«Светлый путь» — советская музыкальная кинокомедия, снятая в 1940
году. В фильме впервые прозвучала знаменитая песня Исаака Дунаевского на
стихи д’Актиля — «Марш энтузиастов».
Все фразы и цитаты
Внимание,
говорит Москва.
Пять часов утра по
московскому времени.
Ишь ты?
Доброе утро, товарищи!
Здравствуйте!
Здорова!
Приготовьтесь к гимнастике.
Начнем заниматься.
Начнем.
Приготовьтесь к ходьбе.
Пятки вместе, носки
в стороны. Подбородок
повыше.
Глубокий вдох и
с левой ноги шагом
марш!
Раз-два левой,
левой,
раз-два-три!
Прямее держитесь!
Не опускайте голову вниз.
Подбородок повыше.
Так, хорошо. Теперь вставайте
быстрее.
Раз-два-три! Энергичнее работайте руками.
Раз-два-три-
четыре! Левой,
левой, раз-
два-три.
Левой. Раз-
два-три.
Ходьбу
заканчиваем.
Татьяна!
Мне еще нужно дать
молока.
Уже дали.
Теперь переходим к бегу на месте.
Начали!
Раз-два-три-четыре!
Раз-два-три.
Левой,
левой. Выше колени
поднимайте.
Хорошо.
Раз-два-три.
Левой,
левой.
Энергичнее работайте руками.
Дыхание глубокое.
Все время через нос.
Вдох, и выдох.
Раз-два-
три. Левой!
Левой!
Ребята, отдыхайте.
Раз-два-три!
Дышите глубже.
Раз-два-
три!
Левой,
левой.
Шагом
марш. Раз-
два-три.
Таня!
- Раз-два-три!
Картошку нужно очистить.
И самовар поставь.
Картошка варится.
Самовар стариться.
Левой, левой.
Раз-два-три!
Энергичней руками работайте.
А теперь, товарищи, переходим
к водным процедурам.
И заканчиваем урок
прогулкой на свежем чистом воздухе.
До свидания, товарищи!
Ух ты!
Золушка какая!
Чего это?
Я
говорю Золушка ты.
Первый раз увидели человека, а
плетете невесть чего!
Так это в старой сказке
говорится
про волшебные дела.
Жили-были две сестрицы.
Третья Золушка была.
Две франтихи-щеголихи
веселились на балах,
а третья в саже.
Сажа даже
на носу и
на бровях.
Вот и у тебя тоже.
Ах ты!
А я и не видала!
Не пужайся.
Ты что, меня знаешь?
Знаю. Вы Курносов.
Врешь.
Моя фамилия Самохин.
Все равно вас Курносовым
кличут.
Ты сама Лужниковская?
Ага.
Ну ты меня не пужай!
Что вы? Что вы,
Федор Карпович.
Я и сама тебя боюсь.
Номер для фабрики Ногина.
Ну.
У меня вот
требование на этот номер.
Требование у вас есть,
а номеров у нас нет.
Ну позвольте, номер то
забронирован.
- Забронирован,
так.
Но между прочим, занят.
Анна Кистеновна!
Чего тебе
скажу! Сейчас приехал
гражданин из
себя такой видный,
чистый.
Подай сахар!
Мне это не интересно.
Высокий?
И рост у него хороший,
штаны утюженные.
Да?
- Ага.
Мне нет до него дела.
Блондин?
Чего только притворяешься?
Дела нет, дела нет!
Вот не буду тебе сказывать!
Это ты так с хозяйкой разговариваешь?
Просто сумасшедшая!
Она у тебя давно,
эта красавица?
Ох, месяц.
И все по-своему.
Как принято у них в избе.
Воображаю.
Фамилия?
- Лебедев.
Откуда прибыл?
- Из Москвы.
Так.
Сейчас проверим.
Правильно.
В мотеле календарь.
Какое число?
27 апреля.
- Вот, вот какой.
1930.
Так.
