Там, где не бывает снега (1 сезон, 2021 год). Фразы и цитаты из сериала

По роману Виктории Платовой. Жизнь ведущей новостей Виктории Голубевой, на первый взгляд, довольно безоблачна. Она - лицо канала, жена крупного телевизионного магната и мать взрослой дочери. За ее спиной поговаривают, что своей карьерой она обязана исключительно мужу, да и сама Виктория привыкла так думать. По стечению обстоятельств все рушится в одночасье. Дочь бросает учебу в Англии ради сомнительной репортерской работы на новостном интернет-канале, муж найден убитым вместе с другой женщиной - и в двойном убийстве подозревают именно Викторию. А отношения с дочерью осложняются тайной, которую Виктория хранит долгие годы.

Все фразы и цитаты

Серия 1

- Это опасная игра.
Думаешь, силёнок у тебя хватит?
- Надоело бегать.
Что это за жизнь?
- По крайней мере, она у тебя есть.
А если ничего не выйдет?
Платить тогда придётся тебе.
Ты о дочери подумала?
- А ради кого я это всё затеяла?
Хватит скитаний,
неприкаянности этой вечной.
Дом - вот чего я хочу.
И лучше там, где не бывает снега,
никакого снега и слякоти.
(беспокойная музыка)
Мне нужны его деньги,
и он их мне даст.
- Не уверен.
ТАМ, ГДЕ НЕ БЫВАЕТ СНЕГА
- Вообще-то, о таких вещах
заранее сообщают.
А если бы я не позвонила
и не узнала, что у тебя рейс?
- Ну, читала бы мне нотации дома,
а не на парковке.
- Ой... Как долетела?
Соскучилась по тебе.
- Нормально.
- Давай помогу.
- Да я сама.
- У тебя что-то случилось?
На звонки не отвечаешь,
на эсэмэски - через раз.
- Ну, я тут в феминистки записалась,
в радикальные.
И в группировку по спасению
галапагосских черепах.
- Отец будет недоволен.
- Отец всегда недоволен. Подумаешь.
- Надолго домой?
- Навсегда.
- Что значит - навсегда?
Ты бросила университет?
- Да.
- Соня, ты же мечтала об Англии.
Я уже не говорю,
сколько это стоило отцу.
- А теперь не будет стоить ничего.
- Как ты так можешь?
- Мам, я так не могу.
Я же уже взрослая, понимаешь?
Я хочу заниматься тем,
что мне нравится.
- Феминизм и черепахи?
- Ну, хотя бы.
- Соня...
- Мам, давай не сегодня.
Я устала, спать хочу.
- Так, погоди-погоди,
это что, Волков, что ли?
Краса и гордость
депутатского корпуса,
главный борец
с недобросовестными застройщиками?
- Да, который кормится
с этих застройщиков.
- Слушай, Никитос, ну, молодец!
Мастерство не пропьёшь.
- Ты это о чём?
- Я? О лучшем стрингере - о тебе.
Материал - бомба, бомба!
- Ну, до бомбы ему ещё далеко,
пока это только фото.
- Напишешь, всё будет хорошо.
Главное, что добыл.
Это надо отпраздновать,
это наша первая победа просто.
- Ладно, ты дальше смотри.
(женский голос):
- Таня, заканчивайте.
Всем приготовиться к эфиру.
Три, два, один, поехали.
- Добрый день. В эфире информационная
программа "Детали дня" -
всё, что к этой минуте
важно увидеть и услышать.
С вами Виктория Голубева.
(смеются)
- Света.
- Что?
А я помню ваши репортажи.
- Ты ещё скажи, что на них выросла.
- Это были лучшие материалы,
мы каждый выпуск ждали.
И мы очень переживали, чтобы
с вами что-нибудь не случилось.
- Так... Ой.
Друг, за крутого профи,
фартового военкора, за тебя!
Между прочим, о тебе до сих пор
ходят легенды.
- Ты, главное, никому не рассказывай,
что я ещё живой.
(смеются)
- Не будем тогда о прошлом,
а только о будущем,
которое, надеюсь,
прекрасно и радужно.
За независимость!
(тихая грустная музыка)
Ух ты...
Вот это вот всё.
Вот сколько лет уже
эта красивая голова в кадре?
- А ты имеешь что-то против?
- Ну, нам же всем понятно,
как она попала туда, на телек.
- Как?
- Ну, и Светочка даже понимает.
А ты что, не понимаешь, что ли?
Никитос. Не, ну ты чего?
Ну чего я такого сказал-то?
- Мог бы не говорить.
- Но все же знают,
кто такая эта Голубева.
Маленькая жена большого босса.
- Подумала, что кофе
вам сейчас не помешает.
- Спасибо,
но не стоило беспокоиться.
Я же не твой босс.
- Просто дружеский жест.
- Ну, для дружеского жеста
не хватает второй чашки.
Ну а что, выпили бы с тобой
на брудершафт,
поплакались друг другу в жилетку.
- Не получился бы брудершафт:
слишком разные стартовые условия.
- Прости.
- Да ладно.
Я стайер - мастер бега
на длинные дистанции.
- Да уж, не удивлюсь,
что ты когда-нибудь
займёшь место моего мужа.
- Ну, вы не выдавайте меня
хотя бы заранее, ладно?
- Обещаю.
(протяжная грустная музыка)
Соня вернулась, внезапно.
Я, конечно, ужасно рада, но...
- Что, проблемы?
- Она сильно изменилась в Лондоне.
Мне кажется, что я её раздражаю.
- Знакомая история.
- Думаешь, обратимо?
- Нет.
- Восхитительно.
- Что именно?
- Твоя прямота.
Спасибо за кофе.
- Пожалуйста.
(протяжная грустная музыка)
- О, привет, Юр.
- О, а вот и лицо канала.
Решила навестить муженька?
- Не поняла.
- Нет-нет, скажем, ноги канала,
ведь лицо обязано своей карьерой
именно им,
а они даже в кадре не появляются.
Вот ведь жалость.
- Что ты несёшь?
Пусти меня.
- Слушай, а если ты
эту свою псевдогородскую аналитику
будешь читать в стрипклубе у шеста,
прирост аудитории гарантирован.
(Виктория): - Что это с Ранчиным?
Обхамил меня на ровном месте.
- Да не обращай внимания.
- Твоей жене только что
наговорили кучу гадостей.
- Считай, что ты отомщена:
пять минут назад я его уволил.
- В смысле? Как это уволил?
- Ну так, по совокупности заслуг.
(стук в дверь)
Да.
- Сергей Николаевич,
юристы переработали пакетное
соглашение по вечернему шоу.
Посмотрите?
- Да, конечно.
- И ещё по поводу завтрашней встречи
с инвестором: я подготовила бумаги.
(Сергей):
- Отлично.
Милая, ты ещё что-нибудь хотела?
- Да, поговорить.
- А утром за завтраком
ты это сделать не могла?
- Рита.
- Вы свободны, свободны.
- Вообще-то, я хотела поговорить
не как жена,
а как сотрудник телекомпании.
- Мм?
Это что-то новенькое.
- Ну, не совсем новенькое,
мы с тобой это обсуждали.
Моя авторская программа.
- Напомни, что я тебе ответил.
- Серёж, мне надоело
быть говорящей головой.
- Родная моя, у меня масса проблем.
И давай без этих твоих
женских креативных фантазий.
- Кстати, Соня дома.
- В смысле?
- Вот так.
Внезапно вернулась из Лондона.
- Что, просто так? У неё же сессия.
Они что, с ума посходили там?
- Ну вот дома сам у неё и спросишь.
- Одно к одному, проклятье.
(собака лает)
(Виктория):
- Ну, и что тут у вас происходит?
- Пытаюсь убить твою чёртову собаку.
- Ну что ты дрожишь, что ты дрожишь?
Это Сонечка, очень хорошая девочка.
Мы её очень любим.
И ты её тоже полюбишь, правда?
- Мам, ну давай без зоофилии.
Кнопка есть?
- Какая кнопка?
- "Офф".
А то завод у этого алабая
всё никак не кончится.
Лучше бы ты черепаху завела.
- Угу, галапагосскую, да?
- Угу.
- Ты придумала, что скажешь отцу?
- "Привет, папуль.
Соскучилась по тебе.
Дай денег на "Бентли".
- Сонь, я серьёзно.
Давай придумаем
что-нибудь удобоваримое.
- Ну нет, давай скажем, как есть.
- А как есть?
- Влюбилась вусмерть,
до беспамятства.
Да ради такой любви себя забудешь
на станции метро "Жулебино".
Правда ведь, мам?
- Биси.
- Опа.
(собака лает)
(тихая спокойная музыка)
- Маруська, ты что здесь делаешь?
- Тут кроты, как в "Дюймовочке".
Саша, у них шляпы есть?
Ну, Саш.
- Кроты слепые, в отличие от соседей.
И о том, что мы здесь,
знать им совсем необязательно.
- Так про нас и так
никто не узнает никогда.
- Пойдём в дом.
- Целый день в этом доме дурацком.
А ребёнку свежий воздух нужен.
- Ладно, подышим немного
по системе "цзяньфэй".
(тихая спокойная музыка)
(глубоко дышат)
Города?
- Ну ладно, начинай.
- На указателе Дубровник.
- На указателе Кёльн.
- На указателе Новосибирск.
- На указателе Карловы Вары.
- Так-так, на указателе Рейкьявик.
- И мы попадём в самую тёплую страну,
там, где не бывает снега.
- Точно.
(тихая спокойная музыка)
- Хорошо, что вещи не распаковала:
не придётся снова укладывать.
- А ты меня вместе с ними запакуй
и отправь курьерской службой.
Ну или "Почтой России",
чтобы сэкономить.
- Значит, все наши усилия с матерью
псу под хвост.
Ты же сама хотела
в этот проклятый Лондон.
Насколько я помню,
с первого класса о нём мечтала.
- В Лондон я больше не поеду.
У меня тут дела.
- Что, прости?
- Работа.
- И какая же у тебя тут работа?
- Как у тебя, только лучше.
- Ну вот что,
пока ты живёшь за мои деньги,
будешь делать то, что я тебе говорю.
Это понятно?
Завтра же летишь обратно.
- Сегодня.
Сейчас.
- Соня!
(Сергей):
- Даже не смей!
- Серёжа, ну вот что ты такое
говоришь?
- Ничего, побегает и вернётся.
А мозги иногда проветрить полезно.
Никуда не денется.
- Да уж, вернётся.
Я всегда делала только так,
как ты скажешь.
- Ты недовольна,
что стала знаменитостью?
- Иногда жалею.
- У тебя есть загородный дом,
благополучный муж,
прекрасная карьера.
- Да, только ты меня не слышишь.
Ладно, бог со мной,
но на Соню давить не смей.
- Это я давлю?
Это твоё воспитание!
Девочка совсем от рук отбилась,
попутала все берега.
- Боже, где ты?..
(тихая музыка)
- А-а-а. Ты на часы смотрела?
- У меня были дела.
- В десять вечера! Дела!
- Такая работа.
Ненормированный рабочий день.
- Сказал бы я, у кого бывает
ненормированный рабочий день!
- Можно потише?
У Нинки завтра контрольная,
а Маша вообще спит.
Ты, дочка, иди отдыхай,
я сама разберу.
- Мам.
- Иди.
- А мне вот интересно,
от чего это ей отдыхать?
Она что, цемент грузила?
И что это за работа такая
полуночная?
Я вам что, пустое место?
У тебя две младших сестры.
Какой ты пример показываешь?
Как по ночам где-то шляться?
Так и прошляешься до седых волос,
и замуж тебя никто не возьмёт!
- Замуж?
Вот оно, замужество, перед глазами.
Знаешь, папочка, не хочется мне
такого счастья
- Так...
- Тише!
- Мам.
Мам, я квартиру сняла.
- Что?
- Завтра перееду.
Ну невозможно уже,
ну каждый вечер коррида.
- Да, правильно всё, правильно.
- Я вас не бросаю.
Квартира неподалёку,
буду приезжать часто, правда.
- Всё правильно.
- Про деньги не беспокойся, ладно?
- Да что ты, ну?
Всё правильно.
- Мамуля.
(спокойная музыка)
- Что хотели?
- Никита?
- Ну, допустим.
- А я... Наташа... Воронина.
Наташа Воронина.
- Вы меня с кем-то путаете, извините.
- Нет, мы с вами
списывались пару раз
и один раз даже по "Скайпу"
говорили. Не помните?
- Подождите, вы мне присылали
свои репортажи,
что-то про конные поло в...
- В Беркшире.
- В Беркшире.
И за что можно получить в морду в...
- В Бромли.
- В Бромли, точно.
- Да, вы запомнили?
- Ну так, ничего.
Хорошие материалы были.
Ты по поводу работы?
- Ну да, как договаривались.
- Слушай, давай завтра
приходи часам к десяти.
Ну, расскажешь,
чего ты ждёшь от работы с нами,
а я тебе расскажу,
что мы можем предложить. Хорошо?
Всё, пока.
- "Дорогие мама и папа,
у меня всё хорошо.
Наш отряд победил
в конкурсе строя и песни.
К нам приходит собака,
я назвал её Рыжик.
Она любит котлеты.
Заберите меня отсюда,
и Рыжика тоже".
(звонит телефон)
(беспокойная музыка)
Я же просила не звонить.
(мужской голос): - Так неправильно,
это глупость, вы должны вернуться.
- Мы никому ничего не должны.
(по телефону): - Я обещал.
Я хочу заботиться о вас с Марусей.
А ты вникаешь в неприятности.
- Ввязываюсь.
(по телефону): - Что?
- По-русски правильно:
"ввязываюсь в неприятности".
(по телефону):
- Ты всегда так делаешь. Это опасно.
Скажи, где вы.
Я приеду заберу вас.
- Ага, и Рыжика тоже.
- А...
(беспокойная музыка)
- Слушай, мы молодцы, я молодец,
ты молодец, работа проделана...
- Слушай, езжай уже домой.
Опа.
- А это кто?
- Вообще-то, это Наташа.
- Старик, ну, мы же договаривались.
- Это не то, что ты подумал.
Она стажёр.
- Мм, а на диване
она стажируется, да?
Хорошенькая.
Но, боюсь, несовершеннолетняя.
Паспорт хоть смотрел?
- Слушай, я её два часа назад
увидел первый раз в жизни.
- Мм, и сразу в стажёры записал.
Оперативно.
- Она материалы присылала,
есть потенциал.
- Да, потенциал есть.
(посмеиваются)
- Я у тебя переночую.
