Ведьма (1 сезон, 2019 год). Фразы и цитаты из сериала

Однажды вечером в глухой деревне кузнец Роман спасает тонущую в реке девушку. Спасенная не помнит о себе ничего, даже своего имени.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Звучит песня: "Быть бы мне деревом
на берегу реки,
Стужею северной
корни мои крепки,
Горечью горькой
листва на моих руках,
Выпью глотком одним
воду твою, река.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река,
звала за собою меня.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала за собою меня.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала
за собою меня".
ВЕДЬМА
- Привет, Рома.
Пригласить тебя на ужин сегодня хочу.
- Спасибо, конечно,
но я не могу: занят.
- У меня день рождения, Рома.
- Соня, я поздравляю, но...
- Ну я же тебя не на свидание зову -
просто день рождения.
Просто приходи.
Жизнь так быстро проходит.
Ты один, и я одна.
- Ты что сказать-то хочешь?
Как будто в любви признаешься.
- Любовь - это для подростков,
а мы с тобой взрослые, Рома.
Помнишь, как мы с тобой
гуляли в юности?
А ты так и не обнял.
Ты что, боялся меня, Ромка?
- Да давно это было, Соня.
Да и ты быстро замуж вышла.
- Ты тоже быстро женился.
Ну что, придешь?
Приходи. Просто поужинаем,
поговорим, помолчим.
Что дальше будет - вместе увидим.
- Ладно, приду.
- Обещаешь?
- Я уже сказал.
- Я буду ждать тебя хоть до утра.
Приходи.
Тетя Рая, здрасте. Как здоровье?
- А что ты такая счастливая?
- Ничего от вас не скроешь.
День рождения у меня.
- А я помню день, когда ты родилась.
Гроза была,
как сегодня собирается.
(Раскаты грома.)
А у людей, которые в такую погоду
рождаются, судьба будет бурная,
но бестолковая, как у тебя.
- Вот спасибо, славно поздравили.
- А что тебя поздравлять?
Мужа не удержала, детей у тебя нет.
- А я еще успею наверстать.
Я-то еще молодая.
- И правда.
(Раскаты грома.)
Да, наделает дел гроза.
Скоро твоя жизнь круто переменится.
- А я знаю.
- Привет, именинница.
Ух ты!
- Ты что пришла?
- Ты же меня приглашала.
Может, помочь чем надо?
- Чем помочь? - Приготовить
или убраться здесь могу.
- Так, не надо ничего.
Прости, пожалуйста, уходи.
Прости, я забыла,
что тебя пригласила. Извини.
- Подожди, а ты что, ждешь кого-то?
- Никого я не жду, что ты несешь?
Не трогай. - Не уйду,
пока не скажешь, кто придет.
- Так, ну-ка, брысь отсюда!
- Ой, все!
Сонька!
- Так, кыш!
- Переступишь порог - прокляну.
- Помощь твоя нужна.
- Я тебе помогать не буду.
- Это не мне.
Но она умирает!
- О, это мне цветы, что ли?
- Ты что так вырядился, а?
- Я не по девкам шляюсь,
на серьезное дело собрался.
- Ага. Что за серьезное дело?
- Слушай, к Роману по ночам
подозрительные люди приезжают.
Они у него точно краденое прячут.
- Ага. И что ты предлагаешь?
- А я предлагаю как у Карла Маркса:
грабь награбленное.
- Ты с ума сошел, что ли?
- Ну верное же дело!
Только я боюсь,
что один не справлюсь:
глаз уже не тот, скорость уже не та.
Пойдешь со мной?
- Да нет.
Я не думаю, что Рома с ними
какие-то дела имеет,
не такой он человек.
- Слушай, найдем золотишко -
мотоцикл купим.
- Мотоцикл?
Я тоже хочу мотоцикл.
- Ну!
- Когда идем?
- Сегодня ночью гроза будет,
все по домам попрячутся,
нас никто не увидит.
Давай для храбрости.
(Раскаты грома.)
- Ромка, я знала, что ты придешь!
Ты почему мокрый?
- Мне нужно что-то из твоей одежды.
- Что? Что происходит? Не понимаю.
- Не важно, просто дай мне
что-нибудь сухое.
Ты дашь или нет?
- У тебя кто-то есть.
(Раскаты грома.)
- Где искать-то?
- Ты давай в кузницу, а я - в сарай.
(Раскаты грома.)
- Боишься?
- Ай!
А то! У Романа, знаешь, рука тяжелая:
он молотом машет как перышком.
Привидение! Привидение! А-а!
- Не бойся!
(Вскрикивает.)
- Ты видел?
Вся в белом, глазищи вот такие!
Ты видел привидение?
- Я ангела видел.
- Сожги его.
- Кто она?
- Ничего не говори. Отвечай,
только если я тебя спрашиваю.
Чайник вскипяти.
Отвары будешь давать в том порядке,
в котором стоят.
Каждый час.
А эти сам запаришь.
А если вода замутнеет, как здесь,
выльешь.
Иди.
Сколько же на твоей судьбе всего!
Даже утонуть тебе не дали.
(Стонет.)
- Не нравится. Ч-ш-ш.
На то он и амулет.
Днем с ней ничего не случится,
а ночью охранять ее нужно.
- Рая...
Она жить будет?
- Ты еще не знаешь, во что ввязался.
- Соня... Ты чего?
Случилось что-то?
- Нет.
- Эй.
- В том-то и дело, что не случилось.
А должно было случиться.
- Понятно.
- Люблю я его, понимаешь? Люблю.
- Все они одинаковые.
- Ты меня понимаешь.
- Даже не представляешь,
как я тебя понимаю.
Сонька...
У тебя хоть муж был,
кавалеры вон за тобой бегают,
а у меня... никого.
Может, никогда и не будет.
Эй, ну что ты?
- Ромка приходил. Ромка.
- Да никуда он не денется.
Ну, Соня, посмотри на меня.
Кто у нас первая красавица?
- Я?
- Да. Не реви.
Красавица, красотка моя.
Все хорошо будет. Рева-корова.
- Доброе утро.
Не надо бояться.
Это я тебя из воды вытащил.
Ты была без сознания.
Хочешь пить?
Тебе надо попить горячего.
Не бойся. Здесь тебе
ничего не угрожает.
Я не знаю, что с тобой было раньше,
но со мной ты в безопасности.
Помнишь что-нибудь?
У тебя на голове след как от удара.
Может, поэтому и забыла?
- Прячься. К нам гости.
(Слышен лай собаки.)
Чего пришла?
Захворала?
- Захворала.
- Ну так я не врач.
- Врачи мне не помогут.
- Так и я тебе не помогу. Иди.
- Люди говорят,
ты мысли чужие видишь.
Сама же знаешь, зачем я пришла.
- Да где мне уж
в ваших делах разбираться?
- Приворожи, Рая.
- Грех это.
- Знаю.
- Не боишься, значит, греха?
Да, его мало кто боится.
Страшно потом становится,
когда срок расплаты приходит.
- Не будет страшно.
- А ты раньше времени-то не говори.
Пришла однажды девка к цыганке,
чтобы парня приворожить,
от жены его увести.
Николаем парня звали.
Денег дала. Та и приворожила.
- Получилось?
- Получилось все так,
как девка хотела.
Только каждому колдовству свой срок.
Стал Николай на жену поглядывать,
и снова прибежала девка.
Цыганка говорит: "Нельзя два раза
приворот на одного и того же делать".
Девка много денег дала.
Не устояла цыганка, сварила зелье.
Николай к жене не вернулся,
с девкой остался.
- Хорошо же. Любит, значит.
- Но и на этот раз
срок колдовства-то вышел.
И в третий раз
девка к цыганке прибежала.
Цыганка предупреждала,
что дважды привораживать опасно,
а в третий раз - беде быть.
Но купилась на золото.
- А дальше что?
- А дальше-то что -
не вернулся Николай к жене,
с полюбовницей остался.
Только после третьего раза ноги
у него отнялись, и всем стало плохо:
жена несчастна, он калека,
и девке такой полюбовник в тягость.
- Ну и что, пусть калекой будет,
но моим,
чем здоровым с ней останется.
- Через год Николай утопился.
- Это ты сделала.
- Какая разница?!
- Можешь же.
Приворожи, Рая, приворожи.
- Скоро твоя жизнь изменится.
- Когда уже изменится?
Каждый день жду -
ничего не меняется, все плохо.
- Сегодня. Иди.
- Ей-богу, не вру. То ли привидение,
то ли ангел, но красотища -
аж жуть берет!
Вот Борька может подтвердить.
Борька, ну чего ты молчишь?
Ты же видел.
- Что видел? Видел я...
Мы же были... Померещилось.
- Да...
Появилась у Ромки в окне:
волосы мокрые,
а глаза - вот такие вот!
- Ага! И сама тоже мокрая!
- И сама мокрая!
- А чего она мокрая?
Она что, русалка, что ли?
- Нет. Русалки - они с хвостом.
А эта - голая.
- Голая?
- Голая.
- А если мы сейчас пойдем к Ромке
и посмотрим?
- А пойдем! Конечно, только спорнем
на бутылку, что она там?
(Грохот упавшего ведра.)
- О, разбудил? Извини, не хотел.
Выспалась?
Вспомнила что-нибудь?
А выглядишь лучше. Давай я помогу.
- Не подходи ко мне.
- Тебе пора пить отвар.
- Не надо. Я не больная.
Нормально себя чувствую.
Где я?
- Ты далеко.
Надо сообщить твоим родным.
Но телефонов у нас нет.
Если ты мне скажешь, я могу
поехать в город и позвонить кому-то.
Я что-то не так сказал?
- Я не знаю, кому звонить.
Я вообще ничего не помню.
- Выпей. Это поможет.
Наша знахарка специально для тебя
варила. Она многим помогла.
Ей все верят.
- Горький.
- Я знаю.
- Что это?
- Лекарство.
Врачей у нас нет,
а это вроде чая травах.
Ты меня боишься?
- Я хочу домой.
- Ты помнишь, где твой дом?
Ты вообще помнишь, кто ты?
Как тебя зовут?
- Вот. Во.
Вот в этом окне, совершенно голая.
- Здрасте. Случилось чего?
- Говорят, у тебя там в окне
русалка голая.
Вот, как говорится,
полюбопытствовать зашли.
- А кто говорит?
- Вот Пятак и говорит.
- А, ну Пятак - источник надежный,
что ни скажет - все правда.
- А посмотреть-то можно? - Да.
- Нельзя.
- Ты, это, в дом-то пусти.
- Куда ты? Нет там никого.
Наврал ваш Пятак.
- Так, это, подождите, где...
Борька, ну...
- Ты их не бойся, они безобидные.
Но похоже, тебя кто-то видел.
- Я хочу уйти.
- Куда?
Ты даже имени своего не помнишь.
- Я вспомню. Я хочу домой.
- Куда домой? Для этого надо
вспомнить, где дом.
А для этого надо выздороветь,
так что пей.
- Да пусти меня,
я не хочу здесь оставаться!
Пусти меня! Пусти!
Ты что, здесь собираешься оставаться?
- Да, здесь.
Чтобы с тобой ничего не произошло.
Я не буду смотреть.
- Может, ты в другой комнате ляжешь?
- Хорошо. Выпьешь - я сразу уйду.
- А ты вообще знаешь,
из чего это зелье сделано?
- Я знаю, что оно помогает. Пей.
- Живая. Значит, лучше тебе.
- Вы меня знаете?
- Кое-что о тебе знаю.
- Это Рая, я про нее рассказывал.
- Не бойся, я с добром пришла.
Отвара свеженького принесла.
- Из чего отвар?
- Из того, что нужно тебе.
- Но пока вы мне не скажете,
я не буду его пить.
- Дело твое.
- Зачем?
- Вера лечит.
Если она не верит, ничего не поможет.
- Да если я больна,
мне лекарство нужно.
- Всякому живому существу,
чтобы жить, нужны воздух,
солнце и вода. И деньги - ерунда,
и лекарства - ерунда.
Только воздух, солнце и вода.
И... и еще любовь.
- Иди в дом.
Рая!
Как ей помочь?
- Если захочет, жить будет.
Но захочет ли - не знаю.
Сама она в реку бросилась,
никто ей в этом не помогал.
- Как - сама? Кто она такая?
- Она Маре Мартир.
- Тихо-тихо-тихо.
Борода, не меньжуйся.
Здорово, Ромка. Давно не виделись.
- Я сейчас.
Во двор не ходи.
- Тихо-тихо-тихо. Сейчас разберемся.
Что-то ты, Рома, плохо прячешь.
Не боишься, что увидят?
- Ты же мне не советы давать пришел.
- Рома, что-то ты не рад нас видеть.
Может, мы не вовремя?
- Вы никогда вовремя не будете.
Днем больше не приходите.
- Зря ты так, Рома. Вот зря.
- Как здоровье, тетя Рая?
- Ты это пришел спросить?
Или по делу?
- Я по делу. Только сразу не знаю,
как начать...
Тут издалека надо.
- Ну так начни издалека.
Будет скучно - остановлю тебя.
- А русалки взаправду существуют?
- А ты видел? Или от безделья
любопытствуешь?
- Видел. Кажется.
- Ну так кажется или видел?
- Видел. Молния озарила, и я увидел.
Она вся в белом, волосы мокрые...
- Пил.
- Выпил и... так, для храбрости.
- Что-то еще видел?
- Я так не все разглядел сразу.
Увидел только, что красивая очень.
Я прямо сейчас женился бы на ней.
- А что толку на ней жениться,
если мертвая она?
Утопленница.
- Так что, они правда существуют?
- Рассказывают, что русалки -
это незамужние девушки, утопленницы.
Земной радости не нашли -
так после смерти ищут.
- М-м. А...
А как сделать так, чтобы выманить их
из воды, чтобы увидеть-то?
- Так как любую девушку:
песнями, цветами.
- То есть с ними можно знакомиться?
- Конечно, можно.
Только ты на следующий день планов
не строй: домой не вернешься.
Утопит.
- Может, не русалка она вовсе?
Привидение? Вся в белом была.
Красивая! Как понять, кто это?
- Чего же тут гадать-то?
Тут и так ясно, кто это.
Горячка. Белая.
(Напевает.)
- О! Из-за тебя меня
взаправду побили.
Ты что не подтвердил про русалку-то?
- Я по делу.
- О! Так ты с извинениями!
Принимается. Всегда рады.
- Это самое, скажи, сколько я
выпил-то вчера? Только точно.
- А немного, нет. Вот так.
Чего?
Ты чего? Как это?
Без всякого удовольствия?
- А я не для удовольствия.
Я ее еще раз увидеть хочу.
- Кого?
- Горячку. Белую.
- Как ты себя чувствуешь?
- Голова сильно болит. Усталость.
Страшно.
- Тебе лучше полежать пока.
Страх - это от неизвестности.
Вспомнишь, что с тобой было -
все пройдет. Держи.
- Как я... как я вообще в реку
попала?
- Я не знаю.
Давай я лучше тебе поесть
приготовлю: картошки пожарю.
- Я не хочу.
- Да я вкусно умею.
- Я не хочу!
- Тогда выпей. Это нужно.
- Это не поможет.
- Ну и сколько в ней лошадиных сил?
- Много, дед, только они все
городские, на асфальт рассчитаны.
Ну что, поможешь?
- Вот, держи. Цепляй.
Вперед.
- Хорош!
- Тпру!
- Спасибо, батя!
- А вы как в наших краях оказались?
- Да так, знакомую ищем. Не встречал?
- Ух ты! Красивая.
Если б увидел - запомнил бы.
- Там с обратной стороны
номер телефона написан.
Если повстречаешь - позвони.
За нее вознаграждение обещано.
- Так у нас телефонов нет.
- Угу, мы заметили.
Даже сотовые не ловят.
- А вы кто будете?
Из органов, что ли?
- Из органов, батя, из органов.
- Боря! Боря!
- Привет.
- А ты куда?
- Туда.
- Так, может, ко мне сначала зайдешь?
- Да нет, мне к Роме надо. По делу.
- Не боишься? У него, говорят,
нечистая завелась.
- Да неважно. Да и не боюсь я.
Я даже посмотреть хочу.
- А может, ко мне сначала зайдешь.
Я тебя наливочкой угощу.
- Нет, Женя, сейчас нельзя,
мне сейчас точность нужна.
- Боря, а я тебя здесь подожду.
На обратном пути, может, зайдешь.
- Послушай, ну не нужна ты мне,
ну не подходишь.
Мне... мне неземной красоты нужна.
- Ты когда меня нашел, может быть,
какие-то документы были?
- Нет, ничего.
- А зеркало есть у тебя?
- Есть, только маленькое.
Я один живу.
- Я была в одной рубашке?
- Ты была в платье,
но его пришлось выбросить.
А женской одежды у меня нет.
Я тебя в свое переодел.
- Ты меня сам переодевал?
- Баба Рая помогла.
- Она на ведьму похожа.
- Есть немного.
- Я боюсь ее.
- Это нормально, ее все боятся.
Даже я.
- А еще я не верю.
И в отвары ее не верю,
и в колдовство,
и в предсказания не верю.
- А во что ты веришь?
В любовь с первого взгляда веришь?
- Ты чего на меня так смотришь?
Боишься, что убегу?
А как тебя зовут?
- Роман.
- Мне бы умыться.
У тебя есть умывальник? Или душ?
- Есть. Бочка во дворе.
- Мне все равно.
- Вот, полотенце, чистая рубашка.
- Спасибо.
- Я тебе воды нагрею,
сам на базар пойду. Часа тебе хватит?
- Угу.
- Какие новости?
- Страху я, бабы, натерпелся,
ужасу нагляделся. Ну просто жуть!
Знатная капустка.
Под нее бы рюмашку пропустить.
- Куда? Ты еще ничего не рассказал,
а уже всю закуску поел.
- Бабы, бабы.
Зря я жизнью своей рисковал.
- Постой, Пятак, погоди.
Сейчас. Давай.
- Мне же надо нервы успокоить.
Значит, ночь. Дождь.
Гроза, молния, а она вся в белом.
- Рома, рассказать мне ничего
не хочешь?
- Нет. А должен?
- Ты попросил мою одежду.
Это довольно странно.
- Ну значит, нужна была. Вот только
зачем? Не помню. А, ну точно!
Пугало я хотел сделать. От ворон.
- Очень смешно. У тебя кто-то есть?
- А ты мне не жена - такие вопросы
задавать. Базар скоро закроется.
- Я все равно узнаю.
- Узнаешь - мне тоже расскажи.
Интересно же.
- Шкуру человечью с себя скинула,
а осталася в змеиной.
- Во брешет! Во брешет-то!
- Вот! Руки у нее - как коряги такие,
пальцы скрученные, черные и зеленые.
И руки ко мне так тянет, и так,
и давай! Я думаю: все, конец!
Ромка идет. Я пошел.
- Куда ты? Куда, постой, Пятак!
Чтоб тебя!
- Хозяюшки, почем капуста?
Со мной что-то не так?
- Роман, а правду говорят,
что у тебя дома русалка живет?
- Ну конечно! Еще пара леших
и черт с рогами.
- Ну, черт с рогами у меня дома
есть - мужем называется.
- А-а.
- Угу.
- Купил бы рыбки для русалки.
- А она рыбку не ест.
Она ест тех, кто сплетни распускает.
Сегодня ночью вон к тебе собиралась.
- А ты женись на ней. И будут у вас
дети, как головастики -
с хвостами и жабрами.
- Поторопись,
пока Пятак на ней не женился.
Он, кажись, побежал свататься.
- Да? Ну пойду пообщаюсь с женишком.
- Давно такой грозы не было.
- Зачем пришла? Приворожить
кого-то хочешь? Ты знаешь мой ответ.
- Да не приворожить.
- Зачем?
- Ага. Не знаешь зачем?
Значит, ты все-таки не все знаешь.
- Да, не все знаю.
Потому что ты мне неинтересна.
- Я про русалку хотела узнать.
- И ты туда же.
Какую вы еще русалку выдумали?
- Да не выдумала, люди видели,
как у него русалка одна поселилась.
Вот я и хочу узнать:
серьезно у него с ней или нет?
- У кого?
- У Романа.
- Значит, все же его
приворожить хотела?
- Я хочу знать,
есть у него кто-то или нет.
- Узнаешь, всему свое время.
Напевает: - Какой обед нам подавали,
каким вином нас угощали...
А я все пила, пила, пила...
И на кого теперь...
- Ты, говорят, у меня во дворе
русалку видел.
- Ромочка! Я?
Да никогда, честное слово.
- Помело ты, Пятак.
- Чего?
- Сначала мужиков ко мне
на экскурсию привел,
теперь бабам с три короба наплел.
- Рома, Рома, Рома...
Я во двор к тебе заходил, признаюсь.
А в грозу, понимаешь...
- А...
- По ошибке, понимаешь, занесло.
- Ну, ну, ну.
- Ну...
- Смотри, Пятак,
ежели кому расскажешь...
- Рома, ну!
Я же ничего не видел, Рома.
А вот Борька видел.
Он Соньке и разболтал,
а она уже мне рассказала.
- Значит, Борька?
- Борька.
- Ну, с Борькой тоже пообщаемся.
- Ага.
- А ты, Пятак...
- Чего?
- Береги себя.
- Ага. Я...
- Здоровье - оно не железное.
- Ладно. Ладно.
Ах ты ж...
- Борька!
- Ой! Сонька.
- Что ты тут делаешь?
- Напугала меня. Ты...
- Что тут делаешь, говорю?
- Да... Роман русалку прячет -
хочу посмотреть.
- Вот и я хочу посмотреть.
Чай, брешут люди.
- Не брешут, я сам видел.
- Ну, а где она? Пойдем, посмотрим.
Пойдем.
- Да ну, пойдем от греха подальше.
Давай.
- Какая ты!
Не замерзла?
- Нет. Мне показалось,
что здесь кто-то был.
- Ты кого-то видела?
- Нет. Ты где был?
- Да вот, продуктов принес. Цветы.
Тебе что приготовить?
- Чай.
- Сейчас. А, но сначала
нужно выпить отвар.
- Я уже хорошо себя чувствую.
Мне не нужны никакие отвары.
- Так тебе же из-за них лучше.
- Нет. И пообещай мне,
что не будешь оставаться со мной
на ночь в одной комнате.
- Хорошо, я обещаю. Ты выпьешь отвар?
- Нет.
- Борька!
- Так же можно и убить.
- Я вообще-то так и хотел.
Ты что там делал? Подглядывал?
- Подглядывал - надо мне больно
подглядывать. Гулял я там.
- Гулял? - Да.
- По крыше сарая?
Мне Пятак говорил,
ты ко мне ночью приходил?
- Так это он меня сам позвал.
- Что ты видел?
- Да ничего не видел я.
- Что ты видел?!
- Видел, девушка там очень красивая.
Как привидение.
Молния на секунду блеснула,
осветила, и...
Рома, я никому не скажу.
- Ладно.
Раз ты ее видел, придется тебя убить.
- Что, залетные? Потерялись, да?
- Ищете кого?
- Ну типа того.
- А вы ищете местных или приезжих?
Мы здесь всех знаем.
- А вот ее. Может, видали?
Опа!
- Ну, значит, места у нас тихие.
Ментов нет.
Ну и там, если по бизнесу
или какие-то вопросы надо порешать,
так вот это мы с Бородой
здесь решаем.
- Что у вас в машинке?
Можно посмотреть?
- Конечно можно.
- Тихо вы, мужики!
Твою мать!
- Не хочет она ничего пить: боится.
Всего боится: грозы, темноты, меня.
- Значит, есть причина, раз боится.
- Да какая причина?
Кто она вообще? Как ее зовут?
- Надежда.
- Ты-то откуда знаешь?
- Знаю.
- Ну а что мне с ней делать-то?
Помоги.
- Приводи ее ночью ко мне.
Только чтоб никто не видел.
- А куда мы идем?
- Увидишь.
- Что происходит?
- А у нас так принято.
- Заберешь ее на рассвете. Уходи.
А ты иди в дом.
- Ромка!
Кто она?
Я все равно узнаю.
- Пей.
Болезнь отступила,
но не ушла насовсем.
Затаилась, за тебя держится.
- Я не верю в это во все -
в ваши заклинания, гадания.
- Упрямая. Стало быть,
выздоравливаешь.
Сними амулет.
- Забирайте.
Никогда его больше не надену.
- Чувствуешь? Это из тебя
твое прошлое выходит.
Надевай.
Постарайся вспомнить,
чего ты боишься.
- Воды боюсь.
Цыган боюсь.
Свадьбы боюсь.
- А меня боишься?
- Немного.
- Романа боишься?
- Нет.
- Под волосами
у тебя родинка спрятана.
Когда волосы расчесываешь,
задеваешь ее.
- Откуда вы?.. Нельзя ее трогать.
- Я не буду.
Просто перевяжу ее.
Цыганка тебя прокляла.
- Я никому про это не рассказывала.
Почему я вспомнила?
А как вы узнали?
- По твоей ладони немного.
Остальное ты мне сама все рассказала.
- А как я здесь оказалась?
- Река тебя принесла.
- А как меня зовут?
- Надя тебя зовут.
- Я вообще ничего не помню.
Вот когда вы рассказываете,
я вроде вспоминаю.
Расскажите мне еще про мое прошлое.
- Прошлое свое
ты сама скоро вспомнишь.
- Тогда про будущее.
- А будущее твое еще не определилось.
От тебя многое зависит.
- Вы не хотите говорить.
Не знаете или что-то страшное?
- А чего ты боишься?
Ты же в это не веришь.
- А вы ведьма?
- Подкова - это к счастью.
Ну что, пойдем к тебе, Ромашка,
нальешь рюмашку мне за свое спасение.
Я по-дружески.
- Давно мы с тобой друзьями-то стали?
- Так не враги же. Враги те,
кто тебя по башке шандарахнули.
А я-то чего? Я так, мимо шел.
Думаю: очухается или знахарку звать?
- Не надо никого звать.
- Так теперь понятно:
не надо, раз ты очухался.
Ну и кто тебя так? Не разглядел?
- Лошадь лягнула.
- А, лошадь лягнула.
Ага, и подкову потеряла.
- Вы - ведьма?
- Ты же меня об этом уже спрашивала.
- Так вы не ответили.
- Запомнила. Это хороший знак.
Ведьмами становятся, когда в семье
рождается семь девочек подряд,
а у меня только одна сестра.
Значит, по рождению я не ведьма.
А ты?
- А я вообще не верю,
что ведьмы существуют,
так что я точно не ведьма.
- Откуда ты знаешь?
Ты же ничего не помнишь.
- А вы верите, что ведьмы бывают?
- Ты слышала про таких женщин,
которые ведьмами хотят стать?
Думаешь для чего?
Для того, чтобы на метле летать? Нет.
Для того, чтобы оставаться вечно
молодыми да мужиков соблазнять.
Ну какие они ведьмы?
- Так получается,
что ведьм не существует.
- Конечно, существуют.
Ведьма - это от слова "ведать".
То есть это та,
которая знает больше других.
- Родинка пропала.
- Иди домой, светает уже.
- Ну как? Вспомнила что-нибудь?
- Меня зовут Надя. Надежда.
- Ну это я знаю.
- Похоже, все знают обо мне больше,
чем я. Я не помню.
Надежда. Непривычное имя.
- "Что значит имя? Роза пахнет розой,
Хоть розой назови ее, хоть нет".
Шекспир. Что еще Рая сказала?
- Заставляла меня пить отвары,
верить в нечистую силу.
- У нее получилось?
- Нет.
- Ты не веришь,
что она может тебя вылечить?
- Я не верю в колдуний,
в целительниц,
я не верю в гадания, волшебные зелья.
Она, конечно,
увлекательно рассказывала,
но я не верю в ведьм даже в деревне.
Ай!
- Не надо поминать ведьму всуе.
- А еще... я не верю в любовь
с первого взгляда.
Тем более с первым встречным.
- Галя, привет.
- Привет, Женька.
- Как жизнь?
- Все хорошо. Быстрее бы уже родить.
- Счастливая ты.
- Ага.
Слушай, может, молочка?
- Давай.
- Вот. Какие слухи в деревне?
Жуть как соскучилась по сплетням.
- Сонька клинья подбивает к Роману.
Он, конечно, ни в какую.
Она думает, что у него кто-то есть.
А Пятак вообще рассказывал,
что у него - у Ромки, в смысле -
в бочке русалка живет.
- Смешно придумал.
- Фу. Скисло.
- Странно, я только утром надоила.
- Ну давай я свежего надою.
- Давай.
(Женя кричит.)
- А! Ой господи, господи!
- Не ходи туда.
Не смотри, тебе нельзя. Ой...
Убили.
- Не надо на меня так смотреть.
- Доброе утро.
- Надя, у тебя кровь на голове.
- Это гадалка.
У меня здесь раньше родинка была.
Посмотри, у тебя тоже кровь.
Странно,
у нас с тобой в одном месте...
- Пора.
О чем задумалась?
- О том,
как уехать отсюда побыстрее.
- Что там, Рая?
- Уведите ее.
Вымойте всю кровь
на полу и на стенах,
тряпки сожгите, а пепел закопайте.
И скотину погибшую тоже закопайте.
Подальше от деревни.
- Рая, может, надо сжечь сарай?
- Дом себе сожги.
- Доброе утро.
- Соседи увидят.
И так все сплетничают.
Ночью из дома выходила?
- Не помню.
- Я ночью видел, как звезда упала.
Не к добру это.
Звезды -
они крепко к небу прикручены.
А ежели какая падает,
это вроде беду предвещает.
- А кто говорит,
что звезда к счастью.
Надо, мол, только желание загадать.
- Не иначе как ведьма завелась.
Кто еще такое зверство
со скотиной мог учинить.
- Мелешь хуже бабы.
Ты чего пришел, помогать? Ну помогай!
- А говорят,
у тебя утопленница красивая живет.
Может, она ведьма и есть.
- Кто говорит?
- Так люди говорят, а я-то чего?
Я пойду. Пойду я.
- Балабол.
- Я тут в лесу городских встретил.
Девушку ищут.
Не видал?
- Нет, не видел.
- Весь пол в крови и стена,
и вся скотина пропала. Жуть.
Я Галке своей говорю: "Ты иди,
тебе смотреть на это нельзя".
Ужас, страшно очень было.
- А кто же это мог такое натворить?
- И молоко скисло, и кровь,
и все к одному. Ведьма вернулась. Да.
- А кто ж еще это может быть? Ну кто?
- Я знаю кто. - Кто?
- Та, кого Роман
у себя во дворе прячет.
Пятак с Борькой ночью видели у него
какую-то утопленницу в белом.
А двор Романа недалеко от Галкиного.
- Вот так дела!
На Романа никогда б не подумала.
- А при чем тут Роман?
Я про нее говорю, а не про него.
- Так ведьмы же не бывают в белом -
это же привидения в белом.
- Так, надо идти к Роману
и убить ведьму. Кто со мной?
- Ну, это ты перегнула.
Это ты без нас.
- Струсили, да?
Ладно, я сама пойду.
Женька... Женька!
- В деревне опять нечистая появилась.
- Она у Романа в бочке прячется.
Голая!
- Сама видела?
- Вот идем посмотреть,
пусть он нам всем ее покажет.
- А еще она у коров всю кровь выпила.
- Русалки вроде топят,
а не кровь пьют.
- Так, короче, нам плевать, ведьма
она или русалка, ее надо убить!
- Если хочешь на русалок посмотреть,
иди на болото ночью.
Если не боишься.
- Прогнать надо ее.
- Да! А если кто защищать ее будет,
то дом ему сжечь.
- Прокляну.
- Женька...
- Не с той стороны ты к Роману
подход-то ищешь.
(Звучит лирическая музыка.)
- Это тебе.
Не нравится?
- Нет.
- Кто у тебя там живет? Я видел.
- Ничего ты не видел.
- Кто она?
- Она не любит цветы.
- Кто?
- Та, кого ты не видел
и о ком никому не расскажешь.
- Женька, ты ж это... вроде девушка.
- Наконец-то заметил.
- Скажи, а ты любишь цветы?
Ну, в смысле, если тебе подарят,
тебе понравится?
- Чего ты спрашиваешь?
- А бывает, чтобы девушка
не любила цветы?
- Не бывает. Это мне?
- Ой-ой-ой, а что это мы
так раскраснелись?
- Меня Боря спрашивает,
нравятся ли мне цветы.
- Ну наконец-то!
- Да нет, я...
Я спрашиваю, могут ли девушке
не нравиться цветы?
- Не может такого, конечно, быть.
Особенно Женьке.
- А Рома говорит, что ей не нравятся.
- А кому это Рома цветы таскает?
- Да так, сказал я просто. Я по...
- Ну-ка, давай рассказывай
или я тебя!..
У него кто-то есть.
- У Бори?
А я, дура, размечталась.
- Да при чем тут твой Боря?
У Ромки. У Ромки точно кто-то есть.
Если так, я его прокляну.
- Соня, ты что такое говоришь?
- Если он мне не достанется,
пускай лучше никому не достанется.
- Ты что такое говоришь?!
- Да пусть у него хоть ноги отсохнут,
но мой будет.
Я своего никогда никому не отдам!
- А я думала, утопленницы
не едят ничего, кроме рыбы.
И откуда ж ты взялась тут,
такая красивая?
- Я не помню.
- Понимаешь, не любят
тут у нас чужих, особенно девок.
- Я скоро уеду.
- Да уж поскорее бы.
Скажи, а у вас там, в городе,
своих-то мужиков нету?
Раз Роман тебя прячет,
значит, с тобой что-то не так.
Или задумал что-то нехорошее.
- Что Роману передать, кто приходил?
(Соня смеется.)
- А я не к нему приходила, я к тебе.
Мне плевать, кто ты - утопленница,
ведьма, королева красоты.
Ты здесь чужая.
Тебе здесь не место, поняла?!
Убирайся отсюда поскорее,
пока дом не сожгли,
в болото, в город - без разницы.
Только подальше от Романа. Он мой.
(Сигнал клаксона автомобиля.)
- Не подвезете до города?
- Запрыгивай!
- Надя... Надя!
- Угощайся.
- Спасибо, я не пью.
- Брезгуешь, что ли?
- Нет.
- Так давай - за знакомство.
- Не буду. Остановите!
Остановите!
- У, сука, водку разлила!
- Остановите!
- Сбежала она.
- Догони ее! Иначе поздно будет.
Я же предупреждала.
- Остановите!
- Стой, я сказал! Стой!
- А-а!
- Давай иди сюда!
- Пустите меня!
- Тебе никто платить не будет.
- Можешь не кричать,
никто не услышит.
- Беги! Надя, беги! А-а!
- Валим! Валим, мужики!
(Звучит зловещая музыка.)
- А-а!
Помоги мне.
- Мне дальше нельзя.
- Откуда ты узнала?
Я же не говорила, где я живу.
- Я тоже хочу стать Маре Мартир.
- Роман!
- Кого из вас ранили?
- Я не знаю. А где Роман?
- Чтобы это
больше никогда не снимала.
Мазь для быстрого заживления.
- Зачем?
- Вот зря тебя из реки достали.
- Ты где была?
- К Роману ходила -
с утопленницей знакомиться.
- Вот это ты смелая...
Видела ее? Какая она?
- Да никакая. Фифа городская обычная.
- Борька говорит,
что жуть какая красивая. Красивая?
Да, говорят, в городе все красивые.
Может, едят что.
- Вот бы и мне в город.
- Да дурные они там все.
Чуть что, сразу в реку сигают.
- И чего ж им не хватает там?
У них там парней тысячи,
а у нас раз, два и... Борька.
- Асфальт кругом, электричество,
магазины - а они в реку!
- Ведьма она.
- Да ладно, Соня.
Ну почему сразу ведьма?
- А потому что не утонула.
- Повезло.
- Не приняла ее река.
Вода чистая, не принимает,
выталкивает - примета такая.
- Придумаешь тоже!
- А скотину кто убил?
На мужиков наших посмотри -
как заколдованные все ходят,
только о ней и говорят,
только о ней и думают все.
- А ведь и правда:
только про нее и думают.
- Как будто и думать
больше не о ком.
- Забудьте вы о ней,
не вернется она больше.
Я Романа никому не отдам. Он мой.
- Роман!
Как ты?
- Нормально. Ты как?
- Испугалась.
- Не надо бояться.
Теперь все будет хорошо.
Тогда не утонула, сейчас выжила.
Со всем остальным справимся.
- Можно, пока я не вспомню,
где мой дом, я поживу у тебя?
- Конечно.
- Ромка, а это и есть
твоя утопленница?
- Хватит уже скрываться.
Ну мы ж тебе не чужие.
- Ну ты бы хоть представил
свою невесту.
- А она мне не невеста. Это Надя.
