Цыплёнок жареный (1 сезон, 2019 год). Фразы и цитаты из сериала

Весна 1921 года. Введение НЭП начинает стремительно менять обескровленный войнами и революцией Петроград. Марши и гимны разбавляются фокстротом и шансоном, на набережных появляются хорошо одетые люди и, как следствие, появляются гопники, спешащие отнять у них деньги. Начинается беспредел, справиться с которым ЧК не в состоянии - магазины трясут пять раз на дню. И тогда на защиту нэпманов и барыг встает криминальный мир Петербурга во главе с вором в законе Дядей Колей, который, выражаясь современным языком, начинает «крышевать» нэпманов. Но не все нэпманы согласны платить дяде Коле. И тот отправляет к таким скупердяям один из своих боевых отрядов. Самый известный и продуктивный из них - банда главного героя истории Роди - бывшего анархиста, разбитного гопника, пижона и сердцееда, северного Бени Крика… 

Все фразы и цитаты

Серия 1

ЖЕНСКОЕ ПЕНИЕ НА ИТАЛЬЯНСКОМ ВДАЛЕКЕ
РОНЯЕТ СУМКУ, ПЕНИЕ ОБРЫВАЕТСЯ
-Дяденька!
Дяденька, миленький!
Довези до Петрограда, а? Довези!
-Куды, куды, куды?
Чо дашь?
-Дяденька, со Пскова-то добираюсь -
ничо нет. Мамин крестик остался.
ДЕД ЦОКАЕТ ЯЗЫКОМ
А хочете, я вам спою? Я хорошо пою!
-Садись.
-До Петрограда?
И меня возьмите,
у меня мандат до Петро...
-Да ты осади с мандатом-то.
Видишь, кляча еле тянет.
-Здрасте.
-Здрасте.
-"Мебельный салон Бухнера".
СВИСТ
Твой фармазон точно возьмет
эту рухлядь.
-Он сказал, 10 царских стульев,
лампу и пару креслов.
-Сказал "пару кресел".
-Тебе виднее, ты у нас поэт.
Ну у нас таки налет?
-У тебя есть деньги? Хоть какие.
-Хлебом надо торговать, хлебом.
Хлеб нужен всегда.
-А ты кто такой, а?
-Саркисов Арам Баграмович.
-Грузчик ты. Так что либо молчи
в тряпочку, либо катись
на все четыре стороны.
-Ну раз расклад такой,
давай расчет, товарищ Бухнер,
и я покачусь.
ОТКРЫВАЮТСЯ ДВЕРИ
-Сегодня ты пока здесь работаешь.
Здрасте, товарищи!
Чем могу помочь?
-Не тронь экспонат, дурень!
Нам, дорогой товарищ,
пожалуйста, два.
-А два чего, позвольте
поинтересоваться?
-Два билета для осмотра.
Или музей работает бесплатно?
-Это не музей. Это салон.
Салон мебели.
-Да вы что! То есть это магазин?
Ах! И все... Все это можно купить?
Вот это роскошное кресло,
этот стол и... даже это зеркало?
-Ну да. Это зеркало из имения
графа Орлова, XVII век.
-Да вы что! Зеркало из графова?..
-Да.
-Интересно. А вот этот сервант
тоже продается?
-Руки к люстре, гнида!
-Не стоит.
-Это что, налет? Опять?
-А разве похоже?
Это экспроприация.
Берем только лишнее.
Стулья вот эти, лампу и кресла.
-И давай башли живо!
-В кассе пусто.
-О...
-Девять налетов за месяц
и ни одного клиента.
-Нет, говоришь? А если я тебе
папироской нос прижгу?
-Руки!
-Да ты чо!
-Предлагаю возникшие прения
прекратить и перейти к резолюции.
Вся эта рухлядь не стоит
человеческой жизни, ничьей.
Поэтому все останутся в живых.
Мы вас, товарищи нэпманы,
сейчас свяжем, после поймаем машину
и погрузим туда ровно то,
что собирались.
И все останутся в живых.
Проголосуем?
Надо же! Большинством голосов.
-Тпру! Стой!
ЖЕНЩИНА КРИЧИТ
Заткни рот, дура!
Чо в фургоне?
-Как - чо? Груз хозяйский, 10 мешков.
-Слезайте.
-Как - слезайте? Я говорю,
груз хозяйский! Разбираться будете
с теми, кому везут.
-Оглох? Слезай!
Нам фургон нужен, олух!
-Груз-то хозяйский.
А лошадь-то моя, кормилец.
КРИЧИТ
МУЖЧИНЫ КРЯХТЯТ
-Живой?
-Так он серпом меня хотел!
-Папка твой?
-Не знаю я его.
Со Пскова я, только приехала.
Не убейте меня, ага?
-Топай отсюда. Но если тебя
спросят про фургон...
-Скажу, не видала, ага!
-Сама не говори, ага?
А если спросят, опиши
двух крепких мужчин в возрасте
вот с такими усами.
-С усами, ага.
-Ага, ну все, давай. Давай.
Оп! Не оглядывайся.
Слышь, дед, ты тут посиди, а? Мы пока
часа на три твой фургон возьмем,
а потом вернем обратно, ладно?
-Сдаст он нас!
-Да не сдаст! Поехали!
Клок!
-Ой!
Извините!
-Надоел этот честный бизнес!
Ну его в топку!
-В Париж подадитесь?
Я ж говорю...
-В Париже своих прощелыг хватает!
Не, я тут себе дело найду.
-Десятый налет.
Надо пекарню открывать.
Ее грабить не будут.
-Вот, держи. Под расчет.
-Дорогой?
-Если покупателя найдешь...
и продашь хотя бы за полцены,
булочную точно откроешь.
-Это все? Лампа целая, золоченая!
Кресла какие-то царские!
Плюс инструменты. Накинь еще!
-Ну инструменты мне без надобности,
у меня патефон есть.
Родион... Родион, с вами
всегда было приятно работать.
Просто сейчас тяжелые времена.
Впрочем, есть интересный вариант.
О дяде Коле слыхали?
Умный мужик,
в Петрограде сейчас всем заправляет.
От него можно и дело получить,
и приятеля вашего пристроить.
-Кого пристроить? Кто?
Смотри, чтоб я тебя не пристроил!
Мы с Родей не разлей вода!
Мы в 1917-м чуть Госбанк не взяли!
-Мм.
-Мы идейные анархисты и ни на какого
дядю работать не будем.
-Ну да, ну да. Впрочем, подумайте.
-Угу.
-Здравствуйте.
-Ай!
-Доченька, копейку дай.
-Да нету денег!
Ой!
ВДАЛЕКЕ ПРИЧИТАЕТ ЖЕНЩИНА
ЖУТКАЯ НОТА
Ой, господи!
-Чего тебе?
-Я на работу наниматься.
-Не требуется.
-Я до дяди Коли! Пою я, ага.
-А кто ж тебя прислал?
-Микола Верста кланяться велел.
Говорит, они с дядей Колей
еще при прежней власти срок отбывали.
-Мм... Смотри, если врешь!
-Ага.
-Ох! Да и на кой нам этот дядя Коля?
И так ерунду имеем,
а еще с каким-то дядей делить!
-Напомни, сколько мы заработали,
если считать с Рождества.
-А чо считать? Поровну!
Шиш на жиж, да еще полстолько!
Голодуха!
КРЯХТИТ
Уже и грабить некого стало.
-Надо с ним поговорить.
-Да чтобы я, идейный анархист!..
-Идейный из нас я.
Вернешь фургон,
и не забудь извиниться.
-Родя!
-Тпру!
-Митя? Митька!
-Родя!
-Живой! Живой! Живой!
СМЕЮТСЯ
Ах ты!..
Живой!
Погоди, так слух был,
что тебя убили.
-Э... Да. Ну, ранили.
Выкарабкался.
ГЛУХОЙ СВИСТ
Никак не научусь. Ну-ка, свистни.
ЗВОНКИЙ СВИСТ
ЛОШАДЬ ВСХРАПЫВАЕТ
-Тпру!
Стой!
-Эй, куда, куда?
-Тихо-тихо! Митька, Митька,
это свои!
Кузька, один ваш.
-Давай хватай.
Давай-давай.
-Дай полегче!
-Родя, это ж шантрапа, ворье.
-Это Гаврош и революция, Митя.
Они мне помогают, а я им.
Клок, фургон!
Пойдем.
Молодец, что ко мне.
-По правде сказать, больше не к кому.
Сунулся к себе -
так там других заселили.
Как мать на Урал уехала,
так и заселили. Ты не волнуйся,
я это... тебя не стесню.
-Стеснишь? Вот тебя шарахнуло
под Перекопом! Да живи
сколько хочешь, как раньше!
-Шарахнуло меня на Польском.
Как раньше. Ну правда,
мне скоро обещали служебную площадь.
-Служебную? Где ж ты устроился?
-В ЧК.
Отдел по борьбе со спекуляцией
и самогоноварением.
-А... Жаль, что не фининспекция.
У меня затык с декларацией.
-Так ты совбур?
-Я поэт, Митенька.
Советский поэт.
Хотя для фининспектора это то же,
что и совбур. Кстати, в моде
теперь новое слово - "нэпман".
Идешь?
-Да.
-Мировой капитал
Всю картошку сожрал,
В нашей миске
Только очистки.
-Ах!
-Во.
-А что? Мы не гордые.
Завтра драников нажарю!
-Фрось! Никого не узнаешь?
-Ефросинья!
-Митенька!
-Здравствуйте!
-С каких это пор
ты выкать мне стал? Небось,
когда сахар у меня таскал, не выкал!
-Ну что, Митька, располагайся.
-Ха! В библиотеку переехал?
Здорово.
А тут ничего не изменилось.
А, нет, ты кровать переставил, да?
Драники из шелухи. Я думал,
хоть в Петрограде-то...
Но ничего. Врангеля разбили,
теперь очистим город
от преступного элемента.
Отстроим, накормим.
Мы наш, мы новый мир построим.
Завидую твоей бороде.
У меня не растет.
А ты о чем пишешь?
-Да на злобу дня пишу
для газет, журналов советских.
Собственно, вот.
-Это здорово. Это правильно.
Потому что новому миру нужны
новые стихи...
новые песни.
ВЗДЫХАЕТ
Не переделанные царские...
а настоящие, советские.
ЗЕВАЕТ
Чтоб...
ПЕЧАЛЬНЫЙ МОТИВ
-Глаза раскройте, плечи расправьте,
Мозоли свои, кулаки сожмите!
Тех, кто жирует, тех, кто ворует,
В шею гоните, гоните, гоните!
ВМЕСТЕ: Спины свои в штык разогните!
Хватит прятаться, хватит бояться!
Хотите свободы - встаньте, возьмите.
Всем поровну...
ХОРОМ: ...и по-братски!
Всем поровну и по-братски!
Всем поровну и по-братски!
ГРОХОТ
-Ружье!
Это что?
-На обыск не похоже.
Ты правда чекист? И мандат есть?
-Правда.
-Айда посмотрим.
-Это что ж за новости такие!
Ах! Ух ты!
Ой!
-Ух!
-Подайте мне руку.
-О!
-Клавдия. Можно без отчества.
Будем соседями, товарищ.
-Р... Родион. Ну, в принципе,
можно без отчества,
и лично вы можете звать меня Родя.
-В нашем полку прибыло.
-И жилуправа на вашу буржуйскую
курительную комнату ордер дала.
Мм! А я слыхал, что скоро залы
тоже делить перегородками будут.
-Клавдия.
-Очень приятно, товарищ.
Сборовский Макар Николаич.
-Ефросинья Ивановна.
-А чего это наш жилотдел
так расщедрился?
-А у меня письмо
от товарища Зиновьева. А вы?..
-Дмитрий. Митя. Ненадолго.
-Ненадолго?..
Что, Митя?
-Понимаете, в чем дело,
товарищ Морозов недавно вернулся
с фронтов. Разбил Врангеля,
а на обратном пути - поляков.
-Родь...
-Вы брали Перекоп?
-Обошли стороной.
-Просто Митя так же скромен,
как и все настоящие герои,
так что придется мне его воспеть.
-А вы поэт?
-Да, знаете, мои фельетоны
и сатирические куплеты
заставляют краснеть и смеяться.
-А, вы такой поэт.
-Что?
-Просто... в Париже очень много
говорили про эту битву.
-Да что вы!
-А вы были в Париже?
-Да, я приехала только вчера.
Представляете, я здесь, в России,
в это счастливое бурное время!
-Погодите. То есть вы
приехали из Парижа... сюда?
-Родь, что ж непонятного?
Товарищ вернулась, чтобы...
-Строить новый мир.
-Да!
-Да...
-С этого и начнем.
-Мить, а тебе не надо на службу?
-Надо.
-А мне в редакцию.
Редактор считает меня поэтом.
А чем будете вы сегодня заниматься?
-А у меня еще одно письмо -
от Международного женского
секретариата Коминтерна.
Тоже подписано товарищем Зиновьевым -
как райком комсомола.
Счастливо, товарищи.
-Ой, мне так неудобно!
Наш главный редактор Дункан считает,
что гонорар за поздравление -
неприлично.
-Неприлично за поздравление?
Неприлично за поздравление,
за приветствие морякам,
за стихи детям, ну конечно!
-Ну мне так неудобно!
-А мне как неудобно!
Решил пойти купить чернил -
и на тебе!
Нет, ну я пойду, ладно, что вы...
-Нет, ну подождите, ну...
Ну, в конце концов, я...
-Не...
-Ну... Я имею право,
я имею право. Я из канцелярских.
Я дам немного из канцелярских,
вот и все.
-Дарья Петровна, послушайте, я...
-Ой, ну что вы!
-Вы ангел и муза в одном лице.
О-о!
-Ох!
-Ничего себе!
-Господи... Ой!
-Букин! Букин! Стой, говорю!
Верни аванс, дешевле будет!
Подписался на поэму о морфлоте!
Принес - читать невозможно!
-Так запишись на рабфак! Научись
читать! А то сразу в редакторы!
Ой! Извините.
-Ничего.
-Товарищи, записываемся
в молодежную фронтовую бригаду!
Записываемся! По очереди,
я же говорю, товарищи!
-Добрый день! А где я могу найти
товарища Шестичасного?
-А-а, вам сюда.
-Добрый день!
А вы записываете в комсомол?
-Ты с луны, что ли, свалилась?
-Я приехала из Парижа вчера.
-А-а.
-И у меня бумага
от товарища Зиновьева.
-А, да-да-да. Да-да-да. От нашего
дорогого товарища Зиновьева.
-Да. Ну как, запишете?
-Вы присаживайтесь, присаживайтесь.
Так, это... Понятно.
БОРМОЧЕТ ПОД НОС
Ну что ж, товарищ Зиновьев
просит содействия,
а также использовать вас
по необходимости.
-А в комсомол не записывают,
а принимают, и не всех подряд.
-Скажите, вот вы прям из Парижа
к нам сюда, чтобы здесь
вступить в комсомол?
-Я приехала строить новый мир.
И вы не смотрите на то,
как я выгляжу. Я могу и стирать,
и мыть, и красить могу.
-И даже стирать!
Скажите, чем вы занимались в Париже?
-Училась живописи.
-Отлично! Отлично!
Так...
Заполните анкету. Вот заявление...
-Товарищ Шестичасный!
-...и передайте товарищу Василию.
-Хорошо.
-Просьба... моего друга и,
я не побоюсь сказать,
соратника по борьбе, товарища
Зиновьева, для меня большая честь,
поэтому я приветствую вас
в нашей большой и дружной семье.
-Благодарю.
-Родион! Ждут.
-Фармазон сказал,
у тебя работа есть.
-Торгаши про тебя романы сочиняют.
Мол, берешь много, но не последнее
и обходишься без мокрухи.
-По мне, так никакие цацки не стоят
человеческой жизни.
-Философ.
-Анархист. Идейный.
-Простите, а где 20-й кабинет?
-Он налево.
-Ты кто?
-У меня мандат.
Я в отдел по борьбе со спекуляцией
и самогоноварением.
Там закрыто.
-Начальника вам нового прислали.
Все уехали встречать на вокзал.
-Понятно.
-Спасибо вам, господин офицер.
-Товарищ начальник отдела Петрочека
по борьбе со спекуляцией
и самогоноваре...
-Вольно.
Фамилия моя...
Кумов. Глеб Саввич.
Где у вас тут торгуют и спекулируют?
-Торгуют в рядах на Сенном.
-Туда и поедем.
-Едь.
-Но!
-Мы с Родей не разлей вода, слышь!
-Так-то он мне в 1918 году
жизнь спас.
-И пусть будет при тебе.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
-Он со мной как с дерьмом, а ты!..
-Успокоился?
Мы будем работать вместе.
-Ах! При тебе быть.
Спасибо, барин!
Никакого одолжения
мне не надо!
-Ну каких одолжений? Пришли,
поторговались, получили что хотели.
-Это ты, ты получил что хотел.
И всегда получаешь.
Спас его я...
-Ну какая разница, кто кого спас?
-Ты меня спас.
А мне чужого не надо.
-Что нужно для раскрытия
преступления?
-Революционная бдительность.
-Доказательства, преступник.
-Желание. Нужно лишь желание -
преступник и доказательства
приложатся. Вот доходяга
продает галифе - где он их взял?
С убитого снял - мародер.
Со склада украл - вор.
Или же сам дезертир. Задержать.
-Да разве это помол?
-А ты что, пирожные выпекать
собрался?
-Ты по делу или так,
лясы поточить?
-Могу и по делу.
У меня есть мука, отменная,
заграничная. Тебе сколько надо?
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Что в мешке?
-Мука.
-Вот скупщик, вот спекулянт.
-Я не скупщик, у меня документы есть.
-Разберемся.
-Со спекулянтами и расхитителями
разбираться на месте.
-Я не спекулянт. У меня справка есть.
Я налог сдал.
-Нет у тебя никакой справки.
Увести.
ВЫСТРЕЛ
-Поехали.
-17.
-Мадам...
-Непруха, а...
-Опять мою трость брала?
-Что за семинарист?
-Это и есть Родя Пират, поэт.
Так что же новый начальник?
-Крутенек. После вокзала
сразу в ряды чесанул.
Двоих на месте шлепнул,
а человек 20 повез допрашивать.
-Ну и чего делать будем?
-Ждать.
-Куда?
-Вот.
-Товарищ, я в отдел по борьбе
со спекуляцией и самогоноварением.
-Отлично. Допроси спекулянта -
вместе со всеми.
-Пройдемте, товарищ.
-Вызывали, товарищ Кумов?
Начальник Петроградского УГРО
Петухов Владимир.
-Вот что, УГРО, папки на стол.
Отныне все дела по контрабанде
и спекуляции переходят
в мое распоряжение лично.
Свободен.
-А по какому праву,
товарищ Кумов?..
-А вы кто, товарищ?
-Заместитель председателя Петрочека
Петрова. Председатель в командировке,
я за него.
-Отлично!
Слышал о вашей бескомпромиссной
борьбе с врагами революции.
-Вы не ответили на вопрос,
товарищ Кумов. По какому праву
вы забираете себе уголовные дела?
-По праву спецмандата
с особыми полномочиями
от товарища Дзержинского.
Очень сложная ситуация в стране,
товарищи. А откуда берутся
средства на поддержку мятежей?
От контрабанды спирта, спекуляции
и незаконного самогоноварения.
И наша задача - самым строгим
и жестким образом пресечь
эту экономическую контрреволюцию.
Разрешите приступить к выполнению
приказа товарища Дзержинского,
товарищ Петрова.
-Приступайте, товарищ Кумов.
-Хищения на вокзале.
Со слов начальника вокзала,
похищено 200 пудов зерна.
Это средь бела дня!
И ни единого свидетеля?
-Все боятся. Есть один человек,
дядя Коля. Без его ведома
не проходит ни одно крупное
ограбление. А уж краденое сбывается
только его фармазонами.
-Лапин Николай Авдотьевич
по кличке дядя Коля.
Что известно о нем?
Где видели в последний раз?
-Он сидит у себя в чайной
на Фонтанке. Только предъявить ему
нечего - он свои дела
обстряпывает через подручных.
-Вы плохо питаетесь, товарищ,
это нехорошо. И сапоги у вас,
я видел, каши просят.
Мы это исправим.
Предъявить, говорите, нечего?
Едем.
-Так ведь я сам рабочий класс.
Сам, этими руками хлеб пеку.
А меня за шиворот - и "спекулянты".
Тут какая-то недоработка,
дорогой товарищ.
-Недоработка?
Хлебозаводам муки не хватает,
чтобы печь хлеб для голодающих,
а вы скупаете муку и потом
продаете свой хлеб втридорога!
-Вот, заводской хлеб.
Угощайтесь. Революция была для того,
чтобы рабочий лучше жил,
а ему такое. Вам самому не обидно
за свои подвиги солому жрать?
-Шлепни ты эту контру за агитацию.
Или штраф тысяч 15.
Поехали, есть дело поважнее.
-Предъявите на выходе.
-Шухер, ЧК внизу.
ЗВОН УПАВШЕГО ПОДНОСА
-Так, Вова, Шпала,
бегом в больничку.
Дину проводи. Родион, вам лучше уйти.
-ЧК Петрограда!
ЗВОН БЬЮЩЕЙСЯ ПОСУДЫ
Все на выход!
С этой недобитой гадиной
я сам поговорю.
-Чаю желаете?
-Сразу к делу.
-Вы начальник?
-Три срока при двух императорах.
А с 1905 года ни одного ареста
или допроса. За ум взялись?
-Вроде того.
-Ну да. После 1905 года сменилось
все полицейское начальство,
и вы стали прикармливать
жадных провинциалов,
чтобы те закрывали глаза
на ваши делишки.
-Платил. Язва гнилого царизма.
-Ой-ой-ой...
-Да давай иди уже.
-Свободен.
Так вы поэт?
Был у меня однажды поэт -
рифмы, образы.
-Я не такой поэт.
-А жаль.
-Но!
-А...
-А чего ты встал-то тут?
-А... Пусто.
-Пойдем подвал осмотрим.
-О нашем договоре знают только двое.
Если узнает кто-то еще,
ты становишься третьим лишним.
-Товарищ Кумов!
-Развели тут!
Все помещения проверили?
-Почти.
-Так проверьте все!
-Ой, сука...
ЦЫГАНСКАЯ МУЗЫКА
И ГУЛ ГОЛОСОВ
-Эх!
-Новенькая?
-Ага.
-Что ты на себя напялила?
-Что покрасивше.
-Давай немедленно снимай это барахло.
-Не... Я голая не пойду,
я не по этому делу.
-Деточка моя, все мы когда-то были
не по этому делу. Сказала, снимай.
-Давай, давай.
-Так... Что?.. Вот!
Невинность и похоть -
то что нам нужно.
-Надевай.
Стой! Уля! И побрей ей подмышки.
СМЕЮТСЯ
-Это что еще?
-Крутился под дверью.
Амбулорику спрашивал.
-Амбулаторию, дубина!
Тут же больница как-никак.
-Что стоишь? Помогай.
-Шорин-то приходил?
-Вот только что перед вами зашел.
-Собери мне всех фармазонщиков
и нэпманов, мухой! Новости есть.
-Пара часов.
-Заткнись ты уже!
-Нашу давай!
-Новости хорошие
или меня не касаются?
-Тебя касаются.
Новый начальник оказался лют,
но я договорился кое с кем повыше.
Встанет недешево.
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный...
-С завтрашнего дня платить будут все,
кто торгует, и неважно чем.
-Его поймали, арестовали,
Велели паспорт показать.
-А с большевиками всю дорогу так.
Раз - революция, раз - война,
раз - НЭП. Так что надо платить,
мужики. Ну если вы считаете,
что это невыгодно...
-Нет, дядя Коля!
Без проблем, мы согласны.
-Значит, договорились?
-Да, да.
-Ну с Богом. Давайте.
-Что вы делаете? Где вас носит?
-Я просто...
Позвольте задать один вопрос.
А вы ко мне переехали
или просто решили устроить кабинет?
-Во-первых, у вас большой стол,
у вас светлее. А к завтрашнему дню
нам нужно сделать стенгазету.
С вас стихи, с меня...
-Нам?
Мне лично никто никакой стенгазеты
не заказывал.
-Вы серьезно?
-Угу.
-Но это же общее дело...
-А...
-...на благо нового мира.
-Давайте с вами кое-что уточним.
-Да?
-Мы с вами явно
из разных миров. Если вы хотите
играть в свой коммунизм, ради бога,
но без меня. Я лично свой мир
уже построил. А где мои стихи?
Куда вы дели все мои стихи?!
Они же здесь лежали. Где?..
-Да вы клоп. Вокруг кипит жизнь,
а вы, значит, забились
в свою каморку...
-Каморка - это у вас.
-Каморка у вас вот тут,
и нет в ней места ни высокому,
ни великому. Поэт он! Певец эпохи!
"Где мои вещи? Где мои стихи?"
Да таких рифмоплетов
в Париже сотня.
Две сотни. Не размажьте мне тут.
Высохнет - заберу.
-Кхм... Извините. Из Парижа она!
Да таких, как вы, здесь тысячи.
-Да, я видела -
в красных косынках, угу.
ПЕРЕДРАЗНИВАЕТ: В красных косынках.
СТОНЕТ
-Вставай, Родь, разговор есть.
-Опять уплотняют?
-Я вчера на задании был,
накрыли сходку в одном буфете.
Там был ты.
Слышишь?
-Мм?
-Там ты был - среди воров,
спекулянтов и шлюх.
-Ой...
И что? Я поэт, Митя.
Я эпохой, как губка, пропитанный.
Изрыгаю ее из себя
Всевозможно возможными рифмами.
-Родь...
-Ты это чувствуешь?
-Они ж контра.
-Узнаю зануду Митюху - сразу
контра, сразу враги революции!
Да они часть эпохи, Митя!
Да, я вынужден с ними общаться.
Вынужден общаться с могильщиками,
с мусорщиками, с сумасшедшими
и даже со шлюхами. И ты тоже
часть этой эпохи, Митя.
Так что живи, не стесняйся
и подозревай своего старого друга
по долгу службы. Нет, ну...
Ну ты это чувствуешь?
Мне же не показалось.
-Родь...
-Где вы это взяли?
-В завале, который я разобрала.
Еле отмыла. А что, ваша?
-Я не про турку...
а про вот это,
коричневое такое.
-Кофе?
-То есть вы хотите сказать,
что это именно кофе?
Не ячмень, не цикорий,
а именно... кофе.
-Мм...
Похоже, построенный вами мирок
не так уж совершенен, да?
Чего-то все-таки в нем не хватает.
-А давайте мириться.
-А?
-Я вчера был неправ, наивен и глуп.
Сегодня я заметно лучше.
Так что прошу простить и все такое.
И... Мм?
-Ладно.
-Да?
Так...
-А? Я даже не знаю.
Мне взбодриться нужно,
еще стихи писать.
-Стихи? Так давайте я напишу.
О чем прикажете? Как у вас?..
Свободный труд? Запросто.
Работай в будни, работай в субботу,
Работай ночью, работай днем.
Ломом, лопатой, когтями работай -
И сможешь гордиться огромным горбом.
-Мм...
-Не очень, да?
Я могу лучше. Подождите, сейчас.
Дайте мне секунду. Минуту.
-Давайте.
-Вы пока тут...
Сейчас.
Минуту!
КЛАВА СМЕЕТСЯ
-Это... Ну, Родь,
в общем, ты прав.
-Угу.
-Я у тебя и сплю,
и ем тут.
-Угу.
-Не знаю, как по закону, но считаю
это просто непорядочным.
-Сейчас будет завтрак.
-Родь!
Я тут есть не буду. Я...
-Будешь.
-Не буду. Я сегодня же подниму
вопрос о служебном помещении.
-Не-не.
-Но потом ты уж...
не серчай.
-А я...
-Вот. Потому что закон для всех один.
Тем более это наш закон,
он народный.
-Народный?
-Народный. И...
-Народный, свободный.
-Народный, свободный, наш.
-Голодный.
-Родь, ты меня слышишь?
-Да!
-Мм?
-Ну как?
КАШЕЛЬ
-Ну что? Как?
-Опять жар.
Спиртом бы ее растереть
да закутать. Или самогоном.
Ну...
-Самогону...
-Мм...
-Спирту попробую раздобыть.
Что, Иванушка, невесел?
Что головушку повесил?
-Конек-горбунок, иди на работу,
а то тебя ругать будут.
-И ответил Горбунок:
"Побегу со всех я ног! И-и-и!"
КАТЯ КАШЛЯЕТ
-Ты сам ел?
-Да. Нет. На работе поем.
СТУК В ДВЕРЬ
-Товарищ Кумов? Товарищ Кумов,
к вам с мандатом.
-Доброе утро, Глеб Саввич!
От лица всего торгового люда...
-Ты кто такой?
-Я с лучшими побуждениями.
-Ты кто такой?
-Моя фамилия Шорин.
ВЗВОЛНОВАННЫЕ ГОЛОСА
-Ну как? У меня получилось?
-Вообще-то, отдает пошлой вывеской
на "Астории".
-Спасибо.
Товарищ Василий, я написала
заявление... и анкету.
Что-то не так?
-Чего ты приехала из Парижа?
-Ну как? Я же говорила,
строить новый мир.
-А там тебе что, не строилось?
Там вы сейчас нужнее, там сейчас
самая борьба, мировая революция.
Я бы сам, но я языка не знаю.
А вы знаете. Но вы...
сбежали сюда, на все готовое.
-И что же у вас тут готово?
-Да...
-Фонари не горят,
очистки - деликатес,
людям за счастье жить в каморке.
У вас тут чистый лист пока.
На всех работы хватит, товарищ.
-Товарищ Клавдия, такой газеты
у нас еще не было!
-Благодарю, товарищи.
СВИСТ
-А ну, убери пистолет
и грузи дальше, шкура.
С АКЦЕНТОМ: Я не шкура. Это мой груз.
И вообще, мы так не договариваться.
-Грузи, сказал!
-Что здесь?
-Да вот, заглох, не дотянули
немножко до порта. Разгружаются.
-Что за груз? Документы есть?
-Лекарства в больницы и все такое.
-Что такое? Спирт?
-Медицинский же.
-Ну спирт и спирт, чего кричать-то?
Берите ящик и идите.
-Что?! Контра, ты мне
ящик спирта предлагаешь?
-Ну если спирт не нужен,
на, держи деньги. Сколько надо?
Тихо-тихо. Не хочешь деньги,
тогда бери вот это.
-Чтоб вас! Что вы вообще натворили?
-Не мы, а ты. Ты ж герой.
Патруль увидел лодки на причале.
Контра с лодок постреляла патруль,
ты подоспел, открыл огонь.
Контра ушла и оставила два ящика.
-Два ящика на три трупа.
-Ну почему на три?
Одного мазурика убил ты.
-Какого мазурика?
-А вот этого уже не ты. Зови грузчиков.


Серия 2

-Ты ниже бросай, вот так!
-Приветствую, Родион!
-Рад видеть, Осип. Заходи сегодня,
книжку дам почитать.
-Опять Пушкина? Я "Руслана и Людмилу"
читал - не понравилось.
-И чем же, позволь узнать?
-Руслан не понравился.
-Почему?
-А чо он Людмилу-то не уберег?
Я, если бы влюбился,
сторожил бы день и ночь.
-Какую же книгу тебе дать?
-Про тебя.
-Про меня? Это что за книга?
-Про пиратов!
-Поддел меня! Есть такая книга
про пиратов - "Остров сокровищ"
называется.
Держи, читатель.
-За книгой вечером зайду.
-Хорошо. Кстати, знаешь,
салон мебельный
на Малой Конюшенной, 35 закрылся.
Печать не ломать,
мебель не портить, понял?
-М... Что это за гадость?
Налей лучше водки.
-Ну как - нету? Найди.
-Ну мало ли что я вчера наговорил.
Так, просто для форсу.
На самом деле, некуда мне
больше идти. Да и не к кому.
Надо что-то делать.
Слышал, белогвардейцы
все еще держат притоны где-то.
Но как их найти? И, главное, где?
-На вокзале? Ты уверена?
СТОНЕТ
Чунтао...
А знаешь, за что я тебя
больше всего люблю?
За то, что ты молчишь.
Слова - они все портят.
-Ротмистр, а трех ящиков не хватает.
-В порту произошел конфуз.
Пришлось пристрелить
финна-контрабандиста.
-Финна?! Это уж вы дяде Коле
всю малину испоганили!
-Финн старался для дяди Коли?
Боже мой, какого человека
оставили без средств к существованию!
-Ничего, теперь все его клиенты наши.
-Это надо отметить.
-Всенепременно, ротмистр,
всенепременно! Ну, давайте быстрее!
Быстрее там, быстрее, ребятки!
-С такой анкетой ее можно
сразу к стенке ставить.
Клавдия!
-Ну да. Но ты же помнишь,
что она от товарища Зиновьева.
-Вы что, там недоглядели,
а мы с вами разоблачим эту контру.
Одно происхождение чего стоит!
Отец - белогвардейский полковник!
-Так, погоди.
Погиб в 1916 году. Значит,
еще не белогвардеец.
Сражался он во Франции против немцев.
-Против немецкого пролетариата!
-А что товарищ Ленин об этом пишет?
-А что товарищ Ленин?
-Товарищ Ленин об этом...
Кстати, газету она рисовала?
-Газета - высший сорт,
рисовать ее папашка выучил, но...
-Так, давай ее тогда
пока в культсектор.
У нас по плану намечается
выставка живописи -
вот пусть возглавит
комиссию по отбору.
Да, и, Василий, товарища Ленина
не просто читать нужно -
товарища Ленина заучивать нужно.
-У меня что, на спине слово написано?
-Садись.
А ты и правда поэт,
да еще и злобный.
В смысле злобы дня.
Объясни-ка...
а зачем тебе так светиться?
В наше время лишние глаза
всегда вредные.
-Так и ты не в подполе сидишь.
И с меня спросу нет. Тружусь,
гонорары получаю по ведомости.
На виду, да, зато никто не спросит,
от кого прячусь.
-Умно.
Только не забывай, что ты по форсу
поэт, а на деле - налетчик.
Ты сядь, сядь.
Есть наколка на одну аптеку -
туда морфин привезли.
Так вы с дружком
приберите его без шума.
Справитесь?
ЖЕНЩИНА ВЫДЫХАЕТ
Все вон пошли! Вон!
-Молодцы.
-Что? Ну?
-Белогвардейцы финна убили.
-Ах!
Все завязки по спирту.
Пиши пропало!
Чо теперь делать-то?
-Думать, Коленька, думать.
Ты же у меня такой умный,
всегда умеешь что-нибудь придумать.
Вот как ты думаешь,
за что я тебя люблю?
За твой ум.
-Правда?
Я думал, за деньги.
-А деньги-то откуда берутся?
От ума.
-Не ум это никакой -
хитрость.
-А хитрость, Коль, тоже ум.
Ты у меня вон как иногда
можешь все враз перевернуть,
все, что было против тебя,
себе в пользу направить. М?
-Нужно вызвать Кумова.
-Точно. Записочку ему отправить.
-Угу.
-Коль...
а ты помнишь, в Рязани нас
кума самогоном угощала?
Ой, знатный был самогон, забористый!
Чистый как слеза!
-К чему это ты?
-Сама не знаю к чему.
Так, просто вспомнилось.
-Это не просто.
Это очень даже удачно вспомнила.
-Вот говорила же я, что ты
у меня самый умный. Мм!
-Ой, не надо, не надо, барышня!
Вы мне так только машинку сломаете.
-Да я сейчас, сейчас.
Ай! Мм!
-Извините, барышня,
эта вакансия вам явно не подходит.
А вы, извините, что умеете?
-Я не белошвейка, врать не буду,
но шью мужу все сама.
И шью, и штопаю, и глажу.
Я работы не боюсь.
Могу пригодиться чем-нибудь?
-Простите, вам не тяжело?
-Да нет, я привыкшая.
-Хм, что ж, подручные тоже нужны.
-Спасибо вам большое.
-Платить буду сдельно, по работе.
-Спасибо.
-Останови... Барышня, стоп, стоп!
Все! Хватит.
Ой... Вы, может,
готовить хорошо умеете?
Или стирать?
-Он еще и оскорбляет!
Сейчас не царские времена,
чтобы честных девушек оскорблять.
-Помилуйте, барышня, я же...
-Я пришла, потратила время.
Да я бы научилась!
Да я на вас фининспекцию напущу!
КЛОК ПРИСВИСТНУЛ
-Народу-то!
-Угу.
-Принесла их нелегкая.
Может, шуганем?
-Шугани. Но не так.
-От вшей есть чо?
-А?
-От вшей, спрашиваю!
А-ай, одолели, собаки!
ПОСЕТИТЕЛЬ: Ого!
-Ох! Так есть чо от вшей?
-Вы что, закрываетесь?
-Давайте сразу к делу.
-В смысле?
-Вы заканчиваете свой концерт
и быстро грабите. Я вызываю ЧК,
они тут все осматривают,
а в семь мне надо быть дома.
-Хм, ладно.
-Что-то еще?
-Морфин.
-Не понял.
-Заканчивайте концерт.
-Ну, раз вы откуда-то все знаете...
-Благодарю.
-Я хотел бы убедиться,
что правильно вас понимаю.
Сейчас вы завяжете мешок,
а потом попросите меня не описывать
вас товарищам из ЧК как...
-Усатых крупных мужчин.
-Эх, шарабан мой, американка!
Какая ночь, какая пьянка!
Хотите - пейте, посуду бейте...
-Стоп, стоп,
стоп-стоп-стоп!
Ты где этой гадости понабралась?
-У тети Сары из Одессы.
Она много таких песенок знает.
В Пскове пела, всем нравилось.
-Деточка, здесь тебе не Псков.
-Ага.
-И забудь... то,
чему тебя учила тетя Сара.
У нас другая, изысканная,
требовательная публика.
Ей и репертуар нужен соответствующий.
-Ага, за иностранную свистят,
это вам не нравится.
Опять "Цыпленка" спеть -
это я запросто, ага.
-Ну на одном "Цыпленке"
ты далеко не уедешь.
Ты "Колокольчик" знаешь?
-Ага.
-Ну давай.
-В лунном сиянье снег серебрится,
Вдоль по дороге троечка мчи...
-Ну и как ты поешь?
-А чего? Я по нотам.
Тетя Сара говорила,
у меня идеальный слух.
-Действительно, слух у тебя неплохой,
мелодию ты не врешь. Но, прости меня,
поешь ты как бесчувственная колода.
-А чего надо-то?
-Сердцем надо петь,
деточка, сердцем.
-А как?
-Ты же о чем поешь? О любви,
о страданиях, о том,
что любимый от тебя ушел к другой.
Ты любила кого-нибудь? Любишь?
Ну и как ей объяснить про это?
Ну хорошо, иди.
Давай нашу с тобой споем.
Перебиты, поломаны крылья,
Тихой болью всю душу свело.
Кокаина серебряной пылью
Все дороги мои замело.
Кокаина серебряной пылью
Все дороги мои замело.
Воровать я тогда не умела -
На базаре учили воры,
А за это я песни им пела,
Эти песни далекой поры.
Начинаются дни золотые
Воровской непроглядной любви.
Эх вы, кони мои вороные!
Черны вороны кони мои!
Устелю эти сани коврами,
В гривы алые ленты вплету,
Пролечу неразведанной далью
И тебя на лету подхвачу.
Мы ушли от проклятой погони,
Ты сказал мне: "Не надо рыдать.
Нас не выдадут черные кони,
Вороных им теперь не догнать".
Тихо струны гитары рыдают
Моим думам печальным в ответ.
Я девчонка еще молодая,
А душе моей тысячу лет.
ПРИГЛУШЕННЫЕ ХОХОТ И РАЗГОВОРЫ
-Это, значит, твое гнездо.
-Гнездо? Я что, орел?
-Паук.
Оплел своими мохнатыми лапками
весь город, сосешь из него
последние соки.
ШЕПОТОМ: Не закрывай.
-Кстати, о соках.
И с чего жировать,
когда после ваших революций...
-Ты революции не касайся!
-А я и не касаюсь.
Только голод в городе, разруха,
торговли нет. Нету денег у людишек,
хоть шкуру с них сдирай.
Последний царский указ,
который большевики
так и не отменили, -
запрет на алкоголь. А поскольку
вы тут вроде как бы главный
по этой части...
-Разрешить тебе
варить самогон?
Да я тут как раз с пьянством
поставлен бороться.
-И правильно. Надо бороться.
В городе много контрабанды.
Спирт финский, а везет его
бывшее офицерье царское.
И под видом ателье, салонов и даже
прачечных бордельчики содержат,
где и спирт их, и девки.
А вот если бы их поприжать...
И вам от начальства уважение,
и контра хвосты прижала бы. Мм?
ПРИГЛУШЕННО: ...Троечка мчится.
-Музыка.
-Так и есть.
С 1915 года мы здесь обосновались.
Сейчас заведение только для своих,
а при царе-батюшке ух!
-...О любви говорит.
Динь-динь-динь...
-Свеженькая, из Пскова. Думал,
сам сегодня сливки сниму.
Но могу уступить -
так сказать, ради почина.
-...Этот звон...
-Что?.. Что за вздор?!
-Ах ты морда воровская, а!
-Тихо-тихо!
-Где мука? Где мука, я тебя
спрашиваю! Ты муку обещал!
-Тихо! Обещал, значит, доставлю.
Что ты кричишь?
-Я без работы остался!
-Ты не видишь,
у меня общественная нагрузка
возникла? С властями не поспоришь.
Куда ты лезешь-то?
С властями не поспоришь.
Давай лампу.
-Что это за хлам?
-Это не хлам, это служебное помещение
надо обустроить.
-А, служебное?
-Да.
-Небось, комиссару какому-нибудь?
-Почему сразу комиссару?
Я сказал, служебное помещение.
Подсоби, а. Я тебе потом заплачу.
И сразу за мукой.
Прямо сразу за мукой! Давай.
О, очень хорошо. Уф...
-Ну что? Выпьем.
Мадам...
-Гражданин-товарищ
желает развлечься?
-У господина-товарища есть повод
для праздника - есть деньги.
Но негде развернуться.
Понимаете, о чем я?
-Есть одно место, салон.
-А там, помимо вот...
найдется шампанское?
-Шампанского нет,
но кое-что для праздника найдется.
-Спасительница вы моя...
Едем, немедленно.
-Вызывали?
-Да.
Сапоги.
-Спасибо.
-Что вы сказали?
Это что за плебейство?
Вы доблестный боец революции,
ежедневно рискуете жизнью,
защищая ее завоевания.
Да, пока страна не может
воздать вам должное
в материальном плане, но...
сапоги может.
Может, есть еще проблемы?
Бытовые, служебные.
-Нет.
То есть... есть немного.
-Слушаю.
-Дочка у меня приболела,
ее бы спиртом растереть
или, виноват, самогоном.
-Жмых, вы в каком отделе служите?
-В вашем.
То есть в нашем.
По борьбе со спекуляцией и...
-И?
Со спекуляцией и?..
-И самогоноварением.
-Так вот идите
и сделайте свою работу.
Найдите уже этот чертов самогон.
-Есть.
-Куда?!
-Ну что у вас здесь, Боба?
-Новенькая. Пришла устраиваться
и вдруг желает, чтобы свет погасили.
ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
Так же невозможно работать.
-Вы не думайте, я не падшая какая,
я не гулящая. Просто у меня
крайние обстоятельства.
Я не могу, не могу...
-Мы все здесь падшие -
кто волей, кто неволей.
-Не надо, пожалуйста.
-Империя падает в бездну,
так что выбора у вас уже нет.
Здесь хотя бы платить будут.
-Вообще, заметьте, шампанское!
Закуска! На нее потратились.
Еще как! Что же теперь?..
Что, все впустую?
-Жалко девицу.
Явно не того поля ягода.
-По-по-пожалуйста, пустите!
-Пусть идет.
-Отдай ей.
-На!
-Спасибо. Спасибо вам большое. Ой!
-Что такое?
-Все деньги спустил.
-Странные посетители в дамском
салоне. Да и салон странный.
Ни витрин, ни мебели.
Что думаешь?
-Прошу.
-Спасибо.
-Слишком много даешь, барин.
Сдавать нечем.
-А ты и не сдавай. А если подождешь
вон там, за углом, получишь вдвойне.
Ну, сюда.
-Айда проверим!
-Вдвоем? Подкрепление надо.
И с начальством согласовать.
-Ладно, обожди тогда,
покарауль, я сбегаю.
-Беги.
-Товарищ Иванов хочет
день рождения справить.
-Хочет.
-Иванов?
-Иванов.
-Пусть так. Что хотите пошить,
товарищ Иванов?
-Пошить? Ну, пусть так.
Мне бы для начала материальчик
попробовать, точнее, пощупать.
-Хороший материальчик.
Тре бьен. Заграничный.
-Иванов!
-А мне бы с главным закройщиком
пообщаться.
-Срочно к товарищу Кумову.
У меня очень важная информация.
Извините.
Здрасте! Прошу прощения за спектакль.
Вот, квартирку я вам обставил.
Вот по этому адресу.
Там вход со двора, по лестнице.
Поэтому можете не беспокоиться,
ни одна живая душа не потревожит.
-Здесь больше не появляйся.
-Как скажете.
Разрешите еще минутку
вашего внимания.
Есть одна мыслишка любопытная.
-Минута.
-Угу. Смотрите, сейчас продовольствия
в город очень много привозят.
И Красный Крест, и Нансен...
Ну, вы знаете.
Тут еще умники объявились - "Ковчег".
Это из тамошних протестантов...
Советским органам власти
они не доверяют, поэтому продукты
сами развозят. Воровства боятся.
Но охрана у них шутовская, поэтому,
ежели вдруг их грабанут,
то-с к советской власти-то
какие претензии?
-Ты что мелешь, сволочь?
-Вы меня не так поняли...
-Ты что мне сейчас...
-Я просто хотел сказать,
что продукты возят по городу,
а охраны никакой...
Всегда готов помочь
родной народной власти!
Доброго здоровьичка и вам, и всем
товарищам - отсель и до Чукотки.
-Товарищ начальник, нашли ателье.
Снаружи салон, а изнутри пьяные
выходят. Разрешите начать операцию?
-А вы два дня как с фронта.
-Так точно.
-Где устроились?
-У приятеля, у него комната своя.
-Нехорошо, нужно решить этот вопрос.
-Так точно.
Что насчет салона?
-Какого салона?
-Ателье.
-А, да, выдвигаемся.
-Самое интересное, что он был
абсолютно уверен, что подстрелил
льва. Но, как оказалось,
сам лев об этом ничего не знал.
СМЕХ
-А что это у вас тут за веселье?
-Я так понимаю, к нам вышел
сам главный закройщик.
-Что за ерунда? Что здесь происходит?
-Отмечаем закрытие вашего заведения.
Вообще я пришел,
чтобы предложить вам открыть новое.
-Какая чушь! Что за закрытие?
Вы вообще кто?
-Я? Бухнер.
-Дамы.
-Дрянь!
-А?
-Стучись - или тебе настучат,
охальник.
-Ой-ой-ой!
Действительно, что за дрянь?
-Дрянь. То, что ты привез.
Не держится, прыщи от нее.
Лучше мукой посыпаться.
-Так, кому тут платья?
-Да ей вот.
-А! Позвольте снять мерочку.
Ой, ой-ой, кого вы берете?
-А ты портной, что ли?
Ты принеси что-нибудь с кокеткой,
а мы сами подгоним.
И пудру нормальную достань,
пожалуйста.
Знаешь что, красотка...
Ухажер тебе нужен.
Такой, чтобы ух!
Чтобы никто ни руками,
ни еще чем-нибудь.
-Как обещал.
Что, расплатимся и побегу я?
-Клеймо наркомата.
С военных складов мука? Краденая?
-Краденое нам не надо.
-Я за что купил, за то и продаю.
Мука же хорошая, ты сам говорил,
а мешки потом сжечь можно. Делов-то!
В общем, или деньги давай,
или грузи мешки обратно.
Может, ты чекистов хочешь вызвать?
Так они тебя же к стенке и поставят.
-А тебя?
-А я откуплюсь.
Ты честный - тебя к стенке.
А я откуплюсь.
Революция.
Честных - к стенке,
а жулики откупаются.
Платить будешь?
Угу. Если еще мука понадобится,
ты знаешь, где меня найти.
-Знаю.
-Ага.
Всего хорошего.
-Вечно ты...
Не можешь промолчать.
Армянская жена промолчала бы.
-Ну что же ты за столько лет
себе армянскую жену не нашел?
-Была бы в руках у меня не ложка,
а что-нибудь посерьезнее,
я бы мог легко вас убить,
забрать вашу кассу...
и все ценное, что здесь есть.
Так что безопасностью
в новом заведении заниматься
буду тоже я. Нельзя, чтобы любой мог
спокойно проходить в заведение
в любой момент.
-Ты, мил человек,
все очень правильно тут говоришь.
Только это заведение у меня уже есть,
и пока я...
-Нам пора.
-Зачем?
ЗА СТЕНКОЙ: Всем оставаться
на местах! ЧК города Петрограда.
-Ты навел?
-Не глупите.
Берите деньги - и быстро за мной.
-Товарищ Кумов, разрешите доложить.
Никто не выходил.
-Всех, кто окажет сопротивление,
карать на месте! Своих людей
я терять не намерен.
-Там женщины.
-Шлюхи, нарушающие советские законы
и нормы общежития.
Повторяю: в случае сопротивления
всех карать на месте!
-Сюда.
Балкон.
Трогай!
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Сволочи!
Дядя Вова!
-Встать!
-Пройдемте.
-Да я-то чего? Отпусти, гад!
-Да поспокойнее, гражданка.
-Иди-иди! Давай вперед!
Пошла!
-Что конкретно вы ищете, товарищи?
Может быть, вам нужна помощь?
-Нашел.
-Вперед!
-Еще ищите.
-Кажись, есть.
-Спирт, финский.
Возьмите, товарищ, для дочки.
А вам жилье нужно, я помню.
-Тпру!
Ну что там?
-Парни смотрят.
-Хорошо.
Расскажите мне, откуда узнали,
что в салон нагрянет ЧК?
-Одного взгляда
было достаточно, чтобы понять,
что вы вот-вот погорите. К тому же
я срисовал двух чекистов у входа.
-А кем вы были до революции?
-Служил в полиции Тобольска.
-А! Искали подпольные бордели?
-Нет, расследовал убийства.
Серию зверских убийств
молоденьких девочек.
Четыре гимназистки, три проститутки.
-Ну и что? Поймали убийцу?
-Нашел.
Только его душевнобольным объявили.
Он... воротнички срезал
со своих жертв.
Понимаете, как трофеи собирал.
Адвокат за это зацепился,
вот и попал этот зверь в лечебницу.
А при Колчаке сбежал.
-Все проверили - чисто.
-Пойдемте, компаньон,
угощу вас настоящим ямайским ромом.
-Благодарю.
-Как все прошло?
-Проще пареной репы.
-Ну, то есть без риска там
не обошлось.
-Тише, тише, тише!
-Пришлось припугнуть одного.
-Это за риск.
Или лучше кралю?
Знаешь Танечку? Или Матильду?
-Спасибо, конечно, но лучше Катю.
-Молодец.
-Да, что мне с тобой делать?
Не жадина, не потаскун, не пьешь.
У молодого человека
должны быть слабости.
-Поэт.
-Добрый вечер!
А вам идет без больших усов.
-Каких усов?
-Ну как? Сами же велели сказать
про усы. Ага?
-А! Вот оно что.
Безмерно рад встрече.
Значит, тут устроились?
-Пою. Нашла приличную комнату.
Но представляете,
на улице ни одного целого фонаря.
Ни одного!
-Подарить вам фонарик?
-Нет, зачем же?
Лучше проводите меня домой.
У меня сейчас еще одно выступление,
и я буду в полном
вашем распоряжении. Угу?
-Что ж с вами поделаешь?
Ну, раз фонарей нет,
освещу вам путь собой.
-Чего это?
-Это так,
неплохой поэтический образ.
Жду вас после выступления.
-Ага.
Это что, водка?
-Нет, вода. Конечно, спирт.
Спрашивать же надо.
-Дяденька, да вы так хлещете,
что я подумала... Ой!
ИЗ ЗАЛА: Давай!
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный,
Цыпленка можно обижать.
Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный,
Тебе теперь не убежать.
Гони монету в карман Совету,
Тебя нетрудно раздавить.
И на коленочки
поставить к стеночке -
Чекисты тоже хочут жить.
-Господи...
КРЯХТИТ
-Обожди...
-Да на хрена мне твоя кобыла -
она засрала мне весь двор!
-А что? Мне приказали.
-Товарищи, откуда фургон?
-С убийства. Деда одного зарезали.
В мешках перевозил картофельные
очистки, а под мешками оказался
спирт - а это уже контрабанда.
-Польский...
-Вот, сюда и привезли.
Кобыла хоть и дохлая,
но срала как пулемет.
-Мне приказали, распоряжение...
-Свободен, иди. Иди.
-Выходит, это наше дело?
-Выходит, наше.
А фургончик-то приметный, да?
-Приметный.
-Вот здесь распишетесь
или крестик поставите.
На первый раз заплатите штраф.
-Выпускай.
-В следующий раз расстреляем.
Давай двигай отсюда.
-Да иду, иду.
-Вот ведь человек товарищ Кумов -
обо всем помнит.
-Да, но это, конечно,
не очень правильно.
-А что конкретно? Я кровь проливал
и за этот поганый спирт
сегодня жизнью рисковал.
-Я не спорю, просто, ну...
-Вот и заткнись.
Насчет жилья. У меня комната -
хоть козу паси.
Правда, с отоплением не очень.
Но сейчас ведь лето, тепло.
К осени свою получишь.
-Я тебя правда не стесню?
Очень выручишь. Правда. Там такая
ситуация - я у приятеля живу,
а он вроде как...
-Вот адрес.
-Спасибо большое.
Я за вещами и к тебе, да?
-Давай.
-Вот здесь я теперь живу, ага.
У меня есть сахарин и цикорий.
-Цикорий?
-Ага. И печенье свежее.
Ой... А как же я вас еще
могу отблагодарить?
-Барышня, Петроград - большой
жадный город. Всех благодарить -
сахарина не хватит.
Вы извините, у меня мосты.
-Да куда же вы?!
-А ну-ка, ты чего здесь?
В приют тебя надо сдать.
-Я Родиону скажу!
-Припозднились, товарищ?
-Гуляла.
-Так-так. Чувствую, хорошо погуляли.
-Да за что ж вы, дяденька?
-Какие мы тебе дяденьки?
Пройдемте, гражданка.
-Да я ничего не сделала,
дяденька! Да за что?!
Я же вот дома-то уже, дяденька!
-Иди-иди.
-Нет-нет...
Не возражаете?
-Да, пожалуйте.
-Спасибо.
-О, товарищ Витя?
-А?
-Подайте, пожалуйста, чайник.
Налейте сюда воды.
Только осторожно, хорошо? Ну что,
много бандитов сегодня поймали?
-А? Ну, я, вообще-то,
в отделе по борьбе со спекуляцией.
-Через три дня вы этот клоповник
не узнаете. Здесь еще поможете мне?
-Помогу, конечно. Только через
три дня меня здесь уже не будет.
Я вот как раз за вещами заехал.
-А что такое? Тесно стало?
-Где?
Да что вы! В таких-то хоромах?!
Ни в коем случае.
Просто служебную площадь
вроде как дают.
-А я уж подумала, он вас попросил.
-Кто?
-Товарищ ваш.
-Родька?
-Ага.
-Нет, конечно. Он последнее отдаст.
-Неужели?
-Да. Родька, он... Если хотите знать,
это вообще все его - квартира,
весь бельэтаж, да. У него
маменька сестрой милосердия была,
отец увечным помогал.
Когда в 1917-м родителей...
Ну, в общем, когда один остался,
он все комнаты раздал. К нему
сначала няня переехала насовсем,
потом профессора-ворчуна пустил,
Палыча со всей семьей.
Здесь еще офицер жил контуженый.
Но он потом уехал.
Это Родька...
-Вы чайник-то поставьте.
-А, да.
Ключ передайте.
А то спешу, ехать далеко.
-Хорошо.
-А, пошел, родимый!
-Что-то в этот раз еще мутнее.
-Ага, годится!
-Палыч, что же ты такой за человек,
все у тебя годится да сойдет.
Такой тебе теща рецепт дала - нектар,
а ты такую муть гонишь!
-Не будешь, что ли?
-Да буду, буду.
-Ждали меня? А я вот.
Мосты раньше развели, товарищи-гады.
-Ваш друг ушел.
-Вы что, поссорились?
-А при чем здесь это? Нет,
он вообще ушел. На служебную площадь.
-Вот чудак-человек.
И записки не оставил?
-Ключи оставил.
-Угу.
-А ваши стихи, кстати, понравились.
-Ну да, я ведь такой поэт.
-Не только мне. Но и другим
товарищам тоже понравились.
-Товарищам? Нравится вам это слово?
И мне нравилось.
Когда я сам мог
выбирать себе товарищей.
А теперь у нас все товарищи.
Знаете, такое слово-заменитель.
Вместо "эй ты", "холоп",
"господин", "спасибо". Все товарищи!
Очень удобно, когда тебе
нужно подобраться поближе.
Товарищ... Товарищ! Товарищ?
Товарищ-товарищ.
Потом - бац! - явиться для допроса.
Товарищ!..
-Не обижайся на него.
Он с детства такой был, вспыльчивый.
Бывало, подойдешь,
по голове погладишь, а он - бежать!
А на тебя он сразу глаз положил,
уж поверь мне.
ЗАДЫХАЕТСЯ
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Тсс, тсс...
Опять он приснился, да? Опять?
Ну что ты говоришь? Нет тут никого.
Тебе почудилось. Это был сон.