- Угу.
Но я бы на твоём месте
остался бы здесь.
(спокойная музыка)
- Ну же.
(Соня): - Да.
- Уф, Соня, слава богу. Где ты?
(Соня): - У бабушки, я ж писала тебе.
- Нет, милая, это я у бабушки.
Тебя здесь нет.
(Соня): - Мам, со мной всё в порядке.
Я на работе. Почти.
- На какой работе?
- Репортажи, хроники, расследования.
Всё, что ты хотела знать
о журналистике, но боялась спросить.
- Ничего себе. Интересно,
и где ты работаешь, на кого?
(Соня):
- Никита Ершов, знаешь такого?
Всё, мам, мне пора. Пока.
- Соня. Соня, подожди.
Подожди, скажи мне адрес, я приеду.
- Мам, не надо больше звонить мне.
Я сама позвоню.
- Соня!
- Ну, для начала,
мы не обеспечиваем общежитием.
Тебе есть где жить?
- Да, конечно.
Это просто форс-мажор.
Наверное, мне надо извиниться.
- Извинения приняты.
Так почему ты хочешь
работать с нами?
- Ну, потому что вы легенда,
потому что я видела все ваши
репортажи из горячих точек.
- Если ты хочешь быть в команде,
ты об этом забудешь.
- А вы сами-то забыли?
- Тебе это интересно
или задание на испытательный срок?
- Задание.
- Ну вот об этом и поговорим.
- Слушай, Фёдор,
тут Куксин нарисовался.
Ну, ты его знаешь.
- Ну.
- Так вот хочет вложиться
в один наш проект.
Как ты думаешь, стоит иметь дело?
- Прекрасный день, еда отменная,
вино, кстати, тоже.
Прелестнейшая женщина напротив.
А ты мне о каких-то там
инвесторах своих.
Я - твой самый главный инвестор.
Викуля, за тебя.
- Спасибо.
- Как там Сонечка?
- Как всегда, полна сюрпризов.
Вчера вернулась из Лондона.
- Да ты что!
Значит, срочно пора организовывать
встречу жениха и невесты?
- А, значит, помнишь, что моя Сонька
была влюблена в твоего Виктора?
- Ну, ещё бы такое не помнить.
Когда ей было пять,
а ему - двенадцать,
вопрос казался решённым.
- Да, а теперь ей 18, и у неё
совершенно другие приоритеты.
(звонит телефон)
Извините, у меня важный звонок.
- Что это с ней сегодня?
- Да с Сонькой вчера поругалась,
переживает.
- Алло, Рит, ты нашла адрес?
(по телефону): - Адрес в мессенджере.
- Отлично.
(по телефону): - Что-нибудь ещё?
- Нет, спасибо,
больше ничего не нужно.
Ты мне очень помогла.
До встречи.
(Сергей): - Как снег на голову,
вот в чём беда.
Я даже не знаю, как выкрутиться
из этой ситуации без потерь.
(Фёдор): - Мне кажется, ты
преувеличиваешь степень проблемы.
- Прошу меня простить,
нужно срочно уехать,
у Сони проблемы.
- Что ещё не слава богу?
- Она сейчас в квартире у мамы,
там трубу прорвало, еду разбираться.
- Сама она, значит, вызвать
сантехника не может?
Грош цена её независимости.
- Викуль, не слушай его.
Езжай спасай ребёнка.
- Спасибо, Федь.
(тихая грустная музыка)
- Вы там уснули?
- Что?
- Рассчитываться будете? У меня здесь
не парк культуры и отдыха.
- Держите.
- А мельче нет?
- Нет.
(грустная музыка)
- Где Соня? Что тебе нужно от неё?
- Сколько раз я представлял себе
нашу с тобой встречу.
Но я подумать не мог, что ты будешь
спрашивать меня о какой-то Соне.
- Соня не какая-то.
Соня - моя дочь.
И она сказала,
что работает у тебя.
- Это бред, я никогда её не встречал.
- Неужели?
(грустная музыка)
- Это Наташа, Наташа Воронина.
Да, она наш стажёр
с сегодняшнего дня.
- А вот это вот бред. Где она?
(звонит телефон)
- Извини.
О, вот.
Слушаю.
Чёрт. Да, я понял.
Я сейчас приеду.
- Что случилось?
- Я сейчас ключи от машины возьму.
- Где она? Она цела?
- Да, у неё задание от редакции -
проникнуть на закрытую территорию.
Ну, в общем, её там приняли.
- Что значит "приняли"?
- Ну, вот сейчас мы и узнаем.
Поехали.
(беспокойная музыка)
- Откройте немедленно!
- Подожди, отойди.
- Ты чего? - Мужики,
у вас здесь на территории девушка.
Она несовершеннолетняя.
Неприятностей хотите?
- А вот неприятности
как раз у этой девочки будут.
Проникновение на закрытый объект,
понимаешь?
- Пустите меня, пожалуйста,
там моя дочь. Соня!
- Давайте-ка без истерики тут.
- Тише, подожди.
- Знакомое лицо у этого...
- Сейчас всё решим, спокойно.
Мужики, давайте договариваться.
Ну, правда, неприятности
точно никому не нужны.
- А я вам их обещаю.
- Так, вы идёте со мной,
а вы дожидаетесь здесь.
- Что с тобой?
- Осколочное ранение, что, не видно?
- С рукой что?
- Мам, ничего, не надо вот этого.
- Перелазила через забор
и свалилась вниз.
- Хорошо не на арматуру. Вообще-то,
полицию не мешало бы вызвать.
- Да.
- Проникновение на объект.
- Да подожди ты с полицией.
- Ой! - Тише, осторожнее.
- Нога, мам.
- Давай я тебя отнесу в машину.
- Аккуратненько.
- Рюкзак с курткой, мам.
(Никита):
- Аккуратненько.
- Слушай, ты узнал её?
- Нет.
- Это же ведущая из телека.
Голубева, что ли.
- Ну вот этого нам не хватало только.
- Так, что ещё случилось?
- Ничего страшного, просто
поскользнулась на мокрой плитке.
- Угу. Ну и как долго ты собираешься
решать проблемы
этой исключительно
самостоятельной девицы?
У тебя эфир через два часа.
- Да, кстати, насчёт эфира.
Завтра собираюсь
подыскивать себе замену.
Можешь это считать чем угодно -
блажью, глупостью.
- Да, именно так это и называется.
Ты хотя бы понимаешь?..
(звонит телефон)
- Тебе не пора ещё?
- Успею.
Значит так, по легенде, мы устраняли
протечку в бабушкиной квартире.
- А врать, между прочим, нехорошо.
- Обсуди это с Наташей Ворониной.
(грустная музыка)
- А откуда ты знаешь Никиту?
- Да так, давнее знакомство,
мимолётное.
Так устроен
наш профессиональный мир:
все когда-то друг с другом
пересекаются.
- Ну, я надеюсь, без последствий?
- Что?
- Да ничего, иди уже, опоздаешь.
(тихая грустная музыка)
(Сергей):
- Что значит - планы изменились?
Хорошо, я приеду.
(Виктория по ТВ):
- "Добрый день.
В эфире информационная программа
"Детали дня" -
всё, что к этой минуте
важно увидеть и услышать.
С вами Виктория Голубева".
- Чёрт.
(тихая грустная музыка)
(голос Сергея): - "Вика, уехал
по срочным делам, буду поздно".
- А дальше?
- И тогда Мата Хари
вынула из лифчика "Беретту".
- Лучше "Глок" с глушителем.
- Ну хорошо,
вынула "Глок" с глушителем
и приставила его к голове
Билла Гейтса:
"Верните мне мои акции, дорогуша, -
и никто не пострадает, обещаю".
- И котика пусть вернёт.
- Котика?
- Ну, котик - лысый,
с разными глазами.
Забыла, что ли?
(машина сигналит)
(беспокойная музыка)
- Так, мне нужно уехать.
- А сказка?
- Скоро вернусь. Спи, спи.
(беспокойная музыка)
(автоответчик):
- "Аппарат абонента выключен
или находится
вне зоны действия сети".
- Алло, полиция? Я хотела бы
заявить о пропаже человека.
Да, уехал вчера.
Что значит - три дня?
Вы знаете, кто мой муж?
Знаю ли я сама?
Интересно.
Вам каждый день
такие, как я, звонят?
Жёны-стервы, от которых мужья
сбегают за Полярный круг?
- Так что там у вас
за Полярным кругом?
Открывается новый филиал
для ханты и манси?
Мам.
Что случилось?
(беспокойная музыка)
- Куксин в переговорной,
уже начинает закипать.
У шефа вообще телефон
вне зоны доступа. Что делать?
- Я не знаю. Он вчера оставил
записку, что будет поздно.
До сих пор не выходил на связь.
- Что будем делать?
- Ну что, разговаривать с Куксиным.
Как его? Артемий...
- Витальевич.
Может, отменим встречу?
- Нет.
Подстрахуешь меня?
- Угу.
- Артемий Витальевич,
прошу прощения за опоздание.
Виктория Голубева, очень приятно.
- Конечно же, я вас узнал.
Давно мечтал познакомиться.
А Сергей Николаевич?
- Сергей Николаевич
немного задерживается,
но я думаю, что мы можем
начать без него.
- Как скажете.
- Прошу вас.
Рита, у вас всё готово?
- Да, конечно.
Пожалуйста.
Ну что, приступим?
(звучит восточная музыка)
- А у вас, оказывается, есть хватка.
- Я сама удивилась, если честно.
- Первый раунд за вами,
причём даже не по очкам.
Полный нокаут.
Во всяком случае, вы сильно
облегчили задачу Сергею Николаевичу.
- Думаешь, он оценил бы?
- Вряд ли.
Но лучше бы он поскорее объявился.
- Я вообще не понимаю,
что происходит.
(звонит телефон)
- До свидания.
- До свидания. Вера, здравствуйте.
(по телефону):
- Викочка, дорогая, добрый день.
Я хотела вам один вопросик задать.
- Что случилось?
(Вера): - Ой, даже не знаю,
у вас на даче сейчас никто не живёт?
- Да вроде бы нет.
- Ну да, вы так давно не приезжали.
Я понимаю, при вашей занятости...
Но - свет.
- В смысле - свет?
(Вера): - У вас окна зашторены,
но свет всё равно пробивается
по вечерам.
Уже несколько дней.
- Понятно, Вера.
Хорошо, я проверю.
Спасибо. До свидания.
(Соня): - Интересно,
она блондинка или брюнетка?
- Спасибо за поддержку, доченька.
Ничего не понимаю.
- Нет, ну, я, конечно, могла бы,
но я уже как-то налазилась.
- Да уж,
альпинист из тебя так себе.
Ну что, вызываем полицию?
(девочка):
- Не надо никакой полиции.
(Соня):
- Откуда ты, прелестное дитя?
- Никогда не разговаривай
с незнакомцами.
(Соня): - Ну, это с незнакомцами,
а с незнакомками-то можно. Ты кто?
- Мата Хари.
Не надо никакой полиции.
- Ну, раз Мата Хари,
какая уж тут полиция?
Тут только люди Икс.
- Кто-нибудь из взрослых есть?
- Ну, как вам сказать?
(Виктория): - Говори как есть.
- Ну, хорошо.
Хотите чаю, кофе?
- Очень, угу.
Что это было?
- Не знаю. Надеюсь, узнаем сейчас.
- Вообще-то, я Маруся.
- А я Соня. Это моя мама.
- А где твои родители?
Как ты вообще здесь оказалась?
- Саша вернётся, и мы уйдём.
Мы ничего не брали.
Я только брошку взяла,
такую, в виде кораблика. Ничего?
- Да ничего, можешь отсюда
вообще всё что угодно брать.
- Нож, который в чехле, можно?
На нём ещё надпись есть - "Мора".
- Не помню, что за нож, но хорошо.
Тогда мен на мен:
рассказывай, что ты тут делаешь.
- Нас с Сашей сюда один олд
на тачке привёз три дня назад.
- А кто такой Саша?
- Я так маму зову, ей нравится.
- И где сейчас твоя мама?
Почему ты одна?
- Он вчера вечером снова приехал
на той же машине и увёз Сашу.
Она обещала вернуться поскорее.
Я ей звоню, а телефон отключён.
- А где твой папа?
- Папа? Папа у меня крутой.
Он шпион, в смысле разведчик.
Поэтому мы постоянно переезжаем.
А до этого он полярником
в Антарктиде работал.
А до этого - в цирке.
- Ну, понятно, клоуном.
- Сама ты клоун. Фокусником.
- М-да, папаша, конечно, не промах.
Из Антарктиды шифровки посылал
и при этом ещё пингвинам
фокусы показывал?
Аферистическая какая-то семейка
получается, не находишь?
- Я вызываю полицию.
- Ну, погоди, надо ещё
во всём разобраться.
- Чего тут выяснять?
Твой отец и эта женщина пропали,
а у нас на даче объявился ребёнок.
- А можно я ещё и его возьму?
- Ну, вот это уже надо обсудить.
Пойдём-ка.
Пойдём, пойдём.
Это мой названый брат -
Мазай Голубев.
А я, соответственно,
Софья Голубева.
А ты?
- Маруся Милетич.
- Точно?
- Угу.
- Слушай, этот "олд на тачке",
я так понимаю, мой папа.
И он вчера пропал. Вот мы с мамой
и приехали его искать.
Может, ты знаешь, какие у него
дела были с Сашей?
- Не-а.
- Отнесись к вопросу серьёзно.
Ты же хочешь найти свою Сашу.
- Хочу, чтобы она сама нашлась.
Сейчас.
- Мам.
- Что случилось?
- Есть одна мысль.
Короче, помнишь эту лесную
заброшенную дорогу,
по которой папа обычно срезал?
- И что?
- Ну, может, они там застряли.
Там как раз сеть не ловит.
И люди не ходят.
Там легко пропасть.
- Ладно, поехали проверим.
- Поехали.
- Куда она убежала?
- Да сейчас найдём.
(беспокойная музыка)
Связи нет,
что и требовалось доказать.
(напряжённая музыка)
Это... Это машина папы.
- Саша. Саша!
Саша!
Там моя мама, слышите?
Остановите машину!
- Что ты делаешь? Останови, мам!
- Ей уже ничем не помочь.
(Маша плачет)
- Саша.
- Не выпускай девочку.
(напряжённая музыка)
Полиция?


Серия 2

- Что тут у вас?
- Ситуация в следующем,
Андрей Геннадьевич.
Сработало взрывное устройство,
прикреплённое ко днищу автомобиля.
