Четыре сезона в Гаване (1 сезон, 2016 год). Фразы и цитаты из сериала

Four Seasons in Havana (2016)

Марио Конде постоянно находится в поиске возможности заработать побольше денег, и так уж получилось, что его хлеб — это расследования. Марио часто оказывается в эпицентре криминальных событий, порой чудом находя ключ к очередной загадке. Неудивительно, что он частенько забывает о близких. Большой вопрос — как распутывать дела, если не можешь разобраться в собственной жизни? Рано или поздно Кондо будет вынужден дать себе ответ.

Все фразы и цитаты

Серия 1

- Помощь нужна?
В марте всегда ветрено.
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК НАСТОЙЧИВО ПОВТОРЯЕТСЯ
Хочешь ехать в Матансас
на этой развалюхе?
- Не обзывай так мой шевик.
- А зачем тебе в Матансас?
- На завод по производству удобрений.
Я инженер. Зато механик никакой,
так что ты появился вовремя.
- И когда ты вернешься?
- Не знаю. Как закончу дела.
А ты случайно не полицейский?
- Скорее слепец, раз не замечал
тебя до сих пор. Ты живешь здесь?
- Да. Вернее, не я, а моя мама.
Я недавно ушла от мужа
и вернулась к ней.
- Ушла от мужа?
ГРОМКАЯ МУЗЫКА, ГОЛОС ЭТАЖОМ ВЫШЕ:
Пусти меня!
КРИКИ, УДАРЫ
ВСЕ СТИХЛО
- Здесь, на углу.
А вот я окончательно разведен.
И пока свободен.
У меня ни тачки, ни собачки.
Я живу с бойцовой рыбкой
по имени Руфино.
У меня полно книг и столько же
друзей. Самый близкий живет рядом
с твоей мамой. И да...
Ты угадала.
Я полицейский.
МУЗЫКА ВЕТРА
ЧЕТЫРЕ СЕЗОНА В ГАВАНЕ
ФИЛЬМ 1. ВЕТРЫ ГАВАНЫ
- Привет, Фабрисио!
- Конде, наконец-то.
- Этот Фабрисио полный придурок.
- Держи. Жертва - учительница
средней школы в Ла-Виборе.
Ее убили ночью.
- Школа в Ла-Виборе?
- Ее задушили здесь, в ее же квартире.
А перед этим сильно избили,
прежде чем изнасиловать.
Ну же, давай за работу.
И послушай меня внимательно, Конде!
Не вздумай мне перечить.
Чтобы ни грамма в рот не брал. Иди!
Черт, что за дерьмо?
- Не знаю, зачем мне поручили
это дело. Ненавижу изнасилования.
- А кому они нравятся, Маноло?
- Явился не запылился!
- А вы жить без меня не можете?
- Что-то нашел?
- Вот этот чистый пакетик
с таблетками в очень грязном месте.
За дело, Маноло, я хочу скорее
с этим покончить.
- В туалете был использованный
презерватив. А в пепельнице -
остатки марихуаны.
- Неплохое начало. Секс, наркотики
и насилие. Постель пахнет ромом.
- Девушку звали Лисет Нуньес Дельгадо.
Похоже, она вовсе не была проблемной.
Совсем наоборот, она была членом
студенческих организаций,
комсомольской активисткой.
- Что еще?
- Еще на кухне были две пустые
бутылки из-под рома и четыре бокала.
Причем все чистые.
- Бокалы могла вымыть она сама.
Но бутылки...
- Да уж. Попытка уничтожить отпечатки.
- Какая оплошность!
Красивая мебель.
- Я сделал ее сам.
Но это еще что! Я делал мебель
на заказ для миллионеров.
Кто знает, куда она делась
после их отъезда?
- Кто-нибудь прибрал ее к рукам.
Вы за нее не волнуйтесь.
- Что вы! В старости одна радость -
без проблем помочиться.
- Хуан, вы говорили, что вчера вечером
слышали из квартиры вашей соседки
музыку и шум.
- Угу.
- Вы кого-то видели в подъезде?
- Видел. Я вышел вынести мусор...
Я всегда выношу мусор по ночам.
Передо мной вошел один парень.
Мне показалось, я его знаю,
но на лестнице было так темно,
что я не разглядел его. Судя
по запаху, у него в руках была пицца.
- А вы видели тех,
кто приходил к Лисет?
- Должен сказать, в последние дни
у нее бывал мужчина.
Уже не молодой, но, может,
это ее родственник...
- Вы бы узнали его?
Или вчерашнего парня?
- Я не очень полагаюсь на свое зрение.
- Я уже тысячу лет здесь не был,
точно это было в другой жизни.
- Только не говори,
что боишься идти к директору.
- Я еще помню, как меня вызывали
на ковер. Не лучшие воспоминания.
Поэтому ты сейчас пойдешь
к директору, а я поброжу по школе.
- Вечно мне достается
самое неприятное.
Ладно.
ЗВОНОК
- Честно говоря, когда Лисет пришла
в наш коллектив, я была против нее.
- Почему?
- Она казалась несерьезной.
Панибратски вела себя с учениками.
- Знаете, как трудно руководить
школой? Вам приходится иметь дело
с целым классом 15-16-летних
подростков. Их не интересует
ничего кроме кроссовок "Адидас",
секса и тусовок.
- Вы не в курсе,
Лисет употребляла наркотики?
- Наркотики?
- Нет.
- Послушайте...
Она была порядочным человеком,
можете не сомневаться.
- А ее личная жизнь?
- Лисет была современной девушкой.
Пару месяцев назад она рассталась
с Пуппи - своим парнем.
Но он продолжал за ней бегать.
Поэтому я не удивилась,
когда увидела его здесь
пару дней назад.
- Пару дней назад, вы уверены?
- Да. Они уехали вместе на мотоцикле.
- Продолжайте курить, я не учитель.
Я зашел покурить. Хотите?
- Нет, спасибо.
- Кто-нибудь из вас
был учеником Лисет?
Я полицейский.
Вы, наверное, догадываетесь.
Я расследую ее убийство.
Похоже, никто в этой школе
не учился у Лисет.
А ты был ее учеником?
- Да.
Это правда, что ее убили?
- А какой она была?
Как преподаватель.
- Это допрос?
- Нет.
Это просто разговор
в школьном туалете.
Я тоже приходил сюда с друзьями
покурить, как и вы сейчас.
Некоторые вещи не меняются.
Как тебя зовут?
- Меня? Хосе-Луис.
Хосе-Луис Ферер.
- Куда ты запропастился?
Нам надо найти некоего Пуппи
с улицы Сантос-Суарес.
Это бывший парень Лисет.
Их видели вместе на мотоцикле
за день до ее убийства.
- Пуппи с Сантос-Суарес?
- Что здесь произошло?
- Останови здесь, Маноло.
- Я тебе пасть порву!
- Что он натворил?
- Свое хотел взять!
- Он ваш родственник?
Стоять! Он чуть не убил того типа.
- Придется забрать его у вас.
Мы уже давно его ищем.
- Но, лейтенант...
- Спокойно, мы сами им займемся.
Он замешан в деле, которое мы ведем.
А вы отвезите второго в травмпункт.
- Блин, козел...
- Черт, Рыжий! Дело к старости,
а ты так и не поумнел?
Постой здесь.
Кандито, ты знаешь парня по имени
Пуппи? У него еще мотоцикл.
Кубинцы привозили такие из ГДР.
Он из твоего квартала.
- Нет, не знаю.
- Убили учительницу из нашей школы.
- Правда?
- Совсем молоденькую.
А этот Пуппи был ее парнем.
- Никакого Пуппи я не знаю.
Но слышал про одного пижона,
который устраивает гонки
на заброшенной дороге, где мы
в детстве гоняли мяч. Это все.
- А наркотики? Ты не в курсе,
там толкают эту дрянь?
- Нет, не в курсе. Но как пить дать.
- В квартире убитой нашли марихуану
и еще всякую дрянь.
- Не впутывай меня в это.
- Кандито, мне нужна хоть какая-то
ниточка. Меня бесит, что эти уроды
толкают дурь в школе.
- Конде, ты хоть знаешь,
о чем просишь?
Я не стукач.
- Блин, Рыжий!
Ее убили, изнасиловали,
а потом задушили!
Я прошу тебя только об одном -
держать ушки на макушке.
- Хорошо.
Сними с него наручники и отвези
домой. Жду тебя в отделении.
- Черт, почему опять я?
- Приказ капитана - закон.
- Ты всего лишь лейтенант.
- Пст! Стой.
Что ты здесь забыл?
- Мне бы Садовника увидеть.
Скажи, Рыжий его спрашивает.
- Жди здесь.
- Хвалите ее, хвалите! Она это любит.
- Хосе, такое вкусное рагу мы еще
ни разу в жизни не ели.
- Правда? Ты видел?
- А насчет посуды не беспокойся,
мы сами все вымоем.
- Ладно, только тарелки не побейте.
А то я вас знаю!
- Я тебе помогу. Хосе... Ты не знаешь
рыжую красотку по имени Карина?
Она живет на этой улице.
- Карина? Нет, не знаю.
- Странно. В этом квартале
все знают друг друга.
- Садовник, ты же знаешь,
я сменил занятие.
- Да. Ты больше не приносишь мне мясо.
- Нас там так прижали...
Теперь я делаю женские сандалии,
но и здесь дела идут плохо.
Не хочешь покупать у меня их оптом?
Я тебе скидку сделаю.
- Ты за этим пришел?
Или хочешь войти в бизнес?
- Нет, что ты!
- Почему?
- Я для этого не гожусь.
Спасибо, но это не по мне.
Но раз уж зашла речь об этом,
хочу сказать тебе кое-что.
Нет, брат... С глазу на глаз.
- Выкладывай.
- Не знаю, почему тебя так удивляет
эта история с наркотиками.
Ты же полицейский, и не где-нибудь,
а на Кубе живешь.
- Да, но амфетамины! В наше время
и травки-то не было.
- Что-что?
- Ну была, но мы были далеки
от этого.
- Это да...
- Времена были другие, брат.
Может, мы были романтиками.
И потом, нам дыхнуть
свободно не давали.
- Помнишь, как поступали с хиппи?
За длинные волосы и разговоры
о свободной любви всех отправляли
либо в армию, либо на полях работать.
- А за то, что мы слушали американскую
музыку, нам что хотели пришить?
- Идеологический...
- ...саботаж!
- Но то было ради нашего же блага,
чтобы у нас было достойное будущее.
- Нет, светлое будущее.
- Да, очень.
-8 часов светлого будущего
и 8 часов без света.
- Садовник, ты знаешь обо всем этом
больше меня. Но хочу предупредить:
берегись конкурентов. Я слышал,
что кто-то уже толкает дурь
старшеклассникам в Ла-Виборе. И если
это правда, ты можешь понести убытки.
- Слушай, Рыжий, меня это не касается.
Я в школах не работаю. У меня
и без того дел хватает, сам знаешь.
- Да, я и сам удивился.
Но если кто-то толкает дурь
в школе, сам знаешь,
тебя могут потеснить.
- Рыжий... Спасибо, что пришел.
- Не нравится мне этот слизняк.
- Не беспокойся, я его с детства знаю.
Надежный парень. Крутится как может.
- Ладно, как знаешь.
- Слушай, хватит, Тони.
Вечно ты лажу гонишь.
Лучше узнай, не самовольничает ли
этот новенький и не толкает ли мой
товар у себя в школе втихаря от меня.
- Нет, послушай меня, я ясно сказал
этому парню, чтобы он не совался
в школу. А он далеко не дурак.
- Вот именно.
Возможно, он решил подсидеть меня.
- Помню, наш преподаватель философии
говорил, что мы молчащее поколение.
- Не молчащее, а пропащее
поколение - вот мы кто.
- Андреасито, брось, брат.
Все было не так.
Ты сам захотел изучать медицину
и стал врачом. И ты прекрасный врач!
Да, ты не смог играть в бейсбол,
но тебе просто не повезло.
- Черта с два. Просто мы всегда
старались жить по правилам.
Или же какой-то козел указывал
нам, как жить. Вот и все.
- Ты еще более озлоблен, чем я.
Дайте же музыку послушать!
Я обожаю эту группу!
- Хватит придуриваться.
Ты мечтал стать писателем,
а стал полицейским!
- Андреас, хватит злобствовать!
Ты просто пьян в стельку.
- Какое там пьян? Я не пьян.
Да взять хоть тебя, Карлос!
Ты воевал на чужой войне.
И что ты получил?
Думаешь, мне на это наплевать?
А ради чего? Нам говорили,
что мы станем лучше всех. А кто
мы теперь, мужики? Что мы такое?
АКТИВНАЯ ПЕСНЯ НА ИСПАНСКОМ
- Не помню кто,
но кто-то это сказал...
Что-то не так в Датском королевстве.
- Слушай, ты уже рассказал этим
придуркам, что ты влюбился
и опять начал писать?
- Что? Черт! Неужели?
- Вот почему он такой странный!
- Мамочки, что теперь будет!
ПРОДОЛЖАЕТСЯ ПЕСНЯ
- Привет.
- Не поздновато ли?
Ты уже купил зеркало, чтобы смотреть
на себя по утрам? Зрелище то еще.
Ну что, как идет расследование?
- Медленно.
- Я же просил поторопиться.
- Увы, не получается.
- Значит, топи педаль в пол, Конде!
Маручи, принеси нам кофе.
И покрепче.
- У Лисет в крови была высокая
концентрация алкоголя.
Что касается марихуаны,
точно сказать не могу.
Но метамфетамины она принимала.
- Может, ей дали, чтобы изнасиловать?
- Это не было изнасилование.
- Но вначале шла речь...
- Вначале так казалось, потому что ее
били. И да, у нее был секс незадолго
до смерти. Но он не был
насильственным. И главное - сперма,
обнаруженная у нее во влагалище,
не совпадает с образцом,
который был в презервативе.
- У нее был секс с двумя мужчинами?
- Да, по крайней мере.
Сперма в презервативе принадлежит
пожилому мужчине со второй группой
крови. А сперма из влагалища -
молодому с четвертой.
Все остальное есть в отчете.
- Смотри.
Что скажешь?
- Хреново.
Толку от них никакого.
А что там с Пуппи?
- Его нигде нет. Но мне сообщат,
когда состоятся гонки.
И еще мне сказали, что Пуппи
перепродает мотоциклы
и спекулирует всем чем можно.
- Орел! Я представлю тебя к медали
за полицейскую расторопность.
А заодно попрошу майора,
чтобы это дело отдали тебе.
А я наконец брошу все к черту
и отправлюсь домой.
Слушай, займись плотнее этим Пуппи.
И позвони, если что узнаешь, ладно?
- Ладно.
- Пока.
- Хулио!
Передай это Роберто.
- Чем порадуешь, Сисерон?
Ты узнал то, что я просил?
- Да. Эксперты считают,
что марихуана, обнаруженная
в квартире девушки,
либо мексиканская,
либо никарагуанская.
Где-то месяц назад поймали
двух типов с точно такой же.
- А метамфетамины?
- Конде, не все так сразу.
Но не беспокойся, если узнаю
что-нибудь интересное -
передам через лейтенанта Фабрисио.
- Через Фабрисио?
Он разве с вами работает?
- Да. А вы что, не в ладах?
- Не я. По-моему, это он
со мной не желает ладить.
- Конде... Неужели вы все еще никак
не можете забыть прошлое?
Плюнь и разотри. Хватит щелкать
ручкой, меня это нервирует.
ХИП-ХОП
- Мерседес!
- Подожди, рис поставлю и подойду.
- Ищешь кого-то?
- Кандито дома?
- Кандито!
- Что?
- К тебе гость.
- Иду.
Конде, ты! Кукки, свари нам кофе.
- Рыжий, а она для тебя не слишком?..
- А на кого я пашу, по-твоему?
- Пора уже завязать
с темными делишками.
- Почему темными?
- А если меня не будет рядом,
кто тебя выручит?
- Малыш...
- Что?
- Кофе закончился.
- Закончился? Сходи к Петрониле
и купи у нее пару пакетов.
И прикрой грудь,
а то ты угробишь Конде.
Мне сказали, ты снова влюбился.
- Карлос просто трепло и фантазер.
- Фантазер! Я тебя знаю.
- Ну что, узнал что-нибудь?
- Конде... Речь о людях, которые
даже матери родной не доверяют.
- Рыжий, ты, может, думаешь,
что я тебя использую,
что мне плевать на тебя?
Возможно, я и правда мерзавец,
раз втянул тебя в это, но меня
убийство этой девушки просто...
Ладно, забудь об этом.
- Постой, постой. Я кое-что узнал.
Тип, через которого здесь проходит
вся дурь, не толкает ее в школе.
Так что ищи в другом месте. Ясно?
- Малыш, кофе вообще ни у кого нет.
- Черт, неужели в этой стране даже
кофе нет?!
- Рыжий, эта крошка тебе не по зубам.
АЗАРТНЫЕ КРИКИ
- Все сюда! Следующая пара:
Юмо против Косого!
СИГНАЛИТ
- Легавые!
- Черт, не повезло тебе, приятель.
- По-моему, тусоваться с друзьями -
не преступление.
- Да, в отличие от ставок
и гонок на деньги.
Но мы здесь не из-за них.
Мы разыскиваем Пуппи,
с Сантос-Суарес. Так что колись.
- Я у Пуппи только запчасти
для байка иногда покупаю.
- Какое совпадение!
Для этого мы его и ищем!
Хочешь ехать в Матансас
на этой развалюхе?
- Не обзывай так мой шевик.
- И когда ты вернешься?
- Не знаю. Как закончу дела.
Дня через два-три.
- Ты живешь здесь?
- Да. Вернее, не я, а моя мама.
Я недавно ушла от мужа
и вернулась к ней.
- Ушла от мужа?
А вот я окончательно разведен.
И да, я полицейский.
- Брось, я тебе не верю.
Ты, наверное, писатель.
- Если бы. Но будь я писателем,
я хотел бы писать как этот самый...
Сэлинджер.
- Я его не читала.
Ты любишь джаз?
- Джаз? Я жить без него не могу.
Обожаю его.
- Мой папа водил меня
послушать своих друзей.
Звездой он не был, но играл
со многими из старых джазистов.
- Предлагаю сделку.
Я дам тебе почитать Сэлинджера,
и, если не вернешь, я тебя арестую.
А после приезда из Матансаса
ты пригласишь меня послушать джаз.
Карина! Это я, Конде.
ЗАТОРМОЗИЛА МАШИНА
Ты в курсе, что за это я могу
оштрафовать тебя на 25 песо?
- Ты на посту день и ночь
или отдыхаешь хоть иногда?
- Бывает. Даже отпуск беру.
Я собираюсь уйти в отставку.
ЛИРИЧНАЯ МЕЛОДИЯ
- Права и документы на мотоцикл.
- Да, сейчас.
- Эй!
ГДЕ-ТО ПЛАЧЕТ РЕБЕНОК
СТУК КАМНЕЙ
ЛЕГКИЙ ДЖАЗ
- Два двойных рома.
- Как тебе работа в полиции?
- Все непросто.
А как ты съездила в Матансас?
- Как тебе ребята?
- Честно говоря,
я предпочитаю классику.
- Значит, ты консерватор.
- Нет!
- Да.
- Наверное, я просто старомоден.
Мне нравится этот бар
с его богемной атмосферой.
Она напоминает о Гаване,
которую я не застал,
Марлона Брандо, который слушал
Чори в пляжных барах...
Нэта Кинга Коула в "Тропикане"...
Портовые бары, где, как рассказывают
старики, можно было часами слушать
болеро, сидя у виктролы.
Хемингуэя во "Флоридите",
Эррола Флинна в "Слоппи Джо"...
- Как это упадочно!
- Да. Эта Гавана так низко пала,
что оказалась в дерьме.
- Здорово, Тони!
- Здорово.
- Принес товар?
- Йасуани, Йасуани...
Что я тебе говорил?
- В смысле?
- Что я тебе говорил насчет того,
чтобы толкать марихуану в школе?
- В чем дело, Тони?
- Что я тебе говорил?
Ну-ка иди сюда... Иди сюда.
Ты знаешь, что я, Тони,
запросто могу сбросить тебя вниз.
- Тони, я же упаду!
- Ты что, держишь Садовника за лоха?
- Тони, я не понимаю, о чем ты!
- Получается, ты держишь за лоха меня.
- Нет!
ЛИРИЧНЫЙ ДЖАЗ
- Странный ты.
Не знаю, ты как будто просишь
у всех прощения за то, что живешь.
Не понимаю, как ты попал в полицию.
- Мой шеф тоже этого не понимает.
А я - тем более.
Знаешь, в чем проблема?
Я все время делаю не то, что хочется.
И почти никогда не делаю того,
чего хочу.
- Например?
- Например?
ШУМ
- Что там такое? Что-то случилось?
- Ну же, Пуппи! Рассказывай.
Незаконная купля-продажа
электробытовых приборов, одежды,
запчастей. Вот что мы сделаем...
Мы обыщем твою мастерскую.
Может, и наркотики там найдем...
- Что? Нет, не найдете.
Я наркотиками не торгую.
- Зато любишь женщин насиловать, так?
- Извини, Маноло...
Скажи мне, Пуппи, если у тебя
так хорошо идут дела,
зачем ты заварил эту кашу с Лисет?
Зачем ты убил ее?
- Лисет?!
Зачем мне было убивать ее?
- Когда ты последний раз ее видел?
- Во вторник.
Нет. В понедельник. Я приехал
за ней к концу последнего урока,
она хотела купить кроссовки.
- Что было потом?
- Ничего. Мы поехали к ней,
она примерила кроссовки, я уехал.
- И она заплатила за них?
- Она знала, что все еще нравится мне,
поэтому... иногда давала мне.
Но она того стоила, в постели
она была просто супер.
- И поэтому ты избил ее!
- Послушай, Пуппи!..
Незадолго до смерти Лисет
занималась сексом. Судя по сперме
у нее во влагалище, у этого мужчины
была вторая группа крови.
Как и у тебя. Вот совпадение!
- Черта с два, шеф.
