Дикинсон (2 сезон, 2021 год). Фразы и цитаты из сериала

Dickinson (2019)

Эмили Дикинсон рождена бунтаркой. Она собирается стать самой известной поэтессой в мире и смело нарушает границы, которые ставят перед ней общество и семья.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Жизнь Эмили Дикинсон
до бракосочетания Сью и Остина
описана подробно
по сравнению с последующими годами.
За следующие несколько лет
сохранилось лишь несколько писем.
ЕЛЕНА ТРОЯНСКАЯ УМРЕТ,
А ЕЛЕНА ИЗ КОЛОРАДО – НЕТ
Возможно, правда кроется в ее стихах.
СЬЮ
«СПРИНГФИЛД РЕПАБЛИКАН»
«НЬЮ-ЙОРК ТРИБЬЮН»
БРАКОСОЧЕТАНИЯ
СТИВЕН НАШЕЛ «СВОЮ МАТЬ»
«ХИГГИНС И САЙТЕР»
ФАРФОР
«ДЕЙЛИ ИВНИНГ ТРАНСКИПТ»
СЬЮ
Миссис Дикинсон.
МАЛОЗАМЕТЕН, УЗОК, ВЫ
ВСТРЕЧАЛИ НЕПРЕМЕННО
Смотрите прямо перед собой.
Расслабьтесь.
Доктор, что скажете?
- Это нехорошо.
- Я же не ослепну?
- Нет. Не ослепнете.
- Слава богу. Какое облегчение.
Вы видите предметы размыто?
Странные вспышки света?
Да. Иногда я пишу,
а края бумаги просто исчезают.
- Вы часто пишете?
- Постоянно.
Значит, пишите меньше.
Не писать?
У нее глаза болят из-за письма?
Всё возможно.
Боже мой. Эмили, милая,
не порть себе зрение еще больше.
Повторюсь: вы не ослепнете.
- Ясно?
- Похоже, у нее ирит.
Воспаление радужной оболочки глаза.
И небольшая близорукость.
Ясно. А какое лечение?
Сидите в затемненных помещениях.
Избегайте солнца.
И не всегда верьте вашим глазам.
- Избегать солнца?
- Да.
И всё?
Чёрт возьми.
Мы дорого заплатили
за невыполнимый совет.
«Избегать солнца»?
Она же не летучая мышь.
Папа, всё хорошо.
Мне не нужно солнце. Остается еще луна.
Эмили, тихо. Я кричу на этого человека.
Если хотите, побудьте здесь
еще пару дней.
- Я могу продолжить наблюдения.
- Я хочу домой.
Сейчас выпишу вам счет.
Вы шарлатан.
Вообще-то я лучший офтальмолог Америки.
Это возмутительно!
Возвращайтесь через полгода, посмотрим,
станет ли вам лучше.
- Думаете, я поправлюсь?
- О нет.
Будет только хуже.
Дикинсон
Доколе видеть я могла
Доколе видеть я могла
На всё, что в мире есть,
Как смотрит вся живая тварь,
Мне нравилось смотреть –
Но если скажут мне теперь,
Что это небо мне,
То сердце разорвет в груди
Огромностью моей –
Этот человек –
разбойник с большой дороги. Невероятно.
Хватит уже бормотать.
Я пытаюсь понять,
почему три дня у врача
стоят как поездка в Европу.
Извини, что я такая дорогая.
О нет. Не ты, детка.
На тебя я почти ничего не тратил.
А на твоего брата – еще как.
Я слишком много денег потратил
на его дом.
Искал всё самое лучшее.
А потом рынок обвалился,
железная дорога обанкротилась...
Можно я вернусь к своим мыслям?
Конечно.
Ты на самом деле поэтесса.
Сейчас ты постоянно пишешь.
Что ты делаешь с этими стихами?
Мне ты их не показываешь.
Ну, я... Я не могу их тебе показать.
Почему?
Ты их не поймешь.
Возможно, ты права.
Надеюсь, ты найдешь того, кто поймет.
Не переживай.
У меня кое-кто есть. Правда.
Из Нью-Йорка путь неблизкий.
- Спасибо, что пришел.
- Конечно. Сейчас я вытащу.
Да. Осторожнее.
Не поверишь, сколько оно стоило.
Да, наверное.
Боже мой. Надеюсь, ей понравится.
Вот так.
Еще раз спасибо, Генри.
- Мистер Дикинсон, пока вы не ушли...
- Зови меня Остин.
А то неудобно.
- Остин.
- Да.
- Хотел спросить...
- Да?
...свободен ли у вас амбар?
О. Да, конечно.
Свободен как пташка.
Так можно мне...
Делай, что хочешь, Генри.
А если кто-то будет задавать вопросы,
отсылай их ко мне.
- Вы добрый человек, мистер Дикинсон.
- Остин.
Ладно.
Твой отец в последнее время
стал таким экономным.
Настоящий скопидом.
Он даже попросил нас сдавать комнату.
- Что, прости?
- Я тоже была в шоке.
Я сказала: «Разве нас будут уважать,
если с нами поселится незнакомец?»
К счастью, мне удалось найти
знакомого человека.
Милого парня, он учился с Остином,
но не окончил колледж.
Мистер Шипли.
- Подожди, мама, это его я...
- Он уже прибыл.
Здравствуйте, квартирант.
Как поживаете?
Что вообще происходит?
Здравствуйте.
Я говорю сама с собой?
Вы мне кажетесь знакомым. Как вас зовут?
Я никто!
А вы кто?
Я Эмили Дикинсон из Амхерста.
Я правда вас уже где-то видела.
Ваше лицо мне так знакомо. Я...
Спасибо.
Я...
Эй, кто вы такой?
В поезде даже вагона-ресторана нет.
Вот железная дорога и обанкротилась.
С кем ты говорила?
Ни с кем.
МИЛЛАРД
ФИЛЛМОР
Классные куклы.
Что ты делаешь в моем доме?
Недавно мне сказали,
что ты в Кентукки гонишь самогон.
Вообще-то я продавал лекарства.
Это одно из моих успешных
деловых начинаний.
Ладно. Если оно успешное,
зачем ты вернулся в Амехерст
и снимаешь комнату
в доме моих родителей?
Я рад, что ты спросила.
Я приехал за тобой.
- Надо же, ты меня помнишь.
- Конечно помню.
Ты самая чистая, простая, тихая,
старомодная девушка, которую я знаю.
И поэтому...
Я хочу на тебе жениться.
Шип.
Шип, мы провели вместе вечер,
а ночь ты провел с другой.
Я совершил неблагородный поступок.
Лавиния, я изменился, вот увидишь.
Я не тот парень, который бросил колледж,
напился и заехал на санях в озеро.
Я взрослый человек
с предпринимательскими инстинктами
и уважаю женщин, которые
придерживаются традиционных ценностей,
таких как покорность, целомудрие
и желание работать по хозяйству.
Я вообще не такая.
Ты Лавиния Дикинсон.
Ты устраиваешь чаепития для котов.
Да. Но я всё равно изменилась.
И как ты изменилась?
Я тебе покажу.
Эй. Что ты делаешь?
Разве нам не надо подождать? До свадьбы?
Генри «Шип» Шипли...
Ты не знаешь, с кем связался.
Как хорошо дома.
- Мы дома!
- Привет!
Они вернулись из поездки.
Что сказал врач?
Ты не представляешь,
как мне было тяжело.
Мама, глаза болят у меня.
А у меня дочь, которая может ослепнуть.
Я не ослепну.
Боже, и почему это происходит со мной?
Опять же, не с тобой.
Ухаживать за слепым ребенком.
Жить под одной крышей с квартирантами.
- Обои потрескались.
- Мы их только что наклеили.
- Но они уже вышли из моды.
- Я не ослепну.
- Не волнуйся.
- Я очень рад это слышать.
- Я по тебе скучала.
- И я, Вин.
У меня для тебя столько сплетен.
Извини, мне некогда.
Надо возвращаться к работе.
Постой. Почему ты спешишь?
Тебя три дня не было.
Не хочешь поздороваться?
Нет. Я хочу писать.
Моя голова разрывается от идей.
Врач сказал, тебе нельзя писать.
Это вредит глазам, Эмили.
Тогда выколи мне глаза и покончи с этим.
Чтобы видеть, мне не нужны глаза.
Мне нужна только душа.
Только она видит правду.
А правду может видеть и слепой,
так пусть я ослепну.
Пока у меня есть поэзия,
я не боюсь темноты.
Видишь? Всё будет хорошо.
Эм, подожди.
- Привет.
- Привет.
Сью спрашивает,
придешь ли ты на праздник.
Нет, Остин, но попроси Сью
прийти ко мне.
Она у нас дома, готовится.
- Мне надо с ней поговорить.
- Она тоже хочет поговорить.
Поэтому и просила
пригласить тебя сегодня на праздник.
Так скажи Сью, что я не могу
прийти сегодня на праздник.
Скажи, что ты сказал мне,
что она просила меня прийти,
но я тебе говорю, что она должна прийти.
Мне надоело быть вашим гонцом.
Приходи на праздник.
Мы живем по соседству.
Иногда кажется,
что эта лужайка длиной 150 км.
А меня на праздник пригласили?
Мама, мы все должны пойти.
Салоны Сью известны
во всей Новой Англии.
Я запомнила статью о последнем.
«Миссис Остин Дикинсон из Амхерста
блистала на многолюдном вечере.
Салон ее великолепной виллы "Эвергринз"
заполнили сливки общества Новой Англии.
Подавали итальянское вино,
и сложно сказать, что было приятнее –
выпивка или беседа».
Удивительно.
Сью – влиятельный человек.
Правда? Не могу поверить,
что я вообще ее знаю.
Угадай, кто сегодня будет?
Итамар Конки?
Нет. Мистер Сэмюэл Боулз.
Главный редактор
«Спрингфилд Репабликан».
У Сью с ним есть общие знакомые.
Она передала приглашение, он приедет.
Мама, он медиамагнат.
Он может написать о нас в газете.
Мы все можем прославиться.
Мне надо придумать, что надеть.
Надо надеть что-то невероятное.
Пойду переоденусь.
Зачем надо что-то менять?
Луга, и горы, и леса,
И звезды – мне одной,
И полдня – сколько в силах взять
И унести с собой –
И птиц движенье в глубине,
И молний грозный лад –
Как мне всё это разглядеть
И мертвой не упасть –
Привет, Мэгги. Я не знала, что ты здесь.
Хорошая горничная умеет быть невидимой.
Вы так много пишите.
Скоро заполните весь сундук.
Придется найти новое место
для ночных рубашек.
Положи наверх простыни,
чтобы спрятать бумаги.
Вся ваша семья теперь знает,
что вы поэтесса.
У меня есть и другие тайны.
Не буду вам мешать.
Хотя я не знаю, как вы пишете
с этим шумом в доме Сью и Остина.
Похоже, они исполняют
все современные танцы.
Пойдем.
Как тут круто! И устрицы есть!
Устрицы – дешевая еда, доступная многим.
- Шипли.
- Дикинсон!
Похоже, ты добился успеха.
Какой у тебя дом.
Ну, папа сделал меня партнером в фирме.
Круто, брат.
Я тоже бизнесмен.
Надо обсудить наши портфолио.
Да. Еще увидимся.
Увидимся. Я живу у твоих родителей.
Мы обручены с твоей сестрой.
Не обручены.
Мы договорились обручиться,
но пока не торопимся.
- Из уважения.
- Ясно.
Надеюсь, он лучше, чем Джозеф Лайман.
- Я сама разберусь.
- Лайман. А что с ним?
Уехал в Новый Орлеан.
Надо же, Нола.
Большой Кайф, да?
Да, я слышал, там круто.
И табак очень дешевый.
Да. Из-за рабства.
Отличный пианист.
Я раньше не слышал этого произведения.
Это Гендель?
Кажется, да.
- Полный гембель.
- Эбби.
Ладно.
Нам надо создать струнный квартет.
Мы пытались, но Тошияки
не ходит на репетиции.
Я занимался каллиграфией.
- Джейн, тебе надо выступать соло.
- Да, надо.
Может, книжный клуб?
Создадим книжный клуб?
Конечно, что ты хочешь прочесть?
Не знаю. Эмерсона?
Не хочу Эмерсона.
Ладно. Мелвилла?
Может, Готорна?
Вы знаете, что они спали друг с другом?
- Это круто.
- Знаю, что круто.
У меня нет времени на книжный клуб.
У меня такая безумная жизнь.
Это точно, Джейн.
У меня ребенок. И я вдова.
И как она справляется?
Мой муж умер
сразу после рождения ребенка.
Ты правда очень сильная,
мы тобой гордимся.
Я вчера упала в обморок.
Конечно. Ты же вдова.
Знаю.
Браво.
Красивое платье.
О, спасибо.
Его сшила Бетти?
Нет, я больше не покупаю платья у Бетти.
Оно из Нью-Йорка.
Оригинальный дизайн – из Вены.
Расступитесь.
- Она упала в обморок.
- Так круто.
САПФИР
ДОКОЛЕ ВИДЕТЬ Я МОГЛА
НА ВСЁ, ЧТО В МИРЕ ЕСТЬ
- Вечерние газеты.
- Спасибо.
- Придешь сегодня в амбар?
- Постараюсь.
Праздник – это всегда допоздна.
Мы будем работать всю ночь.
Вечерние газеты.
А кстати, где мистер Боулз?
Я думала, он уже приехал.
Сью, я пришла увидеться с тобой.
Что с твоими глазами?
Врач точно не сказал. Кажется, ирит.
Нет, Эмили. У тебя всё лицо в чернилах.
Так. Иди ко мне.
Только ты можешь явиться на праздник
и выглядеть как енот.
Я пришла не на праздник.
Я пришла увидеться с тобой.
Пока я могу видеть,
я хочу смотреть на тебя.
У меня гости.
У тебя всегда гости.
Ты так распыляешься.
Я ждала весь день. Всю неделю.
- Мне надо знать.
- Эмили.
Что ты думаешь о моих стихах? Скажи.
Мне понравилось.
Правда?
О, слава богу.
Слава богу.
Мне всегда нравились твои стихи.
Но последние...
- Что?
- Невероятны.
Скажи еще что-то. Прошу.
Скажи еще что-то.
Когда я их читала, мое...
Мое сердце
было готово вырваться из груди.
О, Сью.
Этого я и хочу.
Этого я и хочу добиться.
Да.
Это... Иногда это чересчур.
Это...
Это бывает так больно.
Что ты... Что ты имеешь в виду?
Просто твои стихи...
Что?
Заставляют меня чувствовать то,
чего я не хочу.
Например?
Например, когда я потеряла ребенка.
О, Сью.
Наверное, глупо называть это ребенком.
Нет, не глупо.
Это был не ребенок... пока что.
Но это было что-то. И...
потом оно исчезло.
Ты говорила... об этом с Остином?
Нет. Нет, он ничего не знает.
- И ты поклялась...
- Знаю.
- ...не говорить ему.
- Знаю. И не скажу.
Боже мой, ну надо же.
Я должна принимать гостей,
а стою здесь и чуть не плачу.
За что ты так со мной?
Послушай. Я рада, что ты пришла сегодня,
потому что я хочу тебя представить
одному из гостей.
Я специально его пригласила,
чтобы вас познакомить.
Что? Кто это?
Сэм Боулз, главный редактор
«Спрингфилд Репабликан».
Он влиятельный человек с хорошим вкусом
и любит печатать произведения женщин.
Эмили, благодаря ему
ты можешь стать знаменитой.
То есть... опубликовать мои стихи?
Да. Эмили, уже пора.
Ты должна показать
свои произведения миру.
Но я не могу издаваться.
Отец не одобрит.
Да ладно. Хватит этих старых отговорок.
Ты теперь взрослая.
Можешь поступать как знаешь.
Отец не имеет права тебе мешать.
Нет. Я не могу.
Можешь!
Твои стихи гениальны.
Ты должна показать их всему миру.
Я не хочу показывать их миру.
Только тебе.
Я больше не могу быть
твоим единственным читателем.
Этого недостаточно. Тебе нужно больше.
Поэтому я пригласила его сегодня.
Этот человек влюбится в твои стихи.
Мистер Боулз, вы здесь.
Я не хочу быть в другом месте.
Как дела, Сьюзи? Что нового?
Сэм, знакомьтесь с моей золовкой
Эмили Дикинсон.
Конечно. Знаменитая поэтесса.
Я о вас наслышан.
Ой. Никто обо мне не слышал.
Моя работа – знать то,
чего еще никто не знает.
Я газетчик. Я должен держать ухо востро
и быть на шаг впереди всех.
Мир быстро меняется,
и средства информации тоже.
Что у вас на лице?
А, это чернила.
Вы интересная.
Я заинтересован.
За последние три дня
я посетил пять городов, Сьюзи,
катался по железной дороге,
встречался с людьми.
Мы живем в удивительное время.
Знаете, мистер Боулз сделал
«Спрингфилд Репабликан»
ежедневной газетой, а не еженедельной.
Это было его нововведение.
Двигайся быстро и круши.
Я подсела на новости.
Как я уже сказал, я о вас наслышан.
По-видимому, вы пишете как никто другой.
Она гений, Сэм.
Она станет вашим новым открытием.
Когда я смогу прочесть стихотворение?
Эмили, расскажи нам что-нибудь.
Прямо сейчас.
С радостью послушаю.
Никто?
Эмили?
Ну же, это твой шанс.
Нет, безопасней
лишь душой
За тем окном витать,
Куда все смотрят без забот
И Солнца не страшась –
С ней что-то не так.
Не сегодня.
- Пожалуйста.
- Я не хочу.
Типичная Эмили Дикинсон.
Она такая странная.
Вам нужна новая Америка?
Наша газета называется «Констеллейшн».
Мы несем перемены, революцию.
Каждый из нас внесет свой вклад.
- Спасибо, что пришли.
- Спасибо.


