Сюзи Кью (2019 год). Цитаты и фразы из фильма

Suzi Q (2019)

Голландия рубежа 60-70-х годов прошлого века. Обычная семья: мать, отец и трое детей-подростков. Их размеренная жизнь меняется, когда глава семьи теряет работу. Он отчаянно пытается делать вид, что по-прежнему остается главным «добытчиком», но реальность такова, что существовать отныне приходится на деньги жены — стареющей фотомодели, заработки которой уменьшаются с каждым месяцем. Между тем их дочь, Сюзи, как и положено подростку, грезит о рок-звездах, и однажды в этих грезах отправляется в постель к самому Мику Джаггеру. Ведь ее старший брат, Палмер, играет в рок-группе, и почему бы ему не устроить своей сестре такое свидание? Но пока Сюзи встречается со звездами, а родители притворяются, что живут обычной жизнью, ее второй брат, Звир, переживает тяжелейшую депрессию, которую никто не замечает…

Все фразы и цитаты

Меня очень расстраивает качество женских рок-групп.
Хотя в Штатах есть рок-группы, которые пытаются
играть что-то вроде тяжелого женского рока,
но у них нет такого же уровня креативности,
как у мужских рок-групп.
Парни всегда с гитарами, но девушки почему-то
никогда на них не играют.
Больше половины девочек ушло, потому что им это надоело, или они
хотели встречаться с парнями, или просто нашли другое занятие.
Я была готова отдать большую часть своей молодости
музыке, а многие - нет.
Может, это и правильно. Не всем везёт.
Дамы и господа, мисс Сьюзи Кватро.
Сегодня с нами Сьюзи Кватро.
Поприветствуйте Сьюзи Кватро!
И это Сьюзи!
Вы готовы к рок-н-роллу?
Она была первой, кто разбила лёд и дала дорогу нам, девушкам.
Она была настоящим первопроходцем и квинтэссенцией рок-н-ролла.
Когда мы начинали играть, в шестьдесят четвертом,
шестьдесят пятом, в шестьдесят шестом, женских групп
был очень мало. Невероятно мало.
Конечно, и до Сьюзи были девушки рок-музыкантки, которые
играли на музыкальных инструментах в рок-группах.
Они делали отличную музыку, но всё же оставались в тени,
а Сьюзи была той, кто показал настоящий женский рок, ворвалась
в мейнстрим и попала в топ-десять хитов всего мира.
Она была первой.
Создали ли вы что-то инновационное? Получилось ли у вас?
Долго ли длилась карьера? Качественную ли музыку вы делали?
Были ли вы новатором? Сьюзи, безусловно, была им.
Это просто невероятное чувство, знаете, когда мурашки бегут
по телу, и ты просто в шоке и думаешь: "Что я такое услышала?"
Сьюзи настоящая рок-звезда.
Когда эта девушка вся в коже выступает со своей
гитарой, публика сходит с ума. До сих пор.
Наша сегодняшняя молодежь, к сожалению для них, не знает,
кто такая Сьюзи. Это позор, ее нужно знать.
Особенно тем, кто хочет в шоу-бизнес.
Они должны изучить Сюьзи Кватро.
Практически любой успешный артист в ретроспективе понимает,
что у славы и успеха большая цена, и всегда приходится от
чего-то отказываться.
От много.
Именно.
Именно.
Как у вас получается примириться с мыслью,
что вы платите цену, которую ваша публика просто не видит?
Придется распрощаться с комфортной и спокойной жизнью.
И я знала это, знала с того момента,
как начался путь нашей группы.
Джей-би-кей.
С вами радио Детройта.
Привет-привет, Сьюзи Кью, расскажи про свои планы.
Настраивайте вашу частоту...
На радио Детройта.
Мое полное имя Сьюзан Кей Кватро.
Отца звали Артур Кватро.
А маму - Хелен Кватро.
Я думаю, что отец не хотел, чтобы его дочери
всю жизнь от кого-то зависели,
поэтому он воспитывал нас пробивными.
Он любил маму, они были женаты больше полувека.
Мама была строже него. Мы с ней были очень близки.
Она одна полностью знала меня.
Знала как облупленную. Знала, когда я вру.
Если я в тринадцать-четырнадцать лет приходила домой, перед
этим, например, выпив пиво и выкурив сигарету, она, сидя за
шесть комнат от меня говорила: "Сьюзан, иди сюда. Я чувствую
запах дыма и алкоголя". Врать было бесполезно.
В моральном плане я настоящая мамина дочка.
Она была католичкой и очень строгой.
Именно она определила мой путь на всю жизнь.
Это навсегда часть меня. А вот артистичность
мне досталась от отца.
Мне нравится мелодия.
Мне нравится мелодия.
В моем сердце...
В моем сердце.
Воспоминания...
Воспоминания.
Еще в детстве...
У нас была очень музыкальная семья. Детей было пятеро. Отец
играл на разных инструментах в различных группах.
Мы росли, постоянно обучаясь у него музыке.
Я играла на барабанах, на пианино.
У нас в семье всегда было весело.
Мы всегда пели песни вокруг органа, и всё такое.
Микки уже с детства был звездой.
Его приглашали показать таланты на национальное телевидение.
Сьюзи была настоящей артисткой.
У нее была харизма, она умела привлечь
людей юмором и своей честностью.
Отец был рад, что мы занимались музыкой и следовали за его мечтой.
В январе пятьдесят шестого года мы всей семьей смотрели "Шоу Эда Салливана".
Там выступал Элвис, и когда он начал...
Тогда в пять с половиной лет меня внезапно озарило:
"Я тоже хочу вот так".
Никто слова поперек не сказал.
Не сказал, что у нее получится, потому что она девушка.
Она хотела быть крутой, как Элвис
и просто начала воплощать мечту. Я думаю, что именно
такой дух и делает рок-н-ролл рок-н-роллом.
Это случилось после того, как мы увидели по телевизору "Битлз",
все соседские девочки тогда болтали о том, какие они классные.
И Патти сказала: "Давайте создадим группу из девочек".
И мы такие: "Да!"
Первая группа состояла из соседских детей,
и там было две пары сестер.
Я точно помню этот момент. Нэн сказала:
"Я играю на барабанах", Мэри Лу сказала: "А я на ритм-гитаре".
Патти сказала: "А я на соло". А я?
"А ты на бас-гитаре". Ну, ладно.
Я спросила, есть ли у отца бас-гитара.
И он мне ее дал.
Я немного поиграла на ней и подумала: "О да".
Для меня это был настоящий поворотный момент: мы создали
группу, впервые вышли на сцену и сыграли три песни, которые
знали. Это были песни на одних и тех же трех аккордах.
Я играла на басу и помню, как посмотрела вокруг
и подумала: "Это оно.
Это моё место. Этим я и хочу заниматься.
Она была маленькой, а гитара на ее фоне такой большой.
Почему она не взяла гитару поменьше?
Она была такой маленькой, такой миниатюрной, а отыгрывала
на гитаре настолько тяжелый рок, будто ей это ничего не стоило.
Мы становились всё больше популярными.
Мы даже выпустили сингл, когда Сьюзи было четырнадцать, а мне шестнадцать.
Это была песня "Способ умереть".
Мы исполняли такое еще до появления панк-рока.
Необычно, что пять девочек-католичек пели про алкоголь.
Но такое, как видите, было очень популярно.
У нас как-то был концерт в спортзале, потому что у них не
было сцены, и кто-то сказал: "Мы не видим певицу, пусть она
встанет на стол".
Я стояла на столе, внизу была толпа.
Я посмотрела на людей, это был такой восторг,
и я сделала... И они такие...
Я поняла, что им такое нравится.
Отец разрешил бросить школу. И мой путь начался.
Я оставила позади обычную подростковую жизнь с подружками,
ночевками и прочим. Теперь я была всегда в дороге.
Я давала в ночных клубах по пять концертов за ночь, хотя в моем возрасте это абсурд.
Помню, что думала: "Господи.
Все мои друзья сейчас в школе.
А я больше не часть этой жизни".
Получилось, что большой этап взросления был пропущен, что, вероятно, объясняет, почему я очень ранимая, хотя с виду я очень сильная.
Какая-то часть во мне так и не выросла.
Ностальгия по старым временам звала меня вернуться, но в то же времея я понимала, что не могу, потому что я нашла то, чем хочу заниматься.
Я приезжая Лиззи из Детройта, и я хочу расправить крылья.
Я приезжая Лиззи из Детройта, и я способна на всё.
Они превосходят другие группы тем, что не только хорошо играют, но и прекрасно выглядят.
"Плэжэ Сикерс".
Помню, когда муж моей старшей сестры стал руководить группой, он сказал: "Нам нужно больше выделить Сьюзи, потому что она - фронтмен".
Так что я всегда держала это в уме, и развивала свои умения для этого образа.