- А пощупать можно?
Ну, настоящая или так...
Уж больно красивая.
- Глазам больно.
- Ну так глазами смотри,
а щупать не надо.
- Ну, а кто ж она тебе?
Ну не родственница, не жена.
Может, просто полюбовница?
- Гостья она мне.
Выздоровеет - в город уедет.
А пока будет у меня жить.
- Ну ничего святого.
- Все, бабы, закончено представление,
расходись давай.
- А может, это она, часом, а?..
- Вы там передайте:
ежели ее кто обидит, я того убью.
- Тихо-тихо-тихо, пошли. Пошли-пошли.
- У тебя кровь. Дай я перебинтую.
- Не надо.
Устал я, пойду полежу чуток.
Ты тоже отдохни.
- Ой, бабоньки, вот и разрешилась
проблема с утопленницей.
- Нет, если Ромка ее прячет,
тут точно что-то нечисто.
- Да ведьма она, ну что тут гадать?
Надо ее в смолу,
а потом в перьях вывалять
и выгнать из деревни навсегда.
- Точно.
- Э, нет. Вы эту войну начали,
вам ее и заканчивать.
Я Ромку знаю.
Он до поры только такой тихонький,
а чуть что, так скор на расправу.
Я его боюсь.
- О, у нас гости.
Ну, говорят, красивая у Ромки баба?
- Да ладно,
что ж ты в этом понимаешь-то?
- Я?!
Я кому хочешь еще совет могу дать.
Я, знаешь, в этих любовных делах
все зубы себе пообломал...
...об мужнины кулаки.
- Если такой умный-опытный,
чего тебя жена из дома выгнала
и за другого вышла, а?
- Ах, Борька, Борька,
жизнь - штука несправедливая.
Вот сидим мы с тобой, так сказать,
на околице жизни.
Ты молодой, я старый,
а разницы никакой.
Ни ты, ни я никому не нужны.
- Лучше бы я эту русалку
из воды выловил.
- Почему?
- Потому что справедливо было бы.
Соньке Ромка бы достался,
а мне - русалка.
- Ну теперь ничего не поделаешь.
Ромка своего никому не отдаст.
Силой у него тоже не отнять.
- Ну да. Ну и что теперь делать?
- А вот что...
Ты подстереги ее,
когда она одна будет.
Ну, поговори,
цветочки подари, конфеты.
- Не любит она цветов.
- Дурак ты, Борька!
Ну какая баба цветов не любит?
Ты будь внимательный, ласковый.
Но гордости не теряй.
Стой на своем, даже если гнать будет.
Знаешь, вода камень точит.
- Это ты правильно говоришь.
За это надо выпить.
- Тихо-тихо!
Тебе еще с девкой разговаривать.
Нехорошо, когда водкой пахнет.
- Да.
- Я спать хочу.
- Поспи.
Сон - это лучшее лекарство.
- Что ж ты делаешь, обалдуй?
- А у вас спирта случайно нет?
- "У вас" - ничего себе!
- У тебя. Роман поранился,
нужно рану продезинфицировать.
- В сарае, в погребе
должен быть самогон.
В сарае. Пойдем. Ну не бойся.
Так... Ты что,
в сарае никогда не была?
- Нет.
- Это погреб. Ну что, прошу.
Давай.
Так ты, это... из города, да?
- Наверное.
- Как это - наверное?
- Я не помню.
- Здорово. А как тебя зовут?
- Рома говорит, что Надя.
- А сама не знаешь?
- Я не помню.
- Что, совсем ничего?
- Совсем.
- Здорово.
В смысле, это очень ужасно все.
Что ж, давай выбираться.
- Так мы же самогон еще не нашли.
- Почему? Вот он.
- А чего ты сразу не сказал?
- А меня Борькой зовут.
Это, кстати, тебе.
Ты же любишь цветы?
- Не помню. Наверное.
- А у тебя парень-то есть
или тоже не помнишь?
- Мне пора, спасибо.
- Ну, я пойду.
- А мне ты говорила,
что не любишь цветы.
- Я не помню. Теперь кажется,
что люблю.
Надо рану продезинфицировать.
Это самогон -
вместо антибиотиков и спирта.
- Что, там так все серьезно?
- Почему ты спрашиваешь?
- У тебя вид такой - испуганный.
- Как ты себя чувствуешь?
- Хорошо.
- Рана не болит?
- Да ничего у меня не болит. А-а!
- Рая, помощь ваша нужна.
- Я сделала все, что смогла,
теперь ты сама.
- Да не мне - Роману.
Он меня защищал, а его ножом.
- Ты в этом виновата.
- Я рану зашила, продезинфицировала,
все правильно сделала.
У вас есть лекарство?
- У меня только травы. Выбирай.
- Да какие травы?
У него проникающее ранение.
- А больше у меня ничего нет.
Я не врач.
- Ему антибиотики нужны,
а не колдовство.
- Жалко горшок.
Я из него Зое кашу варила.
Больно?
А так?
Смахнула с тебя боль, словно комара.
- Как?
- А почему ты Роману
мою мазь не намазала?
- Сейчас намажу.
- Стой!
Я тут отвар приготовила.
Вот, этот - тебе, а этот - Роману.
- Ай!
- Горячий.
Смотри не перепутай.
- Он горячий.
Вы знали, что я приду.
- Красота, конечно, страшная сила.
- Угу.
- И для кого же это ты
так прихорашиваешься?
- Ну как для кого -
для Романа, конечно.
- Так он же вроде
со своей русалкой живет.
- Ой, да много вы знаете.
Прогнала его русалку.
Так ее шуганула, что она, наверное,
до самого города вприпрыжку бежала.
- Главное, что ты у нас все знаешь.
Вернулась она. Роман сам показывал.
Красивая, говорят.
- Это правда?
- Угу.
Романа, говорят, поранили,
и вроде сильно.
Я яблочко возьму.
- Грех на нем.
Всякое наказание по деяниям.
- Вы его не любите?
- Тихо, тихо, тихо.
Не люблю.
- И все равно лечите?
- Разве лечат только тех, кого любят?
Что-то спросить хочешь?
- Вы можете дать мне отвар,
который поможет все вспомнить?
Я хочу знать, кто я.
Я хочу отсюда уехать.
- Ты уже один раз уехала.
Посмотри, чем все закончилось.
- Я все равно отсюда уйду.
- Главное - вспомнить,
куда идти не надо.
- Вы единственный человек здесь,
который мне помогает.
- Не тебе - ему.
Он без тебя не справится.
- Что с ним?
- А ты зачем здесь?
- Я помочь хочу.
- Не надо. Она хорошо справляется.
- Это что значит? Она что,
теперь хозяйка, что ли?
Ты зачем сюда вернулась?
- Роман меня спас.
- Зря он это. Всем от этого плохо.
- Вам лучше отсюда уйти.
- А ты мне не выкай, ведьма.
(Роман кашляет.)
- Тихо, тихо, тихо.
- Мазью не забудь намазать.
- Галя, ну ты идешь?
- Иду, бегу.
- Где она? Вот.
Соня, ты чего?
- Ой, уйдите, бабы, плохо мне.
- Соня, это ты из-за Романа, что ли?
- Не думала я, что она вернется.
- Да ладно тебе.
Уедет скоро эта утопленница.
- Как же, уедет.
- А что ей здесь делать? Уедет.
Потерпи немного.
- Ой, да сколько можно терпеть уже?
Не надо было ее из воды доставать.
Горе от нее всем будет.
- Ну хватит пугать уже.
- Это я пугаю?
Это Рая сказала, между прочим.
- Кому?
- Да мне сказала, я подслушала...
случайно услышала.
Она сказала: "Не знаю я,
что с этой бедой делать,
которую из воды достали". Про нее.
- А ты чего к гадалке ходила?
- Ну чего ходила - погадать хотела.
Да перехотела сразу,
как про ведьму-то услышала.
Ведьма она, точно.
Скоро сами увидите.
- Слышишь, дед, а как к вашей деревне
проехать побыстрее?
- А никак. К ней только по реке
можно добраться.
- Отец, а незнакомые люди у вас
в последнее время не появлялись?
- Нет. Нет, нет. Вы первые.
Но если появятся, могу вам сообщить.
Почти бесплатно.
- Добро.
Звякни на этот номерок, если что.
- А вот тут неувязочка.
У нас в деревне телефона нет,
и эти ваши городские недомерки
тоже не работают.
- Смотри, дед: это полароид.
- Чего-чего?
- Фотоаппарат это.
Ты вот на эту кнопочку нажмешь,
а вот отсюда фотография выйдет.
И ты мне ее отдашь.
- Значит, я на кнопочку...
А как я вас найду?
- Мы сами тебя найдем.
- Ага, значит, я на кнопочку нажму,
а вы меня найдете?
- Да.
- Работай дед, работай.
- Окей.
У ты какая!
Бывайте.
- Работай, дед. - Ага.
- Сколько я спал?
- Долго.
Как ты себя чувствуешь?
- Нормально.
Поверила в зелье?
- Больно?
- Нет.
- Но я же знаю, что больно.
Сейчас будет еще больнее.
Ты кричи, так легче.
- Не приучен.
- Тогда расскажи мне что-нибудь.
(Стонет.)
- "Всегда найдутся женские глаза,
Чтобы они, всю боль твою глуша,
А если и не всю, хотя бы часть ее,
Увидели страдание твое.
Но есть такие женские глаза,
Которые глядят всегда грустя,
И это до последних твоих дней
Глаза любви и совести твоей".
- У тебя в доме столько книг.
- Стихи люблю.
- Спи.
- Соня!
- Сонька.
- Спишь, что ли?
Пирогами обещала угостить. Соня!
- Чего это разорались
с утра пораньше?
Принесла? - Да, парное.
- Идите за стол.
- Ну и где пироги?
- Где пироги, Соня?
- Да здесь.
Ставь на стол.
- Да, характер у Соньки нашей,
не мед, конечно,
но готовит она хорошо.
- Да. Так...
- Про меня говорите?
- А про кого же?
- Ах! - Ах!
- Ой.
Ага! Я вас предупреждала,
а вы мне не верили.
Ведьма в деревне.
Ведьма.
- А говорила, что не любишь.
- Да я не то чтобы не люблю,
просто жалко их: быстро увядают.
Лежи. Рана глубокая,
шов может разойтись.
- Опять утопленнице цветы несешь?
- Ну это я так, по-соседски.
- По-соседски?
Шлюха она, а не соседка!
С одним живет,
от другого цветы принимает.
А может, у нее муж есть?
Или, там, несколько!
У них в городе принято так!
- Слушай, тихо...
- Не "тихо"!
Долго мы это терпеть будем?!
Пока она у всех, у каждой,
мужа не уведет, а?! - Иди сюда.
- Оставь меня в покое.
Не трогай. Ведьма она!
Ведьма, ведьма, слышали?!
- Домой. С ума сошла?
- Ромку приворожила, тебя,
всех остальных тоже!
- С ума сошла, что ли?
- А вы, кобели, и рады стараться,
только о ней и думаете!
Это она. Боря, зачем она?..
- Видели, что у Женьки на двери?
Ужас!
- Сначала молоко, теперь вот это.
Ведьмины штучки.
- А я вас предупреждала.
Это все городская.
- Почему она?
- Проклятие на ней. Вы видите,
что происходит? Беду она приносит.
- А может, ты завидуешь?
А может, ревнуешь, что она Романа
у тебе из-под носа увела?
- Нельзя было ее в деревню пускать.
Теперь к каждому, кто с ней общается,
проклятие придет.
- Гнать ее надо!
- Да.
- Ох, Рая!.. Ведьма, ведьма в селе.
- Кто сказал?
- Я. Я всем сказала.
- Не ты это говоришь,
а ревность твоя.
- Ревность? А вот это что такое,
тоже ревность?
Ревность... Видели? Видели?
Это чья ревность? Такого в селе
не случалось, пока она не пришла.
- Да это же все ведьмины штучки.
Ты видишь, что творится?
- Городская не ведьма.
Среди своих присмотритесь.
- Ты что, выгораживаешь ведьму?
Да гнать ее надо!
- Да, и тех, кто ее защищает,
тоже прогнать. Или дом им сжечь.
- Она не ведьма!
- А кто она?
Она - Маре Мартир.
(Звучит напряженная музыка.)
Расходитесь.
- Сонька, руки покажи.
Руки покажи!
Зачем Женьке двери размалевала?
- Я всех предупредить хотела.
- Зачем ты людей тревожишь, а?
Скучно тебе?
- Молоко - это не я.
Сами ищите, кто по-настоящему мутит,
кто против людей колдует.
- Клянись, что это не ты.
- Клянусь: молоко - это не я.
- Значит, и вправду
в деревню ведьма вернулась.
- Доброе утро.
- Доброе.
- А что ты делаешь?
Рану нельзя мочить.
- Я уже здоров.
- Что значит здоров?
У тебя проникающее ранение,
потеря крови.
- Да? Посмотри.
У меня уже все зажило.
- Этого не может быть.
Такой шрам появляется
на 14-й день в лучшем случае.
- Может, ты просто долго спала?
- Я не... Так не бывает.
- Значит, бывает. Свежий воздух,
здоровое питание...
Здоровый образ жизни называется.
- Ты хочешь сказать,
что это благодаря?..
Я такого никогда не видела.
- Может, видела, но не помнишь?
- Тебе нужно лежать,
а мне надо к Рае.
- Проходи. Чай пить будем.
Садись.
- Спасибо.
Вкусный чай.
- А ты не боишься,
что я тебя заколдую?
- Я как-то даже не подумала.
- Я могу. Но только не тебя.
- Почему?
- Узнаешь.
- Почему меня все ведьмой называют?
- Потому что тебя вода принесла.
- И что?
- В старину, если подозревали,
что женщина - ведьма,
бросали ее в воду, и если она
не тонет - значит ведьма.
Тогда ее сжигали.
- А если тонет?
- А если тонет - значит, не ведьма.
- Но она в любом случае погибает.
- Ну да,
потому что повода давать не надо.
- А что ей делать?
- Ничего.
Да ты не бойся,
сейчас никого не сжигают.
- И сейчас есть ведьмы?
- А они никогда не переведутся.
- Они что, живут вечно?
- Старая ведьма,
перед тем как умереть,
должна передать свои знания.
Если она этого не сделает,
то будет страшно мучиться.
- Как это?
- Вот так.
Нечистая сила ее будет мучить.
Она будет болеть, страдать, -
и тогда начинаются бури
и грозы страшные.
Ну, как тогда,
когда ты здесь появилась.
- То есть, когда одна ведьма умирает,
другая появляется?
- Угу. Поэтому они и не переведутся.
- Получается, что они передают
свои знания по наследству как дар.
- Ага.
- А кому?
- Чаще всего своим дочерям,
но бывает иногда,
что передают и чужим женщинам.
Тогда они становятся
учеными ведьмами.
- Может, у них еще
научные звания есть?
- Нет. Есть ученые ведьмы,
а есть прирожденные.
Прирожденные ведьмы
с этим даром рождаются.
Они могут прожить всю жизнь и даже
не подозревать, что они ведьмы.
- А как понять, ведьма она или нет?
(Слышен шум.)
- Что-то мы с тобой засиделись.
Тебе пора идти.
- Да... Как? Подождите...
- Вот тебе отвар.
- Ай.
- Да-да. Иди-иди.
- Подождите. Можно я у вас поживу?
- Нет.
- Да меня здесь все ненавидят,
мне страшно.
- Ты наших баб не бойся,
они сами тебя боятся.
Главное, глаза не прячь.
Еще скажу, хотя не должна:
ты Романа не бойся.
- Подождите, что это значит?
- Он тебя не обидит.
- Так вот я и говорю:
баламутит она в селе.
- А хоть видел кто?
Говорят, красивая, гадюка.
- Ой, попомните мое слово:
начала с Ромки,
а потом и за других мужиков
возьмется.
- Ой. - Они ж вон все,
кобели, уже всполошились.
Мимо Ромкиного двора по десять раз
туда-сюда прогуливаются.
- Да ты что!
- А мой с утра побрился,
одеколоном плескался, что гусь.
О, идет!
Ты куда? - В магазин.
- В какой магазин?
Давай домой быстро!
- Мотя, чего ты?
- Давай домой, я сказала!
- В магазин... - Домой пошел!
"В магазин"!
- Ох, пойду я. Пойду я в магазин.
- Ой! Легок черт как на помине.
- Ой. Пойду я. Страшно же.
Господи боже мой.
- Слышь, Мотя,
а чего это она так зыркает?
- Не знаю.
- Не иначе как и вправду ведьма.
- О, Рая! Рая, скажи,
бабы про ведьму болтают -
это что, брехня?
Я-то думала, Кали уже давно померла.
Да, нет?
- Я тоже так думала.
Пойду ее проведать.
- Да? Ух, какая!
(Шум ветра.)


Серия 2

Звучит песня: "Быть бы мне деревом
на берегу реки,
Стужею северной
корни мои крепки.
Горечью горькой
листва на моих руках,
Выпью глотком одним
воду твою, река.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь, как добраться до воли?
Ведь ты, река,
звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река, звала за собою,
Расскажешь, как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала
за собою меня".
- Рома! Я тебе яблочек насобирала -
витамины,
чтобы ты выздоровел поскорее.
- Я уже здоров, не надо ничего.
- Я же как лучше хочу. Бери.
- А ты чего такая добрая?
- Рома, подожди! Бог с ними.
Рома, ты меня с самого детства
знаешь. А ее ты сколько знаешь?
Разреши мне помочь тебе по-дружески.
Я в город схожу, полицию приведу,
пускай они ее заберут уже домой.
- Какую полицию? Что ты несешь?
- Рома, да не бойся ты меня! Я тебе
платье приготовила, между прочим.
Новое, ни разу не надеванное.
Ты же сам просил.
Тебе же нужно платье?
Я помочь хочу как друг.
Нравится?
- Нравится.
- Такой вариант? Как тебе, нравится?
- А есть попроще что-нибудь?
Как на тебе?
- Попроще?
Как на мне?
Нравится?
Бери.
- Борька! Ты для кого
прихорашиваешься?
Для новенькой, что ли?
- Изыди, Пятак.
- А может, я хочу присоединиться?
- Тебе-то оно зачем?
- Как зачем? Я что, не мужик, что ли?
Даже поглядеть, и то интересно.
- А, не волнуйся.
Не разбудит она твоего червячка.
- Вот это ты зря. Это ты зря.
Я вот, может, только сейчас начал
разбираться в женской красоте.
Ну, когда там ничего не отвлекает,
понимаешь?
- Изыди, говорю тебе.
- А гляди, какой у меня фотоаппарат.
- Украл?
- Поможешь привидение
сфотографировать?
- Какое привидение?
- Ну, не привидение - русалку,
утопленницу - новенькую городскую.
Боря, ну помоги ты, ну!
- Борька! А ты не ко мне ли,
часом, на двор направляешься?
- А может, и к тебе.
А может, и нет.
Может, я просто так гуляю.
- Я так и понял, что это ты мне
цветы охапками приносишь.
- Может, и я.
А может, птички - гнезда вить, а?
Ты же не запретишь птичкам
по небу летать?
- Запретить не могу.
А вот яйца в гнезде побить - влегкую.
Ты бы птичкам передал.
- Ой-ой-ой!
Ты что, мне угрожаешь, что ли?
- А черт меня знает, Борька.
Может, и угрожаю.
- А может, я тебе помочь хочу?
- Что же за день сегодня такой?
Все мне помочь хотят.
Ты лучше вот чего: сходи к Соньке
зайди. Уж вот кому помощь нужна.
Иди-иди.
И давно ты так лечишься?
- Я уже выздоровела.
- Хорошо. Тогда скажи мне,
как твоя фамилия,
какой адрес, где ты живешь?
Куда тебя отвезти?
- Не помню.
- Не помнишь? А я напомню.
Может, ты это вспомнишь?
- Это мое платье.
- Да. Я в нем тебя из реки достал.
- Я хочу его надеть.
Пожалуйста.
(Стук в дверь.)
- Сонька, открывай! Это я, Борька.
- Да заходи уже.
Только не смотри на меня.
- Какая встреча.
- Развяжи меня, быстро.
- Какая приятная обстановка.
- Развяжи меня, кобель!
- Слушай, а зачем? Я предлагаю тебя
пододвинуть сейчас к столу -
мы с тобой выпьем чего-нибудь,
закусим, а? Шампанское открывать?
- Да, конечно, открывай шампанское.
Тебе же как минимум нужно привязать
девушку к стулу, чтоб поговорить
с ней. Иначе она не согласится.
- Я вижу, меня здесь никто
не понимает. Пойду-ка, я пожалуй.
- Куда ты пошел?! Развяжи меня
быстро, иначе убью тебя!
- Все, шутка! Я же пошутил!
- Очень смешно!
- Что ты кричишь сразу?
Все, развязываю. Ух ты!
- Глаза убрал!
- Сгинь, нечистый!
А что это вы, Борис,
к нам-то пожаловали?
Русалка-то ваша
в соседнем дворе живет.
Или вы, может быть, Романа
испугались?
- Никого я не испугался.
- А-а, понятно.
Шансов-то у вас... нолик.
Если вам, конечно, кто-то не поможет.
- Кто поможет? Ты, что ли, поможешь?
- А почему бы не я?
У нас с вами общие интересы.
- Я тебя умоляю - какие интересы?
Никаких интересов у меня к тебе нет.
- Ты правда такой тупой,
или притворяешься?
Ну, соображай: если ты отобьешь
русалку у Романа,
то мне достанется Роман,
а тебе - русалка.
И наоборот: если я окручу Романа...
Соображаешь? Нам обоим будет хорошо.
Главное - что? Их поссорить.
- Поссорить.
- Угу.
- А как?
- А вот это уже не ваших
мужских мозгов дело.
Главное, помогай мне, хорошо?
- Все?
- Я хочу уйти.
- Не трогай ее!
Принеси воды.
Неси на кровать.
Почему платье не сжег?
- Я не смог. Моя вина.
- Чего еще?
- Отвары она не пила.
- Давно?
- Я не знаю.
- Иди огонь разожги, я платье сниму.
Надо было меня слушать:
сразу платье сжечь.
- Можно ее разбудить?
- Не нужно. Она сама проснется.
Странно, что она вообще еще жива.
- А что с ней? Ты можешь ее вылечить?
- Хочу. Хочу, чтобы она
уехала отсюда.
- Что ж ты ее так любишь?
- Горе она несет. И с другими
этим горем делится. Подай крынку.
- И ты туда же - тоже думаешь,
что она ведьма.
- Глупости ты говоришь.
- Скажи, если она все вспомнит,
она вернется обратно?
- Всем будет от этого лучше.
И в первую очередь - ей самой.
- О! Дед!
- Да.
- А мы тебя искали. - А чего меня
искать - я все время вас тут жду.
- Ты сделал, что тебя просили?
- А как же! Все в ажуре.
Картинка очень красивая.
- Фотографии покажи.
- Фотографии. Фотографии у меня
в избе в аппарате.
Я сейчас за ними сбегаю.
Я быстро принесу.
- Ты что разводишь, дед?
- Нет-нет, я быстро, быстро! Принесу.
- Как ты себя чувствуешь?
- Нормально.
Вкусно пахнет.
Запах как будто из детства.
- Это же глазунья.
- А можно?
- Ну конечно, садись.
- Эй, иди сюда.
- Что, к гадалке ходила?
Рому приворожить хотела? Получилось?
- Отказала, старая. Она мне, короче,
не нужна. Я сама все могу сделать.
Смотри, что у меня есть.
Тут и заклинания и, вообще,
все что надо.
- Настоящая?
- Конечно настоящая.
Ну, Ромку я, может, не приворожу,
а городскую со свету точно сживу.
- Ты что, с ума сошла?
- Ты только - никому.
А то я тебя тоже заколдую, поняла?
- Горький.
- Знаю.
- Ты говорила, к тебе память
возвращается. Ты что-то вспомнила?
- Не знаю. Но то, что здесь
происходит, я не забыла.
- Я заметил: к дому Раи сама вышла,
из лесу ночью дорогу нашла.
- Из лесу помогли:
какая-то девочка вывела.
- Какая девочка?
- Не знаю.
- Подожди, ты ночью в лесу
встретила девочку?
- Да.
- Слышишь, девочка, а не страшно
одной по дороге ходить?
- Нет.
- А ты здесь, случайно, вот такую
девушку незнакомую не встречала?
- Мне нельзя разговаривать
с чужими людьми.
- Понятно. А ты дорогу не подскажешь,
а то мы заблудились.
- Там мост.
Но вам лучше туда не ехать.
- Так что, нам здесь
навсегда остаться, что ли?
- Вспомнила что-то? - Да, я помню
некоторые произведения, авторов.
Пастернак, я его читала.
Портрет помню его.
Я знаю эту девочку.
Она меня сюда проводила.
- Это невозможно. Ты обозналась.
- Нет, я не обозналась.
Это точно, она мне еще сказала,
что ей нельзя заходить во двор.
- Ты обозналась, Надя.
- Ты ее знаешь? Рома, кто это?
- Это моя дочь.
- Хочешь зайти?
- Я...
- За Надей подглядывал?
- Нет, за другой.
- В моем доме?
Боря, ну вот скажи мне, чего вы все
к ней в женихи набиваетесь?
- Потому что она вроде как ничейная,
несмотря на то, что у тебя живет.
- Ничейная, говоришь. - Да.
- А ну-ка, пошел вон! Еще раз здесь
тебя увижу - вообще выпорю!
- Посмотрим, кто кого выпорет!
- Чего?! И цветы свои забери!
Не любит она их!
- Я все равно еще приду!
- Вот, Рая тебе передала.
- Почему у вас с Раей
такие странные отношения?
- Теща она моя. Бывшая.
- А что случилось с твоей женой?
- Мы не будем об этом говорить.
- Почему ты мне ничего
не рассказывал про дочь?
- Потому что ее больше нет.
И поэтому ты не могла видеть
эту девочку в лесу.
- А знаешь, какая здесь раньше
рыба водилась, а? Вот такая вот!
- Это когда было?
- Ай, браконьеров стало больше,
чем рыбы. Левой, левой, Миша, левой.
Так, давай-давай.
- Что это?
- А ну давай, плыви отсюда.
Давай быстрее.
Греби, греби. Давай, давай, быстрей!
Давай, пошел.
- Мало нам в деревне утопленников.
- Да нет там никого.
- А, залетные. В нашей деревне
отродясь ни у кого машин не было.
- А вдруг это утопленницы машина?
- А, вряд ли.
Ромка ее из воды
далеко вверх по реке выловил.
Не могла же она против течения
без сознания плыть?
- Ну да.
- Лучше б она мимо проплыла.
- Ой, не говори.
- Это точно.
- Борька! А ну глянь, что там?
- Осторожно, Борька. Ну?
- Нет, нет ничего.
- А документы?
- А, и документов нет, ничего нет.
- Сделай так, чтобы я каждое утро
просыпалась с Романом.
Я, а не она.
А ведьму пусть огонь заберет.
Ну, гори.
Вот упрямая, а. Тонуть не хотела,
теперь гореть не хочешь? Стерва.
- Я как-то странно себя чувствую.
- Тебе плохо?
- У меня такое ощущение,
что я как будто что-то вспомнила.
Я пытаюсь уловить воспоминание,
а оно выскальзывает.
Мне кажется,
что случится что-то плохое.
- Может, к Рае обратиться?
- Не нужно.
Ты чувствуешь запах? Будто от костра.
- Ну, я уже привык.
- Нет, другой.
- Пожар! На помощь!
- Дом горит! Дом горит!
- Беги за помощью!
Близко не подходи!
- Внутри кто-то есть?
- Я не знаю.
- А кто здесь живет?
- Соня.
- Мужики, все сюда! На помощь!
- Надя! Надя, куда! Надя!
- Держи! Куда ты?
Ее не спасешь, и сам сгоришь!
- Соня! Соня!
- Да пустите меня!
- Рома!
Ну что ты, с ума сошел?
Никого уже не спасти.
- Надя!
- Стой!
- Так вот же они!
- Ну ты даешь, обеих спас.
- Это Надя ее спасла.
- Ромка, слава богу!
Это из-за тебя пожар.
Ты виновата! Ведьма!
Она знала, что я в сарае.
Она меня сжечь хотела!
- Господи...
- Это ты виновата.
Она смерти моей хотела!
- Надя, подожди!
- Ромка!
- Спокойно. Все хорошо.
Надо это сделать.
Все.
Сейчас будет больно.
- Ай!
- Все, все, прости.
Ты сильная - ты сможешь.
- Надо чем-то жирным помазать.
У тебя есть что-нибудь типа сметаны?
- Мне Рая утром горшок с мазью дала,
от ожогов.
- Как она узнала?
- Я не знаю откуда, но она все знает.
- Как оно все могло загореться? Ай.
Как Соня не почувствовала,
она же рядом была?
- Это не важно. Важно то, что мы
живы. А пока живы, со всем справимся.
Мы.
- Змея ты подколодная! А ну убирайся!
- Беги в дом!
- Гадина! Распутница!
- Ополоумели совсем? Что вам надо?
- Ну сам же видишь, что началось,
когда она появилась:
скотина дохнет, дома горят,
мужики одеколонами мажутся.
- Ну ты сама видела,
что Надя ее спасла.
- Да толку, что я видела, но все же
говорят - ведьма! А я как все!
- Ведьма! - И потом, не могла же
Соня перед смертью нам соврать?
- Ну дуры!
- Дуры. А чего это мы дуры?
- Хотя Сонька, конечно, могла.
- Надь!
- Они правы.
Я всегда здесь буду чужая.
- Да брось ты.
Они сами не понимают, что творят.
Давай помогу.
- Не надо.
Я все равно уеду отсюда.
Вспомню, кто я, и уеду домой.
- Ты уже дома.
- Это место никогда не будет моим
домом. Я всегда здесь буду чужая.
- Если дверь закрыта,
значит, я видеть никого не хочу.
- Хамишь? Значит,
лучше себя чувствуешь.
- А выгляжу так вообще замечательно.
Не то что некоторые.
Ты с ума сошла -
пирожки мне приносить?
От них же фигура портится.
Это ты можешь их есть
сколько хочешь,
а мне надо фигуру блюсти.
Хотя, говорят, от пирожков
с капустой грудь растет.
Там есть пирожки с капустой?
- Красивая ты, Соня.
- Да, красивая. Красивая,
и не боюсь это показывать.
Если всего бояться,
так и жизнь пройдет.
- Ты сама сарай подожгла?
- Ищешь чего?
- Я не вовремя?
- Не вовремя.
Оставайся, раз пришла.
Сарай Сонькин ты подожгла?
- Вы же знаете, что это не я.
Вот как вы узнали,
что мне мазь от ожогов понадобится?
- А как ты знаешь, что я -
это я, когда смотришь на меня?
- Вижу.
- Вот и я вижу. Только больше других.
И ты так можешь.
- Я не понимаю.
- Потому что ты головой пытаешься
понять, а нужно - нутром.
Говори, что эта трава может?
Говори, что чувствуешь?
- Вода, будто течет. Почки?
- Все верно. А эта?
- Сердце. Трудно ему. Так легче.
- Легче. Вот именно, легче.
Снимай бинты.
- Да я только недавно...
- Ромка, как дела?
- Ну, пока ты не пришла, хорошо было.
- Невеселый ты.
Городская совсем замучила?
Поди, уже не знаешь,
как от нее избавиться, да?
Хочешь, помогу? Хочешь, сделаю так,
чтобы она уехала?
- Если бы она уехала, твой пепел
уже по ветру развеялся бы.
- Если бы она уехала,
то вообще ничего не загорелось бы.
Ромка, а знаешь, что я подумала?
Она же здесь прячется, у тебя.
Ага. Что-то натворила серьезное там,
в городе, и здесь прячется.
- Шла бы ты домой.
- Зря ты такой злой.
Я же тебя поблагодарить пришла,
ты же меня от смерти спас.
- Надю благодари,
это она тебя спасла.
- Эту стерву я никогда
не буду благодарить.
Она меня убить хотела.
- Так, все, закончили разговор.
- Рома,
я могу быть очень благодарна.
Ты мой герой.
Спускайся ко мне.
- А знаешь...
Сделаешь для меня кое-что особенное?
- Для тебя - все что угодно.
- Иди отсюда и больше не приходи.
- До встречи.
- Ну как?
- Во!
- Да, Соня, умеешь ты с мужиками.
- Да уж, не то что некоторые.
- Научишь? (Смеется.)
- Вот дура, а!
Приползет, Лизка!
- Да. - Пойдем.
- Почему вы не можете сделать
какое-нибудь зелье,
чтобы я все вспомнила?
- "Какое-нибудь".
Какое-нибудь тебе не подойдет.
- И что, я никогда ничего не вспомню?
- Вспомнишь. Всему свое время.
Твоя голова знает,
но не хочет вспоминать.
Не хочет твоей душе плохо делать.
- Что, мне сидеть и ждать?
- Пока ты со своей душевной болью
не справишься, ничего не произойдет.
А боль можно перешибить
только большей болью.
- Я так не хочу.
- Или большей радостью.
- А ты о дочери Романа
пришла спросить?
- Да.
- Зоя, иди сюда.
Я же знаю, что ты там подслушиваешь.
- Я думала, дочка Романа умерла.
- Так и есть.
- Соня, я тоже женского счастья хочу,
научи меня.
- Тебе мои методы не подходят.
- Я, может, и не такая красивая...
- Да при чем тут это?
Переспи ты с ним - и все дела!
Потом скажешь, что беременна.
- А что ты с Ромой так не сделаешь?
- Рома не хочет торопиться.
Так-то, переспать с ним -
дело нехитрое.
- Так сделай это.
- Для начала нужно рассорить его
с этой городской.
- Соня, а давай я тебе помогу
их поссорить,
а ты мне за это расскажешь...
расскажешь, как это...
- Мужика в постель затащить?
- Да нет, чего так сразу?
Мне хотя бы поцеловаться для начала.
- Н-да, долгое тебя ждет начало.
- А потом встречаться.
Долго, романтично.
- Ты что, книжек начиталась, мать?
- Только после этого пожениться,
и после свадьбы можно... ну, это...
- Н-да, понятно, почему ты так долго
в девках ходишь.
Ты бы еще парню стихи
начала читать на свидании.
Тогда сразу первое
последним стало бы.
- А что, я люблю стихи.
- Безнадега ты моя.
- Соня, ну расскажи,
как ты это... делаешь?
- Да понимаешь, не подходят тебе
мои методы, говорю же.
Ты ведешь себя как серая мышь.
Может, приукрасить тебя?
- Как?
- Вот так.
Ты, кстати, готовишь хорошо.
- Да.
- Ну вот, принесешь ему
кучу своих пирожков,
он обрадуется, ему приятно станет.
А еще хвали его постоянно,
мужики это любят.
- Все?
- Все.
- Так ты дочь Романа?
Поэтому ты знала, куда меня отвести.
- Угу.
- Ну что, уже познакомились?
- Да. Зоя меня вывела из леса.
- Ты опять туда ходила?
- Бабушка запрещает мне
видеться с Романом, с отцом.
- Давай я тебя к нему отведу.
- Нельзя. Я обещала бабушке.
- Ну все, хватит на сегодня.
Иди в дом.
- Рая...
- Роман не знает, что она здесь.
Я ему сказала, что Зоя
и ее мама погибли.
- Зачем?!
- Затем.
Я дочери обещала,
что они встречаться не будут.
- Это жестоко.
- Я своих обещаний не нарушаю!
- Зато я такого обещания не давала.
- Надя!
Передай ему, что я его
очень сильно люблю.
- А может, ты сама ему
об этом скажешь?
- Здорово, Ромка. Ничего, что мы
без приглашения пришли, а?
- Так вы всегда без приглашения.
- Ну, так ты ж сам понимаешь,
что мы не за цветочками пришли.
- А за чем?
- А у нас машина поломалась,
деньги нужны на ремонт.
- Вы несколько дней назад
уже приходили.
- Я тут, Рома, нож себе
в магазине купил.
И, ты знаешь, чего только
в магазинах нет!
И маленькие ножички,
и тесаки здоровенные,
и такие тоненькие, аккуратные -
аккурат до самого сердца достают.
- Плохой металл. Легко ломается.
Больше сюда не приходите.
- Мы просто не вовремя пришли.
Идем, Борода. Не расстраивайся.
- Чего ты такая счастливая?
- У меня для тебя сюрприз.
- Какой?
- Точнее, даже чудо.
Пойдем.
- Мне надо бежать,
а то бабушка заругает.
- Подожди, не уходи.
- Ну, я теперь буду часто приходить.
Только ненадолго.
Я люблю тебя... папа.
- Ты как?
- Я убью ее.
- Кого?
- Гадалку.
