построили это здание.
- Неужели?
- А что касается занавесок,
я не посылала за ними в Чикаго,
я купила их у Петли, сама.
В 1907 году?
Я тебя предупреждаю, Вики…
Алло?
Вики!
Джим Петли?
Вики Инч.
Вернётесь потом.
Этот репс за 2.99 за ярд
и скидкой 12.5%…
Я беру.
Присылайте завтра.
Дев!
Возвращайся на место, дорогая.
Я скоро приду.
Карен, нам нужно положить тебя
в банк и жить на проценты.
Ты выглядишь на миллион
долларов.
Дев, я не хочу тебя беспокоить,
но я слегка расстроена.
Могу я с тобой поговорить?
Конечно!
Взять тебе что-нибудь?
- Нет, я хочу подышать воздухом.
- Конечно.
А где Стюарт?
Он не любит музыку?
По правде говоря, нет.
Он вернулся в клинику.
Итак, что тревожит твою
красивую головку?
Чем я могу помочь?
Дев, ты ладишь с Вики Инч?
Не жалуюсь.
А что?
- Она мне нагрубила.
- Она здесь?
- Нет, по телефону.
- Ты же знаешь Вики.
Не принимай это на свой счёт.
Её намёк был весьма
недвусмысленным.
Она назвала меня новичком.
- Она даже бросила трубку.
- Только раз?
- Так в чём всё-таки дело?
- Что ты думаешь о Реджине?
О Реджине?
Она весьма способная женщина.
Её работа у нас неоценима.
Тогда я не понимаю, почему
Вики назвала её поганкой.
Поганка?
Реджина?
Ну Вики и загнула!
В связи с чем она это сказала?
Сегодня я заезжала в клинику
и заглянула в библиотеку…
Сегодня?
Как же я это пропустил?
И я как следует рассмотрела
занавески – это позор!
Вики как раз что-то придумала.
Если послушать Вики, думать
о клинике я не имею права.
Из-за неё я почувствовала себя
ненужной.
Ненужной?
Как ты могла такое подумать?
Разве хоть раз я давал тебе
повод так себя чувствовать?
Предоставь Вики мне.
Утром я поговорю с ней,
а потом позвоню тебе.
Дев, какой ты милый.
Давай встретимся как-нибудь
вечером, выпьем
и что-нибудь придумаем.
Уверен, всё образуется.
- Доктор Макайвер?
- Да, миссис О'Брайен?
Мистер Уитц снова за старое.
- Что он сделал?
- Устроил вечеринку.
По словам мисс Кубеки,
она продолжалась до двух ночи.
- Пациенты жалуются.
- Мисс Кубеки?
- Нет.
- Вам?
- Нет, между собой.
- Хорошо.
Вот пусть комитет пациентов
с мистером Уитцем и разбирается.
Для этого он и создан.
Что-нибудь ещё?
Я узнала, где он его прячет.
В комоде, под носками.
- Что прячет?
- Виски.
- Откуда вы знаете?
- Я посмотрела.
- Вы обыскали его комнату?
- Конечно.
Миссис О'Брайен, вы – человек,
и следовательно, наделены
правом на личное пространство.
- Верно?
- Да.
И вам не понравится,
если на него посягнут.
- Да.
- Мистер Уитц тоже человек.
- Мне забрать виски?
- Конечно, нет.
Но каждый вечер, перед сном,
он с кем-то выпивает.
- Я должна что-то сделать…
- Вымойте ему стаканы.
- Доктор Макайвер…
- Миссис О'Брайен,
пять месяцев назад мистер Уитц
хотел перерезать себе горло.
Теперь он хочет видеть кого-то
перед сном – это ему на пользу.
Доктор Вулф вытащил его
из норы.
И раз уж он высунул из неё нос,
бить по нему мы не можем.
Это непоследовательно.
Это вам понятно?
Да, доктор.
Доброе утро, Стиви.
Это была идея не Лоис
и не миссис Дженкинс.
Это была ваша идея.
И как мне теперь быть?
Благодарить вас до конца жизни?
По-вашему, это излечит
мой недуг?
- Да иди ты!
- А знаете, что я думаю?
Вы сделали это неосознанно,
как если бы я был вашим сыном.
Возможно.
Как ты узнал, что у меня
был сын?
Я не знал, я сказал «сын»
в общем смысле.
- Живёте вы одна.
- А это ты откуда знаешь?
Как-то раз я дошёл
до вашего гаража.
Вы разведены или что?
Мой муж погиб в аварии
четыре года назад.
И сын погиб.
А я – нет.
В прошлом году умерла моя мама.
Тогда мне и стало хуже.
А твой отец жив?
Не знаю.
Я не знаю, где он сейчас.
Он ушёл от нас, когда я был
маленьким.
Ты его сильно любил?
Он был неудачником.
- Не должен я этого говорить.
- Почему?
Так нельзя.
Моя мать так меня любила,
что сломала мне жизнь.
Но я её провела.
Я это преодолела.
- Я смогла это понять.
- Но как?
Подвергла себя анализу.
И теперь я в порядке.
Вы хотите сказать, люди…
вылечиваются?
Только если они над этим
работают.
А теперь прочь, мне нужно
напечатать заметку.
О чём?
О ценах на муслин,
если хочешь знать.
Обычно я ничего не спрашиваю.
И кроме себя никем
не интересуюсь.
И другим о себе обычно
не рассказываю.
Утром ты себя возненавидишь.
Держите.
Я не уверен, что вы их
заслуживаете.
Вики.
Доктор Деванал разговаривает
по телефону.
Знаю, 20 минут пытаюсь
до него дозвониться.
- С кем он там болтает?
- С миссис Макайвер.
Сможешь перенести на ткань, Эйб?
Как нечего делать,
здесь нужен трафарет.
Вот и славно.
Попробуем.
Ты гордишься?
- Немного.
- И правильно.
Мальчику нужно кому-то доверять.
- А ты ему нравишься.
- И он мне нравится.
Как ни посмотри, это хорошо.
Если у нас всё получится, может,
он поймёт, что мы другие…
Что мы хорошие родители.
- Можно от тебя позвонить?
- Конечно.
Это Макайвер.
Соедините меня с домом.
Алло?
Прости, я была в душе.
Прости, дорогой, но я не могу.
У меня назначена встреча.
А что?
Ничего, не важно, это подождёт.
Карен, уже давно мы с тобой
не говорили по душам.
Может, сделаем это сегодня?
Нет, домой я приду рано.
Хорошо, увидимся.
Пока.
Простите, куда мне это отнести?
Это ткань от Петли.
Должно быть, это холсты
для мистера Ирвина.
Нет, это заказ мисс Инч.
- Мисс Инч?
- Да.
- Доброй ночи, миссис Райнхарт.
- Доброй ночи, доктор.
Офис мисс Инч сразу за дверью.
Спасибо.
Стиви, миссис Райнхарт сказала,
твои рисунки великолепны!
