Шакал (1 сезон, 2016 год). Фразы и цитаты из сериала

Москва, 1972 год. Майор милиции Иван Черкасов и его следственная группа расследуют новое уголовное дело о жестоких ограблениях магазинов и инкассаторов бандой Шакала, одетыми в милицейскую форму и приезжающими на места своих преступлений на милицейском автомобиле. Во время грабежей преступники зверски убивают всех свидетелей, чтобы не оставить доказательств.

Все фразы и цитаты

Серия 1

-Ты шибко не прыгай, дядь Коль.
Всё сиденье залило.
-Чего?
-Вода из грелки течет.
-Не скалься.
Спину застудил.
Ну и всё остальное тоже.
-А я сначала подумал,
это из тебя потекло.
-Хватит ржать. Доживешь до моих лет -
узнаешь, что из тебя потечет.
Ты куда? Куда заворачиваем?
Мы же отродясь здесь не ездили.
-Приказано здесь.
-Чудно. Кто приказал?
-Бригадир.
-Совсем сдурел! Крюк пять километров!
В банк опоздаем - премии лишат.
-Ничего, нагоним. Дорога пустая.
Вот это да! Мы же не разойдемся.
-Сидеть! Нельзя выходить из машины.
-Скажи ему, чтоб свернул.
-Куда свернуть? В кювет?
-Ну в кювет.
-Я Игорь.
-А я Миша.
-Черт, распухла, что ли?
-На фига оно тебе?
-Золото же.
Нормальное же колечко. Пойдем.
-Паша, брось его! Брось!
-Паш, ты что, с ума сошел?
Брось его, Паш.
Ты что творишь?! Перестань!
Ты придурок! Твою мать!
-Не зли меня, Паш.
Ты же хороший парень, да?
Ну? Спокойно дыши. Пойдем.
-Черт, 250 рублей джинсы стоят.
-Портки сними, машину испачкаешь.
-Я что, с голой ж... что ли, поеду?
-Ну всё, Никита, идем.
Гости ждут, неудобно.
-Неудобно на потолке спать:
одеяло падает.
Дай поцеловаться по-человечески.
-Ну всё, идем, идём.
-Правой, левой.
-Федя, тебе нельзя.
-Пойдем. Что ты сидишь?
-Не хочу.
-Соня!
-Нам пора. Алена одна дома.
-Хорошо. Оксан, сфотографируй
нас для семейного альбома.
-Если для семейного, тогда горько!
-Ура!
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Товарищ полковник,
убийство на Смоленской дороге.
-Понятно.
Группа Черкасова, на выход!
-И ты здесь?
-Не бухти. Мы вместе приехали.
-А что такой скромный эскорт,
Никита? Мог бы еще жену
и тещу прихватить.
-Никого я не прихватывал.
Ты же знаешь, ее не остановишь.
Вот я и решил, пусть будет у истоков
под нашим руководством, а то потом
понапишут - не разгребем.
-Я бы тебе сейчас сказал пару
ласковых про истоки, Никита,
да неловко как-то. Вроде бы только
что за твоим столом ел и пил.
-Иван Петрович, ну что вы сердитесь?
Вот где ваш фотограф? Нет фотографа.
А фотки нужны. Я еще постою
у истоков. Можно?
-Ладно, снимай.
Хоть какой-то с тебя толк.
-Спасибо.
-Да, фотоаппарат потом мне отдашь.
-Это личная собственность -
не редакционная.
-Не бойся, не пропью.
-В 9 вечера у нас маршрутный патруль
по этой дороге, а тут такое...
Номера проверили.
Машина инкассаторов.
-Да, место не людное.
-Ну да, в это время года здесь редко
кого встретишь,
да и летом народу немного.
-Ну что?
-Стреляли из пистолета Макарова.
Но гильз сейчас не найти. Темно уже.
-Стреляли?
Думаешь, их было много?
-Ну если стреляли из разных
пистолетов, значит, не один человек.
-Сплошное кровавое месиво.
Остановили машину, убили
инкассаторов, ограбили, пытали.
Чего узнать-то хотели?
Иванцов! Почему я до сих пор не знаю,
кто убит, сколько денег везли
и в какой банк?
-Иван Петрович, я по рации всё
передал, бригадира сейчас доставят.
-Иван Петрович, у того парня палец
отрезан безымянный на правой руке.
Скорее всего, женат.
Может, жена мстила?
-Ага. Всадила в мужа две пули,
отрезала на память палец,
вошла в раж - убила напарника.
Лёха, мы, конечно, сегодня выпивали,
но не до такой же степени.
-Фамилии инкассаторов?
-Игорь Говорков, Николай Басов.
Игорь недавно работает,
а дядя Коля уже...
-Деньги везли в банк на Пролетарской?
-Всегда туда возим.
-А почему такой странный маршрут?
Что, бешеной собаке сто верст
не крюк?
-Я не знаю, мы тут никогда не ездим.
-Откуда везли деньги?
-Из универмага "Московский".
-А кто предложил поменять маршрут?
Здесь ведь днем с огнем никого
не сыщешь.
-Не знаю. Честное слово, не знаю.
-Из-за этого мы так рисковали?
Илья сказал, будет большой куш.
Это большой куш, по-вашему?
-Пар выпустила!
Теперь послушай. Илья мягко стелет,
да жестко спать. Будешь такие
истерики устраивать -
камнем на дно пойдешь.
-Какие страсти-мордасти!
-Дура ты, Нюрка! Вы же новенькие -
ведите себя осторожно.
Илья к вам присматривается.
-Мы к нему тоже присматриваемся.
-Ну, давай, давай, если смелая.
Только в глаза ему не смотри.
Вам с Серегой теперь деваться некуда.
Повяжут - расстрел. Сбежите -
Илья поймает. Илью не расстраивай.
-Деньги - в ящики.
Ящики - сюда.
Мешки сжечь!
-У нас через час
последняя электричка.
-А утром - первая.
Давай работай.
-Мешки не поднимай. Надорвешься.
Горстями сыпь.
-Директор универмага "Московский"
Вера Ильинична Томилина.
-Томилина Вера Ильинична.
-Да.
-Ну если Томилина, давай вызывай.
-Час ночи.
-Ничего. Покричит и успокоится.
Да, бригадир здесь?
-В коридоре.
-Пригласи, а сам
за Томилиной и назад.
-Иван Петрович, а...
-Леша!
Начальство не спит - и ты бди!
Хватит!
-Да бдю я! Бдю.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Говорил тебе, выключай
телефон на ночь!
-О боже!
Алло!
-Алло, Вера Ильинична?
-Это я. А кто говорит?
-Здравствуйте, это Алексей Гаркуша.
-Гаркуша?
-Вас срочно в МУР просят приехать.
-Куда, в МУР?!
-Было нападение на инкассаторов.
-Леша... что?
-Ночью на инкассаторов, ехавших
из вашего универмага, напали.
Так вы приедете?
-Я приеду.
Приеду.
-Верунь, ты куда?
-К любовнику... Куда еще
порядочные жены ночью ездят?
-Держи!
-Поменьше не было размера?
-Надевай, не рассуждай!
С пареньком тем что делали?
-Смотрели. Интересно.
Мы, вообще-то, первый раз убивали.
-И как?
-Нормально. Я в деревне у бабки
так кроликов убивала.
-Но человек не кролик.
Ты убивала, Серега мимо палил.
-Серега попал. Мне лучше знать,
я рядом была.
-Если что взяла у того паренька,
выкини.
-Ничего я не брала. Хочешь, обыщи!
-Пашка за ноги подвесит,
кишки промоет - найдет.
-Говорю же, ничего не брала!
-Ну-ну... Джинсы свои сожги.
-Ага, щас! "Левис" в огонь!
Мать полгода колпачилась!
-Иван Петрович, объясните гражданке
Томилиной, что это не моя
инициатива ее сюда доставить.
-Леша, иди.
-Без протокола! По звонку ночью!
Это что, 1937 год тебе? Ваня!
Ты в следующий раз ко мне в постель
с наручниками?.. Издеваешься, Вань?
-Майор Черкасов. А для тебя -
по большому знакомству -
Иван Петрович.
-Новая жена, что ли, надоела?
Старую вспомнил? Соскучился?
-Хватит!
Сядь.
И отвечай на вопросы. И благодари
бога, что я спрашиваю
тебя без протокола.
Какую сумму везли инкассаторы?
-Ты заработался, что ли?
Ты меня с постели поднял для этого?
Не смотри на меня так, Ваня!
-Вера... не зли меня.
-Я не помню.
Мелочью тысяч пять.
Там были двушки, пятаки...
В бухгалтерии весь день считали.
Я днем приду в универмаг
и скажу тебе точно.
Или... я, может, уже не приду
в универмаг, а?
Мы в какой камере переночуем,
Черкасов?
-Вера, перестань!
А почему мелочь?
-Много у нас мелочи, понимаешь?
Решили избавиться от нее.
Мы должны были торговать
югославскими дубленками. Придержали.
-Почему?
-Ты спасибо скажи, что придержали.
-Кто выручку получает?
-Вань, ну не я же. Инкассаторы.
Моя вина, конкретно скажи, в чем,
а то третий час ночи, я...
-Хочешь - пиши на меня жалобу.
Начальство у меня прежнее,
полковник Саблин Федор Григорьевич.
-Живи.
Разрешите идти?
-Иди.
-Чует мое сердце, не последняя
это наша встреча.
-Вера, ты уж прости, что мы тебя
так среди ночи вызвали.
Сама понимаешь, такое дело...
-Соня, а что с Черкасовым?
Заросший весь какой-то, мятый, взгляд
потухший. Что за жена там такая?
-Ты мне такие вопросы не задавай.
-Н-да, ни черта у вас не меняется.
Черкасов по-прежнему майор,
а Саблин полковник. И ты.
-А я все еще Софья Тимофеева.
-Ну да. Ни мужа, ни детей,
а жизнь-то идет, Софья Тимофеева.
-Иван Петрович...
Иван Петрович...
СКВОЗЬ СОН: Ждали большую выручку,
а взяли мелочь.
-Идите домой.
БОРМОЧЕТ: Кто приказал
поменять маршрут?..
Сонь!
-Дядя Вань, надо поспать.
-Да, конечно.
ЗВУКИ ФИЛЬМА
-Мы как Бонни и Клайд.
Мы даже похожи в профиль.
-Ты красивее.
Паша, может, хватит?
Мы же смотрели уже.
-Мне нравится.
-Слушай, Паша, а что сегодня
с тобой было?
-Я таблетки принимаю.
Мне алкоголь нельзя.
Выпью - все, нет контроля.
-Ну так не пей.
-А хочется.
ЗВУКИ ФИЛЬМА
-Всем спать!
-Ну Илья!
-Вопросы?
Спокойной ночи.
-Нюр... Нюра...
Пошли.
Это что?
-Так ведь и нам что-то полагается.
Что насупился? Думаешь,
считать будут?
Мы с тобой, между прочим,
больше них работали.
Слушай... а ты стрелял?
-Промахнулся.
-Выходит, это я убила.
-Мы убили.
Давай не будем об этом.
-Не будем так не будем.
Был человек - и нету.
Так же и мы с тобой.
Раз - и нет нас. Вообще, нам бы...
Нам бы ребеночка успеть родить.
-Мать вчера все глаза проглядела!
Где ты шлялась всю ночь?
И ванну не занимай! Мне
на работу собираться,
а тут всякие сифилитики
заразу разводят!
Открой, я кому говорю!
Я кому говорю, открывай!
Это ж кровища! Ты, мать,
кого пришила-то?
Это же...
-Да уйди ты, дура старая!
-Я тебе дам сейчас старую!
Я на тебя управу найду!
Я к участковому пойду!
-Тетя Дусь, подожди! Ну, извини,
ну, подожди, пожалуйста! Ну, прости!
У меня месячные, сама понимаешь.
-Нюрка-Нюрка, посадят тебя,
как пить дать посадят.
Ты ж по наклонной катишься!
Мать для тебя вкалывает
на вредных работах в три смены!
-Я тоже работаю.
-Кобыла ты здоровая! В заводской
столовой она, видишь ли, полы моет.
"Работаю"! Постыдилась бы
говорить такое.
Не входить в ванну. Занято.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Черт!
-Что это, вопросики повисли?
-Опять ты?
Держи фотоаппарат и гуляй.
-Вы бы хотя бы фото мои похвалили.
Ракурс отличный.
-Да...
Держи. Это чистые.
Твои останутся у нас. Лешка,
не спи. Я тебя прошу, ты давай
дуй в универмаг. Главное - выяснить,
сколько денег вчера инкассаторы
вывезли. Ну и вообще
людей поспрашивай.
-Так выходной же, Иван Петрович.
-Ну бухгалтера вызови.
-Вы на место преступления?..
-Так, ты еще здесь?
Давай дуй на работу и Чудовскому
привет передавай.
С наилучшими пожеланиями.
-У меня выходной, у Чудовского тоже.
Воскресенье.
-Надо же, и такое еще бывает?
Неужели по выходным люди отдыхают?
-То люди, а то вы.
-Да...
-Возьмите меня с собой, товарищ
чрезвычайно умный майор.
-Да. Фотографа-то у нас нет.
-А я есть.
-Поехали.
-Спасибо! Спасибо!
Простите. Это я по привычке.
Старая любовь не ржавеет.
-Да, она сохнет и рассыпается.
Не вешайся больше на шею.
-Хорошо.
-Сереж, поехали!
-Куда поехали? У меня смена.
-Я ключи оставила на дороге.
Поехали!
-Чего ты психуешь? У тебя на ключах
написаны имя, фамилия,
номер телефона? Не надо туда ехать.
-Мне страшно. Если менты на меня
выйдут, Илья с нами церемониться
не будет, грохнет быстрее.
Даже не знаю, кого больше боюсь.
-Садись.
-Мелочи-то на три мешка было.
Деньги немалые, но чтобы убивать...
Как можно? Ой, что с людьми творится!
-Так сколько точно было мелочи?
-Вот. 4248 рублей 56 копеек.
-А давно жена Говоркова
здесь работает?..
ДВЕРЬ ОТКРЫЛАСЬ
-Недавно работает.
-Адрес можете написать?
-Леша, ты мне одно скажи, у нас
в универмаге проблем не будет?
-Вера Ильинична, этот
вопрос не ко мне. Спасибо.
-Ты посмотри, что творится!
-В универмаге давно работаете?
-Недавно.
-Муж устроил?
-Сама.
-А могу я ваше колечко посмотреть?
-Обыкновенное.
-Здесь инициалы "И, Т"
и два сердечка...
-Наши имена - Игорь и Тоня.
-У вашего мужа такое же?
-Да.
Мы с Игорем год женаты.
Когда его можно будет домой забрать?
-Идет следствие. Вам скажут.
Я возьму кольцо?
Могу расписку написать.
-Нет.
Не отдам.
Уходите, пожалуйста.
-До свидания.
-Менты!
-Вам же приказ был всех записывать.
-Работяга. У них каждый час на счету.
-Твою мать, а!
-Да успокойся ты, не психуй!
Я же говорил, не надо было ехать.
А если мы засветились?
-Да мне конец, Серега!
-Да это всего лишь ключи!
-Это не всего лишь ключи! Я там
свой пропуск потеряла, понимаешь?!
Там имя, фамилия, отчество.
Я сразу побоялась сказать.
-Вот этот?
-Да ладно!
-Ты же сама мне его в куртку
положила. Ничего не помнишь!
Тварь ты порядочная, Нюра,
меня за собой на вышку позвала.
-Извини.
-Ты обо мне подумала? "Извини"!
-Чего ты, Серега, мы же как Бонни
и Клайд: вместе жить, вместе умирать.
-Жена Говоркова работает
в универмаге.
-Тепло.
-Допросить толком не удалось,
на контакт не идет. И кольцо
обручальное не отдала.
-Кольцо простое?
-С инициалами и сердечками.
И у мужа, кстати, такое же.
-Пошарь по комиссионкам.
Хотя нет, вряд ли они туда сунутся.
-А с Говорковой что?
-Вызывай ее почаще на допросы,
в магазин к ней заходи, глаза
мозоль. Надоешь ей до чертиков -
глядишь, начнет ошибки совершать.
-Не думаю, что она с бандитами
связана. Обыкновенная она.
-А убийства и грабежи совершают
люди с песьими головами?
Думает он! Леша, инкассаторы
вывозят деньги из магазина,
где работает его жена.
Это не жарко, но тепло, Леша.
Тепло.
-Тепло...
-Здравствуй, Дмитрий Алексеевич.
Прихожу сегодня на работу, а там...
писулька твоя.
"Универмаг закрыть".
Опять ревизию готовишь?
-У тебя там написано "учет".
Не перевирай.
-Убили инкассаторов. Я понимаю,
что это страшное горе.
Меня за что наказываешь?
-Товар неделю назад получила.
Почему не продавала?
-Триста дубленок?
По 400 рублей. Это 120 тысяч.
Когда я успею все пересчитать?
-Народ жалобы пишет: торгуешь налево.
Жалобы уже у меня на столе.
Копия в ЦК, в горком партии,
в райком партии. Не народ, а народный
контроль. Я должен реагировать.
-Среагировал уже. Замок повесил.
У меня, между прочим,
годовой план горит.
-Инкассаторов убили,
а ты про свое шмотье.
-Но я-то тут при чем?
-Ладно, открывай свой магазин.
Срочно все распродавай.
-Спасибо.
-Вера, слышь! Избавь меня
от этой головной боли.
Все до последней дубленки
в реализацию.
-Прямо все до последней дубленочки?
Ну мы поговорим еще об этом?
-Вера, мы поговорим об этом не здесь.
-Угу.
-Никита, это что за вернисаж?
-Это подозреваемые.
-И этот мордастый тоже?
-Федор Григорьевич, для чистоты
эксперимента.
Всех - значит всех, вы не исключение.
Преступник всегда возвращается
на место преступления.
-Поздравляю! Дело раскрыто.
Преступник сам пришел.
Никита, сейчас меня арестуешь
или погодишь, дашь с родными
попрощаться? Ваня... мы с тобой
потом поговорим.
-Ага.
-Если б ты знал, как трудно быть
родственником Саблина.
Всю душу вымотал.
-Никита, тесть твой прав.
Лучше ничего не делать,
чем делать ничего. Сними.
-Может, и прав. Все правы.
Хотя дорога там безлюдная, народу
ходит раз-два и обчелся.
Согласись, ход мысли
у меня правильный.
-Иванцов, мне нужны адреса
некоторых персонажей.
Стариков проверять не надо.
Подростков тоже.
Вот эти.
Эти. Полдня работы - и будет
хоть какая-то ниточка.
Ну а если... Если мимо -
все равно результат.
-Оксана, я семье Саблиных на свадьбе
представил тебя как свою девушку.
-День свадьбы назначил?
-Ты можешь мне подыграть?
-Зачем тебе это?
-У меня нет девушки,
и все живо интересуются,
спрашивают. А ты...
Ты мне давно нравишься.
-А ты мне давно... нет.
-Вот у тебя нет доступа
к центральному бюро адресов,
а у меня есть. Я очень даже смог бы
срисовать для тебя адреса
твоих персонажей.
-Вася, какой ты классный!
Ты самый лучший Вася на свете!
-Ну ничего, сбагрим завтра эти
дубленки к чертовой матери,
и, как говорится, ша! Дима, давай
чтоб это было в последний раз.
Из 300 дубленок 100 самопал.
-Ну самопал. Но ярлыки-то настоящие,
по накладным все в порядке.
И качество, между прочим,
не хуже югославского.
-Ну конечно! Товароведы у меня просто
дебилы. И я тоже. Подписываю липу.
Может, мне сесть за ваше
начальство в тюрьму еще?
-Ну что ты предлагаешь? Хочешь, чтобы
я написал жалобу на свое руководство?
Ты Федорову истерики устраивай. Это
его гешефт. И твой, между прочим.
-С вами вообще никаких
денег не захочешь!
Перестань ты стучать уже,
голова у меня болит!
-Да что с тобой случилось-то такое?
Все же нормально было.
Что за вожжа тебе под хвост попала?
Черкасова испугалась?
-А ты вообще знаешь, какой он?
Он как клещ, между прочим. Если
схватится - ни за что не отпустит.
-Да не тронет он тебя.
-Да?
-Да.
Я тебе обещаю. Больше ни одна
фальшивка в твой универмаг
не попадет. Пусть Федоров все это
по другим точкам распихивает.
-Не провожай.
-Почему не плачешь? Это же больно.
-Приятно.
-А вот так?
-Из лесу идешь, с делянки.
Мороз минус 50.
Ветер. Рукавицы к рукам примерзли.
Конвой орет.
А я вижу себя за столом после бани...
с чашкой душистого чаю.
Вот так, из блюдечка.
Может, поэтому и выжил. Мечты грели.
Тебе этого не понять.
Ты с детства чай серебряной
ложечкой помешивал.
-Руки у тебя слабые, Паша.
-Сюда смотри.
-Что?
-А то, что, когда мы все
за одним столом, никакой тоски.
-Может, сплясать?
-Спляши.
-Ну, хватит!
-О, ничего себе! Французский
употребляете...
-Паша!
-Серега, а ты чего ничего не пьешь?
-Завтра на работу,
перед рейсом проверяют.
-Иди.
-Стой!
-Переживает.
Паша, а у тебя девушка-то есть?
-Не твое дело.
Я могу кино посмотреть?
-Что, опять эти Бонни и Клайды?
Не надоело еще?
-Можно?
-Можно.
Переживает Пашка. С чего бы?
-В Нюрку влюбился.
-Хреново дело.
-Сказала, что ты не знал.
Я взяла деньги, а ты не знал.
Дай.
Пашка зверь.
-У зверя хоть какие-то мозги есть.
А этот просто псих. Надо же так
избить за мешочек с мелочью!
-Нет, все правильно.
Нельзя у своих тырить.
Сука! Шлангом меня бил.
-Ладно, все, уходим.
-Как Бонни и Клайд,
будем вдвоем работать?
-Какие Бонни и Клайд?! Ты чего?
Ты не понимаешь,
что нет Бонни и Клайда?
Есть ты и я, Сережа и Нюра.
ДВЕРЬ ОТКРЫЛАСЬ
-Оклемалась? Идти можешь?
-Могу.
Думали, я подохну? А я живучая.
-Нюра, Нюра... Губы не дуй,
за дело тебя Пашка отшлепал.
Я тебя предупреждал.
В дом идите.
Отдохнете, в себя придете.
-Все. Одеваемся и валим.
-Вот так просто уйти?
С пустыми карманами?
У них морда не треснет?
Никогда меня больше не бей! Никогда!
Ты обалдел?
-Вера Ильинична!
-Может быть, эту?
-Мне галантерею закрывать?
-Кому сейчас твои булавки нужны!
Я сказала: все в отдел дубленок!
В авральном режиме торгуем.
-А я могу себе одну?
-Нет.
Даже не начинай.
-У меня все-таки горе.
-Ну вот и иди горюй,
а не о материальном думай.
-Меня бабы на улице
чуть не разорвали.
Ты бы мне черный ход показала бы.
-Предупреждать надо!
Ты видишь, что творится?
Должны были три дня ими торговать.
Из горкома звонят: продавайте
в один день, народ жалуется.
У меня вся бухгалтерия на ушах стоит.
-Я должен предупредить. Инкассаторов
будет сопровождать наряд милиции.
-С автоматами?
-С рогатками, Вера.
-Да поняла я, поняла.
Все сдадим вовремя.
Ваня!
Маргарите не надо твоей одну?
Пока есть.
-Нет, спасибо. Нам не надо.
-Ну не надо так не надо.
-Вера Ильинична, нам бы
в бухгалтерию подкрепление.
-Мои мозги сгодятся?
-Ну на безрыбье...
-Инкассаторы со стволами будут.
Выручка большая, на 120 тысяч.
Плюс машина сопровождения,
тоже не с голыми руками поедут.
Они не должны доехать до универмага.
Вместо них приедем мы.
-Как тебе новенькие? Уверен в них?
-Ну Нюрка горячая, убивает с кайфом.
Мозги кипят. А Серега...
Но Нюрка без него работать
не будет. Бонни и Клайд.
-Как-то нам раньше с тобой,
Илюша, спокойнее было.
Квартирку возьмем, вещички
продали - и живем ни клят ни мят.
А теперь?..
-Да и теперь все нормально будет,
Миша. Все будет.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Ход слоном и шах.
-А мы вот так, ладьей закроемся.
-А халву мы купили?
-Халва...
-Все здесь. И печенье, и конфеты,
и все...
-А сигареты купили?
-Славка не курит.
-Как - не курит? Все моряки курят.
Трубки. Слав, ты куришь?
-Не курю.
Ну куда вы столько набрали?
На целый флот. Конфеты мне куда?
-Надо.
-Ладно, мне пора.
-Все? Дай мне хотя бы еще минуточку
на тебя посмотреть!
Боже мой, как же...
-Выходим.
-Не надо. Долгие проводы -
лишние слезы.
Алена...
Пока!
-Привыкай.
Теперь мы его так всегда
будем видеть. Пять минут.
А если очень повезет,
то в отпуск завалится.
Но это вряд ли.
-Женится - детей будем его нянчить.
-Рано ему еще жениться.
Учится пусть. Ну а нам-то что делать?
Столик в ресторане в честь Славки
заказан? Не отменять же?
ДИАЛОГ В РАЦИИ: -Ну что у вас?
-Инкассаторы забрали кассу.
Спускаемся.
-Пошли.
-Здравия желаю. Группа сопровождения.
-Она уже большая девочка.
Лучше бы ей книжку купили.
-Ну захотел ребенок куклу.
Мы что, себе не можем позволить
куклу купить?
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Возьмешь?
-Угу.
-Ну... что там у нас?
-Тебя.
-Да.
Сейчас буду.
-А, Ритуль?.. Иди спать. Мы сами.
Сами, сами.
-Выключи свет, Гриша.
-Промахнусь в темноте.
-Выключи!
Утешать примчался?
-Ваня, меня бы кто утешил!
Пол-Москвы про эти
убийства говорит.
Слухи такие, что кровь
в жилах стынет.
Ей-богу, сейчас объяви войну -
и то меньше страха будет.
-А от меня чего хочешь?
-Ну надо как-то народ успокоить.
Дать какую-то информацию в газету.
Если не всю правду, то хотя бы
половину, ну треть правды.
Кстати, там тоже это понимают.
-А там считать умеют?
Четырнадцать человек за 15 минут!
Четыре милиционера в машине,
пять - в магазине, два инкассатора
и три женщины продавщицы,
а до этого еще два инкассатора!
И ни одного свидетеля!
Да если мы за каждого
из них за упокой выпьем,
бутылки твоей не хватит!
Правду тебе, Гриша?
А правда в том, что я
ни черта не знаю.
Баран перед воротами.
И ни одного хвостика,
за который можно ухватиться.
Пусто здесь.
А на сердце - одна злоба.
А с этим товаром, сам знаешь...
далеко не уедешь. Ну разве
инкассаторы могли знать,
что в группе сопровождения
будут бандиты!
Милицейская форма, уазик милицейский.
А почему меня в группе сопровождения
не было? Почему?!
Вот тут не екнуло. Нюх потерял!
-Ай, Ваня!
Что бы изменилось, если бы ты был?
-Все! Все!
-Тихо, тихо, тихо. Перебудишь всех.
-Пусть бы и меня этой
простыней накрыли,
но люди бы остались живы.
Я бы их налет сорвал, я бы их...
-Слышишь, как папа стучит?
-Это папа от волнения.
Все будет хорошо.
Спи, милая.
Спи, рыбка.
Моя хорошая.
-Я в это время в ресторане
селедку жрал.
Моя вина, понимаешь?
Моя!
-Кто знал, что они снова
в универмаг сунутся, Ваня?
Такое только в кино бывает.
Слушай, Ваня, ты не помнишь,
как в лагерях называли...
ну этих, которые не по закону жили?
-Беспредельщики.
-Во! Точно! Беспредельщики.
Беспредельщики, беспредельщики...
Вот так статью надо назвать -
"Беспредельщики". Ну что, пишем?
-Делай что хочешь.
-Тогда я прямо сейчас в редакцию...
На четвертую полосу им,
если успеем, втиснем.
Напишем аккуратно, не переживай.
А ты... ищи давай. Ищи.
И не распускайся.
Я тебе так скажу...
Если мы сейчас этих гнид не раздавим,
страна в крови захлебнется.
Вот нутром чую, другие
времена наступают.
Времена беспредельщиков.
-Не пори ерунды, Гриша.
У страха глаза велики.
Никаких версий расследования.
Никаких.
Их просто нету.