- Ну тихо. Тихо, тихо, тихо...
Ты что? Главное, что Зоя жива,
что вы снова вместе.
Это и есть чудо.
- А может, я в лес пойду
травы пособираю?
- Нельзя, чтобы тебя видели.
- Хорошо, хорошо.
- Ну разве так можно?
Ну вот так меня обманывать зачем?
Она точно меня ненавидит.
Я же думал, что Зоя погибла.
- Я тебя понимаю.
А сколько Зое лет?
Она такая маленькая,
а рассуждает как взрослая.
- Двенадцать.
- Рома, Рома,
тебе повезло, что у тебя есть
такая замечательная дочь.
- Да.
В мире вообще есть только
две женщины, которых я люблю.
Одна из них - это Зоя.
- Осторожно.
Сюрприз.
- Что это?
- Я хотел сделать красиво.
- Сделать что?
- Предложить... Попросить...
Выходи за меня замуж.
- Ты идиот? Ты что,
думал, что я притворяюсь?
- Нет.
- Ты решил, что я легкодоступная, да?
- Надя...
- А, да, как все городские.
Да пошел ты!
- Надя, Надя, подожди!
Я не хотел обидеть! Я же по-хорошему.
И правда - идиот.
- Вокруг столько девок видных,
красивых, а ты на Надю запал.
Правду говорят: любовь зла.
- Ты-то что о любви знаешь?
- А я много чего знаю, Ромочка.
Одного только не пойму:
приворожила она тебя чем?
Зельем, может, каким опоила?
Она в город уедет, а ты тут
останешься с разбитым сердцем.
И я останусь.
- Вот оно что. - Ага.
- Думаешь,
к тебе за утешением приползу?
- Ну а к кому же еще, Рома?
Кто ж тебя так поймет, как я?
Кто ж тебя приголубит?
Кто тебя в постели ночью согреет?
- Красивая ты девка.
- Ага.
- С тобой в постель -
полдеревни желающих.
- А мне не надо полдеревни,
мне ты нужен.
Давай твоей любовницей стану?
Ты же с ней не спишь, я знаю.
- Иди от меня.
- Никуда не денешься!
Сам ко мне придешь!
- Да, да. Ну? А он что?
- Ой, да я его таким
никогда не видела.
- Иди сюда.
- Сидит, слезы на глазах.
Ты представляешь?
Я аж сама чуть не расплакалась.
- Да ладно!
- Да. - Ромка плачет?
- Ну да.
- Ой, довела его таки городская.
- Да наоборот, это он от счастья.
- Какое такое у Романа счастье?
- Да дочка его объявилась, Зоя.
- Как это? Она ведь вроде бы погибла
вместе с матерью своей.
- Жива, слава тебе господи.
Это Райка ее прятала,
чтобы Роман-то не виделся с дочерью.
- А теперь, стало быть, разрешила?
- Да.
Эта утопленница не побоялась
против гадалки пойти.
- Ну, пойдем.
- Ну, мы пошли, Сонька.
- Так вот, значит,
как она к Ромке моему подбирается:
через ребенка.
Вот стерва, а!
- Я вот все думаю: почему все так?
Почему ты по реке плыла,
а не утонула?
Почему я в это время по берегу шел?
Совпадение?
- Я не знаю.
- А я знаю.
Если бы я тебя тогда не спас,
ты бы мне сейчас не вернула дочь.
- Думаешь, я из-за этого
в воду прыгнула?
- А ты сама в воду прыгнула?
- Я не знаю: я не помню.
Я не знаю, почему я так сказала.
- За Зою тебе спасибо.
Век не забуду.
Ты детей любишь?
- Наверное.
Какая женщина не любит детей?
- Разные бывают.
Скоро вернусь.
- Зоя, привет!
- Здравствуйте, тетя Соня.
- Как я рада тебя видеть.
Можно присесть?
- Конечно.
- Спасибо.
Так здорово, что ты вернулась,
что тебе разрешили видеться с папой.
- Нет, бабушка не разрешает
видеться с ним.
Она маме пообещала.
- Да?
- Угу.
- А мне рассказали,
что ты с ним виделась.
- Я тайком бегаю к нему.
А бабушка делает вид,
будто бы не замечает.
- Молодец, такая смелая.
Поплавать пришла?
- Нет, тетя Соня.
Я вот травы пособирала.
А теперь хочу папе письмо написать.
- А это отличная идея.
Давай вместе напишем папе
письмо с предсказанием.
- Угу. Сейчас.
- Хм... "Дорогой папа!
Гуляла я по лесу и встретила гадалку.
И она предсказала,
что вы с Соней созданы
друг для друга,
предназначены судьбой.
И, когда вы наконец будете вместе,
все будут счастливы..."
Чего ты не пишешь?
- Это неправильно.
- Что неправильно?
- Судьбой для Романа
предназначена Надя.
- Что за детские фантазии?
- Я не фантазирую - я знаю.
Им, конечно,
много надо будет пройти,
но они все равно будут вместе.
- Что ты сочиняешь? Что ты врешь мне?
- Я не вру. Это ты всегда врешь.
Думаешь, я маленькая и не догадаюсь,
что ты хочешь со мной подружиться
только из-за папы?
- Ага, ты, значит,
такая взрослая, да?
Может, это ты ведьма?
- Это ты ведьма.
Я знаю, что ты желаешь смерти Наде.
- Стоять! Стой! Эй ты, мелочь!
Слушай меня внимательно: Ромка мой.
Я ни перед чем не остановлюсь,
тем более перед такой мелочью,
как ты. Когда я стану твоей мачехой,
ты будешь жить у меня в погребе,
как Золушка, поняла?
- В конце Золушка вышла замуж
за принца, а мачеху выгнали!
- Что это?
- Ответ простой: это - нож.
- Я его у порога нашла,
это нормально?
- Это нормально.
- Мне страшно. Мне показалось,
что, когда я мимо проходила,
острие как будто
за мной поворачивалось.
- Тебе показалось.
- Вы что-то скрываете.
- От тебя, пожалуй,
скроешь что-нибудь.
Существует поверье, что
если ведьма через нож переступает,
то она способности свои теряет.
- А мне показалось,
кто-то пытается Романа приворожить.
- Да Романа много кто пытается
приворожить.
Ты, знаешь, этот нож выброси.
А у себя я чего только не находила:
и ножи, и иголки, и бусы из желудей,
и даже кукол без глаз.
- А это зачем?
- Так, по поверьям,
люди ведьм изгоняют, силы их лишают.
А еще на Юрьев день делают
смоляные крестики
и вешают на двери ведьм.
Дом маком посыпают и все вокруг дома.
- А маком-то зачем?
- А считается,
что ведьмы мак любят.
Так вот, если мак посыпать
на усадьбу, на конюшню, на хлев,
то ведьма будет по зернышку собирать,
и до скотины не доберется.
А ты-то мак любишь?
- Надя!
- Ну-ка, быстро иди в дом!
Ты наказана!
Ты помнишь, за что?
- Зачем вы ее так?
- А затем, что нечего ночью
одной в лес ходить.
Я ей это запрещаю.
- Любопытная.
- Упрямая.
Вся в мать.
Только Роза в ее годы
еще похлеще вещи вытворяла.
- А где она?
- Нету ее.
- А что случилось?
- Не нужно об этом спрашивать!
- У Зои матери нет, и вы ей
с отцом запрещаете видеться.
Вы бы с ней помягче.
- Когда у тебя будут свои дети,
вот ты их воспитывать и будешь.
- А может, у меня есть ребенок?
- Нет у тебя ребенка.
- Откуда вы знаете?
- Это видно. Такое не перепутаешь.
- Как я хочу все вспомнить:
кто я? откуда я?
Как я в воде очутилась?
- Вспомнишь. Скоро все вспомнишь.
- И что, мне здесь сидеть и ждать?
- Тебя, наверное, уже ищут.
Только никуда отсюда не уходи.
Иначе тебя не найдут.
- Надя!
А как ты думаешь, папа меня любит?
- Я не думаю - я знаю:
он тебя очень любит.
- Хочешь пойти со мной
травы пособирать?
- Хочу. А когда?
- Сегодня ночью.
Скоро полнолуние - самое время
для собирания трав.
- Ну хорошо.
- Ну вот, пожалуйста:
одни дамы, и ни одного короля.
- Как это - ни одного короля?
Куда короли делись? Что это значит?
- Соперницы тебя одолевают.
- Это понятно.
- И ни одного заводящего жениха.
- Так, перегадай давай,
верни мне женихов.
- Слушай, не хочу. - Плохо ты
гадаешь, перегадай, говорю.
- Не гадается, говорю.
Слушай, хочешь, вон к Райке сходи.
Она тебе погадает,
все тебе расскажет.
- Ой, да ходила я к ней - толку-то:
это не хочу, это не буду.
Противная баба.
Ладно, девчонки, давайте выпьем.
Черт с ней, со старой каргой.
- Тихо ты. А если услышит?
- Да как она услышит?
Ночь на дворе, спит уже, поди.
- Похоже, мы с тобой заблудились.
Ну ничего, скоро рассветет,
и мы выберемся.
Ты, главное, не бойся.
- Я не боюсь, мы не заблудились. Тсс!
Лес разбудишь.
Лес ночью будить нельзя.
- Ты зря бабушку не слушаешься.
Нельзя из дома убегать:
можно потеряться.
Ты хорошо эту дорогу знаешь?
- Я по разным тропинкам хожу,
так интереснее.
- Как ты ориентируешься?
Тем более ночью.
- Какая разница: днем или ночью?
Я и так, и так вижу. Разве ты - нет?
Ты же чувствуешь запах старого камня?
- Нет.
- Вот же он. Потрогай его.
Под ним похоронена Кали.
- Кто это? - О ней нельзя говорить.
И не говори бабушке, что мы тут были.
Вдохни. Что ты чувствуешь?
Да не так, осторожнее.
- Как будто какой-то кислый запах,
холодный.
- Это болото. Туда нельзя.
А с этой стороны?
- Теплый запах.
- Угу, нам туда.
- Откуда ты все это знаешь?
- Знаю, и все.
- Тебя кто-то научил?
- Нет, я всегда знала.
Давай наперегонки.
- Зоя!
- Беги за мной, и ничего не бойся.
Ну ты же Маре Мартир!
- Тебе это подойдет?
Или тебя плеткой отхлестать?
Иди сюда! Я тебе запрещала
самой в лес ходить?!
Я тебе говорила, что я тебя выпорю?!
- Давайте лучше чай пить.
- Не лезь не в свое дело!
Ты у старого камня была?
Иди в дом! Ты наказана!
Живо-живо-живо!
Ставь чайник.
Нельзя ей к старому камню ходить.
- Слушай, она ведь и вправду ведьма.
А вдруг услышит?
- Угу. Сейчас на метле прилетит
и подслушает. Говоришь, тоже.
(Скрип двери.)
- А!
- А!
- Пятак, сволочь!
- Девочки!
- Черт старый!
- Это, Сонечка, тебе. Подарок.
- Спасибо.
- Убить тебя мало.
- Женька, подвинься.
Я брожу, брожу, смотрю, вы сидите
друг дружку пужаете.
Ну, я думал, подмогну.
- Дурак!
- Чего - дурак? Чего - дурак?
Вы тут ведьмами интересуетесь?
- Да. - Так я вам такое
могу рассказать,
никто такого не расскажет.
- Ой, ты-то откуда знаешь, а?
- Я за местными ведьмами давно
наблюдаю, их тут жуть сколько.
Я выпью? Ну, чтобы нервы успокоить.
- Пей да рассказывай давай.
- Сейчас.
- Пятак, а эта Рая, она тоже ведьма?
- А как же!
- Что, и летать умеет?
- Ну, насчет летать - старовата уже.
- Слышишь, а Ромкина городская -
ведьма?
- Про городскую эту утопленницу
не могу сказать, не знаю. Не знаю.
Вот была у нас в деревне такая, Кали.
Вот она и заговорить могла,
и отравить могла.
Люди говорят, что она до сих пор
по деревне ночью бродит.
Хотя вроде умерла давно.
- Ну знаешь, про Кали...
про Кали мы и сами слышали.
- Слышали, слышали.
Вы слышали, а я лично был знаком.
Ну ладно, засиделся я с вами.
У меня еще дела, пойду. Прощевайте.
- Тьфу ты, дурак старый.
- А если он правду сказал?
- Зоя меня из леса вывела.
- Это она может. Она в темноте видит.
- У нее дар.
- Что-то вроде того.
От матери достался.
- От вашей дочери, от Розы?
- Я уже говорила:
больше не спрашивать об этом.
- Зоя в лесу себя чувствует
как дома, она ничего не боится.
- Нельзя Зое в лес ходить.
Особенно к старому камню.
- Там, где Кали похоронена?
- Были там?
- Кто такая эта Кали?
- Нельзя о ней говорить.
Ее при жизни-то все боялись,
а теперь - тем более.
Даже имени ее произносить не надо.
- Да мы просто травы собирали.
Зоя так в них разбирается.
- Не надо ее хвалить.
- Ну, вам, конечно, виднее, но...
- Именно, мне виднее. И я вижу,
что кто-то нас подслушивает.
- А может, я хочу учиться!
А ты мне не разрешаешь.
- Учиться хочешь? Хорошо.
А ты чай приготовила?
Или мяту найти не можешь?
- Нет, я тут... - Вот именно.
Так что сначала научись
слышать взрослых и делать то,
что тебе говорят.
Что за упертый ребенок! Это характер.
- А мне кажется, она вся в бабушку.
- Ты даже не знаешь, что сказала,
Маре Мартир. Хотя сказала правильно.
- Женька! Женька, ты дома?
- Ты чего всполошилась в такую рань?
- Я с Пятаком ночью разговаривала.
Он, конечно, наврал с три короба,
как всегда. Но идейку мне хорошую
подал за бутылку самогона. - Какую?
- Как от Романа
отвадить наконец утопленницу.
- Ну?
- Письмо ему написать,
что у Надежды в городе имеется жених.
- Отличная идея.
- Как я сама не догадалась?
- Тогда лучше написать,
что у нее муж и трое детей.
- Зачем муж? Зачем трое детей?
Что ты несешь?
У нее обручального кольца нет,
следа от обручального кольца нет.
Нет, тащи листочек и ручку.
- Хорошо, сейчас.
- "Имею честь сообщить..."
- А от кого письмо будет? Держи.
- Как от кого? От тебя.
Да шутка. Анонимка.
- А Рома не догадается,
что это мы написали?
- Я тебя умоляю!
Мужчины - они народ примитивный.
Давай ты лучше пиши,
у тебя почерк лучше.
Пиши.
- Так, а что писать?
Ну диктуй, ты врешь лучше.
- Это да.
"Имею честь сообщить,
что у Нади... у Надежды
в городе имеется жених.
Она его очень любит..."
- Подожди.
- "...и скоро вернется к нему".
Так, еще что написать?
- А что это вы тут делаете, а?
Колдуете?
- Мефодьевна, давай иди куда шла.
- Не плюй в колодец.
- Как думаешь, заметила?
- Да ничего она не заметила.
Пиши дальше.
- Надо написать,
что у нее было трое мужей.
- Опять ты про замужество.
О! Давай напишем ему,
что она участвовала в оргиях.
Напиши: "Еще Надежда призналась,
что она ведьма
и участвовала в оргии".
- Не перегибай, Соня.
- Ну ладно.
- И этого будет достаточно.
Ну?
- Да.
Так, теперь надо подумать,
кто Роману это письмо доставит.
- Соня, я не понесу.
- Понесешь. - Нет.
- Держи.
- Соня, не понесу.
Спрячь.
- Пятак, ты сдурел? С утра напился?
- С утра чуток заправился,
так уже выветрилось.
У тебя что-нибудь есть?
- Женька, тащи конверт. Да.
Слушай, ты, сбитый летчик,
я тебе передам письмо,
передай его Роману.
Главное, чтобы городская ведьма
не заметила.
- Ну, это трудно...
- Началось.
Пятак, я тебе за это дам
бутылку водки.
- Думаешь, меня можно
за бутылку водки купить?
- Да.
- Правильно думаешь.
- Доставит.
- А если он расскажет,
что это мы написали?
- Ой, я тебя умоляю!
Кто Пятаку поверит?
- Борь! Боря! Борь!
- Что же я так упал-то, а?
Ах ты, господи...
О, стоит. Ну хорошо.
Рома!
Ну нет так нет.
Так... Значит, куда это положить-то?
А вот сюда, может? Может, сюда?
Вот.
Это что такое?
Чьи деньги?
Ну, коли ничьи, я беру -
ну, раз ничьи.
А письмо-то, письмо-то!..
Я знаю, куда положить теперича.
Вот и все. Вот и ладушки.
- Ой-ой-ой, кто это тут бродит
как привидение?
Неужто ведьма
из собственного дома выгнала?
- А ты только того и ждешь?
- А что, могу и подождать.
У меня терпения много.
- Ну жди.
- Ромка, ты же ко мне сам придешь.
Надька твоя в город убежит,
а ты ко мне придешь.
Куда ты денешься?
Влюбишься и женишься.
Плохо дело. Правду люди говорят:
русалки мужикам головы кружат,
а потом тянут в болото, на самое дно.
- Ну, на дно так на дно.
- Говорят, жених у нее есть.
- Кто говорит?
- А так, слухи.
- "Так" ничего не бывает,
особенно у тебя.
Что знаешь?
- А пусть она сама тебе расскажет.
- Что расскажет?
- Поболтайте о заповедях.
Не возжелай жены ближнего своего.
Моя любимая.
- Сон мне странный сегодня приснился,
будто с моста в реку прыгнула.
И так все реально было.
А наутро письмо мне пришло,
будто в городе меня жених ждет,
и я его очень-очень люблю
и скоро к нему уеду.
- Письмо от кого?
- Не знаю.
- Адресовано кому?
- Да нет адресата и подписи нет.
- Понятно. Порви и выбрось.
Пей.
- Да я здорова уже.
- Пей, я сказала.
Чашку переверни.
Другой рукой -
той, которая ближе к сердцу.
От себя.
Вот он, твой жених.
- Это что, я из-за него
с моста прыгнула?
- Нет. Из-за него
ты бы убивать себя не стала.
С тобой что-то другое случилось.
А вот что, я пока не вижу.
Пока не вижу.
- Здравствуй, Роман.
- И тебе не хворать.
- А ты что же это, с пустыми руками
дорогих гостей встречаешь?
- Незваный гость хуже ворога.
- Рома, я человек немолодой, мне
что же, за каждым рублем наклоняться?
Нехорошо. Моих людей гонишь.
- В прошлый раз раньше срока пришли.
Деньги сейчас принесу.
Зря пришел: денег нет.
- Я не могу ждать.
- Это вообще не мой долг.
Я сказал, отдам - значит, отдам.
- Никто тебя не неволил,
ты сам предложил чужой долг отдать.
- Я же сказал - верну. Что еще?
- Тут нужно помочь в одном деле.
- Мы только про деньги
договаривались.
Помогать тебе я не обещал.
- Я не люблю, когда мне возражают.
- А я не один из твоих людей.
- Ты деньги найди и принеси.
- Вот так.
- Так, слушай, хочу посоветоваться.
- Ты что, подглядываешь за мной?
- Да хотел тут насчет Соньки
у тебя спросить.
- Я тут свою личную жизнь
обустраиваю.
Так, ага... Так...
- Эй, ты чего это тут делаешь?
- Да чего повадились все ко мне, а?
А вдруг я здесь
с бабой голой отдыхаю?
- Чего? С какой бабой?
Не смеши мои тапки.
Передал письмо?
- А то. Давай бутылку.
- Ага! А чем докажешь?
Может, ты его по дороге выкинул.
- Нет, на самое видное место
выложил.
- Да? Ну и как Роман отреагировал?
- А я откуда знаю?
Я убежал: там же ведьма лежала.
- Да? Ну ладно.
Если я узнаю,
что Роман письма не получал,
я тебя вот в этот ящик
лично замурую, понял?
- О, смотри, травы насобирала -
сейчас начнет колдовать.
- Ну что же, теперь всем парням
в нашей деревне капец, да?
- Хуже, девки.
Она сейчас эту траву посушит,
каждому под дом положит и подожжет.
- Ах!
- Ах!
- Господи!
- Слышь, городская,
а ну-ка, подойди поближе.
Нам тут одного человека
подлечить надо. - Ага.
- Ну, поближе, поближе.
- А вот мы тебя сейчас и полечим -
от колдовства и от распутства.
Вот тебе, гадина!
- На тебе! На тебе!
- Эй, эй, вы чего?
Стоп, стоп! Вы чего творите-то, а?
- Гадина, на тебе!
- В городе, небось, такого нету!
- Пойдем-пойдем. Прекратите!
- Тебя эта ведьма до добра
не доведет. - Шлюха такая, а!
- Так, сюда. Ничего, ничего,
давай сюда. Вот сюда. Сейчас открою.
Проходи. Ты их не бойся,
они не злые, они просто глупые.
- Да я их не боюсь.
- Борька, что случилось?
А она что здесь делает?
- Что, тоже хочешь
грязью в нее бросить? Давай.
- Да нет...
Боря, давай я тебе рубашку постираю.
- Не надо, я сам постираю.
- Ты... извини.
Я...
- Не извиняйся,
ты ни в чем не виновата.
- Сказать тебе хотела, что...
Это Соня...
- Что Соня?
- Ты это самое...
Ты можешь остаться, если хочешь.
Но не в смысле вообще переехать,
а так. Я тебя смогу защитить.
- Ты недоговорила. Что Соня?
- Ничего.
- Ладно, Боря, спасибо.
- Давай я тебя провожу.
А то мало ли, там бабы...
- Ой, да все в порядке.
Я их не боюсь.
- Да?
Ты что-то сказать хотела? Про Соньку.
- Ничего.
- Мне письмо пришло. Прочти.
- Я чужие письма не читаю.
- Я не знаю, чье оно:
здесь нет ни адреса, ни подписи.
- Но оно же тебе пришло,
ты и читай.
- В нем говорится,
что у меня есть жених в городе.
- И?
- Я не знаю.
- Я выловил тебя в платье,
похожем на свадебное.
Может, ты вообще замужем?
- Но у меня не было
обручального кольца.
- Но ты не помнишь,
есть ли у тебя муж или жених.
- Рая говорит, что у меня был жених.
Но я этого не помню.
А если я этого не помню,
то его и нет.
- За чужой женой ухаживать - грех.
- Ай!
(Слышен детский смех.)
- Зоя, это ты?
(Звучит тревожная музыка.)
Зоя...
Я ищу девочку, Зою.
Меня зовут Надя.
- А я Кали.
Я про тебя много слышала.
- Мне про вас тоже говорили.
- Что я ведьма
и что я много лет назад умерла?
Ну, про тебя тоже много говорят:
что ты утопленница
и много всяких глупостей.
- А откуда вы знаете?
Вы же ни с кем не разговариваете.
- Я много чего знаю.
Это деревенские ничего не знают,
а я про них все знаю.
- А я про себя ничего не знаю.
- Вспомнишь.
- Когда?
- Скоро.
- Скоро...
Мне страшно.
- Ничего, страх - вещь хорошая,
он оберегает человека.
Правда, иногда
выходит из-под контроля,
как всякая страсть.
- Страх - это страсть?
- И страх, и ненависть,
и даже жажда мести - страсть.
Только такая страсть
съедает человека изнутри.
- Вы про меня?
Что вы про меня знаете?
- Рано тебе уезжать.
Вспомнишь все - сама решишь.
- Зоя, ты чего здесь?
Нельзя тебе одной в лесу гулять.
- Это тебе нельзя
одной в лесу гулять.
- Шла бы ты домой, да побыстрее.
- Это ты шла бы домой, да побыстрее:
тебе рожать скоро.
- Да недели две, не меньше.
- Не-а, не угадала.
Прямо сейчас будешь рожать.
- Много ты про роды знаешь.
Лет-то тебе сколько, букашечка?
- А вот зря ты меня обзываешь, ведь
тебе тут, кроме меня, некому помочь.
- Ой. Ой. Ой-ой-ой.
Ой.
- Идем. Я знаю, кто тебе поможет.
- Куда идем?
- Идем, идем.
- Только не спеши, хорошо? Ой!
(Охает.)
(Звучит напряженная музыка.)
- Ты зачем ее привела?
- Это Галя, ей очень больно.
Ей рожать пришло время.
- Вижу.
- Я, конечно, знаю,
что рожать всегда больно,
но мне кажется,
что с ней что-то не так.
- Правильно тебе кажется.
Она не может родить.
- Помоги ей, Кали.
- Ты меня не бойся, кричи.
(Слышен крик Гали.)
- Помоги ей, Кали.
- Помоги!
- Мужа отпусти.
- Как же я одна, без мужа?
Ай! Больно...
Сделай что-нибудь.
- Муж сам от тебя ушел.
Отпустишь - помогу.
- Он узнает
и обязательно вернется к ребенку.
- Муж к тебе не вернется.
Отпустишь мужа -
хоть ребенка спасешь.
А так оба умрете, ты и он.
- Нет, нет!
- Помоги, Кали!
Ты же видишь, Галя умирает.
- Ну как я ей помогу?
Она сама себе помочь не хочет.
- Я на все готова,
я все сделаю ради ребенка!
- Видишь, на цепь похоже?
Отпусти мужа -
тогда выживете и ты, и он.
- Лучше умру,
чем мужа другой отдам.
- Тогда умрешь.
- Ребенка спаси.
- Зоя....
- Галя родить не может.
- Она не хочет отпустить мужа,
вот и мучается.
- А при чем здесь?.. Что с ее мужем?
- Ушел к любовнице.
- А что с ребенком?
- Пока живой. Но скоро умрет.
- Я ее просила помочь,
а она не хочет.
- Она должна сделать выбор
между мужем и ребенком.
Все вместе сохранить не получится.
- Но вы же можете ей помочь.
- Она сама виновата.
Отпустила бы мужа -
спасла бы себя и ребенка.
А сейчас ей никто не поможет.
- Зоя, принеси воды.
- Чтобы глаза не убоялись,
чтобы руки не опустились,
чтоб рассудок не помутился.
(Слышен плач ребенка.)
- Мне Рая сказала,
что у меня будет дочь.
Представляете, по форме живота
угадала, кто родится.
- Ну все, теперь все хорошо.
И ребенок будет здоров,
и тебе ничего не угрожает.
- Спасибо тебе.
- Ты не знаешь, где Надя?
- Надя занята.
Самым важным делом на свете занята.
(Ребенок плачет.)
- Ч-ш-ш.
- А ты сильная, Маре Мартир,
очень сильная.
Но ты сделала ошибку.
Ты изменила судьбу
при помощи колдовства.
- Это не колдовство,
это кесарево сечение.
- Этот ребенок
не должен был родиться.
Теперь муж вернется к Гале,
но это никому не принесет счастья:
ни ему, ни его любовнице, ни Гале.
- Да нет ничего ценнее жизни ребенка.
Сегодня на свет появился
новый человек.
- А у тебя появился новый враг.
Женщина.
- Я не боюсь.
Соня не такой уж страшный враг.
- А это не Соня.
И это не я, как ты подумала.
Это другая женщина.
- Это очень опасный враг.
(Слышен клаксон мотоцикла.)
- Это что такое?
- Эх, здоровый, тяжелый...
Приемистый, но тяжелый.
А я ведь от самой Мефодьевны
тормозить начал.
- Пятак, ты оглох, что ли?
Я говорю, что это такое?
- Это - мечта моей жизни.
- Украл мечту?
- Купил.
- Ты купил? На какие деньги?
- Деньги... так скопил.
- Ты что мне заливаешь?
У тебя с утра на выпивку не было,
а тут ты целый магазин привез.
Откуда деньги?
- Нет, я нашел. Понимаешь,
иду я, вижу - лежат деньги.
Я спрашиваю: "Чьи деньги?"
А никто не говорит. Вот я и взял.
- Так, отвечай мне:
откуда взял деньги?
- Я у Романа одолжил.
- У Ромки? Ты украл у Ромки деньги?
- Нет, нет.
Сонюшка, это плохие деньги.
Их вообще надо сразу пропить.
А кто, кроме меня,
может сразу пропить, а?
А давай вместе пропьем, а?
- Так, гад, сейчас идешь к Ромке
и возвращаешь ему все до копеечки,
а то капец тебе! Понял?
А я прослежу за этим делом.
- Соня,
а что это у вас здесь происходит?
- Да вот, видишь... Так, Пятак,
я передумала, нет тебе веры.
Сама ему все верну. У тебя наверняка
там еще остались деньги.
Ну-ка выворачивай карманы.
- Что? Ну не женское это дело.
- Ого!
- Давай я верну.
- Куча денег, Пятак. Смотри.
Так, ты вернешь мотоцикл,
я верну все остальное.
Женька, принеси корзинку,
сейчас собирать все это будем.
Ну ты даешь!
- Так ты знала, что Кали не умерла?
- Ага. Бабушка тоже знает.
Она Кали на могилку еду носит.
- Больше никто не знает?
- Нет.
А ты так раньше делала? Я испугалась,
когда ты на нее с ножом...
- Я, если честно, сама испугалась.
- Я всегда думала, что зарезать
человека - это значит убить его,
а оказалось - спасти. Кали очень
удивилась тому, что ты сделала.
Даже, наверное, она так не умеет.
Я раньше хотела стать колдуньей,
но теперь решила,
что я буду Маре Мартир, как ты.
- Я даже слов таких не знаю.
Часто бываешь у Кали?
- Только не говори бабушке,
она не разрешает к ней ходить.
- Хорошо. Я скажу,
что мы с тобой собирали травы.
Научишь меня различать целебные?
- Ладно.
- Ух ты, вот это урожай! Убили кого?
- Эй, эй!
Это мы у Пятака ворованное отобрали.
Вот идем Роману возвращать
его деньги.
- Ну за честность
премия же полагается.
- Так! - Не тронь!
- Половину вернем, остальное себе.
- Ты что, с ума сошла?
- А что? Можно подумать,
тебе деньги не нужны.
- Ты не понимаешь!
Это не просто деньги.
Это отличный повод показать Роману
себя с хорошей стороны.
- Ну тогда есть получше идея.
Надо не только тебя
с хорошей стороны показать,
но и городскую в плохом свете
выставить.
Скажем, что не Пятак деньги взял,
а она.
- Точно. Это что же получается?
Она теперь не просто ведьма,
а еще и воровка в придачу.
А я же всех предупреждала,
что с ней в деревню беда придет.
- Да ты не разжигайся так,
Роману расскажешь, а не нам.
- Надя не воровка. Так нельзя, Соня.
- Женя, как не воровка?
Она у меня моего любимого мужчину
из-под носа увела.
- Угу.
- Настоящая ведьма и воровка.
- Соня!
- Ой!
Дуры!
- Ругаться будет.
- Не бойся, я тебя защищу.
- Еда разогрета.
- Вот, в лесу собрали.
(Зоя плачет.)
- Что ж ты все лезешь туда,
где ты не нужна?
- Да я помочь хотела.
Я боялась, что Зоя в лесу заблудится.
- Не заблудится она. Я о другом.
Нельзя ей с Кали.
И тебе о Кали было знать
необязательно.
- Зоя ни при чем,
я случайно на нее наткнулась.
- Случайностей не бывает.
- Почему все думают, что Кали умерла?
- Я тоже думала,
что она исчезла навсегда.
Краешек жизни мне остался,
хотела его чисто прожить.
Да, видно, не судьба.
- Так, а что ж вам мешает?
- Ты мешаешь! Я сразу это поняла,
как только тебя нашли.
Теперь все пошло наперекосяк!
- Больно?
- Не так больно, как обидно.
Почему она такая злая?
- Она тебя любит и переживает.
Иногда, чтобы спасти человека,
которого ты любишь,
приходится делать ему больно.
- Как ты сделала больно Гале?
- Угу.
Правильно. И это спасло ее
и ее малыша.
- Кали на тебя очень разозлилась.
Я видела.
- Ты можешь больше не ходить к Кали?
- Почему бабушка думает,
что Кали меня испортит?
- Я тебя прошу, пожалуйста,
не ходи к Кали.
- И ты мне запрещаешь?
- Да нет.
Нет, но если б я была твоей мамой,
я бы запретила.
- А ты мне не мама!
- Зоя!
- Ты мне не мама!
- Вот упрямый ребенок. Вся в бабку.
- Это точно.
- Я про Кали.
- А разве не вы бабка?
- Кали тоже ее бабка.
- Так, подождите, что?
- Она моя сестра.
- Ромка! Рома!
Ага, похоже, нет никого.
- Не знаю, страшно как-то.
Может, пойдем?
- Сейчас дело сделаем и пойдем.
Я еще хочу посмотреть:
спят они вместе или порознь.
- А-а, а если вместе,
то сразу видно.
- Вот сейчас и увидим.
- Ну, а даже если спят, то что?
- Ее у нас в деревне и так не любят,
а если узнают, что она гулящая,
так вообще. Ага. Одна подушка.
Значит, порознь.
- Ну все, узнала?
Успокоилась? Пошли.
- Сейчас, погоди, еще кое-что.
- Что еще, Соня? Ты что удумала?
Так, подруга, я тебя не знаю,
и меня здесь не было.
- Ну-ка, стоять!
Стой, жди меня.
- Угу.
- Вы что тут делаете?
Я тебе сказал больше не приходить.
- А я не к тебе приходила,
я к ведьме твоей приходила.
Деньги у меня пропали.
А Лизка видела,
как она в моем дворе крутилась.
А потом я их нашла, представляешь?
Только не там, где я их прятала,
а в подушке своей.
У тебя ничего не пропадало, Рома?
- У меня ничего не пропадало.
- Ага, не веришь ты мне.
Все думаешь, что она святая.
Только она потом тебе нож в спину.
- Давай иди уже.
- Стой.
Рома, до тех пор, пока она
не появилась в деревне у нас,
воровства не было.
И сараи сами по себе не загорались.
Пойдем, Лизка.
- Кажется, не поверил.
- Ага. Сейчас выйдет и посмотрит,
вот увидишь.
- Не надо было так прямо про подушку.
- Ага, ты мне еще расскажи,
как надо врать.
Может, хотя бы засомневается? Пойдем.
Ух, и отхватит она наконец от Ромки!
- Борька! Подь сюда!
- Чего?
- Выручай.
- Ух! Что это с тобой такое?
- Помоги, мне спрятать кое-чего надо.
Я подумал, что у тебя
двор-то крайний, непроходной.
Можно пока спрятать у тебя.
- А что спрятать-то?
- А пойдем покажу.
Во, видал?
Только, понимаешь,
что-то у него с зажиганием.
В общем, заглох. Подмогни,
мне одному не утащить.
- Кто ж тебе такое чудо подарил?
- "Подарил"! Жди! Сам купил.
- Ага, "сам купил".
Это на какие шиши ты купил?
- Что вы все такие подозрительные?
- Кто это - все?
- Все: ты, Сонька...
Сонька вообще меня побила,
деньги забрала.
Людям надо верить.
Может, я клад нашел ничейный?
- Клад ничейный?
- Да.
- Я так слышал,
что у Ромки деньги пропали.
- А я не слышал.
- Откуда деньги?
- Нашел.
- Где нашел?
- Представляешь, в подушке.
- Как они там оказались?
- Я думал, ты мне расскажешь.
- Ты думаешь,
что я у тебя украла деньги?
- При чем тут деньги-то?
Плевать мне на деньги.
Я думал, ты мне про жениха
расскажешь наконец-то.
- Конечно ведьма! Ведьма!
Мало того что ведьма,
она еще воровкой оказалась.
Она у Ромки деньги украла.
- Вот и правильно,
что мы ее грязью закидали.
Я так и знала!
- Может, это слухи просто?
Мало ли что люди говорят!
- Какие такие слухи, какие люди?
Я сама лично видела.
- Знаем мы тебя, Сонька.
Мало к тебе веры. Язык как помело.
- Не веришь мне - спроси у Женьки.
Она тоже видела. Да, Женя?
- А что я видела?
- Ты видела, как городская
Романа грабила.
- А вдруг это не она была?
- Как не она?
Женя, ну как не она? А Борьку
твоего тоже не она приворожила?
Ходит вокруг нее как мартовский кот.
Теперь ты, Женька,
никогда замуж не выйдешь.
- Соня!
- Что? Да воровка она и ведьма!
И Женька видела,
как она грабила Романа, да? Да?
- Да. Да, видела, видела, видела!
- Эй, Женя, ты куда?
- Давай, давай. Ромка!
- Е-мое! Это что за маскарад?
- Пятак тебе что-то очень важное
рассказать хочет. Давай-давай.
- Понимаешь, Рома, значит,
не могу я тебе отдать
мечту всей своей жизни.
- Это он о чем?