Серия 2

Он поднялся.
О боже. Сколько он весит?
Девять килограмм.
- Какой огромный.
- Спасибо.
Пробуйте.
Нет! Не надо.
Эмили, судьи снимут баллы,
если торт частично съеден.
Поэтому я испекла два.
Второй у Мэгги в кухне.
Я чуть спину не сорвала,
ставя его на стол.
Я хочу произвести впечатление
на конкурсе выпечки.
В прошлом году был кошмар.
Ты заняла второе место.
Да, именно.
Не хочу, чтобы это снова повторилось.
Я выиграю этот конкурс.
А теперь попробуйте
и честно выскажите свое мнение.
На вкус как выпивка.
Да, я его месяц вымачивала в бренди.
Я чувствую нотку сухофруктов.
Два кило изюма.
Он какой-то яичный.
В смысле?
То есть чувствуется вкус яйца.
Это плохо?
Нет. Нет.
- Дорогая, твой торт безупречен.
- Безупречен.
Он безупречен.
О да.
Я задам этому городу влажную,
липкую, пряную взбучку.
Дикинсон
Слава – нехорошее лакомство
Ты так громко жуешь.
Печенье твоей мамы – просто бомба.
Спасибо, мистер Шипли.
Твоя мама – пример для всех.
Должна сказать,
вы очень хороший квартирант.
Вы отлично вписались в семью.
Я тоже этому рад.
Наконец-то этот день наступил.
Сегодня в Амхерсте выставка скота!
Вы до сих пор завтракаете?
Поехали, все уже в выставочном зале.
Не муу-чайте меня.
Шутка про коров.
- Остин, ко мне в кабинет.
- Папа, сегодня суббота.
И нас ждут дела.
О, Мэгги.
Хотела сказать, что сегодня
ты можешь взять выходной.
Спасибо, мадам.
Вы заметили,
что у меня болит спина, так мило.
Не заметила.
Сегодня в городе выставка скота,
а значит, у нас с Эдвардом особый вечер.
Что, простите?
Понимаешь, каждый год
после выставки скота у нас с Эдвардом...
свидание.
Тогда ладно.
Выставка скота его очень возбуждает.
Я поняла, мэм.
Каждый год.
Как часы.
Прошу, хватит деталей.
Как мой партнер в юридической фирме
и взрослый человек,
который живет своим домом,
полагаю, ты следишь за нашими
бухгалтерскими книгами.
- Конечно.
- Тогда ты в курсе,
что мы набрали много долгов.
Правда?
Правда.
Да, эти инвестиции в железную дорогу
и проблемы на бирже,
не говоря уже о тратах
на строительство твоего дома.
Которые я тебе возмещу.
Знаю, сынок. Ты намерен это сделать,
но этот день наступит еще нескоро.
А расточительность твоей жены...
Сью любит тратить деньги.
Еще как.
Раньше у нее не было такой возможности.
И оказывается, она умеет быть богатой.
Но мы не настолько богаты,
как думает Сью.
Нет? Конечно нет.
Нет.
Но я получил известие.
Так?
Умер твой дядя Марк Ньюман.
Какой ужас.
- Нет. Для нас это хорошо.
- А, ладно.
Да. Видишь ли,
меня назначили душеприказчиком.
А это значит, что с помощью
некоторых лазеек,
- совершенно законных...
- Да?
Да, мы сможем получить наличные,
чтобы частично рассчитаться с долгами.
Но с небольшой оговоркой.
Которая потребует от нас
некоторых усилий.
Мы должны приютить
кое-кого из его окружения.
Да, хорошо.
Похоже, ты всё продумал, папа.
Значит, я не буду обуздывать
свои траты на выставке скота. Да?
Обуздывать?
- Шутка про лошадей. Понял?
- Нет.
Кстати, папа, для меня большая радость
и честь быть партнером в твоей фирме.
Да...
Не тыкай в меня вилкой.
Остин, где ты был? Попробуй мой торт.
Скажи, что вкусно.
Мы с папой серьезно поговорили.
Всё хорошо?
Не знаю. Я не очень внимательно слушал.
- Народ.
- Что?
Вперед на выставку скота!
О да!
АМХЕРСТ
ВЫСТАВКА СКОТА
ГАДАЛКА
ДИВНАЯ
СТИРАЛЬНАЯ МАШИНА
Дивно работает.
НЫРНИТЕ ЗА ЯБЛОКОМ
УСТРИЦЫ
Смотри, Эдвард, устрицы.
- Куплю немного на вечер.
- Ладно.
- Так вы правда моряк?
- Да.
Моряк-индеец. Как интересно.
Сейчас многие индейцы пошли во флот.
Круто.
Эй, парень.
Не отбирай у меня девушку.
- Вы отобрали у меня землю.
- Шип.
Извините.
Что за домострой.
Меня нельзя загнать в стойло,
как свинью.
Не обижайся.
Почему нельзя быть старомодным?
Зачем отрекаться
от традиционных ценностей?
Между мужчинами и женщинами
есть различия.
Это биологический факт.
У нас разные способности.
И это здорово.
При чём здесь это?
СВЕЖИЕ УСТРИЦЫ
Извините.
Я несу кекс.
О боже. Начинается конкурс выпечки.
Я говорила,
что месяц вымачивала его в бренди?
Она перегибает палку.
Джейн, ты решила не участвовать?
Нет, я немного занята, я же вдова.
Лавиния, отлично выглядишь.
Боже мой. Пришли судьи.
Я тебя не видел с тех пор,
как ты показала мне свой огород.
А ты наградил меня сифилисом.
Расскажи о своем яблочном пироге.
Но где же изюм?
Никогда не видела
яблочного пирога без изюма.
Я не смогла найти изюм. Его раскупили.
Нас ждут сюрпризы.
У меня торт из шести видов муки.
- Похож на печенье.
- Сама ты похожа на печенье.
Эвелина Дикинсон.
- Эмили.
- Конечно.
Какой торт испекли вы?
Это мой вариант традиционного
черного карибского торта.
Там килограмм сахара и килограмм масла.
Еще я добавила нутряной жир
для усиления вкуса.
Два мускатных ореха, 19 яиц,
два килограмма изюма,
полкило смородины, цедра для вкуса...
Всё вымачивалось месяц.
А не две недели, как в рецепте.
У нее мозги набекрень.
Вопросы есть?
Ничего не приходит на ум.
Давайте попробуем.
Ты тоже никто?
Кто я?
Ничего подобного я в жизни не пробовал.
Какая красавица.
Она украсит наши конюшни, правда?
Смотри, у нее жеребенок.
Он тоже красивый.
Как мило.
Давай их купим.
Сью.
Можно тебя спросить?
Хочу ли я эту лошадь? Ответ – да.
Нет, я уже давно хотел
спросить тебя об этом.
Я дал тебе обещание и хочу его сдержать.
Но с каждым днем мне всё тяжелее.
Остин, о чём ты?
Мне интересно...
ты когда-нибудь захочешь?
Ребенка.
Ты поклялся, что женился на мне
не для этого.
Так и есть.
Но, Сью, мне кажется,
в моей жизни чего-то не хватает.
Разве не приятно было бы
заботиться о ком-то?
Позаботься обо мне.
И купи мне новую лошадь.
Победительница конкурса выпечки
на выставке скота в Амхерсте...
Мисс Эмили Дикинсон.
Конкурс выпечки в Амхерсте
только для белых.
Да, чёрт возьми!
Вот что бывает, если месяц вымачивать
эту хрень в бренди.
- Судья – ее тетка.
- Кругом коррупция.
Вперед, Эмили!
Почему ты ничего не испекла?
Я хочу поблагодарить
мою горничную Мэгги за помощь в кухне.
- Без нее я...
- Никаких речей.
Но я ее подготовила.
Имя и рецепт победительницы
будут напечатаны в завтрашнем номере
«Спрингфилд Репабликан».
А знаменитый редактор
этой выдающейся газеты
только что присоединился к нам.
Леди и джентльмены, мистер Сэмюэл Боулз!
Привет, Амхерст. Я рад быть здесь.
Мистер Боулз, попробуйте
торт победительницы.
Так вы победительница?
Ну же, Боулз. Попробуйте.
Нет, спасибо.
Он правда будет ломать торт руками?
Надо же.
Чёрт возьми. Вкусно.
Чудесно.
Да, Эмили!
Конечно же, я научила Эмили
основам выпечки,
но у нее явный талант.
Еще чаю?
Час близок.
Эдвард. Гости!
Терпение.
Эмили, твой торт такой вкусный.
Спасибо, Джейн.
- Лучший торт, что я пробовала.
- Я в восхищении.
Спасибо.
Разве ты не говорила,
что прошлогодний торт лучший?
Прошлогодний торт был ужасен.
Правда. Не торт, а ерунда.
Люди так хвалили тот торт,
но в нём не было ничего хорошего.
Да, тот, кто испек этот торт,
должен покончить с собой.
Так и было.
Стоп, что?
Прошлогодняя победительница, Лиззи?
У нее был нервный срыв,
и она совершила самоубийство.
- О да.
- Да.
- Я слышала об этом.
- Это ужасно.
Наверное, слава ударила в голову.
Кстати, Эмили, у моего кузена
есть мельница. Надо вас познакомить.
Упомяни в статье,
что ты печешь из его муки.
Ты этим венчиком взбивала яйца?
Можно его продать?
Поедешь на конкурс в Провинстауне?
Нет, это просто...
Конечно будет.
Во всех конкурсах.
Бостон, Провиденс, Нью-Хейвен.
- Правда?
- Одна победа хорошо, а две еще лучше.
Расправь ленту, дорогая.
Торт.
Торт.
Поздравляю.
Спасибо.
- О тебе напишут в газете.
- Да.
Но я думаю, это немного абсурдно, а ты?
Абсурдно?
Что ты прославишься
как кондитер, а не поэт.
Торт.
Что вы тут делаете?
Надо же, прославленный
кондитер Амхерста.
Не начинайте.
Я хочу сказать,
- я тут подумала, что не хочу...
- Я приехал к вашему отцу.
К моему отцу? Зачем?
Моей газете нужны инвесторы.
А вот и он сам.
Извините, добрый человек.
Сэм Боулз, главный редактор
«Спрингфилд Репабликан».
Рад встрече, конгрессмен.
Нет. Я бросил политику.
У меня к вам новое предложение.
Давайте присядем и обговорим.
В другой раз. Заходите. Поешьте торт.
Ну, раз уж я здесь,
не хотите дать интервью?
- Какое интервью?
- Для газеты.
Оно будет возле вашего рецепта
как небольшое вступление.
«Десять неизвестных фактов
об Эмили Дикинсон».
Чтобы заинтересовать читателей.
Давайте пройдемся, сожжем калории.
Нужно несколько интересных фактов.
Интересные факты, ладно.
Малиновки – родственники
дроздов и соловьев.
Не о птицах, а о вас.
Я не хочу говорить о себе.
Ладно. Ну...
тогда поговорим обо мне.
Что вы хотите знать?
Каково это – управлять газетой?
Интересно. Напряженно.
Я постоянно в центре событий.
Работаю весь день, иногда всю ночь.
Катаюсь туда-сюда,
ищу новые истории. Новые факты.
Когда я с кем-то общаюсь,
то всегда спрашиваю: «Что нового?»
Так я узнал о вас.
В смысле?
Я получил письмо от Сьюзи.
Она пригласила меня на праздник.
Я спросил: «Кто там будет?
С кем стоит познакомиться?»
Она сказала: «Будет одна поэтесса».
Значит, вы приехали в Амхерст ради меня?
В том числе и ради вас.
Мне было интересно.
Мне всегда интересно
услышать новый голос.
Но ваш я еще не слышал.
Нет, не слышали.
Я пробовал ваш торт,
но не читал ваши стихи.
Наверное, я стесняюсь.
Да.
Вы мне напоминаете Мэри.
Какую Мэри?
Мэри Боулз. Мою жену.
Ясно.
Она похожа на вас.
Умная.
Проницательная.
Она всех насквозь видит.
Но ей бывает сложно,
ведь она видит темную сторону жизни.
Я это понимаю.
Да.
Это нелегко.
Она удивительная женщина, но...
Она всё драматизирует.
Понимаете, о чём я?
Кажется, да.
Забавно.
Мы почти не знакомы,
но мне кажется, я вас знаю.
А может быть и нет.
Внешность обманчива.
Но если вы такая удивительная,
как говорит Сьюзи, я хочу это увидеть.
А если я не хочу, чтобы меня видели?
Если я не хочу славы?
Мне нравится эта напускная скромность.
Она приличествует леди.
Продолжайте в том же духе.
Притворяйтесь маленькой
скромной маргариткой.
Но я приду и вырву вас из неизвестности.
Запросто.
И вообще это поведение?
Так вели себя в 40-х годах.
Но сейчас 1859-й, детка.
Скоро шестидесятые.
Вы такой интересный человек.
Дорогие.
Шампанское в кладовке.
Налейте его в бокалы баккара.
Их только что привезли из Франции,
божественная работа.
Фермерство меня не интересует,
но нам определенно нужна еще лошадь.
Технологии сейчас
так быстро развиваются.
Конечно. Слышали об азбуке Морзе?
Слышала? Я ее отлично знаю.
Сочувствую по поводу твоего мужа.
Всё хорошо.
Сейчас я влюблена в своего ребенка.
Это так мило.
Извините, что перебиваю.
Новая лошадь в конюшне.
Спасибо, Генри.
Ты купил ей еще лошадь?
Для Сью – всё что угодно.
- Свободу запястьям.
- Точно.
Рукава с отворотами подарили мне
новую жизнь.
Постой, Генри.
Держи.
На что?
На личные расходы.
Вы уверены?
Прошу. Возьми.
Я хочу дать денег на что-то важное.
Большое вам спасибо.
Что это было?
Ничего.
Пусть это останется между нами.
Доверься мне, Остин.
Принести тебе вина?
Вдовы пьют?
Много.
Мне пора домой.
- Вы так и не дали мне интервью.
- Нет.
Нет, но это не страшно.
Я не хочу прославиться
как победительница
конкурса выпечки в Амхерсте.
Как вы хотите прославиться?
Слава – нехорошее лакомство
Здорово.
Вы только что это придумали?
Да.
Да, мне в голову сейчас
пришло стихотворение.
Прямо сейчас?
Они приходят ко мне в голову
без остановки.
Расскажите мне.
Слава – нехорошее лакомство
Его подносят на блюде
Гостю и сразу забирают –
Больше не предложат
Продолжайте.
Крошки... Крошки...
Крошки осмотрят вороны
С ироничным карканьем
Пролетая мимо
На кукурузное поле.
А голодный гость умирает.
Гость умирает.
Это лучше вашего торта.
Сюда.
Я в гостиной.
- Что такое?
- Что...
это такое?
Это Анна и Клара.
Дочери Марка Ньюмана.
Их отец умер, они и их наследство
теперь на нашем попечении.
Девочки, поздоровайтесь с вашей тетей.
Где наша кровать?
Она должна быть удобной.
Иначе я ее подожгу.
У тебя проблемы.
Что ты здесь делаешь? Ты кто?
Я Никто.
Я хочу предостеречь тебя.
Послушай меня, Эмили Дикинсон.
- Ты знаешь, кто я?
- Знаю. А не должен.
Ты не должна быть известной, понимаешь?
Нет. Вовсе не понимаю.
Эмили, не ищи славы.
Не верь тем, кто обещает
тебя прославить.
Они неискренни.
Слава неискренняя.
Она тебя истощит.
Она тебя уничтожит.


Серия 3

Выплюнь.
Когда в вашу жизнь входит дьявол,
вы его узнаете?
Он является к нам в разных обличьях.
Он волк в овечьей шкуре.
Он может вам явиться как ангел света
или, возможно, притвориться женщиной.
Величайшая уловка дьявола...
Не показывай священнику палец.
...убедить вас в том,
что его не существует.
Господи.
Проповедь была сексистская,
тебе не кажется?
Нет. Она открыла мне глаза.
Да. Женщины обладают черной магией,
и их надо контролировать.
- Шип.
- Да?
Не думаю, что я пара тебе.
Конечно, ты мне пара.
Ты вовсе не похожа на Лолу.
Кто такая Лола?
Девушка, которую я знал в Неваде.
Лола Монтес.
Лола Монтес?
Она была танцовщицей.
Актрисой. Авантюристкой.
Однажды она меня подстрелила.
Ого. Кажется, она удивительная.
Нет. Она была дьяволицей.
Ей нельзя было доверять.
Она была не такая, как ты.
Ты чопорная, воспитанная, послушная.
Оставь меня в покое.
Сью! Постой.
Что такое?
Несколько дней назад я гуляла с Сэмом.
Знаю. Он мне сказал.
Правда? Что он сказал?
Сказал, что ты блестящая поэтесса
и он хочет напечатать твои стихи.
Я боялась, что он так скажет.
Чего ты боишься?
Эмили, это невероятная возможность.
Человек вроде Сэма Боулза
способен полностью изменить твою жизнь.
Дай ему свои стихи сейчас же.
Мне страшно.
- Чего ты боишься?
- Издаваться.
Почему? Разве это не твоя
величайшая мечта?
Представь себе, как приятно будет
добиться признания.
Мне просто...
нужно немного времени.
У тебя нет времени.
Сэм не будет долго думать о тебе.
У него на уме много всего.
Скоро он заинтересуется чем-то другим.
- Можно обсудить это с тобой?
- Я уже сказала тебе, что думаю.
У меня нет времени на твои фантазии.
Мне надо готовиться.
Я обещала ненадолго посетить
сегодняшний бал в Конкорде,
надо сдержать слово.
Эй. Всё хорошо?
Нет. Мне нужна помощь.
Мне тоже.
То есть...
духовное наставление.
Аналогично.
Давай проведем сеанс.
Дикинсон
Единственный призрак, которого я видела
Надо же.
Во время кораблекрушения
у берегов Норвегии пропало 32 человека.
Пошли на корм рыбам.
Кошмар. Покажи.
Какие ужасные новости.
Иногда я жалею, что мы получаем газету
и читаем о каждом кораблекрушении,
которое происходит...
О. Смотри на капитана.
Красавчик, правда?
«Капитан Томас Тейлор».
Боже, какой жеребец.
Этим подбородком можно
сельдерей нарезать.
Сельдерей сейчас – это роскошь.
Всё хорошо, мадам?
Да. Я почувствовала какой-то
странный приступ.
Грусти, кажется.
Такая трагическая потеря.
Возможно, он не мертв.
Ты о чём? Была буря, корабль утонул.
Да, но тело так и не нашли.
Знаете, однажды в Ирландии
утопающий моряк телепатически
передал свои координаты
домохозяйке в Килкенни.
Она получила сообщение
и, представляете, спасла целый экипаж.
Это похоже на ирландскую бессмыслицу.
Может быть, но к посланиям
стоит прислушаться.
Возможно, спасете кому-то жизнь.
Потереть вам спину?
Мама?
Мама, нам на сегодня
нужна гостиная. Срочно.
Зачем?
Пригласим девушек,
поговорим о своих чувствах...
- И спросим совета у мертвых.
- Это тоже.
Пожалуйста?
Ладно, только тихо.
У нас в доме так шумно, с тех пор
как отец привез этих подростков.
Удивительно, насколько они молоды.
Да. Подумать только. Они не помнят
времен, когда не было телеграфа.
Как изменился мир.
Надо же. Я у себя в кухне
принимаю еле теплую ванну.
Я и не ждала такого счастья.
Я буду следующая.
В прошлый раз я купалась последней,
и вода была отвратительная.
Она уже отвратительная.
Нужно больше свечей.
Это того не стоит. Слишком опасно.
Я уже говорил. Я соблюдаю осторожность.
Не волнуйся.
Как я могу не волноваться?
Генри, мы рискуем жизнью.
Я даже не знаю...
Послушай...
Это небезопасно.
Извините, что помешала.
Я ищу свечи.
Кажется, эту мы не выписываем.
«Политическое влияние рабовладельцев»,
автор – аноним.
Аноним – это кто?
Генри? Это ты?
Я не знала, что ты пишешь.
Никто не должен об этом знать.
Это ваша газета?
Эта газета принадлежит народу.
Так вот о чём вы спорили с Бетти.
Никто не должен об этом знать.
Я никому не скажу.
Обещаю.
Генри, можно вопрос?
Конечно.
Если бы ты мог подписаться под своими
произведениями, ты бы это сделал?
Думаю, да.
А кто бы не сделал?
О великие духи...
Преподношу вам...
стихотворение.
Я прошу вас указать мне путь.
Скажите, духи...
стоит ли мне открыть занавеску,
чтобы меня осветили лучи света,
или лучше оставаться в темноте.
Привет.
Мы пришли. Где алтарь?
Несите ответственность за энергию,
которую вы принесли в этот дом.
Несите ответственность за энергию,
которую вы принесли в этот дом.
- Несите ответственность...
- Ясно, Лавиния.
Только позитив.
- Привет.
- Привет.
Я их нашла на заднем дворе,
они жгли спички и гоняли ворон.
Я решила привести их домой.
Да, они точно не
должны этим заниматься.
Эй! Я твоя кузина.
Хэтти. Мне показалось,
что я тебя слышу.
- Вам что-то нужно?
- Да. Мы проводим сеанс.
- Еще один?
- Да.
- Присоединишься к нам?
- Зачем ты ее приглашаешь?
- Она медиум.
- А я думала, горничная.
Ладно.
Я горничная, медиум, прачка и портниха.
Еще я пишу пьесы и автобиографические
рассказы, пою в ансамбле,
продаю шампуни собственного изготовления
и создаю уникальные букеты.
Ого.
Я работаю на себя.
Ты очень сильная ясновидящая,
а мне нужно срочно связаться с духами.
В тот раз ты была на высоте.
Мы говорили со столькими духами.
Я не хочу больше говорить
с мертвыми белыми.
Хэтти, пожалуйста.
Мы тебе заплатим.
Тогда конечно. Я с удовольствием.
Отлично. Вы тоже присоединяйтесь.
Молодые девушки –
самые эффективные проводники,
потому что они глубоко подвержены
влиянию других миров.
Эмили, вряд ли они готовы.
Они слишком малы. Они испугаются.
В этом и смысл.
Несите ответственность за энергию,
которую вы принесли в этот дом.
Ладони вниз.
Начинаем напевать.
В старину колдунов казнили
Но история показывает
Что колдовство
Нам нужно каждый день.
Сегодня мы проводим этот сеанс...
этот ритуал, этот...
- Лунный круг.
- Спасибо, Винни.
Это возможность задуматься...
обновить, преобразовать наше сознание.
Лично я в последнее время
чувствую себя неуверенно.
Классический Стрелец.
И я надеюсь, что сегодня,
направив энергию,
я обрету большую ясность.
А я надеюсь, что не запачкаю
одежду для сеансов молоком.
Фу.
Давайте сначала посеем намерение,
как семя в землю, которое однажды
расцветет, как цветок правды.
Если есть драгоценности или кристаллы,
можете зарядить их в лунном свете.
- Джейн, это же мое ожерелье.
- Эбби! Цс!
- Можно начинать?
- Вперед.
Для начала я хочу всех предупредить,
что сегодня моя энергия особенно сильна,
так как у меня сейчас месячные.
О боже. У меня тоже.
Мы синхронизированы.
В идеале к концу вечера
мы все синхронизируемся.
Ретроградный Сатурн заставил меня
усомниться в отношениях с Шипом.
Знаю, он привлекательный и живет
у нас дома, и это удобно,
но я думаю, что он меня не понимает.
Он считает, что я мечтаю стать
послушной домохозяйкой, а это не так.
Я хочу быть свободной.
Мне нужны приключения.
Я хочу быть как Лола Монтес.
- Что?
- Кто?
Я даже не знаю, верю ли в моногамию.
Я что, должна быть с одним человеком
и только с ним до конца своих дней?
Не будешь, если муж умрет...
Да, но не только.
Что?
Думаю, брак –
это патриархальная система,
лишающая женщин независимости.
Ты становишься собственностью мужа.
Должна рожать ему детей.
Даже взять его фамилию.
А если я вообще не хочу носить фамилию?
Если я просто хочу быть Винни?
Символом.
Какие храбрые вопросы.
Я училась у лучшей.
У кого-то еще есть намерения?
Я чувствую благословение.
Я готова действовать.
Я благодарна духам
за свое плодородное чрево.
Но иногда сложно быть
молодой сексуальной вдовой.
Пора преодолеть травму, которая
терзает несколько поколений моей семьи.
Мое намерение – сказать покойному дяде,
что он ведет себя непристойно.
Я пытаюсь разгрести хлам в доме
и не могу решить,
куда девать свои мечи.
Я хочу узнать, на что у меня аллергия.
Я хочу вызывать страшные вещи,
чтобы мне за это платили.
- Да.
- Да.
Со всем уважением.
Сегодня я прошу духов
дать мне совет...
осветить мне дорогу...
и помочь мне найти путь,
по которому мне суждено идти.
Великие духи, скажите.
Прошу, скажите.
Искать ли мне славы?
Здесь есть дух,
который может нам ответить?
Что это было?
Богиня, мы тебя слушаем.
Хорошо, что у вас туалет внутри.
Круто.
Она права. Этой картине здесь не место.
Где твоя жена?
Не знаю. На каком-то празднике.
Ты отпускаешь ее одну?
Я ей не препятствую.
Я не хочу так часто
появляться в обществе.
Здорово. Можешь заниматься
своими делами.
Да.
Сью может ходить на балы,
а я могу сидеть дома
и переживать
из-за отсутствия художественного вкуса.
Отсутствия? Чувак,
картина с овцами что надо.
- Спасибо, брат.
- Да.
Однажды, когда мои предприятия
начнут приносить доход,
я буду жить в таком же большом доме.
С красивыми картинами животных.
Овцы – да! Коровы – да!
Волы – почему нет?
В блестящих золотых рамках.
А моя жена всё украсит.
Есть кандидатки на эту роль?
Винни, если согласится.
Если согласится?
Думаю, согласится.
Она всегда хотела замуж.
Я не понимаю.
Я говорю: «Нам уже за 20.
Пора остепениться».
Я не хочу быть
неженатым неудачником в 30 лет.
И бизнесмены относятся серьезнее
к женатым людям.
А еще я хочу детей. Много детей.
Да. Я тебя понимаю.
Вы пытались или...
Это сложно.
Когда мы женились,
Сью еще не была готова.
И я всё жду подходящего момента, но...
Я не знаю.
А если он так и не наступит?
Нелегко нам, правда?
- Да.
- Эти современные женщины.
Все оставайтесь в кругу.
Колдовство – это не шутки.
Мы должны уважать предков,
передавших нам свою мудрость.
Салемские ведьмы сделали шаг,
чтобы мы бежали.
Темные духи, мы вас ждем.
Эдвард, я сегодня
так освежилась в ванне.
«Капитан Томас Тейлор».
Эдвард. Ты это слышишь?
Капитан, это вы?
Смотрите! Она одержима!
Она точно сейчас одержима.
Вот это круто!
Боже мой. Медиум-музыкант.
Вот как являются духи.
- Другого объяснения нет.
- О боже.
Она обучалась.
У нас один преподаватель.
Она притворяется.
- Видите?
- Я всё равно не до конца верю.
Народ, это...
Отнеситесь к этому серьезно.
Я пытаюсь найти ответ на вопрос,
способный изменить мою жизнь.
Мы уходим, потому что нам скучно.
Как грубо!
Возьмемся за руки.
Духи, мы приветствуем вас.
Это...
Миллард Филлмор?
Да. Призрак умершего кота Лавинии.
Мой фамильяр.
- Фамильяр – это животное ведьмы.
- Прекрати.
Кис-кис-кис...
Помогите мне.
Кис-кис-кис.
О боже мой. Всё хорошо.
Я в порядке. Мы все в порядке.
Капитан, если вы еще живы в море...
назовите ваши координаты.
Назовите вашу широту и долготу.
Шестьдесят.
Сорок семь сотых северной широты.
Восемь.
Четыреста шестьдесят восемь
тысячных восточной долготы.
Ты что-то сказала, дорогая?
Нет, Эдвард.
Мне кто-то что-то сказал.
Что происходит?
В комнате темная энергия.
Мне страшно.
Нет, это хорошо.
Нам это и нужно. Сосредоточьтесь.
О боже.
Какого...
Боже мой.
Какого...
О чёрт. Это всё взаправду.
О чёрт!
Боже мой! Духи!
Укажите мне путь к свету.
- Нам страшно.
- Мне страшно.
Мне тоже.
Сохраняйте спокойствие.
Сейчас я найду спички.
Осторожно.
Так. Хорошо.
Помоги.
Чего ты от меня хочешь?
Я тебя знаю. Просто...
скажи мне.
Кто ты?
Я Никто.
А ты кто?
Ты тоже никто?
Почему ты меня постоянно
об этом спрашиваешь?
Я никто?
Может быть и так.
Нас двое!
Никому не говори
Как ужасно быть Кем-то!
Сью, мне надо поговорить с тобой.
Безумная выдалась ночь.
Знаю.
Думаю, я пока не буду проводить сеансы.
- Эмили. У тебя усталый вид.
- Сью. Пусть мои стихи опубликуют.
- Правда?
- Да.
Пусть их опубликуют, или я умру.
Вчера ты говорила не так.
У меня было видение.
Ужасное видение о том,
что значит быть анонимом.
Я не исчезну с лица земли
безвестной поэтессой.
Демон в моей голове
пытается меня остановить,
но я ему не поддамся.
Я не хочу быть никем.
Именно это я тебе и говорила.
Я рада, что ты это поняла.
Передай стихотворение Сэму Боулзу, чтобы
напечатать в «Спрингфилд Репабликан».
Сама передай.
Он в гостиной.
- Привет.
- И вам привет.
Сэм вчера ночевал в гостинице
после бала в Конкорде.
Вы были на балу?
Я бываю на всех балах.
Я гуляка.
Сэм, Эмили хочет кое-что сказать.
- Я хочу, чтобы мои стихи публиковали...
- Я слышал.
Это здорово.
Да, я хочу показать себя.
Отлично.
Положу это наверх стопки.
Наверх стопки?
Да. У меня сейчас полный завал.
Мне подали много материала,
но я очень хочу прочесть
ваше стихотворение.
Когда оно будет издано?
Если будет принято, то...
довольно скоро.
А когда я узнаю, принято ли оно?
Я...
я вам сообщу.
Ладно.
Хорошо.
Отлично.
Это чудесно.