Взрывом выбросило на обочину,
а дальше в дерево.
Там уже шансов никаких.
- Погибшие?
- Да, труп мужчины,
предположительно владелец
автомобиля Голубев,
и труп женщины, пока не опознали.
Может быть, любовница.
Как думаешь?
- Любовница при такой-то жене?
- Ну...
- Сержант.
- Как раз-таки при таких-то и лезут
на стену.
- О чём она у вас спрашивала?
- Да девочку она потеряла,
вроде бы в машине была.
- В этой, с жертвами?
- Нет, в той.
- А что за девочка, дочь?
- Дочь в машине сидит.
- А стало быть, не дочь.
Странная история.
- Да она вообще странно себя ведёт.
И на смерть мужа так же реагирует,
странно.
- Спишем на шоковое состояние пока.
- Её нигде нет.
- Кого?
- Девочки Маруси.
Её нигде нет. Я не знаю,
куда она подевалась.
- Папа погиб, мам.
Какой девочки?
Его больше нет и не будет!
А ты о какой-то девчонке думаешь.
Да что не так-то с тобой?
(плачет)
- Виктория Петровна, нам нужно
будет побеседовать с вами
в ближайшее время, когда вы,
конечно, сочтёте возможным,
прояснить, так сказать,
некоторые моменты.
- Зачем откладывать?
Спрашивайте сейчас.
- А вы не припомните
каких-либо конфликтов,
связанных с вашим мужем?
- Нет.
Разве что Ранчин.
- Ранчин?
- Да, это давний сотрудник Сергея.
Он практически с самого начала
в телекомпании.
Так вот позавчера Серёжа его уволил.
Я бы даже сказала, со скандалом.
- Причина?
- Ходили какие-то мутные слухи
об откатах. Я не в курсе.
Спросите у Риты.
- Это кто?
- Рита Сажина -
личная помощница Сергея.
- Ваш шеф уволил
одного из продюсеров, Ранчина.
Что вы знаете об этом?
- Ранчин представлял
липовую отчётность,
проворачивал махинации со сметой.
Увольнение было вопросом времени.
- И как долго он этим занимался?
- Не думаю, что долго.
Всё тайное стало явным
при первом же аудите.
- Расскажите о вашем шефе.
- Сильный профессионал.
- И всё?
- Этого достаточно.
- Отношения с женой?
- Видимо, имелись какие-то.
- То есть идеальными
их назвать нельзя?
- Может, это и есть идеальные.
- А любовницы были у него?
- Если я вам это скажу,
это как-то поможет следствию?
- Несомненно.
- В командировки Голубев
ездил не один,
как правило, его сопровождали
женщины довольно привлекательные.
- Вы их видели?
- Я видела фотографии
в загранпаспортах.
Я занималась его билетами.
- Это Голубев вам настолько доверял?
- Конечно, я - человек корпорации.
- А те женщины?
- А те женщины никакого отношения
к нашей телекомпании не имели.
- А жена знала об этих...
- Интрижках?
Я не знаю. Может, да, может, нет.
- Скажите, это не одна из них?
- Нет. Хотя вполне в его вкусе.
(тихая музыка)
- Я была на опознании.
- Скажи, что это не папа.
Скажи, что не он.
- Доченька, нам нужно быть сильными.
- Это ты, ты во всём виновата!
(Соня плачет)
(тихая печальная музыка)
Вы кто?
- Меня зовут
Копейкин Андрей Геннадьевич.
Я следователь по делу.
Для начала я бы хотел
пообщаться с вами.
- О чём?
- Примите мои соболезнования.
Понимаю, тяжело терять
близких людей.
- Вы всем так говорите?
Сколько раз в месяц?
- Я понимаю ваши чувства.
- Не понимаете.
О чём говорить будем?
- Об отношениях в вашей семье.
Отец с матерью, они ссорились?
- А вы видели семьи, где не ссорятся?
- А из-за чего возникало
недопонимание?
- У них были разные взгляды
на моё воспитание.
Пришлось вырасти невоспитанной,
чтобы никого не обидеть.
- Скажите, вы раньше видели
эту женщину?
- Да.
- Где?
- Там, в лесу, в машине у отца.
- А раньше?
Спасибо.
Звоните руководству.
Пошёл ты к чёрту.
- Кого это ты там так припечатал,
Геннадьевич?
- Я почём знаю?
Третий раз с телевидения звонят.
Откуда только номер узнают?
- Работа у них такая -
совать свой нос куда можно
и куда нельзя.
- Да, живо они интересуются
ходом расследования.
В телик зовут.
- Так и чего ты?
Сходил бы, вдруг бы понравилось!
Подженился бы, может,
на какой теледиве.
- Один уже подженился.
И чем закончилось?
- Тут другая
причинно-следственная связь.
Голубев из жены звезду слепил,
не наоборот.
Я всё забыть не могу,
как она на смерть мужа реагировала.
- Как?
- Никак. Ты что, не помнишь разве?
- Шоковое состояние.
Мы это с тобой уже обсуждали.
- Угу.
- Хотя, с другой стороны,
с мужем-то не всё гладко было,
да и сам он поводы давал.
- Угу. На одну ночь домой не пришёл
переночевать и всё,
она сразу в полицию побежала.
Стандартный ход для тех,
у кого рыльце в пушку,
чтобы подозрения от себя отвести.
- Мне эта девочка покоя не даёт.
- Какая?
- Которую Голубева искала
на месте преступления.
- А была ли девочка?
- Была.
- Э... видел уже, да?
А я тебя обрадовать хотел.
- Да? С чего мы бы мне радоваться?
- Да ладно, это шутка.
Просто говорят,
он тебе прилично жизнь подгадил.
- Да? И что ещё говорят?
- Говорят, кислород перекрывал.
И в том, что тебя отовсюду выпереть
пытались, это тоже его заслуга.
- Стас, у тебя неверные сведения.
Это я сам себя отовсюду выпер.
- Нет, всё-таки, где ты ему дорогу
перешёл? Женщина?
- Слушай, уймись уже.
- Кстати, о женщинах.
Как там наша новая стажёрка,
справляется? Как там её?
Наташа...
- Софья. Её зовут Софья Голубева.
- Это то, о чём я подумал?
- Именно.
- Да ладно.
Дочь Голубева здесь, у нас?
- Пойду пройдусь.
- Чудны твои дела, господи.
- Спасибо, Виктория Петровна.
Если всё подтвердится, девочку
обязательно в розыск.
Дочь Голубева сообщила
фамилию той самой девочки,
Милетич, зовут Маруся.
А мать она называла Сашей.
- Значит, по всем нашим базам будем
пробивать Александру Милетич.
- Обеих. Сдаётся мне, что эта
Александра была любовницей Голубева.
И не просто любовницей, возможно,
там возникли серьёзные отношения.
- Думаешь?
- Перевезти женщину с ребёнком
к себе на дачу -
это тебе не в Европу
с бабой слетать.
Возможно, Голубев хотел развестись,
возможно, сказал об этом жене.
Или она сама что-то заподозрила.
- Тогда ей денежки пришлось
бы делить.
А тут не факт, что Голубева осталась
бы в выигрыше.
А так нет мужа - нет проблем.
Заодно и от любовницы избавилась.
- Приглядишь за вдовушкой.
- Угу.
(беспокойная музыка)
- Викочка, дорогая.
- Здравствуйте.
- Как же? Я вам так соболезную.
- Спасибо.
- Зайдёте?
У меня пирог только-только подошёл.
- Вера, нет времени.
У меня к вам такой вопрос.
Он, может быть, странный, но тем
не менее. Вы не видели тут девочку?
- Девочку?
- Да, девочку лет 10,
такая бойкая, светловолосая.
- Не видела.
А что за девочка? Откуда?
- Вера, у меня к вам большая просьба.
Если вы увидите девочку,
позвоните мне, пожалуйста.
- Обязательно.
- Спасибо.
(по ТВ):
- Виктория, прокомментируйте слухи
об убийстве мужа вашего, пожалуйста.
- Говорят, у него был страстный
роман. Вы были знакомы с соперницей?
- Очевидно, что лицу канала "Киви-ТВ"
нечего нам сказать.
Я надеюсь, что выводы следствия
сделают её более разговорчивой.
- Шакальё.
(Виктория):
- Когда это закончится?
- Когда отрежут голову
кому-то помедийней тебя.
Мама, ты же сама телевизионщица,
знаешь, как там всё работает.
У них на каждую знаменитость
досье толщиной с "Биг Мак".
Время - деньги.
- Ты не видела
мои солнцезащитные очки,
которые мы в Мадриде покупали?
- Не поможет, мама.
Даже скафандр не поможет.
- А что поможет?
- Ай, пойдём. Нечего тут сидеть.
Пойдём. Вставай.
- Настаиваешь?
- Ага.
- Ха, ладно.
И как, говоришь, это называется?
- Сават.
Французский бокс. Держи.
- А как насчёт французского поцелуя?
- А все плюшки потом, если будешь
хорошим мальчиком.
- Ага, вот, а все говорят,
что я плохой.
- Ты себе льстишь.
- Нисколько. Кто сын богатого папы,
сын самого Фёдора Слуцкого,
прожигателя жизни?
У кого 100500 штрафов
за превышение скорости
и неправильную парковку?
- Эй, эй, ты чего?
(смеётся)
- Кстати, о боссах.
- А я всё гадала,
когда ты уже спросишь?
- Как думаешь,
Виктория причастна к убийству?
- Лучше тигр на равнине,
чем змея в высокой траве.
Слышал такую поговорку?
Так вот Виктория - тигр на равнине,
вот что я думаю.
- Значит, где-то ползает змея.
- Знаешь что...
Я думаю, что Голубев с кем-то
что-то не поделил в прошлом.
Был один телефонный разговор,
я нечаянно его подслушала.
Там речь шла о каких-то старых
делах, о которых все забыли.
А они вдруг взяли и всплыли.
Прямо как мёртвые киты.
Голубев так и сказал:
"Мёртвые киты".
- Что-то многовато фауны
на один вечер.
- Я думаю, это была метафора.
Он умён.
- Я опоздала?
- Нет, это я пораньше пришёл.
Короче, тут такое дело.
Вам с мамой нужна помощь.
- Чёрт, нет.
- Это не обсуждается.
- Я имею в виду,
что только маме нужна.
Она старается держаться, но я вижу,
что её это просто убивает.
Эти сволочи её топят в этих ток-шоу,
в программках дурацких.
В соцсети вообще лучше не заходить.
- Вот и не заходи.
- Но это же не выход.
- Я знаю.
Тебе известно,
кто ведёт дело твоего отца?
- Следователь Копейкин,
жаль, не Рублёв.
- У меня только пару минут.
О чём ты хотел спросить?
- Здорово. О деле Голубева.
- Ты же знаешь,
для прессы комментариев не даём.
- Это не для прессы. Это для меня.
- Ладно. Помню о том,
как ты спас мне жизнь в Агвали.
Что именно ты хочешь знать?
- Мотивы, подозреваемые, что там ещё?
- Версий несколько. Основная
подозреваемая - жена.
- Жена?
- Потому что жена - очевидный
выгодополучатель.
Мотивов может быть несколько.
И все они довольно убедительные.
- Ты хочешь сказать, что известная
ведущая засунула бомбу
в машину собственного мужа?
- Сообщников ещё никто не отменял,
как и вариант заказа тоже.
- Хорошо.
А что за женщина погибла вместе
с Голубевым? Личность установили?
- Нет. Но, по предварительным данным,
её зовут Александра,
фамилия, возможно, Милетич.
Да на, можешь сам посмотреть.
По базам пробили, нигде её не нашли.
- Я попробую
по своим каналам пробить.
- Давай. Но только для личного
пользования, никуда не выкладывай.
- Не вопрос.
- Слушай, Кит. - Да.
- Может, вечером пересечёмся?
Есть же что вспомнить.
- Давай.
Что-то потерял?
- Да объектив где-то посеял.
В твоём бардаке ничего не найдёшь.
- Да, объектив посеял ты,
а бардак у меня.
(беспокойная музыка)
- Это она спит или?
- Или.
- Красивая. Жалко её.
Знаешь, а я её где-то видел.
- Точно?
- Такое лицо не забудешь.
- Она была в машине вместе
с Голубевым в момент взрыва.
- Ого!
- Да...
- Так.
Чёрт.
Ну-ка, уступи место
летописцу времени.
(беспокойная музыка)
Двухтысячные...
Александра Войтенко,
вице-мисс России в 2008-м.
- Точно. Александра Войтенко.
Стас, ты не просто летописец,
ты корифей эпохи.
- Говори, говори.
- Молодец.
- Это просто как музыка для меня.
Наконец-то, ты это признал.
(журналисты шумят)
(тихая музыка)
- Маруся.
Где ты была? Я тебя искала везде.
- У меня были дела.
- А как ты меня нашла?
- Как, как!
Мы с Сашей ждали здесь перед тем,
как нас тот олд, ну, твой муж,
привёз на дачу. Я есть хочу очень.
- Да, конечно. Пойдём.
Добавки?
- Чаю.
- Сейчас.
Так почему ты сбежала?
Может быть, мне нужно что-то знать?
- Не-а. У вас хороший дом, большой.
У нас с Сашей такого не было,
вообще никакого не было.
- А где же вы жили?
- То тут, то там.
Когда я маленькая была,
мы в Голландии жили,
а ещё в Венгрии, в этой...
Хорватии и Черногории,
а потом в Россию перебрались.
И здесь тоже по разным городам
поездили.
- А как же школа, ты училась?
- Через пень-колоду.
Так правильно говорить?
- Да.
- Месяц где-нибудь проучусь,
и снова надо уезжать.
Только в Технополисе
на полгода задержались.
- Вам там понравилось?
- Там был Горан.
Он к нам из Черногория перебрался.
- А кто такой Горан?
- Лучшая версия папы.
- Я всё-таки не пойму,
почему именно жена?
А конкуренты не рассматриваются?
Телевидение - это же ещё и бизнес.
- Пока ничего такого
не просматривается.
Да и конкуренты сейчас
в стиле 90-х не работают.
- Может быть, личные враги?
- Раскручиваем одного, некто Ранчин.
Был уволен Голубевым за махинации.
Но чтобы убивать да ещё двоих...
Как-то чересчур.
- Слушай, мог не знать,
что в машине будет ещё женщина.
Любовница?
- Есть такая вероятность.
С этой женщиной сложнее всего.
Никак не можем понять,
что, к чему и кто откуда.
Да ещё эта девчонка.
- Что за девочка?
