Этому миру меня не сломить (1 сезон, 2023 год). Фразы и цитаты из мультсериала

Questo mondo non mi renderà cattivo (2023)

Парень Зеро переживает внутренний кризис и пытается найти себя.

Все фразы и цитаты

Серия 1

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
НЕТ ВТОРЖЕНИЮ
ЗА ЧИСТОТУ РАСЫ
ПОЛИЦИЯ
ПОЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК
ДОПРОСНАЯ 1
Жди здесь.
КОЛЛЕГИ, УКАЗЫВАЮЩИЕ НА ПРОМАХИ
Я начну сначала, иначе все запутаются.
Было утро среды.
Помню, Секко пристал ко мне с вопросом,
а я не мог ответить.
Что бы ты выбрал?
Не знаю. Пальцы мне нужны для работы.
- Надо выбрать.
- Как же ты задолбал.
Стоп! Отмотаем еще чуть-чуть.
Почему мы встретились в тот день?
Мы хотели поговорить о важном.
Не помню, о чём именно,
но это легко выяснить.
У меня уже был концептуальный план:
«Что мы скажем друг другу».
Помни, вы белые цисгетеросексуалы,
родившиеся в 80-х,
и вот запретные темы:
чувства, положительные эмоции,
ранимость, сомнения, овощи, джем,
питомцы, бобовые —
не в контексте метеоризма…
Не сдерживайся.
Зонтики, ножницы, маникюрные щипчики.
Про работу можно.
Но это как беседа с псом в пустыне.
Нет точек соприкосновения.
Значит, для затравки
у вас остались сплетни и драки.
К счастью для тебя,
это ровно те две вещи,
ради которых Секко может выйти из дома,
чтобы пообщаться с людьми.
Да, у Секко
нестандартный взгляд на мир.
Он может неожиданным образом
связать «Бриджертонов»,
где весь английский двор обсуждает
скандальные статейки леди Уислдаун…
…с ментальностью англо-саксонских
футбольных фанатов.
Леди Мэриан у стадиона
разбила герцогу морду бутылкой.
Королева тут! Пора и прибухнуть!
Я рад, что он хочет обсуждать
такие вещи лично,
потому что, если честно,
по телефону об этом лучше не говорить.
Это деликатные темы
на стыке с криминалом.
А Берлускони говорил,
что в этой стране прослушивают всех.
Я в ужасе от мысли
что однажды о моих разговорах узнают.
Дело в том, что наши неоднозначные темы
могут быть опасны для моих близких.
ПРОСЛУШКА АВТОРА КОМИКСОВ
«ОН ПЯЛИТ СОБАК, КЛЯНУСЬ!»
Выход лишь один.
Поэтому у меня всегда
за щекой капсула цианида,
как желудь у белки.
ОТМАЗКА ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ 1
ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ
Мы могли обсуждать победу
Энрикетто над Федериконе…
Сейчас проверю в дневнике драк.
Но мы быстро разобрались,
ведь благодаря соцсетям
в этом городе
все только угрожают друг другу.
Всё решилось за десять минут,
и мы перешли к философским диспутам.
Да, это ленивые беседы,
но мы всегда ведем их на высшем уровне.
Выбирай. Палец вместо члена
или пять членов вместо пальцев?
Зависит от того, нужно ли работать.
Всё как сейчас. У тебя та же работа,
но или палец-член, или член-рука.
Левая или правая рука?
Ты слишком много думаешь.
Это нереально.
Купим мороженку?
Мне нужно домой,
вечером встреча по работе. Может…
- Купим мороженку?
- Мне бы хоть душ принять.
- Купим мороженку?
- С той же интонацией.
Как будто он записал эту фразу
и теперь жмет «воспроизведение».
Купим мороженку?
Как с резиновой стеной говорить.
Или бить киркой
по зыбучим пескам. Бессмысленно.
Пойдем за мороженым.
ЗАКРЫТЬ ПРИЮТ ДЛЯ БЕЖЕНЦЕВ
НЕТ ВТОРЖЕНИЮ
ЗА ЧИСТОТУ РАСЫ
Не помню, который был час,
но тогда я впервые
увидел эти хреновы плакаты.
Боже, как же я устал от этого дерьма.
- Какого?
- Да приют этот, вон там.
- Ты вообще о чём?
- Плакаты, которые ты сорвал!
Я просто люблю всё рвать.
Давайте так.
Месяц назад пришла посылка,
которая никому не уперлась.
Мешается под ногами, записки нет.
Ее таскают туда-сюда,
и в итоге она оказывается в районе,
ну, допустим, Хренвилль.
ХРЕНВИЛЛЬ
И, как и каждый раз,
объявляются нацисты
и начинают подначивать людей.
С чего нам за нее расписываться?
Мало нам своего дерьма,
так еще и с этим разбираться?
А у нас в городе полно сердитых людей.
И их продолжают злить,
пока не начинаются погромы.
Вполне реалистичный сценарий.
Нужно выбирать.
Либо мы едим рыбу в Остии,
либо идем с дубинками,
как на замок Франкенштейна.
Только одно из двух — уже шесть.
В Хренвилле настоящий цирк с конями.
Нацисты хотят сжечь посылку,
копы ее защищают,
а некоторые наши друзья
тихо не соглашаются с нацистами.
Ситуация неуправляемая.
И кто-то сказал…
Всё понятно.
Эта посылка — обуза.
Отправим ее в другое место.
И они привезли ее в наш район.
Это была максимально упрощенная схема,
объясняющая динамику.
Но на самом деле это 35 человек —
мужчины, женщины, дети —
приехавшие из Ливии месяц назад.
Сложно представить себе,
что мы говорим о людях.
Мы их не видим, ничего о них не знаем.
Их просто отправили в приют,
что за школой, рядом с домом парня,
который отрезал голову
чихуахуа своей тещи.
В полутора километрах.
В последние три дня эти хреновы плакаты
стали появляться и тут.
Будем их бить?
Бить? Да что за одержимость драками?
Говоришь, как моя мама утром…
Видел все эти нацистские плакаты
возле пекарни?
Прошу, не лезь в драку.
Тебе нельзя в тюрьму.
У тебя чувствительные аденоиды.
Тревожность моей мамы не связана
с тюрьмой, только с аденоидами.
Не ходи босиком, надевай тапочки,
а то горло заболит.
Помни про аденоиды!
Мама, я еду в Сирию!
Если ИГИЛ похитит тебя,
расскажи им о своих аденоидах,
пусть дадут шерстяные носки.
В общем, аденоиды — проигранная битва,
поэтому я сосредоточился на тюрьме.
Мама, я тебя умоляю!
Во-первых, эти парни не появятся.
Они подняли шум в Хренвилле,
чтобы набрать сторонников,
но здесь нацистов нет.
И во-вторых, меня не арестуют!
Мой сериал на Netflix,
теперь я могу делать что хочу!
Ты слишком самоуверен.
Вспомни сына Дедала.
Как его звали? Икар?
Он рвался всё выше и выше в небо,
не носил шарф,
и смотри, что с ним случилось.
И подумай о друзьях в Хренвилле,
которые всё еще в тюрьме.
Да пусть копы попробуют!
В моей профессии тюрьма — это козырь.
Вспомни тех, кто поднялся, отсидев,
вроде Тупака или Грамши.
Грамши даже дом себе прикупил.
СБОРНИК ИЗ ТЮРЬМЫ
Равнодушие отстой
Выбить бы вам зубы
Чтоб тебя, Бенито
Ты упек меня в тюрячку
Тони Грамши не будет молчать!
Я не понимаю,
почему ты у меня такой дурак.
Мама старая. Она не понимает.
Короче, мы пошли за мороженым.
То есть у вас были четкие намерения?
Купить мороженку.
Да. Но без учета обстоятельств
какое у вас было состояние?
Я злился, они сказали,
у них нет темного шоколада,
но я знал, его вынесут.
Ты понимаешь, что он говорит?
Не могли бы вы четче артикулировать?
Нет, а то кровь из носа пойдет.
Эпистаскис Мюнхгаузена!
Типа, научное название.
Бедняга продавец!
С темным шоколадом.
Извините, с темным нет,
только с обычным.
Нет, я ем только темный.
От обычного кровь из носа идет.
Он обо всём так говорит.
Сяду вперед, а то кровь из носа пойдет.
Фильм выбираю я,
а то кровь из носа пойдет.
Это мне, а то кровь из носа пойдет.
Я не знаю, что ему отвечать.
Это сбивает с толку.
- Понимаю, но у нас кончился…
- А теперь…
Они говорят о Хренвилле!
Сегодня судья встретился
в тюрьме с 11 заключенными,
арестованными в Хренвилле.
Но сначала посмотрим кадры,
подводящие итоги дня.
РЕПОРТАЖ МАРТЫ ИНФОРМАТЫ
Да, это жестокие кадры,
но мы считаем,
что наш долг как слуг народа
демонстрировать не лицемерие,
а жестокость и негодование!
Эта новость расстроила меня,
ведь в каждом репортаже, где говорится
о жестоких, агрессивных людях…
вы видите женщину,
которую винтят, как бешеного зверя.
Но этот зверь — Сандрина,
библиотекарь в Хренвилле.
Она похожа на Хайди.
Она добрая и милая,
у нее румяные щечки
и голос, как рингтон на Nokia.
Она проводит мастер-классы
для детей в своем районе.
И эта женщина спасла мне жизнь.
Нарисуй мне барашка.
Я не умею рисовать барашков.
Может, динозавра?
Например, плезиозавра?
Нет, барашка!
Ладно, но…
Ты же автор комиксов?
Так нарисуй ему сраного барашка!
У баранов уши не такие.
- Он не рисует комиксы.
- Кто ты на самом деле?
Дети! Пирог готов!
Когда фанаты «Тоттенхэма»
обознались и хотели меня избить,
и то было не так страшно.
- Спасибо…
- Так работать нельзя.
Контролируй свои эмоции.
Дети чувствуют твой страх.
Ты должен понять, кто они.
Тот малыш. Не смотри ему в глаза.
Он кусается и разносит болезни.
Почему Сандрина одета,
как будто косплеит Габиббо?
Все в черном. Она одна в красном.
Надо быть полным идиотом,
чтобы бастовать в таком виде.
БЕРЛИН 2006
АРЕСТОВАН ИТАЛЬЯНЕЦ
«ОН БЫЛ КАК ДЕВОЧКА
ИЗ "СПИСКА ШИНДЛЕРА"».
Если так одеваться,
конечно, тебя свинтят.
Простите!
Синьор Броненосец,
что значит «свинтят»?
А то я из Северной Италии.
Это значит «арестовать», синьора…
Как там, блин, тебя зовут.
Арестовать, синьора.
Принять, повязать, замести.
Это значит одно и то же.
«Принять наркотики в Випитено».
Поскольку вы запомнили эти синонимы,
вы получаете три балла.
Пригодятся, если решите запостить,
что закончили Университет Жизни.
Нет, я не буду ныть:
«О, мои бедные друзья!»
Потому что знаю —
иногда им сносит башню.
Меня морозит другое —
кого они зовут
комментировать такие новости.
Какое-то там шоу!
Синьор Марио,
прошу объясните,
как нам понимать этот феномен.
Я выгуливал своего пса, ему два годика,
и он испугался. Ну а как иначе?
Но что я скажу,
глядя в эти огромные глаза?
Почему эти психи на свободе?
Я не знаю причин этого хаоса
и не хочу знать. Я не политик.
Но в цивилизованной стране
эти люди должны гнить в тюрьме
или хотя бы страдать
в каком-нибудь темном месте.
Например, вытирать зады
старикам на юге.
Видите? Всё это способствовало
созданию враждебной атмосферы,
что, в свою очередь,
заставило нас волноваться.
Да мне плевать. Я думал о мороженке.
Конечно, тебе-то что?
Ведь это я буду гостем
этого паршивого шоу на той неделе.
Почему? Из-за драк?
Нет, я буду говорить о своей работе.
Но после такого репортажа
мне придется поговорить и об этом.
Салют, лузеры!
Ладно, музыка — это перебор,
но на то были свои причины.
Мы с Сарой давно не общались —
я не ответил на ее звонок,
и она взбесилась.
Мне бы извиниться,
но ей нужны извинения в стихах,
со звуком 5.1,
так что я тянул два месяца.
И не скажешь ведь, что я занят.
Я ел мороженое,
так что меня меня ждал разнос.
Она решит,
что мы замыслили заговор мужиков,
встречающихся без нее.
Мороженку едите? С каким вкусом?
Ждем, пока вынесут темный шоколад.
Я тоже буду. Может, поедим его в парке?
Я онемел. Типа я ждал,
что меня собьет поезд,
готовился, стиснул зубы…
А вместо поезда появился
милый единорог и чмокнул меня.
Я подумал: «Может, я незаметно
умер от ее приступа гнева?»
Так что я спросил…
Ты не злишься?
С чего бы?
Ну, я же пропустил твой звонок.
Да нет! Ты же козел,
это давно не новость.
Это даже в печеньках
с предсказаниями написано.
ТВОЙ ДРУГ — КОЗЕЛ
Я знаю, кто их делает. Тот еще мудила.
Он даже не китаец.
Но ты улыбаешься, это странно.
Ничего сказать не хочешь?
Потрахалась, что ли?
Я живу со Стеллой уже три года,
и мы договорились трахаться
каждые 72 часа.
И это было вчера.
Так что да, потрахалась.
Только что это меняет?
А женщины говорят «трахаться»?
Да, а что нам говорить?
Что мы играем в бридж?
Нет, но если это девушка с девушкой,
технически, не уверен,
что вы трахаетесь.
Пропущу это мимо ушей,
а то придется тебя побить.
И мне противно думать о том,
что ты этим занимаешься.
Лучше представлю,
что ты размножаешься спорами.
Митоспорами, как грибы,
это куда более гигиенично.
Но он прав. Обычно ты не такая.
Колись, что случилось?
Ну, сегодня у меня было собеседование.
И, не хочу сглазить,
но вроде меня взяли.
Начинаю в сентябре.
Аллилуйя, блин!
Мне тоже плевать, просто скажи
что-нибудь, будь вежливым.
Ты теперь прямо как коп.
Я знаю, в школе
у тебя были проблемы с преподами,
но так я хоть выберусь из жопы,
в которой была.
Да, работка была так себе.
Знаете, я тут просмотрела
всех кандидатов,
и нашла нам отличного дизайнера.
Спасибо, но мы выбрали
одного юного художника,
он разделяет видение компании.
Это всё, что ты можешь?
На хрена я дарил ему
карандаши на Рождество?
Ладно, слушай.
Комитет недовольных постановил,
что у тебя есть
веская причина для счастья.
Это еще не точно,
но хоть что-то,
хоть какой-то лучик надежды.
Ты знаешь, я тоже решил
сделать важный шаг.
Я пока никому не говорил.
- Думаю, я уже знаю.
- Откуда ты знаешь?
Это связано с дикцией, так ведь?
Нет. А что с ней?
А, тогда не знаю. Рассказывай.
Нет. Что там про дикцию?
Я ошиблась. Так что рассказывай.
Нет уж, рассказывай про дикцию!
Я думала, ты ходишь
на курсы сценической речи.
Я думала, ты понял,
что это важно для твоей работы.
Зачем? Нормально я говорю.
Мама говорит, у меня чистый баритон.
Да, но кое-кто говорит,
что ты бормочешь себе под нос.
Возможно, это способ…
Ладно, неважно. Рассказывай.
Я не понимаю.
Не помню,
чтобы кто-то жаловался на мою речь.
РИМСКИЙ ДИАЛЕКТ ДЗЕРОКАЛЬКАРЕ
ОН ГОВОРИТ СЛИШКОМ БЫСТРО
Ну, ты мне расскажешь?
Ладно, короче, я снимаю полнометражку.
Мультик, но длинный, для кинотеатров.
Правда, продюсера я так и не нашел.
Потрясно! Куда лучше
уроков сценической речи.
До меня в Италии это удалось троим.
Я нашел того, кто вложит кучу денег.
Но не знал, кому рассказать.
Мог бы позвонить, идиот.
Скажу честно.
Я переживал, что мы долго не говорили.
Мне было неловко. Ведь, по правде…
Все-таки скажу. Твоя работа — дерьмо.
И хвастаться мне казалось нетактичным.
Слава богу, теперь
твоя карьера идет в гору.
Ты триумфально покидаешь
поле неудачников,
где ты была одной из лучших,
и получаешь место в команде
тех, кого не мучают комплексы,
тех, кто всего добился сам.
Да-да, я уже так себя и чувствую.
Но конечно, как и все,
кто 30 лет говорил,
что вся сила — в коллективе,
что выиграют все или никто…
А в итоге ты не сможешь
насладиться своим успехом,
ведь вокруг одни обломки.
А среди обломков
комфортно только падальщикам.
Так, теперь я нервничаю.
Один счастливый день, ладно?
Да, но особо не хвастайся.
К тому же, так я подмазываюсь к карме.
Если она увидит,
что я зазнался, надерет мне зад.
В тот момент я понял,
что мы много смеемся,
но почти никогда не улыбаемся.
Чувствовать, как расслабляется
твое лицо — очень странно.
Обычно у нас совсем другие лица.
Перекошенные.
Ведь мы так громко смеемся,
что не слышим,
как кричат монстры внутри нас.
Или напряженные,
потому что мы едим себя поедом
и вот-вот взорвемся.
По сути, мы никогда не расслабляемся.
Вот я и запомнил тот момент.
В общем, было здорово.
Домой я не успел,
но у меня появились силы
пойти на встречу с авторами программы.
Назовем их лизунами,
как в «Обители зла» —
это монстры с длиннющими языками.
Не потому, что они жополизы, конечно.
Просто чтобы не раскрывать их личности.
Плюс нам работать вместе. Мало ли.
Нервничаешь? Не надо нервничать.
Это же пустяки.
Да я не нервничаю,
просто немного
косноязычен перед камерами.
Ты ведь видел нашу программу?
Мауро умеет успокаивать гостей.
Десять секунд —
и ты как будто беседуешь с другом.
С другом?
Итак, палец-член или член-палец?
Синьор Мауро, мама же смотрит!
Не уверен, что хочу говорить
с другом в эфире.
Мы подумали, нужно что-то смешное.
Конечно, ты расскажешь о фильме,
но сначала
какая-нибудь забавная сценка.
Может быть, знаменитая фраза
про мороженку?
Ну, знаешь? Как в сериале.
Помнишь? «Купим мороженку?»
Я хотел было сказать: «Я-то помню.
Это любимая фраза моего друга».
Но начал двигать свои идеи.
Как думаете, будет у меня минутка,
сказать пару слов?
Вы обсуждали беспорядки в Хренвилле,
и журналист вел себя
довольно жестко, так что я…
Вряд ли.
Но мороженка может растаять,
ты разозлишься и пернешь.
Да! Пропердишь мотив
«К Элизе», например?
Или попросим звукаря.
У него куча эффектов.
Нет, это была собака.
Я спрашиваю,
потому что на шоу я прийти могу.
Но если не прояснить ситуацию…
- Я как бы согласен…
- Она кормит пса грудью!
Прости, я не слушал.
Думаю, ты сам себя загоняешь в угол.
Это ведь у нас
не «Двадцатый век» Бертолуччи.
Что ты там себе напредставлял?
Броненосец — символ лживого
буржуазного сознания,
которое используется империализмом
против народных масс…
Да завали ты, левак хренов!
Послушай, так нельзя.
Ты пока не в бизнесе.
Беспорядки — деликатный вопрос.
Это ж не наука.
О ней любой может говорить .
Да. Но тем не менее речь о тех,
кто борется с нацистами.
Не понимаю.
Индиана Джонс их победил, и все такие:
«Да! Ты гений!»
Братья Блюз переехали их на тачке,
и все смеялись.
Но Сандрина — прокаженная.
Нравится?
Есть еще забористее,
как будто у тебя в трусах утка бегает.
Кстати, ты всегда так говоришь
или это твой образ?
Моя сестра — логопед, и берёт недорого.
Я странно говорю?
- В смысле?
- С римским акцентом.
Который не понимают… Странно.
Да нет! Максимум, легкий акцент.
Может, ты вообще из Триеста
и насмотрелся «Я — Чезарони».
Вроде, я говорю нормально,
но, может быть…
Поверь, ты говоришь
лучше, чем гугл-карты.
Но я твоя совесть, и обязан сказать —
ты зациклился на этом,
чтобы не думать о среде.
У тебя проблема, друг мой.
Ты молчишь о своих друзьях,
сидящих в тюрьме,
что противоречит
первому правилу порядочности.
Да-да, первыми в шлюпку садятся
беременные женщины и дети,
но что важнее —
нельзя бросать людей в тюрьме.
Я знаю.
Я знаю, что ты знаешь.
Но кающийся делает первый шаг к тьме.
Осторожно, а то станешь
лысым перцем с астмой.
Осторожно!
Моим моральным ориентиром
всегда был Массимо Джилетти,
великий профессионал.
Решать тебе.
Я никогда не стал бы тебя осуждать.
Я не сказал Секко о своих мыслях —
чувак черствый, как старый хлеб.
Но я увидел новые плакаты
там же, откуда мы сорвали старые.
Я взбесился и сказал…
Какая жесть, они повесили их обратно.
А вдруг кто-то в этом районе поведется?
Это другие плакаты.
И тут он был прав.
Речь шла о митинге
в среду возле приюта.
Паршивая ситуация.
- Говорил же, будет драка.
- Вот чёрт!
Эй, идиоты!
Для меня скамейку грели?
Мы обернулись, мы не знали, кто это.
Просто силуэт в тени.
Я даже не знал, человек это или демон.
И тут из его рта
вырвалось нечто чудовищное,
подобное ножу с лезвием,
выкованным в адском пламени.
Лысеть начал?
На батю стал похож.
Иди в жопу, Чезаре!
Ты какого хера ты тут делаешь?
В смысле? Это разве не мой район?
Да твой, твой, но прошло уже 20 лет!
Не знаю, о чём мы говорили.
Было поздно,
мы протрепались минут пять.
Я не знал, о чём его спрашивать.
Знаете миф про Орфея и Эвридику?
Ну вот. Представьте,
что этот дебил не обернулся,
вытащил Эвридику из царства Аида,
а потом спросил…
Что будем делать в выходные?
Ты играешь в падел-теннис?
В каком баре лучше смотреть футбол?
Конечно, она не знает, что ответить.
Кто знает, что она пережила.
Это логично.
Вот почему я ненавижу пустой треп.
Давай, идем!
Давай!
Валим отсюда!
Я не знаю, что спросить у тех,
кто выбрался из ада.
ВРЕМЯ РАБОТЫ ПРИЮТА ДЛЯ БЕЖЕНЦЕВ