Правильно.
В старой сказке
говорится
про
волшебные дела.
Жили-были
две
сестрицы.
Третья
Золушка была.
Я как
Золушка
танцую.
Целый
день
на части
рвусь.
Но
волшебницу
я, наверное,
не
дождусь.
Я говорю:
что ты говоришь?
А я ничего не говорю.
Я пою.
И когда ты петь перестанешь?
Когда кончу,
тогда и перестану.
Учить тебя некому!
Как же?
Некому?
Все у вас только и учат,
как ты.
И учат,
и учат...
Кто это учит?
Что я тебе кот, чтобы
урчать?
Ага,
ты на кота похож.
Но-но!
А что?
А то!
Пусти! Пусти, говорю!
Пусти! Отстань!
Вот я тебе!
Ты что, сдурела что ли?
Вот я тебе!
Он тебя обидел?
Я его обижу!
Бессовестный!
Тебя как зовут то?
А тебя?
Алексей Николаевич.
Ась?
- Алексей николаевич.
А ты кто есть?
- инженер.
И давно в инженерах ходишь?
Два месяца.
И не страшно тебе?
А что?
- То вы не инженер, не инженер, а то вдруг стал
инженер.
- А, ничего, привыкаю.
Вы что ж это мой номер не убираете?
Страх - не уборщики.
А я в гостинице не работаю.
Я домовой хозяйкой работаю.
Ты что, деревенская?
Ага.
- Грамотная?
Нет.
Чего же не учишься?
Совестно.
Чего совестно?
Ну куда я пойду?
Да меня еще, может, прогонят.
Хочешь, я тебя отведу учиться?
Ты что ж, всех определяешь в учение?
Ну всех, не всех,
а вот которые курносые -
тех могу определить
в учение.
Да ты что это, Михаил Сергеевич,
я еще когда пойду
учиться?
А ты уж ревешь?
Потом ж будет интересней
при
образованной,
ученой няньке.
Советского Союза.
Москва - это как его...
Есть...Вот...
Столица.
Чего столица?
Что?
Чего столица?
Чего?
Советского Союза.
Ну, а дальше?
А еще?
Что ее дальше?
Дальше это...
Вот это, как ее?
Она же столица
РСФСР.
Правильно, Морозова.
А вам, Аграфена Лукинична,
стыдно не знать, какой у нас
главный город.
Вот те на! Москва.
Самый главный город.
Знаете, а путаете.
Какой ты нервный!
Боже мой!
Да!
Простите, пожалуйста.
Пожалуйста, пожалуйста.
Проходите.
У вас нет чего-нибудь почитать?
Да, конечно, есть.
Присаживайтесь.
- Благодарю вас.
У вас так много книг!
Да все, что привез
прочитал.
Ах, я вам так завидую, что вы
недавно из Москвы.
- Да?
Вы позволите?
- Пожалуйста.
Москва...
Большой театр.
Помните Корне?
Да, браво-браво.
Да ты еще ведь дом
взорвешь сегодня!
Да?
Алексей Николаевич.
Ну что?
Опять задачка не выходит?
Ну.
Так.
Купили 8 листов белой бумаги
и 9 листов цветной.
Один лист белой бумаги стоит 4 копейки. Куплено всего 8 листов.
Так?
- Так.
Можем узнать, что стоит белая
бумага?
Можем.
- А как?
Ты думаешь?
Думаю.
О чем?
Я думаю, как у них
все гладко выходит.
Что гладко? У кого?
У хозяйки моей.
Про все она знает.
Ну решай-решай.
Решила уж я твою задачку!
По 6 копеек выходит.
Так что ж ты?
Она тебе нравится.
Кто?
- Хозяйка моя.
Хозяйка твоя?
Ну вот
ни столечко.
Нет, правда?
- Угу.
А она, а она!
Меня, мол, ты любишь.
Что задумалась то?
О задаче думаю.
По чем лист бумаги.
Вот твои вещи.