Серия 4

МИСТЕРУ Э. ДИКИНСОНУ
АМХЕРСТ, МАССАЧУСЕТС
СОЛНЦЕ
Что случилось, дорогая?
Я не могу писать.
Надо же. Не думала,
что вы когда-то это скажете.
С тех пор как дала ему
один из своих стихов.
Кому дали?
Мистеру Боулзу.
Сдала две недели назад.
Боже мой, какое ужасное слово.
«Сдала». Будто он меня контролирует.
Будто он мой хозяин.
Некоторым это нравится.
Неважно. Что вам мешает писать?
Зачем писать еще одно стихотворение,
если он отвергнет это?
Откуда вы знаете, что отвергнет?
Я не знаю.
Я ничего не знаю.
Я не знаю, когда узнаю.
Боже, я топчусь на одном месте.
Это была огромная ошибка.
Думаю, он его еще не прочел.
Он занят. Прочтет, когда найдет время.
Да, а я к тому времени зачахну и умру.
Эмили?
Эмили, что случилось?
Твои стоны слышны на втором этаже.
Я опустела.
Иссохла. Я ноль.
Пустая оболочка.
У нее творческий кризис.
Дикинсон
Цветок следит за солнцем взглядом
Мэгги, ты просила братьев
выкопать нам еще один туалет?
Нет, мэм.
Тогда откуда взялась эта яма?
Полагаю, это работа
ваших юных родственниц.
Я видела, как они вчера
болтались возле сарая с инструментами.
Что? Девочки не могли выкопать эту яму.
Она слишком глубокая.
Вы не знаете, на что способны девочки.
Эдвард, хватит их терпеть в нашем доме.
Девочки Ньюман не выкопали эту яму.
Твои свояки совершенно их испортили.
Они же из Бруклина.
Это не оправдание.
Я чувствую себя как тот котенок:
сижу в яме и не могу оттуда выбраться.
Попробуйте написать лимерик.
Эдвард, надо поговорить.
Позже. Я иду наблюдать за птицами.
Это срочно.
Говорю тебе, девочки неуправляемы.
Они дом сожгут, дай им волю.
Так не давай.
Меня ждет миртовый лесной певун.
Я тебя жду.
Папа, можно пойти с тобой?
Мне нужно отвлечься.
Отличная идея.
Кажется, врач сказал тебе
избегать солнца.
Нет, этот врач – шарлатан.
Давай. Пойдем.
Мои братья вытащат кота.
Бедняга. Как его зовут?
Кажется, это Друммидудлз.
О нет. Он кусается.
Думаешь, родители заметят,
что ты всегда у меня в комнате?
Не знаю. Нам стоит волноваться?
Может, перестанем?
- Нет. Это заводит.
- Нет?
- Люблю нарушать правила.
- Ладно.
- Не получается.
- Да.
Дай мне секунду.
- Он... Ладно.
- Ладно.
- Он ничего не делает.
- Да.
Может, потому что
не надо этим заниматься?
Ты о чём? Тебе не нравится?
Нет, нравится. Даже слишком.
Так нельзя. Это совершенно неприлично.
- Да.
- Нет.
Я пытаюсь следовать этикету.
Вести себя галантно.
Но когда я пытаюсь поцеловать тебе руку,
ты тянешь меня в постель.
Не знаю.
Мне кажется, что меня используют.
- Что, прости?
- Да.
А я не люблю,
когда женщины так себя ведут.
Будто им нужно только мое тело.
Какие женщины?
Подожди.
Ты говоришь о Лоле?
О боже.
Один звук ее имени напоминает мне
о маслянистом запахе краски в цирке,
щелчках ее плети
и порочных движениях ее...
- Чего?
- Паучьего танца.
Паучьего танца?
Она не была танцовщицей.
Даже не умела танцевать.
- Расскажи о паучьем...
- Нет. Послушай.
Я думаю, мы слишком спешим.
Я не затем сюда вернулся.
Это Новая Англия, а не Дикий Запад.
Я не могу...
Я больше не влюблюсь
в такую девушку, как Лола.
Это выше моих сил.
Поэтому я вернулся к тебе, Лавиния.
Чтобы ты стала матерью моих детей.
Мы даже не помолвлены.
О чёрт.
У меня идея.
Смотри вверх.
Огненный мухоед.
Голубая сойка. Вон там.
Смотри, вон там. Вот она.
О да.
И как, помогает?
Чему помогает?
То есть тебе лучше?
Нет.
Мне до сих пор плохо.
Опять проблемы со зрением?
Да. С творческим видением.
Ничего не вижу.
Я думал, к тебе стихи сами приходят.
Да, а теперь перестали.
Хотел бы я тебе помочь, но...
У меня никогда не было такого видения.
Вон красный кардинал.
А это интересно.
Что? Где?
Смотри. Там твой брат.
Кора интересна тем, что...
Привет, папа.
Знакомься.
Кто это?
Отец, это гость из Ассоциации
декоративных деревьев Амхерста,
мистер Фредерик Ло Олмстед.
Олмстед.
Папа, этот человек проектирует
большой парк в центре Нью-Йорка.
Мистер Олмстед, этот парк просто чудо.
Интересно, как вы его назовете?
Наверное, Центральный парк.
Идеально. Это идеально.
Звучит, но не очень.
Знаете, что еще он проектирует?
Что?
Сквер в Амхерсте.
Потрясающе.
Да иди ты.
Уйти?
Нет, добрый человек. Скорее наоборот.
Я сюда зайду.
Смотрите. Вот как он работает.
Я приезжаю на место и слушаю.
Сам я ничего не говорю.
Я слушаю, что скажет место.
А что говорит это место?
Я еще не расслышал. Времени не было.
Да.
Мы на этом месте уже час стоим.
А что такое час?
Для вселенной час – это ничего.
Часы нужно выбросить.
У природы собственное время.
Теперь мне надо пройтись.
Он один из самых
интересных людей, кого я знаю.
Он гений. Большое достижение
для Ассоциации декоративных деревьев.
Я пойду с ним.
Подожди. Эмили, что ты делаешь?
Думаю, он может мне помочь.
Я думал, что я тебе помогаю!
Мистер Олмстед.
Я бестолковый отец.
Папа, не говори так.
Ты вырастил троих детей,
и мы все хорошие люди.
Да ладно.
Не такие уж хорошие.
А теперь надо заботиться еще о двоих.
Имеешь в виду подростков?
Да.
Да, девочек Ньюман.
Они плохо себя ведут,
и твоя мама ими недовольна.
У меня идея.
Какая?
Я их удочерю.
Что-что?
Я с радостью их удочерю.
У меня за них сердце болит,
и свободного места у нас много.
Наверху детская.
В этом доме иногда так одиноко.
Ты уверен?
Это меньшее, что я могу сделать.
Ведь их наследством
ты расплачиваешься за мой дом.
Верно, и для твоей матери
это будет облегчением.
Я с удовольствием их возьму.
Хорошо. Проблема решена.
Ура.
Осталось сказать Сью.
Для меня создать парк – это как написать
картину, пьесу или стихотворение.
Стихотворение? Правда?
Разницы никакой.
Я художник. Композитор.
Только мой холст – земля,
а стихи созданы из природных материалов.
Например, этот камень...
создает нужное настроение.
О нет!
Что такое?
Этот куст роз – настоящая катастрофа.
Что не так с кустом роз?
Скажите честно.
Вы можете сидеть возле этого куста роз
и чувствовать умиротворение?
Возможно.
Этого недостаточно.
Нет. От куста надо избавиться.
Подождите минутку. Я попробую.
Скажите...
вы сможете сидеть
возле этого куста с книгой...
и чувствовать себя отгороженной от мира?
Вы чувствуете исцеление
от пытки оглушительной городской жизни?
Я подожду, сколько нужно.
Честно говоря, нет.
Куст долой.
Что вы делаете,
когда не знаете, что делать?
- Когда я не знаю?
- Да.
Я жду.
- Как долго?
- Это здорово.
Столько, сколько нужно.
Месяцы, годы.
У вас столько терпения.
Мое искусство сохранится в веках.
Мои парки будут радовать наших потомков.
Мои парки спасут
демократию как таковую, поэтому...
торопиться нельзя.
У вас бывают кризисы?
Нет, я не поддаюсь кризисам.
Смотрите.
Это лучшая Taxus baccata
из тех, что я видел.
Taxus – как его?
Эти изгороди.
Но гармоничны ли они?
Разворачиваются ли они без труда,
как гребень волны?
Заставляют ли они сердце петь?
Америка, земля свободы,
где все классы сливаются в один.
Пойдем выясним.
Что?
Какого...
Боже мой.
Я в яме.
Эй!
Эй!
Бога ради.
Эй!
Я в яме.
Представляешь?
Сэм пишет, что он был
в салоне в Грейт-Баррингтоне,
где с лекцией выступал френолог.
И все щупали его череп.
Френологи сейчас в моде.
Нам нужно повысить ставки.
Я не позволю, чтобы
в Западном Массачусетсе салон был лучше.
Я знаю хозяйку.
Она даже не знает,
как пишется «френолог».
Сью!
Вот ты где. У меня чудесные новости.
Что такое?
Клара и Анна Ньюман,
мои милые маленькие кузины,
будут жить с нами в «Эвергринз».
Разве не чудесно?
О чём ты говоришь?
О том, чтобы приютить этих бедных детей.
Кузин можно удочерить, да?
Остин, ты даже не спросил меня.
Мне они тут не нужны.
Но, Сью, им некуда идти.
Они сироты. Бездомные.
И ты была такой,
пока не стала Дикинсон.
Этого мне не хватало.
Два живых напоминания
о моем ужасном прошлом.
Сью...
сжалься над ними.
А тебе они зачем нужны?
Потому что...
Я хочу ребенка.
Остин.
Я хочу ребенка и обещал
не заставлять тебя рожать.
Для меня это шанс
стать отцом этим девочкам
и сдержать данное тебе слово.
И, думаю, ты должна этому радоваться.
Ну, похоже, ты уже принял решение.
Значит, вопрос закрыт.
Иди подготовь детскую комнату.
Благословен тот день
Помогите!
Эй!
Эй!
Меня зовут Эдвард, я в яме.
Эдвард?
Эй!
Эй!
Эй!
Эдвард?
Это ты, дорогая?
Привет.
Ты меня нашла. Слава богу.
Ты упал в яму!
Я это знаю. Я в яме.
Вытащи меня, ради бога.
Помоги мне, женщина.
Что ты делаешь? Нет.
Не надо.
Ладно.
Что ты наделала?
Прости, но мы поговорим прямо сейчас,
хочешь ты этого или нет.
Сейчас не очень удачный момент.
Сейчас идеальный момент.
Ты не сможешь от меня убежать.
Я никогда от тебя не убегаю, мать.
Эдвард, клянусь,
еще раз назовешь меня матерью,
и я похороню нас обоих в этой яме.
Боже мой. Что с тобой такое?
Я хочу знать, что ты собираешься
делать с девочками Ньюман.
Я об этом позаботился.
Я поговорил с Остином.
Он возьмет их себе.
- Правда?
- Да.
Видишь, я тебя слушаю,
хотя кажется, что это не так.
Просто показывай это чаще.
Ты о выставке скота, да?
Я исправлюсь.
Прошло уже три недели, Эдвард.
Я был занят.
Я устала от того, что ты всегда занят.
Наши дети уже выросли.
Пора нам вспомнить
страстные дни нашей юности.
Когда у нас это было
не только в день выставки скота.
А еще в Рождество и на Пасху.
Помнишь наши приключения?
Когда мы средь бела дня зачали Лавинию?
Или когда застелили кровать новым
одеялом и притворились, что это отель?
Ты красиво выглядела на этом одеяле.
Но почему мы больше этого не делаем?
Что я могу сказать?
Мы постарели.
Ух ты.
Я и не замечала,
что эта изгородь такая высокая.
И такая длинная.
Кажется, мы заблудились.
Хорошо. Я на это и надеялся.
Правда?
Да. Заблудиться – это хорошо.
Вы не хотите заблудиться?
Не знаю.
Я блуждаю в потемках,
когда сажусь писать.
Вижу перед собой
только чистый лист бумаги.
Не похоже, что вы блуждаете.
Вы слишком много внимания
уделяете себе и шумному миру вокруг.
Я говорю о том, что надо сосредоточиться
на работе и раствориться в ней.
Потерять ощущение
времени, пространства и людей.
Есть только вы и ваше творчество.
У вас так бывало?
Бывало.
А теперь нет.
Значит, вам надо заблудиться.
Полностью заблудиться.
Пойдемте дальше в чащу.
Лола.
Лола.
Лола Монтес.
Меня зовут Лавиния, но...
зови меня Лола.
Зови меня Лола.
Я танцую паучий танец...
Нет!
ЛАВИНИЯ ДИКЕНСЕН
ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ
Что скажешь, детка?
- Ты испортил имущество моих родителей.
- Знаю.
Я забыл, что девушку надо ослепить
дикой выходкой,
чтобы она согласилась выйти замуж.
Я думала, меня и правда похищают.
Значит, сработало.
И теперь ты не можешь мне отказать.
Перед всеми этими людьми.
Соглашайся!
Как ты их на это подговорил?
Я бизнесмен.
- Ладно. Но я...
- Ладно?
Ладно?
Ладно! Она сказала «ладно»!
Ты сделаешь меня
счастливейшим человеком.
Джейн, ты скучаешь по мужу?
Эбби.
Кажется, мы теперь живем здесь.
Анна. Клара.
Добро пожаловать в «Эвергринз».
Я возьму ваши сумки.
Вы голодны? Что я могу сделать,
чтобы вам было удобно?
Если вам что-то понадобится,
обращайтесь.
Веселый дядя, кузен, отчим, приятель.
Мы уже достаточно заблудились?
Не знаю. Вы можете снова писать?
Нет.
Дело в издателе.
Я дала ему свой стих.
Теперь мне кажется,
что моя жизнь у него в руках.
Будто я маргаритка, а он солнце,
и без тепла его одобрения
я не могу расти.
Это нехорошо.
Мнения изменчивы.
Это ужасно отвлекает
от красоты вашего ремесла.
Ладно. Тогда, наверное,
я не должна искать слушателей.
Возможно, слава...
опасна.
Я дала один стих одному человеку,
и у меня творческий кризис.
Аудитория неважна.
Работа сама по себе дар,
она не требует похвалы.
Поймите это,
и тогда вы станете мастером.
Вы правы.
Я знаю, что правы, но как это сделать?
Это просто.
Не будьте маргариткой, будьте солнцем.
Эй, ты слышишь?
Я больше не твоя маргаритка.
Мистер Олмстед?
Не двигайся.
Ладно. Карабкайся, женщина.
Не кричи на меня и не двигайся.
Я ничего не вижу!
Моя голова под твоими юбками.
Наконец-то.
Что такое?
- Толкни меня.
- Ладно.
Подтолкни меня разок.
Вот так.
Ладно.
Эм.
Ладно. Эм, теперь дай мне руку.
Ты куда?
Хорошо поговорили, Эдвард.
Эм!
Ты куда?
Эй!
Я солнце.
Я солнце.
- Я солнце.
- Эмили! Вот вы где.
Мистер Олмстед, это вы?
Сэм. Боже мой.
Эмили, я вас везде искал.
Правда?
Сэм. Мне было так страшно.
Весь мой мозг был занят одной мыслью:
опубликуете ли вы мое стихотворение.
Вам не стоит опасаться.
У меня отличные новости.
Правда?
Я прочел ваше стихотворение.
Оно гениальное.
Оно невероятное.
И я его опубликую.
Я вас опубликую.
Моя маленькая маргаритка.
В чём дело?
Вы должны улыбаться.
Знаю.
Просто сегодня я была как потерянная.
Не стоит волноваться.
Когда вы прославитесь
и о вас узнает весь мир,
вы больше никогда не потеряетесь.
Нет, послушайте.
Хорошо, что у Мэгги столько братьев,
а то я бы никогда не выбрался из ямы.
Жаль, что они быстро пришли.
По-моему, тебе стоило там
посидеть еще пару часов.
Смотри. Это наша лучшая дочь.
Красивая и обрученная Лавиния.
Вы правда не против того,
чтобы я вышла замуж за Шипа?
Он сказал, что вы разрешили,
но я не уверена, что он...
Мы разрешили.
Мы считаем, что он славный парень.
Правда, Эдвард?
Он нормальный.
Он просто красавчик, Винни.
И это предложение. Боже мой.
Так романтично.
Жаль, у меня такого не было.
Я тебе сделал вполне милое предложение.
Да, дорогой. Ты написал письмо
с анализом ежемесячного расхода масла
и выводом:
«Мы с тобой можем стать
экономной и рассудительной парой».
Люди по-разному
выражают любовь, Лавиния.
Я очень за тебя рада, Винни.
Правда.
Завтра выберем платки тебе на приданое.
Я не знаю, хочу ли я замуж.
Лавиния. У меня был тяжелый день.
Ты выйдешь за него замуж,
это не обсуждается. Спокойной ночи.
Эти дети меня убивают.