Серия 2

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
ЕЩЕ ЕСТЬ ВРЕМЯ ВСЁ ОСТАНОВИТЬ!
ЧЕЛ-ПАУК
МАГАЗИН КОМИКСОВ
ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ
ВСТАВЬТЕ МОНЕТУ
Ребиббия!
Спокойно.
Ты справишься.
Блок. Ты выиграешь этот бой.
Съешь виноградинку.
Расслабь мышцы. Успокойся .
Воды попил?
Не обезвожен? БАДы принял?
Высокий, низкий. Вот так.
Он твой. Ты его поимел.
Вы победили!
Повернись и бей.
Повернись и бей, давай.
Назад… Вперед… Пинок! Сзади!
Вперед, пинок! Давай! Размажь его!
Размажь его! Да!
Вы победили!
Выиграешь — тебя ждет финальный босс.
Сконцентрируйся. Разбей ему рожу.
Ты ждал этого 15 лет.
Размажь его! Раз… Размажь его…
Повернись и бей!
Вставай! Вставай, гад! Блок!
Низкий удар! Орюке!
- Да!
- Вы победили!
Ты всю жизнь об этом мечтал.
Расправь крылья.
Ради бабушки.
Ведь ты продал ее зубные протезы,
чтобы попасть сюда.
У этой боли должен быть смысл.
Финальный бой!
Это «Сумерки богов».
Начало через три…
Две… одну…
Можно я?
Моя прелесть!
Я дошел до «Сумерек богов»…
Спасибо.
Вы проиграли.
Подвинься. Это последний босс.
Знаешь, если долго сидеть на берегу,
мимо проплывет труп
врага на надувном матрасе.
Уловил отсылку?
Если имеешь дело с бугаем,
который легко тебя зашибет,
лучше сидеть на берегу и ждать.
На это может уйти время.
Через 60 лет он состарится,
сломает шейку бедра,
ты увидишь его и крикнешь:
«Эй, козлина,
я дошел до "Сумерек богов"!»
Зачем что-то говорить? Он же умер.
Именно поэтому ты сможешь так сказать.
Моим берегом были игровые автоматы.
Далеко ходить не пришлось.
Я весь день спускал там деньги.
Я вечно проигрывал
и был дико расстроен.
Даже жетона на финал уровня не нашлось.
Но потом случилось нечто странное.
Из всех мифических существ в том зале
он почему-то выбрал меня.
Что ты там говорил о «Сумерках богов»?
Меня никогда не выбирали
в свою команду.
Я всегда оставался один.
Я и собака без задних лап,
вместо которых были колеса.
Мы берем пса!
Если нам достанется этот лузер,
вы должны нам фору в три гола.
Ну да, тогда в зале было мало людей.
Кроме меня, только извращенец Эмилио,
наркоман Оссо
и филиппинец у «одноруких бандитов»,
которого вечно мучил нервный тик.
Но он выбрал меня.
Он дал мне тот самый жетон.
Мы закончили игру вместе.
Мы стали побратимами.
Тогда я впервые в жизни почувствовал,
что у меня есть привилегии.
Да, вы скажете, что я не понимал,
как работают привилегии.
Но в 14 лет, если ты не Анджела Дэвис,
что вообще ты знаешь?
ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ
Наутро всё было нормально.
Я вышел из дома с мыслью:
«Проблем быть не должно».
Мне нужно было купить йогурт.
Я встал на парковочное место
под названием «Паркуюсь как урод»,
потому что думал что метнусь
туда и обратно, как ниндзя.
Войду,
возьму йогурт,
заплачу.
Я буду стремителен как вихрь.
Я не знаю, что случилось,
но в какой-то момент меня занесло.
И одна дама сказала мне…
«Ты бы тележку взял, придурок».
Хотя она могла сказать…
«Ты лысеешь, придурок».
Ее жесты и мимику
можно было истолковать двояко.
Но, скорее всего,
она говорила про тележки.
Да, я подумал было о них.
Я смогу взять больше…
Возьмешь тележку из-за какой-то бабки?
Они же делают это, чтоб тебя вымотать.
Это как змей и яблоко.
А ну, отвали, бабулька!
Это было чересчур.
Слушай, тележки — для стариков.
Это всё равно, что нацепить табличку:
«Я старый пердун
и не могу донести пару банок!»
Как чемоданы.
Сменишь рюкзак на чемодан, и всё,
ты старуха из «Аббатства Даунтон».
Старая, надменная,
по телику кажется милой,
но в жизни
ты бы столкнул ее с лестницы.
Ну да, но из-за рюкзака у меня 45 грыж.
Грыжи придумала Большая Фарма,
потому что инвестировала
в индустрию чемоданов.
Раньше при боли в спине
все тупо курили опиум.
Я так не могу. Я зожник.
Посмотри вокруг.
Ты не видишь, что тележка —
символ родительства?
Кукольный спектакль,
где люди вывозят на прогулку покупки.
Жалкое зрелище!
Ты еще молод,
тебе всего 39!
Это не для тебя.
Не опережай события, хорош.
Так что то, что люди
на меня пялились, меня не удивило.
Я думал: «Они завидуют тому,
что я чемпион по "Дженге"
и построил обелиск
из йогурта, сосисок и пасты».
Но вместо этого…
Дзеро, Маддалена я!
Твою мать, так бы сразу и сказала!
Это была Маддалена, мама Чезаре.
Я давно ее не видел, но она живет тут.
Она в Риме уже 60 лет,
но у нее жуткий сардинский акцент.
Наверное, генетика.
- Не лечится.
- Эй!
Разве что операцией?
В любом случае респект.
Сардинцы — молодцы. Революция!
Но сардинский диалект мне не дается.
Говорю, как мастер Йода.
Не обижайтесь.
МЕД
Но он по-любому великий рыцарь-джедай.
Вчера вы виделись, мне он сказал.
Счастлив он был.
Не знаю, что она сказала.
В 15 метрах от меня чихнул мальчик,
и это движение воздуха
нарушило стабильность моей конструкции.
ГАЗИРОВКА
Я испугался. Работник
с лицом хорька меня ненавидит,
ведь каждый раз,
когда я не беру тележку,
я всё роняю.
Два месяца назад я пролил
70 литров персикового йогурта,
а он убрал, не сказав ни слова.
- Спорим, босс сказал ему…
- Тихо.
Закон о скидках гласит,
что первые два раза надо молчать,
а вот в третий
выпотроши его ножом для рыбы.
Это мог быть третий раз.
Я вижу, как он ждет
и хлопает себя по карману.
Так поможешь ему, может быть, ты?
С работой? Чем я могу ему помочь?
Я рисую комиксы, работаю дома.
Считайте меня козлом,
но у меня работа как раз для социопата.
Нет! Чтобы как дома
он себя почувствовал,
куда-нибудь сходи с ним.
Он не в своей тарелке.
Много лет уже прошло.
Соберешься куда, позвони ему.
Это хуже работы.
Что я буду с ним делать?
Я не сволочь,
но правда не умею заботиться о людях.
И когда мне говорят:
«Я еду в Рим. Какие планы?» —
я нервничаю.
Я скорее прострелю себе колено.
Кто я вам? Аниматор, что ли?
Мне одеться в центуриона и сводить
вас в Колизей, жонглируя мячом?
Я скучный, я не пью, не нюхаю
и всегда предлагаю кино —
там можно молчать.
Ладно, на ужин приходи
вечером, сможешь если.
У меня есть всё
для сардинских пирожков.
Конечно. Я могу прийти и поесть.
Это всё, что я умею.
Спасибо. Очень рад Чезаре будет.
Уверена, полезно для него это будет.
Нет, правда, я тоже рад.
Я вас умоляю. Сходите туда со мной.
Мы не общались 20 лет.
О чём с ним говорить-то?
Пожалуйста!
У меня куча работы, прости.
Сегодня встреча — никак не пропустить.
Отстой! По поводу школы?
Знаешь, стоило тебе что-то рассказать,
как 12 часов спустя начались проблемы.
Я не суеверная,
но ты как снайпер! Выстрел — труп.
СНАЙПЕР
Почешу на удачу.
Прекращай,
мы ж не в Средневековье, блин!
А если серьезно,
я в такое не верю, конечно.
Но проще подождать, пока всё решится.
Утром я говорила с бабушкой,
она обожает все эти байки…
Ты рассказала всё художнику?
Он тебя сглазит!
Да он хуже, чем Фукусима, говорю тебе!
Если нужна работа,
скорми ему 50 граммов чеснока,
а потом проткни сердце
деревянным колом.
Кажется, твоя бабушка
никогда меня не любила.
Точно. Она думает,
вы с Секко плохо на меня влияете.
Милая, это они навязали тебе
порочные сексуальные наклонности!
Почему ты до сих пор с ними общаешься?
Вы знаете, куда они пошли дальше?
Нет, не знаю, я ушла.
У меня были дела, это не отмазка.
И про их планы вы были не в курсе?
Я им кто? Нянька? Они уже взрослые!
Но я баба, а значит, должна их опекать?
Так у вас в органах принято считать?
Молодцы!
В общем, нет, у меня были дела.
Это же возможно, правда?
Ладно. Секко, а ты придешь?
Нет, я ненавижу Чезаре.
В смысле?
Вы с ним не разговаривали 20 лет!
Если я кого ненавижу, это на 200 лет.
Осталось еще 180.
Это правда. У чувств Секко
очень долгий срок годности,
он основан на сроке
жизни китов в Гренландии.
То есть Секко очень преданный,
но очень злопамятный.
Но, думаю,
тут была замешана и ревность.
Она возникает в дружбе,
когда появляется кто-то новый,
и ты чувствуешь себя обделенным.
В этих щемящих подростковых моментах
есть нечто трепетное,
но никто это не признаёт.
Помните парня из «Очень странных дел»,
который плакал,
потому что его друг трахал Оди?
Ты ревнуешь? Боишься, что он станет
моим новым лучшим другом?
И мы бросим тебя, бедолажку,
совсем одного?
- Пойдем, не беси.
- Да мне насрать.
Я тебе не верю. Ты. Просто. Ревнуешь!
Мне. Нас. Рать.
Ладно. Ну хоть долбаные плакаты
давай сорвем.
Их вчера снова повесили возле метро.
И опять новые. Вот, есть фото.
Призрак безумного активиста
внутри меня рвется наружу. Вот.
Тут написано, что, помимо нацистов,
будут и жители района.
И родительский комитет.
То есть нормальные люди.
И это сводило меня с ума.
Я рехнусь, если не выясню,
кто это поддерживает.
Надо спросить у «этих самых».
Эти самые!
Я не знаю, как в других местах,
но здесь, в Риме,
если видишь граждан,
недовольных иностранцами
и общим упадком,
чаще всего это
торговцы людьми и наркодилеры.
Они злятся, что кто-то вторгся
на их территорию.
Они действуют хаотично,
и невинные люди попадают под раздачу
лишь потому, что что у них кожа
не того цвета.
Но война дилеров —
так себе предвыборная повестка,
поэтому вам говорят:
Простой народ больше не может терпеть…
А это символ уютного старого мира…
Где никто не запирал двери…
И этот народ злится на иностранцев,
которые вторглись к нам и мешают
нашим детям есть свинину в школе.
А эти 30 приехавших бедняг
вообще ни при чём.
Их используют как предлог.
Но что, блин, я понимаю?
Единственный способ узнать больше —
это спросить «этих самых»,
опустившись на самое дно общества,
в кипящую тьму, покинутую государством,
где единственный закон — выживание.
В мир ресторанов.
Народ, шустрее.
У меня всего десять минут.
Сегодня на кухне ад.
Нас двое, 70 заказов.
Все голодны, как дьявольская саранча.
Лемур, подруга, один вопрос.
Что ты знаешь о комитете,
выступающем против беженцев?
Твои люди?
Нет, я тоже в курсе, но не знаю.
Я с ними не общаюсь.
Но все, кто задействован в этом бизнесе
состоят в групповом чате.
Походу, об этом не писали.
Да и конфликта интересов
на этой делянке вроде нет.
Моя подруга — супер.
Я знаю, вы полиция,
и об этом говорить нельзя.
Но как-то я встретил важного чиновника,
которого я изображу как белого лебедя
из-за чистоты его слов.
И лебедь сказал…
О, Дзерокалькаре,
мы хотим использовать
твоих персонажей в кампании,
направленной против всего плохого
и за всё хорошее.
Я считаю, что твои герои —
положительный пример
для наших детей
в этом коррумпированном мире,
где все говорят только о наркотиках.
Клянусь. Он правда так и сказал.
И я понял, что для него люди моложе 40
делятся на две категории.
С одной стороны, ужасные наркоторговцы,
которые стреляют в бабушек
и издеваются над щенками.
С другой стороны, бойскауты,
которые целыми днями работают
и помогают жабам переходить дорогу.
Я ответил ему:
«Синьор, мир устроен немного сложнее.
Да, есть и монстры.
Но моя подруга, например,
вкалывает в местном магазине,