Зная Лисет, я всегда
пользовался презервативом.
Я не собираюсь платить за то,
чего не делал.
- Лейтенант Фабрисио!
Смотрите. Это было на голубятне.
- Тони...
Ты облажался по полной.
- Садовник, это вышло случайно.
- Мне плевать, как это вышло.
Главное, что вышло.
Теперь полиция ведет следствие.
Это плохо для бизнеса.
- Но полиция не узнает,
что это наших рук дело.
- Нет. Не наших, Тони.
Твоих.
- Скажи мне, Пуппи...
У Лисет был еще кто-то кроме тебя?
- Подумай. Мы хотим тебе помочь,
но и ты нам помоги.
- Да. Этот.
Этот тип просто лох. Он запал
на Лисет, она крутила им как хотела.
Хотя здесь он не очень похож,
но наверняка это он.
- Кто, Пуппи?
ОБА ЗАДЫХАЮТСЯ
- Послушайте, это наверняка
какая-то ошибка.
- Сядьте. Только не надо рассказывать,
как трудно руководить школой. Сядьте.
В ее квартире куча ваших отпечатков.
Вы по-прежнему отрицаете,
что спали с Лисет?
- Но я не убивал ее.
С какой стати? Я был влюблен в нее.
Я не сказал об этом раньше
из-за боязни, что вы заподозрите
меня в убийстве.
- Для этого есть основания?
- Не знаю.
Я был без ума от Лисет.
- И когда вы узнали, что она вам
изменяет, вы потеряли голову.
- Нет, ничего подобного, что вы!
Поверьте, я не убивал ее!
- Слушайте, скажите правду.
Когда вы последний раз видели Лисет?
- В день ее смерти у нее дома.
Я пробыл у нее до 19:30,
вернулся домой в 20:30,
когда выпуск новостей
подходил к концу.
- Вы пользовались презервативом?
- Всегда. Я знал, что она немного...
- И еще - что она принимала наркотики.
- Нет. Лисет не принимала наркотики.
Наверняка ее заставили.
- Ну что? Алиби ее парня
подтвердилось? Как его зовут?
- Педро Ардониас Мортель. Пуппи.
Похоже, он виновен во всем, кроме
убийства Лисет. Тем вечером
он участвовал в гонках.
- Значит, это был директор.
- Сперма в презервативе,
найденном у Лисет, принадлежит ему.
Но его жена клянется и божится,
что он пришел домой задолго
до убийства Лисет.
И теперь я... не знаю, что и думать.
Хосе-Луис, мне надо знать,
продают ли в школе наркотики.
- Что? Клянусь, я ничего
об этом не знаю.
- Но ты знаешь, с кем общалась Лисет.
- Я не лезу в чужую жизнь.
- Брось, Хосе-Луис, ведь мы, кубинцы,
такие сплетники.
Ты должен мне помочь, ведь речь
идет об убийстве учительницы.
Ты знаешь этого парня?
- Нет.
- Как вкусно, Хосефина.
Ты спасла меня от голода.
- Не знаю, как ты можешь так жить.
- Слушай, у меня к тебе одна просьба.
Я хочу узнать кое-что о Карине.
- О твоей незнакомке?
- Да, о ней.
Я хочу узнать, ездила ли она
в Матансас. Ты не могла бы
поспрашивать ее соседей?
- А зачем тебе?
- Да так, издержки профессии.
- Да уж, точно.
- Ты уже станцевал ее?
- Мы танцевали, но я ее не станцевал.
- Брось.
- Она говорит: нужно время, чтобы мы
лучше узнали друг друга.
- Брось, вашем-то возрасте...
Старик, знаешь, я не люблю
говорить об этом ни с кем.
Но иногда...
я вспоминаю о войне...
и снова вижу себя в Анголе, в том
проклятом окопе. Я даже не помню,
как попал туда. Там было проще
сойти с ума, чем умереть.
И вдруг это... Откуда ни возьмись,
эта чертова пуля.
И все изменилось.
Но даже таким я все еще хочу жить,
так что иди отсюда ко всем чертям...
к своей рыжей красотке. Живи на всю
катушку, полной жизнью, своей!
- Я просил не обращать внимания
на беспорядок.
- Я и не обращаю.
- Как съездила в Матансас?
- К черту Матансас!
А о чем ты любишь писать?
- Мне нравятся истории непристойные
и трогательные, как у Селинджера.
Но в последнее время мне хочется
писать из-за тебя. Это ты виновата.
Когда я влюбляюсь, мне всегда
хочется писать.
- Ты так быстро влюбляешься?
- Иногда - очень быстро.
- Ты уже навел обо мне справки?
- Я полагаюсь на свой нюх.
ШУМНО НЮХАЕТ
- Дела совсем плохи. Похоже, легавые
нашли у него наш товар на голубятне.
Тебе не пришло в голову все
подчистить? Я тебя предупредил, Тони.
Это твой покойник.
- Я знаю, брат.
Но нас никто не видел.
- Уверен?
- Знаешь, когда я в последний раз был
в церкви? В день первого причастия.
А у же на выходе я сказал маме, что
больше ни за что не пойду к мессе,
что по воскресеньям
я буду гонять мяч.
Здорово.
Что ты здесь ищешь, Кандито?
- То, чего больше нигде не могу найти,
брат. Место, где никто
не гнобит друг друга.
- Благие стремления...
Иногда я думаю, что лучшие годы мы
провели здесь. Почти все мои друзья
отсюда. Ты, например.
Конде, мне страшно, брат.
Не за себя.
Йасуани - тот парень, что разбился,
он распространял наркотики.
А вдруг это случилось
из-за меня, из-за моих расспросов
насчет наркотиков в школе?
- Кандито, брат, я же сказал: не бери
в голову. Будь с ними осторожен.
Ты не Зорро, не таинственный
мститель.
- Хорошо, я понял. Ладно, не будем
об этом. Я тебя вызвал, потому что
услышал нечто интересное.
- Спасибо, Маручи.
- Не за что.
- Где ты пропадал, Конде?
Мы заждались тебя.
- Оно того стоило, сейчас сам увидишь.
- Выкладывай.
- Начнем сначала, как поется в песне.
По словам капитана Сисерона,
марихуана, найденная в доме Лисет,
не местная, а из Центральной Америки.
Вы же взяли двух типов с травкой
оттуда, правда?
- Верно, но либо поставщик испарился,
либо они его просто выдумали.
- Сказали, что он иностранец. Орландо
Серов, он же Ландо Русский,
иностранец. Похоже, этот тип торгует
травкой и разными колесами.
- Так разыщите его. А ты не раскисай,
Конде. Мне не нужны полицейские,
полные внутренних противоречий.
Это правда, что ты влюбился
и снова начал писать?
- До чего же у некоторых
длинные языки!
Что нового?
- Ничего. Но мать сказала,
что Ландо снимает домик у моря.
- Я послал туда Фабрисио.
Если хочешь поехать с ним...
- Чтобы он стал болтать, что я хочу
отнять у него дело - нет, спасибо.
- Можно я поеду, капитан?
- Поезжай. Скажи, Конде, почему ты
преподнес мне это дело на блюдечке?
- На то и друзья.
- Если будешь всем подряд раздавать
дела, ты ничего не добьешься.
- Если найдете Ландо - сообщите.
- Не сомневайся.
БАРАБАНЯТ В ДВЕРЬ
- Орландо Серов!
- Иду-иду.
- В чем дело, ты куда?
- Жди здесь, я сейчас.
- Стой, гад!
ИГРАЕТ САКСОФОН
- Почему бы тебе не остаться
здесь на ночь?
- У меня завтра много дел,
и я люблю спать дома.
- Я тоже. Но с тобой.
- Тебя оштрафуют
за превышение скорости.
- Я не жму на газ,
я просто не торможу.
Где же ты пряталась до сих пор...
что я не видел тебя раньше?
Он и правда похож на русского.
Что вы узнали?
- Мало. Мы пока не знаем, от кого
он получает наркотики.
- Он кого-то покрывает.
- Он прекрасно знает, что если
проболтается - ему конец. Мне
кажется, что за этими наркотиками
стоят люди серьезные и хорошо
организованные.
- Орландо Серов, объясни, пожалуйста,
почему найденная у тебя марихуана
точно такая же, как та, что была
в квартире Лисет?
- Кто такая Лисет?
- Не умничай, тебе это не поможет.
- Колись, как организован ваш бизнес.
- Войдите.
- Где капитан Сисерон?
- Что, ты за ответной услугой?
- О какой услуге идет речь, Фабрисио?
- Если ты насчет дела Ландо,
то теперь его веду я.
- Да... Молодец, поздравляю.
- Конде, я сыт по горло
твоей иронией и твоим высокомерием.
- Ты сыт своим же дерьмом.
- Что здесь такое?
Конде! Конде!
- Знаю, капитан, все знаю. Но рано
или поздно я морду ему набью.
- Ты с ума сошел?
- Я пришел по делу. Нам не удалось
связать Ландо с убийством Лисет.
Марихуана такая же, но его
отпечатков в квартире нет.
Как идет расследование убийства
Йасуани?
- Думаешь, смерть Йасуани связана
с убийством Лисет?
- Йасуани учился у Лисет
и распространял наркотики.
Это не просто совпадение. У меня
предчувствие, что ниточки ведут
куда-то в школу... Или к парню,
который был у Лисет в вечер убийства.
Я это чувствую.
- Только при Ранхеле не говори
про свои предчувствия.
- Маноло, составь мне список всех
парней, которые учились у Лисет
в этом и прошлом году.
- Что, всех-всех?
- Делай, что я сказал. Иди! Помни!
- Юрий, это не тот полицейский,
который расследует убийство училки?
- Вот ты мне и нужен.
Хосе-Луис, ты что-то знаешь,
но не хочешь говорить.
- Я не думаю, что это связано
с убийством.
- Неважно, выкладывай.
- В школе ходили слухи, что
на дополнительных занятиях
она давала такие же упражнения,
какие будут на зачете.
- Значит, Лисет добивалась таким
образом хороших показателей...
Не знаю, как сейчас, а раньше
это считалось мошенничеством.
А кто ходил на эти занятия?
- Не знаю.
- Брось, наверняка
ты что-то да слышал.
- Честное слово, я ничего
об этом не знаю. Правда.
- У тебя нет выбора. Либо ты говоришь
мне об этом сейчас, либо я
заберу тебя в отделение, и тебе
придется сказать мне об этом
при всех.
Что будем делать?
- Теперь мы прижмем его.
- Что ты узнал?
- Если информация из этого списка
подтвердится, дело почти раскрыто.
- Рассказывай.
- Терпение, ведь главное -
это интрига. Я составил список
всех учеников Лисет. И в конце его
есть имя...
которое, возможно, выведет
нас на убийцу.
- Лазаро Серов-Вальдес...
Возможно, их больше. Но пока мы
знаем, что ближе всех Лисет
общалась с ними: Луис-Густаво
Родригес, Юрий Санпер-Олива
и Лазаро Серов-Вальдес.
Серов, как Ландо, русский.
Сколько Серовых в Гаване, Маноло?
- Ну ты и фрукт!
- Лазаро Серов-Вальдес, 18 лет,
ученик 12-го класса школы
в Лавеборе, так?
- Да.
- Что тебя связывало с Лисет?
- Ничего не связывало. Я...
учился у нее.
- Лазаро, твои дела плохи.
Ты постарался стереть отпечатки,
но некоторые остались.
Их хватит, чтобы доказать,
что ты был в квартире Лисет.
- Да, я был там.
Она пригласила нас -
ей нравились тусовки.
- Знаешь, кто сидит рядом?
Ландо Русский, твой кузен.
Его обвиняют в хранении
и распространении наркотиков.
Он прятал их в твоем доме. И, похоже,
ты иногда запускал в них руку.
- Товарищ следователь, я не убивал
ее, клянусь своей матерью.
Юрий и Луис могут это подтвердить.
Да, я бывал у нее, она сама нас
приглашала. Мы с ней... Пару месяцев
назад она позвала меня к себе.
Я не устоял. Я стал спать с ней.
Но в школе не должны были узнать.
Я сказал только Юрию и Луису.
Но зачем мне убивать ее?
ГРОМКАЯ МУЗЫКА
- Она нам счет выставит.
- Тсс.
- Иди ко мне.
- Ты что, с ума сошел?
Пусти.
- Мы уединились в ее комнате и...
Сами знаете.
- Чего ты хочешь, чтобы я
ее проглотила?
Тогда скажи своим дружкам,
чтобы уходили.
Идите все к черту. И ты тоже.
Вон отсюда, прочь! Пошли вон!
Уходи!
Оставь меня.
- Она была пьяна в стельку
и под кайфом от колес.
Мы ушли от нее часов в 10.
Юрий с Луисом сели на 15-й,
а я - на 147-й. Он меня прямо к дому
подвозит. И это все, честно.
- Снова никому ничего не сказали?
- Мы испугались.
И решили, что будет лучше никому
об этом не говорить,
чтобы не влипнуть.
Но мы ни при чем, клянусь.
- Я звонил на работу, но ее там нет.
Надеюсь, она не больна?
Ладно, передайте Карине,
что я звонил. Спасибо.
Где результаты экспертизы?
- Еще не готовы. У нас нет улик.
Друзья Лазаро говорят, что поначалу
им было весело, но потом она напилась
и стала дурная, и часов
в 10 они все ушли.
- Да, но это ничего не значит.
Они могли сговориться, или вернулся
один Лазаро.
- Знаешь, что они сказали...
Что Лисет часто доставала ему ответы
к контрольным, и он продавал их
по 5 песо каждый.
- Ушлый паренек, однако.
Если так, тем меньше смысла
убивать ее. Лисет была курицей,
несущей золотые яйца. Хотя я думаю...
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Алло. Кандито? Нет-нет, говори.
Хорошо, иду.
Я скоро вернусь.
- А в чем дело?
- Ты пока поторопи экспертов.
- Ладно.
- Брат, смерть этого паренька мне
покоя не дает. Думаешь, его
тоже убили?
Конде, кличка главного накодилера
в квартале - Садовник.
Он живет на Санта-Суарез в здании,
похожем на улей, на последнем этаже.
У него есть подручный, его зовут
Тони, здоровый такой негр,
та еще сволочь.
Я терпеть его не могу.
Я не стукач, Конде,
но я не могу молчать.
Я уверен: у Садовника есть
какой-то покровитель.
Кто - я не знаю. Но кто-то
ему помогает.
- Черт, Рыжий, это очень
важная информация.
Слушай, исчезни на время,
смени обстановку.
Если будут проблемы - звони мне.
- Ладно.
- Здорово, Рыжий.
Тусуешься с легавыми?
- Развернись и поезжай назад! Быстрее.
Ронко, а где Кандито?
- Он ушел сразу после тебя.
- С лысым негром?
- Да, с ним.
- Черт!
Сисерон, я знаю, кто главарь!
Его кличка - Садовник, надо его
срочно брать. Медлить нельзя,
черт возьми!
- Давай, Фабрисио, шевелись. Поехали!
- Капитан, я должен ехать с вами.
Я не хотел говорить это при Фабрисио,
но эти мерзавцы взяли моего друга,
который сообщил мне
про русского и про Садовника.
- Понимаю. Поехали!
- Быстро внутрь! С дороги!
- Осторожно!
ГРОМКО РАБОТАЕТ РАДИО
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
КТО-ТО КАШЛЯЕТ
Спокойно, приятель. Спокойно.
Не усугубляй свое положение.
Спокойно, смотри, смотри...
Вот.
Вытащи его из бака. Спокойно.
Черт, Рыжий!
Рыжий!
Рыжий, не умирай, брат!
Не умирай, Рыжий!
Не подводи меня!
Как ты меня напугал, старик!
- Вот держи.
- Конде!
Что ж, Лазаро, теперь все ясно.
Сперма из влагалища Лисет твоя.
Ты хорошо понял? Твоя. Ты вернулся
к ней один, переспал с ней,
а потом убил.
- Я ее не убивал. Мы пошли к ней
в спальню и занялись сексом.
А потом я ушел. Спросите у Юрия.
- А когда вы ели пиццу?
Ты вернулся один, верно, Лазаро?
Они ушли, но ты нет.
Ты вернулся с пиццей.
- Не было никакой пиццы.
Я ушел от нее с друзьями, и все.
- Слушай, Лазаро, там сидит
свидетель, который видел, как ты
вернулся к Лисет.
- Неправда. Этого не было.
- Нет, было. Ты купил пиццу и пошел
к ней.
- Я не возвращался, я ушел с друзьями.
- Старик тебя видел, пойми!
Сосед Лисет каждый вечер в 11 выходит
выносит мусор. И он тебя уже опознал.
Ты вернулся убить ее, верно, Лазаро?
- Нет.
Все было не так.
- Гулянка окончена, пошел вон.
Одевайся и уходи. Не до тебя.
- Иди ко мне.
Ты выполнишь мою просьбу или нет?
- Я же сказала: забудь
про контрольную. Кто я по-твоему,
дура полная?
- Ну почему дура...
- Я в курсе, что ты наживаешься
за мой счет. Все кончено, Лазаро,
я не буду рисковать из-за сопляка.
- Стой, полегче, Лисет. Полегче.
С мужчинами так нельзя.
- Ты о ком? Думаешь, раз член
отрастил, то стал мужчиной?
Малыш, ты еще даже зад
вытирать не умеешь.
- Она сама напросилась.
- Пусти меня!
- Ты дашь мне ответы контрольной,
потому что я так хочу! Слышишь?!
Я докажу тебе, кто мужчина!
- Пусти! На помощь!
- Заткнись, стерва!
- Пусти!
- Я пытался оживить ее. Клянусь.
Я не хотел.
- Ничего другого я и не ждал.
Мне не хочется этого делать,
Конде, но должен признать,
ты справился отлично,
хоть и по-своему, как всегда.
Контрерас и Сисерон
уже составили отчет
о результатах следствия.
- А наркотики? Надо выяснить,
куда ведут все ниточки.
- Да, но это уже не твоя забота.
Этим займемся мы. А как твой друг?
- Нормально, жить будет. Но я все
время думаю вот о чем:
кто же стуканул на него Садовнику?
Иначе он не послал бы к нему Тони.
А теперь мы об этом уже не узнаем.
Спасибо, Фабрисио.
- Конде, но ведь Фабрисио
спас тебе жизнь.
- Ты правда так думаешь?
А я думаю, что у Садовника
есть хорошие друзья.
- Простите, майор, но я не потерплю,
чтобы лейтенант сомневался
в честности моего подчиненного.
- Я говорю это...
- Все, хватит!
Много на себя берешь. Ты должен
работать, как я скажу.
И говорить, когда я скажу.
Или когда-нибудь я тебе
голову оторву.
ШУМНО ДЫШИТ
- Зачем ты пришел?
- Ты одна?
- Да, проходи.
- Где ты была вчера? Что-то случилось?
Было землетрясение или у тебя
телефон отключили? Я поверю
любому объяснению.
- Я не обязана объяснять.
Зачем ты стал расспрашивать
обо мне соседей?
- Издержки профессии. Я хотел знать,
что случилось.
- Ничего не случилось. Мне позвонили.
- Но мы же договорились...
- Мне позвонил мой муж.
- Твой муж...
Что ты хочешь этим сказать?
- Что завтра возвращается мой муж
из Венесуэлы, он врач. Он сказал,
что его смена приехала, и он
вернется раньше. В тот раз я
не решилась тебе сказать.
- Но разве... Ты сказала,
что ушла от мужа.
- Марио, не надо, мне и так тяжело.
Не знаю, зачем я все это сделала.
Я была обижена на мужа. Ты мне
понравился. Наверное, мне просто
нужен был мужчина.
Я сделала неудачный выбор.
- Я - неудачный выбор?
- Ты влюбляешься, Марио.
- И что дальше?
- Ничего.
Я вернусь домой к прежней жизни.
Но я не сожалею о том, что было.
Надеюсь, ты простишь меня.
- Тебе это важно?
- Да. Очень важно.
- Надо будет поменять проколотое
колесо - звони.
Решать проблемы - моя профессия.
Уеду к чертовой матери!
- Нет, не сходи с ума. Никуда
ты не уедешь.
- Уеду, брат.
- Нет.
- И сдохну в одиночестве как
бродячий пес.
- Нет.
- Но знаешь, что я тебе скажу,
я тебя очень люблю.
И ты мне как брат.
Ты мой друг и мой брат.
- Нет, старик, только не вздумай
плакать, а то и я вслед
за тобой расплачусь.
- Плачь...
потому что я не могу сдержаться.
- Посмотри на нас - старые пьянчуги.


Серия 2

СИГНАЛ ТЕЛЕФОНА
- Да?
Шеф, у меня же сегодня выходной.
Ладно, шеф.
Черт бы их всех побрал, блин...
Черт бы их всех побрал!
Добрый день, Маручи.
- Добрый день.
Майор, он пришел.
- Ты себя в зеркале видел?
Ну и синяки...
- У меня дома нет зеркал, шеф.
- Тем лучше для тебя. Послушай меня,
сегодня утром мне лично позвонил
президент государственной
промышленной корпорации.
А в кабинете у меня сидит ее
гендиректор и жена одного типа,
который исчез. Страна сошла с ума.
Здесь стали пропадать люди,
и теперь все буквально стоят на ушах.
Наша задача - разыскать его
или хотя бы выяснить,
куда он делся. Ну-ка...
У меня, наверное, совсем крыша
съехала. Ладно, идем.
Это следователь, о котором
я говорил, - лейтенант Конде.
Гендиректор Фернандес. А это...
- Здравствуй, Тамара.
- Привет, Марио.
- Что случилось с Рафаэлем?
ЧЕТЫРЕ СЕЗОНА В ГАВАНЕ
ГОЛОСА НЕ СЛЫШНЫ
- Что все это значит?
- Я не могу искать этого типа.
- Откуда ты знаешь эту женщину
и ее мужа?
- Отдайте это дело кому-то другому.
Да хоть Маноло - он толковый парень.
- У вас была связь, а муж все узнал.
Или Морин увел ее у тебя.
Явно что-то было.