- Так про мотоцикл.
- А что с мотоциклом?
Сломался, починить надо?
- О! Понимаешь,
там зажигание барахлит,
вообще не едет, зараза, и все.
- В общем говоря, мотоцикл он купил
за твои денежки.
Значит, не Надя взяла их.
- Нет, понимаешь,
Сонька меня избила и деньги забрала.
Но я купил мотоцикл.
- Значит, Сонька все придумала?
- Сонька, Сонька, все Сонька.
Мне даже на бутылку не осталось.
А еще она меня заставила
письмо тебе подкинуть какое-то.
- Письмо тоже она?
- Она. Она! Она!
Сама написала, меня заставила
подкинуть, сволочь такая!
Пойдем набьем ей морду?
- С ней я сам разберусь.
- Правильно.
- Ты видишь, какое дело, Пятак.
Я ведь из-за тебя человека обидел.
Самого близкого моего человека.
- Я ведь тебе всю правду рассказал.
- Ох, как неожиданно.
Гостей не ждали, но вас-то всегда.
Проходите, пожалуйста.
Что с тобой? Ты чем-то огорчен?
- Горько мне, Соня.
Огорчил меня один человечек.
Я, видишь, ей верил,
а она меня обманула.
- Вот видишь,
я же тебя предупреждала.
Ведьма она и воровка.
- Я вообще-то про тебя говорю.
Это ведь ты деньги подбросила.
- Как это я? Это она,
я побожиться могу, она...
- Мне Пятак все рассказал.
И про письмо тоже.
- А письмо - это мы с девками
пошутить хотели. Это шутка.
Рома, подожди. Подожди, все не так.
Я же спасти тебя хочу.
Душу твою спасти хочу от ведьмы.
Тут любые средства хороши.
- Я хочу, чтобы ты поняла:
я Надю люблю и женюсь на ней.
- Я хочу, чтобы ты понял: что бы ты
ни сделал, я всегда буду между вами.
- Ты сама ведьма.
- Обидел кто?
- Да.
- И ты в город собралась?
- Собралась.
- Ну и правильно.
Там же и больницы, и врачи настоящие.
А здесь одни шарлатаны.
- Я этого не говорила.
Я просто хочу отсюда быстрее уехать.
- Нельзя тебе отсюда уезжать.
Роман тебя спас не тем,
что из воды вытащил,
а тем, что полюбил.
- Что это значит?
- Это значит,
что если ты никого не любишь,
то и жизненной энергии в тебе нет.
- Ты чего?
- Поговорить хочу.
- О чем?
- О Пятаке и о пропавших деньгах.
Не для тебя это делал -
я Наде помогал.
- Спасибо. От меня и от Нади.
- Не жена она тебе и не невеста,
понял?
- Так. И что?
- Что...
Что она свободная девушка
и любой имеет право за ней ухаживать.
- Ну, дальше?
- Я хотел тебя честно предупредить,
что я буду ухаживать за Надей.
И если ты будешь мне мешать,
то я готов драться.
- Ты с утра, Борька,
выпил уже лишнего, да?
- Может, и выпил. Но не боюсь я тебя.
- Понятно.
- Подожди, мы не договорили еще.
- Все?
- Какое это имеет отношение ко мне?
- Прямое. В городе ты любви лишилась,
так и погибнуть собралась.
А здесь вон Роман отдал тебе
часть своей души - ты оживать стала.
- Я все равно ничего не помню.
- Вспомнишь.
Скоро вспомнишь.
А ты на свадьбу сегодня собираешься?
- Не пойду. Не хочу Надю
одну оставлять.
Вон на нее как все ополчились.
- Так ты ее с собой возьми.
- Слушай, я хотел...
- Возьмешь меня с собой на свадьбу?
- Она вон на невесту посмотрит -
может, быстрее чего вспомнит.
А? Вот платье.
Надевай, не бойся. Не мое.
(Звучит гармонь.)
- За здоровье молодых!
- Правильно!
- Горько!
- Горько!
Все: - Горько! Горько!
Горько! Горько! Горько! Горько!
- Кто идет, посмотрите.
- Только ведьмы на свадьбе
не хватало нам.
- Ни стыда ни совести!
Это у них так принято, у городских?
- Совет да любовь!
- Угу. - Ага.
- Садись.
- Подстилка городская.
- Ну, поздравляю.


Серия 3

Звучит песня: "Быть бы мне деревом
на берегу реки,
Стужею северной
корни мои крепки.
Горечью горькой
листва на моих руках,
Выпью глотком одним
воду твою, река.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река,
звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала
за собою меня".
- На кого гадаешь?
- Любопытная какая.
Не на тебя. На тебя еще рано.
- Ничего не рано.
Просто в деревне нет парней
моего возраста,
а то бы уже за мной бегали,
дрались бы, предложения делали бы.
- Ух ты!
- Что?
- Долгожданный гость
или неожиданный подарок.
Так... Ух!
Только принесет нам это всем беду.
- А бывает, что карты врут?
- Бывает.
Бывает,
что люди их неправильно понимают.
- Я хочу заговор против Нади.
Я заплачу.
- Красивые бусы.
- Ах!
- Чего ты на самом деле хочешь?
- Я на самом деле хочу,
чтобы она умерла уже.
- Когда призываешь смерть на другого,
она может прийти к тебе самой.
- Мне все равно, я не боюсь.
Сделай так, чтоб я ее
больше никогда уже не видела.
- Это очень легко.
Надо просто лишить тебя зрения.
И ты ее больше никогда не увидишь.
Сядь!
Если ты не боишься смерти,
надо примерять ее на себя.
- Как это?
- Возьми.
Донесешь до дома -
проси у огня все, чего хочешь.
Смерти она хочет!
- Ай!
Тварь.
- Боря, ты что,
за мной подглядываешь?
- А Рома дома?
- Нет.
- Это хорошо.
- Ты чего такой нарядный? Умер кто?
- Кто умер? А, в смысле это?..
Да, для торжественных случаев
такой костюм.
Надя...
...выходи за меня замуж.
- Ты чего?
- Слушай, я серьезно.
Я мужик работящий,
домовитый, непьющий почти.
Ты будешь со мной счастлива.
- Боря, не хочу тебе обижать,
но я Рому люблю.
- Рому.
Рома этот, он непонятный.
Он какой-то...
Он странный, понимаешь?
Как и брат его.
У них там какие-то темные делишки.
Послушай, Надя,
ты не будешь с ним счастлива.
- Знаешь, Боря, это моя жизнь,
и мне решать, что в ней делать.
- Постой, а как же я?
Ты знаешь, как я тебя люблю?
Я тебя... я тебя до смерти
буду на руках носить.
- Сердцу не прикажешь.
- Надя, между прочим,
это я Пятака разоблачил -
то, что он у Ромки деньги своровал.
- Спасибо, Боря, но...
- Может, подумаешь еще?
- Цветы.
Можно гадать: любит, не любит.
- Это не самый главный вопрос
в жизни.
- А какой самый главный?
- Много вопросов. Не хватит букета.
- Ну ничего, я тебе каждый день
буду новый приносить,
пока не найдешь ответов
на свои вопросы.
Ты чего?
- Все нормально.
- Надюша, ты не умеешь врать.
Послушай, я раньше не знал,
как нужно, и наделал много глупостей.
Но теперь знаю.
Я тебя не обману и не предам.
Я тебя...
- Мне с Надеждой поговорить надо.
- Чувствуй себя как дома.
- Ой, Борька, ты что такой нарядный?
Помер, что ли, кто?
- Да помер, баба Катя, помер!
- Господи ты боже мой! Кто?
- Любовь. Мечта померла.
- Выпил, что ли, с утра, а?
Будешь есть? На! Ешь-ешь.
Ну, пойдем. Пойдем.
- Ты ни о чем не хочешь
мне рассказать?
- Зоя утром приходила.
Сказала, что...
- Что ты делала у Кали?
- Галя не могла родить.
Кали почему-то не хотела ей помочь.
Пришлось помочь мне.
Что я сделала неправильно?
- Все неправильно.
- Я что, должна была позволить
им обеим умереть?
- Галя не должна была выжить.
И вот теперь Борислав вернулся.
- Кто это?
- Галин муж.
Он как узнал, что у него
дочь родилась, сразу приехал.
И скоро придет к тебе
спасибо сказать.
- Похоже, Кали была права.
- Значит так, мы вот что сделаем:
ты сейчас пойдешь к Гале,
а я подарок прихвачу
и тоже туда приду.
Ясно?
- Думаете, он мой враг?
Что я сделала не так?!
- Все не так!
То, что ты не утонула, - тоже не так!
- Где это видано,
чтобы беременную ножом резали, а?
- Ну нельзя в судьбу вмешиваться.
Написано на роду умереть -
значит, умереть.
- Да.
- Не нами срок написан.
- Ведьма.
- Да. Обидно, что красивая.
- Ты русалка...
Да нет, я просто хотел сказать,
что красивая.
У нас здесь нет таких.
Роман уже утонул в глазах твоих?
Ну ладно, ладно, ладно.
К Гале идешь, да?
- Да, а что?
- Ничего, просто я муж ее.
Борислав. Брат твоего Ромки.
Ну давай.
- Тсс.
- Ой, Наденька, здравствуйте.
Заходите, заходите.
Галя, у нас гости.
Проходите, проходите.
- Здравствуй, Галя.
- Надюша, проходи.
Я очень рада тебя видеть.
- Как девочка?
- Девочка у нас спокойная.
Вон смотрит, все понимает:
что мама дома и папа дома.
- Даже не знаем,
чем вас благодарить.
У нас ведь так еще не рожал.
- Тихо-тихо-тихо.
- А можно я подержу?
- Конечно. Ты же ей как вторая мать.
Давай тихонечко, тихонечко.
- А имя еще не придумали?
- Придумали: Надюша.
В честь спасительницы.
И муж не возражает.
- Красивое имя. Одарить вас нечем,
так вот мы от чистого сердца...
- Тихонечко, тихонечко.
Тихо, тихо. Т-ш-ш.
- Ой, Рая, здравствуй. У нас счастье.
- С прибавлением.
Я принесла вам подарок.
Это оберег.
- Спасибо.
- Спасибо.
- Говорят, муж твой вернулся.
Так где же он?
- Я пойду.
- А что же так скоро?
Возьмите с собой что-нибудь.
- Что тебя испугало?
- Как ребенка на руки взяла,
почувствовала.
- Что почувствовала?
- Будто мой ребенок умер.
Я же не могла забыть,
что у меня есть ребенок - или был.
- Рая, привет.
Чего не здороваешься?
Не рада, что ли, видеть меня?
- А чему радоваться-то?
Вот, это и есть Борислав,
муж Гали и брат Романа.
- Да мы уже познакомились.
А кем ты мне теперь приходишься,
если живешь с моим братом?
А, квартирантка. Чего, уже уходите?
- Да мы поздравить зашли. Вы тоже
приходите к нам, Роман будет рад.
- А ты?
Нет, у нас просто с Романом
не очень как-то.
- Много времени прошло.
Все плохое забывается.
- Хорошая ты.
- А ты не изменился.
- Так это же прекрасно, Рая.
- Идем.
- Вы не рады его возвращению.
- Он плохой человек.
- Может, это про него Кали говорила?
- Нет, не про него. Он Роману враг.
А твой враг - женщина.
- Какая? Это не Соня?
- Нет, не Соня. Твой враг -
любовница Борислава.
Он к ней от жены ушел,
а теперь к жене
из-за ребенка вернулся.
И не должна была Галя
с ребенком выжить,
на то заговор был, а ты его поломала.
- И что теперь?
- А что теперь? Теперь все кувырком.
Я тебе говорила:
и ты не должна была выжить,
не надо было Роману
тебя из воды доставать.
Посмотри, что началось.
- О, Ромка. Люди говорят,
твой брат появился.
Он, случаем, не из тюрьмы сбежал?
- Да я его не видел.
- Что, городская тебе
так мозги запорошила,
что даже с братом повидаться
нет времени?
- Желания нет.
Он же знает, где я живу.
Захочет - найдет.
- Твоя утопленница
дороже тебе родной крови?
- Дороже. - Вот это она тебя
закрутила лихо, конечно!
Только ты зря стараешься.
- А чего? - Не в коня корм.
- Ну так и я вроде не конь.
- Да я вижу, что не конь.
Ну не пара она тебе, Ром, не пара.
Она привыкла к городскому обращению,
понимаешь:
театры, конфеты, шампанское.
- Бары!
- Бары. Ну вот куда тебе, а?
Вот Соня как раз самое то.
Соня - это тебе настоящая пара,
два сапога. - Правильно.
Все правильно говорите, бабы.
Я подумаю.
- Подумай. Подумай!
- Вот молодец!
Знай сверчок свой шесток!
- Сонь! Соня, люди говорят,
ты Кали искала?
- Врут все твои люди. Кто говорит?
- Сонь, так она, это... жива, что ли?
- Не нужна мне никакая Кали.
Я сама на кого хочешь порчу наведу.
- Ты что удумала?
- А ты что, думаешь,
если эта городская смогла так Романа
приворожить, то я так не смогу?
- Соня, ты ненормальная!
Стой! Стой, говорю!
- Я только что с Бориславом
познакомилась.
Взгляд у него...
- Какой?
- Холодный.
- Ты его боишься?
- Я вроде понимаю, что он твой брат,
но мне все равно не по себе.
- Не надо бояться.
Я теперь каждую ночь буду с тобой.
- Думаешь, она его приворожила?
- Ну конечно. А как еще, Женька?
Что по ней все мужики с ума сходят?
И Борька, и Ромка, и все остальные.
- А Борьку, может, и приворожила.
Он за ней хвостиком бегает,
на меня даже внимания не обращает.
- За свое счастье надо бороться.
Если обычные способы не помогают,
значит, надо применять колдовство.
- Соня, это грех!
- Дура ты, Женька!
Знаешь, почему таким бабам, как Надя,
все мужики достаются?
Потому что им плевать на грех.
Они просто берут свое, и все.
- Я боюсь.
- Жень, я тоже боюсь,
но вдвоем не так страшно.
Зато, представь,
когда мы от нее избавимся,
и Ромка, и Борька освободятся -
для нас.
- Ты хоть не травить ее собралась?
Да?
- Да нет, конечно. Жить будет.
Просто помучается за все,
что она натворила,
и осознает, что здесь ей не место.
- Ты это когда собираешься?..
- Полнолуние скоро.
- Роман!
Видел брата?
- Нет. Не соскучился еще.
- Твой брат один не ходит,
всегда беду с собой несет.
- Понятно. А от Нади чего хотел?
- То, что нужно, я ей уже сказала.
А ты будь настороже.
(Слышен грохот.)
- Пятак, ну где ты ходишь?
Тебя как за смертью посылать.
- Вот кружка, из которой
утопленница отвары пьет.
- А волосы где?
- А-а...
- Только скажи мне, что ты их забыл!
- Взял, взял, взял!
В тряпочку завернул.
- И?
- Выронил, наверное, по дороге.
Сейчас, я мигом. Мигом, мигом!
- Быстро мне!
- Мигом, мигом.
Вот, вот, вот.
Воровать ведьмины вещи - страшно.
Меня аж колотит, до сих пор колотит!
- Это тебя от похмелья, Пятак.
- Так я же говорю, налей что-нибудь.
Сонечка, у меня же пульса нет.
Я ведь на белом свете держусь
только благодаря ей, родимой.
- На, держись.
- Ага, да-да.
Ты что, не нальешь?
- Так я тебе только что налила.
- Где? Я не видел.
- Так, Пятак, не морочь мне голову.
Уйди отсюда, у меня дело серьезное.
- Недобрая ты, Соня,
со своими сообщниками.
А вот представь, придет такой
сообщник к кому-нибудь другому,
к Ромке, например, Ромка ему нальет,
и он все выболтает.
- Так, сообщник...
- Ну вот, вроде...
- О!
- ...все как из книги.
- Пей. Да он все знает,
не обращай внимания.
- Осталось только волосы приделать.
- Давай-давай сюда.
- А это что у вас?
- Это у нас, Пятак, колдовство.
- Все из старинной книги.
Волосы приделаем - конец ей.
- Вот смотри, Пятак, что будет.
Это не простая куколка.
Теперь с волосами этими -
городская ведьма это,
и где я ей больно сделаю,
там ей будет больно. Смотри.
- А-а!
- Пятак, да выпей ты уже.
- Нет-нет, я пить больше не буду,
я бросил. Что-то прихватило.
- Что? Бросил?
- Не надо! Не надо, Сонь!
Не надо, Сонь! Это мои волосы,
а не Надины!
- Ах ты, гад! Ах ты, гад,
обманул меня!
- Соня! Соня, погоди!
- Проваливай, предатель!
- Соня, только не бей!
- И чтобы держал язык за зубами.
- Не бей!
- Ты меня знаешь, Пятак!
- Молчу! Молчу, молчу!
- Гад!
- Пятак!
- Прохор, испугал!
- Раз пугливый,
значит, еще не похмелялся.
Ничего, сейчас мы тебя поправим.
- Нет, я бросил.
- С тебя закуска.
Вон картохи сварил, молодец.
- Не трожь руками.
- Ты чего, Пятак?
Белая горячка, что ли?
- Это не картоха! - А что?
- Во! Видал?
- Вона!
Что это?
- Кукла.
- Ты что, в куклы уже играешь?
- Это не простая кукла.
Эта кукла магическая.
Вот если что с ней случится,
то и мне капец сразу.
- Ты мужик? Суеверия это все бабские!
- Сонька тыкала ее иголкой -
знаешь, как мне было, а?
Вот попробуй оторви ей руку -
и моя сразу отсохнет.
- Что, серьезно?
- Точно.
- Ну ладно, я не буду ее трогать.
Закуску давай и стакан тащи.
- Ладно.
О!
- О!
- Ну пей. - А тебе?
- Нет, пей, я бросил.
- Ну, гляди.
А! Все-таки, ну?
- Давай я попробую.
- Вот-вот, давай попробуй.
- Давай.
- Ну чего? Как себя чувствуешь?
- А что мне со стакана будет?
- Да? Так ты живой? Или помер?
- Живой.
- А так?
- Я даже лучше себя чувствую.
- Вот и я про это.
- Ах ты, ах ты гадина какая! Ах ты,
гадина какая, а! Ну-ка, наливай.
- Вот видишь...
- Наливай!
- ...Пятак, как я с помощью самогонки
снял с тебя чары темные.
- Давай-ка за это выпьем.
- За это и выпьем.
- Давай.
- Кали сделала заговор
против Гали и ее ребенка?
- Ты же в это не веришь.
- Кали ведьма?
- Что ты про них знаешь?
- Ну, читала Булгакова
"Мастер и Маргарита".
Там главная героиня
захотела стать ведьмой,
намазалась мазью и полетела на метле
обидчиков наказывать.
- Дурак он, твой Булгаков.
В жизни такого не бывает,
чтоб кремом намазалась -
и сразу ведьма.
- Ну а как бывает?
- Ведьмами рождаются,
если мать ведьма или если появляются
семь девочек подряд в семье.
Так вот, седьмая - ведьма.
- Это я помню. А научиться можно?
- Всему можно научиться.
Ты же вон научилась совать свой нос
куда не надо.
- Рая, а можно я попробую?
- Садись, я ведро подержу.
Вниз нажимай.
Вот, получается хорошо.
А учатся ведьмы у других ведьм.
Специальной школы нет.
А потом ведьма умывает лицо своей
ученицы специальным отваром,
и та вылетает на шабаш через печку.
- Прям так садится на метлу
и улетает?
- Да нет. Улетает ее душа,
а тело на месте остается.
Говорят, что, если тело
в этот момент перевернуть,
душа может и не вернуться обратно.
- А вы сами это видели?
- Тело без души видела.
- Вам надо с Кали помириться -
вы все-таки сестры.
- Она моего мужа утянула.
- Как?
- А вот так вот. Приворожила.
И он всю жизнь на две части
разрывался, пока Роза не родилась.
- А потом утонул в нашей речке.
Поэтому я говорю: не нужно к Кали
за помощью обращаться.
- Извините.
- Тебе самой-то не надоело?
- Нет.
- Вот что ты ходишь сюда?
Чего тебе надо?
- Ты правда еще не понял,
что мне надо?
Любви мне от тебя, Ромочка, надо.
Любви.
Я вот все хожу, хожу к тебе такая
красивая, а ты меня все не замечаешь.
Выбрал себе другую.
Ты уже спишь с ней.
- Я люблю Надю. Она теперь мне жена.
И ничего ты с этим не поделаешь.
- Зря ты так думаешь, Ромочка.
Я много чего могу сделать.
Я могу горло перегрызть.
- Ну, в этом я не сомневаюсь.
- Я порчу могу на нее навести.
Но я ведь это еще не сделала,
так что ты со мной
лучше так не разговаривай.
- И не сделаешь. Уходи.
- Договорились. Запомни этот момент.
- Обалдеть!
- Борислав!
Вернулся ты.
Семьянином, говорят, стал.
Хорошо, ребеночек народился.
Братик-то твой тоже времени не терял,
с городской замутил ведьмой.
- Что тебе надо?
- Породниться с тобой хочу.
Нет. Я Романа люблю. Жить с ним хочу.
Он же меня замуж позвать хотел, пока
эта стерва городская не появилась.
Возьми убей ее.
А что ты смеешься?
Стольких людей осчастливишь:
брата от ведьмы избавишь,
мне хорошо будет.
А я заплачу.
- Ой, много?
- Много. На свадьбу
всю жизнь копила - все твои.
- А чего мне ее убивать-то?
- А ты сообрази. Ты, пока в тюрьме
сидел, Роман-то жизнью наслаждался,
любовь вон закрутил. А если она
умрет, как он страдать будет.
А тут я его утешу.
Давай им отомстим? По рукам?
- Спать иди.
- Иду-иду, да не с кем.
- Рома, это я!
- Ты?! Сдурел, что ли, совсем?
Я ж тебя убить мог.
- Напугал меня.
- Тебе что здесь надо?
- Слушай, с вами все в порядке?
- А что должно быть не в порядке?
- Надя спит?
- Надя спит.
- Пойдем-пойдем, чтобы Надю
не разбудить. Иди сюда.
- Я тебя еще раз спрашиваю:
ты что здесь делаешь ночью?
- Слушай, ко мне люди какие-то
приходили, про Надю спрашивали.
- Что за люди?
- Я не знаю, чужие какие-то.
Вот я пришел проверить.
Все нормально у вас, да?
- А ты чего это вдруг
такой добрый стал?
- А что за вопросы?
Она спасла моего ребенка и жену,
и ты мне вроде как брат, да?
- Ну извини.
- Ничего.
- Спасибо.
- Давай я останусь здесь с тобой и...
- Иди. Иди.
- Ладно, аккуратней здесь.
- Ну чего?
- Ничего. В следующий раз.
- Испугался, значит, да? Струсил?
- Ты язык-то прикуси, да?
Обещал, значит, сделаю, поняла?
- Поняла. Самой все надо делать.
Я ее убью.
- Давай-давай.
- Просыпайся. Просыпайся.
Просыпайся.
- Рая?
- Полнолуние проспишь.
Тебе Зоя говорила,
что сегодня важный день?
- Да. Она сказала,
что сегодня я все вспомню.
- Но вместе с добрыми воспоминаниями
придут и злые.
Ты больше не боишься своего прошлого
и готова принять его?
Ты больше не боишься своего будущего,
каким бы оно ни было?
- Не боюсь.
- Я жду тебя.
Тебе будет больно, очень больно.
- Я к этому готова.
- Не проклянешь ли ты меня потом?
- Кали, что ты тут делаешь?
- Пришла навестить свою могилку.
Это я должна спросить:
что ты, маленькая девочка,
делаешь одна ночью в лесу?
- Я хочу собрать травы для Нади,
чтобы ей помочь.
- А кто тебе сказал,
какие травы нужны?
- Я сама знаю.
- А почему ты пошла сегодня?
- Не знаю, меня что-то позвало.
- Луна. Тебя позвала полная луна.
Ведьмы любят полную луну.
- Я не ведьма!
- Судьбу не выбирают - ей покоряются.
- Я уже не хочу быть ведьмой.
- А ты строптивая.
Это хорошо - для ведьмы.
- Я хочу быть Маре Мартир, как Надя.
- А если Надя все вспомнит,
уедет и больше никогда не вернется,
ты этого хочешь?
- Я хочу, чтобы ей было хорошо.
Скоро утро.
Я чувствую, нужно собрать травы
до рассвета.
- Не буду тебе мешать.
- Хочешь остановиться?
А я предупреждала, что это опасно.
- Нет, я должна все вспомнить.
- Ну все так все.
Тогда не бойся.
Повторяй за мной.
Только про себя,
чтобы никто не слышал.
Вода в воду вливается -
память возвращается.
Вода в воду вливается, живая душа...
Живая душа - она всегда посередине.
Как приходит в мир, так и уходит,
открытая со всех сторон.
Закрываю, запечатываю.
- Ромка, там тетя Рая над Надей
какое-то колдовство делает.
Говорит, что она все вспомнит.
- Я надеюсь, у нее все получится.
- Ты чего? Она же если все вспомнит,
она назад в город уедет.
Ты что, не понимаешь?
- Понимаю.
- Ну? Давай, пойдем,
надо им помешать.
- Не надо, Боря, никому мешать.
- Ты что хочешь, чтобы Надя уехала?
- Если это сделает ее счастливой -
да.
- А ты что, просто так возьмешь ее
и отпустишь?
- Да. Просто так возьму и отпущу.
- Ты отпустишь, а я нет.
Потому что я ее люблю. Я люблю.
- Я знаю, Боря.
- Закрываю, запечатываю.
Вода в воду вливается...
(Кричит.)
- Ты что делаешь? А ну, перестань!
Ты убила ее.
- Если она в реке не утонула,
не суждено ей в воде
с жизнью проститься.
Надя...
Наденька...
- Да отойди ты.
- Я... вспомнила.
Я все вспомнила.
- А чего она ничего не рассказывает?
- А ты не торопи ее, дай ей в себя
прийти. Будет готова - расскажет.
- Это, я помню, у меня история была.
Зима, значит, иду, снег подтаял,
я поскользнулся
и затылком об лед как...
"Все", - думаю. В глазах потемнело.
Полежал немножко, оклемался.
Встаю, стряхиваю с себя все,
а смотрю - темно.
И главное - я понимаю,
что я не помню, откуда я иду.
Ну, в смысле, я иду на работу
или с работы домой?
- Соня! Соня!
- Нет меня.
- Счастье свое проспишь. Соня!
- Ну чего? Я без настроения.
- А, без настроения?
Ну тогда я пойду,
чтобы совсем тебе его не портить.
- Ну-ка, стоять!
Что? Говори.
- Не видать тебе Романа.
Рая к Наде его приворожила.
- Врешь!
- Не-а.
Я мимо проходила. Там такое!
- Вот зараза, а! Когда я ее просила,
она мне отказала. Пойдем.
- Куда?
- К ней пойдем, разберемся.
- Соня, Соня... Соня, может, не надо?
- Угу. Надо, милая, надо.
Надя: - Я работаю врачом
городской больницы.
У меня есть жених.
Я встретила цыганку, она посмотрела
на мою ладонь и закричала.
А потом я пришла на работу,
мне стало плохо, я потеряла сознание.
- Ну а в реку-то ты как попала?
- Я не помню. Дальше не помню.
- Ну все, вечер воспоминаний окончен.
Идите.
Говори, что ты вспомнила?
- В тот день еще кое-что случилось.
Я узнала, что мой жених мне изменяет
с моей лучшей подругой.
- Только этого мало,
чтобы убить себя.
Что тебя еще гложет?
- Я больше ничего не помню.
- Сними камень с души.
- А вы правы: я главное не сказала.
Несколько лет назад
мне поставили диагноз "бесплодие".
А в тот день в больнице
врачи сказали, что я скоро умру.
- Борька! Стоять! Куда путь держим?
Ах, какие мы все угрюмые-то,
какие несчастные!
Как будто нас заколдовали!
Кто тебя заколдовал?
Тетя Рая, что ли, заколдовала, а? А?
- Да Надя.
- Надя?
- Надя.
- Надька тебя заколдовала?
- Не заколдовала она.
Вспомнила она все.
- Все вспомнила?
Ах, да ты что! А что вспомнила-то?
Нет, не говори, подожди-подожди,
сейчас сама догадаюсь.
А вспомнила она, что она врач
и в городе у нее есть жених, да?
- Подслушивала, да?
- Да-да-да, поэтому такая веселая.
- Веселая, веселая...
Что тут веселиться, веселая?
У нее жених есть. Кончено теперь все.
- Все только начинается, дурачок.
Ты что!
Надька сейчас в город к жениху своему
уедет, а Ромка здесь останется.
Свободный. Для меня, конечно.
- Для тебя? А как же я?
- А что ты? Боря, в деревне
столько невест! Разноцветье!
Выбирай, какую хочешь!
А чем тебе Женька не вариант?
Давно по тебе сохнет.
Вон рыдать побежала в дом.
Шел бы да утешил.
- Да, меня б кто утешил...
- Вот и утешайте друг друга.
Вдвоем-то рыдать веселее.
- Ой, да ну тебя.
- Ой-ой-ой.
- Мне осталось несколько месяцев.
- Вот почему ты в реку-то бросилась.
Только вот что я тебе скажу.
Жизнь - она все время изменяется:
то лучше становится, то хуже,
то опять лучше.
А смерть - она одинаковая,
не нужно ее торопить.
- Это она меня торопит.
- А Роману что скажешь?
- Скажу, что...
уезжаю к своему жениху в город.
Для Романа так будет лучше.
- Откуда ты знаешь,
как будет лучше для Романа?
Но жизнь твоя - решать тебе.
- Послушай, нас тут попросили
напомнить тебе о долге.
- Так хозяин долга объявился -
с него и спрашивайте.
Или показать, где брат живет?
- А у нас с твоим братом
разговор особый.
Ты же его долг на себя взял.
- Рома, ты же понимаешь,
что мы от своего не отступим.
Пошли, Борода.
- Ну ты наделала шухер в деревне:
все только о тебе и говорят.
- Что говорят?
- Да ничего хорошего.
Мечтают из деревни прогнать,
только боятся.
- Меня боятся?
- Рому, Раю боятся.
- И ты боишься.
- Правда тебе лучше уехать:
тебе здесь покоя не будет.
Деревня, бабы...
Яд в чай подсыплют.
- Спасибо за предупреждение.
- Ты мою дочь спасла.
Спасибо.
- Ну вот и все, ты все вспомнила.
Как быстро время прошло.
- Быстро.
- Наверное, интересно,
как там в городе без тебя?
- Нет.
Удивительно, но нет.
- Когда соберешься ехать, ты скажи,
я отвезу.
- Ты меня уже выгоняешь?
- Ну что ты.
Просто не могу удерживать тебя силой.
- Если я уеду, будет лучше для всех.
А если я останусь...
- А ты останешься?
- Смотри, ты уже испугался.
- Я не испугался, но...
- Что?
- Но у тебя там жених.
А что я?
Я всего лишь хочу, чтобы ты осталась.
На всю жизнь.
- Ты опять в лес ходила?
- Ой.
- Меня не послушала.
- Я не...
- А вот эти ты почему отложила?
- Они уже мертвые,
растеряли свои силы.
- Откуда ты знаешь?
- Не знаю. Чувствую, вот и все.
- А когда ты Наде за травами
в лес ходила, ты тоже чувствовала?
- Понимаешь, я очень хотела,
чтобы ей эти травы помогли.
И в тот день я знала,
что нужно идти в лес:
как будто кто-то позвал.
- И что, в полнолуние ходила,
до первого луча солнца?
- Ага.
- А как узнала,
где места травные находятся?
Они же по всему лесу разбросаны,
до них не всякий доберется.
- Не знаю, я их как будто слышала.
- Или тебя Кали научила,
а ты мне просто говорить не хочешь?
- Никто меня не учил, я сама.
Вот, понюхай:
эти тоже растеряли свои силы.
- Да, вижу, что по части трав
ты уже меня кое-чему научить можешь.
- А ты меня научишь, как...
как сегодня с Надей?
- Хорошо, что мне напомнила.
Пойдем поможешь.
- Ты чего такой нарядный?
Пьяненький, что ли?
- "Пьяненький"... Если бы.
Может, и хотелось бы, да денег нет.
Да я отравиться хочу, Женя:
Рому она любит.
- Эй.
Ты чего? Ну что ты такое удумал?
Боря, ты хороший.
Тебя все девушки любят.
- Да не нужны мне все,
мне одна нужна.
И то у нее жених в городе.
- Откуда ты знаешь?
- Сама сказала.
Хочу ее увидеть в последний раз.
- Не ходи туда.
- Почему?
- Не любит она
своего городского жениха.
- Откуда ты знаешь?
- Знаю, но не скажу откуда. Не ходи.
- А вдруг я ее больше не увижу,
если она сегодня уедет?
- Да хоть бы и уехала.
Сегодня не уедет. Точно.
- То есть у меня есть надежда?
Так у меня есть надежда?
- Боря!
- Женька, ты... ты настоящий друг.
Спасибо!
- Гад!
- А ты раньше такое уже делала?
- Нет. Люди в основном просят помощь,
чтобы забыть что-то,
чтобы никогда не вспоминать.
- А какой для этого нужен отвар?
Научишь?
- Нет.
Нужно сжечь воспоминания.
Для этого нужно взять ветку вербы
и сделать на ней столько зарубок,
сколько у человека
плохих воспоминаний,
и подпалить ее, а пепел развеять.
А потом выйти на крыльцо
и прокричать: "Приходи, вчера!"
Злое воспоминание запутается
и никогда не вернется.
- А у папы с Надей все будет хорошо?
- Я не знаю. Не знаю.
- Так, может, ты им поможешь?
Ты же умеешь, я знаю.
- В дела любовные
с советом да помощью лезть -
только судьбу гневить.
Люди сами должны в них разобраться.
Понимаешь, да?
- Угу.
(Напевает.)
- Сонька, ты куда?
- Привет. Прогуляюсь.
- К Роме?
- А хоть бы и к Ромке. А что?
Я девушка свободная, а от него
городская, наверное, уже съехала.
- Ты что, ничего не знаешь?
- Чего не знаю? Говори.
- Соня, не ходи к нему.
Соня! - Пусти.
Я у него ночевать сегодня останусь.
- Соня, не ходи. Занята его постель.
- Ты чего такая смурная?
О чем думаешь?
- О том, как провести остаток жизни.
- А чего тут думать?
Ближайшие лет сто мы будем вместе.
"И жили они долго и счастливо,
пока смерть не разлучила их".
- Ты даже не понимаешь, что говоришь.
Вспомнила, как я впервые
здесь появилась, в свадебном платье.
- Да. Я тебя здесь
в первый раз и увидел.
Сразу понял, что люблю.
- Жаль, что я этого не помню.
- Это ничего. Я напомню.
Я люблю тебя. Если мог бы,
я об этом песню написать бы.
Я хочу, чтобы весь мир знал.
Слушайте все! Это моя Надя!
И я ее люблю!
- Вот шалава!
Ну скажи, мало ей одного?!
Ну как можно при живом женихе
другим мужиком крутить?
Стерва.
- Соня, может, она разлюбила
своего городского?
- А ты что улыбаешься, Женька?
Ты чему радуешься, дура?
- Пока она с Ромой,
у меня есть все шансы на Борю.
- Какие шансы?
Ты правда дура, Женька?
Шла бы крапивы поела - говорят,
мозги заставляет работать.
- Соня, ну ты чего?
- Сообрази ты уже:
если бы эта городская отсюда уехала,
мне бы Ромка достался,
а тебе - Борька.
- И правильно. И пусть уезжает. Да.
- Женя!
А представляешь,
если бы Роза в деревню вернулась?
Она навела бы тут порядок.
Эта городская отсюда бы уже пулей
летела с патлами вырванными.
- Ах!
Не к добру это.
Как бы ничего плохого не случилось.
- Сонька, не ходи.
Соня, это большой грех.
- Отвали.
- Я тебя хочу остановить.
- Останови. О, не получилось.
Иди домой.
- Соня, то, что ты задумала, -
это очень-очень плохо.
- Откуда ты знаешь, что я задумала?
Кстати, ты мне подсказала.
Спасибо. Домой.
- Что я тебе подсказала?
- Скоро узнаешь. Женя, ты знаешь,
каждый человек имеет право
на счастье.
- Да нельзя вот так вот чужое счастье
взять и себе присвоить!
- А если одного счастья на всех
не хватает, что надо делать?
Брать и присваивать.
Не всем же быть как ты.
- Я не пущу тебя!
Ты собираешься на Надю порчу навести.
- Не беси меня.
- Я не позволю тебе ее убить.