но торгует травой, чтобы платить ренту.
Нет только черного и белого».
Значит, мой сын прав, и «мороженое» —
кодовое слово для «кетамина»?
Простите, куча клиентов,
целый спортзал.
Я пойду.
Тут как на войне. Они как ИГИЛ,
но с Анной Татанджело
вместо Корана. Пока.
Пока!
Мы ничего не узнали.
А мне пора к Чезаре.
- Точно не идешь?
- Да.
Через 180 лет. Поставлю напоминалку.
Это был продюсер, пришлось ответить.
Алло?
Дзеро!
Как дела?
Когда ждать материалы?
Привет. Слушай…
Я сделал пару предварительных скетчей.
Я думал, я их уже отправил.
Они точно готовы.
Ни хрена я не сделал.
Это липа, как фальшивые байокко.
Через три дня отправлю
пустое письмо и скажу:
«Вы ничего не получили?
Может, я не прикрепил»?
Так я получу еще неделю.
Это компромисс между психологическим
истощением и нервным срывом.
Пожалуйста…
Мой учитель литературы
все еще ждет мое эссе.
Проверь в спаме.
Он сказал, могло попасть туда.
Присылай. Все очень ждут!
Столько энтузиазма, всё просто искрит!
Еще не видел команду такой.
Разве что когда мы сняли
офигенную документалку
о телескопических членах коалы,
которую повезли в Венецию.
Сюрприз, ублюдок!
Ладно, тогда пришлю к выходным,
чтобы мы могли всё обсудить. Нормально?
В среду у меня интервью
у крокодила Мауро.
Конечно!
Так мы сможем продвинуть проект!
Создадим хайп!
Хэштег уже есть.
Вообще-то, у меня проблемы с этим шоу.
Я как раз хотел это обсудить,
раз уж у нас открытый диалог…
Конечно! Надо говорить обо всём.
Мы друзья, вместе строящие мечту.
Побратимы, а не бюрократы
из шоу-бизнеса!
Ну, в общем,
я хотел рассказать о фильме.
Но вчера они показали очень
жесткий репортаж о Хренвилле.
Призывали посадить
моих друзей в тюрьму.
Я хотел защитить…
Ни слова больше.
Я тебя понимаю, это отлично.
Потому-то ты нам и нравишься.
Никогда не меняйся.
Так мне сказать, что…
Нет, молчи!
Но здорово, что ты думаешь
о том, чтобы поступить правильно.
Главное, думай, а не делай.
А в чём тогда смысл?
Сейчас всё разъясню.
Твои друзья бесят всех в этой стране.
Люди ненавидят их больше,
чем налоговую инспекцию.
Они устроили бардак,
кидались друг в друга вещами.
Нам такое паблисити не нужно.
Но я не хотел вас впутывать.
Мы продюсируем фильм
из-за того, какой ты.
У тебя есть высокие идеалы,
футболка с черепом —
бунтарские штуки.
Мой зять тебя любит.
А он смотрит
«Большой брат: Знаменитости».
Там недавно выгнали какого-то бабуина,
и он их материт, думая,
что «Большой брат» — чей-то брат.
Но то, что делаешь ты,
ему нравится. Понял?
Ты объединяешь людей.
Объединяй, не разделяй.
Думаешь, это создаст
проблемы для фильма?
Нет, это убьет фильм.
Защищать этих людей —
как защищать убийство котиков в сети.
И всё. Снимаем док о психе,
который защищал
Дюссельдорфского вампира.
Ты должен жить
с этой несправедливостью,
чувствовать, как внутри
тебя горит огонь.
И когда ты вот-вот взорвешься
ничего не делай.
В смысле?
Подрочи, сходи в спортзал. Выпусти пар.
Так устроен рынок.
Ценят тех, кто может
сказать что-то важное,
но не говорит. Ясно?
Думать, но не говорить.
Давай зажжем, Дзеро! Давай зажжем!
Захерачим этот мульт!
Вот долбак.
МОРОНИ
Отличный декор, отличная
сардинская еда, всё супер!
Но ужин ужасный.
Маддалена всё приносила еду,
и я чувствовал давление,
как будто мои органы плющат.
Легенда гласит,
что в Тибете есть монастырь,
где всегда поют монахи.
Это не песня,
скорее литания, типа: «Ом».
Они сменяются,
ведь если кто-то замолчит,
пусть всего на секунду,
без этой ноты…
…наступит конец света.
Их пение спасает всю планету.
Вот и со мной было так,
только я был один.
У меня была миссия —
заполнять тишину непрерывным трепом.
Типа: «Вкусный блинчик. С чем он?»
Кто тебя стриг? Миркетто?
Есть жаба, которая меняет пол,
чтобы потрахаться.
И мне так-то плевать на всё это,
но, казалось, если я замолчу,
Звездные врата космического кринжа
засосут нас в звездную пустоту для тех,
кому нечего сказать друг другу.
Время от времени
Чезаре пытался что-то спросить.
Но каждый мой ответ
как будто разбивал ему сердце,
хоть я этого и не хотел.
Как думаешь,
Серджоне возьмет меня к себе?
Нет. Он на Кубе.
Сбежал из-за долга в биткойнах.
Он продал статую Иоанна Павла Второго
каким-то русским.
Теперь он акционер
в Кавказской наркореспублике.
Играть еще ходишь?
Зал закрылся.
Теперь там антикварная лавка.
Да, дурацкая ситуация.
Как будто джентрификация наоборот.
Нашествие стариков в места,
куда мы ходили развлекаться.
Ну, как-то так.
А Сару ты не звал?
Я бы предпочел
повидаться с ней. Без обид.
Нет, у нее работа.
Но она теперь с девушкой.
Но работа-то закончится?
Я 20 лет хотел ее трахнуть.
Вряд ли выйдет. Она с девушкой.
Ну, сегодня да, но не каждый день.
Она лесби, ей нравится киски!
Как еще объяснить?
В смысле? У нас неоконченное дело.
Так 20 лет прошло. Она передумала.
Жаба меняет пол 40 раз за 20 лет.
Она решила, что не любит члены.
Расскажи о себе.
Мама сказала, ты автор комиксов.
Но я-то не знаю, я их не читал.
Они о твоей жизни?
И всем не насрать?
Ты ж не Человек-паук!
В этой стране бардак.
Я симптом, а не причина, клянусь.
Всё началось еще без меня.
Там, где я был, тебя не знают.
Если решишь сбежать, рехаб тебя ждет.
Это он сказал, не я.
Я боялся этого слова.
Пока оно не прозвучало
мы могли притворяться,
что 20 лет он был в каком-то загадочном
экзотическим месте.
Это как с котом Шрёдингера.
Пока ты не открыл коробку,
там может быть что угодно.
Эй, чел! Я 12 лет провел в Тибете,
изучая лису, которая пукает подмышками,
чтобы привлекать самок.
А у вас тут всё путем?
Но если произнес слово,
все остальные двери закрываются.
Открытой остается одна.
Та, за которой рехаб.
И точка.
Чтобы избежать неловкости,
я задавал только самые простые вопросы.
Ты вышел навсегда?
Или тебе нужно вернуться?
Думаешь, я 20 лет лежал,
привязанный к кровати, с пеной изо рта?
Я уже 15 лет как в завязке.
Остался, чтобы помочь остальным.
Выставил себя дураком,
потому что ни хрена не знаешь.
Помолчи, а?
Как король Карл — тот тоже делает вид,
будто понимает, что творится в Уэльсе.
А ты знал, что Карл не обедает?
Жмот.
Нет, конечно, но я как раз об этом.
Я сказал всем, что остался,
потому что, мол, только бывший нарик
понимает других нариков.
Но если честно, мне в жизни
не хватало порядка.
Расписания, правила, задачи, всё такое.
Мне нужна дисциплина,
иначе я кого-нибудь убью.
Это логично.
В октябре свалил, потому что достало.
Хотел пойти в армию, но меня не взяли.
Что только ни делал,
чтобы не возвращаться.
Это место пугало меня до усрачки.
Я не спрашиваю про рехаб,
вдруг тебя эта тема морозит.
На днях я думал об Орфее,
который задает Эвридике
кучу вопросов про ад.
И решил, вдруг спрашивать неуместно.
А я думал, он ее трахнуть хочет.
Ты на что-то намекаешь?
Чезаре, пожалуйста!
Нет-нет, ничего. Это я облажался.
«Кодекс мужских запретов,
глава 12: литературные метафоры
Глава 21: проявление
ранимости и такта».
Неприемлемо для мужчины из пригорода.
Неприемлемо!
- Знаю. Ошибся.
- Ты меня беспокоишь.
Ты как та рыжая заучка.
Эмбер, Анна… Как, блин, ее звали?
Да, неудобно получилось.
Ладно. Ты-то чем занимаешься?
Куда меня сводишь?
Куда свожу?
У меня 21 страница до воскресенья.
И надо начать писать мультик,
это тот еще геморрой.
Это я понимаю. А кроме работы?
Поговорить с курдами о книге,
которая выйдет в апреле…
Да понял я. А кроме работы?
С кем тусуешь? Что делаешь?
Что у тебя есть, кроме работы?
Внешне я невозмутим.
Это ведь нормальный вопрос.
«Чем ты любишь заниматься?»
Но чувство такое,
что я в «Космической одиссее» Кубрика,
и обезьяна бьет
меня по морде костью мамонта.
Что я делаю в этой жизни?
Зачем о таком спрашивать?
Я как кит, выброшенный на берег.
Я таким родился.
Только в детстве
меня окружали люди, которые говорили:
«Давай сходим на концерт!
Давай съездим на море!»
Они пытались меня расшевелить.
Но эти люди повзрослели.
У кого дети, у кого работа.
Кто-то переехал туда,
где дешевле и пробок меньше.
Это нормально, мир постоянно меняется.
А я в конечном итоге
так и остался китом на суше.
Но теперь всё, что у меня есть —
это работа.
А когда я не работаю,
я медленно разлагаюсь на пляже.
Да это уже и не пляж вовсе.
Это пустыня.
И там нет ничего,
даже зданий в стиле брутализма из 80-х.
И на этой оптимистичной
ноте позволь спросить,
ты точно обратился по адресу?
Да ладно! Максимум, я выплюну
пережеванный планктон,
если нужно перекусить.
Он ничего не сказал.
Я не знаю, пожалел он меня
или решил, что я ему вру,
потому что не хочу с ним тусоваться.
В целом, вечер прошел так себе.
Я ушел от них загруженный,
наобещав всякого, типа:
«Встретимся на той неделе.
Поужинаем с народом».
Это пустые обещания
с намеком на ближайшее будущее,
ведь если представить,
что будущего нет, накрывает тревога.
А по дороге домой —
да, я знаю это одержимость —
я думал о том,
как меня бесят эти плакаты.
Посмотрим, кому надоест первому:
мне срывать их, или им — вешать.
Я срывал их с таким остервенением,
что не заметил свежий клей
и припаркованную позади меня тачку.
Ты какого хрена творишь, ушлепок?
Честно говоря, я был очень напуган.
Мой мозг быстро просчитал все варианты
и распечатал отчет
с разными сценариями.
Я прочитаю.
«Вариант А: сбежать».
Но хотя бы один тебя догонит.
Плюс это позорное зрелище.
Ты бегаешь, как Пингу.
Даже перед лицом трагедии
нужно сохранять самообладание.
«Варинт Б: позвать на помощь».
И потерять остатки достоинства.
Учти, закричишь,
и я больше не твоя совесть.
Хватило мне того,
как ты рыдал на «Анатомии страсти».
«Вариант В: огрести».
Поскольку при вариантах
А и Б ты тоже огребешь,
вариант В отличается только тем,
что ты никак себя не опозоришь.
В общем терпи и молчи. Ясно?
Трезвый, не торчок, без излишеств.
Я голосую за вариант В.
Увидимся в больнице.
Когда очнешься, скажешь, что выбрал.
До встречи.
Не знаю, сколько прошло времени.
Я ничего не решил.
А они всё еще не перешли улицу,
и тут я услышал…
Эй! Я его знаю! Он мой друг!
Боже! Мой спаситель! Чезаре!
Ангел-хранитель,
мститель в спортивном костюме,
спасающий меня в трудную минуту!
Этот ушлепок срывает плакаты!
Я был под защитой друга,
и потому осмелел.
Даже в детстве Чезаре был киборгом.
Вы, придурки, развешиваете
плакаты в нашем районе!
Вы кто вообще такие?
Эй, а ну молчи.
Вначале я озадачился.
«Чезаре что, боится?»
Я подумал: «15 лет назад
он их размотал бы!»
Но это они…
Дзеро, я не знаю,
ты ли срывал наши плакаты,
но второй раз я тебя не спасу.
Так что иди-ка на хер отсюда.
Стой, я не понимаю…
Он просто идиот.
Не стоит того. Идем-ка отсюда.
- Я с ним поговорю.
- Он чмо.
И это твой друг?
- Скажи спасибо!
- Погнали!
В этой истории нет Орфея.
Лишь Эвридика, спускающаяся в ад,
а спасти ее некому.
Спустя 20 лет ей удается
вернуться домой, но никто ее не помнит.
Так что же странного в том,
что она изменилась?
ОХОХОНЮШКИ