Серия 2

-Не ложился?
-Нет. Люблю работать ночью.
-А я думала, художникам свет нужен.
-А я вампир, мне ночь нужна.
-Какая мрачная картина.
-Не нравится - не смотри.
-Глаза закрыть?
Я сегодня ночью видела смерть.
Страшную, ужасную.
Хочется света и тепла.
А от твоих картин - запах серы.
Вот здесь ты настоящий.
Здесь тоже.
А это подделка.
Когда у тебя выставка?
-Через неделю в Измайлово.
-Старые картины выставляй.
Будь собой. Не угождай.
Не приспосабливайся.
Ты не Пикассо и не Шагал. У Шагала
люди летали, а у тебя ползают.
-Ты кто такая, чтобы говорить
мне, что делать?
-Я журналистка "Советской трибуны"!
-Ты ничего не понимаешь в искусстве.
Вламываешься ко мне в дом, занимаешь
мое спальное место, орешь тут.
-Ты бы хоть предложение мне сделал.
Это же безопасно. Я все равно
не соглашусь.
-Ну я делаю тебе предложение...
занять мою раскладушку.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Я без стука.
-И без приглашения?
-Девушки, знакомьтесь: это Оксана -
девушка, которой не нравится
моя мазня, а это Калина - девушка,
которой нравится моя мазня.
-М-м... А что еще нравится твоей
девушке?
-Я давняя подруга Стаса.
Вернее, подруга детства.
Поэтому не ревнуйте.
-Оказываюсь в Госфильмофонде,
поднимаю глаза - так и есть,
Калина Полтавченко. А ведь нас
связывает босоногое детство.
Наши родители дружили
домами. Представляешь?
Калине - 10, мне - 15.
Первый поцелуй.
-В щечку.
-М-м... Ну взрослые уже.
Можно и в губы.
Ты позировала?
-Да.
Пять часов не двигалась - руки-ноги
затекли. Думала, с ума сойду.
-Господи...
-Чао, ребята!
-Останься.
-Мы не поместимся втроем
на раскладушке. Простите.
-Давай сегодня не у окна? Холодно.
-По тыще каждому.
-Дядя Миша...
-Ау?
-Вот мы мешки такие тяжелые таскали,
а нам с Серегой по штуке?
Я просто для интереса спрашиваю.
-Теперь по 900. Еще вопросы?
-Нет вопросов. На свадьбу нам хватит.
-Еще на мороженое останется.
-Я сейчас.
-Серега, не шикуйте.
Ты с головой дружишь, а Нюра...
Оставьте деньги здесь, у нас
не воруют. Куда ты их положишь?
В банку? А банку - в шкаф?
А шкаф - на замок?
-Кроме банки, места есть.
-Ну что притихли-то?
А?
А каково родителям,
детям, близким этих людей?!
Как они теперь живут, что чувствуют?!
Вы об этом подумали?! Что мы им
теперь скажем?!
Что молчите, сыщики?
-Кричать и биться головой о стену
проще всего. Давайте работать.
-Согласен с тобой, давайте.
Слушаю тебя внимательно.
Я жду!
Что молчишь!
Соня!
-Милицейский уазик расстреляли
из автоматов. В универмаге стреляли
из автомата и пистолета Макарова,
того же, что и на Смоленской дороге.
-Та же банда?
-Несомненно.
Вот. Автомат Калашникова
модернизированный, индекс ГРАУ 6П1.
Принят на вооружение в 1959 году.
А этот Калашников находится в стадии
разработки. Отличие от предыдущего -
у него другой калибр, 5,45 мм.
-В разработке, а уже стреляет?
-Да. Разработан на Ижевском заводе,
а пробные образцы изготовлены
на Тульском оружейном.
-Кто-то налево пустил. И если
этого кого-то прижать, можно узнать,
кто поставлял оружие банде.
И где твой деловой?
-Сейчас подойдет.
Ты с ним это... аккуратно базарь.
-Базарят лярвы на шалмане.
А я излагаю. Держи.
-Не, не надо денег. Ты мне воблы дай.
Я за нее три кружки возьму.
-Ну что? Буровить долго
будешь? Звать как?
-А тебе зачем?
-Для беседы, деловой и культурной.
Стремаешься по имени -
погоняло назови.
-Оботрешься.
-Что, киксуешь?
-А ты чего, феню колыхать
приехал или за товаром?
-Ну?
-Баранки гну.
Товар подождать придется.
-Кореш, я подъехал не соплю с тобой
жевать. Мне товар очень быстро нужен.
-Нужен - потерпишь.
Хозяйка!
Поживет у тебя.
-Ладно.
-Ты с него особо не дери.
Заодно и по хозяйству поможет.
Ну что, все, воздухом дыши, жди.
-Чего ждать-то? У моря погоды?
-Ну или уезжай. Воля твоя.
-Дрова наколи. Печку топить будем.
-Мы работы не боимся,
но работать не пойдем.
НАСВИСТЫВАЕТ
-Воровка!
Конец пришел моему терпению!
-Дочка, ты ведь не брала, правда?
-Чего не брала?
-Билет лотерейный сперла?
По которому я скатерть выиграла!
Лежал вот там на кухне, на газете!
Ты все ходила чайником гремела,
терлась вокруг моего стола!
-В глаза билета не видела,
а на газете твоей только селедка
ржавая лежала. Ну-ка, отдай!
-Убери ручонки свои, а то пообломаю!
Кровавыми слезами умоетесь!
-Ты что говоришь, Дуся? Это дочь моя!
-Я еще в милицию пойду и заявление
напишу, чтобы ее выперли из Москвы
к чертовой матери,
за сто первый километр!
-Деньги взяла? Иди отсюда.
Я расплатилась за билет.
-Воровки!
-Ты на хрена в этот сундук
полезла?! Ни разу в жизни
эту крышку не подняла!
-Дуся привела участкового. Искала
этот проклятый билет, шкафы открыла,
стол двигала. Ну я-то что могу?
Участковый сидит и разрешает.
Я полезла в этот сундук,
а там в углу мешок лежит.
-И что, участковому мешок показала?
-Да ты что! Я испугалась. Я знаю:
у нас в доме денег нет, откуда
у нас деньги? А тут такое.
Я потом украдкой его взяла,
чтобы с Дусей расплатиться.
Ее так-то из дома не выгонишь.
Нюра, где ты насобирала эти деньги?
-На паперти, мама. Хожу побираюсь.
И все в дом, как мышка в норку.
-Ой...
-Так, вот 10 рублей. Твоя скатерть
и половины не стоит. А деньги эти
Сережки, жениха моего. Он копилку
разбил, чтобы я себе платье купила.
-Врешь и не краснеешь. Ты с женихом
по карманам шаришься, мелочь
трудового народа выгребаешь.
-Будешь тявкать - ни хрена
не получишь. Заткнешься?
-Ну все, отдай. Молчу.
А мелочь моя. И мешочек мой.
Скатерть-то 25 рублей стоит.
Я посчитаю, все лишнее тебе отдам.
Я честная, хочу, чтобы все было
по справедливости.
-Ладно. Тетя Дуся, ну что мы с тобой
собачимся? Давай мирно жить. Хочешь,
за тебя сегодня лестницу помою?
-Помой. Ручки-то молодые.
Воровка.
Иди-иди, детка, это я так.
-Нюра, ты чего это?
Очередь-то не ваша.
-У тети Дуси руки болят.
-Хорошая ты девка, Нюра.
Да несчастливая.
-Какие мои годы,
захлебнусь еще в счастье.
-Тяпка-то какая! Тебе ее не жалко?
-А я тебе тоже с завода принесу.
-Дмитрий Алексеевич!
-Ты?
-Что там на заседании
горкома про меня говорили?
-Не скажу.
-Что за заговор молчания?
-Всему свое время. Время
молчать, время говорить.
-Меня исключат из партии? Меня
уже уволили с волчьим билетом.
-С волчьим - это нехорошо.
-Димочка, за меня словечко замолви.
Ну ты же поручился за меня,
когда на должность рекомендовал.
-Пойми меня правильно,
нам лучше не встречаться.
-Испачкаться боишься?
Конечно, я же по уши в дерьме.
-Я тоже человек. Ничто человеческое
мне не чуждо. Мог ошибаться.
-Отрекаешься? А мне что делать?
-Подносы таскала - иди
официанткой работать.
-Ох, как ты!
-Вы, Вера Ильинична, из города
не уезжайте на моря, на курорты
всякие. В Москве тоже погода хорошая.
-Сволочь ты, Дима.
-Я у дяди Миши учеником
на автобазе был. Потом его посадили.
Когда вернулся, обратно работать не
взяли. Они с Ильей квартиры брали.
Предложили на шухере постоять.
Щедро заплатили. Я в любой момент
уйти мог, да к деньгам
прикипел. Дурак.
Теперь тебя еще в это дело втянул.
-Не переживай. Заработаем
и пошлем всех куда подальше.
-Да-да...
-Ну и рожа у этого халдея.
Наведем шороху?
-Товарищи! Товарищи! А деньги?
-Нюра, ты чего? А если он
в милицию позвонит? Оно нам надо?
-Не позвонит. Ему из-за трех копеек
разборки с ментами не нужны.
-Ну конечно!
СВИСТИТ
-Эй, пацан, иди сюда.
Хочешь рубль заработать?
-А что надо делать?
-Видишь ту женщину?
Отдай ей сетку и убегай.
-А рубль?
-Хитрюга.
Обычно после работы платят.
На, держи.
-Тетенька!
-Знаешь этого мальчика?
-Вот, вам просили передать.
-Осторожно, там варенье.
-Да у нас своего полно.
Тащишь из города всякую
заморскую дрянь.
-Не удержался, заехал в "Березку".
Смотри, коньячок.
-Ты бы поменьше шлялся
по этим "Березкам".
-Мне можно, у меня родители
за бугром. Шлют сыночку доллары.
-Илюша, ты обещал...
-Я выполнил. Завез твоей жене
продукты. Не из "Березки", обычные.
Мясо, синюю птицу, минтай.
Внуку шоколадки, печенье, зефир.
Обычный продовольственный заказ.
-И что она?
-В обморок не упала.
-Ага... А вообще?
-Пальтишко на рыбьем меху,
перчатки на змеином пуху.
-А Петька?
-Старичок.
Шаркает ножками. Плохо живут.
А что ты можешь, Миша? Квартиру,
машину ты не можешь.
Ты даже шубу нормальную не можешь
купить. Откуда у сторожа дачного
поселка такие деньги? Нет у тебя
таких денег. Вот минтай -
пожалуйста. И курьера из меня
не делай, сам авоськи таскай.
-Да как подойти?
-Так и подойти!
"Здравствуй, я твой муж Миша".
Тихо у нас. Бонни не орет,
Клайд успокоился.
Пашка спит?
-Домой его отправил.
Надо ему поменьше у нас бывать.
Ладно, пойду покурю.
-Может, простит тебя
жена, как думаешь?
-Угробил по пьяни дочь и зятя, пацана
сиротой оставил. Ты бы простил?
-Восемь лет прошло.
Ты вроде как искупил свою вину.
-Перед ней - никогда.
-Простит. Человеческая
душа - потемки.
-Да я и сам не хочу. Зачем пацану
знать, что его дед убийца?
И ей клеймо на всю жизнь.
А так нет меня и нет.
-Как думаешь, будет нам возмездие?
-Сколь веревочке не виться...
-Я представляю, какие лица будут
у моих родичей, когда они узнают,
что воспитали сына-урода.
-Дуся, куда в такую рань?
Ты вроде во вторую смену.
-В милицию. Веришь, Катя, всю ночь
не спала, боялась, что Нюрка
задушит меня. Змеюка, а не девка.
Ты про банду читала? Крест даю тебе,
она бандитка.
-Ты что на Нюрку напраслину
возводишь? Зачем в милицию?
-Пошла я. Участковому все расскажу.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Тетя Дуся, что не здороваешься?
-Отвяжись.
-Доброе утро, тетя Дуся.
Доброе утро, тетя Катя.
-Доброе. На работу, Нюра?
-Куда же еще? На нее.
-Чего вы с тетей Дусей
опять не поделили?
-Характер у нее ворчливый, всех
ругает. Я не обижаюсь, понимаю.
Жизнь-то у нее не сахар. Еще
неизвестно, какая я в старости буду.
-Ты мне тряпку с завода обещала.
-Помню.
-Вы работали официанткой?
Зарплата, чаевые... Хорошие деньги.
И вдруг за месяц до убийства
инкассаторов вы устраиваетесь
в универмаг продавцом галантерейного
отдела. С мизерной зарплатой.
Ну тесемочки, ленточки...
На них же много не заработаешь.
-Мне нравится торговать.
Это мое призвание,
я с детства хотела быть продавцом.
-Ваш муж Игорь Говорков
служил в органах,
был на хорошем счету.
Женился. В медовый месяц
попадается на взятке
и с треском вылетает из органов.
-Оговор.
-Оговор?
Оговор... А по-моему, жена продавец,
муж инкассатор... вывозит деньги.
Вполне нормальный ход событий -
вступить в сговор с бандитами,
изменить маршрут. Только он одного
не учел: что получит не деньги,
а пулю в живот.
Сколько они ему обещали?
-Я не знаю. Мой муж честно исполнял
свою работу, он был честным
человеком. Какой сговор,
о чем вы? Я не знаю...
-План подвала вашего
универмага. Вы рисовали?
-Я.
-Кто вам его заказал?
-Вера Ильинична, директор универмага.
Я чертежница по специальности,
поэтому...
-Зачем ей это?
-Я не спрашивала.
-Я хочу знать, какое вы (именно вы!)
получили задание от бандитов
или от вашего мужа, что одно и то же.
-Как вы можете такое говорить?
Мой муж убит, я вдова!
-Жадная вдова!
Вы заставили мужа брать взятки,
толкнули его в руки бандитов.
Вам нужны были деньги? Много денег!
-Не смейте так говорить!
Я любила своего мужа!
-Одно другого не исключает.
-Извини, я не при параде.
Ты позвонил - я выскочила
из дома как ошпаренная.
Здесь поговорим или покатаемся?
-Покатаемся.
-М-да... Чем выше поднимаешься,
тем больнее падать.
Я просто раздавлена.
Меня нет.
-Уволили?
-Да.
Спасибо, что ты со мной
в такую трудную минуту.
-Расскажи мне про Говоркову.
-Это допрос... Так сказать,
в неформальной обстановке.
-Рассказывай.
-Что?
Баба как баба, красивая. Жадная.
Сумками жрачку домой перла.
А Игорь был от нее без ума.
-Уволили за чаевые?
-Формально - за чаевые.
Роман она закрутила.
С капитаном милиции.
Игорь морду ему набил. Уволили.
-Что за капитан?
-А ты у нее спроси.
-Вера!
-Я знаю только, что его
зовут Антон Чесноков.
Прибежала потом ко мне, в ноги
упала: "Ребеночка жду, подносы носить
тяжелые не могу".
-А зачем ты ей план подвала
универмага заказала?
-А это тебе зачем?
-Вера, я вопрос задал.
-Пожарные потребовали!
Ваня...
Ты хоть слово доброе скажи!
Прости, просто у меня...
нет человека. Ну нет.
-А муж?
-Муж?
Говорит: "Справку тебе куплю.
За тунеядство в тюрьму не посадят.
Щи будешь варить,
пыль с картин вытирать".
А у нас этих картин, Ваня...
У нас до черта этих картин.
Ты мне так нужен сейчас!
Я вчера... под твоими окнами стояла.
И сегодня.
РЫДАЕТ
-Не надеешься на Черкасова?
Думаешь, не потянет?
-Он сейчас как медведь в капкане.
Кроме злости и боли, ничего.
Шарики за ролики зашли.
-Выпей.
Хуже точно не будет.
А лучше, если вызову скорую.
-Я тебе вызову! У меня теперь
если сердце не прихватывает, паникую.
Вроде как что-то с организмом не так.
Ну...
Расхитители социалистической
собственности тебе небось коньяк
сюда ящиками тащат?
-На свои покупаю.
-Ага, свежо предание,
да верится с трудом.
Неплохой коньяк. Гони меня, пока
я все твои запасы не уничтожил.
Значит, говоришь, толковый человек?
Как его фамилия?
-Ткач. Дмитрий Алексеевич.
Подполковник, человек ответственный,
дисциплинированный. Надежный.
Я думаю, вам его помощь понадобится.
-А мы сейчас ни от чьей помощи
не отказываемся. Ну ты тогда уж
не тяни с этим делом.
-Вопрос решу.
А ты сердечко-то проверь.
-А, два раза не живут.
-Здравствуйте.
Меня зовут Дмитрий Алексеевич Ткач,
звание - подполковник.
Я думаю, другие факты моей
биографии вас не интересуют.
Вам известно, что приказы
не обсуждаются? Я не по своей воле
сижу в этом кабинете. С этого
дня вы будете часто меня видеть.
-Часто, но не всегда.
-Верно. Я помогаю вам. Поэтому
интриги, тайны оставляем за скобками.
Поверьте, я буду вам полезен.
Я работаю со всеми директорами
крупных универмагов.
Вот с Верой Ильиничной в том
числе. Поэтому все мои знания
к вашим услугам.
-Я что же, должен докладывать
тебе о каждом своем шаге?
-Ну в части нашего совместного
расследования - несомненно.
А мы на "ты"?
Ну ладно. Только давай по отчеству,
потому что "Ваня", "Дима" в нашем
возрасте как-то неловко.
-Ну да. Действительно неловко.
-Уходить собрался?
Ишь как оно, очко взыграло.
А я знаю почему.
Потому что кишка у тебя
тонка, Черкасов.
Как бандита ловить - это ты мастак,
а банду обезвредить слабо!
Останешься! Сбежать не дам!
Будешь пахать до седьмого пота.
Да, это моя инициатива - пригласить
тебе в помощники толкового человека.
Ты один не в состоянии вести это
дело. И не сметь мне возражать!
Я доверяю этому человеку как самому
себе! Он 10 лет в органах, за ним
громкие раскрытые дела, колоссальный
опыт! Развел тут, понимаешь,
фу-ты ну-ты!
Мамочки-панамочки...
-Ты чего, Федор Григорьевич?
Ну-ка, тихо-тихо...
-Зина! Саблину плохо.
-Что с ним?
-Сердце.
-Зина, левую руку?
-Да.
-О господи!
Уже и патологоанатом явился.
-Да помолчите!
-Скорую вызвал?
-Да, едет.
-Дышим ровно, уколов не боимся.
-Буду вынужден тебя терпеть. Не хочу,
чтобы Саблин в больнице валялся.
-Я бы сказал, что стерпится -
слюбится, но боюсь, это не наш
случай. На, я тут тебе свои
соображения изложил. Изучи на досуге.
Засим откланиваюсь. Мне на свою
работу пора. Телефоны мои там,
звони, я доступен в любое время.
Как там Федор Григорьевич?
-На скорой увезли,
предынфарктное состояние.
-Относительно Веры Ильиничны.
Она, конечно, твоя жена,
хоть и бывшая...
-Относительно Веры Ильиничны
давай я сам решу.
-Давай.
-Привет, мама. Здрасте, тетя Катя.
Сережа, заходи!
-Добрый день.
-Добрый день.
-Мама, это тебе.
-Ой!
-Это Сережа, мой жених.
Это от него подарок.
-Сережа, рада с вами познакомиться.
Нюра про вас много говорила.
Вы присаживайтесь.
-Спасибо.
-Как тебе хорошо! Тетя Катя, я забыла
вам тряпки с завода принести.
-Да ладно тебе!
-Вот вам тогда, держите.
-Спасибо.
-Что такие грустные?
-Да...
-Дусю убили.
Зверски убили.
-Как!
-Утром. Ограбили.
А у нее и было-то всего ничего,
мелочишка.
-Нюрка, она ведь в милицию
шла на тебя жаловаться.
-Не может быть! Мы с ней утром
так хорошо поговорили.
Она меня блинчиками угощала
со сметаной.
-Билет лотерейный нашли в помойном
ведре в газете с селедкой.
Зря она тебя обвиняла.
-Это уже неважно.
-Вы уж извините. Рад был
познакомиться, но сейчас явно
не время о свадьбе разговаривать.
В другой раз.
-Я провожу.
Да, неплохо мы кутнули.
-А ты ее так сильно любила?
Так расстроилась.
-Да тварь она конченая.
Вон окно облепили. Давай целоваться.
-Прямо сейчас ступай в канцелярию
и оформляй командировку в Ростов.
Всесоюзный слет доярок. Репортаж
о слете - это строк сто.
Ну и очерк о Герое Соцтруда
Пономаревой. Это еще строк триста.
-Григорий Михайлович...
-Ну не полосу же тебе давать.
-Болею я, Григорий Михайлович.
-А нечего в свои законные выходные
возле трупов скакать, поняла?
-Мои выходные - что хочу, то и делаю.
Я для вашего друга Черкасова
старалась.
-Мой друг Ваня Черкасов
в твоих услугах не нуждается.
Ростов - шикарный город, прекрасная
погода, трупов нет.
Вокруг одни герои. В кои-то веки
посмотришь на нормальных живых людей.
Оксана!
Что с тобой?
-Ой, сердце.
-Ну-ка, садись быстро.
-Простите.
-Садись. Так...
Водички выпей.
-Ой...
Простите, пожалуйста.
-Выпей водички.
-Ой... Со мной бывает такое.
-Господи, руки какие холодные!
-Когда сильно устаю.
-Сейчас домой... Дня три отлежись,
отоспись. Редакционная машина
тебя отвезет. Поняла?
-Спасибо.
Спасибо, я сама справлюсь, мне
просто нужно на свежий воздух.
-Лучше?
-Лучше.
-Ну слава богу. Слушай,
напугала ты меня, Оксана.
Мне самому воздух нужен.
-Что вы, Григорий Михайлович.
Ваше время бесценно. Я пойду?
-Погоди.
Ты издеваешься или придуриваешься, а?
-Григорий Михайлович...
-Ты одновременно можешь
и то и другое делать.
Иди, иди.
-Спасибо. До свидания.
Иванцов?
Привет. Ну что, сделал?
Отлично. Жду тебя в парке.
Так, эти двое исключаются.
Один из Горького...
Этот из Рязани.
А грузовик?
-Ты не просила. Нет.
Грузовик принадлежит 12-му автопарку.
-Я почти люблю тебя, Вася.
Пока!
-Поскольку я заменяю полковника
Саблина, я прошу понять меня
правильно. Две недели
на разгром банды.
В этой графе обязанности сотрудников.
В этой - буду ставить крестики
о проделанной работе.
-Крестики? А где же нолики?
-Лучше обойтись без ноликов.
-Товарищ Пожидаев, скажите,
а какой у меня план по трупам?
-Давайте сделаем вид,
что я ваш вопрос не услышал.
Софья Борисовна!
-Да.
-Донесите это до Черкасова.
-Никита Семенович, вы здоровы?
Вы хорошо себя чувствуете?
-Абсолютно.
Любое предприятие работает по плану.
Мы тоже в каком-то смысле
предприятие, поэтому план, цель,
исполнение.
-Я думаю, Черкасову лучше
план не показывать.
-Это что мне не надо
показывать? Здрасте.
"Сроки раскрытия преступления.
1-й день: Черкасов должен допросить
трех подозреваемых.
8-й день..."
Я должен арестовать главаря банды?
-Будем к этому стремиться.
-Я тоже есть в этом графике?
-Точно так.
Вы такой же оперативный
сотрудник, как и все мы,
поэтому бездельничать...
-Товарищ майор, вы разговариваете
с подполковником!
-Да, конечно.
И вам, и товарищу Черкасову
объявляю выговор в связи
с опозданием на планерку.
Еще, товарищ Черкасов...
Считаю, что Гаркуша с поставленной
задачей не справился.
На поставщика автоматов не вышел,
проел государственные деньги.
Я хочу отозвать его из командировки.
-Пойдем-ка выйдем.
-Тихо-тихо.
-Ты зачем про Гаркушу растрепал?
-Что значит - растрепал!
Вы не доверяете своим товарищам?
Ты как со мной разговариваешь?!
-Дурак ты, Никита. Моли бога, чтобы
с Гаркушей ничего не случилось.
Просто моли! Иди командуй.
-Мое почтение.
-Ну?
-Ну! Не запряг еще! Говорю
тебе: дело небыстрое.
-Слышь, корешок, я начинаю уставать.
Может, ты все время порожняк гоняешь?
-Не беги впереди паровоза. Успеем.
-Ладно, отдыхай.
-Э, погоди ты! Погоди! Куда побежал?
-Ну и где?
-Что - где?
-Автомат где? Я тебе о чем излагал?
-Излагать нам будешь.
-Что хочешь? Конкретно.
-А этот олень слова забыл? Я ему все
сказал. Автомат, последняя модель.
-Ну чего, я пошел, ага?
-Ты от кого?
-Устал я ботало мести, уважаемый.
-От кого ты?
-Скажу от кого - и дня не проживу.
Короче, вам кусок, мне
ствол - и разбежались.
Только новый ствол, самый новый.
-А зачем тебе новая модель?
Старая чем хуже?
-Я бы старой обошелся,
но заказ на новую.
Свисток ваш знает, где меня найти.
-Тысяча!
-А если мусор?
-Что вы делаете?!
-Хорош толкать!
-За что вы его? Куда вы его?
-Что кувалдой размахался?
-Что дергаешься?
-Держи его.
-Открывай.
-Не толкайся.
-Пошел!
-Рая, хочешь верь, хочешь не верь,
последний рубль в семье,
до зарплаты еще пять дней.
-Привет.
-Здоров, Серега.
-Опять у кого-то юбилей?
-Похороны. У нашего начальника
сына убили.
-Убили? Когда?
-В универмаге столько народу
положили! А Юрка в милиции служил.
Угораздило его там оказаться.
-Серег, погоди!
Ты где так подхалтурил?
Пятерками разбрасываешься.
-Печатаю. Что хотел?
-Ты же в выходные за меня работал.
-Ну?
-А я своей сказал, что у меня
машина сломана, простой,
а сам - к дружбану.
-Толь, мне твои
семейные разборки зачем?
-А мне твои шашни зачем?
Ты с бабами раскатываешь,
а я под раздачу попадай?
-С какими бабами?
-Утром газетчица приходила,
фотографию мне показала.
Там наша машина, номера и все такое.
А на пассажирском сиденье... баба.
Эта газетчица убийц ищет,
а тут я всплываю.
Вот. Она записку оставила.
Сказала, все данные
может в милицию передать.
-Давай-давай, заходи,
залетный, садись.
Ну?
-Ну...
Так не он это.
-Ты совсем умом тронулся?
Как это - не он? Кто тогда
у тебя кошелек стырил?
-Похож, похож, но у того
на подбородке шишка была.
А у этого нет. И глаза вон...
-У тебя сейчас такая шишка будет!
-Ну-ка, сидеть!
Хорошо. И что нам делать?
-Я не знаю. Отпустите.
-Ага.
Твою мать, а!
-Чего?
-А что ж ты тогда шум поднимал?
Мы тут, как чума болотная,
за карманником гоняемся,
а у нас клевета, поклеп?
-Не, ну я...
-Да у тебя, наверное, и кошелька нет.
-Ну...
-Вошь у тебя на аркане!
Отпустите! Отпустим.
А ты у нас за оговор сядешь, понял?
-Товарищ начальник, простите меня,
Христа ради, ну... Обознался я.
С кем не бывает?
-Обознался!
-Подслеповат.
Земляк! Земляк!
Эй!
-Какого ты, падла, меня к ментам
закатал? Я ж тебя
сейчас писать начну!
-Да охолонись ты! А что ты хотел?
Нарисовался как черт из чугунка.
"Я у папы и у мамы от рождения
блатной". А мы бакланку твою
на веру принять должны?
А вдруг ты мусор?
-Значит, мусор я? Ну и пошли бы вы,
беспонтовые. И ствол свой себе в очко
засуньте. У других отоварюсь.
-Господи.
-По малинам отзвоню,
чтобы к вам нос не совали.
-Договорено уже. Все.
Все, завтра.
И чтобы трезвый был
и с деньгами. Понял?
-Где торговля?
-Зайду за тобой.
А это тебе в качестве компенсации
за ментовской беспредел.
-Яду много?
-Да жуй, жуй, купчина.
-Привет!
-Привет.
-Я тут подумала: зачем мне ботинки?
Поехали сразу сапоги у барыг купим.
-Сына начальника нашей автобазы
убили в универмаге.
-Так он же мусор был.
Извини.
Поедем за сапогами?
-Газетчица приходила.
Грузовик видела, нас с тобой
в нем сфотографировала.
Оставила телефон, просила позвонить.
Что думаешь?
-Давай выгребайся из машины,
на метро покатаемся.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло.
Да, это я.
Сергей, это вы?
Сейчас встретиться? Да,
не проблема. Диктуйте адрес.
Возле редакции?
Отлично, выхожу. Да.
-Вон она, смотри.
Ничего, симпатичная.
Посмотрели, пойдем.
-А если она в милицию пойдет?
-Не дойдет. Как что, так все
в милицию бегут, да спотыкаются.
-Нюр, может, не будем
с ним связываться?
Давай сами все решим.
-Ничего мы не решим, Сережа.
Просто иди за мной.
Я знаю, что делаю.
-Ты такая же, как он.
-Нет, Сережа, я жить хочу, на море
гулять. Нормальный кофе ни разу
в жизни не пила. И детей хочу
родить. Что, так много?
-Да все будет, Нюр.
-Ничего не будет, если сейчас ты
меня остановишь.
Стой здесь.
-Здравствуй, Нюра.
Я рад, что ты обо мне вспомнила.
У тебя голос по телефону какой-то
тревожный был.
-Надо поговорить, посоветоваться.
-Пусть он уйдет.
-Это касается нас двоих, я здесь.
-Ведро вынеси. Там во дворе бак
большой, туда выльешь,
а потом посиди.
-Что значит - посиди?
-Значит, сядь на скамейку и посиди.
Что непонятного? Иди.
-Ведро!
Только не расплескай. Главврач
ругаться будет, убирать придется.
-Ты, Паш, здесь все время
эти кишки таскаешь?
-А мне нравится. Это человеческое
нутро. В ведре человек пять
помещается. Правда, чуднО?
Какая ты красивая, Нюра!
-Ты поможешь мне... нам с Сережей?
-Ну ты все расскажи, а я решу.
-Я расскажу, а ты поможешь.
Если нет, то я пошла.
-Можно?
-Что?
-Руку поцеловать.
-Пожалуйста, мне не жалко.
-Ну, пойдем, расскажешь.
-Я отвезу картины и вернусь.
Обрисуй проблему, только быстро.
-Проблема одна. Надо что-то делать.
Пусть неправильно, но делать.
Я не была в универмаге, бойню
не видела, но другие трупы я видела.
Мне этого хватило.
Я не знаю, как с этим жить.
-Надо научиться.
Я тебя огорчу. Трупов
будет еще больше.
Прошли те романтические времена,
когда люди убивали из-за любви.
Сейчас все убивают из-за денег.
Всем хочется много и вкусно жрать.
-Не всем.
Мое расследование
закончено. Это тупик.
Я мучаю людей.
Заставляю их врать. Я...
Я очень хочу научиться
жить нормально.
-Вон она, в клетчатом пальто.