И ты у меня больше не служишь!
Живы будем -
отойдем.
Кто там?
Я извиняюсь, вам директор
на фабрику не требуется?
Таня, ну чего ты балуешься, ну?
Я серьезно,
Марья Сергеевна,
меня со службы согнали.
За что?
А я хозяйке
толком объяснила, кто она есть.
Да ну тебя, Марья Сергеевна!
Ну заходи ко мне.
Устраивайся вон тут.
На диванчике.
Марья Сергеевна?
Ну ложись, ложись.
Завтра поведу тебя на
новую работу.
Да куда это я пойду?
Куда поведу, туда
и пойдешь.
А куда?
Пойдем в
наш дворец.
Вот, принимай на работу
красавицу.
А что же, нам такие курносые требуются.
Примем.
- Как звать то?
- Таня.
Фамилия?
-Морозова.
- Громче.
Морозова Татьяна Ивановна!
Таня! бежим в столовую,
а то все молоко выпьют!
Нет, у меня
общественная нагрузка. Я не могу.
Аграфена Лукинична.
Лукинична!
У тебя ребят сколько?
А что тебе?
Первомайские подарки будут выдавать
из комсомола.
13!
Что, много?
Ничего.
У меня на 500 ребят
заготовлено подарков.
Значит, на всех хватит.
- Ага.
Спасибо!
Николай Нилыч, тебе сколько игрушек
записать?
Полдюжины.
Пивка!
Ну тебя! Я по
серьезному.
Пиши троих, доча.
А что товарища не спрашиваешь?
Таня?
Как живете?
Ничего.
А вы?
Вы женаты?
- Нет.
Дети есть?
Ой, хорошо то.
- Почему
хорошо?
Потому что у нас подарков
для детей
не хватает.
Ишь ты, разворковались!
Вот я вас!
Не ходи
ко мне, Никита,
не волнуй девичью кровь.
Твое сердце
вроде сита
в нем не держится
любовь.
Не давайте
интересным
ваши руки
пожимать.
Интересные не могут
наши
муки
понимать.
Клавка!
Ты зачем к Тане в сундук
лезешь?
Мне беретка нужна.
Мажу губы
очень густо
и
выщипываю
бровь.
Ох, и
хлопотное
чувство эта самая
любовь.
Учет Танькиного сундучка.
Отвяжись, не твое дело!
Придется
вам, девки, на дуэль
выбегать. Как Пушкину.
С этим.
Дантесом.
Ох, Глаша,
не посмотрю я, что ты у нас
красавица и член профсоюза.
Ничего,
что он
смеется.
Право слово,
ничего!
Сердце бьется, бьется,
бьется.
И добьется
своего.
Черт, кто это мне шнурки запутал?
Ненормальная!
Как же я теперь пойду?
Я нечаянно.
Всю бахрому нечаянно, да?
Извини, пожалуйста.
Ты слушай, ну хочешь,
хочешь я тебе весь одеколон отдам?
- Не надо мне твоего
одеколона.
- Весь пузырек!
Ненормальная!
Ох, и хлопотное
чувство
эта
самая
любовь.
Я
гулять с тобой не стану.
И встречаться
не хочу.
Ой, боюсь,
боюсь
останусь.
Ой,
боюсь,
боюсь,
не доучусь!
Маруська то
тута?
Или где же она?
А ты чего,
одна
дома?
А нельзя разве?
Ничего.
Вместе посидим.
Как не так!
Кто это?
Защитника себе подсадила?
Хитра!
Счастливо оставаться!
Кто это кашляет?
Я.
- Кто я?
Ну я. Я и кашляю.
Петр Алексеевич,
ты что теперь, в галки
записался?
- Танюша?
Пойдешь за меня замуж?
Я еще не замужем,
а ты вон как за мной поглядываешь!
Я не подглядываю,
а что?
Я не пьющий,
и не бьющий.
Сущий
ангел
во плоти.