Серия 3

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
СБОРНИК ДЛЯ ТУСЫ
Они убивают нас!
…убивают нас!
ПЕРЕМОТКА НАЗАД
Привет!
У всех нас есть заклятый враг,
который с нами навсегда.
Как Франция и Англия
во время Столетней войны.
У меня это был придурок Саймон.
Эта вражда родилась
из-за недоразумения.
Как-то раз мы были у Эуджении,
где проходили все тусы —
у нее была огромная гостиная
и предки, которым плевать.
Тогда мы изучали или, быть может,
даже совершенствовали
теорию гравитации Ньютона.
Бросали мокрую
туалетную бумагу из окна.
Что может быть нормальнее?
Но тогда это была
не просто туалетная бумага.
Это был Рулон судьбы.
РУЛОН ЛОНГИНА
ФАТУМ
А потому с точностью снайпера,
что присуща только судьбе,
направляемая самим Богом
или Девой Марией
туалетной бумаги Сан-Вито-Кьети…
…она попала в Симоне Лукетти,
туповатого лузера из Тибуртино.
Эта вражда охватила наши компании.
Мы провоцировали друг друга, ссорились,
смотрели друг на друга с подозрением,
мирились и снова ссорились,
потому что мы были идиотами.
Вражда не утихала.
Мы жили в вечном напряжении,
ведь ни у одной из сторон
не было достаточно военной мощи,
чтобы положить этому конец.
Пока не появился Чезаре.
Чезаре был атомной бомбой,
которая заставила всех замолчать.
Абсолютным средством устрашения.
Я был как пилот «Стального Джига».
Чего тебе бояться,
если ты управляешь
стальным гигантом весом 800 тонн.
Конечно, был вопрос,
который иногда приходил на ум.
Почему именно ты?
Почему самый большой и отбитый чувак
счел своим долгом защищать тебя?
Я думал об этом.
Может, я просто дал ему то,
что он не мог получить сам.
Пространство, где даже робот
весом в 800 тонн
может иногда проявить слабость.
Я объясню.
Я плохо знал друзей Чезаре.
Они были старше, не из нашего круга.
Кофейни, тестостерон,
кокс и игровые автоматы.
Их эмоциональный интеллект
сильно отличался
от литературного романтизма.
Даниэле сказал, тебе нравится Марция.
Ты идиот?
Не нравится, я просто ее трахнул.
Молодец! «Трахать» — для мужиков,
«нравиться» — для гомосеков.
А «любовь» — для баб.
В пищевой цепи пригорода
они были хищниками на вершине пирамиды.
Проявить слабость означало,
что тебя понизят и растерзают.
Конечно, Чезаре адаптировался
к этому стандарту.
Но со мной всё было не так.
Во-первых, в пищевой цепочке
я был Кермитом.
Во-вторых, Сара говорила мне…
Дзеро, присмотри за пацаном.
Не относись к нему,
как к машине для убийств.
Он запутался,
он куда чувствительнее, чем кажется.
Он говорил мне что-то типа…
Думаю, я сглупил,
когда вылетел из школы.
Я хотел, чтобы он понял,
что это нормально.
Даже гопники признают
ценность образования.
Ты еще можешь вернуться.
Пойти в вечернюю школу.
Есть масса вариантов, если захочешь.
И ты можешь сказать это и остальным.
Сомнения — это нормально.
Не обязательно всё время быть крутым.
Поняли? Рядом со мной
он спокойно мог быть уязвимым.
Потому что, хоть у нас и были
совершенно разные исходные данные —
он бронированный танк, а я форель —
неуверенность у нас была общая.
И ему приходилось хуже, чем мне.
Я хотел, чтобы он открылся
остальному миру.
Хотел облегчить бремя
здоровенного хулигана,
который умеет только драться.
Будто роль, которую ему дали,
была единственной,
которую он мог играть.
Это судьба больших роботов.
Они не ходят в дорогие школы.
Как-то раз
он вел себя еще более странно.
А потом сказал…
Мне снился странный сон,
но не знаю, могу ли рассказать.
Я хотел сказать…
Вот только твоих снов мне не хватало.
Мир сновидений!
Мы что, в фильме Мишеля Гондри?
Но потом я вспомнил слова Сары.
Присмотри за ним, я сказала!
Не то навешаю!
Так что я сказал…
Ты по-прежнему сомневаешься?
Это же сны.
Они снятся всем, это не слабость.
Ты слишком строг к себе. Завязывай!
Нет, мне снились люди…
Люди, которых я знаю, даже друзья.
Это нормально.
Сны — это переосмысление опыта.
А люди — часть твоей жизни.
Ну просто… Все собрались вокруг,
а я типа стоял на коленях.
Очень странная ситуация.
Нужно разобраться в символах.
Ты стоишь на коленях. Что это значит?
Вот почему нужно говорить с людьми.
Может, это связано
с вашими отношениями.
Это и им поможет расслабиться.
А потом… они кончили мне на лицо.
Да… Ну, боже…
Так, не говори им.
Может, они и непредвзяты…
Но, на всякий случай,
я не стал бы рисковать.
Я не гей.
Мне нравится твоя подруга Сара.
И я уже трахался. С девушкой!
Спокойно! Сны не диктуют
твою сексуальную ориентацию.
И даже если вдруг тебе нравятся парни,
или и парни, и девушки,
ты не должен чувствовать…
Да не нравятся мне парни.
Это был мерзкий сон.
Ну это я так, к слову.
Ну хоть номера в лотерее они сказали?
Можно было бы сыграть.
Ведь, кроме номеров,
я ни хрена не знаю о снах.
Да, я хотел разрядить обстановку,
но я и правда ни хрена не знал.
Может, никто из нас ни хрена не знал.
Я спокойно шел к Эуджении —
у меня был друг-бугай,
и никто не смел мне хамить.
Но потом я три часа
стоял над мини-пиццей,
неподвижный, как Хан Соло в карбоните.
А всё потому,
что я предпочел бы получить в табло,
чем танцевать перед всеми как лох.
Или, что хуже,
заговорить с француженкой,
при виде которой краснею.
Псориаз обострится,
и я стану похож на член дохлого пса.
Думаю, тогда мы все
плохо понимали, что делать.
Одни вцепились в большие
доспехи японского робота,
потому что боялись увидеть,
что скрывается внутри.
Другие пытались храбриться,
задерживали дыхание
и опускали головы под воду,
чтобы увидеть, что там, на глубине.
Мы здесь, чтобы…
Поддержать справедливые пре…
«притензии» жителей
и всего народа Италии.
В следующую среду
здесь пройдет городской совет,
совет жителей.
И мы громко заявим о том,
что приют нужно закрыть!
- Уходите!
- Я тебе рожу разобью!
Да, я живу тут, напротив.
И так больше нельзя.
Нам не нужны иностранцы.
Нам нужны работа и безопасность.
Я хочу, чтобы моя 70-летняя мать
могла выйти на улицу вечером,
не боясь столкнуться
с одним из этих бандитов,
которые не работают
и думают, что им всё позволено.
Если у вас есть сердце,
приходите в среду!
- Я в шоке.
- Я говорил, что он придурок.
А ты 20 лет его оправдывал.
Одно дело назвать его придурком,
а другое — говорить от имени нацистов.
ВЕЧЕРНИЙ ДУШНИЛА
Итак, я знаю, что с самого начала
этой истории вы думали…
Почему он говорит «нацисты»?
У нас что, 1945 год?
Он как старый дед —
путает писк микроволновки с сиреной.
Нет, я объясню последовательно.
В этой стране слово «фашист»
было ужасным оскорблением.
А теперь всем плевать, они говорят…
- Ну да, он фашист, но он норм.
- Это как сказать…
У него целиакия.
Сложновато, если ешь не дома,
но в целом норм.
Но нацизм — это последний бастион,
который всё еще не пробился
на демократический рынок.
Может, дело в евреях,
которым всё еще не по себе из-за «Шоа».
И если вы считаете,
что Вторую мировую выиграли не те,
вы нацист.
Плевать, в каком году
вам разрешили избивать людей
и пытать касторовым маслом.
Я… пойду поговорю с ним.
Не поможет. Еще и мороженку не купим.
Откуда ты знаешь?
Магазин работает до часу.
Я пошел, но возле его дома царил хаос.
Куча журналистов. И он был звездой.
Как Анджелина Джоли на красной дорожке.
И среди этих стервятников
был крокодил Мауро, ведущий шоу,
на которое я должен был пойти.
Мы не имеем никакого отношения
к вчерашнему поджогу.
Но это происходит,
потому что люди рассержены
и готовы возводить
баррикады в этом районе.
Меня тошнило от этого,
ведь было ясно,
что им нужно шоу уродов.
Мне тоже, бывало,
задавали мерзкие вопросы…
Что вы, житель окраины,
можете рассказать об этих местах?
Какие люди там живут?
Да они обычные люди.
Есть психи, есть нормальные.
Это не разумная капля
с одним общим мозгом на всех.
Но такое им не нравится,
они одержимы мыслью,
что на окраинах живут
только монстры и варвары.
Чем менее грамотен такой монстр,
и чем больше у него тату,
тем с большей радостью они его покажут.
Как Кинг Конг.
Кинг Конг, когда его вывезли с острова.
Смотрите, какие огромные ноздри,
они позволяют ему издалека
учуять добычу на острове
и вынюхивать
огромное количество кокаина,
из-за чего его челюсть
ходит ходуном, как галеон в шторм.
Мне было больно от того,
что с Чезаре так поступали.
Я подождал, пока цирк уедет,
и собрался с силами.
В конце концов, я сказал…
Чез, можно с тобой поговорить?
О чём? Давай так…
Хочешь сказать спасибо — не стоит.
Хочешь сношать мозг — тем более.
Ничего я не хочу,
но ты лажаешь, правда.
Они тебя поимели.
Ты говоришь как кукла чревовещателя.
ПАУЗА
Я сказал бы так, не будь его кулак
размером с мою грудину.
Я попытался изменить ракурс,
использовать метод Сократа.
Слушай, я знаю,
ты говоришь от чистого сердца,
но это нехорошие люди.
Бедняга, ты не в курсе,
тебя не было тут 20 лет, но эти люди…
Слушай, я не недоумок!
С тех пор, как я вернулся,
меня слушали только они.
Да они используют тебя,
им нужна твоя помощь.
Да? И что, мне слушать тебя?
Нытье о том, сколько у тебя работы?
Или ту сучку,
которая даже «привет» не сказала?
- Я знаю, но…
- Что ты знаешь?
Что ты, мать твою, знаешь?
Ты рубишь бабло на комиксах,
тебе аплодирует куча придурков.
Ты знаешь, каково это,
когда всем на тебя насрать?
Когда ты бывший нарик,
и люди не могут вспомнить,
кто ты такой.
Ты просто призрак,
живущий в говенном,
богом забытом районе!
Что ты об этом знаешь?
Какое отношение к нашей дерьмовой жизни
имеют эти 30 бедолаг?
Да срать мне на беженцев.
Я злюсь на остальных,
на государство —
оно дает им деньги и жилье.
А мне хрен что дают!
И что же им дают?
Тебе просто забили голову враньем.
Пошел ты. Не беси меня!
Я знаю, ты не такой.
Давай вернемся к методу Сократа.
Вали, мать твою, или я тебя убью!
Может, когда он был зомби
под героином, я бы его уделал.
Но не сейчас.
Скажем так, инстинкт самосохранения
убедил меня,
что дискуссия подошла к концу.
Вот так, вали-вали. Убирайся отсюда.
Нотации он мне будет читать, говнюк.
Запутался, да?
Не знаю. Я думаю о том, что он сказал.
Ты про обещание тебя побить,
или про то, что не стоит
учить жизни того,
чьи проблемы ты уже перерос?
Секунду.
Я не знаю,
говорить ли ему какие-то вещи
или промолчать.
Я не знаю.
Это не ко мне. Я рассказываю о рисках.
Рисках чего?
Рисках воплощения
самого неприятного аркана таро.
Синьор Всезнайка.
Я не хочу никого поучать,
- Я не…
- Например…
Я дам мудрый совет,
как жить в пригороде,
пока сижу в своем лофте в Нью-Йорке.
Я так не говорю.
А я этого и не утверждал.
И лофта в Нью-Йорке у меня нет.
Я живу здесь же.
Я рассказываю
о рисках взгляда со стороны.
Тебя не мучает совесть?
Любите друг друга, все мы братья.
Простите, у меня интервью
c «Космополитен» и сериал на Netflix.
Блаженны вы,
стоящие в очереди за пособием.
Погода чудная, может, загорите.
Голос не мой.
И вообще, я не такой мудак.
Я держусь в тени. Сижу дома, работаю.
Ну да, не такой мудак. Но спроси себя,
есть ли у тебя право
читать людям нотации.
Я не хочу читать нотации.
По сути, мне нужно
не совать никуда нос.
Да, ты можешь поступить так.
Но вот, в чём риск.
Да, у меня были идеалы, ценности, худи.
Но я срубил бабла!
И не просру его ради пары беженцев,
приплывших на лодке.
Нацисты тоже читают комиксы.
И это половина читателей.
Твоя мама права.
Дорогой сын, ты говнюк.
Не понимаю. У меня нет права говорить,
но если я молчу, я говнюк?
Это слова твоей мамы.
Я только говорю о рисках.
Выбор за тобой.
Слушай, хватит говорить загадками!
Что мне делать?
Изменения в обществе
и растущее внимание
к гендерным вопросам
позволяют заметить,
как фраза «трахнуть в жопу»
стала проблематичной.
Она ассоциируется с анальным сексом
и при этом обладает оскорбительной
и негативной коннотацией.
И что?
Нужно найти другую фразу,
которая значит то же.
Я был прав, да?
Я был прав, да?
Что значит «прав»?
Так об этом судить нельзя.
Я был прав.
Да! Да, всё было отстойно.
Теперь он один из них.
Он упрямый, его не переубедишь.
Купим мороженку,
отпразднуем мою правоту?
Я собирался съесть
сороковое мороженое за неделю.
- И тут услышал…
- Дзеро! Секко!
Подруга Птеродактиль.
Сейчас объясню.
Наша подруга —
из тех местных активистов,
кто движим благородными идеалами.
Я рисую их в виде динозавров,
потому что они крутые,
а динозавры —
самая крутая вещь на свете.
И они восходят к тем временам,
когда природа думала о нас.
На Netflix есть крутой док,
с интервью и оригинальными записями.
Да, тогда мы делали чудесные вещи.
У нас даже была идея
креативного дизайна.
Мы хотели, чтобы люди сказали:
«Ну почему я не родился дилофозавром?»
А потом мы расслабились.
Думаю, упадок начался,
когда мы застряли с обезьянами.
Посмотрите на этого жуткого бабуина
с откляченным красным задом,
издающего тупые звуки…
В чём смысл?
Я уже не помню,
почему нас заклинило на них.
Сейчас смотришь и думаешь: «Что?»
Но тогда мы вечно были
под кайфом, это сбивало с толку.
Вот, смотрите.
Лошади.
Какой-то павлин.
Ну и бардак мы устроили!
ТРАГЕДИИ ОТЦОВ
С ТЕХ ПОР, КАК У ДЕТЕЙ ЕСТЬ СОЦСЕТИ…
Короче, с динозаврами
их роднит не только крутость,
но и тот факт, что они…
Уверен, что можешь это сказать?
Да, чтобы объяснить, что они…
Они не вымерли, конечно,
но, скажем так, свидетели эпохи…
Зачем тебе враждовать
с единственными людьми,
которые не захотят убить тебя,
увидев этот сериал?
Нет, я о том,
что они наследники традиции,
которая частично исчезла…
Ты говорил об этом с терапевтом?
О том, что если что-то идет хорошо,
ты начинаешь всеми силами это гробить?
МАСТЕР САМОСАБОТАЖА
В общем, они динозавры.
И мы сказали нашей подруге…
Я хотел позвонить.
Видела, что делают эти козлы?
А как же?
У нас была встреча по этому поводу.
Вы завтра придете?
А что завтра?
Мы пойдем в мэрию и скажем,
что нельзя потакать нацистам.
В следующую среду
они хотят провести городской совет,
там будут нацисты со всего Рима,
и будет казаться,
что приют хотят закрыть люди.
Надо заявить,
что позволять им такое — неприемлемо.
Сегодня там был крокодил Мауро,
брал интервью у этих лжецов.
Дзеро в следующую среду
идет к нему на шоу.
Не лезь не в свое дело.
Серьезно? Так это же отлично.
- Сможешь что-то сказать.
- Да…
Но не знаю, в каких рамках.
Мы тебе доверяем.
Ты же не будешь молчать,
после того, как тот хмырь сказал,
что нас надо сажать?
Сколько народу придет?
Это важно, многие по утрам работают.
Ну, значит, мы двое.
Мы не гремлины, от воды не клонируемся.
Так позвоните Саре.
Она на нашей стороне.
Вот вам еще один человек.
Ты знаешь, с кем говорили твои друзья?
Чья это была идея?
Нет, не знаю. У меня была встреча.
И где была эта встреча?
В школе, с другими учителями.
У нас была куча дел.
Можно вас?
И чем же мы можем помочь
нашим коллегам из спецслужб?
Нам звонили из больницы.
- Кое-кто серьезно ранен.
- Насколько?
Увы, я не знаю,
что тебе ответить, Тонелли. Правда.
А знаешь почему?
Потому что иначе я был бы врачом.
Это если бы я тогда послушал свою маму.
Ходил бы по утрам
по палатам и спрашивал:
«Как дела, синьора Бьянкини?»
Но нет, я смотрю в инстаграме
сториз людей, которых не знаю,
но знаю всё про них.
И жду, что они совершат преступление,
иначе какой смысл
в этих котиках и закатах?
НЕОЖИДАННЫЙ ДРУГ
Обязательно тебе было влезать?
Не знаю, что мне делать с шоу.
Ты же вроде хотел что-то сказать.
Да, но это скорее была иллюзия величия
и чувство вины из-за того,
что Сандрина будет гнить в тюрьме.
Меня предупредили,
что мне нельзя ничего говорить.
И что? Прямой эфир.
Говори, что хочешь. Не вырежут.
Но хватит ли мне смелости
устроить такое в эфире.
А что? Думаешь, крокодил взбесится?
Или он псих и нападет на тебя?
Вряд ли он бросится на тебя в эфире.
Нет, конечно, он меня не побьет,
он ведь джентльмен.
Но кто знает, какие будут последствия.
Ну, если нападет,
используй пепечный газ.
Увидишь, что он нападает — пшикай
и два раза двинь по морде. Бум. Бум!
Только это «перечный газ». Перечный.
Как овощ. А не «пепечный»,
как футболист Пепе.
Пепечный газ.
- Перечный, с «Р».
- Пепечный газ.
Короче, ведущим нельзя
бить людей в эфире.
Так и я о том.
Он не сможет на тебя напасть.
Но я могу принести в зал бомбы.
Только дай сигнал.
Я сделал так на свадьбе кузены.
Она не хотела говорить нет,
и я разрушил церковь.
Берешь ли ты, Антонелла,
Маурицио в свои законные мужья…
Я погуглил. Он и правда это сделал.
Я позвоню Саре,
спрошу, придет ли она в мэрию,
иначе она обидится.
Да, спроси. Мне-то что?
Я рад, что она не ответила.
Да, я радуюсь,
если люди не берут трубку,
Это дает «баллы прикрытия задницы».
Я всё записываю,
и если она снова скажет…
- Ты не берешь трубку!
- Я отвечу…
20 октября 2019 года.
14 звонков и голосовое.
Вот, выкуси.
Глянь, нет ли чего нового
в местных новостях.
Если нет, встретимся завтра.
Какой-то видос.
Из-за этого приюта школа «опустевает».
Школе грозит закрытие.
Открыта предво… предварительная запись,
но желающих нет.
Родители не хотят,
чтобы их дети учились
рядом с местом,
ставшим причиной упадка,
ведь там живут эти жуткие люди.
И с нами сегодня учителя из этой школы.
Давайте спросим, что они думают
об этой ситуации и этих требованиях.
Бум! Это была Сара!
Я и не знал, что это ее школа.
Но потом всё стало очевидно.
Сара всегда рядом, когда она нужна.
Как будто ее призывают,
когда я облажаюсь.
Она может всё исправить.
По сути, именно она задает
стандарты моей жизни.
Иди в жопу, крокодил!
Сейчас возьму попкорн и посмотрю,
как она смешает их с дерьмом
и отправит прямиком на помойку.
Я… Я не знаю.
Думаю, это очень деликатная ситуация,
и политика не должна всё усугублять.
Что она говорит? Она… смущается.
Что за «усугублять»?
Но школы в рабочих кварталах
очень важны.
И если единственный способ
сохранить их — закрыть убежище…
Может быть, так надо.
Представьте, что у вас есть
пример для подражания,
маяк, который всегда
указывает верный путь.
Можно заблудиться, попасть в шторм,
остаться в одиночестве…
но ты знаешь,
что бы ни случилось, этот маяк рядом.
И ты настолько уверен в нём,
что строишь вокруг этого маяка
деревню, да и всю свою жизнь,
не сомневаясь,
что он всегда будет на месте.
Прекрати, слышишь?
И вот наступает день…
Так вы придете
на собрание городского совета
на следующей неделе?
Да. Если понадобится, мы тоже придем.
И ты остаешься в темноте,
среди обломков.