- Дочь покойной.
Якобы Голубевы нашли её на даче,
потом она исчезла.
И Голубева начала её искать
сразу после похорон.
Ай, ладно, давай лучше выпьем за то,
что выжили тогда в Агвали.
(тихая музыка)
- Куда в такую рань?
Ты же собиралась дома посидеть,
пока эти не успокоятся.
- Я с удовольствием осталась бы,
но встречу с инвесторами
никто не отменял.
- Кстати, теперь можешь не бояться.
Никита обещал помочь.
- Какой Никита? Ершов?
- Да.
- Бред. Этот неудачник сам себе
помочь не может.
Дай-ка угадаю, по-прежнему живёт
там же, где и работает?
У него даже собственного угла нет.
- А я смотрю, ты много о нём знаешь.
- Не знаю, так просто... наслышана.
Сама же сказала, что он легенда.
- И легенда журналистских
расследований, между прочим.
Может, всё-таки стоит
ему довериться?
- Я запрещаю тебе с ним общаться.
- Ты? Мне?
Запрещаешь? А, кстати,
почему ты мне запрещаешь?
- Потому что он плохая для тебя
компания. Просто поверь.
- Придётся придумать
что-то поинтереснее,
что у него биполярка, например,
или мания преследования,
или синдром сверхценных идей.
- Тебя бы это остановило?
- Не-а.
- Ладно, мне пора.
Покорми Марусю
и переодень её, пожалуйста.
Я приготовила кое-что
из твоих детских вещей.
- Марусю? Погоди...
- Да-да, ту самую, которая нашлась.
Спит в гостевой комнате. Пока.
- Ничего-то я не сплю.
- О, предупреждаю,
повар я хреновый,
так что кормись сама.
- Посмотрим.
Каша, омлет, блинчики?
- А ты типа готовишь?
- Да.
- Зашибись.
Тогда мне, пожалуйста,
омлет из трёх яиц.
- Нет, омлет из трёх яиц отменяется.
Будут блинчики.
- То есть как это отменяется?
- Тут только два яйца.
- Что ж, примите ещё раз
мои соболезнования.
И помните, я всегда к вашим услугам.
Я всегда открыт для предложений...
самых разных.
- Спасибо. Я рада перспективе
совместной работы.
- Я тоже. Исходя из той концепции,
которую вы представили,
шоу должно получиться
очень интересным.
Мои юристы подготовят договор.
До свидания.
- До свидания.
- На твоём месте я бы не обольщался.
Он вваливает деньги в проект
только потому, что запал на тебя.
Вряд ли такое будет срабатывать
постоянно с другими инвесторами.
- Я не обольщаюсь.
- А не лучше ли довериться тому,
кто провёл десятки
подобных переговоров?
В конце концов,
я совладелец канала.
- Но контрольный пакет
тебе не принадлежит.
- Так он и тебе ещё не перешёл.
Или так не терпится занять
кабинет покойного мужа?
- Руководить каналом из гримёрки
не очень удобно,
так не считаешь?
- Ну-ну.
(стук в дверь)
- Виктория.
Нужно подписать кое-какие бумаги.
- Ну что, малявка, обманула ты меня.
Никакая ты не Милетич. Держи.
- Конечно, обманула.
Я же не знала, кто ты.
Вот ты бы стала палиться?
- Разумно.
Но сейчас-то ты знаешь, кто я.
- Знаю, кто Вика.
Она из телевизора.
Программу там ведёт. Верно?
- А я журналистскими расследованиями
занимаюсь.
Справедливость восстанавливаю.
- Я тоже хочу восстанавливать.
- Да что ты? Тогда нам надо
действовать вместе.
Смотри, вопрос номер один.
У твоей мамы кто-то был?
- Ты бойфрендов имеешь в виду?
- Да.
- Саша их только так раскидывала.
Они все были полезные идиоты.
Так Саша говорила.
Один только Горан классный.
Мы его в Черногории подцепили.
- Так это он Милетич?
- Да.
А, вспомнила. Он звонил,
когда мы уже у вас на даче жили.
Сказал, что нельзя ввязываться
в это дело. Оно опасное.
Не знаю.
- Расскажи, кто такой Горан.
- Он к нам в Будве приклеился.
Это такой город в Черногории
на море.
Там здорово было.
Мы на катере катались.
И на пляж ходили каждый день.
А ещё мне тулумбы нравились.
Это такие маленькие пироженки.
- Так, стоп. Горан. Не отвлекаемся.
- Горан хороший, заботился о нас,
Саше помогал.
- Помогал с чем?
- Он же ужасно крутой программист.
И Саше почему-то это было важно.
Он и для меня игру сделал.
До сих пор её до конца
пройти не могу.
- Так, сюда он, получается,
из-за вас переехал?
- Да. Сейчас он
в Технополисе работает.
Крутое место, только скучное.
Там очень тихо.
И много маленьких домов
и несколько очень огромных.
- А, знаю, это нанодеревушка
для особо продвинутых.
Давай дожёвывай, пойдём.
Привет.
- Что-то случилось?
- Да пока нет.
А вы куда-то собираетесь?
- Да, в Воронеж.
Я так понимаю, это та самая девочка,
которую все обыскались?
- Маруся.
- Никита.
- Я знаю, мне Соня рассказала.
Ты крутой, и ты нам поможешь.
- Я постараюсь.
- Маруся, мы тебя оставим ненадолго?
- Угу.
(тихая музыка)
- А я думала,
вы нас до Технополиса подкинете.
- А что там?
- Там возлюбленный этой Саши.
- Войтенко, её фамилия Войтенко.
- Угу. А ещё что-нибудь известно?
- Немного. Родилась в Воронеже,
вице-мисс России,
поработала с полгода в модельном
агентстве, а потом пропала.
Всплыла спустя 10 лет на Кипре
и потом опять потерялась.
В России появилась два года назад и
сразу залегла на дно. Больше ничего.
- Да, насыщенная жизнь
у человека была.
- Не завидуй. Её как будто стёрли.
Ни налогов, ни регистрации, ничего.
Даже ребёнок не приписан
ни к одной из поликлиник,
я уж не говорю про школу.
- Так, ладно. А в Воронеж зачем?
- Там у неё мать, друзья детства.
Больше зацепок нет.
- Почему? Есть. Горан Милетич.
Вот я как раз и собиралась
его навестить.
- Хорошо.
Давай тогда разделимся.
Слушай, я поеду в аэропорт,
иначе я опоздаю на самолёт.
- Угу.
- Будете уходить,
просто захлопнете дверь.
- Ок.
(тихая музыка)
- Алло, Соня, как вы там?
(Соня): - Всё отлично, гуляем,
к вечеру вернёмся домой.
- Хорошо. Пообедайте где-нибудь.
(Соня): - Хорошо.
- Слушай, спроси у Маруси,
какой у неё размер ноги.
(Соня): - Только ноги? А одежда?
- Да, я с одеждой примерно понимаю.
(Соня): - Тридцать четвертый.
- Тридцать четвертый, хорошо.
(Соня): - Что-нибудь ещё?
- Будьте осторожны.
(Соня): - Да.
Блин, это дохлый номер.
Он по-любому после работы уже
завалился в какую-нибудь барчелу,
пьёт пивас, ни о чём не думает.
- Нет, он не пьёт
и всегда домой в одно и то же время
возвращается, любит порядок.
Саша говорит, что он отстойный
черногорец, хуже немца.
- Ладно, будем ждать твоего...
хуже немца.
- Слушай, а этот Никита...
Ты его давно знаешь?
- Да если честно,
не очень, совсем почти не знаю.
- Он хороший, хороший.
Горан!
- О-о...
А где Саша?
- А-а... Александра погибла
неделю назад.
- Я приехал в Россию за ними, за ней.
Что мне теперь здесь делать?
Поедешь со мной в Будву?
- Да кто её выпустит
с вами из страны?
- Но у тебя же нет никого,
кроме меня.
- Почему? Я есть.
- И мы ещё должны найти тех,
кто убил Сашу.
- Полиция пусть ищет.
- Может, Александра говорила
вам что-то?
- Горан, помоги нам, пожалуйста.
- Она связалась с опасным человеком.
- Вы знаете, кто это?
- Нет.
А даже если бы и знал,
не сказал бы.
Ни одна тайна не стоит жизни.
Я не такой сумасшедший, как Саша.
И вы не будьте.
- То есть вы что-то знаете,
но не скажете, так?
Ясно. Нам пора.
- Соня, послушай меня.
Всё самое важное можно
узнать только случайно.
- Ценная информация.
Она нам обязательно поможет.
(тихая музыка)
(звонит)
- Опять звонишь. Хочешь,
чтобы на тебя милицию привлекла.
Смотри, дождёшься.
- Нина Михайловна,
я приехал поговорить
о вашей дочери Александре.
- А откуда у меня дочь?
- Посмотрите. Это же она?
- Шлюха.
Глаза бы мои её не видели.
Знать её не хочу!
- Нина Михайловна, вы в курсе,
что у вас есть внучка Маруся?
- Шлюхина дочь мне не внучка.
Убирайся!
- Может, бросишь дурить,
переедешь ко мне?
У меня халупа всяко
поприличнее будет.
- Нет. Каждому зверю нужно
своё логово.
- И какой же ты зверь?
- Я?
Волчица. Разве не видно?
- А я?
- А ты... Дай-ка подумать.
Сурикат.
- Хм...
Сейчас даже обидно было.
- Если ты будешь работать над собой,
то дорастёшь до росомахи.
А это очень перспективное животное.
- Ты знаешь, я иногда даже жалею,
что согласился тебе позвонить.
- В смысле согласился?
- Это же мой отец сказал, что Голубев
нашёл редкую жемчужину
и дал твой номер телефона.
- Что ж...
У Фёдора Слуцкого со стратегическим
мышлением всё в порядке,
посчитал меня ликвидным активом.
Я польщена.
- Обиделась?
- Нет.
Просто не хочу быть тягловой силой
или тылом для чужой карьеры.
Тут бы своё не упустить.
- А может, ну её, эту карьеру?
Уедем в Швейцарию.
- Угу.
Уток на Женевском озере кормить?
- Давай в Австралию кормить
крокодилов.
- Крокодилов?
Крокодилов мне и здесь хватает.
- Такую девочку забыть невозможно.
Жаль, что её судьба сложилась
так печально.
Но если честно,
были все предпосылки.
- Предпосылки?
- Вы же видели её мать,
совершенно невменяемая женщина.
И Саша была трудным подростком.
- Скажите, а у неё были друзья?
- Да.
Был один лет на семь старше её,
тоже наш ученик, Костя Мурадов.
Именно он её и пригрел,
когда она приехала в Москву.
Судя по всему,
у них были близкие отношения.
- Скажите, а об этом Косте
ничего неизвестно?
- Ну почему? Он тоже плохо кончил.
Лет 10 назад его убили.
- А можно поподробнее?
- Вам нужно найти Петра Мухина.
Они были не разлей вода.
Кстати, Мухин сейчас адвокат.
- Пётр Мухин. - Угу.
- Костя Мурадов. Спасибо вам большое.
- Да не за что.
- До свидания.
- До свидания.
- Хорошо, что ты пришла.
- Мне просто больше
не к кому обратиться, Федя.
У девочки нет документов.
Я даже в школу не могу её устроить.
- Викуль, не волнуйся так.
- А если полиция узнает?
Её отправят в детский дом.
Я не могу этого допустить.
- Я тебе обещаю,
сделаю всё возможное.
- Спасибо тебе.
Мне, правда, неловко
тебя беспокоить,
но я места себе не нахожу.
- Викуль, я тебя очень хорошо
понимаю. Дети, они всегда дети.
У меня у самого оболтус,
26 лет, а...
(беспокойная музыка)
- Гарик, дело есть.
(по телефону): - Видимо, важное,
раз даже поздороваться некогда.
Выкладывай.
- Тебе знакома такая фамилия -
Мурадов? Константин Мурадов.
(Гарик): - Мурадов?
Что-то смутно знакомое.
- Посмотри, а?
(Гарик): - Лады. Я позвоню,
когда сознание прояснится. Отбой.
(звонит телефон)
- О, привет. Тебе набирал.
Я возвращаюсь из аэропорта.
(Соня): - Есть новости?
- Я приеду минут через 20,
всё расскажу.
(Соня):
- Отлично.
- Как там у тебя дела, кстати,
с этой девушкой, Ритой?
- Как на минном поле.
Но мне нравится.
Всё рвётся в клочья.
- Ну и слава богу.
На самом деле я хотел поговорить
с тобой о Виктории Голубевой.
- Ты меня лучше спроси,
когда я её последний раз видел.
- Твоя девушка Рита видит её каждый
день, этого вполне достаточно.
- Ну и что ты хочешь?
- Чтобы ты ненавязчиво порасспрашивал
Риту о состоянии Виктории.
Мне кажется, после смерти Сергея
она как-то стала
не совсем адекватной.
- В смысле?
- Подобрала какую-то девочку
без документов,
собирается её удочерить.
- Я, конечно, спрошу,
но Рита обычно держит рот на замке.
- Буду тебе благодарен, сын.
А про Сергея она ничего
не упоминала? Мало ли.
- Какие-то мёртвые киты.
- В смысле, что?
- Рита случайно услышала какой-то
странный телефонный разговор.
Голубев упоминал
о каких-то старых делах,
которые вдруг всплыли,
как мёртвые киты.
- Действительно, странно.
- Привет.
- Технический перерыв.
- О, спасибо.
Ну что, стоит признать,
что юность Александры была
не менее бурной, чем её зрелость.
Из знаковых событий - это связь
с неким Костей Мурадовым.
Его убили, именно после этого
Войтенко пропала со всех радаров.
(звонит телефон)
Да.
Ещё раз адрес. Понял, буду.
- Что случилось?
- Звонили от Петра Мухина
по поводу Александры.
- Кто такой Пётр Мухин?
- Друг юности Мурадова.
Сейчас преуспевающий адвокат.
Ладно. Мне пора.
- Я с вами.
- Это плохая идея.
- Идея отличная.
- И всё же за что вас уволил Голубев
да ещё так скоропостижно?
- Я же говорил,
повздорили из-за работы.
Сергей вообще вспыльчивый
человек... был.
- И как это он так вспылил, что
уволил, по вашим словам, друга,
с которым его связывали
20-летние отношения?
- Разве по родным и близким
не больнее бьют?
- Вам виднее и про откаты,
и про прочие махинации.
- Доказательства есть? Если есть,
предъявляйте обвинение.