Серия 5

Ладно.
Три, два, один. Добрый вечер.
Я Эмили Дикинсон.
Вы меня узнали?
Да, я Эмили Элизабет Дикинсон.
Меня опубликуют, да. Знаю, это очень...
Привет, народ.
Отлично выглядите.
Правда?
Ваши произведения должны быть
на первой странице.
Вот и всё.
Вы готовы?
Готовы на людей посмотреть
и себя показать?
Надеюсь.
Надежды недостаточно.
Вы должны это знать.
Посмотрите на себя.
Посмотрите на себя и скажите:
«Я этого заслуживаю.
Я это заработала.
Мне пора засиять».
Дикинсон
Запретный плод имеет вкус
Что скажешь?
Очень респектабельно.
Вот именно.
Ваше золотое платье лучше.
Но не сегодня.
Сегодня я хочу сказать своим видом:
«Я была так занята чтением
и глубокими интеллектуальными мыслями,
что даже не принарядилась».
Думаю, вы создаете такое впечатление.
Нужно еще кое-что.
Подай.
Вам нужны очки?
Вовсе нет. У меня отличное зрение.
Но они придают мне умный вид, правда?
Нас ждет интеллектуальный вечер.
У нас очень серьезный лектор.
И вишенка на торте –
придет Сэм Боулз. С Эмили.
Сегодня у них первое выступление,
с тех пор как он взял ее стих в печать.
Люди будут говорить о том,
что Сэм Боулз познакомился
с Эмили Дикинсон в моем салоне.
Где я их познакомила.
Я законодатель моды, Хэтти.
Я создала, возможно,
величайшее литературное
сотрудничество в истории.
Домохозяйкам Грейт-Баррингтона
это по силам?
Нет, вряд ли.
Правильно.
Уверена, что гости уже прибыли.
Подождите, вы точно
не хотите его надеть?
Оно такое красивое и из Нью-Йорка.
Хэтти, я уже сказала.
Для сегодняшнего вечера оно не подойдет.
- И кроме того...
- Да?
Я не могу выйти в свет
в одном платье дважды.
Привет, семья.
Я иду к Сью и Остину.
Мне переодеться?
Нет. Ты выглядишь красиво.
Просто восхитительно.
Кто знает? Может, на тебя
обратит внимание какой-то мужчина.
Я уже не надеялась,
что ты когда-то выйдешь замуж,
но Лавиния обручена,
думаю, нам улыбнулась удача.
Кто еще хочет пойти на праздник?
Я хочу, но...
Категорически нет.
Сью и Остин
ведут упаднический образ жизни,
я это не одобряю.
Дикинсоны так не живут.
И Норкроссы тоже.
Нет, мы не пойдем на праздник.
Мы будем вести себя как Дикинсоны –
сидеть тихо дома
и предаваться своим мыслям.
Как она и сказала.
Тихий семейный вечер.
Романы и отдых.
Ну, я пойду.
Повеселись, дорогая.
И обрати внимание,
сколько денег они тратят на шампанское.
Так вы оба священники?
Интересно, кто сегодня лектор?
Мы с Дэниелом на той неделе слушали
органиста в Хардвике. Потрясающе.
Правда, дорогой?
Не знаю. Это было как-то фривольно.
Обожаю салонную культуру.
Обмениваться философскими идеями.
Ставить новые интеллектуальные задачи.
Жизнь ума.
Я думал, моих проповедей
тебе достаточно.
Ты прав. Конечно достаточно.
Всем привет. Это я. Меня опубликуют.
В книге?
Ну, в «Спрингфилд Репабликан».
Сэм Боулз опубликует мой стих.
Эмили ты станешь типа популярной.
Скажу честно, я всегда была
ее большой поклонницей.
- Правда?
- Эмили, мы лучшие подруги.
Кажется, мы даже не общались наедине.
А знаешь, Сэм Боулз
спит со всеми женщинами, которых издает?
О чём ты? Он женат.
Обожаю ее. Она такая старомодная.
Нет, он обожает жену.
Жена его нечасто видит.
У него было достаточно интрижек.
О да. Ездит по всей Новой Англии
в поисках писательниц.
Так, это нечестно.
Если мужчинам неинтересно
публиковать женщин,
то как женщины вообще
будут публиковаться?
Кто сказал, что женщин надо публиковать?
Это скандал.
Вы ошибаетесь насчет Сэма.
Он просто великий редактор,
умеющий распознавать таланты.
Вот и мой гений.
Эмили Дикинсон,
поэтесса с первой страницы.
- Вы уже всем рассказали?
- Да, рассказала.
Сэм, это здорово.
А ваше платье еще лучше.
Такое красивое.
А вот и мои почетные гости.
Издатель и его поэтесса.
Это редкое литературное партнерство,
которое заключается
только в подобном салоне.
Мистер Боулз, я очень рада,
что вы приехали.
И, Эмили, ты выглядишь великолепно.
Я не уверена, что подобающе одета.
Дорогая, это идеально.
Ты должна выделяться. Ты популярная
молодая поэтесса из Новой Англии.
Когда выйдет стихотворение?
Да, очень хочу его прочесть.
На следующей неделе. Возможно, в среду.
Возможно, в пятницу.
У нас столько материалов.
Так подвиньте их.
Голос Эмили должен быть
услышан. Согласны?
Полностью.
Я так рада, что познакомила вас.
Похоже, это...
судьба.
Итак, Эмили...
- Вы готовы?
- К чему?
Что я буду вас со всеми знакомить.
Надеюсь, этот салон готов
встретиться со мной.
Покажи им.
Сегодня здесь собрались все.
Это Фердинанд Эндрюс,
редактор «Бостон Трэвеллер».
А это Гарриет Прескотт Споффорд.
Гарриет Прескотт Споффорд, поэтесса?
Да, я нашел ее несколько лет назад.
Теперь ее называют
Огненной лилией Новой Англии.
Интересно, как назовут вас.
Я бы с ней пообщалась.
Смотрите. Это Сэнфорд Гиффорд.
Вы должны с ним познакомиться.
Он великий художник, хотя и козел.
«АЛАЯ БУКВА»
НАТАНИЭЛЬ ГОТОРН
Ладно. Приступим.
- Эй.
- Да?
- Надо поговорить.
- Ладно.
Послушай.
Знаю, раз мы обручены,
ты считаешь, я стану
ручной и послушной домохозяйкой,
которая всегда сидит дома
и не ходит на праздники,
а единственная ее радость в жизни –
штопать тебе носки.
Но ты ошибаешься.
Я не скучная сестра Дикинсон.
Люди этого не замечают,
но я во многом похожа на Эмили.
Я дикая и творческая личность.
Сказать по правде,
я эпатажнее Лолы Монтес.
Лолы?
И если ты думаешь, что мы вместе
тихо проведем вечер, ты ошибаешься.
Я хочу большего.
Мне нужна стимуляция.
Ладно. Я просто... пытаюсь читать.
Зачем?
Раз я хочу жениться на Дикинсон,
нужно стать образованным.
И ты решил начать с этого?
«Алая буква»?
Да. Почему бы и нет?
Если честно,
это низкопробная литература.
Ладно. О чём там речь?
О женщине по имени Эстер Прин,
которая живет в колониальном Бостоне.
Она считает, что ее муж утонул,
и завязывает роман со священником.
Она влюбилась и забеременела от него.
Потом возвращается ее муж,
и ее публично осуждают
и заставляют носить на одежде
алую букву «А» в знак адюльтера.
Ясно. Да, это скучновато.
- Знаешь что, Шип?
- Что?
Книга не скучная.
Она не безопасная, чопорная,
благопристойная или образцовая.
Она скабрезная.
Не знаю, что это значит.
Ладно.
Забудь об интеллектуальном салоне.
Знаешь, чем мы займемся сегодня?
Чем?
Проведем урок английского.
Сэнфорд, засранец. Рад тебя видеть.
Наконец-то ты
не в краске с ног до головы.
Я хочу тебя кое с кем познакомить.
Это потрясающая молодая поэтесса
Эмили Дикинсон.
Твоя девушка месяца?
Она продержится
намного дольше, чем месяц.
Ее стихи волшебны.
Они похожи на муравейники,
но вдруг начинают
извергаться, как вулканы.
Это самый приятный комплимент,
который мне говорили.
Поздравляю, мисс...
Дикинсон.
Похоже, вы в его вкусе.
А вы чем занимаетесь?
Он художник. Талантливый художник.
Он имеет в виду,
что мои картины покупают за кучу денег.
А что именно вы рисуете?
В основном реку Гудзон.
Сэнфорд – основная фигура
в новой школе реки Гудзон.
У него новаторский подход к освещению.
Да, я так всем говорю.
«Всё дело в освещении».
Как только люди слышат:
«Всё дело в освещении», –
выкладывают много денег.
Каждому творцу нужен покровитель.
Мистер Боулз – ваш покровитель?
Нет. Он мой...
редактор.
Красиво звучит.
Хорошо. Потому что я вам дам
еще много стихов
и, надеюсь, вы их опубликуете.
С удовольствием прочту.
Как мило.
Кстати, Боулз, Луиза Пратт
передает привет.
О. Правда?
Она в восторге от вашей поездки
в Вашингтон.
Я тоже был рад.
Мы отлично провели время.
Эмили, выпьете еще?
О да, конечно. Я знаю,
какая у тебя короткая память.
Идите пообщайтесь с гостями.
Пойду найду Сью.
- Эмили, стойте...
- Передайте ей привет.
Эти богачи часто покупают мои картины.
Где фартуки, которые я вам дала?
Мы их испачкали.
Я попросила вас
помочь Хэтти разносить угощения.
Сью.
Девочки, идите в гостиную.
Угощайтесь сыром.
- Он для гостей.
- Сью.
Нельзя с ними так говорить.
С ними нужно так говорить,
если они плохо себя ведут.
Я думал, тебе будет их жаль.
Ты была сиротой,
о тебе некому было позаботиться.
И я не хочу,
чтобы мне об этом напоминали, Остин.
Когда я была в их положении,
я выполняла порученную мне работу.
Я не раздражала людей, которые были
так добры, что пустили меня в свой дом.
Думаешь, это доброта?
Знаешь, не всех в детстве
так балуют, как Дикинсонов.
В отличие от этих девочек
у меня даже не было наследства.
Их наследством мы оплачиваем этот дом.
Они здесь не для того,
чтобы прислуживать.
Благодаря их деньгам
у нас есть крыша над головой.
В таком случае это ты ими пользуешься.
Мистер Дикинсон.
- Прошу прощения.
- Генри.
Тебе что-то нужно?
Да, сэр.
Сегодня ночью, если вы не против,
помогите мне с доставкой.
Да.
Да, конечно.
«Ты не веришь, что согрешила?»
Я верю, что согрешила в твоих глазах.
Но кто знает,
разделяет ли Бог твои взгляды?
«Молчать, женщина!»
«С этого момента будешь носить
на кар-саже эту букву».
На корсаже.
Ты говоришь по-своему, а я по-своему.
Да, проповедник.
Мой корсаж принадлежит тебе.
А ты не должна быть более целомудренной?
- Просто... Нет.
- Не выходи из роли.
Ладно.
Извини.
Это символ не моего позора, а твоего.
Я тебя не такой помнил,
Лавиния Дикинсон.
Эстер.
Эстер.
Ты безумная. И мне это нравится.
Сью.
Эмили. Что такое?
Хочу спросить тебя об этих слухах.
Каких слухах?
Все говорят,
что мистер Боулз изменяет жене.
Ясно.
- Но это неправда.
- Ты уверена?
Услышав, что он опубликует мой стих,
все предположили,
что мы в интимных отношениях.
Это просто оскорбительно.
Он тебя публикует, потому что ты гений.
- А можно подумать...
- Эмили.
Я точно знаю.
Послушай, я знаю Сэма. И знаю Мэри.
Мы с Мэри вместе росли, помнишь?
Да.
Ты говорила, она была твоей
единственной подругой до меня.
Да, я очень любила Мэри.
Мэри – особенный человек.
Она напоминает мне тебя.
Она задумчивая.
Не любит выходить из дома.
Ужасно стеснительная.
Не любит, когда на нее смотрят.
Я это понимаю.
Я пришла сюда показаться,
и это совершенно неприятно.
Это меня огорчает.
Ты заслуживаешь известности, Эмили.
Ты заслуживаешь того,
чтобы тебя публиковали.
К женщинам так несправедливо относятся.
Как только мы немного прославимся
или проявим хоть толику честолюбия,
про нас сразу говорят гадости.
Мы становимся объектом насмешек.
Ну и к чёрту это.
Иди купайся в лучах славы.
Пожинай плоды своих трудов.
А Сэм Боулз верит в твой дар. Вот и всё.
Спасибо.
Ладно.
Пойдем займем места.
Скоро начнется лекция.
Вот и моя суперзвезда.
Надеюсь, я произвожу
хорошее впечатление.
Шутите?
Эти люди еще не знают,
как к вам относиться.
Но однажды они будут хвастаться,
как встретили Эмили Дикинсон,
когда она была еще неизвестной.
Прошу внимания.
Займите ваши места.
Лектор почти готов.
- Будет интересно.
- Надеюсь, лекция благочестивая.
Спасибо.
Так задумано?
У.М. ДЖОНСОН АРК-СТРИТ, ФИЛАДЕЛЬФИЯ
ВЕРХ – ХРУПКИЙ ГРУЗ
Как у вас дела?
Кто здесь знает, что такое свобода?
Жду вас в библиотеке.
- Да, сэр?
- Покоряться воле Бога.
Увидимся там.
Не совсем.
Свобода – это быть собой.
Даже если ты молодая красивая вдова.
Уже ближе, но нет.
Свобода – это сбросить кандалы
и сказать: «Здравствуй, мир. Вот и я».
А свобода...
это волшебство.
- Спасибо.
- Кто готов услышать мою историю?
Я родился на плантации
в округе Луиза, Вирджиния.
Я вошел в мир рабом.
Вам не нравится лекция?
Я ее уже слышал.
Трижды.
Генри «Ящик» Браун много гастролирует.
Мне было интересно. Так что...
Да. Смотрите, вот.
- Что?
- Диккенс.
Чарльз Диккенс?
И Дидро.
А здесь будете вы.
Вот здесь.
Эмили Дикинсон.
- Я?
- Ваши книги.
Между современным мастером
и литератором Просвещения.
Как вам?
Не знаю.
Нет. Вы правы.
Здесь мало места.
Вам понадобится собственная полка.
Только представьте.
Я могу много чего представить, но...
это кажется чуть ли не запретным.
У запретного плода изысканный вкус.
Чёрт.
Разве не красота?
Печатный станок.
Это мощная машина.
Да.
Представь себе,
что можно сделать с его помощью.
Надеюсь, мы начнем революцию.
Эй.
Не знаю, безопасно ли здесь.
Всё в порядке, Генри.
Никто не войдет в этот сарай
без моего разрешения.
Эта лекция – чушь собачья.
Хэтти.
«Ящик, Ящик. Каково было
находиться в ящике?»
Разве этим дуракам неизвестно,
что он не собирался бежать?
- Хэтти.
- Он напился и заснул.
И это было десять лет назад.
Генри, нельзя публиковать
его статьи в нашей газете.
Ты злишься, потому что я сделал
его статью передовицей, а не твою.
- Нет.
- Да.
Нет. Я серьезно.
Он вредит нашему обществу.
Сейчас ящики проверяют.
Мой кузен попытался сбежать
в ящике сахара.
Он закопался в сахар, но его поймали.
И он застрял в Миссисипи.
И у него гипогликемия.
Хэтти.
Возможно, это тебя обрадует.
Ого.
Ну надо же.
Красота, правда?
Спасибо, мистер Дикинсон.
Вы ангел.
Остин.
И я пытаюсь помочь людям.
Я писательница, но у меня нет слов.
Мистер Боулз.
Вы пропустили лекцию.
Извините, Сьюзи.
Я ее уже слышал.
Вы слишком утонченный для нас.
Для «Эвергринз»?
Вершины литературной жизни Новой Англии?
Нет конечно.
Значит, вы напишете об этом салоне
в вашей газете?
Да, конечно.
Моих читателей интересует
описание вашего остроумного кружка.
Сьюзи, это популярное место досуга.
Лучшее вино, красивейшие люди.
И величайшая поэтесса Массачусетса.
Отличная лекция, Сью.
История с ящиком меня поразила.
Ну, мы пойдем.
Да, я не думала, что уже так поздно.
Спасибо, что пришли.
Мы будем ехать мимо гостиницы,
может вас подвезти.
Спасибо, но в гостинице нет мест.
Я переночую здесь.
Здесь?
Сэм переночует в свободной комнате.
К сожалению, в маленькой.
Большую комнату заняли Клара и Анна.
Да ладно. Я и в кладовке могу поспать.
Вы с Остином слишком гостеприимны.
Это меньшее, что мы можем сделать
в благодарность за то, что вы
почтили наш салон своим присутствием.
Пойду проверю,
не подсунули ли эти две юные леди
вам в постель змею.
Заботы хозяйки.
Кстати о хозяйках...
я отошлю телеграмму Мэри.
Она волнуется,
когда я уезжаю на несколько дней.
Не сомневаюсь.
Я бы хотела познакомиться с Мэри.
Правда?
Вы бы ей понравились.
- Вы так считаете?
- Конечно.
Вы обе такие... необычные женщины.
Сделайте мне одолжение.
Какое?
Напишите что-нибудь.
Сегодня ночью.
Я постараюсь.
И знайте, я буду здесь...
лежать без сна,
потому что я так близок
к вашему удивительному таланту.
Ладно?
Спокойной ночи, поэтесса.
Спокойной ночи.
Дорогая Мэри,
раз я не могу послать тебе цветов,
посылаю свое сердце.