- Я с детства знаю Морина,
мы учились вместе с школе.
Он был председателем ученического
совета. Умный парень, но ужасно...
- Если вы знакомы, то это даже лучше.
- Но почему я?
- Знать, судьба твоя такая,
Конде. Проходи.
- Судьба. О, судьба...
- Слушай внимательно,
но это только между нами.
Грядет что-то серьезное
по инициативе сверху.
Начальство проверяет всех подряд.
Похоже, полетят головы.
- Внутреннее расследование?
И что все это значит?
- Не знаю. Наверняка ничего хорошего.
Так что берись за работу
и веди себя прилично.
- Явился не запылился.
- В один прекрасный день я свалю
отсюда. Меня уже все достало.
- Майор мне сказал, чтобы я бросил
все дела и присоединился к тебе.
Наказать меня решил?
- Хватит болтать, говори по делу.
- Рафаэль Морин исчез утром
1 января, а жена заявила об этом
вечером. Мы уже прочесали
больницы и отели - глухо. Вряд ли его
похитили - на Кубе людей не похищают.
- Да, но и бежать из страны ему тоже
смысла нет. Он постоянно ездит
за рубеж.
- Однако же он исчез.
И последней его видела
жена - с нее и начнем.
Пошли.
Вот это совпадение - тебе же всегда
нравился этот дом.
- Маноло, у меня к тебе просьба.
Позволь мне вести допрос,
а ты сиди молча и не вмешивайся.
- Почему?
- Это особый случай.
Я знаю Рафаэля 20 лет.
- Он твой друг?
- Просто мы знакомы. Он был школьным
активистом, когда мы учились
в старших классах.
Помимо этого, он был самым большим
на свете карьеристом и мерзавцем.
Нет, не на свете. Во вселенной.
- О боже! Интересный поворот.
- Мы часто бывали здесь,
когда заканчивали школу.
Тамарин папа был послом, нас всегда
угощали бутербродами, пирожными,
газировкой. Помнишь, как
я разбил ценную пепельницу?
- То была галисийская керамика.
Как иногда складывается
жизнь... Верно, Марио?
Я так и не поняла, почему
ты пошел в полицию.
- Я тоже все время себя спрашиваю.
- Между прочим, лейтенант - один
из наших лучших следователей,
поэтому ему и поручили это дело.
- Тамара, перед исчезновением Рафаэля
вы с ним были ночью в гостях, да?
- Да, у гендиректора Фернандеса.
- На встрече Нового года?
Ты не заметила ничего необычного
во время или после праздников?
- Нет. Мы вернулись домой в два
часа ночи, я валилась с ног.
Рафаэль пошел к себе в кабинет,
он сказал, у него есть дела.
И больше я его уже не видела.
- А в доме все было в порядке?
Ничего не пропало?
- Нет. Причем обе машины (его и моя)
стояли в гараже, а без машины
Рафаэль никуда не ездил.
- У него были проблемы на работе?
- По-моему, нет. Его дела идут
все лучше. Сейчас у них совместный
проект с японцами.
- А вы с ним в последнее
время не ссорились?
- Нет, что ты. Мы совсем не ссорились.
- Счастливая пара?
- Марио, мы обычная пара
с обычными проблемами.
- Извини, что не пришел на похороны
твоего отца - я узнал
лишь два месяца спустя.
- Прошло уже 5 лет.
- А Рафаэлито уже совсем большой?
- Да уж.
Он сейчас у тети Короллы, я отвезла
его туда, чтобы не травмировать.
Он думает, что папа в командировке.
- Тетя Королла? Помню, как мы ездили
после школы на пляж в Санта-Фе.
- Тамара, здесь кто-нибудь
что-нибудь трогал?
- Нет, никто ничего не трогал.
- Чья это записная книжка?
- Это книжка Рафаэля.
- Вы знаете, кто такие Сайда
и Сулейка? Книжка открыта
на букве "С" - и здесь эти два имени.
- Сайда - это его секретарша.
О Сулейке я понятия не имею.
- Тамара, нужен полный список всех,
кто был на встрече Нового года.
Это ведь был последний раз, когда
Рафаэля видели на публике?
Хотя самой последней его видела ты.
- Хорошо.
- Ты сказал, что был знаком с Морином,
но умолчал про его жену
и тетю Короллу из Санта-Фе.
- Это тебя не касается.
- Правда? Как и то, что
ты пожираешь ее глазами?
- Козел!
- Будь осторожнее, Конде. В таких
случаях, пока не доказано обратное,
жена - главный подозреваемый.
- В чем именно? В том, что она съела
мужа?
- Заметил, что она не слишком
обеспокоена исчезновением мужа?
А когда ты спросил про ссоры,
она ответила слишком поспешно.
- Слушай, Маноло, оставь Тамару
в покое. Лучше выясни, кто такая
Сулейка, а я побеседую
с Сайдой, секретаршей.
- Ладно, я лишь советую.
Не играй с огнем.
Она задурит тебе голову.
Черт, Конде, чтобы при таком
достатке у них не было компьютера!
- Наверняка есть.
Черт меня возьми! Рядом с этой
женщиной я превращаюсь в болвана.
Скажите мне, Сайда, вы не в курсе,
у Рафаэля Морина не было
причин скрываться?
- Скрываться? От кого скрываться?
- Вы не знаете, у него в последнее
время были проблемы
на работе или в семье?
- Я могу сказать одно, я работаю
с Рафаэлем 9 лет. Он замечательный
начальник. Отец моего ребенка
сбежал с Кубы, когда сын был
еще маленький, а Рафаэль
очень мне помог. Просто он такой...
такой внимательный и человечный.
- Понимаю.
Работая в такой серьезной компании
и занимая такой важный пост,
Морин ведь не мог исчезнуть
по собственной воле.
- Я тоже так думаю. Мы заключили
сделку с японцами на сотни миллионов.
И это заслуга Рафаэля.
- Расскажите о своем начальнике.
Вы ведь его заместитель?
- Он замечательный руководитель.
Хороший товарищ, настоящий
революционер.
- Работая вместе, вы доверяли
друг другу?
- Да, мы были близки.
- Тогда скажите, между нами,
вы не в курсе, у Морина были женщины?
- Женщины?
- Когда вы видели его в последний раз?
-30-го. Он подвез меня домой,
зашел выпить кофе, подарил маленький
подарочек к Новому году.
- Значит, он бывает у вас
дома и дарит вам подарки?
- Я же сказала, Рафаэль очень
внимателен ко всем сотрудникам.
Ничего такого.
- А какие отношения у Морина с Сайдой?
- С Сайдой? Она просто его секретарша.
Вы ведь не думаете, что...
- Извините, я не знал, что вы...
- Это Хименес, главный экономист.
Он никогда не знает.
- Надо думать, на то он и экономист,
судя по нашей экономике.
Последний вопрос. Скажите,
а Сулейка тоже здесь работает?
- Нет, здесь нет никакой Сулейки.
По-вашему, в этой истории
замешаны женщины?
- Сайда, если Рафаэль прекрасный
начальник и вы с ним так ладите,
почему две недели назад вы
попросили о переводе отсюда?
- Я...
У меня были на то личные причины.
- Вы были на встрече Нового года
в доме Фернандеса.
Вы не заметили в поведении Морина
ничего странного?
Или, может быть, случилось
что-то необычное?
- Нет. Разве только выходка
этого испанца.
- Какого испанца?
- Хосе Мануэля Ригейро.
Это испанский бизнесмен. У него
бизнес на Кубе. Он подвыпил,
пригласил танцевать жену Морина
и стал приставать к ней.
- А что сделал Морин?
- Разрулил ситуацию очень
элегантно. Впрочем, как обычно.
- Да.
- Странно, что потом они с Ригейро
беседовали как ни в чем не бывало
и даже смеялись.
Странный он придумал пароль -
"лестница".
- Песня Led Zeppelin?
"Лестница на небеса".
ПИСК КОМПЬЮТЕРА
- Что за черт!
- В чем дело?
- В компьютере ничего нет.
Похоже, жесткий диск
переформатирован,
и вся информация
с компьютера исчезла.
- Кому, кроме вас двоих,
был известен пароль?
- Больше никому.
Только Рафаэлю и мне.
- Ну что?
- Тамара говорит,
у Морина был ноутбук. Его украли
на прошлой неделе, но они не стали
заявлять в полицию. Как тебе это?
- Какое совпадение!
Маноло, какое кубинское стихотворение
цитируется чаще всего?
- "Я парень - душа нараспашку,
Оттуда, где пальмы растут"?
- А на втором месте?
"Вода, кругом вода.
Быть может, в этом вся беда?"
- Никогда не слышал его.
А при чем здесь это стихотворение?
- Нас со всех сторон окружает вода,
Маноло, целое море воды.
Кофе хочу, умираю. Пойдем?
- Друг, два кофе, пожалуйста.
- По словам Сайды и Кальсинаса,
Рафаэль идеальный начальник,
прекрасный человек, хороший друг.
Но, когда мы проверили его рабочий
компьютер, оказалось,
жесткий диск пуст.
- Кто-то все стер?
- Ясное дело!
Наверное, сам Морин, чтобы скрыть
свои темные делишки. Как только ему
удается всех дурачить?
- Конде, можно я скажу тебе
как друг? Это дело не для тебя.
- Это кара небесная!
Могу сказать одно: Морин не вознесся
в небо во плоти прямиком в объятия
Бога Отца. Черта с два!
Ты научился молиться, Рыжий?
- Более или менее.
Более или менее. А ты?
- Я тоже, но уже забыл.
Старик, знаешь, кого я разыскиваю?
- Не знаю и знать не хочу.
Ты вечно меня подставляешь.
- Я ищу самого мерзкого типа
из нашей школы.
- Серьезно?
Морина?
А зачем он тебе сдался?
- Лично мне он даром не нужен.
Но он пропал. Исчез, испарился.
Мне поручено его найти.
Кандито, куда, по-твоему,
мог деться подобный тип?
- Он в чем-то замешан?
- Не знаю.
Но он ворочает большими деньгами.
- Если он замешан в чем-то стремном,
попробует свалить с Кубы.
- Надеюсь. И хорошо бы с концами.
- Конде... Чувство мести греховно.
- Но на вкус оно восхитительно.
- Ладно.
Все равно ты прямиком в ад попадешь.
- Но Тамара того стоит, верно?
"ВОЕННАЯ ЗОНА. ПРОЕЗД ЗАКРЫТ"
Ну что?
- Ладно, я перезвоню.
Слушай, мы нашли адрес Сулейки,
но, по словам соседей, ее не видно
уже дня два-три.
- Неужели она тоже исчезла?
Что еще?
- Эксперты установили,
что Ригейро звонил Рафаэлю
1 числа ночью, в 2:40.
- Черт, куда ни кинь -
везде этот испанец!
Хорошо бы нам выяснить, с кем он
хотел поговорить - с Тамарой
или Рафаэлем Морином.
Маноло, может, съездишь во Внешторг
и узнаешь в их службе безопасности,
что у них есть на этого Ригейро?
- Надо выяснить, что их связывает.
- Постой, а почему Тамара
не рассказала об инциденте
с Ригейро?
- Я спрошу ее об этом.
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
Можно мне в туалет?
- Да. Иди.
Это любимый одеколон Рафаэля.
- Наши с ним вкусы
кое в чем совпадают.
- Он обожает его.
Чуть не купается в нем.
Его дарят ему испанские друзья.
- Хорошо, что они есть.
Тамара, почему ты не рассказала мне
про инцидент с Ригейро на празднике?
И что он позвонил сюда той ночью,
ты тоже не в курсе?
- В чем дело, Марио? Теперь и меня
подозревают? В чем?
Что я сплю с испанцем?
- Тамара, это полицейское
расследование!
- Я ничего не знаю про звонок Ригейро.
Тот инцидент на празднике был
слишком унизителен для меня.
Испанец пригласил меня танцевать,
а потом начал лапать на глазах
у всех. Я оттолкнула его, да так,
что он упал на пол.
Рафаэль чуть ли не извиняться
перед ним стал.
Он повел себя как трус.
И дома я ему все высказала.
Сказала, что он унизил меня еще
больше, чем испанец. Он обиделся,
закрылся в кабинете.
И больше я его не видела.
Рафаэль повел себя так,
будто ему плевать на меня.
Как на проститутку.
- Он плохо к тебе относился?
- Все, что я скажу, может быть
использовано против меня, да?
- Тамара, Рафаэль мог уйти
к другой женщине?
- Не знаю, но вряд ли. Не думаю,
что он ушел к другой.
- Почему нет?
- Он не из тех, кто будет
рисковать из-за ерунды.
- У тебя есть список всех,
кто был на празднике?
- Да. Сейчас принесу.
Вот.
Марио...
Откуда в тебе столько
горечи и злости?
- От жизни, наверное.
Оглядываясь в прошлое, я вижу себя
другим. Да и всех нас.
Помнишь, как мы верили в идеалы
и даже считали себя счастливыми?
Помнишь?
- Ты неисправим, Марио.
- Да.
И надежды никакой.
- Не мог же этот тип
испариться, Конде!
У тебя хоть какие-то
предположения есть?
- Нет. Но, я уверен, где-то спрятана
целая куча дерьма, и хозяин этого
дерьма - сам Морин.
- А на чем основаны эти подозрения?
- Я хорошо знаю таких, как Морин.
- Попридержи язык, Конде.
Если найдешь испанца, сообщи мне.
А то как бы ты международный
скандал не устроил.
И смотри, будь поосторожнее
с женой Морина.
Понял?
- Это Маноло тебе насплетничал?
- Черт, что за гадость!
Да еще и холодный.
- Другого все равно нет.
Богатый выбор - атрибут социализма.
Рассказывай, пока я тебе язык
не оторвал за сплетни.
- Похоже, этот Ригейро чист. Он любит
шляться по проституткам и не раз
влипал в истории,
но никакого криминала.
- Все равно его надо допросить.
- Пока не выйдет. Он сейчас
на Варадеро.
- Мне плевать.
Пусть найдут, где бы он ни был,
и привезут сюда.
А ты все-таки трепло.
- Какую музыку поставить?
- "Криденс".
- Опять?
- Именно такая музыка
подходит ко всей этой истории
про потерявшегося Морина.
- Где же он все-таки?
Неужели никаких зацепок?
- Как сквозь землю провалился.
- Ты помнишь, как наш друг был
влюблен в Тамару?
- А!
- Конде, как она сохранилась?
Хорошо выглядит?
- Слишком хорошо, чтоб ее!
- Посмотри, с какой рожей он вернулся
от Тамары. Слушай, ты ведь уже
допросил Микки Мордашку?
Ну ты даешь! Мики и Морин были
в школе неразлейвода.
Два сапога пара.
- Черт, как я мог это упустить!
- Конде серьезно болен.
У него обострение тамаритиса.
Да, тамаритис.
- Сеньор полицейский,
ваш пистолет!
- Жаль, что ты полицейский в штатском.
Я обожаю мужчин в форме.
- А я - женщин без формы.
- Как дела, Руфино?
- Да?
- Вильма, это Конде.
- Минутку.
Конде.
- Слушаю.
- Маноло,
кто, по-твоему, покопался
в компьютере Рафаэля? Он сам?
- Черт, откуда мне знать?
- И почему мне не пришло в голову,
что у них дома
должен быть компьютер?
Маноло, по-твоему, я правильно
веду расследование?
Знаешь, в чем дело?
В юности в школе я был
по уши влюблен в Тамару.
Поэтому... Ладно, забудь.
- Да.
- Извинись за меня перед Вильмой
за поздний звонок.
- Ладно. Все, пока.
- До завтра.
ЛИРИЧЕСКАЯ ПЕСНЯ НА ИСПАНСКОМ ЯЗЫКЕ
- Все в порядке?
- Добрый день.
- Добрый день.
- Сеньор Хосе Мануэль Ригейро?
- Да, это я.
- Пройдемте с нами.
- Черт, Микки, твоя нора
еще хуже моей.
- Когда от меня ушла жена,
она даже пса забрала.
Смотри. Как тебе этот диск Пабло
Миланеса, где он поет старые болЕро?
Мне подарил его Рафаэль 31-го числа.
- Он заезжал сюда? В котором часу?
- Часа в три. Дай закурить.
- Зачем он приезжал?
Чтобы отдать подарок?
- Нет, нет.
Думаю, он приехал, чтобы помириться.
- Вы были в ссоре?
- В школе мы с Рафаэлем
были как братья. Ты помнишь?
- Еще как помню. Ты был на его стороне
даже тогда, когда он чуть не подвел
нас под монастырь, обвинив
в идеологическом саботаже.
Хотя мы просто хотели основать
литературный кружок.
- Ты на полном серьезе
хотел стать писателем.
Смотри, что я нашел на днях.
Среди всякого барахла.
Это ваш журнал. В нем твой рассказ
"Воскресенье". Он, правда, был
идеологически невыдержанным.
- Думаю, это было его наименьшим злом.
Да, он просто ужасен.
Из-за чего вы поссорились?
- Да так. Когда Рафаэля взяли на
фирму, ему сразу предложили вступить
в партию, а перед проверкой
он назвал в качестве поручителя меня.
Рафаэлю ужасно хотелось вступить
в партию. Какая карьера без этого?
Но я сам не знаю, с какой стати
я брякнул проверяющему,
что отец Рафаэля сбежал в Штаты,
ведь он это скрывал.
Он обвинил меня в том, что его
вступление в партию было отложено.
Сказал, что я просто сволочь,
наорал на меня как ненормальный.
- Когда это было?
- 10 лет назад.
Больше мы не виделись, пока
он не появился на днях, 31-го.
Он сказал, что, несмотря ни на что,
я был его лучшим. Потом он поправился
и сказал: "Единственным другом",
и подарил мне этот диск Пабло.
Он знает, что Пабло - мой кумир.
Мне показалось, что он как будто
прощался со мной.
- Почему прощался, куда он собрался?
- Откуда же я знаю? Узнать куда -
это твоя задача, ты ведь у нас
полицейский, верно?
Дай еще сигаретку.
- В детстве я обожал воскресенья.
Обычно я делал одно из двух:
либо ходил с дедушкой смотреть
петушиные бои, либо целый день
гонял мяч с мальчишками.
А если шел дождь - тем лучше.
Но сегодняшнее воскресенье
мне испортил Рафаэль Морин.
- Неужели Морин жил здесь?
- То есть как - неизвестно где?
Уже четыре дня?
- Мария Тереза, мы делаем все
возможное, чтобы найти Рафаэля.
- Наверняка с ним что-то случилось.
Он всегда меня навещает.
- Сеньора, когда вы в последний раз
видели сына?
- 31-го, когда он обедал у меня. Он
привез мне подарок и немного денег,
а часа в два уехал: ему надо было
на работу, несмотря на Новый год.
- В его поведении не было
ничего необычного?
- Нет, хотя он казался озабоченным.
Он сказал, что на днях должны были
приехать китайцы.
- А его жена?
Какие у них отношения с Тамарой?
- Он никогда не говорит об этом,
а она... никогда не навещает меня.
Она не любит здесь бывать,
а мне не нравится ездить к ним,
но Рафаэль очень часто
ко мне приезжает, заботится о том,
чтобы у меня всегда была еда,
деньги. Я хвалю его не потому, что
он мой сын. Он правда вырос
прекрасным человеком.
- Ему нелегко было выбраться отсюда.
- Да уж! Представляю,
как трудно всю жизнь поддакивать
и соглашаться с тем, с чем
в душе не согласен. Маноло, мы должны
выяснить, что делал Рафаэль 31-го
во второй половине дня. Тамаре
он сказал, что поехал к матери,
а матери - что поехал на работу.
Возможно, он что-то замыслил,
поэтому и почистил компьютер.
- Конде, Ригейро и Сулейка
ждут в допросной.
- Идем.
- Это не все.
Шеф службы безопасности сказал,
что Морина не было в фирме 31-го,
как думает мать, там был Кальсинас.
- Кальсинас? Какой он, однако,
трудолюбивый.
- У Сулейки не было приводов
за проституцию, но, похоже,
она частенько спит с иностранцами.
Угадай, с кем она была,
начиная с первого числа?
С твоим другом Ригейро на Варадеро.
- Испанец, Сулейка, Морин.
Интересно, как они все связаны
между собой.
- Сейчас мы узнаем.
- А куда поместили Ригейро?
- Он был здесь,
но майор Ранхель
приказал отпустить его.
- Как - отпустить? Как его
можно было отпускать?
- Приказ отдавал не я, а полковник.
Ему позвонил Фернандес
и попросил отпустить испанца,
потому что иностранных бизнесменов
трогать нельзя.
- Да что они себе позволяют?!
- Тихо. Сядь, успокойся. Если хочешь
пожаловаться, ступай к Фернандесу.
Который, кстати, хочет поговорить
с тобой. Он тебя ждет на фирме.
- Хорошо бы ты поговорил
со своим другом гендиректором,
чтобы он разрешил мне провести
проверку счетов фирмы.
- Счетов? А это еще зачем? Мы
расследуем, возможно, уголовное
преступление, а не экономическое.
- У меня есть предчувствие.
Морин живет далеко не по средствам -
это понимаешь сразу, как только
входишь в его дом.
И потом эта кража ноутбука
и исчезновение всей информации
с рабочего компьютера - слишком
уж странные совпадения.
- Аудиторская проверка из-за барахла,
которое ты видел в доме Морина?
Это уж слишком. Кроме того,
что он увел у тебя девушку,
что еще он сделал?
- Кроме того, что он следил за нами,
стучал на нас, читал нам
идеологические нотации?
Кроме того, что он мерзавец,
готовый переступить через все!
- Я же сказал, успокойся!
Или мне придется...
- Отстранить меня от дела?
Ты окажешь мне огромную услугу!
Тем более что я не могу вести
расследование так, как хочу.
- Даже не мечтай о том, чтобы
отстраниться от этого дела.
И не слишком давай волю
своим предчувствиям и своему
длинному языку.
Ясно?
"ВСЕГДА ВПЕРЕД К ПОБЕДЕ"
- Знаешь, Маноло, в детстве
я мечтал побывать на Аляске.