- Следствию стало известно,
что Юрий Георгиевич Ранчин получил
в армии специальность взрывотехник.
- Это же каким идиотом надо быть,
чтобы прилюдно поссориться
и тут же убить.
- Так это вы мне и расскажите.
Виктория Голубева.
В каких вы были отношениях?
- Да ни в каких.
Жена босса, не более.
- А говорят, что у вас с ней
в тот же день произошёл конфликт.
- Ну сказал я ей в глаза,
что она пустое место. И что?
- Может быть, вы специально
разыгрываете этот спектакль,
а на самом деле действуете заодно.
- То есть вы хотите повесить
двойное убийство на нас двоих?
Доказательства есть
или опять одни домыслы?
- Доказательства будут.
А к вам, господин Ранчин,
огромная просьба,
город не покидать.
(беспокойная музыка)
(Соня):
- Да, не очень-то тут гостеприимно.
(Никита):
- Да, а я предупреждал.
(нарастающая беспокойная музыка)
Нам, кажется, сюда.
Пойдём.
Соня!


Серия 3

- Джинсы как раз,
комбинезон ещё померю.
Только непонятно, зачем ты
столько накупила?
- Ну нужно же в чём-то
приличном ходить,
а не в этом твоём рубище.
- А это сейчас модно.
- На, кеды примерь.
- Нет, вот этого мне точно не надо.
Я свои ботинки люблю.
(Никита): - Осторожно.
Осторожно. - Ого.
- Что это?
- Вывалилась из кабины
"чёртового колеса",
но было невысоко.
- Замолчи.
Так, принеси перекись водорода
в ванной на полочке. - Ага.
- Ты не успокоишься,
пока не угробишь моего ребёнка?
- Нет, мам, он не виноват.
Давай я объясню тебе.
- Пожалуй, я пойду.
- О-о, как это знакомо.
Ничего не изменилось.
Только и способен, что сбегать.
- Никита! Никита!
- Что ты хотела, малыш?
- Не злись на Вику, она хорошая,
только потерялась.
- И что с этим делать?
- Я пока ещё не придумала, а ты?
- У меня тоже никаких идей.
Но я обещаю подумать.
Скажи, ты никогда не слышала,
чтобы мама упоминала
человека по имени
Константин Мурадов?
- Первый раз слышу.
Может, он пипапл,
как все эти Сашины
полезные идиоты?
- Что такое пипапл?
- Всякая всячина.
Саша любит так говорить.
Это по-немецки или по-голландски.
Не помню.
- Нет-нет, это был очень
важный человек для твоей мамы.
Они вместе учились в школе.
Потом у них был роман.
Потом его убили.
- А, я один раз слышала
разговор про какого-то парня.
Мама ругалась с Гораном.
- И?
- Я тогда не очень поняла.
(Горан): - Что я делаю неправильно?
(Саша): - Это я, я делаю неправильно.
Позволила тебе запудрить мне мозги.
Какая же я идиотка!
Как я могла подумать,
что найду покой в этом твоём болоте?
- Месть - это не выход.
Правильно будет всё забыть
ради Маруси.
- Я выжила только благодаря тому,
что хотела отомстить.
Месть - единственный смысл
моей жизни.
(Горан):
- Тогда это не называется жизнью.
- Ему было 27.
Его пытали у меня на глазах!
(Никита):
- Да, тяжёлая история.
Значит, по имени никогда
не называла? - Нет.
- Ну, я думаю, что это и есть
тот самый Константин Мурадов.
- А ты больше ничего
не узнал про Сашу?
- Сейчас твоя очередь
отвечать на вопросы. - Ну?
- Когда Сонин папа вёз вас
с мамой на дачу,
ты не помнишь, о чём они говорили?
- Про то, что есть кто-то
очень опасный,
и она должна заставить его платить.
А этот Сонин отец уговаривал
Сашу не связываться.
- Понятно. Спасибо.
Это очень важная информация.
- Если хочешь знать, Никита,
вообще, меня спас.
Если бы не он, я бы тут
и не сидела, может.
- Ну да, знакомая тактика. Держи.
Сначала втянуть
человека в неприятности,
а потом героически
оттуда вытаскивать.
- Когда-нибудь тебе придётся
перед ним извиниться.
Рано или поздно за всё.
- Если бы этот великовозрастный
герой, этот шут гороховый
не втянул бы тебя в своё
так называемое расследование,
никаких подвигов не понадобилось бы.
- Мам, я же сказала,
что это я виновата.
- Как?
Как, вообще, это могло произойти?
Из сотен каналов ты вляпалась
именно к Никите Ершову?
- Перст судьбы.
- Какой-то кривой этот перст.
(лает собачка)
Так, ладно, всё, нам нужно взять
себя в руки
и вести себя спокойно.
- Чего ты шепчешь там?
- С нами теперь Маруся.
Мы не одни.
Что она подумает о нас?
- Ну, подумает, что мы прикольные.
Только моемся чаще и зачем-то еду
из ресторана заказываем,
когда можно самим приготовить
из двух яиц и чертополоха.
- Тебе не стыдно?
- Блин, мам, она блинчики замутила -
ну, просто отвал башки.
Давай её у себя оставим?
Она нам будет завтраки готовить.
Ну а мы её всяким
премудростям обучим.
Как тюрбан на башке завязывать.
(Маруся): - Умри. Хорошо.
(собачка лает)
Стоять. Кувырок.
Кувырок.
А теперь прыжок.
Прыгай!
Прыгай! Молодец.
- Я скоро закончу.
- Неужели нельзя заниматься тем же,
но в более приличном месте?
Везде пыль, грязь.
Смердит вонючими носками.
Тебя правда ничего не напрягает?
- Меня? Нет.
А тебя никто не держит.
Выход там.
- Ты, ты меня держишь.
Сам не понимаю, как это
у тебя получается?
- А ты запишись к психоаналитику.
Он тебе всё объяснит.
- Ну что тут объяснять?
Самая большая правда
состоит в том, что...
я тебя люблю.
- А я люблю этот клуб.
Много лет здесь занимаюсь
и ничего не собираюсь менять.
- Давай в "Муэдзин" поедем.
Тоже клуб, между прочим.
- Ты езжай, если хочешь,
а я домой. Устала.
Завтра ещё вставать рано.
- А я думал, пока у вас власть
меняется, ты хоть немного отдохнёшь.
- Ну, текущие дела никто не отменял,
переговоры тоже.
(слышен шум воды)
- Ну и кто же их у вас теперь ведёт?
Неужели ты?
- Последние Вика провела.
- Голубева?
- Угу.
- Не может быть.
Это же голова профессора Доуэля.
Представляю себе уровень катастрофы.
- А вот и не угадал.
Всё прошло более чем хорошо.
У неё есть умение
нестандартно мыслить.
- Я чего-то о ней не знаю.
- А она оказалась сильнее,
чем все думали.
Сильнее, чем даже казалось ей самой.
- Слушай, раз уж
о Голубевой заговорили,
а что там за история с девочкой?
- С какой девочкой?
- Ну вроде она удочерить
кого-то хочет.
- Да? Первый раз слышу об этом.
- Просто она на днях с отцом
моим встречалась.
Просила помочь с натурализацией
сиротки без документов.
- Слушай, я уверена, что твой отец
прекрасно справится сам.
- Ну я в нём тоже не сомневаюсь.
Просто всё это как-то странно,
согласись.
- Слушай, а она же
вчера интересовалась
хорошими школами поблизости.
Так вот оно в чём дело, оказывается.
- А откуда она, вообще, взялась
эта девчонка?
- Я в чужие жизни не лезу
и тебе тоже не советую.
- Вот как?
- Угу.
- И как женщина может быть
такой нелюбопытной?
Ты уникальна, Марго.
- А ты в клуб не опоздаешь?
- Меняю суперклассный клуб
на унылый, предсказуемый секс
с любительницей французского бокса.
(тихая музыка)
(собачка скулит)
- Тихо.
(тихая музыка)
(по ТВ): - Виктория
прокомментируйте слухи
об убийстве вашего мужа, пожалуйста.
- Говорят, у него был страстный
роман. Вы были знакомы с соперницей?
- Я надеюсь, что выводы следствия
сделают её более разговорчивой.
- Несколько дней назад
в собственном автомобиле
был взорван успешный телепродюсер,
основатель и руководитель
телеканала "Киви-ТВ"
Сергей Голубев.
Да, неужели эта талантливая,
очаровательная женщина
может быть причастной
к гибели собственного мужа?
Наша гостья Мария Завидова,
знавшая Сергея и Викторию.
Здравствуйте, Мария.
- Здравствуйте.
(ведущий): - Вы были домработницей
в доме Голубевых.
- Да, я работала там пять лет
и, как многие сейчас, потрясена
гибелью Сергея Николаевича, который
был предан не только своей работе,
но и своей семье, чего нельзя
сказать, конечно же, о его жене.
(ведущий): - Спасибо.
(Мария): - Да.
(из-зала): - А сколько вам заплатили
за эту информацию?
(Мария):
- Мне ничего не платили.
(ведущий): - Подождите, вы знаете
что-то более подробно?
- Я работала пять лет в этом доме.
Я работала пять лет домработницей.
(ведущий):
- Присаживайтесь, Мария, спасибо.
(тихая музыка)
(звонок в дверь)
- Па?
- С добрым утром, дочка.
- А ты как здесь?
- Ну, мать адрес дала.
Вот как ты устроилась?
- Пап, случилось чего?
- Ты давно у нес не была.
Почему не заходишь?
- Так, давай ближе к делу.
Деньги закончились?
- Ну, мать Ниночке пальто
купила на распродаже.
- Ну хорошо, переведу ей
сегодня на карту.
- Да не понимаю я этих
ваших карт.
Я ещё у Борисыча две тысячи одолжил,
а сегодня обещал отдать.
- Я боюсь, у меня нет налички.
Подожди.
Семьсот рублей. Это все.
(шум из спальни)
- Кто там у тебя?
- Здравствуйте. Я Виктор.
(беспокойная музыка)
- Так вот для чего ты квартиру сняла.
Мужиков водить?
- Пап!
- Вообще-то, я здесь один.
- Ты зачем вышел?
- А что, я должен был
под кровать залезть?
Ну, в конце концов,
мы всё-таки взрослые люди.
- Порадовала, дочка! Нечего сказать.
- Давайте не нагнетать, а?
- Совсем распустилась.
Бордель устроила!
И не стыдно?!
- За что ей должно быть стыдно?
- Замолчи! - Марго.
- Замолчи и уходи!
- Но я не понимаю...
- Что, совесть проснулась?
- Так, оба проваливайте
из моей квартиры.
Ты получил, что хотел?
Остальное банковским переводом.
Вперёд!
- Твой счастье, что мне
на работу пора.
После поговорим.
(беспокойная музыка)
- Ты тоже проваливай.
- Ты серьёзно? - Абсолютно!
- Ты чего тут? Который час?
- Половина восьмого.
- Ещё спать и спать.
Нет, ну я так не могу.
По-твоему, это честно
за чужими снами подсматривать?
- Почему ты назвалась чужим именем?
- Началось в колхозе утро.
- И эта твоя многозначительность.
- Ты забыла добавить ложная.
Ложная многозначительность.
- Ты можешь мне просто ответить?
Это так сложно?
- Почему я с Никитой связалась?
- Да.
- Потому что он...
мой отец.
- Это бред какой-то. Ты, вообще,
понимаешь, что ты говоришь?
- Понимаю, мам.
Я всё прекрасно понимаю.
- Ты с ума сошла?
- Водички выпьешь или чего покрепче?
Помнишь, в декабре, когда я
прилетала на похороны бабушки,
ты меня отправила к ней
домой за браслетом?
- Каким браслетом?
- Серебряным с агатом,
в котором она хотела
быть похороненной.
Так вот, кроме браслета
я нашла кое-что ещё.
(тихая музыка)
Куда он делся?
(тихая музыка)
(голос Виктории): - Серёжа любит
меня, от этого ещё больнее.
Он хочет воспитывать Соню.
А её настоящий отец не способен
быть отцом. Мы не нужны ему.
Ему ничего не нужно, кроме войны,
опасности и жизни на грани.
Если бы я знала, что Никита -
адреналиновый наркоман!
А даже если бы знала,
ничего бы это не изменило.
Я не знаю, что мне делать.
Хотя знаю.
(Соня):
- Узнаёшь?
- Разве приличный человек будет
читать чужие дневники и письма?
- Ну ещё скажи, что это низость.
Никита ведь не знает,
что у него есть дочь, так?
- Нет.
А если бы узнал,
ничего бы не изменилось.
- Ну не знаю.
Я тебя недооценила, оказывается.
Вот так вот всё просто
решить за всех.
За меня, за Никиту.
А если бы я не нашла этот дневник?
- Лучше не находила бы.
- А-а,
и ты собиралась врать мне
всю жизнь, да?
И эта женщина ещё будет
рассуждать о порядочности!
- Ты не знаешь, что я пережила тогда.
- Мам, да прошло уже двадцать лет.
Может, уже хватит ненавидеть?
- Я ненавижу Никиту Ершова не за то,
что случилось со мной.
- А за что тогда?
(грустная музыка)
- За то, что не смогла его забыть.
(тихая лирическая музыка)
- Горячий.
Ты очень его любила?
- Да.
- Почему тогда осталась с папой?
- Там разве не написано?
- Я хочу услышать от тебя.
- Я хотела, чтобы твой отец
всегда был рядом,
а не где-нибудь в очередной горячей
точке за тысячи километров.
- Но ты же даже не дала ему шанса.
- Я слишком хорошо знаю Ершова.
Знала.
Его настоящая жизнь была там,
куда он уезжал.
Он постоянно сбегал от меня
в свой фронтовой рай.
А я оставалась одна,
умирала от страха,
от мысли: жив, не жив,
вернётся, не вернётся?
- Но он это делал для людей,
чтобы все знали правду.
Это его работа.
- Конечно.
Ради всех людей можно пожертвовать
одним человеком, правда?
Неважно, что он тебя любит.
- Ну, всё равно ты не имела права
за него решать.
- Когда я забеременела,
я хотела ему всё рассказать.
Я даже просила задержаться его
на несколько дней,
чтобы побыть с ним,
чтобы он отложил свою командировку.
Но он был так одержим
своей новой войной,
не задержался даже на час.
Всё. Всё. Во мне тогда что-то
сломалось.
(грустная музыка)
Прости меня, пожалуйста.
- Я позвонила ему, он скоро приедет.
- Так, оказывается, Никита -
твой папа? Я как чувствовала.