Серия 3

-Патроны калибра 5,45. Откидной
приклад. Прицельная дальность -
1000 метров. На.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Давно этим промышляешь?
-А тебе какое дело? Деньги давай.
Не на экскурсии же.
-Стоять! Руки вверх!
-Лежать, я сказал!
Не двигаться. Тихо!
-Твоя взяла!
-Не стрелять!
-Пальцами-то пошевели.
-Я сейчас так пошевелю,
мало не покажется. Такой фингал
мне под глазом подвесил!
-Ну, брат, ты сам попросил,
чтобы били так, чтобы наверняка.
Для достоверности.
-Чуть мозги не вылезли.
-Надо же, задницу купца своей грудью
прикрыл. Тебя ведь могли грохнуть.
В рубашке ты родился.
-А если бы его убили? Вернулся бы
герой-удалец с фингалом под глазом,
с простреленной рукой, без продавца.
-На, пей. Тебе три положил.
-Давай-давай, не жалей.
-Пряник бери.
-Я ваших пряников объелся.
На всю жизнь хватит.
-Потише нельзя?
Аленку разбудишь.
-Да хоть из пушки пали -
не проснется.
-Вань, а сходи на родительское
собрание. Там хотят с тобой
поговорить.
-А чего случилось?
-Аленка какое-то неправильное
сочинение написала. Не верит
в коммунизм. "От каждого
по способностям, каждому - по труду".
И в кино бесплатное не верит. И что
на трамваях бесплатно ездить будем.
Ну не верит она.
ШЕПОТОМ: Ну тише, пожалуйста.
-Да тут черт ногу сломит.
Что здесь вообще происходит?
-А сколько я тебя уже просила
разобрать антресоли? Там черт давно
ногу сломал. Остались его копыта.
Так что тебе нужно?
-Да у меня фонари здесь справа
лежали. Я сам положил.
-А меня нельзя спросить?
Они в кладовке лежат. Давай,
ешь кашу, я сейчас принесу.
Вот.
-О! Какой я хороший хозяин! Все-то
у меня работает. Только не мозги.
-Ешь кашу, пожалуйста.
-Не хочу.
-Что с коммунизмом делать будем?
-Строить.
-Тройка в четверти выходит.
-Ты хочешь, чтобы я пошел с ними
идеологический спор завел?
Только Аленке хуже сделаю.
Пусть сама отвечает за свои слова.
Взрослый человек уже.
Я убежал.
-Угу.
-Ну вот, два здоровых, в общем-то
неглупых мужика бродят по подвалу
и пугают бухгалтеров.
Не ходи, там тупик.
ПИСК КРЫС
-Ты чего, крыс боишься?
-Боюсь.
-Ну чего ты?
-Ничего. У нас отец в комнате ведро
не разрешал ставить. Я в детстве
в сортир с палкой ходил. У нас крысы
по двору стаями, как собаки, бегали.
-Писал ты в постель?
-В фикус.
ЗВОНИТ БУДИЛЬНИК
-Ну мам...
-Просыпаемся.
-А ты папе сказала,
что его в школу вызывают?
-Сама кашу заварила, сама ее
и расхлебывай - вот его ответ.
-А тройка?
-Меня лично она очень расстроит.
Давай, умываться и за стол.
Быстро, быстро.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Ну и утро сегодня...
-Доброе утро.
-Здравствуйте.
-Мне нужно с Ваней поговорить.
-Так Иван Петрович на работе.
-Господи, все работает... Ничего
не меняется. Как ты это терпишь?
-Вера, если вы по работе,
так ищите Ивана Петровича на работе.
А если вы по личным делам, то ловите
его где угодно, только не у нас дома,
пожалуйста.
Простите, не могу пригласить
вас на завтрак. Всего доброго.
-Зря ты это.
Я же не летчик-истребитель.
Чужие семьи не рушу.
-Мам, ты чего расхлопалась?
Кто приходил?
-Баба-яга.
-Мам, пусть тебе папа такую же
шубу купит, как у Бабы-яги.
-Скажи, а зачем Вере
понадобился план подвала?
-А чего раньше про это не спрашивал?
-Ну сейчас спрашиваю.
-Ну это твоя жена.
-Бывшая, Дима.
-Она сюда неоприходованный
товар спускала.
-А так можно?
-Можно, если осторожно.
-Надо же, дверь.
-Где?
-Давно не пользовались. Подержи.
-Ну чего?
-Сифонит.
Дай-ка.
-Черкасов, что за удовольствие
шляться по подвалам?
-Это у меня с детства.
-Какого хрена мы сюда пришли?
Давай будем считать дырки
от бубликов. Пойдем отсюда.
Ну ерундой же занимаемся.
Только время зря тратим.
-Ну да, тут только дырки от бубликов.
-Тебе помочь?
-Нет, спасибо, я сам.
Черт!
-Давай помогу.
Ты сними сначала повязку.
-Угу.
-Ага.
Давай. Аккуратно...
Ай-ай-ай! Не попал. Так.
-Угу.
-Ну вот и хорошо. Я бы, конечно,
рубашку поменяла на белую.
Так более торжественно.
-Угу.
-Ну или галстук попробуем.
Угу...
А у вас торжественный обед?
-Да. У Насти день рождения.
Просила одеться поприличнее.
-Угу...
Леша...
Так, не верти головой.
-Если я не буду вертеть головой,
я... тебя поцелую.
-Обещаю пощечину не бить.
Раненых же не бьют.
Хорошо. Ну или можно с галстуком
поэкспериментировать.
-Обещала не бить.
-Поближе не могла припарковаться?
-Так я тебя берегу, разговоры
пойдут: "У Черкасова
роман с бывшей женой".
-Не дождешься.
-У-у... Ты пьешь, что ли?
На тебе же лица нет.
-Есть. Кое-что осталось. Зачем звала?
-Кое-что вспомнила. А ты сам решишь,
нужно тебе это или нет.
Садись, не укушу.
Вань, давай чайку с мятой?
Как ты любишь.
-Рассказывай.
-Может, к моим девчонкам в ресторан?
Посидим как люди, поговорим.
Накормят тебя.
Усталость как рукой снимет.
-Вер...
-Первых инкассаторов в субботу убили.
А в пятницу...
-Привет.
-Мы с моим благоверным после театра
зашли в ресторан поужинать.
А там Говоркова. И сразу с двумя
кавалерами. С мужем Игорем
и вот с этим, капитаном Чесноковым.
И меня тогда удивило, если честно,
что ведут себя мужики вовсе не как
враги. Как будто у них дело общее,
понимаешь? Как-то это
подозрительно. Тебе не кажется?
-Точно в пятницу?
-Угу.
Мы с Борькой были во МХАТе,
там "Чайку" давали. Мало ли что люди
могут обсуждать.
Да хоть план взятия Бастилии.
-Или как инкассаторам
свернуть на другую дорогу.
Зачем ты мне это рассказала?
-Помочь хочу.
-А на самом деле?
-Меня же уволили без всяких
объяснений. Люди шушукаются,
что я с бандитами связана.
Живу - оглядываюсь.
-Вера...
Подвал в аренду сдаешь?
-Кто уже наплел-то?
-Ты ответила.
-Тоня!
Поговорить надо.
-Товар привезли, времени нет.
-Подождет твой товар.
Ты меня просила, помнишь,
подвал в аренду сдать? Так?
-Ну дядька мой картошку туда свалил.
Так он вам денежки дал, а вы взяли.
Он картошку на рынке продал и съехал.
Что вспомнили-то?
-И ты больше туда не лазила?
-У вас, Вера Ильинична, в голове
от неприятностей помутилось, да?
Зачем мне этот подвал? Крыс гонять?
У дядьки мешков пять картошки
сожрали. Он сто раз пожалел,
что связался с вами.
-Вера Ильинична, здравствуйте!
-Здравствуйте.
-Товар прими.
-Иду, сейчас. Посторонним
здесь нельзя находиться.
-Угу.
-Могла бы и помягче. Она к тебе
очень хорошо относилась.
-Да ну ее.
-Вы листайте, а я вам все расскажу
про капитана Чеснокова.
30 лет, пьет только по праздникам.
Образцовый мужчина. Работает...
-Оружейный арсенал.
Настя, пускай мне сделают
фотографию этого Чеснокова.
-Я уже об этом подумала.
Вот.
-Блины поминальные?
-Да ты чего, Антоша? Только утром
намесила. Ты ешь, ешь.
Наголодался там небось, в Туле-то.
-Ты откуда про Тулу знаешь?
-На работе твоей сказали.
-Больше не звони мне
на работу, ладно?
-Хорошо, не буду.
Ну не сердись.
Ой, все, пора, у меня обед кончается.
-Погоди бежать.
Ты так и не рассказала,
чего Вера от тебя добивалась?
-Ерунда. Помнишь, вы с Игорем
дядьке моему помогали,
мешки в подвал носили?
-Допустим.
-Она про этот подвал
и спрашивала. Антош,
я чего подумала...
Две квартиры, да? У тебя, у меня.
Чего нам не съехаться?
-Погоди с квартирой.
Что конкретно она говорила?
-Да просто спросила, и все.
Трехкомнатную можем взять.
Маленькому отдельная комната будет.
-Ребеночек-то мой?
-Ну а то чей же?
Я Игоря до себя
три месяца не допускала.
Упокой Господь его душу.
Врала, что болезнь у меня женская.
Все, пора мне.
А, ты когда будешь выходить,
ты там аккуратней, хорошо?
Не надо, чтобы тебя соседи
видели, я все-таки вдова.
-Угу. Угу.
-Ну все.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Я не знаю, как его описать.
С залысиной он.
-Да у нас полстраны с залысинами.
Точнее приметы давай.
-Этот?
-Я так и знал, что он мусор.
-Так это Антон Чесноков
продавец оружия?
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Стоять!
Руки вверх!
Не стрелять!
ВЫСТРЕЛЫ
-Мертвый уже ничего не скажет.
Зачем он стрелял?
Чудной замок. У нас таких
не делают. Заграничный.
-Нет, Леха, еще таких крепостей,
которых не брали бы большевики.
Давай.
Ну теперь, если повезет, что-нибудь
украдем. В восемь объявят о смерти
Чеснокова, квартиру опечатают.
Так что времени у нас немного.
-Иван Петрович,
у нас же ордера на обыск нет.
-Спасибо, что предупредил. Я тебе
больше скажу: у нас его и не будет.
-Признаков жизни маловато.
Он же здесь ел, спал, баб водил.
Должно что-то быть.
-Слишком чисто. Все слишком.
Леха...
Если что и было, он все сжег.
-Квитанции. Будем смотреть,
Иван Петрович?
-Будем. Держи.
Счета за квартиру, за свет, за газ.
Скрепочки. Аккуратист.
-Матушка моя тоже все квитанции
бережет. Попробуй
хоть одну выбросить.
-Ну-ка, посвети сюда. Какие-то цифры.
Торопился писал. Накарябал.
Хоть что-то.
Положи на место.
Не фартовые мы, Леха,
с тобой домушники.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Этому человеку ты продавал автоматы?
-Да.
-Выйди.
-Есть.
-Может, ошибся?
-Может, ошибся. А вам как надо?
-Я не пойму, Чесноков
герой или бандит?
-Читать умеешь?
-И что, этот герой был в подвале,
он приходил за оружием?
-Теперь уже не имеет значения.
-А почему я не знал об операции?
-Не успел предупредить.
Действовать надо было.
-Ну конечно. Как таскать меня
по подвалам - так ты успеваешь.
Не доверяешь мне, Иван Петрович?
-Да и себе не верю.
Вот смотрю и глазам своим не верю.
-Н-да...
-Иван Петрович, видели там, внизу?
Чесноков - герой. При исполнении.
Некролог.
-А ты чего разволновался-то?
Деньги на похороны собирают?
Так дай. Или 3 рубля жалко?
-Как же так, Иван Петрович?
Объясните.
-Не обязан.
-Да, герой. Да, погиб как герой.
Доказать связь Чеснокова
с бандитами не можешь - тупик.
-Из любого тупика выход есть.
-Лбов не хватит стены пробивать.
Ты знаешь, что сейчас происходит
между Щелоковым и Андроповым?
-Догадываюсь.
-Война!
КГБ унюхал гниль в наших рядах,
внедряет своих агентов.
Что доложат Андропову? МВД снабжает
оружием бандитов, а бандиты
из наших автоматов стреляют
в наших людей! Что я скажу Щелокову?
-Сказать можно все, даже правду.
-Да кому она нужна, на хрен,
такая правда?!
После такой правды стреляются.
Капитан милиции Чесноков участвовал
в задержании опасных преступников.
Был убит. Все!
-Герой есть, преступников нет.
Но кого это интересует?
-Может, тебе отдохнуть пару недель?
-Рапорт об отставке не подам.
Уволить вы меня не можете.
Нет оснований.
-А вы наглеете, майор.
-Быть может, товарищ генерал.
ТРЕВОЖНАЯ МЕЛОДИЯ
-Илья!
-Привет.
-Илья!
Ты когда так неожиданно из дому
срываешься - предупреждай.
-Мне что, перед тобой отчитываться?
-Если дело касается всех нас - да.
-Искал иголку в стоге сена.
Стог сжег, иголку не нашел.
-В каком стогу искал?
-У Чеснокова и у Говорковой.
Наши деньги украли.
Чесноков украл 100 тысяч.
Я уверен, что деньги
он спрятал у любовницы.
Приготовь оружие.
-Сказали когда?
-Скоро.
-Боже мой...
Это что?
-Федор Григорьевич?
-Чего жмешься, зятек? Не призрак я,
из больницы не всегда
вперед ногами выносят.
-С выздоровлением.
Домой заезжали?
-Успеете еще на меня налюбоваться.
Ишь как развернулся,
новатор-рационализатор.
Арест главаря банды. Сколько
осталось? Неделя? Успеешь? А?
Ириски любишь?
-Прошу прощения.
-Прощения? У кого?
У Гаркуши? Вся его работа коту
под хвост. А он жизнью рисковал.
Или у Черкасова,
операцию которого ты провалил?
Сопли не распускай. У меня
лишнего носового платка нет.
-Настя, поработай с этими цифрами.
-Номер телефона?
-Возможно.
-Ну и что ты там,
в этом Госфильмофонде делаешь?
-Кино смотрю. А ты чем занимаешься?
-Трупы фотографирую.
-Какая интересная работа.
-А ты всегда пьешь из чужих стаканов?
-А он что, твой?
-Мой.
У меня на Стаса большие планы.
-Правда?
У меня тоже.
-Не приходи сюда.
-Ты прошлое, а я будущее.
А в настоящем у Стаса никого нет.
-Я люблю...
люблю...
тебя.
Я...
...в насто...
Я в настоящем.
-Добрый день. Спасибо, я здоров.
Спасибо, со мной все в порядке.
Рад вас всех снова видеть.
Говорить буду недолго, но внятно.
Вань, в стол не смотри,
на меня смотри.
Ну бог с тобой, зверем смотри.
Если б мы взяли Чеснокова живым,
могли б сказать: мы вычистили мразь
из наших рядов. Не получилось.
Чесноков мог вывести нас
на членов банды. Но ты,
Меткий глаз - Кривые руки,
эту ниточку разрубил.
-Виноват.
-Хватит. Покаялся.
Иван Петрович, генерал Громов
имел с тобой разговор, я в курсе.
И он прав. Сейчас,
на данном этапе следствия, прав.
-И тебя убедил?
-Оставлю твой вопрос
без комментариев. Прошу всех
строго следовать этому указанию.
Антон Чесноков - герой.
Так надо, Леша!
И не сверкай на меня
своим подбитым глазом.
Какие бы ни задавали вам вопросы,
ни на какие провокации не идти!
Это приказ.
-Милиционеры автоматы бандитам
больше не продают, да?
-Не продают.
-Это я была инициатором
этого направления расследования,
поэтому прошу у всех прощения.
Мне жаль, что так вышло.
-Соня, я разве сказал,
что все закончилось?
По-моему, я ясно выразился.
Нам никто не запретил искать врагов
(я не оговорился) в наших рядах.
-А вот наши ряды. Ищите врагов.
-Леша, побереги мои нервы,
они у меня не железные.
Работайте.
ОРГАННАЯ МУЗЫКА
-Леша, ты когда костюм купил?
-Вчера. В честь твоего дня рождения.
-И сам выбирал?
-Ну... Соня помогала.
-Божественно!
Это гениально.
-Алексей, а вам понравилось?
-Да.
-Завтра в Концертном зале Чайковского
Гарри Гродберг, орган.
Алексей, а вы любите орган?
-Я... балалайку люблю.
-Мы просто обязаны все вместе
сходить в консерваторию
и послушать там орган.
-Прекрасное предложение, Мишенька.
С удовольствием!
-Без меня.
-Алексей, уговорите, пожалуйста,
Настю уйти из милиции.
Я думаю, что ей просто
нечего там делать.
-Совершенно верно.
-Знаете что... друг детства...
-Миша.
-Михаил, Настя сама решает,
где ей работать.
-Простите, Алексей,
я поступил бестактно.
-Алексей, а если бы вы ушли
из милиции, где бы вы работали?
-А я и не ухожу из милиции.
А если б такое случилось,
я слесарь третьего разряда.
Профессия в руках есть,
с 15 лет на заводе.
-Мам, Леша шутит.
-Я не шучу.
А ты что-то имеешь против слесарей?
Вообще-то, рабочий класс,
он тоже этого... Баха слушает,
и ничего, внимает.
-Совершенно верно.
Недавно мы играли шефский концерт
на заводе. Я играл "Лунную сонату",
и люди, они... они плакали.
-Алексей, ваша салфетка
с правой стороны.
-Спасибо.
-Мама!
-Настя, я хочу подать чай.
Пожалуйста, помоги мне.
Мишенька, вы тоже пройдемте с нами,
поможете. Пожалуйста.
-Леша, ты наври.
Ну наври ей что-нибудь, ну наболтай,
что физиком будешь или учителем,
в институт пойдешь...
Не мечтала она, что дочь
выйдет замуж за милиционера.
Тем более - слесаря.
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
-Леша, что случилось?
Ты даже не попрощался.
-В том-то и дело, Насть,
ничего не случилось. Совсем ничего.
У тебя есть прекрасный друг детства.
Утонченный, перспективный.
Я тебе зачем?
-Леша, ты вообще о чем?
Я Мишу сто лет знаю.
Если бы хотела выйти за него замуж,
уже б давным-давно это сделала.
Я тебя ждала.
-И кого ты дождалась?
Настя, послушай... Родная моя,
ты очень хорошая, но...
-Я поняла, Леша.
Ты любишь Соню и не женишься на мне,
только потому что ждешь ее.
-Зачем ты хотела меня видеть?
-Есть люди, которые готовы
помочь Стасу.
Его примут в Союз художников,
а это совсем другая жизнь,
как ты понимаешь.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Ты ведь любишь Стаса.
-Дальше.
-Если он не пойдет на эту выставку,
просто ее проигнорирует -
так будет лучше. Для него, конечно.
А тебя он послушает.
-Поздно. Стас уже на выставке.
-Он собирается прочитать речь
"Власть и художники". А этого
делать не надо. Это волчий билет.
Он всю жизнь будет в совхозе Ленина
рисовать, ты понимаешь?
-А ты откуда знаешь про речь?
Конспектировала в ночной тиши на тему
"Обнаженная натура и художники"?
-Мы сейчас разговариваем о Стасе,
а не о наших отношениях.
И, насколько я понимаю,
мы обе хотим ему добра.
-Прости, мой автобус.
ЗЛОВЕЩАЯ МУЗЫКА
-Они не понимали, как можно
так обращаться с художником!
Никто на Западе не мог поверить,
что можно вызвать бульдозеры,
бросить их на людей
и ломать их картины.
-Простите.
-Но сегодня люди в штатском
не пришлют бульдозеры.
По крайней мере, они так обещали.
Власть пошла на попятную.
-Сфотографируй,
потом с ним побеседуем.
-Но власть хитрит. Наши картины
все равно будут уничтожены.
Наше искусство - это зона
социального сопротивления,
это зона нашей свободы.
Свободы мысли, свободы убеждений.
А разве нашей власти нужна свобода?
Нет. Им нужно, чтобы мы расцветали
под их надзором. Мы поставили
волшебный щит Персея перед властью,
чтобы власть увидела
свое отражение и окаменела.
ТЯГОСТНАЯ НАПРЯЖЕННАЯ МЕЛОДИЯ
-Стас, сними покрывало.
-Хорошо. При одном условии: на все
мои вопросы ты будешь говорить "да".
-Да.
-Ты выйдешь за меня замуж?
-Неожиданно.
-Да или нет?
Ты мое настоящее.
МЕЛОДИЯ ОБОРВАЛАСЬ
Оксана.
-Удар острым предметом в поясничную
область. Пробита аорта.
Кровопотеря в течение нескольких
секунд. Остановка сердца.
-Ваня...
Ей не холодно.
Убийца прекрасно знает анатомию.
-Врач?
Студент-медик?
-Студент вряд ли. Не каждый врач
такое может сделать.
Оперирующий хирург.
Или патологоанатом.
Профессионально сработано.
Бедная девочка,
кому ты могла помешать?
-Вот так.
Рит, ну... так надо.
Так надо.
-Можно спросить?
-Нет.
-Это моя мать.
А ей всегда было не до меня.
"Мама..." - "Отстань!"
"Мам, а можно?.." - "Делай
что хочешь".
"Мам, у меня живот болит". -
"Таблетку выпей".
Она была хорошим хирургом.
А я тоже мог стать хорошим хирургом.
Я в медицинском учился,
а она вдруг раз - и умерла.
А я потом с ней две недели
разговаривал.
Она слушала, не перебивала.
Я ей все-все про себя рассказал.
А потом приехали врачи.
Меня в психбольницу положили.
Я люблю мертвых.
Они слушают, молчат, они...
не предают.
У меня их быстро забирают.
В землю закапывают,
а в земле они меня не слышат.
Есть хочу.
-Паша, я же с тобой за все
рассчиталась и сделала все,
что ты хотел. Я пойду.
-Ты есть не хочешь?
-Нет.
-Иди.
-Паша... Тварь.
-Меня жалеют. Поэтому не гонят
тебя с завода. За тебя полы мою.
Не постирает, не приготовит.
Послал же Бог такую дочь.
У тебя кофта в углу
второй день валяется.
Самой постирать сложно?
-Мама, да все будет.
И холодильник новый купим,
и шубу тебе с сережками.
-Стасик, дорогой... успокойся.
Калина нам все рассказала,
мы тебе искренне сочувствуем.
Мы правда пришли помочь тебе.
-Уходите.
-Стас...
Ты нам все-таки не чужой.
Мы знаем, ты в трудном положении.
Мы готовы купить у тебя картины.
-Да, они будут украшением
нашей коллекции.
-Калина наверняка тебе сказала.
У тебя есть все шансы стать членом
Союза художников. Ты же понимаешь,
что это дает? Выставки, гонорары,
собственная мастерская...
Стас, мы поможем!
-Да, кстати, а за эту картину,
где твоя любимая девушка,
мы готовы заплатить...
-Вы зачем пришли?
А?
Какого черта вы пришли?!
Что вам надо от меня? Талантливый?
Вот, держите. Возьмите.
И вот это тоже возьмите.
-Успокойся!
-Пусть они уйдут.
-Они уйдут.
-Пусть они уйдут.
-Сделай глубокий вдох!
И держи дыхание. Они уйдут.
Они сейчас уйдут.
-Я думаю, вам лучше уйти.
-Здравствуйте. А вы кто?
-Майор Черкасов,
московский уголовный розыск.
-Да, вы правы.
Калина, все, мы уходим.
-Уходят.
-Стасик, ты выздоравливай.
-Да.
-И вам - до свидания.
-Если вы пришли допросить Стаса,
то лучше не сегодня.
-Стас...
-Налейте, пожалуйста, водки.
Только немного.
Соберись.
-Держи.
-Привет, Иван Петрович.
Его Оксана любила.
Она тебя любила.
А ты... Если б ты ее любил,
то этого всего не было бы.
Если б ты ее любил!..
-Тихо-тихо. Тихо. Пей.
Спокойно пей. Ну...
Молодец. Ложись.
Не трогайте его, пожалуйста.
Я его вчера из петли вытащила.
-Вас Калиной зовут,
я правильно понял?
-Да.
-Я хотел спросить у Стаса.
Оксана не оставляла здесь
какие-нибудь документы
или фотографии?
-А, ее вещи? Да, я их собрала.
Вот. В этой папке какие-то бумаги.
Я не смотрела.
А это - ее личные вещи.
Можете забрать.
-Я возьму.
-Вот, Ваня, фотографии с выставки.
Там много журналистов было,
все согласились помочь.
-Спасибо, Гриша.
Где-то здесь стоит убийца Оксана.
-Нет, этих фотографий я не помню.
-Оксана вышла на чей-то след,
но не догадывалась об этом.
А кто-то догадался.
Неужели она тебе ничего не говорила?
-Я ее не слышал.
Был слишком занят собой.
Дайте еще раз посмотреть.
Вот этого помню. Он был на выставке,
я его краем глаза зацепил.
Парень - псих. Глаза психа.
Я знаю, что говорю:
я с лицами работаю.
-А что еще ты краем глаза зацепил?
-Больше я ничем не могу вам помочь,
Иван Петрович.
По крайней мере - не сейчас.
-Слишком занят собой?