Серия 4

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
СБОРНИК
Я не помню точно,
когда каждый пошел своей дорогой,
но к началу 2000-х
я уже давно не общался с Чезаре.
Скорее всего, это было связано с тем,
что я не соблюдал доктрину Альфредоне,
которая, увы, регулирует жизнь
людей в рабочих районах.
Если умеешь драться, можешь ходить,
как Леди Гага, тебе ничего не скажут.
А иначе чем ты незаметнее, тем лучше.
Сейчас расскажу про эту доктрину.
В середине 90-х люди в Риме были
толерантными как штат Алабама.
Альфредоне ходил по району
за ручку со своим парнем.
Мимо ехал чувак на мопеде и сказал…
Педики!
Альфредоне быстро бегал,
а руки у него были
как лопаты для пиццы.
Больше, чем у Джанни Моранди.
Костяшка размером с мое колено.
Это была кровавая баня.
Семьдесят дней лечения
и мопед, искореженный
до неузнаваемости.
С того дня Альфредоне никто не гнобил.
Все пытались завязать разговор.
Я видел «Филадельфию».
Отличный фильм!
Впрочем, эта инклюзивная атмосфера
помогла не ЛГБТ-сообществу,
а только тем его представителям,
которые могли отправить
тебя в больницу.
Для остальных продолжал действовать
великий указ империи пригородов.
Он распространялся на всё,
не только на сексуальность.
«Всё, что считается эксцентричным,
не соответствует нормам красоты
или поведенческим канонам,
мы, по сути… ненавидим».
Эй, придурок! Ты в Борго-Саботино,
а не на Миланской неделе моды!
Делай, что хочешь,
но только так, чтобы мы не видели.
Ты понимаешь, что ужас у тебя на голове
явно нарушает указ?
И машиной для убийств тебя не назовешь.
За те два года,
что я носил красный ирокез,
меня били чаще, чем за всю мою жизнь.
Я прописался в больнице.
У меня было свое время.
Да, твоя жизнь — борьба.
В прошлую пятницу
ты пришел с боевым ранением.
Боже мой, синьор! Что с вами случилось?
Я порезал язык,
когда облизывал фольгу от йогурта.
Короче, мне было пофиг.
Тогда я только открыл для себя панк,
и он стал моим спасением.
Моим убежищем.
Я прятался в нём от мира,
куда не мог вписаться.
У меня были друзья-чудаки,
рядом с которыми я знал,
что мир у моих ног.
Думаю, для Чезаре это был перебор.
Он не понимал, что мы делаем
и почему одеваемся так,
что нас точно отмудохают.
Он не говорил мне об этом,
но я уверен —
отчасти поэтому
мы и пошли разными путями.
Когда я ходил на концерты,
видел его с теми же отморозками,
с которым я воевал.
Я даже не здоровался.
Мне казалось, так я его подставлю.
Как тебя из дома выпустили?
Ему придется объяснять, откуда он знает
этого придурка с дебильной прической.
Вот почему я так удивился,
когда он мне позвонил.
Мы не общались сто лет.
Привет, Дзеро. Это Чезаре.
Я был рад, я скучал по нему.
И грустил, что ему теперь
на меня плевать.
Привет, Чез! Как жизнь? Сколько лет…
Слушай, можно попросить об услуге?
Не одолжишь мне двести косарей?
У мамы проблема,
ей не перевели деньги на счет,
а она должна оплатить
страховку на машину…
Иначе ей не доехать до работы.
А у меня с работой голяк.
Я верну тебе деньги в конце месяца.
Чез, у меня совсем нет денег.
Я верну всё, как только
мама получит пенсию. Клянусь, Дзеро!
Конечно, их не то чтобы совсем нет.
Есть… Типа, 80 000 лир. И всё.
А можешь спросить у мамы?
Я верну всё в конце месяца.
Слушай… Я проверю, чё как, и перезвоню.
Мне тогда было очень тяжко.
И дело не в деньгах.
Может, я прижимистый,
но друзьям одалживал всегда.
Да и они мне, если было нужно.
Друзья должны помогать друг другу.
Но что делать,
если ты чувствуешь, что тебе врут,
и в итоге ты будешь
выглядеть как дебил?
Эй!
Представь, что ты в «Шоу Трумана»,
и на тебя все смотрят.
Точно! Это и не дает мне покоя.
Представь женщину из Помеции,
которая только досмотрела «Сделку».
Она переключает канал
и видит, как Чезаре говорит другу…
Сейчас разведу этого лоха.
Он доверчивый что пипец.
Смотрит, как он звонит,
как ты ведешься.
И что делает эта женщина?
Она зовёт мужа и говорит…
Ты глянь на этого идиота!
Год кладешь на него болт,
потом врешь с три короба,
и он дает тебе денег.
Звякни ему. Нам нужна новая кухня.
Видите? Дело не в деньгах,
а в том, что все узнают,
какое я посмешище.
Как будто ответ на вопрос,
почему он выбрал меня,
на самом деле был…
Потому что ты лох, братан.
Это был вопрос гордости,
и он не давал мне покоя.
Я не думал,
каково было ему просить
у меня 200 000 лир.
Было ли ему стыдно,
или я был просто одним
из 400 человек в списке,
и он просил у всех.
Или, быть может, он был в аду,
и это уже не вопрос стыда или хитрости.
Я не знал, были это деньги на наркоту
или он взял в долг,
и теперь торчал неприятным людям.
Я помню, что чувствовал себя униженным,
и это чувство обжигало,
ведь я догадывался, что он мне врет.
Что делать, Сара?
Дать ему денег — как нацепить табличку
«Я доверчивый идиот»?
Дзе, если ты решишь дать ему денег,
это потому что тебя просит друг.
Почему помощь человеку
делает тебя идиотом?
Отдавать последнюю рубаху не стоит,
но между Франциском Ассизским
и Скруджем есть золотая середина!
УМЕРЕННЫЙ
ЩЕДР, НО НЕ НАИВЕН
Я просто не знаю,
искренен ли он или использует меня.
Да, помогая кому-то,
ты становишься уязвимым.
И риск есть всегда.
Но даже если ты проиграешь,
ты на стороне тех, кто не жульничал.
Даже если он хочет
украсть у тебя, негодяй он.
А ты поступил правильно.
Даже если я не знаю,
что он сделает с деньгами?
Слушай, есть три вещи,
которые делают тебя хорошим человеком:
помогать, не задавая лишних вопросов,
помнить о тех, кто медленнее тебя,
и никого никогда не бросать.
Следуй этим правилам,
и, пусть тебя обчистят,
но ты не попадешь
в один круг ада с Маргарет Тэтчер.
Вот, 250 000, это всё, что есть.
Спасибо, братишка.
Я верну, когда она получит пенсию.
В конце месяца. На крайняк в следующем.
Кажется, это был
последний наш разговор.
УЛИЦА
Прекратите, пожалуйста.
КАЙЗЕР СОЗЕ
Предупреждаю, ситуация осложнилась,
серьезно пострадал человек.
И он с той стороны.
Понимаете что это значит?
Что кто-то пострадал.
И виноват один из вас.
Я проходил мимо, я ничего не видел.
Да, с пятью бумажными бомбами.
Меньше семи — неподсудно.
Он мне нравится.
Он весьма тавтологичен.
Она на кухне.
Я на работу. Напиши мне,
когда закончите ссориться.
Я сюда не ссориться пришел.
Но я в шоке от этого видео.
Знаю. Я пыталась поговорить с ней,
но она очень психует.
Я даже рада, что мне нужно идти.
Не получу сообщение в течение часа,
обзвоню больницы.
Пока, Дзеро. Пока.
Привет!
Привет!
Предлагаю не ходить вокруг да около.
Я не хочу тебя злить,
но ты понимаешь, что делаешь?
Ты ведь не дура и осознаёшь —
если ты согласна с говнюками по телику,
ты даешь им право
продолжать в том же духе.
Да и нас ставишь в дерьмовое положение.
Что, ничего не скажешь?
Ты всю жизнь была
моим моральным маяком, и…
А что значит «моральный маяк»? Поясни.
Ты учила меня тому,
что такое добро, а что зло,
ты была столпом…
Именно. Ты не понимаешь,
что я застряла тут как столп?
Десять лет торчу на одном месте,
не сделав и полшага вперед.
В смысле?
Я пять лет рвала жопу,
сначала универ, потом степень,
и все говорили:
«Молодец. Ты сможешь всё,
ты такая умная!»
Единственное, чего я хотела —
учить детей.
Вместо этого десять лет
я торчала на складе в промзоне
и носила кофе людям,
которые делают туалетные ершики.
Десять лет без перспектив.
Ну, я тоже чувствую,
что еду по накатанной,
но это не значит…
Ты тоже?
Думаешь, у тебя всё, как раньше?
У тебя комиксы, мультики.
А десять лет назад
ты работал в аэропорту.
Приходилось давать тебе слюноотсос,
а то ты заливал весь диван слюнями.
Так что ты, блин, несешь?
С другой стороны…
В жопу другую сторону.
Я говорю об этой.
Может, ты не помнишь,
но тогда это я считала,
что для нас открыты все двери.
Я заботилась о тебе,
мне было грустно, что тебе так тяжко.
Я ходила с тобой на фестивали комиксов.
Готовила клубничный тирамису,
ведь ты грустил,
но у тебя вкусы шестилетнего ребенка.
Кофе меня бодрит, дело не во вкусе.
Ты нашел свой путь.
Все вы нашли свой путь.
Пошли вперед, стали что-то делать.
А я осталась здесь.
Я была той, которая сможет всё,
а стала той, которая не делала ничего.
И в итоге так ничего и не сделала.
Не делай такое лицо.
Ты забыл, каково это,
думать, что всё у тебя нормально.
А потом
на секунду закрыть глаза, открыть
и выяснить, что слил жизнь в унитаз.
Ты торчишь на одной клетке,
даже кубики не бросаешь.
Боже, Сара, мы еще молоды,
ты всё еще можешь…
Мы не молоды, Дзеро.
Ты не молод,
хоть и одеваешься как идиот.
И я не молода. А еще я женщина.
Если кто-то узнает, что мне почти 40,
знаешь, что они решат?
Что это? Туша слона?
Она покрыта личинками?
Зачем она нам нужна?
Надо избавиться от нее
в центре по переработке.
НАМ ПРИГОДЯТСЯ ВАШИ БИВНИ
И теперь, когда пришла
моя очередь сделать ход,
они закрывают школу,
и я возвращаюсь на старт.
СТАРТ
По-твоему, это честно?
Сара, прости, но ты понимаешь,
что так ты помогаешь этим козлам?
Никому я не помогаю!
Я что, согласна с теми,
кто ненавидит беженцев?
С теми, у кого на лбу свастика?
Всё очень просто.
Если школу закроют,
потому что родители не хотят,
чтобы дети учились рядом с приютом,
и боятся за их безопасность,
с этим надо считаться,
что бы ты ни думал.
В смысле?
Согласиться?
В смысле приют нужно
перенести в другое место.
Так именно это и происходило
последний месяц.
Этих бедолаг
перекидывали из одного района в другой.
И если хоть кто-то
не установит правила…
А они применимы только к моей жизни?
У вас всё супер, вы все устроились.
Вы нашли свое место в мире.
А я должна молча потерять всё,
потому что принципы важнее?
Прости, но в своей работе
я стараюсь не нарушать свои принципы.
А как же «никого не бросать
и помнить о тех, кто медленнее тебя»?
Хочешь, открою секрет?
- Про свою скорость?
- Да.
У меня ее нет — я прикована к шесту.
И торчу там, глядя,
как вы уходите всё дальше…
И дальше.
И вы даже не обернулись!
Прости, если ты решила…