Серия 3

-Что это?
-Баранье рагу.
Из свеклы.
-У-у!
Помню, как-то под Перекопом стояли,
жрать было нечего. Холодно.
И вдруг гляжу - лошадь губами шевелит
в земле, тянет что-то.
Присмотрелся - свекла.
-Свекла?
-Свекла. Мы прямо в поле неубранное
зашли, лошадей распустили.
Они ходят, свеклу цепляют,
бойцы ее отбивают. Спасибо.
И на кухню. Повар потом
этот буряк отбивными назвал.
-А где сапоги мои новые?
Спрашиваю, где сапоги мои?
-Вот.
Вот... сапоги твои.
Вот сапоги.
Вот рецепт.
Катеньке аспирин нужен.
Доктор говорит: "Где хотите,
там и сыщите". Ты сыщик - ты и сыщи.
Жрите и катитесь отсель!
-Мне кажется, ситуацию нужно
объяснить товарищу Кумову,
он поможет.
-Чем он поможет?
Думаешь, его служебная сильно лучше?
Тот еще клоповник.
-Да ну!
-Делали-делали революцию,
а для кого? Честный человек всегда,
при любой власти, живет в подвале.
Ладно мы, а детенок?
Я Конечек-Горбуночек,
Я бегу к тебе, дружочек...
Уснула.
У нас долго детей не было,
а потом Катенька - как свет в окошке.
Мы с ней все сказки читаем,
она любит. Я домой прихожу,
она бежит: "Папочка, папочка,
Конечек-Горбуночек!"
-В две шеренги становись!
Ровнее.
НЮХАЕТ
-Товарищ комиссар,
это явно недоразумение.
Ну посудите сами,
разве от меня пахнет?
-Фамилия?
-Бойнич!
-Руки!
Чешите все.
Чешите все!
Если повторно попадетесь -
пеняйте на себя!
-Покупайте газету!
-Точу ножи, ножницы!
-Покупайте газету!
-Вот, это мой первый хлеб.
Сегодня испек.
Вкусно?
-Угу.
-Ешь, а я пойду магазин открывать.
-Я вчера был...
-Расстроены?
-Скорее, груб.
Скверный день.
-Что такое? У вас неприятности,
вызывают в ЧК?
-Да не в том дело.
-Так у вас же там друг. Митя.
Кстати, он вчера совершенно не был
на вас обижен, даже наоборот,
говорил добрые слова.
-Митя и вызывает.
-А хотите кофе?
-А что, снова нужны стихи?
-Нет. Сейчас нет.
Но потом отработаете.
-О, нет, я не люблю быть должным.
К тому же вообще могу не вернуться.
Иду на допрос к товарищу Мите.
-Подождите. Как - не вернуться?
-Запросто.
Так что на всякий случай - прощайте.
Счастлив уж я надеждой сладкой,
Что дева с трепетом любви
Посмотрит, может быть, украдкой
На песни грешные мои.
-Так вы, значит, не только
на злобу дня. Вы можете быть еще
и старомодным, и сентиментальным.
-Пушкин старомоден?
Не разочаровывайте меня.
-Клава, к вам пришли.
-Здравствуйте, товарищ Клава!
-Товарищ Вася, это товарищ Родион.
Вы какими судьбами?
-По делу пришел.
-Какой вкусный кофе.
Спасибо.
-Хотите кофе?
-А с чем?
-Обычный. Колониальный, настоящий.
-Буржуйский?
Буржуйский не пью, спасибо.
Товарищ Шестичасный просил вас
подойти, хотим доверить вам
ответственное дело.
-Хорошо. Подождете меня?
-Нет, мне бежать.
У меня инструктаж.
Операция с оружием.
А вы как закончите, сразу подходите.
Не опаздывайте.
-Буржуйский - это без сала.
-Кофе с салом.
-Привыкайте. Едят и угощают тем,
что есть. В гости ходят без цветов,
но зато с морковкой или яблоком.
Ну от драников этот товарищ
явно бы не отказался.
-Ну и что? Да в Париже полно
таких кварталов, где люди
запросто собираются вот так -
с бутылочкой вина, головкой сыра,
читают стихи, спорят о политике,
искусстве.
-Так бегите туда.
Я очень вас прошу,
бегите, пока не поздно.
-Я русская - зачем мне бежать?
Это моя страна, я хочу ее сделать
такой же счастливой и сытой.
-Я вас предупредил.
-Главное, все сделать тихо -
без шума и крови.
-Неужели этот "Ковчег"
совсем без охраны продукты возит?
-Эта иностранщина не доверяет Советам
распределять продукты
среди населения.
Так что, если их ограбят...
-Другим наука.
-...будет очевидно,
что продукты лучше отдавать
государству. И пусть какой-нибудь
Шорин перепродаст,
чтобы никаких следов.
-А вы знаете Шорина?
-Без крови.
Ты меня услышал.
-Да-да, без крови, само собой.
Есть у меня умелец.
-Это к нашему разговору про самогон.
-Угу.
-Список лиц. Оштрафованных,
привлекавшихся, проходивших.
-Никого из них не знаю,
но да ладно.
Разрешите пригласить вас
в наше заведение.
Сегодня там фазан в черносливе.
И кстати, снова та девица поет.
-Что ты все мне эту девку суешь?
Думаешь, я не понял, не знаю?
-Товарищ Кумов, успокойтесь,
пожалуйста. Я без задней мысли.
-Помни, кто ты есть, и кто я такой,
и что я могу с тобой сделать.
-Я помню.
-Свободен.
-Да не трусь так.
Зеленая совсем.
Они сначала забирают,
потом отпускают,
если предъявить нечего.
Штраф, может, выпишут.
Я вообще по пятому разу.
У меня здесь чекист знакомый.
Если его смена, то...
-Угу.
-Так, ну что, товарищи женщины, начнем-с.
Здрасте...
-Здрасте.
...товарищ.
-Я смотрю,
у тебя тут тоже знакомый.
-Не помните меня? Нет?
Вы на фургоне ехали, а я...
-А вы тоже ехать хотели!
-Да.
-Помню, ага!
Надо же, встретились.
-Судьба прямо.
-Ага, судьба.
Так это, я пойду, ага?
-Да, можете идти.
Обождите! Нет! Вы же на фургоне
ехали, стало быть, вы свидетель.
-Обознались. Какой я свидетель?
Обознались.
-Нет-нет, свидетель.
Не волнуйтесь.
Дадите показания,
как сознательный гражданин.
-Я не...
-Пойдемте.
-А я?!
-Разберутся.
-Как же мы, начальник?
-Разберутся.
-А что с нами-то?
-Разберутся...
-Читайте и подпишитесь.
-У меня свидетель по делу
об убийстве. Петровой нет.
Я допрошу?
-Валяй.
ШЕПОТОМ: Может, я пойду?
Я же не помню...
-Не переживайте.
Просто расскажите все,
что помните, а я запишу.
Так... Начнем.
-Так, ага...
Двое мужчин в возрасте...
Один с усами.
-Вы о ком?
-Я-то? Так ведь вы...
Дяденька...
Дяденька, не расстреливайте меня,
пожалуйста.
-Воды ей налей.
-Успокойтесь. Никто вас
не собирается расстреливать.
Просто расскажите,
где вас старик высадил, и все.
-И все?
-И все.
-Так, он... Улица была...
Булочная...
-Название улицы.
Может, дом приметный?
-Дом был.
-Так.
-Каменный.
Огромный.
-Угу.
-Со львами.
-Хорошо. Дом...
-Ой, а что с вами?
-Елки-палки,
в глазах потемнело.
От голода.
-С голоду? Шутите. Вы же чекист.
-А что, раз чекист, так жирует?
-Так я же сама видела,
как вы реквизируете у этих,
у спекулянтов, и зерно, и масло,
и сало. Я же сама видела.
-Реквизируем, но не для себя же.
Для народа, для голодающих. Ясно?
-Ясно, ага. Только не ясно:
если же вы изымаете для голодающих,
чего же сами не едите?
-Такая вы... красивая -
и такая несознательная.
Вот что, пройдем сейчас по городу,
а вы покажете, где вас старик
высадил.
-Так я же сказала...
-Не переживайте.
-Улица, булочная, рынок был...
ШЕПОТОМ: Я не помню.
-К вам Родион Букин,
по повестке.
-Веди. Подождите.
Что делать будем?
-Может, к Петровой ее отвести?
Хотя, знаешь, я сам с ней прогуляюсь.
-Удружил. Но только через этот вход,
а то Букин тоже по делу о фургоне.
-Пройдемте.
-Так...
-Ого!
-Ну что,
товарищ Букин...
-Ну надо же!
Свой стол у тебя. Начальник!
-Речь пойдет о цирковом фургоне,
на котором вы три дня назад
приехали к дому.
-Ага. Кто "мы" и к какому дому?
-Не валяй дурака.
Я же видел цирковой фургон.
-Цирковой? Обожаю цирк.
А уверены, что цирковой,
не ошиблись?
Его еще кто-нибудь видел?
Есть свидетели у вас,
товарищ начальник?
-Отгородиться решил?
И старая дружба побоку?
-Ишь ты! Это не я, друг,
это ты решил отгородиться.
Столом вот этим.
Хочешь играть в сыщика - валяй.
Только тогда на дружбу не дави.
Найди свидетелей, улики,
ордер получи. А то хорош друг!
Попросился на ночлег, разнюхал все,
а теперь - Пинкертон!
-Сидеть.
Есть свидетель.
-О!
-Товарищ Крушельницкая.
-Прости, прости, не расслышал.
Какая товарищ?
-Крушельницкая Изольда
утверждает, что тем днем...
-Крушельницкая? Изольда?
А Тристан Шаляпин тебе
ничего не утверждает?
Ты хоть документы у нее проверил?
О-о, не отвечай, начальник.
Мало стола, чтобы быть сыщиком, Митя.
-Я идиот.
-Наконец-то догадался.
Я бы тебе с любым делом помог.
Я же этот люд насквозь знаю, а ты...
Найдешь улики - зови!
-Ой!
Товарищ чекист,
а огоньку не найдется?
Боролась-боролась
за советскую власть,
кровь проливала,
а она меня же и штрафует.
А сам товарищ Ленин...
Посмотри, как дома.
-Что там про товарища Ленина?
-Да Бог с ним, с Лениным.
В смысле дай Бог ему здоровьица.
Ну, побегу я. До свиданьица!
-Жмыха не видел с девушкой?
Девушка такая красивая.
Они должны были через то крыло...
-Все всё поняли?
-Да.
-Поручаю тебе, Вова,
вот по этому списку.
-Список-то немаленький,
они уже все попрятались.
-Если кто не понимает,
разговор короткий.
-Да, Николай Авдотич.
А времени-то у нас сколько есть?
-Нисколько. Давайте рысью, ищите,
самогонные собаки, днем и ночью.
На том свете отоспитесь.
-Ой...
ХОРОМ: Смыкайте ряды,
все угнетенные! Ура!
-Ай-ай-ай! Пусти, тетенька!
-Тебе повезло, что ты не в Париже.
Знаешь, что жандарм
делает с воришками?
-Отпусти, психичка!
ДЕМОНСТРАНТЫ: Ура!
-Да здравствует свободный труд!
ХОРОМ: Ура!
-Товарищ, что написано?
-"Мир народам!" Хочешь понести?
Только крепко держи.
ХОРОМ: Ура!
-Куда мы идем?
-А хрен его знает, там объяснят.
ХОРОМ: Ура!
-Долой открытых и тайных
слуг буржуазии!
-Товарищ, подержите.
-Сейчас!
ХОРОМ: Ура!
-Ну? Как все прошло?
-Что прошло?
-Черт, не томи, рассказывай.
Ну давай рассказывай. Да или нет?
-Ты же у меня такая проницательная -
неужели не видно, что на моем лбу
крупными буквами написано: "Победа"?
Мы открываем винокурню.
К Рождеству весь самогон в городе
будет наш, и никто не сумеет выпить,
не заплатив мне за мой самогон.
-Или за спирт этим белогвардейцам.
-С белогвардейцами покончат,
Кумов обещал. Он этим делом
прямо загорелся.
Давай, выпьем за шею.
-В смысле - за шею?
-За тебя. Я голова, а ты моя шея.
Ты думаешь, я не понимаю,
как ты порой... верно и мудро
мной поворачиваешь?
Спасибо тебе, любимая моя девочка.
-Я утром проснулась...
хотела обнять тебя, приласкать,
приголубить.
А тебя рядом нет.
-С Кумовым встречался.
Потом ребят собирал,
чтобы искали по всему городу
лучших варщиков. И назад, к тебе.
-Ты только меня любишь?
-Только тебя.
Хотя девчонка-то эта новенькая
ничего.
-Я тебе сейчас покажу "ничего"!
-Сама меня подначиваешь.
-И чем я тебя подначиваю?
-Нарядила ее в гимназическое платье.
Ведь ты нарядила? Точь-в-точь то,
в котором я тебя когда-то увидел
в первый раз.
-Помнишь?
-Такое забудешь!
-Извините, а обязательно нужно было
встречаться средь бела дня?
-Стереотип. В сумерках двое выглядят
подозрительно, а при свете дня
любой выглядит простым работягой,
куда бы он ни шел.
ГОВОРЯТ ПО-КИТАЙСКИ
Это здесь, третий этаж.
ФРАЗА ПО-КИТАЙСКИ
-Третий этаж? Для пьяного человека?
-Пьяных у нас не будет.
Только солидная публика,
по рекомендации:
чиновники из ЧК, ЦК.
-А склад? Продукты и спиртное -
по лестнице?
-Нет, склад должен быть
в другом, надежном месте.
Есть у меня на примете такое.
-Вижу, вы все предусмотрели.
Так зачем же вам я?
Деньги, связи?
-Деньги у меня есть, связи тоже.
И новыми обзаведусь.
Мне нужны ваши люди.
-А в Париже все так ходят?
-Что?
-А брови чем выщипывают?
-Ну, есть такие щипчики специальные.
Но многие просто сбривают и все.
-А там бреют?
-А там?
-Клавдия!
-Да.
-Голубушка вы моя,
прямо не знаю, как благодарить вас
за такую стенгазету!
Вот прямо вот-вот-вот так, вот...
вот так вот. Расцеловал бы.
Правда, не знаю,
как сейчас в Париже целуются.
Как-то особенно, наверное?
-Не знаю, как в Париже,
но знаю, как теперь целуются
в Советской России.
-А вы дипломатка, вы дипломатка.
Дорогой вы мой товарищ...
у нас для вас есть
ответственное задание.
Видите ли, мы открываем выставку,
и некоторые, с позволения сказать,
знатоки... ну, обвиняют нас,
что мы выставляем работы безвкусные
и мещанские. Я... должен вам
признаться: я судомеханик.
Вот смотрю на этого Кандинского,
а вижу - шов-то неправильный,
вот неровный шов.
-У вас есть Кандинский?
-Кого у нас только нет.
-И вы хотите, чтобы я отбирала
картины для выставки, так?
-Ну конечно.
Устрою вас в культпросвет.
На постоянной основе. Документы есть?
-У меня были документы сегодня,
но у меня...
-Можно еще один интимный вопрос?
У наших французских товарищей
усы в моде? Шучу, шучу.
Пойдемте. Шучу.
Ой, ой...
-Это за что же цена-то -
за фунт или весь лоток?
-За булку, уважаемая.
-Сдурел?!
-Этих нэпманов нужно гнать из города.
-Да вы посмотрите, какой хлеб,
товарищи, граждане!
А запах один чего стоит!
Запах чего стоит?
На, беги отсюда.
-Уже и за запах деньги дерут.
-Аккуратнее, товарищ.
-Простите.
-Нарком простит. Кто крайний?
Никого? Четыре булки и черного.
-А почему без очереди?
-Так вы же глазеете, а я покупаю.
-Сам глазеешь. Булку мне.
Не эту, а ту.
-Угу.
-Ловко это у вас получилось.
-Это еще не ловко -
ловко будет потом. Пошли.
-Не ту - в которой мака побольше.
-А почему вы-то? Я по очереди.
-Мне бы это, знаете...
Что это?
-Английское качество.
Цена несмешная, зато потом
можете долго смеяться над теми,
у кого либо сифилис, либо теща.
-Ты чего, клизма буржуйская?
-Пардон, неправильно
истолковал ситуацию.
-Я тебе сейчас всю морду истолкую.
Это и есть товарищ свидетель
по очень важному делу.
А это есть рецепт на лекарство
очень ценного сотрудника.
Если ты мне, шкура, сию секунду
не отоваришь...
-Дорогой товарищ,
вы можете воплотить все ваши угрозы,
но аспирина нет. Тем более детского.
Зайдите через пару дней.
-Пойдем отсюда.
-Барышня, есть отличное мыло,
греческое.
И есть недорогое, советское.
-Пойдем в сторону Васильевского.
-Товарищ чекист, вы же говорили,
место будем искать.
-Мы и ищем. Только толку?
Он весь каменный, мощеный,
с мостами, с камнями.
-Ага, ваша правда, я ведь только
один дом со львами и видела,
где больница. Ой!
У меня ж там сродственник, ага.
Обещался пристроить - и не пристроил.
Винился, что не пристроил, говорит:
"Ежели помощь какая или лекарства -
обращайся". А на что мне лекарства?
-Какие лекарства?
-Дяденька, да коли отпустите -
любые лекарства. Ага.
-Пойдем.
-Сколько с меня?
-За счет заведения.
-А, так они заодно!
Сговорились, спекулянты?
Спекулянты...
-Вам порезать?
-Что порезать?
-Рожу. Порезать или покрошить?
-За хлеб я заплачу,
он и вправду царский.
И вот еще что. Мы с товарищем
решили кондитерскую открыть,
купили специй всяких по случаю,
а хранить негде. У тебя мука,
значит, склад сухой. М?
-За помощь, конечно, спасибо.
За хлеб можете платить, можете
не платить. Но никаких ваших специй
и вашего кондитера
на моем предприятии не будет.
-Но ты даже не узнал сколько.
-Да сколько бы ни платили,
мое слово твердое.
-Хм... Слово твердое,
а хлеб мягкий.
Все у тебя по полочкам.
Ты подумай все равно.
НЕВНЯТНО БОРМОЧЕТ
-А здесь есть кто?
Я насчет работы.
-Доводилось работать?
-А... я два... дня не ела.
Хотела в Неву, но у меня дома мама.
Я не могу оставить маму.
Она у меня пережила такое,
что... я решилась вот...
-Ладно, покажите, что можете.
-Прямо здесь?
-Уж извините,
в будуар вас пригласить не могу.
Что вы делаете? Что такое?
-Я что-то не так делаю?
Извините.
-Простите, возможно,
я неточно выразился. Простите.
-Ой... Боже...
Извините, я...
Это у меня от голода.
Я пришла в другое ателье,
а там мне предложили...
Простите. Простите.
-Погодите! Вы шить-то умеете?
-Да. Конечно.
Ой...
-Да погодите вы!
-Чтобы у всех извозчиков
было описание. Понял? Свободен.
-Я тут девушку встретил...
-Да ты у нас ходок!
-Не в этом дело.
Она ехала на фургоне с убитым дедом.
Я подумал, может, я возьмусь...
-Где она?
-Со Жмыхом. Пошли место найти,
где ее дедок высадил.
Она же приезжая.
-Жмых один?
-Да, один.
-А вдруг она сбежит
или в засаду приведет?
-Да не должна. Она ж...
Не должна она.
-Откуда ты знаешь, что не должна?
Ты у нее документы смотрел?
-Нет.
-А надо сначала смотреть документы,
понятно?
-Понятно. Просто не получилось
с документами.
-Как Жмых придет - сразу ко мне.
Ее ко мне!
-Да, понятно. Может, я...
-Может, ты. Свободен!
-Хорошо.
-Это здесь, что ли?
-Ага. Только вам туда нельзя.
Инфекция. А я мигом,
дяденька, не сомневайтесь.
Вот крест мамин - оставить в залог?
-Да иди уже, только живее там!
-Ага. Стойте здесь.
Мне с черного ходу надо!
-Подходим! Папиросы, мыло...
-Здрасте!
-Фальшивые. Смотри, что творят.
У тебя что, слепые работают?
Пошел вон отсюда! Что?
-С ней провожатый. Вылитый чекист.
-А он и есть чекист.
Ему аспирин нужен.
Сказал - найду аспирин,
тогда отпустит.
-Он тебя задержал?
-Не он. Патруль вчера.
Я спирту махнула вместо воды,
а они учуяли, ага!
А потом там другой вспомнил,
что я на фургоне ехала
вместе с дедком, которого убили!
Они теперь хотят, чтобы я вспомнила,
где с фургона сошла.
-Все, погоди, сядь.
Сопли не жуй и успокойся.
При чем тут дедок, спирт и фургон?
-Да не знаю я! Это я до города
добиралась, а они говорят:
"Показывай, где с фургона сошла".
А как я вспомню?
Тут же все дома одинаковые!
-Зачем ему аспирин?
-Детский. Он говорит,
что для важного начальника,
а мне кажется, что это для него,
для его ребеночка.
Договорились, что аспирин достану -
и он меня отпустит.
-Что-то не нравится мне эта история.
-А мне как не нравится.
А что делать-то?
-Ладно, что мы,
аспирин не достанем?
Мы же все-таки в больнице.
Давай. Достань ей аспирину.
Да смотри у меня!
Хоть слово соврала - сама знаешь.
-Угу.
-Ступай!
Погоди. Проследи
за ней и за чекистом.
-Товар надо принять и сразу сплавить.
-Сделаю.
-А почему именно ты?
-Извините, не понял вопроса.
-Доброго здоровьичка!
-Здрасте.
-Замел нас вчера патруль.
Штраф выписал!
А где я такие деньги-то возьму?
-Ты что, дура, за деньгами пришла?
-Так ведь я же не сказала,
кого там видала.
Дорогого стоит.
А этот штраф - так, пустяки.
-Ну и кого ты там видала?
-А этого, молодого.
В пиджачке.
Возле вас вчера все крутился.
-Иди погуляй.
-Ага.
-Садись.
Давай все сначала и в красках.
-Ну, говорю,
замел нас вчера патруль.
-И что?
-Выхожу из ЧК, чекисту говорю:
"Дяденька, деньги-то
я где такие возьму?"
-А дальше-то что?
-И выходит он.
Ну, этот, в пиджаке.
Ага. Вот. Выходит он, значит,
а я смотрю на него -
а он подмигивает.
ТИХИЕ ГОЛОСА
-Ну что, принесла?
-Ага. Вот.
-Угу. Целая коробка.
-Ага.
-Это же на весь отдел хватит.
Только ты не думай,
что это взятка. Вот деньги.
-Не надо денег, дяденька.
Вовсе не взятка.
Сами же сказали - на весь отдел.
Выходит, не вам помощь,
а родной власти.
Отпустите меня, ага? Обещали же.
-Не то чтобы обещал.
Надо же место найти.
-Так вот же ж оно, у ворот.
Там он меня и высадил.
-Ладно, ступай пока.
А деньги возьми.
У нас все по закону.
-Родю сегодня в ЧК видели.
-В ЧК?
Дружок у него там. Раньше дружили,
а он в ЧК подался.
Разлад какой-то у них вышел.
Я ничего не знаю. Да клянусь!
-Ну ладно. Тогда мы его сами спросим.
Только ты его сюда приведи.
Не вздумай сказать зачем.
Скажи, мол, работа есть.
-Понял, сделаю.
-Чего ты за сома
как за утку торгуешься?
-Сом вкуснее. Да и весит не меньше.
-Ну так-то оно так,
но ты же его не кормил, не растил.
Всего затрат - один червяк.
-Поди сам слови.
-А может, это, махнем?
-Чего это?
-На, пробуй.
-Ты чо, безрукий, что ли?
-А вы из ЧК?
-Типун тебе!
-Уф...
-Ничего самогон-то... был?
-Отменный продукт.
-У меня здесь все его покупают.
У людей спросите.
Да чего спрашивать - на, пробуй!
Ну?
-Нектар.
-А?
-А есть еще?
-Сколько?
-Нам вообще много надо,
но чтоб вот такой и высшего качества,
как слеза!
-Это...
Сотворить могу. Только у меня сейчас
с оборотным капиталом накладка.
Ну, ежели ссудите маленько -
я вам враз сделаю!
-Ну давай рассказывай,
кто таков, где обитаешь.
-Я-то?
-Ты-то.
-Иди-ка сюда. Сядь.
Этот контрабандный спирт
из фургона - не финский. Значит,
он или польский, или литовский.
А как мы сейчас узнаем?
Была единственная веревочка -
и ту обрубили. Ну этот-то ладно,
без году неделя,
по фронтам контуженый,
но ты как мог
ее отпустить без протокола?
-Да у нее все мосты одинаковые.
Деревня! Нашли вроде место.
Что?
-А может,
она тебя уговорила как-то, а?
-Чего? Как уговорила?
-Притупила твою революционную
сознательность.
Может, отдала чего.
А может, по-женски, а?
-Ты, товарищ Петрова, того!
Никто мою сознательность не тупил
и не затупит.
И ничего она мне не отдавала.
И не откупалась.
-Ладно. Тогда просто выговор.
А что там насчет арестованных
из салона "Дамское счастье"?
-Да этот их самый главный
больно крепкий оказался.
Уперся, молчит.
-Работайте.
Отнеси вещдоки.
-Не туго?
-Нормально.
-Собаки гнались?
-Ага. Вы давеча говорили
про покровителя...
-Хорошее дело.
-Мне нужен покровитель. Срочно.
Такой, чтобы за каменной стеной.
-Поумнела.
-А я такая: "Подруга ты мне или нет?
Займи хоть половину".
-Одолжи.
-Что?
-Правильно не "займи мне",
а "одолжи мне".
-Так она поэтому не заняла?
-Работа есть.
-Ты фургон вернул?
-Ну.
-Что "ну"? Вернул, нет?
-Натурально. И деньги отдал.
-А он что?
-Он что? Тебе все слова донести?
Я его хотел тогда добить - и в Неву.
Что стряслось-то?
-Ничего. Меня вызывали.
Спрашивали про фургон.
-Значит, донес старый!
Деньги взял - а донес.
А я предупреждал.
А ты со своей верой в людей...
-Ну хорошо.
Что за работа?
Говорят, работа для нас есть.
-Все что-то болтают без умолку.
На Мальцевском, говорят, одному
слепому подарили вязаную шаль.
А еще одна баба сказала,
что у тебя есть друг-чекист.
-Митька-то? Был друг, да вышел.
-Ты к нему в кабинет шастаешь.
-На допрос. Тряхнули мы тут один
мебельный салон. Видать, наследили.
Но это наше дело.
-Ты на меня работаешь,
и, если тебя тянут в участок,
это касается всех!
А я хотел большое дело тебе поручить.
А ну как тебя ночью возьмут?
-Так ты не поручай. Клоку поручи.
Или вот этому, с волыной.
-А я все же поручу тебе.
-Ему?!
-Цыц! Пойдете все вместе.
Хвостик твой с тобой.
Поглядите друг на друга
в настоящем деле.
Вот когда вы вместе под пули
пойдете - не до сплетен будет.
Кстати, пуль не должно быть. Ведь
ты сумеешь обойтись без стрельбы?
-Попробую.
-Попробуй.
Изо всех сил попробуй, потому что,
если хоть одного моего парня
пристрелят или заметут,
твой дружок-чекист будет расследовать
твое убийство.
-А что вы хотели?
Дальше будет еще хуже.
Такова печальная последовательность
текущих событий.
Съешьте драничек - полезно.
-Вас отпустили?
-Как видите.
А у вас что здесь, собрание?
-У нас Клавушку ограбили.
-Неужели в райкоме?
-Как вам не стыдно, а?
-Но помочь ей не могут
за отсутствием ставки.
И документов теперь у меня тоже нет.
К товарищу Зиновьеву
я не могу обратиться, поэтому...
-Быстро рассказывайте, где и как!
-Мадемуазель посетила демонстрацию.
-Да, меня попросили
нести транспарант.
-Известный фокус.
А где шла демонстрация?
-Она...
-Кажется...
-Тучков переулок.
-Ясно.
-Знаменитое место.
Ну надо же.
Просто герой на белом коне.
-Смотри, смотри!
-Ничего, научишься. Дело есть.
У моей соседки сумочку срезали.
Тучков переулок.
Кто у вас там работает?
-Это надо разбираться.
-Некогда.
Нужно срочно найти паспорт
заграничной гражданки.
Имя Клаудиа.
-Когда сперли?
-Сегодня днем.
-До утра уйдет.
-А кто сказал ждать до утра?
-А она откуда?
-Из Парижа.
-Вот дура!
А я денег накоплю и в Париж уеду!
-Сама ты дура. Кому ты в Париже-то
нужна?
-Я на модистку выучусь!
И буду платья шить. Белые и голубые.
В Париже вообще красного цвета
не будет.
-Оська, читай.
-Чо там?
-Вот, смотри.
-Покажи!
КРИК ВДАЛЕКЕ: Помогите!
КРИКИ
-Ну что здесь такого?
Подумаешь, женщине помог.
Сколько их вон теперь мыкается.
На войне вообще, говорят,
почти миллион мужиков убило.
Ну и правильно, что помог.
Ты народная власть.
Значит, должен народу помогать.
Своего ребенка вон спас.
-Так-то оно так, только выходит,
что я ее за аспирин выпустил,
понимаешь?
Своим, получается, соврал.
Потому как чувствую, неправильно это,
на взятку похоже.
-Ты ей деньги отдал.
Какая это взятка?
На ней же нет преступления никакого.
Ну ты ей помог, она - тебе.
Честные люди должны
друг другу помогать.
Куда ж без этого?
-Выходит, что я и своим
не могу про это рассказать.
-Не вздумай!


Серия 4

ВМЕСТЕ: Вставай,
Проклятьем заклейменный,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум...
-Товарищ, возьмите листовку!
Поддержите права женщин!
-Ну?
-Пришел вернуть аванс.
Гони рукопись.
-Хочешь знать, чего,
по-моему, не хватает?
-Нет.
-Почему?
-Мы в расчете?
-Родион!
-Здравствуйте, Дора!
До меня дошли слухи,
что вы мне изменяете.
-Родион... вы шутите?
-Я серьезен как никогда.
Где он? Где этот соблазнитель?
-Кто?
-Где вы его прячете?
Ах, вот он!
Дора, уничтожьте моего соперника.
Не разбивайте мне сердце.
Сейчас же.
Вот так. И не грустите.
В этот вечер вы не останетесь одна.
-Родя...
-Ну? Как?
-Не знаю.
Это ковер какой-то.
-А у этого...
у Кандинского, не ковер?
Такие безумные деньги за него платят.
-Кандинский?
Нет, Кандинский не ковер.
Потом Кандинского покупают за имя.
А вот это интересная работа.
-Да?
-Угу.
-Никогда бы не подумал.
Товарищ Клавдия, я к осени думаю
открыть постоянную экспозицию.
Вы не поможете мне подобрать работы?
Давайте покажем этим буржуям,
что на каждого их Кандинского
есть наш...
...Пяткин. Ну и фамилия.
-Русская фамилия, народная.
Товарищ Шестичасный, ну почему
мы должны кому-то что-то доказывать?
Мы с вами создаем новую
советскую культуру, новое искусство.
И пусть весь мир на нас
равняется и любуется.
-Запиши: "Пяткин".
Вот это ответ, вот это задор!
Недаром что парижанка.
Дай я тебя поцелую.
Ну, товарищ Клавдия,
ну мы с тобой делов-то наворотим.
-А я ему говорю:
"Вы мне остудите маленечко".
А эти лопухи взяли обвязали!..
ХОХОЧУТ
-Ну Палыч, ну ты даешь!
-Вот теперь скажи мне,
что я за мужик.
Толковый или нет?
-Да голова ты, Палыч, голова.
Только уж теперь пару дней
на толкучку не суйся.
-Товарищ Кумов? А как вы сюда...
То есть зачем вы...
То есть... Ой...
Какими...
-От лица отдела
по борьбе со спекуляцией
я решил взглянуть в лицо
торговому люду Петрограда.
-Подловили меня, подловили.
Кстати, хотел поблагодарить
за протекцию.
Продукты американские мне поручили
продать. Так что, если что, то...
-Надо достать. И чтоб без обмана.
-Позвольте.
-"Валитес".
-"Валитес".
Никогда не слышал.
А впрочем, я не аптекарь.
Это, простите, от испанки средство?
-Я просто... сплю плохо.
-А-а... Дайте пару дней - и...
-"Ва-ли-тес", запомни.
-Ага. "Валитес"...
-Здравствуйте!
-Вы вернулись?
-Ой, я... я хотела узнать,
нужны ли вам еще работницы.
-Проходите.
-Да.
-Прошу вас.
-Угу.
Вот так... я шью.
-Дамы, пройдитесь.
МЕЛОДИЯ ПЕСНИ "ЦЫПЛЕНОК ЖАРЕНЫЙ"
ПОКАШЛИВАЕТ
-Чунтао, ну, что скажешь?
Компаньон, откуда вы их взяли?
В венерическом салоне?
-Сифилитичек нет.
-Нет, никуда не годится.
Кроме, пожалуй, вот...
той первой и двух с лисами.
-Дамы, спасибо. Кроме...
Проводи остальных.
-Нам нужны чистые девочки,
не такие потасканные.
К тому же нужен врач,
чтобы регулярно их осматривал.
Клиент должен быть уверен
в своей безопасности.
-Вы что, взялись меня отчитывать?
Сами-то склад нашли?
-Разумеется, нашел.
Договорился со старым приятелем.
У него теперь пекарня,
предоставит нам место под склад.
-Свистит он.
-Прошу прощения...
-Свистит этот фраер, говорю,
как дырявый примус.
Были мы на той пекарне.
Только вот знакомец его отшил нас,
как бездомных щенят.
Хорошо еще, метлой не погнал.
Да еще немую узкоглазую девку привел.
Которая распоряжается тут как дома.
-Я не учу вас играть с ножом,
и вы извольте не лезть
в мои переговоры.
До скорого, компаньон.
Да, и найдите двух-трех девушек
азиатской внешности.
Салон будет в китайском стиле.
-А! Чо? Кто?
СДАВЛЕННО СТОНЕТ
ВСКРИКНУЛ
Что? Что? Куда? Кто такой?
-Самогонка где?
-Самого... А! Самогонка?
-Самогонка.
-Так сейчас будет, я сейчас как раз,
так сказать...
собирался гнать.
-Ну так гони.
-Сейчас я сделаю.
-А мы подождем.
-Простите, вам же качество нужно?
Я... сейчас съезжу, у меня местный.
У меня есть чистая, там первач будет.
Хороший. Я съезжу.
-Ну так поехали туда.
-Сейчас по... Куда это поехали?
Нет, я... Самогонку я обещал,
а секретов выдавать...
Мы так не договаривались.
-Эй, эй! По какому праву?
-Ну-ка, вскочил, падла!
-Что?
Ну давай, давай, режь!
Секрету этому сто лет, понял меня?
Тебе что, не подождать до вечера?
Я тебе вечером привезу первак.
Привезу, мое слово же - кремень.
Вот те крест, ну!
-Если не привезешь, я юшки твоей
в бутыль нацежу, понял?
-Ага.
-Кремень, говорит!
Завтра приду - чтоб все было!
-Ну чего, ловко я их?
-Это ловко?
Тебя приложили - и поделом.
А мне-то за что?
И что завтра будет?
Где первача достанешь?
-Где-где - у тещи.
В ноги падать придется.
-Строчка двойная, нитка крепкая,
качество отличное.
-Тьфу ты! Что ты пылишь мне в рожу?
Ты чего, за дуру меня держишь?
Думаешь, не замечу, что у тебя -
во, гляди! - нитка напутана!
-Да где тут напутано?
-Да вот! Вон напутано.
-Это специально край обметан,
чтобы ткань не обтрепалась.
-Да это ты треплешься.
Ты чо думаешь, дура я совсем?
Ты тут намотал нитки больше,
чем на шов, а я за это плати?
Нет, не пойдет. Давай скидывай
по две тысячи за штуку,
или я это не беру.
-Позвольте, мы же с вами
о цене договорились.
Я и так вам сшил себе в убыток.
-Да брось ты заливать,
слышь, ты, нэпман!
Да вы тут все жируете
на народной-то беде!
Ты вон пользуешься моментом, чтобы
только кровушку народную сосать.
Ну? Скидываешь по тысяче или как?
-Прошу прощения, Павел Тимофеевич.
Если вас цена не устраивает,
вы идите в другую мастерскую.
-Слышишь? Чо такое?
Да и пойду!
-Вы что себе позволяете?
Ваше дело - шить.
Коммерция - это мое дело, извините.
-Я прошу прощения,
но так дела не делают.
Вы так скоро разоритесь,
и мне нечего будет шить,
и тогда я точно пойду и утоплюсь.
-Разгонит всех.
Мы же помрем с голоду.
-Фрося, Фрося!
Фрося, я тебя Христом Богом прошу,
одолжи две тысячи!
У меня жена померла,
надо на похороны ехать.
-Она у тебя по осени уже помирала,
и ты на похороны ездил.
Или у тебя гарем?
-Так то не жена,
это сестра теперь. Единокровная моя,
единственная родная душенька.
-Кабы были у меня деньги -
лучше в колодец бросить,
все целее будут, чем тебе одалживать!
-Это что, по-соседски, что ли?
Так тебя...
-Тут царь Кощей над златом чахнет?
-Стучать не учили тебя?
-Меня учили, что стучать - это плохо.
А ты как на это дело смотришь?
-На какое дело?
Ты вообще в каком смысле?
-Да брось. Я не за смыслом,
я за инструментом пришел.
Помнишь, клавикорд
из салона мебельного?
-А-а, помню-помню.
С тебя еще причитается за хранение.
-Его надо сейчас на Коромысленскую
отвезти. У тебя ведь есть подвода?
-Ну подвода у меня, положим, есть,
только с какой стати я тебе
должен свою подводу давать?
-Нет, ты не понял.
Мы же оба теперь
на дядю Колю работаем, так?
Это ему надо. Так что,
если ты не хочешь помогать, тогда...
-Нет-нет. Если дяде Коле надо,
то конечно.
-И, если он что-то там должен
за хранение, так ты посчитай,
а я вечером передам.
-Да нет, что он может быть должен?
Ничего не надо! Копейки!
-Третьего дня мы с товарищем Жмыхом
задержали пьяного.
Час, пока до отдела довели.
Час на допрос.
С такими темпами с самогоном
никогда не справимся.
Я предлагаю обратиться в партийные
организации порта, заводов,
чтобы привлечь к патрулированию улиц
сознательных рабочих,
тогда, конечно,
будет какой-то результат.
-В целом верно. Час ловили,
час тащили, час голову морочили.
Шлепнуть бы гада на месте.
-Так прикажете стрелять
пьяных на месте?
-Так патронов не хватит.
-Патронов не хватит.
-Товарищ Кумов...
-А?
-Что прикажете?
-Стрелять не выход,
потому слушай мой приказ.
Увидели пьяного - не хватать,
проследить, откуда вышел,
где приобрел спиртное.
-Проследили - и что дальше?
-Проследили - доложили мне.
Особое внимание уделить
швейным ателье. Возможно,
если в одном из них был притон,
он есть и в других.
Морозов, что у вас с жилплощадью?
-Живу пока у товарища Жмыха.
-Угу.
За работу, товарищи!
-Странный он какой-то.
-Главное, что про сапоги не вспомнил.
-Товарищ Кумов
очень правильно рассуждает -
нужно не ловить бандитов поодиночке,
а найти штаб и прихлопнуть.
-Штаб?
-Да. Ну, хаза, малина.
Обезглавить банду. Хорошо бы еще
человека туда внедрить нашего,
чтобы информацию быстрее добывать.
-И кого?
-Я. Я могу. Просто не трубить,
что я из ЧК, и тихой сапой...
-Тебя знают. Теперь уж поздно.
-Да. Тогда так - найти,
где торгуют, прийти,
сказать, что мы из Репино,
нам сразу надо много купить,
скажем, бочку.
-А он спросит: "Кто кланяться велел?"
-Никто. Мы сами для себя.
Торговать у себя хотим.
У вас товар, у нас купец.
-Может и получиться. Только
он скажет: "Сперва деньги покажи",
а у нас их нет.
-Ну да.
-И потом, с бочкой
не пара сопляков приедет.
-Ага.
-Не, такую операцию надо согласовать,
обдумать подкрепление.
Кумову изложи.
Сейчас пойдем по старинке:
заходим, просим налить.
Если наливают - цап.
-Да.
Все, понял.
-Что бы нам перекусить с дороги-то?
-Пельмени с уксусом,
пельмени с солью.
-А к пельменям что?
-К пельменям - ложки.
-Нам бы для сугреву что-нибудь.
-Доброго здоровьица,
товарищи чекисты!
УДАР
-Черт!
Пойду на толкучку, сапоги куплю.
-На что?
-Бушлат отдам.
-Я с тобой.
-Не, я один.
Да ты иди, попробуй порыбачить.
-Солдатик, золотой ты мой,
дай погадаю.
-Только не вздумай
свои придумки проверять.
МЕЛОДИЯ ПЕСНИ
"ЦЫПЛЕНОК ЖАРЕНЫЙ"
-Что еще за филармония? Эй!
Эй! Так, тормози!
Эй! Ну я сейчас ему растолкую!
ПОВТОРЯЕТ ОДИН АККОРД
Эй! Модест Мусоргский!
Без глупостей!
-Ну чо встали-то, а?
-Эй!
Эй!
Эй, глухомань!
Руки отпусти.
СИПЛО: Это вы мне, товарищ?
-Нет, не вам.
То есть я думал, вы глухой.
-О! А как это, по-вашему,
глухой может быть настройщиком?
-Н-не знаю.
Ошибочка вышла, товарищ.
Извините, я пойду.
-Конечно, сейчас пойдете. Все - вы,
шоферы... Кто там у вас в кабинах?
Охрана?
-Нет, комсомольский отряд,
добровольцы.
-Прекрасно, прекрасно! Значит так...
Вы сейчас все выходите без крика,
без шума, без стрельбы
и прочих глупостей
и отходите вот туда. Договорились?
-А это что же, налет?
-А что ж еще?
Товарищи шоферы, товарищи
комсомольцы, груз реквизирован!
Сопротивление бесполезно.
Просьба выйти из машины.
Подтвердите?
-Да!
-О-ой...
У меня к вам небольшая просьба.
Товарищи из ЧК непременно
заинтересуются происшествием.
Так вы им скажите,
что всем руководил высокий старик
вот с такими усами.
-Само собой.
-Стойте!
Не стрелять!
Не стрелять! Стоп!
Стой! Назад!
-Добей его.
-Убьем - и остальных придется валить.
-Впервой, что ли?
-Комсомолец?
-Я... Я вас знаю?
Товарищ!
-Это-то и плохо.
Слушай, комсомолец, никто тебя
не собирается убивать, понимаешь?
Никто не должен умереть
из-за этих мешков.
Шпала...
-Тихо-тихо!
ВАСИЛИЙ КРИЧИТ
Он что, без пороха?
-Так решили без мокрухи.
-Ах ты!..
ПЛАЧЕТ
СМЕХ
-Василий, послушай...
никто тебя не убьет, слышишь?
Просто дай нам
честное комсомольское слово,
что никому обо мне,
о нас никому не расскажешь.
Честное комсомольское слово.
-Ты глумишься над ним!
Шлепни его, да и все!
-Дай честное комсомольское слово!
-Честное комсомольское,
что я их не знаю.
-Все. Давай иди.
Пусти его, он не сдаст.
-А если сдашь - найдем
и на кишках твоих повесим, понял?
-Да.
-С остальными что делать?
-Да отпустите вы их всех!
Никто не пострадал, я свое слово
сдержал! Надеюсь, и вы сдержите свое.
Когда вас будут допрашивать,
не забудьте сказать,
что руководил налетом
высокий старик во фраке. Возражения?
-Высокий старик, все ясно.
-Славно! А чтоб загладить свою вину,
каждому пострадавшему по мешку.
-Вот это дело!
-Ты чо, пижон? Не жирно будет?
-Сегодня мои правила.
Клок, нам три мешка.
-Ой!
-Ну, ну, ну.
-Работаем быстро, без затей.
Кто попадется - рот на замок,
иначе Миха из вас форшмак наделает.
-А чо это - форшмак?
-Давай иди уже.
МАЛЬЧИК ЗА УГЛОМ: Ура, я тоже попал!
ДЕТСКИЕ ГОЛОСА
ЖЕНЩИНА: Ой, запах-то какой!
-Спасибо.
-Это чо ж за цены-то?
Чай булка, а не пряник медовый!
-Так ведь мука высшего сорта.
-В Петровском лабазе
и то хлеб дешевле!
-Извините, но я уверяю вас,
в Петровском такой хлеб не найдете.
-Дядь, дай хлебца, а?
Три дня не жрамши.
-Иди работай.
-Так я работаю.
От вокзала до Васильевского провожаю,
дорогу показываю, вещи ношу.
Дядь, хочешь, провожу,
покажу дорогу?
-Я знаю, где Васильевский.
-Все знают, но никто не идет.
А ты: "Иди работай"!
Я недорого возьму, честно. Пойдем!
-Пожалей сироту, мироед!
Не Христа ради ведь!
-Вот гад, а!
-Кровопийца! Из охранки, поди!
-Кто из охранки, я?! Да я с шести лет
за плугом хожу! Глянь на руки!
Что мне, хлеба жалко? Мне хлеба
не жалко. На, парень, держи! Держи!
-Не, ты мне с маком дай.
-С маком, да? С маком...
А ну, пошел вон отсюда!
-А-а-а!
-Убил, злыдня нэпманская!
-Врача! Зарезали!
ПАРЕНЬ СТОНЕТ
-Бей мироедов!
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Ах ты!.. Ох!
-На!
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Валим, валим, валим!
РЕБЕНОК: Смотрите, булочника бьют!
СТАРУХА: Господи...
-А вот это уже ловко.
ТРЕВОЖНАЯ НОТА
-Можно передо...
Мне нужно передохнуть с дороги.
Какое, к черту, "с дороги"?
Передохнуть.
Да почему "передохнуть"?
-Эй, служивый!
Махорки не будет?
-Нет.
Все.
-Чем могу помочь, товарищ?
-А-а...
Мне бы чего-нибудь...
интересного.
-Боюсь, не совсем вас понимаю.
-Ну, у вас тут же эти...
швеи-кружевницы?
-У нас пошив женского белья.
-Ну да.
Ну, может, мне маленькую
красивенькую... швею?
-Что?
Что вы себе...
Вон! Я вас сейчас по щекам отхлестаю!
-Нет! Нет!
Нет, не нужно!
-Уходите!
-Нет-нет-нет, не нужно,
прошу вас, умоляю! Спокойно.
-Он еще не уходит!
-Да я ухожу!
-Прошу вас, Павел Тимофеич!
Меня бранили, а сами клиента
взашей гоните?
-Это... не клиент.
Это не наш клиент.
Это... не тот. Фух!
-Все, успокойтесь. Все хорошо.
Павел Тимофеевич...
-Да потому что они вошли
один за другим,
потому что действовали сообща.
И потому что этот пацан,
сукин сын...
-Ладно.
Допустим, это налет,
как вы утверждаете.
У вас что-то пропало?
-Нанесен ущерб!
Витрины, хлеб...
-Угу. С ущербом я поняла.
Но налетчикам-то какая выгода, м?
Кассу они не тронули,
хлеб не взяли.
Вкусный у вас хлеб,
товарищ Саркисов.
За такой и ограбить могут.
Но хлеб-то они не взяли,
только попортили.
-Куда?
-Я из ведомства.
-Проходите.
-Здрасте, товарищи!
Ой-ой-ой... Какая неприятность!
Ужасный ущерб.
Кто же это сделал?
И главное зачем?
Ладно, не буду вам мешать,
Арам Баграмович.
Я попозже зайду. Возможно,
вместе подумаем, как вам помочь.
-Знакомый ваш?
-А... Кондитер.
-Высокий такой старик,
седой, во фраке.
-Я ехал в первой машине
и никакого старика не видел.
-Старика не видел? Хорошо.
Тогда приметы тех,
кто подошел к вашей машине.
-Не могу сказать.
-Подожди...
Ты же в них стрелял.
Стрелял?
-Да.
-Если выходит так,
тогда ты получаешься
единственный герой среди всех.
Так?! Что ж ты тогда мне лепишь,
Вася?! Соберись и вспомни!
-Честное комсомольское,
я ничего не могу вам сказать.
-Ну ты...
Ладно.
-Уморить меня хочешь.
Ой, отрава! Крыс травить.
-Есть еще один хмырь,
обещал привезти высший сорт.
Семейный рецепт, сам пробовал.
-Чего на пробу не принес?
-Ну так он остальное разбил
со страху, подумал, что мы из ЧК.
-ЗдорОво!
-Как прошло?
-Да почти гладко.
Только одну машину малахольный этот
шоферюгам раздал,
чтобы не болтали в ЧК.
-Умно.
Теперь и они повязаны.
-А еще он на дело
с пустым револьвером приперся.
-Так ведь договорились без мокрухи.
-Только один палить начал.
Ни в кого не попал, но мог.
Так Родя и его отпустил.
Мол, его завалим -
и остальных придется.
-Так и есть. Про мокруху
шоферня молчать бы не стала,
да и чекисты бы из них все вытянули.
-Ай! Тот хлопец, которого Родя
отпустил, знает его по имени.
Комсомолец портовый.
Как пить дать заложит.
-А морячок-то дело говорит.
-Вот дурень ты, Вася!
Ты кому слово дал? Контре?
Вот сейчас иди и все им расскажи.
-Сделаю.
А мне ничего не будет за то,
что я протокол подписал?
-Да не смеши ты меня.
Все расскажешь как было.
Ты у нас и так герой.
А тут еще поможешь,
опознаешь нападавших.
-Так что их?..
РЫЧИТ
Что его описывать?
Это хахаль этой самой Клавы.
-Чего-чего?
-Главный у этих налетчиков -
хахаль нашей парижанки.
Когда я к ней приходил,
он мне дверь и открывал.
-Так-так, погоди... Тут...
Погоди, получается...
А ты уже...
Так, ты уже подписал протокол.
-Я сейчас пойду все исправлю.
-Так, сиди. Сиди.
Тут подумать надо.
Как бы органы приватно -
понимаешь? - не подумали.
Почему ты сразу же не рассказал?
Да я еще эту француженку на поруки
взял, чтобы документы оформить.
Тут надо подумать. А то мы с тобой
оба получим и на желуди, и на орехи.
Или наоборот.
-Право руля.
К столу ставьте. Фрось,
у нас драники остались?
-Остались.
-Ох...
Чуть пуп не надорвал.
-А остальные два куда, капитан Флинт?
-Пираты лишних вопросов не задают.
Остальные два мешка
до вечера покараульте.
Ну все, бегом! Бегом, бегом!
Ну что, Фрося, принимай продукты.
Мука прямиком из Америки.
-Господи! Роденька!
Ой, кормилец!
-Фрось, про кормильца-то - это брось.
Вон напеки лучше гору оладушек.
-Напеку, напеку, Роденька.
На всех напеку.
И Клавочку угощу.
Скажу, что это от тебя мука.
-А вот это уже лишнее. Кстати...
Вот ее документы.
Представляешь, нашлись.
-Так, может, сам отдашь?
-А это уже точно лишнее.
Мм...
-Сало попробуй.
-Откуда сало?
-На рынке сегодня выменяла
на серебряную ложку.
-Теперь ложки нет.
-Ну ладно! Накладывай побольше.
Вкусное!
Ты не сомневайся,
она тоже к тебе неравнодушна.
-Угу. Скорее к Митьке.
Он же у нас герой-фронтовик.
-Мм... Глупый ты, Родька.
Добрые всегда с глупцой.
Ты погляди, как она зеркало намыла.
Хочет хозяйкой себя показать.
-Да ладно.
УСМЕХАЕТСЯ
-Господи... Хоть бы у вас
все сладилось.
Должно же ведь у тебя быть счастье.
ПЛАЧЕТ
-Фрось, ну... Что ты?
Ну ладно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Заходи!
-Я тут подумал... насчет девицы той,
которую Жмых... Изольда,
не Изольда... Да? Она же города
не знает. Нужно попробовать
поискать ее в том месте,
где патруль задержал.
-А кто искать будет? У нас
налет и шесть убийств - за день!
И еще ваш начальник...
-Я могу?
-А Жмых?
-Жмых?
Занят. На задержании он.
Меня в курс дела ввел,
поэтому я могу.
-Ну моги.
-Право же, мне тут только переулок.
-Нет, я решительно настаиваю.
На улицах такое творится.
-Да?
Ну хорошо.
НАСТОЙЧИВЫЙ СТУК В ДВЕРЬ
Кто это?
-Чего закрыл раньше времени?
-Время позднее.
-Где заказ мой?
-Так...
Вы же сами...
-Давай тащи сюда быстрей,
пока не передумала.
-Ага.
-Ну так что, сбрасываешь по тыще?
-Цена остается прежней.
-Да. Уж извините,
но цена прежняя.
-Да черт с тобой!
Я сама!
Бывайте!
-Всего доброго!
-Зинуль, вы мой спаситель.
-Вот видите.
-Смотри, как получилось у них.
-Поживем - увидим. Больно прыткая.
-Здравствуйте!
-Добрый вечер! Вы закрываете
или еще планируете вернуться
к работе?
-Когда мука будет, вернусь.
-Прекрасно.
Значит, мы нужен друг друга.
Я представляю в Советский Россия
гуманитарную организация "Ковчег".
Слышали?
Нет? Это неважно. Важно,
что мы можем сделать нам бизнес.
Мы дадим вам отличную муку
американского стандарта.
-Почем?
-Цену назначите сами.
Тем более нам нужны будут не деньги.
У вас замечательный хлеб.
Мы вам - муку, вы нам - часть хлеба.
Сделаем бизнес?
Боитесь подводные камни?
-Трави помалу, юнга.
-А третий куда?
-Третий - вам.
-Весь мешок?
-Заслужили, пираты.
-Больно щедро.
За документы француженки, что ли?
Понял, опять лишние вопросы.
Поднять паруса!
Мы идем на абордаж!
-Роденька! Где ты пропадал?
Я соскучилась.
-Марусь, тут мука.
Позови девочек, разделите поровну.
-Люба! Люся!
Родя муки раздобыл.
Останешься?
-Да... некогда.
-А когда заглянешь?
-Боюсь, больше никогда.
-Влюбился?
-Добрый вечер!
-Клавушка! Оладушком не побрезгуешь?
-Мне очень стыдно,
но нет, не побрезгую.
-Угощайся.
-С ног валюсь.
Обещаю, как только я оформлюсь...
Это очень вкусно.
-Вон, кстати, твои документы.
Родион нашел.
-Да вы что!
Ничего себе!
Я уже и надеяться перестала.
Родион просто маг и чародей.
А где он? Почему сам мне не отдал?
-Бери еще оладушек.
Муку тоже он принес,
целый мешок. Американская.
Где только достал?
Беленькая, неклейкая.
Такие, как Родион, сейчас редкость.
За таким мужем не пропадешь.
Бери еще оладушков-то.
-Благодарю.
-Роденьке спасибо. Кормилец!
-Добрый вечер, мадемуазель!
У меня галлюцинации
или здесь у кого-то что-то подгорело?
-У кого это подгорело?
Родион целый мешок муки притащил,
американской.
-Дожили! В 1913 году
Россия Америку зерном кормила,
а нынче у Америки побираемся.
-Ой...
-Прошу прощения, не подскажете,
девушку не видели здесь?
Белокурую такую, ростом...
У нее такие глаза...
большие красивые.
Она когда улыбается,
вот прям ямочки на щечках.
-Кто она тебе?
-Свидетель по делу.
-Сынок, ну кто ж свидетелей
так описывает?
"Глаза красивые, ямочки".
И какой из тебя чекист?
Нашел кому врать.
Ладно, поищи на той стороне.
Там комнаты сдают без залога,
а бывает, и в долг.
-Благодарю.
-В лунном сиянье
снег серебрится,
Вдоль по дороге
троечка мчится.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звук, этот звон
О любви говорит.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звук, этот звон
О любви говорит.
СТУК В ДВЕРЬ
-Вот, как вы приказывали,
полный список
по сегодняшнему конвою.
Кому, сколько и почем продано.
-Там в ресторане
певичка новая...
-Ага. Понятно.
Не извольте беспокоиться,
организуем в лучшем виде.
Ни одна живая душа...
ничего не узнает. Сделаю.
-Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Звон бокалов шумит.
С молодою женой
Мой любимый стоит.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Звон бокалов шумит.
И тебя, и ее
Бог простит, Бог простит.
ОВАЦИИ
-Великолепно!
-Браво!


