Джефф Данэм выходит на сцену, чтобы посмеяться над самим собой и
американской культурой.
Все фразы и цитаты
Приветствую, далласские неверные.
Встречайте, на сцене
мистера Джеффа Данэма.
Эй, Даллас, как дела?
Как здорово вернуться в мой родной штат
Техас.
Ух, ну и толпа. Круто.
Я уверен, многие из вас пришли сюда
намеренно.
Вы знали, что тут будет.
Вы купили билеты.
Спасибо, что пришли.
Другие, сидя у телевизора, подумали:
«По телеку ничего нет.
Можно надраться и пойти
на тех кукол»
Ну да...
Я зарабатываю разговаривая сам
с собой.
А значит, психические расстройства
все таки могут быть прибыльными.
Вы аплодируете этому?
Вы больные. Мне это нравится.
Но прежде, чем мы перейдем к основе,
я хотел бы поговорить с вами
о мальчиках и девочках.
Когда мои дочки были маленькими,
ко мне приходили друзья
и говорили: «Молодец. Хорошо
постарался,
но мы расскажем, что будет дальше».
Я говорю: «В смысле?»
«Ужасы двух- и трехлетия».
Я говорю: «Да?»
«Да, их детство..
Ты неплохо справляешься,
но будет хуже.
Легче не будет. Твоя жизнь не будет
прежней.
Держись, и удачи тебе».
Угадайте, что?
Ничего.
Все было прекрасно.
Клянусь. Я так и не понял,
о чем меня предупреждали.
Вот когда им исполнилось 12 и 13,
Сатана поднялся из ада и вселился
в них...
Вот об этом меня не предупредили.
Захожу к ним утром: «Привет, девочки».
Приходят со школы:
«Как дела?».
«Папа, не кричи на меня».
«Прости. Морковку хочешь?»
«Хочешь сказать, я жирная?»
«Пойду в гараж к собакам. Они меня
больше любят. Пока».
Это длилось несколько лет.
Потом им исполнилось по 17-18.
Думаю, тогда Иисус спустился с небес,
прогнал Сатану
и вернул мне девочек.
Это произошло вот так.
«Доброе утро, милые».
«Приветик, пап.
Дай денег».
Сатана был дешевле.
Мы с Одри поженились шесть лет назад
и...
Что все любят в покере? Фул-хаус.
Три одинаковых, две одинаковых.
У меня три девочки.
Почти два года назад Одри родила
двух мальчиков.
Большое спасибо.
Спасибо.
И да, я знаю, что когда они закончат
колледж,
мне будет 75 лет.
Это хорошо, здорово.
Но теперь те же люди, что предупреждали
меня о девочках,
говорят мне: «Угадай, что?».
«Ладно, с девочками ты справился.
Но ты должен знать, что будет
дальше.
Маленькие мальчики сложнее
девочек.
Удачи».
Знаете, что я сказал?
«Слушайте,
Вы ошиблись насчет девочек,
ошибетесь и насчет мальчиков.
Все дело в воспитании.
Видать, вы облажались».
И это всего лишь дети.
Насколько большой может быть
разница между мальчиками и девочками?
Боже праведный.
Это не смешно.
Знаете, что у меня дома?
Два маленьких террориста-психопата.
Вот что.
А ведь там же живет и Ахмед.
Учит их всякому.
В моем доме обосновался
настоящий клан.
Я не шучу. Они крушат направо,
крушат налево, сломали стиралку,
разбили блендер.
Качают порнуху.
Вот это не знаю, как произошло.
Мелкий Джек – тот еще бегун.
Бегает постоянно и повсюду.
Ему нельзя выходить во двор.
Никаких птиц, самолетов, машин,
собаки, мячика...
Просто бегает.
Как Форрест Гамп на спидах.
Мы с Одри теперь алкоголики.
Раньше мы редко пили,
теперь часто.
Знаете же:
«Где-то сейчас вечер пятницы».
Это придумали не алкоголики.
Это придумали родители с детьми.
Без балды, купать ребенка,
когда ты пьян
гораздо веселее.
Сейчас расскажу про один вечер.
Та еще была ночка.
Одри купала мальчиков.
Только что потерла спинку Джеймсу.
Поворачивается к Джеку.
Не успела отвернуться, Джеймс
выскакивает из ванны
и мчится в спальню.
В чем мать родила, весь мокрый
бегает по кругу и верещит.
Весело. Это ведь я его научил.
Одри Джеку: «Милый, будь здесь.
Мамочка сейчас вернется».
Она идет в спальню, там Джеймс.
Она подхватывает его, несет в ванную.
А теперь минуту.
Воспитывая детей,
есть определенные вещи, которые,
как водится,
им необходимо усвоить.
Одно из них – первое слово.
Ну, уже после пяти детей,
я понял, что первое слово
не так уж и важно.
Почему?
Потому что они могут просто
сымитировать звук,
не само слово.
Что гораздо важнее,
это не первое слово,
а первое предложение, которое
они строят сами.
Для меня это важнее.