Даже не обернулись!
Я во второй раз потерял дар речи,
так же, как на днях с Чезаре.
Кажется, у меня в руках
инструкции о том,
что правильно, а что нет.
Предельно понятные,
как для мебели IKEA.
Но детали в коробке совершенно другие.
Это хаотичное переплетение
печали, одиночества, разочарования,
заброшенности и чувства вины.
Там скрываются такие чудища,
что инструкция совершенно бесполезна.
Виделся с Сарой?
Не хочу об этом говорить.
Поехали в мэрию, покончим с этим.
Я взял бомбы.
Опять? Оставь в машине.
Никаких бомб, это мирная встреча.
Но мы едем в мэрию!
Там же скучно.
Какой смысл идти без бомб?
Боже мой, это было всё равно,
что говорить с Маугли.
Я объяснил ему в четвертый раз,
как работают
чудесные механизмы демократии.
Итак, сегодня совет голосует
по повестке, предложенной нацистами.
Баннер принесли?
А именно: собрание городского совета
состоится возле приюта
в следующую среду.
Среди народа.
И они будут голосовать
за закрытие приюта.
Ты меня слушаешь? Хоть кивни.
А то с твоим пустым взглядом неясно.
Нет, начало я слышал.
От долгих объяснений
у меня кровь из носа идет.
Ладно, запомни одно — телега про то,
чтобы провести встречу там,
в присутствии людей,
нужна, чтобы нацисты
со всего Рима приехали сюда
и создали видимость толпы,
будто весь город хочет закрыть приют.
Так чего мы приперлись?
Встреча только в среду.
Да, кстати, зачем мы пришли?
Потому что мэрия не должна устраивать
встречу там, где скажут нацисты.
Ладно, эта система с приютами — дерьмо.
Но когда чернокожие в Америке
стали голосовать, там не было так…
Чтобы провести
это важнейшее голосование,
мы решили привлечь
одну весьма надежную организацию
с корнями в местной общине.
Ясно, но мы-то здесь зачем?
Ну, кроме как выразить свое «фе».
Я понимаю возражения Секко,
я тоже всегда сомневаюсь в том,
насколько мы можем
повлиять на ситуацию.
Да, это правильно.
Если ты хочешь…
Ну, не дерево в Саду Праведников,
но хотя бы бонсай
на кольцевой развязке Поджо-Миртето,
ты должен прийти и поступить правильно.
Но я боюсь оказаться в таком положении:
Это мое мнение!
Я заявил о нём,
а еще написал «капсом»
20-м кеглем на этом листе бумаги
Слушай, это интересная идея.
Но судить не мне.
Знаешь что?
Расскажем одному моему другу,
он как раз отвечает
за сбор подобных идей.
Угадай, кто это. Мой хер!
- Ну, ладно, но…
- Тихо!
Говорит, твое мнение ценно.
Он зайдет, заберет фигню,
которую ты написал, и детально изучит.
А пока оставь ее там,
между кондиционером
и кошачьим дерьмом. Вон там.
Ну что, вперед!
Всем привет! Мы пришли напомнить,
что этот муниципалитет
не имеет права потакать нацистам.
НЕТ ВОЙНЕ БЕДНЯКОВ
Я думал, то, что мы делаем,
вызовет возмущение,
полиция выволочет нас из мэрии,
как в «Земляничном заявлении»,
и это придаст
нам некий шарм мученичества.
Но всем было плевать.
Один разозлился,
ведь его разбудили, и спросил…
Кто эти люди?
Те, что по поводу выделенной полосы?
Нет, это другие, за ни…
Людей с избытком меланина.
Конечно, она не сказала:
«Люди с избытком меланина».
Она сказала слово,
которое мы не используем,
но не из-за всей херни про «диктатуру
политкорректности», это бред.
Радужная полиция! Вы арестованы!
Нет! Это сложная проблема.
Если в произведении есть монстр-расист,
с чего бы ему выражаться корректно?
Привет небинарным!
Но тут как — если вы хотите,
чтобы слово исчезло из обихода,
его нужно прекратить использовать,
иначе вы от него не избавитесь.
Вы, наверное, думаете…
Что-то какая-то головология!
Да мне насрать.
Ну да, ты носок. Конечно, тебе насрать.
А я работаю со словами,
и должен проверять всё,
что творится за кулисами.
Как мило, что ты этим поделился.
Но знаешь, почему говорят
«за кулисами»?
Что это за «за»?
Это то, за чем стоят слова
«Нам насрать!» Ясно?
Запости на фейсбуке, если хочешь,
пусть старперы почитают.
Ладно, проехали уже.
А, ну ладно,
тогда посплю еще пять минут.
Мы пришли сказать вам,
что мы используем свои тела,
чтобы остановить людей,
сеющих ненависть на наших улицах.
Те, кто проголосует за…
А в автомате остались закуски?
…будут отвечать за всё,
что произойдет в тот день!
Всё закончится дракой!
А у нас достаточно людей?
Хватит, ты же не вчера родился!
Это стратегия.
Как «Карточный домик»,
только в Восточном Риме.
Читал «Искусство войны» Сунь-Цзы?
Блеф, перезапуск, высокие цели. Всегда!
В девяти случаях из десяти — выиграешь.
Кто станет проверять, правда ты псих,
или просто притворяешься? Ну!
Дзеро! Секко! Это вы!
Да ладно!
Как всегда скандалите!
Бум! Это была Грета Боффелли,
староста из нашей школы.
Я и не знал, что ее избрали в совет.
Это было унизительно.
Как будто я опять бастую в школе
а она нас стыдит.
Невероятно! У Секко нет даже бомб!
Что случилось? Палец оторвало?
Это он мне запрещает.
Не хочет, чтобы я самовыражался.
Он как отец Билли Эллиота.
Ладно. Между нами,
вы правы, что протестуете.
То, что происходит, неприемлемо.
И президент некомпетентен.
Будь мы в правительстве,
такого не случилось бы.
Соблюдайте тишину!
Мы выслушали вашу речь.
Мы просим вас успокоиться,
чтобы совет мог начать голосование.
Вкратце объясню слова Греты:
наш городской совет,
по сути, поделен на три сектора.
Два из них представляют
великие традиции XX века.
Прогрессисты и консерваторы.
Как понимаете, они существовали веками.
Эволюция нашего вида, всё такое…
Ну, и они изменились,
потому что адаптировались.
Итак, у нас консерваторы —
крупные, приземленные животные,
улавливающие любое настроение народа.
В теории, они ратуют
за обсуждение спорных высоких сфер.
Понимание индивидуализма.
Ценность традиций.
Невидимая рука рынка.
У нас всё свелось к вопросу:
«Что делать с иммигрантами?»
Они блюдут баланс, часть их избирателей
согласна с нацистами,
но не станет голосовать
за типов со свастикой на лице.
Мы предполагаем, что моржи
проголосуют за собрание совета.
Далее, прогрессисты.
Думаю, тут мы в безопасности.
И пусть они смотрят на нас свысока,
ведь с годами у них выросла
длинная шея, чтоб добираться до фруктов
на самых высоких ветвях
в лесах Капальбио.
Но в число их ценностей
всё же входят равенство и радушие.
А значит, они будут против нацистов.
Похоже, Грета Боффелли
была с нами согласна.
Я тут как раз позвал ребят.
- Привет.
- Чао.
- Но ты справишься и сам.
- С чем?
С предельно тоскливыми объяснениями.
Но если не объяснить, никто не поймет.
Да-да, я просто хотел помочь.
Молчу-молчу.
И наконец, третья сторона — утконосы.
Какой же головняк.
Никто не знает, что это за твари.
Бессмысленный нелепый гибрид
разных зверей.
Они появились на обломках
сдувшихся идеологий XX века…
- С лозунгами, типа…
- Надо быть честными!
И ты такой:
«Ага! Кто же скажет тебе красть!»
Но за каменным,
железным и золотым веком
пришел век «придурков».
Поэтому они выиграли прошлые выборы,
получив большинство.
Но они не нацисты и не должны
настаивать на встрече рядом с приютом.
Уважаемые коллеги,
давайте начнем голосование.
- До них дошло?
- Думаю, да.
Да или нет?
Да.
Да.
Да.
Ожидаемо. Всё-таки это моржи.
Что до меня,
я против этих расистов,
которые сеют смуту в районе.
Но наш долг — гарантировать честность,
и мы будем голосовать по совести.
Я воздерживаюсь.
Надо набраться смелости
и встретиться с людьми.
Мы одержим диалектическую победу.
Я принимаю вызов. Я голосую за.
Какая еще диалектика?
Прошу, вы уже высказали свое мнение.
Уважайте проявление демократии.
Да.
- Я воздерживаюсь.
- Да.
Ну и что мы, блин, будем делать?
Их большинство. И если…
Да, может быть сложно.
Но это не конец. Еще остались жирафы.
Но с математикой у меня плохо.
Бросила почти сразу.
- Да.
- Да?
- Да!
- Да.
Да.
Грета, вы голосуете за?
Мы не согласны с нацистами.
Мы не сумасшедшие.
Это для общего блага.
Какого блага? Если мы встретимся
с нацистами, пострадают люди.
Да, это прискорбно, но тогда мы скажем,
что утконосы не способны
управлять городским советом.
И президент уйдет.
Но нам раскроят головы.
Да, раскроенные головы — это неприятно,
но смотри в будущее.
Вернувшись, мы компенсируем
вам деньги за бинты.
Заложим это в бюджет.
Двести бинтов.
И шейный бандаж,
чтобы носить по очереди.
- Гулять так гулять!
- Член совета Боффелли?
Да.
Ходатайство одобрено,
поэтому следующее заседание совета
пройдет на Виа Марсупелли…
Сволочи!
- У приюта для беженцев.
- Вам конец!
Следующий пункт —
выделенная полоса на Виа Портоначчо
Вы же вроде сознательная девушка.
Вы не понимали,
чем закончится этот день?
После того видео
люди останавливали меня на улице.
- Зачем?
- Поблагодарить, рассказать о себе.
У нас в районе растет недовольство.
Каждый хотел поделиться своим опытом.
Все те, кто против приюта?
Да, но не только.
Эта история сбила крышку
с кастрюли, которая уже кипела.
Все проснулись и захотели поговорить,
даже те, кто молчал всю жизнь.
Простите, но что нам теперь делать?
Что говорит об этом Сунь-Цзы?
В девяти случаях из десяти
блеф срабатывает.
Но если не сработал, надо смириться.
Древняя китайская пословица гласит:
«Соберись, тряпка!»
Так что мы пойдем.
А может, скажем:
«Извините, мы пошутили»?
Не смешно!
Мы уже всё сказали, дело сделано.
Мы обещали возмездие.
Так пусть нас хотя бы арестуют.
А если не идти…
Нам конец. Никто нам больше не поверит.
В следующий нам рассмеются в лицо.
Помнишь, что случилось с тем мальчиком,
когда волк и правда пришел?
Помогите! Волк!
Да насрать.
Мы подрывались трижды.
Один раз во время града.
Иди в жопу!
Больше мы тебе не верим.
Мне тоже паршиво.
Я заплатила няне 40 евро.
Мама берет мелкого,
только если причина работа или секс.
В мирном договоре между мамой
и бабушкой 1995 года нацистов не было.
Кажется, что продумала всё, и тут…
Это как будто партия в шахматы,
где наступает момент,
когда у тебя один ход.
Конь ходит только буквой «Г».
Даже если в итоге его съедят.
Можно подождать, можно тянуть время.
Даже подождать, пока время выйдет.
Но пойми,
что происходит, пока ты ждешь.