Серия 4

-Этот парень стоял рядом с Оксаной.
Он мог смотреть только на нее.
-Как его найти?
-Поброди по больницам, поспрашивай.
Зинаида сказала, что Оксану убил
человек, хорошо знакомый с анатомией.
-Иван Петрович, больниц много.
-Много. А времени у нас мало.
-Здравствуй, Калина.
-Здравствуйте, Лев Давидович.
-Хочу поговорить с тобой о Стасе.
-Хотите его усыновить?
-Не ёрничай. Он сын моего друга,
и я хотел бы ему помочь.
-Хорошо. А в чем вы можете
ему помочь?
-У меня есть к нему
деловое предложение.
-Жуть какая!
-Зато эти твари
надежнее любой охраны.
Сатаров доверяет только собакам.
-Как ты жила в этом замке
с волкодавами?
-Нормально жила.
-А я, по-моему, у Сатарова
был только один раз.
-Помнишь меня?
Мне 10, тебе 15...
Я тебя поцеловала.
-Да, я растерялся.
-Не ври. Ты сказал: "Подрасти,
девочка, тогда будем целоваться".
Счастливое время было.
А потом отца расстреляли,
мать повесилась (обо мне почему-то
не подумала), и Сатаровы
забрали меня из детского дома.
А этот дом стал моим.
-Простите, Лев Давидович, но первое,
что я хочу сказать, - меня не нужно
делать членом Союза художников,
меня не нужно трудоустраивать.
Так что давайте конкретно,
что вы от меня хотите?
-Надо сделать копию с одной картины.
У тебя будет комната в моем доме,
полный рацион, деньги на карманные
расходы, выходной раз в неделю.
-Я не делаю копий.
-Не отказывайся.
Гонорар очень приличный.
-Разрешите откланяться?
-Что тебя не устраивает?
-Выходной... раз в неделю.
-И что же они тебе предложили?
-Работу. Теплую постель и чечевичную
похлебку - стандартный набор.
-Ты же согласился?
-Нет, прости, я тебя подвел.
Ты так хочешь меня передать в хорошие
руки. Но я не буду на них работать.
-Ты чего?
-Ой, извини.
Извините.
-Нет, я не знаю этого человека.
А почему вы ко мне обратились?
-Просто есть версия, что он
хирург или патологоанатом.
А может быть, вы в других больницах
его видели? Вы же, врачи,
знаете друг друга.
-Всех все равно не запомнишь.
Нет, в других больницах не видел.
-Ясно. Я просто
уже 15 больниц обошел.
-Сколько еще осталось?
-Столько же. Ну...
-А что этот парень натворил?
-Да так, мелкое хулиганство.
Спасибо. До свидания.
-До свидания.
Паш, не холодно тебе?
-Пирожок хотите?
-Да нет, спасибо.
Слушай... ты в последнее время
ничего дурного не сделал?
На улице хулиганил, избил кого-то?
-А почему вы спрашиваете?
Меня ищут?
-Нет-нет, все хорошо,
никто не ищет. Я же беспокоюсь
о тебе. Я же слово дал твоей матери.
-Иван Петрович, вам попадались
рояли в кустах?
-Чаще топоры.
-Я - ваш рояль.
Вот. Цифры, которые вы поручили мне
проверить, - номер Госфильмофонда.
Служебный номер Калины Полтавченко.
-И?
-Я ее знаю давно, она работает
в Госфильмофонде. Мы с мамой
несколько раз были на закрытых
просмотрах - Чаплина смотрели.
Калина торгует местами, проводит
нужных людей. Но мы с мамой люди
не очень нужные, поэтому
с нас она драла по трешке.
-Немало. Калина, Госфильмофонд...
-Андрей Викторович...
А вы почему ушли?
Вам фильм не понравился?
-Нет, ну что вы, прекрасное кино!
Но мне надо уехать. У моей жены
сегодня день рождения. Но я обещаю,
что в следующий раз досмотрю
этот фильм до конца. Благодарю вас.
-Спасибо вам. До свидания.
-Дим, мы же не в кабинете.
Скажи, что происходит.
-Ты опять про Черкасова, что ли?
-Что у него в голове?
Кого подозревает?
Как близко подобрался к банде?
-Да я не знаю. Он со мной не делится.
Он вообще ни с кем не делится.
Я попытался стать ему если
не другом, то хотя бы помощником.
Но моя помощь ему не очень нужна.
-Ты же читаешь протоколы допросов.
-Только те, которые он мне дает.
Андрей, ты что, так волнуешься
из-за этих дубленок, что ли?
Да плевать Черкасову на эти
дубленки, понимаешь? Плевать.
-Дело не в дубленках, все гораздо
хуже. И все ближе и ближе к стенке.
Пли!
-Я чего-то не знаю?
-Все нормально.
Я в порядке.
Всё будет как будет.
-Мне нужно получить из архивов КГБ
дело Калины Полтавченко.
-Из КГБ? Издеваешься?
У них снега зимой не выпросишь.
-Знаю-знаю. Давай подписывай,
Федор Григорьевич.
-А кто это - Калина Полтавченко?
-Девушка.
Которая меня очень интересует.
Красивая.
Ткач Дмитрий Алексеевич
работал у вас и вел дело
Калины Полтавченко?
-Да. Покупка валюты
в особо крупных размерах.
Там грозил большой срок,
но Ткач сумел доказать ее
невиновность. Да вы почитайте,
в деле все указано.
-А почему он уволился из органов?
-Я с ним лично по работе никогда
не сталкивался. О нем отзываются
все очень хорошо. Большие
перспективы. Но от него жена сбежала.
Балерина, осталась во Франции.
Сами понимаете, в нашем учреждении
карьере конец.
Но, насколько я знаю, на новом месте
он чувствует себя очень хорошо.
-Представляете, майор Черкасов
в кабинете у Протасова.
Интересно, каким ветром
его сюда занесло.
-Я бы вопрос по-другому поставил:
каким ветром наконец тебя к нему
занесет?
-А вы в курсе, чтобы к ним пройти,
я, полковник КГБ Лебедев,
должен пропуск у них заказывать?
Во как стоят!
Стойкие оловянные солдатики...
Интересно все-таки,
что он делал в кабинете Протасова.
-Роберт, квалификацию теряешь. Только
и умеешь, что вопросы задавать.
Черкасов дело Калины Полтавченко
из архива затребовал.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Кто там?
-Милиция.
-Здравствуйте.
-Гражданка Говоркова?
-Да, это я. А у меня уже была
милиция.
-Я в курсе. Капитан Лобанов.
Разрешите?
-Пожалуйста.
Сюда.
-Вы звонили на службу
Антону Чеснокову?
-Да, я звонила.
Хотела узнать, когда похороны.
-Понятно.
-Может, вы чаю хотите?
-Нет, спасибо. У меня распоряжение -
доставить вас в морг.
-Зачем?
-Извините, грубовато получилось.
У Антона остались ценные вещи:
золотая цепочка, часы.
Родственников мы найти не смогли.
Вы должны опознать вещи.
И по закону мы обязаны вернуть их.
-А я не жена.
-А мы в курсе.
Но ближе вас у Антона никого не было.
Машина возле подъезда.
Это займет буквально час.
-Ну хорошо, я поеду.
-Спасибо большое.
-А вы меня обратно довезете?
-Конечно, не волнуйтесь.
Прошу.
-Спасибо.
-Здрасте.
-Добрый день.
-Плед хотите?
-Нет, спасибо. В машине тепло.
-Может, чаю?
-Нет, спасибо.
-С мятой и медом.
ПРИГЛУШЕННО КРИЧИТ
-Приемник хороший,
а вот "Голос Америки" не ловит.
-Ничего, "Маяк" хорошо ловит,
а больше нам не надо.
РАДИО: Художник Стас Шелест
сказал (цитируем дословно):
"Наше искусство - это зона
социального сопротивления.
Это свобода мыслей и убеждений.
Мы поставили зеркальный щит Персея,
чтобы власть увидела
свое отражение". И что же?..
-Вам хорошо слышно, товарищ Громов?
-Не глухой.
РАДИО: ...Она не стала ждать.
Девушка художника-оппозиционера
была убита на глазах сотен людей.
Мы видим, что для КГБ все средства
хороши. И мы понимаем...
-И теперь об этом год будут
говорить, товарищ генерал.
Кто такой Шелест?
Никто! Посредственность произнесла
какую-то ерунду про власть
и художников и стала знаменитостью.
"Голос Америки" заговорил о нем!
Чего только не сделаешь ради славы!
Мать родную не пожалеешь.
-Ерунду сейчас несешь,
Роберт Михайлович.
-Зачем Комитету госбезопасности
этот психопат Шелест?
Да пусть он вещает хоть со всех
помоек - нам до фонаря!
И девушка нам его не нужна,
неинтересна она нам.
-Роберт Михайлович,
это не политическое убийство,
а уголовное.
-Ну допустим.
А инкассаторы?
Ведь не дядю Петю дружки убили
в подворотне - государевых людей
убили. Убили бандиты в милицейской
форме. Я убежден, что в вашей
братии завелись крысы,
и нисколько не удивлюсь тому,
что убийство инкассаторов
на совести ваших милиционеров.
Заметьте, не бандиты,
переодетые в милицейскую форму,
а именно милиционеры.
-Товарищ полковник...
-Ты, Черкасов, с мертвой точки
не двинулся в расследовании убийства
инкассаторов, а вот убийство
девочки тебя сильно взволновало.
Могу только догадываться почему.
-Закрой рот.
-Были или не были любовниками,
сказать не могу, свечку не держал.
-Извините.
-Вы, конечно, имеете полное право
пожаловаться, мы примем меры.
Но если по-честному, по-мужски,
я бы так же поступил.
Погоны не дают.
-Погоны - дело такое:
сегодня они есть, а завтра их нет.
Мое руководство официально
известит вас о нашем сотрудничестве.
Крыс будем искать в вашем логове.
До встречи.
Здравствуй, Соня.
Извини, был неправ.
-Ну, скажи где деньги,
и для тебя все кончится.
-Ка... кие...
-Паш, нормально все у тебя?
Здрасте еще раз.
Ну работай, мы поехали.
-Иван Петрович, я вас уже
целый час жду, замерзла.
-Давай рассказывай.
Только не тараторь. И по делу.
-Антон Чесноков знаком с Калиной.
Она его всем представила как своего
родственника. Встречались часто,
на просмотрах, кино не любил.
-Калину любил?
-Ну может быть.
Закрывались в кабинете, чай пили.
-Значит так, Антон Чесноков любил
Калину, пил с ней чай. Молодец.
Значит так, я тебя прошу...
-Не болтать об этом.
-И еще, ничего не предпринимай
без моего разрешения.
-А я могу поближе познакомиться
с Калиной?
-Настя, если я сказал "нет",
это значит замри и стой на месте.
Пошли.
-И что, они прямо выставили
тебя на улицу?
-Да, сказали: "Пусть "Голос Америки"
дает тебе жилье и работу".
-Я могла бы предложить тебе
пожить у меня. У меня одна кровать,
а со мной спать ты отказываешься.
-Ничего, есть много разных мест:
парки, скамейки, вокзалы. Отпущу
бороду и бродягой пойду по Руси.
-Ну и долго ты протянешь
на этих скамейках?
Стас, Сатаровы предложили тебе всё:
деньги, жилье, еду. В конце концов,
это временно, и они тебя любят...
-Да, как собака палку.
Ну ладно, хорошо, если ты так хочешь,
чтобы я на них поработал...
-Очень хочу.
Умница.
-Хорошая у тебя мама,
только не разговаривает.
-Целый час сидит.
От чая отказался.
Имя не назвал.
-Это мой приятель.
-Вам телефон надо провести,
тогда я приходить не буду.
Бедно у вас тут. Хочешь,
я тебе зеркальный шкаф куплю?
-Чего пришел?
-Илья ждет.
-Он мне не нравится.
-Мне тоже.
-Тебя уволили.
Велели прийти за расчетом.
Нюра, что происходит, я хочу знать!
-Мамочка, у нас всё хорошо.
Правда.
-Хотел же отпроситься, но, видишь,
конец года - план гонят.
-Пап, не переживай.
-Я утром приду, сменю.
Там горчичники, капли...
-Па...
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Привет.
-Поехали.
-Куда поехали? У меня мама болеет.
-Это ты не мне будешь объяснять.
-Так, поехали. Серега, бери автомат
и Нюрке скажи, ее тоже касается.
-А где у нас чек на сережки
с изумрудами? А?
-У меня.
-Давай сюда.
-Вот он.
Людмила Васильевна, отпустите меня
сегодня пораньше. День рождения
у ребенка, хотела тортик купить.
-В соседней кондитерской "Сказку"
завезли. Ну беги, они скоро
закрываются.
-Спасибо.
-А мы здесь сами справимся,
работы немного.
-Кать, и мне купи.
Я тебе потом отдам.
-Хорошо.
-Наташ, муженек-то сегодня будет?
-Собирался.
-Я тебе сто раз говорила, чтобы Олег
не приходил сюда после закрытия.
-Людмила Васильевна, он всегда
меня встречает после работы.
-Ну пусть на улице ждет.
Что за манеру взял - ломиться
в магазин? У нас тут товар,
между прочим.
СТУК В ДВЕРЬ
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте, товарищ милиционер.
-Хорошие вы мои, славные! Тишина,
ни шума, ни крика, ни звука!
Это ограбление.
Позволите?
СТУК В ДВЕРЬ
Ну что стоишь? Открой.
Может, мерзнет человек.
СТУК В ДВЕРЬ
Вы заходите, мы только вас и ждем.
Ну пожалей девку.
ЖЕНСКИЙ КРИК
-А пойдемте завтра на каток?
Все вместе.
-Пойдем.
-Я - за.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Давайте не будем брать трубку.
Нас нет дома, мы ушли в гости.
ТЕЛЕФОН НАСТОЙЧИВО ЗВОНИТ
Ну бери.
-Да?
Выезжаю.
Рит, Ален, каток в следующий раз.
Я уехал.
-А знаешь, что мы будем делать?
Мы будем письма Славкины читать.
-Поздравляю всех с успешной работой.
-Работой?
-Да, Нюр, такая работа.
Нам молоко за вредность полагается.
Дают тебе на заводе молоко
за вредность?
-Литрами пила, тошнит уже.
-Ладно, засунь руку в мешок,
выбери себе любую бирюльку.
Я сегодня Дед Мороз - можно.
-Смотри.
-Ну что, Серега, убивать легко?
-Да она мне сниться теперь будет!
По ночам, с двумя тортиками "Сказка".
-Купи себе "Сказку", съешь,
успокойся. Девчонкам
просто не повезло.
Что?
-Ты уверен, что убил его?
-Ну я вроде как в сердце стрелял.
-Вроде... Все у тебя вроде.
Серега, переодевайся.
-Живой! Иванцов, посмотри,
скорая приехала?
-Там Лена и Людмила Васильевна -
заведующая.
Людмила Васильевна 20 лет
в торговле. Я, считай, ее ученик.
Катя - солнышко, а не девочка.
Сынишке пять лет сегодня.
Я крестный.
-Дмитрий Алексеевич, ты не бубни,
давай по делу.
-Да не могу я по делу.
-А ты через не могу. Ты в этот
магазин как к себе домой ходишь,
детишек крестишь!
-Охраны тут не было никогда.
-И это что, повод для такого вот
ограбления?
-Я не знаю.
-Сонь!
Что скажешь?
-Два автомата и два пистолета
Макарова - те же.
-И та же банда?
-Не знаю, выводы пока делать рано.
Скажу чуть позже.
-Как кур перестреляли, твари.
-Говорят, милиционеры были.
Видели их.
-Видеть-то видели, да разве лица
запомнишь? Форма - все на одно лицо.
-Уже милиция начала грабить, дожили!
-Неужели этому повезло? Живой.
-Иван Петрович, продавщица пирожков
их видела. Говорит, что были
в милицейской форме,
но лиц она не запомнила.
-Леша, тут витрины каждый вечер
горят, народ ходит туда-сюда!
Неужели никто никого не видел!
Плохо работаешь, Леха!
-Попробуйте сами, Иван Петрович!
-Иди!
Дмитрий Алексеевич, а ты-то
как думаешь, почему этот магазин?
-Сюда поступила партия бриллиантов.
-Вот в этот захудаленький
магазинчик - партия бриллиантов?
-Ну так план, черт возьми, конец
года. Директора магазинов глотки
друг другу рвут за дорогие товары.
-Та же схема, что в универмаге:
дорогой товар, ограбление, убийство.
-А знаешь что, креститель?
Подготовь-ка мне все бумаги
по перемещению этих бриллиантов.
-Хорошо.
-А что теперь с тем, живым, делать?
Он же меня видел, прямо в глаза мне
смотрел!
-Я найду его, Сереж, найду и убью!
-Может, заткнетесь?
-А может, ты потише будешь?
Я с детства тряски не выношу!
-А если он ничего не скажет?
Лицо видел, но не запомнил?
-Сядь.
-А если умрет?
Единственный свидетель.
-Леш, ты ногти в детстве грыз?
-А что?
-Грызи.
-Быка можно убить вашим спокойствием,
Иван Петрович!
-Странное орудие для убийства быков.
А на фронте как?
Пять минут тишины - спи.
А мы сейчас на фронте.
-Попробуйте поговорить с ним.
Вышел из наркоза, сознание путаное.
-Олег, вы можете говорить?
-Где Наташа?
-Вы помните лица людей,
которые в вас стреляли?
-Наташа жива?
-Вы единственный,
кто может опознать убийц.
-Ее убили?
Не... не сметь врать!
Не сметь мне врать!
Где она? Покажите мне ее,
приведите мне Наташу!
Я хочу ее видеть!
Где Наташа? Наташа!
-Так, всё, придется
отложить до утра.
-Товарищ майор, сержант Ерошкин
по вашему приказанию прибыл.
-Как проснется - сразу дай мне знать,
в любое время дня и ночи.
И чтоб ни одного
постороннего в палате.
-Есть!
-Я так больше не могу! Я не понимаю!
Они не твари, они... черти,
они нелюди! Я таких еще не встречал.
Мы ничего не можем, мы, как слепые
котята, куда-то тыркаемся,
тыркаемся!
Ну что вы молчите?
Что вы об этом думаете?
-Я думаю. Тебе надо помолчать.
Чего это с ней?
-Легкое недомогание
на фоне усталости.
-Ничего.
-Зин... Одевайся, поехали.
-Да я просто упала в обморок.
Куда?
-На кудыкину гору.
Давай руку.
Тихо-тихо...
Осторожно.
Дверь открой.
-Ага.
А что с ней?
-Отвезешь домой.
Чай, много сахара и лимон.
-Ага.
-А потом в больницу, к свидетелю.
-Хорошо.
-Зина, обещай, что хотя бы
ты с ума не сойдешь.
-Три года блокады?
Уже нет.
-Что там экспертиза?
Есть что-нибудь?
-Та же банда, то же оружие.
Отпечатков нет, работали в перчатках.
Я все тебе подробно напишу.
-Только бы живыми их взять...
Каждого по одному расставлю.
-Иду, иду!
-Вечер добрый.
-Здрасте.
-Вы хозяин дома?
-Не, хозяин дома студент.
С легкими у него плохо,
его сослали вот на свежий воздух.
А я так, помогаю по хозяйству.
-Чья машина?
-Так хозяин недавно
вернулся из города.
-Студент?
-Ничего себе студент!
На мерседесе разъезжает.
-А чего нет, если родители
большие шишки?
Хозяин!
-Товарищи милиционеры? Здрасте.
-Здравствуйте.
Люди видели милицейский уазик,
свернул на вашу улицу.
-Люди? У нас здесь люди завелись?
-Да нет, был уазик. Мимо пролетел,
едва калитку не сшиб.
-В какую сторону проехал?
-Вот туда он поехал. Там дорога
через лес идет, по ней мало кто
ездит. Я еще подумал:
чего он туда рванул?
-Номер не запомнили?
-Нет, не было нужды.
-Мужики, может, в дом зайдете?
-В другой раз. Спасибо.
-Ну ладно. Тогда держите - вам
за вашу честную и трудную службу.
-На службе. Благодарю.
-Я обижусь сейчас.
Чего вы? Нормально, все нормально.
Паш, давай в подвал.
Заждалась тебя, наверное,
наша гостья.
Поехали. Канистру
с бензином не забудь.
-Это обязательно?
-А что делать?
Они на этом не остановятся.
МИЛИЦЕЙСКАЯ СИРЕНА
ГРОМКОГОВОРИТЕЛЬ: Автомобиль УАЗ
"21-07", немедленно остановитесь!
"21-07", требуем немедленно
остановиться!
В случае неповиновения
открываем огонь!
РАЦИЯ: Милицейская машина желтый УАЗ
"21-07 мкл" не остановилась
по требованию ГАИ. В машине четыре
человека. Возможно, вооружены.
-Миша, газу!
РАЦИЯ: Всем постам! Задержать
милицейскую машину УАЗ "21-07 мкл"!
-Выходи из машины.
-Что, прям здесь, что ли?!
-Выходи давай!
Спорить со мной будешь?!
Отошли все!
Дай зажигалку.
КРИЧИТ
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
ИСТОШНО КРИЧИТ
СЛЫШНЫ КРИКИ
-Тише, тише, успокойся.
Еще раз такое повторится -
убью обоих. Иди в дом!
Электричка через час.
-Что ты с нами как со скотами?
Что вообще происходит?
Баба орет ночами, я с ума схожу!
А я, между прочим, больше вас убила!
Что мы с Серегой имеем -
шиш с маслом. Гони нам наши деньги,
и мы уйдем. И цацок половину -
нашу долю!
-Не время с цацками высовываться,
переждать надо. Пойдемте в дом,
поедим.
-Не хочу я есть,
не хочу в этот дом!
Поехали.
-Убивают весело, нагло, при народе!
Мразь! И никто их не видел,
только черные рожи!
-Слушай, Вань, а помнишь, мы в свое
время с Тимофеевым стаканы двигали
по столу? Я понимаю,
это не мое дело, но все же.
Смотри...
Убита Оксана.
Случайность?
-Ну, там есть подозреваемый.
Вроде псих.
Но это вилами по воде.
-Ладно. Антон Чесноков и Калина -
тоже случайность?
-Антон Чесноков - Калина,
Чесноков - оружие, оружие - бандиты.
-Ну допроси Калину.
-Ну что она мне скажет?
"Чай пили, глазки друг другу
строили" - и будет права.
Тут другое, Гриша.
Тут другое. Есть кто-то,
кто поставляет оружие.
Есть кто-то, кто поставляет
информацию.
И есть кто-то третий.
И он координирует. Он может быть
простым, тихим гражданином,
но он мозг.
Знаешь, кого мне сейчас не хватает?
-Знаю.
Тимофеева.
-Он бы наорал на меня сейчас
и сказал, что я бестолочь.
Я бы обиделся, дверью хлопнул,
но чуйку бы нашел.
И знал бы, куда бежать.
-Ну ладно, давай. Я, конечно,
не Тимофеев, орать я не умею,
но, по крайней мере, ты вроде
не стучишь кулаком по столу.
-Спасибо большое.
-Пока!
-Надо же, посуду не разбили!
-Ты терпи меня, ладно?
Со мной правда сейчас
не все в порядке.
-Доброе утро, господа.
-Илюш, гнать эту парочку надо.
-Ну от нас - только вперед ногами.
-Сколько эту бабу держать будем?
-Пока не скажет, где деньги.
Найдем деньги - бабу в расход,
деньги наши.
-А если не скажет?
-Скажет. Да, Паша?
-Скажет.
-Твою мать! Зажигалки нет.
-В лесу обронил.
Я тебе сто штук таких куплю.
-Она со мной с фронта.
-Ну память же не в зажигалке,
а в сердце.
-А если ее найдут?
-Найдут дети летом.
Машину жалко.
Что мы теперь, на мерседесе
раскатывать будем?
-Леш, который час?
-Восемь.
-Восемь... Я что,
тут всю ночь проспала?
-Да. Черкасов просил тебя
чаем напоить, но ты уснула,
я решил тебя не будить.
-А...
Ой, ты замерз, наверное?
-Да нет, что ты? Тепло.
-Держи. Спасибо.
А уши замерзли.
Я так давно хорошо не спала!
Спасибо тебе.
-Зажигалку нашел?
-Нет.
-Всё нормально?
-Нормально.
-Пашка свидетеля нашел, едет
к нему в больничку с визитом.
-Нормально.
-Я в Москву по делам.
Что случилось все-таки?
-Я сказал, всё нормально.
-За бабой проследи, что-то она
примолкла в последнее время.
-Новости есть?
-Спит.
Товарищ лейтенант,
я отлучусь на минуту?
-Иди.
Он убит, Иван Петрович.
Свидетель убит.