Я безмерно рад, что в тот вечер,
оба моих мальчика произнесли
одно и то же предложение,
практически одновременно.
Одри, держа Джеймса,
идет в ванную.
В ванной был Джек.
Она услышала, как Джек
сказал первое предложение.
Говорит, он произнес слова
предельно отчетливо,
она его прекрасно поняла.
Что сказал Джек,
сидя в ванной?
«Какашка»
Она идет в ванную.
Там Джек стоит во весь рост в ванной,
воды на 15 сантиметров,
указывая на только что сошедший
с верфи какашко-кораблик.
Джек увидел мать,
его лицо осветилось.
И тогда он повторяет,
теперь уже с ликованием:
«Какашка!»
Его услышал Джеймс, обернулся,
увидел «кораблик», его лицо
тоже осветилось.
И затем...
«Какашка!»
Одри в ужасе отмывает детей,
кидает их в постель, моет ванную,
идет вниз и пьет.
На следующий день я иду с работы,
мы занимаемся делами.
Двумя утрам позднее я просыпаюсь
с красными глазами.
Если кто-то не понял,
как между собой связаны эти истории,
я сейчас объясню.
Я просыпаюсь через два дня,
не могу открыть глаза.
Веки просто слиплись.
Это отвратительно.
Заходит Одри, говорит:
«О, у тебя ячмень».
Я: «Это что такое?»
Она: «Вот это!»
Я иду к врачу.
Сижу в кресле, он заходит, смотрит.
Говорит: «Мистер Данэм, у вас ячмень».
Я: «Что это?»
Он: «Вот это».
Я говорю: «И откуда он?»
«Не знаю, но это заразно.
Но я уверен, что это ваши сыновья».
«Не может быть, у них его не было.
Что еще может быть?»
Он: «Нет, мистер Данэм,
такой ячмень появляется
после контакта с фекалиями»
Я сказал: «Вы хотите сказать,
что в моем глазу побывало дерьмо?»
Он: «Да, мистер Данэм. Можно и так.
У вас в глазах дерьмо».
Я: «Док, но в моем глазу не было
дерьма.
Я слежу за собой».
Он говорит: «Это неважно.
У вас следы остались. До свидания».
Еду домой. Захожу.
Одри: «Что случилось?»
Я: «У меня дерьмо в глазу»
Она: «А зачем ты его туда сунул?»
«Я не нарочно»
Третья история, в тему.
У нас дома терьер Рассела по кличке
Бадди.
Любой, кто знает эту породу,
знает, что это охрененная собака.
Он ничего не боится, кроме одного...
Моих сыновей.
И откуда бы взяться этому страху?
И тут одним утром мы поняли.
Слышим, как мальчики спускаются
вниз...
Бадди сел, пробормотал «Вот дерьмо»
и выбежал на улицу.
Я такой: «Чего?»
Одри: «Похоже, Бадди боится
мальчиков».
«Странно», говорю я.
Мы научили мальчиков любить
животных:
погладить Бадди, ласково говорить
с ним.
Но Бадди их даже не подпускает.
Это длилось месяца два.
Да в чем же дело?
Пока я сам не увидел.
Видать, одному из мальчиков,
не скажу кому,
нравится совать палец Бадди
в задницу.
Так вот оттуда же и ячмень.
Такая вот жизнь.
Ну что, хотите увидеть
поддельных людишек?
Знаете людей, которые всегда
пытаются искать
хорошее во всем?
Первым будет парень, который так
не делает,
и у каждого из нас есть такой знакомый.
Итак, встречайте моего гостя, Уолтера.
Да заткнись ты.
- Как твои дела?
- Да всем насрать.
Хотя, погоди, нет.
Всё замечательно.
Я подал жалобу на домогательство.
И кто же это мог быть?
- Жена.
- Твоя жена?
Но это же жена.
Знаю. А ведь я мог всего этого избежать
многие годы назад
с помощью лишь одного слова:
«Клянусь... не клясться»
Не думал о таком?
Нет, моя жена – ангел.
Везет. Моя все еще жива.
Но вы же все еще любите друг друга.
Да, но за эти годы многое могло
измениться.
- Это как?
- Раньше
я был готов броситься ради нее
под автобус.
- Ну?
- Теперь лучше просто крикну водителю.
Эй!
Три, два, один...
Тормози!
Именно с такой скоростью.
А что бы сделал она,
будь на твоем месте?
Да она бы меня просто кинула
под колеса.
И попросила водителя проехаться
по мне
пару раз для верности.
Как думаешь, в чем проблема
вашего брака?
- Всё – моя вина.
- Неправда.
Ну, она меня уже убедила.
- Правда?
- Да уж.
На прошлой неделе я извинился
перед ней,
когда она сбила парня на светофоре
сдавая назад.
А твоя вина в чем?
Если б я знал.
Я уже давно спал...
дома на диване.
Женщины способны вешать на нас собак,
где мы и рядом не стояли.
Это что-то вроде суперспособности
для управления мужчинами.
Я называю это «вагина-магия».
Уж извините, но это будет посильнее
«пенис-колдунства».