Наш брат открыл концертный бизнес.
Бизнес был очень успешен и открыл миру, например, Хендрикса и "Роллинг Стоунс".
Брат устраивал фестивали по всему миру, он был промоутером.
Когда у меня было агентство, мне было проще всего продвигать девушек с шестьдесят пятого по семидесятый год.
Я помогал им с концертами, помогал с контрактами на запись.
Много с чем.
Помню, как вернулась домой после долгого отсутсвия.
Я позвонила друзьям сказать, что вернулась, но никто не хотел разговаривать.
Думаю, они завидовали, что я сбежала.
Жизнь в Детройте всегда летела вперед, как будто кто-то всегда давил на газ. Как-то так.
Дети хотели сбежать с автомобильных заводов.
Они не хотела жить, как родители.
Там было нечем заняться. В Лос-Анджелесе были пляжи.
В Нью-Йорке тоже куча развлечений. А в Детройте - ничего.
Поэтому все хотели оттуда сбежать.
Мы были самой первой женской группой, которая играла тяжелый рок, а не милую музыку, как другие.
Тут не обошлось без влияния Детройта.
Детройт был столицей хард-рока. Другого такого города просто не было.
Когда мы впервые увидели "Плэжэ Сикерс", они были все в белом и, наверное, так хотели... не знаю, что они хотели сказать.
Но Детройт не получилось скрыть.
Они оставались девушками из города хард-рока.
Все каверы были спеты, и мы стали писать свое.
После этого мы поехали в Нью-Йорк, у нас совсем не было денег. Там мы получили контракт с "Меркьюри" от президента "Эй-Би-Си Рекордс".
Я довольно быстро поняла, что в рок-индустрии много болтунов, много риска, много сомнительных агентов, сомнительных клубов и...
Так как я быстро это поняла, я выработала тактику, которая держала всех придурков подальше от нас.
Мы не добились успеха.
Пластинка не помогла. У нас не было хитов, но люди знали о нас, потому что мы были женской группой и отличались от других.
Мы были в постоянных турах, играли со всеми, с кем придется.
Мы вернулись домой и увидели, что всё изменилось.
Наша группа внезапно вышла из моды.
Когда мы выступали на фестивале в шестьдесят девятом, там также играли "Эм-Си-файв", "Фриджид Пинк", Элис.
Они играли тяжелый рок, босые, в джинсах, а мы были шоу-группой.
И когда мы вышли на сцену в своих костюмах, мы поняли, что это всё.
Внезапно стал популярен тяжелый рок в детройтском стиле.
Арлин снова вышла замуж и ушла из группы, чтобы воспитывать детей, и мы позвали Нэнси.
Она умела классно кричать. Шикарный голос.
Я сказала Сююзи: "Ты уже устарела. Нам нужен новый голос".
Их группа бы не выжила, не измени они что-то.
Нужно меняться иначе просто застрянешь.
Мне не нравилась "Крэдл". Не моя группа.
Я с радостью отошла на задний план и сосредоточилась на гитаре.
Я развивалась навыки, импровизировала.
Она не была на заднем плане. У нее оставалась главная роль.
Просто в тот период я чувствовала, что нам нужно привнести в музыку что-то более тяжелое.
Сьюзи вышла из Детройта точно так же, как и "Студжис", они тоже из Детройта.
Было в Детройте что-то суровое.
И...
И сейчас есть.
Точно.
У Детройта, несомненно, есть свой ритм.
Этот ритм во многом связан с автомобильной промышленностью.
Там живут и белые, и черные, и богатые, и бедные. Там свой ритм.
"Исттаун". Добро пожаловать в центр Детройта.
Давайте все тепло поприветствуем группу "Крэдл".
Помню, наша барабанщица тогда говорила: "Мы должны сделать что-то серьезное, высказаться.
Нужно написать что-то политическое.
"Нужно..." Что?
Как по мне, всё это не давало группе наслаждаться музыкой, поэтому мне было некомфортно.
Мы пытались заключить контракт на запись, и я вам скажу, что в те дни это просто невероятно трудно.
Неважно, как хорошо ты играешь, какие у тебя менеджеры и костюмы, контракт не хотели заключать.
Они боялись, что ты забеременеешь или влюбишься, или что ты относишься к работе несерьезно.
Было очень тяжело, мы ужасно сильно устали от этого.
И Сьюзи устала терпеть.
Я всё время ждала, когда мы начнем жечь.
Можно сказать, я ждала этого с момента основания группы в четырнадцать лет. Я ждала своего шанса.
Из Англии записывать в "Мотаун" прилетели Микки Мост и Джефф Бек.
Мой брат, который в то время немного нам помогал и был по сути нашим менеджером, узнал, что он в городе и пригласил его посмотреть на женскую группу.
Брат всегда пытался нас продвигать, и когда он уговорил Микки Моста посмотреть на нас, мы не оплошали.
Я очень хорошо помню то выступление: Нэнси пела, я танцевала.
Мы были из Детройта и выступали, как хотели.
Необычная музыка, что-то вроде этого...
После выступления он такой...
Мы отошли, и он спросил: "Не хочешь записать альбом?"
Я сказала: "Хочу". Он спросил: "Что ты играешь?"
Полную хрень!
"Что ты играешь? Я продюсер".
Я спросила: "Правда?" Играла дурочку.
Думаю, ему понравился мой подход. Мы немного поговорили, и он сказал: "Приходи сегодня вечером "Мотаун".
Ты одна." Я согласилась и так оказалась в "Мотауне".
Это та самая студия, здесь студия А.
Все хиты отсюда.
Он пригласил меня в эту студию вместе с Джеффом Беком и Кози Пауэллом, и мы играли вот здесь, прямо на этом месте.
Тут же сочинили "Сисси Страт".
Микки попросил брата прилететь в Нью-Йорк.
Он позвал меня в Нью-Йорк, чтобы сделать предложение.
Потом я рассказал сестрам.
Через брата он сделал предложение Сьюзи.
Он...
хотел только ее.
О том, что Микки Мосту нужна только я, а не вся группа, брат расссказал только отцу и Патти, мне они не стали об этом говорить, потому что были настроены только на то, чтобы Микки взял всю группу.
Не самое лучшее их решение, по сути вы мешаете человеку идти своим путем.
Так поступать нельзя.
Патти очень хотела к Мосту.
Было много эмоций.
Очень много.
Я выросла в любящей семье.
Мы были по-своему близки.
Родители были просто замечательными, всё было идеально.
Пока я не стала немного взрослее. Мне хотелось уехать.
А они остались с "Крэдл" еще на два года.
Патти ушла в "Фэнни".
Ее представление о том, как мы могли бы отнестись к ее уходу, сильно отличалось от того, что я на самом деле чувствовала.
Мой уход разбил их. Да.
Он и меня разбил эмоционально.
Меня подкосил мой отъезд, и всё же я уехала.
Я взлетаю всё выше, душой лечу к воротам Рая.
На крыльях ангела я лечу к свету, оставляя всё позади.
Я уехала в Лондон с бас-гитарой, которая весила больше меня и маленьким чемоданчиком. Я жила в такой маленькой комнатке. Там была крошечная кровать.
Раковина с треснувшим зеркалом.
Туалета не было. Была вешалка.
И я там жила. Я переехала из прекрасного дома в Гросс-Пойнте с кадиллаком на подъездной дорожке, с домашней едой в маленькую комнатушку без денег, без друзей, без семьи.
Я ничем не занималась, никого не знала, никуда не ходила.
Пожалуй, в тот момент я была на самом дне.
Микки дал мне шанс, и я очень хотела его использовать.
Но я не могла перестать плакать, колотила по полу и плакала.
Я скучала по дому, плакала и скучала, скучала и плакала, но мне и в голову не пришло сесть на самолет и вернуться домой.
То ли ее родители позвонили мне, то ли я им. Не помню.
Они сказали: "Мы волнуемся, как там Сьюзи в Лондоне".
Я попросила их не волноваться, я о ней позабочусь.
С того дня я чувствовала за нее ответственность.
Никогда не забуду то утро. Мы с Микки спали, и тут позвонила Сьюзи и сказала: "Мне плохо".
Он сразу вскочил с кровати, собрал все лекарства и помчался к ней.
Он был ей как отец. У нее, конечно, был родной отец
и другого она не искала.
Микки был как отец именно в индустрии.
Я была одна в Лондоне, скучала по семье, но не сдавалась.
На День благодарения мой отец спросил: "Может, всё же вернешься?"
Я ненавидела летать и отказалась. Я не хотела возвращаться без хита, я на этом зациклилась. Тогда мой отец взял магнитофон.
Он записал на кассету разговор, там он общался с несколькими людьми.
Потом он прислал мне эту кассету. Я так радостно ее включила.