Серия 5

-Из-за этого мы так рисковали?!
Илья сказал, будет большой куш.
Это большой куш, по-вашему?
-14 человек за 15 минут.
Четыре милиционера в машине,
пять - в магазине, два инкассатора
и три женщины-продавщицы.
А до этого еще два инкассатора!
И ни одного свидетеля.
Я сюда всю эту банду привезу.
Они у меня тут раком будут ползать
и всё это вылижут своими языками.
Всё вылижут!
-Работяга.
У них каждый час на счету.
-Успокойся ты, не психуй.
Я же говорил, не надо было ехать.
-Ну мне конец, Серега!
-Воровка. Всё, конец
пришел моему терпению.
Ты про банду читала?
Вот крест даю тебе, она бандитка.
Пошла я, участковому всё расскажу.
-Теть Дусь, что не здороваешься?
-Иван Петрович!
Генерал Громов распорядился временно
вывести меня из нашей команды.
Там районная милиция закрыла дело
об убийстве некоей тети Дуси,
Евдокии Сафоновой. Народ возмущен.
Я начинаю расследование.
-Ну, удачи тебе, Никита.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Здрасте.
-Здравствуйте.
-Майор Пожидаев,
московский уголовный розыск.
-Вы знаете, участковый сказал,
у всех, кто приходит в милицейской
форме, обязательно смотреть пропуск,
удостоверение. Сейчас ходят какие-то
милиционеры-убийцы,
вы небось слышали.
Ага. Спасибо.
-А почему печать сорвана?
-Ой, это вчера у Дуси объявились
какие-то родственники.
Вот они и сорвали. Они тащили всё.
Даже старые тапки взяли. Всё тащили.
-Скажите, а где ваша дочь
Нюра Горбатова?
-Ну, может у жениха.
-Фамилия жениха?
-Сережа зовут, больше
я ничего не знаю про него.
-Во как! Ни фамилии, ни места работы.
А если он бандит или тунеядец
какой-нибудь?
-Ну, Нюре 22 года, вряд ли она будет
связываться с шушерой всякой. Нет.
-Хорошо. Мы можем пройти в вашу
комнату?
-Конечно.
Проходите.
-А что, две комнаты в коммуналке,
Нюра замуж собирается.
Соседку убили.
Комната вам достанется?
Чем не мотив для убийства?
-Зачем вы так говорите? Смерть
Дуси для нас - тяжелое горе.
Это Нюра, выпускной, 10-й класс.
-Есть еще фотографии?
-Она не любит фотографироваться.
Если вас устроит заводской
пропуск...
-Угу.
-Я сейчас найду,
она еще не успела сдать.
-Григорий Михайлович, здравствуйте.
-Приветствую, Никита. Чем обязан?
-Вы меня простите за столь
неожиданный визит. Мне очень нужны
фотографии, которые Оксана сделала
на месте убийства инкассаторов.
-Да, да, я помню.
Да, сейчас. Секундочку.
Насколько я помню, она сочла
это дело тупиковым. Как, собственно,
и Ваня Черкасов, и Саблин.
-Да кто бы знал, где тупик,
а где широкая дорога.
-Вот они. Вот.
-Григорий Михайлович, эти фотографии
Оксана сделала для меня по моей
личной просьбе. К редакции
они не умеют отношения.
Хотите, напишу расписку?
-Кому, Никит? Оксане?
-Спасибо.
ВЫСТРЕЛЫ
-Деньги. Деньги, деньги.
У меня есть, я вспомнила.
У меня на сберкнижке тысяча
рублей лежит, я на шубу копила.
Мне шубу-то Антон купил,
вот вы их возьмите.
Но вам без меня их не взять.
Вы меня выпустите, я вам отдам.
Я только вам отдам.
Я больше никому не скажу.
-Твой Антон у нас сто тысяч украл.
-Какие сто тысяч?
Какие сто тысяч?
У меня нет сто тысяч.
Какие сто тысяч?
Это же очень много.
Это из-за этих денег
меня пытает этот псих, да?
У меня нет сто тысяч.
Он меня раздевает, бьет.
Ну зачем? Потом опять
бьет. И бьет, и бьет...
Я ребеночка жду, вы слышите?
Я ребеночка жду от Антона.
Я не знаю. А он там вообще,
наверное, уже не живой.
Я умереть хочу.
Пожалуйста...
-Будешь так скулить - умрешь.
МЕДЛЕННАЯ ПЕСНЯ НА АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ
-Илюш, у тебя
в холодильнике только это.
-Ну, значит, будем
запивать только это.
Гарик...
-Коньячком?
-О'кей.
-Ты сказал бы, мы по пути картошки
купили бы, хлеба.
А то ты только икрой питаешься.
-Я не живу здесь.
Так, приезжаю пыль протирать.
-Я и удивилась, когда ты нас к себе
позвал. А то тебя не было три месяца.
-А я академку взял.
Живу за городом, воздухом дышу.
-Отправляли на стажировку во Францию,
теперь академка.
-Я тебя умоляю, какая Франция?
В деревню - печка, дрова.
И видеть никого не хочу.
-Ох, Илюш, а как
скучно без тебя стало!
Ни "Метрополя",
ни подпольных просмотров - тоска.
А ты академ из-за Ленки взял?
-Ленка...
Какая она?
Толстая, худая, блондинка,
брюнетка? Какая?
-Твоя брюнетка счастлива в браке,
работает в серьезной газете и недавно
отхватила премию Союза журналистов.
-Ну молодец.
-Илюш, а шампанское есть у тебя?
Я коньяк не пью - крепко.
-Конечно, родная. Гарик, сходи,
пожалуйста. Там на кухне
в холодильнике бутылочка шампанского.
И сигары прихвати из шкафа.
-Ладно.
-Спасибо.
-Илюш, а женись на мне.
Я тоже хорошая журналистка, меня
в "Огонек" берут. У меня только
прописки московской нет.
-Нет, Галчонок, не смогу тебе помочь
решить твою проблему. Если женюсь -
один раз в жизни и по большой любви.
И обязательно на шпионке.
А тебя на этом дереве жизни нет.
-Ну, пойдем тогда хоть потанцуем.
-Пойдем.
-Илюх, что это?
-Это то, что ты думаешь, Гарик.
И это стреляет.
-Гарик, положи на место.
-Да, Гарик, положи и принеси
любимой шампанское.
-Да ладно, понты. Зажигалка.
-Дурак. Хоть бы глушитель накрутил.
На, играй.
-Илья, откуда это у тебя?
-Папа подарил. Говорит: "Уничтожай,
сынок, нещадно империалистов всех
мастей".
-Гарик, нам пора.
-А за вазу кто заплатит?
Мой сосед, министр образования?
Чем тебе, Гарик, так не понравился
министр образования?
Зачем ты хотел его застрелить?
-Следующий этаж.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Ну всё, теперь попрут с факультета.
Зачем мы вообще сюда пришли?
-Лейтенант Чигин.
Соседи слышали выстрел.
-Какой выстрел? Да дружок мой
шарахнул об пол вазу XVIII века.
Заходите, арестуйте его, пожалуйста.
-Илья Любовский, постарайтесь потише.
-Ладно, извините.
За беспокойство, ребята.
-Всего хорошего.
-Генералу привет.
Без слез не взглянешь. Ну что
припухли? Охрана круглосуточная,
свои люди.
-Ты там в своем лесу совсем с ума
сошел? Ты бы еще автомат купил.
Правильно Ленка тебя бросила!
-Илюха, я думал, он не настоящий.
-Кто закупает оружие, в каком
количестве? Документы, люди,
их биографии. Доведи их
всех там до белого каления.
В выражениях не стесняйся ни в чем.
Все должны подумать,
что пришла стерва.
-Оружейный арсенал.
Это же государство в государстве.
Кто меня туда пустит?
-Это моя задача.
Вот дело полковника
Тюрина, ознакомься.
Это опасно. Если хочешь отказаться -
откажись. Только сейчас, я пойму.
-Почему я?
-Потому что тебе доверяю
как себе. Тебе даже больше.
Ну уж сказать ничего нельзя, что ли?
-Я просто платье в ателье заказала.
Вот думаю, если меня убьют,
кому оно достанется?
Ты же не наденешь.
-Я тебя в этом платье
замуж выдавать буду.
-А! От такой перспективы
не отказываются.
-Дура ты, Сонька.
-Фотографировать запрещено.
-Хорошо.
-У нас не курят.
-Ну, надеюсь, вы это
изымать не будете?
-Пожалуйста.
-Спасибо.
-Добрый день, Софья Борисовна.
Старший лейтенант Назаров.
-Очень приятно.
-Пройдемте.
Прошу вас.
-Я не люблю, когда мне дышат в спину.
-Буду знать.
Мы уже пришли.
-Угу.
-Полковник Тюрин
Захар Васильевич. Присаживайтесь.
-Тимофеева Софья Борисовна.
Как вы догадались, я оказалась здесь
не по комсомольскому зову,
у меня вполне конкретное задание.
Государственное. Подписанное
товарищем Щелоковым.
-Что вы хотите знать конкретно?
-Я хочу выяснить масштабы воровства
в вашем ведомстве.
-Вы отдаете себе отчет в сказанном?
-Я четко формулирую задачи,
поставленные передо мной
руководством. И предупреждаю:
меня отсюда не удастся вышвырнуть.
Мы друг друга поняли?
-Старший лейтенант Назаров - ваш
помощник. Надеюсь, вы измените свое
мнение о нас.
-Работаем, старший лейтенант.
-Софья Борисовна, вот
еще материалы по оружию.
-Положите на стол. Оставьте на стуле.
Один и тот же отчет, а цифры
разные. Или я чего-то не понимаю?
-Да, вы правы. Одна и та же справка.
И дата одинаковая, и номер.
-Да, только здесь 25 автоматов,
а здесь 21. А куда делись 4? Вопрос.
Принесите мне, пожалуйста,
документы за сентябрь этого года.
-Хорошо.
-Зараза!
-Ма, ты чего?!
-Зараза! Я знаю, чем ты занимаешься.
Я знаю, где ты по ночам шляешься!
Откуда деньги?
-Так это Сережка дал, костюм
к свадьбе купить и платье с туфлями.
-Не ври мне!
-Зинаида Андреевна!
СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
-Зинаида Андреевна?
-Да?
-А чего это у вас дверь входная
открыта?
-Ой, забыла закрыть. Все бегом,
бегом.
-Непорядок.
-Ага.
-Нюра, значит так, вот, возьми
повестку.
-Какую еще повестку?
-Распишись.
-О господи!
-Я вам уже все рассказала.
Мы с тетей Дусей...
-Да знаю я, знаю. И про блины,
и про полы, и про то, как ты всей
душой любила соседку.
Почему тетя Дуся называла
тебя бандиткой? Были причины?
-Это вам соседка Катя набрехала?
-Слова выбирай. У нас не брешут,
а дают показания.
-Да она всех на свете так называла.
Не надо ко мне цепляться. Вы у меня
уже сто раз одно и то же спрашиваете,
я вам сто раз одно и то же отвечаю.
Или, может, это я тете Дусе голову
кирпичом проломила?
-Откуда про кирпич знаешь?
-Тоже мне секрет! Весь дом знает.
-Комната хорошая у тети Дуси?
-Хорошая. Только мне эта комната
и задаром не нужна. У меня планы
на жизнь другие. Я устала.
Можно я пойду?
И "тыкать" мне не надо, товарищ
следователь. Я вам не девочка.
-Согласен. Мои извинения. Планы
на жизнь с Сергеем Матюшиным
строить собрались?
Мы с вами встречались, Нюра.
На следующее утро после убийства
инкассаторов. Открою вам тайну,
чего делать не имею права.
В то утро инкассаторы перевозили
мешки с мелочью. И около убитой
Евдокии Сафоновой тоже
нашли мешок с мелочью.
-Я, что ли, эту мелочь
насобирала? Или, может, мы с бабкой
Дусей вместе инкассаторов
ограбили, а потом у нее совесть
взыграла, она пришла к вам
каяться? Хватит издеваться!
Что вы от меня хотите?!
-Все, успокоилась.
-Извините.
-По существу заданного вопроса
ничего не могу пояснить.
Обе справки подлинные.
-Значит, подпись свою
отрицать не будете?
-Моя подпись.
-Я вынуждена изъять документацию.
-Ни один документ не уйдет отсюда
без ордера на изъятие.
-Это на случай, если вы
захотите подменить бумаги.
И учтите: Антон Чесноков
успел нам многое рассказать.
-На.
Откуда партия бриллиантов прибыла,
кто доставил, кто принял, куда
направлялась. Читай, там все.
-А ты на что?
-А я не могу сказать
больше, чем там написано.
-Это же мы звучим так гордо -
управление торговли. А на самом деле
один раз себе позволили
не согласиться - через три дня
явились из УБХСС. Пятерых уволили,
троим выговор, а одного под суд.
Нет, правильно народ говорит:
"Не власть портит людей, а люди
портят власть".
-Кто отдал распоряжение перевезти
партию бриллиантов
в ювелирный на Свердлова?
-Но был же телефонный звонок.
-Кто звонил?
-Полковник Федоров.
-Я думаю, что семьям погибших
надо выписать материальную помощь.
-А почему мы? Торговля
пусть об этом думает.
Что? Я же не сказал "нет".
Из личных средств - пожалуйста.
Думаешь, я не переживаю?
Ночь не спал, когда мне доложили
про ювелирный. Дим, ты всегда прав.
Но сейчас убери свой нимб подальше.
Отсвечиваешь. Да, ты у нас святой,
а нам всем в аду жариться.
Где документы по ювелирному?
Ты что, их показывал кому-то?
-Черкасов интересовался. Я же не мог
отказать.
-Черкасов?
-Мы с Серегой на одной машине
катаемся посменно. Цапаемся иногда.
Всякое бывает. Да вот он. Серега,
тут к тебе из милиции пожаловали.
-Здравствуй, Сергей.
-Здрасте.
-Не буду вам мешать.
-Я хочу тебе пару вопросов задать.
-Товарищ майор, мне в рейс сегодня.
Машину надо подготовить.
Вы не возражаете, если я немножко
поработаю, пока вы вопросы задаете?
-Да конечно.
-Спасибо.
-Скажи, твоя машина?
-Моя. И Нюрка, невеста моя.
-Как в то утро оказались
на месте убийства инкассаторов?
-Так мы на дороге оказались.
Дорога не режимный же объект. Всю
жизнь по ней езжу. Откуда мы могли
знать про убийство?
-Если не секрет, куда в воскресенье
ехали с Нюрой?
-Я работал, Нюрка за мной увязалась.
Поехали, говорит, свадебное платье
смотреть. Я говорю: "Какие платья?
Салон закрыт".- "Все равно
поехали. Через витрину посмотрим".
Понимаете - женщины. Я ей:
"Я работаю", она: "Платье
смотреть". Я: "Работаю",
она: "Платье смотреть".
-Девушку помнишь? Журналистку,
которая вас сфотографировала?
-Бегала там какая-то.
Но мне не до нее было.
СИГНАЛ МАШИНЫ
А что, собственно, случилось?
-Убили ее.
-Убили?
Жалко.
Только я здесь при чем?
-Да, собственно, ни при чем.
Просто Нюра разволновалась,
когда я ей это фото показал.
-Так оно и понятно. Нам в кабину
посторонних нельзя пускать.
Если узнают, по шапке надают.
Оно кому надо? Премии тем более
лишат. Я в тот вечер Нюрку со своими
хотел познакомить. Ну и решил: ладно,
пусть со мной катается, а после
смены на чай.
-Ясно. Ладно, продолжай. Извини,
что отвлек.
-До свидания.
-Я с 16 лет на заводе. 23 почетные
грамоты. Ни одного прогула.
Тебя обували, одевали. Сытый.
-Петя...
-Ты мать больную бросил.
Ты понял? Где ты был?
НА УЛИЦЕ: Серега!
-Шалава твоя. Явилась не запылилась.
-Она не шалава, она моя невеста.
-Невеста? Чтобы ноги ее возле дома
не было. Сережа! С ней уйдешь -
можешь домой не возвращаться.
-Что случилось?
Нюра, но это же не ты старуху убила.
Понятно. Меньше знаешь - крепче
спишь. Что же такое? Из одной ямы
выбрались, в другую попали.
-Н-да, журналистку убили, а лучше
не стало. Что делать будем?
-Дяде Мише расскажем. Он что-нибудь
придумает.
-Да, дядя Миша придумает. Живыми нас
с тобой по шею закопает.
-А ты хочешь, чтобы я следака убил?
-Значит, мне придется
опять идти к Паше.
-Ладно, пистолет есть.
Столько ментов постреляли. Одним
меньше, другим больше. Какая разница?
-Извините, я без приглашения.
Майор Черкасов, уголовный розыск.
-Полковник Федоров.
-Я бы хотел поговорить с вами.
У себя в кабинете.
-В уголовном розыске?
-Да.
Ткач пишет служебную записку...
передать дубленки в магазин. Вы...
распоряжаетесь оставить их
в универмаге "Московский" и пустить
в продажу.
-Вера Ильинична просила этот товар
для реализации. Я согласился.
-Ювелирный, 102-й, на Свердлова.
Партия бриллиантов.
-Ювелирный отдел ГУМа переезжал
на другой этаж. Попросили
задержать. Откуда у вас эти записи?
-Управление торговли предоставило.
-А, так он и туда писал?
-Кто?
-Ткач. Перестраховщик.
Между собой мы его называем
"человек как бы чего не вышло".
Ткач таких записок написал сотню.
Если бы я на каждую реагировал...
-Если бы вы на каждую реагировали,
Андрей Викторович, вот эти люди
были бы живы! И они сейчас
праздновали бы день рождения,
готовились бы к Новому году,
к свадьбам, а не к похоронам!
-Извините, вы правы.
Конец года каждый раз
какое-то проклятье.
-Да знаю, наслышан!
План, план, план!
-Да...
Сколько ты прожила в этой келье?
-8 лет.
Вот жмоты. Денег до черта,
а так ничего и не изменилось.
Могли бы хоть подушку новую купить.
Столько времени прошло. Смешно.
Будешь спать на моей детской.
-Угу. Узнаю все твои секреты.
Буду тебя шантажировать.
-Ну, главный мой секрет ты
уже знаешь.
-Слушай, Калина, я бы...
Я бы мог сейчас плести целый венок
из красивых слов, но суть это
не изменит. Я не люблю тебя.
И никогда не смогу полюбить.
-Не могу сказать,
что мне это приятно слышать.
Но зато честно.
Прости, просто детские мечты.
А когда они не сбываются,
то превращаются в тоску.
Может, я люблю не тебя. Люблю
просто свои детские мечты.
-Из двух несчастий
счастье не сложится.
-А теперь плетешь венок.
Ты должен сделать эту работу.
И сделать ее в срок.
Получишь хорошие деньги.
Ладно, я пошла. Обживай территорию.
Мог бы не говорить о своей
нелюбви. Мог бы просто соврать.
-Это что, Репин? "Парижское кафе"?
-Это полотно в 1916 году приобрел
один шведский коллекционер. С тех
пор никто из публики его не видел.
Вот мне...
-Подождите.
Вы хотите сказать, это подлинник?
-Конечно.
-Лев Давыдович...
а вы знаете,
что Репин не продается?
Что он весь в музеях? Эта картина
стоит миллион долларов. Тут двумя
волкодавами не защититься.
-Эта картина стоит больше миллиона
долларов.
-Больше чем на миллион долларов
у меня фантазия не работает.
Ну, приличная мазня.
-Один художник, не буду говорить кто,
пытался сделать копию, но не довел
дело до конца. Запил, потом умер.
Работу нужно доделать.
-Я, Лев Давыдович,
чужие работы не доделываю.
-Калина сказала тебе,
сколько я готов заплатить?
-Нет, постеснялась.
-15 тысяч рублей.
-Кто, кому, сколько, зачем, за что,
как. Ты в этой макулатуре как рыба
в воде.
-Ты на меня не рассчитывай. Я не буду
Федорова допрашивать.
-А мне плевать на твое "не буду".
Это приказ.
-А я не выполняю твои приказы.
-Дима...
-М-м?
-Ты хорошо спал сегодня? Какие
сны ты видел? Девчонок расстрелянных
в лужах крови не видел?
-Если потом будут вопросы ко мне...
-Вопрос уже есть. Какая, к черту,
от тебя польза?
Иди сам докладывай Саблину,
что отказываешься вести допрос.
-Федоров арестован?!
-Не арестован. Вызван для дачи
показаний. Товарищ полковник,
я не могу участвовать в допросе
Андрея Викторовича.
По этическим соображениям.
-Как это - не можете? Этические
соображения. Не наше дело пахать,
наше дело орехи считать, да?
-Я понял.
Вынужден подчиниться.
-Я не беру взяток!
-А я разве сказал "взятки"?
Я и слов таких не знаю. Проходи.
Ну, давайте, к примеру, назовем это
благодарностью. Вы директорам
магазинов предоставляете товар,
а они вам - благодарность.
Пригласи директора
ювелирного магазина.
Семен Антонович...
-Добрый день всем.
-Семен Антонович, скажите, почему
партия бриллиантов хранилась именно
в вашем магазине?
-Распоряжение товарища Федорова.
У нас простой магазин.
Наши покупатели небогатые люди.
Да и предназначались они вовсе
не для нас, а так, на хранение.
Дмитрий Алексеевич был в нашем
магазине. Тоже был в полном
недоумении. Я правильно
говорю, Дмитрий Алексеевич?
-Да-да. Продолжайте, Семен Антонович.
-Я много раз просил
Андрея Викторовича избавить нас
от этих сокровищ. И вот что
получилось. Такое
несчастье случилось.
-Семен Антонович...
-Да?
-В соседней комнате на бумаге
изложите, что нам рассказали.
-Хорошо. До свидания.
-Пригласи следующего.
Почему партия бриллиантов
хранилась именно в этом магазине?
-Если честно, по недомыслию.
Конец года, голова кругом...
-План, план, план!
-Не было никогда грабежей.
-Здравствуйте.
-Надежда Петровна, расскажите нам,
что произошло в вашем универмаге
три дня назад.
-Принесли обратно две дубленки.
Оказались не югославские. Распороли
подкладку, а там наша саржа.
Это материал такой
отечественного производства.
Получается, что подделка.
Мы были вынуждены вернуть деньги.
-Спасибо.
-Ни я, ни Андрей Викторович
не имели об этом представления.
-400 дубленок. Сколько из них
поддельных? Вы торопились продать
товар. Торопились. Потому что бандиты
в этот же день взяли 120 тысяч!
А кто им мог дать эту информацию?!
Только вы, Андрей Викторович.
Больше некому.
-Я...
-Андрей!
-Федоров мой друг! И я бы знал.
-Федор Григорьевич, если мне для дела
нужно будет допрашивать и тебя,
я тебе клянусь, я сделаю это
без колебаний!
-Ну давай, сажай меня, допрашивай.
-Ты слышишь, что я тебе говорю?
-Слышу! Дай тебе ноготок - откусишь
по локоток. Ваня, я тебя прошу
остановиться. Мы с тобой вместе
много лет, но я тебя не узнаю.
Ты начал топтать людей. Всех подряд.
Как ты сам говоришь, без колебаний.
Зверь в тебе какой-то проснулся.
-Про моего зверя давай в следующий
раз поговорим. Лекарство выпей.
-Нежданный гость?
-Черт!
-Можно?
-Куда же теперь от тебя деться-то?
ХОРОМ: Нам горизонты новые открыты.
Мы будущее родины, элита!
-Ребята, а у нас гость.
-Всем привет. А что вы замерли?
Поздравляю вас, дипломники,
с последней сессией. Я не пустой.
Ну-ка, девчонки, помогите, разгребите
стол. Помогайте. Убирайте огурцы,
ставим ананасы.
Опа! Опа!
Но только с алкоголем промахнулся.
Лена, можно тебя на секундочку?
Сгоняем за коньячком.
Прокатимся?
Они же до утра квасить
будут. Заодно поговорим.
Боишься? Ну а чего теперь бояться?
Ты мужняя жена, мой поезд ушел.
Хоть попрощаемся по-человечески.
Лена, почему ты меня бросила?
-Сбавь скорость.
-Могла бы пару слов прощальных...
Я не в обиде, просто хочу понять
почему. Что, он лучше, умнее,
богаче, талантливее, чем я? Что?
-Он другой. Я его люблю.
-А мне, значит, врала про любовь?
Сейчас позвонишь мужу,
скажешь, что не любишь его,
что ошиблась.
-Илья, я ошиблась в тебе. Хватит мне
этих гонок, давай вернемся.
-Нет, пока не скажешь, почему меня
бросила.
-Потому что я тебя не люблю.
-А если мы сейчас разобьемся,
станешь инвалидом, он тебя будет
любить?
-Илья, прекрати!
-А я бы любил. Мы с тобой сейчас
обязательно разобьемся. Нас похоронят
в один день. И все будут говорить:
"Они так любили друг друга".
-Если ты действительно
хочешь меня убить, давай.
Только не с собой вместе.
Давай. И знай, я тебя ненавижу.
-Выходи. Пошла вон!
-Угощайтесь.
-Спасибо, я не хочу.
-А я не люблю есть один. Прошу вас.
-Вы у себя на допросах всегда всех
кормите?
-Ну почему?
Преступников не кормлю.
Вы мне лучше про жениха своего
расскажите, который вас на грузовике
катает.
-А нет у меня больше жениха.
Он меня бросил. Бабу себе в другом
городе нашел и хочет на ней жениться.
Да и черт с ним.
-А мама ваша сказала, что вы любите
друг друга. Он ей платок
подарил, вам сапоги купил.
-Вы как будто сапог с платками
никогда не дарили. Ухаживали.
А потом в кусты.
-Ну я же живой человек.
Случалось.
Потом перестало случаться.
Я женат. И счастлив.
-Что это?
-Дактилоскопическая экспертиза.
Должен снять у вас отпечатки пальцев.
-Зачем? Я же свидетельница.
-Забыл вам сказать.
Подозреваемая.
-Четвертый кабинет.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Разрешите? Товарищ майор, можно мне
сегодня немножко пораньше уйти?
-Вот ты какой. Ладно, только сначала
отпечатки Горбатовой отнеси
и попроси у них...
-Ага.
-Ладно, сам схожу.
Быстрее будет. Жди здесь.
-Есть!
-Черт!
-Слушай, Серега, у нас же все хорошо
закончится, не как у Бонни и Клайда?
-Конечно. Умрем с тобой
в глубокой старости. Где-нибудь
на берегу океана.
-Они меня хотели убить. Меня.
-Нюрка?
-Да, может, мысли у нее такие
и есть, но стреляла-то не она.
Она бы не смогла.
Почему я участкового не отпустил?
Хороший парень был.
-Тогда грохнули бы тебя.
Да сядь ты, Никита.
-Ну да, ну да. Сейчас бы о похоронах
хлопотали. В чем бы в гроб положили?
В парадном мундире? Так он мне мал.
-Ничего, на спине разрезали бы,
влез бы.
-Хоть бы каплю сочувствия
проявили, Федор Григорьевич.
-Проявляю.
Ладно, давай участкового
помянем. Он тебе жизнь спас.
Экспертиза была?
-Отдал Зинаиде. Жду результатов.
-Давай за тебя.
-Чего не чокаясь? Я же вроде живой.
Пока живой.
Могут они меня еще раз?..
Как думаете?
-Кто знает? Да ладно, расслабься
ты. Еще сто лет проживешь.
-Света ребенка ждет. Вашего внука.
-И ты мне так, между делом,
говоришь, что я дедом стану?!
-А как надо?
-Ну, Никита...
-Прошу.
-В следующий раз я
в этот склеп принесу цветы.
-Не стоит, Софья Борисовна.
Я обязательно забуду их поливать.
А ваши визиты сюда могут
в скором времени...
-Будут частыми. Принесите,
пожалуйста, все документы за ноябрь.
-Слушаюсь!
Она интересуется машинами. Сколько
поставили, в какие отделения ушли.
Акты списанных машин,
кто выписывает удостоверения.
Кадровик приглашен на завтра.
-Слишком глубоко копает дамочка.
-Так точно.
-Скажите, а вы давно здесь работаете?
-Год.
-Год...
-Прошу вас.
-А Антона Чеснокова хорошо знали?
-Я понимаю, почему вы спрашиваете.
-А я не понимаю. Объясните.
-Вы не верите, что он герой?
А он герой.
Да вы чай-то пейте, а то остывает.
МАШИНА СИГНАЛИТ