Они прекрасны, Стиви,
я их видела.
Я не видел, чтобы она так
восторгалась…
Да здравствует Сезан
от психопатов!
Это твой звёздный час!
Лови момент.
Тебя ждёт успех.
С этого дня тебя будет бросать
между весельем и отчаянием.
Мне тебя жаль.
Столько загубленных нервов
ради одного момента восторга!
Это не смешно, мистер Кэп.
Вы насмехаетесь над другими,
чтобы скрыть свою тревогу.
Я сам себе отвратителен.
Гиббон великолепно
изобразил это
в «Истории упадка и разрушения
Римской империи»,
но упустил удивительный
парадокс
в устройстве самодержавия.
Калигула был чудовищем –
жестоким, коварным, распущенным.
И тем не менее…
Да?
Входите.
- Я вам не помешаю?
- Миссис Райнхарт, входите.
Гостям я рада.
В это время дня бывает одиноко.
Я не отвлекаю вас от обеда?
Я потягивала херес перед тем,
как пойти.
Всегда так делаю.
Выпьете со мной?
Спасибо, с удовольствием.
- Вы не обедаете здесь?
- Нет.
- А где вы обедаете?
- Обычно в городе.
- Это же дорого.
- Как и всё в наши дни.
Полагаю, шторы для библиотеки
обошлись в целое состояние.
Почти 200 долларов.
Лишние траты недопустимы.
- Это преступление!
- Вы уже сделали заказ?
Да, а что?
Я знаю, как свести преступление
до обычного проступка.
Но раз заказ уже сделан…
Сью.
Сью, ты не хочешь…
Я хочу сказать…
Не хочешь сходить со мной
в кино, отпраздновать?
Нет!
Я уберу, моя дорогая.
Всего лишь вода, нужно
только промакнуть.
Стиви, подожди.
Я хочу кое-что тебе сказать.
Мне очень стыдно.
Я хотела пойти.
Никто ещё меня не приглашал…
Но я просто не могу.
Но почему?
У меня невроз.
Я не выходила в свет с того дня,
как здесь оказалась.
Вот что со мной не так.
А что случится, если ты пойдёшь?
В кино, например?
Начнёшь кричать?
Так все подумают, что тебе
не нравится фильм.
Но я не прочь попробовать…
Может, если ты пойдёшь со мной,
всё будет в порядке,
ты позаботишься обо мне.
Ладно, пойдём.
Я не имею в виду прямо сейчас.
Когда-нибудь…
Я не могу пойти вот так вдруг.
Хорошо.
Когда-нибудь.
- Муслин…
- Картинки?
Картинки на муслине?
Миссис Райнхарт, чего
вы добиваетесь?
Я ничего не добиваюсь, мисс Инч.
Я обсудила это сегодня
с доктором Макайвером,
и он считает, что в качестве
терапии…
Так вот, значит, зачем
вы пришли…
Чтобы эта женщина могла
сделать по-своему!
- Какая женщина?
- Вы просто марионетка!
Мисс Инч, я пришла просить вас
о сотрудничестве.
А я думала, вы пришли поболтать.
То же мне, картинки на муслине!
Такой ерунды я ещё не слыхала!
У меня и в мыслях не было…
Скажите своему доктору Макайверу,
что видели меня,
что я сказала, что вы зашли
слишком далеко!
И пусть его жена не суёт
свой нос в мои дела.
Прости.
Похоже, сегодня я иду к тебе
со всеми своими проблемами.
Брак – дело непростое, Карен.
Когда тебе чего-то в нём
не хватает, ты ощущаешь голод.
Это прекрасный обычай,
но как и в любом другом обычае
ты теряешь в нём часть себя.
Поэтому, мы или умираем с голоду
или ищем еду вне дома.
Дев, я не жалуюсь…
Просто…
В начале…
Когда мы жили в Чикаго,
карьера Стюарта была
на первом месте,
но это было так волнительно,
мы жить не могли друг без друга.
Мы дополняли друг друга.
- А теперь?
- Я не эгоистка, Дев.
Он хотел переехать сюда,
а я – нет,
но я приехала, и постепенно
всё изменилось.
Он стал таким задумчивым,
неприступным.
Он находит радость в работе.
Я – нет.
У меня нет ничего,
и когда я пытаюсь найти то,
что приблизит меня к нему, он…
Мне нужно…
Я не знаю, что мне нужно.
- Привет.
- Привет.
Прослушал твоё сообщение.
Похоже, дело срочное.
Я не хотела, чтобы ты
срывался с места.
Ничего.
Что стряслось?
Похоже, я совершила
крупную ошибку.
Для Вики Инч пришла ткань
от Петли.
Я пыталась тебя найти,
а потом пошла к ней.
- Она будто взбесилась.
- Неужели?
Утром я поговорю с ней.
Забудь.
Ты должен знать:
оказывается, я – марионетка.
Ты используешь меня,
чтобы провернуть
хитроумный план
с миссис Макайвер.
С Карен?
Цитирую:
«Передай доктору Макайверу,
чтобы его жена не совала
свой нос в мои дела».
Слово в слово,
минус прилагательные.
- И как это понимать?
- Я не знаю.
Она не дала мне и слова сказать.
Пожалуй, я позвоню ей
прямо сейчас.
- Можно?
- Конечно.
- Давай я тебе помогу.
- Я справлюсь.
- Прости, лампочка перегорела.
- Ничего.
Интересно, кто её надоумил?
- Вики?
- Да.
- Это нужно тебя спросить.
- Ты думаешь, это я?
- Что, используешь меня?
- Да.
Нет.
Я помогу.
- В доме бардак.
- Ничего, не волнуйся.
- Вообще-то, я хорошая хозяйка.
- Мне нравится.
- Дай мне недельку.
- Где телефон?
- Там, на полу.
- Спасибо.
Алло, Вики?
Это доктор Макайвер.
Хорошо.
Послушай…
Я хочу прояснить недоразумение
с занавесками.
Нет, нет, нет.
Подожди.
Карен тебе звонила?
А как с этим связана…
Конечно, я её спрошу,
но я всё равно не понимаю…
Алло, Вики?
Одного у Вики Инч не отнять…
Странности у неё имеются,
собственно, как и у остальных.
Ты что-то говорил вчера
о личном пространстве.
Совать свой нос в чужие дела –
привилегия врачей.
- Но не медсестёр?
- Миссис О'Брайен?
Она не медсестра, она – офицер
под прикрытием.
Она привыкнет.
Красивый стул.
Сама сделала?
- Да.
- Меня выдержит?
- Покрепче тебя будет.
- Надеюсь.
А что с мистером Уитцем?
Как быть, если его пьянство
беспокоит других пациентов?
Пусть с этим разбирается
комитет пациентов.
- А он их послушает?
- Пациентов?
Конечно.
У него нет выбора – он не может
развлекаться всю ночь.
Он же не Шахерезада.
Одному я научилась точно –
без чувства юмора не обойтись.