Сьюзи, конечно, хорошая бас-гитаристка, но не настолько.
Я вообще не считаю игру Сьюзи какой-то особенной.
По-моему, она неплоха.
Сьюзи нетехничная. Абсолютно нетехничная.
Ей не достает техничности.
Она же это ненарочно.
И всё же это недостаток.
Спроси у нее, она сама признает.
Да, признает.
Ей нужно остыть.
Было неприятно это слушать. Я подумала: "Во-первых, зачем вы такое говорите? А во-вторых, зачем вы это отправили?".
Я поговорила об этом кое с кем, и он сказал: "Может, твой отец просто разозлился, потому что ты уехала без остальных девочек".
И тогда я поняла, что чувствовал мой отец.
Он был семейным человеком. Всех пятерых детей он любил одинаково и считал талантливыми.
Это была правда. Так что, наверное, он правда злился на меня.
Я поговорила об этом с Патти, и она сказала: "Возможно, у меня правда появились нехорошие мысли после того, как ты уехала".
Тогда у нее многое накопилось внутри.
Сьюзи с детства стремилась стать рок-звездой и успешной музыканткой, и она собиралась сделать всё, что для этого потребуется.
Подобные амбиции редко у кого есть.
Некоторые просто хотели играть музыку, а у нее была цель стать большой и успешной звездой.
Чтобы добиться успеха, нужно стремиться к этому.
Ничто не должно встать на вашем пути.
Я очень хотела быть успешной, безумно хотела.
Когда ты молод, то в тебе полно этой решимости.
Но всё же, если у вас нет запала, сосредоточенности на цели и амбиций, то, может, вам и повезет, но, скорее всего, вы не достигнете высот, о которых мечтаете.
Успех - он не для нерешительных людей.
Микки позвонил мне и сказал: "Билл, я хочу чтобы ты... Я нашел новую певицу и хочу, чтобы ты занялся ее раскруткой".
Она сидела посреди комнаты, у нее были пушистые волосы и всё такое.
Я сразу понял, она не как все.
Она была совсем не похожа на тех певиц, к которым все привыкли.
Она была настоящей. Есть люди, которые сами по себе особенные.
Смотри. Вот этот бридж должен сильно контрастировать с куплетом.
Попробуй сыграть здесь что-то на гитаре.
Посмотрим, как звучит с басом.
Если я пойму, какой будет басовая партия в середине, то у меня будет представление, какой делать аранжировку.
Он знал, кем я точно не была, но пока не знал, кем я всё-такие была, и мы пытались это понять. Я знала, что я рокер.
Он тоже это знал, но не был уверен, каким образом использовать это в альбоме.
Поэтому мы записали несколько разных треков, играли с разными людьми.
Безрезультатно.
Если у тебя появится какая-то идея, даже самая маленькая, позвони и расскажи мне.
Ага.
Может, мне понравится.
А то будет нехорошо, если ты закончишь, а я забракую.
Просто делай строчку за строчкой и посмотрим, что выйдет.
Ага.
Тогда до завтра.
Ага.
Давай, не подведи меня. Спасибо, пока.
Пока.
Мне надоело, что ничего не происходит.
Они записали альбом.
И он неожиданно занял первое место в Португалии.
Я тогда была очень удивлена.
Наверное, у всех у нас было подобное, и вот у Сьюзи тоже случился момент, когда после года жизни в убогой лондонской квартире она начала думать: "Нужно что-то менять".
Я твердо сказала Микки, что хочу группу.
Я сказала: "Я хочу выступать, мне плохо.
Я устала сидеть дома и писать песни. Ничего не происходит."
В то время я играл в группе "Нэшвилл Тинс"
Я уже собирался ложиться спать в своей маленькой квартирке в Ноттинг-Хилл-Гейт, и тут мне позвонили на таксофон, у нас в доме он был общий.
Бойо, нужно, что ты зашел ко мне, потому что Сьюзи нужен гитарист.
Я спросил: "Что еще за Сьюзи?"
Сьюзи Кватро.
В итоге я пошел на студию, зашел и...
Сьюзи сидела на полу и играла в "Скрэббл".
И она такая: "Ну, привет". Примерно так.
Она была невысокая, растрепанная. Но симпатичная.
Мы влюбились. Он всегда меня защищал.
Микки постоянно говорил, что если бы моим парнем не был этот огромный гитарист, ему пришлось бы нанять мне телохранителя, но Лен и сам прекрасно меня защищал.
Мы собрали группу, начали играть.
Все мои песни были в стиле буги. Буги-бас.
Мы почти мгновенно сыгрались в группе Кватро.
Не знаю, почему. Видимо, собрались правильные люди.
Затем мы поехали в тур со "Слэйд". Мы выступали на разогреве, двадцать минут оригинальных песен.
В те времена выступить на разогреве у "Слэйд" было всё равно, что шагнуть в клетку к голодным львам.
А она определенно держалась молодцом. Я подумал, что она очень смелая девчонка.
И она выступила отлично, справилась, как никто другой.
Жду, когда грянет шторм. Я надеюсь, ожидание того стоит.
Однажды вечером мы были дома. Зазвонил телефон, это был Ники Чинн.
Он сказал Микки: "Мы записываем хиты и хотим зайти к вам".
Микки нравился его подход.
Для такого нужна была смелость. И Микки согласился.
Пригласил их в офис с утра к одиннадцати.
Я знала, какие песни пишут Ники и Майк, и сказала Микки, что думаю, что Чинн и Чепмен стали бы хорошими продюсерами для Сьюзи.
Он взял на заметку, и следующим утром уже договаривался с ними об этом по телефону.
Он спросил: "Майк, ты же знаешь Сьюзи Кватро?"
Я сказал: "Да, встречал ее пару раз в офисе".
Он сказал: "Мы записываемся с ней вот уже восемь месяцев.
Я никак не могу понять, что же мне с ней делать, какой стиль ей подобрать.
Я запутался.
Может, вы напишете ей песню и спродюсируете ее?
Майк Чепмен пришел в "Рак Рекордс".
Сказал: "Зовите группу, пусть сыграют".
Мы сыграли наши песни, в которых было много буги и немного рок-н-ролла. Он сказал: "Хорошо, у меня есть пару идей. Я позвоню завтра".
Но он позвонил в тот же вечер, сказал: "Встретимся завтра, я кое-что придумал".
Они написали песню "Консервная банка", Микки послушал.
И такой... "О да".
Я могу прослушать сто, двести песен за день, и среди них попадется одна, демка или что-то с пианино, которую слушаешь, и мурашки бегут по телу.
И ты сразу понимаешь: "Она та самая."
Я понимал, что она басистка.
И понимал, что Микки мало работал с басом в песнях, которые он записывал вместе с ней. Он сосредоточился на ее лице, ее голосе и ее юной внешности.
В "Консервной банке" бас играет очень важную роль, там просто...
Эта песня тяжелая, драйвовая и очень крутая. Да.
Помню, он сказал: "Пой вот в таком диапазоне".
Я спела, он сказал: "А теперь ниже". Я спела, он сказал: "А теперь выше".
Я сказала: "Майк, это всё, что может мой голос", и он сказал: "В этом и соль". Я спросила: "Серьёзно?"
Он сказал: "Да". Я спросила: "Почему?"
Он сказал: "Потому что в этом диапазоне твой голос звучит по-особенному".
Микки Мост решил, что песня слишком медленная.
Поэтому он ее ускорил. Вот почему голос Сьюзи звучит немного резковато на верхних... на верхних нотах.
Микки сказал: "Надо подумать, что ты наденешь. Ты должна выглядеть на все сто".
Я хотела надеть кожу.
Он был против, но я настояла, я фанатела от Элвиса.
Он согласился и предложил комбинезон.
Никогда не забуду, как Микки сел за наш обеденный стол и стал рисовать кожаный комбинезон.
Он сказал: "Это Сьюзи наденет на сцену.
Полностью кожаный костюм".
Я спросила, как он придумал это. Он сказал, что вдохновился "Барбареллой"
и взял Джейн Фонду за основу.
Когда мы делали первую фотосессию с играющей пластинкой на заднем плане, с нами был Геред Манковиц.
Звучала моя песня, я была в комбинезоне.
Этот момент стал для меня поворотным, потому что он сказал: "Покажи мне взгляд Сюзи Кватро".
Всё получилось само.
И я сделала... Бам. Поворотный момент. Песня. Костюм. Взгляд.
Всегда вспоминаю это, когда вижу ту фотографию.
Нужен был взгляд Сьюзи Кватро? Я его тут же дала.
В тот же миг я превратилась в Сьюзи Кватро.
Мы выступали на шоу "Вершина популярности", которое вроде шло по четвергам.
Все тогда смотрели это шоу, абсолютно все. Для музыкантов оно было как святой грааль.
Все хотели попасть в "Вершину популярности".