Но Уолтер, несмотря на все эти
ваши проблемы,
ты никогда бы не развелся и оскорбил
жену.
- Конечно, нет.
- Ну вот.
Хотя, Ахмед как-то предлагал...
За небольшую плату.
- Уолтер...
- Да шучу я.
Он мой друг, сделает бесплатно.
Надеюсь, что меня никто не засудит
за домогательство.
А что, могут?
Не знаю. Я делал что-то такое,
что будет проблемой?
Да нет, но я не знаю, что ты делаешь
без меня.
Тебе реально скоро надо будет
к психиатру.
С каждым годом все хуже.
Вы знали, что он ходит
на групповую терапию
совсем один?
А что касается домогательства,
что такое ты мог натворить?
Я? Ничего.
Правда?
Хочешь, чтобы они узнали,
что творится в автобусе
после каждого шоу?
Автобусе?
Ага. Мы заходим туда,
он раздевается догола и принимает душ,
пока мы сидим рядом.
Подумай об этом.
Мы безответны.
Мы не можем двигаться.
Он будто что-то подсыпает нам в пиво.
Боже, да ты настоящий Билл Косби.
Вы родственники?
Да уж.
Эй-эй-эй.
Держу пари, вы оба извращенцы.
Извращенец?
Просил когда-нибудь женщину смотреть,
как ты натягиваешь куклу?
Что-то я не те слова подобрал, да?
Ага.
- Извини.
- Ничего.
Но смешно правда.
Что именно?
Твоя кудрявая марионетка.
- Прекрати.
- «Эй, как дела?»
«Ох, мне очень здорово».
Уолтер...
«Что не так, малыш? Ты чего поник?
Грустный, аж посинел».
Уолтер, ты же знаешь,
что это могут смотреть дети?
Ну, тебе же это нравится?
Ну, зрители были рады тебя видеть,
Уолтер.
Ну спасибочки.
Спасибо.
Ты уже получил звезду
на Аллее Голливуда?
Да.
Спасибо.
Спасибо.
Ты мало об этом говоришь.
- Нет.
- Мне нравится.
- Уолтер...
- Скаж им, где твоя звезда
на Аллее Голливуда.
- Уолтер...
- Она перед самим
грандиозным Голливудским Театром?
Джефф?
- Нет.
- Она перед
каким-то знаменитым
голливудским рестораном?
Джефф?
Нет.
Ну так скажи нам.
- Она перед...
- Она перед аптекой CVS!
Круто же, да?
Можно глянуть на твою звезду,
и тут же купить что-нибудь
от чесотки в паху.
Или ячменя.
Он уже прошел? Или еще болит?
Твой сын все еще пихает палец
в задницу собаке?
Знаешь, это я его научил.
Что?
Но признаюсь, я сначала сам попробовал.
Но зачем?
Я не хотел.
Он слишком часто елозил своей мордой
у меня в паху.
Собака, не сын.
Но зачем?
Я выкинул руку, чтобы остановить его,
но он сделал резкий разворот и...
У тебя красный глаз, у него – тоже.
Уолтер, я забыл спросить,
а за какое домогательство
ты судишься с женой?
Ей не нравится звук, который
я издаю во время секса.
Ну ладно, это уже слишком.
Хочешь услышать этот звук?
Нет, не хотим.
- Уолтер...
- «Отстань, я устал».
- Что?
- Ты ранил ее.
Она ранила мне спину.
Это ужасно.
Вот уже сколько лет.
Нет, я имею ввиду, ты ужасен.
Она говорит мне это уже несколько лет.
Ты хочешь сказать, что секс – плохо?
- Не всегда.
- Как?
Было здорово.
Когда мы были молодыми, то это как...
это как, не знаю...
Запрыгнуть в новую машину
и прокатиться на ней.
Знаешь, нажимать кнопочки,
крутить ручки.
Понимаешь?
Это аналогии, тупица.
Да.
Мы поняли.
И этот запах новой машины.
Боже правый.
Помедленней, а то слишком быстро
приедем,
понимаешь?
Да.
Но спустя почти 50 лет,
ты как будто залезаешь в ту же машину,
и до чертовой дороги еле
доезжаешь.
Доходит до того, что ты даже
прогреть ее не хочешь.
Иногда лучше просто рычаг передач
подергать.
Но обычно я ее даже из гаража
не вывожу.
- Я не знаю, что это.
- Они знают.
И она больше не любит сдавать назад.
И да, вот эти скрытые шутки –
то, что нужно для семейного просмотра.
Я уже слышу: «Пап, а почему плохо
сдавать назад?»
«Не знаю, спроси маму».
И сынок, будь осторожней, эта передача
может дать сдачи.
Спокойной ночи, Уолтер.
Спасибо, Даллас!
Дамы и господа,
наша страна сейчас разделена.
И она разделена, как никто
из нас еще не видел.
Это не смешно и не весело. Это ужасно.
Так что же делать комику?
Я не хочу никого делить,
не хочу выбирать сторону...
но этого невозможно не замечать.
И я тут хорошенько подумал.