- А что ты забыл на Аляске?
- Я мечтал увидеть снег,
искать золото, охотиться на медведей.
Я старею, но так и не побывал
на Аляске и вообще нигде.
И знаешь, что я думаю?
Пусть Рафаэль Морин и ему подобные
засунут эту Аляску себе в задницу.
- Хорошо.
Я вызвал вас, чтобы напомнить,
насколько деликатна эта ситуация.
Не то чтобы Ригейро был неприкасаем,
но вы уверены, что он причастен
к этой истории?
- Нет, мы не уверены,
но мы знаем, что у них с Рафаэлем
был инцидент на празднике,
а после праздника Ригейро
звонил Рафаэлю.
- Мужики, поговорим без обиняков.
Ригейро признался мне,
что Морин просил его позвонить,
обещая дать телефон одной девушки.
Теперь вы видите?
- Да, видим.
- А теперь поговорим о деле.
Есть новости о Рафаэле?
- Если исключить возможность
несчастного случая и причастность
Ригейро, остается только
одна ниточка - сама фирма.
- Все данные на диске стерты,
и мы не знаем, сделал ли это Морин
или кто-то другой.
- Вы намекаете на коррупцию
в компании? Рафаэль - лучший
руководитель в рамках нашего
министерства. С учетом блестящих
результатов ему была предоставлена
определенная самостоятельность.
- Вы готовы дать руку
на отсечение, что он чист?
- Но...
- Фернандес, нам необходимо
проверить счета фирмы.
- Простите, но я не дам
вам разрешения.
- Товарищ гендиректор
не хочет рисковать.
- Хоть ты и прижал его.
- Я чувствую, что здесь спрятана
куча дерьма.
- Черт! Но если Морин и правда
мерзавец, как ему удается
дурачить всех и вся?
- Дорогой товарищ, с твоей наивностью
и ты мог бы руководить фирмой.
Знаешь, что мне нравится
больше всего? Что все эти люди
что-то скрывают.
- Начиная с твоей подруги Тамары?
- Кто сказал "мяу"?
- Итак, Сулейка, где
ты была ночью 31 декабря?
- На дискотеке в отеле "Комадура".
Я там была с друзьями, ушла
где-то в пятом часу.
- В пятом часу...
А потом?
- Я должна объяснять,
что делала потом?
- Это в твоих интересах.
- Я поехала домой с другом.
Объяснить вам зачем?
- Когда ты встретилась с Ригейро?
- Ясно. Так все это из-за испанца.
Учтите, меня никто не сможет привлечь
за проституцию.
- Тебя никто ни в чем не обвиняет,
так что отвечай.
- Испанец позвонил часов в 11 утра,
сказал, что он от моего друга Хулио,
спросил, не хочу ли я поехать с ним
на пару дней на Варадеро,
и я согласилась.
- Так он звонил не от Рафаэля?
Рафаэля Морина.
- Это кто?
- То есть ты не знаешь Рафаэля?
- Нет.
- Узнаешь его?
- Так это же Хулио.
- Хулио?
- Да, Хулио.
- Что за Хулио?
- Хулио... Кальсинас, кажется.
Да, Хулио Кальсинас.
- Откуда ты знаешь Кальсинаса?
- Как-то раз он подвез меня,
мы разговорились, он мне понравился,
я дала ему свой телефон,
и потом мы встречались иногда.
- Когда в последний раз виделись?
- Это было давно, по-моему, в октябре.
- Где вы виделись?
- Обычно он снимал дом на пляже,
из дорогих.
- Он не говорил тебе,
откуда у него столько денег?
- Такие вопросы на улице не задают.
Я не проститутка, ясно?
Я ни с кем не сплю за деньги.
Но, если кто-нибудь подарит мне
хорошие духи, пригласит в шикарный
ресторан, а потом даст немного денег,
чтобы я сама себе купила что-нибудь,
зачем приставать с расспросами?
Надо ловить момент.
Дела в стране идут не очень хорошо,
а молодость - одна.
СИГНАЛ ТЕЛЕФОНА
- Черт! Если бы я знала, что так
будет, ни за что бы не связалась
с полицейским, клянусь.
- Какого черта тебе...
О, черт... майор!
Нет, простите, я не знал,
что это вы. Да, слушаю.
Конде!
Конде!
Одевайся, надо ехать в больницу.
- Спокойно объясни, что случилось.
- Нашли типа, избитого
до полусмерти и без документов.
Похоже, это Рафаэль Морин.
- Сейчас.
- Шеф чуть ли не с собаками тебя ищет.
- Подумаешь - шеф. Как они меня
все достали!
МАРИО ПЕЧАТАЕТ:
"- Марио, откуда в тебе столько
горечи и злости?
- От жизни, наверное. Оглядываясь
в прошлое, я вижу себя другим,
да и всех нас.
Помнишь, как мы верили в идеалы
и даже считали себя счастливыми?
Помнишь?
- Ты неисправим, Марио.
- Да. И надежды никакой".
Сначала нельзя было допросить
испанца, теперь нельзя трогать
фирму! Так невозможно работать! Если
президент и гендиректор хотят знать,
где Рафаэль, пусть разрешат
провести проверку на фирме.
Зачем ты поручил мне это дурацкое
дело? Чтобы вставлять палки в колеса?
Либо я провожу проверку,
либо бросаю это дело! Все!
- Эй, полегче!
Давай-ка без угроз.
Дай мне полковника.
Да, шеф, мы сейчас ведем розыск
этого пропавшего фирмача.
И я под свою ответственность
намерен провести проверку
экспортно-импортной компании.
Да, под мою ответственность.
Конечно.
- Я знал, что ты не подкачаешь.
- Ты ничего не знаешь! Со мной шутки
плохи. А теперь иди! За работу!
Я жду результатов. Если мне надерут
задницу, ты даже не представляешь,
что я сделаю с твоей.
- Чина!
Чина, у меня аж дух захватывает
при виде тебя.
- Ах, Конде, однажды я тебе покажу.
- Покажи прямо сейчас.
- Ладно, все. Что от меня требуется?
- Чтобы отдел по борьбе
с экономическими преступлениями
проверил фирму Морина, пропавшего
фирмача. Они загнали меня в угол.
- Тебя - в угол? Ладно, поехали.
Садись.
Это отчеты за какой год?
- За прошлый. Нет, за позапрошлый.
- А где отчет за прошлый год?
- В бухгалтерии. Он пока еще
находится в работе.
- Я должна посмотреть его.
Сейчас же.
- Маноло! Чина, найди
хоть что-то, иначе...
- Иначе ты будешь дышать
ровнее при виде меня.
- Точно.
- Как замдиректора по экономике
я лично проверяю данные, полученные
от специалистов, прежде
чем их занесут в отчет.
- Сейчас мы ищем что-то, что
наверняка не фигурирует в отчете?
- Но если это не фигурирует
в отчете...
- Скажите, Морин получает премию
за финансовые операции?
- Фирма имеет некую самостоятельность.
И товарищ Морин распоряжается
ее средствами, причем иногда суммы
очень большие. Мы стараемся вести
бухучет тщательно, но сегодня вещь
стоит 5 песо, а завтра - 10.
Иногда приходится платить
комиссионные посредникам,
чтобы заключить важную
для страны сделку.
Вы меня понимаете?
- Пытаюсь понять.
Скажите, а кто определял размер
суточных Морина и представительских
расходов?
- Морин сам определял размер
суточных и представительских
расходов. На фирме он сам себе
хозяин, он сам все решает.
Министерство доверяет ему.
Или доверяло. Не знаю.
- Здесь что-то не так, Конде.
Очевидно, что Морин сильно завышал
размеры суточных
и представительских расходов.
- И что тут странного?
- Эти расходы проще всего объяснить
или скрыть.
- Надо продолжать поиски, Чина.
Морин тот еще пройдоха.
- Я это уже много раз слышал.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
- Тамара, где Рафаэль брал деньги
на покупку всего этого?
Явно ведь не из зарплаты.
- Ему платят суточные, делают подарки.
Откуда я знаю? Сейчас каждый
хапает, что может: подарки, поездки.
- Про поездки и суточные я не знаю,
ведь я не был даже на Аляске.
Но в одном ты права - к сожалению,
сейчас каждый хапает, что может.
Поэтому мы проводим полную
проверку его фирмы.
- Его фирмы? И что вы там ищете?
- А что там можно найти?
- Я не знаю.
- Чего ты боишься, Тамара?
- Одиночества.
- Ты смогла бы убить мужа?
- Даже не знаю.
Может, и смогла бы.
- Карлос, как ты думаешь, если бы
Рафаэль Морин расхищал деньги
компании, Тамара знала бы об этом?
- Я знаю, что после Карины
тебе надо на кого-то переключиться,
но не усложняй себе жизнь
еще больше, брат. Тамара живет
на другой планете, а мы - бедные
земляне. Берегись. Берегись!
- Скажи, какую самую большую
ошибку ты совершил в жизни?
- Марио Конде, я знаю тебя
лучше, чем мать родная.
Что у вас было с Тамарой?
- Вернее, не было.
- Чего не было?
- Представляешь, она сама захотела.
Она ясно дала мне это понять.
Я запаниковал. Столько лет я желал
эту женщину, ждал этого момента...
- Постой-постой, ты не смог?
- Дело не в этом.
Я испугался и сбежал.
- Испугался? Чего именно?
- Что майор меня убьет, если узнает.
- Господи, ты мне будешь тут
про майора рассказывать, брось!
Ты струсил и ничего не предпринял.
Ты упустил свой шанс.
Какой позор!
- Хуже не бывает.
- Как сказать.
- Ладно, я пойду, брат.
Да, а в последний момент у меня
промелькнула еще более ужасная мысль.
- Еще более ужасная?
- Что вдруг Морин вернется, когда
мы с Тамарой будем вместе.
- Что верно, то верно - вот
был бы ужас.
Конец света.
СИГНАЛ ТЕЛЕФОНА
- Кальсинас, у вас не было подозрения,
что Рафаэль расхищал средства?
Речь о тысячах кубинских
песо - сотнях долларов.
- Лейтенант, для Рафаэля это были
не деньги, а так, мелочь...
- Мелочь?
Зачем вы приезжали на фирму 31-го?
- 31-го... Ах да, верно,
я заехал за документами, которые были
мне нужны для годового отчета.
И очень удачно, потому что
я забыл выключить кондиционер.
- Да, конечно, электроэнергию
надо экономить.
Вы не знаете, в чьих интересах было
стереть данные из компьютера Морина?
- Нет, не знаю. Там была вся
информация о предстоящей сделке
с японцами. Они приедут
раньше, чем планировали.
- Раньше?
- Да.
- А почему?
- Хотят подписать контракт как можно
раньше. Проблема в том, что без этих
данных сделка на грани срыва.
Мы заключили крупную сделку
с японцами, на сотни миллионов.
- Вы намекаете на коррупцию
в компании?
- Что за черт... Похоже,
жесткий диск переформатирован.
- Тамара, Рафаэль мог уйти
к другой женщине?
- Вряд ли. Не думаю,
что он ушел к другой.
- Почему нет?
- Он не из тех, кто будет
рисковать из-за ерунды.
- Где вы виделись?
- Обычно он снимал дом на пляже,
из дорогих.
- Ты смогла бы убить мужа?
- Может, и смогла бы.
- Ну у тебя и нюх, Конде!
- Что ты нашла?
- История с японской фирмой -
это бикфордов шнур.
- Я так и знал! Я знал!
- Морин замышлял что-то серьезное.
Он перевел крупную сумму денег
на один из счетов, открытых в Панаме
на одну из подставных фирм,
и сделал это в кубинских песо.
- Еще раз и попонятнее.
- Слушай, эта подставная фирма
была создана, чтобы обойти
американскую блокаду и закупать
товары в Панаме. Поэтому она была
как бы независимая. Деньги, снятые
Морином со счета, были вложены
в сделку с японцами, но не от лица
фирмы. Он выступил тут как частный
инвестор. Если кто-то заметил бы это,
Морин сказал бы, что произошла
ошибка, поэтому он внес их повторно.
Но все осложнилось, когда японцы
решили перенести поездку. С их
приездом все бы раскрылось.
- Черт! Теперь я все понял.
Этот жулик брал деньги отсюда,
переводил туда, потом возвращал сюда,
а это прикарманивал, не рискуя
своими средствами.
- Видишь, ты финансовый гений.
- Это она сказала, не я.
Маноло, садись в тачку и разыщи
Сулейку, где бы она ни была.
- Не понимаю, при чем здесь Сулейка.
- Давай двигай!
- Опять?
- Ноги в руки - и вперед!
Чина, выходи за меня замуж.
Отсюда она кажется другой.
- Кто кажется другой?
- Гавана.
Она кажется обычным городом.
- Да.
- Мы поняли его схему.
Рафаэль делал бизнес, прокручивая
деньги фирмы через счет в панамском
банке.
- В панамском банке?
- Вы не знали об этом?
- Нет, конечно, нет!
Когда я узнала про махинации
с суточными и представительскими
расходами, Рафаэль попросил
не разоблачать его. Поэтому я
и начала искать другую работу.
- А панамская афера?
- Про это я не знала.
- Да? Ни вы, ни Хименес,
ни гендиректор Фернандес?
Никто ничего не знал?
- Я правда не знала.
- А жена Рафаэля?
Тамара, ты что-то знаешь,
но не хочешь говорить.
Рафаэль не испарился. Нам придется
провести в вашем доме обыск.
- Опять? Что ты хочешь найти, Марио?
- Не знаю. Что-то, что мы просмотрели.
Что прятал твой муж
или что прячешь ты.
Рафаэль украл у фирмы
целую кучу денег.
- Я уже все обыскала. 120 долларов -
вот все, что я нашла.
Я даже сейф вскрыла, но там были
только какие-то непонятные бумаги.
- Значит, в доме есть сейф! Где он?
- В камине.
- Так вот зачем был нужен камин!
Тамара, что здесь делают
документы Кальсинаса?
Ты правда не знаешь,
чем занимался Рафаэль?
- Думай что хочешь, Марио.
Ты уже закончил обыск?
Так уходи. Или арестуй меня.
Ну же!
РАСКАТЫ ГРОМА
- Сулейка, ситуация осложнилась.
- А какое я имею к этому отношение?
- Надеюсь, никакого. Где находятся
дома, куда тебя возил Рафаэль Морин?
- В Брисас-дель-Мар. Эти дома снимают
иностранцы или важные шишки
на время отпуска.
Но ему никогда не отказывали.
- Спасибо.
Респо, приезжай в Брисас-дель-Мар,
возьми с собой фото Морина,
Кальсинаса и гендиректора Фернандеса.
Узнай, не появлялись ли они там
в последние дни. Это срочно!
Постой, прихвати еще
фотографию Тамары, жены Морина.
На всякий случай. Все, поезжай.
- Послушай... Дай мне сказать!
Когда приедет Маноло,
попроси его задержать этого лжеца.
Скажи ему, что у меня есть
предчувствие. Предчувствие, блин!
Тамара, пойми, я же полицейский.
- Это катастрофа.
- Или даже конец света.
- Знаешь, я это предвидела.
Рафаэлю все было мало.
- Не плачь.
Морин шантажировал вас, зная,
что у вас был счет в Испании
и что вы приобрели
машину за границей.
- Нет-нет, он меня не шантажировал.
Рафаэль мой друг.
Он хранил мои документы у себя
из соображений надежности.
- Морин использовал панамский счет
подставной фирмы в личных целях.
и шантажом вынудил вас
покрывать его. Так?
- Что? Нет, ничего подобного.
Я предупреждал его, но он меня
не послушал. Когда японские
бизнесмены сообщили о переносе
поездки, ему оставалось лишь бежать
из страны, иначе его панамская афера
вскрылась бы. В общем...
Да, я помог ему.
- Помогли?
Каким образом?
- Я...
нашел лодочника, чтобы тот его вывез.
Он доверял мне.
СТУК В ДВЕРЬ
- В чем дело?
- Морина нашли.
- Серьезно?
Пошли.
- Лейтенант...
- Что тут?
- Директор турфирмы сказал, что Морин
был здесь в ночь с 31-го на 1-е.
Дом не сдают, потому что
он на ремонте.
Он заперт, так что мы не знаем,
там ли Морин.
- Что ж, идемте.
Черт, Морин, столько плавать,
чтобы умереть на берегу!
- У него на голове следы сильного
удара, но не он явился причиной
смерти. Обратите внимание на гематомы
у основания шеи. Смерть наступила
в результате сдавления костного мозга
после перелома шейных позвонков.
Похоже, ему свернули шею.
- Такое мог сделать только
физически сильный человек.
- Да, хотя и необязательно,
ведь если он сначала ударил его,
жертва уже не могла сопротивляться.
- Между ними наверняка
была борьба. Нужно найти улики.
Неопровержимые улики.
- К сожалению, улик нет.
Ни следов, ни волос - ничего.
- Вот невезуха.
- Я была уверена... Я думала,
что он уплыл на лодке, что...
- Мне жаль.
Мне жаль.
Тамара.
- Что нам делать? У нас нет улик.
- Положись на меня.
- Нет-нет, я его не убивал.
Возможно, его убил лодочник.
Рафаэль был моим другом.
- Нет, у Рафаэля не было друзей.
- Рафаэль помог мне купить машину
и даже одолжил часть денег.
- Рафаэль использовал людей.
Он оказывал им услуги,
но друг у него был только один -
Рафаэль. Вы дрались, Кальсинас,
а в таких случаях всегда остаются
улики: следы крови от ударов
или царапин.
Дальше уж дело за экспертом.
Под ногтями у Морино
обнаружили частицы кожи.
Вашей.
Вот и все. Отпираться нет смысла.
Если вас это утешит,
я хорошо знал Рафаэля Морино.
Он и мне подпортил жизнь.
- Он это заслужил. Все считали
его отличным парнем, даже я.
Мы договорились встретиться в доме
на пляже. Он обещал вернуть бумаги.
Ты же обещал сделать это здесь!
Рафаэль, отдай документы.
- И не проси. Разве я похож на идиота?
Я скажу тебе, где бумаги,
когда сяду в лодку. А если почую
неладное, когда прибуду в Майами,
если меня сцапают, я утяну тебя
за собой. Понятно?
- Мы же договорились!
Рафаэль, ты не сломаешь мне жизнь.
Я достаточно дерьма наглотался
из-за тебя. Сейчас же
отдай документы.
- Или что? Ничего ты мне
не сделаешь, кишка тонка!
- Отдай документы, гад!
- Ты ничего не получишь.
Дерьмо!
- Мерзавец!
Слушай, Рафаэль, я тебя убью.
Убью, если не скажешь,
где документы! Клянусь!
Ну же, Рафаэль, говори.
- Сволочь!
- Как хочешь.
- А почему вы сами не сбежали?
- Потому что я болван.
Я запаниковал, спрятал деньги,
даже к лодочнику не пошел,
а решил переждать, пока страсти
улягутся, чтобы закопать этого гада.
- И нервный, точно вшивый пес.
Дай ему кофе.
Значит, идеальный руководитель
оказался расхитителем?
- Поэтому я хотел поговорить
с тобой здесь.
Там дерьма столько,
что оно может полезть отовсюду.
- Ты нашел убийцу Морино, а все
остальное - это другая песня.
- Я прошу об одном: не закрывай дело,
надо копать дальше.
- Я не могу каждый день
шею подставлять.
- Но Морин действовал не один.
- У меня тоже есть начальство,
не забывай об этом.
Если верхи погрязнут в дерьме,
да и черт с ними!
Не осложняй себе жизнь, прошу тебя.
- Ну и похороны.
- Да, печальный конец.
- Представляешь, что здесь было бы
при других обстоятельствах?
Целое море венков, толпа людей,
оплакивающих потерю ценного кадра,
революционного лидера.
- Представь, каким было бы
надгробное слово.
- Представляю.
Но сегодня не пришел никто:
ни президент компании,
ни совет директоров, ни гендиректор.
Даже приятели, с которыми
он гулял в Новый год.
- Конде.
Сегодня день волхвов.
- Микки...
Я дарю тебе их.


Серия 3


- Мы твердо убеждены, что
ни одна проблема в мире не должна
решаться посредством силы.
Никто не имеет права прибегать
к терроризму, применять насилие
против людей.
Если сидеть сложа руки,
спастись не сможет никто.
И в этой борьбе тоже можно победить,
как мы уже побеждали раньше.
- Алексис Араян Родригес.
- Похоже, смерть наступила
в результате асфиксии
где-то между 8 вечера
и полуночью. Но при такой жаре...
- Где ты это нашел?
- В сумке, которая валялась рядом.
- Кто нашел тело?
- Паренек, который бегает по утрам
с собакой. Вокруг трупа полно
следов другого человека, покрупнее.
Но следов борьбы нет.
- Странно.
Все люди сопротивляются.
ЧЕТЫРЕ СЕЗОНА В ГАВАНЕ
Для полного счастья мне не хватало
только дела этого гомика!
- Я думал, ты без предрассудков.
- Дело не в предрассудках.
Просто я не знаю, с чего начать.
Скажи, как тебе все это видится?
- По-моему, все ясно. Эта липовая
женщина познакомилась с типом,
который не почуял подвоха.
Он распалился, засунул руку
под платье - и офигел.
Потом взбеленился и убил ее.
- Да, возможно. Посмотри в картотеке,
кто из трансвеститов привлекался
за проституцию.
- Странно, что он был в платье.
Будто за женщину хотел сойти.
- Странно? Это и есть
цель трансвеститов.
Добрый день.
- Добрый день, лейтенант.
Майор уже ждет вас.
- Входи.
- Слушай, кто это такая? Где Маручи?
- Маручи перевели. И пока не знаю,
куда и почему. Все еще хуже,
чем я думал. Кошмар...
Ладно. Убитый, которого нашли
в парке, - сын Фаустино Араяна,
дипломата. Ты знаешь, что Фаустино
Араян не последний человек в стране,
так что это дело должно стать
для тебя приоритетным.
- Да, я знаю. А еще надо соблюдать
такт, осторожность и много на себя
не брать.
- И не говорить при мне глупости.