Когда туда попадали, думали...
Три, два, один.
"Получилось".
И мы начинаем.
Я слышала только слова "Консервная банка!", и всё.
Всё остальное было похоже на взрывы нейронов и синапсов у меня в мозгу.
У меня буквально взрывался мозг.
Все вокруг говорили, что они в шоке.
Их первая реакция была: "Что это еще за чертовщина?"
В среду мы еще были никем, никто нас не знал.
Мы со Сьюзи смотрели "Вершину популярности" в нашей квартирке по маленькому черно-белому телевизору.
Конечно же, она вызвала ажиотаж.
Это было нереально.
Мы пошли отметить.
Боже, да, я помню, как после нашего первого выступления в "Вершине популярности" мы пошли отпраздновать в бар, и я, честно говоря, понятия не имела, чего ожидать. Мы вошли, и люди начали кричать: "Это та самая девушка. Это та самая девушка". Был полный хаос.
Черт, было страшновато.
Я сбежала оттуда.
В тот момент я поняла, что это конец моей прежней жизни.
Она такая энергичная и искренняя.
В ней нет какой-то угрозы.
На сцене у нее за спиной играют парни, и она полностью владеет ситуацией.
Она человек-фейерверк, который взрывается талантом, энергией и молодостью, и это невероятно мощно, как по мне.
Сьюзи такая маленькая.
Она очень миниатюрная, но энергии от нее просто вау!
Эта маленькая девушка наводила столько шума.
И еще я никогда не видел, чтобы в группе была женщина, которая еще и играет на чем-то.
Мне никогда не приходило в голову, что такое может случиться, что такое возможно.
Она оказала невероятно сильное влияние на образы очень многих женщин-музыкантов.
Сьюзи Кватро стала примером для подражания у многих музыканток.
В группе она была на ведущей роли: она пела, играла на гитаре, еще и выступала фронтменом группы. Тогда было не так уж много...
Не знаю, были ли вообще такие девушки до нее.
Базовое звучание рок-н-ролла, которое использовала Сьюзи Кватро, сыграло большую роль в формировании того... того, что пришло потом, а именно панк-рока.
Она носила кожаный комбинезон.
У нее была незатейливая прическа. Вся ее красота была натуральной.
Она почти не красилась.
Красивые люди, не использующие свою сексуальность, становятся еще сексуальнее.
У нее было невинное личико с пухлыми губками. Она выглядела просто очаровательно.
Наверное, обычно девочкам не разрешают таким заниматься, учат их тому, что им подобное не под силу.
И тут появилась Сьюзи Кватро и сказала: "Всё возможно".
Я тогда учился в университете и всё пытался уговорить Тину присоединиться к нашей группе.
Я была готова помочь ему в чем угодно, помочь ему развить карьеру, поддержать любую его идею.
Но в группе себя представить я не могла.
Я играла на фолк-гитаре.
А еще на флейте и на колокольчиках.
Тина ответила мне: "Ну, не знаю.
Рок-н-ролл - это же для парней.
Он не для скромных девушек."
Я сказал: "Это не правда. Вот, смотри.
Это Сьюзи Кватро. Она, кстати, еще и на бас-гитаре играет.
И поет. А еще посмотри, какой у нее крутой кожаный наряд.
И послушай, как она зажигает.
Она зажигает так же, как и парни.
Может, даже лучше".
Сьюзи была настоящей.
Она всегда... всегда следовала своим внутренним побуждениям, всегда была искренней, из-за чего она сделала намного больше, чем просто показала, что женщины могут играть музыку.
Она показала нам, что если достаточно верим в себя, то мы можем стать кем хотим.
Сьюзи показала на своем примере, что это возможно.
Когда я была подростком, я ходила в молодежный клуб, вставляла в автомат десять центов и слушала "Кризис сорока восьми".
Я считаю, что "Кризис сорока восьми" - ее визитная карточка.
Не "Консервная банка", не "У дьявольских ворот".
С ней связаны лучшие ее выступления.
Во всех припевах поем мы втроем. Я, она и Ленни.
И бэк-вокал мы делали сами, только втроем.
Эта песня звучит как вечеринка.
Было много негатива из-за того, что Сьюзи - женщина.
Она не была похоже на на Силлу Блэк, ни на Лулу, ни на любую другую привычную всем певицу.
Она имела смелость играть на бас-гитаре, и играла чертовски хорошо.
Она имела смелость исполнять рок-н-ролл и делала это прекрасно.
А еще она имела смелость носить кожу и надирать всем задницы.
Она потрясающе двигалась и играла на гитаре, как настоящий басист, без помощи медиатора.
Она брала эти струны и так их дёргала, будто в последний раз.
И что самое сложное, она в это время еще и пела.
Британская пресса обожала аутсайдеров, и как только музыкант добивался успеха, они рвали его на части.
Именно это и произошло с рецензиями на концерты, пластинки и всё остальное.
Авторы журнала "Нью Мьюзикал Экспресс" всё сводили к политике.
Очевидно, все они были студентами какого-то университета и придерживались левых взглядов, потому что многие из них просто не могли понять, что женщина точно так же может добиться успеха, как и мужчина.
Считали, это не для женщин.
Я продавала миллионы пластинок.
Каждого успешного человека пытаются критиковать и всегда хотят вогнать в какие-то рамки.
Сколько людей восхищались мной, столько же называли мою музыку попсой.
Но сколько себя помню, никогда моя музыка не была попсой.
То, что ей удалось добиться такого успеха, говорит о том, насколько силен ее дух.
Потому что в то время рок был ориентирован в осноном на мужчин.
Пока ты не села, покажи нам попку года.
Ну да, конечно.
Учитывая, какое было тогда время,
страшно представить, через какое дерьмо прошла Сьюзи Кватро.
Раньше такое было в порядке вещей, но сегодня от этого почти ничего не осталось, ушли предрассудки, что женщине
даже матом ругнуться нельзя.
Тогда я не акцентировала внимание на том, что я девушка-музыкант.
Гендер меня не волновал.
Я не боролась за права женщин и не говорила: "Я девушка, смотрите, что я могу". Это было не моё.
Это была просто я. Просто я.
Она вышла за рамки своего пола.
Сейчас ее считают иконой.
По крайней мере, для большинства моих знакомых Сьюзи Кватро является иконой.
Например, на интервью нашей группы, "Эл-севен", гендерный вопрос поднимался редко,
но до нас это случалось постоянно.
Могу представить, как Сьюзи Кватро надоедала эта тема, учитывая то, что ей, скорее всего, было на нее наплевать.
Поэтому мы и хотели походить на нее.
Иметь такую же силу и веру в себя, которая лилась из нее без каких-то усилий, сама собой.
Любая молодая девушка мечтала быть, как она.
Так получилось, что она попала в идеальный момент, чтобы влиться в этот жанр, глэм-рок.
Она не играла глэм-рок, но стала частью этого движения.
Мы не были глэм-группой, я, например, никогда красил губы.
Из нас красилась только Сьюзи, и то только для телешоу или фотосессий.
Она конкурировала с Марком Боланом. Она боролась за первое место со "Слэйд", Девидом Боуи, "Свит".
Так что да, она была почти неотъемлемой частью сцены глэм-рока.
У Майка была куча идей.
Он очень хорошо всё продумывал. Еще с ним постоянно работал звукорежиссёр Пит Коулман, который всегда знал, чего хочет Майк.
Я очень хотел, чтобы Майк Чепмен стал продюсером "Блонди", потому что он писал отличные песни, например, "Блиц на танцполе", "Консервная банка" или "Кризис сорока восьми".
Он настоящий начальник.
Он бывало ходил в бриджах, металлическом шлеме, как у Макартура и стэком.
"Так, ребятки, давайте-ка еще разок".
Он требовал результата.
Он будет стегать своей плёткой пока не добьется, чего хочет. Пока не будет, как он задумал.
Как вы писали песни для Сьюзи Кватро?
Перед тем, как что-то писать, мы глубоко изучили характер Сьюзи.
Она человек, которому подходит что-то диковатое.
У нее неукротимый характер. Если в обычной жизни она очень спокойная,
то на сцене она превращается в мистера Хайда.
Я прямо очень вдохновился. Взялся попробовать и начал писать песни одну за другой.
Я написал "У дьявольских ворот", и она стала самым больших хитом из всех предыдущих.
У меня в клубе часто ставили песню "У дьявольских ворот", там в начале были слова...
Добро пожаловать в бар.
Раз, два.
Раз, два, три.
Да! Да!
Как-то в самолете, это был долгий перелет, Микки Мост сказал мне: "Мне всё равно, в чем ты сейчас, но выходить из самолета ты должна в коже, потому что ты легенда".
Я сказала: "Ладно", и вышла в коже.
Первый раз меня снимало столько камер. Это было потрясно.
Это британская группа с американкой.