Серия 5

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
Я не вспоминал о Чезаре лет 20.
Когда он исчез, я и не заметил,
мы тогда уже не общались.
Но однажды кто-то,
вроде бы Кабан, сказал мне…
- Ты что, не знал? Он в рехабе.
- Что?
Да! Моя мама знает его маму.
Она ей сказала.
Болен Чезаре. Проходит лечение он.
Вот и я офигел.
Если исчез — или разбогател,
или баба новая.
А он — в рехаб. Кто бы мог подумать.
Ну да, кто бы мог подумать.
Я говорю так, будто вырос на улице,
но героиновые зомби — не мое поколение.
Я не такой старый!
И не такой юный.
Мое поколение
сидело на дешевом коксе и спидах.
Выпученные глаза, сжатые челюсти.
Перо в бок, бутылкой по башке,
инфаркт в 35 лет.
А о героине я ничего не знал.
Я не знал, где именно лежит Чезаре.
Но в детстве я видел по телевизору,
как в одном из таких рехабов
случилось ЧП.
Навсегда запомнил
жуткие кадры из палаты,
как из фильма ужасов.
Всего несколько кадров,
потому что мама
сразу выключила телевизор.
Не хотела, чтобы ее мальчик испугался.
А я спросил ее…
Что это было, мам?
Она не хотела меня пугать,
но считала, что детям врать нельзя.
И ответила так…
Это, дорогой, такое место,
где наркоманов сажают в бочки
и избивают до полусмерти.
В бочки?
Да, милый, в бочки.
В настоящие деревянные бочки,
где сидят, согнувшись в три погибели.
Наркоманов там держат
в качестве наказания.
Ужасно! Чего только люди не изобретают!
- Просто звери!
- Спасибо, родитель номер один!
Вот так мой психолог
на тачку и накопил. Чёрт бы тебя драл!
Да блин, я знаю,
что не все рехабы такие!
Есть разные методики,
которые спасли кучу людей
без всяких избиений.
Но тут вам не «История рехабов».
В детстве меня травмировало именно это.
И случайно увиденный
отрывок из «Зловещих мертвецов».
В общем, когда я узнал,
что Чезаре попал в рехаб,
у меня снова случился
приступ клаустрофобии.
Хотелось бы сказать,
что мы написали ему
и заверили, что ждем его…
Как минимум я жду, он же мой друг.
Но ничего этого не было.
Не потому, что мы злые.
Просто ему запретили
контакты с внешним миром.
Маддалена не любила об этом говорить.
Если кто-то спрашивал, она отвечала…
Он нездоров, но лечение проходит он.
В итоге ее перестали спрашивать о сыне.
Шли месяцы…
Потом годы…
ПРОДАЕТСЯ
ПРОДАНО
И мы привыкли к его отсутствию,
как привыкают к новой мебели,
которую покупают взамен старой.
Такие вещи меня очень пугают.
Это как безжалостное море
и оно смывает всё,
потому что непонятно,
как его остановить.
Страшно, что человек,
который играл в моей жизни важную роль,
с которым я делился секретами,
может просто исчезнуть.
Как комета,
которая пролетела через нашу жизнь.
Мы уже к ней привыкли,
а она вдруг скрылась за горизонтом.
Какое-то время был виден ее хвост,
а потом исчез и он.
Жизнь продолжается,
словно кометы и не было.
Наша жизнь.
Никто не думает о жизни кометы,
о том, как она там, за горизонтом.
ТУТ ЖИВУТ НАРИКИ!!
Ты видел, как его били?
Можешь опознать их?
Я не вглядывался, там был хаос,
но это точно были они.
Разве он вам не сказал?
Не сказал про этих говнюков?
Он в больницу попал чуть живой.
Говорит, не помнит их.
На нас напали. Мы защищались.
Он большой ребенок,
вот они и докопались.
Они же подлые, леваки эти.
Я ехал из мэрии после голосования,
и меня одолевала грусть. Я думал…
Чёрт, что же за херня будет
через пять дней? Я уже чувствую…
Еще пять дней, а ты уже волнуешься?
Брось, пять дней — это вечность!
Мазарини тебя ничему не научил?
Пять дней еще прожить надо.
Думай о настоящем.
Вспомни о жителях Помпеев и их планах.
«Надо бы к морю прогуляться…»
Раз — и всем кранты.
Да, но если этот день наступит…
Если наступит!
Так говорили в XX веке.
Головой-то подумай!
Ты, видимо, не слыхал,
что человек мутирует.
Рост больших пальцев у детей,
право на работу, нестабильность…
То, что длится дольше серии ситкома,
не стоит твоих волнений.
Ты напрасно тратишь
эмоциональный ресурс.
Помнишь, что сказал эндокринолог?
Он почти исчерпан.
Сюда — только сегодняшние заботы.
А завтрашние — туда.
Модный сундучок
в поле твоего периферического зрения.
А всё, что будет потом, бросай сюда.
Протокол удаления.
Всё идет сюда:
встреча с советом в среду,
тающие ледники,
визит к урологу.
Видишь? Всё исчезло.
Живи настоящим.
Посмотри последнюю серию
«Лучше звоните Солу».
Вот так, молодец!
Сядь на диван, включи телевизор.
Погрузись в работу,
чтобы ни о чём не думать.
Съешь тонну вредной еды.
В гликемическом тумане
не до мыслей о будущем.
Вот это жизнь, дружище!
Не жизнь, а сказка!
Тебя уже никто не остановит.
Кое-кто хотел бы, но бог с ним.
Какого хрена ты делаешь?
Сегодня судный день,
а ты на диване валяешься?
Сегодня? А я плакат рисовал…
Раньше надо было о плакате думать!
Ты опаздываешь
на Великую битву за Восточный Рим.
Быстрее! Подхватишь Секко —
дуй на предварительную встречу.
Тебя уже ждут.
Зачем откладывать всё до последнего?
Как же это бесит!
НЕ РАБОТАЕТ
ЧЁРТ ПОДЕРИ
Дзеро? Это Освальдо
из «Какого-то там шоу». Мы виделись.
Как дела? Всё хорошо?
Не забыл, что в 16:00 у тебя шоу?
Мы можем прислать за тобой машину.
Нет, я сам доберусь.
Ничего страшного. Я не идиот.
Как приеду, позвоню вам.
Ровно в 16:00. Супер!
А как ты успеешь-то?
Нельзя же в разгар драки уходить.
Не волнуйся, я всё рассчитал.
Встреча в мэрии в два,
мы приедем раньше.
А там куча полиции. Мы подумаем…
«Тысяча чертей!
Вас опять защищают мусора!»
Остаемся там, мутим воду,
орем, бросаем что-нибудь.
Мы тут, они там.
Председатель скажет…
В таких условиях
встречу проводить нельзя.
К 15:30 всё, конец.
Я сажусь в машину и мчусь на шоу.
Всё отлично,
всё складывается, как «Тетрис».
А если они применят фильтры?
«Фильтрами» по местной традиции
называют переодетых граждан,
которые стоят на соседних улицах
и отлавливают
маленькие группы или одиночек,
идущих, скажем, к своим машинам.
Да меня ни один фильтр не поймает!
Я турист из Мексики!
Здесь так красиво,
похоже на штат Чиуауа!
Приехали мы на склад,
на предварительную встречу.
А там каждой твари по паре.
На спецназ, скажем так,
не очень похоже.
Динозавры с района,
несколько знакомых лиц
и те, кого я не видел с пандемии,
например Подруга Чайник.
Процедура всегда
одна и та же, всё просто.
Дождемся оставшихся,
соберем большую группу
и пойдем вместе,
чтобы прийти пораньше
и занять хорошую позицию.
Проверим доступ на площадь,
чтобы те, кто захочет к нам,
не оказались среди нацистов.
А никто не смотрел, мусора уже там?
Мусора там точно будут.
Мы же разрекламировали эту жесть,
плакаты везде развесили.
Как же без мусоров-то.
Что еще мы могли сделать?
Приглашение им прислать на бланке?
Не уверен. Марианджела туда
на мопеде поехала, скоро вернется.
Важность разведки на войне
трудно переоценить.
Ребята, мусоров нет.
Пусто, только машина
следственного управления.
Но в ней, наверное, сидят
два грустных господина
и в обеденный перерыв
слушают Бьяджо Антоначчи.
Как это — нет мусоров?
Я плачу налоги.
Пусть меня бьют они, а не наци.
А плохие ребята хоть пришли?
Никого там нет. И в кафе тоже.
Так. Полиции нет,
сколько будет нацистов, неясно…
Просто чудесно.
Никакого планирования.
Кучка дураков, чья стратегия —
скрестить пальцы
и молиться, чтобы пронесло.
Мне нравится.
Похоже на красивую трагедию
в «сумеречном» стиле.
Ее будут изучать,
как битву при Фермопилах,
но вместо царя Леонида
там будут кретины.
Я умею стрелять из лука.
Мы все хотим, чтобы нас запомнили
героями, которые били врага и мечом,
и голыми руками…
Но луки очень важны.
Они позволяют уничтожать
армию врага на расстоянии.
На вражеских бойцов
обрушивается дождь из стрел,
и в их рядах возникает сумятица.
Конечно, лучник может взять палку
и встать в общий строй,
но это, скорее, для галочки,
чтобы сказать: «Я тоже здесь!»
Ударный кулак создают остальные.
Я понимаю, кое-кто в страхе думает…
На дворе 2023 год!
Неужели так еще делают?
Это что, Средние века?
Отвечаю…
Нет, конечно же, это не Средние века.
Это метафора. Я люблю «Игру престолов».
Это звучит внушительнее.
А то я бы сказал: берем тележку
и набиваем ее всем, что можно метать.
Как Леголас во «Властелине колец»,
но не так элегантно.
Как Леголас для бедных.
Сегодня лучников не будет.
Не будет лучников?
Кто же подготовит
поле боя для спартанцев?
Бедняги, им же нужна поддержка!
Не стоит недооценивать…
Дзеро, после Хренвилля
все спартанцы в тюрьме.
Передняя линия в тюрьме
или под следствием.
Здесь все, кто остался.
В этот момент во мне
происходят два процесса.
Первый — превращение всех мышц
моих нижних конечностей
в 14 тонн панна-котты.
То есть ноги у меня стали
ватными и задрожали.
Второй — нечто животное.
В момент опасности проснулись
мои первобытные рептильные инстинкты.
Сонливость.
Чудовищная сонливость
Глаза сами закрываются,
зевота не прекращается,
и стоит только сесть — сразу заснешь.
Вы спросите,
что это за животная реакция?
Звери же вечно бдят,
чувства у них обострены.
А вот и нет! Звери знают, что в прериях
главная опасность —
это не нападение хищника,
а то, что все подумают…
Он до усрачки боится льва.
Какого хера ты делаешь в прериях?
Иди пей в место помоднее,
сраный хипстер!
А вот демонстративная
сонливость и зевота,
когда ты и рот рукой не прикрываешь,
говорят о твоем презрении к опасности.
И другие звери думают…
Чёрт! Да этот гну свихнулся,
ему на всё насрать.
Вот это, Марио, и называется
зевать смерти в лицо.
Так что эта нарколепсия —
высшая форма защиты
собственного достоинства.
О чём задумался?
Я не привык делать это без Сары.
Мне как будто не хватает
морального прикрытия.
Какое моральное прикрытие нужно,
чтобы мочить нацистов?
С этим даже Черчилль согласился бы.
Смотри.
В целом я с тобой согласен.
Но одно дело бороться
с упырями со свастиками.
Другое — бороться с друзьями детства:
Сарой, Чезаре…
Хорош защищать этого козла!
Ты что, его адвокат?
Что тут скажешь? Да, он не прав,
но я понимаю, что его перемкнуло,
и, мне кажется,
я не вправе его осуждать.
Поэтому я не знаю,
что говорить в этом шоу.
Мне просто повезло больше, чем ему.
Даже если бы мы
всё еще жили по соседству,
между нами было бы
четыре миллиарда световых лет.
И мне от этого противно.
Откуда мне знать?
Может, живи мы так, как он,
мы думали бы так же.
Херню какую-то несешь.
Если ты с чем-то не согласен,
это сразу херня. Но…
Значит, если у тебя жизнь удалась,
нужно жалеть всяких придурков?
И ты говоришь это мне?
Если у тебя чувство вины,
это твои дела.
Я не рисую комиксы, не покупаю дома,
мне никто ничего не дарил.
Знаю, но ты вырос в атмосфере…
Где я вырос?
Я сирота. С 15 лет на улице жил.
Работы нормальной никогда не было,
никто мне не помогал.
У меня есть лишь самое необходимое,
Я ничего не брал у тех, кому еще хуже.
Мне понятны твои чувства,
но ты думаешь, один ты способен
отличать добро от зла?
Федерико! Почему ты тут?
Почему не на работе?
- Я взял выходной.
- Зачем?
- Ты что, мусор?
- Ну ладно тебе, скажи.
Да меня бесит, что эти черти
отравляют мой район.
А ты, Да, чего не на работе?
Я в ночь работала, до семи утра.
Спала два часа, ну и плевать.
Я приехала сюда из Албании в 91-м.
Вышла замуж и получила гражданство.
Будь их воля, меня бы тут не было.
Это кто еще?
Думаешь, эти люди борются
за право ходить в церковь?
У всех куча проблем,
по биографии каждого из них
можно комикс нарисовать.
Но они не позволяют себе
глумиться над теми, кому еще хуже.
А теперь извини.
Бомбы сами себя не сделают.
Понимаю тебя, Дзеро.
Мне тоже поплохело,
когда я увидела Сару на том видео.
Как думаешь, мы поступаем правильно?
А хорошо будет,
если из-за патологических лжецов
наш район запомнится людям
изгнанием иммигрантов?
А те 30 человек из лодки?
Что они подумают?
Что мы кучка уродов,
которые по ночам бросают в них бомбы?
Не знаю, что будет сегодня,
но хочу, чтобы потом говорили,
что тут нашлись люди,
которые надрали нацистам жопу.
Или хотя бы попытались.
Кажется, я впервые обнял
Подругу Чайник.
Нормальный жест,
если предстоит совершить
безумный поступок
и, возможно, вернуться
с разбитой башкой.
Нормальный жест,
но я обнял ее не поэтому.
А потому, что она совсем беспонтовая!
Даже я по сравнению с ней качок.
Она неуклюжая,
тормознутая, еще и курящая.
В драке от нее никакого толку.
И если уж она там,
то там может быть кто угодно.
На наши беспорядки
можно ходить семьями.
Жаль, безногий песик умер
десять лет назад,
а то у нас была бы команда мечты!
Ну, ребята, погнали!
- Идем!
- Вперед!
Я бы тянул волынку еще пару часов,
но пришлось пойти.
Мы к пяти вечера закончим?
Мне в ресторан нужно.
Хотелось бы, а то жена убьет.
Дочь из школы надо забрать.
Я вдруг осознал одну вещь и успокоился.
Хоть Сары там и не было,
зато были мы, и это правильно.
Я в поэзии полный профан,
но пару строчек помню с детства.
Их написал Каламандреи.
«Если вернешься на эти дороги,
найдешь нас на том же месте».
Звучит немного банально.
Но если отбросить помпезную форму,
то станет видна суть.
А суть — вот эти люди.
У них свои проблемы, они не ангелы,
но они не могли сюда не прийти.
Пусть меня арестуют,
я готов ответить за это.
Хотя бы перед зеркалом.
Конечно. Это же арест
не за то, что светил членом
рядом с домом престарелых.
По-моему, слабое утешение,
но раз тебя устраивает…
Что тут скажешь?
Из больницы звонили.
Он пробудет там еще 20 дней.
Ну, не так уж плохо.
Каждый день будет за два,
с такой-то фамилией…
Так он сын…
Да.
Вот чёрт!
Вот именно! Мало никому не покажется.
Ты знала, что избитый парень —
сын большой шишки?
Не понимаю, о чём вы.
Если вам нужен мой совет, синьорина,
то лучше дайте нам
имя того, кто его избил.
Это уже не омерта,
а нарциссизм какой-то.
Не расскажете вы, расскажет
какой-нибудь косноязычный тиктокер.
Не стоит, ребята, жизнь себе ломать.
СЕРДЦЕ ЮРСКОГО ПЕРИОДА
Мы шли лучше,
чем команда по синхронному плаванию.
И пришли на место ровно в 14:30.
ВАЛИТЕ ДОМОЙ
НЕТ ПОНАЕХАВШИМ
Ну что, мусоров нет, но нет и нацистов.
Может, они и не придут!
Может, они изменили
время и место встречи.
Не придут через 15 минут —
не придут вообще.
Жилищные права!
Права трудящихся!
У нас их нет!
И у паразитов не будет!