Думаешь, мне легко работать
на глазах у целой толпы проверяющих?
Ты в курсе, что двоих полицейских
уже уволили за коррупцию,
а еще двоих - за халатность?
А за все это стегают по глазам меня.
- Брось, не принимай близко к сердцу.
А семья убитого уже в курсе?
- Нет. Ты им сообщишь.
- Я?!
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Мы из уголовного розыска.
Хотим поговорить с товарищем Араяном.
- Сеньора Фаустино нет дома.
Я позову сеньору Матильде.
Проходите, пожалуйста.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте, сеньора.
- Тонья сказала, вы из полиции.
- Да, сеньора.
Алексис Араян Родригес - ваш сын?
- С Алексисом что-то случилось?
- Я дала ей успокоительное
и таблетки от давления.
- Нам нужна ваша помощь. В котором
часу вчера Алексис ушел из дома?
- Вчера его здесь не было.
Он уже около полугода здесь не жил.
- Да? А где он жил?
- В доме своего друга
Альберто Маркеса.
- В чем на этот раз меня
обвиняет полиция?
Садитесь, пожалуйста.
- Алексис Араян жил здесь?
Какие у вас с ним были отношения?
- Мы были друзьями, ничего более.
Где-то полгода назад я уступил ему
одну из комнат - он сказал, что
хочет жить отдельно от родителей.
- А куда он вчера ушел?
Он сказал, куда идет?
- Я не видел, как он ушел.
Он вел себя очень тихо.
И потом, его комната
имеет отдельный выход.
Кстати, а где он работал?
- В фонде культурных ценностей,
экспертом по пластическим искусствам.
- Вы не в курсе, у него была связь
с кем-либо?
- Да. С неким Сальвадором К,
который мнит себя художником.
Может, присядете?
Эти стулья не кусаются.
- Причиной смерти стало удушение.
Судя по всему, он был задушен,
когда стоял перед убийцей на коленях.
- Оральный секс?
- У него во рту нет следов спермы.
На мой взгляд, ни о каком половом
акте речи не было.
- Наркотики?
- Нет, никаких следов. Убийца легко
мог обездвижить его и без этого.
Судя по оставленным следам,
весит он около 90 кг.
- Отпечатки пальцев?
- Их нет.
- Где вы с ним познакомились?
- Когда Алексис учился в школе,
он ходил заниматься в библиотеку,
где я работал грузчиком.
- Я думал, вы театральный режиссер.
- Был им, пока меня не уволили
в 1971-м. Не меня одного -
и других тоже. Меня обвинили
в поклонении иностранщине,
в аполитичности и, конечно,
в голубизне... Простите,
точнее, в неприкрытом
гомосексуализме.
- В то время вы с Алексисом...
- Нет, что вы! Он был еще ребенком.
Он был таким милым, очень начитанным.
И при этом ходил в церковь
исповедоваться в своих грехах.
Но грешил он не со мной.
- На месте преступления не найдено
ничего особенного, лишь обычный
для таких мест мусор: бутылка,
использованный презерватив, окурки,
ржавый ключ, кончики сигар -
марочных и простых.
- Что ж, надо работать с этим.
- А теперь самое странное, Манолетто.
- Любишь ты заинтриговать.
Ладно, говори.
- Убийца засунул ему в задний проход
две монеты по одному песо.
- Господи! Две монеты в заднице?
Черт! И что это значит?
- Ты меня спрашиваешь?
- Алексис часто переодевался женщиной?
- Женщиной?
Насколько я знаю, нет. Поймите,
Алексис был гомосексуалистом,
а не трансвеститом.
- Странно, потому что его нашли
в женском платье, причем красном.
- С такой вот драпировкой?
- Вроде да.
- Значит, на нем было платье
Электры Гарриго.
- Электры Гарриго? Персонажа драмы
Вирхилио Пиньеры?
- Вижу, мне попался культурный
полицейский. Когда меня выгнали
из театра, я как раз готовил
постановку "Электры Гарриго".
Поэтому премьера не состоялась.
Я приехал в Париж в 1969-м.
Это было весной, в воздухе еще витали
идеи 1968-го. Я остановился в доме
Северо. И там, посреди Сен-Мишель,
я увидел ее, похожую на видение...
Это была самая красивая женщина,
которую я встречал. В ярко-красном
платье.
- Но это была не женщина.
- Северо вывел меня из заблуждения:
"Это мужчина, Маркес".
Я был потрясен. Что-то произошло
внутри меня, что-то очень важное.
И я понял, что нашел образ, который
искал для своей Электры Гарриго.
- А почему Алексис выбрал это платье?
- Я так и не смог поставить эту пьесу,
но Северо свою книгу написал
и опубликовал. "Преображение".
Смотрите.
Возможно, здесь вы найдете ответ
на вопрос, почему Алексис вчера
надел платье кубинской Электры.
- Боже мой! Две монеты в заднице?
- Так точно.
- И что это может значить?
- Не знаю что, но что-то значит.
- Все эти голубые штучки у меня
вот где. Я ничего не понимаю!
Да еще этот старый козел
и эта невыносимая жара!
- А может быть, эти монеты
у геев - что-то вроде кодового слова?
- Возможно, это у них символ мести.
Надо найти бывшего дружка Алексиса,
некоего Сальвадора К.
Дело осложняется, Маноло.
Все эти работы ваши?
- Да.
- Скажите, Сальвадор, вы
в курсе, что Алексис мертв?
- Да, конечно, об этом
знает вся Гавана.
- Особенно геи, верно?
- Моей жене нездоровится.
Может, поговорим на улице?
- На такой-то жаре?
- Нам сказали, что у вас
с Алексисом была связь.
- Это все сплетни завистников. Алексис
как сотрудник фонда культурных
ценностей помогал мне продавать
картины и устраивать выставки.
Нас связывало только это.
- Нам сказали, что вы с Алексисом
недавно поссорились.
- Кто это сказал?
- Неважно кто. Это правда или нет?
- Да, из-за пустяка. Алексису
не понравились мои картины,
мы поспорили, но это был эстетический
спор. После этого мы не общались.
- Сальвадор, где вы были
вчера вечером?
- В студии. Я работал.
- Где она находится?
- Между 18-й и 21-й.
- Как раз возле гаванского парка.
У вас есть свидетели?
Кто-нибудь может это подтвердить?
- Не знаю, но я был там всю ночь.
- Сальвадор, кто там пришел?
- Извините.
- Надо срочно получить ордер на обыск.
- Угу.
- Это ваша жена?
- Да. Я же сказал, ей нездоровится.
- Возможно, нам придется вернуться,
тогда мы побеседуем и с ней тоже.
- До встречи.
Кстати, как твоя беседа с Маркесом?
Думаешь, он имеет отношение
к убийству Алексиса?
- Не знаю, но этот самый Маркес
слишком умен.
- Он что-нибудь рассказал?
- Старые истории. Он из тех,
кого запараметрировали в 1971-м.
- А что это значит?
- Тогда кто-то решил, что люди
искусства должны соответствовать
определенным параметрам.
Очередная охота на ведьм.
- А какое это имеет отношение
к монетам в заднем проходе убитого?
- Не знаю, но, возможно, имеет.
За те годы накопились тонны
ненависти. А ты знаешь,
что ненависть - штука живучая.
И время от времени она где-нибудь
прорывается. А у этого
Маркеса достаточно причин,
чтобы всех ненавидеть.
Карлос, перед тем как прийти к тебе,
я часа два читал книгу о всех этих
трансвеститах и их преображениях,
которую мне дал Маркес, но это
так сложно для понимания.
- Тебе это нужно, чтобы узнать,
кто убил парня?
- Он не был трансвеститом, но оделся
женщиной, на то должны быть причины.
- По-моему, ты слишком глубоко
во все вникаешь.
- Да еще эта история с репрессиями...
Ты знаешь, что я недолюбливаю этих
голубых, но чтобы так их травить...
выгонять с работы - по-моему,
это полное безумие.
- Мы как раз тогда учились
в старших классах, помнишь?
Нас обозвали интимистами
и обывателями, прикрыли наш кружок.
Слушай, может, пойдем выпьем пива
в новом баре, открытом Кандито?
Говорят, там здорово.
- Ты с ума сошел! Ты забыл, что бар
этот подпольный, а я полицейский?!
- У тебя ведь на лбу это не написано.
Ты же полицейский в штатском.
- Но я полицейский! И я никуда
не пойду!
- Послушай, это же...
- Я полицейский, пойми!
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
- Ну что, весело вам или нет?
- Все отлично.
Женщин маловато,
зато пиво просто ледяное.
- А ты все сразу хочешь.
- Рыжий, ты рехнулся?
- Брось, Конде, жить как-то надо.
Я не делаю ничего особенного -
оказываю услуги.
- Он прав.
- Да, Кандито услужлив, но, если
его застукают, мало не покажется.
- Он так старается!
- Но он это делает на глазах у всех.
- Неужели это такой криминал?
- Еще какой!
- И что, за это могут срок дать?
- Да, могут.
- Козел, придурок чертов!
- Стой! Стой! Блин!
- Я ему покажу!
- Ты рехнулся!
- Я покажу тебе!
- Прекрати, Кандито!
- Сволочь!
- Кандито, хватит!
- Лучше не зли меня.
Ты чего взбеленился?
- Он что, убить тебя хотел?
- Кто знает.
- Когда же ты возьмешься за ум? Хватит
уже общаться со всем этим отребьем!
- Бросай ты это.
- Черт...
Черт...
- Тони!
- Микки!
- Я в восторге от твоего романа.
- Спасибо, я уже новый пишу.
- Лично с Сальвадором К я не знаком.
Художник он посредственный,
хоть и сбывает свою дрянь задорого.
И да, он гей, только скрытый.
- А Маркес?
- Голубой ли он?
- Нет, это я уже знаю.
Каков он, этот тип?
- Если ты сейчас явишься в союз
театральных деятелей и крикнешь:
"Кто такой Альберто Маркес?",
то 200 человек с благоговейным
видом рухнут на колени и ответят
тебе: "Он сам бог, он бог!".
Но если бы ты спросил их, кто такой
Альберто Маркес, 20 лет назад...
Возможно, те же самые 200 человек,
потрясая кулаками, стали бы кричать:
"Он дьявол! Наш классовый враг!"
- Какая гадость.
- Раньше о нем и говорить было
нельзя, а теперь его называют отцом
кубинского постмодернизма.
- А почему он не вернулся в театр,
как другие?
- Он сказал, что больше не хочет
ни ставить, ни публиковать. Он вынес
все стоически и остался здесь.
Говорит, что умрет,
если уедет с Кубы.
- Как по-твоему,
он способен кого-то убить?
- Этот чудик? А знаешь, такие
странные люди способны на все.
Согласен?
- Осторожнее.
- По правде сказать, с Сальвадором
у меня никаких проблем не было.
Он вовремя платит, а я закрываю
глаза на некоторые вещи.
- На какие?
- Ничего такого, просто он
иногда приходил с одним парнем,
с Алексисом.
- А вы в курсе?..
- Смотреть надо! Безобразие.
- Идите сюда.
- Молодежь...
- Вы в курсе, Алексис был здесь вчера?
- Сальвадор пришел после обеда.
А когда я выходила выносить мусор,
я слышала, он был не один, но я
не уверена, что это был Алексис.
- Вы не знаете, Сальвадор выходил
куда-то? Или провел всю ночь здесь?
- Знаете, Сальвадор всегда
слушает музыку - оперу.
А вчера вечером было тихо.
Э!
Вы что, сговорились все?
Постой, дай пройти. До свидания!
- До свидания.
ЧУВСТВЕННОЕ ОПЕРНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ
ЖЕНЩИНА ПЛАЧЕТ
- Марио?..
- Тамара, как дела?
- Все в порядке. А у тебя?
- Я хотел поговорить.
- Конечно, проходи.
- После смерти твоего мужа я...
- Спасибо, что не пришел тогда.
- Я подумал, тебе нужно время.
Впрочем, сейчас я пришел
поговорить о другом.
- Рафаэль еще что-то натворил?
- Нет-нет, но, поскольку твой отец
столько лет был дипломатом
и ты выросла в этой среде, я хотел
спросить, знаешь ли ты
семью Фаустино Араяна?
- Да, конечно. Араян-старший -
легенда дипкорпуса.
- Почему?
- Сам подумай. Он проявил себя
еще во времена Батисты, когда боролся
в подполье. Человек с незапятнанной
репутацией. Хотя мой отец считал его
слишком уж правильным и непреклонным.
- Ты знала, что его сын -
гомосексуалист?
- Нет, понятия не имела.
- Его убили два дня назад.
- Человек-легенда скрывал,
что его сын - гомосексуалист?
- Никто не совершенен.
- Это твое обычное
оправдание, Марио, да?
- Я пошел отсюда.
Что за пьянку вы тут устроили!
- Ты говоришь
как настоящий полицейский.
Ты куда собрался?
Транспорт уже не ходит.
- Сержант, Сальвадор К исчез.
- Черт! Так я и знал.
- Жена говорит, он ушел вчера вечером
с чемоданчиком и не пришел домой
ночевать.
- Дом обыскали?
- Глухо. Она говорит, не хватает
кое-чего из одежды и обуви,
но ей это не показалось странным,
поскольку он иногда ночует в студии.
- Тогда мы поехали в студию,
но и там его нет.
- Сообщите дежурному, пусть
Сальвадора К объявят в розыск.
Мы должны найти его.
- Ты облажался по полной. Как ты
мог оставить на свободе главного
подозреваемого?
- Понимаешь... Не нравится
мне это дело.
- Да что ты!
А какие дела нравятся
нашему мальчику?
- Среди всей этой голубой братии
никогда не знаешь, кто из них врет,
а кто говорит что-то
похожее на правду.
И вся эта история с параметрами...
- Забудь, это старая история,
она уже давно никого не интересует.
Послушай. Даже не отвечай, просто
слушай. Разве я не говорил тебе,
чтобы ты сидел тише воды ниже травы?
Да? Что по инициативе сверху
во всем ведомстве идет чистка?
А ты что тут болтаешь?
Ты что, чокнутый?
Или просто дурак?
- И то и другое.
- Ты должен найти убийцу.
И без лишнего шума. Или не зваться
мне больше Антонио Ранхелем.
- Нам очень неловко вас
беспокоить, товарищ Араян.
- Ничего страшного. Это ваша работа.
Я и сам уже работаю. Жизнь
продолжается. Сигару?
- Спасибо.
Я ее позже выкурю.
- Спрашивайте, лейтенант.
- Вы знаете Сальвадора К?
Похоже, ваш сын
состоял с ним в связи.
- Я в курсе. Я знаю про связи
моего сына, но мы не знакомы.
- Я полагаю, Алексис был человеком
сложным. Что вы как отец могли бы
рассказать о нем?
- Алексис с детства был для нас
головной болью. Не только
из-за своей проблемы, но и...
из-за характера. Любой другой
на его месте был бы доволен жизнью,
которую мы ему обеспечивали, но он
вечно упрекал нас, что мы слишком
много времени проводим вне Кубы,
оставляя его здесь с Марией Антонией,
моей тещей.
- А почему Алексис ушел из дома?
- Пару месяцев назад мы поссорились.
- На какой почве?
- На почве политики.
Он заявил, что я догматик и радикал.
После этого он ушел из дома.
В трагической смерти Алексиса
виновата та среда, в которой
он вращался и искал друзей.
Все эти аморальные развратные типы!..
А после его знакомства с этим
распутником Альберто Маркесом
мы вообще перестали общаться.
Он промыл ему мозги.
- Все люди сопротивляются.
Река Альмендарес.
А ведь она вдохновляла
стольких поэтов!
Какой кошмар!..
Что с тобой? Чего ты молчишь?
- Ничего.
- Что-то случилось.
Я тебя знаю. Ты у Араяна
молчал как рыба.
- Я не говорил тебе,
чтобы зря не беспокоить.
- В чем дело, Маноло?
- Меня вызывают в МВД.
И мне не по себе.
- Не переживай, старик.
Ты ничего не сделал. Так что
плюнь на этих сволочей. Идем.
Все в порядке, Маноло. Ты ведь
ни в чем не замешан, верно?
- Ты что! Конечно нет!
- А я все больше убеждаюсь в одном:
Алексис не был трансвеститом, значит,
он переоделся не для того,
чтобы кого-то снять.
У него были другие цели.
- Итак, если убийца Сальвадор,
тогда, возможно, дело было так:
Алексис хотел, чтобы Сальвадор бросил
жену, и пригрозил, что все расскажет
ей. А Сальвадор обманом заманил
Алексиса сюда.
- Но ведь они уже расстались.
- Ну, не знаю. Возможно, Сальвадор
ревновал его, потому что у Алексиса
появился другой. До чего же
ты любишь все усложнять!
- Нам их чувств не понять. Но почему
убийца не бросил труп Алексиса
в реку? Его вообще не нашли бы.
А эти монеты? Что означают монеты
в заднице?
- Да, история идиотская.
- Сейчас самое важное -
найти Сальвадора К.
- Мама! Скорее, мы умираем с голоду.
- Тамале из кукурузной крупы,
а не из муки - так вкуснее. Он на
молоке. А вместо начинки - свинина,
курица и говяжьи ребра.
- Надо будет тебя допросить,
где ты достаешь продукты. Видно,
придется тебя посадить, потому что
говяжьи ребра не увидишь
даже в новостях.
- Мама, а можно еще?
- Да.
- Кто просит добавку - тот обжора.
- Центр, наблюдаю объект.
Возможно, это наш подозреваемый.
Приступить к задержанию?
- Да, но вначале убедитесь,
что это он.
- Конде, мы продолжаем поиски
Сальвадора К. Поджидали его
около студии, но он так
и не появился. Я позвоню позже.
- Он как сквозь землю провалился.
Я уверен: он все еще в Гаване.
Но где он прячется?
- Все закончилось.
- Что?
- Ром.
- Еще и ром закончился? Как раз
тогда, когда мне захотелось напиться
до чертиков и рухнуть замертво, чтобы
не думать о своей проклятой жизни!
- Ты подумай, как его
пробрало. Не пей больше!
- Мисима, Цвейг, Хемингуэй,
Калверт, Павезе...
Кейн. Все самоубийцы.
Алексис когда-нибудь
говорил о самоубийстве?
- Он очень страдал. Если бы его
не убили, я бы решил, что это
самоубийство.
- Он страдал
из-за чего-то конкретного?
- Бедный Алексис. Он говорил,
что все в его жизни было ошибочным:
пол, семья, время. И что если человек
сознает всю ошибочность этого,
то выходом может стать самоубийство.
- В Библии не хватает страницы.
Кто ее вырвал?
- Здесь бывала только Тонья.
- Кто?
- Мария Антония -
домработница Араянов.
Она всегда у них работала.
Она приходила раз в неделю,
чтобы убраться. Бедняга. Она баловала
Алексиса больше, чем родная мать,
и всегда приносила ему что-нибудь
вкусненькое, чего не купишь
в магазинах, причем...
- Возможно, страницу зачем-то
вырвал сам Алексис.
- Это правда, что его
нашли в женской одежде?
Странно, потому что он был
закомплексованным и очень
застенчивым.
- Нам нужны имена
тех, с кем общался Алексис.
- Он общался со многими людьми,
в первую очередь - по работе. Алексис
был одним из моих лучших экспертов,
он ладил с художниками и...
- Вы знали, что Алексис состоял
в связи с Сальвадором К?
- Да. Но, насколько я знаю,
они были в ссоре.
- У Алексиса был кто-то еще?
- Алексис был человеком скрытным.
- Не понимаю, почему вы не вернулись
в театр, когда ситуация изменилась.
- Да, наверное, так было бы проще
всего. Но ведь никто не признал свои
ошибки и никто не вернул
мне то, что было отнято.
- Вы должны ненавидеть полицию.
- Кто забрал отсюда все вещи Алексиса?
- Никто, насколько я знаю. Никто.
- Не хотите сегодня вечером
сходить к моим друзьям?
- Что?!
- Не пугайтесь, лейтенант.
Там будут интересные люди,
знакомые Алексиса.
- И, возможно, один
из них и есть убийца?
- Конде, странное дело: кто-то забрал
из кабинета Алексиса все его вещи.
Ни бумажки не осталось.
- А я нашел в комнате Алексиса
Библию с вырванной страницей.
На ней начало 17-й главы
Евангелия от Матфея.
- И какой нам от этого толк?
- В ней идет речь о преображении
Иисуса. Послушай.
"По прошествии дней шести взял Иисус
Петра, Иакова и Иоанна, брата его,
и возвел их на гору высокую одних
и преобразился перед ними".
- И что из этого?
- Все ясно, Маноло!
Алексис был убит шестого августа.
Тебе что-то говорит эта дата?
- Ничего.
- В этот день католики празднуют
Преображение Христа. Не слишком ли
странное совпадение?
Может, Алексис был сумасшедшим
и совершил преображение, чтобы войти
на свою Голгофу?
- А по-моему, это ты сумасшедший.
- Хватит, Маноло. Лучше иди и найди
мне Сальвадора, где бы он ни был.
СТУК В ДВЕРЬ
- Явился не запылился.
- Чтобы скрасить тебе жизнь, я принес
тебе подарочек - марочную сигару.
Но ты должен сказать мне,
куда девалась Маручи.
- Хоть какая-то от тебя польза.
А Маручи тебя не касается.
Расскажи, как идет дело.
- Слушай...
У меня в голове все перемешалось,
к чертовой матери.
Эти парижские трансвеститы
с Евангелием, Электра Гарриго
с преображением Христа...
А вот Маноло считает, что это
преступление на почве страсти
между голубыми.
- Какие отношения у майора Ранхеля
с лейтенантом Конде?
- Их дружба влияет на работу?
- Ходят слухи, что майор
делает лейтенанту поблажки.
- Говорят, Ранхель
ему покровительствует.
- Лейтенант страдает
алкогольной зависимостью?
- Кто его информаторы?
- Мы знаем, что среди них некий
Кандито, он же Рыжий.
- А еще - что у него была связь
с Тамарой Вальдемира.