Это
промах
вопиющий,
за такого
не пойти.
Что это у тебя трещит?
У меня ничего не трещит.
Это лестница
подо мной трещит.
Танюша, ты
того, поторопись с ответом.
Поскольку
лестница то у меня это,
ненадежная.
И ответ мой ненадежный.
Ты
бросаешь взгляд
презренно. Отчего ж,
и почему?
Я с
глубокой точки зрения
очень качественный
муж.
Для того, чтобы...
- Таня, что это ты выбросила в окно?
Да так, ничего.
Больно уж
тяжелая вещь.
- Да нет,
мелочь.
Для того, чтобы
пустить ткацкий станок,
нужно
колено
главного вала
поставить в
среднее положение.
Затем взять челнок,
одеть
шпульку
за штырь,
втянуть
нить.
Так.
Поместить
челнок в зев,
плотно прижав его
в погонялке,
и пустить
станок.
Что у вас там?
Ну вот.
Опутала она все.
Вот я и выключил станки.
Какой у нее номер комплекта?
8-ой.
Но 8-ой же номер неисправный?
На нем обод перед косичкой срывается.
Ну раз человек неумеющий,
неужели я ему дам ломать хорошую машину?
- Вот позвольте!
Алексей Николаевич,
слишком ты очень за Морозову заступаешься.
Курнаков!
Ах, Лебедев!
Им хорошо.
Им машины никто не выключал.
Ну и пусть!
Пусть!
Таня!
Вы что здесь делаете?
Фонарь караулю.
Ага.
Можно с вами посидеть?
Ну что же, скамейка у меня
не купленная.
Так.
Еще чего скажете?
У вас же и в гостинице такие глаза
были.
- Нет.
Это мне на фабрике выдали.
По списку профкома.
На фабрике вам и характер другой дали.
- Ага.
С Новым годом, Таня!
С новым счастьем!
Хорошая ночь сегодня!
Пойдемте потанцуем?
Пойдемте погуляем?
Пойдем.
Не надо.
Не надо!
Тебе говорят: не надо!
Ух ты какая!
Таня.
Ты что?
Таня, что с тобой?
Что он тебе сделал?
Он меня
поцеловал.
Ну он то тебе нравится?
Конечно нравится.
Так чего ж тебе, дурехе, еще нужно?
Он не по...
Он ведь инженер.
- Ну.
Образованный
человек.
- Ну.
А я кто?
- Кто?
Прожила без него и проживу.
Тань, ну перестань.
Скоро ткачихой будешь.
Тебя на фабрике
ве уважать начнут. Тань, ну перестань.
Сегодня вот стала я
ткачихой.
Да скоро я насовсем...
Твоя фабрика!
Ой, пожар. Таня!
Пожар. Честное слово,
пожар. Посмотри.
Бежим на пожар, бежим
на пожар!
Ох и люблю смотреть пожар!
Таня, скорей бежим!
Татьяна Ивановна!
Вот, вот и повстречались.
Скоро иди!
Не могу скорей.
Из-за тебя я охромел,
как с лестницы падал.
- Что же ты
на левую ногу хромаешь? Ты прошлый месяц на
правую хромал.
- Разве?
Ты бы уж выбрал одну какую-нибудь ногу.
Сбиваюсь.
Петр Устиныч!
Поймаю я тебя...
С Новым годом!
Извини, пожалуйста.
Татьяна Ивановна!
Таня!
Танька!
Все равно найду!
Кто это?
Маруська!
Чего ревешь то?
- Ничего.
Он тебя
поцеловал.
Он меня убить
хочет.
Кто?
- Кто? Федор.
Только ты побожись,
что никому не скажешь.
Кому я скажу?
Я, я с ним
в клубе была.
С Федором.
- Я видела.
Потом ты за ним побежала.
Я думала, он к Тоньке пойдет.
Он ее склоняет с ним гулять.
А он...
Свистнул, того?
Щербатого Василия.
Кладовщика?