Серия 6

Боже мой.
Ух ты.
Мы здесь!
Дикинсон
Разрежь жаворонка
Ладно. Посмотрим,
почему опера так популярна.
Все такие элегантные.
Надо было надеть накидку.
Я умираю с голоду.
Как думаешь, здесь есть попкорн?
В оперном театре попкорна нет, Шип.
Я так рада наконец попасть сюда.
Я прочла все отзывы
на постановку в Италии.
Я потрясена.
Ты можешь говорить проще?
Надеюсь, это интересно.
Билеты стоят кучу денег.
- А я надеюсь, что места хорошие.
- Смотрите, Сью и Остин.
Привет!
Конечно. Она надела накидку.
- Привет.
- Ух ты.
Сью, потрясающе выглядишь.
Вы все тоже.
- Как дела у тети Лавинии?
- У нее мыши.
А как в отеле?
Хорошо.
Пару ночей провести можно.
Но дольше я бы там не жила.
Думаю, ты не можешь
позволить себе жить там дольше.
Вы в нетерпении?
Мы на премьере,
а весь Бостон восхищается
главным сопрано.
Да. Великолепная Аделаида Мэй.
Только что приплыла из Италии,
где репетировала с самим Верди.
Сама она из Филадельфии.
Американцы в основном
не умеют петь оперу,
но Аделаида очаровала
всю Европу своим голосом.
Говорят, она однажды
разбила монокль критика высоким «до».
Нет!
Это легенда. Наверняка это легенда.
Он пришел.
Дикинсоны.
- Привет.
- Добро пожаловать в оперу.
Мы так рады, что приехали.
Кажется, я вижу внизу знакомого.
Извините.
Как неожиданно.
Сэм, большое спасибо
за помощь с билетами.
Мы так рады, что будем в ложе.
Минутку.
Где наши места?
В оркестровой яме. Задний ряд.
Почему ты не взял нам ложу?
Ты бросила меня в яме,
мой черед отплатить тебе той же монетой.
В оркестровой яме тоже хорошо.
Не сомневаюсь.
Пойдем искать задний ряд, Эдвард.
Ладно, пойдем.
Эмили, ты с нами?
Я хочу поговорить со Сью.
- Ариведерчи.
- Пока. Си. Да.
Значит, увидимся после концерта?
Нет, Сэм, постойте. Не уходите.
Я думал, вы хотите поговорить.
Нет, вообще-то,
я хотела поговорить с вами.
Ладно.
Конечно.
Поэтессе нужно поговорить с редактором.
Ладно.
Сэм, вы же здесь не один? Где Мэри?
Она не смогла прийти.
Жаль. Я так хочу с ней увидеться.
Да. Ну, ей нездоровится.
Снова.
Что ж, полагаю, Эмили повезло.
Мне?
Да, потому что ты можешь
сидеть в ложе Сэма.
- По-моему, это...
- Сэм, так надо.
Она впервые в опере, поет Аделаида Мэй.
Такой шанс выпадает раз в жизни.
А Эмили – такая чуткая
и творческая личность.
Если вы не против,
я с удовольствием посижу с вами.
Конечно, обязательно.
Сэм, будьте джентльменом.
Пусть она посидит с вами.
Позади оркестра
она ничего не увидит.
Помните, у нее плохое зрение.
Ирит.
Ладно, раз кресло всё равно пустует.
Пойдемте.
Эй.
Кто это с Сэмом Боулзом?
Ух ты, новенькая.
С нетерпением жду
выступления Аделаиды Мэй.
Все восхищаются ее голосом.
Поёт как жаворонок.
Жду не дождусь.
«Сенсация мировой музыки».
Так написано на плакате.
А еще, говорят, она милая.
Правда?
Я должен взять у нее интервью
после спектакля.
Вам можно за кулисы?
Конечно.
Это новый театр.
Им нужны отзывы в прессе.
Невероятно.
Смотрите.
Мама!
Почему ты так долго?
Ты не представляешь,
кого я встретил в баре.
Кого?
Фрейзера Стернза.
Кто это?
Фрейзер. Мой одноклассник.
Отличный парень. Сын ректора.
Ты наверняка его помнишь.
Да. Кажется.
Да ладно. Фрейзер Стернз.
Милейший парень.
Не видел его со времени выпуска.
Сейчас он в Вест-Пойнте.
Носит форму.
Настоящий солдат.
Как я соскучился по старым друзьям.
Надо организовать встречу.
Старые добрые деньки.
Нам было так весело.
Тебе до сих пор весело. Разве нет?
«Ла травиата» означает «падшая».
Да, я знаю.
- Правда?
- Я в колледже изучал итальянский.
Да, но ты не закончил обучение.
Да. Как скажешь.
Первое впечатление об опере
очень сильное.
Ее или любят, или ненавидят.
Если любят – это навсегда.
Если нет, то могут научиться ценить,
но никогда не пустят к себе в душу.
Круто.
Пойду пописаю.
Ты только что ходил.
Лавиния, я в курсе.
Он просидит в нём весь спектакль?
Какое надувательство.
Ничего не видно.
Все эти люди такие...
Да. Хорошо. Конечно.
...претенциозные.
Всё будет по-итальянски?
Боже мой.
Итальянский.
Жаль, мы не водевиль смотрим.
Да.
Вы правда никогда не были в опере?
Нет. Я об этом только мечтала.
Похоже, ваши мечты сбываются.
Многие мои мечты сбылись
после знакомства с вами.
- Эмили...
- Сэм, я должна вас поблагодарить.
Ерунда. Я за ложу даже не платил.
О нет, не за это.
Не только за это.
- То есть за всё.
- Эмили, прошу...
- За всё, что вы мне дали.
- Это пустяки.
Вовсе нет.
Вы изменили мою жизнь.
До встречи с вами я была никем.
А теперь...
Теперь мое стихотворение издадут.
Эмили, у нас проблема.
Правда?
Да.
Вы...
Вы написали письмо Мэри.
Да.
Написала.
Да. Это было не слишком умно.
Но я... О чём вы?
Вы написали Мэри письмо,
которое расстроило ее.
Точнее, нас обоих.
Оно расстроило нас обоих.
Ваше письмо огорчило Мэри.
Поэтому она сегодня не пришла.
Она посчитала, что этим письмом
вы попрали ее личную жизнь.
Я не понимаю.
Вы написали в этом письме
столько чепухи.
Что я солнце,
вам холодно, когда меня нет рядом.
Как только я покидаю Амхерст,
там наступает зима.
Зачем такое писать?
Я это чувствую.
Писать о женатом человеке
его жене?
Я не хотела ее расстраивать.
Я просто хотела выразить
- благодарность и восхищение...
- Да...
На этот раз вы зашли слишком далеко.
Извините.
Когда я пишу, я иногда...
теряю контроль.
Знаю. Поэтому вы и великая писательница.
Но вы должны понимать,
какие ходят слухи.
- Какие слухи?
- Да ладно, вы знаете.
Стоит мне поддержать
женщину-писательницу,
все сплетники Восточного побережья
упрекают меня в низменных побуждениях.
А до Мэри доходят эти слухи...
и она расстраивается.
Ее это обижает...
хотя в душе она знает,
что я всегда ей верен.
Скажу откровенно.
Вы меня интересуете только
с профессиональной точки зрения.
Вы это понимаете, правда?
Конечно.
Мэри – моя единственная.
Я никогда ее не предам.
Сэм, прошу, простите меня.
Я не желала вам зла.
Я с почтением отношусь к вашему браку.
Вы верны жене, и это один из признаков
вашего величия.
Я знаю, это романтично...
ваш стих появится в печати,
вы так давно этого ждали.
Но помните, Эмили,
романтические чувства...
надо держать при себе.
Похоже на один из твоих праздников.
Извините.
Какая скукота.
Знаю. Интересно,
сколько я еще продержусь.
У нее туберкулез.
Шип, не в опере.
Пойдем.
Свобода! Мы свободны!
Боже мой, это ужас. Просто ужас.
О, свобода. Ла мусор-ата.
Ла мусор-ата.
Пойдём отсюда!
- Браво.
- Боже мой.
Прошу! Уходим.
Пойдем.
Она очаровательна, правда?
Мое сердце вот-вот разорвется.
Мне надо домой.
Что? Прямо сейчас?
Зря я сюда приехал.
Я нужен Мэри. Поеду домой.
Сэм, постойте.
Я кое-что для вас написала.
Оставьте себе.
РАЗРЕЖЬ ЖАВОРОНКА
СЕРЕБРО ЦВЕТОЧНЫХ ЛУКОВИЦ
ЕДВА СЛЫШНА ЛЕТНИМ УТРОМ
МУЗЫКА ЛЮТНИ.
Разрежь жаворонка
Музыку найдешь
И серебро цветочных луковиц
Сью...
Едва слышна летним утром
Спокойная и нежная
Музыка лютни
Когда начнется наводнение
Оно снесет все сомнения
Багряный опыт!
Фома неверный!
Ты теперь видишь
Что птица права?
Разрежь жаворонка
Музыку найдешь
И серебро цветочных луковиц
Брависсимо!
Пойдешь подгонишь карету?
Нет, встречусь с Фрейзером.
Мы договорились выпить
после представления.
И что?
Оставишь меня здесь?
Доберешься до гостиницы в карете.
Одна?
Или с кем хочешь.
БОСТОНСКИЙ ОПЕРНЫЙ ТЕАТР
ПРОПУСК ЗА КУЛИСЫ
Пропустите! Извините.
Вы кого-то ищете?
Да, я ищу Аделаиду Мэй.
Конечно же.
Она в гримерке,
но на вашем месте я бы ее не беспокоил.
А вы кто? Ее подруга?
Нет, я писательница.
Какая писательница?
Репортер из газеты.
Вот мое удостоверение.
Девушка-репортер? Это что-то новенькое.
Да, из «Спрингфилд Репабликан».
Какие в Массачусетсе все современные.
Мне надо выпить.
А кому не надо?
Хотите выпить с нами, девушка-репортер?
Да! Напишите о нас. Мы классные.
Нет, я должна взять интервью
у Аделаиды Мэй.
Аделаида не дает интервью.
Ее и так все знают.
Точно. Интервью нужны
бедолагам вроде нас.
Настоящие звезды могут прятаться.
Кто там?
Это...
я.
Так заходите.
Заходите, если хотите.
И плотно закройте за собой дверь.
Я сегодня не в настроении
отвечать на вопросы.
У меня болит горло,
автографы давать я не хочу.
Знаю, это ужасно, но у меня нет сил.
Эти поклонники такие настойчивые.
Они меня так любят, что готовы убить.
Это всё так тяжело. Сегодня я не могу.
Извините, что помешала.
Нет, вы просто выполняете свою работу.
Вы костюмерша, да?
Можете снимать с меня костюм.
Вообще-то я...
Я просто...
Я пришла сказать, какая вы удивительная.
Вы одна из них.
Я сегодня была на представлении.
Ваше пение...
Я не слышала ничего подобного.
Оно было так прекрасно,
что разбило мне сердце.
Да, все так говорят.
Да, но я серьезно.
Слушая вас, я испытала
неведомые мне чувства.
Правда? А каково это?
Что?
Что-то чувствовать.
Вы, должно быть, знаете, каково это.
Вы идеально это выразили.
Вы заставили меня прочувствовать
чувства Виолетты.
Это просто актерская игра.
Я столько раз играла Виолетту,
что могу это сделать даже во сне.
Вы видели трогательное представление,
но я ничего не чувствую.
Садитесь, если не уходите. Ненавижу,
когда стоят над душой.
Это невозможно. Вы плакали.
Слезы были настоящие.
Правда?
Я уже не знаю, что в жизни настоящее.
Я даже не знаю, какой это город.
Париж? Рим?
Неважно. Каждый вечер одно и то же.
Всё размыто. Всё как во сне.
Меня опять кто-то любит,
опять выпивка, опять аплодисменты.
Меня любит столько людей.
Я уже сбилась со счета.
Я утратила связь с реальностью.
Что такое реальность?
Кто я такая?
Вы Аделаида Мэй.
Величайшее сопрано мира.
Это не мое настоящее имя.
Это сценический псевдоним.
Как бы вас ни звали,
сегодня вы изменили мою жизнь.
Ваш голос навечно останется со мной.
Ничто не вечно.
Разве вы не знаете, дорогая?
Голос забывается. Память стирается.
Мода меняется.
Время движется, и в конце концов
нас всех забудут.
Ну, я вас не забуду.
Хотите побывать на сцене?
Правда?
Пойдемте со мной.
Без света на сцене находиться нельзя,
но мне всё равно.
Это завораживает.
Какая красота.
Да, пустой театр мне нравится больше.
Браво!
Эмили!
Давай, Эмили!
Я хочу быть известной.
Правда?
Конечно. Как и все.
Почему вы хотите быть известной?
Потому что я поэтесса.
Я пишу стихотворение за стихотворением
и складываю их в ящик,
и они лежат в темноте,
куда свет вообще не проникает.
Этого недостаточно.
Правда?
Разве люди не должны их увидеть?
Не должны увидеть...
меня?
Я не знаю.
Если вы известны, вы на виду.
Всё, что на виду,
утрачивает свою изюминку.
Ну, не всё.
Да, всё.
Критики сначала вознесут вас
на пьедестал, а потом сбросят.
Вы им надоедите, и они вас уничтожат.
Их злит, что вы влюбили их в себя.
Вы были куртизанкой,
а они купились на ваши уловки.
Какая разница, что они говорят?
Что они думают?
Именно.
Проще сидеть одной в комнате,
где никто вас не видит.
Как вам это удается?
Как вы находите в себе смелость
петь перед такой толпой?
Я притворяюсь, что там никого нет.
Но я сегодня была здесь.
Я здесь была.
Ну, полагаю, тогда я пела для вас.
Чего ты на самом деле хочешь?
Какое твое самое потаенное желание?
Сью. О чём ты?
Какое желание скрывает
эта ерунда насчет славы?
Ты желаешь значимости.
Ты желаешь красоты.
Ты желаешь любви.
Разрежь жаворонка
Музыку найдешь
Эй! Что вы там делаете?
Уйдите со сцены.
Уйдите со сцены сию минуту,
или я на вас пожалуюсь.
Вы даже не знаете, кто я.