- Почему лейтенант частенько заходит
в церковь? Что вы скажете о его
уровне жизни?
- Это правда, что он любит писать?
- И о чем он пишет?
- О вещах трогательных и непристойных.
СТУК ПИШУЩЕЙ МАШИНКИ
СТУК В ДВЕРЬ
Конде!
- Привет! Какими судьбами?
- Им все известно, старик.
- Что им известно?
- Говорю тебе, все. Не знаю,
под тебя они копают или под майора,
но головы уже летят. И первым
стал капитан Сисерон. Его обвиняют
в коррупции. Он отстранен
от работы до окончания следствия.
- Сисерона отстранили? Его наверняка
подставил какой-нибудь мерзавец!
- Не знаю, может, я слишком наивен,
но такого я и предположить не мог.
Это все равно что жить в аквариуме.
- Обожаю Пасео-дель-Прадо! Он
напоминает мне Рамблу в Барселоне.
Еще бы - ведь многие строители,
работавшие здесь, были каталонцами.
Если хотите увидеть вблизи жизнь
гаванских геев, здесь как раз
то место. Хотя должен предупредить -
ночью картина здесь совсем другая.
ГРОМКАЯ МУЗЫКА
- Наконец-то! Какие важные персоны
в моем скромном жилище!
Какая честь! Поцелуемся?
- Это Алхимик.
- А вы сеньор Конде?
Идем со мной, я должен рассказать
тебе нечто ужасное и таинственное.
Поли, удели этому сеньору внимание!
- Привет.
- Привет.
- Маркес говорит, что ты писатель.
- Ну... Начинающий.
- Неважно. Надо же с чего-то начинать.
- Да?
- Ты натурал?
- Я?
Пока да.
А ты натуралка?
- Почти всегда.
Если хочешь познать все свои
возможности, надо хоть раз вступить
в однополую связь.
Разве Маркес тебе не говорил?
- Нет, он знает, что по убеждениям
я мачист-ленинист.
И пока меня это устраивает.
Ты за меня не волнуйся.
Слушай, Поли, а ты знала Алексиса?
- Да. Он был... моим другом.
- Не понимаю, почему он был в женском
платье, если он не был трансвеститом.
- Да. Все трансвеститы в панике. Они
боятся, что появился серийный убийца.
- Наверное, поэтому я не вижу
здесь ни одного трансвестита.
- Что? Значит, ты слепой.
- Знаешь, Поли, мне нравится эта
среда. Мне хотелось бы написать
о ней. Может, расскажешь
немного о гостях?
- Кого здесь только нет! Активисты
всех партий, сторонники свободы
секса, театралы и театральные
деятели, голубые всех сортов,
одинокие души, жаждущие утешения,
победители балетных конкурсов,
предсказатели конца света
и продовольственных карточек,
новообращенные марксисты
и марксисты, обратившиеся в ничто,
еретики и адепты всех религий,
алкоголики, психбольные,
ревматики, догматики и один
гетеросексуальный мачист-ленинист.
- Поли, когда ты в последний раз
видела Алексиса, он не говорил,
что влюблен, что у него есть парень?
- Кажется...
А к чему все эти вопросы? Меня
не обманешь - ты полицейский.
- Полицейский? Я? Боже упаси!
Просто мне здесь как-то...
- Если хочешь, пойдем ко мне.
Я живу недалеко.
- А ты не трансвестит?
- Вот и узнаешь.
Чего ты ищешь?
- Сама знаешь.
- Ты обыскиваешь меня,
как настоящий полицейский.
Стой!
Если хочешь арестовать меня,
тебе придется потрудиться.
- Да!
- Слушаю.
- Сержант, мы прочесываем районы
Серро и Санто-Суарес.
- И?
- Ни следа Сальвадора К.
Продолжить поиски?
- Да. Если что, звоните.
- Слушаюсь.
- Послушай, звонила жена Сальвадора К.
Она в отчаянии - ее муж
так и не появился.
- Нам остается лишь продолжать поиски.
Знаешь, этой ночью мне
приснился убийца.
- Да что ты! Ну все,
можно закрывать дело.
- Я не видел его лица, но у меня
было предчувствие, что я его знаю.
Что это за глупое выражение лица?
Мне надо сходить в Сисерону.
- Конде...
- Ты не ходи, если не хочешь,
а я пойду.
- Спасибо.
- Ты единственный из всего
отделения, кто пришел ко мне.
Такое не забывается.
Эти сволочи хотят от меня избавиться.
- Что ты натворил, Сисерон?
- Клянусь, Конде, я чист.
Но лучше тебе не навещать меня. Ты
знаешь, что любого можно подставить,
если захотеть.
- Если ты ни в чем не виноват,
я буду тебя навещать. Но если ты
виноват и из-за тебя пострадает
майор Ранхель, я приду
и сам тебе пинков надаю.
- Пойми же, Конде, я ни в чем
не виноват, ни в чем.
- Я тебе верю, Сисерон.
Это так, на всякий случай.
Ты же знаешь, он мне как отец.
СИГНАЛ ТЕЛЕФОНА
Алло!
- Конде, в отделение звонил Маркес
и хотел тебе сообщить нечто важно.
По-моему, он запал на тебя.
- Очень смешно.
Это страница из Библии Алексиса.
Где она была?
- В книге "Электра Гарриго"
как закладка.
- Ясно. Алексис читал Пиньеру,
и ему пришла в голову мысль
надеть платье, придуманное
вами для Электры.
"Отче мой, если возможно,
да минует меня чаша сия".
Это почерк Алексиса?
- Да. Вроде да.
- Это объясняет историю
с переодеванием Алексиса.
Или он был не в себе,
или у него был план.
Возможно, он задумал это
переодевание как акт преображения.
- Будто хотел, чтобы его распяли?
- Может, он боялся покончить с собой?
Алексис был католиком, а католицизм
осуждает самоубийство,
но и гомосексуализм он тоже осуждает.
- Вот видите, геем быть нелегко
в любой части света,
а на этом острове - тем более.
- Старик, неужели это ты написал?
В самом деле? Получилось здорово.
- Да брось!
- Нет, правда, непристойно...
- И трогательно.
- Да еще как трогательно!
А почему нет названия?
Черт, просто замечательно!
Это надо отметить. Мама!
Мама, Конде снова начал писать.
Найди 4 песо и сходи за бутылкой.
- У тебя наверняка что-то припрятано.
- Откуда? Я человек бедный.
Ну, обними меня!
- Хосефина, этот рис
с курицей просто бесподобен.
- Меня вдохновил твой рассказ.
- Мама, сделай нам кофе.
- Сынок, ты мне даже
посидеть не даешь.
- Для полного счастья
нам бы сейчас по сигаре.
- Кстати, на днях мне подарили сигару
"Монте-Кристо". Сигара обалденная,
но я подарил ее майору,
он же мой товарищ.
- Ты предатель.
- Нет, ты просто ненормальный -
подарить начальнику сигару
за 20 долларов.
- Имея друга-калеку.
- Ты куда?
- Музыку поставлю.
-- Ты не забыл, что надо ставить?
- "Криденс".
- Если ты опять их поставишь,
я уйду, к черту.
- Ты уже нашел убийцу трансвестита?
- Лучше не спрашивай.
Я готов бросить это дело.
- Пока идут поиски убийцы,
я себе еще немножко положу.
Это просто...
- Объедение.
- Точно.
- Слушай, ты меня без обеда оставишь.
ЭНЕРГИЧНАЯ РОК-МУЗЫКА
- Ты сегодня... Что с тобой?
- Эта работа меня достала.
- Что-то случилось?
- Сегодня меня просили дать
показания против Конде.
- О боже...
- Не понимаю, чего они добиваются.
- Ну все, все.
Я же здесь, с тобой.
- Вы арестованы, Сальвадор.
Если вы не виновны,
почему вы исчезли?
- Поймите, товарищ, я ушел из дома,
потому что не решался объясниться
с женой и сказать ей правду.
- Почему вы с Алексисом поссорились?
- Алексис все слишком усложнял,
а я был не готов к этому.
- Как осложнял?
- Ну, не знаю...
Иногда он грустил. Его мучило
чувство вины, он говорил о странных
вещах, о Боге и вообще...
- А где вы были на самом деле в день
убийства Алексиса?
- Я был у себя в студии.
Но не один, с Флейтосом.
Я не мог вам тогда сказать.
- Маноло, если Сальвадор говорит
правду и Алексис был так
религиозен, то он не мог покончить
с собой, но он мог сознательно
пойти на заклание.
- Опять ты за свое.
- Добрый день.
- Добрый день. Я вас не ждал.
- Фаустино, можно с вами поговорить?
- Но я... я опаздываю, у меня
важное совещание. Вас может
принять моя жена, прошу.
- Спасибо.
Спасибо, Матильде, что приняли нас.
Матильде, скажите, вы узнаете
почерк Алексиса?
- Вроде бы да.
- Да, это его почерк.
- Алексис когда-нибудь говорил вам,
что хочет покончить с собой?
- Не понимаю, к чему этот вопрос.
Алексиса ведь убили.
- Да, его убили.
Но, возможно, он спровоцировал
убийцу, поскольку не мог покончить
собой сам.
- Вряд ли имеет смысл объяснять
вам, что я испытала, когда узнала,
что мой сын гомосексуалист.
Фаустино было еще тяжелее.
Еще бы... на его посту...
Алексис понимал это...
и стал отдаляться от нас.
А во время одного
из последних споров с отцом...
он сказал...
что, если бы он умер, так...
было бы лучше для всех нас.
- Это просто домыслы. Зачем человеку
провоцировать своего убийцу?
- А я практически уверен,
что так и было.
Ради преображения Христос взошел
на гору, а Алексис мог привести
своего убийцу в парк.
- Постой, к чему ты клонишь?
- В парке было что-то,
что мы упустили из виду.
- Упустили? Не выдумывай, Конде.
Ладно, пока.
- Добрый день, лейтенант.
- Здравствуйте.
- Как продвигается следствие?
- Не так хорошо, как у вас.
Преображение Христа просто...
не идет у меня из головы.
- Входи.
- Я встретил семерых
всадников апокалипсиса.
Старик, к черту эту секретность.
Расскажи, куда подевалась Маручи.
- Не могу.
Но скажу, чтобы ты больше
не приставал. Твоя подруга Маручи
тоже из отдела внутренних
расследований. Ее посадили сюда,
чтобы следить за нами.
И она стучала на всех нас.
- Брось. Маручи?!
- Хватит об этом.
Как продвигается дело?
- Пока ничего конкретного.
Но у меня есть предчувствие.
- Опять двадцать пять...
- Где сигара, которую я принес вчера?
- Опоздал - я ее уже выкурил.
- А кончик куда дел?
- Не помню, кажется, в урну.
Ты что, с ума сошел?
- Пусть это похоже на безумие,
но надеюсь, что со всеми этими
преображениями...
...оно превратится в озарение.
Да.
- Говорит
полковник Фрутос. До меня дошли
сведения, что вы уже дважды
были дома у товарища Араяна. На нас
давит министерство, лейтенант,
так что будьте осторожны. Вам ясно?
- На сигаре, найденной в парке,
нет четких отпечатков.
Она отсырела и была раздавлена.
- Дальше?
- Можно сказать лишь одно: сигара
"Монте-Кристо", которую ты принес
Ранхелю, очень похожа на ту,
что была найдена в парке.
Почти наверняка они
одного происхождения.
Они сделаны из одинаковых листьев.
И качество табака одинаковое.
И, возможно, одного урожая.
Но утверждать это я не могу.
- Садитесь.
Вы знаете, почему
Алексис ушел из дома?
- Да. Он ушел после ссоры
с сеньором Фаустино.
- Но из-за чего они поссорились?
- Не знаю. Кажется, из-за политики.
- Алексис ничего не рассказывал?
- Он... все время расспрашивал
о прошлом своего отца.
Был буквально помешан на этом.
Кажется, в тот день он чем-то
попрекнул сеньора Фаустино.
Но все эти вещи...
- Что вы думаете о сеньоре Фаустино?
- Знаете... он настоящий революционер.
- Да, но каков он как человек?
- Я не люблю говорить за спиной.
Но сеньор Фаустино не мог
смириться с жизнью Алексиса.
Он скрывал это,
чтобы не повредить карьере.
- Мария Антония, с первой минуты
меня не покидает ощущение, что вы
скрываете что-то, что связано
со смертью Алексиса.
- Нет, я...
- Мария Антония,
возможно, от вас одной зависит,
поймаем ли мы убийцу Алексиса.
- Сеньор Фаустино имеет привычку
бросать одежду где попало.
Поэтому я очень удивилась, когда,
решив в пятницу заняться стиркой,
я обнаружила в стиральной машине
льняную рубашку, которую я обычно
стираю руками. И брюки. Причем внизу
брюки были слегка испачканы грязью.
И в тот же день... вы сообщили
нам о смерти Алексиса.
- И что вы сделали с брюками?
- Есть новости?
- Да, поэтому мы и приехали.
Вам придется проехать с нами.
- А нельзя поговорить здесь?
У меня много работы.
- Вы должны поехать с нами.
Так будет лучше для вас.
- Вы с ума сошли? По-вашему,
я способен убить своего сына?!
Эти сигары - не доказательство,
их миллионы в стране!
Вы понимаете, на кого замахнулись?
- Это не все. У нас есть свидетель,
который видел, как в четверг
вы уехали с женщиной в красном.
Этой женщиной был Алексис. Если,
конечно, вы не докажете обратное.
- Он сошел с ума.
Алексис просто сошел с ума.
В тот день он появился у входа
в министерство в женском платье.
Да, это правда. Я повез его
на окраину, в парк, чтобы поговорить
с ним, но... ничего не вышло.
Мы снова поссорились, и я уехал,
а он остался. Была уже ночь.
Возможно, его приняли за женщину и...
напали на него.
Лейтенант... подумайте хорошенько,
что вы делаете, чтобы потом
не пожалеть. Я человек с громким
именем и требую к себе уважения.
- Ты бросил меня одного.
- Меня просто тошнит от этого типа.
- У этого типа больше медалей,
чем у советского маршала.
Если не припереть его к стенке,
он от нас ускользнет.
- Продолжай допрос. У меня такое
чувство, что в этой головоломке
не хватает какой-то детали.
- Нет-нет-нет.
Фаустино не мог этого сделать.
Вы наверняка ошибаетесь.
- Возможно, Матильде. Поэтому нам
необходимо знать, из-за чего
Алексис и Фаустино поссорились,
когда виделись в последний раз.
- Из-за... Из-за всего.
Они ссорились из-за всего.
Всего подряд:
из-за политики и остального.
- А тогда, в последний раз?
Что произошло, Матильде?
- Ничего.
В тот день Фаустино
ужасно оскорбил Алексиса.
Мне стало так жаль его!
И тогда я пошла к нему в комнату
и сказала, что Фаустино вовсе не так
безупречен, как кажется,
что за ним тоже водятся грехи.
- Какие грехи? Что такого
совершил Фаустино?
- Это было давно.
Это касается его прошлого.
- Человек с незапятнанной репутацией.
Хотя мой отец считал его слишком
уж правильным и непреклонным.
- Он все время расспрашивал о прошлом
своего отца. Был буквально помешан
на этом. Кажется, в тот день он
чем-то попрекнул сеньора Фаустино.
- Я человек с громким именем
и требую к себе уважения!
- Он проявил себя еще во времена
Батисты, когда боролся в подполье.
- Я сказала, что Фаустино вовсе
не так безупречен, как кажется.
Что за ним тоже водятся грехи.
- Фаустино, мы уже знаем причину,
по которой вы убили своего сына.
Мы докажем, что Алексис пригрозил
вам разоблачением, ведь вы выдумали
ваше прошлое.
Вся эта героическая история
про борьбу в подполье во времена
военной диктатуры Батисты -
это сплошная ложь.
Мы вызовем для дачи показаний всех
ваших мнимых товарищей по подполью.
Убийство Алексиса было напрасным.
Все узнают, что вы просто лжец.
- У вас нет улик, никаких.
- Мы сопоставим даты.
Проверим подлинность некоторых
подписей. А еще мы пригласим
для дачи показаний вашу жену.
- Нет!
Только ее не трогайте.
Слушайте, скандал не нужен
ни вам, ни мне.
Если вы обещаете, что...
- Мы не предлагаем вам сделку,
Фаустино. Мы доведем дело до конца.
- Вы не можете этого понять.
Откуда я мог знать?
В конце концов я сделал то,
что хотел Алексис.
Я понял это по его глазам.
Ты совсем с ума сошел?
Или потерял последние
остатки совести?
- Совести?
Как ты можешь говорить о совести?
Ведь ты лжец и карьерист.
Вся твоя жизнь - сплошная ложь.
Я знаю, что ты подделал документы,
подтверждающие, что ты боролся
в подполье против Батисты.
Это мне стыдно за тебя.
- Ты куда? Куда?!
Куда ты, Алексис?
Алексис!
Алексис!
Я сделал то, что хотел Алексис.
Я понял по его глазам.
Он хотел, чтобы я убил его.
Кто рассказал тебе об этом?
- Больше ты никого не обманешь.
Я разоблачу тебя.
- Ты не можешь разоблачить меня.
- Могу. Чтобы помешать этому,
тебе придется меня убить.
- Ты не разоблачишь меня, Алексис.
Ты не разоблачишь меня.
Не разоблачишь меня!
- А эта история с монетами?
- Я хотел, чтобы это было похоже
на разборку между геями.
- Каким же надо быть извращенным,
чтобы, убив родного сына,
заниматься инсценировками
ради спасения своей шкуры!
Но вижу, для вас это дело привычное.
- Это настоящая бомба:
отец убил сына.
Неужели эта страна сошла с ума?
- Похоже, так и есть.
Посмотри, что творится в нашем
отделении. Все друг за другом
следят. А как поступили с Сисероном?
- Твоего друга Сисерона приперли
к стенке. Валютные спекуляции,
искажение информации,
да еще и контрабанда.
- Я в это не верю!
Сисерон поклялся мне, что не виновен.
Его просто кто-то хочет подсидеть.
- К сожалению, улик достаточно.
Уже выдан ордер на арест. А какую
свинью подложил Сисерон мне!
Ведь я так доверял ему!
Как доверяю тебе, Конде.
Я дважды отводил от него подозрения.
Не допустил никакой проверки. Я
рискнул ради него своим положением!
- Старина...
Я увольняюсь. Ухожу отсюда, к черту.
- Это ничего не меняет.
Проверяющие запретили
допускать тебя к расследованию
до особого разрешения.
Официально ты отстранен.
Ты когда-нибудь скажешь,
почему пошел работать в полицию?
- Скажу. Когда сам пойму.
А пока скажу тебе то,
что я уже понял.
Ты самый крутой полицейский
начальник на всем свете.
- Вы полны сюрпризов, дружище Конде.
- Я пишу, только когда
этого требует душа.
- Для полицейского этот рассказ
написан очень даже хорошо.
Хотя я и выявил в нем ряд проблем
идеологического характера
с уклоном в экзистенциализм.
- Я хотел, чтобы рассказ получился
непристойным, но трогательным.
- Я хочу кое-что показать вам.
Тоже нечто трогательное.
По крайней мере, для меня.
Это восемь театральных пьес,
которые я написал за эти годы,
и монография, посвященная театральным
постановкам древнегреческих мифов
в двадцатом веке.
- И вы никогда не пытались их
публиковать?
- Конечно, нет. Мой герой должен молча
страдать до конца. Но актер делал то,
что должен был делать, поэтому он
продолжал писать. Потому что писатель
останется в памяти поколений,
а о жалком чинуше, который унизил
его, никто и не вспомнит.
Вот единственное воздаяние, которое
я получу. Но никто не должен об этом
знать.
- Не волнуйтесь.
Я никому не раскрою вашу тайну.
И наконец, последний вопрос.
Когда я первый раз был у вас,
я зашел в туалет.
Вы подсматривали за мной?
- Я?! По-вашему, я на это способен?
- Да, и на многое другое.
- Малыш!
- Тебе не скучно?
- Малыш!
Козел.
ЛИРИЧЕСКАЯ ПЕСНЯ НА ИСПАНСКОМ ЯЗЫКЕ


Серия 4

И.КИРИК, Е.МАСЛЕННИКОВА, К.ФРЕГЕР,
А.КНЯЗЕВА, О.СУСЛИНА, А.СОЛОНИЦКИЙ
РАДИО: Эту часть воздушной массы
называют центром циклона, и она
может достигать 60 км в диаметре.
В настоящее время мощнейший
ураган Феликс находится в 400 км
от острова и приближается
к Карибскому бассейну со скоростью
12 км/ч. Скорость ветра достигает
150 км/ч. Ожидается, что в ближайшие
дни он продолжит набирать силу
и его разрушительное действие
усилится. Радиочасы - 11:10.
- Я знаю, что этот паршивец
идет сюда. Ну и пусть.
Пусть идет! Посмотрим, кто кого.
ЧЕТЫРЕ СЕЗОНА В ГАВАНЕ
ФИЛЬМ ЧЕТВЕРТЫЙ.
ОСЕННИЙ ПЕЙЗАЖ
Ураган! Скоро я тебя увижу.
Я чувствую, ты ближе и ближе.
СВИСТ
- Старик! Ты что там делаешь?
- Спокойно, мужики!
А что случилось?
- Ничего не случилось.
Давай спускайся, а то свалишься
и разобьешься.
Слушай, мы уже стали волноваться.
Ты три дня к нам не заглядывал.
- Слушай, ты что, один все это выпил?
- Ты говоришь с человеком,
который скоро станет свободным.
Свободным!
Так что давайте выпьем за свободу.
- Тебе что, ром в голову ударил?
О чем это ты? Давай-ка без намеков.
- Дорогие соотечественники,
единомышленники, соратники,
товарищи и друзья!
Три дня назад я подал
заявление об отставке.
- Красавец ты наш! А жить как будешь?
- С Божьей помощью.
- Здесь?
- На что ты будешь жить?
- Важно не на что я буду жить,
а то, что я наконец поступил так,
как хотел.