- Женька, ты дура?
Никто не собирается ее убивать.
Просто у меня есть одна идейка,
и Кали не сможет мне отказать.
Скоро все узнаешь. Не ходи за мной.
- Что-то зачастили вы ко мне.
Чего надо?
- Просьба у меня к тебе.
- Первое мое слово - нет.
Второе - даже не проси.
Не буду ни на кого порчу наводить.
- А я не про это.
Я хочу, чтобы ты
вернула в деревню Розу.
- Недооценила я тебя. Вот уж
не думала, что ты такое попросишь.
Умно.
- Я хорошо заплачу тебе.
- Не надо мне твоих денег.
- Я сама придумаю, как это сделать.
- А не надо ничего делать.
Все уже сделано.
Сегодня получишь то, что хочешь.
- Добрый день.
- Кому какой.
Надеюсь, для тебя добрый.
- Я забыла вас поблагодарить.
- "Забыла". А я думала,
я тебе память вернула.
Выпей еще отвара.
- Это не отвар мне помог -
это удар головой.
Теперь шрам на память останется.
- Говори прямо, чего пришла.
- Я не хочу вас грузить проблемами.
- Не грузи.
- Уезжать мне или нет?
- Ты сама-то чего хочешь?
- Я жить хочу, хоть немного.
- Каждому свой срок отпущен.
- Вы можете травами вылечить это?
- Не-а. Не получится.
- Я так и думала.
- С тобой не получится.
- Почему?
- Потому что ты не веришь.
Верить надо. И хотеть жить.
- Да я хочу, очень хочу!
- Самоубийство - это такой же
большой грех, как и убийство.
- Это давно было, в прошлой жизни.
- Прошлая жизнь твоя закончилась,
когда ты с моста сбросилась.
Начни жизнь сначала,
без оглядки на прошлое.
(Стук в дверь.)
Женя: - Соня!
- М-м?
- Привет.
- Здорово.
- Ты чего такая довольная?
- А чего это мне быть недовольной?
- Тяпнула, что ли?
- Нет. Кстати, хорошая идея.
У меня же есть сливовая наливочка.
- За что выпьем?
- За сбывающуюся мечту.
- Это какая мечта у тебя сбылась?
- Ну, мечта у меня одна -
Ромочка, конечно.
За освобождение нашей деревни
от городской агрессорши.
Скоро Роза возвращается.
- Это твоя работа?
- Учись.
Надюха уедет в свой город,
а Роман будет свободен.
- Как это свободен? А Роза?
- А что Роза? Ромка Розу не любит.
Хоть Розой назови ее, хоть нет.
- А ты не боишься,
что она за тебя возьмется?
- В каком смысле? - В смысле
ты ее мужа пытаешься охмурить.
- А откуда она это узнает?
Я не скажу. А ты?
- И я не скажу.
- Ну вот и все.
Тем более я собираюсь стать
лучшей подругой Розы.
Женька, за мечту надо бороться.
Ну давай, за мечту.
- Ты так сладко спал.
Не хотела тебя будить.
- А ты почему здесь?
- Я за тобой пришла.
- А Надя где?
- Она тебя дома ждет.
Вот, это я для нее собрала.
Идем.
- Куда?
- Домой, к Наде.
Будем ей предложение делать.
- Что?
- Не бойся, она не откажет.
- А... По...
- Надя, постой. Постой.
Ты же теперь не уедешь, да, в город?
- Уеду. - Насовсем?
- Насовсем.
- Это самое, знаешь, ты...
не уезжай, оставайся.
- Боря, я не могу остаться.
- Это... знаешь, я, наверное, впервые
в жизни по-настоящему влюбился.
Я понимаю, нужны всякие ухаживания,
подарки, свидания,
но только времени нет и денег тоже,
поэтому... Послушай.
Выходи за меня.
- Боря, ты хороший парень,
но я тебя не люблю.
- Да нет, стой. Пока не любишь.
Пока не любишь,
а потом, может быть, полюбишь.
Полюбишь.
Оно все стерпится - слюбится.
- Не слюбится.
- Постой, постой.
Пожалуйста, не уезжай.
Я прошу. Я ради тебя все что угодно,
правда.
- Все что угодно? - Да.
- Тогда забудь меня.
- Нет.
- Вот видишь.
- Зоя, ну нельзя же так,
без подготовки.
Надо какие-то слова правильные
придумать.
- Папа, слушай свое сердце.
Оно подскажет правильные слова.
Пойдем, папа. Пойдем.
Ну, говори.
- Что?
- Он пришел спросить,
хочешь ли ты стать его женой.
Она согласна!
- Ты согласна?
- Тук-тук! Надеюсь, я вам помешала.
- Даже не представляешь насколько.
- Я очень рада, что я вам помешала.
А у меня еще и новость хорошая есть.
Готовы? Роза вернулась!
Вы рады? Я тоже очень рада.
- Кто такая Роза?
- Роза - это...
Это моя жена.
- Роза теперь эту городскую
как собачонку выгонит.
Я вам хочу сказать,
что Роза и есть настоящая ведьма.
- Может, Роза и ведьма, но она
пока еще Роману законная жена.
- А мне вот Надю жалко.
- Ой, да ну, нечего ее жалеть!
С чужим мужем под одной крышей жить,
на одной кровати спать -
да это грех и срамота!
- Разврат. - Вот.
- Нет, ну чего сразу "разврат"?
Она ж сама его бросила
и с другим сбежала.
- Все равно это грех!
- Правильно.
- Да, разврат.
- Ведьма идет!
- Напугал-то как, а!
Сейчас как дам торбой!
- Спужалися, бабы?
- Конечно.
- В общем, бабоньки...
- Что?
- Роза вернулась.
Она вам хвосты-то всем понакрутит!
- Да ты что!
- А мы тут при чем?
- Как при чем? Вы пособницы Романа.
- Чего?! - Да. Глядели, как он
с городской кувыркается,
а не выгнали.
- А тебе не накрутит?
- А мне-то чего?
Я при всех делах в стороне.
Если что, я пьяный был и не помню.
- Ага. - А ты Розу-то видел?
- Видел, да, встренулась она мне.
- А ты что?
- Расспрашивала про всех про вас.
- Ну.
- Ну, рассказал ей всю правду.
- Какую правду?
- Сейчас пойду продолжение сериала
досматривать.
- Какого сериала?
- Дикая Роза супротив городской.
Ой, бабоньки, там сейчас
мордобой намечается.
- Вот, бабы, жизнь пошла:
тут разврат, там мордобой -
сериалов не надо.
- Вот это да! - Кино!
- Я думала, твоя жена умерла.
- Я этого не говорил.
- Все вокруг говорили,
что ее больше нет.
Почему ты меня обманул?
- Она бросила меня и Зою
и сбежала с любовником.
Так что для меня она
в самом деле умерла.
- Но теперь-то она вернулась.
- И что?
Она мне не жена.
- Она мать твоего ребенка.
- Это ничего не меняет.
Я хочу, чтобы ты была со мной.
- Рома, кем я буду? Любовницей?
- Здрасте.
Привет.
- Здорово. Чего такая нарядная?
- Ну так не на огород же,
а в театр собралась.
- В какой театр?
- Так Роза вернулась, спектакль ждем
с минуты на минуту.
- Что за Роза?
- Ой, да не тупи!
Роза, Ромкина жена.
А с ее законным теперь другая живет.
- Ромкина жена? Так, и чего теперь?
- Ты чего, не соображаешь?
Теперь Роза твою Надьку
вмиг на улицу выбросит!
Можешь подобрать ее голыми руками.
Готовься свататься!
- Ты... Да пробовал я уже -
отказала она мне.
- Ой, да то ж ты сватался,
когда она про Розу не знала
и думала, что Роман свободен.
Теперь-то все по-другому будет.
- Думаешь?
- Да тут и думать нечего!
Теперь она на тебя
другими глазами посмотрит.
Ой, сама судьба тебе помогает.
- Соня, ты слышала,
что Роза вернулась?
- Слышала.
- А идем посмотрим.
Это ж как настоящий цирк приехал. А?
- Да какой такой цирк?
В цирке - тоска,
а здесь - скандал с мордобоем.
- Слушай, а Роза знает,
что Роман уже с другой живет, а?
- Узнает. Я бы на месте городской
второй раз топиться пошла.
- А ты чего такая радостная?
Она ж после нее за тебя возьмется.
- За что? У меня с Романом
ничего не было.
- Ну это ты Розе расскажешь -
она, может, поверит.
- Да ладно, раскаркались.
- Ай!
- Борислав, Роза вернулась!
- А кто сказал?
- Вон она идет, иди глянь.
Здравствуй, Роза!
А у нас ребенок родился.
- Привет.
- Здравствуй, мама.
- "Здравствуй, доченька", -
и это все?
- А чего ты хотела еще услышать?
- Меня черт знает сколько не было,
а ты со мной здороваешься,
как будто я пять минут назад
за хлебом вышла.
- Ну а ты и вправду как будто
пять минут назад за хлебом вышла.
Оставила мать родную, ребенка
и мужа законного.
- А ты меня не кори. Ты почем знаешь,
каково мне там было:
легко - нелегко?
- А мне-то какое дело?
Ты сама этот путь выбрала.
- Верно, сама.
Только не думала я, что на том пути
мне мать родная
за моей спиной пакостить будет.
- Это ты о чем?
- Ты почему Роме с Зоей
видеться разрешила? Ты же обещала!
- Потому что!
Ребенку родители нужны,
хотя бы отец, если мать бросила.
А Роман ее любит.
- А я что, не люблю? Ну понятно.
Только говорят, что Роман
еще баб гулящих из города любит.
- Ой, зря ты...
- Зря?
Это в какой я Содом и Гоморру
вернулась, что мать родная
моего мужа гулящего и сожительницу
его бесстыжую выгораживает?!
- Неинтересна ты мне. Неправа ты.
- Зато ты кругом права, ну конечно!
Моему мужу в блуде помогаешь, ребенку
разрешила на все это смотреть,
а дочке родной ты не рада!
- Роза!
- Что "Роза"?! С глаз долой,
из сердца вон - так получается?
Знаешь, я иногда думаю,
а может, я тебе чужая?
Может, меня тебе подкинули
в младенчестве? А, мамочка?!
- Хватит!
Не заладился у нас с тобой разговор.
Поди остынь.
А пока считай, что я тебя не слышу.
- Ну спасибо тебе, мама.
Спасибо тебе за теплый прием.
За слова твои материнские спасибо!
Спасибо тебе за все!
Низкий тебе поклон!
Вы чего пялитесь?
Вы чего пялитесь, вам здесь не кино!
- Сумасшедшая!
- Мама, мамочка!
Мама, мамочка. Мамочка...
Мамочка, ты что?
- Уйди!
- Мама, я тебя ждала.
Очень сильно. Открой.
- Враги. Все враги. Как жить?
Может, умереть прямо тут?
- Мама, мама, не надо. Выходи.
- Зойка, а ты предательница:
с Ромкой водилась,
а он меня из дома выгнал;
с его любовницей якшалась.
- Мама, ну прости.
Я не предательница.
Я не забыла, я ждала.
- Даже дочка... А чего ж ты
с этой гадиной дружбу-то водила?
- Надя не гадина, она просто думала,
что ты умерла.
- Значит, так, если хочешь общаться
с его любовницей, я для тебя умерла.
А если хочешь с родной матерью быть,
то она для тебя сдохла! Вот и решай.
Чего молчишь?!
- Мама, я тебя люблю и хочу быть
с тобой, только с тобой!
- Правда?
- Правда-правда.
Я теперь только тебя буду слушаться.
Все, что скажешь...
- А вот это другой разговор.
Можешь меня обнять.
Так, все, хватит. Телячьи нежности.
Платье отряхни.
Мне надо пойти с муженьком поболтать
и с его любовницей
по душам поговорить.
- Ой! - Ой, Розочка, здравствуй.
Ты вернулась?
- Не вашего ума дело!
- Розочка, а где жить собираешься?
У мамы или, может,
к Роману вернешься?
Вот змея! Ну чистый аспид!
- Как пить дать к Ромке пошла.
- А я бы на месте Ромки
выгнал бы ее к чертовой матери!
- Герой, а!
- А чего?
Она ж с полюбовником сбежала.
Если б я про свою такое узнал,
убил бы сразу!
- Что ты говоришь!
А чего ж ты, когда твоя
убежала в соседнюю деревню
да из дому тебя выгнала,
чего ж ты, такой герой,
теперь живешь в сарае
и в обнимку с козой? А?
- В сарае?.. - Да!
- ...жить лучше. Я так решил!
- Да, девчата, ничего интересного
мы здесь больше не узнаем.
Пошли смотреть бой быков.
- Пошли. - Пошли.
- Здравствуй.
- Здравствуй.
Ты что-то хотела?
- Я? Нет.
Жду, когда Роза придет.
Интересно, как ты выкрутишься.
Ну ты же знаешь, у нас, деревенских,
такие вопросы просто решаются.
Но ты же драться не будешь?
- Нет.
- Вот и я так думаю.
Оттого и интересно,
как вы Романа делить будете.
- Никто никого делить не собирается.
- Так ты что, решила уже все?
И как ты ей только
в глаза смотреть будешь?
- Прямо буду смотреть,
мне нечего стыдиться.
- И не стесняется никого,
даже наоборот:
на глазах у всей деревни
ему на шею вешается.
- А что ж ты не сказала,
что у Романа жена есть?
- Так я сказала!
Я лично ей несколько раз говорила.
Знаешь, что она ответила?
- Что?
- Когда жена шляется непонятно где,
мужчина имеет право
устроить свою личную жизнь.
- Что, прямо так и сказала:
шляется непонятно где?
- Так и сказала, клянусь!
Да-да, и еще добавила, что Роман
с тобой не знал, что такое любовь,
а вот с ней, видите ли, узнает,
что такое настоящее счастье.
- Вот зараза, а!
Ну я им устрою счастье настоящее!
- Да-да-да, и непонятно,
что она с ним сделала:
зельем каким опоила или околдовала.
А твоя мать помогала ей. Точно.
- Карга старая!
- Да, и еще Зою
против тебя настраивала. А еще...
- Так, все, тихо!
Хватит меня накручивать. Я ее
еще даже не видела, а уже ненавижу.
- Так я ж помочь хочу.
- Кому? Ей?
- Почему ей? Тебе.
Роза, ты будь осторожна,
она ведьма, точно,
это все в деревне знают.
- Все сказала? - Угу.
- В сторону отойди.
Теперь это моя забота.
- Знаешь, кто я?
- Догадываюсь.
- А я догадываюсь, кто ты.
Спишь с моим мужем?
- Я ухожу.
- Вот зараза, весь кайф обломала.
- Надя!
Ты что, от нас уезжаешь?
- Да.
- Это из-за Розы?
А как Роман? Как он тебя отпустил?
- А дело не в Романе.
- Да погоди.
Спасибо тебе за все,
что ты для нас сделала.
Я тебя никогда не забуду.
Жаль, конечно,
что ты от нас уезжаешь.
Но вот у меня теперь
память о тебе будет навсегда -
моя маленькая Надежда.
- Нельзя от трудностей бежать.
За свое счастье бороться надо.
- Даже если не успеешь
этим счастьем насладиться?
- Что мы успеем, а чего нет,
одному Богу известно.
- Рая...
Ну я же врач, я все понимаю.
Ну была бы это простая головная боль,
простуда, бронхит,
можно было бы зашептать,
отварами отпоить. Но у меня...
- И что Роман?
- Просит остаться.
- Нельзя человеку без любви.
- Это бесполезно. Возьмите.
- Оставь. Пригодится сыну.
- Надя, постой, подожди!
Надя, я тебя прошу, не уезжай!
- Зоя, я не могу,
я должна уехать. Так надо.
- Нет, ты не должна.
Почему тебя папа не уговорил?
- Он уговаривал. Все будет хорошо.
- Нет, не будет. Если ты уедешь,
то все будет плохо.
Тебе нельзя туда уезжать,
понимаешь, нельзя! Там смерть.
- Что ты такое говоришь?
- Я знаю, знаю!
- Зоя, прости, но мне надо идти.
- Ты еще приедешь?
- Приеду.
- Правда-правда?
- Правда.
- Пожалуйста, не обманывай меня.
- Не обману.
- Подожди здесь. Сейчас тебе амулет
принесу, меня бабушка научила.
Сейчас!
- Оп. Зоя!
- Мама, пусти, мне надо...
- Я лучше знаю, куда тебе надо.
Пойдем.
Так, где он шляется?
Кобелина! Эх!
- А-а!
- Ты что творишь?
- Порядок решила навести. Привык
в грязи жить! Шлюхами все провоняло.
- Так, Зоя, иди погуляй.
- Стоять, Зоя!
Ты посмотри, в какой помойке
твой папаша живет.
- Не надо, мамочка.
- А чего "не надо"?
Ты ж меня сама спрашивала,
почему я тебя к отцу не пускаю. Вот!
- Не надо при ребенке.
- А ребенок уже большой,
он должен понимать,
чем отличается мед от навоза!
- Отпусти ее.
- Сейчас прямо, отпустила.
А-а-а! Ой, как больно!
Кобелина!
- Тебе что надо?
Ты зачем сюда вернулась?
- Папочка, пожалуйста, пусть мамочка
останется. Я ее очень люблю.
- Некоторые этого не заслуживают.
- Я знаешь зачем вернулась?
Чтобы в твои бесстыжие глаза
посмотреть,
посмотреть, как ты тут
развлекаешься без меня.
- Ты сама сбежала.
Ты от меня ребенка спрятала.
- Не было такого. Никуда не сбегала,
верность тебе хранила.
- Ну что ж ты врешь-то?
- А ты докажи!
- Зоя, это твой дом, а где ее дом,
я понятия не имею.
- Значит, ты дочь с женой выгоняешь,
чтобы здесь со своей шлюхой городской
развлекаться, да?
- Мама, Надя хорошая.
- Чего?
Она хорошая? Она у тебя
отца отобрала, крышу над головой,
мать на всю деревню опозорила -
она хорошая?!
- Да ты сама себя опозорила,
когда с любовником сбежала!
- Говори что хочешь,
тебе все равно никто не поверит.
Ну давай! Ну ударь меня при дочери,
ударь!
- Папочка!
- Зоя, все, Зоя, иди!
- Зоя, предательница!
- Пошла вон!
- Это мой дом, это моя дочь!
Ты ко мне на коленях приползешь,
а я тебя не пущу.
- Пошла вон.
- Зоя!
- Я тебе говорю, так оно и было!
- Я говорю, все сама видела!
Не хочешь - не верь.
- Люди добрые, помогите!
Убить хотел из-за этой шлюхи!
- Что такое?
- Из дома погнал! Жену выгнал!
Со шлюхой живет!
- О боже, Роза!
- На жену - с топором!
Где ж это видано-то, ой!
- Господи, Розочка,
да мы тебя в обиду не дадим!
Надя!
- Я знал,
что тебя именно здесь найду.
- Здесь все началось,
здесь и закончится. Давно пора.
- Надя, ну ты чего? Зачем?
У нас все будет хорошо.
- Твоя жена?
- Она мне не жена, она вообще...
- Она мать твоего ребенка.
- Понятно.
Значит, я - к жене, а ты - к жениху,
к этому своему... городскому?
- Да, Рома, к жениху.
- А говорила, что нет чувств к нему.
- Наверное, я ошиблась.
- Надя, давай уедем. Вместе. Давай?
Все заново начнем.
- Поздно. Нет у меня времени
все заново начинать.
До города не подбросите?
- Здравствуй.
- Виделись уже.
- Это я с прежней матерью виделась.
Люди мне такого понарассказали.
Говорят, у меня другая мать есть.
- Кто тебе чего рассказывал?
- Ты не перебивай, дай договорить.
Та, другая мать, -
с любовницей моего мужа заодно.
Будто родной дочери
у нее и вовсе нет.
- Сама не понимаешь, что ты говоришь.
Лечила я ее. И все.
- Она тебе важнее, чем я?
Мама, чем я тебе не угодила?
Может, ты меня не по любви родила?
Ты мне мать или враг?
- Нет у тебя здесь врагов.
Только сама себе ты враг.
- Эта шлюха городская
мужа у меня увела.
А мать ей помогала.
Помогла эту разлучницу
к мужу приворожить.
А может, вам надо было меня убить?
Что, руки марать не хотелось?
Так давай я вам помогу.
Ты скажи, где и какой яд взять,
какую траву, я вам помогу.
Я сама все возьму, сама выпью.
- Пей.
- Так, да?
Что, думаешь, не выпью?
Что, думаешь, духу не хватит?
Не доставлю я тебе такой радости.
- Пойди к себе в комнату.
Может, отпустит.
- Да ноги моей здесь больше не будет.
- А где же ты жить-то будешь?
На улице?
- А у меня муж есть. С ним буду жить.
- Ах!
- Что с вами?
- Я ее не сбивал. Я не сбивал ее.
- Надо отвезти ее в больницу.
- Да какая больница?
Блин, сейчас менты приедут. Короче...
- Вы что?!
Кто-нибудь, скорую вызовите!
- Девушка, что случилось?
Вызовите скорую, кто-нибудь!
- Расступитесь.
- Ей нужно сделать
искусственное дыхание. - Не нужно!
- Я знаю, что я говорю, я врач.
- Что вы делаете? Что вы делаете?
- Разрешите!
- Вы можете ей навредить! Я врач.
- Так. Вот, ей лучше. Поднимите ее!
- Меня что, сбила машина?
- Нет, вы просто испугались,
сердце прихватило. Все хорошо.
- Спасибо.
(Слышна сирена скорой помощи.)
- Где больной?
- Уже все в порядке.
- Что значит "уже все в порядке"?
Ложный вызов?
- Да это вот все она.
Пока вы приехали, она ее вылечила.
А я ей говорил, не надо!
Поет:
- На тот большак, на перекресток
Уже не нужно больше мне спешить...
- Этого еще не хватало.
Вы где так набрались?
- Мир не без добрых людей.
- Ну Пятак - ладно, а ты чего?
Праздник какой-то?
- А у него горе.
- Ты молчи. Тебя не спрашивают.
- Надя уехала.
- Уехала и уехала.
Что теперь, вешаться?
- Ничего вы не понимаете
в настоящей любви.
- Это да.
- Боря, ну что ты такое говоришь?
Жениться тебе надо. Вон, посмотри,
в кого Пятак превратился,
когда жена его выгнала.
- Во что я превратился?
Я ни в кого не превратился.
Я сам так решил.
Пятак был - и Пятак есть.
- Да...
- Да.
- Боря, ты молодой,
тебе надо, чтобы кто-то рядом был.
Может, не такая красивая, как Надя,
главное, чтобы любила тебя.
Чтобы верная была. А?
- Да где такую найдешь?
- А ты по сторонам посмотри.
А то все "Надя" и "Надя"!
- Я по сторонам смотрю -
и нету девок годящих. Нету.
- Боря! А меня чего
в расчет не берешь?
- А, да. Пойдешь за меня?
- Да молчи!
- Я верный.
Я работящий. Я пить брошу.
- Ага.
- Смысла нет.
- Иди отсюда!
- Скажи, а ты свою маму любил?
- Любил.
- А за что?
- Ну как за что?
За то, что благодаря ей
я появился на свет.
- А еще за что?
- За то, что она была добрая,
красивая, умная.
- А если бы она была злая,
ты бы ее все равно любил?
- Наверное, да, любил бы.
Она ведь все равно моя мама.
Родителей не выбирают.
- Жаль.
Если бы можно было выбрать,
я выбрала бы Надю.
Она меня любила. С ней было хорошо.
- У тебя есть мама.
- Моя мама меня не любит.
И тебя она не любит.
Да она вообще никого не любит.
(Лай собаки.)
- Она ребенка разбудит. Успокой ее.
Ч-ш-ш...
- Муха, тихо!
- Пс!
- Ты что здесь делаешь-то, а?
Ты чего?
- А ты что, избегаешь меня?
- Какой избегаешь, ты что!
- Семейный, что ли, стал?
- Да перестань. Что ты?
Это так... Потом с тобой встретимся,
поговорим, ладно? Иди!
- Мяу!
(Лай собаки.)
- Брысь! С ума сошла, что ли?
- Ты чего там?
- Да я сейчас, это...
- Между нами
как будто кошка пробежала.
Ты меня совсем знать не хочешь?
- Люди увидят, и... Представляешь?
- Люди?
- Да люди-то, может, и ничего,
а вот если твой брат правду узнает...
- Ты, что ли, расскажешь?
- А я могу.
- Да?
- Да. Тогда он тебя точно убьет.
А люди скажут, что правильно сделал.
- Берегись его! Не верь ему!
- Зоя... Зоя, ты чего? Просыпайся.
- Привиделось мне страшное, папа.
Даже говорить не хочу.
- И не надо, не говори.
- Берегись дядю Борислава.
Он плохой человек.
- Да что ты, доча?
Просто плохой сон приснился.
- Нет. Я чувствую.
За ним твоя беда ходит.
- Борислав брат мой.
- Папа, я боюсь.
- Все, все, моя хорошая, все.
Просто плохой сон.
- Что ты от меня сейчас хочешь?
- Я хочу, чтобы ты понял,
что от меня просто так не отделаться.
- Давай потом поговорим.
- Про жену вспомнил?
А чего про нее
под моим одеялом не вспоминал?
Она же тебя ребенком-то не удержит.
Под юбкой у жены не спрячешься.
Да еще неизвестно,
от тебя ли она приплод понесла.
- Ро!..
- Ты пожалеешь!
- Роза!
- Чего от тебя Роза хотела?
- А? Чего от меня?
Он к Гале приходила,
ребенка проведать.
- А я подумал, что...
- Тебе показалось.
- Значит, показалось?
Почему ты здесь?
- Рома, ты шутишь, что ли?
Я жена твоя.
Или ты забыл?
- Я помнил, пока ты не сбежала.
- Я не сбегала.
Ты сам виноват.
- Уходи.
- А когда здесь эта жила?..
Я не поверю, что вы с ней
в разных кроватях спали.
- Ты чего добиваешься?
Хочешь всех вокруг
несчастными сделать?
Любви у нас с тобой
уже точно не будет.
- Я не хочу, чтобы только
я одна несчастная была.
- В вашей медицинской карте записано
очень серьезное заболевание,
но в последнее время его симптомы
странным образом исчезли.
Мы верим в то, что чудес не бывает.
- Да, я знаю, что больна.
- И вы должны знать, что лечение
вашего заболевания убьет ребенка.
- Что? Какого ребенка?
- Вы не знали, что вы беременны?
- Нет.
Это точно?
- Точнее не бывает.
Ну что ж, в таком случае вам нужно
принять решение, кого нам спасать.
И это решение можете принять
только вы. К сожалению.
- Бабушка, как ты думаешь,
Надя моего папу любит?
- Не думаю, а знаю. Любит.
И он ее тоже любит.
- Так зачем же она тогда уехала?
- Больна она. Сильно больна.
Не хотела, чтобы Роман
ее страдания видел.
- А почему ты ее не вылечила?
- Не смогла.
Такая хворь мне не по силам.
- А Кали? Она смогла бы?
- Никогда не проси помощи у Кали.
Слышишь? Никогда.
- Я не понимаю, бабушка.
- Когда поймешь, поздно будет.
А пока делай, что я тебе велю.
- А если ты меня научишь,
я же смогу Надю вылечить?
- Сможешь. Только не успею я.
- Я не верю, что она умрет.
Бабушка, но ведь это несправедливо.
Скажи мне, что все будет хорошо.
- Все будет хорошо.
Если только чудо случится.
- Значит, оно случится!
Бабушка говорит, что Надя
очень больна и поэтому она уехала.
- Надя уехала к жениху.
- Она просто не хотела
тебя расстраивать.
Папа, она очень больна.
- Это правда?
- Правда.
- Насколько плохо?
- Врачи сказали,
что ей недолго осталось.


Серия 4

(Звучит музыка)
Звучит песня: "Быть бы мне деревом
на берегу реки,
Стужею северной
корни мои крепки,
Горечью горькой
листва на моих руках,
Выпью глотком одним
воду твою, река.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река,
звала за собою меня.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала за собою меня.
Река, река,
далеко до моря,
Река, река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала
за собою меня".
(Слышна игра на гармони.)
- Горько!
- Да, горько!
Гости наперебой: - Горько!
Скандируют:
- Горько! Горько! Горько!..
- Давай-давай! Горько!
Давай, раз, два, три...
- За молодых!
- За здоровье молодых!
- Ну давай, Женечка, за вас.
- Пятак!
- Давай!
- За любовь!
- Всегда ты меня понимал, Пятак!
Дай-ка я тебя поцелую, а!
- Нет.
Горько!
Гости скандируют:
- Горько! Горько! Горько!..
- Молодец, Пятак! Молодец!
- Борька, ты артист!
- Так, ну, молодые,
давайте я вас щелкну на память.
(Удивленные возгласы гостей.)
- Видала? Видала?
- Ух ты! Ничего себе!
- Маша, дай посмотреть.
- Видал? Во! А? Ну!
- Дайте, дайте, дайте!
- Я к вам еще сегодня ночью приду,
вашу первую брачную ночь
фотографировать.
- Женечка, какие же у тебя все-таки
огурцы невкусные! Горькие!
- Горько!
- Горько!
Гости скандируют:
- Горько! Горько! Горько!..
- За молодых!
- Горько!
- Горько! Горько! Горько!..
- Давай-давай!
- Достали.
- Да что же это?
- Борь, ты что это?
- Ой, да ладно.
Все равно - здоровья молодым!
За здоровье молодых!
- За здоровье!
- За здоровье молодых!
- За вас, ребята!
- За здоровье молодых!
- А Женька молодец,
все-таки добилась своего -
захомутала Борьку.
- Угу. Как же.
Это все только благодаря тебе.
Если бы Надюха отсюда не убралась,
Женька бы всю жизнь
так и мучилась в девках.
А ты чего это на огурчики прилегла?
Организм требует?
- Скажешь тоже, организм требует.
Ромка к моему организму
ни разу не прикасался с тех пор,
как я вернулась.
- Да ты что? Как так?
Он же твой законный муж.
- Не только в постели,
он в одной комнате со мной
спать отказывается.
- Ой, несчастье-то какое...
- Слушай, странный вопрос,
а что бы ты сделала,
чтобы моего Ромку соблазнить?
- Что ты говоришь? Я не собираюсь
твоего Ромку соблазнять.
- Я просто совета прошу. Представь,
он спит в твоем доме, один.
- Чего это я должна
такое представлять? Не хочу.
- Что, Ромка мой нравится?
- Нет.
- Да ладно, он всем бабам нравится.
Я поэтому за него замуж и вышла,
всем назло.
- Может, он всем и нравится,
но мне точно нет.
Мне чужого не надо.
- Так ты мне дашь совет или нет?
Что мне делать-то?
- Заведи любовника.
- Мне с мужем надо переспать.
Очень надо.
(Играет гармонь.)
- Мир вашему дому!
- О, кто к нам пришел.
Смотрите, кто пожаловал к нам!
- Борька.
- Это я пригласила.
- Да это неудивительно, что ты.
Герой же!
- Боря, ты чего?
- Чего...
У нас таких героев женщины любят.
- Борька, праздник же, чего ты, ну!
- Тихо-тихо-тихо,
не надо меня успокаивать.
Не надо успокаивать.
Если бы не этот герой,
я бы на Наде женился, а не на этой.
- Боря, не надо.
- А чего? А?
- Ой!
- Господи, что творится!
- Борька! Борька! Боря!
- Я, вообще, поздравить зашел.
Гости: - Поздравил...
- Извините.
- Домой.
Борька...
- Ой!
- Ну гад!
- Ой!
- Что это делается-то!
- Вот до чего водка доводит.
- Боря... Борька, ты живой?
Давай вставай, пойдем.
- Да...
- Пойдем-пойдем. Давай.
Идем домой.
- Похоже, первую брачную ночь
придется отменить.
- А выпивку отменить нельзя,
потому что... потому что утащат!
- Разберутся.
- За здоровье.
- Привет, муженек.
- Чего тебе?
- Не могу уснуть.
Неуютно спать одной, непривычно.
- Непривычно? Ты же говоришь,
в городе целый год одна жила.
И спала, соответственно, тоже одна.
Что ж ты не привыкла-то?
- Сколько ты мне это
еще будешь вспоминать?
А ты мне муж или где?
- Хороший вопрос.
- Ну если муж, тогда должен
исполнять свой супружеский долг.
- Ничего я тебе не должен.
- А может, ты не можешь, Рома?
Может, у тебя только с твоей
Надькой-шалавой получается?
- Роза, иди... в дом.
- Да не могу я, жарко мне.
Я вообще подумала, может, мне сегодня
здесь, с тобой под навесом лечь?
Что-то разгорячилась я.
- Разгорячилась?
- Угу.
- Ну так остынь.
- Надя, Наденька, Надя...
Что, что такое?
- Тише.
- Что происходит? Что случилось?
- Ничего, просто ты выпил лишнего,
Боря.
- А-а.
А ты чего не спишь?
- Я?
Знаешь, Боря, сегодня был
самый лучший день в моей жизни.
И я очень хочу,
чтобы это была самая счастливая ночь.
- Не-не-не!
- Боря...
- Нет, хорошего понемножку.
Хватит самого счастливого дня.
Ты чего?
- Ничего.
Знаешь, Борька, ты...
Ты уже женатый человек.
А до сих пор о своей Наде думаешь.
- Слушай, при чем тут Надя?
Я выпить хочу.
- Боря.
- Может, у меня тоже сегодня
самый счастливый день.
- Борь! Боря...
- Ох, эх!
- Пятак, напугал, я чуть не умер.
- А я уже почти помираю -
водки нигде нету.
Нету водки.
Может, здесь? Нету.
- Ну, ладно, ладно. Тише ты!
Завтра опохмелимся.
- Нет, Борька, нет.
До завтра я не доживу, помру.
Подожди, я знаю,
у кого она всегда есть.
Пойдем, пойдем, пойдем со мной.
Пойдем, пойдем! За мной, я знаю...
- Так, слушай, Пятак,
а может, не пойдем?
Она ведь ведьма, страшно все-таки.
Выпьем дрянь какую-нибудь -
потом руки-ноги отвалятся
и рога какие-нибудь вырастут.
- Не боись, я первый буду пробовать.
- А-а.
А она не проснется?
- Нет.
Я тысячу раз у нее воровал.
Она в доме спит. Зябнет даже летом.
- Вот она.
- Вон пузырь.
- Нет-нет, тетя Рая вон.
- Пузырь давай бери.
- Пойдем, пойдем.
- Давай, давай, я ж помру без водки.
Доставай, у тебя руки длиннее.
Давай, давай.
- Проснется.
- Не проснется.
Не проснется,
она тоже какой-то дури выпила.
Ох.
Ты понимаешь, когда ведьма спит,
душа у нее улетает на метле.
То ли гуляет... Ну, куда-то, в общем.
А тело остается спать.
- И что?
- Сейчас.
Если ее перевернуть,
то душе некуда будет вернуться.
- А давай попробуем проверим, а?
- Перевернем. Давай.
Тихо.
(Слышен грохот.)
- В следующий раз
в жаб превращу обоих!
- Не дают тебе покоя?
Я вообще тоже по твою душу.
Мне сон приснился плохой. Про Надю.
Будто она в колодец упала
и зовет меня на помощь,
а я бегаю
и не могу этот колодец найти.
- Колодцы к счастью снятся.
- Почему к счастью?
- А все, что ни снится, - к счастью.
- Рая, ну ты чего?
- Да чего-чего...
Ходят ко мне, как в справочную:
то узнай, то расскажи, то растолкуй.
А своей головы-то на плечах нету?
Чего свой груз
на чужих-то перекладывать?
- Я просто хотел узнать, все ли
у нее хорошо. Ну вдруг ты знаешь.
Уж сколько времени прошло -
она мне каждую ночь снится.
- Так поезжай же в город,
найди ее и спроси у нее.
Чего меня-то дергать?
- И вот по легенде,
когда рождается человек,
на небе загорается еще одна звезда;
когда умирает, то звезда гаснет.
И скоро на небе появятся
две новые звезды.
- Красивая история.
Откуда ты ее знаешь?
- Одна гадалка рассказала.
- Спасибо тебе, Наденька.
Ты очень хороший человек.
Но жалко мне тебя.
Так хочется, чтобы случилось чудо.
- Скоро благодаря нам появятся
два новых человека. Это и есть чудо.
- Надя, тебе не страшно?
- У меня будет сын,
это самое главное.
- Роза, привет.
Вот принесла. Спасибо.
- Угу, там поставь.
- Вот еще тут осталось со вчера -
угощайся.
- Ну как жизнь в браке? Нравится?