Конечно.
День за днём тебя окружают
страдания,
и ты начинаешь высыхать.
И тогда у тебя не останется
ничего, чем можно поделиться.
- А им подавай всё больше.
- Конечно, они жаждут этого.
Держи.
Прекрасный портсигар.
Ты его сделала?
Нет, мой муж.
Прости.
Но каким-то чудесным образом
всегда появляется
кто-то с идеей.
Вроде…
Вроде твоей идеи с занавесками.
Я ещё не видел Стиви таким
увлечённым.
- С меня причитается.
- Это была идея Сью.
- Я лишь заразила ей окружающих.
- Выполнено было мастерски.
Я и сама так думала, пока
находилась под твоим присмотром.
А потом мне стало неуютно.
Скажи, как бы ты всё устроил?
Не знаю, правил здесь
не существует.
Если у тебя добрые намерения,
ты просто принимаешь
происходящее.
А мои намерения добрые?
Поработай ещё два месяца,
и я тебе скажу.
- А стул и правда удобный.
- Я же говорила.
Может, лучше я останусь
сидеть здесь?
Лучше, чем что?
Лучше, чем идти в бой
с Вики Инч.
Здесь будет уютно.
- Через пару недель.
- Здесь и сейчас уютно.
- Выгони меня.
- Хорошо, убирайся.
- Спасибо.
- Дай знать, кто победит.
Обязательно.
Доброй ночи.
Доброй ночи.
- Кто там?
- Доктор Макайвер.
Что вам нужно?
Я хочу с тобой поговорить,
открой дверь.
Я уже сплю!
Поговорим утром!
Вики, я не уйду, открой дверь.
Подождите.
Доктор Макайвер,
я прошу вас уйти.
Надеюсь, вы понимаете,
что вы нарушаете закон.
Этот дом и эта земля
принадлежат мне.
Я прошу вас уйти,
а вы врываетесь…
Вики, хватит причитать и сядь.
Сядь!
И замолчи!
Во-первых, не смей больше
бросать трубку, Вики,
Не то я натяну тебе халат
на голову и научу манерам.
- Вы не посмеете!
- Посмотрим.
А это ещё что?
Доктор Макайвер,
что скажут соседи,
когда увидят меня неодетой?
- Вы одеты.
- Я не одета.
Ты хочешь, чтобы соседи увидели
тебя неодетой?
- Доктор Макайвер!
- Мне нужна пепельница, Вики.
- Я не курю!
- Так дай мне тарелку.
Или ты не ешь?
Спасибо.
А теперь…
Садись, садись.
Что за ерунду ты говорила
про Карен?
- Думаю, всё это очень странно…
- Мне всё равно, что ты думаешь.
Ты переходишь все границы,
запугивая людей.
Я знаю, ты напугана больше, чем
кто-либо другой, так что хватит.
Управлять клиникой непросто
и без твоих выходок.
Когда тебе позвонила Карен?
- Вчера.
- Зачем?
Из-за штор!
Штор, которыми занимаюсь я,
которыми хочет заниматься она
и Реджина Митчел-Смит.
Понятно.
Прости за путаницу, Вики.
Но решение по проекту
миссис Райнхарт
останется неизменным.
Занавески делают пациенты.
Они получатся странные.
Это вопрос вкуса,
и ты не последняя инстанция.
Кто объяснит их попечителям?
Клиникой управляю я, Вики,
а не попечители.
У меня создалось впечатление,
что ей управляет доктор Деванал.
Ты читала мой контракт?
- Нет.
- Как же ты это упустила?
Дев держит его под замком
в своём столе.
Если миссис Райнхарт что-нибудь
понадобится,
ты ей поможешь.
- Это твой отец?
- Да.
Внушительный господин.
Он сражался с индейцами во время
освоения этих земель.
- Доброй ночи, Вики.
- Может…
- Вы не хотите чашечку чая?
- Нет, спасибо, Вики.
Доктор Макайвер!
По-вашему, сможем мы…
ладить и дальше?
Конечно, Вики.
Мои условия просты –
безоговорочная капитуляция.
Доброй ночи.
Ну и ну!
- Карен?
- Мам, взгляни,
как я выбью дух из твоего мужа.
Я пойду к себе, Марк.
Спокойной ночи.
Карен, я думал, у нас
назначено свидание.
Я застряла в офисе.
Я прождал три часа, Карен.
Я хочу поговорить с тобой.
Отложим на потом.
У меня ужасно болит голова.
Тогда зачем ты пила?
Ты же знаешь, что алкоголь
расширяет сосуды.
Раз ты столько знаешь,
напиши об этом книгу.
Кое о чём я вовсе не знаю!
Карен.
Из-за чего ты со мной ссоришься?
Что?
Я сказал, из-за чего ты со мной…
Из-за чего ты со мной ссоришься?
Я не ссорюсь с тобой!
Почему ты не рассказала мне
о занавесках?
Странно слышать об этом
от других людей…
- Когда?
- Что?
Когда я должна была
тебе сказать?
В любое время,
что значит «когда»?
Может, вчера вечером,
во время антракта?
Карен…
Я пыталась.
Тебя никогда нет.
Я и сегодня тебе звонила.
Сэди сказала, тебя нет дома.
Я думала, у нас свидание!
Я был у Вики, пытался распутать
это клубок.
Не хватает, чтобы мы увешались
этими занавесками.
Я всё уладила с Девом.
С Девом?
Это с ним ты ужинала?
Да.
Что, нельзя?
Карен, ты же не встречалась
с Девом из-за этих занавесок?
- Ты говорила ему про них?
- Среди прочего.
Вот что я тебе скажу.
Не смей обсуждать с Девом
за моей спиной дела,
связанные с клиникой!
Ты поняла?
Мег Райнхарт предложила,
чтобы пациенты
сами сшили занавески.
Осуществить это будет трудно
и без твоих выкрутасов,
и Дев здесь не помощник.
Думал ли ты о том,
что Дев интересен мне
как обычный собеседник?
Мы говорили не только о клинике.
Да уж наверное, о чём ещё
говорить четыре часа?
Вообще-то, о тебе.
Ясно.
Ты ободряла Дева, рыдая
на его плече.
- Я не рыдаю.
- Ты не знаешь,
что с ним происходит,
оставь его в покое.
А когда ты в последний раз
говорил с ним по душам?
По-твоему, это ты делала?
Не хочу разбивать твою
маленькую мечту, Карен,
но ты не особенный случай
в жизни доктора Деванала.
Подобное случается со всеми
женщинами на его пути,
включая секретаршу и…
Есть на свете то,
чего ты не знаешь?
Рози спит.
Вдруг ты стал заботливым отцом.
А это как понимать?
По-твоему, я не забочусь о детях?
Единственные, о ком ты
заботишься, это дети из клиники.
Вчера в школе Рози спросили, кем
она хочет быть, когда вырастет.
Знаешь, что она ответила?