Серия 6

-Рит...
-М-м?
-Я всю ночь слышала твой голос.
Столько хлопот тебе доставила...
-Ну что ты, какие хлопоты? У меня
наконец-то было время почитать.
Как себя чувствуешь?
-Уже лучше. Только спать хочется.
Надо на работу идти.
-Тс-с. У тебя сегодня выходной.
-Я красавица, да?
-До свадьбы заживет.
-Зина! Метаквалон в крови -
это что, отрава?
-Снотворное. Сильное.
Сон наступает через 15 минут.
А у нее... лошадиная доза.
Чудом осталась жива.
Почему она не в больнице?
-Потому что Соне лучше дома.
-Кому лучше? Тебе?
Она никогда не принимала снотворное.
У нас работа такая, на ходу засыпаем.
Я не задаю тебе лишних вопросов...
-И правильно делаешь!
-С каких пор ты перестал
доверять мне?
-Послушай, можно сделать то,
что я прошу, просто, не задавая
лишних вопросов?!
-Ты хотел знать, что за снотворное?
-Да.
-Я ответила?
-Да.
-До свидания.
-Похоже, я и с тобой
умудрился поссориться.
-Не мешайте мне работать,
товарищ Черкасов.
-Зин, я потом отвечу на все вопросы.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-А что тут у вас происходит?
-Дома никого нет. А я яичницу хотела.
-Ясно...
-Я масло вылила, и оно вспыхнуло.
-Ясно.
Так, ты как сама?
-Все нормально...
-Точно?
-Да.
-Отлично. План такой:
отмываем тебя, а потом все
остальное. Где у тебя ванная?
Слушай, я в школе тоже
математику не любила.
Но вот удивительно: всю свою жизнь
что-то складываю, умножаю...
и вычитаю, конечно.
-Ты чего здесь?
-А-а, мы тут кашеварили. Да, Аленка?
-Да.
-Я закончу? Можно?
-Ну, да...
Я в магазин зашел,
мама придет - приготовит.
-Пока ваша мамка приедет,
ребенок уже с голоду опухнет.
Черкасов, дай руку.
Тоже за стол садись.
Иди-иди, руки мой.
-Давай сегодня больше пить. Никакой
тяжелой пищи. Вода, слабый чай.
Овсянку на воде сварить сможешь?
-Попробую.
-Давай. И из дома не выпускай,
а то она уже на работу рвется.
-Не волнуйтесь, все будет хорошо.
-Вкусно?
-Вкусно!
-Какао подлить еще?
-Подлить.
-И мне подлить.
-Обязательно.
-Как Соня?
-Хорошо.
Всем хорошо.
Сиди-сиди! Сиди.
-А что мне нужно было,
ребенка одного оставить?
Ты уж объясни это своей Маргарите.
-Ничего, у меня жена умная - поймет.
-Вообще-то она не очень готовит.
-Да? А папе нравится.
Ел - аж за ушами трещало.
Прилипли...
А говорят, дважды
в одну реку не войдешь.
-Да, пригрелась змея
у чужого костра.
-Ну а твой семейный костер как?
-Нормально.
Тлеет, но не греет.
-Чего так?
-Ой, Черкасов... Чем дольше живу,
тем больше понимаю...
Очень я тебя... любила.
-Хватит. Давай, меняй тему.
-Федорова ты арестовал?
-Задержан.
-Про меня он ничего?..
-Это Ткач тебе про него сказал?
-Ну, допустим.
-Интересно, когда это
он успел проболтаться...
в какое время суток.
-А тебя что, это интересует?
-Я сегодня утром к твоим заезжал.
Тебе куриный бульон передали.
Они бы не смогли. К тебе
не пускают пока, но... я договорюсь.
-Как они там?
-Плачут, но держатся.
Верят, что скоро тебя увидят.
-Кто-то мне мстит.
-К гадалке не ходи.
Управление торговли мстит.
Они же с нами давно в контрах.
-Дим, если со мной...
ты помоги им. Дочка моя хочет
в консерваторию поступить.
-Андрюша, ты гони эти мысли.
Сам поможешь.
А на работе у нас конец года.
Народ энтузиазм проявляет:
пишут, требуют, сигнализируют...
Вот подлечишься - и на работу.
-Черкасов подлечит... ногами вперед.
-Черкасов блефует. У него на тебя
ничего нет. Он тебя на испуг взял.
Попробуй докажи, что ты к этим
дубленкам отношение имеешь. Кто
поставлял, тот пусть и отвечает.
Да и не надо ему это.
Никто ничего не скажет.
Вера молчит, мол, ничего она
не знает про этот самопал.
А про ювелирный и говорить нечего.
Так что выздоравливай.
А письмами трудящихся
я пока сам займусь.
-Почему возле палаты охрана,
почему моих не пускают?
-Снимем. Я с Черкасовым
решу этот вопрос.
-Номер на моторе хорошо
просматривается.
-По номеру можно
узнать историю машины.
-Свидетелей опросили?
-А кого опрашивать? Зайцев в лесу?
Поговорили с мужиком и хозяином дачи.
А что они видели - какая-то машина
проехала.
-Алик! Номер двигателя сними.
-Хорошо.
-Возьмите паспортные данные
с дачников.
-Есть!
-Иван Петрович!
Зажигалку нашел.
-Трофейная.
-Может, бандиты обронили?
Лежала бы - давно заржавела бы.
ПодколзИн Михаил Владимирович.
-ПодкОлзин.
-Судим?
-Да... авария по пьянке.
Ну и кто же с такой биографией
на работу возьмет?
Все шарахаются, как черт от ладана.
Пришлось здесь осесть.
-Я смотрю, вы курите.
А зажигалку не теряли?
-Да нет, я спичками пользуюсь.
-Ну а хозяин ваш где?
Илья Любовский.
-Так велел за домом присматривать
и уехал. А куда, зачем -
мне же не докладываются.
А паспорт-то мой вам зачем?
-Приказано данные списать,
вы единственный свидетель,
получается, кто машину видел.
-А-а, ну да, да...
-Ну как тебе машина?
-Надо на скорости проверить.
-Ну в чем дело? Не кота
в мешке покупаем. Проверяй.
-Машине два года. Сыну купил.
А я его отправил на Дальний Восток,
служить. Машину в гараж поставил.
Пробег посмотрите.
400 км - совсем новая!
-Ну что, Серега,
сбывается мечта всей твоей жизни.
Ну что, как договаривались,
7000 и разбегаемся?
-8500. А где вы еще такой "москвич"
найдете? Только членам профсоюза.
Вы член профсоюза?
-Неожиданный финал, старичок.
Серега, останови -
посоветоваться надо.
Ну и что?
-Отличная машина.
Он прав - где такую найдем?
-Прав, да не совсем.
-Илья... Это правда мечта
всей моей жизни.
-Я понимаю, но 1500 сверху -
ничего себе!
-Так заработаем.
-Верно! О, смотри, пирожок испек.
-У мужика целый пакет.
Хочешь - возьми.
-Да вы чего?..
-А что? Тебе ж понравилась машина.
-Ну да.
-Ну... Сказали семь - значит семь.
Сопли подотри. Слишком хотел
разбогатеть - не получилось!
-Ой!
-Проснулась?
-А... Леш! А ты что здесь делаешь?
-Блины пеку.
-Какие блины?
-Ну... Маргарита просила меня кашу
сварить. Я сварил - она комками.
Я подумал: может, блины? Я их
с детства пеку, бабушка научила.
Вот похозяйничал там. А у меня
задание - быть с тобой рядом.
Потом Зина придет - сменит.
Как чувствуешь себя?
-Хорошо. Запах такой вкусный.
Ты что, и пироги печешь?
-Нет. Но если надо - научусь.
Я, кстати, там кран починил,
теперь не капает. Хотел еще вешалку,
но там молотком надо стучать -
боялся тебя разбудить.
Но если ты позовешь, я...
-Позову.
-Да?
Горит! Я...
-Разве такого работника можно...
упускать?
-Вот! Блины.
-Ой, как много!
Я все не съем одна.
-Слушай, тебе, наверное, нельзя
блины... Давай сперва тогда чай,
а потом уже блины?
-М-м, нет!..
М-м! Как вкусно!..
-Да?
-Что за срочный разговор?
-Не хочешь пить - не пей.
Не буду ходить вокруг да около.
Перейду сразу к главному.
Мы с тобой, Иван Петрович,
не очень любим друг друга.
Даже совсем не любим.
Но у нас с тобой одно общее
дело, одна цель...
-Цель одна. Пути разные.
-Неважно, какими путями мы идем.
Прямые дорожки, кривые -
лишь бы дело было.
Мы помогаем тебе, ты помогаешь нам.
-Исключено.
-Ну, найдешь ты банду.
Уничтожишь. А голова останется.
Она придумает
другую банду, третью...
И тебе, и мне нужна эта голова.
Так чего мы делим?
-С тобой дела не хочу иметь.
Не нравишься ты мне,
Роберт Михайлович,
очень не нравишься.
-А я не барышня, чтобы нравиться.
И не ангел с крылышками.
Но и не черт с рожками.
В 9:15 вошла, в 18:30 вышла.
Что она там узнала?
-Не трать время, Роберт Михайлович.
-Как она себя чувствует?
-Нормально. Жива-здорова.
Поговорили? Пора прощаться.
-Ты сейчас делаешь большую глупость.
-Ну это мое основное занятие -
глупости делать.
-Когда вы едете в Израиль,
Лев Давидович?
-Пока неясно.
-Станет ясно, когда Стас
напишет копию Репина?
-Все-таки он рассказал.
-Я думала, что мы одна семья,
и у нас нет тайн друг от друга.
А что будет со мной?
-У тебя были все возможности скопить
приличную сумму и решить жилищную
проблему. Мы давали тебе много денег!
-Много денег! Много денег не бывает.
Что вы будете делать
с этой московской квартирой?
В Израиль ее увезете? Или, может,
хотите ее продать? А вы знаете,
что это не так просто сделать?
-Что касается квартиры -
поторопи Стаса. Он должен
закончить работу через неделю.
-И что тогда?
-Сделает работу вовремя -
квартира твоя.
-Ой, Миша!
-Здравствуйте, Татьяна.
-А мы неделю назад схоронили твою
Ларису. А деньги на похороны всем
домом собирали.
-А Петька?
-Так забрали его в 4-й детский дом.
Может, зайдешь?
-А я им деньги принес...
А теперь-то что?..
На-ка. Оградка, памятник там...
и пацану.
Потом еще принесу.
-Ждала она тебя очень.
Простила давно все.
-В тюрьму написала:
"Не возвращайся".
-А с Петькой-то что теперь будет?
Одна родня у него осталась - ты.
Откажешься?
-Петя!
Петь!
Здорово.
Это тебе.
-Мужчина! Отойдите
от мальчика. Вы кто?
-Я его дед.
-Подойди, поздоровайся.
Недолго только - у нас обед скоро.
-Здорово. Здорово, Петечка.
-Бабушка говорила про тебя.
Она сказала: дед вернется.
Ты вернулся?
-Вернулся! Но ненадолго.
А скоро я уеду. Далеко-далеко.
Но я все время думаю о тебе.
Конечно! Я же люблю тебя.
-Забери меня, дед.
-Нельзя пока. Нельзя пока...
-Петя, пойдем. Нам пора, у нас обед.
Опаздывать нельзя.
-Конечно, конечно.
-Дед, скоро вернешься?
-Скоро. Скоро, Петька.
-Ребята! Собираемся.
-Леш, ты чего?
-Я... у Сони был.
-Хорошо.
-Блины ел...
-Повезло.
-Настя, я хотел тебе сказать...
-Говори.
-Не здесь.
-Леш, как Соня?
-Хорошо. Смеется...
-Настя, новости.
-Вот. Фотографии найденной зажигалки.
"Берлин" читается хорошо,
а вот с другой стороны:
"под..." - это, наверное, подпись.
-Насть, я подожду тебя...
-Леш, ты не видишь, я занята!
-Это скорее на подпись похоже.
-Да, я в архиве была.
Там 2000 человек. Голова идет
кругом, но вы не беспокойтесь,
я обязательно найду.
Кто-то же должен так расписываться.
-Насть, ты - найдешь.
-Полковник Тюрин мне все доложил.
Я в курсе, пересказывать не надо.
Софья Борисовна хозяйничает в
арсенале. Вы смогли убедить Щелокова.
-У меня не было другого выхода.
-Вань! Ты бы хоть нас предупредил.
-Почему вы не доложили ни мне,
ни полковнику Саблину о своих
действиях?
-Щелоков просил
докладывать ему лично.
-О ходе расследования
докладывать лично мне,
минуя генерала Громова и вашего
непосредственного начальника
полковника Саблина.
-В ходе расследования мне нужна
информация, и я ее получаю.
-А нам с товарищем генералом
не доверяешь?
-Товарищ генерал уже сделал героем
Антона Чеснокова, преступника.
И это сильно мешает расследованию
моей команды. Разрешите идти?
-Идите.
-Да...
В ведомстве полковника Тюрина очень
любят пить чай с метаквалоном.
Так что будьте поосторожнее.
-Леш... ты бы поберег костюм.
А то заносишь - в чем жениться
собираешься?
-Насть, я...
хочу с тобой поговорить.
Ну... мы с тобой уже давно
как... жених и невеста, и...
Пора уже как-то определиться.
-Я рада, что ты начал этот разговор.
Я...
Ой, Мишенька!
-Здравствуйте.
-Привет, дорогой.
Ну, вы знакомы...
-Угу.
-Леш... Я, наверное, должна
была раньше тебе сказать...
Я выхожу замуж.
За Мишу.
-Так...
-Леш, ты бы хоть
погрустил ради приличия.
-Так правильно все!
Какой из меня муж?
И мама твоя порадуется!
Да...
Ну... я тогда побежал?
Поздравляю!
-Миш, уходи.
-Может, правда выйдешь за
меня замуж? Только я не понял,
кто кого из вас бросил?
-Стас, осторожнее. Лев Давидович
очень дорожит этой вазой.
Мы ее практически увели из-под
носа Николая Анисимовича.
-Кто такой Николай Анисимович?
-Министр МВД Щелоков.
Он, знаете ли...
ЧТО-ТО ГРОМКО УПАЛО
знаком с ним.
Они сошлись на почве...
-Кто это?! Кто это был?!
-Человек спрашивал, есть ли у меня
работа.
-А почему он пришел к вам?
Почему он пришел сюда?
Я знаю, у вас нет случайных
знакомых. Кто этот человек?
-Что с тобой, Стас? Я не понимаю
твоего волнения. Я просил найти
человека, который мог бы ухаживать
за собаками. Калина не может.
Татьяна Максимовна боится собак.
Этот парень мне показался
странным, я ему отказал.
-Кого вы попросили? Кто вам его
прислал?
-В чем проблема? С чего вдруг
такой ажиотаж?
-Понятно. Я ушел.
У меня выходной!
-Стас!
-Только бы Стас не запил.
-По инкассаторам?
-Свидетели опрошены. Информации нет.
В служебной записке я все изложил.
-По ювелирному магазину?
-Единственный свидетель мертв.
-В общем, дырку от бублика -
все, что мы имеем. Стриженная девка
косу заплетает - вот вся твоя работа,
Иван Петрович. Зато мы резво бегаем
к министру! Что узнала Соня?
Ты в курсе, что она угрожала
полковнику Тюрину зоной?
-Думаю, полковник Тюрин
сильно преувеличивает.
-Мы посоветовались с генералом.
Уволить тебя, Ваня, нельзя.
У тебя большие полномочия.
Настолько большие, что глазом
не охватить, умом не постигнуть.
Но кое-какие права у нас остались.
Я требую, чтобы ты снял
несуразные обвинения с Федорова.
Охрану в госпитале убрать,
родственников пускать в любое
время дня и ночи. И не дай Бог,
Ваня, если с ним что-то случится.
И извинись перед ним.
-Хорошо.
Охрану сниму. Извиняться не стану.
А на допрос Федорова вызову.
Что ты из мухи слона делаешь?
Ты должна Верке спасибо сказать.
Если бы не она, Ленка бы
квартиру спалила и сама бы сгорела.
-Угу. И ты лопал ее стряпню
из благодарности?
-Есть хотел.
-Вань, ты ее любил?
-Я должен отвечать?
-Желательно.
-Любил.
-И она тебя бросила?
-Да.
-Ты очень сильно переживал?
-Очень сильно переживал.
-И вот теперь у вас просто...
служебные отношения?
-Точно. А я тебе давал повод
для таких вопросов?
-Она хочет тебя вернуть. Вера
будет очень стараться. А ты...
-А я, очень интересно, что я?..
Я что, соберу чемодан и брошусь
к ее ногам?
-Бросишься, еще как бросишься.
-С какой стати?
-Нас с тобой ничего не связывает.
Нет общих детей. Славка чужой.
Аленка чужая.
-Дети мне чужие? Ты думаешь,
что ты говоришь? Ты понимаешь,
что за бред ты несешь?
Что вы, женщины, за народ?
Я вот не знаю, живой я или мертвый,
а ты?.. Ну не нужен я тебе - скажи:
"Катись, Черкасов, колбаской
по Малой Спасской". Я и покачусь.
-Ревную я, Черкасов.
Вера такая красивая, она...
-Она не похожа на тебя, поэтому я
люблю тебя, а не ее.
-Что ты сейчас сказал?
-А что я сказал?
А, проболтался? Ну так
это урок на будущее.
А ты из меня теперь будешь веревки
вить, подкаблучником сделаешь.
-Господи, Черкасов! Знаешь,
сколько он работает? Сутками
он работает. Что, он ошибиться
не может? Может он ошибиться.
А Федоров твой... Давно его пора уже
закрыть. С цеховиками в сговоре.
Они шьют, он торгует.
-Что это ты о Черкасове печешься?
Любишь, что ли?
-Не твое дело.
-А позвал бы?..
-Побежала бы как собака.
Только не позовет.
-Ой, какие же вы бабы сумасшедшие!
А что же ты от него сбежала?
-Дура была.
Пожить красиво захотелось:
квартиры, машины, хрусталь...
А сейчас столько хрусталя этого,
бью его каждый день.
А его все больше и больше.
-Ладно, Верка, руки-то заламывать.
Никуда ты не денешься
от своих ковров и от шубейки.
Налей-ка мне коньячку.
Я в МУРе на хорошем счету.
-Не обольщайся.
Ты для них пришлый человек,
бухгалтерская душонка.
Вон руки у тебя, как у барышни.
У Черкасова видел, какие руки?
СМЕЕТСЯ
-Ой, Верка, умеешь ты нагадить.
-Ладно, не обижайся.
Побежала я. Мой сегодня
в командировку уезжает.
Хоть чемодан соберу.
-Здравствуй, Стас.
-Вот, Григорий Михайлович,
взгляните.
-Что это?
-Портрет психа, который Оксану убил.
-Нарисовал по памяти. Может, я
хреновый художник, но я художник,
я лица запоминаю на всю жизнь.
Я его сегодня видел.
-Где?
-В саду у Сатаровых. Работаю у него.
Заказик выполняю.
Сатаровы - богатые люди.
Григорий Михайлович, а вдруг
это они его наняли?
-Я не знаю, Стас. По мне,
так ты несешь полную ахинею.
-Черт!
БЬЕТ КУЛАКОМ ПО СТОЛУ
Да о чем мы говорим!
Кто кого нанял, кто с кем знаком...
Этот псих существует,
и я его видел! Я его видел.
Я не хочу звонить Черкасову.
Поговорите вы с ним.
Он вам доверяет.
Оксана терпеть не могла все
эти ваши черные ленточки...
Эти ваши траурные веночки...
-Лева, он порезал все холсты.
-Ох...
Ох...
СОБАКА РЫЧИТ
-Вы мои дорогие...
СОБАКА СКУЛИТ
Как я вас понимаю.
Возьмите меня к себе, а?
Мы с вами одной крови.
-Ты бросил рисовать?
-Я бросил жить, а не рисовать.
А ты этого не заметила,
никто этого не заметил.
-Что с тобой происходит?
-Я не художник, я иллюзия.
-Хватит ныть, иллюзия недоделанная!
Делай что-нибудь, работай,
хоть по клеточкам рисуй!
-Работай? Работай...
Я знаю, почему тот художник
не дописал Репина, ушел в запой
и умер - потому что, когда ты
стоишь перед Репиным, ты чувствуешь
свое ничтожество.
-Ничтожество? Ничтожество?!
Стас! Я с потрохами от них завишу!
Им очень нужна эта копия!
Сделай это ради меня, умоляю!
Если ты меня не любишь, не надо
хотя бы ненавидеть.
-Стас меня просто уничтожил!
Депрессивный алкаш.
Что ему еще нужно было?
Все же есть: теплая постель,
еда, питье, деньги!
Сиди и пиши! Рисуй.
-Да нарисует он вам эту копию
чертову, хоть десять нарисует,
если нужно. Ему нужны деньги. Это
минутное помутнение, с творческими
людьми такое случается.
-Помутнение? Твой Стас сумасшедший!
Все! Мне он больше не нужен,
даже имени его не произноси.
-Хорошо, а что вы будете делать
со своей картиной? Где она сейчас?
Вы же ее не везете с собой?
-Не твоего ума дело.
И вообще, договор ты не выполнила,
квартиру мы продаем. Через две
недели ты должна оттуда съехать.
-Что?
-Калина, все по-честному.
-Хорошо, а сколько денег
вы хотите за эту картину?
-Ой...
-А если я вам помогу?
-Не смеши, что ты можешь сделать?
-Чтобы вывезти картину, нужен
дипломатический паспорт
или хотя бы человек, у которого
он есть. У меня есть такой,
и проблем не будет никаких.
-Скажешь, что ведешь его к дипломату.
Можешь назвать любую фамилию,
это неважно. Главное, чтобы он
поверил тебе, сел в твою машину.
Понятно? А потом ты знаешь,
что делать.
Узнаешь, где картина, и убьешь
к черту эту сволочь, понял?
ТЕЛЕФОН: 200 000. Это тебе
не пролетариат грабить.
-Согласна. Сделаешь работу,
получишь деньги.
-Лев Давидович, здравствуйте.
-Заставляете себя ждать, Илья.
-Не сердитесь, это моя беда,
я всегда и везде опаздываю.
Нас уже ждут.
-Надежный человек?
-Дипломат с большим именем.
Лев Давидович, мы меня с детства
знаете и не доверяете?
-А как его фамилия?
-Иванов, Петров, Сидоров...
Что в имени тебе моем...
А картина живая, она существует?
-Почему это тебя интересует?
-Я эстет. Вы же знаете, у меня все
в семье интересовались живописью.
Хотелось бы взглянуть на шедевр.
Давайте вы мне ее
покажете прямо сейчас.
-Хорошо, как-нибудь в другой раз.
-А вы уверены, что будет другой раз?
-Остановите машину.
-Лев Давидович, неужели кусок
холста дороже жизни?
-Остановите машину немедленно!
-Тихо, Лев Давидович. Тихо.
-Ну, скажешь, где картина,
и все, нет гроба.
-Жену не трогайте.
-Как скажешь. Условия ты знаешь.
-Илья здесь?
-Он здесь и не здесь.
ПЫХТИТ ОТ НАТУГИ
Помощь твоя нужна.
-Ты один не справляешься?
-Нет, он тебя зовет.
-Ну пойдем.
АХАЕТ
-Илюш! Илюша, я ведь знал твоих
родителей, мы же дружили!
-Когда это было, Лев Давидович?
Будьте так любезны, скажите,
где картина, где тот укромный
уголок, в котором прячется
бесценное сокровище!
Не упорствуйте, в гробу лежать
тесно, холодно, а у вас
сердечко шалит.
-Не надо, не надо...
-Закрывай.
КРИЧИТ
Давайте думайте, вспоминайте,
у нас куча времени!
Мы никуда не торопимся,
а мой коллега тем более.
ПРИГЛУШЕННЫЕ КРИКИ
-Не надо! Пожалуйста, картина в доме!
-Так теплее, а дом у вас большой,
у вас там много уголков, всяких
тайников... Я не слышу,
Лев Давидович!
-Скажу-скажу!
-Я весь внимание.
НЕЧЛЕНОРАЗДЕЛЬНО
Что ты там лепечешь?
У меня нервы сдают.
-Картина...
СТОН
-Тварь!
Паш, давай быстрей, на дачу
к Сатаровой надо ехать.
-Все, мои хорошие, пора прощаться.
Бегите на свободу.
Что встали, балбесы? Бегите!
Бегите!
Татьяна Максимовна, у нас гость.
-Здравствуйте! А я вам привет
от Льва Давидовича привез.
-Илюша...
-Мои друзья... Что же мы
на пороге стоим?
-Где Репин? Репин где?
-Татьяна Максимовна, вы слышите,
о чем вас спрашивает
взволнованная женщина?
Понимаете, что будет, если я
нервничать начну?
-Где Лева прячет картину,
никто не знает. Он не говорит.
Может, вам скажет.
-Он уже никому ничего не скажет.
-Сволочи! Вы убили...
-Миш, ну на хрена?..
Дура-дура, а сказать чего-нибудь,
могла бы вспомнить. Что ножичком
тычешь постоянно? Сам
из кармана выскакивает?
-Как-то машинально получилось.
-Да как-то банально летально у тебя
получилось. И картины здесь тоже нет.
Есть труп мадам, а на даче есть еще
один труп. И скоро на могиле Льва
Давидовича вырастет лопух.
Да, Калина?
-Картина здесь, надо ее искать.
ГЛУХОЙ СТУК, ЗВОНКИЙ СТУК
-Будешь голыми ручками все стенки
обстукивать?
-Что ты предлагаешь? Кувалду взять,
все здесь разбить?
-Месяц работы. Зачем она нам нужна,
эта картина? Что ты с ней
делать будешь? Продать нельзя,
над кроваткой повесишь?
-Вот у старшего поколения возникает
резонный вопрос... Был заказ,
мы этот заказ выполнили.
Твой заказ, Калина. Где 200 000?
-Ты не понимаешь, да?
Нет картины - нет денег.
-Нас-то это не волнует.
И деньги у тебя есть.
И ты нам заплатишь.
-Я решу этот вопрос... до завтра.
-До завтра.
СОБАКИ ЛАЮТ
-Что ты стоишь!
-Назад! Отошли от нее! Фу! Фу!
Сидеть! Сидеть, успокоились!
Успокоились!
-Почему собак не отравили?
-Да Калина, сучка сердобольная...
Она еще за это ответит. Нюр,
тебя в больницу нельзя.
-Домой приедешь, перекисью
обработай, водкой.
-Что случилось?
-Собаки выли, и соседи вызвали
милицию. Татьяна Максимовна
мертва, лежит в мастерской.
Лев Давидович исчез.
Что происходит, Стас?
-А где картина?
-Не знаю. Украли наверное.
-Кто мог открыть дверь убийцам?
-Не знаю, кроме Татьяны Максимовны
в доме больше никого не было.
Видимо, это была она.
-Стас Шелест - талантливый художник.
Наверное, он перед Репиным
преклонялся. Как вы думаете?
Не хотел он приобрести
эту картину?
-Она очень дорогая.
-Вот и решил ее украсть,
чего проще...
-Из дома невозможно,
здесь собаки бы его порвали.
-Может, он здесь ее в доме
перепрятал, а потом вернулся
за ней.
Вы сами видели эту картину?
-Никогда.
-А название у нее есть?
-Кажется, она называется
"Парижское кафе".
Но я могу ошибаться.
-Бюрократы. Три часа уламывал,
чтобы они дали мне эту справку.
Мол, пусть заказчик явится,
без этого ни строчки. А где я им
возьму Льва Давидовича?
-Заявка на экспертизу картины Репина?
-Сатаров подал месяц назад.
А теперь скажи мне,
зачем ему был нужен художник?
-Стас делает копию картины
Репина. Экспертиза подтверждает,
что это копия. Сатаров вывозит
подлинного Репина под видом копии.
-Знаешь, сколько сейчас стоит Репин?
-Сколько?
Лихо.
-Угу. Два чемодана барахла
и миллион долларов под мышкой.
-Как думаешь, Калина была
в курсе этой сделки?
-Она девушка сообразительная.
Думаю, была.
-Еще информация - сделка на квартиру
и дом. Сатаровы, являясь опекунами,
хотели выставить Калину на улицу.
У нее был железный мотив убить их.
-Жестокая, умная, хитрая.
Но убить - нет.
Должен тебе сказать...
-В курсе, ты вел ее дело в комитете.
-Да.
-Сколько раз мне этой дрянью руку
обрабатывать?
ХРИПЫ И КРИКИ
Сдурел, что ли? Больно!
-Иди...
-Куда?
-Спроси у него...
-Кого? Здесь нет никого.
-Старик в коридоре.
Ну!
-Да, старик... Что спросить?
-Спроси, зачем он ко мне приходит.
-Ага. Паша... Он, он со мной хочет
поговорить. Мы пойдем,
а ты иди, возвращайся.
-Ты потом вернешься, все расскажешь?
-Да, вернусь, все расскажу.
-Паша? Паш!
Ты таблетки пил?
Ну сейчас будем пить. Давай-давай.
Давай-давай.