- Ага.
Они вдвоем пошли к складам
фабричным.
- Ну.
А я за ними.
Ну дальше,
дальше что?
Перестань реветь! Говори, что дальше было?
Ну?
Говори, что дальше
было?
Ящик в кладовой украли.
Спрятали, потом
склад керосином...
Ну.
Чего ж не сказываешь,
что дальше было?
Федя.
Федечка!
Вовремя ты подошел,
Федор Карпович.
Ну, я так понимаю, что ты
согласна и молчать?
Нет, молчать не буду.
А чем же я тебе так не угодил?
- Я, я еще не позабыла,
как ты на деревне озоровал.
И страха своего не позабыла.
Только теперь я тебя не боюсь!
Ну что, может мне тебя бояться?
Бойся.
А что, ты фабрике хозяйка?
Хозяйка!
Твое жгли?
Мое!
А ну еще!
Ответ
держать! Пойдем!
И с такими
управлялся.
Ну вот, и обнимаются.
Обнимаются ведь!
Я ему
сейчас.
Ой, ой господи!
Петр Алексеевич!
Он тебя убьет!
Не убьет!
Что же я теперь,
босиком ходить буду?
А главное, за что?
За то, что я
ему обниматься не позволил?
Он меня не обнимал. Он меня
душил.
Это он фабрику
поджег.
Что-то я давно
никого не целовала.
Да ну тебя, Марья Сергеевна!
Что, опять
совестно?
Эй, не шевелитесь, снимаю!
Сердце бьется, бьется, бьется.
И добьется своего.
Ой, Таня!
Что с тобой?
Господи!
Психичка.
Форменная психичка.
Пустите меня скорей!
Вот видишь,
что такое?
Это.
Дайте партком.
Я
Марье Сергеевне пожалуюсь Родиной.
Можно Марью Сергеевну?
Ты еще дразнишься?
Перестань, Клава!
Марья Сергеевна, можно
до 16...
Да я тебе за это знаешь...
Честное слово, выходит из
16-го станка.
Подожди-подожди.
Ты с Лебедевым советовалась?
Согласен?
Получается?
Ну я пойду...
- Танюш, подожди минуточку у
телефона.
Семен Александрович, ты меня удивляешь.
Ведь у нас же сейчас
935-ый год.
Первый раз слышу.
Оно и похоже.
- Тоесть?
Ты газеты читаешь?
Это про Стаханова? Да, я читал.
Про стахановское движение.
Да, но где взять таких людей?
У меня на фабрике таких людей
нет.
У нас на фабрике люди найдутся.
Да ты скажи свое то отношение.
Да я то, конечно, за.
Ну так.
- Но этот вопрос надо проработать.
Смету что ли составить?
- Да, и смету составить, и увязать.
- С кем?
Да ведь нужна же договоренность?
- Какая?
Ведь, провентилировать то нужно?
- Где?
Да утрясти, согласовать.
Застраховать.
- И застраховать.
Да нет, я же.
Я ведь говорю:
твои энтузиасты, они
поработают неделю
и бросят, а ведь
за план нам
с тобой
отвечать придется.
- Придется,
товарищ Дорн.
А, вот видите?
Придется мне в обком
написать.
Может, там тебе толком
объяснят.
Ну что же, пожалуйста.
Да вы пишите, куда хотите.
Хоть в совнарком.
Семен Иванович,
к вам эта пришла,
ну вы вызывали ее с ночной
смены.
Ну Морозова.
Давайте ее сюда.
Подойдите, пожалуйста.
Кто вам позволил?
Я почему.
Я вижу, у Кусачева не вышло.
Бюллетень то она.
Я думаю, лучше же, чем в простой.
Я вас спрашиваю, кто вам позволил
работать
на 16-ти станках?
Господи,
я еще до начала
сказывалась.
Кому сказывалась?
- Начальнику же.
Какому начальнику?
Помощнику. Нашего
цеха помощнику
начальника.