- В конце концов, он единственный
из нас, кто решил, как он жить
не будет. Так что предлагаю выпить
за это и отпраздновать как положено.
- Поднимем, опустим, чокнемся
и пропустим.
- Какая гадость!
- Дешево и сердито.
- Смерть наступила от удара по голове
длинным округлым предметом
вроде трубы. Думаю, он был убит
два дня назад, хотя время смерти
установить трудно. Он пробыл долгое
время в сильно загрязненной воде,
к тому же над ним поработали рыбы.
И наконец...
Так точно, ему отрезали его
хозяйство, причем очень тупым ножом.
К счастью для него,
уже после смерти.
- Конде!
- Мой друг Маноло!
- Почему ты не отвечаешь на звонки?
- Разве ты не в курсе, что я уже
не полицейский? Надеюсь,
ты просто в гости зашел.
- Майор сказал, что, пока не подписан
приказ, ты все еще полицейский.
Конде, там такое творится!
Назревает катастрофа.
- Как это меня касается?
- Не знаю. Но по-моему, и майор попал
в эту мясорубку.
- Ты что себе вообразил? Не знаю,
надолго ли, но пока я здесь
начальник, а ты все еще полицейский.
- Да, шеф.
- Тебе знакомо имя
Мигеля Форкада Миера?
Много лет назад он был заместителем
директора провинциального
управления экспроприации имущества.
- Управление экспроприации?
Там проводили изъятие имущества
у тех, кто покидает Кубу,
и его инвентаризацию.
- Да, верно. Потом он стал
вторым человеком в министерстве
планирования и экономики, пока
во время очередной командировки
за рубеж не смылся.
- А известно, почему он сбежал?
- В министерстве нашли ряд нарушений,
но ничего такого, что могло бы
толкнуть его на бегство.
- Столько плавать...
- Чтобы умереть в Гаване.
- Он жил в Майами?
- Да. Но он особо не высовывался,
не выступал с критикой правительства.
Смотри действуй осторожнее.
Он успел стать американским
гражданином, так что все это
чревато грандиозным скандалом.
- Господи! Я еще не успел приступить,
а мне уже...
- Полегче! Тебе лучше не выступать,
если хочешь выйти в отставку.
- Скажи, пожалуйста, ты ведь тоже
работал в этом самом управлении
экспроприации?
- Это было тысячу лет назад.
Расследуй это убийство, Конде.
Одно дело - и ты получишь
отставку. Обещаю.
- Буржуи умели жить.
- Мигель Форкад тоже.
У вас чудесный сад, сеньора.
- Да, это верно. За ним ухаживал
Альфонсо, мой муж. Он ботаник.
Он тяжело болен, но не хочет,
чтобы кто-либо трогал его сад.
- Кто там, Карука?
- Это Мириам, моя невестка.
- Адриан Риверон, друг семьи.
- Рад знакомству.
- Очень приятно, сеньора.
Мы расследуем убийство вашего мужа,
и нам очень интересно...
- Вам правда интересно?
- Мириам, я знаю, вам сейчас нелегко.
- Я все думаю, что Мигеля убили здесь,
на Кубе. Ему угрожали с тех пор,
как он сбежал.
- Этим мы и занимаемся.
Наша задача - найти убийцу.
Но для этого нам нужна помощь
всей семьи.
Когда вы в последний раз
- Он сказал, что хотел бы прогуляться
по Гаване, потому что надоело
сидеть дома. И в четверг часов в пять
уехал из дома на машине Фермина -
брата Мириам.
- Он был один?
- Да. Потому что Мириам была
у своей сестры в Мирамаре.
- Вы не в курсе, может, это была
месть за то, что он совершил
перед бегством?
- Не знаю. У Мигеля было много
знакомых, но он ничего не украл
на Кубе и там ни во что не ввязался.
- Он не хотел приезжать сюда.
Он вернулся из-за больного отца.
Мигель боялся, что с ним что-то
сделают. Он знал, что здесь о нем
не забыли.
- Мириам! Простите ее, пожалуйста.
- Не стоит извиняться. Мириам,
вы сами сказали, что ваш муж
приехал в Гавану не как турист.
Поэтому нам важно знать, к кому он
ездил в четверг вечером.
- Кажется, он ездил
к Гомесу де ла Пенье.
- Знаешь, кто этот Гомес де ла Пенья?
- Господи, Маноло, да его все знают.
Просто ты еще молод. В свое время
он уверял, что благодаря правильному
планированию непременно должно
произойти экономическое чудо.
- Ух ты!
- И что мы в два счета
станем развитой страной.
А продовольственные карточки канут
в прошлое.
- И что дальше?
- Ничего!
И когда это стало ясно,
он оказался не у дел.
И вот сегодня мы сможем спросить
у Гомеса де ла Пеньи, когда же
мы станем развитой страной.
- Я был начальником Форкада
в министерстве экономики
и планирования. Он приезжал
извиниться за то, что своим бегством
с Кубы подставил меня под удар.
- А он не сказал вам, почему сбежал?
- Нет. Мы не говорили о таких вещах.
Как вам эта картина, лейтенант?
Вижу, она вам нравится.
- Да. Это похоже на копию Сезанна,
хотя я не знаком с оригиналом.
- Это вовсе не копия, лейтенант.
Это оригинал. Матисс.
- Ах, Матисс? И сколько же
стоит эта картина?
- Скажем, миллиона три.
- Три миллиона? Ради трех миллионов
стоило вернуться на Кубу.
- Еще бы. Конечно, стоило.
Но могу вас заверить, через руки
Форкада прошли предметы гораздо
более ценные, чем это полотно.
Когда я работал в институте
градостроительства, он занимался
распределением жилья, освободившегося
после отъезда из страны оппозиции.
Однажды я приехал в один особняк
в Мирамаре и увидел там настоящие
сокровища: полотна Гойи, Мурильо,
небольшие работы импрессионистов
и эту картину.
- Форкад ведь работал
в управлении экспроприации?
- Да. Но они тогда решили,
что это не оригинал, а копия.
Эксперт дал заключение, что это
подделка, и мне прямо там, на месте,
продали эту картину за 500 песо.
- А вы наверняка в знак благодарности
закрепили за Форкадом тот особняк,
как закрепили за собой этот дом.
- Я, лейтенант, называю
это компенсацией за жертвы
в процессе борьбы.
- До чего же наглый тип!
Маноло, я не выношу таких, как он!
Хоть бы убийцей оказался он,
чтобы его посадили навечно!
- Думаешь, Форкад явился
к Гомесу де ла Пенье за картиной?
- За картиной или другой ценной
вещью. Скажи, как по-твоему,
Гомес де ла Пенья способен
разбить кому-то башку трубой?
Знаешь что, Маноло? Хоть бы ураган
унес отсюда всех этих мерзавцев!
Маноло, первым делом надо выяснить,
что все-таки заставило
Мигеля Форкада вернуться на Кубу.
А оттуда уже и плясать.
Надо найти Фригенса
и поговорить с ним.
- Кого?
- Хуана Эмилио Фригенса -
человека, который лучше всех на Кубе
разбирается в произведениях
искусства. Мы с ним
давние друзья. Держи.
А еще...
- Что еще?
- Надо выяснить, с кем встречался
Форкад, когда уехал
от Гомеса де ла Пеньи.
Возможно, Мириам что-то знает.
- Конде, я заметил, как ты смотрел
на нее. Тебе что, мало проблем?
- Что? Какие еще проблемы, Маноло?
- Будто я тебя не знаю!
Эта блондинка, конечно, хороша, но...
- Чутье мне подсказывает, что она
вовсе не блондинка и что-то знает,
но молчит. Она знает, зачем
Мигель Форкад вернулся на Кубу.
- Объясни, почему ты не хочешь
отметить день рождения у меня дома.
- Я вообще не хочу его отмечать.
Мне нечего праздновать.
Представь, как недовольна будет
Хосефина, если здесь соберется
целая толпа пьяных мужиков.
- Что за глупость! Она сама это
предложила.
- Твоя мама сумасшедшая.
- Иначе стала бы она
терпеть нас столько лет!
- Короче, я всех приглашаю - и точка.
Единственный, с кем будут проблемы,
это Кандидо. Говорят, он подался
в адвентисты, а они враги спиртного.
- В адвентисты?
Кандидо стал адвентистом?!
Он тоже с ума сошел?
- Им что, вообще гулянки запрещены?
- Черт их знает. Это адвентисты
седьмого дня. Уж не знаю,
что бывает на седьмой день.
- Благодаря Господу я здесь, с вами.
ХОРОМ: Аминь.
- Кто живет вечно?
ХОРОМ: Христос.
- Имя Его?
ХОРОМ: Славно!
- Кого мы будем славить сегодня?
ХОРОМ: Господа нашего Христа.
- Слава Господу. Аллилуйя!
Мы с благодарностью выслушали ваши
слова, Кандидо. Как приятно слушать
рассказы о том, как Иисус изменил
жизнь каждого из вас.
Кандидо, вы можете сесть.
Хорошо, Кандидо, мы вас слушаем.
- Господь - мой светоч
и мое спасение.
ХОРОМ: Господь - мой светоч
и мое спасение.
- Господь - мой светоч
и мое спасение.
- Слушайте, у него
совсем крыша поехала!
- Кого я убоюсь?
Кто заставит меня дрожать?
Господь - мой светоч и мое спасение.
Господь - мой светоч и мое спасение.
ХОРОМ: Кого я убоюсь?
Кто заставит меня дрожать?
- Скажи, брат, как ты стал
адвентистом? Ты ведь каждое
воскресенье ходил в церковь, и чуть
какая проблема - сразу бежал
к священнику.
- Да пусть верит во что хочет.
Только объясни мне, как ты мог
променять любовный экстаз
на религиозный? Что скажешь
про это безобразие, Куки?
- Меня не спрашивай, я тут ни при чем.
- Тебе и матом выругаться нельзя?
И пойти на день рождения к другу,
чтобы пропустить стаканчик?
- Да, это грех. Но, конечно,
я приду на день рождения Конде
и, возможно, даже хлебну этой отравы.
- Как можно такое говорить!
- Наверное, он в трансе.
- Знаете, в храме я чувствую себя
таким счастливым!
- Распевая и хлопая в ладоши?
- Да, распевая, хлопая в ладоши
и слушая людей, которые верят
в то, что говорят. А говорят они
о любви, надежде, о спасении
и прощении.
- Я тебя понимаю, брат.
Я знаю, каково пытаться заполнить
пустоту внутри себя.
- Что ж, Рыжий, если это так,
я тебя поздравляю. Мне хотелось бы
измениться, хотя непросто будет
полюбить целую толпу мерзавцев,
с которыми я сталкиваюсь.
- Аминь!
- Да простит вас Господь.
Куки, и мне кофе.
РАДИО: Ураган Феликс приближается
к острову со скоростью 15 км/ч.
Скорость ветра местами достигает
160 км/ч. Речь идет об обычном
для Атлантического океана
и Карибского бассейна атмосферном
явлении в это время года.
Оно представляет из себя
системы низкого давления, вокруг
которых образуется воздушная масса
в виде атмосферного вихря.
Радиочасы - 7:33.
- Скорей бы уж ты появился.
Посмотрим, что будет.
Достало это ожидание!
- Подумать только, Конде! Я потерял
след этой картины Матисса
лет сорок тому назад.
Она называется "Осенний пейзаж".
По предварительной оценке
она может стоить
4-5 миллионов долларов.
- Ух ты! Круто! Мне бы и одного
миллиончика за глаза хватило.
- Это уникальная картина, одна
из последних постимпрессионистского
периода Матисса.
- По словам Гомеса де ла Пеньи,
в том особняке в Мирамаре, где висел
Матисс, были и другие работы
импрессионистов и даже картина Гойи.
- Постой-постой. На Кубе было
всего три картины Гойи. В Мирамаре
Гойя мог быть только в доме семьи
Гарсиа Абреу. Поверь, тот дом
был полон сокровищ.
- Маноло, нам нужно побольше
узнать о Мириам.
- Конде, тебя ждет облом.
- Перестань болтать. Лучше подбрось
меня в центр.
Привет!
- Вы? Здравствуйте.
- Я случайно оказался в этом районе
и решил расспросить тебя о Мириам
и ее семье. Ведь ты давно
всех их знаешь.
- Да. Только давайте выйдем
отсюда на воздух.
Отец Мириам из руководящих кадров
старой закалки. Причем прочной
закалки. Он уже сорок лет чем-то
руководит. Всегда плохо, однако
всегда уходит на повышение.
- Знакомая история.
- Фермин и Мириам - его дети
от второго брака. Он был женат
4 или 5 раз. Каждый раз при разводе
он оставляет жилье жене.
- Знаешь почему? Потому что он знает,
что получит новое на очередную жену.
- Это верно. Однажды он приехал
в гости к детям вместе
с Мигелем Форкадом. Мигель потерял
голову из-за Мириам, и ее почти
насильно выдали за него.
- А что за человек Фермин?
- Фермин с трудом закончил
архитектурный. Но Форкад нашел ему
теплое место.
- Старая песня.
А откуда ты их знаешь?
- Мы с Фермином были в университетской
команде по гребле. С Мириам я
познакомился на соревнованиях.
Мы стали встречаться и...
Это было давно.
Если у вас больше нет вопросов,
я пойду работать.
Знаете, лейтенант, Мириам всего
лишь игрушка в чужих руках,
а Фермин просто папенькин сынок.
Чем подозревать их, лучше покопайтесь
в прошлом самого Мигеля Форкада.
Это был сам дьявол.
И наверняка на Кубе было много людей,
которые имели на него зуб. Счастливо!
- Здравствуйте.
- Сто лет уже этого не делал.
Не гулял просто так по Рампе.
Раньше я приходил сюда по субботам,
со школьными друзьями.
В юности еще много ждешь от жизни.
- Иногда мы придаем улице
особое значение.
Поэтому, когда мы с Мигелем
вышли из самолета в Майами,
я сразу же захотела
увидеть Восьмую улицу.
Я представляла ее себе
как вечный праздник,
как музей, где сохранилась
Куба до 1959 года,
чудесный уголок, где на каждом
углу в кафе стоит виктрола
и звучит кубинское болеро.
- А это не так?
- Это обман. Восьмая улица -
это безжизненный проспект
с редкими прохожими на тротуаре.
Это улица - плод ностальгии кубинцев,
живущих в Майами.
- Как и Рампа, ставшая лишь
воспоминанием о прошлом.
Гомес де ла Пенья сказал, что
от него Фаркад поехал к какому-то
родственнику по очень важному делу.
- К родственнику?
Я не знаю к кому.
- В день убийства Мигель выехал
из дома на шевроле вашего брата, так?
- Неужели вы подозреваете Фермина?
Не впутывайте его в это.
- Почему вы настроены так агрессивно?
- А вы не догадываетесь?
Как я теперь буду жить в Майами одна?
- Маноло, послушай.
В общем, надо срочно заняться братом
Мириам, разузнать про него все,
что можно. Его зовут Фермин Бодес.
И позвони в миграционную службу,
надо задержать здесь Мириам
под любым предлогом.
Да, давай. До встречи.
- Да, Фермин. Фермин Бодес.
Бодес, через "Б".
Шевроле, 58-го года.
Что сказали в миграционной службе?
Черт, я же просил!
Да, я слушаю.
Да.
Одну минуту.
Милая... Вильма!
Слушаю.
- Ухожу из полиции прямо сейчас.
- Покопаться в архиве управления
экспроприации - твоя идея.
- Возможно, не все мои идеи
надо принимать всерьез, Маноло.
- Ну и фрукт! Опять он меня кинул.
- Сто граммов сколько стоит?
- Два песо, отец.
- Я не священник и не гожусь тебе
в отцы. Налей соточку.
- Лишка за счет заведения.
Тебе не помешает.
- Это точно, не помешает.
- Налей мне то же, что и ему.
Что ж ты, лейтенант Конде,
не здороваешься с коллегами?
- С бывшими.
- Это все подстава.
Я ни в чем не виноват.
- Да? За что же тебя выгнали?
- Это еще что, самое интересное
впереди. Говорят, твоего дружка
Ранхеля тоже попрут.
- Не смей произносить имя Ранхеля
своим поганым ртом.
- Вы все гордецы и заплатите мне
за это. Ранхель изображал
святого, а сам покрывал делишки
Сисарона - контрабанду,
валютные спекуляции.
- Знаешь, Фабрисио, несмотря
ни на что я рад этой встрече,
тому, что вижу тебя в дерьме.
Приятно видеть, как заканчивают
оборотни в погонах вроде тебя.
Не будь ты так пьян, я бы...
- Что тогда? Что бы ты сделал? Что?
Посмотрим, кто заступится за тебя,
когда Ранхеля возьмут за задницу.
- Спасибо, отец!
И будь с ним поосторожнее,
ты же его слышал.
Работая в полиции, он любил
шантажировать таких, как ты.
- Готовь задницу для порки,
Конде, вместе с твоим шефом.
Ты не представляешь, что я им
наговорил про этого старого козла.
- Сволочь!
- Я сволочь?!
- Я тебя порву!
- Я тебе отплачу! Козел!
- Стукач вонючий! Я порву тебя!
- Лучше уйди, брат. Уходи скорее!
- Тебе конец!
- Я тебе отплачу!
Отстань от меня, козел!
- Майор здесь?
- Майора нет.
- А когда он вернется?
- Я не вправе говорить об этом.
- Почему? Что это значит?
- Лейтенант Конде, верно? Проходите.
Я давно хотел с вами познакомиться.
Не только из-за того,
что вы слывете классным сыщиком.
Про вас много чего рассказывают.
Рад познакомиться. Полковник Молина.
- А где майор Ранхель? Почему его нет?
- Я не сказал вам самое главное.
Впредь вы должны отчитываться
о ходе следствия передо мной.
- А майор?
- Майор Ранхель и другие офицеры
подразделения находятся
под следствием.
И пока оно не закончено, я не вправе
говорить с вами на эту тему.
Поверьте, мне очень жаль.
Я знаю, вы дружили,
у вас были хорошие отношения с ним.
Но, увы... Пока что это все.
Вы свободны, лейтенант.
- Маноло, что здесь происходит?
Я зашел в кабинет майора,
но увидел там не его, а...
- Его обвиняют в том,
что он замалчивал дела
о контрабанде валюты.
И еще бог знает в чем.
- Все этот Фабрисио и другие мерзавцы!
Ты знаешь, где сейчас майор?
- Он дома, под домашним арестом.
Ему запрещено с кем-либо встречаться.
Слушай, Конде, сразу после
твоего ухода из архива
я нашел дело об экспроприации
дома Гарсиа Абреу, и там была
инвентаризационная опись имущества.
- Я должен съездить к майору.
- Дай закончить. Это копия описи.
В нее включены и картины.
Взгляни на подписи.
- Что это?
- Кроме нас этого никто не видел.
- Мигель Форкад... и Антонио Ранхель.
- Они меня здорово поимели,
Конде. А самое обидное,
что ради некоторых из них я рисковал
своей репутацией и карьерой.
Взять хоть того же Фабрисио.
- Тебя в чем-то обвиняют?
Они поверили наговорам Фабрисио?
- Пока нет. Но говорят, что
следствие еще не окончено,
что еще много неясностей.
Больше всего меня удручают проступки
Сисарона и донос Фабрисио.
- Это слегка подслащенный отвар
из апельсиновых листьев.
- Спасибо, Мария-Луиса.
- Осторожно, он еще горячий.
- Бедная. Она так переживает!
Заботится обо мне.
Говорит, я пью много кофе.
Слушай, не пей его, если не хочешь.
Дрянь жуткая.
- Я всегда к тебе прислушиваюсь.
- Ладно, расскажи, как идет дело.
- Вот что мы нашли.
- Вот почему я поручил
это дело тебе, Конде.
Именно тебе.
Я еще тогда заподозрил, что
Форкад обделывает делишки,
и понял, что он использует
в своих схемах меня.
Я хотел разоблачить его,
но мне не поверили.
Или так было удобнее.
- Поэтому тебя и перевели оттуда.
- У них все было шито-крыто. Кто мог
знать, подлинная та или иная картина
или нет? Только эксперт.
И если эксперт давал заключение,
как я мог его опровергнуть?
- Эти гады тебя поимели.
А теперь ты снова попал в переплет.
Вся эта история с Форкадом
может навредить тебе.
- Они всю мою жизнь перекопают,
вплоть до даты рождения.
И помочь мне можешь только ты,
если раскроешь это дело
и разоблачишь их обоих,
Мигеля Форкада и Херарда
Гомеса де ла Пенью.
А за меня не переживай, Конде.
Моя совесть чиста.
- Держись, старина,
я знаю, ты выплывешь.
- Невероятно! У вас есть
свидетельство о подлинности?
- Да, конечно. Сейчас.
- Что скажешь?
- Невероятно!
Знаешь, почему я потерял след этой
картины? Я выяснил, что Абреу
купили ее втайне. Дело в том,
что в 1952-м глава семьи увяз по уши
в банковских махинациях, но сумел
выкрутиться благодаря дружбе
с Батистой. Вот почему он решил
утаить от всех покупку такой
дорогой картины. И знаешь,
что он сделал? Спрятал ее.
- Вот, смотрите. Вот заключение
экспертов из Парижа и Нью-Йорка.
- Одно слово - невероятно.
Да, все верно. Справки подлинные.
Но сама картина... господа,
еще большая подделка,
чем купюра в двадцать песо
с портретом Конде.
- Невероятно.
- Форкад обманул меня как дурака.
- Он всех кругом обманывал.
Может, вы... за это его и убили?
Ваши слова, что Форкад уехал
от вас к какому-то родственнику,
никто не подтвердил.
И никто больше его не видел.
- Подумайте сами, лейтенант, разве
стал бы я тогда выдавать при вас
поддельного Матисса за подлинного?
- А может, Форкад вернулся за другой,
действительно подлинной картиной,
которую он оставил у вас?
За Гойей, например.
Вы отказались ее вернуть.
- Да? И где же тогда картина Гойи?
- Мы тщательно обыщем весь ваш дом.
И если не найдем картину,
которую вы могли уже продать,
возможно, мы найдем улики,
что Форкад не вышел
из вашего дома живым.