Серия 7

Вставай, Эмили.
Нет.
- Так. Вставай, Эмили.
- Не трогай меня.
Это пойдет тебе на пользу.
Но я ненавижу свою жизнь и хочу умереть.
Именно поэтому нам нужен день в спа.
Не забудьте взять с собой полотенца,
иначе придется за них платить.
Это нелепо.
Ты хочешь снова потратить деньги
на какое-то шарлатанство,
хотя мы недавно раскошелились
на дурацкую оперу.
Эмили больна. Она едва встает с постели.
Вдруг у нее корь?
Или, что еще хуже, душевная корь?
Это еще что такое?
Не знаю и не хочу выяснять.
Не волнуйся.
После сегодняшнего Эмили выздоровеет.
Видишь? Тетя Лавиния уверена.
- Если мы говорим о чакрах...
- Не говорим.
Она станет лучше, чем прежде.
Организованнее новой железной дороги.
Не смей объяснять мне это
понятными словами.
Сью.
Ты едешь с нами?
Ну, я читала книгу по этикету.
Ой, как интересно.
И там написано: если свекровь
приглашает тебя на воды,
приглашение нужно принять.
- Это верно.
- Слава богу.
Мне надо поговорить с тобой.
- Мы сможем побыть наедине?
- Конечно.
Ладно.
Но, Эмили, я надеюсь расслабиться.
Успокоиться, избавиться от стресса.
Я тебя не видела после оперы,
нам надо поговорить.
У вас есть всё что нужно?
Настойки? Эфирные масла? Свежий взгляд?
- У меня есть только дурной характер.
- Эмили.
Блин! Вот гадство! Сволочь!
- Что?
- Что такое?
- Что случилось?
- Потеряла самый сильный кристалл.
- Где ты его видела в последний раз?
- На алтаре.
Как он выглядит?
Конечно же это обсидиан.
Я пытаюсь защититься
от негативной энергии.
Как же я устал. Господи.
Не подходи со своей негативной энергией.
Не страшно, у меня есть
еще один кристалл.
Ладно, поехали.
До свидания.
- Ты же знаешь, нам это не по карману.
- Эдвард, наша дочь больна.
Только это может ей помочь.
Для ее здоровья не жалко денег.
Это точно грязь?
Дикинсон
Вечность происходит сейчас
Гидротерапия, или лечение водой, —
это практика лечения недомоганий
посредством погружения
разных частей тела в воду.
Сью!
Эмили, слушай тетю Лавинию.
Она повидала весь мир
и узнала мистические тайны.
Да, девочки.
Вы делаете то,
что делали во всех древних цивилизациях.
В Египте, Греции, Риме.
Это называют «альтернативной медициной»,
но я рада любой альтернативе,
лишь бы она помогала.
Согласна.
Уверена, врачи не одобрят,
но что они вообще понимают?
Мало чего.
Запомните мои слова:
к концу пребывания на курорте
вы перестанете быть больными женщинами,
страдающими меланхолией.
А если это мой имидж?
Эмили, хватит.
Мы приехали ради тебя, помнишь?
Это у тебя проблемы.
Нет, сестра, у нас у всех проблемы.
На клеточном уровне.
Боже мой. Как тут жарко.
Но уходить пока нельзя.
Это слишком дорого.
Поддайся жаре. Плыви по течению.
Пусть вода тебя излечит.
Чтобы энергия не утекала.
Что будет, если она утечет?
Дорогая Винни.
Утечка энергии может вызвать
что угодно – от нездоровых отношений
до желания есть вкусную еду.
Хорошо.
Сью.
Что?
Давай выйдем.
Я думала, мы расслабимся.
Расслабимся во время разговора.
Думаю, с тобой это не получится.
- Пойдем.
- Помните, вода – это лекарство.
И правда защищает.
Ну, мне намного лучше.
Куда это ты?
У нас оплачено еще 17 минут.
Ну, я думала сходить к целительнице.
Я слышала отличные отзывы о ней.
Она использует энергию луны.
Точно. Я это люблю.
Да, я долго планировала,
чем мы тут займемся, но конечно.
Иди занимайся своими делами.
Ладно, встретимся у бассейна.
Ужасная энергия.
Следующая группа!
Так что я всё испортила.
Не стоило писать письмо его жене.
И не стоило сидеть в его ложе в опере.
Теперь Сэм никогда не напечатает
мой стих. Всё кончено.
Эмили, конечно, он его напечатает.
Он напечатает всё, что ты напишешь.
Он всем об этом рассказал.
Знаю, но я всё испортила.
Он меня возненавидел.
Не верю. Ты ошибаешься.
Сэм точно напечатает твой стих.
Сью, прошло несколько недель.
Я каждый день просматриваю газеты –
и ничего. Никакого стихотворения.
Если он считает меня интересной
новой поэтессой, чего он ждет?
Значит, не считает.
Выйдя из театра,
он, наверное, выбросил мой стих в мусор.
Перевернитесь.
Эмили, чувствовать беспокойство –
это нормально.
Это большой шаг для тебя
и твоей карьеры.
Ты становишься известной и волнуешься.
Но это хорошо.
Ты же умеешь справляться с эмоциями.
Ты о них пишешь.
Превращаешь их в искусство.
Но я больше не верю в себя.
Как это?
Я раньше была уверена.
Чувствовала силу. А теперь – нет.
С тех пор как встретилась с ним.
Сью, мне жаль, но это твоя вина.
Моя вина?
Да, потому что ты меня в это втянула.
Познакомила меня с ним,
вбила мне в голову мысли о славе.
А как только я дала ему стих,
я всё потеряла.
У меня иссякло вдохновение.
Раньше меня всё вдохновляло,
как вдруг меня начал интересовать
только он.
Что он думает, что чувствует.
Он будто вселился в меня.
Я могу думать только о нём.
Меня раньше интересовало многое,
а теперь – только он.
- Ого.
- Что?
Здесь у нас проблемы.
В смысле? Здесь – это где?
Ваш мозг будто в огне.
Так и есть.
Можешь что-то сказать?
Я как будто с ума схожу.
Эмили, расслабься.
Тебе не надо ничего делать.
Дыши глубже.
Обещаю, всё будет хорошо.
Сэм опубликует твой стих. Доверься ему.
Следующие!
Хорошо.
Следующая группа!
С помощью божьей любви
и воды мы можем излечиться.
- Что с ней?
- У нее пароксизм.
Он очень хорошо очищает.
Если нам повезет, мы тоже его испытаем.
Нужно только сжать нижнюю часть тела.
Выдохните всё, что вас беспокоит.
Сосредоточьтесь, девочки.
Живите настоящим, а не прошлым.
И не будущим. Вечность –
это то, что происходит сейчас.
Вечность происходит сейчас –
Что такое? Ты расстроена.
Всё отлично.
«Отлично» – это не слово Эмили.
Ты не говоришь: «Всё отлично».
Ты бы сказала: «Вчера я была
на седьмом небе», – или что-то подобное.
Расскажи, что происходит.
Ничего. Ничего не происходит.
Просто мужчина разрушает мою жизнь.
- Да ладно.
- Да, и это отстой.
Я думала, ты выше этого.
Почему ты так думала?
Эмили, ты никогда
ни от кого не зависела.
Ты отказала мужчинам, сделавшим
тебе предложение, это так смело.
Знаешь, иногда я жалею,
что не согласилась.
Может, если бы я вышла замуж и родила,
жить было бы проще.
Это самое безумное,
что я от тебя слышала.
Тебе надо излечиться, потому что
у тебя сейчас негативная аура,
а тебе нужен позитив.
Ты должна быть сильной.
Эмили?
Да?
Ты мой кумир.
Наверное, тебе одной тяжело.
К этому можно привыкнуть.
Значит, тебе нужна помощь
в написании завещания, раз твой муж...
Да, я хочу, чтобы Билли унаследовал всё.
Так, с бенефициаром вопрос решен.
А кого ты хочешь
назначить душеприказчиком?
Это человек, которому ты доверяешь
и который исполнит твои пожелания...
когда тебя не станет.
Я доверяю тебе.
Забавно, что год назад
я переживала о мелочах.
Знаю. Тогда мы были детьми.
Сейчас нам далеко за 20.
Написать завещание.
Это тяжело.
Взрослеть тяжело.
И если, боже упаси,
с тобой что-то случится
до достижения юным Уильямом
совершеннолетия...
Я знаю, ты не получил того, чего хотел,
но... мне всегда казалось,
что ты будешь отличным отцом.
Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним.
Джейн, для меня это честь.
Ладно.
Прочти это.
Может, захочешь что-то добавить
в окончательный текст.
Хочешь его подержать?
А можно?
Привет, Билли.
Эй.
Хочешь посмотреть в окно?
Видишь маминых лошадей?
Знаешь, как говорит лошадка?
Да.
Меня всё устраивает.
Отлично.
Я впишу детали и заверю его,
и тогда всё будет готово.
- Держи.
- Пойдем, Билли.
Вот так.
- Отлично.
- Пока, Билли.
Я тебя провожу.
Остин?
Мы сделали свой выбор.
И, думаю, он был верен.
Да, конечно.
Спасибо, что привела меня в чувство.
Я не хотел...
- Ты хотел меня проводить.
- Да.
Папа!
Что вы здесь делаете?
Мама принесла Дикинсонам платье.
Давай побудем с папой?
Нет, нам пора домой.
Ты вернешься к ужину?
Пойди набери красивых полевых цветов.
Для мамы. Вперед.
Мне готовить на двоих или...
Надо выпустить новый номер.
Число подписчиков увеличивается.
Надо уложиться в сроки.
Это стало слишком серьезно, Генри.
Ты каждый день получаешь угрозы.
Я называю их вежливыми письмами с Юга.
Это уже не шутки.
Ты подвергаешь
жизнь нашей дочери опасности.
Ее жизнь уже в опасности.
Если не бороться, то так и останется.
Поверь мне.
Эмили Дикинсон?
Джордж?
Боже мой. Что ты тут делаешь?
Пришел в баню.
Я узнал об этом во время путешествий.
В дороге встречаются разные люди.
Как же я рад тебя видеть.
Как у тебя дела?
У меня...
Извини. А что ты делаешь
на Восточном побережье?
Ну, мое путешествие на Запад
пошло не по плану.
Ты не нашел золото?
- Я не доехал до Калифорнии.
- О нет.
Орегонский путь сложный.
На переправах надо законопатить
фургон и пустить его вплавь.
Мы ехали медленно, еды было мало,
а если долго охотиться в одном месте,
дичи становится меньше.
- Это тяжело.
- Да.
Но как ни странно, было весело.
А как там твоя жена?
Эллен?
Да, Эллен Мандевилл Граут
из принстонских Граутов.
К сожалению, она заболела дизентерией.
Какой ужас. Она умерла или...
- Нет.
- Хорошо.
С ней всё хорошо, но это было противно.
Дизентерия – это тяжело.
Нам пришлось расстаться.
Но хватит обо мне. Расскажи о себе.
Я хочу услышать
о приключениях Эмили Дикинсон.
Рассказывать почти нечего.
Да ладно. Как твоя поэзия?
Я так по ней соскучился.
«Испытывая жажду, оценишь воду,
а землю – когда доплывешь».
Ты запомнил этот стих.
Конечно. Здесь я вспомнил его.
Я часто вспоминаю твои стихи.
Они произвели на меня впечатление.
Знаешь, а меня напечатают.
Что? Как здорово.
То есть я надеюсь, что напечатают.
Мой стих уже долго лежит у редактора,
он обещает его напечатать,
но пока не напечатал.
Он ненормальный.
Если бы у меня был твой стих,
я бы его поместил на первую страницу
сразу же.
Ты навсегда вернулся?
Точно не знаю.
Я пытаюсь ничего не планировать.
Буду идти, куда приведет дорога.
Жизнь – это путешествие.
Конечно.
Но я бы с удовольствием зашел в гости
к тебе и Остину, пока я здесь.
Может, ты дашь мне почитать новые стихи.
Я по ним соскучился.
С удовольствием.
Или, может, я просто прочту их в газете.
Конечно. Да.
Ладно. Надо опустить ноги
в холодную воду.
Это место помогло мне найти свою правду.
Джордж.
Да?
Я знаю, что мы холодно расстались.
И я так тебя и не поблагодарила за то,
что ты поверил в меня.
И всегда буду верить.
Эмили!
Вот ты где. Ты пропустила растирание.
Мама, твоя кожа.
Знаю. Она вся в ссадинах.
Где все?
Лежат на горячих углях.
Я подумала, что не выдержу этого
и решила заняться с тобой
чем-то поспокойнее.
Например?
Здесь есть процедура
под названием «рождение из кокона».
Люблю коконы.
О боже.
Как холодно.
Почему простыни такие холодные?
Мне так хорошо.
Ты будто снова у меня в животе.
Помнишь, как ты находилась
у меня в животе?
Не очень, мама.
Я в коконе.
Мне удобно,
и я выйду из него выйду уже другой.
Я выйду другой.
- Всё будет по-другому.
- Мама?
Тебе тепло?
Не понимаю. Простыни секунду назад
были ледяные. Почему мне жарко?
Я тоже это чувствую.
Вытащи меня.
- Что?
- Вытащи меня.
Мама, я не могу тебя вытащить.
Дождись, пока нас развернут.
Нет, мне надо выбраться.
Разверните нас!
- Вытащите нас!
- Мама, всё хорошо.
- Всё будет хорошо.
- Боже, Эмили.
- Эмили, я не могу дышать.
- Мама.
- Эмили, научи меня дышать.
- Да.
Ну... Помогите. Кто-нибудь!
- Эй!
- Помогите. Мы умрем.
О боже. Так.
- Что ты делаешь?
- Я не могу выбраться.
Вот так.
Мне здесь не нравится.
Тетя Лавиния.
Эмили? Что такое?
Кажется, я влюбилась.
Влюбилась?
Я думаю только о нём.
Это как инфекция, как болезнь.
Что еще это может быть? Точно любовь.
Кто этот человек?
Кто этот человек?
Какая разница, ты это не одобришь.
Ну...
кем бы он ни был...
он не должен играть с твоими чувствами.
Тот, кто тебя любит,
кто тебя достоин,
не должен портить тебе жизнь.
Это не любовь.
Слушай, мой брак с твоим отцом
вовсе не идеален.
Но даже когда он меня злит так,
что я хочу намусорить в его кабинете,
я знаю, что он желает мне добра.
Я знаю, что он будет сидеть
у моей постели, если нужно.
Позаботится обо мне.
Ты можешь так сказать об этом человеке?
Послушай, я всегда
давила на тебя по поводу брака,
но ты не заслуживаешь быть несчастной.
Я родила тебя не для этого.
Не для этого.
Мама?
Ничто здесь не излечило меня так,
как твои слова.
Я уже почти здорова.
Ну, сейчас это лучшее,
что можно сделать.
Последняя процедура!
- Пора на последнюю процедуру.
- А это обязательно?
Мы уже за нее заплатили.
Кто знает, может, будет весело.
Должна признать, мне...
Мне уже лучше.
Мне тоже.
Может быть, сегодня ты сможешь писать.
Может быть.
Держу за тебя кулаки.
До встречи, соседка.
Вечность происходит сейчас –
Всё то же самое –
Кроме вечности –
И расположения дома –
Говорю вам, Дикинсон, это важно.
Очень надеюсь.
Эмили. Вы отлично выглядите.
Что вы здесь делаете?
Убеждаю вашего отца
прокатиться на экспрессе Сэма Боулза.
Да. Я инвестирую в его газету.
Не просто в газету, друг мой. В империю.
Надеюсь, эта инвестиция
будет удачнее предыдущей.
Это печатное слово.
Оно точно не провалится.
Выпьем у меня в кабинете.
- Я сейчас.
- Отлично.
Эмили.
Рад вас видеть.
Да неужели?
Да. Вы отлично выглядите.
Наконец я перестала
волноваться о стихотворении.
Вы о чём?
О моём стихотворении.
Очевидно, вы его не опубликуете,
и я смирилась.
У меня для вас новости.
Что?
Ваше стихотворение
на первой странице газеты.
Завтра.
Эмили, вы меня слышите?
Вы...
Вы его напечатаете?
Конечно.
Я ждал подходящего момента.
И наконец он настал.
Сейчас. Поверьте мне.
Подождите.
Я сейчас.
Я хочу дать вам все мои стихи.
- Все?
- Да, все.
Все, что я написала.
Возьмите.
Они ваши.
Ого.


Серия 8

Неведомое вино я пью –
Из жемчужных кружек –
«КОНСТЕЛЛЕЙШЕН»
Во Франкфорте не из всех ягод
Готовят такой напиток.
ИЗ АМХЕРСТА – «МАЙСКОЕ ВИНО»
ЭМИЛИ ДИКИНСОН
Бессмертие.
Чёрт побери.
«Я воздухом опьянена
И одурманена росой –
Бесконечны летние дни
Под неба синевой –
Когда сгонят пьяную пчелу
С цветка наперстянки –
Когда бабочки
Выпьют еще по рюмке –
Я снова подниму бокал!»
Вот это класс.
Да, круто.
Я уже представила себе это.
Красивое стихотворение.
Кто его написал?
Эмили, мама.
Кто?
Эмили Дикинсон, твоя дочь,
написала стих, размещенный на первой
странице «Спрингфилд Репабликан».
И он о пирушке.
Он не о пирушке, Шип.
«Неведомое вино я пью». Да ладно!
Он об опьянении природой,
которая сильнее любого алкоголя.
Так что здесь речь не о пирушке,
а об опьянении возвышенными эмоциями.
Ясно.
Ты слишком много читаешь.
Извини, я люблю тренировать мозги.
Тебе придется принять меня,
какой я есть...
- Нет, Шип.
- ...Лавиния.
Мы должны принять друг друга.
- Нет!
- Я не понимаю.
Стихотворение Эмили. Как это произошло?
Это случайность?
Остин участвовал в конкурсе?
Говоришь, у всех в городе
есть экземпляр?
Не только в городе.
У «Спрингфилд Репабликан»
более 12 000 подписчиков.
Боже мой.
Потрясающе. Эмили знаменита.
Боже помоги нам,
когда это увидит твой отец.
Спасибо, что спросили,
завтракать я сегодня не буду.
Аппетита нет. Я слишком взволнована.
Мечта всей моей жизни исполнилась.
Написание стихов было делом моей жизни.
Я занималась этим долгие годы.
Я сегодня занята,
но найду пару минут, если вы хотите
меня о чём-то спросить.
С удовольствием расскажу о своих темах,
стихотворных размерах, о творчестве.
У кого есть вопросы?
Где Эмили?
Думаю, она еще спит.
- Я здесь.
- Спит? Нет.
Думаю, она прячется у себя в комнате,
на ее месте я бы сделала так.
Что с вами такое? Эй?
Бог знает, что отец с ней сделает,
когда это увидит.
Что отец увидит?
Что?
Что ты там прячешь?
Будешь завтракать, дорогой?
Может, чаю? Чтобы расслабиться.
Расслабиться? Я только проснулся.
Зачем ты прячешь газету за спиной?
Дай сюда, женщина.
Прошу тебя.
Видишь, не всё так плохо.
Я боялся, что снова
произошел обвал на бирже.
Я написала стихотворение,
и его опубликовали на первой странице.
Скажи что-нибудь!
Смотри, распродажа кружевных занавесок.
Правда? Я не видела,
когда читала газету.
- Не слишком радуйся.
- Покажи.
Там написано «дешевле, чем обычно».
- Занавески?
- У нас нормальные занавески.
Отнесу газету в другую комнату.
Отдай газету, пожалуйста.
«Майское вино» Э. Дикинсон?
Вот что ты от меня скрывала.
Она это сделала.
Кто-нибудь поговорит со мной об этом?
Теперь ее не остановить.
Извини, Эдвард. Это я виновата.
Надо было лучше за ней смотреть.
А знаешь, неплохо.
«Когда сгонят пьяную пчелу
С цветка...»
Не притворяйтесь,
что меня не существует. Эй!
Может, мы еще будем ей гордиться.
Боже мой. Я что, невидима?
Дикинсон
Я Никто! А ты кто?
Значит, никто меня не видит,
не слышит и не чувствует.
Мэгги!
Ты меня видишь.
Я забыла выбить ковры.
Да ладно!
Шип, привет. Ты меня видишь?
Винни, я так больше не могу.
Я амбициозный предприниматель,
мне нужна жена,
которая меня поддерживает.
Шип, я тебя слышу.
Я думал, что эта жена – ты,
но, видимо, нет,
хотя ты суперсекси,
и я люблю твою киску.
Ты говоришь о ее...
Он говорит о ее кошке.
Я поступлю как мужчина
и покончу с этим.
Я тебя бросаю, Лавиния.
Шип, мы все слышим,
как ты говоришь сам с собой.
- Я не говорил сам с собой.
- Нет, я же здесь.
Я рвал с тобой отношения, Лавиния.
Слишком поздно,
потому что я расстаюсь с тобой.
- Что?
- Я больше не могу.
Помолвка отменяется.
- Народ.
- Да, конечно.
Я переведу стрелки на 26 часов вперед,
и ты передумаешь.
В сутках 24 часа, Шип.
Извини, что не окончил колледж.
Я никогда не буду достоин тебя.
- Я же стою...
- Ты такой неуверенный в себе, ужас.
- Ты меня пугаешь.
- Что?
У тебя полно современных идей,
а мне нужна старомодная,
нормальная жена.
Ого.
Ладно. Я ненормальная.
Ясно?
Я извращенная, очаровательная,
творческая, похотливая женщина,
а ты не можешь этого принять.
Ты не можешь принять меня!
Что происходит?
В этой комнате странная энергия.
Наверное, привидения после сеанса.
Эмили реально видела призрака.
О боже. Я призрак?
Вы, Дикинсоны, все безумные.
Лучше я вернусь в Неваду,
чтобы Лола била меня кнутом,
а я буду сходить с ума
от ее эротичного паучьего танца!
Паучий танец.
Лавиния, скажи, что я здесь!
Раз, два, три, четыре, пять...
- Хотя не стоит...
- Шесть, семь, восемь.
Раз, два, три, четыре...
- Винни, не покалечься.
- ...пять, шесть, семь, восемь.
Раз, два, три.
Лавиния? Винни?
Винни!
Я тебя предупреждал.
Что происходит?
Ты не послушалась.
Кто ты такой и что делаешь
в моей кухне?
Я Никто! А ты кто?
Милая загадка, но ты призрак,
а раз меня видишь только ты,
значит, я мертва!
Возможно, я умерла ночью.
Ладно. Всё нормально. Я не против.
Наверное, больно не было.
Интересно, когда родные
найдут мое тело?
Наверное, они уже наверху,
сейчас поднимут простыни
и увидят мой окоченевший труп!
Ты не умерла, а я не призрак.
Правда? А ведешь себя именно так.
Появляешься из ниоткуда,
преследуешь меня.
Я не призрак. Я просто загадка.
Загадка?
Ух ты. Ладно.
Я должна тебя разгадать?
Можешь попробовать.
Очень соблазнительно,
но я вынуждена отказаться.
Я сейчас немного занята.
Это важнейший день моей жизни,
я ожидала, что меня оценят.
Возможно, сделают комплимент.
А я в прямом смысле невидима
в день, когда всё внимание
должно быть приковано ко мне.
Возможно, в этой ситуации есть плюсы.
Какие такие плюсы?
Ну, ты невидима и можешь узнать правду.
Правду?
Узнать, что на самом деле
люди думают о твоем стихотворении.
Это хорошо.
«Спрингфилд Репабликан».
Подходите и покупайте газету!
«Спрингфилд Репабликан».
Узнайте свежие новости!
«Спрингфилд Репабликан»!
Большое спасибо. Да, спасибо.
Мое стихотворение –
на первой странице газеты,
его написала я, Эмили Дикинсон.
Спасибо, что поддерживаете
печатное слово. Ну надо же.
Ты читал это стихотворение?
Да, читал. Автор – женщина.
Какая она смелая.
Думаю, хорошее стихотворение.
Да, она умница.
- Спасибо.
- И распутница.
- Да, она этого очень хочет.
- Стоп, что?
Она из нашего города. Найдем ее.
- Нет, спасибо.
- Да, пойдем к ней домой.
Пойдем к ее дому подрочим в кустах.
Я кончу прямо на ее стих.
Слава бывает уродливой.
Я так за нее рада. Правда.
Да, стихотворение мне нравится.
Спасибо! Очень приятно это слышать.
По-моему, оно дурацкое.
Во-первых, рифмы — это прошлый век.
Ну да, это правда, но...
Зачем нужна рифма?
Я думал, сейчас в моде белый стих.
Думаю, правила надо выучить,
а потом их нарушать.
Ничего она не выучила.
Такой стих я запросто могу написать,
и он навевает тоску.
Скукотища.
Мне он не кажется скучным...
Вот молодец.
...скорее оскорбительным.
Оскорбительным? Почему?
То есть там не сказано
ничего оскорбительного.
Поэтому он и оскорбительный.
Нужна острота.
Надо писать о политике
и не тратить время.
А знаешь, ты меня убедила.
Стихотворение дурацкое
и не впечатлило меня.
Ладно. Обсуждение интересное, но...
Продолжаем жить своей жизнью.
Хэтти.
- Это что такое?
- Другой вкус славы.
Она это сделала.
Да, Эмили опубликовали.
Это худший день моей жизни.
Если честно, мне нравится.
- Оно очень актуальное.
- Верно.
Мне тоже нравится. Хотя смысла
я не понимаю. Поэтому мне нравится.
Там такие глубокие мысли.
Оно об алкоголе.
Говорят, Общество трезвости
в бешенстве.
В газету начнут писать.
Ей понадобится защита.
Всё с ней будет хорошо.
А газета вам не нужна?
Завтра о тебе все забудут.
Ты не этого ожидала от славы.
Не знаю, чего я ожидала,
но это намного хуже.
Да ладно. Не всё так плохо.
Все говорят обо мне,
и неважно, правда это или нет?
Ты не узнаешь, каково это,
пока не испытаешь.
Слава... похожа на смерть.
Но я же не мертва?
Нет. Ты просто...
Невидима.
Много замечательных вещей невидимы.
Ты о чём?
Воздух, которым мы дышим.
Ветер, который дует. Любовь.
Я поняла.
Невидимые вещи управляют миром,
Эмили Дикинсон.
Знаешь...
ты прав.
Я как изысканные духи.
Ноты песни.
Чувство, которое появляется
в конце лета.
Быть невидимой...
это сила.
Здесь похоронен мой друг Бен.
Ты по нему скучаешь.
Да, скучаю.
Но когда я стою здесь,
мне кажется, что он просто невидимый.
Что написано на твоем надгробии?
У меня нет надгробия.
Но у тебя же есть имя.
- Разве?
- Должно быть.
Я тебя где-то видела. Я тебя знаю.
В глубине души
ты должен знать, кто ты такой.
Я не помню.
Почему?
Я всё забыл кроме...
Кроме?
У меня есть воспоминание...
об ослепляющей боли.
Идет яростное сражение,
везде люди, молодые люди...
кричат.
И запах, сильный запах металла.
И взрыв...
сбил меня с ног.
Меня бросило в жар и
в холод, а затем...
ничего.
У меня хорошие новости с Юга.
- Да!
- Да.
Деньги, вырученные нами
от продаж газеты,
дошли до Джона Брауна и его лагеря.
- Да!
- Его люди настроены оптимистично.
У них есть всё необходимое
благодаря нам и людям вроде нас.
Ура! Да!
Скоро они воплотят в жизнь свой план.
Они атакуют...
и американская действительность
преобразится.
Революция приближается.
Приближается!
И «Констеллейшн» – ее часть.
На наши деньги они приобрели оружие,
но именно наши слова придали им сил.
Да!
Не все наши слова, Хэтти.
Если хочешь мне что-то сказать,
говори прямо.
Я лишь говорю, что твои истории
про призраков не помогают в борьбе.
В моих историях про призраков
есть подтекст.
Я использую готику, чтобы задать
важные вопросы о жизни женщин,
и по крайней мере
я не рассказываю одну и ту же
историю из жизни уже десять лет!
Я сбежал в ящике.
Ты просто уличный фокусник.
Ого.
Ты привык рассказывать людям
о том, что ты сбежал в ящике.
Мы это понимаем. Все это понимают.
Я рассказываю об опасностях рабства.
Ты столько об этом рассказываешь,
что теперь так убежать невозможно.
Эй, хватит!
Это правда.
Прекратим эти мелкие склоки.
Надо быть выше этого.
В нашей работе эгоизм не главное.
Неважно, кто получит больше внимания,
больше денег,
кого опубликуют на первой странице.
Мы не за это боремся.
- За это?
- Нет.
- За это?
- Нет.
Нет.
Мы заняты намного более важным делом.
Мы пытаемся утвердить
свое право на существование.
Да.
Наши слова?
Наша газета меняет мир.
Она меняет судьбу этой страны.
И хотя сегодня мы анонимы,
завтра мы перестанем быть невидимыми.
- Точно.
- Да.
- Ты будешь невидимым?
- Нет.
- Ты будешь невидимой?
- Нет.
А ты?
- Да, ты будешь невидимой?
- Нет.
Правильно.
Генри прав.
Мы должны праздновать...
а не пререкаться.
Аминь.
Да. Хорошо.
Число наших подписчиков увеличивается.
Мы поддерживаем
революцию ума, тела, духа.
Будущие поколения увидят лучший мир,
потому что мы его улучшаем.
Мы берем власть в свои руки.
Да! Да.
Не знаю насчет вас, но...
Я хочу танцевать.
Чёрт. Ты его украла?
Я хочу быть секси.
Я принес скрипку.
О да.
Фредди снова за свое.
Ускорьте темп.
Я уверена, Эмили вот-вот придет.
Как скажешь.
Боже, где же она?
Мы так ждали этого вечера,
а она взяла и... исчезла.
Остин.
Ты видел Эмили?
Сегодня – нет.
Я обыскал всю кухню. Там мало что есть.
А где королева бала?
Смотрите. Прибыл мистер Боулз.
Извините за опоздание.
Так где же она?
- Эмили? Никто не видел ее целый день.
- Да.
Пропала? Именно сегодня?
Я думал, она будет разгуливать тут
и купаться в овациях.
Привет. Как дела?
Отличная копия. Вы ее заказали?
Копия? В смысле?
В смысле, она очень похожа на оригинал.
Это и есть оригинал.
Ее написал художник из Европы.
Нет. Это не так.
Я знаю, кто ее написал.
Трава выдает.
Мазки не такие тонкие.
Я за нее заплатил кучу денег.
О чём речь?
О картине.
Это репродукция.
Мне сказали, это оригинал.
Какая разница, что она ненастоящая,
если картина красивая?
- Извини.
- Остин, ты не можешь уйти.
- Мне надо проветриться.
- У нас гости.
Ну, Эмили здесь нет,
а этот праздник для нее,
пойду ее искать.
Эмили!
Что ты здесь делаешь? Пойдем.
Остин, ты меня видишь?
Ты пьяна?
Не знаю. А ты пьян?
Почему ты не пришла к нам?
Потому что меня никто не видит, Остин.
Я невидима.
Так, я тебя вижу.
Ты первый человек за день,
кто меня видит.
Это какая-то странная психологическая
реакция на публикацию стихов?
Я никто, Остин.
Для меня ты кто-то.
Этот парень говорит сам с собой?
Да, это мой босс.
Что с ним такое?
Ты понятия не имеешь,
сколько секретов белых я храню.
Ты прочел мой стих?
Конечно.
Я очень тобой горжусь.
Правда?
Да. Честно.
Ты единственное в моей жизни,
чем я горжусь.
Остин, что случилось?
Ничего, просто поверь мне.
Твоя поэзия реальна.
В тебе есть что-то реальное.
Если бы у меня что-то такое было...
Я был бы счастлив.
- Мистер Дикинсон.
- Остин.
О, это за мной.
Ой.
- Привет, детка.
- Привет.
Знакомься с великим и с недавнего
времени покойным Эдгаром Алланом По.
Да, это я. Хочешь автограф?
Ого. Поверить не могу, что вы здесь.
Он умер пару лет назад.
Верно. Я призрак,
призрак Эдгара Аллана По.
Я умер при невыясненных
обстоятельствах.
В соответствии с имиджем.
Нет, ты допился до смерти, брат.
Ладно.
Ты пришла на встречу со мной.
Здорово. Люблю встречи с поклонниками.
Кивни головой, когда я дойду
до твоего любимого произведения.
«Ворон», «Сердце-обличитель»,
«Аннабель Ли».
Ты не киваешь.
«Падение дома Ашеров»,
«Бочонок амонтильядо»...
Я только «Ворона» читала.
Я понял.
Не хочу быть невежливым,
но я думал, что мы покатаемся,
найдем моих поклонниц,
с которыми можно переспать.
Она скорее моя поклонница, брат.
Да.
Смерть красивой женщины,
безусловно, самая поэтичная
тема в мире.
Высадишь меня у Сью?
Кто такая Сью? Она дает?
Сью – моя лучшая подруга.
Она устроила для меня вечер.
Литературный вечер.
В честь моих произведений.
Я тоже известная поэтесса.
Правда? Кто тебя издает?
«Уайли и Патмен».
Мое стихотворение напечатали
в «Спрингфилд Репабликан».
Извини, ты сказала «Нью-Йорк трибьюн»?
Нет. «Спрингфилд...»
Он тебя слышал.
Он просто грубит.
Один стих в газете –
и ты считаешь себя знаменитой.
Со всем уважением,
я понятия не имею, кто ты такая,
и узнавать мне уже поздно.
Моя дорогая юная леди,
ты не знаешь, что такое слава.
Не только один стих.
- Да ну?
- Издатель опубликует еще.
- Попалась.
- Что?
Слава – это наркотик.
Попробуешь – и сразу подсядешь.
И приходится искать очередной дозы.
Богатым и бедным, знаменитым и забытым.
Но будет всё мало. Посмотри на меня.
Я очень знаменит и очень мертв.
Я катаюсь по городу в карете Смерти
в поисках женщины, которая
заставит меня полюбить самого себя.
До скончания времен.
Нет, не до скончания времен.
В какой-то момент ты выйдешь.
Прочти снова мой некролог.
О боже. Забудь о нём.
Чёрт. Как я скучаю по моей кузине
и маленькой невесте Вирджинии.
Она бы прочла мне мой некролог.
Слава...
это пчела.
- Что?
- Мне нравится.
Я так пьяна.
Тебя высадить?
Нет.
Нет, давай еще покатаемся.
Я хочу стильно опоздать.
А тебе куда-то надо?
Не-а, брат. Никуда. Никогда.
Сью?
Сью?
Где ты?
Вот где я буду.
Мои слова.
Сью.
Сью, ты была права.
Ты была полностью права.
Я хочу, чтобы люди меня видели.
Я хочу, чтобы ты меня видела.
Сью?
Всё хорошо. Здесь никого нет.