Ага.
Долго вы вместе?
Они от меня уже устали.
Шутница.
Как долго вы планируете выступать так же, как сейчас?
Пока они меня не выгонят.
Когда это случится?
Не знаю. Когда я стану старой и дряхлой.
Что вас сегодня приняли?
Как опишете ваш образ?
Скажите, как вас сегодня приняли?
Всё отлично.
Сьюзи, где вы были? Мы прождали два часа.
Мы на багаже застряли.
У вас будет сопровождение.
С вами поедут мотоциклисты.
Да?
Вы знали?
Нет, нет.
Хорошо помню, как нас в аэропорту встретили "Ангелы ада". Причем настоящие, а не здешние мамины сынки.
Самые настоящие байкеры.
Их было много, и они так пугали.
Первый сингл "Консервная банка" за три недели занял первое место в Британии.
В Австралии альбом разошелся тиражом двести тысяч, это больше, чем у "Битлз", и продажи всё еще идут.
Ее следующая цель - добиться успеха в Америке.
Но в Британии и Европе у нее уже титул первой рокерши.
Такого рёва толпы, как в Мельбурне, я не слышала нигде.
Несмотря на то, что у нас были огромные усилители, они всё равно не могли перекрыть крики и вопли публики.
Привет, Мельбурн!
Привет, это Сьюзи Кватро, я желаю своим австралийским фанатам счастливого Рождества и Нового года. Покупайте мой альбом, я хочу новый дом.
Здесь, как и в других странах, вы невероятно популярны, что вы чувствуете?
Да, Австралия. Мы также часто бываем в Германии и... да в общем много где бываем.
Говорят, что в Америке у вас пока всё глухо.
Что вы на это скажете?
Я бы сматерилась, но не буду.
Когда я семьдесят четвертом году собралась в своей первый тур по Америке, у меня уже было три или четыре хита, так что я вернулась домой успешной, как и хотела. Я не была дома с семьдесят первого года, так что возвращение стало для меня очень эмоциональным событием.
Божечки! У меня сердце не выдерживало.
Я немного нервничала, потому что бросила семью и не знала, как они меня встретят, так что я просто схватила Ленни за руку и потащила его в подвал в свою спальню.
Там не было ни моей одежды, ни моих альбомов, ни фотографий. Стена рядом с кроватью была полностью голой.
Я спросила маму: "Где моя одежда?", а она ответила: "Патти разрезала ее и сшила наряды для себя".
Они вычеркнули меня из своей жизни, словно меня не существовало. Эта мысль меня ошарашила.
Было неприятно.
Я всегда чувствовала вину перед Патти.
Мне кажется, она думала, что я что-то у нее отняла.
Но я ничего не отнимала.
Может, она чувствовала себя плохо, потому что бросила семью,
и просто судила нас по себе.
Мы были обижены. Конечно, где-то внутри мы гордились ею, но обида всё равно была.
Они думали, у меня сладкая жизнь.
Когда ты возвращаешься домой,
а у всех лица... это тяжело.
Наше отношение изменилось бы, если бы она сама изменилась, но этого не произошло.
И у меня, наверное, было бы другое к ней отношение, если бы я придавала значение ее популярности, но это было не так.
Сьюзи, Сьюзи, что было у нее на уме?
Она защищалась. Всегда.
Сможет ли любовь уменьшить груз или излечить ребенка внутри тебя? Или это бесконечная дорога, на которой нет места жизни?
А теперь время послушать отвязный рок-н-ролл со Сьюзи Кватро!
После выхода первого альбома в семьдесят четвертом она съездила в тур а затем, в конце семьдесят четвертого выступила на разогреве у "Юрайа Хип".
Потом в семьдесят пятом она ездила в тур Элиса Купера с его альбомом. Это был большой тур.
Мы выбирали из нескольких.
Когда нам сказали, что Сьюзи свободна, мы сказали: "Отлично, Сьюзи крутая".
Она точно не даст публике скучать.
Я видела ее на разогреве у Элиса Купера.
И это был просто полный восторг.
Она была маленькая, но излучала такую бешеную энергию, и то, как она играла низким басом песни в стиле Чака Берри на этой огромной сцене, было потрясающе.
Мы отлично провели время.
У нас было где-то шесть концертов подряд, потом день отдыха, еще шесть концертов подряд, день отдыха.
У меня были туры по Британии, Америке, Италии, Скандинавии, Японии, Австралии, и будут еще по Новой Зеландии и Индонезии.
А между турами есть время на отдых?
Ну, может пару часиков.
Бесконечные туры.
И чем ты популярнее, тем туров больше.
Мы объезжали шестьдесят пять городов за семьдесят два дня, возраст нам позволял.
Представьте, вам двадцать, двадцать один или двадцать два, вы путешествуете по миру и собираете полные залы.
После каждого концерта мы шли в чью-нибудь комнату, доставали бутылку скотча и гуляли бог знает до скольки, а на следующее утро снова забирались в фургон или в самолет, и всё повторялось сначала.
Сьюзи Кватро пила пиво.
Курила сигареты, и на этом всё.
Я никогда не видел, чтобы она что-то принимала.
Мне было чуждо вот это секс, наркотики и рок-н-ролл.
Я таким не занималась. За сценой у меня не было желания жить жизнью рок-звезды.
Мне нравилось делать свою работу, нравился мой образ на сцене, но за ней я жила, как все.
Ты на сцене вся такая в коже, звезда рок-н-ролла.
Ты не думала заняться чем-то, что отличается от твоего образа?
Да, я бы хотела выйти на улицу в вечернем платье с глубоким декольте и петь песни о любви.
Когда нам ждать?
Да я шучу.
Да!
Да!
Да!
Да!
Да, да, да, да, да, да!
Помню, как она впервые появилась на обложке "Роллинг Стоун".
Я подумал: "Это знак. Америка зовет".
Когда я увидела ее на обложке, то подумала: "Вот теперь верю".
Для меня это было знаком: если ты в "РОллинг СтОун", значит, ты чего-то добился.
Я прочитала о клубе в Лос-Анджелесе под названием "Родни Инглиш Диско", там играл весь британский глэм-рок, который американцы никогда не слышали.
Примерно в тысяча девятьсот семьдесят пятом году я начал ходить в клуб "Родни", а также в "Шуга Шек".
Я так отрывалась под "Консервную банку" и "Твоей маме я не понравлюсь".
Прежде, чем ее заметили на радио, она была популярна в вот таких вот клубах и андеграунде.
Я как-то собрал много...
молодежи из клуба, мы называли их "Стразы".
И вот мы со "Стразами" собрались и поехали в аэропорт встречать Сьюзи с группой.
Музыканты слушали Сьюзи Кватро, и многие девушки взяли в руки гитары благодаря ей.
Многие девушки стали играть на барабанах и бас-гитарах благодаря ей. Раньше они и не думали, что им можно.
Джоан Джетт как раз была одной из тех девушек, для которых Сьюзи Кватро была примером для подражания.
Джоан Джетт была похожа на Сьюзи Кватро до такой степени, что нам пришлось перекрасить ее волосы.
Нам пришлось переодеть ее. Пришлось заставить ее двигаться по-другому, потому что она переняла все движения Сьюзи: то, как Сьюзи ходила по сцене, как трясла волосами.
"Джоан, ты хороша в том, что делаешь.
Будь Джоан, а Сьюзи пусть будет Сьюзи".
Она помогла мне понять, кто я такая, помогла мне найти свой стиль и стать самой собой.
Благодаря ей я нашла в себе силы сделать это.
Мы приехали в Лос-Анджелес и подружились с Джоан Джетт и другими ребятами из группы.
Нельзя было не заметить, как Джоан предана Сьюзи.
Она была ее огромной поклонницей.
Все группы тогда останавливались в отеле "Хаят Хаус" на Сансет.
Джоан Джетт всегда караулила на входе, постоянно подбегала и просила автограф.
Если вы притащите ее домой, она снова сбежит.
Я знаю беглецов, я работаю с ними три года.
В Германии выходил отличный журнал, назывался, "Браво", и на обложке всегда была Сьюзи Кватро.
Она была популярна во всей Европе. Там выпускали, например, плакаты с ней.
Я собирал все плакаты и развешивал в своем клубе.
На одном из плакатов была Сьюзи Кватро в кожаном бикини, и Джоан Джетт всегда сидела в кабинке, где висел этот плакат.
И в какой-то момент этот плакат пропал.
Я не крала у Родни, у меня было много своих.
Ключом к успеху в Америке всегда было радио.
Если ты на радио, ты крутой.
Нас крутили по радио Америки без остановки.
Иногда даже по четыре-пять песен за раз.
Мы прилетали в город, и не успевали дойти до отеля, как уже оказывались на одном, втором, третьем радио.