С вами не соскучишься.
- Подслушивала?
- Конечно, ни за что
такое не пропущу.
- Не очень-то красиво
с твоей стороны.
- Зато интересно.
- Ну и что они там, ругаются?
- Сначала разговаривали,
теперь молчат.
Ты рада, что он появился?
- Да, не знаю,
какое-то странное чувство.
- Нет, ну если он тебе не нужен,
Никита, можешь мне его уступить.
Мне такой папа в самый раз.
Ешь сушку, помогает, а ещё
дыхательная гимнастика "цзяньфэй".
Показать?
- Ну покажи.
(шумно дышит)
- Меня Саша научила.
- Скучаешь по ней?
- Мы с Сашей обязательно встретимся.
Когда я доберусь до неба,
то должна буду сказать два слова:
"Большой камешек". И все на небе
поймут и отвезут меня туда,
где не бывает снега.
- А что это такое "Большой камешек"?
- Это станция
небесно-железнодорожная.
Саша будет ждать меня там, и мы
с ней больше никогда не расстанемся.
Это сказка, конечно.
- А может, и не сказка.
- Я всё равно скучаю,
хоть Саша и запретила.
- Мы с отцом не ладили,
но... я тоже по нему скучаю.
- Ну, похоже, вас оставили в покое.
- Угу, только я успела привязаться
ко всем этим папарацци,
как теперь их нет. Ну ладно.
Наверняка где-то новая резня
бензопилой приключилась.
Ничего такого не слышали?
- Мы с тобой договаривались на ты.
- А-а, да, просто мне ещё надо
привыкнуть к этому всему.
И к тебе тоже.
- Нет проблем, я всё понимаю.
- Но я буду тренироваться.
Вот сейчас и начну.
У... тебя дела?
- Да, у меня встреча
по поводу вчерашнего.
- А с тобой можно?
- Мама не будет против?
- Мама нейтрализована, деморализована
и привыкает к новой реальности.
Я думаю, ей лучше не мешать.
К тому же с ней Маруська.
- Она забавная.
- Ещё бы! Огонь-девица.
- Не переживай, это дело житейское.
- Что именно?
- Вот я, например, не знаю
своего папу и знать не хочу.
- А если бы он сам объявился?
- Честно говоря, если бы я могла
выбирать, то я бы выбрала Горана.
Нет, он трус.
Но хороший и любит меня.
- А это важно, трус или не трус?
- Кто-то же должен нас защищать.
Вот Никита, например.
- А что Никита?
- Он бы мне подошёл стопудово.
Вот только Сонька его
уже заграбастала.
(тихая музыка)
- Можно я тебя обниму?
- Ну ладно, только в этот раз.
- Раньше такого не было,
чтобы за пару часов до гонок
всё перекрывали.
- А в чём причина?
- Да любая может быть.
Им разве причина нужна?
Им важно нас отсюда выдавить.
- Поставили знак "дорожные работы".
Установили пластиковые заграждения.
- А в пять утра уже ничего
такого не было,
на знака, ни ограждений,
никаких дорожных работ.
- Откуда знаешь?
- Я здесь в пять утра и проезжал.
- Ясно. Спасибо, ребята. Пойдём.
- Девушка, а приходите на гонки
в ближайшее воскресенье.
Сборы здесь в 22:00.
Меня Макс зовут, а вас?
(Никита): - Соня!
- Приятно познакомиться, Соня.
Так, что я жду вас
в воскресенье в 22:00?
- Что он хотел?
- Ну-у, меня, наверное, только что
на свидание позвали.
- Я знаю этот тип.
Это адреналиновые наркоманы.
Держись от них подальше.
Садись в машину.
- Где-то я это уже слышала.
- Так, коммунальщиков
и дорожных работ там не было.
Но это и понятно.
Это нам чёрную метку прислали.
- Но твоя реакция и опыт нас спасли.
- Опыт и реакция здесь ни при чём.
Если бы нас хотели убить,
нас бы убили.
А так просто пока предупредили.
- Да, типа "не влезай, убьёт"?
- Угу.
Поэтому с этого момента
ты выходишь из дела.
Дальше я разбираюсь один.
- Посмотрим.
- Упрямая, да?
- Есть в кого.
Слушай, а может,
это из-за Воронежа?
Ты узнал про Мурадова.
Может, это и есть ключ?
- Ты знаешь, я тоже об этом думаю.
С него всё началось.
Не появись он в жизни
Александры, возможно,
у неё сложилось бы всё по-другому.
И у неё, и у Маруси.
- Да всё и так по-другому.
Просто я не понимаю, как можно
ребёнка обрекать на скитания.
- Ты знаешь,
иногда жизнь сильнее нас.
Иногда мы просто не можем
выбраться из колеи.
(тихая музыка)
- В лошадь, в лошадь давай.
Ура! Всё, теперь я, теперь я.
- Подожди, подожди.
Давай. - Ага.
- Становись, бери аккуратно.
Аккуратно, раз, два, три.
- А-а, попала!
(кричат)
- Нормально?
- Нормально.
- Ой!
- Тихо, тихо.
- Всё. Всё-всё-всё.
Я не научусь.
- Ну давай, всё получится.
- Нет, я безнадёжен.
- Давай-давай, это не так. Пойдём.
- Ну хорошо. Подожди, я сам. Сам.
Опа!
- Папа! - Что, что?
- Папа!
- А-а!
Всё нормально! Я живой, всё хорошо!
Всё хорошо.
Всё нормально. Всё нормально.
Сейчас. Сейчас, сейчас.
(сигнал сообщения)
(тихая беспокойная музыка)
(напряжённая музыка)
(мужской голос):
- Ты Маруся? Стой!
(тревожная музыка)
- Эй, парень, вы к кому приехали?
Машину убрал.
- Похоже, ошиблись.
Извини, братан. Уезжаем.
(тревожная музыка)
(Никита): - И вот представь, темнота,
хоть глаз выколи.
Я пробираюсь вдоль забора,
а сразу за забором боевики.
И вдруг передо мной два силуэта.
И всё, я понимаю, что бежать некуда,
а обнаружить меня, ну, буквально
пару секунд.
Веришь? Как говорят, вся жизнь
перед глазами пробежала.
- Ну, и что?
- Я присмотрелся.
Они не шевелятся.
Ну странно как-то.
Думаю, дай подойду ближе.
Ну всё равно терять уже нечего.
Подкрадываюсь,
а это две картонные фигуры.
Знаешь, которые у магазина стоят.
И понятно, сам магазин тоже,
разграбленный, конечно.
Да, я тогда радовался,
как сумасшедший.
- А расскажи про плен.
Я видела видос в Интернете.
(тихая гитарная музыка)
- Ну, если видела,
то мне добавить нечего.
- Но я после этого не нашла репортажа
из горячих точек.
- А их после этого и не было.
- Это ты?
- А кого ты здесь ждала?
- Нельзя так пугать ребёнка.
- Ой... Фу!
- А как ты меня нашла в мусоре?
- Поставила себя на твоё место.
Ладно, всё, пойдём домой.
Мне тебя час отмывать
от твоих подвигов.
- Нет.
- Что значит, нет?
- Они теперь знают, где я живу.
Я не вернусь.
Мы никогда в такие места
не возвращаемся.
- Маруся, что за шпионские игры?
- Ну ладно, я пошла.
- Стой, подожди! Куда ты пошла?
Ладно, хорошо, я сейчас возьму
машину, и мы поедем.
Договорились? - Угу.
- Жди меня здесь.
- Стойте! Подождите! Стойте!
- Тебе что, жить надоело?!
Под колёса бросаешься!
- Помогите, пожалуйста!
- А вы, мамаша, куда смотрите?!
Почему за ребёнком
не приглядываете?!
- Пожалуйста, бабуля умирает!
- Вы чего, из дурки сбежали?
- Моя бабуля умирает! Моя бабуля!
Никто не хочет нас везти!
- И я вас не повезу!
- Подождите, постойте,
помогите, пожалуйста.
Мы в отчаянном положении.
Мы вам заплатим, сколько скажете.
- Ну будьте человеком.
- Залезайте.
- Спасибо!
- Спасибо в карман не положишь
и в стакан не нальёшь.
- Ты можешь мне объяснить,
что произошло? Что это за люди?
- Откуда я знаю?
- Тогда почему ты рванула,
не разобравшись.
- Ну что ты глупости говоришь?
Если бы я со всякими
отморозками разбиралась,
я бы не дожила до своих восьми лет.
- А если ты ошиблась?
- Я отморозков за версту чую.
- Высажу здесь.
(Виктория): - Да-да.
- Мадам, а расплатиться не желаете?
- Подождите пару минут,
я сейчас принесу деньги.
- Пусть дочка останется в машине,
а то слишком много
шарлатанов развелось.
- Иди, не напрягайся.
- О, молодец.
(беспокойная музыка)
- Маруся!
- Он немного подумал и понял,
что хорошая карма важнее
пары сотен рубликов.
- Как ты думаешь, я с тобой доживу
хотя бы до утра?
- Придётся постараться.
(звонит телефон)
- Да, Рита, что-то случилось?
(Рита): - Да, у вас на завтра была
назначена встреча с Куксиным.
- Да, я помню.
(Рита):
- Мне сейчас позвонил его помощник.
Куксина с приступом аппендицита
увезли в больницу.
- Маруся, ты где?!
(Рита):
- Что у вас там происходит?
- Маруся, ты с ума сошла?
Слезай!
(Рита):
- Виктория, что у вас там происходит?
- Извини, пожалуйста, у меня тут
совершенно несносный ребёнок.
Рита, я хотела тебя попросить.
Ты могла бы нас приютить
на одну ночь?
А то мы остались на улице без денег,
без ключей. Тихо.
(Рита): - Куда подъехать?
- Студия "Инсайт".
Помнишь, ты мне присылала адрес?
- Хорошо, буду через 15 минут.
- Спасибо. Значит, так.
Сейчас приедет моя подруга.
Постарайся её не напугать. Хорошо?
- Угу.
- Привет.
- Привет, я Рита.
- Маруся. Ты подруга Вики?
- Подчинённая.
- Ну что, поедем или какой-нибудь
мусорный бак поищем для ночёвки?
- Ну ладно, с ней поеду.
- Ну поехали.
- Мама тебе точно разрешила
остаться ночевать?
- Ну, не веришь, позвони
и сам спроси.
Почему не верю? Верю.
(тихая музыка)
- Держи.
- А у тебя есть какой-нибудь
другое полотенце, с котиками там
или с порше турбо кабриолет?
- Во-первых, у меня все
полотенца одинаковые.
А во-вторых, тебе такие
в самый раз. Давай.
- Ну ладно.
- Ну так как вы на улице оказались?
- Это какая-то дикая история.
За Марусей приехали двое отморозков,
ну, как она утверждает.
Пришлось бежать.
- Там почему полицию не вызвать?
Я не понимаю.
- У меня ребёнок без документов
и без родителей.
Я не думаю, что полиция сможет
её защитить.
- А вы сможете?
- Ты права.
Но я буду очень стараться.
- Сказать, как поступила бы я?
- Давай.
- Я бы позвонила в полицию
и передала бы им ребёнка.
Возможно, это из-за её матери
погиб Сергей Николаевич.
- Её сразу отправят в детский дом.
(Рита): - Ну не в костёр же кинут.
К тому же, могут найтись
её родственники.
(Виктория): - Да, Рита, ты как всегда
очень здраво рассуждаешь.
Но дело в том,
что я привязалась к Марусе.
Я хочу, чтобы девочка
осталась у меня.
(звонок в дверь)
(Рита):
- Давайте, я приготовлю постель,
поспите вдвоём в моей комнате.
- А ты? У тебя одна кровать.
- Сурикат был неправ.
- Давай не сегодня.
- Ну, говорю же, был неправ.
Не наказывай меня.
- У меня и в мыслях не было.
Но иди домой, я правда занята.
Извини. Давай.
- Я знала, что вы встречаетесь.
Кажется, я знаю,
кто нам может помочь.
- Слуцкий-старший?
Так что прости, что мы
тебя побеспокоили.
И Виктора пришлось прогнать.
- Ничего, он привык.
- Ты правда считаешь, что меня нужно
сдать в полицию или детдом?
- Ну а как по-другому тебя
можно легализовать?
Только через государственные органы.
Нет, ну, Виктория Петровна, конечно,
может и горы свернуть, если что.
Но документы-то она
тебе не нарисует.
- А почему ты сама
не позвонишь в полицию?
Давай звони.
- А это не моё дело, решать Виктории.
Я просто высказала своё мнение.
- Он скоро приедет.
Прости ещё раз,
что мы тебя побеспокоили.
- Да ладно, пустяки.
- Что?
- Да я всё думаю про Сашу.
Смерть Мурадова так сильно
её потрясла.
Она так и не смогла оправиться.
- Но по словам её
школьной учительницы,
он был её первой любовью.
А из того, что мне рассказала
Маруся, вывод один -
что его смерть стала причиной
Сашиной неприкаянной,
неспокойной жизни.
- И смерти.
А этот почему зачёркнут?
Списан со счетов,
как не оправдавший доверие?
- Думаешь, поторопился?
- Да я давно знаю Ранчина,
он много лет с отцом работал.
Не тянет он на убийцу.
Ладно, я пойду, мне ещё сон
надо досмотреть
про крушение дирижабля "Гинденбург".
Я рада, что ты появился.
- Когда я поняла, что эти двое
зачем-то ищут Марусю,
я ужасно испугалась.
- Да, неприятная история.
Хорошо, что их спугнули.
Я уже попросил приготовить
для вас комнаты.
Спокойно выспитесь, отдохнёте,
а утром мы обсудим дальнейший
план действий.
- Спасибо тебе огромное, Федя.
(пытается открыть дверь)
- Двери автоматически блокируются
при работающем двигателе.
- Так разблокируйте.
- Приедем на место, разблокирую.
- Маруся.
- Ты теперь здесь собираешься сидеть?
- Ой!
- Днём здесь не так страшно.
- Пойдём? Надо отдохнуть.
(лает собака)
- Помочь?
Я так понимаю, ты решила сбежать?
- Решила, и что?
- Не смею тебя задерживать,
но позволь заметить,
что место и время ты выбрала
крайне неудачно.
До города далеко,
место не самое проходное.
К тому же...
- Что, к тому же?
- Если Виктория проснётся
и обнаружит, что...
ты нас покинула,
она очень расстроится.
- Да?
- Будет безутешна.
- Кто здесь?


Серия 4

- Когда обнаружили жертву?