Серия 5

ВЫКРИКИВАЕТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
ПРОДОЛЖАЕТ ВЫКРИКИВАТЬ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
-Господи! Что? Приснилось чего?
-Теперь я знаю, кто вы.
-Неужели?
-Да. Вы поэт.
-Да, я помню.
Я ведь такой (!) поэт.
-Нет. Вы настоящий поэт.
И это преступление, что вы
растрачиваете себя по пустякам.
Вот! Вот чего от вас ждут.
Вы читали, Фрось?
Сейчас.
-Да я-то с вами согласен,
но они же ждут фельетонов.
Вот этот, например, четыре редактора
забраковали. Но ничего.
Хотите кофе? Сегодня я вас угощаю.
-Да к дьяволу кофе!
И к стенке этих редакторов!
Я отнесу это в райком комсомола. Да!
Что? Ну выйдите, дайте мне одеться!
-О-о, все понятно. Фрося...
-Кого к стенке-то поставить сказала?
-Иностранка, Фрось, - язык выучила,
а смысла не понимает.
Все, ухожу, ухожу!
-Дочке твоей полегче стало?
-Жар спал. Хорошо,
что лекарство раздобыл.
-Ты молодец. Нынче даже в больницах
лекарств не найти.
-А что толку? Доктор говорит,
что без нормального питания
и тепла зачахнет.
-Паршиво. Ты говорил, Изольду эту
возле инфекционной отпустил?
-И что с того?
-Может, поискать, поспрашивать?
-Зачем?
-Ну как - зачем? Она ж свидетель,
а мы вроде как ее упустили.
-И получили за это выговор. Точка.
-Выговор выговором, да только
дело от этого не сдвинулось.
Нам бы ее найти. Мы и свидетеля
вернем, и выговор снимем. А?
-Тебе надо - ты и ищи.
-Да мне одному, что ли, это надо?
-Товарищ Шестичасный!
-А вот и наш главный эксперт -
Клавдия. Буквально только что
вернулась из Парижа.
-Товарищ Шестичасный,
вот настоящая революционная поэма.
Наша многотиражка просто не берет!
-Клавдия... вот приехали к нам гости
из североамериканских штатов.
Интересуются работами.
-Вот.
"Свобода, равенство, братство!"
Разве не об этом нужно писать?
-Это прекрасно.
-"К черту советы, съезды и сходы..."
-Чего?
-Я согласна, где-то слишком смело,
но вы прочитайте дальше.
"Дайте нам просто свободы,
И мир мы поделим".
-Ладно, ладно. Я возьму и все прочту,
я тебе обещаю. Пожалуйста,
объясни этим гадам, что хорошего
в этой картине. Они меня
совсем заклевали. Мазня, говорят.
-Мазня?
-Ага.
-Откуда они? Янки?
Подержите.
-Но стрельба была.
-Еще бы! Вы сказали,
что охраны не будет,
а там комсомольцы с наганами.
Кабы не Родька, такое бы завертелось!
-Что за Родька?
-Человечек мой. Очень толковый.
Убедил всех держать язык за зубами.
-А если не удержит?
-А тут уж вы мне сообщите,
и тогда мы этот язык тотчас укоротим.
-Хорошо.
СТАРУХА: Молодец. Идем.
СОБАЧИЙ ЛАЙ
-Ну?
-Доброго здоровьечка!
-Кондрат!
-Оу?
-Покажись-ка!
-Я с самыми мирными намерениями!
По делу, можно сказать!
-Ты - и по делу?
-И вам доброго здоровьечка!
Я по делу.
-Кому цветы?
-Цветы? Маме.
-Нашел маму! Вот у меня теперь зятек.
-А!..
-А цветы-то откуда?
С кладбища, что ли, стащил?
-З-зачем стащил?
Я... я... Ой!
Я их честным путем выменял на тазик.
-Вот лучше бы тазик и принес,
хоть какой толк с тебя был бы!
-Ну ладно вам. Человек-то по делу.
Чо тебе?
-Так я...
-Одно у него дело, вон шмонит-то как!
Что, не так, что ль, скажешь?
-Так, ну... Так.
Ну, и не так. Мне предложили
возглавить предприятие.
-Тебе?!
-Ага.
-Батюшки!
-Небольшой самогонный завод.
Люди предложили серьезные,
с деньгами. Да. Ну а поскольку
я самый главный специалист,
ну, по этому делу...
-Это да.
-...вот они ко мне и обратились.
-Угу.
-Так я знаете о чем сразу подумал?
-Угу.
-Я сразу подумал:
"Как дать заработать маме?"
-Чо-то я не пойму.
-Так я понимаю, Палыч, значит,
будет директор,
а вы мастер по производству. Так?
-Вот точно так! Точно так.
Только, это...
Мне нужен образец вашего товара.
Ну, чтоб людям показать.
А потом уже сразу же начинать,
вот сразу же! Ну что, согласны?
-Дудки. За самогон сейчас стреляют.
-Да вы не представляете,
какие там деньжищи!
-Да хоть какие! Мы с Кондратом
не бедствуем, он нэпман. А с тобой
свяжешься - так лучше сразу в петлю!
-Подождите, послушайте, умоляю!
-Кондрат, ну...
-Ну оставь ее.
-Я умоляю вас! Прошу!
Дайте образец хотя бы. Я им покажу,
а потом уж сам по вашему рецепту.
Ну?
-Отвяжешься?
-Да я умру для вас!
-Ой!
-Тут она права. Я по кузнечному делу
первый в округе.
-Чо, серьезно?
-Да. Артельные-то инструменты
куда годятся?
А мои везде знамениты. Во!
Дарю.
-Мне?
-Хочешь - жни, а хочешь - вот тебе
символ трудового крестьянства.
-Так его...
-Осторожно.
-На, подавись.
Да заверни же, не свети!
-Тихо-тихо! Спасибо!
-Кондрат, выведи его с глаз долой.
-Спасибо вам большое!
Спасибо. И вам спасибо. А?
-Ты сюда больше не ходи.
-Хорошо, да. Спасибо. Все.
Ух ты! Ох!
Господи! Фух!
Ой! Фух!
Ты, холера!
-Говори, кто спирт привозил,
или я тебя как врага революции...
-Не имеешь права.
Какой я враг?
Я с шести лет в людях.
Работаю как жернов.
Права не имеешь.
-Права не имею?
Я тебя свободно расстрелять могу,
согласно декрету, за спекуляцию
и незаконную продажу спиртного.
-Да. Сейчас время такое:
у кого наган, тот и стреляет.
А за что, про что...
-Ну как?
-Без фото, без имени, без примет.
Иголка в стоге. А у тебя?
-Битый час про свое пролетарское
детство рассказывает.
Шлепнуть его - и дело с концом.
-Зачем шлепнуть?
Товарищ, вы ведь всю жизнь
трудились на хозяина, так?
-Так.
-А советская власть освободила вас.
А вы ей помочь не хотите.
Ответьте, пожалуйста,
кто привозил спирт?
-Освободила, говоришь?
До 1917 года я имел
квартирку, бабу...
и чайное место. А теперь
я свободен от всего этого.
-Так... Девки все подписали.
А этот что?
Не шибко грамотный?
-Препирается.
-Ну-ка, выйдите оба.
Я с ним по душам поговорю.
-Угу.
Сюсюкаешь ты все с ними,
на сознательность давишь!
Это ж контра! Они тебе тут
нюни распустят, а отвернешься -
посмеются над тобой.
А еще хуже - нож всадят.
-Ну как они вам?
-Кто?
-Новые сотрудники.
Не грубили, не угрожали?
-Не так чтобы... Хотя тот,
что помоложе, еще куда ни шло,
а тот, что постарше,
так расстрелом грозился.
-Ну! Неужели расстрелом?
-Ей-богу.
ЦОКАЕТ ЯЗЫКОМ
-Встать!
ВСКРИКИВАЕТ
-Куда, дурак?
-Он его там бьет!
-Это ж контра!
ЖУТКИЕ КРИКИ
-А вот это еще не доказано!
Нельзя же всех под одну гребенку!
ГРОМКИЕ КРИКИ
-Нет! Не-ет!
ВОПИТ
СКУЛИТ
-Я тебя так напугаю -
будешь сам умолять,
чтоб я тебя расстрелял!
В СЛЕЗАХ: Не надо!
Я все скажу! Все!
РЫДАНИЯ
-Вставай.
-Конечно, кого-то к стенке,
а в ком-то человека нужно разглядеть!
Может, кого-то отпустить надо,
чтобы он...
-Ты опять?
-Что опять?
-Подробно пиши. Имена, адреса,
кто кому возил.
Все, что знаешь.
Бухнер?
Знакомая фамилия.
Давно он здесь?
Ладно, подписывай.
Не здесь. Вот здесь.
Вот здесь.
КРИК И СТОН
ХРИП
-Жмых!
Вот сволочь хитрая! Покончил
с собой, так ничего и не сказал.
Оформляй как полагается.
-Это ж надо...
-Здесь листок лежал.
-Чего?
-Писал что-то, не знаю.
Вон у него пальцы в чернилах.
-Нам приказывали труп убрать.
Давай бери его.
-Молочко! Молочко свежее!
Подходим!
-О! Какими судьбами?
-Мука нужна.
-Есть мука, много муки.
Вот, хорошего качества. Сколько?
-Пару мешков.
-Всего?
-Мне до завтра перебиться.
-Хорошо. Тогда забирайте сами.
-Что ж я, на себе их потащу?
-Извозчика возьмите. Он, правда,
заломит, но что за беда,
если один день перебиться?
-Ну да.
-Угу. А...
Два мешка, пожалуйста.
ТОРГОВЕЦ: Подходи, подходи!
-В составе комсомольского патруля
геройски сражался с налетчиками,
до последнего патрона защищая
ценный груз муки.
СТУК В ДВЕРЬ
А! Ну, как они?
-Поставила их на место.
-Отлично! Отлично.
-Представляете, что спрашивают?
-Так?
-Сколько стоит картина.
-Да неужели?
-Да.
-Так, и что вы им ответили?
-Товарищ Шестичасный, хватит меня
подначивать. Конечно, я сказала,
что советское искусство не продается.
-Ага. Это правильно,
это правильно.
-Угу.
-Да просто... интересно,
сколько бы готовы были...
-А вы уже...
прочли?
-Что прочел?
-Ну как?
-А, да, глянул.
Ну, знаете ли,
друг ваш форменный анархист.
Его в ЧК надо сдать, а не...
-Зато он настоящий революционер,
не то что ваши комсомольцы.
Ни сознательности, ни задора!
Вот мы подготавливали экспозицию -
и что? Они в 6 встали - и по домам.
Это как называется? По-ка-зу-ха.
-А это вы...
Это что за очернение такое?
Да у нас комсомольцы - это бой!
Вот взять, к примеру, Васю.
Вы в курсе, что он вчера
в составе комсомольского патруля
геройски сражался с налетчиками,
до последнего патрона
груз муки защищал?
-Нет, я не знала.
-Да? Странно.
Весь город об этом уже говорит.
Конвой международной организации
"Ковчег" - вот у них
угнали три грузовика.
Это чудо просто какое-то, что никто
не пострадал, тем более Вася.
-Да! Так вот о чем нужно писать-то
в стенгазете! А у нас что?
Разбор мусора. Это как называется?
Это же... мелкотемье!
-Ты посмотри на нее, а!
Отсиделась у себя в Париже там,
а сейчас будешь нам указывать,
что ли?
-Н-нет. Товарищ Шестичасный,
я не хочу ничего указывать,
просто свежим взглядом
видно лучше со стороны.
-Цыц! Ты сначала
поработай смену у станка,
потом я посмотрю, сколько у тебя
задора твоего этого останется!
Давай топай отсюда
со своим свежим взглядом.
И контру эту забери,
пока я в ЧК ее не унес.
И товарищу Зиновьеву я тоже сообщу.
-Да это вас в ЧК надо сдать.
Ренегаты мелкобуржуазные!
-Ч... что? Клавдия!
ХЛОПАЕТ ДВЕРЬЮ
Обиделась. Хм!
-Искал?
-Ищут блох - я зову.
-Ну так я здесь.
-Хм.
КРЯХТИТ И СТОНЕТ ОТ УДАРА
КАШЛЯЕТ
-З-за что?!
-А чтобы место свое знал.
-Мужики недовольны, что Родион
отпустил того комсомольца.
-Дак и правильно!
Замочить надо было этого Васю.
А Родя - нет.
-Куда!
-Хотите знать мое мнение?
-Нет.
-Ага, ладно. А ведь Родя
с пустым барабаном на дело пошел!
Хотите знать почему?
-Не-а.
-Ну так вы ж меня позвали.
Я подумал, насчет Роди.
-А откуда Родя знает этого Васю?
-Дак от соседки новой, Клавой зовут.
Она в райкоме, а он этот, активист.
-Друг - чекист, соседка из райкома...
-Так, и... что мне делать-то?
-Не видишь, думаю?
-А...
-А ты присмотри пока.
-За ней или за Родей?
-За обоими.
-Хорошо.
-Добрый день! Чем могу служить?
Товар отличного качества,
по французским лекалам.
-Да-да.
-Кружева, конечно,
не премьер-класс,
но качество не уступает.
Вас смущает пройма?
Это не просто удобно, это...
-Добрый день! Могу я вам помочь?
Позвольте. Угу...
Прошу вас.
Это очень удобная модель,
необычная. Каждая половина...
ОТКАШЛИВАЕТСЯ
Павел Тимофеевич,
вы не оставите нас?
Пожалуйста.
-Ой...
-Извините.
-Хорошо. Извольте.
-Вот. И очень удобно носить.
Модель состоит из двух частей,
но пусть это вас не пугает.
-Как же он додумался-то?
-Да, дело нехитрое.
Тут один на прошлой неделе
табуреткой себя забил.
А в прошлый месяц так вообще!
На, держи. Держи-держи!
Годное, негодное - предмет казенный,
сгодится.
-Что думаешь?
-Думаю, странно.
Если человек тыкает себе в глаз,
логичнее тыкать острым концом.
-Но, пошла!
-Обожди!
-Я про девицу. Тоже думаешь,
что я у нее деньги взял?
-А перо в чернилах. И пальцы.
Видимо, он что-то успел написать.
А где листок?
-Не хочешь говорить?
-О чем?
-Но, пойдем. Пошли, пошли.
-Спасибо.
-Спасибо вам.
Очень рада, что вы довольны.
-По-вашему, я не умею
обходиться с покупателями?
-Да что вы! Павел Тимофеевич!
Просто вопрос очень деликатный,
многим барышням неловко
с мужским полом обсуждать.
-Что ж... Ну...
В таком случае, может, вы...
поможете мне в общении
с заказчиками... с заказчицами?
-Нет! Ну что вы! Вам нужен
кто-нибудь повоспитанней,
пообразованней.
-Мне кажется,
вы вполне воспитанны
и образованны...
и милы.
-Что?
-И милы.
-Вы ножницы забыли.
-Ой!
-Цыпленок жареный,
цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять!
Его поймали,
арестовали,
Велели паспорт показать.
Его поймали,
арестовали,
Велели паспорт показать.
ПУБЛИКА: Браво! Браво!
-Весь зал у ваших ног.
Они от вас без ума.
-Хорошо.
-Да, но не совсем.
Хорошо, когда хорошо.
Плохо, когда без ума.
Не ровен час какой идиот
вообразит себе лишнего и...
-Ой, говоришь много,
а ничего не сказал.
ШОРИН ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Разрешите. Я слышал...
вы ищете себя покровителя.
-Ага.
-Это решение разумное,
я бы даже сказал, мудрое...
на случай, когда в недобрый час...
-Поняла, ага.
-Угу. Итак, вам нужен покровитель,
солидный, влиятельный, надежный.
-Угу.
-И он есть.
-Ты, что ль?
СМЕЮТСЯ
-Т-ш-ш... При чем здесь я?
Я говорю о настоящем покровителе.
-А если у меня проблемы с ЧК,
этот покровитель сможет мне помочь?
-Не сомневайтесь.
-Вкусный чай.
-Отличный.
С оказией из Азии. Добавить?
-Не откажусь.
-Ну, рассказывай, как она.
-Кто?
-Как - кто? Соседка твоя новая,
комсомолка. Хороша?
Кто из вас кого агитирует, делись.
-Я привык делиться деньгами,
вином, советами, но...
-Сразу видно, хороша.
Ваша доля с хвостиком.
Отлично сработано, как по нотам.
А ты сейчас к своей комсомолке
или у тебя есть время до вечера?
-Я же сказал, что...
-Я шучу.
Есть у меня к тебе...
работа не работа... разговор.
Хочу, чтобы ты меня помирил
с одним человеком.
-Мм... Поссорились из-за бабы
или этот человек и есть баба?
-Не баба точно.
Офицер бывший.
И не ссорились мы вовсе.
Я его даже в глаза не видел.
-Столкновение интересов?
-Вот-вот, в петельку, столкновение.
Спирт через границу возит,
Кочерский некий.
И хочется, чтоб без крови.
Ты ведь мастер по бескровным
отношениям. Помоги.
-Попробую. Когда?
-Ну завтра с утра.
-Спасибо за чай.
ПЬЯНЫЕ ГОЛОСА И СМЕХ
-Русалка!
-Спасибо!
-Всего вам хорошего.
-До свидания! Выздоравливайте.
-До свидания.
-Что это?
-Новый поставщик.
Отличное средство от запора.
Главное - не переборщить,
если вы понимаете.
-К черту касторку!
Мне нужно...
вот это.
-Волитес...
Легче найти философский камень.
Но все равно вы пришли по адресу.
Могу предложить достойную замену.
Правда, это будет недешево.
-Но опий не подходит.
-Конечно, опий не подходит.
Приди вы двумя днями раньше,
это была бы отличная замена,
но был налет, и опия нет.
Но я могу предложить вам
хлоральгидрат.
Это... почти волитес,
только я изготовлю его сам.
-Как - сам? А товарищ ком...
А пациент не загнется
от этого вашего почти волитеса?
-Поверьте, ничего лучше
вы не найдете.
И поверьте, если человек добровольно
принимает волитес, то еще неизвестно,
какой исход лучше.
Зайдите через пару часов -
будет готово.
-Ладно.
Тогда возьму и это.
-Мужики-то недовольны,
что ты отпустил охранников.
Очень недовольны.
-Так ведь не планировали
никого убивать.
-Верно, не планировали,
а в любом деле надо придерживаться
плана, смотреть в будущее.
Революция - она для всех революция:
и для царя, и для пролетариев,
и для воров.
-Неужели?
-А ты не смейся. Чего ты смеешься?
Пока голодранцы власть делят,
почему нам краюшку не оттяпать?
У тебя ведь дружок в ЧК служит?
Митя.
-Поссорились мы.
-Так помирись.
Это он сегодня простой сыскарь,
а завтра, глядишь, комиссар.
А если мы ему пару-тройку наколок
дадим, так он быстрее в гору пойдет.
-Чего-то я не пойму.
-Ну ты парень головастый,
додумаешь потом. Или эта девица,
комсомолка. Это сегодня она так,
чуть повыше пустого места,
а завтра сделается тем же депутатом.
И если нэпман или барыга какой
прибежит к ним жаловаться,
они тебе нашепчут -
и приехали. М?
Так что думай, думай.
Так что, Родя, моими советами
не пренебрегай. Плохого не посоветую.
Стоит.
-Они уже здесь.
-Пошли.
Меня называют дядей Колей.
-Я знаю, кто ты. Давай к делу.
-К делу так к делу.
Очень простое у меня дело.
Хочу я винокурню открыть.
Буду торговать вином и самогоном.
Сам понимаешь, твой спирт
моих покупателей отобьет.
Так что предлагаю работать вместе:
ты продаешь мне свой спирт,
а я обещаю полную безопасность.
-А давай сделаем вид,
что я уже отказался
и ты начал мне угрожать.
-Тоже все очень просто.
Мои ребята очень горячие.
И в ЧК у меня все уже подмазано.
-Ты, Сара неумытая...
Ты решил мне, боевому офицеру,
ультиматум ставить?
Да я тебя шпицрутенами!
-Стоять!
-Ладно. Сегодня обойдемся
без шпицрутенов...
и без лишнего шуму.
-Позвольте ваш револьвер.
-Разумеется.
-Ну что, шутник?
Ляпни что-нибудь напоследок.
-Отпусти этого. Пусть расскажет
своей шантрапе, что не стоит
гавкать возле нашего двора.
-И за что вы на меня так взъелись?
Похоже, договориться
нам с вами не удалось.
Предлагаю вернуться к этому вопросу
чуть позже, когда все поправятся
и остынут. Мм?
Позвольте револьвер.
-Хм...
-Благодарю.
Приятно познакомиться.
-Ну, Николай...
-Уходим.
Это его... обедня.
-Я тебя найду, и ты умоешься,
слышишь? Умоешься.
-Ах, Фрося... Кажется, заканчивается
моя должность не начавшись.
-Стало быть, ты теперь без работы?
-Пф! Работы полно - были бы руки
да желание.
-А у меня вот пампушечки есть.
Гляди, какие кругленькие. Угощайся.
-Я работы никакой не боюсь. Ай!
Когда отец погиб, нам с мамой
пришлось все самим по дому.
А еще в 1918-м в Париже
столько русских понабилось!
Ну и что? Работы не было.
И когда мама заболела,
я в прачечную пошла работать.
Я не пропаду.
-Бери еще, не стесняйся.
-Спасибо, я и так чувствую себя
приживалкой. Мне достаточно.
-А ты становись хозяйкой.
А чего? Разве лучше Роди
кого найдешь? И красавец,
и не пьяница, и добытчик.
То муку принесет,
то уголь, то крупу.
За таким не пропадешь.
-А мука-то американская.
-Да, беленькая, чистенькая.
Родя принес целый мешок.
-Я смотрю, дела у тебя в гору пошли -
муку на лихаче возишь.
-Я вижу, вы один сегодня.
Что, разбежались гопники?
-Гопники - народ ненадежный.
Я предпочитаю людей пунктуальных.
Вот взять хотя бы того американца,
который давеча тебе муку предлагал.
Где он? Где мука? Нету.
А дело стоит.
Нехорошо. Работал бы со мной -
все бы по-другому было.
-Ворованную муку покупать?
Нет уж, увольте.
-Сейчас вся мука ворованная.
Мужик не сеет, не пашет -
откуда другой-то взяться?
Вот и твои мешочки...
-А что мои мешочки?
-Они не просто ворованные -
они в налете взяты.
Большой конвой разграбили,
со стрельбой.
-Да мало ли мешков в городе!
-Таких мало.
-Американская мука?
-В точку.
Но вся она тю-тю. Так что,
если ты на нее рассчитывал, - увы.
Но я могу еще привезти,
по сходной цене.
Только не скажу откуда.
А ты взамен не будешь спрашивать,
что за кондитерские изделия
я у тебя на складе храню.
И никаких больше гопников.
Наоборот, эти головорезы будут
твой замечательный магазин
охранять.
Ну что, по рукам?
-Ладно. Вези свою кондитерку.
Но если меня оставишь без муки...
-Я же не обещаю сдать тебя чекистам
за краденую муку на складе.
Вот и ты давай без угроз. М?
-И без рукопожатий.
-Хорошо здесь очень.
-По непаханой земле
Некому печалиться.
В придорожном ковыле
Чьи-то кони скалятся.
На полях лютует сныть,
Глянешь - сердце точится.
Ах, как хочет косить!
Воевать не хочется.
Потеряли седоков,
Злые, ошалелые!
Поделили мужиков
В красные да в белые.
Все желают низложить,
Бьются, не морочатся.
Ах, как хочется пожить!
Умирать не хочется.
Стопка водки на столе
Не манит, не радует.
След кровавый на седле,
Образа с лампадою.
Только горе не избыть,
По пятам волочится.
Ах, как хочется забыть!
Поминать не хочется.
Слезы вьются, словно нить,
Но не истончаются.
Ах, как хочется любить,
Да не получается!
Слезы вьются, словно нить,
Но не истончаются.
Ах, как хочется любить,
Да... не получается!
-Браво!
-За вас!
ОВАЦИИ
-Тихо сегодня.
-Угу.
-Прижали мы хвост элементу.
Прав был товарищ.
Вот, опять вражья рука.
-Ну, платье надела?
-Надела.
-Угу, хорошо. А что за узел?
-Личное. Вот подушку еще купила.
-Какую подушку? Ты куда собралась?
-Так сами ж сказали,
к покровителю поедем.
-Ой... Ты что, малахольная?
Он же тебя не замуж берет,
он тебя просто... берет.
-Так как же? Мне ж обратно нельзя,
меня же ищут.
-Ой, с ума сойти! Садись.
-Ага.
-Ну, поехали.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да!
Заходи.
-Добрый вечер!
-Достал?
-Да. Вот.
-Что это?
-Хлоральгидрат. Кажется, так.
Аптекарь сказал,
что это примерно то же самое.
-Пошел прочь.
-Да, тут еще вот...
Барышня из ресторана. Давай.
-Что?
-Певичка. Доставил в лучшем виде.
-Ты зачем ее сюда притащил?
-Так вы же сами...
-Вон. Вон!
-Ой!
Извините! Иди сюда.
-Ой! Это вы...
-Я.
-И чего ж хотите?
-Правду.
-Бельэтаж.
-Угу.
-Так почему ты их не шлепнул?
-Хочу еще пожить.
-Что ты несешь? Ты оставил в живых
того, кто собирается тебя шлепнуть.
-Лукавите. Во-первых,
он собирался шлепнуть не меня,
а персонально вас.
Меня он как раз велел отпустить,
чтобы я что-то там
рассказал о собаках.
-При следующей встрече
он убьет нас обоих.
-При следующей встрече
ему будет сложнее: теперь мы
знаем его в лицо. Убей мы сейчас
этого офицера, мстить за него
пришли бы совсем другие люди.
А так мы познакомились,
теперь остынем
и сможем поговорить снова.
-Ты знаешь, о чем я думаю?
-Догадываюсь.
Но мне кажется, вы сами
хотите ответить на свой вопрос.
-У тебя есть мозги и язык подвешен.
Но твоя беда в том,
что ты считаешь себя
слишком умным, умнее всех...
и собираешься жить всю жизнь,
мороча голову, улыбаясь
и не замарав руки
ни кровью, ни дерьмом. М?
-Туше, дядя Коля, это когда...
-Т-ш-ш. Я знаю, что такое туше.
Но ты, похоже, не понимаешь,
что такое настоящая жизнь.
Ничего, скоро поймешь.
-Хорошо, что ты меня встретил.
-Тебя кто-то испугал?
-Мне кажется, за мной кто-то шел.
-Сейчас разберусь.
-Не надо, прошу. Вдруг он вооружен.
Пойдем домой. Я так соскучилась!
-Отдай, мое!
-Это я забрал!
-Дай, мое!


Серия 6

-Перо, значит?
-Угу, точно.
Казенное такое, поперечное.
Прямо в глазу торчало.
-Кто его допрашивал?
-Так это... откуда я?..
-10... нет, 25 червонцев за имя.
-Что, в золотых?
-Разумеется, не деревянных.
Узнаешь имя - получишь деньги.
Всё, иди. Шип, проводи его.
-Доброго здоровьица.
-Кто такой?
-Это человек из покойницкой.
Чекисты убили Бобу.
Судя по всему, пытали.
Они за это ответят.
-Позвольте поинтересоваться,
кем вам приходится этот Боба?
-Дядя (!) Боба.
-Дядя Боба -
близкий нам человек.
Именно в его заведении...
я когда-то лишился девственности.
-Ага.
То есть вы решили все бросить...
и мстить чекистам за этого...
как бы лучше выразиться?
-Именно. Мы поквитаемся
за человека, которого пытали
из-за нас и который умер,
ничего не сказав.
Даже несмотря на то,
каким мерзавцем и негодяем он был.
-Ну что ж... Пока ваш могильщик
наводит справки, я предлагаю
еще раз встретиться с дядей Колей
и попробовать договориться, а?
-Согласен. Только теперь
место и время назначим мы.
-Знаете старую лодочную станцию
возле маяка?
-Знаю.
Только вы же были против.
-Я был просто не готов.
-Ну чего стучишься?
-Звал же.
-Вечером приходи.
-Давай.
-Извольте-с.
-А чего это она...
оно... прозрачная такая?
-Так это... качественная!
-А давай-ка я.
Вдруг отрава какая?
-Ну смотри у меня.
-Да, да!..
Ну?
-О...
Хорошая.
-Я же говорил, Палыч не тот человек,
не обманет.
-Ты только... ты давай.
-Я сообщу.
-Нет, ты видал?
-Не убили.
-Жмырь, нашел!
Девицу эту - Изольду, не Изольду.
Помнишь?
-Врет она?
-Кто?
-Слушай, ты у нас человек новый,
глаз у тебя незамыленный.
Я тебя объясню, как было,
а ты рассуди по-людски.
-Ты о чем?
-Про аспирин. От нее он.
А я деньги за него отдал.
А остальное в санчасть снесу,
если останется. Бесплатно, понял?
-Понял. Если купил, вопросов нет.
Только я не об этом.
Изольда эта говорит,
что подрядилась в каком-то ресторане
подпольном петь. Вот я и думаю
в качестве разведки
ее использовать.
-А, ты про это?
-Да, вчера говорили.
-Ну?
-Ты ее отпустил,
а значит, в доверие вошел, так?
-Так. И что ты предлагаешь?
-Убедить Изольду.
-Хорошая мысль. Пойдем.
-Сейчас?
-А чего? Ты адрес помнишь?
-Да.
-Верно сказали,
честная девушка, запуталась.
-Да.
-А как выпутаться, а?
-А чтобы выпутаться,
должна сотрудничать с нами
в целях борьбы
с преступным элементом.
-Так, а что делать надо?
-Ничего опасного. Пойте, как пели.
А нам будете докладывать, где пели
и кто приходил на ваши концерты.
-Ой... Дяденьки...
Это вы на что меня подбиваете?
А потом узнают,
что я вам помогала, ага!
-Во-первых, не дяденьки мы тебе,
а во-вторых,
влипла ты уже дальше некуда.
Так что либо сотрудничаешь,
либо расстрел.
-Риск, конечно, есть.
Только выхода у вас нет.
ВЗДЫХАЕТ
-Товарищ Кумов...
Ой!
Это я.
-Переборщил я с этим... снотворным.
Закажи еще одно.
Пусть разбавят, что ли.
-Угу. Как прикажете.
ЧУТЬ ГРОМЧЕ: Как прикажете.
-Надо слезать.
Слезать как-то.
-В-виноват, не понял.
Вам помочь с кровати встать, да?
-Девица, что привозил.
-А она ничего, она...
А может, вы считаете, что ее...
Впрочем, вам виднее.
-Привезешь ее сегодня.
-В-виноват, куда,
с-сюда привезти?
-Сюда.
Куда же еще?
Привезешь, но пусть платье наденет...
гимназистки...
то, что было.
-Ну да.
Как скажете.
Как скажете.
ДЕТСКИЙ СМЕХ
-Вставай.
-Алкоголь?
-Написано же на ящике:
"Кондитерский сироп".
Вот бумага на муку. Забирай.
-Знакомое клеймо.
-Плюнь ты на клеймо. Бумаги есть,
мука американская, хорошая.
Сам же говорил.
Давай, давай быстрее, ну! Давай.
-Устроить засаду на подъезде к маяку
и перестрелять это офицерье.
-И утопить в заливе.
-А может быть, сначала расстрелять,
потом утопить, а потом и повесить?
КЛОК СМЕЕТСЯ
Николя, я надеюсь, вы так не думаете.
-А что скажет Родион?
-Это как кидать в муху тапочками.
-Поэт, а вы не можете без аллегорий?
Без мух, без тапочек,
просто по делу толком.
-Можно и без тапочек.
Чем нам мешают эти офицеры?
Они возят спирт и продают его.
Убьем их - и что?
Спирт начнет возить кто-то другой,
но мы не будем знать кто.
-Найдем и тоже шлепнем.
-А вы других слов не знаете,
шлепальщик? Поэт прав.
Нужно знать врага в лицо.
Или превратить врага в союзника,
по крайней мере на первое время.
-Сделаем вид, что договорились
с ними - пока. Пока не узнаем,
кому они продают здесь,
у кого покупают там, как возят, -
короче, все. И вот тогда...
-Понял.
-На переговоры
идет наш умник.
-Ну Авдотьич!
-Только на сей раз, сделай милость,
заряди свой револьвер.
Или я сам его заряжу. М?
-Ну, до завтра.
-Василий! Я и не знала,
что вы настоящий герой.
Хотела расспросить вас о налете.
Говорят, вы отличились.
-Мне на смену.
-Да, я знаю. Мне тоже.
Но товарищ Шестичасный велел мне
сделать стенгазету о вашем подвиге,
сегодня же. Говорят,
вы бились до последнего патрона.
Вы убили кого-то?
Или ранили, может быть?
Ладно. Василий,
вдруг вы кого-то узнали?
-А кто это вам говорит?
-Товарищ Шестичасный.
-Ну пусть товарищ Шестичасный
вам все и расскажет. Он все знает.
-Но...
-А мне на смену.
-Товарищ Шестичасный...
-Не благодари. Салют! Интернационал!
Норту привет.
-Окей.
-Салют!
-Вы что, продали картины?
-Что вы кричите? Да, продал.
У нас трубы ни к черту.
-Но это империалистические деньги.
-Эти деньги идут на дело революции.
Даже товарищ Ленин пользовался
деньгами германского правительства.
-При чем тут Ленин?
-А при чем тут вы?
Идите вон своего соседа учите.
-Почему вы заговорили
про моего соседа?
-А вы не знаете!
-Я не знаю, поэтому и спрашиваю.
-Вы что, правда не знаете, кто ваш
сосед и какие о нем слухи ходят?
-Я не верю слухам,
товарищ Шестичасный.
Если вам что-то известно, прошу
со всей прямотой рассказать мне.
-Слушайте, разбирайтесь сами.
-Уходишь куда-то?
-Угу. А я же тебе говорила,
я в ателье устроилась. Тут недалеко.
-Устроилась?
-Ага.
-К Латочкину?
-К Латочкнику.
-Я думал, он тебя не возьмет
в таком положении.
-Да работа совсем пустячная.
Я там строчу по прямой,
глажу, швы обметываю.
Что мне еще доверят?
Я бы могла помогать тебе в булочной.
-Нет.
Будь осторожна, не поранься.
-Хорошо.
-О, шевелится!
-Да?
-Ага.
-Клава-парижанка...
-Ну и что?
-Она допытывалась, что я в ЧК рассказал.
-Так и спросила?
-Нет, конечно. Она начала вилять,
что хочет сделать стенгазету
про мой подвиг. Я ее раскусил.
Я всю ночь думал, и вот что
получается. Эта курва приезжает
в город и селится аккурат в одной
квартире с главным налетчиком.
Спроста, товарищ Шестичасный? Нет.
А сама прется к нам в райком
в идеологический центр.
Спроста? Документы теряет.
-Вася...
-Что?
-Ну не враг она.
И опять же Зиновьев ее сам прислал.
-Он просто попросил ее проверить.
Вот мы и проверили -
она вражеский агент.
-Дурында она. Что, не видишь, что ли?
Так врать даже я не умею.
Поверь мне.
-А Родя что? Он враг.
-Доказательства нужны.
Дай мне пару дней.
-Нет у меня пары дней!
Меня пролетарская совесть извела.
Я сам добуду доказательства.
Я еще арестую всю эту контру
и приведу в ЧК!
-Вася!
-Латочка-заплаточка.
-Спасибо.
-Вам спасибо. До свидания.
-До свидания.
-Новый анекдот?
-Не совсем.
-Понимаю. Пикантная шутка,
исключительно для дам.
-Я вам хотела сказать, но не знаю...
Вы только не обижайтесь.
-Мне ли на вас обижаться?
Говорите смелей.
-Дело в вашей фамилии.
Она не подходит для вывески.
-Вам не нравится моя фамилия?
-Фамилия замечательная, мне бы такую.
Но для ателье она не подходит.
"Латочкин", понимаете?
Как латочка, заплаточка... Извините.
Это так шутят покупатели.
Первое впечатление -
как будто тут старые чулки латают.
А ведь у вас все такое качественное,
дорогое, не хуже заграничного.
Вы обиделись?
-Нет, нисколько.
Я уже слышал эти шуточки от фрейлин,
но не придавал им значения.
Так что вы предлагаете?
-Может быть, на иностранный манер?
Чтобы звучало как "Зинон"
или "Фурье". Дамы это любят.
Может быть, "Латоч"? Или "Латош".
-Хорошо, будь по-вашему.
Я закажу вам вывеску.
-Спасибо.
СМЕЮТСЯ
Что?
-"Замечательная фамилия,
мне бы такую".
-"Латош"!
-Занимайтесь делом.
-Ну, дамы, а дела-то, кажется, идут!
-Это когда под ручку гуляешь,
брови видно.
А со сцены все нужно подчеркнуть -
и брови, и глаза.
Слушай, и сисек бы тебе.
Господа не привыкли сиськи
в бинокли разглядывать.
Ну что это такое?
-Пс-пс.
-Чего?
-Что ж такое-то, а?
-Ты что?
-Давай-давай! Брысь отсюда!
Сегодня вечером пойдешь к нему.
-Ага! Еще чего.
Мне такого счастья не надо.
Психический какой-то.
Утюгом кидается.
-Дура!
Чем хочет, тем пусть и кидается.
Ты что, не понимаешь,
что это не он у нас, это мы у него.
Кх! Кх!
Это большой начальник в ЧК.
-Большой?
-Просто огромный! В общем, так.
Сегодня вечером наденешь свое платье,
вот это, с воротничком.
И жди, я за тобой заеду. Все! Все.
-Что вы маетесь?
Опять слово не можете вспомнить?
-Тш-ш. Какое слово?
-Ну вы завсегда, когда у вас работа
не клеится, ходите туда-сюда,
аж в глазах рябит.
-У меня все, как вы выражаетесь,
клеится. А вот Родя...
Не нравится мне этот матрос.
Не нравится.
-Да просто сунь их туда и пошли.
Хочешь, я суну?
-Дело не в том, кто сунет.
-Но тебя же никто не заставляет
стрелять. Просто заряди боевыми.
-У меня скверное предчувствие.
-Большевики отменили предчувствия.
-Ладно.
-Это что такое?
-Часы песочные.
Поставь на место.
-Погнали.
-Видишь, чем я занимаюсь?
-Да чего ты?
-Да сам не пойму.
-Успокойся, я с тобой.
-Да, с тобой-то я спокоен.
-Хм. Это что же,
карманный змеевик?
-Смешно дураку, что нос на боку.
Свита твоя где?
-Там, где и положено свите.
-Ладно, пошли.
-Да у него патроны без пороха.
-Хм.
-Гляди.
ЩЕЛЧОК
Видал? Он анархист-идеалист.
Людей жизни не лишает из принципа.
-Давай, двигай!
-Что это сейчас было такое?
-Я сам видел патроны у него.
Может, осечка? А то он
сейчас бы уже... того...
-Того-сего. Со стороны залива
стекол нету. Забеги-ка, пострюч.
-Кто, я?
-Боишься, морячок?
-Ну, рассказывай, чего вы там
придумали со своим дядей.
-Может, пришить его?
-Пусть добежит сперва.
А это еще кто?
-О! А это активист, которого Родя
отпустил. Так может, его пришить?
-Да подожди ты шить!
ПЛЮЕТ
Дай хоть на фасон посмотреть.
-Так что для вас это тоже выгодно.
Да и вообще, бордели остаются
в вашем распоряжении.
-Складно ты все рассказал.
Только чушь все это. Как только
узнаете, что наши поставщики,
кто нам помогает на границе -
сразу же постреляете нас, как собак.
А может, и того лучше -
сдадите чекистам.
-Могу гарантировать.
-Да ничего ты не можешь!
Как воры решат - так и будет.
Ты мне вот что скажи лучше.
Я слышал, у тебя есть дружочек в ЧК.
-А я слышал, кур с тремя ногами
вывели. Не пробовал?
-Там на допросе человек умер.
Если узнаешь, кто его допрашивал...
-Осмелюсь заметить, мы тут совсем
по другому поводу собрались.
-Да плевать! Они ж не идиоты,
знают, что мы их тоже обманем.
-Всем оставаться на местах!
Именем Советской...
-Твои?
-Мои еще у маяка хотели вас
перестрелять, теперь-то чего?
-Один есть.
-Кто кого там шмаляет?
-Ну ясно, что не поит.
-Мочить всех, кто там есть.
За офицера даю бутыль опия.
-Братва! Валим всех!
-Валим, мужики!
-Ворье поперло! Уходим!
-Офицер мой!
Дави их!
-Гляди, справа!
-Ой!
-Мочи!
-Граната!
-Ложись!
-Не дрейфь, братва!
-Стреляй! Стреляй!
-Так громче музыка, играй победу!
Мы победили и враг бежит, бежит,
бежит.
Так за царя, за Родину, за Веру
Мы грянем грозное...
Ура-а!
Ура!
ХРИПИТ
-Ну все!
-Слыхал про "Интернационал"?
"Интернационал".
-Эй...
-Стой!
Стой!
-Эй...
-Я ему говорю "стой", а он...
-Валим!
-Черт...
-Ну, как вы оцениваете переговоры?
А? По-моему, оглушительный успех.
-По-моему, вы идиот.
-Да бросьте! Вы что,
всерьез подумали, что с этой сволочью
можно договориться?
В этой стране вообще не осталось
ни одного порядочного человека,
с которым можно было бы иметь дело.
Разумеется, кроме вас, компаньон.
Давайте лучше пропустим по стаканчику
за этот оглушительный успех.
-Я бы предпочел сойти на берег,
вернуться и потеряться среди зевак.
Разведать обстановку,
посчитать потери.
-Вы что, серьезно? Вы только что
избежали смерти. И опять о деле?
-Ну тебя прямо в сваты.
-Там у нас трое нэпманов сидят.
Вот и я пока исключительно для дела.
А то мы в своих лохмотьях
и близко к ресторану не подойдем.
Ты бы тоже приоделся.
Потом вернем - если их, конечно,
сегодня не расстреляют.
-Как скажешь. Секунду!
Товарищ Клавдия, какими судьбами?
-А что, чекисты разве верят в судьбу?
-Это выражение такое старое.
Новое еще не придумали.
Вам помочь, подсказать что-то?
-Подскажите! Друг ваш - налетчик?
-Родя? А с чего вы взяли?
-А с чего вы взяли, что именно Родя?
Слухи ходят,
что это он ограбил конвой муки.
-Как? Слухами мы не руководствуемся!
Доказательства есть?
Свидетели ограбления?
-Свидетелей вы опросили.
Вы же с ним друзьями были.
Вы сами-то что думаете?
-Мы были детьми. А революция -
такое дело. Она не то что друзей...
Братьев и сыновей
по разные стороны развела.
-Ваш друг - друг вам или враг?
-Доказательств нет.
Слухам верить я не хочу.
И вам не советую их разносить.
Потому как если слухи неверны,
то это клевета. А если верны...
-Если, если, если... Митя!
Да ты бюрократ, оказывается!
-Складная бабенка. У тебя чего с ней?
-Общий друг.
-Иди переодевайся.
-Ага.
-Ну что, первая, талисман.
Будешь брать или выбросить?
-Медицина еще нужна?
-Обойдусь.
-Все, сами. Слушай, дружочек,
это не тебе решать.
-Тебя теперь все уважать станут.
-Так-так, ты языком не чеши!
Давай его руку перетяни.
А ты кулачком-то работай!
Вот так. Хороший мальчик!
Так, теперь сразу легче станет.
-Вы бы видели, как он ему
между зенок - бах!
А он, главное, стоит...
-Я не хотел.
-Так, успокойся! Хотел, не хотел.
Главное - что ты наш! Бестолочь...
-Я не ваш, поняли?
Не ваш.
-Во дурак! Его хвалят, а он бычится!
-Ну ничего, кровь не водица.
Был бы дурак - умылся бы ей
и дальше пошел.
-Время пройдет, сердце зачерствеет.
-У такого - не зачерствеет.
Слишком живое! Давай дуй за ним.
И проследи, как бы он чего дурного
не натворил.
-А может, я переживаю больше всех,
только этого не показываю?
-Дорогой мой...
О, тебе успокоительное доставили.
Что это? Что это было?
-Образец.
-А ну-ка еще!
Замеряли?
-38, даже 39.
-Точно 39?
-Ну!
-Совсем не чувствуется. Нектар!
Все, конфискую.
-Что значит "конфискую"? А мне?
-Тебе? Ну, так уж и быть, тебе налью.
Остальное мое.
Давай шуруй быстрее за умельцем!
-Ага.
-Завтра. Завтра утром тащи.
День сегодня такой, что отойти надо.
Ну, я тебя прошу, дорогуша,
плесни еще, не жадись!
-Хорошо!
-Ай!
-Дома он. Небось, спит.
-Да! Да чт...
-Вторую неделю не просыхает.
Пожалуйста!
-Батюшки!
-Ой! Это вы? Здравствуйте!
-Мы. Зятек...
-Как... добрались?
Говорят, нынче поезда не ходят.
-Совсем допился. Пешком дошли.
-Ага!
-Господи...
-Завязал он, как же!
Держи карман шире!
Господи, а ведь выдавала замуж
за приличного человека,
официанта "Астории". Пошли!
-Подожди.
Иван Палыч, беда у нас,
Кондрата забрали.
Говорят, контрреволюционная
агитация за ним.
Плакаты серпом резал.
-Кондрат? Плакаты серпом?
-Ну оговорили, как есть! Разве было
когда Кондрату до этих их агитаций?!
-Какое было? Дура! Живой он. Да
разве от этих иродов чего дождешься.
Есть доказательства,
есть доказательства.
Ладно хоть нашелся один приличный
человек в этом ЧК.
Только денег ему надо дать. Много.
Тогда выпустят Кондрата.
-А у меня нету.
-Да уж вижу,
какой ты снабженец.
-Кондрат еще, как назло,
меди на днях купил хорошей,
видать, с куполов.
-Помалкивай. Ну-ка иди сюда.
Ты намедни сказывал,
что денег заработать можно.
Правда это или как?
Я говорю, нужен самогон или нет?
-А-а.
Я ваш образец передал заказчику,
ожидаю ответ.
-Образец он передал.
Беги спроси, пропойца ты окаянный!
-Я попрошу вас завтра заглянуть, да.
И вот это вот уберите!
-Оставь, пусть подавится!
Я зайду завтра.
-Я жду вас.
-Пьянь!
-Час гуляем. Может, случилось что?
-Случилось. Надула она нас.
Поехали к ней домой, может,
застанем еще. Да успокойся ты.
-Ну если надула -
то давно след простыл,
а вот если правду сказала,
а потом передумала,
то не все потеряно. Через эту дверь
она тебе порошок выносила?
-Какой план?
-Если нет маневра,
остается лобовая атака.
-Приемный покой за углом!
-Откройте! Мы из ЧК.
Мы из ЧК.
-Не глухой.
Какого ЧК вам надо?
-Да шутит он. Показывай,
где тут у вас ресторанная певица.
-Это можно.
Вот она, певичка ваша.
-Все-все, не она это, слышь!
Они певичками туберкулезных называют.
Пойдем, что ты вцепился-то,
фронтовик называется.
-Да не дыши на меня, тут и так душно.
-Ну где тут выход?
-Пойдем, пока проход открыт.
-В замках-то я не шибко.
Стекло вставить, в печных делах...
-Я утюг там забыла.
Только уголь всыпала.
-Утюг? Да, дело такое,
тут как хочешь, надо вскрывать!
Да, не шибко подралось там.
Малость подкрасить - и ничего.
-Хорошо.
-А где же утюг-то?
-Да я...
-Барышня, где утюг-то?
Утюг...
-Сама не знаю, куда его убрала.
-Ну уж...
-Бежала я из-под Симбирска,
А в кулаке была записка.
Ах, шарабан мой, американка!
А я девчонка, я шарлатанка!
Ах, шарабан мой, американка,
А я девчонка, я шарлатанка!
Вся Молдаванка сошлась на бан -
Там продается мой шарабан.
Ах, шарабан мой, американка,
А я девчонка, я шарлатанка!
-А что случилось?
-Перестрелка была. Причал взорвали.
-Ой господи, свят-свят,
бандиты, что ли?
-Почем уж его знают?
-А сколько убитых?
-Сотни полторы.
-Хоть бы две...
-Сколько?
-Семь.
-Тут еще четверо в сарае.
-Видать, большое начальство прибыло.
-Еще бы.
-Скажи, пожалуйста, милый человек,
а вон тот высокий в плаще -
неужто сам товарищ Семенов?
-Бери выше -
это товарищ Кумов, начальник отдела
по борьбе со спекуляцией
и самогоноварением.
-Да иди ты! Сам товарищ Кумов?
А имя-отчество как?
-А ты сам-то кто?
-Я-то? Да никто.
Раб божий, обшит кожей.
-Из этих, что ли, попов?
-Немного из этих, немного из тех.
-Ладно. Ну чего тоску сгущать?
Дело житейское. Поехали?
-А он точно большой начальник в ЧК?
-Не сомневайся.
-Смотри, если обманешь...
-Поехали-поехали.
Поехали.
-Опять стенгазета?
-Я знаю, кто вы.
-Ну да. Я поэт.
-Это вы ограбили американский конвой.
Вот патроны. Револьвер, наверное,
у вас за поясом или припрятан
где-нибудь в парадном. А вот пуля.
Я ее нашла в мешке муки,
который вы притащили Фросе.
А на мешке маркировка.
В продаже такой нет,
такой муки вообще нигде нет.
Кроме как у того, кто ее украл.
-Хорошо. Допустим, я бандит.
И что вы собираетесь?..
-Нет, вы не бандит.
Вы анархист. Идейный анархист.
Вы делаете революцию так,
как понимаете.
Может быть, не совсем верно,
но вы делаете ее от души, от сердца,
без оглядки, рискуя жизнью ради того,
во что вы верите.
Да вы единственный
настоящий революционер,
которого я здесь встретила.
И не чета этим комсомольцам,
которые строят новый мир по часам,
не этот их секретарь,
который говорит одно,
а на деле - совсем другое.
-Так что вы собираетесь
делать дальше?
СТУК В ДВЕРЬ
-Войдите.
Проходишь вперед.
-Добрый вечер.
-Не оборачиваешься.
-А мне ска...
-И не говоришь.
-Щекотно.
-Спать люблю один. Ступай.
-А вы прикажете этим двоим,
чтобы отстали?
-Сказал же - ступай.
КАШЛЯЕТ