В Америке в то время, чтобы поставили ваш альбом, нужно было привезти на радио чемодан, полный кокаина, и когда все обнюхаются, может, они включат вашу пластинку пару раз.
Микки добился огромного успеха в Америке с группами "Энималс", "Ярдбёдс" и многими другими.
Но я думаю, что люди, к которым он обратился, не понимали Сьюзи.
Он обратился к своим друзьям, и в этом не было ничего такого, Клайв Дэвис хороший парень.
Я помню, как сидел с Клайвом в номере отеля "Беверли-Хиллз", включал ему "Консервную банку" и "Кризис сорока восьми".
Помню, как он собрал там молодых ребят из студии звукозаписи и сказал, что мы сделаем из этих песен хиты.
Но его ребята просто не вывезли.
Я думал, она станет звездой в Америке, но этого не произошло.
Когда я полушал британский альбом, то подумал, что это лучшая музыка.
Она была потрясающая.
Но этот стиль музыки по какой-то причине не выстрелил, хотя я и считал его беспроигрышным.
Было слишком рано.
Слишком рано для индустрии, слишком рано для рынка, никто не был готов.
Американцы не были готовы.
Они привыкли к чему-то более брутальному, например, как у "Ленэрд Скинэрд".
Американская публика не воспринимала британский глэм-рок, он им не нравился.
Они не до конца понимали его, упускали какие-то детали.
Так что после тура Элиса Купера не было никакой мотивации дальше продвигать ее в Америке.
Ее больше не звали на разогрев к другим популярным музыкантам.
Я этого не понимал, для меня это нонсенс.
Думаю, она так и не смогла смириться с тем, что не добилась успеха в родной стране, ведь здесь она по праву должна была стать звездой.
Мы поженились в Англии.
Свой первый дом мы купили рядом с его родителями.
Мы были близки, не разлей вода.
Мы были командой.
Ни один из нас не поддался искушению.
На фоне нее он мог казаться менее значимым, но я думаю, что его стойкость и статность были очень важными качествами для нее.
Я понимала, что всегда была только Сьюзи, Сьюзи, Сьюзи, поэтому в нашей личной жизни я старалась сделать так, чтобы главным был он.
Если спросить его об этом, он ответит вам, что всё это видел. Я не хотела делать его мистером Кватро.
Мистер Удо, он был промоутером, спросил: "Не окажете ли вы мне услугу?"
"Какую?" Он сказал: "Вы поженились в Англии".
Это должно было остаться в тайне, но какой-то засранец всё слил.
Он сказал: "Фанаты в Японии могут расстроиться.
Может, мы проведем еще одну свадьбу в Японии? Это их порадует". Ну, ладно.
Но мы еще не знали, что нам придется надеть сраное кимоно, туфли, которые на три размера меньше меньше, и ковылять там, как сраные гейши. Свадьба была запланирована как раз тогда, когда в город приехали "Ранэвэйс" и, конечно же, их пригласили.
Они смотрели на нас с выражением: "Какого хрена?"
Скоро узнаете. Это называется продвижение в Японии.
Со временем я всё больше начинал чувствовать, что Ники пользуется моими навыками.
Я не хотел в это верить, но казалось всё именно так.
Думаю, Майку не очень нравилось, что имя Ники фигурировало вместе с его в авторах песен.
Ники ведь не музыкант, он бизнесмен.
Я хотел продвигаться в Америке, а он ничего не смыслил в американском рынке.
Поэтому я ушел.
Он решил отделиться от Ники и больше не собирался работать ни с кем из тех, с кем работал раньше.
Он просто взял и начал новую жизнь.
По контракту с Микки я должна была выпускать по альбому в год.
И Майк ушел как раз перед записью нового альбома.
И Микки сказал: "Хорошо, я спродюсирую альбом".
По контракту нужен был альбом, и Микки Мост записал "Агрофобию".
Микки не знал, как со мной работать.
Нет, альбом вышел неплохим, но Микки не понимал, как показать все мои фишки.
Не такой альбом ожидали услышать от Сьюзи и ее группы, не такой.
Сегодня с нами Джоан Джетт и Сьюзи Кватро.
Как сами?
Супер.
Сьюзи, давно с тобой не виделись.
Года два.
Точно. Сьюзи, ты знала, что Джоан твоя фанатка?
Да.
Раньше...
Она была на концертах.
Да.
И в отеле "Хаят Хаус".
Да.
Точно.
Теперь Джоан и сама рок-звезда.
Это...
Класс.
Точно.
Да.
Сьюзи, когда нам ждать твой следущий концерт в Лос-Анджелесе?
Очень скоро.
Скоро.
Как выйдет альбом.
У нас непонятки со студиями в Америке,
поэтому пока что в концертах перерыв.
Есть одно место в твоей душе.
О нем не знают, в нем пустота, но все ответы ждут тебя там.
И какими они будут, зависит от тебя.
Мне позвонила женщина, которая проводила кастинг для сериала "Счастливые дни", и спросила, не хотела бы Дебби Харри попробоваться вот на такую-то роль.
И я ответил, что Дебби Харри не особо подходит на эту роль, на нее подошла бы Сьюзи Кватро.
У моей старшей дочери по всей ванной были расклеены обложки из "Роллинг Стоун", и когда я рассказала ей об этом персонаже, она сказала: "Пойдем со мной, сядь на унитаз и посмотри туда".
Там была обложка журнала с фотографией Сьюзи.
В моем воображении эта героиня была очень милой и сексуальной.
Нам не нужна была знойная красотка.
У нас был не такой сериал, который брал на роли только девушек с огромной грудью.
Нас интересовали просто милые и привлекательные девушки.
Мы искали обычную милую, симпатичную девушку, а Сьюзи как раз такой и была.
Это было круто. Фонз классный персонаж.
И внезапно появилась Таскадеро.
Крутышка Таскадеро.
Мы узнали Сьюзи, и такие: "Это же Сьюзи, наша девочка".
Крутышка, заходи. А вот и она.
Воу-воу-воу!
Привет, Джоани, как сама?
Я знал, что она рокерша, но не подозревал, что в такой миниатюрной девушке может быть столько силы.
Не было ничего, что Сьюзи Кватро не могла бы сделать.
В той сцене, где Ричи Каннингем имитирует игру на саксофоне в этом своем пиджачке, что смотрится очень нелепо, Сьюзи абсолютно искренняя и видно, что она настоящий музыкант.
Я вам клянусь, ко мне подходила куча людей, со словами: "Я видел тебя в "Счастливых днях". Крутышка Таскадеро!"
И первые пару раз я еще отвечала: "Нет, это Сьюзи Кватро".
Но они продолжали твердить: "Это ты".
И что ты им на это скажешь? Ну, ладно.
Роль в сериале принесла плоды, и Майк Чепмен снова захотел записывать с ней альбомы.
Мы продолжали общаться с Майком.
Я сказал Сьюзи: "Нужно нам его вернуть".
Он согласился, сказал подумает о песне.
Потом позвонил: "У меня есть идея.
Можем собрать группу?", "Да, когда?", "Сейчас".
Это был его шанс вновь представить Сьюзи миру музыки. И Майк ухватился за него.
Мы даже не обсудили это с Мостом, хотя у нас с ним был контракт.
Майк прислал готовый вариант песни, и Микки сказал: "Давайте, я послушаю". Ему вообще не понравилось.
Мы зашли в его кабинет, он поставил пластину...
Потом на половине снял ее и сказал: "Нормально".
Мы поняли: не понравилось.
Альбом "Если не можешь подарить любовь" выстрелил. У нас снова начались туры.
А за альбомом подоспела песня "Оступаемся".
Одна из моих любимых ее песен, "Оступаемся", баллада с Крисом Норманом из "Смоки", стала огромным, возможно, ее самым большим хитом в Америке, но здесь она как-то не зашла.
Думаю, что Британия тогда не могла принять тот факт, что Сьюзи не только глэм-рокер в кожаных штанах и с огромной бас-гитарой в руках.
Потом Ники Чинн пообщался с создателями сериала.
Он сказал им, что "Счастливые дни" мешают моей репутации крутой рок-звезды, и он считает, что мне не стоит больше там сниматься. Поэтому я ушла оттуда.
Ты совсем?
Рич. Давай я.
Ты совсем?
Сниматься было классно.
Я наслаждалась съемками каждую минуту.
Они предложили мне спин-офф про мою героиню Крутышку Таскадеро, но я подумала, что не против сняться в "Счастливых днях" в роли этого персонажа, но действительно ли я хочу спин-офф?
Спасибо, Милуоки.
Мы отказались сниматься в сериале.
Да.
Иначе я загоню себя в рамки.
Я сыграла этого персонажа, Крутышку Таскадеро.
Я доказала всем, что могу играть, этого достаточно.
Сейчас мы думаем о фильме.