И на чьей стороне вы бы ни были,
это интересная мысль:
Какая самая ужасная работа
в Белом доме
при президенте Дональде Трампе?
Вы о нем никогда не слышали,
но сегодня он здесь.
Это теневой игрок.
Итак, встречайте
личного советника Дональда Трампа,
моего нового друга, Ларри.
- Как дела?
- Что?
Я в порядке!
Все хорошо, все в порядке,
все под контролем.
- Ты Ларри?
- Да.
Ларри, чертов Ларри.
Я Ларри, Ларри, Ларри!
Но часто он зовет меня «Боб».
Но я не Боб, я Ларри.
Ты про кого? Про нашего президента?
Боже, он здесь? Где?
- Нет, его нет.
- Ладно.
- Это был бы ужас.
- Будь он тут? Почему?
Потому что он об этом не твитнул.
Он постоянно твитит.
Я за ним присматриваю.
Только отвернусь – он уже твитит.
Он твитит из Кабинета, с лужайки,
с задней лужайки,
с боковой лужайки, основной лужайки,
с кухни, из туалета!
Знаешь, сколько раз я его просил
не твитить из туалета?
Вы гляньте, единогласно.
Объедини ты нас, Господь.
Так ты ему не помогаешь?
Ну, я как-то попытался украсть
его телефон.
- И что?
- На меня напали его волосы.
- Волосы?
- Они живые.
Ты контролируешь его твиты?
Смеешься?
Да легче заставить Уолтера не пердеть.
Черта с два.
Это твоя задница?
Тебе надо к врачу.
Похоже, у тебя говорящая задница.
Ларри, ты давно работаешь
на президента?
Около четырех часов.
Он нанял тебя четыре часа назад?
Он уволил меня перед завтраком,
и нанял обратно после ланча.
Слыхал про тако-вторники?
У Трампа есть Пятница Увольнений.
А что думает Меланья насчет
уволенных?
«Можно с вами?»
Думаешь, у Трампа проблемы
с браком?
Да нет, но он боится
Стормового предупреждения.
Хорошая шутка, черт подери.
Так что у тебя за должность?
Личный советник президента.
Ты даешь ему советы?
- Да.
- Правда?
Пытаюсь. Видит Бог, пытаюсь.
- И как успехи?
- А что, не видно?
- Ты измотан.
- Думаешь?
- Может, выпьешь?
- Постоянно.
Ларри, как справляешься со стрессом?
Сигареты.
Это плохо.
- Да не эти.
- Что?
Я лишь сказал:
«Надо закурить "верблюда"»,
а через минуту мы уже бомбим Сирию.
Это я придумал.
Чем объяснишь повышение цен
за последние недели?
Ну...
Ничем.
Понятно.
Что еще знаешь о Трампе?
Знаю.
Президент Дональд Трамп –
лучший в истории этой страны.
Это факт.
Но с чего ты это взял?
Он сам мне сказал!
Нет, правда, он делает много хорошего,
и вы бы это знали,
если бы не слушали его врагов.
Демократов?
Вообще-то, я о Мексике.
Поскорей бы Мексика выплатила
эти 70 миллиардов долларов за стену.
- Думаешь, заплатят?
- Нет.
Почему?
Нет настолько мощного калькулятора,
который сконвертировал бы
70 млрд долларов
в чертовы песо.
Мы пытались,
но калькулятор расплавился.
Видишь ли, песо ничего не стоят.
За доллар дают миллион песо.
Калькулятор не вместит столько цифр.
Надо подождать отчет математиков.
Простите.
Ларри, как думаешь, как большинство
американцев
относится к нашему президенту?
Не знаю. Зависит от канала новостей.
Если смотреть CNN или MSNBC,
то Трамп – Сатана, и конец света
близок.
Включаешь Fox:
«Русские не вмешивались в выборы
в США».
Ага, его просто Моисей с Иисусом
пропихнули.
Ларри, я думаю, что Трамп...
Тихо.
Скажешь о нем что-то плохое
или хорошее,
половина людей в зале
возненавидят тебя.
И вообще, мнение знаменитостей
никого не волнует.
Если ты знаменит,
это не значит, что ты умен.
Всем плевать.
Ларри, советник Трампа.
Спасибо!
Следующий гость,
прямо из самой далекой глуши,
встречайте, Бабба Джей.
Как дела, Бабба Джей?
У меня все зашибись.
Случилось что забавное за эти дни?
Слыхал о вечеринке с переодеванием
в нашем трейлер-парке
на прошлой неделе?
Ага. Ежегодная?
Да нет, она просто каждый год.
Я всех до усрачки напугал
своим костюмом.
- И кем ты был?
- Арендодателем.
Понятно.
Такие вечеринки еще и хорошие свиданки.
Свиданки?
Да, классная штука,
потому что все в масках,
и можно замутить с родственником.
Ага, они поняли, о чем я.
Что еще веселого в трейлер-парке?
Ну, раз в месяц бывает конкурс
«Угадай отца».
Это ужасно.
Да не, весело. Ходишь такой
и спрашиваешь:
«Кто твой папочка?»