Серия 7

-А много у вас людей в отряде?
-В отряде?
-Ну, с которым вы...
раздаете продукты.
-Ты точно из Парижа, не с Луны?
Мм!
-Заканчивай с этим ребячеством,
Робин Гуд.
Ты нужен новому миру.
Ты нужен райкому.
-Да?
-Угу.
-И зачем же... я нужен... райкому?
М?
-Мм, если б ты знал,
какое там болото.
Как там не хватает таких людей,
как у тебя в отряде!
-Да у нас не отряд,
у нас банда. Мы грабим лабазы
и машины, ты понимаешь? Грабим.
А продукты раздаю только я.
-Ну и что!
Котовский тоже бывший налетчик.
-Котовский!
Нет, ты точно из Парижа, не с Луны.
Ты правда думаешь,
что твои большевики -
бессребреники блаженные?
Да они жируют там, в Смольном,
пока на улицах народ мрет от голода!
-Я этого не слышала.
-Да к черту... К черту слова!
Хочешь сама все увидеть?
-Жирующих в Смольном большевиков?
-Ну, не совсем в Смольном,
но поверь, ты увидишь достаточно,
чтобы упасть со своих небес на землю.
-Даже интересно.
-Ну тогда я зайду за тобой вечером.
-Фрося Ивановна, что с вами сегодня?
Почему вы такая радостная?
Вы сияете, как эти ваши
прекрасные оладушки!
Я опять что-то пропустил? Какой-то
новый революционный праздник?
-Да.
-Мм?
-Мой личный праздник.
День воссоединения.
-А-а, понимаю, понимаю.
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
-Да при чем тут пролетарии?
Клава с нашим Роденькой
сладили наконец-то.
-А вот этой радости я не понимаю.
Вы уверены, что эта
французская мадемуазель оценит
нашего Родю по достоинству?
КАШЛЯЕТ
-Поправляйся, милая.
ВЗДЫХАЕТ
ДЕВОЧКА КАШЛЯЕТ
ЖЕНСКИЕ КРИКИ С УЛИЦЫ
Я скажу вам, что ситуация
очень скверная.
Есть опасность осложнений.
Организм ослаблен,
совершенно не борется.
По-хорошему, я должен бы
рекомендовать вам смену климата,
усиленное питание, но понимаю,
как это прозвучит.
Постарайтесь достать хотя бы...
мед и яйца.
Да-с.
-Вот.
-Мед и яйца.
ШЕПОТОМ: Мед и яйца.
ДЕВОЧКА КАШЛЯЕТ
-Я попробую.
Яйца.
ШЕПОТОМ: А это что такое?
Проклятье это.
Жили же мы как люди,
не хуже других.
Черт тебя дернул
эту революцию делать.
Сделал? Доволен?
-Я один, что ли, ее делал?
-То-то и оно, что не один.
Только которые поумнее -
в Смольном сидят.
А дураки вроде тебя
по подвалам ютятся!
-Да я тебя за такие слова!..
-В моих словах правда.
Давай! Можешь расстрелять меня!
Ты ж ничего для своей семьи
больше сделать не можешь!
Страж революции!
ДЕВОЧКА: Мама, мама!
ГРОМКО ВСХЛИПЫВАЕТ
-Как жизнь?
-Ты с обыском?
-Нет.
Я просто как друг пришел.
-Просто так, без дела?
-Не совсем без дела.
С делом. И дело серьезное - убийство.
-Мм.
-Есть свидетель,
который указывает на тебя.
Да... Я говорю, есть свидетель,
который указывает на тебя, Родь!
-Быстро ты в этот раз.
Стало быть, усвоил урок.
-В этот раз?
Ты слышишь меня, нет?!
Есть свидетель,
который указывает на тебя!
-И... кого ж я, по-твоему, убил?
-Я не говорю, что ты убил.
Я надеюсь, что не ты. Я же знаю
твои убеждения, поэтому...
-Кого убили?
-Старика одного, владельца фургона.
Ты на таком приехал, помнишь?
-Его убили?
-Да.
В тот вечер, когда мы с тобой
встретились, был обнаружен труп
на Лиговке. Убили,
наверное, из-за фургона.
-Врешь!
-Нет.
Ты знаешь что-нибудь об этом?
-Пока ничего.
Может быть, даже меньше, чем ты.
ВЗДЫХАЕТ
-Понятно. Ну...
Родь...
-М?
-Если сам придешь,
я помогу, как другу.
Но если придем мы за тобой - извини.
Бывай.
-Хватит, хватит, Фрося.
Давайте. Ой!
-Это ты таз попер?
-А чо это я-то?
Вон это, может, Макар.
-Ну надо же, экземпляр!
Взгляните на меня, а потом на себя!
Сравните два портрета в зеркале
и скажите, кому из нас
можно доверять, вам или мне.
Надо же, а!
-Вот-вот!
Глянь в зеркало на свою рожу
пропитую. Даже если тебя не знать,
и так ясно: попер и пропил! Гад!
-Себе верю.
-Черт!
-А! А, чо? Уголь?
-Ручки ты спер?!
-А... А... По какому праву
бьете служеб...
ВСКРИКИВАЕТ
-Чтоб к вечеру были на месте!
СКУЛЕЖ
КРЯХТИТ И СТОНЕТ
-Да где я теперь их возьму?
-Двери нараспашку, часовых нет.
КЛАЦАНЬЕ ИГРАЛЬНЫХ КОСТЕЙ
-Что это?
-Карты. Ваши зарики
с набережной слышно.
Играйте в таксу. О!
Ну? Долго вы собираетесь тут сидеть?
-Красные как с цепи сорвались.
Шерстят город вдоль и поперек.
В порту дополнительные кордоны
выставили.
-А что вы хотели...
после вчерашнего бенефиса?
-Чтобы чекисты опознали труп,
связали с дядей Колей
и свернули ему шею.
Товарищи комиссары
не хотят видеть очевидного.
-Н-да, чекисты не так глупы,
как вы думаете.
Да и у дяди Коли хватило ума
с ними договориться.
-Подкупить? Да, ворон ворону
глаз не выклюет.
-Могу сделать то же самое
для нашего предприятия.
-Заплатить больше?
-Не совсем.
Скажем так, я встретил
старого знакомого в руководстве ЧК.
-Ой, да, план лихой. А почему
я должен верить каждому вашему слову?
-А у вас разве есть выбор, компаньон?
-А выбор всегда есть,
когда нечего терять.
Ну что же вы сидите?
Надо выпить за ваш новый план.
ВЗДЫХАЕТ
Когда нечего терять.
-Ты тут?
-Ага.
КАШЕЛЬ
-Ну что, поладила с ухажером?
-Ага.
-Ну, рассказывай.
-Странный он.
За шею хватал.
Потом... вроде ничего.
Вот, воротничок срезал.
И все.
-Да, мужики скаженные пошли.
Меня вон один просил его
плетью побить, а другой...
ШЕПЧЕТ
Угу. Так что воротничок -
это так, ерунда.
-Барышня, соедините меня,
пожалуйста, с приемной ЧК.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-ЧК на линии.
-А в старой масонской капелле
белогвардейцы засели.
Да, и склад у них там со спиртом.
-Нет, проверяли - там никого.
-Нет-нет, товарищ, не пустует.
-Ну что там врач?
-В Ялту велел ехать.
-Он что, измывается?
-Я командир Красной армии,
у меня два ранения, я...
Да не в этом дело.
Было время - меня петлюровцы
пытали трое суток.
Живого места на теле не осталось.
Но я ни слова им не сказал.
Веришь? Ни слова!
-Верю.
Ты для меня вообще
личность героическая, пример.
-Какой там пример...
Я за революцию жизнь отдам.
Если завтра моей дочке станет хуже,
какая-нибудь курва предложит мне
лекарство или мед...
-То что?
-Вот пока не предложила, сам пойду,
найду и сам в отдел приволоку.
-Надо с больницы начать.
-Сам, понимаешь? Сам!
Чтоб никто не сомневался.
Возьму за шкварник и приволоку!
-Вы! Так, вышли из кабинета!
Быстрее!
Пинкертоны хреновы!
ВЗДЫХАЕТ
Агентов вербуете?
-Виноват. Моя идея.
-Ваша идея? Я правильно расслышал?
Вы, кажется, в армии служили!
-Так точно.
-Вас не научили, как поступать
со своими идеями?
-Виноват. Хотел доложить.
-Молчать! Обо всех ваших идеях
вы должны докладывать командиру.
С этого момента будете докладывать
мне лично. Ясно?
-Так точно.
-Об этой девице забыть.
Как она выглядит - забыть,
где живет - забыть,
имя и фамилию ее забыть!
Ее буду курировать лично я.
И если вы еще раз будете
заниматься самодеятельностью...
-Товарищи! Нужны люди на облаву.
-Кого ловить будете?
-Контрабандистов,
которые на лодочной пальбу устроили.
Звонок был анонимный, видели их.
-Забирайте.
-Воробьев! На дежурстве.
Сомов, поехали.
-Вот так вот.
-Такой ответ я не приму.
Что на это говорит товарищ Ленин?
-Простите.
-Хоть из-под земли мне достань.
Все, голуби мои, идите. Идите.
Где вас носит?
Нужна срочно стенгазета.
-А как же наши разногласия?
-А по какому поводу?
-По поводу труб.
-А... Не до труб сейчас,
Клавдия, не до труб.
Вася погиб.
-Как - погиб?
-Как комсомолец, геройски.
Ну, надо похороны, семье помочь.
И стенгазета. Лучше две,
одну в порт. Так...
-А... Будьте добры,
этот край чуть повыше.
Да. Молодой человек, чуть повыше!
Выше, вот так. Стоп!
Крепите так вот. Ага.
-Павел Тимофеевич...
-Зиночка, идите сюда. Ну, как вам?
-Ах! Ой...
А они неверно написали вам.
Нужно через "Е" - "Зенон".
-Это если иметь в виду
Зенона Элейского.
Я же специально попросил
написать "Зинон", имея в виду
совершенно другого
очаровательного человека.
-Ну что вы, зачем?
-Это же ваша идея.
На французский манер.
Зиночка, просто хотелось
как-то отметить ваш вклад.
Так... Еще чуть выше.
-Короче говоря...
-Выше, выше. Так, а вы пониже.
Вот так крепите.
-Деньги, хозяин.
-Сейчас вынесу.
-"Зинон"! Ха!
-Добрый у тебя самогон.
-Неплохой, неплохой.
Скажи, точно твой?
Не спер ни у кого?
-Обижаете! Это мой...
семейный рецепт.
-Что-то вид у тебя
какой-то жуликоватый.
-Да его самогон, точно его. И он
может десять ведер в сутки гнать.
-Если аппарат будет и сырье.
-Так, ты чего это нэпмана
из себя корчишь?
-Десять?
-Можешь, сам говорил.
-Так я от слов своих не отказываюсь.
-А больше можешь?
-12 могу.
-А сто?
-Можно и сто. Только надо помощников
обучить, место, где самовары ставить,
и чтобы сырье без перебоя было.
-Сто...
-Дадим. И место, и продукты,
и помощников.
-Только помощников я сам наберу. Баб.
-Почему баб?
-Так они не похмеляются.
-А чего ржете-то? Правда же его.
Я вот сроду никогда не опохмелялась,
в отличие от некоторых.
-Ну хватит базарить, ближе к делу.
-Я тогда заодно и тещу пристрою. Она
у меня непьющая, хоть при деле будет.
Так... Значит, вот.
-Так, это что?
-Это... Это в расчете на 10 ведер.
Ну, кроме угля или дров.
Как у вас заведено?
-Разберемся.
-Еще это... вопрос один. А платить
как? Сдельно или положите чего?
-Ты торговаться, что ли, удумал?
-А что? Что ж мне,
бесплатно работать?
-Да я тебя сейчас...
-Остынь!
Не обидим. Если все будет
на уровне, не обидим.
-Ну... коли решите, милости прошу.
Этот знает, где меня найти.
До свидания!
-Денек обмозгуем и начнем помолясь.
-С остальным самогоном что делать?
Хлопцы чуть ли не бочку уже
набрали какой-то мути. Вылить?
-Ни в коем разе.
ШЕПЧЕТ
-Отличная мысль. Найдите бутылки
из-под финского пойла,
разлейте в них и продайте
на толкучке по дешевке.
Пусть слушок пройдет,
что финского качества больше нет.
А тут мы свой товар и покажем. М?
ШУМНО ВЫДОХНУЛ
-Чо, съели?! Выкусили, а?
Рожа вам моя не нравится, а?!
А?! А?! Тазик они пожалели!
Да я вам во! Во! Видали?
ЛИХО СВИСТНУЛ
-Ну и зря. Зря.
Если всех баб общими сделать,
мы бы давно мировую революцию
совершили.
-Это каким же манером?
-Ну подумайте.
Сейчас весь народ с фронта в отпуска
рвется, к женам, зазнобам.
А если взять этих баб, освободить
и сделать общими - бери да пользуйся.
-Вот если вас поменять на мужиков
из Коминтерна, чтобы бабам
поприятнее было, тогда бы был прок.
КТО-ТО КАШЛЯЕТ
-Почему открываете не спросив?
-Ну наконец-то!
Вас только за смертью посылать.
-Опять ни охраны, ни конспирации.
-Вы же только что вышли.
Я бы и сам мог. В конце концов,
что за претензии?
-Претензии? Претензии будут у ЧК,
когда вас накроют.
А у меня так, предупреждение.
Вы уверены, что контролируете
своих людей?
-Десять. Дама.
Король. И бубеный!
-Стой, а почему у тебя четыре карты,
а у меня пять?
-Не мути воду! Проиграл - плати.
-Ну-ка, встань.
-Ага, щас.
Может, вон Бухнер
неполную колоду притащил.
-Встань, говорю!
-А ну, кончай базар!
-Нужно квартал оцепить,
прежде чем в капеллу ломиться.
В подвал, на чердак людей,
чтобы не ушли.
-Сомов, расставь людей вокруг здания.
-За мной!
-Вы двое - здесь!
-Они по подвалам тиканут.
-Выполнять! Ждите сигнала!
-Атас! ЧК!
-Вот она, ваша конспирация.
-Уходим подвалами.
-Стрелять надо!
КРИКИ, СТРЕЛЬБА
-Быстро, быстро!
-Не уйдешь!
-Стоять, гады!
-Вали их!
-Разбегаемся! Мы туда, вы туда.
Кто выживет, встречаемся у стрелки.
-Сюда давай!
-Ты что творишь, умник?
Дверь открой!
-Это ты у нас умник. Лови.
-Ах ты, крыса портовая!
Я доберусь до тебя, понял?
-Хорошо смеется тот...
-Стоять! Руки!
Лихо ты его.
Сразу видно, конармия.
-Откуда он взялся-то? Дверь заперта.
-Но у нас здесь не фронт.
Сначала надо допросить контру,
а потом дырявить!
-Где они?
Умри, гнида белогвардейская!
-Трогай! Трогай давай!
-Пошла!
-Плетенку мне маковую.
-Пожалуйста.
Вот.
-Спасибо.
-Половинку черного, пожалуйста.
-Будет сделано.
С АКЦЕНТОМ: Вижу, вы нашли выход.
-Пришлось попотеть.
-Мы подвели вас, знаю,
но у нас была злостная опричнина.
Бандитское нападение на конвой.
-Вешать надо уродов.
-Вы согласны, что их нужно судить?
-Конечно, еще бы.
-Тогда вы непременно согласны
нам помочь в этом.
-С чего это? Нет уж, извольте.
Пожалуйста.
-Я был на вашем заднем дворе
и видел разгрузку мешков.
Тогда. Либо вы идете в ЧК
и говорите, кто вам их продал,
либо вы идете в ЧК как пособник.
-Есть план получше.
-Слышь, иди сюда, подсоби!
Давай-давай, заноси свою сторону.
Вот сюда ставим.
Давай-давай. Так...
-Эй, слышь! Где тут ресторан?
-Ближайший?
Ресторан или вам просто покушать?
-В этом здании подпольный ресторан.
Где он?
-Ресторан здесь?
Я не спрашиваю, из какого мяса
там готовятся котлеты.
-Пойдем, покажешь.
-Да не знаю я никакого ресторана.
И зачем вам я? Есть хорошо
сохранившийся план помещения.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Кумов у аппарата.
-Товарищ Кумов,
мне доложили, была перестрелка
на лодочной станции.
-Так точно, товарищ Дзержинский.
Перестрелка... Так точно, была.
-У вас преступники хозяйничают?
-Так точно! Контрабандисты
и местный преступный элемент.
-Контрабанда же в вашем ведении.
-Контрабанда? Так точно,
в моем ведении.
-Разберитесь.
-Виноват!
Возьму под контроль.
-Вы за это ответите.
-Так точно, товарищ Дзержинский.
Отвечу по всей строгости.
СДАВЛЕННЫЙ КРИК
-Карета подана. Или правильно
сказать "советский извозчик"?
-Сегодня был митинг.
Погиб комсомолец Вася.
Помните?
-Можем его помянуть.
Мне тоже есть кого.
-Не знаю, что за розыгрыш
вы затеяли, но уверена,
что он очень глупый.
-Там посмотрим.
Ах да, чуть не забыл.
Вам придется надеть вот это.
Я вынужден завязать вам глаза.
-Ни за что.
СВИСТИТ
-Но! Но, пошла!
-Да что вы, Павел Тимофеевич!
-Может, при новой власти
руку дамам и не подают, но я человек
хоть и не старый, но старомодный.
-У вас даже тросточка.
-Трость. Настоящая трость
с медным набалдашником.
Раньше их называли дуэльными.
-Дрались ими, что ли?
-Разумеется, нет.
Хотя их носили, чтобы тренировать
руку. Набалдашник довольно тяжелый.
И в случае настоящей дуэли
в тренированной руке
не будет дрожать пистолет.
-Мм...
Вас интересно слушать.
-Дядя Коля у себя?
-Да.
-Веди.
-Далеко еще? В сторону Заячьего едем.
-Даже не пытайтесь угадать.
А уж предвосхитить то, что вы
увидите, не под силу даже поэту.
-Я дал тебе адрес, сказал,
как его найти! Надо было
просто по-тихому убрать! По-тихому!
А ты со своей шайкой
полгорода на уши поднял!
-Тише, тише, пожалуйста.
Стены, конечно, толстые,
но бывает резонс, могут услышать.
-"Резонс"... С кем приходится
работать... Резонанс.
-Вам виднее. Но мы своим умишком
рассудили так.
Адресок, что вы нам дали, -
старая масонская капелла
в самом центре. Там тихо
не получилось бы. Вот мы и решили
выманить их подальше, за город,
чтобы потише. Обложили, как волков.
-И?
-Да кто же знал, что у них там
ты-ды-ды-ды!
Я ведь своих ребят потерял.
-Ну чего ломишься? Не сортир там.
-Открывай. Я из ЧК.
-И не подумаю.
Там всякие чумные, холерные лежат.
-На плане указан анатомический театр.
-Раньше была анатомичка.
И аудитории были.
А потом пошла косить испанка.
Ложить стало некуда.
Там теперь такой театр...
-Дверь недавно открывали.
-Известно! Которые из морфологии,
помаленьку разбирают. Кого обследуют,
а большинство прямиком в крематорий.
Вонь такая! От нее одной
окочуриться можно.
-В полнейшей тишине в залу входит
император, и в эту самую секунду
у великой княжны отрывается
жемчужная пуговица!
-Ах!
-Сейчас этот факт
покажется маловероятным,
но тогда...
-Стоять! Все, конечная.
Гоп-стоп, граждане.
Сдаем вещи, деньги -
в помощь голодающему пролетариату.
-Настоятельно советую
дать нам пройти.
ХОХОТ
-"Настоятельно".
-"Сударь..."
Я тебе в последний раз говорю,
одежду, деньги и обувь.
И пальто пусть снимает.
-Так... А ну, пошли вон!
-Ну что вы, Павел Тимофеевич!
У него же нож.
-Во-во, баба твоя и то понимает.
Давай иди сюда.
-Ах!
-Ах ты сука!
ЗИНА КРИЧИТ
-Господи...
-А-а! Лиговка!
Лиговка, наших бьют!
-Бегите, Зина!
-Я вас прошу!..
-Бегите же!
-Помогите!
-Чего у вас?
-Так...
-Я думаю за неделю наладить
производство в 7-8 ведер в сутки,
а там как дело пойдет.
-Всем оставаться на местах!
-Спокойно, Сиплый!
-Товарищ Кумов...
-Авдеюшка, все в порядке.
-А вы как здесь?
-Что там доктор прописал
для вашей дочери? Орехи, яйца?
-Курицу.
-Курицу, мед.
Тащите все самое лучшее.
-Конечно.
Сиплый, неси корзину быстро!
-Все хорошо, товарищ.
-Идем. Так, поменяемся.
Осторожно. Тихо, тихо.
-Какой-то запах не ресторанный.
Больничный?
-Уверяю вас,
в таком ресторане вы еще не были.
-Открывай! Авдей!
-Осторожно.
-Музыка... Это что, правда ресторан?
-А ты думала, я везу тебя
на заброшенный пустырь, чтобы
совершить там свое темное дело?
-Уже можно снимать?
-Момент.
Отсюда вид получше.
-Неплохо.
В Париже такое встретишь
только в "Мулен Руж".
Где же мы?
-Пожалуйста, тише.
Мы в самом логове врага.
-Как обычно? Сельтерской?
-Нет. А принесите нам водки.
И горячего. Что у вас там
сегодня самое-самое?
-Перепел в ананасе.
-Замечательно.
А потом еще даме десерт.
-Слушаюсь.
-Нэпманский вертеп.
-В том-то и прелесть,
что к НЭПу это не имеет
никакого отношения.
Я бы даже сказал, что у этого
чудесного ресторанчика
нет ни патента, ни инспектора,
ни даже адреса. Угощайтесь.
-Так выходит, что НЭП - это...
Как сказать-то? ...большая западня
для всякой нечисти,
которая в революцию затаилась,
а теперь ждет,
как бы в спину удар нанести.
-Эва! Неужели ты, товарищ Жмых,
хоть на секунду мог подумать,
что товарищ Ленин на попятную пошел,
разрешив этой контре
свою коммерцию вести?
Пусть сейчас только вылезут -
мы их за горло. И все,
что припрятано, реквизируем
окончательно, понял?
-Не рано ли... реквизировать-то
начали? Вдруг они опять попрячутся?
КУМОВ ВЗДЫХАЕТ
-Может, и рано.
Только не можем мы допустить,
чтобы твоя дочка не дожила
до светлого завтра. Тем более что
ты-то у нас нас человек надежный.
Ты же наш человек?
Не проболтаешься?
-Клянусь.
-Давай...
за Васю. Пусть земля ему пухом...
И за финна этого. Не знаю, как его...
Ты тоже скажи что-нибудь
атеистическое ваше.
Только негромко.
-Чей это ресторан?
-Дяди Коли.
-Твоего дяди?
-Нет. Это...
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Это общий дядя. Это... главный вор
города Петрограда. Или, если хочешь,
это народный комиссар всех воров.
Воры же тоже народ.
За Васю.
КЛАВА ОТКАШЛИВАЕТСЯ
-Водка...
-Ну конечно. Ты же слышала,
что я заказывал.
А это перепелка в ананасе.
Все настоящее, закусывай.
-Крепкий алкоголь запрещен.
-Да тут все запрещено.
Но все это есть! Сотни людей,
включая прислугу, алкоголь,
опий, шлюх.
-И что?
В Париже полно таких притонов,
большей частью подпольных,
но с ними никто не борется.
Они покупают жандарма
и ничего не боятся.
-Угу.
-А ты... завязал мне глаза,
чтобы я не сдала этот кабак ЧК?
Это о многом говорит.
-Хорошо.
Вон там сидит человек
из Наркомата труда.
Это Наркомат почты. А это...
-Ты думаешь, я поверю?
-А тебе никого не напоминает
этот товарищ?
-Так, вы что себе позволяете?
-Товарищ Шести...
-А ну, сидеть!
-Не держи! Пусти меня!
Дай я ему!..
-Оп! Оп!
-Товарищ Шестичасный...
Товарищ Шестичасный!
-Мм... Товарищ Клавдия?
-Вы же говорили,
эти деньги Васиной семье.
Разве нет?
-Я сейчас все объясню.
А... а потому что мы и есть семья.
Вот вы семья, я семья.
Комсомол - семья.
Мы все большая дружная семья.
Клавдия...
А я в вас, знаете ли, не ошибся.
СМЕЕТСЯ
Проказница, да?
Сидеть! Славно.
-Выпей успокоительного.
Клава...
Так, тихо.
Закусить. Закусить обязательно.
-Закусывать - это буржуазно.
-Чт...
-Странное место для подполья.
-Безопасно и проверено,
в отличие от вашего.
-Нас ведь кто-то ждал.
Не вы, случайно?
-А смысл? Подставиться самому
и спасти вам жизнь?
-Послушайте, мне кажется, ночью
нам здесь перережут глотки.
-Это мой осведомитель с 1915 года.
Он перережет.
-А? Жаль.
-Надо закусить, Клав.
-Мм...
-Надо!
-Даешь революционный угар!
-Клава, надо закусить! Клав!
-Остановите эту пошлость!
МУЗЫКА СМОЛКАЕТ
-Ой...
-Нынче в моде революционные мотивы.
Давайте "Марсельезу".
ИЗ ЗАЛА: Давай канкан!
-Давайте, давайте.
-Играй!
МУЗЫКАНТЫ ИГРАЮТ "МАРСЕЛЬЕЗУ"
-Подпевайте.
ПОЕТ НА ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКЕ
ПУБЛИКА В ЗАЛЕ НЕСТРОЙНО ПОДПЕВАЕТ
-Девочки!
-Вот девчонка!
-Давайте, давайте.
МУЗЫКАНТЫ ИГРАЮТ КАНКАН
-Во дает! Молодец!
-Эх!
-Прекрасно!
ПЬЯНЫЙ СМЕХ
-Давай!
Давай еще!
-Замечательно!
-Красотка!
-Все, все, идем.
-Нет! Ну!
-Пойдем.
ШЕСТИЧАСНЫЙ: Иди ко мне!
-Где тебя носит?
-Витька ушел, что ли?
-Не было. Что это?
-Витамины. Яйца, колбаса,
шоколад, мед, ананас.
ТИХО: О господи...
А что это?
-Это оно и есть - светлое завтра.
Принцесса...
-Зачем ты меня разбудил,
Конек-горбунок?
Когда спишь, не так есть хочется.
-Конек-горбунок поскакал в дальние
страны и принес возлюбленной
маленькой принцессе дары заморские,
чтобы сон был наяву.
-Да подожди ты кушать-то.
ВСХЛИПЫВАЕТ
На вот... Господи...
-Папа, а что это такое?
-Это ананас.
Попробуй - узнаешь.
-Ведь какие слова-то он говорит!
В таком масштабе, в сяком масштабе!
-Клав...
-Да что...
И ты-то мне противен. Тебе...
-Тихо!
-Ой! Мм...
Уходи.
Нет, стой. Сними с меня
мои сапожки.
Давай.
-Пошел!
-Здрасте.
-А что ты, фраер, стоишь?
Падай вон на шконки -
к одному, где спит...
-Здрасте.
-Так и будешь прыгать?
Или ложись, или катись на хрен.
-Ага.
-Вызывала?
-У нас здесь
свидетель образовался по делу.
-Какой свидетель?
-Ну по убийству, фургон.
Пацан видел, кто деда убивал.
А вчера он видел этого человека
знаешь где?
-Где?
-У чайной дяди Коли.
Как тебе, м?
Давай ешь. Ребята угостили.
-Интересно...
-Ты поел?
-Подождите, а деньги?
Вы же обещали.
-Покажешь - отдам.


Серия 8

ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
-С добрым утром, товарищ!
-Мм...
-Попробуйте. Это лучшее средство
от похмелья.
Надо выпить.
-Нет у меня никакого похмелья.
-А, да что вы!
-Угу.
-Кризис веры, наверное, да? Понимаю.
Вы знаете, это, на самом деле,
тоже своего рода похмелье. Позвольте.
-Да нет у меня никакого кризиса.
Вы опоили меня
и заморочили мне голову.
-Я опоил и заморочил?
-Да.
-А канкан под "Марсельезу"
тоже я отплясывал?
-Канкан под "Марсельезу"...
Ну да, это был спектакль.
-Спектакль?
-Да, представление. Вы показали мне
представление, я показала вам
представление. Око за око.
-Я показал спектакль? Разве?
-Конечно.
-Вы все видели своими глазами.
-А что, собственно, я видела?
Подпольный вертеп?
Несколько мерзавцев,
которые, по вашим словам,
служат в комиссариатах,
и одного оступившегося человека.
-Ничего себе поворот! Оступившегося?
-Да. А как?
А сами-то вы кто, чтоб кидать в него
камень? На людях советский поэт,
а на деле... бандит.
Ну давайте сюда свое пойло.
-И что ты теперь будешь делать?
-М... Ну, для начала
я поговорю с ним.
Предложу одуматься,
вернуть деньги и... мм...
Пока еще не знаю, что еще.
-Ты правда думаешь, что этот хмырь
покраснеет и раскается?
-Ну ты пока еще не раскаялся,
конечно.
Хм... Но ведь каждый человек
достоин... шанса на исправление.
-Ну если танцевать канкан
под "Марсельезу" - это способ
исправления, то я согласен.
УСМЕХАЕТСЯ, КАШЛЯЕТ
-Дурак?
Мм... Работает.
-Еще бы!
-Садись.
Ты за что здесь?
-Упал, когда вы...
-В ЧК ты за что?
-А! Дикий случай.
Я провожал даму, на нас напали
грабители. Я дал отпор.
Тут явились сотрудники ЧК
и благополучно арестовали
меня до выяснения,
как они выразились.
Что-то не так?
-Говоришь как буржуй.
Руки труженые, но без ожогов.
Чинишь что или шьешь?
-Шью.
-Стало быть, наш?
Кондрат.
-Латочкин Павел Тимофеевич.
Очень приятно.
-Я тут тоже ни за что.
Говорят, против власти пошел.
Серп в плакат воткнул.
А я весь день дома был.
А они мне говорят,
что жена с тещей не свидетели.
Я вспомнил, ко мне в тот день
знакомец один заходил.
Он же подтвердит, что я дома был?
Слушай, ежели ты за драку,
тебя же выпустят скоро.
Я тебя, ради Христа, прошу, дойди
до моих. Пускай они его разыщут,
в ЧК приведут.
-Зайду обязательно. Обещаю.
Только вот... боятся нынче люди
в ЧК идти, особенно те,
у кого нелады с властью. Этот
ваш знакомец - он чем занимается?
-Да как бы тебе объяснить...
-Не знаю...
-Ну чего?
-Ну вот сколько. Пиши.
Ну самовары, положим, ты купишь.
-Хе...
-Если из зерна-то гнать,
так это ж подводу в день надо.
А где его столько взять?
-Да не твоя забота.
Вы, главное, это...
качество обеспечьте.
-Моя главная забота - Кондрата
вызволить и про тебя забыть.
Так, может, твой хозяин
заплатит вперед?
-Может, и заплатит...
если вы качество обеспечите.
-А то ты не знаешь качество!
-Убийственный запах.
Откуда такие богатства?
-Да вчера на базаре мамину
старинную брошь поменяла на курицу.
Катеньке доктор прописал куриный бульон.
-А!
-Угу.
-Понятно.
-А ты куда? Завтракать...
-А, да я как-то аппетит
еще не нагулял.
-А я картошки наварила.
-Картошки?
-Картошки.
-Картошки?
А... да как-то...
-Садись.
-Если только одну.
-Чего там одну? Вон пару бери.
-Спасибо.
-Вчера-то за полночь вернулся.
Видать, зазнобу нашел.
-Ну... товарищам помогал по убийству.
-Да?
УСМЕХАЕТСЯ
-Картошечка... Помню,
как-то склад захватили,
а он необычный,
с картошкой тоже был.
-Я вот думаю, может, правда тебе
к Петровой перейти.
Они все уши прожужжали,
как ты бандитов в подвале срезал.
Там комнату сразу дают.
-Так я вас стеснил?
-Что? Да что ты, я же сам предложил.
-Ну предложил... мало ли.
-Господа! Ой... Товарищи!
А вы вчера на Лиговке были.
Я вас узнала. Вы драку
арестовали, помните?
-Драку помню. Вас тоже помню.
-Разбирайтесь.
-Да. Что?
-Помогите, ради бога.
-Что случилось?
-Павла Тимофеевича,
провожатого моего,
вчера так и не выпустили.
-Как - не выпустили?
-А так. Со вчера жду,
и не отпустили.
-Не может быть. Пойдемте разбираться.
Проходите.
-Мил человек, а сбегай
на Семеновскую, купи дюжину эклеров,
а сдачу себе оставь.
-Да, ваше благородие.
-Товарищ!
-Корней!
О... вижу, ты меня тоже узнал.
-Как же, как же!
Господин следователь.
-Не думал, что снова увижу тебя,
да еще и на свободе.
Да еще и при таком параде.
-Так ведь революция всем дала
свободу, господин следователь.
Как все поменялось... Да?
Я при должности, а вы...
Вы, кстати, один?
-Хм... Даже не пытайся.
-Ну что вы!
Напротив. Я страшно рад вас видеть!
Обнимемся?
По-земляцки...
-Дядя Коля за тобой послал.
-Тебя стучаться не учили, да?
Вдруг я не один
или просто занят чем-то интимным.
-Каким?
-В заднице ковыряюсь.
-Ну и чего такого? Я тоже.
-Да нет, ты из нее не вылезаешь.
-Чего сегодня с тобой?
-Вот именно, что сегодня.
Попадись ты мне вчера,
я бы из тебя...
-Да чего стряслось-то?
-Старика ты убил?
-Заложил бы он нас.
-С этого дня ты сам по себе.
-То есть как? А чего мне делать-то?
-Ну хочешь - удавись.
Хочешь - барам сапоги лижи.
Мне все равно.
Но здесь... здесь ты не появляйся.
-Ты чего делаешь? Урод...
-Фрося, а во сколько у нас обед?
-В три.
-В три, да. Угу...
-Охо!
А Родион все-таки умница:
раскусил этого матросика
и выгнал его взашей.
-Как бы хуже не было.
Столько зла от этих матросиков.
-Теперь я понимаю, почему у тебя
три девки, ни одного парня.
-Проходите. Обождите здесь.
Слушай, а где хлыщ с Лиговки?
Драка была, помнишь?
-Не помню. В расход, наверное,
пустили.
-Как - в расход?
-Да шучу я.
-Это родственница его.
-Нечего посторонних водить.
Он в камере. Вчера оформить
не успели.
-Как - в камере? На него напали,
а он в камере?
-Да, мы...
-Гражданочка, минуточку
в коридорчике подождите.
-Извините.
-Ты чего творишь, герой?
Ты меня перед контрой
отчитывать будешь?
-Да какая она тебе контра?
-Контра! Натуральная! А хлыщ,
за которого ты хлопочешь, нэпман.
И раз она с ним шляется, дело ясное.
А если он посидел в камере ночку,
ему полезно будет. Чтоб не забывал,
кто карась, а кто щука.
-Так он с этой шпаной в камере сидит?
Может, они его давным-давно
придушили?
-Этих вчера отпустили.
-Да как так-то? Нападающих отпустили?
-Ты меня учить будешь?!
-Виноват.
-Да...
Ну что ты мне предлагаешь делать, а?
Гопники, мать их!
-Что еще за гопники?
-Гопники - городское общежитие
пролетариата. Живет там всякий сброд,
который вроде бы рабочий класс,
а на самом деле...
-Гопники.
-Да, точно! Отребье! Паразиты полные.
Захотят жрать - выходят на Лиговку
или ниже и натурально
начинают грабить прохожих.
-У них это "гоп-стоп" называется.
-Прикрываясь при этом лозунгами
"Грабь награбленное".
Тронешь их - сразу шум, гам.
За это боролись? Ты скажи мне,
вот за это боролись? М?
Потом сбегается этот гоп
на дележку выручки.
Политический момент.
-Их даже уголовники боятся.
-Понятно.
Так ты освободишь этого нэпмана?
-Да кто-нибудь даст мне огня, а?!
-То есть ты хочешь, чтобы я закрыл
глаза на дела твоих дружков-офицеров?
-Скажу яснее.
Плевать мне на офицеров.
Кочерский - фигляр и пьяница.
Я затеваю собственное дело
с большой перспективой.
Ты не только закроешь глаза -
свои и своих подчиненных, -
но и будешь в деле,
получать свою долю.
-Помилуйте, господин следователь.
Да я за честь почту.
-Чести у тебя нет.
И быть не может.
А вот жадности на семерых барыг
хватит. Когда ты узнаешь,
сколько денег ты сможешь...
Кстати...
мне понадобится твой аптекарь.
-Аптекарь?
-Ну! Ты же не будешь отрицать,
что ты принимаешь седативное,
и очень качественное?
-Я так понимаю, вы за своим порошком.
-Т-ш-ш!
-Мадам столь же глуха,
как Бог к моим молитвам.
Или я бы ей не продавал это.
А вот читать по губам
она пока не научилась.
Пятьдесят.
25 хватит.
Итак! Все в лучшем виде.
Дюжина доз по 20 000 рублей.
Итого...
-Как - 20?
Десять тысяч бумажка.
-Но это была проба.
На базаре, говорят, до сих пор
можно пробовать бесплатно.
Двадцать. Почти даром.
-Кому-то вы сбавляете цену
почти вдвое.
-Вы про одинокую даму, потерявшую
мужа, сына, место, комнату?
А теперь еще и слух.
Как я уже сказал,
Бог глух к моим молитвам и совершенно
перестал заботиться об убогих
и испытывать богатых.
Может, он понадеялся на большевиков.
Так что все приходится делать самому.
Ладно. Скину по тысяче.
-Как же это?
-Что? Мне-то что?
Я вон присела и ждала.
А вам-то горше пришлось,
в тюрьме-то.
-Ну что вы!
Какая тюрьма? Я провел ночь,
можно сказать, с комфортом.
Нынешние арестанты - очень радушные
люди, не то что при царском режиме.
-Ты хочешь сказать, что при царском
режиме в тюрьмах сидело одно зверье,
а сейчас радушные люди?
-Скажите, вы товарищ Петрова?
-Я товарищ Петрова.
-Мой муж, Зимов, кузнец,
арестован был.
-Нэпман тоже?
-Да.
-Пойдем.
-Ой, пойдемте.
-Паша...
-Премного благодарен,
фамильная реликвия.
-Я видел гравировку.
Держите реликвию дома.
-Это он помог мне вам помочь.
Тот, второй, ни в какую,
даже куражился.
-Помочь... Я ведь тоже
должен кое-кому помочь.
Там... в камере человек сидит.
Ни за что.
СТУК В ДВЕРЬ
-Кхм...
Товарищ Шестичасный...
-Н-да...
-Я хотела поговорить с вами...
о вчерашнем.
Вы должны вернуть деньги...
за картину Васи и на трубы.
И конечно, уйти с поста секретаря.
-Чего?
-Вы же понимаете,
что это безнравственно.
-Послушайте, вы... Послушай, ты!..
Ты чего мне тут указываешь, а?
Сама напилась, как последняя шлюха,
пела песенки, танцевала канкан
с голыми девками.
-Я была не в себе.
Выпила случайно. И вообще я не знала,
куда я иду. Мне завязали глаза.
Я готова признать, что я была
в этом... заведении.
-Ага, так.
-Где оно находится?
-А я - нет.
-Что - нет? Не были или не готовы?
-И не был, и не готов.
-Ну, значит, тогда я пойду
в комитет к товарищу Зиновьеву.
Так?
-Да что... Ну что? Вы к нему
не обращались, даже когда у вас
поперли документы.
-Это был мой личный вопрос.
А теперь вопрос о чистоте рядов.
-И вы со своей биографией...
пойдете чернить ответственных
работников, членов партии?
Ну бросьте! Ну все...
-Тогда я пойду в ЧК.
-Еще лучше. Сожительница бандита,
поющая в пьяном виде "Марсельезу"
на сцене борделя в обнимку
с проститутками, обвиняет
с похмелья... Да тебя
шлепнут прям на месте.
Чекисты все равно знают
про эти кабаки.
А ты, как я понял,
вообще даже не знаешь,
где они находятся.
Все, идите.
-Куда?
-Ах!
Хочешь - в ЧК, не хочешь...
Нам нужно написать стенгазету.
"Всем на субботник!"
И выпей уже, чтобы голова прошла.
Не хочет.
-Погуляй. Как плечо?
-По-прежнему справа.
-Ну раз ходишь по ресторанам,
значит, на поправку.
А у меня для тебя есть работа.
-Нет.
-Ты не дослушал.
Надо статейку нацарапать
в "Красной зарнице"
об отравлении спиртом.
-Я человека убил...
из-за тебя.
Ты приказал револьвер зарядить.
-Я тебе жизнь спас.
-М...
-Будь патроны без пороха,
не ты его, а он тебя шлепнул бы.
Зато теперь ты в авторитете
и на полном доверии.
А тот чухонец...
-Он человек! Был человеком!
-А мои пацаны, которые там полегли,
не были людьми?
А началось-то все из-за комсомольца
твоего. Ты обещал, что он не сдаст.
И чем кончилось?
А?!
По-хорошему, надо было бы с тебя
спросить за их смерти.
-Все мы под богом ходим -
и верующие, и атеисты.
У всякого своя вера.
А ежели ты так за людей-то болеешь,
ты подумал, сколько ты жизней
можешь спасти? В городе голод,
а мы с твоей помощью
можем людей накормить.
-Ага... втридорога.
-На то мы и воры. Зато ты святой.
Помоги... страждущим.
Чего ты, получается, зря, что ли,
ручки-то свои в крови замарал?
-Родя, ну убил. Не воротишь.
Можешь из своей доли
хоть весь храм свечами уставить
за упокой этого чухонца. Подумай.
-Если чо, мы с Родей
не разлей вода... были.
Я все его повадки знаю не хуже.
Если чо, могу вместо него
налеты организовывать.
-Тоже мне кореш!
-Зря ты его хоронишь.
Остынет - вернется.
Шпала!
-Ну, иди сюда! Тихо-тихо.
-Ну?
-Вот он.
-Ты уверен, что это он?
Может, просто пиджак приметный?
-Да какой, дядь, пиджак?
Точно он. Матрос.
-Да это не он.
-Да как не он?
Точно он, матросик. Я его
вот так видел, ножичком-то...
Гони теперь косую.
Обещала за наколку.
-Хочешь патрон?
-Я на косую леденцов могу купить.
А патрон сама с...
-Да это шкет. Сюда иди!
Сюда иди!
На! И не груби!
Ладно, пошли.
-Куда?
-Да тут одна дорога.
Ну и где он?
-Никуда он от нас не денется.
ДВОРНИК ЗАКАШЛЯЛСЯ
-Чего стоишь? Помоги.
-Добрый день!
-Добрый день!
Хотите заказать фрак или платье?
-Нет.
Воротничок.
-А... Угу.
Только воротничок?
-Точно такой же. Дюжину.
-Мм... Какой хороший! Английский?
-Да.
-Угу.
-Ну чего вы нам-то позвонили?
-А куды... звонили,
как не в самогонную? Убийства нет.
Грабеж тоже.
Спиртягой эти отравились.
-А чем они за комнату вам платили?
-Сахарин дали.
-Принесите.
Сахарин принесите!
А вы освободите помещение!
-А ну-ка, граждане!
А ну-ка, идите!
Здесь нечего, не помазано!
Все! Давайте.
-Здесь массовое отравление?
-Чего надо?!
-"Красная зарница". Можно пару слов
о третьем массовом отравлении
контрабандным спиртом?
-Ну что ты мне подсовываешь?
Я же тебе сказал,
что нужны целые, хорошие,
а не эта дрянь артельная!
-А это хорошая вещь. Тебе, может,
еще гербовые с серебром?
-Знаешь что! Скажу "гербовые" -
значит, гербовые будешь искать.
На тебе задаток. Красненьких не дам.
На! Довольно с тебя.
-Вот через этого прощелыгу
весь ворованный товар в городе
продается. Ваша мука тоже у него,
если не продал.
-Нужно донести в полицию.
-Окстись!
-Непонятно.
-Опомнись! Что тут непонятного?
Этот хмырь от своих барышей
какого-то начальника из ЧК кормит.
-День добрый! Прошу вас,
у нас совсем не так дорого,
как может показаться.
Что вам предложить?
У нас белье отличного качества.
Сорочки, платки.
СИПЛО: Мне...
-Если у вас какая-нибудь
деликатная проблема,
то я тоже могу вам
кое-что предложить.
-Воротнички нужны.
-О, и у вас воротнички?
-Как?
-Какие воротнички?
-Мужские. А что?
-Нет-нет, ничего.
-Может, вы уже знаете фасон,
материал?
-Мне воротнички нужны
для платья гимназистки.
-Ага, понятно.
Давайте мерочку снимем.
-Нет-нет. Я сама потом подгоню.
-Угу.
-Угу.
-Дюжину воротничков.
СТУК СТАВНИ
-Смог... Смог.
Смог. Смог!
-"Вновь борьба. Внимай, товарищ!
Разве сломит плен героя?
Нет! Он мужество и бодрость
В каждом узнике удвоит..."
-Мне нужна работа.
-"Воин..."
Какая работа?
-Любая. Что там нужно портовикам?
Стихи о буднях, трудовых победах,
планах, агитки, визитки, пилотки -
в общем, что угодно,
но за живые деньги.
-Портовикам не хватает якорей,
чтобы немедленно утопиться.
А ты присядь. Присядь-присядь.
Долго я думал над твоей поэмой -
она ведь про море,
про военных моряков.
И решил я твою поэму послать.
Не всю, конечно, -
отдельные страницы,
потому что всю ее посылать,
сам понимаешь...
-Ну не тяни, сволочь.
Что это?
-Накладная на бумагу.
А вот это...
...ответ лично наркома
по военным и морским делам
товарища Троцкого.
И товарищ Троцкий считает,
что подобные стихи "способны
всколыхнуть и напомнить,
а потому, мать их,
должны быть напечатаны"!
-Дункан, это...
Ты даже не представляешь, это же...
-Ладно, ладно. А сейчас мне нужны
сатирические четверостишия
о недостатках работы в порту.
-Четверостишия?
-Ну, поэму твою когда еще напечатают,
а ты у меня только что просил
любую работу за живые деньги.
-Дункан, ну сволочь же!
-Есть кто живой?
Есть кто живой?
-Ладно! Товарищ начальник,
клянусь чем хотите,
меня и в городе-то не было!
-У меня есть три свидетеля.
А сейчас мы видели, что ты
чуть не шлепнул гражданина
на набережной!
-Гражданина? Да если хотите знать,
это он самый и был, кто фургон
пригнал и старика прирезал.
-Врешь! Я его лично знаю,
это Родион Букин, поэт.
-Ага, поэт. Родя - пират, первый
налетчик и душегуб в Петрограде.
-Ты его знаешь? Адрес есть?
-Знаю. И адрес есть.
Да это... Не сходится, нет.
-Да плевать, что не сходится.
Там разберемся. Поехали.
Конвой, забрать!
-Представляешь,
нам артистку новую наняли. Негра.
-Ага.
-Она, слышь, огнеглотательница.
А ты чего такая?
Ты мне головой тут не труси.
Выкладывай.
Из наших кто обидел или посетитель?
-Не-а.
-Ну-ка.
Руки убери. Руки убери.
Святые угодники... Так, не вздумай
даже реветь. Говори кто.
Я Дине расскажу. Или дяде Коле.
Ну как знаешь.
Уля! А чего бант не подшила?
Ну просила же.
-Товарищ Кумов, тут один иностранец
с нэпманом скандалят.
Притащили какого-то мужика,
говорят, он...
-Что они делают?
-Ну...
-Мне показалось,
вы произнесли слово "скандалят".
-Угу.
-Тащи-ка их сюда.
-Заходь!
-Есть карать по всей строгости,
товарищ Дзержинский!
-Товарищ начальник...
-Цыц!
Рожа знакомая. Кто такой?
-Моя фамилия Шорин.
Я занимаюсь снабжением.
Мы могли видеться, когда я
привозил белье в наркомат.
-Пошел вон!
-А... Как прикажете.
-Это ошибка. Этот человек
есть торговец краденым.
-А ты кто такой есть?
-Я представляю международную
гуманитарную организацию.
-Сволочь ты буржуйская,
я тебя насквозь вижу.
Международная гуманитарная
организация. Прикрываетесь, собаки,
благими намерениями,
а сами людям головы морочите -
мол, советская власть
не может накормить народ!
Пользуетесь временными трудностями,
мерзавцы.
-Вы не имеете права так!..
-Права? А кто тебе тут позволил
следствие вести, да еще
честных людей от дел отвлекать?
Я право имею тебя здесь на месте
расстрелять, как шпиона и интервента.
-Что ж, ваша позиция мне понятна.
-Расстреляю.
Рябов, иди сюда.
Запомни, мы представляем власть.
И весь народ. И от его имени
мы не можем позволить,
чтобы против нас скандалили.
Принеси-ка чайку.
-Эх!
Кому-то шквал в морду брызги мечет,
А мне предлагает сыграть...
чет или нечет.
Клава?
Клава, что с тобой?
ПЛАЧЕТ
-Они паразиты. Ты понимаешь,
что люди свою жизнь отдают революции,
свои души, сердца отдают.
А эти гады притворяются.
Они просто говорят правильные слова -
и все. А сами наживаются, жируют.
Они просто... хуже нэпманов!
-Так было всегда. И так будет.
Это в природе человеческой,
понимаешь?
А я вот в редакции был!
-Надо срочно что-то делать.
Не знаю... Я пойду
в городской комитет, может быть,
или дальше пойду.
-Чем выше начальник,
тем... тверже печень.
-Что?
-Экспромт.
Чем выше начальник,
тем тверже печень.
Кроме червонцев,
пронять его нечем.
-Я не понимаю, при чем тут печень.
-Печень? Так от алкоголя...
От алкоголя печень становится
твердой. Ну... ладно.
-Ты хочешь сказать,
что все наше руководство -
контра, вроде Шестичасного?
-Да они не контра.
Они искренне за революцию, понимаешь?
Ну а что бы они без нее делали?
Ну, положим, Троцкий и Ленин
действительно верят в свой коммунизм.
Ну а остальные...
Они же просто нормальные люди.
Они просто хотят жить -
жить сейчас.
Вкусно есть, мягко спать.
-Да как ты можешь?
Миллионы людей бесплатно работают,
спят на голой земле
и едят черствый хлеб ради будущего.
-Да потому что в настоящем
у них ничего нет. А дай им
жирный кусок сейчас - все,
вцепятся в него зубами.
А, или еще лучше...
Дай им должность, любую,
незначительную, пустячную, - и все,
они смогут оборотить ее
себе на пользу.
-Уходи.
-Клава...
-Уходи, пожалуйста.
Если мне надо будет,
я пойду к Троцкому и к самому Ленину.
А ты... уходи.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-И ни в какую не говорит.
-Значит, петь не может?
-Может, через пару дней оклемается.
-Потрясающе.
Ты не заметила, кто ее увозил?
-Увозил - нет.
Но она в первый вечер уходила
с этим, с молодым пижоном.
-Каким пижоном?
-Он еще рядом с дядей Колей сидел.
С ним еще матрос вертится.
-Понятно.
Весь вечер сегодня на тебе.
Ну, давай-давай, взбодри их!
-Давайте "Цыпленка" сначала,
а там посмотрим.
-Приветствую! Приветствую!
-"Цыпленка". Поехали.
-Вы чего такие грустные?
Вот, сейчас начнется!
ЗАЖИГАТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
Да-да-да! Именно так, именно так.
-Цыпленок жареный, цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали, арестовали,
Велели паспорт показать.
"Без документа?" Прошу агента:
"Не отводи меня в ЧК.
Цыпленок жареный, цыпленок пареный,
Я пострадал от Колчака".
-Все принес?
-Да. Вот... Тут десять доз.
Правда, аптекарь, собака...
-Аптекарь, да, точно.
Адрес пиши.
-Зачем?
-Адрес пиши.
-А что, собственно, писать?
Галерная, 8.
-Не Галерная, а Красная.
-А, ну да. Красная, да.
Красная, 8.
-Пошел вон.
Ключи оставь.
-А?
-Ключи оставь!
Где она?
Ну же.
Посмелее.
-Я хотела...
-Из ЧК больше никто не беспокоил?
-Нет.
-Вот видишь, я держу свое слово.
-Разве вы сегодня
не будете делать укол?
-Сегодня попробуем без укола.
Совсем.
-Но вы...
-Заткнись.
-Ой!
-А я как раз чай попросил.
Будешь?
-Пошла прочь.
-Я просто хотел секрет номера понять:
может, под одеждой что спрятано.
-Я насчет Изольды, певички.
-Ну с этой у меня вообще ничего.
-Это понятно.
Твой семинарист ее придушил.
-То есть как?
-Не насмерть, конечно,
но... петь не будет.
-Погоди-погоди. Родька?
Да он...
-Он и мухи не обидит, конечно!
А обидел же. Даже во вкус вошел.
-Ну не знаю. Не может быть.
-Так пойди и найди, кобелина.
-А где остальные?
-Остальные пали смертью храбрых.
Тут все.
-А господин ротмистр?
-Вон, пьяный дрыхнет.
Учись.
-Компаньон...
-О, спаситель! Выпивку принесли?
-А других вопросов нету?
-Какие могут быть вопросы
у домохозяйки?
-Вечно пьяные эти домохозяйки.
-Дайте мне настоящее дело,
и я буду трезв как стекло.
-Да какое можно вам дать дело?
У вас вон людей почти не осталось.
А те, что остались, похоже,
вам уже не подчиняются.
-Какого черта вы меня отчитываете,
как школяра? Сами-то вы
чем можете похвалиться?
-Я-то? А я сделал то, что обещал.
Человек из ЧК теперь наш.
И теперь нам сам черт не страшен.
Я теперь так развернусь,
что дяде Коле и не снилось.
-Мы.
-Что?
-Я говорю, мы развернемся.
-Ну да, мы.
А вот за это стоит выпить.
-Хороший инструмент.
-Да, хорошо глотки режет.
-Миха!
-Ну, за успех
нашего безнадежного дела.
-"Я взбудоражил ваши нервы,
Я растревожил вашу плоть.
Пусть будет так - вы были первой,
Кто дух мой смог перемолоть.
Я обезглавлен перед вами,
Хотя нисколько не смирен.
Во мне еще трепещет пламень
И бьется пульс в излучье вен.
На них играю, как на скрипке,
Пою, а в шапку - медяки
От вашей ветреной улыбки,
Из вашей ласковой руки".
-Спокойной ночи, мадемуазель.
-Доброй ночи.
-Обожди. Дай я первый пойду.
Он стрелять не будет.
-А вдруг будет?
-Тогда первая пуля - моя.
СТУК В ДВЕРЬ
Это Митя, откройте!
-Здравствуйте!
-Родион дома?
-А что происходит?
-Идите к себе.
-Митя!
-Идите к себе.
-Что происходит?!
-Держи ее.
-Пустите!
Стоять, ЧК! Обыскать все здесь!
-Родион Букин, вы арестованы.
Сдайте оружие.
-А оно там, в комоде.
-Ну что, гад, попался?
-Не понимаю, о чем вы. Я поэт.
Ух, сколько в вас страсти, мадам!
-Сука!
-Вставай, Родион.
-Сгною гниду!
-Митя, он не воровал!
Он раздавал продукты голодающим.
-Это что такое?
Отпустить немедленно, я приказываю!
-Митя!
-Вы что творите, ироды?
-Идите разберитесь! Постойте.
Обещайте мне, что вы разберетесь.
-Боже мой!
-Обещаю.
-Что же это, господи? Сволочи!
СТОНЕТ
-"...И бьется пульс в излучье вен.
На них играю, как на скрипке,
Пою, а в шапку - медяки
От вашей ветреной улыбки,
Из вашей ласковой руки".
ЧТО-ТО ВЫПАЛО ИЗ КАРМАНА
-Да, это его скальпель.
Иди сюда.
Твое предчувствие тебя не обмануло.
Он здесь, в Петрограде.
Но не бойся, он у меня в руках.
Ты слышишь?
В его интересах, чтобы со мной
ничего не случилось.
Скоро мы разбогатеем,
и я увезу тебя очень далеко.
Ты была в Париже?
В Америке была?
Я увезу тебя за океан.
Не бойся.
СТОНЕТ И ПЛАЧЕТ
-Смог ведь. Смог!
И овца цела.