Пациентом!
Люди иногда ругаются, Марк.
Доброй ночи.
Спокойной ночи.
Когда вчера эти «выкрутасы»,
как ты их называешь,
пришли мне в голову,
я сразу поехала к тебе в офис.
Я пыталась сказать тебе.
Думала, ты обрадуешься.
А сейчас меня от них тошнит.
Мне всё равно,
повесят их или нет!
Я бывал бы дома чаще, Карен,
если бы было к кому
возвращаться.
К кому, например?
К настоящей женщине.
С тобой я не чувствую себя
женщиной.
Что, по-твоему, я пытаюсь
сказать тебе не один месяц?
Я – женщина.
Как же я этого хочу…
Я хочу чувствовать себя
желанной!
- Ты у всех вызываешь желание.
- А у тебя?
А у тебя?
Зря ты думаешь,
что ты выиграешь,
ничего ты не выиграешь!
Ура!
Имеет он право или нет разрешать
пациентам шить занавески?
- Что делают пациенты?
- Шьют занавески для библиотеки.
Ты не знал?
Разве ты одобряешь подобное?
- Ты уже не главный?
- Что?
Почему я не видела
контракт Макайвера?
- Ты никогда об этом не просила.
- Я прошу тебя сейчас!
- Я бы с радостью его показал…
- Он в правом ящике, на дне.
- Его там нет!
- Открой – и увидим!
Закончим разговор в другой раз.
У меня пациент.
Кобби, как только придёт
мистер Кэп, впусти его.
Минутку, я хочу продиктовать
письмо.
- Я возьму блокнот.
- Не важно.
Возьми.
Вики, ты должна меня извинить.
Проваливай.
- Прошу прощения?
- Я сказала, проваливай!
Хорошо.
Вики, я устал от твоего
высокомерия!
Ты кем себя возомнила,
пчелиной маткой?
- Ты обычный наёмный работник.
- Тогда уволь меня!
Так я уволена или нет?
Конечно же нет.
Не говори ерунды.
Ты не можешь меня уволить,
ты и эту привилегию отдал.
Ведь так?
Поэтому ты не хотел, чтобы
я читала контракт Макайвера?
Поэтому?
Почему ты мне не рассказал?
Я даже Эдне об этом не говорил.
Кое-какая гордость у меня ещё
осталась, Вики.
Ты позволил сражаться
за тебя, зная,
что меня могут уволить.
Послушай, Вики.
Мы работаем с тобой 20 лет.
Друзья должны держаться
друг друга.
Человек должен твёрдо
стоять на ногах.
48 лет я стою на своих.
И теперь я хочу, чтобы
в кои-то веки меня поддержали.
Думаешь, Макайвер тебя
поддержит?
Лишь вчера его собственная жена
стояла…
Я помню в этом кабинете
Сэнфорда Коллинса.
Комната тогда была красивая,
большая.
Жалкое зрелище.
О чём ты?
Видеть в ней такого маленького
человечка.
Мистер Кэп…
Подождите, пожалуйста,
ещё пару минут.
Спасибо.
Кобби…
Что у меня сегодня по плану?
Не важно.
Освободи вторую половину дня.
Я не в состоянии сегодня
работать.
Петли?
Инч.
Отлично.
Джим, та ткань…
Я сочла её неудовлет…
Пришли Альберта,
пусть заберёт её.
Кобби, будь добра, напечатай
заметку.
Офис директора клиники…
всем заинтересованным.
Тема: библиотечные занавески.
Моё решение основано
на тщательном рассмотрении
вовлечённых в дело сторон,
и принимая во внимание пожелания
председателя совета попечителей…
Сэди!
- Макайвер?
- Да.
Доставка для миссис Макайвер.
- Спасибо.
- Не за что.
Сэди!
Я не слишком рано?
Всё в порядке, Сэди.
Входи.
Разве мы не договаривались
о ленче?
Неужели?
Я не помню.
Карен, прости.
Но раз уж я здесь, почему бы нам
не перекусить?
- Я не могу, Дев, я не одета.
- Не торопись, принцесса.
У нас весь вечер впереди.
- Дев, что-нибудь выпьешь?
- Не откажусь.
Мне понравился
прошлый вечер, Карен.
Знаешь…
после твоего ухода
я думал над твоими словами.
Что мы живём…
закрытые ото всех.
В этом нет ничьей вины.
Просто так происходит.
И вот мы здесь…
что-то ищем…
на что-то надеемся.
- Я думал…
- Что ты думал, Дев?
Что два бокала вина, стейк
и помощь с глупыми занавесками…
Карен!
В твоих словах я слышу
отвращение.
Неужели?
Вчера мне показалось, что мы…
Я думал, что у нас…
Что случилось, Карен?
- Что случилось со всеми?
- Скоро вернутся Марк и Рози.
Ты должен уйти.
Дев, я…
Прости…
что я тебя в это втянула.
Вытри лицо, Дев.
Есть сигаретка?
Я могу войти или же я нарушаю
деликатный процесс творения?
- Это генезис или синтез?
- Он ещё не закончен.
В амбаре их предостаточно.
Незавершённость…
В незавершённости заключён
триумф.
Когда работа закончена,
ты отдаёшь себя на растерзание
похвале, насмешке и другим
сопутствующим вульгарностям.
Поэтому я тебя и поздравляю.
Тебя только что освободили
от ответственности.
Как я говорю, талант
всегда гоним.
Но заметка доктора Деванала
об отказе от твоих эскизов
даровала тебе победу.
Что?
- Что?
- Ты не знал?
- Где она?
- Холкомб взял её в цирюльне.
Прости, я думал, все уже…
- Где заметка?
- Стиви, только не волнуйся.
- Всё будет хорошо.
- Господа, пожалуйста!
Пожалуйста, Стиви!
Не читай ты её…
«Я ждал её, а потом…»
Стиви!
- Стиви!
- Я забираю свои рисунки.
Они не твои.
Они принадлежат всем.
Думаешь, ты один вложил
в них душу?
Дайте пройти!
Дайте пройти!
Мне нужен ваш офис,
миссис Райнхарт.
Пойдём, Стиви.
Я впервые об этом слышу.
Но тебе не нужны объяснения,
ты хочешь верить в худшее.
Мисс Кобб, доктор Деванал
у себя?
Где он?
Мне нужно с ним поговорить.
Где он может быть?
Да, запишите сообщение
и передайте слово в слово.
Дорогой Дев…
по-моему, с этими занавесками
возникло недопонимание.
На кон поставлено большее,
чем желания председателя
совета правления.
А тем временем комитет пациентов
продолжит работу
над занавесками.
И пусть мне позвонит,
как только вернётся.
- Важная шишка.
- Не такая важная.
Вы отправите меня в закрытую
клинику?
Это зависит от тебя.
Ты не сможешь остаться здесь,
если продолжишь бить людей.
Разве ради этого ты трудился?
Какая разница.
Я так устал быть больным.