Лебедеву?
- Ага.
Ага.
Позвать сюда инженера Лебедева!
С ткацкого цеха. Я с ним поговорю!
Слушай, а чего случилось то?
Радоваться надо, товарищ
директор. А вы серчаете.
Может быть,
вы мне разрешите.
Или я уже не
директор?
Лебедева.
Где Лебедев? К директору!
А что у вас там такое случилось, дочка?
Это не у нас случилось,
это у вас случилось.
- Ну да!
Морозова ваша?
Сейчас ее прорабатывать будут.
Не может быть!
Наташа, пойдите сейчас же
найдите Марью Сергеевну
Пронину. И скажи, чтобы моментально шла к директору.
За это озорство, товарищи,
требуется дать по рукам.
И крепко дать.
Чему это она работает на одной машине,
а завтра - обратно на
другой. А кто
отвечает за оборудование?
Ну вот, то то и есть.
Так вопросы не ставят!
И верно, правильно.
Алексей Николаевич.
- Николай Нилович,
я это дело разрешил, я за него и отвечаю.
- Алексей Николаевич, вы меня не знаете.
Ну я помощник начальника цеха.
- А я - мастер!
- А я разрешил!
Я и отвечаю за Таню.
За Морозову.
- Оно там видно будет.
Там будет видно.
Все?
Ну что же, послушаем, что скажет
Морозова.
Мы тебя слушаем, Морозова.
Что же тут говорить?
Я не так думала.
А как же ты думала?
Я думала, с этого
почина польза будет.
Что будет?
Они...За то, что
я на 16-ти...
Они меня судят!
Это кто же судит?
Ты где пропадаешь, Марья Сергеевна?
Мы тебя искали.
А нашли то не вы.
Ну, знаешь, Евгений Афанасьевич,
телеграмма.
Какая телеграмма?
- Не знаю, из Москвы
телеграмма сегодня.
- Давайте.
Чужие не трогайте. Это... Это ей телеграмма.
Какой ей?
Да вон ей...Морозова,
тебе телеграмма.
Морозова!
Вам почему то телеграмма.
Молотов.
Ой!
Что же это?
Чего ж ты плачешь то?
Тебе же радоваться надо.
Смеяться.
Я...
Я смеюсь.
Николай Нилович, позвольте,
ведь за это наложат взыскание.
Алексей Николаевич,
голубчик,
я здесь 35 лет работаю.
Меня выгнать нельзя.
Товарищи! Это всецело мой...
- Да не слушайте вы его. Я разрешил,
я отвечаю.
Ты разрешил по моему согласию.
Товарищи,
от имени дирекции
поздравляю вас,
как ближайших участников.
Что?
- А главное дело,
почему я не поздравила?
Знаете, я здесь вообще могла
первая поздравить.
Я просто не сообразила.
Так они же телеграмму
не читали.
- Да!
Пожалуйста, вот,
телеграмма.
Вот видите, как у нас получилось?
Ну теперь, Николай Нилович, я согласен.
Во всем виноваты вы.
Э нет, теперь вам придется
отвечать.
Ну а причем здесь я то?
Да-да...
- Хорошо.
Вы бы лучше подумали,
о чем сейчас на митинге
говорить будете.
А мне что говорить?
Я тут не при чем.
Это все она - Танька.
Виновата.
Татьяна Ивановна
Морозова.
Вот ей и хлопайте.
Вот ей и хлопайте.
А я тут не при чем.
Как?
Как это не при чем?
А кто благословил меня на
это дело?
А кто помог мне во всем?
Он!
И еще,
инженер Лебедев.
А что я
особенного сделала?
Каждая это может.
Хотите, я на 30-ти станках
буду работать?
Так и записывайте: на 30-ти.
Эх, мамка бы
жила моя.
Мама
глянь-ка, это Танька.
Это - я.
Мама, глянь-ка, это ж Танька, это ж я!
Деловитая, деловитая,
знаменитая, во как.