- Борька до утра
провалялся без памяти.
Вот она, первая брачная ночь.
Сейчас опохмеляется.
- Вот такое оно, семейное счастье.
- А я смотрю, тебя тоже сушит.
- Я не пила.
- А чего так, болит что-то?
- Угу.
Душа болит.
- Ты беременна?
- Дальше уже скрывать некуда.
- Роза, так... я поздравляю тебя,
что у вас с Романом все наладилось.
- Наладилось, только не с Романом.
Не его это ребенок.
- А чей?
- Получается, мой личный.
- А если он это... ну, догадается?
- Догадается: мы вместе не спим.
- Мы тоже. Ну...
- А может, нам на них
зелье приворотное сварить?
- Ой нет, это... грех это.
- Грех на молодую жену не смотреть!
Они нас сами на это толкают!
- Да, это правда. А ты умеешь?
- Мать учила, ничего сложного.
Только я без тебя не справлюсь.
- Я... ну...
- У нее дома все есть.
Она в лес уйдет - а мы к ней.
- Я...
- Ты со мной.
- Я...
- Пошли.
Есть кто дома?!
- А что, она не запирает?
- Она думает, что все ее проклятий
боятся - никто не придет.
- Пойдем отсюда, а?
- Если бы ее проклятия работали,
я бы в детстве уже умерла. Иди!
- Страшно.
- Ты уже сюда пришла,
обратного пути нет, ясно? - Ясно.
- Иди сядь! Надо успеть,
пока она не пришла.
Сейчас я, за кастрюлей, быстро.
- Можно к тебе?
- Нельзя. Ты же знаешь. Домой иди.
- Ну бабуля...
- Так,
еще раз меня бабулей назовешь -
прокляну.
- Прости, Кали.
- Прощаю.
Иди давай.
- Не уйду.
- А ты наглая, а!
- Научи меня людей лечить.
Я хочу быть Маре Мартир - как Надя.
- Ох ты, размечталась мышка
конем погонять!
Ты вон сперва научись
зелье приворотное варить.
- Да не хочу я никого привораживать.
И тем более
мне рано о мужчинах думать.
- Тебе сколько лет-то?
Я вон дочку в 16 родила.
- Дочка? У тебя есть дочка?
- Так. Хочешь у меня учиться -
смотри и помалкивай.
Травы неси.
- Вот.
- Сначала надо воду правильную найти.
- Я знаю.
- Знает она...
- Все? Ну идем отсюда.
- Подожди, еще самое главное
осталось. Руку давай.
- Ой! Я крови боюсь.
- Ты хочешь, чтобы с Борисом
все получилось?
- Хочу.
- Ну вот, терпи.
А то проклятье на тебя перейдет,
если все остановить.
- А ты что, правда веришь
в проклятье?
- Даже если я не верю, это не значит,
что оно не работает.
- Ай!
- Так...
Зорька вечерняя,
пройди через древние ворота
к реке широкой, глубокой.
Зоренька, приворожи
моего суженого ко мне.
Давай.
- Моего - ко мне.
- Теперь надо как-то заставить их
это выпить.
- Рома, я тебе тут
компотика принесла.
- Чего это вдруг?
- Ну так, просто, по-человечески.
- По-человечески? Это не про тебя.
- Да ладно. На, попей.
- Я не хочу.
- Зоя варила, я даже ей не помогала.
Для тебя старалась.
- Это Зоя варила?
- Да.
- Давай.
О, явление Христа народу.
- Рома!
- Чтоб тебя.
Ты чего приперся, старый?
- Рома, я вчера что-то
на свадьбе перебрал,
дай опохмелиться.
- Ты что, очумел, что ли?
Ромка не пьет.
- А я пью.
- На, попей компотику.
- Свинья! Иди к Женьке,
у нее еще после свадьбы осталось.
- Да ну ладно тебе, человеку же надо.
- Ой, фу! Иди, иди, давай, давай!
- Недобрая ты, Роза.
- Иди.
- И непьющая.
- На.
- Привет, папа!
- О!
- Ты здесь откуда? Иди в дом.
- Привет, дочь!
Ты правда сама сварила?
- Я ничего не варила.
- Как?
- Так, все, хватит!
- Это не ты?
- Это не я.
- А что это тогда?
- Я тоже такое умею, только мне
еще рано парней привораживать.
- Ах ты дрянь мелкая, я тебя!..
- Совсем с ума сошла?
- А чего она в чужой разговор лезет?!
Взрослые разговаривают,
молчать должна!
- Ты злая!
- Ты на мать так?!
Это все твое воспитание!
- А обычно ты вовремя приходишь.
- Ну, так я же знаю.
- А сейчас опоздал.
- Ты после этого не Борька...
- А кто?
- А Борис... Как там по батюшке?
- А я не помню.
- Конечно, столько пить.
Это какой характер надо иметь.
- Ага. А я, знаешь, я...
Я себе обещание такое дал.
- Какое?
- Ну, со свадьбы месяц пить
и не просыхать.
Знаешь, как называется?
- Как?
- Медовый месяц!
- Уважаю. Уважаю!
- Подожди...
- А чего это вы здесь?
Может, я вам еды приготовлю?
- А? Нет, нет.
- Мы с Пятаком тут решение приняли
месяц пить только водку,
а есть только закуску.
- Хорошо, Боренька.
- "Боренька".
О, давай-давай, и другу моему,
не помню, как его зовут.
- Ага.
- Хочешь, Боренька, свежей настоечки?
А?
- Давай.
Спасибо.
Странно пахнет она.
- А если не нравится, давай я выпью.
- Руки убери!
- Ладно.
- Хочу выпить за мою любовь.
- За нас с тобой, Боря.
Боря! Ты чего? Ты чего?
Боря, ну нельзя же столько пить!
Ну что ты?
Пятак - пьяница,
он же всю жизнь тренировался.
Сейчас.
Так, а где настойка?
- Это, ну...
- Ты выпил?
- Нет.
- Пьянь, это не тебе предназначалось!
- Да ладно, ладно!
- А ну, пошел отсюда!
- Да отдай стакан мой!
- Забирай свой стакан и иди отсюда!
Пошел!
- Зелье ты варила?
- Я ничего не варила.
Ты тоже против меня!
(Зоя плачет.)
- Ничего-ничего,
говорят, кто плачет - живет дольше.
- Ненавижу, ненавижу ее.
- Кого?
- Зачем она вернулась? Она меня
не любит, она никого не любит.
- Родителей не выбирают.
- А я выбираю. Ты мне как мама.
А она... Видеть ее не могу!
- Не говори так, не нужно.
- Я хочу... я хочу, чтобы она уехала.
И чтобы Надя вернулась.
- Какая же ты еще маленькая.
- Ничего я не маленькая.
Кали, вон, в 16 дочку родила.
- А откуда ты знаешь?
- Кали мне сказала.
- Ты опять у Кали была?
А больше она тебе
ничего не рассказала?
- Чего пришла?
Могла бы, как обычно,
на могилке моей оставить.
- Я тебя предупреждала:
будешь Зою колдовству учить -
будет горе.
- Какого горя я еще не видала?
Кого мне бояться? Тебя, что ли?
- Зачем ты ей сказала,
что у тебя есть дочь?
- А потому что у меня есть дочь.
И ты это знаешь.
- Только вот Зое знать об этом
необязательно.
Ты от дочери отказалась.
И прошлое-то уже не вернуть.
- Ты бы не болтала, а? Ты про Надю
свою подумай и про сына ее.
- Что ты видела?
- А то, что и ты.
Темнота на них надвигается.
Воды у нее отошли. Не справится она.
- Помоги ей.
Помоги.
Прошу тебя.
- Еще проси. Хорошо проси.
- Мне больно.
- Это правильно. Это правильно.
- Я так больше не могу.
- Все правильно.
- Не могу больше терпеть.
- А вот то, что давление падает,
это плохо.
- Мне больно.
- Родовая деятельность началась
немножко раньше,
нужно успеть подписать бумаги.
- Я все подпишу,
только дайте мне обезболивающее.
- Конечно, дадим, все дадим,
только вначале нужно подписать.
- Господи!
- Мы же не хотим, чтобы твой ребенок
попал в детский дом, правда?
- Больше не могу.
- Вот здесь, вот здесь.
Да брось ты эту чертовщину.
Наденька, это очень нужно.
Очень. Пожалуйста, подпиши.
Вот тут, да.
Вот, вот молодец. Все правильно.
- Дайте мне обезболивающее.
- Мы сейчас все сделаем, Наденька,
не переживай. Все будет хорошо.
- Держи, держи, сказала.
Пустишь - Надя погибнет. Терпи.
- А-а!
- Терпи, сказала! Держи.
- Не могу.
- Держи.
- А-а!
(Надя стонет.)
- Надя, ты почему одна?
- Джангиров обещал мне
дать обезболивающее.
- Сестра!
Мне нужна медсестра в палате.
- Никогда мне не было так больно.
- Это потому что ты не рожала.
Ну что? Хочешь -
прекратим мучения твои и ее.
Отпусти - и Надя умрет.
- Нет. Нет.
- Спокойно, спокойно!
Дыши, дыши, дыши, дыши.
Как часто схватки?
- Каждые две-три минуты.
- Я готовлю операционную, да?
- Нет, не успеем, будем рожать здесь.
- Все, тогда терпи. Держи. Держи.
- Подготовьте капельницу,
нужен кислород и бокс для ребенка.
- Хорошо.
(Сигнал кардиомонитора.)
- Надя! Надя! Надя!
- Надя! Надя!
- Не выдержала.
Ведь совсем немного осталось.
- Артур Сергеевич,
все произошло так,
как говорил доктор Джангиров.
- Зато мы спасли ребенка.
- Да, с ребенком все хорошо.
Артур Сергеевич, как вы?
Нужно записать время смерти.
- 22:13.
- А!
Мне никогда не было так больно.
- Смотри-ка, удержала.
- Мой ребенок жив?
Где он?
- Слабая ты. Чуть не отпустила.
- А чуть - не считается.
- Ты без меня бы не справилась.
- Ага.
- Можешь не благодарить.
Заходи, если что.
- Ни к чему это.
- Мы вместе сильнее были бы.
- Не рассказывай больше
Зое ничего про дочь.
- Моя дочь - кому хочу, тому и скажу.
- Я пойду.
- С моим сыном все в порядке?
- Ага. Прости.
Ты не должна была выжить.
- Тогда почему я не умерла?
- Я не знаю.
- Где мой ребенок?
- Ребенок...
- Что ты у Кали делала?
- Я у нее не была.
- Обманывать нехорошо,
ты же сама говорила.
- Она мне помогала в одном деле.
- Ты точно колдовала.
А сама говорила,
что этого делать нельзя.
- Я не ради себя.
Ради себя я бы к ней
ни за что не обратилась.
Она мне помогла жизни спасти.
Наде и ее сыну.
- У Нади есть сын?
- Да.
Он только что родился. Твой брат.
- Брат? Какой брат? А папа знает?
- Папа не знает.
И не должен знать.
- Папа должен знать!
- Всему свое время.
- Артур Сергеевич,
вот результаты анализов.
- Угу. Спасибо.
Так, что тут?
Это невозможно. Этого не может быть.
- Предыдущий диагноз не подтвердился.
- Она здорова.
- Это просто какое-то чудо.
- Да не верю я в чудеса.
Ну что же, пойдемте обрадуем.
- Пойдемте.
- Как ты себя чувствуешь?
- Не знаю.
Я хочу увидеть своего сына.
- Тебе нужно отдыхать. Лучше поспи.
- Почему ты так говоришь?
Что-то с ребенком случилось?
- Да нет, с ним все в порядке.
- Рома.
- Что?
- Я хочу, чтобы его назвали Романом,
как его отца.
Я хочу увидеть ребенка.
- Нет, нет, нет.
Ты лежи, лежи.
Еще успеешь насмотреться.
- Что?
- Похоже, ты здорова.
- Что?
- Что вы здесь делаете?
- Что я делаю в вашем кабинете
или что я все еще делаю
на этом свете?
- Что за вопрос? Что вам нужно?
- Мой ребенок.
- Мы же договорились.
- Я не буду его отдавать.
Я жива и хочу забрать своего сына.
- Надя, ты подписала документ,
а я нашел родителей.
Дело сделано.
И менять мы ничего не будем.
- Ну, по закону я могу...
- Вот как раз по закону
у тебя нет
и не было никакого ребенка.
- Что?!
Вы меня обманули.
Я подписала этот документ
под давлением. - Надя...
- Я напишу заявление в полицию
о похищении ребенка.
- Пиши в полицию.
Я тебе бумагу дам, ручку.
Пиши в полицию.
А пока ты пишешь,
я найду тебе документ.
Так, вот документ.
Молодая пара,
официально расписанная,
родила здорового ребенка.
И твоя выписка
из медицинской карты.
Ты не была даже беременна.
У тебя вырезали
доброкачественную опухоль.
- Это бред.
- Надя, ты никого не рожала.
А будешь шуметь - в психушке закрою.
- Я зайду.
Надя, ты как себя чувствуешь?
Ты у Джангирова была, что ли?
- Помоги мне.
- Что случилось?
- Они забрали ребенка.
- Как? Кто забрал?
- Джангиров.
Он обманом заставил меня
подписать документы.
- Я могу как-нибудь тебе помочь?
- Найди отца ребенка.
- А где его искать?
- У меня есть письмо,
на нем обратный адрес.
- Хорошо, я постараюсь.
- Скажи Роману,
что у него родился сын.
- Папа.
- А?
- Скажи, а ты хотел бы сына?
- Хотел бы. А почему ты спрашиваешь?
- Просто я так подумала,
что мне братика хочется.
- Хочется? Перехочется.
Мне, знаешь, и тебя одной хватает.
- К нам гость идет. Мужчина.
- Это что, интуиция?
- Типа того.
(Стук в калитку.)
Мужской голос: - Роман здесь живет?
- Я Роман.
- Здравствуйте. Меня Артур зовут,
я лечащий врач Нади.
- От чего лечите?
- Она сына родила.
- Ну рад за нее. Быстро она
с бывшим помирилась.
- Назвала Романом. В честь отца.
- Как ты сказал?
- Это ваш сын.
- Надя.
- О!
- Ну, что новенького в деревне?
Как живете, бабоньки?
- Да ничего, живем да хлеб жуем.
Скукота! Хоть бы пожар бы
аль подрался бы кто.
- Да помолчи ты,
а то еще накличешь беду.
- Ах! - О!
- Гляньте, ведьма вернулась.
- Сейчас начнется.
- Ведьма...
Я чуяла, это к беде.
- Ну что, накаркали, дуры.
- Ну сейчас начнется.
- Не говори.
- Зойка, стой! Хватит гулять,
пошли домой.
- Нет, я не хочу домой.
- Сейчас гроза будет.
- Роза, ты знаешь, что случилось?
- Что такое?
- Надя вернулась. С ребенком.
- Как?
- Роман их привез.
Они сейчас у матери твоей.
Жить, наверное, там собираются.
- Его теперь никаким зельем
не вернешь.
- Я хочу на братика посмотреть.
Можно?
- Ты эту гадину больше,
чем меня, любишь?
- А!
- Господи, да что же это?
О господи!
- Пошли!
- Да что ж это случилось-то, а?
Люди добрые!
- Ведьма вернулась.
- Ну что вы стоите как вкопанные!
Ведра несите, воду.
Господи, сгорит же!
- Тут жить будет.
Тут вас никто не тронет.
Надень и никогда не снимай.
- Ну-ка, пошла прочь отсюда, гадюка!
И змееныша своего забери!
Я тебе своего мужа не отдам, поняла?!
- Любой ребенок - милость Божья.
- Она ему никто!
- Зачем тебе Роман?
- Моя мать должна быть
на моей стороне.
- Ты его не любишь.
Ты никого не любишь.
- Я тебе это припомню.
Я вам всем это припомню!
- Тише-тише-тише...
- Ты ночевать здесь не будешь:
вы не женаты, не венчаны.
А пока идите в дом.
- Соня! Соня!
- Что?
- Слушай, правда, что Надя вернулась?
- Правда. Она вернулась.
Сейчас все беды с ней вернутся.
- Ой, зачем же я женился-то?..
- Боречка, да сколько можно?
Что ты такое говоришь?
Как ее вообще любить можно -
она же ведьма!
- Тебе нужно что-то вот противное
про нее сказать.
Она хорошая.
- Хорошая, да? - Да.
- Только вернулась она к Роману,
а не к тебе, хорошая твоя.
- Стой-стой-стой!
Она же от него ушла как бы?
Ах, нет, черт...
- Беги давай, она у Раи.
- Один раз ушла - еще раз уйдет.
- Борька! Боренька, господи,
я тебя везде ищу. Пойдем домой.
- Зря я на тебе женился.
- Что?.. Боря, пойдем.
- Я Надю люблю.
- Борька...
- Знаешь, ты как собака.
Как собака, которая все время просит,
чтобы ее погладили.
Оно-то и жалко вроде,
да гладить противно.
- Боря, ты что такое говоришь?
- Уйди от меня, а? Уйди.
Не люблю я тебя.
- Рома, иди домой, уже поздно.
- Ну куда - домой?
Дом здесь, рядом с вами.
- У тебя есть жена.
- Ну хватит уже.
Ты же знаешь, что я с ней живу
под одной крышей только из-за Зои.
Говорили же.
- Ты слышал, что Рая сказала?
- Слышал. Все слышал.
- Иди домой.
- Рая, можно я останусь?
- Нет.
- Ну а что мне делать?
Я как будто на два дома живу.
- Выбор. Всегда делай выбор.
- Что-то ты быстро с гулянки
вернулся. Домой потянуло?
- Уйди от греха.
- А ты что, сильно верующий стал?
А как же незаконнорожденный сынок?
Это же грех.
- Я тебя по-хорошему прошу: уйди.
- А что хорошего-то?
Жене изменяешь. Прелюбодеяние.
- Роза, ты что хочешь от меня?
- Я хочу, чтобы ты не виделся
с этой гадиной и ее щенком.
- Я эту "гадину" люблю, и ничего
ты с этим поделать не сможешь.
- Я не смогу? Я вас изведу
по очереди:
и тебя, и ее, и вашего выродка!
Я могу, ты же знаешь.
- Знаю. Спокойной ночи.
(Слышен крик петуха.)
(Имитирует мяуканье.)
- Псс!
- Тихо! Ты что? Тихо! Ты чего здесь
делаешь, ты что?
Тихо, тихо! Что ты творишь, а?
Тихо!
- Что делать-то будем? - Что делать?
Как всегда - что делать?
- Руку дай.
- Что?
- Скоро видно уже будет.
- А? Что видно?
Ты что, шутишь?
- Я серьезно.
- А... Что делать?
Вот твой муж пусть и делает.
- Но это же твой ребенок.
- Нет. Это ребенок Романа. И точка!
- Ну так он догадается.
Мы не спим вместе.
Я как вернулась, он ко мне
ни разу не прикоснулся.
- Да ладно!
- Я тебя люблю.
- Господи... Господи...
Зачем все опять это? Господи...
- Ну что делать-то будем, а?
- Что хочешь, то и делай.
Я-то тут при чем?
- Ты так? Ну тогда я всем расскажу.
Твоя жена узнает.
Вся деревня узнает.... - Тихо!
- ...что ты жену брата обрюхатил.
- Тихо!
- Роман вернулся вместе с Надькой
и сыночком. Мне даже деваться некуда.
- Что ты от меня хочешь, а?
- Я хочу...
чтоб ты Гальку прогнал.
Вместе жить будем. Хорошо будет.
Иначе...
- Что - иначе?
- Я тебя прокляну. И Гальку твою,
и ребенка. Я могу, ты же знаешь.
- Что ты можешь? Ты своего мужа
не можешь приворожить.
- Не приходи сюда больше, поняла?
Кому-нибудь про ребенка расскажешь,
я убью тебя, слышишь? Я убью тебя.
Не колдовством, а собственными руками
придушу тебя, слышишь?
- Мне так нравится с ним играть.
Наверное, у меня тоже такой ребенок
будет.
- Это не игра. Но когда-нибудь
ты будешь хорошей мамой.
- А можно я его перепеленаю?
- Зачем? Он же не плачет.
- А можно тогда я потом
его перепеленаю?
- Ты лучше ему книгу почитай,
чтобы умненьким рос.
- Нечего над ребенком-то кудахтать.
Поди прогуляйся.
А мы с Зоенькой присмотрим за ним.
Иди, иди.
Поет: - Спят луга, спят леса,
пала Божия роса.
В небе звездочки горят,
реки, ручейки говорят.
Спи.
- А ты чего здесь без приглашения?
Ну-ка, пошел вон!
- А так никто не зовет - я сам.
А зря! Я вот, когда выпью, могу много
чего интересного порассказывать.
- Ладно.
Только на большее не рассчитывай.
Пей да рассказывай.
- А жратвы не будет?
- Сейчас!
- Значит, слыхал я,
что одного кузнеца жена обманывает.
Я думаю: да быть того не может.
- Это кто ж такие сплетни распускает?
- Кто же, кто же? Вот не помню!
Надо бы выпить для освежения памяти.
- Ты скажи тому, кто сплетничает,
я колдовать не буду -
долго да хлопотно.
Я его собственными руками задушу.
Положь на стол!
- Все.
- Беги, беги, не оглядывайся!
- Ну ты прямо какая-то сама не своя.
Что случилось?
Это из-за приемных родителей?
Но это наш ребенок,
и никто не вправе его отобрать.
Надя, я понимаю, ты боишься.
Но мы со всем справимся.
Просто поверь мне.
Только ответь
на самый главный вопрос:
ты меня любишь?
- Люблю.
Но не торопи меня.
Рома! Рома!
- Я буду ждать! Сколько надо,
столько и буду ждать!
- Ой, Зоенька!
- Ой...
- Знаешь, когда я тобой беременна
была, мне сон приснился,
что я змею рожаю.
Может, сон-то вещий был?
- Мама!
- Что "мама"?
Я тебе запрещаю к Надьке ходить,
и к ее крысенышу!
Вообще сюда не ходи!
- Но он же мой братик!
- Если он тебе брат, то я тебе
не мать. Вот и выбирай, дорогая.
- Что же ты своей дочери жизни-то
не даешь?
- Да кто б говорил.
- Роза...
- Помоги мне от ребенка избавиться.
- От ребенка Нади?
- Нет, от моего.
Я не про Зойку сейчас.
Про того, что в животе.
- Это грех страшный.
- Ты поможешь мне или нет?
- Ребенок от кого?
- Какая разница? Он жить не должен.
- Это грех, страшный грех,
и не проси меня об этом.
- Хорошо, я Кали попрошу.
Она мне не откажет.
- Не смей. Не смей.
Не смей, иначе ты мне не дочь!
- А ты мне уже давно не мать.
- Чего пришла?
- Мне помощь твоя нужна.
- Что-то зачастили вы ко мне,
родственнички.
- Помоги мне.
- Помочь? Как? Со свету кого сжить?
Или, наоборот, на свет народиться?
- Хочу от ребенка избавиться,
еще не родился, а уже жить мешает.
- Всем женщинам ребенок в радость.
Только не тебе.
У Гали ребенок родился - тебе горе.
Борислав к ней вернулся.
У Нади ребенок родился -
опять тебе горе.
Роман к ней от тебя ушел.
Теперь своего извести хочешь?
- Ты мне поможешь или нет?!
- Нет!
- Почему?
- А не хочу.
- Спасибо.
И без твоей помощи справлюсь.
От ребенка избавиться -
много ума не надо.
- От чужого мужа понести
тоже много ума не надо.
- Можно?
- Привет, Артур.
- Привет.
- Заходи. Рады тебе!
- Ой, какие мы уже взрослые! Да!
- Да.
- Иди сюда.
Ты посмотри, у нашей Нади
еще один жених нарисовался.
Прям из города только что.
- Да ты что!
- Ага.
- Это ж сколько у нее женихов-то, а?
- Ой, не знаю! А все ей мало.
Ромку увела, Борька по ней сохнет.
А теперь еще и эти,
кобели из города, пожаловали.
- А да, кстати,
вот это подарки для малыша.
- Спасибо.
- И цветы.
- Ну тоже для малыша.
- Для папы.
- Так, вы садитесь за стол,
сейчас обедать будем.
- А чего это он сюда приперся-то, а?
Уж не от него ли это ребеночек?
- А вот сейчас мы и узнаем. Вот они
встретились, и все ясно будет.
- Пойду-ка я Розе сообщу
счастливую новость.
- Давай. А я - бабам.
- Сонь!
- Не до тебя сейчас.
- Роза!
- А-а?
- Ты чего тут делаешь?
Ты пьяная, что ли?
- Давно не парилась. Подлей.
- Чего тебе подлить -
водки или кипятку?
- И того, и другого. Надо же мне
как-то от него избавиться.
- От кого? Все-таки не просто так
ты огурцы уплетала.
Кто отец?
- Я на жену...
Я на жену его порчу навела,
а Надька все испортила.
- Значит, не Роман.
Ты... Ты про Борислава
и Галину сейчас говоришь?
- Какая разница?
- Так если Роман узнает,
что ты беременна от его брата,
он же убьет вас обоих.
- Ненавижу мужиков.
Ненавижу...
- Ну ты даешь.
- Борислав!
- М-м-м?
- Радость у меня: сын родился.
Скоро, это, крестить.
Будешь крестным?
- Да я не особо верующий.
Да и слухи ходят, что вы его украли.
- Что значит украли?
Это мой ребенок,
это мой сын.
Его хотели усыновить чужие люди,
я его вернул.
- Понятно.
- Ты хоть зашел бы,
поглядел на племянника.
- Да, как-нибудь зайду.
- Я чего-то не пойму:
ты злишься на меня, что ли?
Или мне, может, показалось?
- Нет, показалось.
- У тебя если что случилось,
так ты скажи, я всегда помогу.
- Что ж ты мне раньше
это не предложил.
Мог бы в тюрьме за меня посидеть.
- Зря ты так.
Это ты своим дружкам предъявляй.
А я в своей жизни
чужой копейки не взял.
- Угу, понятно.
- Не клеится разговор, да?
- Да не о чем нам с тобой говорить.
Чужие мы. Разные.
- Хочу, чтобы ты знал: ты мне брат.
Все равно. Что бы там ни было.
- Папа! Там мама умирает!
- Пойдем, пойдем, пойдем!
Что там такое?
- Знаешь, я чувствую себя
совсем другим человеком
после рождения ребенка.
- Я уверен, что из тебя получится
прекрасная мать.
Ребенок выглядит вполне здоровым.
А ты как себя чувствуешь?
- Да прекрасно.
Ты что, с плохими новостями?
- Да нет.
Надя, я приехал сказать,
что повторные анализы подтвердили:
ты совершенно здорова.
- Где Рая? С Розой беда.
- В дом! Скорее!
- Артур, помоги.
Зоя, Зоя, тебе нельзя внутрь.
- Надя, что с ней?
- Артур - врач из города,
он меня спас
и маме твоей поможет, слышишь?
Побудь с детьми.
- Тихо-тихо-тихо! Все будет хорошо.
Пойдем посмотрим,
как там Ромка маленький.
- Что с ней?
- Врала она мне. Срок был большой.
- Она потеряла слишком много крови,
у нее нет шансов.
Тихо-тихо-тихо!
- А-а-а!
- Это агония. Ей уже не помочь.
- Иди воды холодной со двора принеси.
- Воды?
- Сходи.
- Будешь помогать мне.
- Я... я не справлюсь.
- Она жива еще!
Иди отвар сделай.
- Я не смогу. - Иди!
- Привет! Я к тебе как раз.
- Соня, уйди, пожалуйста.
- Что я тебе сделала? Почему
ты со мной так грубо разговариваешь?
- Да не до тебя сейчас!
Там Роза умирает.
- А чего ты так о ней беспокоишься,
о Розе?
- Ну она же живой человек.
Я не хочу ей смерти.
И в конце концов она мать Зои.
- Угу. Знаешь,
сколько я могла бы тебе рассказать
про этого живого человека?
Ты бы ее убил сразу.
- Не надо ничего рассказывать, ладно?
- Да что я тебе сделала?!
Роза вон ненавидит тебя,
а ты о ней заботишься, жалеешь ее.
А я тебя люблю, и ты со мной вот так.
- Соня, у меня есть любимая женщина.
И у нас с ней есть сын.
- Угу, да?
А ты уверен, что это ваш сын?
Вон доктор этот приехал из города.
Как его, Артур?
- Да он врач. Он Надю спас.
- И в такую даль он ехал, чтобы
поздравить тебя с рождением сына.
- О господи.
- Не понимаю, как человека в таком
состоянии можно было вытащить.
- Это все она.
- Она сейчас с ней разговаривает?
Она ж без сознания.
Ну, потому что с теми,
кто в сознании,
она вообще не разговаривает.
- Со мной она вначале
тоже не разговаривала.
- Дай ей отвар.
- Надь, ты в своем уме, какой отвар?
Ей сейчас категорически запрещено
есть, пить.
- Делай что говорю.
- Да уж, удивительно,
как она ее спасла.
- Ты тоже очень помог. Спасибо тебе.
- Мне кажется, твоя гадалка
меня даже не заметила.
- Заметила. Ты ей понравился.
- Правда? Боюсь даже представить,
как она общается с теми,
кто ей не понравился.
- Тебе этого лучше не знать.
- Одежду сожги. Это черная кровь,
ее не смоешь.
- Хорошо.
- И никому ни слова о том,
что здесь видели.
- Надь, я...
я еще как-нибудь наведаюсь.
- Конечно. Буду рада.
- Ну пока.
- Пока.
- А-а!
- Это душа твоего ребенка
погибла у тебя.
Наде спасибо скажи.
- Она, что ли, помогла?
- Она помогла, да.
И доктор Краско
здесь случайно оказался.
Если так варварски прерывать
беременность, шансов мало.
- Она знает про ребенка?
- Да.
- Не знает она,
что ребенок не от Романа.
- А-а!
Правду расскажешь -
я ее ребенка убью.
(Тяжелый вздох.)
- Мама умерла?
- Ну что ты, солнышко,
мама заболела, но сейчас с ней
все в порядке.
- Спасибо, спасибо тебе!
- Я же грязная, аккуратно.
- Нет, ты самая чистая на свете.
Я тоже буду Маре Мартир.
- Тихо ты, Ромку разбудишь.
- Зоя! Иди к маме.
Сожги одежду, я с малышом посижу.
- Вот вам крест,
сама слышала - убила!
- Ужас!
- Да, да.
- Помоги мне.
(Звучит музыка.)
В деревне говорят,
что не нужно было тебе меня спасать:
одни неприятности от меня.
- Ну не знаю, мне ты
только счастье приносишь.
- Зря я вернулась.
- Нет, не зря.
- Когда все успокоится,
наверное, мне лучше уехать.
- Надь, я тебя теперь
никуда не отпущу.
- Мне жить негде: у тебя - нельзя,
а у Раи сейчас Роза.
- Ну, это же временно.
Как только она поправится...
- Когда она поправится,
она возьмется за меня.
- Роза!
Ну как, ты живая?
- Как видишь.
- Ты тут, подруга, страдаешь,
а Роман с Надей на реке кувыркаются.
Только что видела.
- Спасибо, что сказала.
Не дождались, пока я из дома уйду
или помру.
- Что ты такое говоришь, подруга?
Ты держись давай. Пойду я.
- Кувыркаются...
Ну, я им сейчас устрою.
- Я ее боюсь.
- Надь...
- Не за себя - за ребенка.
За нашего ребенка. Если...
- Она не посмеет.
Ну, это даже для Розы слишком.
И потом, она вообще теперь тебе
даже слова поперек сказать не сможет.
Жизнью она тебе обязана.
- Роза, как ты себя чувствуешь?
- По мне что, не видно?
- Ой, мы-то думали,
что эта ведьма тебя убила.
- Хуже.
- Как это?
- Она ребенка моего убила.
- Ой! - Роза, что такое ты говоришь?
- Сына нашего с Ромкой, нерожденного.
- О боже!
- Ой, такого не прощают!
(Рыдает.)
- Ой, такого не прощают.
(Ребенок гулит.)
Смотри кто. Папа пришел.
- Буду тебе каждый день
такие приносить.
- Спасибо.
- Ну-ка.
- Иди к папе.
- Привет!
Женские голоса: - Выходи, ведьма!
Смелая семьи разрушать!
- Бабоньки! - Давай!
- Ведьма она!
- Ведьма! - Давай, ведьма!
- Ведьма, выходи!
- Ведьма она! Выходи!
- Да! Шлюха!
- Давай, давай!..
- Смелая мужиков из семьи уводить?
Давай выходи отвечай за свои дела!
- Вали в свой город, поняла!
- Открывай, ведьма!
- Чего мы стоим? Ну-ка, пошли!
- Ведьма!
- Будь здесь.
Роза: - Надька, выходи!
- Стоять!
- Ты мне не нужен.
Зови свою любовницу!
- Вы меня знаете, я трепать не буду.
- Пусть выходит!
- Ой, ой, ой, напугал топором своим.
Давай зови Надьку!
Она ведьма!
- Всех не перебьешь!
- Шлюха!
- Давай, давай!
- Бабы, за мной!
- Ведьма, выходи!
- Всех-то может и не перебью.
А кто первый зайдет, здесь ляжет.
- Ты чего творишь-то, Ромка?
Роза: - Ой, напугал!
Я твой дом сожгу!
Огонь для ведьмы самое оно.
- Борька, Борька, кончай пить!
Побежали, там сейчас ведьму
палить будут.
- Поймали, что ли?
- Ну да.
Давай быстрее, опоздаем.
- Чего спешить-то?
Бить ведьму - дело бабское.
- Дурак ты. Так твою ж ведьму
палить будут, Надю!
Ну! О, Женька, там сейчас
ведьму палить будут.
- Иди отсюда.
- Так, Женя...
- Так... А ну, открой!
- Иди отсюда, сказала!
- Кто спасать ее будет?!
- Пусть Ромка ее и спасает.
Боря: - Открывай, говорю!
- Иди, говорю!
Боря, Борька...
- Я тебе, Женя!
- Бабоньки, разойдись!
- Ведьма!
- Меня не испугаешь.
- Ведьма!
- А-а! Я не из пугливых!
Зови Надьку, а то дом сожгу.
- Хочешь дом поджечь,
в котором выросла? Иди.
- А чего нет-то, а?
- Давай ведьму сюда!
- Бабы болеют,
мужики из домов уходят, из семей.
Это все она виновата.
Она ведьма, да, бабоньки?
- Да, ведьма!
- Ведьма она!
- Как только она появилась,
церковь загорелась!
- Правильно!
- Нет, не ведьма она!
Она людей лечит, дар у нее такой.
И тебя она с того света вытащила.
- Ой...
- Ведьмы людей не лечат. Расходитесь!
- Ой, бабоньки, идем, идем.
- Эй, эй, вы куда пошли?
- Идем отсюда, пошли.
- Я все село сожгу!
- Что, и меня сожжешь?
- И ты меня не остановишь.
- Все закончилось.
- Как она могла?
Она ведь знала, что в доме ребенок.
- Она...
Она не ведает, что творит.
- Я боюсь за Ромку.
- Рая, спасибо, что помогла.
- Знаешь что?
Хватит тебе шастать туда-сюда.
Здесь оставайся.
Так для сына безопаснее будет.
- Спасибо, Рая.
- Спать раздельно будете,
пока не повенчаетесь.
На полу тебе постелю.
- Ох! С топором-то чего?
Господи, что происходит, а? Ах!
- Ты чего, Боря?
Инструмент принес, помогать будешь?
- Да... Нет. Надя в порядке?
- В порядке, а что?
- Да, я слышал, что...
Надя не ведьма.
- Я знаю, Боря. Все знают.
- А ты, это... Ты что,
теперь тут будешь жить, да? С Надей?
- А ты против?
- А как ты думаешь?
Подожди, а как же Роза?
- А что Роза?
Роза с Зоей будут жить, где жили.
- Ты же на ней женат.
- Ты тоже женат, Боря!
Мы на твоей свадьбе гуляли, помнишь?
- Слушай, какой же ты жадный,
всего тебе мало:
две жены, двое детей, два дома.
- Ты бы топор положил,
а то поранишься.
- Да пошел ты!
Надя, пока не замужем, свободна.
И никому не запрещено
за ней ухаживать. Никому.
- Дурак ты, Борька.
- Боря! Борька, прости меня.
- Еще раз такое вытворишь -
я прибью тебя.
- Прости меня, Борька.
Пойдем домой вместе.
- А ты чего ты за мной бегаешь?
- Да ты муж мой!
Я волнуюсь за тебя, Боря.
- Спасибо, что напомнила:
у меня еще медовый месяц
не закончился, пойду напьюсь.