Серия 9

-Господи, да что же это делается...
-Фрося! Ты не видела мою сумочку?
-На мешке с мукой лежала.
-Ну вот же мука.
Он же не о себе думал, а о нас.
О беспризорниках беспокоился.
Нет, я им все докажу.
Я его спасу.
-Я пойду с вами. Сейчас...
-Не пущу!
У вас наверняка сотрясение мозга.
-Это у твоего Митьки
сотрясение мозгов.
Арестовать лучшего друга!
Пригрели змею-лапотника.
А я предупреждал,
классовая разница даст свое.
-Чепуху не говорите.
Митя умный мальчик. Он во всем
разберется, и утром Родю отпустят.
-А если не разберется?
Нет, я должна им всё объяснить.
-Ну куда ночью?
Там патрули, гопники.
-Правда, что Пирата в ЧК забрали?
-Пирата?
-Это они так Родю зовут.
-Да, забрали. Но скоро отпустят.
Я им все объясню, и его отпустят.
-А ты кто такая, чтобы про Родиона
всё объяснять?
-Это знакомая Родиона.
Приехала из Парижу.
Вы для нее документы искали.
-Вы из самого Парижу?
-Мы не для нее документы искали,
а для Пирата. Если Родион за тебя,
то и мы за тебя.
-Вот кто меня в ЧК проводит. Идем.
-А на кой вы из самого Парижу
сюда приперлись? Там же можно было
ателье открыть, модисткой стать.
-Так а здесь
ты можешь стать модельером.
Революционную моду создавать.
-Я вас умоляю!
Посмотрите на эту шантрапу -
кому здесь вообще нужна эта мода?
-Идет! Краля какая!
-Заходи.
-Фамилия, имя, отчество.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
Ну что, на сей раз ты влип,
Родя-Пират.
Тебе как минимум расстрел светит.
-"Как минимум"?
-Да пойми ты, башка ты садовая,
У тебя единственный выход -
помочь следствию,
доказать, что ты наш.
-А чей это - ваш?
-Родь, ну что ты дурака валяешь?
Наши - те, кто за революцию.
-Мм...
-Помнишь, как раньше мечтали?
Мир перевернуть.
"Тех, кто жирует, тех, кто ворует,
в шею гоните..." Помнишь?
-Хватит прятаться,
Хватит бояться...
ВМЕСТЕ: Хотите свободы -
Встаньте возьмите!
-Всем...
ВМЕСТЕ: ...поровну!
И по-братски!
-Конечно, я помню.
И листовки, и стихи,
и казаки с нагайками.
Лешка Шубин...
Нонка Зельдина...
-Да...
Артурчик, Витька...
-Ты помнишь...
Ты помнишь, как мой отец
листовки в Мариинку пронес?
-Конечно, я помню.
Вероника молодец!
В программки их вкладывала.
Молодец девка!
-Да.
Ее еще потом революционные матросы
по кругу пустили и под лед бросили.
Да... Лешку с Нонкой в Москве
в 1918 году расстреляли...
как эсеров. Артурчика прям на улице
расстреляли без суда.
Витька был в Кронштадте. А...
А отец...
-Родь, я... помню твоего папу.
И маму помню.
Перегиб вышел. Родь...
-Перегиб.
-Да, перегиб.
Ошибка. Когда совершается
что-то новое и невиданное
по своим масштабам, а пролетарская
революция - это такое дело,
могут быть ошибки.
-Расстреляли невинного человека!
Какие могут быть ошибки?
Как же это все просто у ваших.
-Зато наши не грабят.
-Да ты, наверное,
один на лапу не берешь.
Ты грабь награбленное!
-Родион Букин!
-Мы так до утра проспорим.
Можно мне в камеру, к своим?
-Пойми, когда Петрова оклемается,
я уже ничем не смогу тебе помочь.
-Твой товарищ Петрова.
Товарищ (!) Петрова.
Да мне уже страшно.
-Хорошо.
Уведите.
-Есть!
Двигай-двигай.
-Спасибо, товарищ!
-Чего шаришься?
-Ой, отдыхайте, товарищ.
Я скоро уйду.
-Куда уйдешь? Ты кто?
РОДЯ ВЗДЫХАЕТ
-Я из комиссии по содержанию тюрем.
Проверяю условия.
-Из комиссии?
-Жрать так хочется!
РАЗГОВОРЫ ЗА ДВЕРЬЮ
-Морозов! К тебе пришли.
-Митя...
Вы же ничего о нем не знаете.
-Разве?
-Вот, прочтите.
Родя - настоящий революционер.
Возможно, последний настоящий
революционер. Он просто не может
смотреть, как революция задыхается,
как она тонет в этом мещанском быте,
во лжи и лицемерии.
-Стихи?
Да это вы о нем ничего не знаете.
Это днем он поэт, а ночью...
-Да. Я знаю.
-Что вы знаете?
-Ну, я была там с ним.
-Где?
-В этом ресторане. Еще
там было много других людей.
-И где этот ресторан?
-Я не знаю. Спросите у Родиона.
-В том-то и дело. Говорить не хочет.
Ничего не хочет говорить.
А раз он не хочет сотрудничать,
он враг.
Ну ничего, переночует в камере -
изменит мнение.
-Нет, Митя, это ты враг.
Я буду разбираться с этим
на высшем уровне.
ШЕПОТОМ: Да.
-Глаза раскройте, плечи расправьте,
Мозоли свои в кулаки сожмите!
Тех, кто жирует, тех, кто ворует,
В шею гоните, гоните, гоните!
ХОРОМ: Спины свои в штык разогните!
Хватит прятаться, хватит бояться!
Хотите свободы - встаньте, возьмите!
Всем поровну и по-братски!
Всем поровну и по-братски!
Всем поровну и по-братски!
Всем поровну и по-братски!
-Тараканы с крысу.
-Угу.
-Вот такие!
-Клопы как шавки!
-А кормежка, кормежка!
Хлеб из опилок, вода гнилая.
-Вода - дерьмо.
-Скверно, скверно, товарищи.
Ну что, вижу, нарушения есть.
Но давайте не будем с вами забывать,
что это вам не Пятигорск,
не санаторий какой-нибудь,
а как-никак тюрьма.
А для тюрьмы, как мне кажется,
вполне сносные условия.
Еда есть, спать можно.
Что ж, я пойду,
а вы ложитесь спать.
-А ты сам попробуй.
-Что-что?
-Сам попробуй тут поспать.
-Верно! Проверь своей шкурой.
-А то ишь, умник, записал он!
Писать-то сейчас все грамотные.
РОДЯ ХМЫКАЕТ
-Ну что ж...
А попробуем.
И вы все тоже ложитесь, товарищи.
Ложитесь спать.
Давайте-давайте.
Так... А я утром все... кхм...
законспектирую. Составим отчет.
-Ничего, потом посмотришь.
Давайте поживее.
-На, посчитай. Успокаивает.
-Еще столько же надо!
-Чайки кричат...
Будто ребенок плачет.
Будто канючит...
"Еще столько же".
Не слышал?
-Еще столько же или...
-Или что?!
-Или никогда больше
никого не найдете.
Так что плати.
-Ладно. Накину еще пару рваных.
Потом поговорим.
Чо встали? Грузите.
-Слушай, помнишь певичку ту,
"ага" которая?
Помогла она в итоге найти ресторан?
-Не слыхал. Ее товарищ Кумов
лично допрашивает.
-Больно долго допрашивает.
Если она знает, где вход,
поехали бы да накрыли,
как в первый день.
-Товарищу Кумову виднее.
А ты сколько в ЧК? Без году неделя?
Погоди. Забыл.
МАЛЬЧИК: Догоню!
-Ну что, так и будешь впотай жрать?
Или пущай ему казенную площадь дают,
или пущай он тоже стражит,
тогда нечего мышей смешить!
ДЕТСКИЕ ГОЛОСА
-Ты бы это, поаккуратнее с одеждой.
Ее ж вернуть надо будет.
-Кому?
-Как - кому? Это ж нэпмана клифт.
Забыл?
-Ты бы это, поговорил с начальником
насчет служебной площади.
-Да. Хорошо.
-Нет, нет! Это решительно
никуда не годится.
-Хороший материал.
Красный, во, все оттенки!
-И что, что красный?
Шить-то из него невозможно!
Я говорю, мне шелк нужен,
а это габардин, тик, кумач.
-Из этого материала шьют
революционные знамена,
а ты считаешь, он не годен
для бабских задниц, да?
-Видите ли, товарищ Шорин, бабы -
они по природе своей туповаты,
а значит, менее революционный пол,
чем мужчины.
А задницы бабские безнадежно
отстали от политического момента.
Отстали мы от кумача, товарищ Шорин.
-Ладно. Поищем шелк для ваших...
отсталых... задниц.
-Сделайте такое одолжение.
Ума не приложу,
где найти красный шелк!
Обидно, заказ большой,
да и задаток получен.
-А что, если покрасить?
Смотрите.
-Зина...
Вы снова меня выручаете.
Вы как будто мой ангел-хранитель.
Но скажите, пожалуйста,
где вы нашли такой краситель?
-В лесу.
-Простите?..
-Сок ягод. Очень стойкий краситель.
Матушка моя работала камеристкой
у графини Потоцкой.
Та до безумия веровала,
что любая красная ягода омолаживает.
Ела их горстями. Пятна вывести
было просто невозможно.
-Голубушка, ну о каких ягодах
вы говорите?
Народ на семь верст уже и листья
сварил, и кору обглодал!
-О волчьих.
-Здравствуйте!
Извините, а...
Вот, простите,
где у вас здесь начальство?
-Товарищ Кумов! Это к вам.
-А... Здравствуйте! Сегодня ночью
ваши сотрудники задержали
одного человека.
И... правильно задержали.
Я... Возможно, но не совсем...
Послушайте, дело в том,
что Родион Букин -
это человек самых...
самых невероятных, светлых,
духовных...
Товарищ Кумов, вы меня слышите?
-Да, разумеется.
-Вот, возьмите эту поэму.
-Давайте. Разберемся. Вы можете идти.
-Нет, я готова дать показания,
полностью признавая свою вину!
-Идите. Я обещаю, мы разберемся.
ШЕПОТОМ: Тряпка.
Ублюдок психический,
возьми себя в руки!
-Вот. Хозяина забрали в ЧК,
так что он достался мне почти даром.
Это мой тебе подарок.
Ну да, он помог.
Но ты не должна волноваться.
Ты теперь здесь будешь хозяйкой.
А Кочерский и его люди будут охранять
это место днем и ночью.
Хватит, хватит о Кочерском.
-В общем, как договаривались.
-В газетах пишут, от финского спирта
кто-то дуба дал.
Двое ослепли, один вообще спятил.
-Да это от советских газет
спятить можно.
Про четвероногую курицу читал?
-Э, вот эта не пойдет.
И эта тоже. Я лучше нарисую.
-Больно ты разборчив. Я вот
твой товар беру, даже не проверяя.
-Ты что, сомневаешься в моем товаре?
-Не я, народ сомневается.
А еще говорят, дядя Коля
настропалился отменный первач гнать.
-Это ты к чему клонишь?
-К тому, что, если моя цена
тебя не устраивает...
-Ну ты и контра!
-От контры слышу.
-Эй, тихо-тихо-тихо! Все, все!
Пошли, пошли. Давай.
-Задержанного на допрос.
-Которого?
-Которого ночью привезли, пирата.
-Веди.
-Погоди минутку. Э... Как зубы?
-Мои в порядке.
-Ага.
-А вот твой пират будет плевать
своими зубами до конца жизни.
-Ну да, ну да.
Кстати, насчет Букина.
-Что, уже расстреляли?
-Нет, в камере.
-Значит, мы с ним разберемся.
-Он не просто грабитель...
-Я понимаю.
-Он...
-Он мне к вечеру свою банду сдаст,
не сомневайся.
-Товарищ Петрова!
-Да-да... просто там...
-Тут вам телеграмма.
Аж лента кончилась.
-Товарищ Кумов, гляньте!
Петровой третий том "Капитала"
по телеграфу пришел!
Аж из Тобольска.
-Почему из Тобольска?
-Да дело у нас тут примечательное.
А "Вестник" писал, что в Тобольске
похожие убийства были,
вот я и послала запрос.
-И что? В чем дело?
-Выходит, что ничего.
Убийцу поймали, а он сбежал.
А если еще взять то,
что после Колчака перевозили архив
и все там перепутали...
-Его поймали?
-Я повторяю: его поймали,
и он сбежал.
Ни фотографий, ни примет, ничего.
-Давайте материалы, я разберусь.
-Это дело в моем ведомстве.
Мы сами разберемся.
-Так что, вести этого?
-Да подожди ты!
Мне еще в мертвецкую надо съездить.
Место приготовить твоему пирату.
КРИЧИТ
-Господи... Простите, вы просто
так неожиданно всегда. Я...
-Девица, что привозил.
-Будет вечером.
-Нет, она должна исчезнуть.
Немедленно.
-То есть как?
-Как угодно!
Получишь от меня...
-Не погубите! Я прошу, не погубите!
Я... Все что угодно,
но только не это.
Я не смогу, я не сумею!
Я все испорчу!
-Ну так найди кого-нибудь.
-А кого я найду? Я кого ни найду -
все под дядей Колей.
Неужели в вашем ведомстве
нельзя это как-то... организовать?
-Никому ни слова, что я приходил.
-Ну...
-Перебор!
-Тише ты.
-Вот разоспался!
И клопы его не грызут!
-Начальство клопы
еще не распробовали.
-Ой...
-Доброе утро!
-Ну что опять еще?
-Поэта твоего нашли.
-Отлично.
-Его в ЧК замели.
-Язва. За что?
-Ну не за девочку же эту.
Он слишком много знает.
Что будешь с ним делать?
-Вытащу его. Дай!
-Накажи его. Аграфена! Сала принеси!
И бульон не забудь!
-Опять ты за свое. Пойми,
не могу я пацанов наказывать за то,
что они девок топчут. А эта твоя,
которая приехала из своего Пскова...
-Топчут - это одно.
А так измываться, знаешь...
-Ладно. Спрошу по справедливости,
когда вызволю. Дай!..
-Знаю я твою справедливость.
Я сама с ним поговорю.
-Ладно.
-Слово?
-Слово.
Спасибо.
-Да.
Ловкая работа!
ШЕПОТОМ: Что угодно?
-Потом.
-Кагором, что ли, красили?
-А это, извините, рассказать не могу.
Фамильный, так сказать, секрет.
-Тоже мне, фамилия!
-А это не мой секрет.
Это изобретение товарища Зины.
-Ну да, повезло тебе с дочкой.
Ладно. Стало быть, если это тот же
белый шелк, только покрашенный,
значит, и цена будет как за белый?
-С какой стати? Цену мы обсудили.
И если на то пошло,
то вас не касается,
где и как мы взяли красный шелк.
Или платите, как сговорено,
или шейте сорочки из кумача.
-Ишь ты, бойкая-то какая, а!
Ладно, 5000 - и договорились.
-Павел Тимофеевич!
-5000 никак невозможно. Никак.
-Ну нет так нет.
Бывайте! Зинуля!
-И не думайте!
-Вот, как видите, работа кипит!
-Кипит! Только в двух самоварах.
-Так а из чего гнать-то?
Сырья-то нет, вы же обещали зерно.
Как зерно будет, мы сразу...
-Будет зерно, будет!
Главное, качество дай.
-Вы даже не сомневайтесь!
Все в лучшем виде будет!
-Угу. Над чем колдуешь?
-Солод готовлю.
-Солод делаем.
-Вот, барыня.
Ты халтурить вздумал, что ли?
-Да вот вам крест!
-Я тебе сейчас на пузе крест вырежу,
понял?! За потроха подвешу!
Ты знаешь,
сколько на самовары потрачено?
-Да что не так-то?
-А ведь он правильно сказал,
не дай тебе бог схалтурить.
Ну, что я говорил?
Отменный продукт.
Осталось зерна добыть. И для этого
мне Родя очень нужен, понимаешь?
-Понимать-то я понимаю,
только и ты меня должен понять.
Даже большевики бабам права дали.
Ну не могу я всякому спускать,
чтобы девочек моих обижали.
Так что ты свою масть держишь,
я - свою.
-Отменный продукт!
-Давай, вари свое пойло!
За каждое зернышко мне отчитаешься!
-Ну вот вроде она, твоя красава.
А говорила, не заробеешь.
-Это от запаха. Еще с утра не жрамши.
-А, с непривычки.
Льда не хватает, душатся покойнички.
-Где платье ее?
-На кой ей теперь платье-то?
-Да не ей - мне, следствию.
На платье могут быть следы,
платье - это улица.
Чего непонятного-то?
Вы же в ЧК работаете.
-Я в покойницкой работаю.
А за платье я не ответственный.
Мне льда нужен воз в день!
А вы приходите - что да как...
-Припомни, воротничок у нее был
на платье или нет?
-Я помню только,
что мне три месяца не плачено, больше
ни о чем другом думать не могу.
Вон куча. Там ее тряпье.
-Это прочь, это...
Уважаемый, вы знаете,
что в этом рецепте?
Так вот, достать можно
только на черном рынке.
-Мне сказали, что вы можете сварить
абсолютно любой препарат.
-Сварить? Сварить можно борщ,
если вы найдете свеклу.
Или клейстер,
если вам не жалко крахмала.
-У меня есть деньги.
Мне не жалко с ними расстаться...
если вы сделаете хороший препарат.
-Какого!..
-Тихо!
-Товарищ Кумов?
А я к вам собирался с деньгами.
-Сегодня?
-Сегодня. Дело у меня к вам.
Думаю, заодно и занесу.
-Дело...
У тебя ко мне дело?
-Угу.
Замели моего человечка
непонятно за что.
Очень надо его вытащить.
Вот-вот запускаем винокурню.
Зерно надо добыть, много зерна.
Родя Букин - помните?
-Родя Букин.
-Который без выстрелов все решает.
-Помню, еще свидетель
против него был.
Ты божился, что не выдаст.
-Василий, комсомолец из активистов.
Так нет уже этого комсомольца,
так что ничего за Родей нет
и быть не может.
-Не все так просто с твоим Букиным.
Еще есть свидетель.
-Кто?
-Певичка. Помнишь?
"Цыпленок жареный".
Вот она и донесла.
-Вот оно как.
-Уберешь ее сегодня же.
И чтобы исчезла, как не было!
А Букина твоего я вытащу.
Но чтобы сегодня же.
-Деньги занести?
-Потом.
-Вот оно как!
Какого черта посуда опять грязная?
Вам сложно приборы
тряпочкой протереть?
Или, может, вас обратно в деревню
отправить, друг друга жрать?
-Все выяснилось... Пошли вон!
-На кухню марш!
-Эта твоя бедняжка...
пока тут пела "Цыпленка",
зато в ЧК - про всех нас.
Родя просто хотел ее заткнуть.
-Это тебе Родя наплел?
-Дина!
Дина!
Это наплел тот, кто его освободит.
Он точно знает.
И наказал, чтобы эта Изольда исчезла.
-Не может этого быть.
-За что купил, за то и продаю.
И когда я его вытащу, ей...
-Когда ты его вытащишь,
я первая с ним поговорю.
Встречу его, провожу до дома
и расскажу, каких трудов
тебе стоило его освободить.
Тебе возле ЧК появляться нельзя.
-Нельзя.
Не одно, так другое.
-Что, он приходил вчера-то?
-Да, опять...
-Пошли вон!
Ты останься.
Это ведь не Родя сделал.
А кто сделал, как я понимаю,
ты не скажешь.
Беги.
Если хочешь жить - исчезни.
-Вам как обычно?
-Дайте-ка два.
-Ключи от склада дай.
-Успокойтесь, товарищи, успокойтесь.
Это не налет, это крыс пришли морить.
-Вон то.
-Ты что творишь, ваше благородие?
Что творишь средь бела дня?
-А ты остынь, голубчик.
А то у меня настроение скверное,
так и жду, на ком зло сорвать.
-Это все тоже ко мне на склад?
-А куда мне это все девать?
У меня двое перекупщиков
отказались все это брать.
Все из-за этой статейки.
Луначарский...
-При чем тут Луначарский?
Я договаривался на 50 ящиков с вами,
а у меня полсклада уже заняли.
-Значит, мы передоговорились.
Это весомый аргумент?
-Э! Э!
СМЕШКИ
Ты кто есть?
-Ну что, дорогие товарищи,
нары немного жестковаты,
но спать на них вполне возможно.
-А под нарами ты не пробовал?
-"Сыпь проступила на звездных небес,
Гложет страну революции сифилис!"
СМЕХ
-Это что, Сомов, что за дрянь?
-Улики по другому делу.
Давай тащи этого пирата на допрос.
-Давай!
-А ну, встали все!
-Тьфу, вы чего?
Меня чуть не убили.
-На допрос пошли.
-А народ тут неплохой.
-Сомов!
ЗдорОво еще раз.
-ЗдорОво.
-Вы куда его?
-На допрос. Петрова вызвала.
Злющая...
-Обожди минуту.
-Какой "обожди"?
-Я тебя прошу. Дело серьезное.
Задержи его... Не знаю... В туалет.
Ты в туалет хочешь?
Хочет. Прошу.
-Должен будешь.
-Само собой.
Товарищ Кумов, разрешите?
-Да.
-Сегодня ночью был задержан
некий гражданин Букин
по подозрению в организации налетов.
Только вот свидетель
крайне ненадежный - матрос,
бывший матрос-анархист.
-Анархист?
-Так точно.
-Почему до сих пор не расстрелян?
-Не могу знать.
-Так что там с этим Букиным?
-Очень непростая ситуация.
Парень он, конечно, шебутной, да,
но нельзя его с обычной контрой
равнять. Нет, он...
Я его с детства знаю,
он в 1905 году еще
листовки в гимназию носил.
Потом - патроны. Нашим.
Наш до мозга костей, просто...
вот так сложилось.
-Свидетелей против него нет?
-Нет, ну, кроме матроса.
-Улик нет, и ты за него ручаешься?
-Да.
-Ну так отпусти его.
-Как?
-Под свою личную ответственность.
-Так точно!
А... Петрова?
-С Петровой я разберусь.
-А...
-М! Кто к нам пришел!
Ну что, почитаешь нам стихов-то?
М?
-Не стихов, а стихи.
Только вам они не нужны.
-Почему?
-Потому что гения строфы -
как сжатый кулак.
-М-м...
-Ай!
-Слушай меня внимательно.
-Обожди, товарищ Петрова,
у меня приказ начальника отдела.
-Это что за дурь?
Он по нашему отделу проходит.
-Теперь нет. По вашему -
только показания анархиста.
А по нашему - вот,
приказ товарища Кумова.
-Дружка выгораживаешь?
-Пытаюсь соблюсти принцип
социалистической справедливости.
-Я это так не оставлю.
-Давай-давай-давай.
-Знаю я эту игру, Митя.
-Какую игру?
-Лед и пламень?
Петрова пытается меня убить,
тут приходишь ты, такой весь
освободитель. Теперь я на колени
упаду и буду стучать тебе как дятел?
-Петрова готова расстрелять тебя
хоть сейчас. Дуй к выходу,
пока она не вернулась.
Другого шанса не будет.
-Секунду. То есть ты хочешь
сказать, что я прямо сейчас
могу уйти через ту дверь?
-Да, и поскорее.
-М-м...
-Ну!
-Неожиданно.
-Товарищ Кумов!
-Это все.
-Вы приказали освободить пирата?
-Какого пирата?
-Налетчика Букина.
-Дверь закройте!
Тут такое дело... не налетчик он,
а наш агент.
-Какой еще агент?
-Наш агент, понимаешь,
товарищ Петрова?
-Почему он мне не сказал?
-Потому и не сказал,
что агент хороший.
Лично передо мной отчитывается
и никому раскрываться больше
не должен.
-Угу.
-Но у нас с тобой, товарищ Петрова,
доверие полное.
Тебе говорю как есть.
-Угу.
Хорошо.
Поняла.
Сомов!
-Что такое?
-Дай-ка. Веди-ка этого матросика
в допросную.
-Родион!
Я знал, что тебя освободят.
Я так и сказал твоей француженке:
"Родя - настоящий революционер,
его поймут и простят".
И она со мной согласилась
и всем все рассказала,
что и как, про революцию и про тебя.
-А где она?
-А я ее домой отправил,
чтобы не замерзла.
Нечего ей у ЧК глаза мозолить.
-Правильно сделал.
Спасибо, что о ней позаботился.
-Пустяки.
-Товарищ Букин? Родион?
Разрешите подвезти вас до дому?
-Чем обязан?
-Хм, голубчик... Много чем.
Ты садись, я тебе расскажу,
чем и кому ты обязан.
Ты что думаешь, тебя ЧК отпустило
за здорово живешь?
-А, так это...
-Да, да, милок.
Да, дядя Коля тебя выкупил.
-Притормози.
-Подожди, подожди.
Мне кажется, мы только что тронулись.
-Да, но нужно пройтись,
обдумать события.
-Дяде Коле ничего не нужно передать?
-Передайте, что ему очень повезло
с женщиной.
-Да, что бы ты без дяди Коли делал?
-Ой...
-Родь, что там было?
Тебя Митька вытащил? Тебя били?
-Страшно было?
-На! Повторяю вопрос!
-Да не было вопроса никакого.
Его как привели,
ты сразу бить начала.
-Слушай сюда, гнида.
Отлежишься денек,
а завтра я тебя выпущу -
и ты будешь докладывать мне
о каждом шаге... О каждом вздохе!
...этого Роди, понял?
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ, СТОНЕТ
-Спасибо.
Не думал, что так тяжело будет.
Я не жалуюсь... просто не думал.
-Ты сильный, работы не боишься.
-Работы не боюсь.
Но разве это работа?
Дай, дай, дай, дай...
Я ведь для них работаю.
Почему же... Почему же я для них
как будто враг?
-Компаньон, а вы понимаете,
что, если вы продолжите
так себя вести, вы провалите
склад Саркисова?
Вы все дело провалите.
-А что я такого сделал?
Я всего лишь указал пекарю
на его место.
Знай сверчок свой шесток.
-А вы в курсе, что эти пекари,
кухарки сейчас у власти?
И чтобы выжить, надо научиться
находить с ними общий язык.
-Знаете, дорогой мой,
лучше застрелиться...
чем говорить на языке
пекарей и кухарок.
-Значит, боюсь,
нам с вами не по пути.
-"Товарищу Ульянову-Ленину
от кандидата в члены РКСМ.
Хочу сообщить о фактах измены
делу революции..."
-Фрося, ну что вы
с оладушками мешаетесь?
-Родненький мой, слава богу!
Я знала, я верила,
что Митя во всем разберется
и отпустит.
-Родя, вас что, били, пытали?
Ну что вы молчите?
Мы здесь с ума сходим, а вы молчите!
Ну скажите хоть слово.
-Родион...
-Пойдемте. Мне надо
сменить вам повязку.
-Мне и здесь удобно.
-А мне - нет.
-Родя, вы мне должны все рассказать.
Я вам помогу.
-Обязательно.
-Я знала, что тебя выпустят.
-М?
-Я ходила в ЧК и разговаривала
с их начальником.
Я объяснила, что ты не бандит.
Вы помирились с Митей?
-Черта с два.
-А как тебя выпустили?
-Ну я же пытался тебе объяснить,
как тут все устроено.
Ты не хочешь верить.
Меня воры выкупили.
-А как же... ЧК и Митя?
Что ты будешь делать?
-Новый мир строить.
Они по-своему, я по-своему.
-А я?
-Придется выбирать.
-Хм!
"...хочу сообщить о фактах измены
делу революции...
Делу революции...
...и сговора
с преступными элементами".
-Товарищ чекист!
-Вы? А что вы тут...
Я больше с вами не работаю,
вас курирует лично товарищ Кумов.
Что случилось?
-Спасите меня, пожалуйста!
Ради Христа!
Ради Ленина, спасите.
Вы не такой - вы хороший,
я знаю, вы честный, ага.
Спасите, спасите...
-Да что с вами? От кого?
-От Кумова.
Он... душегуб.
РЫДАЕТ


Серия 10

-Ну что, теперь вы мне верите?
-Да дело не в том, чтобы я поверил.
Нужно, чтобы поверили остальные.
-И что же делать?
-Вы поднимайтесь домой,
заприте дверь, никого не впускайте.
Я сам во всем разберусь.
-Ага.
А вы... вы вернетесь?
-Конечно.
Что за вопросы?
ЗдорОво.
ШУМ
-ЗдорОво!
-Ты?
-Ты чего тут?
-Да припозднился малехо на работе.
У Жмыха же дочка болеет.
Знаешь, да?
Решил здесь, а здесь не мягко.
-Дак не перина.
-Ну да. У Кумова диван видел
в кабинете.
-Да ты что? Черный?
-Ну да.
-Здоровенный?
-Да.
-Мягкий...
-Может, откроешь?
-Не положено.
-Я... с утра, никто даже не заметит.
-Тогда на кой мне столько ключей
дали? Пошли.
-Я твой должник.
-Уже дважды.
-Договорились.
ВОСКЛИЦАЕТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ ВО СНЕ
-Похоже, в кладовке слишком душно.
Ты кричишь во сне.
Это просто кофе. По-соседски.
Так принято в России.
По крайней мере было принято.
-Ничего, я выпишу еще из Парижа.
Если письмо дойдет.
-Ты знаешь, я могу поспрашивать
у редакции. Наверняка для тебя
найдется работа.
-Я не могу сейчас уйти из комитета.
-Почему?
-Если я уйду, это будет бегство.
А значит, он победил.
-Кто?
-Шестичасный.
Секретарь комитета.
-И что ты собираешься делать?
В ЧК тебе явно не помогут.
-Революцию.
-Ну...
-Ну, а какие планы у тебя на сегодня?
Банк, склад?
-Узнаешь за ужином.
-Да?
-Клавочка, как хорошо, что вы здесь.
Я должна вам кое-что показать.
-В этом доме все говорят загадками?
А что вы мне покажете?
-Вы должны узнать,
как пристегивать Роде воротнички.
Смотрите, какая прелесть!
Заказала в ателье.
Недавно открылось тут неподалеку.
-Фрось, зачем ты?..
-Какая прелесть!
-Что значит "зачем"?
Родион, а ежели помру, кто будет
о тебе заботиться, голубчик?
Макар Николаич?
Ему самому нянька нужна.
-Фрося, не надо, ну...
-Любому гению нянька нужна.
Что б было с Александром Сергеевичем,
если бы не его прекрасная няня?
-Да.
-Значит, я не гений,
мне нянька не нужна.
-Нужна-нужна! Фросечка, пожалуйста,
объясните, как нужно пристегивать
эти потрясающие воротнички.
-Здесь маленькая дырочка,
а здесь пуговка.
-Не надо, Фрося.
-Вот здесь? Надо.
-Руки.
-Вот так.
-Я полагал, что в этом городе
умеют только маршировать и петь
революционные песни. Ан нет!
Какая прекрасная работа!
-Представляете?
-Да.
-А еще в этом городе пляшут канкан
под "Марсельезу".
Мм!
-Сенная!
-Да, выхожу!
Дурак ты, Митя.
-Прости, не удержался.
-Не удержался?
-Да.
-Я тебе диван, а ты мне что?
-Я тебе? Хочешь трамвай
до самой Сенной?
-Спасибо.
-Да. Ну раз ты не уходишь,
у меня к тебе вопрос.
Петрова ведет дело по убийству.
-Так.
-Там маячит один пропавший антиквар,
Бухнер. Вопрос следующий.
-Ты с Петровой до сих пор в контрах?
-Магазин закрыт и опечатан.
Можешь проверить, пожалуйста,
есть ли в описи вот этот предмет?
-Зря ты так.
Попробуй ее понять.
У нее в гражданскую
вся семья сгинула.
Кого белые, кого зеленые,
а кого испанка прибрала.
Да люта она, я не спорю,
но с кем? С контрой!
-Ты проверишь или нет?
-А вот хрен тебе в обе руки.
Не стану.
-Понятно.
Путаешь личное с интересами дела.
-Да нет, брат, это ты путаешь.
Если у тебя есть дело к ней,
сам подойди.
И не надо мне тут записочки носить,
как гимназистка.
-Понятно.
-ЧК у аппарата.
-Что, опять не хватает?
-Это ничего.
Это поправимо.
Просто исправить цифру.
Это легко исправить.
-Павел Тимофеевич, эта женщина вчера,
эта дама - она просто дура.
-Не-не-не. Она права.
Она определенно права,
и я вам не пара.
-Нет, это... Вы все не так говорите.
-Возможно, и не в отцы,
но уж точно не на роль
вашего идеала.
Нет... Зина...
Зина...
Я вас люблю.
Поэтому мы должны
поступить правильно.
Будьте моей женой.
-Делали-делали революцию,
кровь проливали - и зачем?
Чтоб эта вот цаца французская
здесь ходила,
задницей своей крутила?
-Палыч!
-Чо?
-Дело есть на три лимона.
-Неинтересно.
-Как?! Почему?
-На службу тороплюсь.
-Актером, что ли, подрядился?
-Я директором работаю.
-Чего?
-Чего-чего? Крупного производства,
понял меня? "Чего"!
-Ты на себя-то посмотри!
Директором он работает!
Вшей стругаешь или блох разводишь?
ДЕВОЧКА: Пошли на Сенную.
Обоз приехал.
-Не, в глазах от него рябит.
-Соблаговолите, сударь,
вот этот примерьте, пожалуйста.
-Пшел вон отсюда!
-Сударыня, подойдите
попозже, пожалуйста.
-С жилетом?
-Да. Прекрасный выбор, между прочим.
-Раз, два...
Ну?
-Да, да.
Благодарю.
К этому костюму портфельчик
обязательно нужен.
Отличный выбор!
-Товар принимаете?
-Проходите, пожалуйста.
-Как это не можете найти?
-Так ведь в ресторане не появлялась,
с горлом у нее что-то.
А где живет, никто не знает.
-А почему никто не знает? "Не знает"!
По притонам пошастайте -
может, там где-то свалялась.
-Слышал, работа есть. Что за груз?
-Зерно.
Комиссары по деревням сгребли,
теперь гноить будут.
-Годится. Только у меня одно условие.
-Громила! Баб убери!
-Все зерно должно остаться в городе.
-Ты мне еще условия будешь ставить?
После того как я твою шкуру спас?
-Не спас, а выкупил,
чтобы я на тебя работал.
И я ведь не отказываюсь.
Только помнишь, был еще один уговор:
ты работаешь на свой карман,
а я - на людей?
-Ой, ну ладно, ладно.
Успокойся. Сядь. Ну чего ты?
Да не, что мы с тобой
шестками меряемся?
Все зерно останется в Петрограде.
Слово.
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Кто стенгазету делал?
-Товарищи, как вам газета?
-Умереть не встать!
-Угу.
-Это как понимать?
-А это как понимать?
Мы что, на субботнике
зря горбатились?
НЕДОВОЛЬНЫЙ ГУЛ
-Сама-то ручек не марала!
-Объясните толком, что случилось.
-Нечего здесь объяснять.
Вместо пяти два!
-Мы же пять вагонов кирпича
отгрузили, а ты пишешь, два.
-Это же просто позорище на весь порт?
-Нет, это не просто позорище.
Я считаю, что это клевета
на весь комсомол.
Просто провокация, товарищи!
-Ну ладно, может, просто ошибка.
-Ну если это ошибка,
то я исправлю прямо тут.
Но нельзя терять бдительность. Есть
какой-то документ на этот кирпич?
-Документ ей!
-Нет, конечно, где-то есть.
-Вон, кстати, бригадир идет,
у него накладная должна быть.
Товарищ Снытько, подойдите!
-Да-да-да!
-Товарищ Снытько, вы сколько кирпича
отгрузили на субботнике?
-На котором?
-Позавчера!
-Чего орешь? Не помню точно.
-Это как - не помнишь?
Уже до обеда было три, так?
-Ну?
-Товарищ Шестичасный велел
в накладной писать только то,
что после обеда грузили.
-Куда делась утренняя машина кирпича?
-Да.
-А я почем знаю?
Секретарь велел - я записал.
А теперь откройте дорогу,
мне в бухгалтерию срочно надо!
-Ну, значит, и правда ошибка.
-Какая ошибка?
А куда ваш кирпич испарился,
можно мне узнать?
То есть бригада отдала свой выходной,
а вас в отстающие записали?
Нет, так не пойдет. Пошли!
ХОРОМ: Куда?
-К товарищу Шестичасному.
-Так ведь он же секретарь.
-Ну и что? Ведь не Господь Бог.
Пусть разъяснит нам, правильно?
Идем!
-Вы что как мухи полудохлые?
-Так ты нас накорми сначала,
а потом матерись!
-Брюхо-то бунтует -
натощак зерно таскать.
-Или гармониста выпиши нам,
раз мироед такой.
-Да где я вам гармониста?..
-С пролетарским приветом
от работников чайной фабрики
имени товарища Томаса Сойера!
-А кто такой этот товарищ,
как его там? Томас...
-Я не скажу, но точно
известный товарищ из Коминтерна.
-А-а...
-А где в Питере чайная фабрика?
-Активнее, активнее, товарищи!
Хочется успеть пожить при коммунизме.
Ну-ка, врезали!
-И...
-Граждане грузчики,
не ползаем, как бурлаки, -
не на барина работаем,
а на советское светлое будущее!
Ну-ка, в такт!
-Ну что, хоть подохнем весело!
Давай!
-Извините, дорогой товарищ!
А наряд? Бумаги есть?
-Спасибо за бдительность,
дорогой вы мой товарищ!
Айда в контору! А то у меня
там шесть томов по триста строк, а?
С пролетарским приветом от нас вам!
Мы сейчас быстро залетим,
машины загрузим и так же быстро
улетим, никого не задев и не обидев.
По рукам, дорогие товарищи?
-Это что за?..
-Это пролетарский налет.
Но с музыкой.
Если вы за документы - они все тут,
в шести латунных томах.
По два на каждого. И если что,
за оркестром... Тихо! На место.
...стрельбы никто не расслышит.
Да сядьте вы уже.
И руки опустите.
-Быстрей, быстрей!
А я ворота открою.
-Кого-то ищете? Ба! Да это ж ты!
-Ну как идет?
-Да так, помаленьку.
Зерно-то когда будет?
-Когда время придет.
Ты мне что даешь? А ну-ка, принеси
чистый стакан. Живо! Живо, я сказал!
И чтоб самовары к вечеру
собраны все были. Понял меня?
-Это чо такое?
-Так дела идут!
-Я вижу, куда они идут.
Ты чо это на себя нацепил-то?
-Ну я же директор предприятия.
Должен соответствовать.
-Да чихать мне на твое соответствие!
Прежде всего ты мне должен!
-Тихо-тихо-тихо.
Работаем все, работаем!
ШЕПОТОМ: Ты забыл, что ли, зачем я
сюда пришла? Чтоб Кондрата вызволить!
-Я же сказал, деньги будут.
Сегодня зерно привезут, все будет!
-На костюм деньги нашел -
и мне найдешь! И чтоб сегодня!
А то я тебе сейчас тут!..
-Тихо-тихо. Я найду.
Я расшибусь, но найду.
-Давай шевелись!
-Вот чистый.
-Да пошел ты!
Зараза какая!
-Товарищ, я извиняюсь, а где
находится ваша чайная фабрика?
-А чай не вино - много не выпьешь.
-Это да, а все-таки где находится?
-А ты у начальника спроси.
СВИСТИТ
Поехали!
-Спасибо за столь теплый прием.
Но, кажется, пора и честь знать.
И дайте доиграть оркестру,
стараются ведь люди.
Отошли!
Виноват, товарищ.
Никак не разойдемся.
А что вы скажете, товарищ, если
оркестр станет играть тут ежедневно?
Мы можем такое устроить.
-Это было бы здорово.
А скажи, товарищ, где находится
в Питере эта чайная ваша фабрика?
Мы с мужиками
даже не слыхали о такой.
-Зимний дворец знаешь?
-Ну.
-А Петергоф?
-Ну.
-А Кронштадт?
-Слыхал.
-Молодцом! А говоришь, не слыхал.
Иди порадуй всех насчет оркестра.
-Вот он! Товарищ Шестичасный!
-Вот они, голуби мои, летят!
Сработались наконец-то, молодцы. Так,
у меня для вас будет срочное задание.
-Товарищ Шестичасный, у нас ЧП.
-Вот что!
-Да.
-Так.
-На последнем субботнике бригада
отгрузила пять вагонов кирпича.
Вы распорядились
написать в накладной два.
Это выставило бригаду в дурном свете,
товарищи возмущены.
-Кто именно возмущен?
-Товарищ Шестичасный,
два вагона - это очень мало.
Впору писать "Позор!",
а не "Молодцы!", правильно?
-Нужно исправлять. Напишите пять...
Лучше шесть!
Нет, так не надо писать, потому что
это уже немножко с перегибом будет.
Напишите так: "Пять.
И большие молодцы!"
Справедливо?
-Ага.
-Так, Тарас и Раечка
срочно едут в Смольный.
-Послушайте, а что же случилось
с остальным кирпичом?
Куда он испарился?
Почему на него нет накладной?
-Кирпич был отгружен... в наркомат.
-Ага. А в какой?
-В наркомат... по делам
промышленности и строительства.
Ну, разумеется, товарищи попросили
меня о помощи, и я просто
не стал разводить формализм.
Я удовлетворил ваше любопытство?
-Да! Да, это замечательная новость,
товарищи. Ведь у нас трубы прорвало,
а это значит, что мы можем обратиться
в наркомат по строительству,
и они нам помогут без лишней
волокиты. Ура, товарищи!
ХОРОМ: Ура!
-Ну это...
-Это шефская помощь,
и я лично отправлюсь договариваться
в наркомат. Вот сейчас газету
перепишу и поеду. Скажите,
пожалуйста, товарищ Шестичасный,
к кому мне там обратиться?
-Будьте любезны...
Товарищ Клавдия,
пройдемте, я вам все объясню.
ШЕПОТОМ: Ты что мне тут
варьете устроила?
-Борюсь с хищениями.
-Ты что, со мной воевать задумала?
-Это не война, Шестичасный,
это революция.
-Клава...
-Тут проверить надо кое-что.
Ты говорила, основная версия
по фургону - это ограбление
антиквара Бухнера. Так вот.
-Откуда это?
-Ну...
сказать не могу. Данные разведки.
-Разведки?
-Да.
-От поэта?
Я сегодня утром только докумекала,
почему у него все без стрельбы-то
обходится. Потому что он наш, так?
-Ну...
-Мог бы и намекнуть. Мы проверили
по описи - не хватает того пейзажа,
кресел, стола и клавикорда.
А клавикорд этот всплыл
во время нападения на конвой.
Поставили на дороге,
чтобы колонну перегородить.
Выходит, он и правда твой агент?
-Да...
-Ну, ловко, ловко.
Выходит, он в самом логове у них
окопался, и скоро сволочь эту
мы одним ударом.
-Да. А как иначе?
-Бывает иначе, бывает.
-Угу.
-Слушай, покажи вот этот список
своему поэту.
Если что увидит - дай знать.
-Хорошо. У меня к тебе тоже просьба
будет. Помнишь, ты говорила
про убийство нехорошее?
Гулящую придушили.
-А тебе зачем?
-Хочу кое-что проверить.
-Ой, я хотела вам напомнить,
что мама не совсем здорова.
-Я помню, конечно. Мы не задержимся.
-Я не об этом. Она у меня...
Пойдемте.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, профессор!
-Здравствуйте!
-Мам! Мама!
-Здравствуйте!
-Здрасте!
-Проспалась -
как с родней повидалась.
-Мама!
-Ах, вы уже тут,
милостивый государь?
-Позвольте представиться...
-Мадеры не принес?
-Я же не употребляю,
да и декрет.
-Зато я употребляю. Заходи!
-Давайте.
-Давайте.
-Разденемся.
-Давайте помогу.
Не до церемоний.
-Спасибо.
-Пожалуйста. Так.
-Так, это сюда... Вот, цветы.
-Я решился просить руки
вашей дочери.
-Да что же только руки?
Ты ее всю проси, целиком.
А забирай ее с глаз долой, забирай.
-Мама!
Постой. Грязная же.
-Так а чего еще-то?
Он сказал, он не употребляет.
Вы знаете, а я мадеру очень люблю.
Даже больше хереса. Я в прежние
деньки такие вина пивала!
Я служила камеристкой в прежние
времена, и господа никогда
не скупились, перед тем как...
-Мама, пожалуйста.
-Но она у меня не такая.
Она уж я даже не знаю в кого.
Я не помню в кого!
СМЕЮТСЯ
-Мама, пожалуйста.
Что? А, да.
-Пряник.
-Я шоколад больше люблю.
Вот были времена. Если уж кто
и пострадал от революции,
так это вот я. А вы знаете,
у меня был майор...
Он меня всю обмазывал шоколадом.
-Мама!
-Ой! Ну не буду.
-Приехали!
-Новый склад?
-Склад? Бери выше -
наше производство.
-Производство чего?
-Чего-чего... Известно чего -
самогонки. Вот директор.
Будешь ему сдавать зерно.
-Иван Павлович.
-Самогонку? Три машины зерна
на самогонку?
-Ой, ты даже не пробовал,
что это за самогонка.
Это чистый мед.
-На Лиговке из обоев похлебку варят,
а вы два вагона зерна
на самогонку решили пустить?
-Знаешь, сколько у нас там
самоваров поставлено? Это...
-А ну, разворачивай машину!
-Что ты сказал?
-Родя, Родя, не кричи,
тут тебе не богадельня.
Если есть вопросы - сам их и задай.
Причем знаешь кому.
А сейчас бери деньги и...
-Пошел ты!
-Много у вас тут таких - идейных?
-Давай-давай.
-Выгружай!
-Сколько, вы говорите, ящиков?
-10, но могу еще достать.
-10 - многовато. Шесть возьму.
По три за бутылку.
-Помилуйте, по три - это грабеж.
-Даже этого много, учитывая последние
события: отравление вашим хваленым
спиртом, статьи в газетах.
-Это ложь, нас подставили.
-Значит, не договорились?
-Послушайте, вы меня режете без ножа.
Ладно, ваша взяла. Вечером доставлю.
Пошли.
-Уберите руки! Мы музыканты!
Мы не бандиты!
-Мы играли просто!
-Не сломай!
-Это что за цирк, Сомов, а?
-Банду взяли.
Похоже, ту самую. Два вагона зерна
с сортировки сняли.
Без единого выстрела.
-Да какая банда?!
Мы оркестр из цирка,
нас пригласили выступить.
-Ага, сыграть для налетчиков, да?
Эти гады музыку играли,
чтобы выстрелов не слышно было.
А этот - громче всех.
-У меня инструмент такой.
-Я тебе дам инструмент!
-Так, тихо! Тихо все!
Музыканты, говорите?
ОДНОВРЕМЕННО ПОДТВЕРЖДАЮТ
Молчать! Я спрашиваю,
один отвечает. Один.
Как выглядел тот гражданин,
который попросил вас сыграть?
-Крупный. Усищи такие пышные,
и в буденовке.
-Ну что, ребята, разбираем этот цирк
по одному, а я с этим лично
в подвале поболтаю.
-Не надо в подвал, прошу вас!
У него усы и буденовка,
я клянусь вам! Я понял,
у него усы клееные.
У нас в цирке силачи такие клеят.
-Отставить! Воробьев,
отставить с подвалом!
А вы? Вы что помните? Имена, приметы.
-Имя... имя знаю.
-Да что ты!
-Ей-богу!
Мы когда грузились, там один из них
этого усатого Родей назвал.
Родион, стало быть.
-Точно?
-Точно Родя. А этот усатый ему еще:
"Какой я тебе Родя?" Прямо так.
-Не тот ли это Родя-пират?
-Да вряд ли. Мало ли Родионов
в Петрограде? Ты знаешь что?
Поспрашивай этот цирк,
допроси подробно, а я потом проверю.
-Так точно.
-Давайте.
-Пожалуйста,
подождите, я же говорю,
это недоразумение.
-Имя?
-Владимир.
-Сомов, иди сюда.
Ночью ты дежурил?
-Так точно.
-В кабинет ко мне
кто-нибудь заходил?
-Из посторонних никого.
-А не из посторонних?
-Морозова я пустил на диван поспать.
А то он лег прямо здесь, на скамейке.
Неудобно. Пропало что?
-Что могло пропасть?
-Я не знаю, это вы спрашиваете.
-Я спрашиваю, потому что ЧК -
это не проходной двор и не ночлежка.
-Согласен.
-Что тут у вас?
-Банду взяли. Зерно с сортировочной
вывезли. Без стрельбы.
-Опять без свидетелей?
-Да тут такая петрушка -
не разберешь, кто свидетель,
а кто налетчик.
-Ладно, держи в курсе.
Морозов где?
-На улице его видел.
-Ты не понимаешь.
Ее нужно убрать, потому что...
этот человек нас раздавит.
-Это ты меня, Коленька,
не понимаешь. Если ему так нужно
ее убрать, так давай ее спрячем
до поры до времени.
Тогда будет чем крыться.
-Ты меня надул!
-Родя!
-Руки!
-Родя!
-Опустили!
-Опустите. Родечка, родненький...
-Мадам, я могу избавить вас
от этого зрелища, хотя голову
морочили мне именно вы.
-Я? Это вы о чем?
-А вы не знаете?!
Не знаете, что зерно,
которое мы сегодня бомбанули,
пустят на самогон?
-Я обещал оставить зерно
в Петрограде - оно все осталось.
-Зато я тебе ничего не обещал.
-Родион, не делайте глупостей.
Если вы убьете - вам конец.
А голодающих это не спасет.
-Зато зерно никто не пустит
на самогон.
-Окститесь, Родиончик.
Производство это даже не остановит.
Вы же умный молодой человек.
Посмотрите на него. Что, этот неуч
что-то решает? Уйди отсюда.
Он сам на коротком поводке.
-Ой, у кого?
-У чекистов же.
-Дина!
-Что "Дина"? При теперешней власти
можно воровать разве что
кошелек у торговки, и то...
-Так кто же хозяин
этой винокурни?
-Думайте.
Он вам не скажет.
Может, дружок твой подсобит?
Кто вас освободил - тот и хозяин.
-Не слушай ее. Баба.
А зерно - что с ним делать?
В следующий раз возьмем крупу,
можешь сам торговать.
-А следующего раза не будет.
-"Неуч, на коротком поводке..."
Как ты обо мне думаешь!
-Тебе что, хотелось быть умным
красавцем с перерезанным горлом?
-Да лучше быть трупом
с перерезанным горлом, чем униженным
перед этим ничтожным писакой.
Черканет в какой-нибудь газетенке:
"Дядя Коля - неуч на коротком
поводке". Да, позор навек.
-Не знаю. Ничего мне не интересно.
Главное, что ты у меня
самый лучший, самый сильный.
Главное - живой.
Ну чего? Я глупая баба -
чего с меня взять-то?
Мое дело - мужиков развлекать.
Сегодня, кстати, петь-то некому.
Придется мне самой.
Как в старые добрые времена.
-А может, я штраф какой уплачу?
-Чего?
-Товарищ Морозов!
-Да.
-Сколько у тебя есть?
-Мне доложили,
вы ночевали в моем кабинете.
-Да... там с бумагами допоздна сидел.
У Жмыха же дочка - не хотел будить.
-Вам нужно свое жилье.
-Я перебьюсь.
-Мои люди не должны перебиваться.
Я привык ценить и защищать
верных мне людей,
так что ваши проблемы -
это мои проблемы, и я их решу.
-Большое спасибо.
Только я не вам верен.
-Не мне?
-Не вам. Революции.
Советской России.
-Правильно. Революции мы все верны,
только... одни ей просто верны,
а другие жилы рвут, жизнью рискуют.
А она не всегда по заслугам
может наградить тех,
кто этого достоин.
-Угу.
-А я могу.
-Да. Как раз вопрос хотел задать
по поводу девушки Изольды,
которая теперь агент наш, да?
Она тоже жизнью рискует
ради революции. И...
-Товарищ Изольда
героически погибла
от рук бандитов.
-Как - погибла?
-Героически.
Но мы отомстим... люто.
-Тут к вам...
-Чего там?
-Ну этот ваш.
-Добрый вечер!
-Здрасте.
-Простите, что без предупреждения,
но дело больно срочное.
-Что? С зерном что-то не так?
-Упаси господь. Зерно замочили.
У меня другой вопросец.
У меня родственник угодил в ЧК.
Случайно... почти.
И вроде как за деньги
его можно оттуда...
-Шабаш. До Пасхи из ЧК
никого вытащить не могу.
Наряды кончились.
-А... вы меня не так поняли.
Мне как раз надобно,
чтобы он оттуда не вышел.
ТИХО: Понятно.
-Позовите начальника!
Позовите начальника!
Пролетария безвинного
в темнице держат!
Требую начальника!
-Изольда, вы где?
-Ой!
Ой, это вы? Господи...
-Что с вами?
-Я так боюсь. Я каждого шороха боюсь.
Я каждого скрипа боюсь.
Я, кажется... Боюсь.
-Я пришел осмотреть горло ваше.
Снаружи. Расстегните...
пару пуговиц. Все-все...
-Вот.
-Угу.
-Упражнялся он.
-Как?
-Упражнялся. Вот как я гаммы учу,
так и он упражнялся.
Совсем, было, задушит...
потом вроде как отпустит.
Вроде хвалит себя: "Смог я, смог".
Не уходите, я прошу вас.
Тут и ЧК ваше рядом.
У меня картошка есть,
у меня сахарин есть.
-Не могу. Я по долгу службы
права не имею.
-Я не трону ваш долг.
-Да ну куда?..
-Не уходите.
-Да ну что вы? Я...
-Прошу вас.
-Я вас прошу.
-Не уходите. Хотите,
я вам кровать свою уступлю.
-Да ни в коем случае.
-На полу здесь лягу.
Я чувствую, что-то случится.
Не зря он велел
столько воротничков заказать.
-Охрана, конечно, вам нужна.
-Нужна. Спасу нет, как нужна.
-Но на полу лягу я.
Есть что кинуть?
-Угу.
-Держите.
-Цыпленок жареный, цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали, арестовали,
Велели пачпорт показать.
Без документа. Прошу агента:
"Не отводи меня в ЧК".
Цыпленок жареный, цыпленок пареный,
Я пострадал от Колчака.
Я не советский, я не кадетский,
Я не ученый анархист.
Не саботировал, не спекулировал
И не крапил, играя в вист.
Пусть нет закона для самогона
И очень дорог марафет,
Открыт для счастья
борец с безвластьем,
Для всех доступный горсовет.
Цыпленок жареный, цыпленок пареный.
Цыпленка можно обижать.
Цыпленок жареный, цыпленок пареный,
Тебе теперь не убежать.
Гони монету в карман Совету.
Тебя не трудно раздавить
И на коленочки поставить к стеночке.
Чекисты тоже хочуть жить.
Карета царская, пора бунтарская
Среди закусок и гробов.
Поет и плачет и слезы прячет
Весь мир голодных и рабов.
Цыпленок жареный, цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали, арестовали,
Велели пачпорт показать.
Его поймали, арестовали,
Велели паспорт показать.
ПУБЛИКА ЛИКУЕТ
-Браво!
-И это странно.
-Помилуйте, да что же тут странного?
-А странно, что вы не отказываетесь
от меня после всего увиденного
и услышанного. Либо вам все равно,
что я за человек...
-Вы чудесный человек.
И я люблю вас.
И ничто не остановит меня.
Идемте.
-А в деревне Покровке
чекисты детей едят!
-Да врешь ты все!
ГОВОРЯТ НАПЕРЕБОЙ
-Привет, пираты!
А у меня сегодня ничего нет.
-О, привет.
-Я завтра что-нибудь придумаю.
-А мы мыла принесли для Фроси.
Она сказала, что воротнички
нечем стирать.
-Украли?
-Обижаешь. Выменяли.
-На дырку в кармане?
-На брошку.
-А брошку украли?
-Выменяли. На курицу.
-Значит, курицу украли?
-Ее спасли.
-От чего?
-От голодной смерти.
УСМЕХАЕТСЯ
-Ну ты гуманист и фантазер!
-Есть в кого.
-Ну и дальше что?
-Вот. Мой друг Петька по приюту -
он там был, еле-еле убежал.
-Родион!
А где же очередной мешок?
-Нынче только мыло.
И то... подарили.
А как твоя революсьон?
-Набирает силу. Благодарю.
А у нас гость.
Точнее, у тебя.
А еще точнее, гостья.
Вот Дора. Мы познакомились,
попили чай.
-Добрый вечер, Родион!
-Присаживайся.
-Ради бога, простите
за поздний визит.
-Да ничего, мы поздно ложимся.
-Ах... А... Спасибо Клавдии,
любезно позволила мне
подождать вас здесь.
-Да, признаться...
-Я... буквально на минуточку.
Я... То есть, конечно, не я - мы...
Наша газета. Хотим заказать
вам статью. Ряд статей.
Цикл. Острых, точных, ядовитых...
Венок сонетов в прозе.
В свойственном вам
великолепном стиле.
Наше руководство считает тему
очень острой и злободневной.
Гонорар сразу. И даже
я могу выплатить вам аванс.
У меня с собой.
-А какая тема?
-А я не сказала, Родион?
-Нет.
-Самогон. Острый бич и угроза.
-Самогон? Серьезно?
-Вы считаете, что это мелко
для вас?
-Наоборот.
Вы даже не представляете,
насколько это крупная проблема
и какую угрозу она несет.
-То есть... вы беретесь?
-Да.
Да, мы беремся.
-Дора Капитоновна, душа моя,
ну не могу же я допустить,
чтобы вы бегали с моим авансом
по ночному городу.
-Родион...
УСМЕХАЕТСЯ
В таком случае... вот.
Ну, буду... мы будем ждать
с нетерпением.
Дерзайте!
-Угу.
-Провожать не надо. Спасибо за чай.
-Всегда рады.
Ты себе даже не представляешь,
как я рада!
Это ведь возможность для тебя
сделать наконец-то что-то полезное,
не идущее вразрез с законом.
-Да это ты просто не представляешь,
откуда у меня материал.
-Ты что, опять кого-то ограбил?
-Клав, посмотри, мне кажется
или нужно пришить воротничок?
Посмотришь?
-Какой воротничок, Родя?
Я у тебя серьезно спрашиваю.
-Эх, как жаль...
А мне так понравилось.
-Что случилось?
-Просто ветер.
Не хочу, чтобы вы простыли.
Иначе работа встанет.
-Ой...
-Какая неожиданная встреча!
И где же, интересно,
ваша замечательная трость?
-А ее чекисты отобрали.
Чтобы не задевал добрых людей.
-Во!
-Уверен, что и без трости
я смогу вам дать достойный отпор.
-Очень интересно...
будет на это посмотреть.
-Чо, страшно, морда нэпманская?
-Он не нэпман, товарищи.
Это ошибка.
-За ошибку бьют не шибко.
А за так - прям в пятак.
-Пожалуйста! Помогите!
Помогите!
СТУЧИТ
Помогите кто-нибудь!
Помогите!
-Чего творишь, дура?
-Убивают! Я прошу вас!
Нет, не уходите!
ВДАЛЕКЕ СВИСТ ПАТРУЛЯ
-Шухер, шухер! Валим!
-Валим! Шухер!
-Уходим!
-Да погодите!
-Почему мы бежим?
Там же патруль, ЧК, наши.
-Ой... Какие же наши?
Вы так и не поняли.
Нет тут для вас наших.
Бандиты - бандиты. Белые - белые.
А вы для остальных нэпман,
чуждый элемент.
-Я же все же труженик.
Я полезный, нужный член общества.
-Горе вы луковое.
Никому вы не нужны, кроме меня.
Идемте, пока снова
в ЧК не оказались.