Ей предложили фильм, основанный на реальном случае в Австралии, когда банда байкеров захватила город.
Но она отказалась.
Ники и Майк оба жили в Лос-Анджелесе.
Думал, избавлюсь от него.
А он года через полтора тоже переехал и купил дом на той же улице в Беверли-Хиллз недалеко от меня.
Я подумал: "Ладно, по крайней мере, он понимает в бизнесе". Это бесспорно.
Я сказал: "Ники, я хочу открыть студию звукозаписи, а ты будешь ей управлять".
Я назвал ее "Дримлэнд Рекордс".
Я найду таланты, запишу песни, но управлять студией будешь ты.
Я сказал Ники: "Для продвижения нашей студии будет полезно заключить контракт с какой-нибудь крупной звездой.
Давай возьмем Сьюзи?"
Майк сказал мне: "Я не хочу работать ни с кем, у кого нет контракта с моей студией".
А он был мои продюсером.
Майк написал мне кучу хитов, и я такая: "Ничего себе".
Мы заключили сделку с Робертом Стигвудом. Огромную, на миллионы долларов, и тут уже всё зависело от нее.
Микки сомневался, ему эта идея не нравилась.
Они много денег потеряли.
Сделка не выгорела, всё.
Мы перестали сотрудничать.
Я сказал: "Раз не можешь делать свою работу, прощай".
Привет, я Сьюзи Кватро. Мы встретились в семьдесят четвертом, и спустя десять лет я всё еще с вами.
Если бы Сьюзи начинала карьеру в восьмидесятых, она бы добиась огромного успеха, благодаря "эм-ти-ви", потому что тогда больше людей смогли бы услышать, например, "Консервную банку", песня стала бы хитом в Америке.
Я уехала из Америки, чтобы вернуться звездой.
Но Америка, в отличие от половины мира, была не готова.
Потом я снялась в "Счастливых днях". И после сериала и Крутышки Таскадеро Америка оказалась готова к хиту Джоан Джетт.
Все думали, это я. Даже позвонили пригласить в шоу:
"Вы снова на экране?" Я такая: "Нет
Вы очень сильно заблуждаетесь".
Нам кажется, что мы уже знаем, чего хотим.
Что мы не попадем в ловушку.
Но так думают только полные глупцы.
Я всегда хотела детей. Я их очень любила.
Когда я родила, я была на всех обложках, прямо как принцесса Диана.
Я бы на первых полосах газет. Я думала: "Почему?"
Это же не соответствовало образу.
Я, как и все люди, хотела детей, хотела семью.
Когда я выписывалась, у больницы собралось штук двести фотографов.
Помню, как Ленни сказал мне: "Только не превращайся в мамашу".
И я подумала: "Почему?"
"Помни, что ты Сьюзи Кватро", и я подумала: "Это так глупо. Да, я Сьюза Кватро, но я еще и мать Лауры".
Он жил за мой счет, и наверное, он просто не хотел менять свой образ жизни.
Кто это поет?
Кто поет?
Мама.
Да, мама.
Это Ричард.
Это не Ричард.
Ричард.
Ричард.
Она знает, что ее мама Сьюзи Кватро.
Она узнает меня по телевизору.
Она понимает, что это мама, но различает, когда мама на работе, а когда - нет. Недавно мы ходили на концерт.
И всю дорогу домой она пела "Кризис сорока восьми".
Я не хотела, чтобы они росли как знаменитости,
поэтому отдала их в обычную школу.
Я хотела, чтобы они жили, как все.
Я из обычной семьи, и меня прекрасно воспитали.
Мама держала нас в строгости, и я хотела им такой же жизни.
Мне не было сложно быть обычной матерью.
Но другим было сложно принять, что я обычная мать.
После рождения детей Ленни постоянно стал куда-то уходить.
Его постоянно не было дома, он целыми днями пропадал в пабах, и в итоге мы друг от друга отдалились. Просто отдалились.
Потом начался мюзикл "Хватай свою пушку, Энни!", я часто была на репетициях, и он стал обижаться.
Он говорил, что совсем не обижался, но я чувствовала.
Он хотел играть рок, а теперь просто наблюдал, как я снимаюсь в мюзикле.
Ленни не хотел так жить. Я прекрасно понимаю его обиду.
Если подойдете поближе, я покажу вам, что такое меткая стрельба.
Да вы даже если плюнете, в цель не попадете.
За что бы вы не взялись, я сделаю лучше. Я сделаю это лучше, чем вы.
Вот и нет.
Вот и да.
Вот и нет.
Вот и да.
Вот и нет.
Вот и да, вот и да.
Ее происхождение не сказалось на интересе британской публики.
Она хорошо играла, пела, прекрасно держалась на сцене.
Ей очень подошла роль Энни Окли.
Сьюзи Кватро девятнадцатого века.
Энни, надеюсь вы понимаете, что отдаете последние деньги. Мне-то плевать.
Всю свою жизнь я ждала, что отец похвалит меня.
Я всегда ждала от него похвалы, но никогда ее не получала.
Помню, как перед началом выступления подумала: "Хочется ли мне, чтобы отец оценил мою игру?"
И в первые за все тридцать шесть лет я поняла: "Нет, не хочется".
Но он пришел и сказал: "Черт, Сьюзи, я так тобой горжусь".
Никогда я такого не слышала. Никогда.
Так вышло, что пока она участвовала в мюзикле, я общался с одним парнем из "си-би-эс".
У него было много разных идей.
Когда в прессе стали писать о ее роли в мюзикле, он сказал: "Если она хочет идти этим путем, это ее дело, я ничего не хочу сказать, но нельзя сначала играть в подобном, а потом ждать, что британцы будет покупать твои рок-альбомы. Это так не работает".
Потом ее позвали в пантомиму. Ну какой рокер будет играть в пантомиме?
Для Британии это конец. Это смерть.
Ленни стал чувствовать, что превращается в мистера Кватро и из-за этого якобы перестает быть мужиком. Он был в стороне.
Она развивалась и не хотела останавливаться.
Такая уж она. Ее никому не удержать.
Ни даже мужу, ни даже сёстрам, никому.
Ей всё время нужно бежать вперед и вперед.
Я не люблю ограничения. Ненавижу их.
Я их воспринимаю как подрезание моих крыльев.
Как можно взять и обрезать чьи-то крылья?
Вы могли полюбить Сьюзи Кватро с бас-гитарой, но это не всё, кем я являюсь.
Я хотела новых проектов, развиваться.
Случайно я наткнулась на автобиографию Таллулы.
Это как будто была судьба. Я начала читать книгу и подумала: "Я создам об этой женщине мюзикл".
Она многого добилась в рок-музыке, но ей хотелось развиваться дальше.
И мюзикл о Таллуле Бэнкхед ей в этом очень помог.
Меня впечатлила Таллула, потому что мне казалось, что ее не понимали.
Никто не мог залезть ей в душу.
Она выстроила стену.
И я решила, что должна прочитать все книги о ней.
Я хотела понять ее. Она была маленькой девочкой. Она была одинока и хотела отцовской любви, но не получала ее, поэтому и выстроила стену.
Для своего времени Таллула вовсе не была тихоней.
Она материлась, пила, курила.
К тому же она была бисексуалкой. Она была невероятно яркой личностью.
Она была отделена от семьи. Мы виделись.
Я, например, несколько раз к ней приезжала.
Да и родители тоже. Мы знали, что у них с мужем проблемы, и они даже были на грани развода.
Но мы в их отношения не лезли. И в какой-то момент они развелись.
Развод было трудно принять, потому что я папина дочка, я очень люблю папу.
Я отдала ему свою собаку, не хотела, чтобы он был один.
Так как я католичка, мне понадобилось шесть лет.
Я должна была быть уверена. Я решила: или брак умрет или я.
И я выбрала жить.
Опускается занавес.
Аплодисменты затихают.
Зрители покидают зал. Лишь одна лампа освещает сцену.
Еще минуту я стою и слушаю звук
тишины.
Внутри война, но я чувствую, что мне легче.
Сьюзи снова попадает в цель, и у нее остается одна мишень.
Сьюзи очень сильно расширила свое поле деятельности.
Она оставалась интересной.
Она играла в театре, постоянно ездила в туры,
вела ток-шоу, снималась в сериалах, вела собственное радиошоу, снялась в сериале "Красиво жить не запретишь".
Я с Детройта, со мной шутки плохи.
Чего тебе: секс, наркотики, рок-н-ролл?
Рок-н-ролл.
В этой женщине столько всего.
Столько энергии, индивидуальности, таланта. Это просто невероятно.
Она умела всё. Абсолютно всё.
Если бы она захотела издать сборник стихов или роман, она бы это сделала.
С вами Сьюзи Кватро. Это новый эпизод "Кватрофонии".
Сегодня в шоу "Это ваша жизнь" Сьюзи Кватро.