Час назад…
Только не смейтесь…
Я думал, я поправился настолько,
что могу выйти отсюда.
Я будто пытаюсь выбраться
из колодца.
Ты не прав.
Вспомни, как ты здесь очутился.
Вот тогда ты был на самом дне.
Что скажешь?
Не знаю.
Вам мне не помочь.
Может, ты и прав,
а может, и нет.
Но когда случается подобное,
подожди пять минут – и узнаешь.
Я буду здесь до двух.
Продолжим с занавесками, пока
кто-нибудь ещё не вмешался.
- Я поговорю с Деваналом.
- Эйб придёт вечером.
- Он хочет опробовать трафарет.
- Хорошо, держи меня в курсе.
Мистер Холкомб…
простите.
Стиви?
Я сделала его сама.
Стиви, я думала о твоих словах,
о том, что ты сказал про кино,
и я согласна,
если ты не передумал.
Тебе не обязательно
отвечать сейчас.
Можешь всё обдумать.
Я рад, что ты пришла, Кобби.
Кобби, моя дорогая…
Но сначала я налью тебе выпить.
Я не хочу пить.
Мне не следовало приходить.
- Если меня здесь увидят…
- Конечно, ты хочешь выпить.
Это тебя взбодрит.
Заметка вышла?
Отлично!
Мы будем сражаться, Кобби.
Спина к спине.
Ты – может, но я не стану.
Так мы будем работать или нет?
Ты сказал, у тебя ко мне дело.
- А если меня увидят?
- Кобби…
у меня осталась лишь ты.
Ты ведь знаешь это.
Ты мне нужна.
Конечно, отвечать на звонки
миссис Макайвер.
Телефон звонит не переставая,
все хотят знать, где ты.
- Сколько ты будешь прятаться?
- Кто это прячется?
Выпивки у меня хватит.
Четыре года назад я сказал
Реджине…
«Давай, Реджина, приводи этого…
Макайвера, если хочешь».
«Я с радостью сыграю
вторую роль».
Телефон звонит.
Мне ответить?
Конечно.
Алло?
Реджина, это Дев.
Реджина, у нас экстренный
случай.
Прилетай завтра первым рейсом.
Это очень важно.
Что?
Минутку.
Да, оператор.
Что, не отвечает?
Почему?
Продолжайте, оператор.
Кобби, набери мне Вики.
- Я хочу поговорить с Вики.
- Набери сам.
Для этого ты, значит,
меня позвал?
Это какое-то безумие.
Алло?
Алло, Вики?
Конечно.
Кто, по-твоему, это был?
Я в порядке.
В полном порядке.
Крепко стою на своих ногах.
Вики, мы будем сражаться.
Пришла пора им показать.
Дев, где ты?
И о чём ты говоришь?
Сделаешь вот что.
Подготовь доклад.
Да, это сработает.
Покажем его совету…
Ты меня понимаешь…
О том, как всё пошло
наперекосяк.
О бардаке, в который
погрузил нас Макайвер.
О гулянках, выпивке,
самоуправстве пациентов.
Добавь красок!
А во вторник мы придём
на собрание
и бросим его на стол.
Ни к чему хорошему
это не приведёт.
Слушай, Вики.
Я наведу здесь порядок!
И лучше тебе быть
на верной стороне.
Макайвер хочет тебя уволить.
Он говорил об этом с Реджиной.
Она сама мне сказала, Вики!
Макайвер остаётся, а твоя голова
полетит с плеч.
Руководство должно решить
свои проблемы.
- Тогда пациенты решат свои.
- Верно подмечено.
Обещаю, мы соберём собрание
по этому вопросу
как только я свяжусь
с доктором Деваналом.
Так всё-таки, есть у нас
самоуправление или нет?
И если его нет, не говорите нам
обратное, доктор Макайвер.
Просто повесьте
любые шторы – и всё.
А басни про комитет
оставьте индейцам.
Или мисс Инч.
Послушайте, я прошу вас
набраться терпения.
Мы затеяли непростое дело.
Как и самоуправление.
Но я уверен,
у нас всё получится.
По крайней мере,
хотя бы попробуем.
Простите.
Что ж, я думаю…
Вы обманываетесь, Холкомб,
если думаете,
что они хоть что-то
здесь изменят.
Карен, у меня собрание.
Эдна Деванал?
А ей что нужно?
Я не знаю, где он.
Похоже, никто не знает.
Сделал гадость – и в кусты.
Я подумал, может, ты знаешь?
Я не видела Дева с самого…
Я должна поговорить
с тобой о нас.
Мне очень страшно.
- Стюарт, я…
- Я не могу сейчас говорить.
Мистер Холкомб?
Собрание закончено?
Перенесено.
- Доктор Макайвер.
- Да, мистер Кэп.
Холкомб расстроен.
Доктор Деванал отменил
его сеанс.
Ясно.
Кстати, вы слышали что-нибудь
о докторе Деванале?
Спасибо.
Нет, не слышал.
Он и ваш сеанс отменил?
Да, но, в отличии от Холкомба,
я не истерю.
- Я в порядке.
- Вот и хорошо, рад это слышать.
- Мисс Гавни.
- Да, доктор?
Доктор Вулф будет в клинике
на тот случай,
если кому-нибудь
понадобится помощь?
- Конечно, сэр, он…
- Прекрасно.
Доброй ночи, мисс Гевни.
Доброй ночи, доктор.
- Спасибо.
- Доброй ночи, мистер Кэп.
Эйб, ты прав.
Мир вокруг обезвоживается.
А что нельзя обезвожить –
замораживается.
Нарезка ушла в прошлое.
Вот когда ты в последний раз
видел женщину, режущую апельсин?
По мне, чем больше искусство
утеряно, тем лучше.
А вот и наш славный доктор!
- Здравствуйте.
- Входите, входите.
Спасибо.
Я увидел свет.
Присаживайтесь.
Налей ему бокал вина.
Нет, спасибо.
Мне нужно идти.
Собрание только что завершилось.
Убедительным я точно не был.
Добрый вечер.
Осторожней с этим, милая.
Вещичка ценная.
Доктор, вы же не знакомы
с женой Эйба.
- Нет, не знаком.
- Ширли, это известный чтец умов
и глубоководный ныряльщик
великий Макайвер.
- Здравствуйте.
- Рад познакомиться.
Эйб сказал, я могу прийти.
Я приношу ему вдохновение.
Вот и хорошо.
- Эйб, как продвигается работа?
- Одному богу известно.
Вся надежда на мои умения
и животное хладнокровие.
А Вулф у Стиви вышел
что надо, правда?
Он и вашу озабоченность
ухватил верно.
Поужинаете с нами,
доктор Макайвер?
Он отказался, не нужно
потчевать человека.
Постойте, постойте.
Я передумал.
- Потчуйте меня.
- Вот и хорошо.
- Начните с этого.
- Спагетти, прекрасно.
Останешься на наш великий
эксперимент?