Серия 11

-Вот, командарм подъехал.
-Здравия желаю, товарищи!
Бойцы твои?
-Так точно!
-Молодцы!
Здорово, орлы!
ХОРОМ: Служу трудовому народу!
-Будем фотографироваться.
-Вставайте.
-С дороги в горле пересохло.
-Чаю или сельтерской?
-С дороги у меня пересохло в горле.
-Спиртным не торгуем.
-А можно мне бутылочку с собой?
-Извиняюсь, на вынос не торгуем.
Разве что... выйдете из вокзала
налево, там лавка керосиновая.
У них есть.
-Так запросто?
-Чего сложного?
-Ты что, еще не ложился?
-Тихо-тихо.
-Что это?
-Статья про самогон.
Надо успеть сдать в набор.
Утром уже прочтешь в газете.
-Подожди. Уже?!
-Да.
-Дай. Прочти.
-Я опаздываю.
-Ну прочти мне хоть что-нибудь.
-Хорошо.
Взъерошила мысли,
что бытом пристыжены.
Бросила в легкие воздуха горсть.
Рванула из кресел,
до пола просиженных.
Толкнула взашей и шепнула: "Авось".
-Фрося!
Фрося, поди сюда!
Фрось!
-Ты чего орешь
ни свет ни заря?
-Убираться у меня
теперь будешь. В комнате моей.
-Чего?
Ты что же думаешь,
в костюмчик нарядился -
и теперь можешь людей унижать?
Для тебя, пьянь подзаборная,
я Ефросинья Ивановна, понятно?
И тазик мой верни!
А потом будешь своими бумажками
размахивать!
-Ты... Старая карга!
Ты у меня еще пожалеешь!
Вы у меня все здесь пожалеете,
поняли?!
Что встала?!
-Неужто ни один двор?
Напрягите память, сосредоточьтесь.
-Да не помню я.
У вас же все дворы одинаковые.
Вот у нас - где грядка,
где стена сгнила.
А у вас один камень вон.
-Понимаю. Вот, окно заколочено.
-Да не помню я.
Меня господин Шорин,
то есть товарищ Шорин, -
он меня в пролетке привозил.
А потом... я не помню,
как я шла.
-Ну, снова здорово.
Чего здесь реветь-то?
-А как не реветь-то?
Коли я сейчас этот двор вам не найду,
вы же меня из списка свидетелей
вычеркнете. А как же я
без вашей поддержки?
Я ведь пропаду.
-При чем тут это?
Свидетель вы или нет -
вы под защитой советской власти.
Конечно, с нэпманом
и разным элементом особый разговор,
но если вы возьметесь за ум...
Поступите, скажем, на фабрику.
...то я гарантирую полную защиту.
Так, давайте перейдем на ту сторону,
тоже там посмотрим.
-Угу. А можно я?..
-Да, конечно.
ВСХЛИПЫВАЕТ
-Так все плохо?
-Гениально.
Это "Капитал", "Марсельеза".
Я умоляю вас, Родион,
давайте поставим это в финал.
А сейчас что-то безобидное,
на злобу дня.
-Оно и есть безобидное.
Это для разгона. А следующая статья
уже будет бомбой, как и обещал.
-Тогда я немедленно
ставлю это в набор.
Номер уже в наборе. Но я побегу.
Погодите, если это не бомба,
то вам необходим псевдоним, иначе...
-Псевдоним?
Как вам... Спартак Путилов?
-Ага, роскошно.
Только лучше Путилова.
Прасковья Путилова.
-Прасковья?
Прасковья так Прасковья.
-Какого черта тут происходит?
Ты что себе позволяешь?
-Понадобилась срочно партия.
-Срочно понадобилась...
Твое? Замки зачем срывать?
-Я же тебе сказал, что срочно.
Миха!
-Едем!
-"Едем"... Если бы я не пришел,
так бы и уехал, не закрыв.
-Если бы да кабы. Ты же пришел.
Иди закрывай.
-Товарищ Кумов, тут к вам...
-Это что?
-Особо уполномоченный Совнаркома
товарищ Тальтс.
-Как добрались?
-По железной дороге.
-На вокзале купили?
-На вокзале торгуют в розлив,
а это рядом, в керосинной лавке.
-Ну да.
Слева там. Знаем.
-Что значит "знаем"?
Если знаете, то какого черта
не накроете их?
-Накроем. В самое ближайшее время.
А сперва выявим источники,
связи, маршруты контрабанды.
Чаю хотите?
-То есть вы выявляете, выявляете...
а торговле не препятствуете.
-Еще как препятствуем.
Ежедневно проводим рейды,
допросы, конфискации.
Так что насчет чаю?
Цейлонский.
-Цейлонский?
Впрочем, чему удивляться?
Вы ведь главный борец
со спекуляцией в городе.
-На что это вы сейчас намекаете?
-Намекаю?
Намекать бы я начал издалека.
Подключите меня.
-Подключить?
-Угу. К ближайшему ежедневному рейду.
Надеюсь, он пройдет сегодня.
-А как же! Как раз готовились.
Товарищ Жмых, возьми пятерых
и этого... Морозова.
Вот вам адрес.
Там должен быть склад.
-Жорин - фамилия.
-Шорин! Числится снабженцем
при какой-то артели.
Скупщик, в общем.
-И много она стекол-то побила?
-Ну, одно-то уж точно.
И дверь чуть не сломала.
И это нас буквально спасло.
-Так Зина теперь отсыпается?
-Да, и к лучшему.
До ее прихода надо тут все закончить,
так что давайте за дело.
Надо здесь все убрать, все почистить.
-Так вот Зина-то и могла бы
это все пошить.
-Только ей ни слова.
Чтобы она его даже не видела.
-Почему?
-Потому что для нее это платье.
Подвенечное.
Мадам Зинон...
-Должен признаться,
что вы разгадали
мой маленький секрет.
-Угу. Да вы пострел,
Павел Тимофеевич.
На свадьбу-то пригласите?
-Хм...
ВДАЛЕКЕ ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Прячьте, прячьте, прячьте.
-Да это покупатель.
-Ага.
-Ну вот почему? Одним все,
а другим шиш.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Глядите на него! Начальник.
-И вам доброе утро.
-А скажи-ка ты мне, начальник,
а кто у тебя работать будет?
Мое слово - кремень.
Денег нет - до свидания.
-Вот!
Здесь даже больше, чем сговорено.
-Ой...
Только это... лишнее давай отсчитаем.
Мне подачек от тебя не надо.
-Бог с этим.
Ежели выгорит все с самогоном,
то буду как сыр в масле,
а вам оно понадобится.
Вы Кондрата вытащить-то сумеете?
-Обещали-с.
-Ну... в добрый путь.
В добрый путь. И низкий вам поклон
за помощь.
-Ага. Ну... Так а сам-то ты как?
Справишься?
-Ну... сделал все, что смог.
Там уж как бог даст.
Если что, не поминайте лихом.
-Ага.
Ну рецепт записал.
Пойду я.
-В добрый час.
-С комприветом!
-Пролетарии всех стран!
-Я была в наркомате.
Никакого кирпича мы им не отгружали.
У них есть свои бригады.
-И что?
-Ну как - что? Выходит, что
три ваших вагона попросту похищены.
Отгружены куда-то
и, наверное, проданы.
-Кем проданы?
-Ну как - кем?
Тем, кто распоряжение отдал.
Тем, кто про наркомат соврал.
Тем, кто все это покрывает.
-Товарищ Шестичасный?
-Вообще, ходят слухи...
-Да какие слухи!
Порошок яичный - два ящика привезли,
но нарком ни слуху ни духу.
А что, кровельный забыли?
-Да погоди ты со своим кровельным!
Что ты предлагаешь?
-Я предлагаю устроить расследование.
А до этого момента отстранить
товарища Шестичасного.
Я еще не в комсомоле,
но вы можете это сделать.
Вы можете собрать собрание
хоть сегодня.
Объявление у меня готово.
-А кто будет вместо Шестичасного?
Ты?
-Нет. Мне нельзя.
Да я и не справлюсь.
Тут нужен человек. Вот Тарас.
-Э... Я?
-Да.
А чем ты не секретарь? Ты что,
идейно подкачал или умом не вышел?
-Ну...
Ну, вообще-то, я могу.
Я же звеньевой в бригаде,
и вообще уважают меня в доках.
Даже знаешь что старики говорят?
-А почему все время мужики?
У нас, вообще-то, равноправие.
-Да это я так, для примера.
Вы можете выдвинуть две кандидатуры.
Тараса и Раису. И кто больше голосов
наберет, тот и секретарь. Да?
Ну что, я вешаю?
-Да, вешай.
-Давай.
-Сенсационное разоблачение!
Сенсационное разоблачение!
Самогонное озеро посреди Петрограда!
Дядь! Дядь, оглох, что ли?
Сдачи нету.
-Дай тогда пять.
-Дай экземпляр.
-Кончились.
Есть номер "Якоря".
"Как разбогатеть за один день?"
-Нет, спасибо.
-Товарищ!
Возьмите, товарищ!
А то я случайно купил пять.
Читай!
-Дяди Коли нету?
-Сам жду.
В цеху чего?
-Чего? А! Нет.
В цеху все хорошо. Солод зреет...
Мне бы дядю Колю по делу одному.
Он подсобить обещал.
-Обещал - сделает.
-Ага.
-У тебя все?
-Да.
У меня обстоятельства.
Мне б побыстрее, а?
-А он тянуть не привык.
Ты моргнуть не успеешь.
-Но так-то оно так.
-А вот сейчас моргну,
а тебя здесь уже не будет.
-Это... А где ж я?
-В цеху, дубина! Солод проращиваешь.
Или чем ты там занимаешься.
-А! Да, да...
Про дело не забудь напомнить.
-Ну что, море, табачком-то не богат?
-Ничем не богат.
-За что ж тебя так подсветили-то?
-Ни за что.
-Ну мне-то можно сказать.
-Вот и говорю: ни за что.
На своем стоял. Так что у них теперь
нет другого пути,
кроме как меня выпустить.
-Ну знаешь, другой-то путь
всегда есть.
-Есть. Но меня выпустят.
Не сегодня - завтра выпустят,
вот увидишь.
-Гостинец тебе от дяди Коли.
-Это для чего?
-Вон мужик на нижних нарах лежит,
видишь?
-Понял.
-Угу.
-Ночью.
-Ночью! Ты сам сказал,
тебя сегодня выпустят.
Так что сейчас давай.
-Сейчас?
-Сейчас.
Что ж ты, падла, карту-то
под себя бросаешь, а?!
-Чего?
-Чего-чего!
-Завелись, черти...
-Ах ты падла!
КРИКИ, ШУМ ДРАКИ
ВДОХ ОТ БОЛИ
ВЫСТРЕЛ
-Стоять!
Тебя что, не касается?
Встать!
Вот черт.
-Н-да, не густо.
-Для этого нужны деньги,
много денег. Где их взять?
-Это на самый черный день.
-Угу.
-Угу.
-Спасибо.
-Пожалуйста.
-Ах!
-Ух!
СМЕХ
Да, бедновато у тебя.
-К вечеру все раскупают.
Вот что есть.
-Сухарей нам.
-А это новые деньги?
-А это лучше, чем деньги.
Это мандат на два мешка сухарей.
Понял?
-У меня нет сухарей.
-Да мне плевать, что нет.
Мандат есть, значит, гони,
что положено, иначе мы весь твой хлеб
реквизируем.
-Как это - реквизируете?
Кто вам дал такое право?
-А я свои права
еще в 1917-м сам взял, понял?
И не для того я революцию делал,
чтобы ты, нэпманская харя,
мне тут рожи строил.
Ложи, что видишь.
-Стой!
-Дернешься еще раз -
совсем пристрелю.
-10 грамм, даже 12.
Что вы вытворяете?
Вы думаете, это безобидный препарат?
Валерьянка? Так и валерьянку...
-Да.
-Что это за "да"?
"Да" в смысле ответа на мой вопрос
или "да"...
-Да, мне нужен килограмм.
-Килограмм?
Да вы хоть понимаете, сколько ну...
-Это аванс.
-Вы ведь недавно с фронта?
-Месяц как коня сдал.
-Мм... Как вам на новой службе?
-Ну... служба как служба.
Главное, что теперь
приходится служить народу своему,
а не всяким там.
-Это верно.
Как с питанием, с жильем?
С обмундированием?
-Да как... Всем сейчас сложно.
-Не обидно, что приходится
снова жизнью рисковать,
под бандитские пули идти,
хотя паек у вас не больше,
чем у рабочего?
-А на кого обижаться? И за что?
Мы что, наемники какие - торговаться?
Не за жирный кусок
мы революцию делаем и защищаем.
Странные вопросы вы задаете,
товарищ уполномоченный.
-Извини. Это я тебя проверял.
-А меня проверять не след.
Меня на всех фронтах
пять лет проверяли.
-Суровый у вас товарищ.
Принципиальный.
-У нас все такие.
У каждого свои принципы.
ТИХО: Валим.
-Угу.
-Ну, давай.
-Вы товарищ Шорин?
-Дашь лимон - буду Шорин.
А так я Васильев.
И документы имею.
-У нас есть информация,
что здесь скупают краденое.
Выдадите добровольно
или нам провести обыск?
-А мне что? Идите копайтесь.
Идите посмотрите, какое там краденое.
Какое с помоек, какое ишшо откуда.
-Где сейчас Шорин?
-А мне что?
-Проверь повозку.
-Не смейте!
-Пойдем посмотрим.
-Что такое?
-Покажешь.
-Ну, за такие деньги только обрез.
Есть у меня один.
Хороший, из мосинки, но правда,
приклад немного расщепился.
Зато казенная часть в полном порядке.
-Покажи.
-Он у меня не здесь же.
-А где?
-Ой, ладно.
Давай деньги - завтра принесу.
-Ты меня за дурня не держи.
Пойдем покажешь.
-Что, прям щас?
-Да.
Пойдем-пойдем.
-Ой... Матвей, я отойду, подмени.
-Дрянь она. Чего тут искать?
-А ну-ка, посторонись.
-Разрешите дать показания?
-Т-ш-ш.
Нашли. Нашли...
-Что нашли? Обрез где?
-Скупка краденого.
-Отметьте мою помощь следствию.
-А где твой хозяин?
-Должно, в торговых рядах.
Ну или у дяди Коли,
в чайной. Он там часто ошивается,
а я тут так... принеси, подай,
охраняй, посвети.
-Пропало... Все пропало.
И я пропал.
-Стой!
-Читали?
-А то!
Самогонное озеро - ловко придумано.
-Так что, накрылась лавочка?
-С какой стати? Наоборот.
Я Путилову расцеловать готов
за такие слова.
-Какие слова?
-Вот такие.
"ЧК не видит, что происходит
в городе". Лучше не придумаешь.
Многие наши самогонку
не покупают из-за запрета,
а тут ясно написано, что ЧК
не видит - покупайте, не бойтесь.
А, или вот: "Самогоны
местного производства
вытеснили заграничный спирт".
Ну чем не реклама?
А ты, часом, не знаешь,
кто эта сама Прасковья Путилова?
Уж больно забористо пишет.
Не то что ты, рифмоплет.
-Черт, какой же я идиот!
-А ты тут при чем?
Обиделся, что ли?
Ты лучше делом докажи,
что не хуже можешь.
Возьми и напиши, я заплачу.
Могу материальчик подкинуть.
Возьмешься?
-Да дура ваша Путилова.
-Дина! Позовите Дину. Где Дина?
-Дина Ивановна уехала.
-Куда?
-Спросил - послала к черту.
ЖЕНСКИЕ РАДОСТНЫЕ КРИКИ
-Ты помнишь.
-Такое забудешь...
-Может, надо было тогда застрелиться
вдвоем к чертовой матери?
-Я застрелилась,
и пуля до сих пор здесь.
-Да, если бы ты тогда не бросила
меня ради своего бандита,
пела бы со мной в Париже
или в Нью-Йорке.
-Если бы да кабы...
Главное, что ты сейчас здесь,
ты принял мое предложение. Спасибо.
-Как я мог отказать богине?
-Тихо.
-Что?
-У дяди Коли везде свои глаза и уши.
Я тебе сняла номер в отеле.
-Номер в отеле?
Так что же мы стоим? Вперед!
-Товарищ Кумов, к вам товарищ
с важным донесением.
-Пусть войдет.
-Товарищ Кумов...
Беда. Беда, товарищ Кумов.
Сотрудники ваши склад мой
разоряют прямо сейчас.
-Знаю. Не успел тебя упредить.
-Как - знаете?
-Уполномоченный приехал
из Москвы прямо по твою душу.
Список у него,
и ты в нем первым номером.
У тебя что на складе, оружие?
-Какое оружие? Свят, свят.
Значит, из Москвы?
Уполномоченный.
-Раз уж ты пришел, может,
тебе явку с повинной оформить?
-Спасибо, я знаю, у вас что так,
что так - приговор один.
-Ладно. Пару дней не высовывайся,
пока я с ним не разберусь.
-Ага. А потом?
-Потом наверстаешь свои убытки.
-Ага. А товар вернут?
-Забудь, все реквизируют.
-А на каком основании?
-Спасибо скажи, что жив.
-Спасибо.
-Не слышу!
-Спасибо, товарищ Кумов.
Большое спасибо.
-Здесь прорези для глаз?
-Где вы видите прорези для глаз?
-Я подумал, вы не успели
их дорисовать.
-Тогда этим и закончите.
Это все.
Как видите, прорезей тут нет.
Это шоры, сквозь них не смотрят.
Но, прежде чем надеть их,
человек должен почувствовать,
что эти шоры не чета конским, поэтому
используйте свой лучший бархат
и лучшие кружева.
-Количество?
-Сделайте дюжину черных
вот с таким кружевом
и дюжину серых вот с таким.
-Если дело пойдет?
-Дело пойдет. Справитесь с этим -
будут еще заказы.
В накладе вы не останетесь.
-Теперь мы шьем шоры.
-Тарас!
Стой, Тарас.
-А?
-Это ты объявление сорвал?
-Не сорвал, а снял.
-Почему?
-Потому что мы все обсудили,
предложение твое.
-И что?
-Решили, что ты контра,
подосланная европейской буржуазией,
чтобы вбить клин и мутить воду.
И вообще, нужно тебя сдать в ЧК!
-А что же не сдали?
-Товарищ Шестичасный взял тебя
на поруки. Считает, что ты изменишь
взгляды и там всякое такое.
-А яичный порошок тебе тоже
товарищ Шестичасный выдал?
-Выдал! Но это не твое дело, контра!
-А я говорю, краденое.
-Да не крал я!
-Жмых...
-А?
-Тебя начальство кличет.
-Кого? Именно меня?
-Нет, тебя и этого фронтовика Митьку.
Найди его - и живо к начальству.
-Ну? Сколько? Семь тысяч? Пять? Две?
-Да не крал я!
-Конфискую!
-Добавишь?
-Дяденька, не крал я!
-Смотря зачем зовут.
-Возьмите деревенского.
Крепенький! Хороший.
-Мама! Спасибо большое.
Очень кстати.
ШУМНО ВТЯГИВАЕТ НОСОМ
-Не вы ли товарищ Сомов?
-Был, есть и буду. А вы кто?
-Фрол Данилыч велели кланяться.
-Там и ему не хворать.
-Фрол Данилыч сказывали, что говорили
с вами насчет зятя моего.
Зимов Кондрат, кузнец.
По ошибке ведь взяли.
Я вот тут принесла,
как сговорено. Вот.
-Что такое?
-Деньги.
Новыми, все до копеечки.
Пересчитай. Уж помоги зятю.
ЧИХАЕТ
Будь здоров!
Возьми.
-Это что такое?!
МАЛЬЧИК: Деньги! Деньги!
-Контра.
-Ой!
-Это что?
Взятка? Вы арестованы.
Это взятка - считай, спекуляция.
Ко мне в отдел пойдет.
-Да как же?..
-Эта гнида пытается совесть
у тебя купить, так?!
Стало быть, спекуляция!
Тащи ее в допросную!
-Как же это?
-Улики не растеряйте.
-Как же это? Но... Я это...
Ой! Как же это, а?!
Так я ведь это...
Да как же?.. Ой! Ой! Ой!
-Пиши.
-Чего это?
Неграмотный я.
-Ну крестик поставь.
-Говорят, сегодня вы целый склад
накрыли! Поздравляю!
-Было дело. Уведите!
-Есть.
Двигай, двигай!
-Хотела все у тебя спросить
насчет того моряка...
-Так.
-...которого мы с Букиным взяли.
Как думаешь, что с ним делать?
Он контра?
-Контра, конечно.
-Тогда шлепнуть его надо.
-Не знаю пока.
Ну а как твое дело
с убийством гулящих?
-Все идет своим чередом.
А что? Есть новости?
-Ну... Допустим, в ЧК придет женщина
и скажет: "Меня душил мужчина,
как ту, и еще воротник срезал"...
-Надо брать этого гада.
-Ну а если этот гад - сотрудник ЧК?
-Нашего?
-Ну и в принципе. Придет женщина
и скажет: "Меня душил сотрудник ЧК".
-Значит, эту стерву надо шлепнуть
за клевету на нашего товарища.
-Угу...
То есть ты мысли не допускаешь,
что сотрудник ЧК или там партийный
работник может быть преступником?
-Я допускаю эту мысль.
Но ты пойми, идет война,
и война не на жизнь, а на смерть.
И если мы будем друг друга
подозревать, то конец нам.
Сначала надо контру добить,
а потом уже между собой разберемся.
-То есть если твой преступник
окажется сотрудником ЧК...
-Ты можешь нормально объяснить,
кто он, кто она?
-Да нет, я просто так.
Просто спросил.
Не бери в голову. Ладно, пойду.
-Заводи!
-Ну как? Готов?
ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Деньги...
-У меня нет больше,
честно, правда.
-Деньги забрали в ЧК,
а Кондрата даже не вывели!
Ой, господи!
-Глянь, готов?
-Ой, батюшки...
Ой, батюшки...
-А я почем знаю?
-Обещался помочь,
а сегодня на попятную.
А тут еще... товарищ его:
"Взятка! Подкуп!" Насилу ушла!
Что же теперь делать-то, а?
Как Тоське-то сказать?
-Да погодите, погодите! Вы деньги-то
вашему человеку принесли?
-Понесла... Земляк наш...
Моего свата сестра ему золовка!
Сговорились на сумму, а он вдруг!..
-А он вдруг кричать начал, да?
-Да.
-Расстрелом угрожал?
А потом появился другой, добренький?
-А откуда вы зна...
-И он вас отпустил,
а денежки забрал?
-Да.
-Нет, ну надо же, а!
Что советская власть,
что не советская -
ни черта не меняется!
-Да говори ты толком,
откуда знаешь, как было.
-Да вы что, не понимаете,
что провели они вас? Этот ваш человек
Кондрата в глаза не видел!
Он вам хоть записку от него передал?
-Нет. Так на кой мне записка-то?
Я ж неграмотная.
-Да какая разница,
грамотная, не грамотная!
Им только того и надо -
деньги забрать, а вас пугнуть,
чтобы вы молчали! Как чувствовал,
что надо с вами идти!
Хоть бы деньги были сохранны теперь!
-Что ж теперь делать?
-Не знаю!
ПЛАЧЕТ
Не знаю.
-Батюшки...
-Хотя погодите, есть одна мысль.
Надо с людьми поговорить.
-Поговори. Голубчик, милый,
поговори! Христом Богом тебя прошу!
-Да буде, буде. Помогу я, помогу.
Только нам деньги опять теперь нужны.
-Так вы вот это... посмотрите,
солод-то готов или как?
-О господи...
-Ну-ка, ну-ка. Ой!
Вставайте. Ну-ка, поглядите.
-Ой... Где?
-Как он?
-Ой...
Не очень.
-Не готов он еще,
иди отсюда к едрене матери!
-А вот...
РЫДАЕТ
-Ну все-все-все. Пойдем-пойдем.
-Слушай, Жмых, что там с этой
контрой, которая мне взятку совала?
-А, с этой? Да я ее давно
в расход пустил.
-Как - в расход? Так сразу?
-Не сразу. Просили протокол,
потом в расход.
-Жестко вы с ней.
-А иначе нельзя, потому что эта гнида
покусилась на самое ценное -
на нашу с тобой
революционную совесть.
-Мне за такие деньги
из мосинки предлагали.
-Что ж не взял?
Не нравится - давай назад.
-Беру.
Патронов подкинешь?
-Ну вот и наше логово.
-Да.
-Сцена.
-Ага.
-Где ты сегодня будешь звездить.
Коленька, дорогой мой,
посмотри, кого я встретила!
Совершенно случайно,
проездом из Москвы.
-Так уж и случайно?
-Здравствуй, Коленька!
Парадный вход впечатляет.
-Колина идея.
-Да?
-Угу.
-Пефекто!
Ну почти случайно, почти!
Я думал, что случайно,
пока я не услышал,
что петь-то у вас некому.
-Нет, сегодня только шампанское.
-Так что я приехал спасать
ваши уши и ваши души.
-Замечательно шутит.
-Ну что, Динуля, Диночка,
нашу старинную?
-Замечательный.
-Может, пристрелить его?
-Барышня, спасибо, барышня.
-Браво!
-Браво!
-"Шарфик".
Давай!
НАСВИСТЫВАЕТ
Крутится, вертится шарф голубой,
Крутится, вертится над головой,
Крутится, вертится, хочет упасть,
Кавалер барышню хочет украсть.
Где эта улица, где этот дом,
Где эта барышня, что я влюблен?
Вот эта улица, вот этот дом,
Вот эта барышня, что я влюблен.
Плечики белые, в глазках огонь,
Я положу ей на сердце ладонь,
Лаской из дома с собой уведу.
Верьте не верьте - имейте в виду.
Только пустите меня до нее,
Я расскажу ей про чувство свое,
Ей подарю не сапфир, не алмаз,
А шарик земной один будет для нас.
Крутится, вертится шарф голубой,
Крутится, вертится над головой,
Крутится, вертится, хочет упасть,
Кавалер барышню хочет украсть.
Крутится, вертится, хочет упасть,
Кавалер барышню хочет украсть!
-Браво!
-Браво!
-А чего дверь нараспашку?
-Беги!
-Бросай оружие, я из ЧК!
-Я тоже!
-Петрова, ты, что ли? Маузер опусти!
-Сначала ты мне скажешь, кто это -
агент, свидетель
или жертва нападения? Ну?!
-Спокойно. Я все объясню.
-Смотрю, и у тебя день не задался.
-Они пошли за ним.
И не потому, что он прав,
а потому, что им так проще.
-Знаешь, есть вещи, которые люди
просто не хотят знать.
Ни видеть, ни слышать,
ни читать в газете.
-Но мы попытались.
-Верно.
-И мы попытаемся снова.
-Завтра же.
-Я так тебя ждала...
-А я так к тебе спешил!
-Только теперь не спеши, хорошо?
-Хорошо, не буду.
Какой предпочитаете ритм?
-Гекзаметр.
-О как!
-Угу.
-Ну-ка, что это у тебя там?
А мне нравится.
А вот это, кстати, лучше.
-Вы меня совсем запутали.
То есть ты хочешь сказать,
что товарищ Кумов вступил в сговор
с врагом?
-Факт.
-Этот факт может доказать только она,
потому что все доказательства
находятся в квартире, а адрес
квартиры не знает никто, да?
-Да.
-То есть мы должны
доверять какой-то...
-Петрова, ну, проверь, я прошу тебя!
Салон Бухнера. В нем рамка была.
Теперь эта рамка висит
в кабинете у Кумова.
В ней Ленин. Ну сходи проверь.
-А ты в курсе, что Родю
твой начальник назначил агентом?
-Кумов Родю агентом?
-Важнейшим.
-Да там... Помогает мне помаленьку.
-Помаленьку?
-Да.
-Так это он сортировочную-то
разгрузил под музыку.
-Не может быть.
-Угу. Значит так. Я проверю рамку,
а ты разберись со своим стукачком.
-Хорошо.
-Завтра встречаемся
и будем решать, что с этим делать.
Ну а вы адрес ищите,
где квартира-то находится.
А то у нас...
-Я репу принес. Сваришь?
-По непаханой земле
Некому печалиться,
В придорожном ковыле
Чьи-то кони скалятся.
На полях лютует сныть,
Глянешь - сердце точится.
Ах, как хочется косить,
Воевать не хочется!
Потеряли седоков,
Злые, ошалелые.
Поделили мужиков
В красные да в белые.
Стопка водки на столе
Не манит, не радует.
След кровавый на седле -
ОбразА с лампадою.
Только горе не избыть -
По пятам волочится.
Ах, как хочется забыть,
Вспоминать не хочется!
Слезы вьются, словно нить,
Но не истончаются.
Ах, как хочется любить -
Да не получается!
Слезы вьются, словно нить,
Но не истончаются.
Ах, как хочется любить -
Да...
Не получается!
-Браво!
-Браво!


Серия 12

-М?
-Это потрясающе написано.
Просто... "Отравленный пояс"
какой-то.
-А что толку? Что толку,
если ресторану дяди Коли
это только на руку?
Бесплатная реклама.
-А почему ты не напишешь
адрес этого ресторана?
-А для кого? Кто поедет его
закрывать, если он работает
с высочайшего соизволения
руководства ЧК?
Нет, вот если... Если в этой же
статье указать фамилию того,
кто дядей Колей командует...
-Тебя послушаешь -
не стоит и пытаться.
Ну напишешь ты эту фамилию.
И где гарантия, что другой,
более главный чекист его арестует?
И где гарантия, что на место
этого казнокрада не придет другой,
еще более жадный?
-Ну ладно-ладно.
Ты права. Ерундой занимаюсь.
Никому не нужны эти статьи.
Спалить этот ресторан
к чертовой матери, вот что!
-Напиши про Шестичасного! Про то,
как он комсомольские деньги спускает.
-Ладно.
Но ресторан все равно нужно спалить.
-Хорошо, ты напишешь
про Шестичасного,
и ресторан мы спалим.
-Спалим!
-Любезный, как насчет обновить?
-А как насчет расплатиться?
-Один момент!
Ты знаешь, кто я такой?
Чтобы на этот раз не просто
холодненькую, а чтобы запотевшую!
Все, не благодари!
-Слушаюсь!
-Однако!
Расплатиться! Как в столовке!
-Пролетариат!
-Похабное местечко, вы не находите?
А главное, скучное!
Как вообще вы терпите такое
отношение, я не понимаю!
-А мы знакомы?
Очень приятно, очень.
А вы знаете,
иногда здесь бывает недурно.
Там певичка поет, музыка играет...
Вот сейчас.
Давайте "Цыпленок жареный"!
Сейчас!
-"Цыпленка" нам!
-"Цыпленка" нам!
-Как-то не спешат.
-Как-то не спешат еще!
Знаете, я очень рад вам.
Вы знаете, кто я?
Один момент!
Женщина-факел, давай это...
"Цыпленка жареного" давай зови мне!
Так, позовите певичку,
которая поет "Цыпленка"!
-Товарищ, сюда нельзя.
Она не работает сегодня.
За столик присядьте, пожалуйста.
-Что такое? Как это - не работает?!
А-а!
Отпусти!
-Ты можешь понежнее общаться?
-Вы мне руку отдавили!
Вы знаете, кто я такой?
Вы знаете, кто я такой?!
-Уберите. Это неделикатность.
Мы знаем, кто вы такой.
-Это очень важный человек!
-Да это очень важный человек,
мы знаем, мы знаем. Захаживает.
О, вот это вот!
Что, хотите "Цыпленка"? Музыканты,
давайте "Жареного цыпленка"!
Певичку позовите! Это очень хорошо!
-Спасибо!
-Хотите - "Цыпленка",
хотите - "Шарабан", что хотите!
Да-да-да...
Это весьма кстати...
-Горим!
КРИЧИТ
-Горим!
-Горим!
КРИКИ, ПАНИКА
-Спите, спите.
Обошел вокруг дома - все хорошо.
-Ага.
-Я вас закрою. Не переживайте.
-Ага. Как спать?
Я тут от каждого шороха вздрагиваю.
У меня сердце так стучит,
так стучит, что сейчас
прямо выпрыгнет.
Чувствуете?
-Нет.
-Совсем не чувствуете?
-Нет.
-А вот так?
-Ничего не чувствую,
я же сотрудник ЧК. Ну что вы?
-А что, сотрудники ЧК не чувствуют?
Совсем ничего?
-Совсем ничего.
-А вот я чувствую! Я очень чувствую.
Поцелуй меня, обними, ведь на тебя
только надежда, миленький,
спаси меня! Поцелуй!
-Ложитесь спать! Конечно, чувствую.
Чувствую. Но не могу я.
Не положено. Я на посту же,
в конце концов.
Что вы смеетесь?
-Радуюсь.
Я уж думала, ты ко мне
совсем ничего не чувствуешь.
А раз так, то тогда стой на посту,
а я потерплю, ага!
-Договорились.
Я пошел.
-Стой!
-Я это.
-Тебя и жду.
-Муку привез?
-Мукой Шорин занимается.
-Мне плевать,
кто из вас занимается.
У нас уговор был.
Нет муки - чеши отсюда
со своим спиртом.
-Я, кажется, в прошлый раз
все объяснил.
-Я тебя прекрасно понял.
-Это что, обрез?
-Аргумент.
-И что, патроны есть
и стрелять умеешь?
-Не промахнусь!
-А зачем тебе обрез?
-Для защиты завоеваний,
чтобы потом спокойно работать
без таких, как ты.
-А потом обратно -
из мясников в телята?
Пролетарий заклейменный.
Ну что, стрелять будешь?
КРИКИ
-Тихо-тихо!
-Спасибо, товарищ!
Закурить не будет?
-Не курю.
-Едва не погорели!
-В таком шалмане это вопрос времени.
Тем более для человека,
занимающего такой пост...
-Мы знакомы?
-Пока нет.
Но я тот человек, с которым люди
вашего положения ищут знакомства.
Вы поймите, у меня
совсем другой коленкор.
Нет этого сброда, никаких драк.
И главное, все анонимно.
И там нет этого ужасного напитка,
запах которого будет выдавать вас
с головой целых два дня.
-Я сейчас еще...
-Вы еще не готовы
оценить мое предложение.
Вот моя визитка. Позвоните,
а лучше сразу заезжайте.
-Хозяева! Есть кто живой?
-Эй, ты чего там?
Ты чего там выглядываешь, а?
-Прошу меня извинить.
Там на двери замок повешен.
-Да, там замок от таких,
как ты, ворюга!
-Я не вор! Меня просили передать,
человек один, Кондрат.
-Что? Что вы сказали про Кондрата?
-Позвольте представиться.
Фамилия моя Ласточкин, зовут меня...
-Товарищ, мне чихать, как вас зовут,
скажите, где вы видели Кондрата!
-Два дня назад я был задержан ЧК.
Чудовищное недоразумение,
если разобраться...
-Товарищ, я вас прошу!
-Так вот, он просил передать,
чтобы вы разыскали некоего Палыча,
чтобы тот подтвердил,
что заходил к вам. Показаниям
родственников ЧК не поверит,
так что...
-Замок. Снимите замок,
это мама от посторонних вешает.
Господи боже, Кондрат...
Рассказывайте.
-Дина где?
-Домой поехала.
-Что?!
-Ванну принять.
-Ванну...
-Ущерб посчитали?
-Пока только по кухне,
и то приблизительный,
со слов официантов.
Шесть столиков не расплатилось.
Шесть самогона, два хереса,
рыба и цыпленок жареный.
-Кошмар. Вот буквально кошмар!
Николай Петрович...
-Найдешь мебель, светильники, шторы -
сегодня же!
-Да-да, я постараюсь.
Но у меня ведь тоже беда.
У меня ЧК мой склад накрыла.
То есть все конфисковали,
все реквизировали!
Поэтому хотелось бы небольшой аванс.
-Аванс?
-Аванс!
-А твой хозяин из ЧК
тебе тоже авансы платит?
Если ты к вечеру мне
мебель не достанешь,
я тебе такой аванс устрою!
-Понял, конечно, понял.
Все сделаем! Я...
Все возможное.
-Что смотришь?! Пошли со мной!
-В комсомол хочешь?
-Да!
-Вы о чем?
-Тебе нужны две рекомендации.
Мы тебе их дадим.
-Да!
-А разве я не контра?
-Товарищ Шестичасный
за тебя поручился.
-Его не будет
на сегодняшнем собрании.
-Угу.
-Тогда конечно.
-Пиши заявление. Мы тебя поддержим.
-Что взамен?
-Ты поддержишь меня.
-Давай?
-Хорошо.
-Представляешь, халдеев послушать -
никто не расплатился.
Врут, собаки. А как проверишь?
А может, нам кассовую машину завести?
В конце концов,
мы солидное заведение.
-Мы-то?
-А что?
-Коленька, как был катран,
так и есть.
А если верно, что декрет отменят,
то НЭП нам быстренько
всех наших клиентов к себе переманит.
-Я им переманю!
-Ты что, их кулаками будешь загонять?
Не выйдет.
Клиенту нужно обхождение,
уют, безопасность.
А у тебя что в твоем гадюшнике?
Бардак, дебош и драки.
И блюют под стол.
-Мне что, метрдотелей нанять?
Их всех перевешали.
-Ну не знаю.
Может, пригласить кого-нибудь
из Европы или из Америки?
Человека взять,
который разбирается в ресторанах.
И капитал, капитал,
чтобы открывать новое заведение.
-Из Америки?
-А почему нет?
-И через кого я на эту Америку выйду?
-Через Леву. У него там связи.
-Знаем мы его связи.
С чужой бабой связался.
-Ты на что намекаешь?
-Я не намекаю.
Я прямо говорю.
Сваляешься с ним опять...
-И что? Ты убьешь меня?
Да уж лучше убей,
чем такое унижение терпеть -
то с новой певичкой свяжешься,
то с негритянкой тут лижешься.
Да я тебя сама придушу!
-Ой, ну ладно, не заводись.
Я просто подумал,
а что это Лева в наши края пожаловал?
-А Лева, в отличие от тебя,
деловой человек и думает головой,
а не другим местом.
Он давно уже там
в Америке-то раскрутился.
Сейчас между Москвой и Нью-Йорком
дела большие крутит.
И к нам сюда приехал, чтобы почву
для больших связей размять.
-А что же он сразу так не сказал?
-Потому что ты думал не об этом!
Пялился на него,
как баран на новые ворота.
А он что, будет на рожон лезть?
-Как с ним связаться?
-Сама я с ним свяжусь. Позвоню ему,
извинюсь за тебя.
Он человек незлопамятный.
Для Левы деньги важнее всего.
Присоветует кого-нибудь.
Пришлет кого-нибудь.
-Дина, смотри у меня.
-Носки переодень.
Ты весь кабинет провонял.
-Угу. Засыпай.
Помоги ему.
-А это что, нормальный помол, что ли?
-Чего ты?
-Ну как идет?
-А, это ты?
Нормально идет.
-В общем, дело твое сделано.
-Какое дело?
-Насчет того арестанта.
Руки!
В общем, не дай бог тебе
теперь все испортить, понял?
-Ты что, в лучшем виде все будет,
мы сегодня заливаем.
-Ну-ну.
-Чего это он, а?
-Так это, я ему обещал самовары
на этой неделе залить.
-Про арестанта. Что за арестант-то?
-Так это про Кондрата.
Я его просил узнать.
-И чего, жив, здоров?
-Жив, жив, жив. Мне даже
обещали его вызволить,
только нам же деньги теперь нужны.
Самовары!
-Ты что уши-то развесил? Давай копай!
-Давай!
-Насыпай!
-Работай, работай!
-Ой, батюшки...
-Барышня, а вы куда?
-Господи... В бельэтаж!
СТУК В ДВЕРЬ
-Тося, здравствуйте!
-Здравствуйте!
Мне бы с Палычем поговорить.
-А его нет, знаете.
Он, кстати, на работу устроился.
-Можно я его в комнате подожду?
-Разумеется.
-Спасибо.
-Может, воды?
-Спасибо. Можно.
-Кто приходил?
-Тося. Палыча спрашивала.
-Зачем ей понадобился этот пьянчуга?
-Не знаю, но была чем-то взволнована.
-Слава богу, вовремя от него сбежала.
Я слышала, она замуж вышла
за хорошего человека.
СТУК В ДВЕРЬ
-Шорин?
-Родион...
Спасайте!
В ресторане пожар был.
-Уже?
-Родион, не губите! Дядя Коля
велел срочно мебель, шторы,
а мой склад ЧК реквизировала.
Выручайте. Любые деньги, любые!
-Любые деньги? Шорин,
вы мне еще за зерно должны.
-Это не я, это этот...
директор винокурни,
а за мебель я готов вот хоть сейчас.
Но не сейчас. Вечером. Дядя Коля мне,
а я вам все до копейки.
Любые деньги.
Вы что так смотрите? Хорошо, сейчас!
Давайте сейчас. Вот...
Это все, что есть!
Ну как, поможете?
-Выручу, Шорин.
Что мне с вами делать? Ладно...
Поехали! Такой вопрос -
вам спирт не нужен?
Финский.
-Финский? Кому он сейчас нужен...
-А если бы вы решили его продать,
куда бы поехали?
-Я? Наверное, в аптеку.
Все-таки медицинский товар.
-Ну и что скажете?
-Это спирт.
-Я знаю, что это.
Возьмете сколько?
-Даже не знаю.
У контрабандного спирта
нынче неважная репутация.
Говорят, столько народу потравилось.
-У вас же аптека, а не рюмочная!
-Да, аптека.
Рыбий жир, клизма
или вот валерьянка.
Спиртовая настойка.
Думаете, ее берут,
чтобы принимать по чайной ложке?
-Ладно. Сколько возьмете?
-Ящик.
-Забирай.
-Сколько взял?
-Один.
-Я слышал, что сейчас на цветах
можно неплохо заработать.
На Невском за одну розу
пять косых дают.
-Не пойму я тебя, ваше благородие.
Чего тебе в Стокгольме не живется?
-Скучно там. Ничего не происходит,
войны нет.
Сидят наши герои по пивнушкам.
Сперва сочувствовали им местные,
поили-кормили, а потом перестали.
А скоро вообще наши господа офицеры
пойдут попрошайничать
да пропивать свои кресты.
Так что уж лучше я здесь покуражусь.
Пока не убьют.
-О!
-Пожалуйста!
-Гляди-ка, Миня, как элемент жирует.
На!
-Товарищи, у нас не курят.
-Это где это - у вас?
Гляди-ка, Миня, элемент себя
на "мы" называет.
Просто царь! Ты знаешь, гад,
что мы сейчас с тобой сделаем?
А?
-Извинитесь и уйдете.
-Не угадал!
-Не угадал!
-Спокойно, дядя! Уходим, все!
-Окурок забрал свой!
-Извините!
-Стой! Вытер!
-Все, уходим.
-Пшли вон отсюда, чтоб не видел
вас больше!
-Ой! Виноват!
-Э...
-Что ж все так... Куда мы идем?
-Да не волнуйтесь вы так!
-Ага, легко сказать!
Это мы где?
-Это бывший мебельный салон.
-Угу.
-Пятихатка.
-Что вы делаете?
-Косая!
-Т-ш-ш!
-Это свои! Здоров, Родя!
-Привет!
-Чего делать будем?
-Грузите мебель. А какую -
вам скажет товарищ. Шорин,
у вас ведь есть деньги?
А то, видите ли,
элемент тут больно несознательный.
-Кхм!
Хватит?
-Шорин, это же дети!
-М?
-Тут много детей.
Держи! Грузите!
И помните, Шорин, вы мне должны.
-Так, вот этот стол. Стул...
все стулья. Давайте, несите.
Только осторожнее! И там
все столы и стулья тоже грузите.
Там тоже столы есть.
Оттуда, оттуда. Угу.
И...
-Молодой человек?
-М?
-Вы что, должны были мне
привезти морфин?
-А? Нет, не морфин. У вас там спирт
стоит заграничный.
-Один ящик. Сегодня привезли.
Вас не затруднит? Очень тяжелый ящик.
-Да нет, я не за ящиком. Мне нужен
человек, который продал вам
этот спирт.
-Молодой человек, мы работаем с вами
не первый день. У вас свое дело,
у меня свое. Зачем все портить?
Сегодня я начну устраивать встречи.
Завтра вы начнете ставить клизмы.
Оно вам надо?
-Хорошо. Дайте ящик. Весь.
-Здесь половина. Это таки налет?
-Это таки сделка.
Я купил у вас спирт.
-Так.
-Теперь же я хочу продать вам
этот спирт.
За полцены. За половину цены, которую
вы заплатили за него этим утром.
-И я должен буду сказать
тому офицеру...
-Что приходил человек,
который предложил вам его дешевле.
-О! Описать вас как крепкого мужчину
с усами?
-Да нет, опишите как есть.
Хотя, знаете...
Скажите: "Это был Родя Пират".
-Хм.
-Поздравляю, товарищ Клавдия!
-Поздравляю!
-Благодарю!
-Успехов вам, товарищ!
-Благодарю, товарищ!
-Поздравляю!
-Я поздравляю вас, товарищ Клавдия,
со вступлением в ряды комсомола!
-Благодарю. Я все же не понимаю,
почему все так единогласно?
Как по команде, без прений
и обсуждений, без тех,
кто воздержался...
-Эти буржуазные штучки
с фальшивой демократией вы оставьте!
У нас лозунг какой?
"Пролетарии всех стран,
соединяйтесь!" Это значит -
один за всех и все за одного!
-Но это же не пролетарии,
это мушкетеры.
-Какие мушкетеры? Эсеры?
-Да нет! Ну причем тут эсеры?
Это герои романа великого
французского писателя Дюма
"Три мушкетера". У них был такой
девиз. Лозунг.
-Наши люди! Даром что французы!
Скажи прямо: ты против
мнения коллектива?
-Я не против, но...
-Тогда какое "но"?
Ты теперь с нами. Значит,
должна думать и решать, как все.
-И что же я должна решать и думать,
как все?
-Это прямой и конкретный разговор.
Ты должна поддержать мою кандидатуру
на отчетно-выборном собрании.
-Когда?
-Завтра в 12. В кабинете
товарища Шестичасного.
-И все уже знают?
-Ты знаешь. Я знаю. Остальные узнают
из объявления, которое ты сегодня
напишешь и повесишь на видном месте.
Это будет твое первое
комсомольское поручение.
Поздравляю, товарищ Клавдия!
Быть комсомольцем -
это большая честь!
-Этого в расход.
-Что сегодня?
-Мы же вчера разгромили
крупный склад.
-Прекрасно.
Но вы же говорили,
что проводите операции ежедневно.
-Само собой. Выдвигаемся
через полчаса. Если хотите
присоединиться...
-Непременно! Подожду на крыльце.
-Куда выдвигаемся?
-Помнишь, нэпман был,
насчет муки приходил, скандалил?
-Да. Это же дело Морозова.
-ЧК! Сам выдашь или Ваньку поваляем?
-Но прошу учесть, это было нападение!
Фактически ограбление!
Они не хотели платить и...
-Что ты мелешь? Где мука?
Мука, похищенная при ограблении
американского конвоя.
-Мука? Нет муки.
Два дня уже нет муки.
Я остатки собрал. А то, что было,
я в рядах брал. Накладная есть.
-Показывай!
-Вот! Вот все, что осталось.
-Там что?
-Сироп. Решил пряники печь. Прикупил
по случаю. Только муки нигде нет.
-Открывай.
-Да понятия не имею!
Я купил эту дрянь как сироп.
Для пряников. А муки нигде
не достать. Вот и стоит.
-Врете, товарищ! Врете!
-Товарищ следователь!
Держите себя в руках.
-Да ладно. Дело-то ясное.
По моим сыскным данным, спирт ему
привез все тот же Кочерский.
Обещал его за это снабжать ворованной
мукой через спекулянта Шорина.
А спекулянта Шорина мы вчера накрыли.
Так что муки больше не будет.
Веди его в камеру!
-Встать!
Встать, я сказал!
-Вот так и работаем, товарищ Тальтс.
Выявляем связи и бьем по самому
больному для спекулянтов месту.
-Н-да, вы умеете работать четко
и быстро.
-Что есть, то есть.
-Остается загадкой,
почему свои таланты вы использовали
лишь в день своего прибытия
и после моего приезда.
-Тося!
-М?
-Тосечка...
-Это вы! А я вас давно здесь
дожидаюсь.
-Меня? А зачем?
-Ну, по поводу Кондрата.
Ой! Я бы и раньше пришла.
Мамаша дверь заперла.
Господи! Говорят, душегуб объявился,
женщин душит,
а потом с них воротнички срезает
на память. Страхи, ой!
-Так а что о Кондрате?
-Да! Утром приходил человек.
Рассказал, что да как. Идемте в ЧК!
-А что за человек?
А... ему можно верить?
-Можно, конечно! Он с Кондратом
в одной камере сидел. Пойдемте!
-Ну и что, что сидел?
Может, он врет все?
Может, его ЧК прислал?
Я же... Мне же для Кондрата ничего не
жалко. Я же даже в предприятие, вон,
влез, чтобы помочь... Что ж меня
теперь - в убийцы записывать?
Я же все свои знакомства поднял!
Да для меня смерть Кондратова -
это же ужас!
-Подождите... С чего вы взяли,
что его убили?
-Так вы же сами сказали,
что человек пришел и все рассказал.
-Человек приходил и рассказал,
что Кондрат просил вас в ЧК зайти,
чтобы вы подтвердили...
-А... а вы разве
не сказали, что...
он сказал
про убийство Кондрата?
-Подождите, а вы-то с чего решили,
что Кондрата убили?
-Я ска... а, я, наверное,
неправильно вас понял...
-Пустите!
-Тося!
-Отпустите! Да что вы меня держите?!
-Тихо-тихо!
-Тося! Тосечка!
-С секретиком.
-То... Тося! Тося!
Как же, Тося... Тося!
СТУК В ДВЕРЬ
-Откройте, ЧК!
-Ах ты, гад! Как у тебя
наглости-то хватило!
-Что?
-А?! Я тебя отпустил, а ты тут же
новый налет устроил!
-А ты чего ждал?
-Да ты... Я твою шкуру поганую
спасал! Да тебя Петрова насмерть
в подвале забила бы!
Я ждал какой-то совести!
Так, все! Родион Букин...
-О, снова-здорово. Арестуешь?
-Арестую! Именем Революции.
Собирайтесь.
-Хорошо.
-Стоять! Это что?
-Да так, статья для газеты.
-Собирайтесь!
-Я готов.
-Обожди-ка...
Это ты, что ли, Прасковья Путилова?
-Мить, это называется псевдоним.
-Я-то думал, ты... А ты - нет, ты...
Вот так вот! Изнутри решил бороться!
Один?
-Ну... не один.
-Родь, я понимаю,
за что ты ненавидишь ЧК.
Но, поверь мне, это другие люди.
-Митя, дорогой ты мой, родной!
Я-то тебе верю. Но ты же
ягненок беспомощный.
Не ты меня отпустил, а ЧК твое
продажное, потому что дядя Коля
им заплатил.
-Как? Кому именно заплатил?
-Ну, если б я знал! Вот кто приказал
меня отпустить?
-Ну, кто приказал - не скажу,
но насчет этого человека
у меня большие подозрения.
Но поверь, в ЧК много честных людей!
Больше, чем ты думаешь!
Вместе мы этот нарыв вычистим!
-Ми-тя!
-Родь... В город прибыл
уполномоченный. С его-то помощью
мы это дело враз раскрутим.
А если ты нам поможешь...
-Конечно! Но только по-своему.
-По-своему? Ну...
Мне там человека надо найти одного.
Шорин фамилия. Может, поможешь?
-Знаю такого. Но, боюсь,
его будет трудно найти.
Понимаешь, он мне крупно задолжал
и боится со мной встретиться.
-Я понял. Ну, раз сложно...
-Н-да... Мить!
-А?
-Ты знаешь, я найду. Но только
и с тебя имя. Помнишь, у вас
на допросе умер арестованный?
Упал глазом на перо.
-Да.
-Кто его допрашивал?
-Уф, пронесло.
Кто же поверит-то, что я случайно?
У этих разговор короткий.
Душегуб - и точка.
Душегуб... душит...
...и в-воротнички... срывает...
-Прошу! Ну как?
-У вас тут интересно.
-Да. И солидно.
-Ого!
-Китайский. Иранский. Американский.
Все - наилучшего качества.
-Я надеюсь, и наилучшей цены?
-Стоит недешево. Но для вас у меня
есть специальное предложение.
Вы рекомендуете мой салон
своим коллегам. И через какое-то
время все удобства этого заведения
будут для вас совершенно бесплатны.
Предлагаю начать...
с иранского.
-И этот.
-Да.
Прошу.
-Спасибо.
Давай.
-Вон!
-А пол-литра покажешь сперва?
-На! Взяли!
Взяли! Вот...
-Ох!
Что это?
-Что? Мясо стухло! Вынести надо!
-Что у тебя здесь стухло?
Цельная свинья?
-Корова! Тупая.
Корова... Тащи...
-Товарищ Тальтс!
-Да.
-Разрешите переговорить с вами
с глазу на глаз.
-Конечно.
-Благодарю.
-Ах ты, паразитина!
-А вы знаете, Фрося Ивановна, что вы,
может быть, только что убили Пушкина?
Или Байрона. М?
-Таракана я убила. Рыжего.
-А вот индусы считают, что души
умерших переселяются в животных.
И даже в насекомых. Да.
-Если чья-то душа и переселилась
в этого таракана, то такого же
никчемного человека, как наш Палыч.
Одним Палычем меньше стало!
-Ну, трудно спорить.
-Давай, давай! Тихо! Давай, давай!
-Тяжелая!
-Тяжелая, тяжелая.
Тихо!
-Тихо!
Так, все.
-Тихо ты! Куда ты!
Давай, пихай. Пихай, говорю, ее!
Давай, пихай!
Давай!
-А! Руки!
-Т-ш-ш! Ты что? Тихо! Что "руки"-то?
-Руки!
-Что "руки"? Что ты орешь?
Рук не видел? Тихо!
-Руки!
-Заткнись!
На, пей! Пей, говорю!
-Руки!
-Пей, я тебе еще дал две таких!
Давай, пей-пей!
Пошли отсюда! Пошли, говорю!
Давай, вставай, быстро!
Быстро, ну пошли!
-Руки!