Что будешь делать, пока в городе?
Проституция здесь легальна?
Чего?
Ахмед предложил снять проститутку.
Бабба Джей, а как же жена?
Ее уже сняли.
Кстати о пьянках,
твой сын все еще пихает
палец в задницу собаки?
Я как-то наблюдал.
Думаю: «Это неправильно».
Но я был пьян в доску,
и зрелище было охрененное.
А уж как собака завывала...
Слыхал, у тебя ячмень был, бедняга.
Спасибо.
У меня искалеченный глаз.
Могу напугать твоих сыновей
будь здоров.
Да ладно.
«Видал, че твой папка сделал?»
Бабба Джей, ты правда сделаешь с ними
такое?
Да уж.
Мне нравятся фото твоих детей.
Назови это фото «мои щенята»
- Почему?
- В будущем станут кобелями.
Бабба Джей, кто-то может обидеться
на такое слово.
Ага, потому они все и смеются.
Это ж и есть комедия.
Это как?
Твои слова заденут только
чванливых ушлепков,
а все нормальные ребята будут просто...
Твоя милая женушка сегодня здесь?
Нет, но спасибо за комплимент.
Конечно.
А твоя милая жена здесь?
Что?
Эти слова несовместимы.
Хочешь сказать, она не милая?
Ну, даже сегодня, когда я основательно
надрался...
- Ага.
-...все еще нет.
- Как вы познакомились?
- В интернете.
- На сайте знакомств?
- Да.
С родственниками.
Бабба...
Ну, этот сайт все же лучше,
чем «вротственники».
Мне было очень жаль пролистать
свою сестру влево.
Мне даже пришлось листать дважды,
чтобы она ушла с экрана.
Бабба Джей.
Ладно-ладно, больше двух.
Влево, влево...
влево, влево, влево.
Хотя сестра у меня уродливей жены.
- Да ладно тебе.
- Похожа на меня.
Считаешь себя уродом?
- Да нет.
- Это хорошо.
Но если бы я был девушкой, то да.
Хотя,
в уродстве нет ничего плохого,
но моя сестра в этом профи.
По шкале от одного до десяти...
Я не понимаю дроби.
Какая у вас разница в возрасте?
Мы близнецы.
Однояйцевые.
Стоп. Однояйцевые близнецы одного пола.
- Одного?
- Да.
Это как если жена начнет делать
ремонт в доме?
Да ладно вам, у баб уже давно были
беспроводные электроинструменты.
И когда говорит о любви к Д...
Ага.
- Это она о батарейках.
- Я понял.
Бабба, разный пол – это когда
ты мужчина,
а твоя сестра – женщина.
Ага, я с колбаской, сестра – без.
Я тут подумал:
если у парня есть колбаска,
значит, мы все веганы?
Погоди, но тогда моя сестренка тоже
не может быть веганом.
Почему?
Сестренка, молоко есть?
То есть, это одинокая
некрасивая сестра.
- Да уж.
- У нее есть парень?
- Нет.
- Как она забеременела?
Эта идиотка ограбила банк...
Ну?
Оказывается, это был банк спермы.
Бабба, как люди грабят банки спермы?
Ну, ты приказываешь им
поднять руки.
Мда, тут надо подумать.
Наверное.
Видал, в зале кто-то друг другу
объясняет мои шутки.
«Пап, меня родила мама, да?»
«Ага, хотя я тоже руку приложил».
Бабба, ты хоть раз другим помогал?
- Это как?
- Ну, сдавал кровь?
- Один разок.
- Здорово.
Шесть человек умерло
от отравления спиртом.
Давно был у врача?
Ага, да только он постоянно заставляет
покончить с чем-то:
с алкоголем, жареным, сахаром.
И с чем ты покончил?
С доктором.
Знаешь про те группы?
Какие группы?
Где собираются алкоголики, наркоманы.
За семейным столом?
Бабба Джей, ты алкоголик.
Ты так говоришь, будто это плохо.
А что в этом хорошего?
Ты забыл добавить свое имя.
Что?
Надо: «Привет, я Джефф, и я алкоголик».
И все такие: «Привет, Джефф».
Бабба Джей...
Давайте все вместе.
«Привет, я Джефф, и я алкоголик».
А теперь все вместе.
Мы пришли сюда ради тебя.
Скажи «спокойной ночи», Бабба.
Спасибо, Даллас!
Он фиолетовый, странный...
и не носит штаны.
Встречайте моего друга Арахиса.
АРАХИС
Как жизнь, Арахис?
Сносно. Ты как?
- Я в порядке.
- Зашибись.
И раз уж я здесь,
предупреждаю всех:
о политике больше не говорим.
- Нет?
- Нет!
Ларри и так наболтался.
И я не хочу.
Никаких шуток про расы, религию,
границы,
сексуальную ориентацию, ЛГБТ, АБВГД.
Абсолютно исключено!
Да, и будем судить
не по цвету кожи или чему-то еще,
а по характеру и деяниям.
Звучит неплохо.
Разве что...
- Да-да?