Татьяна Ивановна!
Она самая.
Неужели все впрямь и вы?
Завалили подарками.
На новую квартиру
переезжаете?
Что это у тебя усы растут рукомойником?
Из-за тебя и пострадал.
Зимой.
Вот и растут
против севера. А я на новую то квартиру
понаведаюсь.
- Понаведайтесь, Петр Устинович.
Всем Таня наша
хороша. Все в ней ловко,
обстановка
и душа.
Быть бы нам с тобою
мужем да женой!
Причесали!
И умыли!
Вот образец, ткацкая
ткань.
Сельскохозяйственная тема.
Трактора.
Что ж, это ничего.
А нет ли у вас там
чего-нибудь по индустриальней?
По индустриальнее?
Вот есть нефтяные вышки.
Можно вам
завод пустить.
Дыму мало.
Что?
Я говорю: дыму мало.
- А, дыму
можно прибавить.
Не в этом дело.
Меня возмущают эти
новые нормы.
Гонка!
Нигде ничего подобного я
не видел.
Ни в Ливане, ни
в Манчестере.
В Англии, в передовой стране
текстильная промышленность...
Это не довод.
Им рекорды нужны.
Абсурд!
Абсолютный абсурд!
И больше всего упорствует эта особа.
Морозова.
- Да, да-да-да.
Вы слышали,
она требует уже
150 станков.
станков?
- Да!
Интересно знать, где мы их будем
ставить?
- Вот
именно интересно.
Уж не прикажете
для ее фантазий
стены ломать?
Все будем ломать!
Все опрокинем вверх
ногами!
И выбросим ко
всем чертям!
Вот что говорит
товарищ Орджоникидзе.
Все устарелое
будем ломать!
Ой, боюсь, боюсь устану.
Ой, боюсь, не докручу.
Протоков,
слушай.
Все станки работают?
Так. Когда пустили?
Вовремя отпустили?
Интересно.
Очень интересно.
Все знает.
Так оно и надо.
Наш рекорд.
Идет!
Вот, Танюша.
Это от лица
комсомольской организации.
Ну всецело
встретились!
- Браво!
Вот, и от меня
подарочек.
Молодец, Танюшка!
Ну,
ну в общем, поздравляю вас, Татьяна Ивановна.
Благодарю вас, Алексей Николаевич!
- Пожалуйста.
Таня, идем, на речке ждут.
Какая она счастливая!
Тоже,
рекордистка!
Что с Татьяной?
Газета ей не понравилась.
Ну?
Так купиться.
Так купиться.
Марья Сергеевна, ты только погляди!
Я и то гляжу.
Да нет, ты вот.
Порнаков мне дал.
Всесоюзный мировой рекорд.
Ткачиха
Званцева на двухстах
станках выполнила
норму на
103,6%.
Замечательно!
Я то думала,
Сейчас же встань,
вообще приведи
Не буду я!
Встать сейчас же!
Девчонка!
продукцию: лично себе,
Сама знаешь.
Для государства.
Так ты радоваться должна,
что другая девушка тоже много дает за смену.
Я и...
Ты мне напоминаешь
одну личность, Татьяна.
Какую еще личность?
Дорохова.
Когда он узнал,
что одна работница
за смену...
Совестно?
Первый раз
правильно сказала это слово.
Пойду дам телеграмму
Званцеву.
Надо поздравить
за 200 станков.
И от меня
поздравь Званцеву.
Пожалуйста.
И еще скажи там
директору,
что я беру 240.
Вот это по-нашему!
Новостей у нас - целый ворох!
Во-первых директора Дорохова
сняли.
А кто на его место?
Лебедев.
Наш инженер.
Алексей Николаевич.
Может, знаете?
Марья Сергеевна!
Орден!
Факт!
Татьяны.
Ах, орден.
Да нет,
не может быть.
Волнуетесь?
Ой, как волнуюсь!
Я ведь еще никогда орденов
не получала.