Серия 13

НАСТОЙЧИВЫЙ СТУК В ДВЕРЬ
ИЗ-ЗА ДВЕРИ: Митя!
-Это что за департамент такой -
"Митя"?
-ЗдорОво, Родя.
-Мальчики!
А может, чайку?
-Мить, чаю?
-Нет, некогда, извините.
-Спасибо, Фрось.
-Угу.
-Спасибо, Фрось.
Все.
-Что "все"?
-Все отменяй. Что бы ни задумал,
ничего не делай.
Разговаривал с уполномоченным лично.
Изложил ему все факты.
В ближайшие дни все решим
по закону. Да. Ну, естественно,
твоя помощь не понадобится.
-По закону?
-Да, по закону.
-И помощь моя не потребуется?
-Не потребуется, да.
-Адреса ресторана, винокурни?
-Да-да-да.
Товарищ уполномоченный
все сам найдет.
-Хорошо.
-Вот увидишь, Родь!
-Угу.
-Увидишь.
ЗАКРЫВАЕТСЯ ДВЕРЬ
МАЛЬЧИШКА: Давай не отставай!
-Куда теперь, товарищ?
-Секунду, товарищ.
Эй! Куда теперь?
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Лиговка?
-Она самая.
Ты обещал ресторан показать.
Всю ночь катаемся.
-А, ресторан!
-Угу.
-А деньги-то у тебя есть?
-Сказал же, есть.
-Ну так давай.
-Так ты про ресторан наврал, что ли?
-Лапки фу! Я сам.
-Вещички есть?
-Это шо?
-Ах ты, гнида!
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Гони.
-Пошла!
КРИКИ НА УЛИЦЕ
СТОНЫ
-Здравствуйте!
-Добрый.
-Родион Аркадьевич,
мне бы Ивана Палыча. Дома?
-Палыч-то? Сейчас посмотрим.
-Ага.
-Палыч, ты дома?
-А, вот он.
-Встречайте.
-Спасибо. Тоська не у тебя?
-А чего это она у меня?
-Дома не ночевала.
Записку черканула и ушла куда-то.
-А чего в записке?
-Да откуда я знаю!
Ни ее, ни Кондрата ж нет!
-А-а.
-А чего это ты?..
-Чего? Да чего-чего! Я...
Работаю я! Муку грузил.
-А-а.
-Так это, давайте я прочту.
-Ты?
-Ну.
-Ну вот. Вот.
-Ага.
Так...
-Читай.
-Так...
"У... Ушла..."
-Ну?
-"...в ЧК".
-Куда?
Как?
-Э... "Срочно в ЧК".
-А чего она туда поперлась-то?
-Так вызвали. Откуда ж я знаю-то?
-Кто?
-Да откуда ж я знаю-то, ну?
-Господи, да как же это она
без меня-то? А где ж ее искать?
-А вы не волнуйтесь. Найдем. Человек,
который Кондратовым делом занимается,
вот он ее и сыщет.
-А где тут написано "в ЧК"?
-Где?
А... А вот. "В чрезвычайку". Вот.
"Ушла срочно в чрезвычайку. Вызвали.
Тося".
-А-а. Ну ладно.
-Ага.
-Еще у кого-нибудь спрошу.
-Да вы что! Вы не показывайте
даже никому!
Вон Кондрата чуть не угробили уже!
Я вам Тосю угробить не дам!
-А что делать-то теперь?
-Чего-чего, домой. Домой пошли.
-Так я...
-Все, тихо-тихо! Я все устрою.
Пошли домой.
-Глазам не поверил. Мертвая!
-Воротничка нет. Думаешь?..
-Это сажа.
А много здесь кочегарок, которые
топят? Сейчас же не везде топят.
-Так... только в одной и топят. Там.
-Отвези в мертвецкую.
Мешок просушите, ничего не потеряйте.
Свидетеля придержи в отделе
да припугни, что если рот откроет...
-Ага, понял.
-Пойдем, покажешь.
Есть кто?
Тлеет. Значит, есть кто-то.
-О! Рука.
Еще один.
ВОПИТ
-Тихо!
ВОПЛИ
Тихо! ЧК!
-Уйди! Уйди!
-Тихо! ЧК!
-Уйди!
-ЧК!
ЧИТАЕТ ПО СЛОГАМ:
"...И чья власть на самом деле
в Петро... в Петрограде сегодня?
Прасковья Путилова".
-Вот курва!
-Курва и есть. По-ейному выходит,
что все мы в ЧК только
карманы набиваем.
-А нам с этой спиртяги
и по чарочке не отольют.
Все начальство приберет!
-Чо ты сказал?
Ты это на что намекаешь?
Ты на что намекаешь?!
Да ты не прикидывайся!
Ты на что намекаешь?
-Да тихо!
-На что намекаешь?
-Чего это они не поделили?
-Классовая борьба.
Нищие всегда найдут что делить.
ПОТАСОВКА НА ФОНЕ
-Всего двое. Я отвлеку.
-А как грузить? Белым днем?
Нет уж, надо напрячь
нашего компаньона.
Пусть подергается.
-Начальник отдела вор?
И начальник Петрочека?
И товарищ уполномоченный?
Может, и сам Ленин?!
-Нет-нет-нет! Товарищ Ленин - нет.
-Ты мне смотри! Разговорился!
-Пошли.
-Не слышу прежнего восторга.
-Лично я в восторге.
Но в таком виде
я напечатать не могу.
Такие факты необходимо
подтверждать. Вот...
Вот... Вот это вот.
Вот это откуда вы знаете?
-Ну...
-Вот. А вот это у вас...
Вот. Вот это откуда? Вы понимаете,
что нашу газету враз прикроют,
согласно декрету?
-Ладно. Понесу в "Буревестник".
-Ну... Что вы как маленький?
Я же не отказываюсь печатать.
Я предлагаю...
скруглить. Скруглить то, что торчит.
РОДЯ УСМЕХАЕТСЯ
Ну... Ну вот, смотрите.
Сейчас... Где? А, ну вот.
Вот, смотрите. У вас
написано "повсеместно".
-Да.
-Ну... Давайте заменим на "местами".
Одно слово. Ну, полслова.
-Еще где?
-Работаем. Так...
-Ну вот, да.
-Товарищ Шестичасный...
-Не стоит благодарить, не стоит.
О! Комон сава, Клавдия?
Вы, наверное, на собрание?
Собрания не будет.
Кворума нет.
-А-а.
-Да, все по делам. Кто на субботнике,
патруль, Раечка с Тарасом
в торг поехали. Но вы...
Вы очень вовремя.
Разочаровали вы меня,
Клавдия, очень.
-Мм. Да, я старалась.
-Знаю, старались.
Но ничего у вас, голубушка,
не вышло.
Ой...
Товарищ Клавдия, поздравляю вас
со вступлением в наши дружные ряды
комсомола.
М! М?
СМЕЕТСЯ
Мне очень радостно доверить вам
теперь более серьезное
и ответственное задание.
Вы можете расписать агитвагон?
"Долой неграмотность!" Я не буду
вам напоминать слова товарища Ленина
о важности этого задания
для нашей партии и страны.
РАЗГОВОРЫ НА КИТАЙСКОМ ЯЗЫКЕ
-А ну-ка, иди сюда! Иди сюда!
Где твой хозяин?
Хозяин где твой?
Где хозяин, говори!
ГОВОРИТ ПО-КИТАЙСКИ
Я должен был догадаться.
-Хотели видеть меня?
-Именно! Я по поводу
нашего предприятия, компаньон.
У нас возникли проблемы с ЧК.
Помнится, вы брались улаживать
подобные неприятности.
-Сказать по правде,
после вашей выходки
на лодочной станции
ваше предприятие мне больше
не кажется перспективным.
-Умываете руки?
-Не помню, чтоб к моим рукам
прилип хотя бы рубль.
Уладить такую проблему недешево.
Мой человек в ЧК захочет денег.
Из каких средств мне платить?
-Что ж, правда ваша. Только учтите,
что чекисты опечатали весь спирт
в булочной и взяли булочника.
На кого он покажет? Кого из нас
двоих чекисты быстрее найдут?
-Ладно.
Я помогу.
Но больше мы не компаньоны.
-Отпусти! Собаки! Собаки!
БРЫКАЕТСЯ И РЫЧИТ
ВИЗГЛИВО: Отпусти!
-Где ж такого сыскали?
-Вам что здесь, цирк? Вышли все!
ВЗВИЗГНУЛ
-Цып-цып!
Цыпленок жареный!
-Ну что, доктор?
-Сами видите, белая горячка.
-А когда можно его допросить?
-Допросить?
Как же вы собираетесь
его допрашивать?
-Понятия не имеем. Но этот гад -
соучастник нескольких
зверских убийств в Петрограде,
а может, еще и в других городах.
Я выбью из него имя убийцы.
Он помог убийце мешок нести.
-Мешок!
-Ну вот, он же говорит!
Кто, кто убийца?!
-Принес мешок...
-Кто?
-...а там ручки!
-Записывай. Кто убийца?
ШУМНО ВЗДРАГИВАЕТ
-Он вас не слышит.
Это просто деменция, бред.
-А Родя за ручки убьет!
-Ну говорит же. Кто убьет-то?
-Убью, говорит!
-Может, он и есть убийца?
Убил в горячке и теперь...
-Нет, убийца - он другой.
Во-первых, он не пьет. Во-вторых,
все убийства продуманные,
хладнокровные. И у него кисть
такая большая. Вот как у вас.
Придется в Тобольск ехать
архив разбирать.
Там карточки этих душегубов.
-Имя он назвал - Родя.
Имя редкое. Может, там и покопайте.
-Хорошая идея!
Записал?
-Да.
-Товарищ Кумов!
-Здравия желаю,
товарищ уполномоченный!
-Скажите, а вот эта статья
о подпольном ресторане...
Где он находится, вы в курсе?
-Приблизительно.
-Выходит, ваша тактика разработок
не столь эффективна,
если учреждение такого размаха...
-Да эти шелкоперы понапишут!
Я им не очень-то верю.
-А я верю. И собираюсь найти
этот ресторан в течение суток.
К вам, кажется, товарищ.
-Зачем вы здесь?
-Я вам порошок принес.
-Благодарю. И какова цена?
-Давеча ваши архаровцы
наш склад со спиртом накрыли.
Теперь там караул стоит.
Нельзя ли его как-то убрать,
хотя бы временно?
-Возможно. Скажите мне вот что.
Архив тобольский цел?
Например, поедет туда человек -
найдет он там мое дело?
-Лучше бы ему туда не ездить.
-Ну а, скажем, небольшой пожар?
-Нет, вряд ли.
Там меня каждая собака знает.
Но я могу помочь с вашим человеком
здесь, на месте.
-Пустое.
Помогите мне лучше с другой напастью.
Уполномоченный.
-Тот чухонец в коридоре?
Ну это же элементарно.
-Элементарно я и сам могу.
Мне надо его скомпрометировать -
так, чтобы полный скандал.
-Честное имя уполномоченного...
А несколько ящиков спирта...
Не самая честная сделка.
-Если его сегодня не остановить,
завтра он нас обоих выпотрошит.
-Хорошо. Но мне понадобится
ваша помощь.
-Здесь нужно переделать.
Сначала вот этот шов, а потом общий.
Иначе будет торчать вот так,
и спину будет резать.
-Зина, а я у вас дома был,
а вы уже...
-А я пришла пораньше,
чтобы проверить...
-Угу.
-Ах! Это платье!..
-Ну...
Зина!
-Ой, господи!
-Ну что в этом такого, а?
Я просто хотел, чтобы у вас
было настоящее платье.
-Как вы не понимаете?
Даже увидеть платье жениху -
плохая примета, а вы его шьете.
Это же случится что-то нехорошее,
что-то ужасное.
-Зин, я люблю вас.
Ничего не случится.
У вас будет чудесное старорежимное
платье и настоящая свадьба.
К тому же революция отменила
и Господа Бога, и приметы.
-Ну что вы такое говорите? Как?..
-Неудобно, пойдем.
-Я играю в свою игру.
У нас с ним договор.
-Не переживай. Все скоро закончится.
-Я буду осторожен.
-Ну что там?
Так.
Не "находица", а "находится"
пишется. Грамотей!
-Да машинка дурацкая.
-Сказал, чтобы тело
отдельно положили?
-Да, оба тела.
-Как - оба?
А, она же беременная была.
Да уж... А мешок где?
-Вон сушится.
А кочегар чего?
-Кочегар в желтом доме.
Допился, сволочь.
Тут кровь на мешке. Напечатал?
-Нет. Сейчас напечатаю.
-А я пока поеду у соседей
поспрашиваю про этого Родю. Давай.
-Тетеньки! Я на работу, можно?
-Угу.
-Господи!
-Здрасте!
Здрасте!
-Угу.
В цеху не работала, небось?
-Нет. Но я очень хочу, ага.
Я научусь, правда.
-Очень хочешь в цеху работать?
-Ага.
-С райкома, что ли?
Агитировать будете?
-Нет. Да я из Псковской губернии.
-А, тогда ладно, работай.
Давно в городе-то?
-Давно, ага. Я раньше в ресторане
пела, а теперь вот...
-Сифилитичная, что ли?
-Нет. Почему?
-Так что ж ты с ресторана
да к нам сюда, на завод?
-Не могла мужичка нормального
там подцепить?
-А я и хочу подцепить, ага.
Он самый лучший! Он смелый, честный.
Он сам репу ест,
а для всех коммунизм строит.
Я хочу быть его достойной - и буду.
-Психическая.
-Похоже. Ладно, работай.
-Ой, спасибо, тетеньки! Ага!
-Жильца из бельэтажа знаете?
Родион, поэт.
-Кто ж его не знает? Тот еще пострел.
-Что, много девушек к нему ходит?
-Срам-то какой! Одна другой
прямо на лестнице космы драла.
"Забудь Родьку!" - кричала.
А еще одна, говорят, травилась.
-Во-во. Пострел, пострел.
-Ну хорошо, что не заразил никого
и не обрюхатил.
-Это как сказать.
Позавчера утром одна беременная
к Родьке-то заявилась.
Я еще подумал:
"Ну вот, попался, сокол".
-Прям-таки беременная?
-Живот на носу.
-А с чего вы решили, что к Родьке?
-Я ее спрашиваю, куда, мол, прешься.
А она говорит: "В бельэтаж".
Ну куда еще? К Родьке только.
-А когда уходила, вы ее видели?
-Нет, больше не видел.
-Ну благодарю вас, товарищи,
за вашу бдительность.
-Ага.
Э, да ты иди.
СТУК В ДВЕРЬ
-Зачастили!
-И вам не хворать.
Дома Родион Букин?
-Нету его. Так что...
-Я еще не закончила.
Скажите, вчера вечером приходила
к Родиону беременная девушка?
-Тося? Приходила. Только она...
-Скандал устроила?
-Не было никакого скандала.
Они с Родей пошушукались, и она ушла.
-Точно ушла?
-Ушла. Ясно дело, ушла.
Еще Родион сказал: "Тоська ушла".
-То есть вы это знаете
со слов Родиона?
-Чего "со слов"?
Никаких "со слов" я не знаю.
Я услышала, дверь хлопнула -
значит, ушла.
-А может, он специально
дверью хлопнул, а сам ее
в комнату к себе провел, м?
-Зачем?
Вы меня запутываете.
Вопросы спрашиваете.
Сказала, ушла - значит, ушла,
и точка.
-Ясно. Вы не узнаете этот мешок?
Тут клеймо очень приметное. Узнаете?
-А что он мне, родственник,
чтобы его узнавать? Мешок и мешок.
-Значит, отказываетесь нам помогать.
-А чего вам помогать? Видали кобыл.
-Вот оскорблять не надо сейчас!
-Добрый день!
-Здравствуйте!
Проживаете здесь?
-Проживаю. Согласно мандату.
-Где служите?
-В комитете комсомола. А вы?
-А я в ЧК. Очень приятно.
Значит, сознательный товарищ,
поможете нам. Вам знаком этот мешок?
-Знаком. Во дворе валялся.
А у нас как раз тряпка половая
истрепалась, и я принесла.
-Тряпка?
-Угу.
-Это вы, товарищ, тряпка.
Он и вас охмурил? А вы знаете, что он
хладнокровный, жестокий убийца?
И вы сейчас этого убийцу покрываете.
Вдвоем!
-Прицепилась как репей.
А ты молодец.
-И все мои пароходики согласно
декрету - чух-чух-чух. Тю-тю.
-За возвращение ваших пароходов.
Нет-нет, за это точно до дна!
-До дна - и едем в ваше кабаре?
-Немедленно.
КАШЛЯЕТ
-Товарищ, вам что, плохо?
Посмотрите, это все алкоголь.
-Я же вчера мел.
-Да не кобенься, нэпман.
Сегодня тебя шлепнут -
завтра другой будет мести.
-Ну ладненько, давай.
О, здорово!
-Привет!
-Ты, говорят, махорочкой богат?
-Есть чуток.
-Слышал, там Петрова...
-Товарищ, подержите минуточку.
-...На допрос опять?
-Ладно, пойду я.
-Ладно.
Э, чего застыл?
-А?
-А где он?
-Туда пошел.
-46 портянок и 23...
-Ты что, деревянный по пояс с головы?
-Чего это? ...ношеных сапога.
-По делу.
-Да откуда мне знать,
где товарищ Шорин? Вона где я -
и вона где товарищ Шорин.
-Гражданин Шорин находится в розыске
за спекуляцию и сбыт краденого.
-Что вы говорите!
-Да ты мне...
-Морозов! Обнаружен наркопритон.
Товарищ Кумов приказал
срочно ликвидировать.
-А где он сам?
-Занят. Будешь руководить операцией.
Он по ходу подъедет.
-А я?
-Увести в камеру.
-На выход.
-Как тут у вас?
-За время дежурства
никаких происшествий.
-Поехали на операцию.
Каждый человек на счету.
-А это?
-Ничего за час
с ним не сделается. Живо!
-Давай-давай, иди.
СВИСТИТ
-Живо грузите.
-Вот эти берите, живее.
-А как Бухнер увел часовых? Подкупил?
-Тебе-то что?
-Не доверяю я ему. Не ровен час,
за нами сейчас наблюдают.
-Все, догружайте и валите отсюда.
Закрывай.
А ну, вон пошли!
-Благодарствуем.
-Но, но!
-Объясняю задачу. Видите дверь?
Взять на прицел, и чтобы ни одна душа
из этой двери не выскользнула.
Побежит - стрелять
без предупреждения. Ясно?
ВМЕСТЕ: Так точно.
-Головой отвечаете.
И ворота закрыть.
ВМЕСТЕ: Есть.
-А долго ее стеречь-то?
-Пока не сменят.
-А когда сменят?
-Вроде сказал, что через час.
-Как это - стрелять,
кто бы ни вышел?
-Ну что, готово?
-Само собой.
Вот ваш... товар.
-Где его вещи?
-На кресле.
-ВЧК...
-Так он из ЧК?
-Сидеть!
-Вы же говорили,
он нэпман из Нижнего.
-Это я сказал, что он нэпман?
Это он сам тебе сказал,
что он нэпман.
Все, ты его больше не увидишь. Ясно?
Ну что, нашли что искали?
-Нет. Но это теперь не так важно.
Дождитесь, пока я уйду,
и спокойно уходите.
-А часовые?
-Часовых не будет.
-А нам чо делать?
-Что делать?
Выполнять приказ - сторожить дверь.
-Хватит возиться. Уходим, быстро!
Быстро, давай!
Пошли! Пошли, говорю!
ДЕВУШКА ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
ДЕВУШКА ВСХЛИПЫВАЕТ
-Я не могу! Если он умрет...
Я не могу...
-Тихо! Не умрет он, ясно?
А вот если тебя ЧК заберет,
сама о смерти молить будешь.
Все, давай!
Иди давай!
-Смотри.
-Стой-стой-стой!
-Приказано стрелять!
-Не стреляйте!
-Стой!
КРИЧИТ
-Холера...
-Уверен,
вы предпочли бы холеру, но это я.
От холеры можно спастись,
от налогов - никогда.
Я знала, что вы будете здесь,
знала. Вот.
Это штрафы. Недоимки.
Неподача декларации.
Это что, поджог?
-Это не я.
-Ты мне за это ответишь.
-Говорю же, это не я.
-Ты у меня за все ответишь, нэпман!
-Да стой!
ВЫСТРЕЛ
-Ломаем.
Работает ЧК, всем оставаться
на своих местах!
-Встать, говорю!
-Встать, быстро!
-Обыскать каждый угол!
-Митя...
-Ты, встань!
Товарищ уполномоченный...
-Мм...
-Товарищ Тальтс!
-Товарищ Тальтс...
МЫЧИТ
Товарищ уполномоченный!
МЫЧИТ
ЗА ДВЕРЬЮ: Давай, давай,
встал, побежал! Побежал отсюда!
-Да он в отрубе.
Он ничего не слышит.
-Товарищ Тальтс! Встать!
Встать, я сказал!
Сволочь!
-Да угомонись ты!
-Отставить!
ВСКРИКИ
-А-а-а!
-Пожар!
Пожар!
-Расколоть бы ее. Но она иностранка.
-Слышали насчет
сегодняшнего задержания?
-Про уполномоченного?
-Ну да.
Вот ведь... А как с нашим делом?
-С каким?
-Насчет маньяка.
Нашли подходящего под описание?
-Не то слово!
-Сознался?
-Тут вот какое дело...
Наш маньяк - это ваш агент, Родя.
Родион Букин.
-Ну да? Может, не он?
Мало ли в Петрограде Родионов.
-Мы нашли в Петрограде
девять Родионов.
И только один живет
возле кочегарки. И у него мы нашли
простреленный при налете мешок.
И только к этому Родиону
накануне заходила беременная женщина.
Так... насколько ценен ваш агент?
-Каким бы ценным ни был,
если запятнал честь
и не оправдал нашего доверия...
нет пощады этой гадине.
-Можно брать?
-Мы эту сволочь брать не будем,
ликвидируем на месте.
-Мы? Вы?
-Что?
-Ну ликвидируем мы?
Или вы сами?
-Мой просчет.
ОТКАШЛИВАЕТСЯ
Я и разберусь.
-Где он?!
-На сцене.
СВИСТ
-Держи.
Коленька...
Ой... Коленька, родненький мой...
Не пей больше. Слышишь?
Ой...
Христом Богом тебя молю!
-А Бога нет. Большевики отменили.
Все дозволено.
-Тогда ради любви нашей не пей.
-И любовь отменили. Теперь
все общее: и бабы, и дети.
-Бога отдам. А любовь нашу
никому не отдам.
Ты помнишь,
как от бандитов прятались?
Как я с каторги тебя ждала?
Пусть лучше расстреляют.
Все мое, ты - мой.
Все что хочешь для тебя сделаю.
Только не пей больше.
-Что хочу?
А пой. Пой.
Что-нибудь веселенькое, Дин.
-Сейчас, пойло твое уберу...
и спою.
Дай стул.
Веселенькое, говоришь?
Проходишь ты небрежно,
Фасона не тая,
Мой ласковый и нежный,
Кровинушка моя.
Зачем ты подстриг свой чубчик -
Кудрявый, озорной?
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик ты мой родной!
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик ты мой родной!
В одном я виновата,
И в том моя беда:
Поверила когда-то,
Что ты моя судьба.
Поверила когда-то,
Что ты моя судьба.
Зачем ты подстриг свой чубчик -
Лукавый, озорной?
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик мой родной!
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик мой родной!
А ты проходишь мимо,
Совсем-совсем другой,
Изменщик ты мой милый,
Обманщик дорогой.
Изменщик ты мой милый,
Обманщик дорогой.
Зачем ты подстриг свой чубчик -
Кудрявый, озорной?
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик мой родной!
Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик мой родной!
Видимо, пока не выпьешь все,
не остановишься.
Ах ты скотина эдакая!
-Голубчик ты мой, голубчик,
Голубчик мой родной...
-О! Ты что, нарисовала вывеску
на лабаз?
-Меня приняли в комсомол.
Теперь я официально в штате.
Вот, добытчица.
-А-а...
А у меня затык с твоим Шестичасным.
Если он секретарь, то статью сначала
надо согласовать в райкоме,
иначе это будет выглядеть
как клевета на советскую власть.
-Он пока секретарь.
-Что с тобой? Ты устала?
-Дело не во мне.
-А в ком?
Во мне, что ли? Я все тот же Родион,
которого ты знаешь.
-Правда?
-Угу.
-И кого же я знаю?
Революционного поэта...
или лихого налетчика?
А может быть, жестокого убийцу?
-Клава, что случилось?
-Не знаю. Когда я ехала сюда,
мне казалось, что...
все просто и ясно.
Счастливые люди строят новый мир.
А они...
-Ну я ж тебе говорил,
что это не так. А ты не верила.
-Да...
Говорил...
Только оказалось,
что здесь все врут.
-А ты сама?
Ты зачем сюда приехала?
На самом деле. Почему ты
во сне кричишь: "Пустите меня!
Не имеете права!"
-Потому что везде,
кроме Советской России,
людей преследуют за их убеждения.
-Господи! Что это? Где же ты был?
-За мукой ездил, в Нарву.
-Правду говори.
-Кое-что случилось нехорошее.
Тебе нужно уехать. Уехать домой.
Мы с тобой официально не расписаны,
тебя искать не будут.
-Что ты такое говоришь?!
Не расписаны!
Мы перед Богом повенчаны!
-Я об этом и говорю.
Меня ищут.
А если ты уедешь, то нет свидетелей,
что мы с тобой муж и жена.
Собирайся.
-Бог свидетель -
я никуда не поеду.
Что бы ни случилось, я оста...
останусь с тобой... Ай...
-Тихо-тихо.
-С тобой останусь.
-Не волнуйся.
-А-а-а... О-о-о...
Что же ты меня волнуешь?
-Прости. Не волнуйся.
-Мы справимся. Ты справишься.
-Конечно, справлюсь.
Я справлюсь.
РЫДАЕТ
Я справлюсь.
-Зиночка...
-Да?
-Вы уж простите великодушно...
-Ничего.
-...что сегодня вас никак
проводить не могу.
-Не переживайте.
-Ручку.
-Да.
-Вот.
Ничего, на извозчике
вы мигом домчите.
-Давайте. Угу.
-Так... Любезный...
Держите, вот. Вот еще возьмите.
-Больно много даете, товарищ.
-Ничего. Вы, главное, довезите
до самого дома, до крыльца.
-Сделаем, будьте уверены, товарищ!
-Завтра я за вами зайду,
и вы станете моей женой.
И больше мы с вами
никогда не расстанемся.
-Спасибо.
Павел Тимофеевич...
-Что вы! Это вам спасибо.
Трогай.
-До завтра.
-До завтра.
-До свидания.
-До свидания.
СВИСТИТ
ИЗВОЗЧИК: Ну!
Берегись!
-Сумасшедший.
-Но-но! Но!
СТУЧИТ
ШАГИ
-Ты сегодня ЧК или просто Митя?
-Я готов выслушать твой план.
-А с уполномоченным?
-Я готов выслушать только твой план.
-Ну, заходи.
-Пожалуйста, вон то парадное.
-Тихо, тихо, тихо.
-Сынки, вы что делаете?
Помилосердствуйте.
-Помогите!
-А ну-ка, иди отсюда!
-Вы же обещали!
-Я верну деньги завтра.
ЗИНА ИСТОШНО КРИЧИТ
-Ушел!
-Помогите!
Помогите! Пожалуйста... Помогите!
-Тихо. Кто ж тебе теперь поможет?
-Не надо...
ЗИНА ИСТОШНО КРИЧИТ


Серия 14

-Здрасте!
-Здрасте!
-А репа еще осталась?
-Ага.
-Я возьму?
-Ага.
-Весь день ничего не ел.
-Подождите. Закройте глаза.
Ага.
-Угу.
-А рот откройте.
Ну как?
-Это что?
-Закрывайте глаза.
Ну как?
-Мед.
-Угу! Сота. Последняя осталась,
из самого дома.
Закройте глаза.
Я знаю, вы из ЧК, я... я знаю.
Но вы чувствуете?
Чувствуете?
-Чувствую.
Шершавые.
-Мозоли, во. На фабрику устроилась.
-Я же говорил не выходить на улицу.
-А я не хочу тунеядкой быть.
Я хочу, чтобы советская власть
меня защищала.
Чтобы ты меня защищал.
Хороший мой...
-"Меня до сумерек ждала,
Вино по чашкам, смех, звезда.
Качались тени на стенах,
Пока горели свечи,
И до холодного утра
Тянулся этот вечер".
"Мосты над городом -
как ваши локоны,
Каналы черные
не глубже ваших глаз.
Ресницы ваши,
как крылья чаек, хлопали,
И вздохи томные
честнее всяких фраз".
МЕЛОДИЯ РОМАНСА
"КРУТИТСЯ, ВЕРТИТСЯ ШАР ГОЛУБОЙ"
-Пират, зачем тебе эти ягоды?
Их же есть невозможно,
они горькие, как полынь.
-Отравить кого хочешь?
-Ну можно и так сказать.
Много там этих ягод?
-Да хоть граблями собирай.
-Угу.
Заслужили.
Давай. Оп! Давай-давай-давай.
Доброе утро!
-Ты же должен был пойти в редакцию.
-Иди сюда.
Иди сюда!
Редакция - это пройденный этап.
Я ударю прямо в лоб
всей самогонной торговле города!
-Мм, надо же! А это что?
-Это ягоды.
-Ядовитые?
-Зачем ядовитые?
Можжевельник.
-Хм.
-Смотри.
Брр! Ой!
-Послушай, та статья,
которую райком не утвердил...
Можешь мне ее отдать?
-Мм, хорошо. Возьми, она на столе.
Только чур Прасковья Путилова -
это я.
МАЛЬЧИШКА: Догоняй давай быстрее!
Давай быстрее догоняй!
ДЕТСКИЕ ГОЛОСА
-Шорин?
ЩЕЛЧОК ВЗВОДА
А, боюсь, это не Шорин.
Может быть, господин офицер?
Господин офицер, вы очень кстати.
-Что за фортель ты выкинул в аптеке?
Дядя Коля велел
перекрыть мне торговлю?
-Наоборот.
-Что "наоборот"?
-Все наоборот. Дядя Коля
ничего об этом не знает.
Мне нужны ваши люди,
чтобы разнести эту винокурню.
Ваши люди и ваш спирт.
-Разнести?
Черт, весело звучит.
Почему я должен тебе верить?
-Для начала я узнал,
кто убил вашего дядю Бобу. Сказать?
-Очень обяжешь.
-А то. Обсудим детали?
-Твою ж навыворот!
-Продрыхся?
-Что за шутки?!
-Вставай живо!
Рожу побрей.
Лева приезжает с компаньонами.
-Как? Уже?!
-А я тебе говорила.
Это серьезные люди! Они
не похмеляются и не валяются в койке
до двенадцати.
Носки надень чистые.
Слышь? Бутоньерка. М!
Ой, ну дите малое!
-Ничего ж не случилось, ну!
Подумаешь! Как бабушка говорила,
"У кошечки заболи, у собачки заболи,
а у Зиночки нашей пройди".
Да? Сейчас в Петрограде
такое творится!..
-Правда. Осторожно, шляпа!
-Это просто пустяки.
-Правда, правда.
-Зина... Зина...
Вы согласны?
-Согласна абсолютно.
Я ведь ей тоже объясняю,
что дело пустое и горевать не о чем.
И со мной такое было.
-Угу.
-В 1914 году у нас
квартировали казаки...
-Мама!
-Все.
-Я поговорю с врачом,
чтобы вам подыскали место в палате.
Зиночка, если что-нибудь...
-Я прошу вас, уйдите, пожалуйста.
-Ты что? Ну... Вы уж нас
извините, ради бога.
Видите, в таком состоянии...
-Я понимаю. Так...
-Ой, да что вы, это неудобно!
-Возьмите.
Возьмите, я настаиваю.
-Ну хорошо.
Спасибо.
-Ну...
-Спасибо.
-Выздоравливайте.
Поправляйтесь.
-Спасибо. Благодарим вас.
-Да. Все.
Я пойду.
-Благодарим вас!
ГРОХОТ
Осторожно!
-Нужно было сказать ему правду.
Он к нам со всей душой, а вы...
-Зиночка! Какую правду, ну?
Он к нам со всей душой.
А что ты хочешь,
чтоб я ему сердце разбила, м?
Разом лишить его невесты,
лучшей работницы...
А потом, ну, ты же видишь,
что он готов любые деньги дать,
чтобы только не знать этой правды.
И ничего страшного...
все равно не произошло.
ЗИНА ПЛАЧЕТ
Вот хотя бы вспомнить
этих самых... казаков!
-Мамочка, прости меня. Я тогда
не понимала, как это страшно.
А ты меня тогда спасла.
-Я тебя тогда спасла,
а вот сейчас... не уберегла тебя.
ПЛАЧУТ
Все! Все-все-все.
Все. Я живу, и ты живи. Все.
Все, Зинуш, все.
Все.
-Я чувствую головокружение,
тошноту, начинаю задыхаться.
А потом прихожу в себя оттого,
что ваш сотрудник буквально
лупцует меня по мордАм!
Конечно, я понимаю его гнев,
но вы-то понимаете,
что я работал под прикрытием,
искал этот проклятый ресторан?!
Товарищ...
Товарищ Кумов...
-Что?
-Я спрашиваю, понимаете ли вы
ситуацию.
-Ах да, ситуация...
Ситуация. Вас задержали в притоне
в непотребном виде
и при весьма щекотливых
обстоятельствах.
Ситуация совершенно очевидная.
-Я не вполне уверен,
что именно для вас очевидно.
-Мне очевидно,
что вы выполняли роль агента
и попали в ловушку.
Но это только мне и очевидно.
А можно ли мне доверять?
Вы ведь уверены, что я не борюсь
с преступниками,
а чуть ли не связан с ними.
Мне очевидно,
что оба мы честные чекисты.
Предлагаю пожать друг другу руки
и обменяться, скажем...
Я вам протокол вашего задержания,
а вы мне - на основании чего
вы вообще решили меня проверять.
-Было письмо на имя
товарища Дзержинского
от одной местной комсомолки.
От этой...
-Прасковьи?
-Нет. Клавдии.
ЖУТКАЯ НОТА
Я забыл фамилию.
-Письмо при вас?
А чайку я вам с собой заверну.
В поезде попьете.
-Здравствуйте, товарищи!
А это?..
-Стена достижений
комсомольцев порта.
-Но у нас же уже есть стенгазета -
оперативный орган, на злобу дня.
-Стенгазета останется для текучки.
Но ведь есть достижения, которыми
можем гордиться не только мы,
но и наши юные товарищи.
Я бы сказала, потомки.
И вот здесь мы их запечатлим.
-Мне кажется, хорошая идея.
-Чтоб было на что равняться.
-Именно! И эти данные будут доступны
всем - и товарищам из горкома,
и шефам из порта,
и любому заинтересованному лицу. А?
-Ну, знаете, эта идея будоражит.
Скажите, вы успеете закончить
до отхода агитпоезда?
Мне кое-какие цифры нужно подсчитать.
-Боюсь, не успею к агитпоезду,
но я готова ударным трудом
отработать здесь.
-А почему не успеете?
-Так я же иностранка.
Мне нужно еще справку из ЧК получать.
Это слишком долго.
-А что ж вы раньше молчали?
Но идея... Идея хорошая, хорошая.
-Хорошая.
-Морозов! Сопроводите
товарища уполномоченного.
-Есть! Куда, в общую, в отдельную?
-На вокзал.
Товарищ уполномоченный
здесь свою работу закончил.
-Как так? Я его лично в притоне...
-Морозов!
Товарищ Тальтс жизнью рисковал,
чтоб навести нас на этот притон,
повел себя героически,
но не рассчитал силы врага.
Силы врага не рассчитал.
Так что возьмите извозчика
и доставьте его до купе. Пусть
он отдохнет там от своего героизма.
-Есть. Можно вас на пару слов?
Вы ведь не торопитесь?
-Нет, теперь нет.
-Говорите, только быстро.
-Есть сыскные данные
по поводу винокурни.
-Опять сплетни?
-Я выяснил точный адрес.
Можно начать операцию в любой момент,
но лучше вечером.
-Почему?
-Ближе к ночи обычно
спирт и самогон покупают.
-Да, торговля ближе к ночи.
Погоди, разве со спиртом в городе
не покончено?
-В том-то и дело, что воры весь спирт
скупили и продают по дешевке.
-Откуда такие сведения?
-Сведения верные. Только я пообещал,
что человека не выдам.
Да какая разница,
есть там спирт, нету?
Там самогона целое озеро.
Я предлагаю взять бричку и приехать
туда под видом покупателей.
-Хороший план. Я лично займусь.
-Идемте.
-У вас есть ко мне вопросы?
-Разве?
Это же вы любитель вопросы задавать.
Про совесть, про взятки, про то и се.
-Да. Я с тем сюда и приехал -
чтобы задавать вопросы и выяснять.
Но с облегчением могу сообщить,
что информация не подтвердилась.
-Какая?
-Никакая.
-Никакая?
-Нет. Ни о взятках,
ни о продажных чекистах,
ни о подпольных ресторанах.
-Хорошо.
-Конечно, есть отдельные очаги
торговли и производства.
-Так...
-С этим можно бороться.
А главное, с ваших товарищей смыто
пятно подозрения. Вы же рады
за ваших товарищей?
-Конечно.
СВИСТИТ
-Относительно нашего разговора...
-Угу.
-...я никому ничего не сообщил.
Ни своему начальству, ни вашему.
-Рад. За товарищей.
-До свидания.
-Пошла!
-Четвертной под стол закатился.
-Вы?
-Что?
Не ожидал меня живым увидеть, а?
-Почему же?
-Ты только попробуй еще раз
меня убрать, паскуда,
и тебе крышка.
У меня свидетель есть и документ.
Дело тобольское я пополам разделил.
Половину с собой забрал.
Случись что - не дай бог, конечно -
и оригиналы уйдут Троцкому.
-Значит, китаянка жива.
-Какая китаянка?
-Которую я недодушил, а ты спас.
Она была свидетелем на суде
в Тобольске.
Она не умерла от тифа,
ты просто спрятал ее.
-С чего ты взял?
-Вы сказали "свидетель",
а я свидетелей не оставлял.
Никогда.
Значит, она жива...
пока.
-Ты что, угрожать вздумал?
Да ты только посмей, и я тебе...
-Да что вы, какие угрозы?
Вам померещилось.
-Еще раз померещится - и...
Видит бог, сотрудничество с вами
не доставляет мне ни малейшего
удовольствия. Мне нужны деньги,
только деньги.
Вот сорву куш -
и разбежимся.
Ясно?
-Ясно.
-Товарищ Кумов!
-Товарищ Петрова?
-Как там наше дело?
-Какое именно?
-С Букиным. Об убийствах.
Вы сказали, что решите.
-Ах это... Да-да.
-А я считаю, что его надо арестовать.
-Пока рано. Он еще нужен.
Сейчас очень важное дело,
еще пару дней.
Ваш Букин следующий, я все решу.
-Хорошо. Пару дней. Я подожду.
-Утро доброе, дамы!
Что-то случилось?
-Мы думали...
-Как там Зина?
-Даже говорить не о чем.
Она оступилась на улице -
какое-то недомогание по женской
части. И пикантный вот такой вот
синяк-с. Да-с. Доктор говорит,
2-3 дня в больнице, не более.
Конечно, переживает из-за свадьбы.
Еще эта нелепость с платьем.
Наверняка видит во всем волю рока.
Но... Свадьба переносится на неделю,
от силы на две. Так что...
Где мой сантиметр?
А, вот он.
Ну, за работу, за работу, дамы.
Чувствую, без мадам Зинон
нам придется нелегко.
-То ли он совсем сволочь последняя,
то ли кремень.
-Кремень. Просто она ему не сказала.
-Ах!
-Жениху про такое не говорят.
-Что с тобой? Зуб болит?
Давай чайку?
-Угу.
Зуб - это ерунда. Голова пухнет
от отдела по спекуляции
с их агентами. Он у меня убийца,
а для них он ценный агент.
А если он завтра кого-нибудь
опять шлепнет? Мне что, разорваться?
-А ты заведи своих,
и пусть они за их агентами следят.
А тебе докладывают, если что.
-Где мне их взять-то?
Постой. Морячок, как его... Клок.
-Точно.
-Мы ж еще его в расход не пустили?
-Нет.
-Тащи его в допросную.
-А ты проходишь мимо,
Фасона не тая...
-А это что за доски? А?
-Стол из карельской березы.
-Скатерть где?!
-...Кровинушка моя.
Левушка! Спасибо, дорогой,
что согласился прийти помочь.
-Диночка, богиня!
Все только ради тебя.
-Бонжорно!
-Визит старого друга.
Кто старое помянет, тому...
ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ
-Что рот раззявил? Скатерть неси!
-Ага.
-И пепельницу не забудь.
НАПЕВАЕТ
-Садитесь.
-Что стоишь? Садись.
ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ
-Он говорит, тебе страшно повезло,
что они вообще заметили
твой ресторан.
Они сделают из него просто конфетку!
Они наконец-то поставят тебя на ноги.
Коля?
-Это вам очень повезло!
Даю минуту, чтобы вы унесли
отсюда ноги! Пошли вон!
-Коля, Коля! Лева, что происходит?
-Вон пошли!
-Тихо, тихо.
-Вон!
-Вы неправильно поняли...
-Я сказал, вон!
Что? Что? Это они так извиняются, да?
-Но все же совершенно очевидно.
Они тебя проверяли.
Уважение - это для них самое главное.
Они не проявили уважения,
ты поставил их на место - все.
Теперь все в порядке,
ты все сделал правильно.
-Это они, значит, тут рамсы кидают?
-Да-да, вроде того.
Теперь пригласи их сесть,
начни переговоры.
-Тычет.
-А ты почему мне тычешь?
-Ну... Коль, ну ты уж палку-то
не перегибай.
-Ты меня не понял?!
-Коля...
-Я понял вас!
НЕВРАЗУМИТЕЛЬНО ВОЗМУЩАЕТСЯ
На кой ты скатерть притащил?
Карельская береза -
это не простые доски!
Самогон тащи! И закусить.
-Угу.
-Браво.
-Вы садитесь.
-Пожалуйста, возьмите.
-Спасибо.
-Пс-с!
-Ты воротник-то опусти,
людей не пужай.
-Ищут меня.
-Да слышал я уже.
С воротником точно найдут.
-Мне документы нужны.
-А деньги есть?
-И деньги нужны.
-Есть для тебя работенка.
Приходил один человек, спрашивал.
-Для меня? В пекарне?
-В какой теперь пекарне?
Собирайся на стрелку.
Найдешь человека - Миху.
И обрез возьми.
-Хорошо.
-Нахожу Родю и не отхожу
от него ни на шаг.
Как только узнаю, что он что-то
готовит, пулей бегу к вам.
И, не дай бог, он сделает
что-то прежде, чем я вам сообщу.
-Бога нет, так что это вычеркиваем.
-Как скажете.
-Да ты не бойся.
-Шорин!
-Родион!
Минуточку.
-Все нормально.
-А куда вы так далеко
убираете мои деньги?
-Видите ли, в чем дело...
-А, я понял. Это не мои деньги,
и вам позарез нужно их отдать
страшным и злым людям,
чтобы ваши дети не остались сиротами.
-Вы буквально читаете мои...
Тихо, тихо.
-Меня за нос можно водить
год или два?
-Да ни боже мой! Я просто...
-Не можешь отдать - отработаешь.
-Родион, работать с вами -
одно удовольствие.
-Поедешь сейчас на стрелку
вот по этому адресу.
Там тебе погрузят ящики,
отвезешь на винокурню.
Скажешь: "Дядя Коля велел". Понял?
-Дядя Коля велел?
-Угу.
-Я вас правильно понял, что мне надо
пойти, купить три аршина веревки,
сделать петлю, просунуть туда башку
и удавиться?
-Вы не расслышали, я повторю.
Стрелка, ящики, винокурня, сейчас.
А если нет, то вы будете мечтать
о веревке, когда дядя Коля узнает
о вашем друге из ЧК.
-Дядя Коля знает о моем друге из ЧК.
Скажу больше, это наш общий друг.
-Вот оно как!
А пацаны знают, с кем вы дружите?
Не дядя Коля, а предметно ты.
-Родион, вы ведь не сделаете этого.
-Конечно, не сделаю.
Потому что сейчас ты поедешь
в Пушкин и сделаешь то,
что я тебе сказал.
-Проходите!
-Застегнись.
-Ну что тут?
-Старый знакомый.
-Стряпухой будет.
-Он уже и фининспекторшу завалил,
и булочную сжег.
-Ну булочную, положим, я спалил.
А вот фининспекторшу не видел.
Ну и как оно?
Ладно. Давай заканчивай здесь.
-Слушай меня внимательно!
Паш, этих троих возьми
и оружие проверь.
Остальные - за мной.
-Девочки будут танцевать канкан!
-У нас будет большая оркестровая яма
там с большим-большим оркестром.
-А не будет слишком громко?
-И хорошо, что громко.
Когда громко, разговаривать-то
невозможно. Люди начинают выпивать,
закусывать. Чем больше сожрут,
тем быстрее столик освободят.
А! Коммерция!
-Канкан!
-А еще мы поставим большой аквариум.
Прямо здесь, около сцены.
-Чего-чего около сцены?
-Аквариум.
ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ
Подожди, я сейчас возьму бумагу.
Дай мне листок бумаги, я нарисую.
Ай, блин! Я сам.
Дайте бумаги листочек!
-Большой человек?
-Говорят. Значит, эти еще больше.
-Благодарю.
Ест!
-Надо же!
-А я нашел выход.
-Да, он там.
-Я знаю, на каких условиях
мы можем стать партнерами.
-Условиях, партнерами...
Сынок, у меня уже есть и партнеры,
и деньги, и оборудование, и опыт.
-А как насчет выхода
на международный уровень?
-Чего? Это он о чем?
-Здесь все равно большевики
не дадут разгуляться как следует.
А плыть за океан с самогонкой -
дядя Коля, я тебя умоляю!
-Что-нибудь придумаем.
-Я уже придумал.
За 10% от вашей прибыли.
-Сколько?
-За 5%.
-Полпроцента.
А за наглость - четверть.
-Да подожди ты.
Кто это вообще придумал?
-Буква "М". "Можжевельник -
род хвойных растений
из семейства кипарисовых".
-Чего?
Что ты мне ермолку примеряешь?
При чем здесь ягода и заграница?
-Да вот же. Буква "Д".
"Джин - можжевеловая водка".
Перегоняем самогон
через можжевеловую ягоду
и получаем настоящий английский джин.
-И какой он будет на вкус?
-Ой, не хуже, чем английский.
А может, даже и лучше.
И самое главное, самогон
можно делать из дрожжей и сахара -
дешево и сердито.
Для пробы можно сделать настойку.
Взять твой спирт, добавить ягод,
и, думаю, дней через десять...
Да, присаживайтесь.
-Какой мой спирт?
-Ой, да брось! Все прекрасно знают,
что ты торгуешь и самогоном,
и спиртом прямо из цеха.
-У меня в цеху нет спирта.
-Хочешь, на спор вечером куплю?
-Джин?
ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ
-Он говорит: "Я слышал слово "джин".
Вы что, можете джин сделать?"
-Конечно.
-И виски тоже?
-Можно и виски. Торфа у нас завались.
-Если так, они хотят осмотреть
производство. Если все так, как вы
говорите, он готов вложиться. Да?
-Можно. Родя, а ты не путаешь
насчет спирта?
-Приезжай часов в девять
и сам все увидишь.
-Приеду. Вместе поедем.
Если ты мне соврал,
я из тебя настойку сделаю,
родионовку. Да-да. Ну что, поедем?
-Поедем.
-Мы поедем.
А Лева пусть оркестром
и кордебалетом займется.
Он все равно в бизнесе
ни черта не мыслит.
-Так ты что, по-русски говоришь?
А что ты дурочку валял?
-Я родом из Одессы.
А дурочку я валяю, чтобы из меня
дурака не сделали. Когда люди думают,
что не понимают, что они говорят,
они говорят много лишнего,
и я делаю выводы.
-А я вот в глаза людям говорю все,
что думаю.
-Вот поэтому я и хочу
вложиться в твое дело, Николя.
-Да. Да!
-Похмеляешься?
-Пробу снимаю.
-Мм.
Ну, Коля тебе снимет пробу.
-Нет, лучше не надо.
-Да ладно, ладно, не выдам.
Давай организуй разгрузку.
-Какую разгрузку?
СТОНЕТ ОТ ПОХМЕЛЬЯ
Сейчас...
-Давай быстрее. Жду.
-Ага.
-А?
-Братцы, айда на винокурню.
Авдотьич приказал.
-Сейчас стукачка расколем - и все.
А то его за здорово живешь
из камеры выпнули. А?
-Да не стукач я, Шпала!
Я ж в камере того здорового пырнул,
как дядя Коля просил!
-Заткнись, а. Чо ты мелешь?
-Оставьте его.
-На кой?
-Пригодится еще. Поехали в цех.
-Так а я куда?
-На все четыре.
-Сюда ставь.
Туда несите.
СТОНЕТ
-А!
ВЗДЫХАЕТ
Ой... Давненько я не пил.
Я ж думал, это шанс мой,
человеком стану.
Тосю верну. Может, детишек заведем.
А может, женюсь опять.
-Угу. Ну, распишись,
пока не женился.
Чтоб пальцем никто не тронул!
-Знаешь, кто я?
-Да.
-Знаешь, что я делаю
с врагами революции?
-Ага.
-Так что же ты,
товарищ Шестичасный,
контрреволюционерку у себя пригрел?
У тебя работает комсомолка,
парижанка Клавдия Бекетова.
-А, эта, что ли?
-Так вот товарищи за границей...
разоблачили ее как шпионку
и империалистического агента.
-Подождите. Так у нее же письмо
от товарища Зиновьева.
-В том-то и дело. Не можем мы
подставлять товарища Зиновьева,
взять ее и арестовать.
-Так... и что нужно делать?
-Едет она у вас в Ташкент?
-Я собирался отправить ее в Ташкент.
Но она не хочет.
-Что значит "она не хочет"?
А ты заставь.
-А как ее заставить?
-Как угодно заставь,
если тебе шкура твоя дорога.
-Подождите. Она иностранка.
У нее нет разрешения на выезд
из Петрограда. Я...
-Разрешение будет.
Ты меня понял?
-Я... понял. Понял.
-Ни хрена ты не понял!
Ты не меня бойся, а ее.
Она письма в Москву строчит.
Читай!
Там про тебя. Выслуживается,
очки зарабатывает,
пороча руководителей
комсомола и партии.
Надо избавиться от нее немедленно.
Не привлекая внимания.
Ты отправишь ее в Ташкент.
Мои люди сделают остальное.
-Разрешение будет?
-Я же сказал.
Увести!
-Все понял. Со всем разберусь.
Я очень... Я... Я...
-Ну и где?
Ну?
-Что-то случилось.
Все сорвались в винокурню.
И Родя с ними, и дядя Коля.
И даже иностранцы какие-то.
-А где эта винокурня?
-Я не знаю.
-Ты дуру из меня делаешь?
Отвечай, дуру?!
-Дружочек может знать адрес.
Митька ваш.
-Петрова! Иди к нам!
Пониже.
Еще ниже. Вот так вот.
Пшикаю.
-Так, может, подкрепление?
-Заметят - спугнем. Сами справимся.
-А...
-Очередную операцию готовите?
-Заканчиваем. Все счеты одним махом.
Если хочешь, товарищ Петрова,
айда за мной, сама все увидишь.
-Что - все?
-Все увидишь.
-Вот это отличная вещь.
С такого расстояния
можно прям в глаз.
-Вот это - отличная вещь.
Шпарит как трамвай, поет как Шаляпин.
Хочешь попробовать?
Правильно. На тебе лестница.
И чтобы ни одна собака там не прошла.
-Так просто?
И охраны толковой нет.
-От кого? Кроме ЧК,
дяде Коле бояться нечего.
А с ЧК...
-Что с ЧК?
-Сейчас. Сейчас все сама увидишь.
-Наши?
-Пошли.
-Вдвоем? Без подкрепления?
-А кого нам бояться?
Отошел.
-Странно... Раньше он не пенился.
И запашок...
Может, тещу вашу дождемся?
-При чем здесь теща?
Я здесь начальник, понял меня?! Я!
-Значит, мы к вам.
Мне бы спирту. Говорят, у вас есть.
-Есть. Только это...
по коммерческим делам я не заведую.
Коли попозже зайдете, так...
-Я тут подожду.
А ты мне все расскажешь.
-Вижу его, чекиста этого. Стреляю?
-Нет. Дяди Коли еще нет.
-Шлепну его, потом дядю Колю.
-Договорились же, бьем на выходе.
-Интересно, что за двуколка?
-Ежу понятно, за пойлом приехали.
-Ага. На такой кляче
много не увезешь.
Но пяток жмуриков вынесешь.
Заходим!
-Вот засада! Надо бы подкрепление.
-Должны сами справиться.
-Да я богом клянусь,
я не знаю, чей спирт!
-А ну, вышли все!
Ты что, падла, творишь?
-Раз уж мы все здесь встретились...
-Вот теперь все в сборе.
-Моя фамилия Кумов.
Я начальник отдела
по борьбе со спекуляцией
и самогоноварением.
ЖЕНСКИЙ КРИК
-Стреляют!
-Погоди-погоди.
Да дай объясню!
-Хватит с меня ваших игр!
-Спирт.
-Спирт.
-Надуть меня вздумал?
Молчать!
-Постой ты. Я все объясню.
-С этого момента ни один ящик,
ни одна бутыль, ни одна капля
спиртного не выйдет отсюда
без моего личного разрешения.
-О чем это он?
-Я же говорил,
сама все увидишь.
-Еще два чекиста.
Ладно, чем больше, тем лучше.
-Если кто-то думает,
что может работать в моем городе
без моего ведома,
катастрофически заблуждается.
-Всем стоять! ЧК! Здание окружено!
Бросайте оружие!
-Тебя это тоже касается.
-Нет никакого окружения.
Просто убейте их.
-Ах ты...
Ладно, пошло веселье.
-Митя! Пулемет!
-Родя!
-Жмых, за мной!
-Родя, Роденька! Ты чего?
Родя!
-Уходим!
-Родя! Шпала! Уходим!
-Но!
Но!
Тпр-р-ру!
-Вам чего, товарищ?
-У нас так заведено,
чтобы все честно.
Еще дед наказывал: сделал дело -
так хоть три шкуры дери,
а коли нет - так...
-Я не совсем понимаю. Вы кто?
-Да ведь я вчерашний извозчик.
Ну, вчера, помните?
-Конечно. Конечно.
-Ну так вот я пришел
вам деньги вернуть.
Кабы довез чин по чину, тогда да.
А так, раз так случилось...
вот, получите обратно.
-Как?..
Что значит "случилось"?
Что значит "кабы довез"?
Что за "кабы"?
-Так вы еще не знаете?
Эх, товарищ... сплоховал я.
Кабы он один был или хоть двое...
А так еще с ножами. Куда мне одному?
Так что вот, получите.
У нас так заведено: чтоб все честно!
-Кто они?
-А, да гопота сволочная. Кто!
-Может, это явь, может, это сон,
Может, шелест степного колоса.
На исходе дня вдруг раздался стон,
Словно отзвук чужого голоса.
Распахни окно, собирайся в путь
За победами и успехами.
Не жалей огня, только не забудь
Опоясать себя доспехами.
Три зари пройдут, три зари,
Три зари да по небу ненастному.
Заря белая, заря синяя,
А последняя - заря красная.
Наступает ночь, но слепит закат,
Где жила и я, и товарищи.
Где престольный град,
там дома горят
И гуляет дым по пожарищу.
Три зари прошли, три зари,
Три зари да по небу ненастному.
Догори скорей, догори скорей,
Догори, моя заря красная.