Не знаю.
Сколько ждать, Эйб?
Наберитесь терпения, доктор.
Это вам не раздвоение
личности лечить.
- Это искусство!
- Миссис Ирвин, одно знаю точно,
ваш ребёнок будет воспитан
с должным уважением к искусству.
К трём годам он будет рисовать,
как венецианцы.
Неужели теперь вы анализируете
людей до их рождения?
По нему не скажешь, но Эйб
ждёт не дождётся стать отцом.
Спорить можно обо всём,
кроме детей:
о мужьях, работе, искусстве.
Когда ребёнок рядом,
ничто не имеет значения.
Как же ты права.
- Что скажете?
- А неплохо!
Стиви присущ язвительный
взгляд Гойи.
- Скорее, Стейнберга.
- Скорее, все вы напились.
Эйб доволен – тут нужен
опыт, а он у меня есть.
- И как это определить?
- Он ест.
Если он ест, значит, всё хорошо.
Раньше, ещё до свадьбы,
я волновалась.
Бывает, за день
и крошки не съест.
А потом вдруг в три часа ночи
проголодается, будит меня
и просит сделать ему сэндвич.
Теперь в три часа ночи
придётся вставать мне.
- Подогревать бутылочку.
- Так вам и надо!
Ширли, тебе пора быть в постели.
Это подождёт до утра.
- Мы не можем оставить бардак.
- Оставьте.
- Как вы доберётесь до дома?
- Я справлюсь.
- Я могу подвезти.
- Вот и хорошо.
Вези её домой, Эйб.
Рад был поболтать.
Надо будет повторить у нас, док.
- Только скажите.
- Доброй ночи.
Доброй ночи, Ширли.
- Док?
- Да.
- Вы ведь вылечите парнишку?
- Мы постараемся, Эйб.
- Увидимся.
- Доброй ночи.
- И спасибо.
- Не за что, док.
Самая лучшая вечеринка –
когда все уходят.
- Будешь мыть или вытирать?
- Мне всё равно.
На твоём месте я бы выбрала
мытьё.
- Тогда мой.
- Ладно.
Найдёшь полотенце?
В шкафу, правая дверца.
Да, мэм.
- Держи.
- Спасибо.
Сколько ты была замужем?
Шесть лет, восемь месяцев
и два дня.
Парни, пошли поедим!
Не жалеешь?
Что переехала и устроилась
в клинику?
Нет.
Это только отчасти правда…
что эта работа излечивает
все печали.
- По-твоему, я этим занимаюсь?
- Пытаешься.
Эта работа для тебя некий мост?
В стан живых?
С возвращением.
Ты молода, тебя ждёт целый мир.
И настоящее испытание…
хотя одно уже позади.
Я и сам об этом думал.
Хотя «думал», возможно,
не то слово.
Скорее, это впечатление,
ощущение, атмосфера вокруг.
Нечто такое внутри.
Расслабься, закрой глаза.
Для этого и нужно кресло.
Хорошо.
Я вижу маленький
университетский городок.
Жёлтый дом на пять квартир.
Он стоит на тенистой улице
среди таких же домов.
Снаружи доносятся мирные звуки:
бряцанье газонокосилки…
звуки пианино.
В квартире, которую мы с Карен
снимали в Чикаго,
ванная была на кухне.
Маленькая, уютная,
никаких проблем.
Разве что одна – когда
опускаешь кровать Мерфи,
дверь тебе не открыть.
Я возвращался из больницы
в пять утра,
а на плите стоял кофе.
Интересно, где сейчас Дев?
Наверное, где-то напивается.
Его состояние ухудшается
с каждым днём.
А теперь мне придётся с ним
воевать, а я не хочу.
- Почему?
- Я помню его другим.
Их работа с Коллинсом
была важна.
Поэтому ты его покрываешь?
Неужели вид того,
как мы с ним грызёмся,
пойдёт пациентам на пользу?
- Знаешь, чего я хочу?
- Что?
Вернуться к настроению,
которое было час назад.
Разговор, вино…
- Пиво устроит?
- Не то настроение.
У меня есть красные бокалы.
Хорошо.
- Можно позвонить?
- Конечно, он там.
Спасибо.
Мисс Кубеки?
Это доктор Макайвер.
О докторе Деванале
что-нибудь слышно?
Ничего, значит?
Правда?
Переключите на неё.
Здравствуйте, мисс Гевни.
Кто?
Мистер Кэп…
Да, дайте ему успокоительное.
Да, всё в порядке, дайте.
Если я понадоблюсь
доктору Вулфу,
пусть позвонит 6258.
Доброй ночи.
Алло, это миссис Макайвер.
Мой…
Доктор Макайвер у себя?
Да, это срочно.
Спасибо, давайте номер.
Спасибо.
Алло?
- Кто это?
- Алло?
Справочная, 6258.
На чьё имя записан номер?
Простите, но мы не даём
подобную информацию.
У нас нет списка телефонных
номеров.
Это непросто для всех,
но особенно – для нас,
поскольку наши слабости
из прошлого
накладываются на переживания
в настоящем.
И теперь…
когда я с тобой…
и это по настоящему…
мои чувства…
Откуда они берутся, может,
я спутал их с чем-то другим?
Спокойной ночи, Стиви.
Спасибо за то, что был рядом.
Сама бы я не справилась.
Я бы не справилась
ни с кем другим.
Спокойной ночи.
Мистер Кэп, вы, должно быть,
спите на ходе.
Может, ляжете в кровать
и поспите?
Это самое остроумное замечание
со смерти Оскара Уайлда.
Мистер Кэп, ведь я дала вам
успокоительное.
Да, две капсулы.
- Клиника точно не разорится?
- Мистер Кэп…
Вам полегчает, если я позову
доктора Вулфа?
Мисс Гевни, прошу вас!
Куда мне столько докторов.
Не будем портить проверенную
временем работу доктора Деванала.
Он готовит меня к внешнему миру.
Тщетности и пустоте…
водородной бомбе…
Кто знает, может, я смогу
смотреть в лицо матери!
Это грозная женщина, мисс Гевни…
Быстрый глаз, твёрдая рука.
Никогда не знаешь, когда
всадит нож в спину.
«М» – миллион благодарностей
«А» – а ведь ты уже не молода
«М» – меня спасла ты
«А» – а сердце из чистого
золота
- Доброе утро, Марк.
- Доброе утро.
- Мама ещё не спускалась?
- Она ушла?
Куда ушла?
В «Спрингс».
Она взяла Рози с собой.
Ты должен отвезти меня
к Билли Хомейеру на выходные.
Сэди ещё нет.
Хорошо, собирайся.
Я позавтракаю в клинике.
- До скорого.
- Пока, пап.
- Доктор Макайвер уже приехал?
- Будет с минуты на минуту.
Когда он придёт, скажите мне.
Я буду в столовой.
Нет, нет, нет, миссис Деванал.
О докторе ничего не слышно.