- Я прихожу к восьми вместе
с парнями. Они меня у клуба ждали.
Я сразу в тренерскую пошёл,
парни остались в зале.
Они её и нашли.
- Если вы клуб открываете в восемь,
то как сюда попала жертва?
- Рита?
У неё свои ключи.
- А ещё есть у кого-нибудь ключи
или вы всем выдаёте?
- Рита у меня лет десять тренируется.
Как родная уже.
Вот мы с ней и договорились.
Приходит, когда время есть,
хоть ночью.
- Я просил бы вас изложить на бумаге
всё, что вы мне сейчас рассказали.
Сержант вас проводит.
Ну что там?
- Пробита височная кость, смерть
наступила фактически мгновенно.
Судмедэксперт высказал
предположение,
что удар был совершён
тупым предметом.
- Гантелью, что ли?
- Да хоть чем угодно.
- Да девчонка десять лет
занималась боксом
и так легко позволила себя убить?
- Ну и что, что десять лет?
Может быть,
кто-то пятнадцать лет занимался.
- Время смерти установили?
- Предварительно 07:00 - 07:20.
- Не нравится мне всё это.
Сначала Голубев,
затем его помощница.
- То, что эти оба убийства связаны,
это однозначно, к гадалке не ходи.
- А ведь девчонка знала что-то.
Она мне вчера позвонила, сказала,
что у неё есть какие-то соображения.
Мы договорились,
что я подъеду на канал и...
Вот ведь как.
- А ты уверена, что преследовали
именно её?
- Что ты хочешь сказать?
- Ну просто её могли выбрать
случайно, просто потому,
что она попала в поле зрения.
В любом случае вам стоило бы
вызвать полицию.
- И Марусю бы сразу забрали.
Я не хочу, чтобы она оказалась
в детском доме.
- Ну, думаю до этого
дело не дойдёт.
- Правда?
- Конечно, я же обещал тебе.
Сделаю всё возможное.
- Спасибо.
Федь, а помнишь наш обед
с Серёжей в ресторане?
Мне тогда позвонили, я вышла,
а когда вернулась,
мне показалось, что Серёжа
нервничает. О чём вы тогда говорили?
- Ну о том, что не нужно нервничать,
и всё разрешимо.
Правда, тогда я не знал,
что ситуация решится именно так.
- Ему угрожала опасность?
Это как-то связано с матерью Маруси?
- Это связано с прошлым Сергея,
и боюсь, что правда о нём
тебе бы не понравилась.
- Ну так скажи. А я уже решу.
- Знаешь, я и сам ещё до конца
не разобрался, в чём дело.
В любом случае Сергей остаётся
моим другом,
и я буду защищать его даже мёртвого.
- Вы своих детей тоже с утра
бутербродами пичкаете?
- Послушай, поговори
с Нелли Ефимовной,
она сделает тебе всё, что ты хочешь.
- Тогда жареный баррамунди
и суп из акульих плавников.
- Скажу, чтобы сварили овсянку.
- Я у кого в команде?
- Прости, не понял, что?
- Ну, у вас здесь не стол,
а целое поле футбольное.
- Да, с ней действительно
не соскучишься.
Ну ладно, мне нужно ехать по делам.
А вы чувствуйте себя как дома.
- Спасибо тебе.
- Угу.
- Ну и что это было?
Что за показательные выступления?
- Не, не показательные,
короткая программа.
- Ты вела себя некрасиво.
Фёдор - большой друг нашей семьи.
И мы многим ему обязаны.
- Я-то не обязана.
- А элементарной вежливости
тебя не учили?
- Дай-ка подумаю. Учили осьминогов
на кусок целлофана ловить.
На мотоцикле кататься,
как кровь из носа остановить.
А про вежливость, не, не помню.
- Между прочим, Фёдор обещал
нам помочь.
И он обязательно это сделает.
Куда же он подевался?
- По делам уехал. Не помнишь разве?
- Да я про телефон.
Может, в машине его обронила?
- Не было его там.
Я бы заметила.
Я всегда всё осматриваю.
Вдруг что-нибудь
интересненькое найду?
- Ну ладно, может, вечером найдётся.
- Я тут не собираюсь
до вечера сидеть.
Чем быстрее уйдём, тем лучше.
- Глупости.
- Этот твой Фёдор - он опаснее
всех опасных.
И глаза у него как у дохлой рыбы.
- Так, вот что я тебе скажу:
людям нужно верить.
А если считать, что все они хотят
причинить зло,
то лучше с людьми не жить,
а жить, например, с осьминогами.
- Есть новости, Геннадьич.
Раздобыл адрес съёмной квартиры
Маргариты Сажиной.
Ордерок бы.
- Александра Войтенко.
- Что?
- Так звали женщину, погибшую
вместе с Голубевым.
1984 года рождения,
уроженка Воронежа,
имеет дочь Марию.
Год назад они вернулись
в Россию из Черногории.
- Погранцы помогли?
- Угу.
В любом случае нам срочно нужно
подавать в розыск эту девочку.
- Беру назад свои
слава про осьминогов.
- А я про дохлую рыбу не беру.
Короче, делаем ноги. Ты со мной?
- Маруся.
Почему нужно всё время
куда-то убегать?
- Потому что так правильно.
Мы с Сашей всегда так делали.
- Вас кто-то преследовал?
- Не знаю.
Просто не было никогда по-другому.
Не люблю все эти обнимашки.
- Прости.
- Нет, мне нравилась наша жизнь.
Жалко только нельзя было
кота завести.
А мне очень хотелось.
У меня даже был друг кот,
когда мы жили в этом,
как его, в Брно.
Подожди.
Вот мой друг кот. Это сфинкс.
- Да, я знаю.
Как его звали?
- Я бы назвала его Домино.
- Никитос!
- А.
Давай быстрее,
я на встречу тороплюсь.
- Помнишь про подпольное казино,
что я тебе рассказывал? - Помню.
- Вот, мне удалось сегодня ночью
туда просочиться.
Я кое-что там снял.
Точнее, кое-кого.
Материал - бомба.
- Хорошо, я посмотрю.
- Ну что, до вечера тогда?
- Да, до вечера.
- И обмозгуем тогда, что с ним делать
и под каким соусом подавать? - Да.
- Всё, давай, пока.
- Пока.
- Знаешь, сколько здесь камер
на заборе? Двенадцать.
Зачем человеку столько?
- Он очень крупный бизнесмен
и поэтому со всей серьёзностью
относится к своей безопасности.
- А, мы в Констанце тоже
с одним бизнесменом жили.
Так у него кроме камер,
ещё и собаки имелись.
Правда, его потом посадили.
Зато он меня научил любую собаку
взглядом вырубать.
Не веришь?
- Почему не верю? Верю.
- А веришь, что мы здесь пленники?
- Опять ты за своё?
- Если думаешь, что не так,
пойди попроси телефон у охранника
Соньке позвонить.
- Да нет, я и так вчера весь день
ей названивала, она трубку не брала.
Наверное, Соня права,
нам нужно взять паузу.
(беспокойная музыка)
- Здравствуйте, я Маруся,
в гости сюда приехала к дяде Фёдору.
А можно у вас телефон одолжить?
Пожалуйста.
- Так, девочка,
ты чего здесь делаешь?
Посторонним сюда нельзя.
- Я гость.
- Гостям - тем более.
- Значит, не дадите телефон?
- Нет, не дадим.
- Ну ладно.
Расскажу дяде Фёдору о том,
какие вы хорошие.
- Да на здоровье.
- С тебя коньяк.
- Не вопрос. Что удалось узнать?
- Ну, этот твой Мурадов был киллером
в одной крупной
бандитской группировке.
Молодой парень, бывший вэдэвэшник.
Борзо начинал, но кончил печально,
убрали свои.
Чем не угодил, остаётся только
гадать, то ли решил выйти из дела,
то ли начать свою игру.
А может, всё сразу.
- А чем занималась группировка?
- Набор стандартный.
Оружие, наркотики,
торговля нефтепродуктами.
Когда начинали бить по хвостам,
то повязали низшее
и часть среднего звена.
До верха добраться не удалось.
Все концы были обрублены.
Я не удивлюсь, если те,
кто в живых остался,
сейчас по банкам заседают.
- Слушай, а в деле такое имя как
Александра Войтенко не встречалось?
- Ничего похожего. Кто это?
- Ну, это его девушка, точнее,
была какое-то время.
- Если вовремя соскочила,
считай, повезло.
- Не повезло.
- Вот, здесь всё, что удалось найти
по делу Мурадова.
Слушай, хорошие пельмени,
рекомендую.
- Ну, Женя, как бы ты
охарактеризовал хозяйку?
- Спарта рулит.
- Косметики маловато, это точно.
- Да что маловато? Её тут совсем нет.
Вон, шампунь, и тот мужской.
Порядок как в казарме.
- И тебе больше ничего
в глаза не бросается?
- Нет, а должно?
- Ну ты присмотрись внимательно.
- Да ладно тебе, Геннадьич.
Хватит унижать оперативный состав.
Давай уже, где, что?
- Дорогая вещь.
Если ты себе такую купишь,
то денег у тебя от зарплаты
останется ровно на три дня.
- Ну, погибшая-то у нас дама не
бедная была, могла себе позволить.
- Могла-то могла, да только вряд ли
захотела бы.
Не тот типаж.
Наш типаж - это спортивная майка,
заправленная в трусы.
А это дамская штучка с претензией.
- Думаешь?
- "Вика, уехал по срочным делам,
буду очень поздно. Сергей".
- Приплыли. Судя по именам, это
Голубев записку своей жене писал.
Только вот как она тут оказалась?
- Вот об этом мы вдовушку и спросим.
- Товарищ капитан, там мужчина
пришёл, говорит, что он отец.
- Уже иду.
- Вот он.
- Примите мои соболезнования,
Роман Сергеевич.
- И что мне делать
с вашими соболезнованиями?
Куда их сунешь?
- Понимаю ваши чувства.
- А я вот что скажу: всё к тому шло.
Если девушка квартиру снимает,
чтобы мужиков водить,
добром это точно не кончится.
- И много их было, мужиков?
- Ну да, немного.
А одного я точно видел.
Третьего дня заглянул я,
стало быть, к дочери,
ну, узнать, как она,
то да сё.
И чего же? Вылезает из комнаты
этот чёрт нетруженый.
А дочка с ним ссориться начала
прямо на моих глазах.
- А он ей угрожал, этот парень?
- Может, и угрожал, а может,
и жить за её счёт собирался.
- Погоди-ка, так вот же он,
тот чёрт.
- Опоздал ты, братец. Опоздал.
Нету больше Риты, нету!
- Я просто хочу знать, где она.
- Я уже вам объяснял.
- Я просто хотел ей сказать
что-то очень важное.
Зачем я только откладывал?
Хотел, чтобы она стала моей женой.
- Сочувствую вам.
- Я раз двадцать хотел всучить ей
это кольцо.
Даже не уверен, что ей
это было нужно.
Что мне теперь делать?
- Для начала взять себя в руки.
Когда вы виделись последний раз?
- Вчера.
Я приехал вечером,
но она выставила меня за дверь.
Мне показалось,
что в квартире кто-то есть.
- А вы не знаете,
кто бы это мог быть?
- Нет. - Что вы сделали
после того, как ушли отсюда?
- Я был очень расстроен.
Поехал к друзьям в клуб.
Потом мы все вместе
поехали ко мне.
- А друзья это могут подтвердить?
- Конечно.
Вы мне что, не верите?
Подозреваете, что это я?
- Скажите, у Риты были враги?
- Нет.
Но я бы не удивился.
- Ясно.
- Что с Голубевой? Дозвонился?
- Нет, телефон вне зоны доступа.
- Интересное кино.
Ладно, сам к ней съезжу.
(Женя): - Хоть бы не снёс никого
из-за расстройства.
(Копейкин):
- Накаркаешь сейчас.
- Тот разговор в ресторане,
помнишь, ты спрашивала?
- Да.
- Сергей сказал мне,
что его нашла женщина,
которая угрожала неким компроматом.
Не столько ему, сколько одному
довольно влиятельному человеку.
Имени Сергей не назвал, сказал лишь,
что вся эта история может задеть
его самого по касательной.
- К Серёже можно было
как угодно относиться,
но он был честным человеком.
- Я ни на секунду в этом
не сомневаюсь, Викунь.
Но иногда маленькая оплошность,
совершённая в прошлом,
может полностью
зачеркнуть настоящее.
Но я обещал тебе защищать его имя.
- Спасибо.
- И защищать нужно не только его,
но и девочку.
- Марусю?
- Не исключено, что ключ к разгадке
находится именно у неё.
Она может не знать о ключе,
но просто носить его с собой.
Её мать была умной женщиной,
раз уж ей столько лет удавалось
уходить от преследования.
- И что делать?
- Поговори с Марусей.
Вдруг она что-то знает?
- Хорошо, я постараюсь
с ней поговорить.
Да, Федь, мне кажется,
я где-то потеряла свой телефон.
Может быть, у тебя в машине?
Находил?
- Я - нет. Может быть, мой водитель
находил? Я уточню.
Если тебе нужно позвонить,
можешь воспользоваться моим.
Возьми, Соня же, наверное,
волнуется.
- Марусе, правда, угрожает опасность?
- Я бы не сбрасывал это со счетов.
- Хорошо, я поговорю с ней.
- О, гроза всех застройщиков товарищ
Волков, бюджетный комитет отметился.
Короче, слуги народа
в естественной среде.
(беспокойная музыка)
Юрка...
Чёрт. Опять играть начал.
- Значит, Саша тебе точно никакой
флешки не отдавала? - Не-а.
- Может быть, ты знаешь что-то
про аккаунты Саши в Интернете?
- Саша говорила,
что Сеть потому и Сеть, что сеть.
Попадёшь в неё, хрен выпутаешься.
- Действительно похоже на паранойю.
- Если у тебя паранойя, то это
не значит, что за тобой не следят.
- Это ещё что?
- Саша говорила - возьми, пригодится.
- Больше она ничего не говорила?
Не просила тебя что-то запомнить?
- Говорила, что когда умрёт,
будет ждать меня
на станции "Большой камешек".
- А вот этот ключ, он от чего?
- Не знаю, просто красивый.
Спёрла на блошином рынке.
Если бы у меня был настоящий дом,
он бы таким ключом открывался.
Что ещё?
Айпад мне Горан подарил с играми.
Я в них сто лет играю.
Но самая крутая, конечно же,
"Санни Банни".
Я предпоследний уровень прошла,
а дальше никак.