Серия 15

-Родион! Оклемался, голубчик?
Как сам? Пожрать? Выпить?
А, ты же не пьешь. А зря.
По такому поводу я бы с тобой выпил.
Это ж надо, прикрыл меня.
Так что, голуба моя,
теперь я у тебя в долгу.
Прости что хочешь. Только тебе верю.
Ой, прости.
-Что с чекистами?
-Баба та сгорела,
сегодня похороны с салютом.
А второй вроде утек.
-А Кумов?
-А что Кумов?
Кумов не горит и не тонет.
-Где, говорите,
хоронят чекистку с салютом?
-У горки, где же еще.
-Родя!
-Родя!
-Ой, тихо, тихо!
-Родя пришел!
-Живой! Слава богу!
-Да что со мной будет? Я ж пират.
А пираты погибают только где?
В море.
-Весь город гудит про водочный мятеж!
И что тебя там прихлопнули.
-Какой мятеж?
-Водочный. Пьяницы на Советы пошли.
-А-а.
-А мы здесь.
А ты за кого?
За пьяниц или за Советы?
-Я против всех.
-Так нельзя. Это опасно.
-Правильно понимаешь. Поэтому
спрячьтесь и ко мне не ходите.
А когда все затихнет,
я сам вас найду.
-Ну Пират! Ты же ранен,
тебе нужна помощь.
-Бунт на корабле?
А ну, слушать капитана!
Залечь на дно и ждать команды! Понял?
-Понял.
-И выше нос, юнга!
-Ясно. Понял.
-Хорошо, живой.
-Да.
-Где ты был?
В городе такое творится!
-Слышал.
-Ты же не стреляешь в людей.
Ты же не убийца.
-Раньше так и было.
Раньше я думал, что смогу
прожить жизнь в свое удовольствие,
не замарав руки.
Попрыгунья-стрекоза...
Вот только лето кончилось.
-Я тебя не узнаЮ. Что с тобой?
-Да?
А так?
М?
-Нет, это не ты!
Что с тобой?
Кто-то погиб? Ответь. Митя?
-Митя жив.
Кумова надо остановить.
-Но не так же.
Его нужно судить, чтобы люди знали,
что он преступник.
Иначе придет другой такой же
или еще хуже.
Или ты станешь таким же, потому что
поставишь себя над законом
и над людьми!
-А может, так и надо?
-Нет. Ты это сгоряча же, да?
Нет, так не надо.
Я ведь тебя знаю.
Не уходи, пожалуйста. Останься.
Останься.
-Наверное, не так хорошо
ты меня знаешь.
Уйди!
-Да, видимо, я тебя
действительно плохо знаю.
-Уйди!
-И мы торжественно клянемся
на могиле товарища Петровой,
что никогда не забудем
ее героической гибели
и отомстим врагам,
виновным в ее смерти.
-Не лезь на рожон.
-Мы люто отомстим.
-Ты? Да как у тебя наглости хватило?
Она из-за тебя погибла.
-Из-за меня? Какой был уговор?
Брать на выходе.
Митя, на кой вы в цех поперлись?
-А на выходе ты что, хотел
их просто из пулемета всех положить?
-Ну да, решил. Жаль, не вышло.
Ты лучше скажи,
что теперь будем делать.
-Бороться с бандитами.
Дядя Коля-то тоже ушел.
-Дядя Коля - это дело пятое.
Главное - Кумов.
-Кумов-то теперь у нас герой.
На место Петерсса метит.
-А ты что?
-Мое слово вообще ничего не значит,
тем более против начотдела Жмыха.
Упустили мы свой шанс, Родя.
-Скажи, он в машине один ездит?
-А вот этого даже не смей!
Даже думать не смей, понял?
Никакого самосуда я не допущу.
По-хорошему, тебя бы тоже надо
под замок. И пулеметчика твоего.
-Мне надо взять его на чем-то другом.
-Родя...
-На убийстве. Он же женщин душит.
-Последить бы за ним днем и ночью.
А когда он в следующий раз и где?..
Нет, это все...
-Митя, значит,
надо самим его подловить.
-На чем?
-Ни на чем, а на ком.
-Головой думай, прежде чем предлагать
такое! Нет, это исключено.
-Митя, это наш последний шанс.
-Нет.
-Мы будем рядом
и в обиду ее не дадим.
-Ты не понимаешь, через что она
прошла. И я тебе напомню,
Кумов велел ее прикончить.
И дядя Коля сказал, что прикончил.
-Именно! Митя, сколько должно пройти
времени, прежде чем Кумов узнает,
что она жива? Так и будете всю жизнь
бегать и оглядываться?
А когда он Петерсса сменит
или даже Дзержинского?
Вот именно. Я узнаю, где Кумов
квартирует, а ты поговори с Изольдой.
Мы ее прикроем. Это наш последний
шанс. Ваш - твой и ее.
-Залпом пли!
Заряжай!
-Что ты все болтаешься?
Бери провода! Уноси их отсюда.
Никто работать не хочет.
-Слыхала? Опять получку задержали.
-И что ж делать?
-Как - что?
Бросай работу, айда бастовать!
-Бастовать? А это как?
-Как-как. Вот так!
-Пока зарплату не дадут,
работать не будем. Нам не впервой.
-Да. При царе бастовали
и при Керенском.
-Так нет же их всех. Скинули их.
Теперь же все свои, братья.
Разве можно против братьев?
-Это твой чекист тебе напел?
Так ты его по-братски попроси,
пусть припугнет свое начальство
и нам деньгами дадут.
-А не проволокой.
-А не проволокой.
-Мой не из таких.
-А, так вы два сапога пара!
О, еще одна тут стоит!
Работать иди,
хватит болтать с мужиками!
-Ух ты! Вот это я понимаю!
Слушай, дорогой товарищ Клавдия,
может, с нами?
-Не могу. Я же иностранка,
у меня нет разрешения на выезд
из Петрограда.
-Скорей! Давай-давай!
Ой! Давай-давай!
-Ну, как продвигается?
-Пока стоим, продвигается.
А поедем - что?
Художника-то так и нет.
-Нашел я вам художника не хуже...
Не благодари.
-Что?
-А, сердце.
Оревуар, товарищи! Да.
-Фух! Еле успели.
-Что такое?
-Да ты художница!
-Мы что, едем?
-Ну да. Нас же к литерному подцепили.
-Я не могу, мне нельзя.
Мне нужно домой, в райком.
У меня нет разрешения.
-Да вот оно, твое разрешение.
Все чин чинарем.
Откомандирована с нами
аж до самого Ташкента.
-А говорят, на литерных
в буфете бублики!
-Так...
-Ну что, товарищ Кумов...
-А ты куда лезешь, щенок?
А ты не подумал, что я внедренный
агент? Ты кому мешать вздумал?
Операция, которой я занимаюсь,
руководит лично товарищ Дзержинский.
Понял?
-Товарищ Кумов, вам звонили
из райкома комсомола.
Передали, что людей отправили,
они ждут от нас шефской помощи.
У них опять, субботник, что ли?
-А у вас-то что случилось?
Тоже все плохо?
-Вот. Заявление не берут.
-Как?
-Я понимаю, я нэпман и поражен
в правах. Так и что же? Она при чем?
Честная девушка. Ваша, пролетарская.
-Кто не берет?
-Вон, не берут.
-Ну вот что. Ступайте домой,
а я во всем разберусь.
Не сомневайтесь,
я правда во всем разберусь.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
А теперь объясни мне,
почему ты заявление не принял.
-От нэпмана? Про изнасилование?
-Он-то нэпман, а она-то - нет.
Она самый настоящий пролетарий.
-Ну некогда мне нэпманских невест
защищать.
-Ага.
-У меня настоящих пролетариев
знаешь сколько!
-Да? А эти гады? Или, по-твоему,
выходит, раз они глумились
над нэпманкой, то и не преступники
уже? Выходит, защищаешь эту мразь?
Или, выходит, насильники
тебе классово ближе,
чем люди, которые работают?
-Куда ты маханул? Ты чего? Погоди.
Не обобщай. Разберемся.
Где, говоришь, она лежит?
-В Мариинской больнице. Спасибо.
-Веревку не купите, товарищ?
-Какую?..
Фух! Родион, извините,
я не узнал вас.
-Ну богаче меня это явно не сделает.
В живых бы остаться - и мне, и вам.
-Что вам еще от меня надо?
-Шорин, вы возили девушек в квартиру,
которую сняли для начальника ЧК.
Мне нужен адрес.
-Никогда! Я уже один раз
для вас отвез спирт. И если бы не...
-Что? Что тогда?
Всё пошло не по плану.
Мы сейчас с вами в одной лодке,
точнее, бочке. Либо Кумов оправится
и потопит нашу бочку,
либо вы мне поможете его остановить.
-Ой...
-Значит, нужна естественная смерть.
Ничего сложного.
Но литерный до Ташкента
еще нужно догнать.
Сказали бы мне чуть пораньше...
-Я не был уверен, что она поедет.
Касаемо поезда - легко догоните:
останавливается на каждой станции
и стоит очень подолгу.
-А зачем так сложно?
Задушили бы ее в какой-нибудь
подворотне.
-Да кто я, по-вашему?
-Дайте-ка подумать.
Сбежавший из лечебницы психопат?
-Это все необоснованные слухи
и подозрения. Мне не хотелось бы
их подпитывать. К тому же
девица засветилась и в Москве,
и здесь, у Зиновьева.
Важно, чтобы ее смерть
выглядела естественно
и произошла не в Петрограде.
-Хорошо. Я подумаю,
как вы сможете меня отблагодарить.
-Трогай!
КИТАЙСКАЯ РЕЧЬ
-Здесь.
-Точно здесь?
-Ну...
Дверь крепкая.
А внутри запоры, я сам ставил.
-Решетки на окнах?
-Тогда не было. Думаю, и сейчас нет.
Зачем они ему?
-И ключей нет?
-Ну клянусь.
-Шорин!
-Ну был, был - на всякий случай.
Но он забрал.
-Ладно.
-Родион...
-Ну что еще?
-Теперь точно всё? Мы в расчете?
Окончательно?
-Видеть вас больше не могу.
-Вот и славно.
-Вот она.
-Она?
-Да.
-Я из ЧК.
-А?
-По вашему нападению...
То есть нападению на вас.
-А... зачем? Я не просила.
-Меня не надо просить.
Имело место преступление
против гражданки.
Гражданка, вы меня не задерживайте.
Вы рассказывайте подробно,
кто, сколько их было,
что с вами сделали. А я запишу.
-Ничего не было.
-То есть как не было?
-Не было. Уходите! Не было!
-Ну знаете! Я вас привлечь могу
за то, что органы отвлекаете.
-Не было. Уйдите.
Уходите, пожалуйста, прошу вас.
-ЧК за народ.
-Пожалуйста, уйдите.
-Поняла, дура?
-Не было! Не было! Не было ничего!
-Последняя статья. Фамилии, адреса.
-Родион? Я вас не узнала.
-Это бомба.
В завтрашний номер успеете вставить?
-Товарищ Кумов?!
У нас передовица о его героизме.
Товарищ Шестичасный?!
"Ресторан в инфекционной больнице..."
Родион, вы уверены?
-В каждом слове. Если сомневаетесь,
печатайте под моей фамилией.
-Но это самоубийство.
-Ваше или мое?
-Если Путилова, то мое,
если Букин - ваше.
-Свое я совершил еще вчера.
Печатайте: "Родион Букин,
поэт и убежденный анархист".
-Митька!
Представляешь, наши сегодня
бастовать хотели, а я их отговорила.
Сказала, что... как ты говорил:
что скоро настанет светлое будущее.
Представляешь?
И мне предложили быть активисткой
в общественных работах.
Ты чего? Не рад за меня?
-Рад.
-Ну?
-Ты молодец.
Я просто...
-А чего такой смурной?
Голодный, ага! Я крупы достала.
Так...
-Помощь твоя нужна.
-Ага. Мой руки, раздевайся.
Так...
-Ты ведь даже не дослушала.
-Чего слушать? Ты же спрашиваешь.
-Дело опасное...
-Ага.
-Нет, мы, конечно, рядом будем,
сделаем все, что возможно.
Тебе нужно будет
встретиться с Кумовым.
-Корова безрукая.
-Если боишься, скажи.
Прошу тебя, скажи.
-Ты же рядом будешь?
-Насколько это возможно.
-Хорошо. Я с ним встречусь.
Я же активистка.
Я должна помогать советской власти.
Только ты рядом будь. Ага?
-Даже не сомневайся.
Конечно, буду.
-Клава! Клава!
-Родя, ты уже дома?
А Клавочка как утром ушла,
так и не приходила еще.
-Угу.
-Я ж думала, вместе вы.
-Нет.
-Поссорились?
-Ерунда!
Идейные разногласия.
-Родя! Она что-то говорила
про агитпоезд и Ташкент.
-Гони. Поспеешь вовремя -
получишь еще столько же.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
СТУК В ДВЕРЬ
-Разрешите?
-Вы по какому вопросу?
-Товарищ Кумов... вы меня помните?
-Преп... Кхм! Почему же,
прекрасно помню. У меня сейчас
мало времени. Какой вопрос у вас?
-Я назад хочу.
-Назад куда? В Псков?
-Не в Псков. А к вам.
-К нам? В ЧК работать?
-Ну к вам, ага.
И в ресторан. Ну петь чтобы.
-Какой еще ресторан?
-Дядя Коля после той нашей встречи
меня выгнал,
велел на глаза не попадаться.
А куда я пойду?
Мне же даже на улицу нельзя,
ведь все под дядей Колей.
Пошла на фабрику... И вот.
Три дня не прошло -
я на старуху похожа.
Спину ломит, голова чешется,
горло скребет. А платят проволокой.
-Раньше надо было голову чесать.
-Товарищ Кумов, миленький...
Товарищ Кумов, Христом Богом прошу!
Возьмите меня обратно в ресторан!
Хоть подавальщицей.
Я все-все для вас делать буду.
Я... я... я никому о вас
словечком не обмолвилась.
-Ладно.
Адрес помнишь?
-Товарищ Шорин мне глаза завязывал.
Я помню только набережную.
-Заберу завтра на набережной в семь.
-Товарищ Кумов!
-Заткнулась, встала и вышла.
РЫДАЕТ
Вот как...
На живца, значит...
-Я милого узнаю по походке.
Он носит серые штаны.
И шляпу носит он панаму,
Ботиночки он носит на скрипу.
НАПЕВАЕТ
Ботиночки он носит на скрипу.
Найми ты мне комнатку сырую,
Чтоб в ней могла я только жить.
Найди себе милую такую,
Чтоб так, как я, могла тебя любить.
НАПЕВАЕТ
Чтоб так, как я, могла тебя любить.
НАПЕВАЕТ
Чтоб так, как я, могла тебя любить.
КРИКИ "БРАВО!"
-Эх, Наташка, умеешь ты
за душу взять. Почти как Дина.
-Скажешь тоже! Куда мне до Дины?
Ну давай, Коля, за встречу.
-А я ведь был в тебя немного влюблен.
-Ты, Коля, немного,
а я тебя знаешь как любила!
И сердце в лохмотьях.
В Неву даже хотела броситься.
А ты вон Динку выбрал.
-Наташ, иди ко мне в ресторан петь.
Хороших певиц - днем с огнем.
-Нет, Коля, уезжаю я за границу.
Нашла себе богатенького принца.
-Жаль, что я не баба.
Тоже нашел бы себе принца.
Он бы мне ресторан восстановил.
-Да зачем тебе принц?
Ты сам король.
-Ага.
Король без царства.
Нет, я не тот уже, Наташа,
что прежде.
Вернее, время не мое.
Я привык с полицией иметь дело.
По понятиям договариваться.
А ЧК не полиция,
с ними не договоришься.
Чуть что наперекор -
согнут, сотрут и следа не оставят.
-А чего ж вы здесь сидите?
Поехали со мной в Париж!
-Не могу я без этого града Петра,
Наташа. Да и без России я не жилец.
-Давай за Россию.
-Там булочник заявился,
типА привел какого-то,
говорит - по важному делу.
-Давай зови.
Уф!
Что у тебя за дело? Тесто скисло?
Или булки зачерствели?
-Ты все дразнишься.
Смешно.
-Что с тобой за человек?
Это он - дело?
-Сначала договоримся об условиях.
-О каких условиях?
-Долю хочу.
-Ладно, получишь долю.
Если дело стоящее.
-Я его обыскал, он без оружия.
С АКЦЕНТОМ: Теперь без денег.
Ваш человек меня не только обыскал,
но и обчистил.
Я думаю, что имею дело
с человеком чести.
Вы ведь офицер?
-Верни, что взял.
-Ну не обчистил...
а экспроприировал.
-Я прошу прощения,
вас ведь ко мне тоже не принц датский
привел. Так какое у вас ко мне дело?
-Я работаю на американскую
организацию "Ковчег".
ЧК закрывает глаза
на ограбления этих конвоев.
-То есть вам нужно
организовать охрану?
-Для начала.
Я полагаю, как человек военный,
вы способны на большее.
-Не спишь?
-Не спится.
-Угу.
-То все запомнила?
-Запомнила, ага. Как станет страшно
или он что сделает, я сразу кричу,
вы врываетесь и хватаете этого гада.
Все просто.
-Все просто.
Уже светает.
-Угу.
-Мне пора.
-Не уходи.
Ты всегда будешь так рано уходить?
ТЯЖЕЛО ВЗДЫХАЕТ
-Нет, конечно. Нет.
Скоро мы победим всю контру,
и наступит мир.
Я учителем буду работать.
Потому что не с кем будет воевать.
А ты - певицей. Только петь будешь
правильные песни.
Про революцию, про светлое будущее.
-Не хочу больше петь.
Хочу быть просто рядом с тобой.
Хочу готовить тебе пельмени.
Знаешь, как я готовлю!
Не уходи. Мне все время кажется,
что ты уйдешь и больше не вернешься.
-Ты даже не представляешь,
как все будет хорошо.
-Извиняюсь, товарищ.
Печка не остыла у вас?
-Что?
-Спрашиваю,
печка не остыла?
Чайничек подогреть.
Спасибочки огроменное.
Присяду пока?
Она всегда на пользу.
Зря на нее наговаривают.
Это ведь верное средство - разлука.
Ты либо остынешь к нему совсем,
либо разгоришься заново -
да мелкие обиды и спалишь дотла.
-А вы кто?
-Неужто не признала?
Баба я. Простая русская баба.
Вот.
На-ка, выпей горячего
да поспать попробуй.
Сон в дороге первое дело.
А чай у меня духмяный, с травками,
ягодками. Сахарина не нужно.
На, понюхай.
-Горячий очень.
Сейчас постынет...
-Товарищи, ну имейте совесть, а.
-Спасибо, товарищ.
-Не об чем.
"Может, это явь, может, это сон,
Может, шелест степного колоса.
На исходе дня вдруг раздался стон,
Словно отзвук чужого голоса.
Распахни окно, собирайся в путь
За победами и успехами..."
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
"Заря белая, заря синяя,
А последняя - заря красная".
-Ой, Дина, ну что такое!
Дин, ну ты чего?
-Иди отсюда!
-Тут история - ты не поверишь.
-Дурак! Дурак будешь,
если думаешь, что я поверю.
Надо ноги в зубы и производство
скорее восстанавливать.
Пока ты тут подавальщиц топчешь!
-Так Палыч... того.
-Дурак...
Не Палыч самогон гнал,
а теща его бывшая.
Я с ней вчера разговаривала,
пока ты тут...
Я ей кое-что от тебя пообещала.
Она согласна работать.
-А как работать-то?
С Кумовым непонятно что.
-Ой, дурак! Не нужен нам
больше Кумов.
Завтра декрет выходит.
Крепленое разрешат.
Зимой - пиво, а по весне и водку.
-Побожись.
Откуда знаешь?
-Человек из наркомата рассказал.
Завтра примут,
послезавтра в газетах будет.
Вот кто первый, тот и молодец.
-Так-так-так-так...
Если это правда...
Так-так-так...
А почему этот человек
именно тебе такое рассказал? А?
-Дурак!
Собака страшная.
-Итак, мы можем приступить
к голосованию. Начинайте.
-Товарищи, кто голосует
за товарища Кучкову?
-Раз, два, три, четыре, пять, шесть,
семь, восемь, девять... десять!
Тарас? Тарас, ты что?
-Товарищ Ольга,
товарищ имеет собственное мнение.
-Ладно. Кто голосует
за товарища Шестичасного?
Раз, два, три, четыре, пять, шесть,
семь, восемь, девять, десять!
-А, вот я вижу еще две руки.
-А это кто?
-Познакомьтесь, товарищи.
Это новые члены нашей организации:
Шурочка и... Нина? И Ниночка.
-Итого за товарища Шестичасного
12 голосов.
-Итак, голосование закончено.
Спасибо, товарищи.
Спасибо за доверие.
-Родь, все должно остаться
как было. Хорошо?
-И что именно ты хочешь здесь найти?
-Улики. Оружие, деньги.
Или лекарства, или наркотики.
-Наркотики.
-Родь...
-Понял. В другой раз.
В другой раз.
Что у тебя?
-Здесь что-то было закреплено.
Здесь были воротнички.
-И где они теперь?
-Не знаю.
СТУК ПЕЧАТНОЙ МАШИНКИ
-Родя, ты?
-Что случилось?
-Послышалось, что ли?
-Ты меня еще посади за это.
-Мм...
Дверь, главное, взломай.
-Ты за дверь не беспокойся.
Не, ну это какая опасная сволочь, а!
Если встанет вопрос, кто кого...
-Ты за дверь отвечай,
а я - за арест.
Быстро ты.
-Цепь ослабь.
ЖЕНСКИЙ СМЕХ
-Мм! Итак, девочки, а вот и мы.
ДЕВУШКИ ХИХИКАЮТ
-Ну, как все прошло? Девочки помогли?
-Вот Шурочка помогла очень,
а вот Ниночка - мм!..
-Как же так?
Я же... поднимала это...
СМЕЮТСЯ
-Шучу-шучу, обе справились.
-Девочки.
Есть две новинки.
"Шелест волн" и "Фонтан чувств".
-Давайте "Шелест волн".
Денек выдался сложный.
-Угу. Я так и думал.
-Остановитесь же вы, а!
Она ущерб нанесла больнице!
Товарищ нэпман, кто платить-то будет?
-Да оставьте!
-Что "оставьте"?
-Зина!
Зиночка! Ну как же вы могли?
Ну как же вы могли?
ПЛАЧЕТ
Я же люблю вас.
-И я... люблю вас...
Павел Тимофеевич.
Н-но я прошу вас...
забыть меня.
Нельзя нам вместе...
-Я не смогу отказаться от вас.
Мы все оставим позади
и будем счастливы.
-Как вы не понимаете,
ведь эти не оставят нас в покое.
Они останутся на свободе.
Они не дадут нам счастья,
Павел Тимофеевич.
-Зина...
Зина...
-Уйдите.
Умоляю, уйдите.
Видеть вас... не могу.
ЗИНА ТЯЖЕЛО ДЫШИТ
-Сомов, уже едете?
-Куда?
-Как - куда? На арест.
Морозов душегуба твоего нашел,
арестовывать поехал.
-Впервые слышу.
-Спятили? Петровой мало?
Живо в ружье! Вот адрес.
-Пошли.
-Жмых, дуй с ними.
И у меня к тебе приказ.
Не берите эту мразь.
Дернется - пристрели как собаку.
-Отсюда в квартиру два пути -
через соседний двор или отсюда.
Давай разделимся: ты через двор,
я здесь. Или наоборот.
-Действуем как договорились.
-Ты мне не доверяешь?
-А как тебе доверять?!
Кто за пулеметом был?
Кто в спирт гранату подложил?
-Садись.
Ждешь кого-то?
-Нет, нет.
-Тебя самого судить надо!
Ты за этой сволочью...
-Машина.
-Ничего, Кумова поймаем,
я лично...
-Машина!
Куда?!
Митя!
-Он увез ее!
-Заткнись!
Если он тебя увидит, он убьет ее
сразу, ты меня понял?
Он ее в квартиру повез!
-А если не в квартиру?
Если не в квартиру?!
-Тогда конец. А куда еще?
Подумай головой!
-Что такое?
-Ногу ботинком натерло.
-Мы уже пришли.
-Ну где, где? Машины-то нету.
Я говорю, где они?!
-Да дай ты сообразить где!
-Сообразить?
Они теперь там, где воротнички!
А я говорил.
Я говорил, нужно было раньше
тревогу быть. Может, успели бы.
-Наверх.
-Странно.
Стой здесь.
Вот как будто бы все.
-Ломаем?
-Тихо.
-Может, мне вам спеть?
-Про колокольчик.
-Ага.
В лунном сиянье снег серебрится,
Вдоль по дороге троечка мчится.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звук, этот звон
О любви гово...
КАШЛЯЕТ
Немножко хрипотца, конечно,
после того...
-Актриса. Вот это вот "ага"...
сама придумала?
Или настоящее?
-Что?
-Я не разберу, что он говорит.
-Они ждут сигнала.
Ты должна закричать.
Кричи.
Кричи.
Можно... громче.
-Шепчет что-то.
УДАР
-Что-то не так.
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Ты все испортила.
ЛОМАЮТ ДВЕРЬ
-Я здесь!
-Сквозняк. Окно открыли.
-Я через чердак!
-Так, ну вот она, Красная, 33.
Может, это не три, а восемь?
-Туда?
ИЗОЛЬДА ТЯЖЕЛО ДЫШИТ И СТОНЕТ
МЫЧИТ
-Держись!
-Где... Где Митя?
-Сейчас, сейчас придет.
Держись.
-Обещал рядом быть.
Ага.
-Сейчас будет.
-Где он?
-Ушел по крыше.
Он уйдет.
Не трогай.
Он уйдет, Митя! Уйдет!
За ним, Митя! Убей его!
-Да-да-да, да, да, да!
-Руки, руки, руки подними!
-Там Митя! Там, в окне!
-Стоять!
-Где бы встретиться, да?
-Руки на виду.
-Руки вот.
Послушай, Мить...
-Заткнись.
На суде будешь говорить,
а потом у стенки.
Сюда подошел.
Ко мне, говорю, подошел!
-Да дальше некуда.
Фух... Руку, Мить. Руку.
Дай руку.
Руку дай, Митя.
УДАР
-В лунном сиянье снег серебрится,
Вдоль по дороге троечка мчится.
Динь-динь-динь, динь-динь-динь -
Колокольчик звенит.
Этот звук, этот звон
О любви говорит.


Серия 16

-Т-там Митя на крыше!
-Товарищ Кумов...
РОДЯ СТОНЕТ
-Почти убедил сдаться,
а он за револьвер.
Оба чуть не полетели.
-Это же товарищ Морозов. Митя.
-Морозов. Только не товарищ он нам.
Запутал его этот анархист,
заморочил. Жаль, что мы так
и не узнаем детали их преступлений.
-Так можно того допросить.
-Кого "того"?
-Анархиста этого, душегуба.
-Ты что, не пристрелил его?
-Нет.
-Я ж тебе сказал:
чуть что - стреляй, как собаку!
-Так и было. Но он ничего -
сидел над этой убитой,
рану зажимал, как будто и не он ее.
-Что за черт!
-Да вы Мите помогите,
он же его по крышам гоняет! Ну!
-Поднять!
-Что ты сделал с Митей?!
ВСКРИКНУЛ
Да это ж он!..
-Гад, за всё ответишь.
В машину эту сволочь!
-К Петровой?
-Нет! В наш отдел.
Я лично его допрошу.
-Ты их убил, мразь!
-Из-за него погиб наш товарищ!
И наш агент.
Накройте ее уже чем-нибудь!
Улику руками!..
Приметный нож.
Явно из дорогого кабинета.
Не потеряй.
Сколько женщин ты убил?
Сколько в Петрограде
и сколько всего?
-Мы оба знаем, кто их убил.
Ты перед кем комедию ломаешь?
-Повторяю вопрос.
-Не выйдет.
Без суда ты это дело не закроешь.
А на суде вся твоя история
рассыпется в прах.
-А ты надеешься дожить до суда?
-Доживу.
Как бы сильно ты меня ни бил,
я ни в чем не признаюсь.
А второй раз номер с пером
у тебя не пройдет. Тебе не поверят.
-А продолжаем допрос.
Признаете ли вы себя виновным
в жестоком убийстве
комсомольской активистки Клавдии...
Как там была ее фамилия?
А?
А она была хороша.
Поначалу сопротивлялась.
Пришлось ее немного... придушить!
А потом, знаешь, ничего,
сама разохотилась.
И так охала! Что-то такое,
знаешь, на французском.
РОДЯ ГЛУХО СМЕЕТСЯ
А? Ты же знаешь,
она горячая штучка.
Или нет, не знаешь?
С тобой она не была такой страстной?
Поверь, она была просто кошкой!
-О-о, не выйдет.
-Что?
-Думаешь вывести меня? Думаешь,
я схвачу твой пустой револьвер
и ты меня за это прикончишь?
Не получится.
-Тогда я забью тебя до смерти.
РОДЯ СМЕЕТСЯ
-Петрова могла бы. А ты...
Кишка тонка.
РОДЯ СТОНЕТ
РЫЧАНИЕ И СТОНЫ
-Убью!!! Убью!!!
-Товарищ!
-Отправляйтесь к нему домой,
переройте все, найдите улики,
чтобы он не вывернулся!
-Спасибо, голубчик. И чайкУ принеси.
-Тебе сейчас сделают чайкУ.
-Ты глянь, кто к нам приехал.
Никак товарищ проверяющий?
-А я сегодня неофициально,
по-дружески.
-Сам товарищ проверяющий
к нам по-дружески.
Чем же вас попотчевать?
Пряничками? Или медок?
-Мужики, хотите бить - бейте,
но, пожалуйста, дайте отдохнуть
после допроса.
-Само собой, товарищ проверяющий.
Прилягте.
-"Дорогому Роде". Ну я не знаю,
как-то не по-пацански, что ли.
-Ну и плевать, это же от нас.
А ты с пацанами дари, что хочешь.
Хочешь - маузер с гравировкой,
хочешь - вон перстень...
-Ты имя все-таки убери.
-Дела у меня срочные.
Воды. Есть вода у вас?
-Дина, голубушка,
не принесете ли вы товарищу воды?
-По поводу твоего дорогого Роди.
У тебя же есть свои люди в тюрьме.
-Ну.
-Надо, чтобы он замолчал навсегда.
-Вы что, спятили?
Ты хочешь, чтобы мои ребята
его прикончили?
Я уже разрешил вам его арестовать.
-Разрешил? Мне?
Ты забыл, с кем говоришь?
-И с кем?
Ты, думаешь, бессмертный? Ты думаешь,
что мои ребята мало чекистов
покрошили? Да мы оба с тобой
живы только потому, что мы друг другу
впору, как сапоги. Только меня
еще можно на самовар надеть,
а у тебя уже... пфу!
-А ты осмелел, да?
-Загнал меня в угол.
Мне терять нечего.
Разбирайся с Родей сам, и быстро.
И если он у вас там с кем-то
скорешится или, не дай бог, сбежит...
-Заткнись!
ХЛОПНУЛ ДВЕРЬЮ
-Ну чего ты, чего?
А где вода-то?
-А я не ходила никуда,
за дверью стояла.
Ты чо, совсем ссучился?
Кореша продал.
-Дина, я не продал!
Тогда я его вытащил.
Теперь нет, никак.
Ты же сама говорила, что он фраер.
Помнишь, как ты его
семинаристом обзывала?
-А он тебя собой прикрыл.
А ты его после этого при людях
братом назвал, обещал отплатить.
-А я и тебе обещал жениться.
-Не такого вора я любила.
-А что ты хочешь?
Что ты от меня хочешь?
Такой расклад: либо он, либо мы.
Все!
-Так, готовимся, товарищи.
А это у нас кто?
-Смерть империализма.
-Похоже.
Вставай, полуночница.
Коммунизм проспишь.
Глядите, вот вам кто
смерть империализма изобразит,
причем без всякого грима.
О!
-Ты, часом, не больна?
-Черт!
-Доктора!
Доктора зовите!
-Товарищ, а вы внутрь заглядывали?
-Чего?
-Товарищ Дзержинский говорит
(я слышал), что иная книга
страшнее бомбы будет.
Смотря по тому, чего в ней написано.
-Дело пошло!
Товарищи понятые, видите
эти патроны? Они револьверные.
Вот контра. Воротнички буржуйские.
Вот что, товарищ Жмых, запиши.
-Давай ты, у меня почерк...
Не многовато ли для одного?
-Жмых, глянь-ка!
-Никак серебро.
-Да нет, узоры.
Посмотри. Не узнаешь? Точно такие же
были на ноже. А ножа тут не хватает.
-Отсюда нож.
-Это папеньки его прибор,
не краденый.
-То есть вы утверждаете,
что эта музыка принадлежит
гражданину Букину?
-Насчет музыки не знаю,
а чернильница точно его.
-Так и запишем: "Орудие убийства
принадлежит арестованному".
-Какого убийства?
-Тихо, разберемся.
-Какого убийства?!
-Чего там у тебя?
-Кажись, нашел.
-Товарищи понятые, идите сюда.
В тайнике, среди книг,
обнаружена тетрадь.
Родион Букин "Поэма о свободе".
-Так это стихи.
-Опа!
А вот и проза.
-Ой, душегуб!
-Душегуб?
-Нет, нет, нет...
-Ну? Как все прошло?
-Все сделала в лучшем виде.
Будет им Офелия в их агитвагоне.
-А вы уверены, что никто ничего
не заподозрит?
-Не сомневайтесь.
Эти коновалы даже не поймут,
что с ней.
-Хорошо. Прошу.
Не желаете отметить, м?
-А остальное?
-Остальное здесь.
Узнаете? Ваши показания.
Вы сдали чекистам бордель.
Считайте, мы с вами квиты.
-Проходимец вы.
Хоть и из бывших.
-Ну, доктор, что с ней?
-Тиф.
-Какой же это тиф?
Ни жара, ни сыпи.
-Да, сыпи нет. Тогда холера.
Холера бывает и без жару.
-Да какая холера без поноса?
Уж я холеры повидал, знаете...
Вы давайте-ка, товарищ,
как-то посерьезнее отнеситесь
к своим обязанностям.
-Умные все, да?
Только читать научились,
а уже корчат из себя.
Может, отравилась чем.
А будете права качать -
опечатаю ваш вагон на карантин,
к едрене фене.
-Ну?
-Да факт!
Это с одного набора.
-Уже вернулись? Что у вас?
-А все, все у нас. Мешок улик.
Во-первых, нашли патроны
от револьвера.
Во-вторых, письменный прибор,
в котором не хватало
ножа для бумаги. Пожалуйста.
-Один в один. Это все?
-Нет, не все! Есть еще кое-что.
Давай, Жмых.
-Сам нашел на книжной полке.
-Аккуратнее, товарищ. Это же...
Это же очень важные улики,
очень важные.
-А вот еще. Признание не понадобится.
Можно не допрашивать.
-Может быть.
Жмых, на минуту.
Слышал? "Можно не допрашивать".
-Так дело же ясное.
-Ясное-то ясное, а про нэпмана,
что фининспекторшу шлепнул, слыхал?
Сбежал он из-за такого благодушия.
А этот Букин не пекарь,
и дружков у него тьма.
-Так, может, в одиночку его?
-Одиночка тоже не выход.
Единственный выход - сделать так,
чтобы этот Букин отсюда
никуда больше не вышел.
Понимаешь, товарищ Жмых?
-Не уверен.
-Ты ведь знаешь, случается,
когда арестованный гибнет на допросе.
-Бывает и такое.
-Значит, никто не удивится,
если такой упырь, как этот Букин,
загнется после допроса.
-Ага.
-Так вот,
ради памяти нашего товарища Морозова,
ради памяти убитых этим гадом женщин
сделай так, чтобы твой допрос
стал для него последним.
Ты готов?
-Ради памяти товарища?
-Именно.
-Не знаю.
-То есть как?!
-А вот так.
Вы говорили, что мы сами должны брать
у буржуев то, что заслуживаем
за наши подвиги.
-И что же ты хочешь от буржуев?
-Букин, на допрос!
А ну, быстро потушили!
-Опять не дали поговорить.
-Послушайте, товарищ, мне вам надо
кое-что сказать. Вы же...
Вы же с Митей вместе работали.
А мы с Митей в одном дворе выросли.
Вы только дослушайте меня,
пожалуйста, и потом проверьте
кое-что сами.
Кумов ваш - взяточник и убийца.
-Знакомая вещь?
Поэма.
-Ну поэма, и что?
Между прочим, ее издавать хотели.
-А это? Узнаешь?
-Воротнички.
-Точно.
Я самолично нашел у тебя в комнате.
-Так это он же их и подбросил!
Кумов их подбросил. А тетрадь
я уже не могу неделю найти, я ее...
Я ее девушке дал.
-Девушку тоже того?
-Подождите, мне нужно
кое-что узнать.
-Сейчас узнаешь!
-Вы не понимаете!
Она в опасности!
-Товарищ Морозов у себя?
-Сейчас.
-Убит Морозов.
-А? Что, простите?
-Убит Морозов вчера.
Ты на допрос?
-Нет.
Он же помочь обещал.
Не поможет теперь.
Теперь никто не поможет.
-Товарищи, аптека закрывается,
технический перерыв,
откроемся через полчаса.
-Доброго здоровья.
-Думаю, вы имели в виду это?
-Я так понимаю, здесь...
-Здесь даже больше, чем нужно.
-И сколько я вам должен?
-Ничего. Смею надеяться,
мы в полном расчете.
-Прошу прощения, я не понял.
-Боюсь, я больше не смогу быть
вам полезен.
-У вас проблемы?
Проблемы с сырьем? Проблемы с ЧК?
-Я не смогу быть вам полезен.
Прошу считать этот порошок
комиссией за мой отказ.
-Вы же мудрый человек.
Вы сейчас отказываетесь
от очень больших денег,
которых хватит вам, вашим детям
и даже вашим внукам.
-Мудрый человек отказал бы вам сразу.
Но я человек слабый и старый.
Позарился. Уж не взыщите.
-Может быть, вы еще раз подумаете?
О ваших детях, о ваших внуках?
-Разумеется, я о них подумал.
Написал заявление в ЧК
и оставил надежному человеку.
И если мне покажется, что в нашем
дворе появился посторонний человек...
-Я думаю, мы с вами поняли
друг друга.
-Чем могу?
-А... Вы здесь начальник?
-Что у вас?
-Я насчет одного арестованного.
Родион Букин.
-Вы ему кто?
-Я? Я ему издатель.
Я из редакции газеты.
-Садитесь.
-А он наш автор.
Один из лучших.
-А лучший - генерал Деникин?
-Ну, если хотите, Родион Букин -
наш лучший автор. И я пришла
сказать... я пришла показать...
Я пришла дать показания,
что он арестован неправильно,
это какая-то ошибка.
Если его подозревают в спекуляции
или насчет самогона, то он выполнял
задание. Понимаете, задание?
-Не совсем. Вы поручили ему
спекулировать и гнать самогон?
-Он писал об этом.
Он пишет, он автор.
-Надо же.
-Не верите?
Хорошо.
Пожалуйста.
Финальная статья. Бомба.
С адресами ресторана и винокурни.
-Где винокурня, мы и сами знаем.
Угу.
-Ага?
Верите теперь? Вы понимаете,
что Родион невиновен?
-Статья забавная, только Родион Букин
задержан не за самогон.
Он совершил ряд убийств. Он убивал
женщин и срезал воротнички на память.
-Не может быть.
-Увы! Он задержан
на месте преступления.
Эту статью печатать нельзя,
она написана убийцей.
Напечатаете - арестую за клевету.
-А вы проверьте сначала,
есть там ресторан или нет.
-Гражданин чекист...
-Чего надо?
-Загнулся тут один.
-Этот?
-Этот. Сопел, сопел, а теперь затих.
Нам бы его сволочь до ночи.
-Доктора бы ему.
-А ему теперь хоть доктор,
хоть поп - дождется.
-Говорят, шоколад
поднимает настроение.
-Вы? А... вы зачем здесь?
-Вы не оставили мне выбора
со своей солидарностью.
-Вы что себе позволяете?!
Вы... Да, солидарность! И что?
Потому что Родя - честный человек!
Он поэт! Он поэт, он...
Он русский поэт! Он советский поэт!
Он... Он не убийца! Что?
Что вы так смотрите, что?
Что?
Вы душегуб?
-Нет-нет!
-Душегуб! Товарищи!
Товарищи, душегуб!
-А-а-а!
-Тихо-тихо...
-Дура!
-Что это?
-Испортила, все испортила...
-Смотри-ка! Чекист.
-Мать честная! Она ж мертвая!
КУМОВ СКУЛИТ
-Э, мужики! Идите сюда!
-Все испортила!..
-Я взяла ваши ножницы.
Да на вас лица нет!
-Идите домой. На сегодня все.
-Да.
Я не знаю, что у вас случилось, но...
так нельзя сидеть. Вы бы поговорили
с кем-нибудь, или поплакали...
или поделали бы что-нибудь.
Папа мой всегда повторял:
"Работа лечит".
"Работа лечит, работа лечит".
-Идите домой.
-Да. Извините.
СТУЧИТ ПО СТОЛУ
-Все.
-Стой, стой! Погоди ты!
-Что такое?
-Открывай!
Ну и кто из них поэт?
-Так теперь разве определишь?
-Душегуб Букин.
-А, так... О, Букин Р.
-Проверьте.
-Этот?
Мертв.
-Точно?
-Видите? Кровь свернулась.
Мертвее некуда!
-Ладно, поезжай.
МАЛЬЧИК ВСХЛИПЫВАЕТ
-Комиссар трепал,
что каждому по потребностям.
-Так.
-Но при этом - сухой закон.
-Так.
-А если у меня такая потребность?
Потребность выжить.
И на кой мне ихний коммунизм
...если при нем не выжить? А?
-Большевистский уклон.
-"Уклон"... Наклон! На, займись пока!
У меня новая потребность.
СДАВЛЕННЫЙ КРИК, ЗВУК УДАРА НОЖОМ
-Э-э! Деньги нужны?
-Деньги мне не нужны.
-Нэпман? В ЧК потащишь? Да ради бога.
-Бога нет. Советская власть
все отменила. Теперь мы сами по себе.
-Так это тот самый,
который женщин душил?
-Да.
-Так он же из ваших!
-Дела...
-Товарищи, расходимся!
Не мешаем работать. Расходимся!
ЗВУК МОТОРА МАШИНЫ
Быстрей!
-Кто его так?
-Так она же его укусила!
А потом, пока вязали...
-Людей убери.
-Расходитесь там быстрее!
-А ты чего застрял?
-Глупый случай! Я крики услышал и...
хотел задержать...
убийцу. Эти - быдло, бараны
налетели!.. Я всех запомнил!
Кто бил и кто вязал!
-Говорят, свидетели есть.
-Кто свидетель? Где?
-Разберемся.
Ты трупом займись. Я его отвезу.
-Почему я?
-Ты же по убийствам. А я отвезу.
-Говорят, душегуб.
-Тот душил и насиловал,
а это просто грабеж.
ЖЕНЩИНА СЛАБО СТОНЕТ
-Это вы... Я же вам все сказала.
-Я помню.
Еще я пришел сказать вам,
чтобы вы больше не беспокоились
о тех подонках.
-Неужели...
А, это, наверное,
тот молодой чекист Дмитрий, да?
-Да.
Он сделал все, что мог.
-Ага.
-Вот...
...платье. Одевайтесь.
Мы уезжаем.
-Куда?
-Со мной. Ко мне.
Я прошу вас стать моей женой.
-А как же мама?
-О маме тоже не беспокойтесь.
Я купил маме целый ящик мадеры.
-И что дальше? Сдашь меня в камеру,
а сам - айда в новую комнату?
Я один сидеть не люблю.
Есть над чем подумать.
-Там пять свидетелей.
Главное, ее зубы - у тебя на роже.
Никак не отвертишься.
-Вот сука! А знаешь, почему я ее...
-Нет.
Крепко связали-то?
-Санитары крепче вяжут.
-Кто?
-Неважно.
Значит так. Развязался я, значит,
огрел тебя - и бежать.
Чем же я тебя огрел?
-Это уж я сам.
-Ладно.
-Ты только это... Беги из города.
И подальше.
Гад!
-Дина не приходила?
-Нет.
-Почему графин пустой?! Неси еще!
-Слушаюсь!
-Всякое бывает.
Тпру! Ты что, ошалел, что ли?
Куда лезешь? Олух царя небесного,
кабы я... О, извиняйте!
Сразу не приметил.
-Открывай!
-Один момент! Один момент!
Вы не смотрите, что бирка!
Это я подменил.
Вот он ваш!
-Сама вижу.
ДАМА СВИСТИТ
ШЕПОТОМ: Идите! Давайте!
-Что, живой, неживой?
-Живой!
-Что с ним?
-Спит!
-Держи!
-Доброго здоровьица!
-Так, расступитесь!
-Ну что, Разгуляй, пошли.
Пошли...
-Ожил?
-Где я?
-На том свете.
А мы - твои ангелы.
КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН
-А почему мы так долго стоим?
-Паровоз ждем. Все лежишь?
-Старший велел. А так, мне уже лучше.
-"Старший велел". Так и будешь весь
срок отлеживаться? Виданное ли дело?
-Какой еще срок?
-Дурная или придуряешься?
Твой срок, пока не родишь.
Вот тебя и выворачивает.
Вот всполошилась! Не знаешь, от кого?
Или от него в Ташкент бежишь?
-Знаю, от кого. От него и бегу.
Потому что не знаю, кто он.
-Что это за дрянь?
-Пусть нет закона
Для самогона
И очень дорог марафет.
Открыт для счастия
Борец с безвластием -
Для всех доступный горсовет.
-Дина!
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный...
-Ноги держат?
-Ну...
-Ну-ка...
Заживет. Как же они тебя били-то?
-Ну...
-Ладно. Идти ты сможешь?
-Думаю, смогу.
-Так иди.
-Куда?
-Куда подальше. Для ЧК ты мертв,
с дядей Колей вы квиты.
-И на том спасибо.
-Идти-то есть куда?
-В Ташкент.
-Пешком?
-На агитпоезде.
Мне бы его только догнать.
-Так извозчик до утра оплачен.
Давай! Садись и догоняй.
-Я с тобой, Пират!
-Юнга, а на кого я оставлю
наш с тобой любимый фрегат Петроград?
Только тебе, Оська, я доверяю.
Не грусти! Еще свидимся.
Гони! Надо догнать агитпоезд!
-Сделаем! Пошел, Цыпленок Жареный!
-Почему Цыпленок Жареный?
-За характер прозвал,
отчаянный он у меня.
ИГРАЕТ МЕЛОДИЯ "ЦЫПЛЕНОК ЖАРЕНЫЙ"
-Садись! Да садись!
Еще графин!
Ну постели уже скатерть!
Ну как же без скатерти?!
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали,
Арестовали,
Велели паспорт показать.
Без документа
Прошу агента:
"Не отводи меня в ЧК!
Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный,
Я пострадал от Колчака!
РОДЯ ПОДПЕВАЕТ: Я не советский,
Я не кадетский,
Я не ученый анархист.
Не саботировал,
Не спекулировал,
И не кропил, играя в вист".
Карета царская,
Пора бунтарская
Среди закусок и гробов.
Поет и плачет
И слезы прячет
Весь мир голодных и рабов.
ПОЮТ ХОРОМ: Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный,
Цыпленка можно обижать.
-Но! Пошла!
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный,
Тебе теперь не убежать!
Гони монету,
Паспорта нету,
Тебя нетрудно раздавить.
И на коленочки
Поставить к стеночке:
Чекисты тоже хочут жить.
-Ты чего?
-Цыпленка жалко.
-Он жареный - значит, отчаянный.
Выберется.
ПОДПЕВАЕТ МЕЛОДИИ ПЕСНИ
-Цыпленок жареный,
Цыпленок пареный
Пошел по Невскому гулять.
Его поймали,
Арестовали,
Велели паспорт показать.
Его поймали,
Арестовали,
Велели паспорт показать.
ОВАЦИИ
-Притормози-ка!
-Тпр-ру!
-Агитпоезд здесь?
-Да уж, почитай, всю ночь стоит.
Вона! Третий путь.
-Скажите, пожалуйста,
а вам в агитпоезд поэт не нужен?
А то я готов работать
за чашечку кофе.
Ну хорошо!
Специально для вас
я согласен снизить цену.
Буду работать
за стаканчик морковного чая.