Серия 9

Мама!
Мне нужна твоя помощь.
Остин, что случилось?
Не говори.
У тебя закончились чистые носки.
Нет, всё гораздо хуже.
Я устраиваю встречу выпускников,
а Сью не в городе.
Где она?
Поехала навестить подругу.
Какую подругу?
Я не знаю.
Никак не могу взять в толк,
как застенчивая малышка Сью
завела столько друзей.
Мама! Что мне делать?
Приезжают друзья, я сказал,
что мы пообедаем
или хотя бы перекусим.
Не волнуйся, сынок.
Я тебе помогу.
Боже мой. Правда?
Конечно.
У меня давно чешутся руки
похозяйничать в вашей новой кухне
и попробовать блестящий нож для печенья.
О да.
Я устрою вам
лучшее в мире чаепитие, парни.
Это что такое?
Почему он явился в тапочках?
Наш сын устраивает
чаепитие для друзей, и я ему помогу.
А сам он не может?
- Нет.
- Ты должна устраивать чаепитие здесь.
Заседание правления, помнишь?
Какое заседание?
Эдвард, ты забываешь, что женат
на лучшей хозяйке Новой Англии.
Я могу устроить два чаепития с закрытыми
глазами и привязанной к спине рукой.
Это необязательно.
Может, Эмили поможет.
Боюсь, что нет.
Она со вчерашнего дня
не выходит из комнаты.
С тех пор как напечатали ее стих.
Никто ее не видел.
Наверное, ей очень стыдно.
Я вечером ее видел.
Правда? Где?
Хотя если подумать, не видел.
Это было странно.
В последнее время
она так делает всё чаще.
Прячется, как сумасшедшая, на чердаке.
Меня это беспокоит.
Надеюсь, это пройдет.
Дикинсон
Люблю агонию
Папа.
Какое заседание правления?
Правления газеты «Спрингфилд Репабликан»
и ее филиалов,
в число которых мы входим.
Ты вложил наши деньги
в газету этого человека?
Да, верно. Остатки денег Ньюманов.
Я решил инвестировать в мистера Боулза.
- Но, папа, он...
- Признаю,
сначала я был настроен скептически,
но он меня убедил.
Газета будет расширяться.
За печатным словом будущее.
Но, отец, я не понимаю.
То есть...
как ты мог дать денег человеку,
напечатавшему стих Эмили?
Я думал, ты совершенно против этого.
Он и еще собирается напечатать.
Времена меняются, правда?
Да и если бы я поднял шум,
инвестировать было бы сложнее.
Значит, дело в деньгах?
Я понял.
Вот и все твои принципы.
Не смей так со мной говорить.
Ты должен был сначала
обсудить это со мной.
Обсудить с тобой?
Да.
Я твой бизнес-партнер.
А ты принимаешь все решения без меня!
Считаешь меня ребенком!
Ты и есть ребенок. Посмотри на себя.
Уже почти полдень,
а ты до сих пор в халате.
Я был слишком занят, чтобы переодеться.
Занят тем, что паниковал
по поводу чаепития с друзьями.
Это одна из сторон твоей жизни,
которую ты вообще не контролируешь.
Я думал, что ты сделал меня партнером,
потому что ценишь мое мнение.
Я сделал тебя партнером,
потому что ты мой сын.
Если бы я этого не сделал,
престиж семьи бы пострадал.
Твое мнение меня не интересует,
особенно в вопросах инвестирования.
Чтоб ты знал, я тоже инвестирую.
В хорошее дело, которое изменит мир.
Это во что же? В поддельную картину?
Ты думал, я об этом не узнаю?
Да и вообще, я столько для тебя сделал,
столько возможностей преподнес
на блюдечке,
и что ты сделал? Чего ты добился?
Ничего.
Провал за провалом.
- Я...
- Говори что хочешь об Эмили,
но она хотя бы пишет стихи.
Войдите.
Доброе утро, Дикинсоны.
Я не вовремя?
Нет. Я как раз рассказывал Остину
о нашем совместном предприятии.
Да. Новые члены нашего правления.
Выдающиеся руководители крупнейшей
ежедневной газеты Новой Англии.
Мы изменим мир вместе.
Пока он не меняется сам.
Вот. Вы не поверите, Эдди.
Можно называть вас Эдди?
Это телеграмма
от мистера Грили из Нью-Йорка.
Из Вирджинии поступают
совершенно безумные новости.
Какие новости? Что произошло?
Этот сумасшедший Джон Браун,
аболиционист?
Пытался напасть на Харперс-Ферри.
Джон Браун. Кровожадный человек
с охотничьим ножом,
устроивший заварушку в Канзасе?
Да, именно.
Он считает себя
каким-то библейским пророком.
С таким лицом и прической
он вполне может стать знаменитостью.
Мы о нём много писали в нашей газете.
Расскажите, что произошло.
Оказывается, он собрал
отряд из разного сброда
и напал на федеральный арсенал
в Харперс-Ферри.
Говорят, он хочет спровоцировать
масштабный бунт рабов на Юге.
Боже мой, это безумие.
У него получилось?
Нет конечно. Это был полный хаос.
Большинство было убито.
Остальные, включая Брауна,
скоро будут арестованы.
Брауна повесят за измену,
и я не удивлюсь,
если это спровоцирует гражданскую войну.
Нет. Не может быть.
Рациональные люди одержат верх.
Но ненадолго.
Страна на пороховой бочке,
а это может стать спичкой.
Боже, какой кошмар.
Эдди, вы правы. Это кошмар.
Но нам он на пользу.
Что это значит?
Война газете на пользу, друг мой.
Война газете на пользу.
Слухи уже ходят.
Всех пособников Брауна разоблачат.
Он наделал целую кучу ошибок.
Всех его пособников найдут,
всех, кто это спонсировал,
и мы продадим сотни газет,
когда вскроются факты.
Хорошо, что он такой неудачник.
Человек, который защищает
свои убеждения, не неудачник.
До свидания.
Ты не останешься на совещание?
Нет. У меня есть дела получше,
чем сидеть и думать,
как нажиться на войне.
Да, у него чаепитие.
Где Эмили?
У себя в комнате.
Генри. Слава богу, ты в безопасности.
Я не в безопасности.
Я думал, люди восстанут.
Думал, это начало
совершенно нового мира.
Всё должно стать хуже,
перед тем как станет лучше.
Эту страну придется уничтожить,
а потом уже исцелить.
Мы можем что-то сделать?
Я сделаю то, что должен.
Уеду отсюда.
С семьей.
Бетти была права.
Я подверг жизнь дочери опасности.
А если они нас выследят,
то бог знает что сделают.
Но...
куда вы поедете?
Я не могу вам этого сказать.
До свидания...
Мистер Дикинсон.
Остин.
Мы еще увидимся?
Вряд ли.
Как мило, что ты приехала.
Мэри, это пустяки.
Мы так давно не виделись.
И мне казалось это неправильным.
Так часто видеть Сэма
и так редко – тебя.
Ну, Сэма обычно видят чаще.
Он любит выходить в свет.
Я предпочитаю сидеть дома.
Да, я знаю.
Но, Мэри, я по тебе соскучилась.
Правда?
Ты была моей лучшей подругой.
Помнишь то лето?
То неимоверно жаркое лето в Джениве,
когда мы с тобой каждый день
купались в озере?
Да, тем летом умер мой отец.
Это было тем летом?
Мне казалось, следующим.
Тем летом умер мой отец.
Нет, твой отец умер
через год после моего.
Господи.
Какое у нас было счастливое детство.
Да, было тяжело.
Попался, Сэм!
Хотя...
сейчас кажется, что это были
самые легкие годы моей жизни.
Правда?
Тебе тяжело?
Ну, знаешь,
замужество, дети – всё это сложно.
Сэм-младший похож на отца.
Правда?
Чем именно?
Слишком энергичный.
У вас с Остином до сих пор нет детей?
Наверное, так немного легче,
ведь ты часто бываешь в свете.
О твоих салонах так интересно читать.
У твоего дома изысканное название.
«Эвергринз».
Он стал настоящей
достопримечательностью.
Да.
Конечно, в этом большая заслуга Сэма,
он так хорошо о нас пишет.
Такой великодушный.
Конечно.
Ну, зная Сэма,
он делает это не бескорыстно.
Не бескорыстно?
Да.
Наверное, увлекся
какой-то дамой из Амхерста.
Я...
Но я рада, что он использовал
свое влияние, чтобы помочь тебе.
Я всегда тебя любила, Сьюзи.
Ты была хорошей подругой.
Мы напились и поехали на санях
в Нортгемптон и обратно. Эй!
- А потом Шип вырубился во дворе.
- Да, точно.
Лучший день моей жизни,
а я его даже не помню.
В колледже было круто. Амхерст навсегда!
Веселая была жизнь.
Джентльмены, чай подан.
Я знаю, что Джордж пьет чай
со сливками и сахаром.
Шипли – без сливок, но с медом.
Арчибальд – с молоком и без сахара.
Сильвестр – с сахаром и без молока.
Мой Остин любит черный чай.
А Тошияки – зеленый, в память о доме.
Миссис Ди, в этом месяце
я пытаюсь отказаться от кофеина.
Я выпью горячей воды с лимоном.
Посмотрите в чашку, мистер Тошияки.
Думаю, вам понравится.
Горячая вода с лимоном.
Откуда вы знали?
Сейчас принесу выпечку.
Остин.
Здорово, что ты это организовал.
Не помню, когда мы
в последний раз собирались.
Даже Шипли здесь.
Да. Шипли снимает комнату
у моих родителей.
Вчера я переехал.
Но услышал о встрече и вернулся.
Шип обручен с Лавинией.
- Что?
- Что? Ты шутишь.
- Нет.
- Поздравляю!
Помолвку отменили.
Мне не везет с женщинами.
Ну...
Я рад, что мы все собрались.
Я по вам соскучился.
Все здесь.
Нет. Не все. Мы ждем Фрейзера.
Что, Фрейзера?
- Будет Фрейзер Стернз?
- Да.
- Я думал, он в Вест-Пойнте.
- Да.
Он сейчас в увольнении,
я встретил его в опере.
- В опере!
- Да, и пригласил его.
Увидев Фрейзера,
я и решил организовать встречу.
- Фрейзер – хороший парень.
- Как я хочу его увидеть.
Как же здорово снова собрать
всю компанию, да?
Да.
И если начнется война,
по крайней мере, мы вместе.
Не порть нам настроение, брат.
Ты о ситуации в Харперс-Ферри?
Да. О Джоне Брауне.
Джон Браун – ужасный человек.
Эти Джоны Брауны
хотят только сжечь всё дотла.
Возможно, они правы.
А даже если нет,
уже поздно их останавливать.
Дикинсон, ты ведешь себя как трус.
Опросы показывают, что войны
никто не хочет, а они не ошибаются.
Да. И кстати говоря,
я больше не делаю предсказаний,
но могу поспорить, что всё будет хорошо.
Возможно, но что если нет?
Если всё изначально не было хорошо?
И всё должно стать хуже,
перед тем как станет лучше?
Эй, народ, у меня идея.
- А если делать это каждую неделю?
- Что именно?
Собираться и говорить о политике.
Не только общаться, но и
анализировать политическую ситуацию.
А кто-то будет вести протокол?
Всё это записывать,
а другие люди включатся в обсуждение.
Можно рекламировать...
фартуки.
Синие фартуки.
Свежая горячая выпечка для всех.
С вареньем.
Вы не понимаете, что если начнется
война, нам придется сражаться?
Мы уже не дети, играющие в солдатиков.
Погибнут тысячи людей, настоящих людей.
Таких же, как мы.
А наше поколение окажется на передовой.
Как сказал на конвенции Авраам Линкольн:
«И всякий дом, разделившийся
сам в себе, не устоит».
О, это ерунда.
Мама?
Если я могу устроить
два идеальных чаепития,
то мы, американцы,
можем удержать страну от раскола.
Мне интересно,
как вы собираетесь освещать
события в Харперс-Ферри?
Главное – хвалить намерения
Джона Брауна, но не действия.
Нужно сохранить
поддержку аболиционистов,
но не отвратить от себя умеренных
читателей, включая тех,
которые поддерживают южан.
С такой стратегией «Репабликан»
станет крупнейшей газетой...
Не переживайте. Я уберу.
Интересно, долго ли
у нас еще будет одна страна.
Возможно, скоро будет две страны.
В таком случае надо
выпускать газету в обеих.
Во время информационного бума
главное – не растерять читателей.
Нужно, чтобы нашу газету
читало как можно больше людей.
Это экономика внимания.
Закрой за собой двери, мать.
Мы обсуждаем государственные дела.
Да, Эдвард.
Но, по моему мнению...
может, войн бы не было,
если бы мужчины были лучше воспитаны.
Мистер Шипли.
- Здравствуй.
- Миссис Ди.
Выпечка была супер.
Спасибо тебе за эти слова.
Я сегодня так тяжело работала.
Организовала два безупречных чаепития,
а никто даже не заметил.
Да ладно.
Вы шутите? Я заметил.
Вы богиня домашнего очага, миссис Ди.
Честно.
Вы воплощение идеалов женственности.
Очень приятно.
- Спасибо.
- Мне нужна такая жена, как вы.
Поэтому я и хочу помириться с Лавинией.
Кто, как не дочь, будет похож на мать?
Я думала, вы разорвали помолвку.
Если надвигается гражданская война,
я хочу, чтобы меня кто-то ждал.
Спасибо, мистер Шипли.
Лавиния? Надо поговорить.
Шип, почему без стука?
Страна на пороге войны,
и я не хочу, чтобы мы
оставались в ссоре.
О чём ты?
Мы должны помириться, Винни.
Ты идеальная жена для меня,
и я это знаю.
Давай поженимся.
Шип, мы расстались, потому что ты
не принимаешь меня какая я есть.
То я слишком сексуальная,
то слишком умная.
Ты не полюбишь настоящую Лавинию.
Полюблю. То есть люблю, Винни.
Как мне это доказать?
Как мне доказать,
что я буду с тобой несмотря ни на что?
Есть идея.
Попробуй мой кнут.
Что?
Какого чёрта?
Да.
Мне было жаль слышать, что ты заболела.
Тебе уже лучше?
Заболела?
Ясно. Вот что Сэм говорит всем.
Так ты не болела?
Физически – нет.
А...
Что тогда?
Видишь ли...
В этом году у нас должна была
родиться девочка.
Но...
она умерла.
Внутри меня.
Боже, Мэри.
Мне так жаль.
Я... Я просто...
потеряла ее.
То же самое...
То же самое было и со мной.
Мне так жаль.
И я пыталась...
Я пыталась отогнать от себя эту боль.
Ее не обязательно отгонять.
Чувствовать боль – это нормально.
Наверное, это Фрейзер.
Фрейзер Стернз.
- Как я хочу его увидеть.
- Мы готовы.
Фре...
Эмили. Это ты.
Ты ждал кого-то другого?
Да, но я рад тебя видеть.
- Заходи.
- Спасибо.
Я возьму.
У тебя всё хорошо?
Я не знаю.
Ребята пьют чай.
Хочешь присоединиться?
Да.
Поэтому я и пришла.
Мне нужно побыть среди людей.
Хорошо.
Может и нет. Точно не знаю. Я просто...
- Эмили.
- Привет, Джордж.
Думаю, вы помните мою сестру Эмили.
Чем занимаетесь?
Да так.
Обсуждаем новости.
Какой безумный сегодня день.
У меня в голове творится
еще большее безумие.
Как будто там трещина,
будто мой мозг раскололся.
С вами такое бывало?
На этой неделе – нет.
Не обращайте внимания.
Я просто посмотрю на огонь.
Может, надо прекратить
говорить о политике.
Я не хочу думать весь вечер о том,
как на войне погибнут все мои друзья.
Человек, который завтра умрет
Боится птицы
Потому что ее пение
Заносит топор над его головой
Я открою.
С ней весело.
Привет. Ты Эмили, да?
Ты... Никто.
Нет. Я...
Фрейзер! Привет!
А вот и ты.
Ты приехал.
Эмили, это Фрейзер Стернз,
мой однокурсник.
- Помнишь его?
- Да.
Кажется, мы пару раз встречались.
Это Никто. Он Никто.
Ты... Ты Никто.
Эмили, не груби.
Сестра иногда ведет себя странно.
Не обижайся.
Не страшно. Я помню.
Боже мой.
Ты погибнешь.
Эмили, прекрати.
Нет, Остин, он погибнет. Я это видела!
Разве ты не помнишь? Поле?
Взрыв, битва, пуля,
которая сбила тебя, как птицу.
Так, это уже слишком.
Уходи отсюда. Спасайся!
- Уезжай...
- Эмили, хватит.
Ребята в гостиной.
Иди попей чаю, а я разберусь с сестрой.
Ладно. Спасибо.
Эм.
Боже мой. Сью.
Так это правда. Это всё правда.
Эмили, что случилось?
Нельзя так себя вести.
Я надеялась, что сошла с ума,
но всё, что я вчера видела,
- всё, что испытала.
- О чём ты?
Остин, я должна тебе что-то сказать.
Что-то ужасное.
Что?
Сью изменила тебе с Сэмом.
Я видела их здесь.
Мне жаль.
Ты слышал, что я сказала?
- Сью тебя обманывает.
- Я уже знаю.
Знаешь?
Да.
Уже несколько недель.
Что ж, отлично.
Думаю, тогда ты знаешь обо всём.
Ты знаешь о Сэме.
Знаешь о ребенке.
Каком ребенке?
Эмили.
Каком ребенке?
Я не могу сказать.
Нет, можешь.
Ты уже сказала.
Эмили! О каком ребенке?
О вашем со Сью.
У Сью был ребенок?
Нет. Не было.
Когда?
На вашей свадьбе.
Она была беременна, но случился выкидыш.
Остин, мне так жаль.
Мне надо было молчать.
Ты можешь... Можешь хоть что-то сказать?
Остин?
Скажи что-нибудь. Остин!
Боже мой.
Папа был прав.
Я неудачник. Полный неудачник.
- Я смешон.
- Нет, неправда.
Правда, Эмили.
Правда.
Ты не понимаешь.
У меня ничего не получается.
Всё, за что ни возьмусь,
обращается в прах.
Я так старался найти смысл в жизни.
Найти то...
что заставит Сью полюбить меня.
Но всё, что я делаю, не имеет значения.
Я смешон, Эмили.
Я притворщик...
с пустотой внутри,
которую ничто не заполнит.
Люблю агонию
Ведь там всё правда
Не подделать конвульсии
И ужас никогда
Глаза, увидевшие смерть
Абсолютно честны
Бусины пота на лбу
Проступившие от страдания
Остин.
Ты не притворщик.
Ты самый искренний человек,
кого я знаю.
В тебе столько любви.
Ты со всеми ей делишься.
Никто из нас без нее не выживет...
прежде всего я.
Ты говоришь искренне?
Разве когда-то бывает иначе?
Извини за мое поведение тогда.
- Я не хотела тебя пугать.
- Не страшно.
Я учусь на военного.
Я должен быть сильным.
Кстати, мне понравился твой стих.
Что?
Твой стих.
В газете.
А, да. Спасибо.
Мне он показался прекрасным.
У тебя есть другие?
Я бы с удовольствием прочел.
У меня были другие.
Но я их все отдала издателю.
Большая ошибка.
Почему? Не хочешь публиковаться?
Какая-то часть меня хочет.
Или хотела.
А другая часть меня считает,
что слава мне не на пользу.
Что она может быть опасна.
Почему же?
Как объяснить?
Если мне суждено прославиться
Я от этого не скроюсь
Тогда забери свои стихи назад.