- По-вашему, его убил
Гомес де ла Пенья?
- По-моему, Гомес де ла Пенья
жуткий тип.
Но у нас нет улик, так что
придется его отпустить.
- Мы установим за ним
круглосуточное наблюдение.
На нас очень давит министерство
иностранных дел, требует результатов.
Не забывайте, ведь Форкад был
американским гражданином.
- Не беспокойтесь, полковник,
я поймаю убийцу Форкада.
Скажите, а майор Ранхель
когда вернется?
- Вы меня недооцениваете.
Я в курсе, что вы были у Ранхеля,
но оставил это без последствий.
Я уже говорил, что не собираюсь
обсуждать с вами эту тему.
- А что с моей отставкой?
- По-моему, вы забываете главное:
вы полицейский, а я ваш начальник.
- Лейтенант...
- Ну что, Адриан?
- Мириам ждет там.
- Я не знала, что Мигель
занимается темными делами.
- Он не говорил про картину?
Про эту или другую?
- Нет, никогда.
- А о Кубе? Он говорил о Кубе?
О вещах, оставшихся здесь,
о том, чего лишился с отъездом?
- Мы как-то были в гостях
у его шефа, и по дороге домой Мигель
сказал, что бегство с Кубы
было ужасной ошибкой.
В Майами мы жили неплохо.
Но у него не было той
власти, что была здесь.
Он был рядовым служащим.
Последнее время он говорил о сделке,
которая изменит нашу жизнь.
Но связан ли его приезд сюда
с ней, я не знаю.
- А ваш брат Фермин?
Ему что-то известно?
- Вы любите цветы, лейтенант?
- Вы Альфонсо Форкад, верно?
Отец Мигеля.
- То, что от него осталось.
Я к вашим услугам.
- У вас очень красивый сад.
Мне сказали, вы были ботаником.
- Большинство этих деревьев посадил я.
Не знаю, что будет с ними,
когда я умру.
Часть растений заболеет и погибнет.
- С точки зрения марксизма,
вас можно квалифицировать
как материалиста-идеалиста.
- Растения - живые существа,
лейтенант.
- Мой дедушка Руфино тоже так думал.
Альфонсо, мне сказали,
у вас плохо со здоровьем.
Поэтому я не хотел вас беспокоить.
Но если вы можете сообщить что-то,
что поможет следствию...
- Странно. Когда я узнал,
что Мигель едет на Кубу,
у меня было предчувствие,
что добром это не кончится.
- Я уверен, он приехал
что-то забрать отсюда.
Альфонсо... вся эта старинная мебель,
люстра Тиффани, картины,
да и сам дом - вы никогда
не интересовались,
откуда они у Мигеля?
- Я не всегда одобрял то,
что делал Мигель.
- А вы не думали, что он приехал
за чем-то, что стоило ему жизни?
- Я думал, вы пришли сказать,
кто убил Мигеля, а не обвинять его.
РАЦИЯ: Семнадцатый, вас вызывает
центр. Направляйтесь в район
Сан-Мигель-дель-Падрон.
- Говорит семнадцатый. Вас понял.
Центр, это семнадцатый, прием!
Мы на месте. Это та машина.
- Конде, машину Фермина нашли.
- Где она была?
- На улице в Сан-Мигель-дель-Падрон.
Эксперты уже там,
но она в жутком состоянии.
Будет трудно установить,
оставил ли ее там сам Форкад...
- Или Фермин, братец Мириам.
- Многочисленные растраты,
дача и получение взяток,
подделка документов...
Он тогда занимал важный пост
в одном госучреждении. Он жил
в шикарном доме, у него нашли
подвесной лодочный мотор.
- Когда он вышел?
- Три месяца назад.
- Три месяца?
Один выходит из тюрьмы, а второй
возвращается на Кубу.
Странное совпадение.
Мне не терпится узнать, Фермин,
мотор, который был изъят у вас
десять лет назад, был куплен
для бегства с острова, верно?
- Мне кажется, Фермин хотел
прогуляться до Флориды.
А может, и отвезти Форкаду нечто,
что тот оставил на Кубе.
- Да, но в то время
проделать это не удалось.
- И Форкаду самому пришлось
приехать сюда.
- Насколько я знаю, Мигель приехал
повидать больного отца.
- Это верно. Кстати, когда вы
виделись в последний раз?
- За день до его убийства. Я заехал
к нему, он сказал, что ему нужна
машина, и я одолжил ему свою.
- Он сказал, куда поедет?
- Не сказал.
- Что ж, Фермин, вам придется подробно
описать, что вы делали той ночью,
когда исчез Форкад.
- Запросто. У меня один вопрос:
моя машина не нашлась?
Я живу сейчас у своих детей
в Санта-Фе, а в этой стране
с транспортом, сами знаете, не очень.
- Вам повезло, ваша машина нашлась.
- Слава богу!
Я уже думал, она пропала. Кстати,
лейтенант, есть люди и более везучие,
чем я, которые творили вещи похуже,
однако ни одного дня в тюрьме
не провели. И вы это знаете, верно?
- Осторожнее, Фермин. Если окажется,
что вы причастны к смерти Форкада,
вам придется до конца жизни
гимнастику в камере делать.
- Что с тобой, Конде? Вчера Гомес
де ла Пенья, сегодня Фермин.
В чем дело?
- Меня бесят мерзавцы, которые
могут безнаказанно красть. Но самое
ужасное, что этот гад прав.
- Знаешь, в чем проблема?
Ты принимаешь все слишком близко
к сердцу. А коррупция во власти...
- Стара как мир, я знаю.
- Что будем делать с Фермином?
- Фермин подходит на роль убийцы,
хотя если он и хранил какую-либо
ценную вещь Форкада, то явно не дома.
Иначе ее нашли бы после
его ареста 10 лет назад.
- Мы в тупике.
Если не найдем зацепку, мы в тупике.
РАДИО: Метеослужба предупреждает,
что разрушительный ураган Феликс
может достигнуть берегов Кубы
уже сегодня в течение дня.
Штаб гражданской обороны объявил
максимальный уровень опасности
в районе Гаваны и Матансаса,
где может пройти циклон.
Предполагается, что это будет самый
мощный циклон за прошедшие годы,
он принесет ливневые дожди и ветры
скоростью до 180 км в час.
- С днем рождения, Конде.
РАДИО: 7 часов, 11 минут.
- Что дальше? Меня посадят?
На каком основании?
- Поймите, Мириам, вас
ни в чем не обвиняют.
Но в интересах следствия
мы должны задержать вас.
- Я хочу сейчас же позвонить
в консульство.
- Мириам уперлась рогом.
У нас нет улик против нее.
Сестра подтвердила
ее алиби в тот день.
- Я знаю, Маноло, знаю.
Поставь полицейского для наблюдения
за ней. И никаких звонков.
Помаринуем ее немного.
Я чувствую, она что-то
знает, но не говорит.
Прошу прощения за беспокойство.
- Вы нашли убийцу?
- Нет, к сожалению.
Но после нашего разговора
у меня появилось чувство...
- Вряд ли я могу вам помочь.
- Я считаю, только вы и можете
нам помочь.
- Ваш сын полностью вам доверял.
Простите за прямоту, но,
к сожалению, остальные не очень
горюют о вашем сыне.
- Вы ведь знаете, что Мигель
был за человек. Вы и сами получали
выгоду от его махинаций.
- Видите тот секретер?
Это работа Буля - знаменитого
французского мебельщика.
В свое время его секретеры ценились
еще и за потайное отделение.
Это, так сказать,
дополнительный бонус.
Перед бегством за границу Мигель
спрятал там план, на нем указано
место, где между банановыми
деревьями зарыта статуя Будды.
Она из чистого золота.
- Золотой Будда?
- Да, лейтенант, уникальная вещь
из сокровищ династии Тан. Она
принадлежала семье Мена и Карбо,
которые покинули Кубы в 60-м. Мигель
руководил конфискацией имущества
в их доме.
Он нашел статую.
- И присвоил ее?
Если его убили из-за Будды, эту
тайну должен был знать кто-то еще.
- Я не знаю. Мигель сказал,
если кто-то когда-либо спросит
меня о Будде, я должен
буду отдать ему план.
Но никто не спрашивал.
- Не будем тратить время
на разговоры.
Давайте приступим
к поискам этого Будды.
ОТЕЦ МИГЕЛЯ:
"Мигель рассказывал, что этого
Будду в 17-м веке хотел подарить
Филиппу IV губернатор Манилы.
Он отправил Будду на галеоне, который
направлялся из Филиппин в Америку
и вез на своем борту различные товары
и сокровища. Будда прибыл в Гавану.
Но до Испании так и не доехал.
Он также сказал, что Фермин должен
был вывезти статую на лодке.
Я не могу забыть, как радовался
Мигель, говоря, что этот Будда
станет для него настоящим спасением".
- Нет, нет, я не согласился на просьбу
Форкада вывезти ценности с Кубы.
Я не имею отношения к его смерти.
- Слушай, Фермин, твое положение
очень шаткое, ведь ты
уже сидел в тюрьме.
- И я не вернусь туда, потому что
вы не повесите на меня это убийство.
- Мы наконец узнали, зачем
ваш муж вернулся на Кубу.
В настоящий момент эксперты
определяют подлинность и ценность
золотого Будды, зарытого
во дворе вашего дома.
- Что за Будда?
- Не говорите, что ничего не знали
об этом. Более чем тысячелетний
золотой Будда весом около 16 кг
должен стоить... много
миллионов долларов.
План Мигеля состоял в том, чтобы ваш
братец Фермин вывез отсюда Будду
на лодке, так?
- Я понятия об этом не имею.
Я американская гражданка
и имею права на адвоката!
- Довольно лгать, Мириам,
я терпеть этого не могу!
Лучше расскажите правду.
Как вы сговорились с вашим братом
Фермином, чтобы убить вашего
мужа и вывезти Будду с Кубы?
- Простите, лейтенант, вас вызывает
полковник. Это срочно.
- Мне дважды звонили сегодня
из министерства иностранных дел.
Дважды. Похоже, вы забыли, что Мириам
Форкад американская гражданка.
- Нам надо дожать эту женщину.
- У вас есть улики против нее?
Какие?
Отпустите Мириам Форкад. Это приказ.
Лейтенант, когда вы намеревались
мне передать документы,
изобличающие связь майора
Ранхеля с Форкадом?
- Он не имеет отношения
к смерти Форкада, которую
расследуем мы.
- Откуда вы знаете, интересует
это меня или нет. Ранхель находится
под следствием по обвинению
в коррупции, а вы скрываете
документы, имеющие отношение к делу.
Вы отстранены от дела.
- Полковник, не отстраняйте меня,
я докажу, что майор не причастен
ко всем этим махинациям.
- Вы подвели меня, лейтенант.
- Полковник, дайте мне еще один день.
- Вы просите об одолжении?
- Да. Да, полковник,
я прошу об одолжении.
А потом можете отстранить меня,
уволить из полиции - все,
что хотите.
- У вас 24 часа. Идите. Потом решим.
- Фермин, пожалуй,
мы ошиблись насчет тебя.
- Именно это я
и пытаюсь вам объяснить!
- Вы сговорились с сестрой убить
Мигеля Форкада, чтобы присвоить себе
Будду.
- Это неправда!
Он вообще не пришел на встречу!
- На встречу?
- В общем, мы должны были встретиться,
чтобы обсудить мой побег. Мы задумали
это еще 10 лет назад. Я должен был
вывести с Кубы какую-то ценную вещь,
но меня посадили.
- И Форкаду пришлось
ждать 10 лет, пока
ты выйдешь из тюрьмы?
- Он никому не доверял. Поэтому
не сказал мне ни что это за вещь,
ни где она.
- И ты начал готовиться
к побегу?
- Не совсем так.
Я не хотел, чтобы меня снова
заподозрили в попытке бежать.
Было разумнее поручить
поиски лодки другому человеку.
- И Форкад согласился
довериться постороннему?
- Я сказал ему, что даже на хорошей
лодке плыть через Флоридский пролив
в одиночку опасно. Я убедил его.
Он так боялся моря!
- И кто был этот второй?
- Адриан Риверон.
И он согласился не раздумывая.
- Значит, вы сговорились с Адрианом
убить Форкада и присвоить Будду?
- Дался вам этот Будда! Какой был
смысл убивать Мигеля, не зная,
где эта вещь, которая
могла сделать нас богачами?
Мы не безмозглые идиоты.
- Похоже, циклон все ближе.
- Что искать, лейтенант?
- Все, что может быть использовано
для тайного побега с острова. Но
прежде всего - доказательства того,
что Форкад был здесь
в день убийства.
- Идемте.
- Да, Фермин говорил со мной
насчет поисков лодки.
Но говорить об этом -
не преступление.
- А он предлагал убить Форкада?
Сколько он тебе пообещал?
- Об убийстве речь не шла.
Фермин сказал, что мы доставим
в Майами нечто ценное, и за это
я получу по прибытии
100 тысяч долларов.
- А Мириам знала, о чем шла речь?
- Нет, она ничего не знала.
ГОЛОСА НЕ СЛЫШНЫ
- Фермин говорит, что в день убийства
Форкада вы должны были встретиться
с ним здесь. Что же
произошло в тот день?
- Форкад не пришел на встречу.
Ни в назначенный час, ни позже.
Мы ждали его до 10:30, потом
позвонили ему домой, но его мать
сказала, что Мигеля еще нет.
ГОЛОСА НЕ СЛЫШНЫ
- "Не забывай меня. Твоя Мириам".
- Не смейте втягивать ее в это.
- Мы и сами не хотим этого делать,
Адриан, но это фото подтверждает, что
вы с Мириам снова стали любовниками.
Вы всегда были влюблены в Мириам.
- Как еще вам объяснить, что Мириам
тут ни при чем?
ГОЛОСА НЕ СЛЫШНО
- Мириам была в этом доме в тот день.
Ее узнал один из соседей.
Она очень красива, Адриан.
Слишком красива,
чтобы остаться незамеченной.
- Мы впервые после долгой
разлуки были вдвоем.
У нас было всего два часа.
- Я с трудом выношу Мигеля.
Я так рада, что ты дал
согласие Фермину!
- Разве я мог отказаться? Это
единственный способ воссоединиться
с тобой. Но нам придется
трудно, Мириам. Очень трудно.
НАСТОЙЧИВЫЙ СТУК В ДВЕРЬ
- Это Мигель.
- Спокойно.
Спокойно. Он не знает, что ты здесь.
НАСТОЙЧИВЫЙ СТУК В ДВЕРЬ
Когда мы убедились, что Мигель уехал,
Мириам вышла через черный ход
и поехала к сестре.
А я остался ждать Фермина и Мигеля,
чтобы обсудить план бегства.
Не знаю почему, но Мигель
так и не пришел.
На следующий день я узнал,
что Форкад пропал.
И никто не знает, где он.
- Ты веришь в его рассказ?
- В это трудно поверить.
У Адриана было множество мотивов.
Но у нас нет улик против него.
- Надо искать дальше.
Наше время истекает.
- Дай подумать. Надо разложить
все по полочкам в голове.
Продолжим завтра,
если циклон позволит.
- Конде...
ведь у тебя сегодня день рождения.
ВСЕ: Поздравляем Конде
с днем рождения!
Ему желаем здоровья и веселья!
Пусть стороной тебя
обходят несчастья!
Будь счастлив! Будь счастлив!
Будь счастлив! Ура!
- Дорогие гости, прошу к столу.
Я столько всего наготовила!
На любой вкус! Начнем.
- Ты знаешь, что я ухожу из полиции?
Или меня выгонят, это неважно.
Но сегодня ты должна открыть мне
свою тайну. Откуда при таком
дефиците ты берешь всю эту еду?!
- Как - откуда? Из головы! Вот отсюда!
- Молодец!
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
- Друзья, настало
время изобилия. За стол!
- Как это ты решила прийти?
- Меня пригласили.
Но если ты против...
- Нет-нет, что ты! Я просто счастлив.
- А почему такое лицо?
Что-то не так?
- У меня унылый вид?
- Вроде того.
- Честное слово,
это не из-за тебя, клянусь.
- Правда?
- Конечно!
- Дети...
миловаться только на улице. Идем,
мы хотим вручить тебе подарки.
А еще всем не терпится
услышать историю про Будду.
- Ты все мне испортил!
Только представьте: этот Будда
уцелел во времена ужасных гонений
на буддизм в 9-м веке, когда в Китае
разрушали буддистские храмы
и уничтожали символы этой религии.
- Конде, отличный рассказ получился.
Может, напишешь об этом?
- Вы видите, как все взаимосвязано?
Если бы индийские монахи не принесли
буддизм в Китай, Мигеля Форкада
не постигла бы такая смерть.
- Кого?
- Ему правда яйца отрезали?
- Ну что за слова!
- Адвентист!
- Ну хватит!
- Отвяжись!
- У меня есть новость.
Тихо! Послушайте.
Я не хочу портить вам настроение,
тем более в день рождения, но...
Сегодня я уволился из больницы.
Мы получили визы... и покидаем Кубу.
Обратной дороги нет.
- Но ведь у тебя жизнь
сложилась лучше, чем у нас!
У тебя есть семья, профессия!
- Да. Но однажды я вдруг понял,
что ждать больше нечего.
Я не желаю такой же жизни своим
детям. Когда в конце пути понимаешь,
что ты не сам решаешь, как тебе жить.
Тебе это знакомо, да?
- Знакомо. И очень.
- Я не боюсь начать все сначала,
наоборот, я хочу этого.
Но знаешь, что больнее всего? Мне
будет чертовски не хватать вас.
- Удачи тебе!
- Если хочешь переодеться,
я принесу тебе рубашку Рафаэля.
- Ты до сих пор хранишь его вещи?
- Просто я не знаю, куда их деть.
Вещи хорошие, вдруг они
кому-то пригодятся.
- Ты можешь продать их или подарить
первому, кто пройдет мимо дома.
Но я останусь в своем старье.
- Какой ты гордый!
- Сегодня я забыл про гордость,
чтобы просить об одолжении.
- Расскажешь мне, что произошло?
- Не стоит. Лучше поговорим о тебе.
- Обо мне?
- Каково тебе было?
- Ты сейчас спрашиваешь?
Ты ни разу не позвонил узнать, как я.
- Я думал, тебе будет лучше без меня.
Я не очень приятная компания.
- Возможно, ты был не прав.
- Наверняка.
Я всегда ошибаюсь.
Можно тебе позвонить?
- Зачем звонить мне? Ты уже здесь.
- Прости, мне надо идти.
У меня срочное дело.
- Сейчас?
- Это очень важно, поверь.
Завтра я позвоню, все объясню. Прошу
прощения, но сейчас я должен идти.
Боже, как мы были слепы!
Да еще этот чертов ураган!
Чтоб его! Гениталии Форкада!
Как я мог это упустить!
У него были здесь мяч, перчатка,
бейсбольный шлем.
Значит, и бита должна быть.
Это наверняка он, Маноло, наверняка.
Кто, как не он, горел желанием
отрезать Форкаду яйца!
- Здесь ничего нет.
- Маноло! Маноло, дай мне банкетку.
- Это Мигель.
- Спокойно. Он не знает, что ты здесь.
СТУК В ДВЕРЬ
- Адриан!
Адриан!
Открой!
- Иду.
Ты что, Мигель? Спокойно.
- Не надо, не одевайся. Я сейчас
научу тебя уважать мужа.
- Нет, Мигель!
- Стерва, грязная тварь!
- Нет, Мигель!
- Стой, дешевка!
Иди сюда.
Как ты посмела!
Изволь уважать меня!
Я не позволю!
- Адриан, Фермин рассказал нам, что
у вас с Форкадом давно были проблемы.
Еще с тех пор, когда вы
встречались с Мириам.
- Форкад обладал властью
и всегда ревновал ее к тебе.
- А тогда одного слова Форкада было
достаточно, чтобы сломать кому-то
жизнь.
- Он сделал все возможное,
чтобы разлучить вас с Мириам.
- Бейсбольная бита, Адриан... Ты убил
Форкада битой, что была в твоем доме.
- И биту, и перчатку мне подарила
Мириам, когда мы встречались.
Поэтому она была в комнате,
я показывал ее ей.
- Адриан, эта история, конечно,
очень трогательная,
но я в это не верю.
Речь шла об огромных деньгах,
поэтому вы заранее сговорились,
чтобы убрать Форкада.
- Не знаю, как Фермин...
...а я бы ни за что не пошел
на убийство ради денег.
- А ради Мириам - пошел.
ЗАПИСЬ: "Я бы ни за что
не пошел на убийство
ради денег". - "А ради
Мириам - пошел".
- Как жаль!
- Жаль, что Адриан убил его?
- Жаль, что Мигель, мой отец
и другие подобные им мерзавцы
не дали нам жить спокойно.
- Фермин с минуты на минуту должен
был приехать на встречу, поэтому
они спрятали труп, а Мириам отогнала
машину, на которой приехал ее муж.
- А как они вывезли тело?
- Ночью Адриан позвонил Мириам,
и они увезли труп на машине Фермина.
- А зачем Адриан отрезал ему
гениталии?
- Адриан сказал - чтобы
сбить полицию со следа.
Но думаю, ему приятно было это
делать. Форкад был негодяем,
который испортил им всем жизнь.
- Позвольте сказать, Конде.
Вы молодец. По крайней мере,
в вас майор Ранхель не ошибся.
- Полковник, что теперь будет
с майором Ранхелем? По сути,
он тоже стал жертвой
махинаций Форкада.
- Вы не передумали насчет отставки?
- Я продержался здесь столько лет
только благодаря майору.
А раз теперь его нет...
- Вот приказ об отставке, чтобы вы
не считали меня подлецом.
Я просто выполняю свою работу.
- А я уже нет.
ЩЕЛКАНЬЕ КЛАВИШ
ПИШУЩЕЙ МАШИНКИ
ЩЕЛКАНЬЕ КЛАВИШ
ПИШУЩЕЙ МАШИНКИ
Наконец-то ты здесь!
 

////////////////////////////