Да, я вам позвоню.
Мистер Кэп, пройдите в столовую,
я вас позову.
Я подожду доктора здесь.
Кобби, а ты знаешь,
что Томас Эдисон
спал только 42 минуты в сутки?
- Неудивительно, что он ошибался.
- Доктор Макайвер!
Это Стиви!
Хватит с меня этих ненормальных!
Я пытался его остановить.
Он разбил окно.
Он хотел убежать,
но Кёрли его остановил.
Кёрли порезался стеклом.
- Кёрли, что вызвало приступ?
- А мне откуда знать?
Доктор Макайвер!
Доктор Макайвер, вы же обещали,
почему повесили занавески?
- Какие ещё занавески?
- С цветами.
- Очень отталкивающие.
- Кёрли, куда он побежал?
Я видел, как он направился
в сторону реки.
Господи!
Стиви!
Стиви!
Стиви!
Доктор, с этим шумом
нужно что-то делать.
Мне нужен отдых.
Если шум не прекратится,
я позвоню в полицию!
Мисс Роббинс, не делайте этого.
Прошу вас, вернитесь в комнату.
Уверяю вас, всё возможно уже
делается.
С вами пытался
связаться патруль.
Я сказала, что вы им
перезвоните.
Свяжитесь с ними, звонок
переведите ко мне в офис.
Доктор Макайвер, я пришла
в клинику не для того,
чтобы меня сводили с ума!
- Мисс Роббинс, расскажите мне.
- Этот шум, смех, танцы…
- Насколько всё плохо, Тим?
- Очень плохо.
Весь день только и говорят
о новых шторах,
а теперь ещё и слухи
о самоубийстве Стиви.
Заметку прочитали все,
и я не представляю…
Доктор Макайвер, миссис Демут
напилась у мистера Эплтона.
- Видите?
- К себе она не уходит.
Доктор Макайвер, патруль на линии.
- Демут знает, что я здесь?
- Я поднимусь.
- Доктор…
- Я разберусь…
Макайвер.
Верно, я звонил в офис шерифа
около двух.
Определённо нет.
Он опасен только для себя.
Никого не присылайте.
Я сам приеду.
- Доктор, что мне делать…
- Позже, миссис О'Брайен.
Миссис О'Брайен…
Миссис О'Брайен!
- Да, доктор?
- Немедленно их снимите!
- Но, доктор…
- Снимите, пока их не увидели.
- Но что мне с ними делать?
- Мне всё равно!
Положите ко мне в машину.
Я их выброшу!
Вам не кажется, что лучше
дождаться доктора Деванала…
Стюарт!
- Ты где был?
- Я?
Я был в аэропорту,
встречал Реджину.
У нас был разговор.
Мы только что вошли.
- Я настаиваю на объяснении…
- Значит, вы не слышали о Стивене.
Нет, а что?
Он причинял беспокойство?
Можно и так сказать,
но он ещё жив.
- Кто-то из пациентов?
- Мой пациент.
Стюарт, тебе не кажется,
что ты драматизируешь?
Ты читал его дело!
А если нет, приди хоть раз
на собрание и прочитай!
Для чего ты здесь – лечить
пациентов или убивать их?
Я не вешал эти занавески,
ты это знаешь.
Дев, если парнишка покончит
с собой,
я попру тебя из профессии
так далеко,
что обратно дорогу
ты не найдёшь!
Послушай, Стюарт!
Ты можешь пожалеть
о таком заявлении.
- Я ни о чём сожалеть не стану!
- Минуточку!
Парень и раньше пытался
покончить с собой.
Хочешь сказать, зная это,
ты дал ему сбежать,
дал стать местной звездой?
Почему ты не отправил его
в закрытую клинику?
Потому что я врач,
а не надзиратель!
Мак, пока не прибыли
члены совета,
я хочу узнать, что здесь
происходит.
- До меня доходили слухи…
- Какие слухи, Реджина?
О небрежности в лечении
пациентов.
Некомпетентности.
И я хочу знать,
есть ли в них правда.
- Дев эти слухи поддерживает?
- Конечно, нет.
- Он всё отрицает.
- Вот и я отрицаю.
Мак, я настроена серьёзно.
Как и я.
Не пытайся управлять
клиникой в одиночку.
У нас есть обязательства
перед попечителями.
- Но не перед пациентами?
- Пациенты – твоё дело.
Попечители не могут управлять
клиникой, не зная её изнутри.
А сидя в Чикаго,
ты её не узнаешь!
Из того, что я видела
за последние две минуты…
Так подожди ещё две минуты,
я не могу сейчас разговаривать.
- Мак!
- Не сейчас!
Я не понимаю, что они делают?
Они скорбят, миссис О'Брайен.
Ваш народ называет это
поминками.
Мистер Кэп.
Мистер Кэп!
Не стоит лечить мой недуг,
укоренившийся в печали
памяти.
Воскреси свои тревоги,
прими дарующий дурман
антидот,
очистись от…
Мистер Кэп, может, приляжете?
Миссис О'Брайен, я вам говорил,
что вы напоминаете мне мать?
Прими дарующий дурман
антидот,
очистись от…
Отто, я рад, что ты здесь.
Я хочу поговорить с тобой.
В вашем офисе сидит
миссис Деванал.
Миссис Деванал?
Что ей нужно?
Не знаю, она давно вас ждёт.
Здравствуй, Эдна.
Чем могу помочь?
Жаль мальчика, Стюарт.
Всю ночь я думала об этом.
Я знаю, какого мнения ты о Деве.
Я не одобряю его поступков.
Стюарт, разве тебе его не жаль?
Прости, Эдна, но это не личное,
и я не могу допустить,
чтобы Дев это продолжал.
Но разве нельзя это сделать
как-то по-другому?
Я большего не прошу.
Просто… не так.
Разве так важно, сколько раз
он был с мисс Кобб в отеле «Рилтон»?
Если это не важно мне…
Я давно это терплю
и уже привыкла…
Но какое дело до этого
кому-то ещё?
Если слова о двух случаях
небрежности правда,
должно быть, это серьёзно…
Ты хоть представляешь,
что значит жить с человеком,
который десять лет приносит
в дом свои проблемы?
Но, Стюарт…
если он потеряет гордость…
ему придёт конец.
У него осталась только гордость.
Эдна…
Откуда это у тебя?
Вчера его доставил курьер.
Я знала, что мне не следует
его открывать,
но Дева не было…
- Я так волновалась.
- А Дев это видел?
Нет.
- Салли, вызови мисс Инч.
- Звонила миссис Митчел-Смит.
- Собрание совета назначено…
- Мне нужна мисс Инч!
Офис доктора Макайвера.
Кто говорит?
Секунду, лейтенант, он здесь.
Да?
Что?
Где?
Лейтенант!
Вы можете её опознать?
Она пролежала в реке
года три, не меньше.
Она не доказывает,
что он утонул!
Никто этого не утверждает,
но больше мы ничего не нашли.