Серия 7

-Это опасно. Если хочешь
отказаться - откажись.
Вот эти люди, они были бы живы!
Они бы праздновали дни рождения,
готовились бы к Новому году,
к свадьбам, а не к похоронам!
-Ты начал топтать людей, всех подряд!
Как ты сам говоришь, без колебаний!
ИСТОШНО КРИЧИТ
-Почему вы не доложили ни мне,
ни полковнику Саблину о своих
действиях?
-Щелоков просил докладывать
ему лично.
-Узнаешь, где картина, и убьешь
к черту эту сволочь! Ты понял меня?
-Остановите машину немедленно!
-Тихо, Лев Давидович.
-Нет картины - нет денег.
-Нас это не волнует.
И деньги у тебя есть.
И ты нам заплатишь.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Ваше Величество! Маркиз Сатаров
в знак признательности оставил вам
такие хоромы! Инструмент маркиза?
Шлемы маркиза.
О, это ваза маркиза?
-Мы же договорились, что ты
никогда сюда не придешь.
Мы с тобой могли
встретиться на улице.
-Холодно на улице, Калина,
мерзну я. Тепло люблю.
Ой!
Разбилась.
Надо же, какая неприятность!
Но маркиз сдох, претензии
не предъявит.
М-м?
Или явится? Соберет осколки, склеит?
Не знаю, какие у них там чудеса,
на том свете. Ты в тот свет веришь?
-Как умер Лев Давидович?
-Как умер... В гробу.
Ручки сложил, привет всем живущим
передал...
и умер. Тебе подробности?
-Нет, избавь.
-Да...
Да, Калин...
А благодаря кому ты здесь живешь?
Ты моя должница.
По гроб жизни.
-Если ты пришел сюда за деньгами,
то у меня их нет.
-А где они?
Давай исповедуйся, я жду.
-Я должна найти картину.
Я знаю людей, которые
готовы ее купить.
В Москве ее купят, не за миллион
долларов, конечно, а за триста.
-Врешь! Что ты врешь все?
Со своим художником спуталась.
Привела его в квартиру.
Картину вы украли.
А потом нас позвала, и мы твоих
стариков за здорово живешь перебили.
Браво! Мои аплодисменты.
-Всё не так.
Картина находится в доме, просто он
опечатан, и я не могу туда попасть.
Мне нужно немного времени.
Илья, ты же знаешь, если я чего-то
пообещала, то обязательно это
выполню.
-Знаю.
Просто мои ребята волнуются. И когда
они волнуются, мне самому страшно.
Это кто?
-Ангел.
-Глазастый. Все видит, всех знает.
Подарок для любимой.
СЛЫШЕН СТУК
-Нашел?
Решил меня обмануть?
-Согласись, было бы жалко, если эту
картину найдут только через 200 лет.
-Тебе какая разница?
Это мое наследство.
-М-м! Признала родство?
Прекрати, ты терпеть не могла
своих опекунов.
-Это не люди, это твари, которые
написали донос на моего отца!
-Ты убила Сатарову?
-К сожалению, не я.
Не было и дня, чтобы я об этом
не думала.
-А если Лев Давидович вернется?
-С того света не возвращаются.
-Его что, тоже убили?
Кто?
-Не твое дело.
-Ты сейчас совсем не похожа
на влюбленную женщину.
-Я похожа на человека,
которому срочно нужны деньги.
-А вы знали, что Сатаровы
хотят продать квартиру,
в которой вы живете?
-Татьяна Максимовна мне говорила
об этом.
-Ну вот они мертвы...
-Тогда получается, что квартира
достанется мне.
Но ведь Лев Давидович может
вернуться. Тогда будет решать он.
-Вы ненавидели своих опекунов?
-У меня нет причин желать им смерти.
Я их никогда не любила, да,
но это же не повод для убийства.
Они меня воспитали.
-Вы задержаны за незаконное
проникновение в опечатанное жилище,
в котором произошло убийство.
-Иван Петрович...
-Что?!
-В этом доме мои вещи.
А я, между прочим, привык менять
рубашки, носки и нижнее белье,
в конце концов.
-В камере у тебя
этих проблем не будет.
-Ваня, бандиты гуляют на свободе,
никакого результата!
Бьешь баклуши, скользишь
по поверхности, имитируешь бурную
деятельность, хватаешь
кого ни попадя!
-Бью, скольжу, хватаю, имитирую -
экий я шустрый!
Прямо позавидовать можно! Сами же
связали меня по рукам и ногам.
Я без вашего разрешения плюнуть
не могу! Как в логове
единомышленников! А начальство
задницу от кресла оторвать не может,
только докладные принимает!
-Камешек и в мой огород,
и мою задницу помянул! Так вот,
как начальство спрашиваю, почему
сидят Стас Шелест и Калина
Полтавченко? Доказательств их вины -
шиш с маслом!
-А Пашка где?
-На работу поехал.
Сказал, нельзя прогуливать.
-Совсем спятил он.
Глаз стеклянный, смотрит на меня
и говорит: "Зачем тебе веревка
на шее?" И лапы свои ко мне тянет.
Придушит, наверное, когда-нибудь.
-С Говорковой что делать?
Не знает она ничего про деньги.
-Ну да, согласен.
Ошибочка получилась.
Надо подождать, Миша,
и все нормально будет.
Будем жить тихо, мирно,
спокойно, как раньше.
-Тихо, мирно, с воющей бабой
в подвале?
-Но отпускать ее нельзя,
и ты это знаешь лучше меня.
Давай решай как-нибудь эту проблему.
-Почему я-то?
-А почему не ты?
Что за вопросы такие?
Столько баб порешил,
включая дочь свою.
Что? Давай-давай решай! Я уеду,
вернусь назад - чтобы Говорковой
не было в подвале. И прибери,
там воняет.
Миш!
Извини меня, про дочь... сорвалось.
-Что?..
Что? Что?
Всё?.. Всё? Нет, нет...
Нет, пожалуйста, не хочу умирать!
-Вставай.
-Не хочу...
-Вставай!
Тебя не поймешь: то хочешь умирать,
то не хочешь умирать! Пошла!
Пошла!
Выходи.
Выходи!
Сапоги снимай.
КРИЧИТ
Надевай.
Поехали.
Поехали, поехали.
-Доставили без документов,
имени не знаем.
Большая кровопотеря. Женщина
потеряла ребенка - выкидыш.
-В сознание приходила?
-Нет. В бреду говорила что-то
про гараж, веревку...
-Надо в милицию сообщить.
-Дима...
Не дождусь я твою утку.
Скажи, мы же не слишком
привязаны друг к другу?
-У нас сугубо деловые отношения.
-Ну вот и договорились.
-Ты чего, бросаешь меня?
-Дим, я думаю, нам не стоит
больше встречаться.
-Черкасов... Ну конечно.
Верочка, ты же умница, ты же
понимаешь: он никогда к тебе
не вернется. А то что он тебе
улыбнулся пару раз - так это так,
для дела. У него ведь всё для дела.
Исключение составляет только его
жена. Вот ее он действительно любит.
-Я не хочу это обсуждать с тобой.
-А я хочу.
Ты сейчас делаешь самую большую
глупость. Ты не можешь меня бросить.
-Но твоя же жена бросила.
Ничего, живой.
А моего отсутствия даже
не заметишь в своей постели.
-Вер, если честно, я к тебе привык.
Ну... меня все устраивает в наших
отношениях. Ты мне не мешала,
я тебе не мешал. Вера...
Ну у меня день был тяжелый! Ну что я
сейчас должен оставаться один?
У меня полно проблем!
Утка вон недожаренная.
-Дима, перестань.
-Машина с номером мотора 50403216
была списана в сентябре этого года
за подписью полковника Тюрина.
Закупкой автоматов занимался
Антон Чесноков, у него были
большие полномочия, но подпись
того же полковника Тюрина.
Это всё, что мне удалось узнать.
-Главное нам известно:
машина была у бандитов,
номер двигателя совпадает.
Машина списана.
-Иван Петрович, вас
к министру вызывают.
-Оружие и транспортные средства
бандиты получали из арсенала.
Руководил этим непосредственно
капитан Антон Чесноков.
-Милицейская машина,
на которой бандиты разъезжали,
вышла из арсенала?
-Установлено достоверно.
Бандиты машину сожгли, но есть
фотография с номером двигателя.
-Вам удалось узнать, кто работал
в одной связке с Антоном Чесноковым?
-Нет.
-Антон Чесноков всего лишь звено
в этой преступной цепочке, так?
-Уверен. Кто-то им руководил,
кто-то очень щедро оплачивал
его преступления, и этот кто-то
был непосредственно
связан с бандитами.
Я здесь все изложил,
Николай Анисимович.
-Чья подпись на документах?
-Полковника Тюрина.
-Обещайте: о нашем разговоре
никто не будет знать.
-А герой Антон Чесноков посмертно
будет представлен к награде.
-Я разве это сказал?
Создадим комиссию, всё проверим,
найдем всех причастных к этому
преступлению, но трубить
на углах не надо.
Это наше внутреннее расследование.
Вы меня поняли, майор Черкасов?
-Так точно!
-Вы представить себе не можете,
Иван Петрович, какой это удар
для меня. Эта информация не должна
попасть в прессу. Вы обещаете мне?
-Слово офицера.
-Сопротивлялась?
-Цеплялась.
-Поехали.
-Шмотки ее здесь оставим?
-Пусть думают: утонула барышня.
-Пару раз приходила в сознание,
но ничего внятного сказать не могла.
Даже как зовут. Пришлось
фотографировать ее и рассылать
по отделениям милиции.
-Как вы думаете, что могло произойти?
-Избивали ее в течение
долгого времени.
-Жить будет? Надежда есть?
-А как же без нее!
Зачем мы тогда лечим?
-Как только в себя придет,
сообщите нам.
-А кальсоны зачем?
-Кальсоны - первое дело для мужика.
-Дай свитер с верхней полки.
А шерстяные носки?
-Я положил.
-Вань, поедем вместе?
Славка обрадуется. Он тебя увидит -
сразу пойдет на поправку.
-Рит, я не могу, ты же знаешь.
-До Ленинграда всего ничего.
Ты приедешь, поздороваешься,
руку пожмешь и сразу обратно.
-Я тоже хочу к Славке.
Можно я тоже поеду?
-Поедешь. В следующий раз вместе
поедем. Сколько он в госпитале
пробудет?
-Не меньше месяца точно.
-Ну вот, время еще есть.
-Ему сейчас нужна наша помощь,
а не тогда, когда у тебя будет время.
Ты понимаешь вообще, что такое
воспаление легких?
-От этого уже не умирают.
Ты доктор и должна бы это знать.
Я три раза болел, и ничего, выжил.
Ну, Рит, всё, успокойся.
Если Славка увидит тебя в таком
состоянии, не думаю, что очень
обрадуется. Да?
-Мне пора.
Я такси вызвала.
-Да.
Я тоже на такси покатаюсь,
провожу тебя.
Ален, побудешь дома?
-Угу.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Да?
-Иван Петрович,
полковник Федоров умер.
-Невиновен. Свободен.
И тело свободно, и душа.
-Он письмо оставил. Вот. Вам лично
в руки просил передать.
-Когда это случилось?
-Час назад.
Инфаркт.
-Понятно.
Моя вина, да?
-Сейчас не место и не время
говорить об этом.
-Андрей Викторович написал.
"Черкасов во многом был прав,
не надо его винить".
Я исполняю последнюю волю Федорова.
В противном случае я бы не подал
тебе руки.
-Ну и не подавал бы.
Что за книжка?
-"Всадник без головы".
-Через час выключишь.
-Угу.
-А книжка хорошая.
Почти про меня.
Я сейчас тоже всадник без головы.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Наверное, мама.
Да?
ВЕРА: Ваня, приезжай ко мне сейчас,
пожалуйста, я должна
с тобой поговорить.
-Ну если это так важно...
-Это важно.
-Я сейчас отъеду, а ты спишь.
Договорились?
-Мама звонила?
-Нет. Пять страниц - и спать.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Что случилось?
-Ну, проходи. Что мы, как чужие,
в прихожей будем стоять?
-Ты знаешь, я ненадолго,
у меня там Алена одна.
Что ты хотела сказать?
-Мы совершили ошибку.
Ошибки надо исправлять.
-Ты про что?
-Ты мой муж. А я твоя жена.
-Верка...
Перестань.
-Черкасов...
Ты помнишь... первый раз...
...когда я пыталась тебя поцеловать?
Я искала твои губы, а ты их прятал.
Почему?
-Боялся пропасть.
Верка, мы с тобой сейчас как
иллюстрация к пошлому анекдоту.
Муж в командировку, а она...
Нет, Вер...
-Вот дура!
Вера, какая же ты дура!
-Мама звонила: утром приезжает.
Папа, ты всадник. И голова
у тебя на плечах есть.
Она думает.
-Угу.
-И чтобы я тебя без носков не видела.
-Хорошо.
-Кормят нормально?
-Да.
-Ешь, обязательно хорошо.
Врач сказал, что, слава богу,
воспаления нет. Бронхит.
Ты куришь? Только не ври, Славка.
-Курю, но обещаю бросить.
-Ну куда тебе курить! Посмотри
на себя.
-Мама, ты дядю Ваню так же пилишь?
-Я пилю?
Мы ругаемся иногда, да, но...
-Постоянно пилишь.
То вопросами, то советами.
Даже молчанием.
У него очень тяжелая работа, он
должен с радостью приходить домой.
Туда, где его ждут, а не где задают
вопросы "Почему?" и "Зачем?".
-Значит, я сварливая жена,
невнимательная, да?
-Я так, конечно, не говорю...
Дяде Ване тоже нужны носки, но...
больше ему нужны хорошие
слова и поддержка.
И почаще хвали его.
Это... Даша.
-Даша?
-Мы хотим пожениться.
-Ты женишься?
-Не сегодня, конечно, но когда
отучусь, тогда и поженимся.
-Пашка совсем с ума сошел.
Нельзя к нему больше ходить.
-Поэтому в поликлинику надо.
Собака где угодно может укусить.
-Ага, и 40 уколов в живот. Нет уж.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Пойдем, только тихо.
Как мышь.
Да иду я! Хватит трезвонить!
О, здрасте. А что без приглашения?
-Здравствуй, Нюра. Что с рукой?
-На гвоздь напоролась.
Пришли здоровья пожелать?
-Сергей у тебя?
-Нет его здесь. Хотите - ищите.
Хоть под кровать лезьте.
Он-то вам зачем?
-Ну как - зачем? Его невеста
подозревается в убийстве
своей соседки. Неужели он
не захочет ей помочь?
-Опять одно и то же. Я уже
говорила: я никого не убивала.
А Сереже я больше
не невеста. И он уехал.
-Куда?
-Без понятия. К бабе своей, наверное,
в Рязань. Кто она, как ее
зовут и где живет, я не знаю.
Комната опечатана. Вскрывать будете?
-Мама где?
-Мама всю неделю во вторую смену.
Придет часов в 12. Чаю хотите?
-Нет. Видимо, уже в другой раз.
-Так что, ломаем дверь или слабо?
-Надо бежать.
-Куда бежать без денег, Сережа?
А у него ничего нет на нас.
Ходит кругами, сыщика изображает.
А если бы что-то было, мы бы
здесь с тобой не сидели.
Мы не можем уехать без денег.
-Что наш Сережка натворил? Избил
кого-то? Или того хуже, своровал?
-Нет, мне просто очень
поговорить с ним надо.
Где он может быть?
-Ну... где... Знамо дело -
у девки своей. Сегодня с утра
сумку собрал, сказал:
"Не ждите". Отпуск ему дали.
"Какой такой отпуск?" -
спрашиваю. "Заслуженный".
Странный он в последнее время стал.
Машина у него откуда-то появилась.
Говорит, приятель дал покататься.
-Что за машина?
-"Москвич" зеленый.
Что наш Сережка натворил? Ну не зря
же ты к нам в дом пришел, а?
Христом Богом прошу, скажи.
-Да если бы что серьезное было,
здесь бы уже рота милиционеров
топталась. А я так, поговорить.
Свидетель он.
-Свидетель! Так если Сережка
свидетель, он скажет!
-Сереженька врать не умеет.
Когда он маленький был...
-Ты человека не отвлекай.
Ему на службу пора. Он на службе.
-Я возьму?
-Возьми.
А зачем фото? Он же свидетель.
-Для порядка.
-Тимофеева работала в арсенале
по личному распоряжению Щелокова.
Эта информация точная.
-Разворошит Щелоков осиное гнездо,
пару голов отрубит, и все шито-крыто.
-Это они аварию подстроили.
Заволновались оружейники.
Чует кошка, чье мясо съела.
-Может, эта кошка уже мяса
обожралась, а мы все мимо,
все вокруг да около. Я должен наверх
докладывать, а информации ноль.
Андропов все равно сковырнет
Щелокова. Но это может произойти
и без нашего участия, понимаешь?
-Оружейники всех наших вычистили.
Говорил с Черкасовым - пустой номер.
-А Софья Борисовна?
-Вряд ли пойдет на контакт, хотя...
У каждого человека есть своя
ахиллесова пята. Надо только найти
это слабое место.
-А кто в команде Черкасова занимался
тульским оружием?
-Старший лейтенант Гаркуша.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Привет. У меня важный
разговор. Пять минут.
-Мне не о чем с тобой говорить!
-Пять минут - и я исчезну.
Обещаю.
-Пять минут.
Время пошло.
-Постараюсь уложиться.
Во-первых, хочу извиниться
перед тобой.
Много времени прошло, но мне до сих
пор стыдно за мои слова и поступки
по отношению к тебе. Конечно,
это не может быть оправданием,
но все это было ради дела.
Я люблю... свою работу
не меньше, чем ты свою.
Ну а в главном я тебя не обманывал.
Ты действительно мне очень нравилась.
И мы были бы хорошей парой, если бы
ты согласилась стать моей женой.
Кстати, я до сих пор не женат.
-Время идет.
-Да не торопи ты меня!
-4 минуты.
-Щелоков...
...не хочет выносить сор из избы.
Я его понимаю, но... если не вымести
этот сор, страна захлебнется в крови.
-Угу. Издалека начал.
-Я не хочу вмешиваться
в расследование Черкасова...
...но мне нужна информация,
кто бандитов снабжает оружием.
Если у нас будут доказательства,
мы успеем оторвать голову этой гидре.
Помоги.
-У меня нет никакой информации.
-Но ведь это ты фотографировала
документы в оружейном
арсенале, не так ли?
-Я ничего не фотографировала,
ты ошибаешься.
-Соня, ты кому служишь? Лично
Щелокову, лично Черкасову
или все-таки стране,
в которой начался беспредел?
"Бес-пре-дел" - так Чудовский назвал
свою статью о бандитах. И попал
в точку. Потому что кто у нас сегодня
бандиты? Милиция. И ты об этом
знаешь. Не можешь не знать,
потому что ты не дура! Прости.
Шуршите там у себя потихоньку...
как мыши под веником, все тайком.
То, что ты знаешь и молчишь...
это не защита чести мундира.
"Вредительство" - вот как это
называется.
-Ты хочешь сказать, что я враг
народа? Договаривай.
-Да, Соня.
В этой ситуации - да.
Когда страна катится под откос,
кто-то должен нажать на тормоз.
-И этот кто-то - ты, да?
Время вышло.
-Исчезаю.
Обещал - больше не появлюсь.
Сама придешь, сама все принесешь.
-Угу.
-Но даже не сомневайся, это будет
самый честный твой поступок.
Твои часы спешат на одну минуту.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Алексей Гаркуша?
-Да. Что-то случилось?
-Есть предложение
сесть в нашу машину.
-Я же все написал. Была операция.
Я должен был выяснить, кто продает
нелегальное оружие. В ходе
операции вышел на него.
-Говори ты.
-Приехал человек из Москвы.
Ему продал. Договорились еще раз
встретиться. Он закупит на сто тысяч.
Меня взяли. Сделка сорвалась.
-Он покупал оружие?
-Он.
-Сотрудник МВД?
-Так он мне и сказал.
-Почему изменил показания?
-Генерал приказал. А я что? Я ничего.
-Какой генерал? Фамилия.
-Их генерал.
-Громов?
-Я фамилию не спрашивал.
-Леша, ты был на опознании, да?
Этот человек признал Чеснокова?
-Не помню.
-Что ты врешь?
Ты же сам мне это фото под нос совал.
-Леша, этот человек признал
преступника Чеснокова.
Ты честно выполнял свою работу.
Рисковал жизнью. Но под давлением
своего руководства
отказался от показаний.
Сейчас напиши, кто и как тебе
посоветовал совершить это должностное
преступление. Преступление.
Я не оговорился.
-Я ничего писать не буду. Если
я задержан, извольте мне не тыкать,
Роберт Михайлович.
-Благодари бога, что я тебе тычу!
Это означает, что у тебя есть хоть
какая-то надежда выйти отсюда живым.
Но не совсем здоровым.
Пиши, что тебе приказал генерал
Громов, при каких обстоятельствах.
И не забудь в своем писании
упомянуть лейтенанта Гаркушу.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло.
Да, сейчас. Соня, тебя.
-Да?
-Соня, здравствуй.
Свидания с задержанным у нас
не предусмотрены, но для тебя
я могу сделать исключение.
Я спрошу у Алексея Гаркуши,
хочет ли он тебя видеть.
-Ключ от сейфа у тебя?
-Что случилось? Кто звонил?
-Давай.
-Черкасов убьет.
-Не тебя же. Давай.
Давай. Под мою ответственность.
-Если здесь не то,
что я думаю, Софья Борисовна...
-Если еще раз встанешь
у меня на пути, убью.
Случайно.
-А я ведь тебе верю.
-Как вы живете в такой
маленькой комнате?
-Нормально. Муж аспирант.
Окончит - переедем. Ты зачем сюда
пришел?
-Да... так получается,
что... я как бы совсем один.
Можно с вами Новый год встретить?
-Уходи. Я не хочу с тобой ругаться,
но говорить мне с тобой тоже тяжело.
-Ты меня пойми.
Я просто расстроился немного.
Ты моя... И вдруг не моя.
Сошел с ума. Прости, если сможешь.
-Я уже простила тебя. Но при условии,
что тебя никогда больше
не будет в моей жизни.
-Почему меня нельзя любить?
-Ты красивый, умный...
-Образованный.
-Образованный. Но подлец. Есть
женщины, которые обожают подлецов.
Может быть, тебе повезет.
-Но ты не такая?
-Не такая.
-О! Вот кто украл
у меня любимую женщину.
Будем знакомы.
-Илья?
-Угу.
-Убирайся отсюда.
-Я к вам с миром пришел.
Ангела принес.
Хочу дружить.
-Я сказал: еще раз подойдешь
к моей жене...
-И что будет?
-Лена, ты дома?
Артем!
Мы вас в 408-й ждем.
-Правильно, для вас сейчас молчание -
золото. Пусть без вас отмечают.
-Отпусти нас. И сам уходи. Мы ничего
не видели, тебя здесь не было.
-Артемом тебя зовут?
-Да.
-Ну вот что, Артем, сейчас с тобой
поиграем в старую игру. Тебе нужно
будет пройтись по карнизу.
Пройдешь - Лена твоя. Упадешь - моя.
Все по-честному.
-Артем, не слушай его...
-Ты, Ленок, молчи.
Ну, Артем, я на 20-м ходил.
И ничего, жив.
А здесь всего лишь четвертый этаж.
Да говорят, ты еще и спортсмен.
Спортсмен-аспирант.
Я слово держу. Пошел.
Не подходи!
Не шути со мной, не надо.
Не полезешь - убью ее. Потом тебя.
Ну чо медлим? У любимой пистолет
у виска, а ты в раздумьях.
-Артем...
-Отпусти ее только.
-Ха!
Трусоват твой муж, Лена.
Ну молодец, стоишь!
Теперь постучи в соседнее
окно, поздоровайся там вежливо
и лезь обратно.
Тогда целуй свою Лену.
А я ему еще ангела подарил. Сучонок.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
КРИЧИТ
Ой.
Упал сокол.
Но все по-честному.
Ты моя.
Не надо, не смотри.
Спать будешь плохо.
-Ненавижу. Убийца, да тебя же!..
-Ревновал тебя, Лена, твой муж.
А ты ему изменяла с кем попало.
Вот он тебя и убил. И сам
покончил с собой от горя.
-Мама, зачем?
Мама... ты вкалываешь на двух
работах. Ну посмотри на свои руки.
У тебя руки старухи. А знаешь,
как они живут? Они обманывают,
воруют, унижают! У них все в золоте
и в серебре! Мама, да они ногтя
твоего не стоят, понимаешь? А тебя
даже на порог не пустят! Да пускай
они сдохнут все к черту, мама!
Не жалко их, понимаешь? Нас с тобой
никто не жалеет! Мама, у нас будут
деньги, много денег! Ты будешь
ходить в драгоценностях и в шубе.
Никто не посмеет сказать, что ты
нищая! Пусть только попробуют -
я их всех убью, мама!
-Ты... Дусю... убила...
-Мама... Мамочка! Мама!
Куда вы ее понесли? Что происходит?!
-Девушка, ваша мама умерла.
-Что вы врете?! Идите ее лечите!
Это моя мама! Она не может умереть!
-Пожалуйста, успокойтесь. Это
очевидный факт. Мне очень жаль.
Примите мои соболезнования.
-Спасибо.
Соня?
Ты что, плачешь?
-Леша!..
Я так за тебя испугалась!
-Свобода.
-Я в прошлый раз в камере
целый месяц просидел.
-Да? Я в камере не сидела. Зато
на допросы почти каждый день ходила.
-Ну что, значит, теперь
мы с тобой рецидивисты.
-Да, та еще парочка.
Ну что, теперь тебе некуда от меня
деваться. Будешь жить со мной.
У меня.
-Нет, не угадала.
У меня товарищ уезжает. Оставил
мне квартиру. Так что я уже нашел
себе пристанище.
-М-м.
-Есть черная вдова, а я черный жених.
У меня была невеста, ее звали
Наташа, я ее очень любил.
Потом ее убили.
И рана долго заживала.
Потом Оксана, ее тоже убили.
Я не хочу, чтобы...
-А со мной ничего не случится.
Знаешь почему?
Потому что ты меня не любишь.