Много лет вы прокладывали путь для других звезд, которые вошли в рок-н-ролльные чарты.
Сьюзи, ты меня безумно вдохновляешь.
Крисси Хайнд из "Претендерс".
Если уж я смогла выйти на эту сцену и получить награду, то ваши возможности безграничны.
Столько мечт продано.
Столько историй рассказано.
Столько лет прошло.
С возрастом начинаешь всё больше анализировать свою жизнь.
Могла ли я отказаться от того, что имею?
Нет, но я начала задумываться о том, что могла бы, не знаю, правильно ли говорить "пожертвовать", наверное, правильнее сказать, что я могла бы больше ценить какие-то вещи.
У меня внутри навсегда останется пустота из-за того, что я не провела больше времени в Детройте.
Больше времени не побыла обычным ребенком.
Я всегда хотела сбежать, и может, сейчас жалею об этом.
Я столько лет провела вдали от дома, то было беззаботное время.
Почему-то я хочу туда вернуться, не понимаю, откуда такое чувство.
Вы думаете, что дверь вам откроет та девочка?
Да. Я вижу маленькую Сьюзи, чувствую ее.
Я будто снова могу вернуться в ту жизнь.
Я помню, как в детстве искала мел у тротуара перед домом.
Потому что раньше я часто рисовала мелом.
Если бы маленькая Сьюзи открыла дверь...
Если бы вы приехали в свой старый дом и вам открыла бы маленькая Сьюзи, что бы вы ей сказали?
Я бы сказала: "Наслаждайся тем, что имеешь сейчас, ведь это не вечно".
Я бы посоветовала не торопиться.
Не сбегать так рано.
Эта девочка.
Да. Наверное, это человек, к которому я сейчас пытаюсь обратиться.
Эта девочка, да. Я бы не просила не убегать.
Я бы просто сказала: "Не спеши. У тебя впереди еще куча времени".
Мама говорила, что рано отпустила меня.
Она сказала: "У тебя всегда был свой путь, доченька".
Сейчас я расскажу тебе то, что обещала никогда не говорить.
Я решила рискнуть и не ударю в грязь лицом.
Я бы всё отдала за один день с родителями.
Забирайте всё, оставьте мне гитару, и мне хватит.
Я бы хотела лишь день
той безусловной любви.
Могу я побыть твоей девочкой?
Я не хочу терять время.
Такое не купишь. Никакая всемирная слава не даст тебе этого.
И так всегда, когда об этом говорю.
Всё.
Мне нужна большая Сьюзи, Сьюзи Кватро. Не получается.
Всё.
Я обещала тебе свободу. Обещала, что не будет обязательств.
Я хочу представить вам моих бэк-вокалисток.
Это немного необычно, но это не просто мои старые бэк-вокалистки.
Здесь самое главное слово "старые",
потому что они были со мной почти сорок лет.
Удивительно, да? Просто это мои сестры.
Поприветствуйте Патти, Нэнси и Арлин.
Вы бы хотели поддерживать теплые отношения с сестрами, но они этого не хотят.
Да. И я их понимаю.
Но я всё равно хочу и буду пытаться наладить отношения.
В Австралии я получила свой главный урок.
Это был последний тур, всё билеты проданы, публика, группа, все потрясающие.
Я на пике своей карьеры, я иду к цели.
Но всё еще хочу, чтобы сестра оценила меня.
А она приехала и сказала: "Всё круто".
Так, а поподробнее можно?
Это как отличник, который знает кучу языков и красивых слов,
а сказать может только: "Всё круто".
Зачем мне это было нужно? Не знаю, просто нужно.
Я не была и не буду фанаткой Сьюзи Кватро.
Никогда.
Несмотря на то, что я восхищаюсь всем, что она делает.
И, скорее всего, это еще не предел.
Но я не буду ее фанаткой, потому она моя сестра.
Все сводится к любви к себе. Чем бы вы не занимались, нужно взращивать эту любовь внутри себя.
Извне ее получить не удастся. Это невозможно.
Ведь фанаты не будут с тобой рядом, когда окажешься на смертном одре.
Их не будет рядом.
Очень важно, получать одобрение от самых любимых людей.
Вот, вот, в чем причина. Бум. Я поняла.
Всем хочется получить одобрение от любимых.
Может, это их расплата из-за того, что я тогда ушла и не взяла их с собой.
Может, они просто не хотят иди мне на встречу,
потому тогда я не пошла на встречу им.
Сейчас, мне кажется, я обрела покой.
Теперь я понимаю, что это неважно. Я могу всю жизнь надеяться, но ничего не дождаться. Поэтому нужно смириться и ценить, что есть.
Сейчас я понимаю, что добилась успеха вопреки им.
Но самое главное, я это сделала брагодаря им.
Я понимаю, это разные вещи, но так уж сложилось.
Можно всю жизнь сожалеть о том, что сделал или не сделал,
но если посмотреть на то, что имеешь сейчас, то ты поймешь, что всё это не было ошибкой. И Сьюзи ошибок не совершила.
Это люди ошиблись, что не оценили ее по достоинству. Это их ошибка.
Я считаю, что Сьюзи Кватро внесла огромный вклад в музыкальную индустрию.
Сила ее невероятного таланта бесспорна.
Она всё еще в индустрии, и до сих пор держится молодцом.
Это нечто, просто нечто.
Она должна получать намного больше внимания, ее должны знать другие музыканты.
Особенно потому, что она была первопроходцем, первой женщиной, которая возглавляла группу и выпускала такие хиты.
То, что у Сьюзи в детстве была мечта, и что столько лет спустя она продолжает жить этой мечтой, - это просто потрясающе.
Я думаю, что хороших моментов больше, чем плохих.
Плохо то, что за какие-то выборы придется расплачиваться.
Что придется испытывать одиночество.
В какой-то момент появятся соблазны, на которые хотелось бы повестись, но не получится из-за отношений.
В очень многих случаях, когда разговариваешь с кем-то, ты будешь думать: "Ты говоришь со мной, потому что я Сьюзи Кватро, или я тебе искренне нравлюсь?"
Всё это цена славы.
Бывает, выйдешь из дома, страшная как не знаю кто, и кто-то подходит: "Это же вы Сьюзи Кватро?"
И ты просто: "Да блин".
Или сидишь писаешь в кабинке, а тебе под дверь просовывают бумажку и просят дать автограф.
И такое случается. Не самые приятные моменты.
Я обязана всем, кто когда-либо покупал мои альбомы, всем, кто когда-либо был на концертах.
Для них я обязана стараться изо всех сил.
Если они хотят получить автограф, я обязана его дать.
Как я смею ставить в приоритет какие-то свои личные проблемы и отказывать кому-то из этих людей?
Точно также я отношусь и к своим концертам.
Неважно, что у меня происходит, если я делаю шоу, то делаю шоу, и я отдамся публике полностью, отдам всё, что могу.
Пока она играет свою музыку, ее сердце будет биться, потому музыка - ее единственная настоящая любовь.
Ричард, мой сын, двадцать пять лет хотел написать вместе со мной песню и периодически просил об этом. Но момент всё не приходил.
И где-то полгода назад он подошел ко мне и сказал: "Мама, давай уже напишем вместе песню".
Сыграй еще раз ноту, что была в конце. Да, класс.
Ага. Поняла. Надо еще пару раз повторить.
Он сказал: "Я напоминаю тебе, кто ты". Что это значит?
И он попросил меня сыграть такие риффы, которые я обычно не играла и, каким-то образом, во мне снова проснулась Сьюзи Кватро.
Он разбудил ту часть меня, которая... И я просто...
Он очень хотел вернуть меня обратно.
Я вижу мир во всей его красе.
История закончена. Я оглядываюсь назад на свою жизнь, и позволяю свой правде выйти наружу.
Неважно, какая я, но я хочу быть собой.
Я считаю, что выполнила то, ради чего была рождена.
У меня есть двое детей.
Двое прекрасных детей. Чудесная внучка.
Я счастлива во втором браке, и даже сейчас ко мне подходят со словами: "Вы моя героиня".
Говорят: "У меня стены в твоих плакатах". Я это не воспринимаю всерьёз.
Я всегда говорю это Райнеру, когда такое происходит.
Я говорю: "Может, я и звезда, но то была Сьюзи Кватро".
Сьюзи Кватро.
Сьюзи Кватро.
Сьюзи Кватро.
Сьюзи Кватро.
Сьюзи Кватро.
Сьюзи Кватро.
В Австралию приехала съемочная группа, они пришли ко мне.
У меня брали интервью, что было для меня большой честью,
и Лиам, режиссер, сказал: "Ты должна написать об этом песню",
а я ответила...
А потом подумала: "Стойте, а ведь я правда хотела бы написать
об жтом песню, потому что мне столько нужно сказать". Поехали!
 

////////////////////////////