Серия 10

Привет.
Отличный день для крещения.
Не знаю. Что-то не так.
О чём ты?
Наверное, дело в Джоне Брауне. Не знаю.
Ночью я видел плохой сон.
Я думала, нам прошлой ночью было весело.
Я рад, что мы достигли соглашения.
Я тоже.
Настало время
попрощаться с твоими родными,
мы переезжаем в Новый Орлеан.
- Стоп. Что?
- Поговорим об этом позже.
Как мило с твоей стороны помочь Джейн.
Она попросила меня стать крестным отцом
ребенка. Она вдова, и это мой долг.
Конечно.
Где Эмили?
Наверное, дома.
Она редко ходит в церковь.
Я не видела ее
с момента публикации стихотворения.
Она будто прячется от меня.
Да, ну...
На твоем месте я бы оставил ее в покое.
Но...
Мне надо ей кое-что сказать.
Думаю, она уже всё знает.
Вот Джейн.
- Пора начинать.
- Привет.
Не давай людям забыть,
что ты до сих пор мой муж.
Никто здесь не питает никаких иллюзий.
Привет.
Разве он не милашка?
Останови.
Дикинсон
Не погасить огонь
Привет, Мэгги. Как дела?
Ну, знаете.
Спокойное воскресенье.
Я наслаждаюсь отдыхом.
Я по воскресеньям не отдыхаю.
В воскресенье тоже есть новости.
Что-то случается каждый день.
Я умираю с голоду.
Есть что-нибудь перекусить?
Кажется, в кухне есть сливы.
А ростбиф есть?
Пойду проверю.
Не хотите снять пальто?
Нет, я ненадолго.
Просто хотел быстро перекусить
перед поездкой.
И надеялся попрощаться с Дикинсонами.
Большинства из них здесь нет.
Они все в церкви на крестинах.
Одна из них здесь.
Мистер Боулз, надо поговорить.
Вы так странно себя ведете. Всё хорошо?
Мистер Боулз, пройдите в гостиную.
Пойду найду что-нибудь поесть.
Что происходит?
Я хочу вас кое о чём попросить.
Хорошо.
Но почему вы говорите со стеной?
Потому что берегу глаза.
У меня глаза чувствительные,
я боюсь ослепнуть,
если посмотрю на вас.
Странно.
Мистер Боулз,
мои дневники со стихами еще у вас?
Те, что я вам дала?
Да, конечно. В портфеле.
Я планирую перечитать их в поезде.
У вас первоклассные стихи.
Вы и сами это знаете.
Они произведут фурор.
Боюсь, мне придется настоять на том,
чтобы вы их вернули.
Что вы сказали?
Я вежливо сказала...
что вы должны вернуть мои стихи.
- Вернуть?
- Да.
Немедленно.
Ладно, я понял.
Я уже довольно давно
работаю вашим издателем.
Это очередная ваша игра,
вы притворяетесь,
что не хотите публиковаться.
Показная добродетель и скромность.
Это мило, но...
вам больше не нужно так себя вести.
Это не игра.
Ясно.
Мистер Боулз, после мучительных
размышлений я поняла,
что не хочу публиковаться.
И поэтому прошу...
Нет, требую вернуть мои стихотворения.
Эмили.
Ваш стих имел большой успех.
Вы скоро станете мировой знаменитостью.
Людям понравился опубликованный стих,
они просят еще.
Это ложь.
- Некоторым не понравился. Я слышала.
- Нет. Не просто понравился.
Он затронул их душу.
Заставил задуматься, задавать вопросы.
Он провокационный. Он вызвал реакцию.
Писатель может на это только надеяться.
Эмили, говорю вам.
Вы вот-вот станете величайшей поэтессой
Новой Англии, возможно, Америки.
И я помогаю вам не мешать самой себе.
Сейчас мне мешаете только вы.
Ой, это больно.
Отдайте мои стихи.
Моя газетная империя расширяется.
И вы можете стать ее частью.
Разве вы не хотите построить империю?
У меня была империя!
Прямо здесь.
А вы ее у меня украли.
Вы...
и Сью.
Значит, дело в Сью.
Не знаю, о чём вы.
Вы знаете о нас, да?
Я понял, что происходит.
Вы узнали обо мне и Сью
и теперь ревнуете.
Вы думали, что я с вами флиртую.
Морочу вам голову.
Но это не так.
Меня интересовало
только ваше творчество,
на нём вы и должны
сейчас сосредоточиться.
Не позволяйте эмоциям
загубить вашу карьеру.
С женщинами часто так происходит.
Мне нужны мои стихи.
Нет, Эмили. Вам нужен я.
Многие люди не стали бы с вами возиться.
А я возился, потому что я вас понимаю.
Вы чудная, эксцентричная,
больная и странная,
но вы женщина
и черпаете в этом вдохновение.
К сожалению,
всем ничего не стоит не замечать вас,
но я этого не позволю.
Никто бы не обратил на вас внимания,
если бы я не указал на вас пальцем.
Поверьте.
Без меня вы бессильны.
Однажды вы вспомните это
и поблагодарите меня.
Прошу вас еще раз...
отдайте мои стихи.
Нет.
Как вы смеете?
Вы отдали их мне, и теперь они мои.
Я вам их не отдам.
Ладно.
Если не отдадите,
мне придется их забрать.
Нет, знаете что? Слишком поздно.
Что?
Я отправил один из них в редакцию.
Сегодня днем он пойдет в печать.
Извините.
- Не трогайте мой портфель!
- Я их забираю.
- Они мои!
- Они не ваши.
Вот так.
- Отдайте.
- Хотите их назад?
- Отдайте!
- Тогда отберите.
Отдайте!
Эй!
Гони!
- Отдайте мои стихи.
- Нет.
Да!
Отдайте!
Вы дьявол!
Я феминист!
Мы сегодня собрались здесь,
чтобы отпраздновать рождение
юного Уильяма Уилкинсона II
- и благословить его...
- Она красавица.
...на жизнь, полную веры.
Хватит!
Сегодня с нами его мама Джейн
и крестный отец Остин Дикинсон,
который заменит
покойного Уильяма Уилкинсона I.
Разве не здорово было бы иметь внука?
Хотя смерть разлучила нас физически,
вера и любовь связали нас навечно.
Мы вас не видим, Уильям Уилкинсон I,
но знаем, что вы здесь.
Смотрите, что у меня есть.
Стащила из его портфеля,
пока вы там спорили.
Мэгги.
Спасибо. Как тебе это удалось?
Хорошая горничная умеет быть невидимой.
Спасибо тебе.
Один выпал.
ДЛЯ СЬЮ
Боже, благослови эту воду
и даруй этому ребенку
всю полноту Твоей благодати.
Остин Дикинсон, согласившись
быть крестным отцом этого ребенка,
ты признаешь свою любовь
к его матери Джейн,
так же как и любовь к самому ребенку.
Ты обязуешься
обеспечить ему любовь в этом мире.
Ты согласен стать
крестным отцом этого ребенка?
- Я согласен.
- Тогда помолимся.
Боже, благослови и защити этого ребенка.
Аминь.
- Аминь.
- Аминь.
Чувствуешь запах дыма?
Эмили.
Ты знаешь, кто я.
Да.
Да, ты Фрейзер. Фрейзер Стернз.
Ты знаешь, кто я,
и знаешь, как я погибну.
Да.
- На войне.
- На войне.
В поисках славы и известности.
Я покину свой дом...
и родных...
и пойду в бой.
Да.
А затем тебя настигнет пуля...
как птицу.
Значит, Фрейзер Стернз погибнет...
чтобы его помнили.
Лучше было бы остаться Никем.
Я понимаю.
И не сделаю этой ошибки.
Тебя ждут сражения, Эмили Дикинсон.
Но сражаться ты должна втайне.
Одна.
Невидимая.
Ты должна ценить себя сама
и ничего не просить у мира.
Ты должна быть никем.
Самым храбрым и гениальным
никем за всю историю.
Не погасить огонь
То, что может загореться
Лавиния. Сюда, детка.
Загорится само
Эбби!
И осветит ночь
Извините.
Пойдем.
Уходите.
Эмили.
Я пришла к тебе.
Убирайся.
Эмили.
Надо поговорить.
Я не хочу с тобой говорить.
Видеть тебя не хочу.
И вообще я больше не хочу
с тобой встречаться.
Дай мне шанс объясниться.
Что здесь объяснять?
Я и так всё отлично вижу.
Нет. Кое-чего ты не видишь.
Ты имеешь полное право злиться на меня.
Мне не нужно твое разрешение.
Я знаю, что он тебе был небезразличен.
Небезразличен?
Ты меня вынудила заинтересоваться им.
Практически заставила!
Ты будто хотела,
чтобы я в него влюбилась. Но зачем?
Ведь его любила ты.
Я его не любила.
- Никогда.
- Врёшь.
- Мне плевать на этого человека.
- Тогда зачем ты с ним спала?
И зачем...
постоянно просила меня
отдать ему мои стихи?
Я не могла выдержать чувства,
которые твои стихи во мне вызывали.
Твои стихи слишком сильны.
Они как змеи.
Заползают мне в душу, клубятся в сердце
и душат, пока я не начну задыхаться.
Они блестящие, ядовитые и кусаются.
Я испугалась, Эмили.
Тебя, твоей хватки,
того, как ты меня травишь.
Когда я вышла замуж за Остина
и мы стали сестрами,
нас связывали только твои слова.
Ты начала так много писать,
а читала это только я,
и я была ошеломлена.
И я подумала,
что если тебя подтолкнуть...
Оттолкнуть меня,
чтобы я перестала мешать тебе?
И знаешь что?
Больше я тебе мешать не буду, Сью.
Возвращайся в свою идеальную гостиную
с модными платьями
и будь утонченно пустой,
потому что я больше
не буду вызывать у тебя никаких чувств.
А без меня...
Что?
Без меня...
Думаю, ты не знаешь, что такое чувства.
Ладно.
Закрой за собой двери.
Ты права.
Насчет чего?
У меня возникают чувства,
только когда я с тобой.
«Она метала слова, как ножи
Как ярко они сверкали»
Я толкала тебя к нему,
чтобы сбежать от своих чувств.
И спала с ним, потому что
не хочу этого чувствовать.
Я многого не хочу чувствовать, Эмили.
А особенно я не хочу чувствовать...
Чего?
Чего?
Чего, Сью? Скажи уже!
Того, что я влюблена в тебя.
Я тебе не верю.
Это правда.
Это неправда.
Всё, что ты мне говоришь, неправда!
Ты больше не Сью.
Ты другой человек, ты притворщица.
Я тебя не узнаю, и всё,
что ты говоришь, ложь!
Эмили, я люблю тебя!
Хватит врать!
Я люблю тебя!
И я чувствовала тебя в библиотеке,
потому что ты всегда со мной.
Я не могу сбежать от тебя,
ведь единственное, что я действительно
чувствую, – это любовь к тебе.
Да, да.
Девочки. Вы в порядке?
Вы же не виноваты в этом?
Ох.
Ну...
Никому не надо об этом знать.
Сейчас 50-е годы XIX века.
Пожары возникают часто.
Ладно, пойдем домой.
Садитесь на свободные места.
Шляпы, пальто и жакеты
можете оставить в библиотеке.
Чай уже кипит. Еды хватит на всех.
А там я поставил ящик для пожертвований.
Если кто-то может сделать взнос,
будем благодарны.
Старая церковь верно нам послужила.
Светлая ей память.
Со временем мы ее восстановим.
Жители Амхерста сплотятся,
как и всегда,
и мы преодолеем это страшное несчастье.
- Да. Хорошо сказано.
- Ещё как.
Я горжусь нашим сыном.
Где его жена?
Разве она не должна быть
рядом с ним в такое время?
Остин, где Сью?
Надеюсь, мы не забыли ее
в горящей церкви.
Наверное, занимается своими делами,
как я своими.
Так что за безумные слова
о нашем переезде в Новый Орлеан?
Нола, детка. Нола.
Как бы ты его не называл,
я туда не поеду.
Поедешь.
Я послал телеграмму
знакомому риелтору Джозефу Лайману.
Джозефу Лайману, моему бывшему?
Точно. Я и забыл,
что ты его знаешь. Лайман!
Лайман!
Отличный парень.
Я переслал ему все свои деньги.
Он купил нам дом.
Джозеф Лайман продал нам дом?
Скорее хижину.
Ты потратил все деньги
на хижину в Новом Орлеане
и ожидаешь, что я всё брошу
и поеду с тобой?
Ну да.
На дворе XIX век. Ты моя жена.
Я принимаю решения.
Так, ты вообще слушал то,
что я тебе говорила
всё это время?
Детка, в Ноле так круто.
Тебе понравится.
Начинается гражданская война.
Я не поеду в Луизиану.
Я больше не увижу родных.
И не хочу оказаться на обочине истории.
Эй, на Юге не так уж плохо.
Плантаторы похожи на аристократов...
Рабство – это плохо, Шип.
Я думал, ты избегаешь стереотипов.
Не в этом случае.
Ну же. Будет здорово.
Будешь южной красоткой...
Я хитрая ведьма-янки.
- Уважай это.
- Не понимаю.
Хочешь, чтобы я бросил тебя,
уехал в Нолу,
женился на дочке хлопкового короля?
Нет, ты... можешь жениться на мне,
но мы должны остаться в Амхерсте
и придерживаться свободы в отношениях.
Ой-ёй...
Забудь.
Забудь об этом!
Я уже согласился на сделку.
Что... Шип...
Я совершаю ошибку?
Да.
Конечно.
Он хотел жениться на тебе, Лавиния.
Теперь ты останешься старой девой.
Каждый день одно и то же.
Шип.
Ладно.
- Поезжай в Новый Орлеан.
- Нола.
Женись на другой.
Заводи детей и всё такое.
Но ты знаешь и я знаю...
Что?
...что я всегда буду самой интересной
девушкой, которую ты любил.
Наша церковь.
Наша бедная красивая церковь.
Миссис Дикинсон.
Мне это снилось вчера ночью.
Что?
- О чём ты?
- Я это видел.
Как горела церковь. Мне было видение.
Оно явилось мне.
Я всё это уже видел.
Нет, ты выдумываешь.
Нет, я видел это вчера во сне,
и это сбылось.
Должно быть,
это плохой знак, предзнаменование.
Эти разговоры о знаках и видениях.
Ты такой же безумец, как Эмили.
Или она не так безумна, как мы думали.
Боже мой.
ЗМЕЯ
Это малозаметное, узкое
Существо прячется в траве
Возможно, вы его встречали
Оно юрко
Разделяет траву, как расческа
Или пестрая лента
Потом трава смыкается у ваших ног
И снова раскрывается
Оно любит жить среди болот
Где кукуруза не растет
Но когда босоногий мальчик
Увидит его в полдень
Когда оно, как плеть, в траве
Греется на солнце
И наклонится, чтобы его схватить
Оно исчезнет, скрутившись клубком
Я знаю многих живых тварей
И они знают меня
Я чувствую к ним
Симпатию
Но видя это существо
В одиночку или с кем-то
Меня сразу бросает в дрожь
Я чувствую мороз по коже
Сейчас я бы умерла счастливой.
А я – нет.
Этот день надо прожить.
Эмили?
Да?
Только с тобой...
я чувствую себя живой.
Мне только это и нужно.
Мне всегда было нужно только это.
Чтобы ты это чувствовала.
Я пишу для тебя, моя Сью.
Я пишу для тебя.
Для тебя одной.
Хватит.
Я больше тебя не отпущу.
 

////////////////////////////