Серия 8

ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Здрасте, Калина.
-Здравствуйте.
Вас, кажется, Лешей зовут?
-Ага.
-А это что? Колядовать
собрались? Не рановато?
-Я пока здесь буду жить.
Распоряжение Черкасова.
-А ваш Черкасов у меня
разрешения не захотел спросить?
-А никто спрашивать не будет. Так...
К телефону без меня не подходить,
улица под запретом.
Что вы смотрите? Соседей выселить
нельзя, придется нам с вами делить
жилплощадь, Калина.
Это приказ. Я ваш охранник.
Тапочки у меня свои.
-Прекрасно.
-Мать похоронила, а поминки
чужие люди устраивают.
-Сейчас о себе надо думать. У нас
земля под ногами горит. Надо бежать.
-Куда?
-В Крым. Я с двоюродным братом
списался. С работой обещал помочь.
Затеряемся.
-Без денег мы не затеряемся, Сережа.
-Мужчина! Плохо стало
вашей пассажирке.
-Какой пассажирке?
-Той, что в автобус посадили ко мне.
СИРЕНЫ СКОРОЙ ПОМОЩИ
-Обознались вы, гражданочка.
-Я чего-то не знаю?
-Да говорю: обозналась.
-Да, наверняка.
-Серега, елку достанешь...
и во дворе поставь красиво.
-Не видишь, я занят!
Всю машину раскурочили!
-Сережа, спокойней.
-Деньги ищешь?
Тютя.
На.
Я знаю, что ты мать любила.
Отдай Сереге.
Километров на сто хватит.
-Спасибо, дядя Миша.
-Сегодня 25 декабря,
католическое Рождество.
У меня родители католики.
Мы всегда праздновали Рождество.
У нас в семье была традиция быть
искренними в этот день и делиться
друг с другом самыми
сокровенными секретами.
У меня была любимая
девушка. Ее больше нет.
Теперь вы моя семья.
Я хочу, чтобы мы были честными
друг с другом в этот день.
Нюр... какие у тебя секреты?
-Нет никаких.
-Ну ладно, с тобой потом.
Серега?
-Мне скрывать нечего.
-Я Сереге верю.
Дядя Миша...
Что, нечем поделиться?
Я тебе помогу.
Загородная автобусная остановка,
женщина в красивой шубе.
Только никак не пойму: она босиком,
что ли, ушла? Сапожки на берегу
остались.
-В валенках.
-А валенки с галошами.
Миша, я тебя как отца любил.
Я тебя больше, чем отца, любил.
Зачем ты нас предал?
Зачем иудой стал?
Убери ты нож, Паша.
-Нюра!
Екатерина Ивановна, здравствуйте.
-Нет Нюры. Мать похоронила, денег
на поминки дала, сумку собрала
и ушла.
-А когда вернется?
-Не сказала. Ключи от квартиры
дала, велела, чтобы приглядывала.
-Разрешите?
-Входи.
-Федор Григорьевич, результаты
экспертизы пули, извлеченной из тела
участкового, убитого
в районном отделении милиции.
Выстрел произведен из пистолета,
из которого убили инкассаторов.
-Всплыл тот же пистолет?
-Я занимался расследованием убийства
пожилой женщины. Разбойное нападение.
Подозревал ее соседку Нюру Горбатову.
Стопроцентных доказательств вины
у меня не было, одна интуиция.
Почему-то казалось, что между Нюркой
и убийством инкассаторов возможна
какая-то связь. И тут
стреляют в участкового.
Стрелял Нюркин жених, Сергей Матюшин.
-Ну что? Есть все основания
для задержания. Молодец.
-Они сбежали.
-Быстро в машину.
-Пять угонов.
Все машины нашли.
А вот это вас, похоже, заинтересует.
Ищет своего отца Копейкина Анатолия
Максимовича. Поехал продавать машину
и пропал. 407-й "москвич",
госномер 38-45 МОК, зеленого цвета.
-Точно! Родители Матюшина
сказали, что зеленого цвета.
-Нюр...
Нюр, давай вставай.
-Сереж, дай еще чуть-чуть
посплю. Холодно.
-Сейчас.
Нюр, денег нет.
-Они на дне лежат в пакетах.
Ты проглядел просто.
Дай я.
Твою мать! Это Илья. Я его убью!
Вернемся - я его голыми руками
придушу!
-Тебе жить надоело?
-Что мы будем делать без денег?!
Куда мы без денег?!
-Ой, девчонки, работы у нас сегодня -
только держись. Сейчас пенсионеры
атаковать начнут.
-Деньги снимают перед Новым годом.
Копят, копят, а потом раз! -
и пустая сберкнижка.
СТУК В ДВЕРЬ
-Я им сейчас скажу пару ласковых.
-Сейф! Я сказал, сейф!
Быстро!
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Здравствуйте, детишки и их родители.
ДЕТИ ХОРОМ: Здрасте!
-Начнем праздник?
ДЕТИ ХОРОМ: Да!
-Будем водить хоровод?
ДЕТИ ХОРОМ: Да!
-Кто самый смелый? Пойдемте.
-Давайте-ка, встаем в кружок.
ВМЕСТЕ: Как на тоненький ледок
Выпал беленький снежок.
Эх, зимушка, зима,
Зима снежная была.
-Паша, тебе плохо?
Паша! Паш!
ДЕТИ КРИЧАТ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Кто там?
-Я.
-Кто - я?
-Не выделывайся, открывай.
Издеваешься надо мной?
Почему не открываешь? А?
-Тебе что здесь надо? Зачем пришел?
-Деньги на стол, Калина, шутки
кончились.
-Какие деньги? Я не понимаю,
о чем ты.
-Сейчас поймешь, сучка!
-Не дергайся, парень.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Не мой. Нашел на дороге,
не удержался, поднял.
-Из этого пистолета
убили инкассаторов.
-Надо же! Вот зачем я его поднял?
-Не останавливайся.
-Нам погоня не нужна.
-Не останавливайся, Сереж!
-У нас все чисто.
-Старший сержант милиции Круглов.
Куда так спешим, молодые люди?
-К сестре на свадьбу опаздываем.
-Так можно на свои похороны успеть.
Документы.
По доверенности ездим?
-На себя не успел оформить.
Дядька подарил.
-Щедрый родственник у вас.
А вы у нас гражданин Матюшин?
-Да, а что случилось?
-В машину...
-Не беспокойтесь. Этот человек
больше не сделает вам ничего плохого.
-Сволочь...
Пашка пытал меня, убивал,
а этот командовал.
-Да конечно. Я еще бомбу
на Хиросиму сбросил.
Ой, а что тут произошло?
Кровавое побоище?
А я-то здесь что делаю?
-Узнаете этого человека?
-Он.
Точно он, я его видела.
-Старая дура.
-Уведи.
-Да, неплохо мы здесь постреляли.
Прямо кино. "Бонни и Клайд"
смотрел, мусор?
Нехорошо бить человека в наручниках.
-Расстегни его.
-Черкасов!
-Я приказываю.
-На 27-м километре Симферопольского
шоссе тяжело ранен сотрудник ГАИ.
Автомобиль обнаружен и преследуется.
Это "москвич" 407 зеленого цвета.
-Едем.
МИЛИЦЕЙСКИЕ СИРЕНЫ
-Немедленно остановиться!
Приказываю немедленно остановиться!
В случае неповиновения
открываю огонь на поражение.
Автомобиль "москвич" 38-45,
немедленно остановиться.
-Горбатова и Матюшин,
выходите из машины!
С поднятыми руками.
-Ну все, Нюр, приехали.
-Они нас застрелят.
-Мы им живыми нужны.
-Сопротивление бесполезно.
Выходите из машины.
-А ты бы чего больше всего хотела?
-Чтобы мы любили друг друга
до конца жизни.
-Так и получилось.
До конца жизни.
Я машину хотел. Вот накатался.
-Горбатова и Матюшин,
выходите из машины.
С поднятыми руками.
-Пошли?
-С поднятыми руками!
Не стрелять!
-Странно, как смерть меняет лица.
-Да, спасибо большое.
Вот. Зажигалка, которую нашли
у сожженной машины, принадлежит
Михаилу Подколзину. Михаил восемь лет
отсидел в тюрьме за непредумышленное
убийство.
-Михаил Подколзин живет тут,
помогает Илье Любовскому.
А дача принадлежит родителям
Любовского. Они сейчас за границей.
Открыто.
-Бандой руководил ты?
-Если бы я, с нами такого не было бы,
сейчас бы в Сочи куролесили.
-Кто?
-Говоркова.
-Кто?!
-А почему нет? Ее муж, инкассатор,
передал нам информацию.
Как это по-вашему? Вошел
в преступный сговор с бандой?
Первый раз мы взяли мелочь -
полный облом. А второй раз повезло.
-Кто поставлял оружие?
-Ее любовник.
Капитан Антон... Как?.. Чесноков.
-Машина, документы откуда?
-Оттуда же.
У Чеснокова был свой
человек в арсенале.
За деньги можно хоть танк вывезти.
Хотите, вам удостоверение генерала
оформим?
-Спасибо.
-Деньги он от нас получил и исчез.
Кому передал деньги? Любовнице.
Пришлось Говоркову поселить у себя.
Сдыхала, сука, но молчала.
Про деньги она не знала.
Надо было ее убить.
А Миша пожалел.
Предал Миша, предал.
-А с Калиной как вы
делили награбленное?
-О, Калина!
Одна треть - нам, остальное - ей.
С кем делилась - не знаю.
-Откуда у нее информация?
-Был у нее какой-то человек.
Как-то раз проговорилась. Фамилия
очень простая... Иванов, Петров,
Сидоров.
-Федоров?
-Да. Федоров, Федоров.
Но я его ни разу не видел.
-Убийство Сатаровых заказал Федоров?
-Нет.
Это чистой воды инициатива Калины.
Насколько мне известно,
она своих опекунов ненавидела.
Слушайте, я тут перед вами
вроде как признаюсь.
А чистосердечное признание
смягчает вину. Обещаете?
-Обещанная шапка на уши давит.
-Значит, зря я вам
здесь исповедуюсь?
Больше ничего не скажу.
Ведите в камеру.
-Не зря мы пришли к вам с обыском.
Это нашли у вас на антресолях.
В старых валенках.
-Из-за этих денег...
Из-за них я?..
-Показали фотографию, сказали,
нахулиганил. Я решил, зачем парню
жизнь портить? Он и так свое
уже получил. Он безобидный.
-Безобидный убийца.
-Ну да. Его мать - мой учитель,
она великолепный хирург. Я обещал
ей, что никогда не оставлю Пашу.
-Веревку не снимает. Мы пробовали
снять - такое начинается!
-Надо снять, он же задушит себя.
-Не задушит. Сказал, ждет сигнала.
-Печальное зрелище.
Не могу поверить, что Паша убивал.
-Яков Леонидович!
-Что?
-Паша сигнал получил.
-Быстрей!
-Мишу жалко.
Я его любил, мне с ним
разговаривать нравилось.
А Сатарова я бы еще раз убил.
Если бы Миша здесь убил Говоркову,
я бы перед вами не стоял.
Я вам все рассказал, все показал.
Вы ни разу не намекнули, что мной
довольны. Неужели вы действительно
думаете, что меня расстреляют?
Я даже в тюрьму не сяду. Я же псих.
Прилетят мои родители, пара звонков
из министерства в министерство.
Знаете, что будет? Пара месяцев
хорошей комфортабельной клиники.
У меня руки затекли.
Снимите наручники.
-Сними.
Сними, сними.
-Я вам еще рассказать хочу.
Я свою любимую девушку убил.
Просто зарезал самого дорогого
человека, который есть у меня
в жизни.
Не знаю, что-то нашло на меня.
Я в Бога не верю. Вас попрошу.
Поставьте ей свечку.
Я понимаю, вы человек партийный.
Ну... на всякий случай.
Вообще, не так уж и плохо.
Я голубя раненого на дороге подобрал.
Вылечил его.
Он улетел.
-Убит при попытке к бегству.
Ладно, Ваня, не грызи себя.
Не грызи. Слышишь?
-Ты меня не понял, Гриша.
Я их видел. Смотрел на них.
Они слова говорят человеческие,
любить пытаются даже по-человечески.
Хотят простых человеческих радостей.
Но почему они такие?
С одной стороны, они люди.
Но они не люди.
А кто они, я не понимаю.
И что делать, я не знаю.
Я могу поймать убийцу, маньяка,
но всю опухоль я вырезать не могу.
Знаешь, что я могу?
Я могу их убивать.
-Вань...
-Ты когда-нибудь слышал
про сыщика-убийцу?
Я становлюсь опасен,
Гриш. Надо уходить.
Я никогда тебя такой не видел.
Мне нужно было увидеть тебя сегодня.
Очень...
-Черкасов...
Похоже, что мы прощаемся.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
ЩЕНОК СКУЛИТ
-Ох ты... Ну извини.
Я сначала его помою,
а потом вас накормлю.
-Всем спасибо, работа проделана
адская. Дмитрий Алексеевич,
ваша работа в отделе выполнена.
Большое вам спасибо.
М-да... До сих пор не могу поверить,
что мой друг... Андрей Викторович
Федоров оказался замешан в этом
деле, фактически организовал банду.
Больше всего на свете я бы хотел...
чтобы это оказалось неправдой.
-Картина у меня. Жду вас
с моими деньгами на вокзале.
Постарайтесь не опаздывать,
у меня поезд через час.
-Как же надоели эти сумки!
Все руки оттянули!
-На-ка.
Вот с этой сумки глаз не своди.
Тут хрусталя восемь фужеров.
-Много вещей. Далеко собралась?
Курицей пахнет.
-Дмитрий Алексеевич, давайте ближе
к делу. Времени мало,
мой поезд через полчаса.
-К делу так к делу.
Хотя так дела не делаются.
Надо как-то заранее
договариваться, я же не сберкасса.
Не надо проверять,
я тебя никогда не обманывал.
-Номер ячейки - 20.
Шифр - две восьмерки, две четверки.
-А вдруг там дырка от бублика?
-А я вас, Дмитрий Алексеевич,
тоже никогда не обманывала.
Ну что, будем прощаться?
-Как жаль, что все так заканчивается.
-А мне не жаль. Я очень
рада, что все заканчивается.
Надеюсь, больше никогда не увидимся.
-Давай обнимемся на прощание.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Слава тебе господи, мои... Дочка?..
Твою же мать!..
-Калина позвонила мне.
Назначила встречу на вокзале.
Очень нервничала. Плохо себя
чувствовала. У нее болела голова,
ее тошнило. Я предложил отвезти
ее в больницу, она отказалась.
-Зачем она звонила?
-Ей нужны были деньги, она куда-то
уезжала. Куда - не сказала.
Предложила купить картину.
-В конвертах была большая сумма.
Слишком большая за копию картины
Репина.
-За копию?
-Копию, копию.
А ты думал, оригинал?
-Я ничего не думал.
Просто хотел помочь.
В чем ты меня обвиняешь?
В том, что я купил
копию картины?
Или в том, что я не настоял,
чтобы Калина отправилась в больницу?
Тебе интересно, откуда
у меня деньги? Я накопил.
То, что... Калина
умерла, мне правда...
очень-очень жаль.
-Шариковая ручка. В нее
вмонтирован маленький шприц
для подкожных инъекций,
заряженный ядом.
-Я не понимаю, какое отношение
ко мне имеет эта ручка.
-Легкий укол - и летальный
исход обеспечен.
Если, конечно, вовремя
не ввести антидот.
-За вас!
-Иван Петрович, да вы талант!
-Я? Я гений.
Давайте выпьем за это.
-Гений, едрена вошь!
-Я тоже не испытывала особой симпатии
к Ткачу, но никогда бы не подумала
на него. Вы когда
начали его подозревать?
-Да мы как-то решили
с Дмитрием Алексеевичем
прогуляться по подземелью.
И вдруг он мне говорит...
-Не ходи, там тупик.
-А мы там впервые. Откуда
он мог знать? Прокололся!
Пошли мы дальше, и в одном
из помещений я нашел клочок
бумаги в оружейном масле и понял,
что где-то рядом тайник с оружием.
Вот если бы Никита не убил Чеснокова,
все бы закончилось гораздо быстрее.
-Да сколько же можно
вспоминать про это?
-А мы объявили Чеснокова героем.
-А ты знаешь, мне это было на руку.
Да, Ткач как-то успокоился - торпеда
мимо прошла. А дальше он ни разу
не прокололся. Тут появилась
информация, что Калина и Чесноков
знакомы. Вы же знаете,
я ни в какие случайности не верю.
Главным человеком, естественно, стала
Калина. И сложился треугольник -
Ткач, Калина, Чесноков.
Мне нужно было под любым предлогом
арестовать Калину. Я вот чувствовал,
что Ткач обязательно навестит
ее в камере. И он пришел.
Я понимал, что они связаны
и Калина может вывести нас
на бандитов. Но для этого
ей надо оказаться на свободе,
и я ее отпустил.
-Так вы дали Калине уйти, только
чтобы использовать ее как живца?
-Калину охранял Гаркуша.
-Леша меня на диете держит.
-Я ждал Ткача, а пришел Илья.
-Сейчас поймешь, сучка!
-Не дергайся, парень.
-После допроса Ильи мы еще раз
обыскали дом Сатарова и нашли
листок в записной книжке. Это были
шифры для сейфа. Потом нашли
и сам сейф. Сатаров менял шифры
каждый день и записывал - все же
не запомнить. Мы открыли сейф,
забрали оригинал, сделали копию.
А потом я попросил
Калину позвонить Ткачу.
-Картина у меня. Я сама назначу
встречу. Ждите моего звонка.
-Ткач был уверен, что получит
оригинал картины, а Калина
должна была умереть.
А дальше на вокзале
дежурили наши люди.
-Не подскажете,
Красная площадь далеко?
-Дочка, ты за сумками поглядишь?
-С нами работала очень опытный
врач-реаниматолог. Мы знали,
были уверены, что спасем Калину.
-Разряд!
Разряд!
Разряд!
-То есть вы опять без нас обошлись?
-Иван Петрович даже меня
не предупредил.
-Вань, а как ты нашел драгоценности?
-Знаешь, Ткач меня как-то так...
отводил от мысли о подвале.
А я чувствовал: деньги там.
Ну мы разобрали по кирпичику
весь подвал и нашли.
Ткач думал, что снаряд в одну
воронку два раза не падает и деньги
в безопасности.
Вот они и лежали...
до востребования.
Я, как акын, вам все поведал.
Давайте выпьем. За вас!
-За вас!
-Никита, я к тебе сейчас обращаюсь.
Я считал глупостью твою затею
фотографировать всех, кто приходил
на место преступления. Был неправ.
Так что смерть Оксаны
на моей совести.
Вот в меня камни и бросайте.
-Ткач увидел их лишь
однажды, в ресторане.
Это был день рождения Ильи.
Все собрались, и я собиралась
познакомить Ткача с командой.
Не буквально, конечно.
Я их просто показала.
Илья был в настроении, много
шутил, заказывал дорогие напитки.
Он любил пыль в глаза пустить.
-Я хочу выпить за то, чтобы Пашка...
-Дмитрию Алексеевичу было важно,
кто исполнители. Но общаться
он с ними не собирался.
Ткач не хотел знать никого
из банды, это было его условие.
Я получала от него информацию,
потом передавала ее Илье,
а дальше они сами
решали, как поступить.
-Илья назвал фамилию Федоров.
-Да, я должна была как бы случайно
проговориться и назвать эту фамилию.
-Зачем?
-Если вдруг что-то пойдет не так,
под удар бы попал именно он.
-Почему вы работали на Ткача?
-Сначала из страха. Он шантажировал
меня и говорил, что может
возобновить мое валютное дело.
Потом... деньги.
Что же еще...
-Выполни мою последнюю просьбу.
Дай уйти из жизни как офицеру.
-Офицеру... Ты понятия
не имеешь об офицерской чести.
Так что не произноси
при мне это слово.
Шакал!
-Что?
-Падальщик. Ты падалью питаешься.
-Я был офицером. Был, слышишь?
Как ты, верил в светлое будущее.
Ты что, не видишь,
в какой стране мы живем?
Да, я хотел денег, много денег
для того, чтобы нормально жить
в нормальной стране, не в этой.
-В той, куда жена твоя сбежала?
-Не смей говорить о моей жене.
-Говорят, очень хорошая балерина
была. Не Плисецкая, но надежды
подавала. А сбежала она
с этим, своим партнером, балеруном,
как его фамилия... Этот... Ла...
-Лопахин.
-Да. И сбежала со всеми твоими
деньгами, да? А у тебя по углам
и по сусекам не осталось ничего.
-Все, допрос окончен, я устал.
-Скажи, а фамилию она поменяла?
Она за границей сейчас Лопахина?
-Заткнись. От тебя тоже Верка
сбежала, в своей биографии
разбирайся! Ты же ее любил!
Ты же знаешь эту боль.
Не можешь не знать.
Ты даже мечтать не мог о такой
женщине, как моя жена.
Я только с ней мог говорить,
я все для нее... А когда...
бросила меня и сбежала с этим
любовником, я поклялся,
что я уничтожу их.
Еще раз увидеть... лицо...
волосы... и убить.
А теперь все.
-Уведите!
-А этих тварей я не заставлял
убивать и грабить. Им предложили,
они согласились. Если бы не я,
они все равно бы кого-нибудь
убивали и грабили.
-Уведите.
-Григорий Михайлович,
сигнальный экземпляр.
-Давай.
Так, секундочку...
А это еще что такое?
-Это статья о преступлениях,
которые творятся в органах МВД.
Мы обязаны были разместить ее.
Это были люди из КГБ.
-Ты хоть понимаешь...
чем эта статья грозит?
-Понимаю. Но настаиваю: не надо
ему сейчас об этом говорить.
-Это о чем это мне не надо
говорить? Рассказывайте.
Я любопытный.
"Преступники в форме
советской милиции".
-Без моего ведома
материал поставили.
Вань, в принципе,
весь тираж можно под нож.
По техническим причинам
у нас такое бывает иногда.
-Зачем? Все очень дельно написано.
"Полное разложение в рядах МВД".
Корреспондент получил информацию,
думаю, от Роберта Лебедева.
Ему теперь точно дадут генерала.
-Что, так все и оставить?
-Оставь.
Хочешь, я назову его Гришанька?
-Это сука, Вань.
-А ведь майор Черкасов
дал слово офицера...
-Что звал, Федор Григорьевич?
-Вань...
-Меня уволили?
-Уволили.
-Что говорят в таких случаях?
"Мне очень жаль"?
-Сдавай дела. Два дня сроку.
-Что стоишь?
-Иван Петрович, я отдала документы
по арсеналу Роберту Лебедеву.
Я понимаю, что это предательство...
-Надеюсь, у тебя были веские
основания так поступить.
-Иван Петрович,
я готов уйти с вами.
-И у меня тоже есть свои
причины сменить работу.
-А у меня... А у меня есть связи
в районном отделении милиции.
Я договорился, тебя
возьмут хоть завтра.
-Ладно, хватит. Добились своего.
Ком в горле. Просто так вы от меня
не отделаетесь.
ОТКРЫВАЕТСЯ ДВЕРЬ
-Если вдруг тебя...
-Не расстреляют?
-Я буду тебе писать.
Не обещаю, что каждый день.
Уезжаю в Ашхабад.
В совхоз "Социализм".
Там и до коммунизма недалеко.
Буду рисовать Ленина.
За Ленина нынче платят.
Куплю ослика.
Надену тюрбан.
-Наклонись ко мне, Стас.
Хочу запомнить запах твоих волос.
Я тебя люблю. Я очень тебя люблю.
Отвечать взаимностью
уже необязательно.
-Готовь шампанское.
-Что его готовить, оно готово.
-Представляешь, я никогда не видел,
чтобы столько целовались.
-Дядя Ваня!
-Лешка Соню зацеловал, думал, меня
зацелует!
-Иван Петрович!
-Давай.
-Ты ведь именно в этом платье обещал
ее замуж выдавать!
-А про нас вы забыли?
-Здрасте.
-Вера, здравствуй.
-Боря, давай, где...
Вот белье югославское.
-Спасибо.
-Спасибо большое.
-Проходите к столу.
-Горько!
-Не пойду, я боюсь.
-Хорошие у меня родители.
Отец у меня вообще мировой.
-Иди один, а потом за мной придешь.
-Так, все, мы идем.
Только в обморок не упади.
-Обними меня, чтобы не было страшно.
-Дети, а вы что, не знаете,
что на морозе целоваться вредно?
Ну-ка, марш домой.
 

////////////////////////////