- Если только о тебе.
- Обо мне?
- О зрелом белом мужчине.
А что с этим не так?
Вы просто отстой.
Почему?
Что ни произойдет – обязательно
вы виноваты.
- Что именно?
- Всё!
Мы же договорились не судить
по цвету кожи?
Конечно, этого нельзя делать.
- Ну вот.
- Если только ты не зрелый белый.
- Что?
- Ты сгоришь в аду.
А что делаешь ты ради этого мира?
Я дарю людям смех.
Нет, это я его дарю.
Ты просто мой кэдди.
Кэдди? И что я же ношу?
Меня, в чемодане.
- Что?
- Погоди.
- Что случилось?
- Шнурок распустился.
Что за...
Какой еще шнурок?
Технические проблемы. Сейчас.
Какого черта?
Что ты делаешь?
Рука отвалилась.
Да что отвалилось?
Это.
Это еще что?
Так я управляю твоей рукой.
Это палка?
Да уж.
Черт, похоже у нас с Хосе гораздо
больше общего, чем я думал.
Смотри, сейчас покажу монстра.
Что?
Черт, в глаз засадил.
Слушай, твой сын до сих пор пихает
палец
- в зад собаке?
- Арахис!
Ты бы слышал, как собака орала.
Прекрати.
Нет...
Арахис...
Кто там?
Прекрати!
Он уходит.
Смотри, опять бежит.
Прекрати!
- Что если твой сын таким и вырастет?
- Каким?
Будет пихать пальцы в зад
животным ради смеха?
Подумай о других животных.
О корове...
Курица...
Парень, который не против...
Прекрати.
Прости, Джефф. Ты считаешь я тебя...
домогаюсь?
Это сексуально.
Вся эта тема с домогательствами
уже достала.
Точно.
Что будет с тобой?
Со мной? Ничего.
- Ну не знаю.
- Что?
Вдруг твои коллеги-комики
решатся рассказать.
«Он заставил мой зад говорить его
голосом».
Арахис...
Хуже того, он сделал эхо.
Очко, очко, очко....
Арахис, ты забыл.
- Да и я тоже.
- Что?
Когда я вышел их света софитов
за тобой,
я ненадолго увидел больше зрителей.
Оказывается, детей тут гораздо больше,
чем я думал.
Да.
Так что, учитывая этот факт,
нам стоит последить за своим языком.
Не проблема. Будем говорить
на испанском.
Я не так имел ввиду.
Можно написать твит на испанском.
Ну, твит...
- Ты в порядке?
- Да.
- Что это было?
- Не знаю.
Это было очень странно.
У тебя будто был короткий инсульт.
Все твои коллеги говорят чисто
и хорошо,
а ты все портишь?
Блин, у тебя будто был инсульт
с тараторкой.
Вот хохма блин.
Запинающийся кукловод?
Мы бы вообще были как калеки.
Ты бы даже просто не мог пошутить.
Тук-тук...
Открой сраную дверь!
Что?
- Ругательства!
- А, твою мать.
Вот говно. Сука. Простите!
- Я напоминаю про детей.
- Я понял.
Дети...
«сука» плохое слово...
Арахис!
...дома.
Даже в школе, где вы его выучили.
Может ты...
Арахис, позволь заметить.
Ты потерял ботинок, видел?
- Что?
- Ботинок.
Не, чувак, я его нашел.
Какого хрена сейчас было?
Это не смешно!
И почему?
Ты под кайфом?
Нет.
Тогда больше практикуйся.
Это же не сложно.
Просто двигаешь рукой и все.
Ладно.
Слишком много лосьона для рук?
- Сосредоточься.
- Я понял.
Это что, был какой-то особый трюк?
Серьезно, кто так делает?
Ты бросил свою куклу.
Ты что, капризный ребенок?
Разговариваешь сам с собой
и швыряешь кукол!
Твои дети смотрят твои шоу?
Да, смотрят.
Они матерятся?
- Нет.
- Теперь будут.
Самый прикол в том, что они смогут
сказать «бл..ть» не шевеля губами.
Это круто.
Придешь на родительское собрание:
«Мистер Данэм, ваши дети матерятся».
А ты такой: «Они шевелили губами?»
«Нет».
А ты ему: «Тогда откуда тебе бл..ть
знать?»
Не-не, это будет так...
«Тогда откуда тебе бл..ть знать?»
- Прощайся, Арахис.
- Спасибо вам!
Минуточку.
Подождите!
Знаешь, кого я давно не видел?
- Кто?
- Хосе.
Верно.
Хосе, халапеньо на палочке.
Да.
Если подумать, я не видел его
с тех пор,
как избрали Трампа.
Идешь за ним?
Ну знаешь, орешек,
при нынешнем политическом климате
есть люди, которые считают, что мне
с ним даже говорить не стоит.
Хосе, Хосе, Хосе...
Сейчас идет ожесточенные споры,
и мне стоит относиться к Хосе
с уважением.
- И...
- Надо голосовать.
- Что?
- Черт, да.
Ладно, поехали.