А вы здесь уже сколько
раз были?
Уж, поди, не волнуетесь?
А по правде скажу, я тоже
волнуюсь.
Давайте уж вместе
держаться. Все-таки не так страшно!
Давайте.
Ордена чистите, или
сами блестят?
Как вам сказать,
конечно сами.
Морозову
Татьяну
Ивановну орденом Ленина!
В старой сказке говориться
про волшебные дела.
Сказке с былью не сравниться.
Быль чудеснее
была.
Инженером
может стану.
Все науки изучу.
Ой, боюсь, боюсь,
отстану. Ой, боюсь,
не долечу.
Деревенская девчонка
в услужении жила.
Вечно в саже.
В саже даже.
- На досуге была.
Не
волшебница седая
подавала мне совет,
и не фея
молодая,
а товарищ средних лет.
Поддержала, подсказала,
как судьбу свою найти.
На мороках нам
стояла
по широкому пути.
И работала
отлично,
как Стаханов научил,
и Калинин
самолично
орден Золушке вручил.
Сказка-быль у нас
творится и
становится бледней. В старых
сказках небылица
перед былью
наших дней.
Погоди, что было -
я знаю. Что будет - хотеось бы
узнать.
Таня!
Погляди ты.
Видишь,
все дороги,
все просторы
нам открыты.
Целый мир, разве счастье выпало
мне. Мы с тобою полетим.
Мы с тобою полетим
в этот мир!
Здравствуй,
страна героев.
Страна мечтателей,
страна ученых.
Видишь,
веселым роем
ты переполнила
сердца миллионов!
Все то, что было песней, о чем
мы грезили, и что любили.
Стало еще чудесней,
в живой сегодняшней советской были.
И нет страны
красивей. И нет страны
счастливей, чем ты, родимая,
необозримая, несокрушимая
моя!
Идет!
Марья Сергеевна,
а что, изменилась Таня?
Сам увидишь.
- Ну а про
меня то она спрашивала?
Как не спрашивать?
Столько раз спрашивала!
Сегодня у нас
здесь
на Всесоюзной
сельскохозяйственной выставке
большой
праздник.
Мы открываем новый павильон,
в котором стахановцы
хлопка и
стахановцы
текстиля
могут показать и
посмотреть
плоды своей
замечательной работы.
Предоставляется
слово
депутату Верховного совета,
знатной ткачихе,
инженеру
Татьяне Ивановне
Морозовой.
Создан наш мир
на славу.
На годы сделаны дела в
столетии.
Счастье берем
по праву.
И жарко любим
и поем,
как дети.
И звезды наши
алые сверкают
небывалые,
над всеми странами,
над океанами.
Осуществленной
мечтою.
Нам нет
преград.
Ни
в море, ни на суше.
Нам не
страшны
ни льды, ни облака.
Пламя души
своей,
знамя страны своей
мы пронесем
через миры и
века.
Какие чудеса
могут делать люди.
Да, здорово работает
машина.
- Да я не про машину.
Я про Татьяну.
Марья Сергеевна,
скажи, которая Татьяна?
Эх ты,
Онегин!
Вон та!
В малиновом жакете.
С послом каким-то говорит.
Она?
- А как же!
Она!
Папаша, вы не стахановец?
Отойдите!
- Мама!
Уберите ребенка.
- Мне надо.
Уберите ребенка!
Так.
Не она!
Все в порядке.
Это магния!
Она!
Раз ущерб,
значит она.
Алексей Николаевич!
Здравствуйте, Татьяна Ивановна!
Что же вы опоздали?
Да вот, опоздали.
Вот она, Таня.
Что же вы
опоздали?
Батюшки!
Никак Талдыкин!
- Я.
Татьяна Ивановна.
Она самая.
- Ой!
Танюша,
теперь не пойдешь
замуж?
- Пойду.
Петр Устимыч, миленький,
я так счастлива!
Ну вот.
Всея ясно.
Она меня не любит.