- А больше в айпаде ничего нет?
- "Скайп" есть, настройки
и больше ничего.
А, вот, мы с Сашей иногда играли
в города. Это важно?
- Боюсь, что нет.
- А если города были
одни и те же всегда?
(беспокойная музыка)
Дубровник, Кёльн, Новосибирск,
Карловы Вары.
Рейкьявик.
Мне нужно подумать.
(собака лает)
- Ах ты гадина!
Облаиваешь кормящую руку?
Чахла бы тут сейчас над пустыми
мисками, если бы не я.
Скажи лучше, где мама с Маруськой?
Телефон вне доступа.
(звонит домофон)
- Добрый день,
это следователь Копейкин.
Я могу переговорить
с Викторией Петровной?
- Мамы нет дома.
- А вы Софья, да?
Мы уже встречались с вами.
- Я помню.
- Я могу войти?
- Я проверял, ни в одном каталоге
компьютерных игр
такой игры не существует.
- Может, её специально
для Маруси сочинили?
- Эй, кто-нибудь знает английский?
Тут нужно кое-что перевести.
А то я только сербский
и чешский знаю.
- Что тебе нужно перевести?
- Большой камешек.
- Биг стоун.
- Не, не подходит.
- Попробуй ещё -
Биг пэбл.
- Подходит "пэбл".
Вот она, эта станция!
А я до неё никак добраться
не могла, думала, что глюк.
Даже игру удалить хотела,
а она не удалялась.
Пароль из десяти символов.
"Ввести в игровое поле".
Так, "Дубровник"...
- На указателе "Дубровник".
- Дубровник. На указателе - 32.
(беспокойная музыка)
Так, Кёльн. На указателе Кёльн.
Пятнадцать. Новосибирск.
Шестьдесят. Карловы Вары - 35.
Рейкьявик...
- На указателе Рейкьявик.
- Двадцать.
(беспокойная музыка)
Получилось! Что это?
Там какие-то документы.
- Ты позволишь?
- Нет. Я сама прочту.
"Здесь собраны факты,
схемы и документы,
проливающие свет на преступную
деятельность Фёдора Слуцкого,
виновного в гибели
Константина Мурадова...
(тревожная музыка)
Я тебе говорила, а ты мне не верила!
Ты хуже этой дохлой рыбы!
Предательница!
(тревожная музыка)
- Пусти! Пустите меня!
- Пустите её! Пустите её!
(беспокойная музыка)
(звонит телефон)
- Да. Что?
(тревожная музыка)
- Сколько я тебя знаю?
- Двадцать лет, Викуля.
Двадцать лет.
Тебе не в чем упрекнуть меня.
- Те, кто мог тебя упрекнуть,
давно уже мертвы.
- Моё персональное кладбище
весьма скромных размеров.
Поверь. Я совсем
не кровожадный человек
и предпочёл бы другое время
и другую биографию.
Но мы не выбираем
и не выбирали, ни я, ни Сергей.
- Ты хочешь всё свалить
на мёртвого человека?
- Ну ты же умная девочка, Викуля.
Если бы было по-другому,
разве эта полусумасшедшая баба
смогла оказаться в машине Сергея?
- Ты убил их?
- Нет, я приготовил деньги,
для того чтобы выкупить компромат.
Готов был заплатить любую сумму,
только бы эта вся
история не всплыла. Ради сына.
- Надеюсь, он не знает,
какое чудовище его отец?
(беспокойная музыка)
- Неведение моего мальчика
драгоценно.
И я порву любого,
кто осмелится его нарушить.
Ничто не должно бросить тень
на его будущую карьеру.
- Какую карьеру ты ему готовишь?
- Политика.
А в политике важны
репутационные институты. Увы.
- Ты не сможешь скрыть
все концы в воду.
Рано или поздно они всплывут.
- Да-да.
Всплывут, как мёртвые киты
кверху брюхом.
- Когда я вернулась домой...
Никита, они не ночевали дома.
- С чего ты взяла?
- Потому что и сумка, и машина,
и документы, всё на месте.
Их не было ночью и нет весь день.
И телефон вне зоны с самого утра.
- А вот это уже плохо.
- Ты даже не представляешь,
на сколько.
Днём следователь приходил.
Оказывается, Риту убили.
Это помощница моего отца.
А что, если?..
- Давай без этих если.
- Следователь сказал, что будет
запрашивать биллинг на сотовый.
Подожди. Подожди, я, кажется, знаю.
- Я бы и сам хотел разобраться в том,
что произошло,
почему машина была взорвана,
кто в этом виноват.
В конце концов, Сергей - мой друг.
- Думаешь, я тебе поверю?
- Тебе придётся.
Так же, как придётся молчать
обо всём том,
что ты здесь услышала
всё оставшуюся жизнь.
- Ты уверен, что я смогу это сделать?
- Не надо упрямиться, Викуля,
иначе близкие могут пострадать.
Нужно быть извергом,
чтобы допустить,
что с Сонечкой может случиться
что-то ужасное.
А может.
- А ты и, правда, чудовище.
- Ну вот, и помни об этом.
О том, что жизнь Сонечки
в твоих руках.
- Хорошо, если я пообещаю
тебе молчание,
что ты сделаешь с Марусей?
- Может быть, просто... смахнуть её?
Никто ведь не станет искать
маленькую сиротку
без документов. Правда?
Никто не заявит в полицию.
Я тебя напугал.
Ну прости, прости, дорогая.
- Она маленькая девочка,
никто не станет её слушать.
- Маленькая девочка
с тяжёлой наследственностью.
Но ничего, детский дом
быстро всё исправит.
Ах, да, прости.
Ты же хотела её удочерить?
Я даже и не против,
так даже лучше.
- Так ты нас отпустишь?
- Да, конечно.
Я даже довезу вас домой.
Но ты должна помнить об обещании,
которое мне дала,
и о тех последствиях, которые
обязательно наступят,
если ты это обещание не сдержишь.
- Так вот, теперь мы знаем,
где Маруська.
- Лихо у тебя получилось.
- Да это не у меня, это у Горана.
Он же типа, крутой айтишник.
Вот он и вшил Маруське
в планшет маячок.
- Пристегнись.
- Я не предательница.
- А теперь она тебя зачем подослала,
эта тухлая рыба?
- Я хочу, чтобы мы уехали отсюда.
Я хочу, чтобы ты осталась со мной.
- Сами с собой оставайтесь.
А я поеду к своему другу
коту в Брно.
(грустная музыка)
А я тебе говорила, что это ловушка,
а ты мне не верила.
- Погоди, я же была тут.
Точно, мы же сюда пару лет назад
к Слуцким приезжали.
Вот там в конце улицы особняк их.
- Да, до конца маршрута 130 метров.
- Блин, как я сразу-то не вспомнила,
они же старые друзья.
Неудивительно, что мама сразу
к нему рванула.
Он человек влиятельный,
много может.
- Но это всё понятно, но почему
у твоей мамы телефон не работает?
(беспокойная музыка)
- Я пошла.
- Может, я с тобой?
- Да нет, мы сами.
Будет маме сюрприз.
(тревожная музыка)
- Здрасте, дядя Федь.
- О-о, девочка моя.
Рад, рад видеть тебя.
Так мы с тобой и не поговорили
в прошлый раз.
Ну, не до того было.
Понятно, похороны.
- Да, спасибо вам за поддержку.
- Ну о чём ты, девочка моя!
Перестань, присаживайся.
Как там мама?
- Уже лучше.
А вы разве не виделись?
- Виделись, она приезжала
сюда пару дней назад
по поводу той девочки,
которую хотела удочерить.
Маруся, кажется?
- Да, Маруся.
- Значит, ты уже в курсе этой истории
и не против,
что у тебя появится сестричка, да?
- Она забавная.
А вы её не видели?
- Нет, я только слышал о ней.
Это, кажется, дочь той женщины,
которая погибла с твоим отцом?
Может быть, чаю?
- Спасибо.
- А как она, эта женщина, оказалась
в машине твоего отца?
- Да я не знаю, если честно. Спасибо.
Нас не особо в это посвящают.
- Ну, я обещал твоей матери помощь,
и я своё обещание сдержу.
Ну а ты какими судьбами здесь?
- Я? Да у меня тут друзья неподалёку.
Да. Дядя Федь, а я могу
туалетом воспользоваться?
- Конечно.
- Ага.
(тревожная музыка)
Чёрт.
(тревожная музыка)
(Федор): - Да, мой мальчик.
Это страшная трагедия, страшная.
- Ты прекрасно знаешь,
как я относился к Рите.
Я сам выбирал её для тебя.
Пожалуйста, дождись меня
на городской квартире.
Я только улажу одно дело
и сразу же приду.
(тревожная музыка)
- Ну вот видишь теперь? Это вчерашние
гады на гадской машине.
- Так, мартышку свою уйми.
- Сам ты мартышка, гамадрил.
- Маруся.
(тревожная музыка)
- Простите, нам же в город прямо.
- Там ремонт на двадцатом километре.
Пробка.
Так быстрее будет.
(тревожная музыка)
- Андрюха, это Ергшов.
Особняк Слуцкого.
Я тебе сейчас геометку пришлю,
посылай туда своих ребят.
(тревожная музыка)
- Беги!
- Держи её!
- Стоять!
- Отпусти!
(Маруся визжит):
- Отпусти меня, гамадрил! Укушу!
Отпусти!
- Сиди и не рыпайся.
(тревожная музыка)
- Держи.
- Тихо.
(тревожная музыка)
- Никита.
- Ч-ш-ш.
(тревожная музыка)
(выстрелы)
- Привет.
- Ты их убил?
- Да, каждого в ногу.
(смеётся)
- А я знала.
- Что с мамой и Маруськой? Где они?
- Не волнуйся, они в безопасности
и скоро будут здесь.
- Это... Это папа их спас?
- Папа? Чей?
- Мой папа. Никита Ершов.
(тихая музыка)
Ну что? Укачала малютку?
- Да.
Пришлось читать
орфоэпический словарь,
иначе не засыпала.
- Слушай, мам, тебе не кажется,
что она странная?
Я прямо чувствую родную кровь.
- Я тоже.
(Виктория): Ужасно, конечно,
что Слуцкий избежит наказания,
что он уничтожил документы.
(Соня): - Да ему и нынешних
преступлений хватит.
Его охранники с потрохами сдали.
(тихая музыка)
- Что это?
- Ссылка на Яндекс.Диск.
Там документы.
- Какие документы?
- Которые у меня в айпаде
были зашифрованы.
- Ты сейчас пошутила?
- Это не шутка.
- Подожди, там была
целая головоломка,
а это просто ссылка на Яндекс.Диск?
- Ну да. Там был лёгкий путь,
а это сложный.
- Ты уверена?
- Конечно, Саша всегда говорила:
"Сложно найти именно то,
что болтается на поверхности".
(все смеются)
(Никита):
- Ну что, решилась?
- Да, я всё-таки хочу всё знать.
Отец, Слуцкий...
- Хорошо.
В 90-е Слуцкий возглавлял очень
крупную криминальную группировку.
Штатным киллером в ней был Мурадов.
Прикрытием для группировки была
частная охранная компания "Кит".
Их, кстати, так и называли
в народе - "киты".
Со временем деньги были вложены
в легальный бизнес,
в том числе и в телекомпанию
твоего отца.
И никто бы никогда не узнал
о криминальном прошлом Слуцкого,
если бы в один прекрасный момент
не появилась Александра Войтенко.
Слуцкий запаниковал,
потому что он знал, что Войтенко
была девушкой Мурадова
и решил действовать комплексно.
Это прослушка телефона,
сетевые взломы.
Этим с его стороны занимались
пара айтишников,
ну а остальную грязную работу
делали отморозки из личной охраны.
Именно так он выманил
нас с тобой в промзону.
- Но я всё равно не понимаю,
почему Риту убили.
- Рита слышала телефонный разговор
твоего отца со Слуцким,
ну, о всплывших китах, а потом
в его архивах нашла договора
с охранной компанией "Кит".
Решила передать их Копейкину.
И этим самым подписала себе
смертный приговор.
Её телефон был на прослушке.
- Я всё равно не понимаю, он, правда,
думал, что ему всё с рук сойдёт?
- Я думаю, что он решил сначала
провести быстро грязную работу,
а потом уже спокойно, аккуратно
всё зачистить.
- Аккуратно всё зачистить - это
взорвать машину со своим другом, да?
- А вот тут, я думаю,
Слуцкий ни при чём.
Машину твоего отца
взорвал кто-то другой.
(тревожная музыка)
- У тебя не заперто.
- А у меня теперь никогда не заперто.
Чтобы если сдохну,
двери не пришлось ломать.
- Всё проиграл.
Давно играешь?
- Отыгрываюсь.
Вон, хату заложил.
(беспокойная музыка)
- Ты мне ничего рассказать не хочешь?
Ладно, в другой раз зайду.
- Это я их убил.
- Что?
- Взрывчатку я заложил.
Всего-то хотел напугать после того,
как меня выперли.
Я ведь двадцать лет...
Обидно, Никита.
Ведь всё рассчитано было,
чтобы никто не пострадал,
чтобы только тачку разнесло.
Кто же мог знать, что Голубев в три
часа ночи захочет куда-то поехать?
Да ещё не один.
Две жизни погубил, Никита.
Как жить мне теперь с этим, а?
(беспокойная музыка)
- С повинной явишься.
По-другому никак, Юр.
- Я, конечно, хотела, чтобы Соня
работала у меня.
Но похоже, на вашем канале появился
ещё один безбашенный репортёр.
- Я не против трудовых династий.
Ещё бы Маруся присоединилась.
- О-о, нет. На эту девочку
у меня другие планы.
- Теперь она твоя дочь
уже официально.
Знаешь, я хотел сказать...
- Тебе пора?
- Нет, нет, нет.
Это я виноват в том,
что тогда всё так получилось.
Так глупо потерять женщину, которую
любишь больше всего на свете.
Не было и дня, чтобы я
о тебе не думал. Даже там, в плену.
Я очень счастлив,
что у нас с тобой есть дочь.
- Быстро, иначе всё пропустим!
- Маруся, я к экзаменам готовлюсь.
- Пошли!
- Да что случилось-то?
- Увидишь.
- Ну пойдём.
(лирическая музыка)
- Спорим, что они сейчас поцелуются
на твои наушники беспроводные?
- Может быть, ты дашь мне
ещё один шанс?
- Ну всё, ты проиграла.
Гони наушники.
А если они сделают это ещё раз,
то купишь мне лысого кота?
 

////////////////////////////