Кто не хочет увидеть Хосе Халапеньо
и считает, что его надо выгнать из шоу?
Отлично. А кто хочет, чтобы он вышел
на сцену?
Ну, если бы нас показывали по новостям,
что делают практически со всеми вещами,
они бы сказали «это было близко».
Мне кажется, Хосе уже здесь, с нами.
Смотрите, смотрите!
- Готов?
- Да, сеньор.
Итак, расскажи, кто ты такой тем,
кто не знает.
- Мое имя Хосе.
- Хосе что?
Хосе Халапеньо...
Ага.
...на палочке.
Арахис думает, ты прячешься
от страшного Трампа.
Да, сеньор.
Я застрял в багажнике,
потому что идиот
Уолтер построил там стену.
Уолтер построил стену в багажнике?
- Да.
- То есть, закрыл багажник –
закрыл границу?
Это твоя задница смеется?
Нет.
У тебя ячмень и говорящая задница.
Прекрати!
Ты такой милый, когда злой.
Хосе, ты сегодня упоминал,
что хотел сказать что-то важное.
Да, сеньор.
Мне тяжело это говорить,
но я хочу уйти из шоу.
- Да!
- Минуточку.
Стоп, как это понимать?
Погоди, кажется, я понял.
Он хочет... уйти из шоу.
Хосе сказал бы это на испанском,
но из нас троих только он его знает.
Я не шучу.
Хосе знает, а вот Джефф нет.
Это самая, бл..ть, странная вещь.
- Следи за языком.
- Простите.
Это самое
странное эль бл..тское вещино.
Хосе, почему ты хочешь уйти?
Он не может.
Вот именно. Мы не хотим.
Нет, в смысле,
он реально не может уйти.
- Почему?
- У него нет ног.
Мне нужна только моя палка.
Как говорила твоя мать.
Какого черта?
Знаешь, попробуй уйти. Упадешь
и станешь Хосе Халапеньо на полу.
С твоей матерью.
Стой!
Тогда я наступлю на него
и сломаю палку.
И он будет Хосе Халапеньо на полу
на сломанной палочке.
Еще шутка про мать, Хосе?
Нет, это уже про твою сестру.
Какого черта? Ща надеру ему зад.
У меня его нет.
Ну или «палку», или что там у тебя?
- Арахис...
- Ну давай, атакуй!
Хотя, если подумать насчет
твоего побега,
может это твоя деревянная нога.
Ты типа Хосе Халапеньо
на деревянной ноге.
Но у ног есть колени,
а на палке колен нет.
Было бы, если
сломать ее пополам, и вставить
шарнир.
Тогда его звали бы Хосе Халапеньо
на двух палках, а меж ними шарнир.
Не очень просто сказать, а?
Но у твоей сестры получилось.
Какого черта?
Хосе, почему ты хочешь уйти?
Я жил обманом.
Ложь! Я так и знал.
Он мексиканец и гей.
Мексиканец и гей.
На такую вечеринку я бы пошел.
Ла кукарача...
Хосе, что тебя удручает?
Это хорошая работа,
но это не моя мечта.
А какая тогда?
- Я хочу...
- Стоп, я знаю!
- Что?
- Он хочет сменить
цвет кожи на белый.
Это глупо, невозможно и оскорбительно.
Ну, у него в палка в заднице,
полдела сделано.
Я пошутил по-белому. Да!
Даже белым понравилось.
И мексиканцам и геям-мексиканцам.
Мне нравится острый тако.
Постой, геи не любят тако.
Если кто-то не понял шутку,
вам объяснят по дороге домой.
- Арахис...
- Фото и не проси.
Арахис!
Это не нормальное селфи.
Это больше Snapchat.
Кошечка.
Арахис!
Ладно!
Это так мутно, потому что ни одна
женщина не скажет: «Помяукай».
Хотя это было бы прикольно.
- Прекрати.
- Скажи: «Мяу».
Осторожней с теми, что...
Хосе, расскажи нам, чего ты хочешь
от жизни?
Я хочу быть астронавтом.
- Арахис...
- Не, здорово.
Хосе Астронавт.
Им бы еще сделать особый шаттл
с пристежкой.
- Почему?
- Хосе может быть палкой.
Арахис, что за шутки про Хосе?
- Ты задира?
- Нет.
- Это так, Хосе?
- Нет, сеньор.
- Да.
- Он придурок...
- на палочке.
- Ну, прощаемся.
- Я Арахис.
- Я Хосе Халапеньо.
Ну, пока!
Ну что же.
Думаю, вы знаете, кто следующий.
Поприветствуйте
самый милый террорист мира,
Ахмед, Мертвый Террорист.
Вечер добрый, техасские неверные.
Как ты, Ахмед?
Погоди, у меня вопрос.
Да?
Я плохо поступил, когда зарядил
телефон
от СЖО моего кузена?
Ты шутишь?
Нет, у меня было три процента.
А как же кузен?
У него теперь ноль процентов.
Мне жаль, Ахмед.
Почему он оказался на СЖО?
Ну, дядя сказал: «Дерни меня за палец»
и они оба рванули.