- Боря! Борька!
- Я никуда отсюда не уйду,
пока ты мне не поможешь.
Ведь ты всегда заранее знаешь,
что я сейчас приду.
- Знаю. Чувствую. Кровь моя в тебе.
- Да. А вот мать моя родная
меня на городскую гадину променяла.
Я ее смерти хочу.
- Ну ты ж не за этим пришла.
- Приворожи его.
Я для тебя все сделаю. Приворожи.
- Кого приворожить?
Борислава или Романа?
- Романа приворожи.
- Нельзя. Заболеет твой Роман.
- А ну и пусть. Ты же видишь,
как мне... Плохо мне.
- Нельзя на одного человека
два раза заговор:
помереть может.
- Да ну и пусть.
Ну не отказывай мне,
я ж тебе не чужая.
- Не проси, не буду.
- Ясно.
- Из-за тебя отказала.
- Она его не любит.
Она это из-за ревности делает.
- Никогда никому не рассказывай,
что ты здесь была
и что здесь слышала.
- Кали, но как предупредить
папу и Надю?
- Если расскажешь кому-нибудь,
прокляну.
Иди.
- Женька.
- Чего?
- Так, держи нож, держи.
- Зачем?
- Сейчас за мной пойдешь, дело есть.
- Куда?
Сонька, может, не надо?
- Тсс! Тихо.
Вроде нет никого.
- Подожди ты.
Если нас застукают здесь, нам конец.
Идем отсюда.
- Если ты так будешь кудахтать,
нас и правда застукают.
Тихо! Идем.
- Что у тебя в кувшине?
- Это свиная кровь.
На пороге разольем,
когда уходить будем.
- Соня, идем.
Гадалка сказала, Надя не ведьма.
Никто не поверит, слышишь?
- Нам главное, чтобы Рома поверил.
Так, вот эти бусы я повешу...
Так, говорят, ведьмы делают,
чтобы морок навести.
Нож у тебя? - У меня.
- Положи туда на порог.
- Зачем?
- Это ведьминский способ,
чтоб привороженный мужик
из дома не уходил.
- Рома любит ее. Он не поверит!
- Ну вначале, может, не поверит,
главное - засомневается. Пойдем.
Ох!
- Соня?
Ты что здесь делаешь?
- Хочу, чтобы Рома наконец узнал,
что он с ведьмой живет.
- Он женат на ведьме.
А живет он со мной и нашим ребенком.
- Хм, с вашим ребенком, да?
А люди говорят, что ребенок краденый.
Отстань!
- Это неправда.
- Да? Дыма без огня не бывает.
Полиция разберется, правда или нет.
Ага, испугалась!
Да отстань ты от меня!
Так тебе.
- Идем быстрее.
- Ромочка, что такое? Домой потянуло?
- Ты чего дверь-то закрыла?
- Мне непрошеных гостей не надо.
- Это я, что ли, в своем доме
гость непрошеный?
- А ты чего пришел?
- За вещами.
- А, теперь у моей мамочки
будешь жить?
- Где вещи?
- Сейчас.
Пойдем, покажу.
Я тут помогла тебе вещи собрать.
- Ты все равно ничего не изменишь.
Книги-то зачем?
- Что же в ней есть такое прекрасное,
чего во мне нет?
- Тебе не понять.
- Вот дура!
А ты какие-нибудь документы
подписывала?
- Да. Иначе бы они его отдали
в детский дом.
А потом они вообще уничтожили
все бумаги о том,
что я мать этого ребенка.
- А они видели, кто его украл?
- Нет, но они догадаются.
Я пока разговаривала с ними,
отвлекала, Роман вынес его
через окно.
- Да. Полиция это не наши бабы,
которых можно со двора
вилами выгнать.
- Как же мне надоело жить
в этом вечном страхе.
- А вот этот вот доктор из города -
как его звали? - Артур.
- Артур. Может быть, он поможет?
- Точно. Он подтвердит,
что я мать этого ребенка.
Он поможет.
- Подвезти?
- Спасибо, я сам.
- Тяжелые времена настали, Роман.
Нет былых доходов, надо придумывать,
как деньги зарабатывать.
- Работать не пробовал?
- Это не для меня.
- Ну даже не знаю. Тогда ищи того,
кто будет тебе просто так платить.
- А я уже нашел - ты мне будешь
платить. А я буду молчать.
Мне тут сорока на хвосте принесла,
что ты ребенка украл.
- Это мой ребенок. Мой и Надин.
И мы его не украли, мы его забрали
обратно. Так что ничего я тебе
платить не буду.
- Будешь. Ты мне будешь платить.
Иначе тебя с твоей шлюхой в тюрьму
посадят, а ребенка заберут.
Ты меня понял?
- Ты же знаешь, что я тебя не боюсь.
- А при чем здесь я?
Это дело полиции.
Может быть, за тобой
еще какие грехи водятся?
Если ты ребенка украл, мог и еще
что-то украсть.
- Я за Надю и ребенка и убить могу.
- Так ты разговариваешь
со своими друзьями?
Если с тобой что-то случится,
тебе и помочь-то некому будет.
Раньше у нас с тобой был худой мир.
А теперь будет очень добрая ссора.
- Значит, так тому и быть.
- Совсем не спишь из-за ребенка.
- Я не из-за ребенка не сплю.
- Я тебе отвар приготовила.
Отдохнешь, выспишься.
- Ну как вы тут?
- Болтают про нас.
- Да я даже знаю, кто.
- Мы не можем вечно от всех
прятаться.
- Ну давай бежать.
- Почему мы должны бежать?
Надо просто оформить документы.
- Надь, я понятия не имею,
как это делается.
- Поезжай в город. Найди Артура -
он знает, как помочь.
- Как я вас здесь вдвоем оставлю?
Кто-то должен вас защитить.
- Я присмотрю.
Или ты мне не доверяешь?
- Доверяю.
- Пей. - Спасибо.
- А где Галя?
- Гулять с Наденькой пошла.
- Что?
- Чего ты онемел? Не ждал меня?
Да не стой ты столбом, проходи,
проходи.
Проходи, присаживайся. Ты уж извини,
что похозяйничал в твоем доме.
Тамару попросил накрыть на стол.
Ты не возражаешь?
- А что мои возражения
как-то имеют значение?
- Иногда слово имеет значение.
Но чаще всего дело. Согласен?
Ты ведь как в деревню-то вернулся,
так до меня и не дошел ни разу.
- Ну, семья, то да се.
- Вот, горяченькие.
- Да. Спасибо, мать.
Ты нас оставь ненадолго -
у нас тут серьезный мужской разговор
с Бориславом.
Трудные времена наступили, Борислав.
Нет былых доходов. Надо придумать,
как деньги зарабатывать.
А то еще и долги возвращать.
Многие должники забывают про свои
обязательства-то. Такие времена.
- Ну, я-то про свой долг помню.
Мне казалось, что...
- Тебе казалось, что брат
за тебя рассчитался? Ты прав.
Одно время он исправно гасил долг,
но вот как ты вернулся -
отказывается.
Вот, мол, должник вернулся,
с него и спрос.
Удивляюсь, что забывают
теперь про семейные узы-то,
про братский и сыновий долг.
- У меня нет денег.
Где я в деревне работу найду?
- Да я понимаю, сынок.
Ну ты же мне не чужой человек.
Ты помоги мне - я тебе долг прощу.
- А что я должен сделать?
- Ты помнишь моих ребят? Худого
и Бороду? Ну, дружки твои бывшие.
- Ну?
- Ушли они от меня.
Бросили старика, да еще и конверт
с большими деньгами прихватили.
Нехорошо поступили. Ты бы нашел их,
поговорил, пусть чужое-то вернут.
А я тебе и долг прощу,
и вообще помогу. Слово баро!
- Где я их искать буду?
- Ну они ж наши места-то еще
не покинули, только собираются.
Ты же потаенные их места-то помнишь?
- Я попробую.
- Что тут пробовать-то?
Просто сделай, и все. Ну ты ешь, ешь.
Скажи, а что с твоим братом
вообще происходит?
- А что с ним?
- Да тут такое дело...
Обидел меня Рома, нагрубил.
- Ну это он может.
- Богатство, что ли,
в голову ударило?
- Какое богатство? Ты о чем?
- Да в деревне поговаривают,
что какое-то барахлишко в сарае
ворованное прячет -
золотишко, иконы. Всякое.
Вот кто бы сообщил куда следует.
Глядишь, лет 5-7 Рома
в зоне-то и оттрубил.
Уважению к старшим научился.
- Ты зачем мне это говоришь?
- Чтобы ты к сведению принял.
- Погода-то сегодня какая.
- Ага.
- Поспи немного,
а мы с малышом на луг сходим.
- Да я с вами пойду.
- После моей настойки?
Ложись отдыхай.
- Тсс.
(Ребенок гулит.)
- О, Рая. Хорошо смотришься
с ребеночком.
- Выпить не дам.
- А я и не прошу.
Я же от чистого сердца.
- Тсс!
- Ой!
- Тсс. Даже для поправки здоровья
выпить не дам.
- А давай я тебя сфотографирую
с ребеночком для истории.
- Так, а ну-ка беги отсюда.
Беги! Фотограф.
- Пятак! Пятак! Что с Надей-то?
- А, спит!
- Спит?
- Спит.
- Спит. А ты чего здесь?
- А я, понимаешь, к Рае забежал,
думал поправиться. Только налил
и тут вижу - утопленница-то спит.
- Спит.
- Почти голая.
И я сразу подумал:
надо сделать развратные фото.
- Что? Какие еще тебе
развратные фото?
- Да не для меня. Это же для Розки,
она что хочешь отдаст за такое фото.
Она же его будет Ромке показывать,
вот, мол, смотри,
какая городская у тебя развратная.
- Не развратная. Спит человек.
- Правильно.
Поэтому я и думаю,
разврат надо усилить.
Пойдем, пойдем. Пойдем.
Ты, это, ляг с ней рядом,
будто бы ты с ней спишь, а я сфоткаю.
- Ты чего? Пятак, ты чего!
- Да ты не бойся, она спит.
Рая ей дала какой-то сонной дури,
она не проснется,
хоть палкой по голове ей бей.
Ну чего ты?
Я же для тебя, дурака, стараюсь.
Ромка, когда увидит такое фото,
сразу к Розе уйдет,
а ты - раз! - и к Наде.
Ну, если ты сомневаешься,
я могу лечь рядом сам.
Ну, не для удовольствия -
для картинки.
А ты сфотаешь. Вот так вот.
Вот, смотри...
Вот, видишь?
Ты... ты чего? Чего ты?
- Давай, давай, давай!
- Чего? Чего?
- Иди ты отсюда!
- Чего?
- Чего придумал.
- Сволочь.
- Надя, Надь, проснись!
- Ты нормально себя чувствуешь?
- Я ничего не помню.
- Надя, где ребенок?
- Рая... Рая его забрала,
они ушла в поле гулять.
- Ты чего такая? Эй!
- Тихо, тихо, тихо...
- Это, наверное,
из-за сонной настойки.
- Как ты можешь верить
этим колдунам?
Ты не знаешь, что ты пила?
- Может, в больницу надо?
- Нельзя вам в больницу.
- Почему?
- Вас в розыск объявили.
За похищение ребенка.
- Что?!
- Это наш ребенок: мой и Надин.
- Что нам теперь делать?
- Да не знаю. Пока тихо,
здесь, в деревне, посидите,
я попробую что-нибудь придумать.
А здесь кто-нибудь знает
про ваши приключения?
- Да в том-то и дело, что я...
я не понимаю, как они узнали.
Одна женщина приходила...
угрожала, что расскажет полиции,
что мы украли ребенка.
- Это плохо. И что хотела? Денег?
- Романа.
- Боря...
Садись, еда готова.
А что ты делаешь?
- Ничего. Что, почитать даже нельзя?
- А что читаешь, покажешь?
- Нет. Я что тебе здесь,
публичная библиотека?
- Боря, это...
Надя.
- Зачем ты туда полезла, а?
Слушай, это не то, что ты думаешь.
- Да?
- Ничего не было. Это Пятак придумал:
захотел сфотографировать,
чтобы потом Розе продать за бутылку.
А я подумал, что Роза начнет
всякие там наговоры, всякие приго...
Как это там называется, я не помню.
- А чего ты Розе не отдал?
Жалко Наденьку стало?
- Ну, слушай, жалко. Жалко!
А вдруг она всякие, там, булавки
в нее втыкивать? Она же заболеет,
и ребеночек ее заболеет.
Женька! Женька, а ну стой!
Дай, дай, дай, дай!..
- А-а!
- Женька... Жень!
- О! Что такое?
- Меня Борька ударил.
- Так быстро?
У вас же еще медовый месяц не прошел.
Хоть было за что?
- Я у него фотографию Нади нашла.
- И?..
- И спалила ее!
- Я думал, что ты умнее стала,
хоть и рога ему наставила.
- Я ему не изменяла!
- А это не измена,
это месть называется!
Теперь плачешь. Фотографию спалила.
Так хоть порчу могли навести.
(Рыдает.)
- А ты и порчу умеешь?
- Надо вспомнить.
Я ее рубашку украла.
- Ага.
- Порчу на нее наведем -
Наденьки не станет.
Мужья погорюют и к нам вернутся.
- Угу.
- Надя, Надя, Наденька...
- Может, попросить того,
кто правда умеет?
- Я Кали просила - она мне отказала.
- А может, это потому, что ты Романа
приворожить хотела?
Ты попроси Надю прогнать.
- Возьму-ка я отпуск.
- Здорово.
- Угу.
- А куда поедешь? К морю?


Серия 5

Звучит песня: "Быть бы мне деревом
на берегу реки,
Стужею северной
корни мои крепки.
Горечью горькой
листва на моих руках,
Выпью глотком одним
воду твою, река.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река,
звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала за собою меня.
Река-река,
далеко до моря,
Река-река,
звала за собою,
Расскажешь,
как добраться до воли?
Ведь ты, река, звала
за собою меня".
- Женя! А Сонька не у тебя?
- Не у меня. Что тебе надо?
- А я для нее
такую радостную новость принес!
- Какую новость?
- Ромка вернулся к Розе.
- В смысле?
- Так а что "в смысле"?
Ну побоку эту свою ведьму -
и вернулся обратно к Розе.
- А чему ты радуешься?
Надя одна теперь осталась.
- Да и хрен с ней!
- Борька узнает - сразу к ней
побежит. Ему ни слова, понял?
- А-а. А вот Сонька бы мне
налила за это.
- Ну и я налью.
- Давай.
- Давай иди в сарай.
- В сарай? Там?
- Давай-давай.
- А ты не обманываешь?
- Иди, смотри.
- А где наливать-то?
- А вон там прямо бутылочка.
- А где тут? Где бутылочка?
Э-э! Эй, ты чего?
- Да тихо там!
Пятак: - Налей хотя бы!
Ну налей, ну!
- Ты знаешь, мы еще когда
студентами были,
ты мне очень нравилась.
- Правда?
- Угу.
- Мне кажется, что это уже
в другой жизни было.
- Я, наверное,
даже был влюблен в тебя.
- Где Роман?
- Я побуду с тобой,
пока Рома не вернется.
- Долго его нет.
- Не волнуйся, я буду столько,
сколько нужно.
- Иди быстрее. Соня говорит,
что на Надю заклятие наложили.
- Кто? Роза, что ли?
- Если бы Роза. Сама Кали.
- Да не может быть.
- Может быть.
Ну, Роза, конечно,
ее об этом попросила.
- Ну и что теперь?
- Теперь?
Если Роман прикоснется к Наде,
она сразу умрет.
- А Роман знает?
- Конечно.
Роза ему об этом радостно сообщила.
Вот он и не возвращается,
прячется от Нади.
- Только Надя еще об этом не знает.
- Так и не надо ей об этом знать.
Слыхала? Кали на нашу ведьму
заклятие наложила.
- Ну и чего ты радуешься?
- Я не радуюсь, я переживаю за всех.
- А оно и видно.
Вон прямо слезы в глазах стоят.
- Ага.
- Ага.
Ты бы была осторожнее. В аду за это
языками сковородки лижут.
Не обожгись.
- Испугала.
- Доброе утро. А вы Романа не видели?
- Нет, давно не видели. Только много
разного слышали. Соня говорит...
- Да ничего она не слышала.
Она просто перепутала.
Не было здесь ни Романа, ни Сони.
- Спасибо.
- Ты чего здесь делаешь-то?
Расстроился, что дурные бабы
ком грязи в дом бросили?
- Плевал я на них.
Я не знаю, как Надю и сына уберечь.
- Пока я здесь, их никто не тронет.
- Да это здесь ни при чем.
Заклятие на ней. И, если я к Наде
прикоснусь, она умрет.
- Думаешь, Розка
это заклятие сделала-то?
Не сумеет она.
Не ведьма она, лентяйка.
- Это не Розка, это Кали.
Ты куда? Что делать-то?
- Пока не вернусь, не смей
с Надей даже говорить.
- Надо поговорить!
Я никуда не уйду!
Ты и правда сделала заклятие на Надю?
Если это так, пускай тебя
побьет гром и молния.
(Слышны раскаты грома.)
- О, гляньте, кто идет.
- Ведьма.
- Угу.
- Если хоть слово скажет,
тотчас же умрет.
Ладно, пойду я.
- Соня!
Где Роман?
- Ты правда хочешь знать, где Роман?
Да пожалуйста.
Он ушел от тебя, бросил.
И теперь живет
со своей законной женой.
- Врешь.
- Не веришь? Так иди проверь.
- Рома...
Рома!
- Чего пришла? Поздравить?
Роман домой вернулся.
- Этого не может быть.
- Чего не может быть?
Мы ведь муж и жена.
- Пусть он сам мне об этом скажет.
- Ну-ка, пошла вон,
пока я полено не взяла.
Пошла вон с нашего двора.
- Что-то случилось?
- Под дождь попала.
- Под какой дождь?
На небе ни облачка.
- Слушай, ты доктор: болезни лечишь
или погоду предсказываешь, а?
- Может, вам как-то помочь?
- А не нужно.
Ты даже не знаешь, что со мной.
- О! Да вы вся горите.
Сейчас выпьете антибиотик...
- Не верю я в твои антибиотики.
А потом,
человек должен иногда болеть.
- Ну хорошо, давайте
я вам хотя бы чай сделаю. С малиной.
- С малиной?
Надо на землю босыми ногами встать,
она все возьмет. "С малиной"!
- Понятно. Я все-таки сделаю.
- Папа, почему ты бросил Надю?
Ты ее не любишь?
- Люблю.
Просто иногда,
несмотря на то что любишь,
приходится делать человеку больно.
Просто потому, что так надо.
- Это из-за мамы?
- Прости, Зоя,
я не могу тебе сказать.
- Точно из-за мамы.
Как же я ее ненавижу! - Ну-ну!
Что ты, тише. Зачем?
- Почему она такая злая? Почему?
- Не надо. Все будет хорошо, солнце.
Будем жить как раньше.
- Мы никогда не будем жить
как раньше,
потому что ты стал такой же,
как мама. - Зоя...
- Ты предатель!
- А дочка-то вся в меня!
- Ошибаешься.
- Я не понимаю, чем я его обидела.
- Ничем.
- Тогда почему он вернулся к Розе?
- Судьба такая.
- А мне что делать? Ждать?
Уговаривать? С ней воевать?
- Оставь его.
- Ну как я могу его оставить?
Я люблю его.
- Оставь его. Ты мне веришь?
- Это вы просто дочь свою защищаете.
- Да я тебя защищаю.
Ребенка твоего защищаю.
Тебе же будет лучше,
если Роман с Розой останется. Ясно?
- Почему?
- Тебе кто дороже:
Роман или твой ребенок? "Почему".
- Да как это вообще можно выбирать?
- Забудь его.
- Рома! Рома, давай поговорим.
Скажи мне, что случилось.
Я люблю тебя.
И мы с сыном всегда тебя будем ждать.
- Надя, а я тебя ищу везде.
Что-то случилось?
- Роман нас бросил.
- Почему?
- Я не знаю.
Наверное, снова полюбил свою жену.
- Да быть этого не может.
Просто мне казалось...
- Мне тоже казалось,
что он нас любит, но даже
разговаривать со мной не хочет.
- Может, тебе тогда лучше
в город уехать?
- Могу я тебя попросить одну вещь?
- Да, конечно. Все, что угодно.
- Поговори с Ромой.
Я не верю,
что он меня больше не любит.
- Хорошо.
- Спасибо.
- Доктор, иди.
Садись. Давай.
- Я...
Я пришел по просьбе Нади.
- Угу.
Давай.
- Спасибо, я не буду.
- Ты ее любишь?
- Это давно было, еще в институте.
- У тебя жена есть?
- Я пришел не о себе разговаривать,
а о вас с Надей.
- А я не хочу говорить о нас с Надей.
- Хорошо.
- Да подожди ты. Подожди.
Прости меня, доктор,
просто ты все равно не поймешь.
Ты не поймешь.
Позаботься о них!
- Ты ее любишь?
- Что?
- Ну тебе же Надька нравится давно
и очень сильно.
- Это не ваше дело.
- Я помочь могу.
- Послушайте, мне нужно идти.
Ай! Вы что?
- Теперь у меня твои волосы,
я могу с тобой сделать что угодно.
Не веришь?
- Вы в своем уме?
- А ты еще не знаешь, с кем связался.
Я ж заговор на смерть могу сделать.
Ромка Надьку больше не любит,
можешь смело ухаживать.
Рома не будет против. Только
надо смелее быть и настойчивее.
- А куда это ты собрался?
- Никуда.
- Знаешь, что Рома Надю бросил?
- Да знаю, мне Соня сказала. Пусти.
- Да не пущу. Не любит она тебя.
Как ты не поймешь,
что она не для тебя? Боря, стой!
Прости. Борька, прости, я все зашью.
Правда, я все сделаю, все целенькое
останется, про...
Боря...
- Это от Романа?
- Ну... Да нет, это... это от меня.
- Что он сказал?
- Ну, он не захотел со мной говорить.
- Ну ладно, спасибо, что хоть
попытался помочь. И за цветы - тоже.
(Кашляет.)
- Как ваши дела?
- Хорошо. Помогли твои городские
лекарства. Видишь, порхаю.
- Вам в больницу нужно.
Вы серьезно больны.
- Иногда болезнь - это наказание
за неправильные дела
или неправильные мысли.
Пойду, лягу.
- Ай! Рома, давай, вставай.
Вставай, я покушать приготовила.
Рома, вставай. Давай посидим,
как в старые добрые времена.
- Ты что-то путаешь, не было у нас
ни старых, ни добрых, никаких.
- Да неправда, были.
Ты знаешь, что подумала? А давай
забудем ссоры все старые да обиды,
будем жить как нормальная семья.
- Да мы грызлись как собаки
с самой свадьбы.
Я вообще не помню,
зачем я на тебе женился.
- Ты поешь!
- Не хочу. Ничего не хочу.
- Это ты из-за своей Наденьки,
что ли, переживаешь?
Так у нее же все хорошо.
Сонька говорит, что она
с доктором городским закрутила.
Он, представляешь,
ей цветочки принес,
она его прямо сразу на ночь оставила.
Молодец.
Бабенка уже немолодая,
да еще и с ребенком -
надо хвататься за то, что есть.
- Уйди.
- Пойдешь ее навестишь? Ну давай,
давай, только про заклятье не забудь,
а то собственными ручонками
девчонку угробишь.
(Младенец плачет.)
- Ты как, в порядке?
- Да.
Просто устала.
- Может, поспишь?
- Да как-то неспокойно
у меня на душе, просто...
чувство какое-то непонятное.
- Ну, это от усталости.
Давай поспи, Надя,
а я посижу с малышом.
- По-моему, он заболел. Кашляет.
- Да, немного горячий.
Ты не волнуйся, я же доктор.
Давай ляг поспи.
- Да не могу я заснуть.
- Чего интересного показывают?
Н-да, уж очень этот городской
о Надином сыночке заботится.
- Ну и что? Он же доктор.
- Угу.
Не думаю я, что этот доктор
так о каждом пациенте печется.
- Ты на что это намекаешь, а?
- А я не намекаю, я прямо говорю:
я думаю, что это сын не Романа,
а его.
- Надя не такая.
- Ну да, конечно, святая твоя Надя.
Кстати, ты же знаешь, Борька,
что она от Святого Духа понесла?
Какие же все мужчины идиоты!
- Ну и что? Я б на ней
и с ребенком женился бы.
- Не ожидал тебя тут встретить.
- Так это ж хорошо, что встретились.
Дело есть.
- Я же уже говорил:
у нас с тобой дел не будет.
- А как ребенок твой, краденный-то,
поживает? Не болеет?
- Да не боюсь я тебя.
- Вообще-то, должок за тобой.
Поможешь в одном небольшом деле -
не будет долга,
и ты свободен навсегда.
- Вон твой должник.
Пока его не было, я отдавал,
а теперь давай сам с ним разбирайся.
А я и так свободен.
- Гордыня - большой грех.
- Грех?
А грехов вообще много, знаешь?
На всех хватит.
И убийство - грех,
и воровство - грех,
и подбрасывать краденное - тоже грех.
- А я ведь к тебе как к сыну.
- С тех пор как отца убили,
нет у нас родственных связей.
- Вот тяжелый у тебя характер,
потому и врагов много.
А если я не смогу
тебя защитить от всех?
- А не надо, я сам смогу.
И убью любого, кто к моей семье
приблизится.
- Какой семье? У тебя их две!
А ведь хотел по-хорошему.
- Не понимает он по-хорошему.
- Так скоро никто слушаться не будет.
Не будут бояться - не будут платить.
- Я поговорил с Худым и Бородой.
- Пойдем в дом.
- Знаешь, я раньше
так боялась материнства:
казалось, что не справлюсь.
Посмотри, ребенок такой хрупкий.
- Ну и зря боялась,
у тебя отлично выходит.
- Спасибо тебе за все.
Ты о нем как о родном заботишься.
- А знаешь почему?
- Нет.
- Потому что я люблю его маму.
- Артур...
ты еще встретишь женщину,
которая тебя по-настоящему полюбит.
- Но мне нужна ты.
- Отобедайте, чем Бог послал.
- Спасибо, Тамарочка,
но не сегодня, дел много.
А что Галя с девочкой?
Что-то никак не могу застать их.
- Так у Женьки она.
Так вроде как и Сонька с Розой
тоже там.
Ну я пойду, не буду вам мешать.
- Как у тебя с Розой?
Молчишь? Ну-ну.
Да ты не расстраивайся,
чего с нее взять, баба - дура.
Все они такие. Я вот вашу с Ромкой
мать ох как любил!
Все для нее делал.
Любую звезду мог с неба достать.
А она выбрала вашего отца.
Все мне поломала.
- Ты поэтому не был
на похоронах у отца?
- Непохожи мы с ним были - разные.
Он все в благородство играл,
независимый -
под чужую дудку плясать не хотел.
Да и бабы его любили больше,
чем меня.
Вот Ромка весь в него.
А ты, скорее, на меня похож, Беня,
будто сын.
- Ты исповедоваться пришел
или по делу?
- Да, ты прав, исповедоваться
надо другому и в другом месте.
Все прошло как надо, надеюсь?
- Как надо.
- Помнишь, ты все спрашивал,
кто тебя ментам сдал?
Так это брат твой единоутробный.
Так-то.
- Я так и думал.
- Привет.
Пирожков вот тебе принесла.
Забочусь о тебе, Ромочка. - Пф!
- Роза-то, поди, готовить не умеет?
- Не надо мне пирожков.
- Не надо? А чего надо?
- От тебя?
- От любовницы ушел,
с женой не спишь - и ничего не надо?
Рома, я даже не буду просить
на мне жениться.
А эта твоя - шлюха городская, еще
неизвестно, от кого у нее ребенок.
А Роза - шлюха деревенская.
Она же аборт сделала.
Знаешь, от кого? Хочешь, скажу?
- Тишина-то какая.
- Угу.
- Прикопать бы тебя здесь.
- Шутишь все?
Да я же лучше их обеих!
Ну куда ты опять бежишь? Ты же все
равно к Наде не можешь вернуться,
заклятье на ней.
- Ты не знаешь ни черта!
- Я все знаю, мне Роза рассказала!
Если ты к Наде прикоснешься,
она сразу умрет.
Молодец Роза, да? Как она это все
всегда проворачивает!
В прошлый раз, когда она
тебя приворожила,
ты вообще на ней женился!
- Ты знала?
- Так все бабы знали.
- Кали?
- Угу.
Рома!
(Кашляет.)
- Угу, хороший кашель.
Вам антибиотики нужно пить.
- Пила уже - не помогают они.
- То, что вы выпили,
я под кроватью нашел.
- Ты не понимаешь?
Болезнь в наказание дается.
Не тело болит, а душа.
- Вы действительно в это верите?
- Иди, а! А то ведь заразишься.
- Ну зачем же? Это же не болезнь -
это кара Божья.
- Тетя Рая, отцу совсем плохо стало.
- Да вы лежите, я схожу сам посмотрю.
- Помоги.
Мы тут не в городе,
ему не справка нужна.
Идем.
- Говорила я тебе -
отцу мяса на давать.
- А я и не давала.
- А я еще на улице
запах жареного мяса почуяла.
(Стонет.)
Будешь врать - не буду его лечить,
а на тебя бородавки напущу.
- Ну как не дать, когда он просит?
- Хватит кудахтать.
(Стонет.)
Тихо, тихо, тихо...
Так... Так...
Значит так, принеси полотенце и воды,
у него заворот кишок.
- Если у него заворот,
его нужно в город везти, оперировать!
- Вот даже не знаю, как люди сто
лет-то без твоих таблеток жили, а?
- Он же умрет.
- Не умрет.
Держи. Помоги.
Значит так, будет больно - кричи.
Боль утихнет - замолчишь. Ясно?
Хорошо.
- А-а-а!
- Хорошо.
- А-а!
- Да прекратите вы.
Вы же убиваете его!
- А-а-а!
- Посмотри. Вот что у тебя было,
мучило.
Будешь отца мясом кормить -
умрет мучительной смертью.
Три дня пусть ничего не ест.
Вообще ничего.
Рюмку водки можешь дать - одну!
- Угу.
- Открывай. Открывай дверь, доктор.
- Одну рюмку.
Я видел, как вы из рукава
достали кусок мяса.
- Да, это были куриные потроха.
- И что это значит?
- А это значит, что ему помог
массаж и заговор.
А все остальное представление
было для убедительности.
- Он умереть мог.
- Да, мог. Но не умер же.
И это говорит о том, что для больного
гораздо важнее вера
в свое выздоровление,
а не вот эти вот
таблетки и лекарства.
- Послушайте,
вы действительно считаете,
что эти ваши заговоры, заклинания
намного эффективнее лекарств?
- Конечно. Главное - вера, Артур.
- Ой, Розочка,
давай вместе полетаем, а?
- Ты чего пришел?
- Ну чего ты сразу кричать-то, ну?
Я ведь к тебе по-доброму.
Я ведь тебя не выдал - пока.
- Выпить не налью, денег не дам,
а по хребту огреть могу.
- По хребту, по хребту...
По хребту я без тебя могу получить.
Я хотел тебе про Рому рассказать,
если тебе это, конечно, интересно.
- Ну рассказывай, где видел?
- Рома вроде бы пошел к Кали.
- Врешь. Зачем?
- Я точно не расслышал, но что-то он
там про какое-то заклятье говорил.
- А если она ему расскажет?
- Что расскажет?
- Мне надо к Кали раньше попасть.
А можешь его задержать?
Я тебе налью и денег дам.
- У Ромки, знаешь, рука тяжелая.
Вот так...
- Да мне даже бить не надо.
Ну-ка, быстро пошел.
- Роза, ну...
- Давай, давай, давай!
- Роза, а рюмку-то дай!
- Помогите мне вернуть Романа.
Я знаю, вы можете.
Ну, не знаю,
отвары, заговоры, амулеты.
Ну хоть что-нибудь.
Я на все готова, даже на колдовство.
- Нет, тут никакой отвар не поможет.
- Я не знаю... Я не знаю, что делать.
- А где Артур?
Мужской голос: - Роман!
- Эй! Эй!
- Ты мне веришь?
- Верю.
- Тогда делай, как я тебе говорю.
- Хорошо. Что мне делать?
- Выходи замуж за Артура.
- Это вы серьезно? Я люблю Романа.
А Артур... он просто друг.
- Легок на помине.
- Надя, выходи за меня.
- Пойду посмотрю, как там малыш.
- Артур, я люблю Романа.
- Если дело в Романе,
то он не будет против.
Я говорил с ним, и он сказал,
чтобы я позаботился о тебе и о сыне.
Я понимаю, тебе нужно время.
Надя!
Он не вернется к вам.
Ты подумай.
- Я все равно тебя дождусь.
- Ромка, ты чего?
- Опять ты, что ли?
- А чего ты чужой сарай-то подпалил?
- Развлекаюсь я так.
Закрываю себя в сарае и поджигаю.
- Это кто ж тебя так ненавидит,
чтобы живьем спалить?
- Да хватает желающих.
- Да уж. Это друзей у тебя нет,
а врагов - во! Баринов - раз...
- Да. Есть у нас с ним разногласия.
- Братец твой Борислав - два.
- Ну не настолько же!
- Ну не знаю - настолько,
не настолько.
Я слышал. Роза тебя ненавидит.
- Да.
- Потому что ты не ее, а Надю любишь.
- Эта могла.
- А, Борьку забыл.
Борька тебе из-за Нади завидует.
Так что, чтобы тебя убить,
надо еще очередь занять.
А ты ведь к Кали собирался?
- С чего ты взял?
- Ты это, умойся, а то как чушка.
- Чушка... Сам ты чушка!
- Роман к тебе приходил?
- Еще не приходил. А что?
- Про заклятие ему не говори.
- Какое заклятие?
Не было никакого заклятия.
- Вот. Вот ты никому и не говори.
Все ж думают,
что я на Надьку заговор сделала.
- Каждый слышит то,
что хочет услышать. Поэтому верят.
Только рано или поздно
любой обман откроется.
- А ты так сделай, чтоб не открылся.
А лучше - на самом деле
заговор на нее сделай.
- Сколько раз говорила, что не буду.
Ты не хочешь меня услышать?
- Не хочешь на нее делать?
Тогда Ромку приворожи, он же мой муж.
- Опять ты меня не слышишь.
- Не хочешь?
Тогда я сама его прокляну.
И его, и Надьку, и сына их!
Я же тоже ведьма.
- Ты? Ведьма? Ты уже один раз сделала
заговор, когда замуж за него хотела.
Во второй раз
он может сильно пострадать.
- Если он с этой гадиной останется,
ему здоровым не жить.
Я же и убить могу.
- Это ты можешь.
- Ну наконец-то! Заждалась уже.
Ну что?
- Кали ему ничего не сказала.
- Ты ж сама Роману
сказала про заклятие.
- А наврала я все.
Не было никакого заклятия.
- Что ты говоришь?
- Что, глухая, что ли?
- Погоди, но все же знают.
- Кали отказала, и я наврала.
И все поверили.
- Восхищаюсь, Роза.
Змея ты.
Женя: - Соня! Соня!
Сонька! Ты здесь?
- Здесь.
- Привет.
- Что такая счастливая?
Что случилось?
- Артур Наде предложение сделал.
- Ах!
- Ага. Я сама слышала.
Все, теперь у Борьки на нее
никаких шансов нет. Ура!
- Да погоди! Женька!
Что Надя-то ответила?
- Доктор, значит,
предложение Надьке сделал.
- Вот Женька дура. Самое главное-то
не сказала: Надя согласилась или нет?
- Да куда денется твоя Надька!
- Вот она точно ведьма:
третий мужик уже ее замуж зовет.
А меня вот... Пойду узнаю,
согласилась Надя или нет.
Женька! Женька!
- Артур Наде сделал предложение.
- Что?
- Доктор из города сделал Наде
предложение. Я сама слышала.
- Так и знал. Надо было этому гаду
морду набить.
- А бабы говорят,
что это его ребенок.
А Ромка узнал, что это
не его ребенок, и Надю прогнал.
- Так Ромка знает?
- Конечно. Все знают.
- А Надя? Она согласилась?
- Ну кто же от такого отказывается.
(Кашляет.)
- Не дошло до тебя еще,
что Надька твоя - испорченная?
- Кто бы еще
об испорченности говорил.
- Не надоело еще по бабам бегать?
Зачем ты тогда женился?
- Тот же самый вопрос.
Ты же мне даже не нравилась.
- Да?!
- А потом раз - и все.
Люди говорят - ты меня приворожила.
- Бабские сплетни.
А вот заклятие Кали - это серьезно.
Не советую проверять.