- Где вы её нашли?
- Там, она увязла в иле.
Мы полагаем, там
он спустился в реку.
Мы прочешем реку отсюда
вниз по течению.
Кэл, давай к тем лодкам,
у моста.
Направьте на нас свет!
Лейтенант Фергюсон, кажется,
мы что-то обнаружили.
Доктор Макайвер!
Пятая лодка что-то обнаружила!
- Крюк зацепился!
- По-моему, это тело!
Проводить тебя к нему?
Нет, сейчас я ему не нужна.
Я буду ждать дома.
Позвони мне, если что-то
прояснится.
Карен, прости, но я должен
сказать.
Завтра или в любой другой день,
когда это закончится,
если он позволит, помоги ему.
Ему предстоит много сделать.
Не залечивай свои раны.
Залечивай его.
Спасибо.
- Тяните медленно!
- Что это?
Какая-то железяка!
Мег, я не могу стоять и ждать,
когда вытащат его тело.
- Я этого не выдержу.
- Чего, ожидания?
Себя.
К чему бы я ни притронулся,
всё распадается на кусочки.
Жена, дети, Дев…
Теперь Стиви.
С чего я решил, что я могу
обо всём позаботиться?
Я о себе-то не могу
позаботиться.
Я не больше Дева пригоден
для этой работы.
Пусть кто-нибудь другой
собирает всё это воедино.
К чему вся эта суета?
Мертвецы-то что?
Лежат себе на дне и лежат.
Он всё равно всплывёт,
когда раздуется.
Мег…
Мег, Мег, Мег, Мег…
- Кажется, это было так давно.
- Очень давно.
Последние дни я жила во сне.
Это нужно прекратить.
Я хочу проснуться.
Я играла в семью с тобой
и Стиви.
Сон был чудесный.
Я была мертва, но я ожила.
- И я благодарна тебе.
- Мег, послушай.
Ничего не нужно менять.
Нужно.
Мы не можем больше
искать тело.
Заканчиваем поиски!
На этом всё!
Я думала…
однажды, оставшись со мной…
Для тебя легче начать с начала
со мной,
чем возвращаться к Карен.
Нет, нет, нет, Мег…
Уверена, ей нужна та поддержка,
которую ты даёшь мне и Стиви.
А может, для этого уже поздно.
Значит, оставь её, не заставляй
страдать…
в то время как мы предаёмся
мечтам…
Пожалуйста, перестань!
Перестань.
Я бы смогла.
Как же я хочу быть с тобой.
Но я не уверена.
Я просто не уверена.
Что мне сделать, Мег?
Кто я, по-твоему?
- Я опаздываю на собрание.
- Знаю, сперва мы поговорим.
Когда ты это отправила, Вики?
Я работал над ним
в субботу и воскресенье.
Потом вызвала курьера
и отправила вам домой.
Я его не получал,
меня не было дома.
Это копия Дева.
Но я не понимаю…
Я думала…
Хорошо, назовём вещи
своими именами.
Да будет вам известно,
доктор Деванал считал,
что точно такой же доклад
я подготовила на вас.
Вики, ради твоего же блага,
надеюсь,
ты не станешь зачитывать его
на собрании.
Если из моих слов ты заключила,
что такой помощи я от тебя жду…
прости.
Насколько я понимаю,
это вы сняли занавески,
которые повесила ваша жена.
Надеюсь, вы не станете спорить,
что, независимо
от их приглядности,
они – собственность клиники.
Я требую, чтобы вы их вернули.
Вики.
Предлагаю отбросить
заведённые формальности
и сразу перейти к сути дела.
Полагаю, у мисс Инч есть доклад,
который прояснит некоторые
аспекты сложившейся ситуации.
Мисс Инч, мы можем на него
взглянуть?
У меня нет доклада…
кроме финансового.
От прошлогоднего
он отличается мало.
Чтобы сэкономить время,
прочтите его сами.
Реджина, если позволишь, я тоже
сэкономлю немного времени.
Вы знаете о случившемся.
Этого не изменить.
Но мы можем вынести
из этого урок.
Из наших нужд и страстей
мы соткали человеческую
паутину,
и этот мальчик в неё попался.
Знаю, ответственность
за случившееся
лежит на мне.
Я забыл, что врач, оказывая
помощь нуждающимся,
должен руководствоваться
своим жизненным опытом,
а не тем, сколько он знает
и насколько усердно трудится.
Пациенты, врачи – мы живём
здесь вместе,
и каждый привносит в общение
свои сильные качества
и слабые,
хорошее и плохое.
Мы должны осознать это,
принять –
только тогда мы примиримся
с трудностями
и сможем предотвратить их
в будущем.
Что касается управления
клиникой,
тут мои взгляды не изменились.
Ещё больше, чем прежде,
я убеждён,
что программа самоуправления
необходима.
А риск, который мы принимаем
с пациентами вроде Стивена Холта,
полностью оправдан.
Если я останусь…
я намерен продолжать
существующую программу.
Но это уже решать вам.
«Неразрывно связанный
с клиникой и её работниками…
на протяжении четверти века…
с глубочайшим сожалением
и чувством великой утраты…
по причине подорванного
здоровья…
я прошу совет принять
мою отставку…
с поста директора
"Касл Хаус Клиник".
Искренне ваш…
Дуглас Н. Деванал,
доктор медицины».
Для двух людей, которые
забыли,
как разговаривать
друг с другом,
мы преодолели долгий путь.
И что мы будем делать?
Попробуем помочь друг другу,
будем честными, насколько
это возможно.
Стиви!
Я вернулся.
- Ты в порядке?
- Я вернулся…
чтобы объяснить.
Объяснить?
Где, чёрт возьми, ты пропадал?
Несколько часов ждал вас.
Где были вы?
Тебя все ищут, всю ночь
прочёсывают реку.
- Плохо.
- Что ты имеешь в виду?
Они меня не найдут.
Найдут, не волнуйся.
Я сам тебя в реку брошу.
Всё хорошо, хорошо.
Давай, Стиви, ты справишься.
Я ведь справился?
Конечно, Стиви, ты справился.
Позвоните… позвоните Сью.
- Скажите ей, что я в порядке.
- Хорошо.
Объясните ей.
Она ужасно переволновалась.
Я знаю, знаю.
Скажите, ремень ещё у меня.
- Какой номер у доктора Кармоди?
- Он есть в блокноте.
Я только полежу минутку.
- Ты когда-нибудь топилась?
- Нет.
Это такая глупость.
Больше никогда такого не сделаю.
- Привет.
- Он поправится?
Да, Марк.
Всё у него будет хорошо.
Знаешь, Марк…
Врачу иногда проще
заботиться о пациентах,
чем о своих родных.
Я знаю, пап.
Это твоя работа.
Тебе помочь?
Ты уже помог.
Эти шторы меня преследуют.
НЕПРИЯТНОСТИ ЗАКОНЧИЛИСЬ