Это не смешно.
Не заставляйте меня сказать...
Я не готов.
Хочешь прикол, что я делаю
с людьми в больнице?
Прикол?
Что ты делаешь с пациентами?
Я поставил на телефон звук звонка
«прямая линия»
- Что?
- Встаю рядом с койкой,
телефон звонит, и все слышат...
Я отвечаю:
«О, он только что покинул нас».
Мрачновато как-то.
Ну так по мне самое то.
Ах, тебе стоило быть рядом,
- когда кузен умирал.
- Почему?
Он смог бы поговорить разок
перед смертью.
Подожди, это гениально.
Можешь ходить по похоронным бюро
и пугать люд до усрачки.
Или прям на похоронах.
«Здесь покоится милый дядя Чарли...
«Я еще не умер».
Миллионы просмотров на Ютубе.
- Ты хороший отец?
- Конечно.
Но иногда мои дети меня злят,
и я говорю, что убью их.
Это плохо.
Ну, зная меня, это эффективно.
А что ты конкретно говоришь?
«Или делаешь уроки
или собираешь мой рюкзак на рынок.
Выбирай!»
Ахмед, мы тут обсуждали политику,
а ты уже давно в этой стране.
Если бы ты был гражданином,
ты бы был Демократом
или Республиканцем?
Ёлки, и это мой выбор?
А сколько времени можно подумать?
Но серьезно, ты бы пошел
в политику?
Попасть в Белый дом?
Нет-нет! Я бы бежал из Белого дома,
как только установил таймер.
Это моя работа. Хватит смеяться!
Еще не готов.
И это тоже меня бесит.
- Что?
- 72 моих девственницы
присоединились к Me Too движению.
Их теперь и девственницами
не назовешь.
- Нет?
- Нет.
Теперь они хотят называться
«72 сильных, добровольно
согласных женщины...
бла-бла-бла...»
Уже почти.
Знаешь, что со мной бывает
после виагры?
- Что?
- Челюсть клинит.
А ну тихо! Убью вас!
Блин, я что, рок-звезда какая-то?
Давайте все вместе:
- Раз, два, три... А ну тихо!
- А ну тихо! Убью вас!
Фантастика.
Я только что заставил 10 000 человек
совершить преступление.
Что-нибудь еще тебя беспокоит?
Да, вся эта чертова политкорректность.
- Да?
- С ума сводит.
- Как так?
- Все такие напыщенные.
Утихомирьтесь. Вы ломаете кайф веселья.
- Веселья?
- Да.
Типа, я больше не могу шутить:
«Заходят в бар два негра...»
«Нет, так нельзя шутить.
Ты расист».
- «Два еврея...»
- «Нет, нельзя».
«Двое белых...»
«А вот это можно».
Стой, а почему это о белых можно
шутить,
а о других нельзя?
Ну, о расистах шутить расистки можно.
Черт, они меня предали.
А почему в твоей шутки белые
именно расисты?
Большая вероятность.
- Второй прокол.
- Ага.
То есть, большинство белых – расисты?
Нет.
- Ты только что сказал.
- Нет, это ты сказал.
Ну а как еще можно быть
политкорректным?
Ну, например, моя легендарная фраза:
«Молчать убью тебя».
Людям нравилось.
Это было на футболках, кружках...
Все были довольны. Сейчас
все огорчаются.
«Он нам угрожает». Хнык-хнык,
обидка.
Да, мягкотелые идиоты!
Я вам угрожаю!
Это называется угрозой терроризма.
Ничего серьезного.
Я угрожаю вас убить, а не потрогать.
Может, эта угроза будет пострашнее?
«Эй, потрогаю тебя».
Эй, чувак...
я потрогаю тебя.
- «Чувак»?
- Что?
- Именно чувак?
- Ну, с дамой не получится.
- Почему?
- Потому что тогда
нас обоих засудят.
Да, но чувак...
Ладно.
Эй, ты...
я потрогаю тебя.
Эй ты, неопределенный пол,
я потрогаю тебя.
Это не страшно, а противно.
Женщины любят меня,
потому что я уже голый.
Ты...
Ахмед, ты одна большая косточка.
Вот именно.
А еще я ребристый.
Молчать!
Я потрогаю тебя.
Что за...
Я могу свистеть!
А пердеть могу?
Нет, не можешь.
Черт подери.
Что-то не так.
Ты это видишь?
Да.
Это ты сделал?
Я не знаю.
- Значит, я?
- Я не знаю.
Ты можешь исправить?
Я не знаю.
Тогда что ты вообще нахрен знаешь?
- Я не знаю.
- А ну поправь, неверный!
Я боюсь двигаться!
Поправь!
Я убью тебя.
Соус для ребрышек есть?
Это не смешно!
Хватит смеяться!
Не то я сейчас туда спущусь.
Что?
Как ты туда спустишься?
Ты можешь меня бросить.
Как Арахиса.
Вы замечательные.
Спасибо, что пришли. До скорой встречи.
Прощайте, неверные!
Спасибо, Даллас.
Спасибо, Техас.