- Если с Надей и сыном
что-нибудь случится,
я же не посмотрю, что ты мать Зои.
- Что, угрожаешь, что ли?
- Нет. Предупреждаю.
- А-а.
Не там врага ищешь.
Надька твой враг, а я - жена.
- Как же вы...
Ты мне не жена.
Ты самая злобная дрянь из всех,
кого можно себе представить.
А у меня другая семья.
- Ребенок-то не твой, а Артура.
Все об этом знают.
Кроме тебя, дурачка. Наденька-то
себе получше вариант ищет.
Найдет - тебя бросит.
Доктор - такой хороший вариант.
Симпатичный, выгодный.
- Да я сам его попросил
за ними приглядывать.
- Артур Надежде предложение сделал.
Это ты тоже сам попросил?
- Чего смотришь-то,
как привидение увидел?
- Что случилось?
- Да так. Заперли меня в сарае,
кто-то, и подожгли.
- Пошутили?
- Предупредили.
- Кто?
- Желающих много.
Но я, как узнаю, тебе первому скажу.
- Хорошо. Аккуратнее.
- Да. Аккуратнее.
- Чего надо? Чего пришла?
- Хочу про Романа кое-что спросить.
- Пошла вон из моего дома.
- Мать на порог не пускаешь?
- Женщина, которая приютила
любовницу моего мужа, мне не мать.
- Попридержи язык.
- Ой, радостную новость узнала.
Надька-то замуж выходит.
- Злорадствуешь?
Только на чужой беде
счастья не построишь.
- А у меня получилось.
Законный муж ко мне возвращается.
- Роман Надю любит
и будет с ней всегда.
- Это мы поглядим.
- А куда глядеть-то?
Грех на тебе большой.
- На мне?
А это кто пытался чужого мужа увести?
Я или она?
- А кто от родного мужа
к полюбовнику сбежал? Или забыла?
Никогда Роману с тобой не быть,
даже если ты его приворотом напоишь.
- А это мы еще посмотрим.
Кроме приворота
другие средства имеются.
- Про заклятие - это правда?
- А то.
Только Роман с Надькой словом
обмолвится - ее ребенку конец.
- Не сумеешь ты сама
такое заклятие сделать.
- Я, может, и не смогу - Кали сумела.
- Врешь!
- А вон погляди!
Ну гляди, гляди.
Ты же эту рубашку городской подарила.
Скушала?
- Вы что-то узнали?
Вы видели Романа?
- Тебе нужно выйти замуж за Артура
и уехать отсюда как можно быстрее.
- Это Роман сказал?
- Тебе лучше уехать.
- Куда я поеду? Мне нельзя в город.
Меня тут же арестуют,
а ребенка заберут.
- Если ты останешься здесь,
будет горе.
Так что выбирай.
- Привет. Галя дома?
- Нет ее.
- Это хорошо. У меня к тебе разговор,
который не терпит посторонних ушей.
- Чего тебе?
- Я знаю о вас с Розой.
- Что о нас с Розой?
- Ой, да перестань.
Она мне все свои женские секретики
рассказывает.
Кстати, это я помогла
избавиться от вашего ребеночка.
- Вот дура, а.
- Ой, да не переживай.
Я ничего никому не рассказала.
Кстати, интересно, что бы было,
если бы Рома узнал?
Представляешь, если бы он узнал,
что его жена забеременела от тебя?
Убил бы, наверное, обоих.
- Что ты хочешь?
- Да я переживаю о вас.
Пора вам уезжать из деревни.
- Переживаешь, да? Угу.
- Вы уедете, Надюха
за своего доктора выйдет, уедет,
а мы с Ромой останемся.
- Соня, сами разберемся.
- Угу. Разбирайтесь.
Гале привет.
- Ты куда?
- Туда.
- Зачем?
- Поговорить надо.
- Здесь говори.
- Не с тобой. Мне Артур нужен.
- Его нет.
- Тогда Надя.
- Ты же знаешь, что с Надей
тебе говорить нельзя.
- Да мне уже все равно.
- На себя наплевать - о ней подумай.
Если Кали заклятие наложила,
тогда верная смерть.
- Это правда,
что он ей предложение сделал?
- Правда. Только Надя
еще ответ не дала.
- Но она же его не любит.
И ты это знаешь.
- Раньше нужно было думать.
- Пусти.
- Прояви мудрость и терпение.
- Нет у меня ни мудрости,
ни терпения.
Есть любовь, есть ревность.
- Подумай о ребенке. Если что-нибудь
случится с тобой или с Надей,
он сиротой останется.
- Наконец-то Надя заживет
нормальной жизнью,
у ребенка отец появится.
- Что за бред вообще? Наде Ромка
нравится, она сама мне говорила.
- Ну, Роман прячется от нее.
Какая женщина это выдержит?
Правильно сделала,
что согласилась выйти за Артура.
- Что это за Артур такой вообще?
Откуда он взялся?
- А что, она тебя
должна была выбрать?
Ты женат, между прочим.
Или ты забыл уже?
- Помню я. Каждую минуту
жалею об этом.
- Как тебе не стыдно?
Давай закусывай.
Ничего, выйдет Надя замуж,
ты успокоишься,
может, и у нас все наладится.
- Не выйдет. Я не позволю.
- Да оставь ты людей в покое.
- Откуда он вообще взялся?
- Стой! Стой! Не пущу.
- Пусти.
- Борька, пожалуйста,
если ты меня хоть немножечко любишь,
ты не сделаешь этого.
- Сделаю.
- Это правда?
Она согласилась выйти за тебя?
- А я думал, тебе все равно.
- С чего ты так решил?
- Ну ты же избегаешь ее.
И к тому же ты женат.
- Это... это вообще не твое дело.
- Послушай, я сделал ей предложение,
она согласилась.
Теперь она моя невеста. А все,
что было раньше, - это уже не важно.
- Ехал бы ты отсюда.
- Да мы уедем, уедем.
Вот поженимся, исчезнет опасность,
что отберут ребенка, и уедем.
- Ты меня не понял. Сейчас уезжай.
- Ах! О божечки!
- Забудь. И не пытайся
меня остановить.
- Свадьбы не будет!
- Ты еще кто?
- Борька!
Если Надя мне не достанется,
она не достанется никому!
Обоих убью! Сначала тебя, потом тебя.
Потом себя.
- Боря, ч-ш-ш...
У тебя же двустволка?
- Двустволка.
- Ты один раз уже выстрелил, да?
- Да.
- Ну, так сколько патронов осталось?
- Один.
- Ну а как же ты собрался?..
Придется выбирать.
Боевые.
Если собрался, стреляй,
не надо разговаривать.
(Выстрел.)
- Что это?
- Салют.
- Ах! Ромка, что у тебя с лицом?
Ты подрался, что ли?
- Упал. Чего тебе?
- Не груби, зайди, обработать надо.
Ой, вот мужики:
чуть что - сразу в драку!
Ой-ой-ой... Ай! Больно, да?
- Нормально.
- Эх, Надюха-Надюха,
ни с того ни с сего - хоп! -
за другого замуж выходит.
- Соня, ты хочешь помочь - помогай,
только молча.
- Злишься ты, я тебя понимаю.
Это все из-за нее.
Тебя на какого-то докторишку
променять!
Неужели ты это так оставишь? А?
Хочешь ей отомстить?
- Да не буду я никому мстить.
Если собрался мстить,
копай две могилы.
- Держите.
- Спасибо.
- Это мой папа вас так?
- Угу.
- Это потому что он Надю любит.
А вы это знаете
и все равно на ней женитесь.
- Я ее тоже люблю.
- Но она вас не любит.
- Я очень хочу сделать ее счастливой.
- Счастливой сделает ее
только мой папа.
Он ее очень сильно любит.
- Я это уже заметил.
Слушай, ты только Наде
не рассказывай,
что мы с твоим папой подрались. Угу?
- Угу.
Надя сейчас не об этом думает,
она думает только о ребенке,
чтобы не забрали его.
- За что мне это все?
(Кашляет.)
- Это испытание. От тебя зависит,
как твоя жизнь повернется.
- Как мне сделать правильный выбор?
- Жизнь подскажет, она знаки дает.
- Какие знаки?
- Ну, представь:
ты видишь гладкое озеро,
а в нем много рыбы,
но ты рыбу не видишь.
А на берегу рыбак стоит.
Старый рыбак.
С удочкой. Так вот это -
знак, что в озере рыба есть.
Понимаешь?
- Как научиться разбираться
в этих знаках?
- Жизнь подскажет.
И себя надо слушать.
- И по этим знакам
можно увидеть будущее.
- Можно.
- Надя...
Я знаю, что нужно делать.
- Артур, что с твоим лицом?
- Споткнулся.
Нам нужно как можно быстрее
сыграть свадьбу.
- Что?
- Ну, когда мы поженимся,
я смогу усыновить ребенка, и тогда
никто не сможет у тебя его забрать,
даже приемные родители.
- Но я же подписала документы.
- Да, но ты подписалась
как мать-одиночка,
а если у ребенка будет законный отец,
то он тоже должен давать согласие.
А я его не дам!
И все, что ты подписывала, -
это просто филькина грамота.
- Если мы поженимся,
ребенка точно не заберут?
- Ну конечно.
- Сонюшка!
Выйди, а!
Хочу рассказать тебе страшную тайну.
Ну, не бесплатно, конечно.
- Давай топай отсюда, Пятак,
водки нет.
- А что сразу водка? Водка, водка...
Как Пятак, так сразу водка.
Я хоть слово тебе про водку говорил?
Наливай. Тайна касается
одной городской девицы.
- Так, сиди где сидишь.
Говори.
- Наливай.
- Говори.
- Наливай.
- Сначала скажи.
- Наливай.
Вот.
- Ну?
- Доктор сделал Наде предложение.
- Все? Пятак, эту твою тайну
вся деревня знает.
Тоже мне, тайна.
Только вот никто не знает, что она
ему ответила и ответила ли вообще.
- А я знаю. Наливай.
- Ты знаешь ответ?
- Да.
- Ну говори уже.
- Надя ответила ему согласием.
- Ты мне врешь, нет?
- Я тебе когда последний раз врал?
У меня таких тайн
еще на десять бутылок.
- Здравствуйте, Виктор Николаевич.
- Вы по какому вопросу?
- По личному.
- По личным вопросам
я принимаю в среду.
Запишитесь в регистратуре,
пожалуйста.
- Этот вопрос не только личный,
но и хорошо оплачиваемый.
Меня интересует
одна из ваших пациенток.
- Надя, ты плачешь?
- Нет, уже нет.
- Надя, это правда?
- Что?
- Что ты собираешься
выйти замуж за Артура.
- Правда.
- Но почему?
- Он любит меня, он любит малыша.
Если мы поженимся,
его у меня никогда не заберут.
- Но ты ведь его не любишь.
Потому что ты любишь моего папу.
- У твоего папы есть жена.
Он не хочет меня видеть
и даже разговаривать.
- Но он тебя любит, я это точно знаю.
- Почему он тогда так себя ведет?
- Надя, подожди немного,
не соглашайся пока.
- Я уже согласилась.
- Роза!
- Чего ты орешь? Напугала.
- Что-то ты совсем, подруга...
Нервишки шалят?
- Чего пришла-то?
- У меня для тебя
новость хорошая есть.
- Ой, давай не сейчас,
настроения нет.
- А я тебе его подниму.
Надя выходит замуж за Артура.
- Что ты сказала?
- Она приняла его предложение.
- Ромка теперь мой,
никуда от меня не денется.
Я тут подумала, а может,
еще кто из девок в деревне
на него заглядывает?
Чего, видный мужик, не монах ведь.
- Ой, да никому он не нужен,
успокойся.
- Да ты-то откуда знаешь?
Ничего, я городскую извела -
и этих изведу. Со свету сживу.
- Что-то ты, подруга,
правда не в настроении.
Пойду я.
- Папа, ты знаешь, что Надя
собирается выйти замуж за Артура?
- Мне кажется, что все уже знают.
- Ты же ее любишь?
- Люблю.
- Ну так почему ничего не сделаешь?
- Не могу.
Я не знаю, как тебе объяснить.
- Ты про заклятие,
которое сделала Кали на вас?
- Ты-то откуда знаешь?
- Да об этом уже все знают.
Кроме Нади, конечно.
- Да, из-за этого. Если бы
это касалось только меня...
Но рисковать Надей и сыном я не могу.
- Знаешь, что странно?
Я ведь травы чувствую,
несчастья будущего,
а этого заклятия, плохого для Нади,
не чувствую. Почему?
- Не знаю.
Может, ты просто еще маленькая?
- Папа!
Я пойду к Кали и у нее спрошу.
Может быть, попробую уговорить,
чтобы она заклятие сняла.
- Нет, даже не думай.
К Кали я пойду сам.
- Но ты же у нее никогда не был,
и ты не найдешь,
потому что тут долго идти -
через лес, потом болота...
- Зоя, я найду.
- Давая я тебе все-таки
дорогу покажу.
- Нет. Иди к Наде и будь с ней,
ладно?
Ты ей сейчас нужнее. Беги.
- О! Меня, что ли, ждешь?
- Надя точно замуж выходит?
- Да точно, точно.
Как неожиданно повезло
и тебе, и мне, да?
- Соня, может,
у нас наладится еще все?
- У меня-то точно наладится,
а насчет тебя не знаю.
Тебе мужа в постель надо затащить,
а это дело непростое.
- А тебе надо будет
Ромку с Розой делить!
Она не Надя - так просто
тебе его не отдаст.
- С Розой я легко справлюсь.
Просто расскажу Ромке,
что она сделала аборт от его брата,
и все, нет Розы. Тю-тю!
- А он еще не знает?
- Нет, такой козырь я берегу
для особого случая.
- Какая ты...
- Ага.
- Соня...
- А?
- Научи меня, как с Борей поладить.
- Переспать в смысле?
Вообще это дано каждой женщине
от рождения.
Каждой, кроме тебя, видимо.
- Так и умру - замужняя и в девках!
- Пошутила я, подожди, не обижайся.
А я тебе говорила, между прочим:
"Приворожи его зельем".
Ты сама не захотела.
- Не захотела, потому что хочу,
чтобы все по-настоящему было,
по любви,
без этого вашего колдовства.
- Какая же ты зануда!
Если бы все люди ждали любви,
то человечество уже вымерло бы,
как мамонты.
Роза как на себе Ромку женила?
По любви, думаешь?
- Ага.
- Ага, сейчас. Приворожила она его.
- Да?
- Ага, хоть и не любит.
И тогда не любила, и сейчас не любит.
- Зачем тогда она это сделала?
- Да не знаю зачем. От жадности.
Чтобы другим такое сокровище
не досталось.
- Где так долго бродишь? Чай стынет.
- А как ты?..
- От тебя дымом за версту пахнет.
- А-а...
- Ты же никогда тут не был -
как нашел?
- Сильно надо было, вот и нашел.
Ты же знаешь, зачем я здесь.
- Не могу я заклятие остановить.
- Почему? Зачем нужно нас мучить?
- Да не могу я остановить то,
чего не делала.
- А кто? Больше некому.
И Роза говорит,
что это твоих рук дело.
- Каждый слышит то,
что хочет слышать.
Или того, чего боится.
- Я тебя не боюсь.
- Меня - нет,
а вот за детей своих боишься.
Да и не меня ты боишься, а Розу.
- А что Роза? Что она может?
Врать? Сплетни распускать?
Людей ссорить?
Это да, это она может.
А на серьезное она не способна.
- Зря ты так.
Она однажды человека убила.
Она не помнит -
я помогла ей забыть навсегда.
Но это может повториться.
- Скажи, Розе по наследству
вот это передалось?
Она ведьма?
- Хочешь, тайну открою?
Не бывает никаких ведьм.
- Давай, кудесник, работай.
Привет.
- Привет.
- Мы тут ищем одного человека...
Да ты не бойся.
- Я не боюсь.
- Посмотри - видела ее здесь?
- А зачем вам Надя?
- Так ты ее знаешь? Какая удача!
Где ее можно найти?
- А вы кто?
- Ты не ответила на мой вопрос.
Где ее можно найти?
- Вы тоже не ответили на мой вопрос.
Вы кто и почему ее ищете?
- Мы ее друзья.
- Друзья.
- Друзья, которые ищут с оружием?
- Каким оружием?
- Я чувствую запах оружия.
- Мы никому не хотим причинить вреда.
Я Гарик, ее муж.
Я ее муж.
- С Ромочки - на яичко,
с яичка - на водичку,
пусть хворь от него отхлынет
до Раи...
- Мне приснилось,
что плохие люди Надю ищут.
- Что они делали?
- Они показывали ее фотографию
и расспрашивали про нее.
А еще у них в машине оружие было.
- Нехороший сон. Очень нехороший.
- Я знаю. Да сегодня день
какой-то плохой. Как малыш?
- Еще болеет.
- Ты так никогда не выздоровеешь.
- Главное, чтобы твой братик
вылечился.
И никому об этом не рассказывай.
- А ты от этого не умрешь?
- Нет, я много раз это делала.
- Как он?
- Спит, температура спала.
- Хорошо, что у Артура
с собой антибиотики были.
Как вы себя чувствуете?
- Хорошо. Покачай Ромку.
- Угу.
(Рая кашляет.)
- Ты бы уговорила бабушку пить
таблетки - быстрее бы выздоровела.
- Да ей не помогут никакие таблетки.
Ваши лекарства - настоящая отрава.
- Ну что ты такое говоришь? Малыш же
выздоравливает, а бабушка - нет.
- Да бабушка ваши таблетки в растения
выливала да под кровать.
Она с Ромки на себя болезнь переняла,
вот он и выздоровел.
А бабушка выздороветь не может.
Ты бы почувствовала...
- Но Артур же сказал, что...
- ...но ты себя слушать не хочешь.
Потому что ты думаешь
только про свадьбу.
- А чего это свадьбу
решили здесь проводить?
- Так Райка наотрез отказалась
у себя праздновать.
Сказала: нет, и все.
Хорошо, что Сонька приютила.
- А от чего же такая доброта-то?
- Доброта! Она ж сама заинтересована,
чтобы Надю убрать, понимаешь?
Так выйдет замуж - и тю-тю от нас!
Тоже мне, нашла добрую. Ну все...
- Так, девчонки...
- Раз, два, три.
- Такой праздник,
а выпивки на столе маловато.
Мефодиевна, давай-ка в сарай сгоняй,
принеси.
- А, сейчас сгоняю, сейчас.
(Гремит гром.)
- Ух ты! Это что, гроза, что ли,
будет, а? Ой-ой-ой...
- Да, свадьба - это самый счастливый
день в жизни каждой девушки.
- Да.
- А для меня - самый несчастный.
- Глупая, ты что говоришь?
- Ты же знаешь, я люблю Романа.
- Ну и что? Артур-то ведь лучше.
Он обеспеченный, городской...
- Доктор.
- Да и потом, стерпится - слюбится.
- Артур сегодня женится на Наде.
Ты знаешь?
- Совет да любовь.
- Ага. Хочет усыновить твоего
ребенка, увезти их обоих в город.
- Да.
- И все это с твоего ведома? Правда?
- Правда.
- Вот только знаешь что:
я не дам этой свадьбе состояться.
Если ты не хочешь на ней жениться,
то я на ней женюсь.
- Хорошо, Боря, женишься. Только
для этого надо сначала убить Артура.
Убьешь?
- А ты и вправду красивая.
- Угу, прямо настоящая принцесса.
- Повезло.
(Хлопок двери.)
- Надя, а когда ты выйдешь замуж,
вы с Артуром в город поедете?
- Да, наверное.
- Но я не хочу, чтобы ты уезжала.
И папа тоже не хочет.
- Зоя, ты же знаешь,
я не могу здесь оставаться.
И твой папа... он меня не замечает.
- Он любит тебя, просто...
Не выходи замуж за Артура.
Мы что-нибудь придумаем,
и все будет хорошо.
- Зоя, это не шутки, все серьезно:
у меня могут забрать ребенка.
- Но ты любишь моего папу.
- От этой любви одни беды.
И ему, и мне.
- Нельзя выходить замуж
за нелюбимого.
- Это ради ребенка.
- Нельзя выходить замуж без любви.
Я так никогда не сделаю.
- Зойка, а что это у тебя?
- Ничего.
- Ну-ка покажи.
- Там ничего важного.
- Покажи, говорю.
- Нет.
- Дай сюда!
- Нет, это мое. Ай!
- Опа! Ага! А зачем тебе
фотография этой змеи?
- Надя не змея, она хорошая.
- Она хорошая? А я? Плохая?
Я тебя родила, я тебя вырастила,
кормила, одевала -
и я плохая?!
Ну-ка отвечай, когда с тобой
мать разговаривает.
- Да, ты плохая, потому что ты
никого не любишь: ни меня, ни папу,
ни бабушку - никого!
- А за что тебя любить, Зоенька?
Ты ведь мечтаешь, чтобы эта
утопленница твоей мамочкой стала,
чтоб на ней отец женился?
- Да, потому что она добрая.
- Добрая?
Не будет ее больше в нашей семье,
этой разлучницы.
Добрая?
Поплачь, Зоенька, поплачь.
Давай. Ой, Зоенька плачет, ой-ой-ой.
Давай порыдай, Зойка!
- Она злая.
- Не надо, нехорошо так говорить
про маму.
- Она ведьма?
- Нет, она просто много разрушает,
и в этом есть моя вина.
- Бабушка, ну вот ты добрая.
Как так получилось, что у тебя
выросла такая злая дочь?
- Она не ведает, что творит.
Как и ее мать.
Надо было давно
тебе об этом рассказать.
- Что? Что сказать?
- О том, что Роза - дочь Кали.
- Что?
Почему ты мне всегда говорила,
что она твоя дочь?
- Я всем это говорила.
Даже Роза правду не знает.
- Почему? Что случилось?
- Кали влюбилась в Николая,
моего мужа.
Она его приворожила,
и они вместе убежали.
- Моя мама моего папу
тоже привораживала.
- Да. История повторяется
из поколения в поколение.
А потом родилась девочка - Роза.
- Моя мама.
- Да.
- Кали она была не нужна,
и я ее воспитала как родную дочь.
- Получается, я внучка Кали?
- Да.
- И я могу стать такой же,
как Кали и моя мама?
- Вот этого я не допущу.
- И я могу ходить к Кали
когда захочу?
- Я же тебе это запретила.
- Но ты ведь мне больше не бабушка.
Теперь я могу тебя не слушаться!
- Рома. Какой ты веселый!
Пойдешь на свадьбу?
- Ты знаешь, как-то нет настроения.
- Какой день сегодня торжественный.
Надя сегодня станет чужой женой.
Все, Ромка, отбегался. Теперь ты мой.
Пойдем, я тебя развеселю.
- Я тебе тысячу раз сказал:
не трогай меня, не надо.
- Рома!
Ты, главное,
про проклятие не забывай.
- Что в ней такого,
что все мужики с ума сходят?
- Она добрая и красивая.
- И несчастная.
Жалко ее. Ничего хорошего не будет.
- Знаешь, что странно? Я никакой
опасности для Нади не чувствую.
Я ж травы чувствую и болезни,
а вот этого заклятия не чувствую.
Странно, скажи? Почему?
- Эй, ты что тут делаешь?
- Уф, напугала. К брату пришел.
- К брату? - Да.
- Или к его жене?
- К брату. Иди отсюда.
- А зачем тебе нож?
- Колбасу порезать.
Иди отсюда, я сказал.
(Стонет.)
- Привет. А ты что на свадьбу
не идешь? Или не пригласили?
- Ты откуда здесь?
- Тебя ищу.
Народ говорит - свадьба.
Надежда замуж выходит.
Я думал, ты жених-то,
а оказался какой-то доктор из города.
- Чего ты хочешь?
- Тебе уже две женщины
рога наставили.
Настоящий мужик не позволил бы
так поступать с собой.
Был бы настоящий мужик -
давно бы убил и Надю, и этого Артура.
- Да? Ты когда-нибудь
убивал человека?
- Зачем мне пачкать самому руки?
Для этого есть Борислав.
Он у меня спросил разрешения
тебя убить,
а я ему не смог отказать.
- Борислав - мой брат.
- Он тебе брат.
Давно ненавидит тебя
и любит эту твою потаскуху Розу.
(Слышен стон.)
- Уходи.
- Роман дома? - Нет его.
- Вот и хорошо.
- Остынь, ты что творишь?
- Что изменилось-то, а?
- Все изменилось. Все по-другому.
- Да?
- Да. Не дай бог, кто увидит.
- Не бойся, я скажу,
что я к нему пришел.
- Это тебе бояться надо,
если он узнает.
- А пусть узнает. Его не будет скоро.
- Ты что такое говоришь?
- Давай уедем, а?
Я тебя прошу, давай уедем
вместе отсюда куда-нибудь вдвоем.
- Сейчас для Романа картошку пожарю,
и уедем.
- Ты сдохнешь в этой деревне.
- Об этом надо было раньше думать,
когда я еще беременная от тебя была.
А теперь уже все, поздно. Понял?
Не дай бог, Роман догадается.
- Уже...
- Ах!
- ...догадался.
- Ха-ха.
- Ты давно здесь?
- Достаточно.
- Ну ты видел, да?
- Видел, да.
- Ну что, я люблю Розу.
Давно ее люблю.
Это она со мной сбежала от тебя.
Слышишь?
И если бы не твоя русалка,
которая убила моего ребенка...
- Ты Бога-то побойся, она его спасла.
- Нашего с Розой ребенка.
- Ты же брат мне.
Роза: - Борислав...
- Брат, тесно нам с тобой
на этом свете, понимаешь?
(Роза кричит.)
А-а!
- Ну давай-давай, ударь меня.
- Вон из этого дома.
Если жить хочешь,
чтобы я тебя больше...
чтобы я вас больше
в деревне не видел!
Это ты - ведьма.
Это тебя надо сжечь.
- Ой, а пахнет как!
- Ух ты, как пахнет!
Пахнет!
- Да. Ах, хорошо!
Я же проголодалась.
- Надя плачет.
- Ой, бабоньки, жалко же Надю.
Никому не пожелаешь
в день собственной свадьбы
рыдать в три ручья.
(Гремит гром.)
- Точно. О, слышь, как громыхнуло?
Как бы грозы не было.
- Ага. А между прочим, это из-за нее,
из-за ее свадьбы погода портится.
Да! Потому что она точно ведьма.
- Ой, да ну тебя!
Это настоящая ведьма на нее колдует.
- А вообще, все против этой свадьбы.
- Мы уже пришли почти.
(Стонет.)
- Что случилось?
- Ромка избил.
- Застукал вас наконец?
- Вроде того. Я его убью.
- Не смей.
Оставь Романа в покое.
- Кому оставить? Городской, что ли?
- Мне оставь, я люблю его.
- Чего?
Я ж тебе все секреты рассказывала.
- Да какие секреты?
Твои секреты вся деревня знает.
- Тоже мне, подруга.
Мужа у меня хочешь отобрать.
- Какой он тебе муж?
Рома мой, я его никому не отдам.
Тебе тем более, он тебе не нужен.
- Да он не тебя, а Надьку любит.
- Как вы меня все достали.
- Ну, давай-давай.
- Надька замуж в город уедет, ты -
с Бориславом, а мне Роман достанется.
- Гальке про меня с Бориславом
ни слова.
А с тобой...
я потом разберусь.
- Угу, посмотрим.
- Борислав, ну что ты сидишь?
Да что с тобой?
Ой, господи...
Сонька!
- А?
- Ты не знаешь, что с ним?
- Потаскуха Роза
мужу своему рога наставила.
Вот он узнал и не стерпел.
- Борислав здесь при чем?
- Так она с Бориславом
Роману-то изменяла.
- Ты что мелешь?
- Роза тогда из дома убежала
из-за мужа твоего.
Потом в городе с ним жила.
А потом и вернулась обратно
тоже ведь из-за него.
- Врешь.
- Да вот тебе крест.
Мне Розка сама рассказывала.
- Зоя, ты чего здесь?
Там же свадьба, в деревне.
- Бабушка, ты должна снять заклятие.
- Ничего я никому не должна.
Чего ты меня бабушкой стала называть?
- Надя и мой папа любят друг друга.
Не заставляй их страдать.
- Надю, значит, с папой пожалела.
Мать родную тебе не жалко?
- Она не дает себя жалеть. Она злая.
- Не смей так про мать говорить.
- Она меня не любит.
Она никого не любит.
- Что ж вы заладили-то:
любит, не любит...
Меня вот тоже никто не любит.
Ничего, живу.
- Я тебя люблю.
Я тебя прошу, сними заклятие.
Ну что это тебе стоит?
- Не могу.
- Ну почему?
- Да не было никакого заклятия.
- В смысле? Как это - не было?
- Ну считай, пошутили мы
с твоей мамой.
- И все поверили.
- А люди во что хочешь поверят,
смотря как сказать.
Хочешь, тебя научу?
- Нужно бежать и рассказать все Наде.
- Зоя, Зоя!
Вся в меня.
- Нужно что-то делать.
Надо эту свадьбу остановить.
- Не нужно. Артур Надю любит,
он позаботится о ней и ее ребенке.
- Ромка Надю спас, из воды вытащил,
а что этот докторишка?
- Он ее ребенка вылечил.
- Нельзя ей замуж. Не любит она его.
- А тебе что?
- Я остановлю эту свадьбу.
- Боря...
- Так нужно.
- Эй, стоять! Ты куда?
- Туда.
- Нет.
- Нельзя Наде замуж.
Я должен эту свадьбу остановить.
- Не лезь не в свое дело,
ты все испортишь.
- А может, я этого и хочу.
- Только посмей - убью.
- Бабушка, я была у Кали.
Кали сказала, что она
никакого заклятия не делала.
- Что?
- Никакого заклятия нет.
- Но... но этого не может быть.
- Они нас обманули.
- А я... я поверила.
- Потому что мама так сказала -
и все поверили.
- Значит, так, нужно найти Романа
и сказать ему,
он должен знать правду.
- А еще Кали сказала,
что если я кому-то расскажу,
то она меня проклянет.
- Врет!
Она не может проклясть родную кровь.
Беги к Наде.
Свадьбу нужно остановить.
- Угу.
- Беги.
А я... я к Роману.
- Надю жалко.
Ну не от счастья же она плачет.
- Это месть за ее колдовство:
и семью разрушила, и братья в ссоре.
- Надо было давно
ее из деревни выгнать, ведьму.
- Ну и что я опять не так сделал?
- Ты все сделал так, все правильно.
- Саша, а чего не наливаем?
Чего-то ждем да ждем. - Наливай!
- Наливай-наливай! Давайте-ка
выпьем, выпьем. Назад дороги нет!
- Надя, Надя, Кали сказала,
что никакого заклятия не было.
- Что? Какого заклятия?
- Хреновый сегодня день.
- Это я виновата.
Роза обманула меня, дуру.
Она всех обманула.
- О чем ты говоришь?
- Не было никакого заклятия.
- Это все Роза придумала. Она просто
хочет, чтобы вы с папой расстались.
Она сказала, что если он
к тебе прикоснется
или заговорит с тобой, ты умрешь.
- Что?
- Она обманывала,
вас заставила расстаться.
- Это точно?
- Это точно. Кали сказала.
- Поэтому он тебя и избегает.
- А почему никто мне об этом раньше
не рассказывал? Это правда?
- Да нет, конечно. Врет она все,
соплячка. Иди отсюда.
- А что ж я сделал-то?
У них же свадьба сейчас идет.
- Бросай все и беги к Наде.
- То есть вы все знали?
Что я наделала!
- Так, свадьбу отменять нельзя.
- Правильно.
- Пьем.
- Правильно, правильно.
- Господи, что ж вы за люди такие?
- Ты что натворила, а?
- Свадьбы не будет!
- Надя! Надя! Надя!
Постой, прости, пожалуйста.
Я понимаю прекрасно,
что я не вовремя, но я все решил:
я бросаю Женьку, беру тебя в жены,
и мы уезжаем отсюда с тобой.
- Я не могу.
- Почему? Почему?
Артура ты не любишь,
Ромка тебя видеть не хочет.
А, ты не бойся,
ребеночка-то мы воспитаем.
А там свои пойдут.
- Не надо никого бросать.
Я люблю Рому.
- Так он же тебя бросил.
- Он любит меня. Нас обманули.
Ты понимаешь? Это был обман.
- Постой, постой!
Пожалуйста, пожалуйста.
Надя, ну выходи за меня замуж.
Пожалуйста, я буду любить тебя
до самой смерти, правда.
Одно твое слово - и я разведусь,
мы с тобой распишемся.
- Я не люблю тебя, Боря.
- Артура не любила,
но за него замуж пошла, да?
Это потому, что городской?
- Это была ошибка.
Больше я таких ошибок не совершу.
- Утешил ведьму свою?
- Следишь за мной?
- Не любит она тебя.
Сколько можно унижаться?
- Я не то что унижаться,
я убить за нее готов.
- Рома! Рома, ты где?
- А я принес Ромке выпить, закусить.
Его даже на свадьбу не позвали.
- Где Роман?
- Ромке надо выпить.
Он так страдает, так страдает!
Я говорю: "Ромашка, а чего ты
страдаешь? Ну не любит и не любит".
- Пятак, ты меня слышишь? Где Роман?
- "У тебя жена есть,
а у меня жены нет. А я так страдаю!"
- Где Роман?
- Он на речку пошел топиться.
И правильно, я бы тоже
на его месте утопился.
- Надя!
Где она?
- Да сбежала твоя Надя.
- Опомнился.
- Поздно!
- Беги, может, еще догонишь.
- Ну, чего тебе еще?
- Меня Роман из дома выгнал,
запретил в деревню возвращаться.
- Ух ты! Это чего ж ты такого
вытворить умудрилась,
что он так разозлился?
- Я у тебя останусь.
- А чего ты у матери не осталась?
- Нет матери.
- Не ведаешь, что болтаешь.
Нельзя тебе здесь оставаться.
- Вы что, все сговорились?
Что, мне теперь в лесу жить?
- Не знаю.
С людьми жить
у тебя как-то плохо получается.
- С людьми...
- Надя!
- Уходи.
- Не делай этого. - Уйди!
Я не хочу, чтобы ты это видела.
- Пожалуйста, я тебя очень прошу,
отойди от обрыва.
- Ты меня не удержишь.
- Тебя сын ждет!
- Сто раз тебе говорила: не принесет
тебе счастье приворотное зелье.
Да не проси ты меня больше.
- Роман мой. Мой, а не ее.
- Но ты же его не любишь.
Зачем он тебе?
- А может, я еще полюблю?
- Отец твой вот так умер:
дважды приворожили.
- Какая разница?
Пусть он хоть инвалидом станет,
мне все равно,
лишь бы ей не достался.
Я б давно уже сама его приворожила!
- Ты не сможешь.
Ты только болтать горазда.
- Так я тебя всю жизнь прошу научить.
- Одного хотения мало.
Вот злобы в тебе в избытке.
Таланта нет.
Ну не дано тебе.
Вот Зоя твоя много сможет,
когда вырастет.
Уже может.
- Я прошу тебя, убей Надьку.
Ну пожалуйста.
Я тебя умоляю, ну уничтожь ее.
Не могу я так больше.
- Да не бери ты грех на душу.
Другому смерти желать -
такой же грех, как убийство.
- А у меня много грехов -
одним больше...
Я тебя умоляю, пожалуйста.
Пожалуйста.
- Ладно, сделаю.
Дочь ты мне.
- А где Роман?
- А я у вас это хотела спросить.
- Я была у него и сказала,
что нет никакого проклятия.
Он ищет тебя.
- Боже мой, если бы не Галя...
Я только что чуть такую ошибку
не совершила!
- Бог тебя любит. Сколько раз спасал:
от воды, от болезни,
от свадьбы с нелюбимым.
Да. Вон ребенка подарил,
на которого даже не надеялась.
- Почему, чтобы стать счастливой,
нужно такой трудный путь пройти?
- Если бы не эти трудности,
ты бы даже не узнала,
что такое счастье.
- Ну что, справишься?
Джип надо было брать, говорил тебе.
Капец.
- Вам помочь?
- Да нет, спасибо.
А, подожди.
Мы тут человека одного ищем.
Не видели ее здесь?
- А зачем вам Надя?
- Вы ее знаете. Как ее можно найти?
- Ну на машине вы туда не проедете.
Простите, а вы кем ей приходитесь?
- Меня зовут Гарик, я ее муж.
- Какое совпадение. Я тоже.
- Что ты сказал?
- Я говорю, она не замужем.
- Мы должны были пожениться,
но в день свадьбы она сбежала.
- Знакомая история. Так я спрашиваю,
зачем она тебе нужна?
- Долго рассказывать.
- А я не тороплюсь.
- Ты чего такой любопытный, а?