Серия 6

ЭТОМУ МИРУ МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ
Готов поспорить, они тоже не ожидали,
что полиции не будет,
потому что повисла немая пауза.
- Вперед!
- Никто не знал, что делать.
Барьера не было,
и с обеих сторон кричали люди.
Стоим плечом к плечу!
Стоим плечом к плечу!
Мы и так стояли ближе некуда.
Нас сжали друг с другом,
как фанеру из человечины.
И их тоже.
Между нами было 30 метров
нейтральной полосы.
Кровь бурлила, сердце бешено
колотилось: «Бум-бум-бум… Бум!»
Взрыв бомбы, но это бомба не Секко,
а темного Секко.
Как злые башни в «Рыцарях Зодиака».
Секко-нацист.
Тоже помешанный на бомбах.
Я думал, что он миф,
но кузен встретил его на стадионе
и понял, что это не Секко,
потому что он говорил по-другому.
Может, купим смузи?
Короче, он существует
и поджигает новую шашку.
Но… бум!
Это был наш Секко,
я узнал его по взрыву.
Не знаю, сколько это длилось.
Это был уже не Рим, это был Багдад.
Я слышал взрывы, крики,
какие-то отзвуки.
Мы начали толкаться, побежали — и бум!
Началось!
Наверное, потому что я люблю тебя…
Не было ни фаланг,
ни «черепах», ничего.
Сплошной хаос.
Словно гной хлынул из прыща ненависти,
созревавшего даже не неделю, а месяцы.
А у некоторых, возможно, и всю жизнь.
Я не могу честно рассказать о драке,
потому что я-то сторона предвзятая.
Там были настоящие герои,
которых будут помнить долгие годы.
Но это не я.
Я просто там ошивался
и в принципе мало что видел.
И вдруг — кого я вижу
в рядах противника?
Лу-до-ви-ко!
Тупой ящеренок из Северного Рима,
у которого я был репетитором!
Ему сейчас лет 25.
И я ему крикнул…
Ну ты и сволочь!
Какого хера ты тут делаешь?
Я пытался подтянуть
его грамматику и навыки чтения,
но, судя по его ответу,
с тех пор мало что изменилось.
За Дуче!
АГОНИЯ НА ХОЛСТЕ
ПЕДАГОГ-НЕУДАЧНИК
Его выступление отвлекло меня
ровно настолько, чтобы…
Бум! Получить по физиономии!
Я понял, что падаю. Коснувшись земли,
я увидел приближающиеся ноги, и тут…
Хватит. Время поджимает,
так что заткнись и слушай.
Это не учебная тревога.
Всё наше знакомство
было подготовкой к этому моменту.
Всё.
Здесь всё, чему я тебя учил.
Всё это сводится к одной вещи,
о которой ты должен подумать сейчас
и должен думать до самой смерти.
Причем эти две точки
во времени могут совпасть.
Итак, у меня в руке пульт.
Ты слушаешь?
Я нажму «Воспроизведение»,
а ты свернись в шар.
Вот так.
Понял? Готов?
Готов.
Три,
два,
один…
И закрой рот, а то ворона залетит.
Не знаю, сколько это длилось.
На деле, когда тебя избивает толпа,
считай, не бьет никто,
ведь они не целятся.
Они толкаются,
чтобы дотянуться до тебя носком
и считать, что тоже поучаствовали.
В худшем случае может…
Скажу честно,
я плохо понимаю, что случилось,
но этот свист был как песня сирены.
Я ни хрена не понимал.
Меня кто-то поднял на ноги…
Это был Секко.
Он что-то сказал, но я не расслышал.
Судя по движению губ, он сказал:
«Ну что, купим мороженку?»
Но это было бы слишком даже для него.
Я не уточнил, ведь он умчался.
Он двигался так естественно.
Я был в шоке.
В его глазах, похоже,
впервые появилась настороженность.
Повезло ему!
Я хотел продолжить, но…
Довольно!
Вы что, не видите, что это декорации?
Декорации для фильма.
Кто-то хочет воспользоваться ситуацией.
Журналисты снимают драку…
- Эй, что?
- Кто?
И несут хрень про это место!
Вы что, не видите?
Чёрт, она была права!
Я ничего не заметил,
но вокруг с попкорном
стояло больше 8 000 журналистов
и смотрело, как мы
разыгрываем сцену фильма.
…разъяренные граждане, как утверждают…
Здесь обычные люди. Доложи.
База, докладываю
о присутствии пожилых дам
и интегрированных в социум людей.
Чтобы не выглядеть мудаками,
предлагаю немедленно вмешаться.
Повторяю: предлагаю
немедленно вмешаться.
ПОЛИЦИЯ
Эй, мудаки!
Бу!
Полиция прибыла!
Вам самим-то не стыдно?
Вместо того чтобы снимать драку,
послушайте, что здесь говорят люди!
Я только устроилась в эту школу
и вряд ли буду в ней работать!
Мне сказали, что это из-за беженцев.
И я им поверила.
Потому что в это поверить проще всего.
Поговорите о том,
что тут на самом деле происходит.
Поговорите с людьми с этих улиц,
а не ищите врунов и благотворителей,
выставляя нас обезьянами.
Пусть скажет Доменика!
Она проработала
в этой школе более 30 лет.
Он включен?
Какого хрена?
Я работаю здесь уборщицей всю жизнь.
Эта школа пустеет год от года.
Каждый год один за другим
закрываются классы.
Ну ты чего?
В ней были проблемы
задолго до появления приюта.
Хотя какие проблемы? Школа умирает!
Знаете, зачем я это говорю?
Расстроилась после нашей беседы?
Не беси меня.
Радуйся, что я встретила Доменику.
Понадейся я на твои нотации,
я бы уже вторглась в Польшу.
Знаете, почему родители
не приводят сюда детей?
Потому что зимой тут дубак,
туалеты вечно не работают,
а потолок периодически разваливается.
Заткнись, дура!
- Нам насрать!
- Всем похер, коротышка!
Мне пора, надо успеть на телешоу.
Похоже, тут всё устаканилось.
Я тут больше не нужен.
Говорят, «в школе проблемы»,
но убрали автобус 349,
единственный, который сюда ездил.
Как теперь сюда добираться?
На вертолете?
Понимаю тех, кто отправляет
детей в другие районы.
Даже я сказала сыну:
«Вали из этой черной дыры!
Здесь ничего нет.
Здесь всё исчезает,
как в Марианской впадине».
Бу!
Доменика!
- Иди к чёрту!
- Доменика!
Вы придурки!
Привет, Доменика, это Чезаре.
Ты меня вряд ли помнишь.
Конечно, помню. Я же не дура.
Что у тебя с волосами?
Класс! Я покрасил их в желтый!
С красным носом получился флаг «Ромы».
Вперед, «Рома»!
Всегда!
Я тебя уважаю, Доменика.
Я всегда тебя уважал.
Говорю тебе, у нас один общий враг.
Ведь когда мы говорим,
что не хотим видеть тут иностранцев,
мы злимся не на них.
А на тех, кто говорит сладкие речи,
но сваливает все проблемы на нас.
На тех, кто сидит наверху
и считает наш район свалкой!
Пусть они их заберут!
Чезаре, не ведись,
у нас тут не вечер вопросов и ответов.
Да, но во власти сидят итальянцы!
Они используют этих бедняков,
как они используют тебя
и использовали твою мать!
Так на них я и злюсь!
Пусть знают, что мы тоже существуем!
Нельзя обращаться с нами…
Что он несет?
Мы здесь из-за этого сраного приюта!
Чезаре, чёрт, отдай мегафон!
Чего тебе надо?
- Ну ты говнюк!
- Козел!
Эй, Чезаре!
Мудаки!
- Они бьют друг друга!
- Вперед!
Они его избивают! Сделайте что-нибудь!
Они его убивают!
Назад! Назад!
Уроды!
- Позор!
- Козлы!
Ну всё, хватит. Вперед!
После этого я ничего не понял.
Нас вытеснили и загнали в угол.
Мы три часа дохли там от скуки.
Приехали скорые,
кого-то увезли, с каждой стороны,
разбитые головы и всё такое.
Когда мы ждали своей очереди,
я услышал голоса.
Это вы те самые 30 человек,
которых сюда привезли?
Мне нравится этот удивленный взгляд!
Твоя наивность нравится старушкам.
Но я освежу тебе память.
Ты помнишь, что всё из-за этих людей?
Нет, на адреналине я забыл…
Вы тут неделю дрались,
спорили, играли в воинов,
забыв об этих людях.
Но это не страшно.
Кардиолог советовал тебе спорт.
Но если бы ты помнил о таких мелочах…
У тебя вид, словно ты увидел пингвина,
срущего у тебя на кухне.
Брось!
Да, в нашем рвении
мы, пожалуй, совсем забыли о них.
Я это исправлю.
Как у вас дела? Всё хорошо?
Вы слышали шум, гам?
И, естественно, они отвечают…
Я попытался,
но нам друг друга не понять.
Так что совесть не мучает…
Он говорит, что мы испугались.
Думали, что они сюда войдут.
Вы знаете итальянский!
Да, я уже была в Италия.
Потенца, 2012 год.
Не знаю, что сказать. Голова лопается!
Я с порога пытаюсь
расхвалить свой район.
Может, вы не заметили,
ведь вы тут недавно,
но это лучший район в Риме!
Да, мы называем его
дерьмовым, черной дырой,
но так можем говорить
только мы, от злости.
Другим нельзя.
Думаете, у Колизея лучше?
Это надкусанный мраморный пончик.
- И парковаться там негде.
- Да итить…
И скажите им, что мы вас
защитим от этих говнюков.
Спасибо, очень приятно.
Но мы сами можем себя защитить.
Я смотрю на нашу команду балбесов.
Видимо, с защитой я перегнул.
Поэтому пробую другой подход,
без выпендрежа.
Мы не как те, кто хочет вас прогнать.
Мы минуты три разговаривали.
Я был вежлив и даже не спросил,
какого хера она поперлась в Потенцу.
Не хочу ссориться
с жителями Базиликаты.
Короче, нас погрузили в автозак
и привезли сюда.
А теперь нас обвиняют в том,
что пострадал какой-то нацик.
Похоже, он сын какой-то шишки,
там разозлились и требуют
найти того, кто его ударил,
иначе его папаша нагнет всех,
от министров до гаишников.
Но во всём этом бардаке
откуда мне знать, кто ударил
этого тупого ящеренка?
Я был его репетитором три года.
Мы принесли друг другу
уйму моральных страданий,
которые не сравнить
ни с какой физической болью.
Ну вот и всё, вся история.
А мне-то зачем это вываливаешь?
Чтобы ушки кровоточили?
Я и так всё знаю.
Я же твоя совесть. Помнишь?
Помню, но я на адреналине.
Нужно выговориться,
чтобы не сболтнуть лишнего,
когда придут полицейские.
Ну, по крайней мере,
ты видишь тонкую грань
между сплетнями и стукачеством.
Видишь, как помогло
свернуться калачиком.
На твоем личике ни царапины!
Нет, просто я забыл,
какая у нас будет концовка.
И не предупредил других,
когда они отрисовывали персонажей.
Что я знаю…
Ребята! Как дела? Всё хорошо?
Нужно переделать все сцены
в полицейском участке.
Забыли синяки и ссадины на лице.
РЕЖИССЕР АНИМАЦИИ
Скажем так, нашли компромисс.
Калькаре,
ты свободен.
В смысле? А разве я…
Тихо!
Пожалуйста, поговори с адвокатом.
И пиши шрифтами побольше
в сториз инстаграма.
Я ничего не вижу, мне жена читает.
Будь так добр.
Иди, уже девять часов.
Вы вдвоем остались, все остальные ушли.
Но меня еще не допросили.
А о чём тебя допрашивать?
Не знаю. Я уже заготовил ответ,
что я не стукач.
Даже партизаны терпели пытки три дня,
чтоб их друзья успели…
Здесь тебе не Америка!
Они наплетут что-то прессе,
сдадут вас с потрохами,
и через десять лет встретимся в суде.
А теперь давай по-хорошему
разойдемся по домам.
Я за весь день съела один сэндвич.
Жизнь коротка.
Вдруг ты завтра умрешь?
Смысл загадывать на 10 лет вперед?
Привет, ну как вы?
Мы тут тебя ждем.
И читаем, что пишут в новостях.
Ну всё, можем идти.
Главное — с нациками не столкнуться.
Они два часа назад ушли.
Вроде остался тот дебил,
вещавший в мегафон, когда его повязали.
Да, Чезаре.
Раз теперь и у него с ними терки,
кто знает, что он сделает.
Эй, у тебя кровь из носа.
Да, ведь ты говоришь о Чезаре.
Так всегда, когда речь о тех,
кого я ненавижу.
Ух ты, я в шоке!
Я тебя подкалывал,
думал, что это хрень.
Но это правда!
Я 30 лет тебе это твержу,
а ты мне не веришь.
Ты прав, прости.
Да ладно, он врет!
Ему полицейский врезал,
вот кровь и потекла.
Смотри, я даже сняла.
СЕККО
- ЭЙ, ТЫ ЗДЕСЬ?
- СТУКАЧАМ — ПО ЩАМ!
Пофиг. Что пишут в новостях?
Сам как думаешь? Разносят в клочья.
Видео не покажу, там вообще ад.
Полиция вас допрашивала?
Нет, мы, скорее, побеседовали.
Но нам этого не простят.
Сын политика. На тормозах не спустят.
Либо они найдут запись,
где видно, кто его ударил,
либо нагнут нас всех в назидание.
Слушайте, между нами,
я три года был его репетитором,
и даже если б я сломал ему ноги,
связал его и бросил в яму,
мы бы не выровняли карму.
- Да, мне жаль, ведь…
- Я закончил.
Это уже не мое собачье дело.
Но осторожно,
завтра всех накроет волной дерьма.
Может, читатели комиксов
и не против уголовного обвинения.
Но подумайте, стоит ли терять работу
из-за чужого проступка.
Тем, с кем ты играешь в покер по сети,
насрать на твои терки с полицией.
А я не к тебе обращаюсь, а к дамам.
Да, спасибо, что о нас подумал.
Пока!
Иди в жопу.
Откуда мне знать, кто его ударил?
А если бы и знала,
думаете, я бы сдала друга?
Это уж совсем низко.
Ребят, я вам кое-что покажу.
Это видео я сняла.
Эй, это Чезаре!
Матерь божья! Крепко же ему досталось!
Гляньте на этого говн…
- Ого!
- Нет!
Присмотри за пацаном.
Не думай, что он
только и может что всех бить.
Он запутался. По нему не скажешь,
но он очень ранимый.
ДАКС ВСЁ ЕЩЕ НЕНАВИДИТ
Что сказала девушка?
Какая?
Из приюта.
Пока нас не повязали, ты говорил…
Она говорила очень плохо
и неразборчиво.
Ничего особенного.
Она приехала издалека,
умирала от жажды.
Обычная светская беседа
во время погрома.
Скажите им, что мы не как
те козлы, кто хочет вас прогнать.
Они знают, но многие
не хотят видеть их здесь.
Они всё видят.
Они бросили всё.
Я прошла почти сто километров без воды.
Люди умирали от жажды.
Потом море…
Кругом вода, но ее пить нельзя.
Потом полиция, злые люди.
Я знаю, каково это,
когда для тебя места нет.
В моей стране, когда нужно
выбросить что-то запрещенное,
чтобы никто это не нашел,
бросают это ночью в озеро,
и все притворяются, что не знают.
Мы здесь такие же брошенные.
Сравнение с озером напомнило
о Марианской впадине,
упомянутой Доменикой.
Я помнил о ней со школы
из-за смешной двусмысленности.
«Марианская впадина —
самое глубокое
и мрачное место в океане».
Ее глубина — 12 километров,
ровно столько же,
сколько от центра Рима
до кольцевой дороги.
Там живут существа
в невыносимых условиях.
Как, блин, их органы могут
функционировать без света
под толщей воды
в миллиарды кубических метров?
Это самое точное описание,
чем всё, что я прочел за последние дни.
Косяки душ, барахтающихся в темноте,
которые должны
приспособиться к условиям,
где никто другой не выживет.
Вряд ли здесь оказываются
по своей воле.
Ладно. Мама говорит, что деревья,
растущие на одном поле, пьют одну воду.
Деревья слишком незыблемы.
Мы сможем стать максимум бревнами,
которые плывут по течению.
Течения пугают, не знаешь,
куда они тебя вынесут.
Но зато ты как минимум не утонешь.
ВИДЕО УДАЛЕНО
Увидимся завтра в новом выпуске!
Какое-то там шоу!
Смотрел сегодняшнее шоу?
Кем меня заменили?
У них уже был кое-кто наготове.
Старик с заячьей губой,
который пропукал песни Баттисти.
Неплохо, кстати.
Потом позвонила твоя мама,
чтобы тебя поздравить.
С чем?
С последней песней.
Сказала, близко к оригиналу.
В смысле? Она думала, это я?
В сентябре ей удаляют катаракту, забыл?
- Ясно.
- Придурок.
Но слышать-то она может!
Она же слышала, как я пукаю,
она же моя мать.
Придурок.
 

////////////////////////////