Знаменитый киноактёр Джей Келли и его преданный менеджер Рон
отправляются в стремительное и неожиданно глубокое путешествие.
Все фразы и цитаты
«БЫТЬ СОБОЙ —
ЭТО ОГРОМНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
КУДА ПРОЩЕ БЫТЬ КЕМ-ТО ДРУГИМ,
А ТО И ВОВСЕ НИКЕМ».
СИЛЬВИЯ ПЛАТ
- Мы подходим к концу.
- Концу чего?
К концу фильма. К концу съемок.
- Будет другой.
- Ты меня слушаешь?
У меня начали сохнуть глаза.
На ровном месте.
Как будто в них постоянно был
какой-то песок или что-то такое.
Тут у нас был окулист.
Он за линзы ответственный.
Прости, Скип хочет проверить звук.
Микрофон съехал.
Всё из-за шелковой рубашки.
Не стану я раздувать проблему.
Спрашиваю: «Что мне делать?»
Можешь что-нибудь сказать, Джей?
- Я тебя люблю.
- Еще что-нибудь.
Десять, девять, восемь, семь.
Вторник, четверг, среда.
- Джей, ты лучше всех.
- Наверняка есть кто-то лучше.
В этой сцене видно будет вообще всё!
Он дал мне капли, и всё прошло.
И никакой сухости.
Надо быть на шаг впереди.
На два шага впереди.
Я приняла решение. Я не буду...
У тебя сейчас тревожность зашкаливает,
поэтому ты хочешь всё бросить.
Я твой отец...
ДЖЕЙ КЕЛЛИ
- Кондиционером моешь волосы?
- Нет.
- Самое худшее — это ожидание.
- Дай проверю штанину.
- Надо добавить крови на пальто.
- Ладно.
Ты ел перцы или равиоли?
Зря я равиоли не взяла.
Я просто шейк пил.
- Молодым быть...
- Пробовал с печенью?
- Все прячьтесь!
- Где пес? Сделаем дубль с псом?
Джей просит пса. Приведи его, Франки!
- Этот пес зарабатывает больше нас.
- Покажите изморось.
Это изморось? Скорее, ливень.
Поверь, это изморось.
Я видел, как ты набираешь ход
на протяжении турнира.
И ты нашла свою вторую подачу.
Думаешь, Коко не нервничает?
Не боится? Не звонит своему папе?
- Вот, крови больше.
- Так лучше.
- Твой эспрессо.
- Спасибо. Вечером — только глоток.
Ты новенькая, не знаешь: я обожаю кофе.
...последний фильм для всех нас.
Свет выключат — и всё.
Надо было мне позвонить, заинька.
Не кори себя за это.
Тебе нужна поддержка со всех сторон.
У меня дублер в 5K.
- Вина — вторичная эмоция.
- Не этот.
- Спасибо, Клэй.
- Не за что.
Нет, хлеб я сегодня не ел.
Это был твой брат.
Ну что? Пара удачных вроде есть.
Ну и хорошо. Что выйдет, то и выйдет.
- Еще один?
- Да. Посмотрим, что выйдет.
Тишина, пожалуйста! Снимаем дубль.
- Звук!
- Пишем.
Звук пошел.
- Тишина на площадке.
- 138E, дубль 11.
Милая, повиси пока на линии,
дай дубль посмотрю.
Мотор!
Я не хочу тут оставаться, Джерри.
Хочу уйти с этой вечеринки.
Пес рано зашел. Можно еще раз?
- Придержи его.
- Стоп!
- Нет, продолжаем.
- Снимаем дальше.
Дай еще паштет из анчоусов.
- Тишина.
- Спасибо.
- Ладно. Хорошо.
- Всё, продолжаем.
Мотор.
Я не хочу тут оставаться, Джерри.
Хочу уйти с вечеринки.
В каком-то смысле
я уже умер.
Мне повезло.
Мое время прошло, пока я был еще жив.
Я увидел конец раньше, чем он наступил.
Знаешь, что поразительно?
Когда умираешь...
...всё, что ты знал о себе...
...оказывается ложью.
Ты хороший пес.
И... снято. Отлично!
- Можно еще раз?
- Правда?
Хочу еще раз попробовать.
Я смогу лучше.
Тишина на площадке!
Или по-другому, не знаю.
- Но если ты доволен...
- Очень.
- Ладно.
- Но если хочешь...
Теперь уже не знаю. Но ты доволен?
Как слон.
Но если хочешь еще один дубль...
- Но тебя устраивает?
- Не то слово.
- Ладно.
- Меня и ранние устроили.
Класс.
Всё хорошо?
Отлично.
На этом съемки с Джеем Келли завершены!
И завершены съемки
«Восемь мужчин спустя»!
Молодец. Крутое кино будет.
Это честь. Спасибо, что доверился мне.
Мы дошли до финала, Вивьен.
Это большое достижение.
Теперь отдыхай,
а то против Гринбергов будет сложно.
Но я ставлю на нас с тобой, деточка.
Люблю тебя, Виви.
- Хосе! Старик! Вы офигенные!
- Спасибо, дорогой. Спасибо.
- Скип, ваш вклад недооценивают.
- Спасибо.
- Я тебе потом позвоню.
- Спасибо за подарок.
Ладно, ребят.
Всем огромное спасибо.
Вы все большие молодцы!
Напомню весьма кстати,
что завтра в 11:00
у нас мероприятие с «Омегой».
- Кэнди...
- Заеду в 09:00.
- Сцену видел?
- Да.
- Но ничего не сказал.
- Чтобы тебя не бесить.
Я думал, тебе не понравилось.
Это было блестяще.
Седьмой дубль лучший.
Почему седьмой?
- Не буду вдаваться.
- Во что?
Тебя в последний день съемок
вечно чувства захлестывают,
а виноват я.
Может, и правда седьмой.
Если что, на пса перейдут.
Пес был очень крутой.
Каково это, Джей, —
прожить свою смерть?
Но я-то не умер.
Я знаю. Но как играть то,
чего никогда не делал?
- Притворяться.
- Такое не по мне.
Всем спасибо, вы классные и работяги.
- Что бы я без вас делал?
- Спасибо, Джей.
- Ты лучше всех.
- Это правда.
Почему куда бы я ни пришел,
меня ждет кусок чизкейка?
У тебя в райдере прописаны
чизкейк, орехи, фрукты и воды.
Зачем прописали чизкейк?
Ведь я его не люблю.
- Говорил, что любишь.
- Не говорил.
Ты просто забыл.
Там должно быть прописано
«никакого чизкейка».
А завтра у тебя ужин с Дейзи.
- Шеф Марио готовит фирменные тамале.
- Отлично.
Еще снова звонил Антонио
с Тосканского фестиваля искусств.
- Спрашивал про чествование.
- Я сказал нет.
- Я тоже, но они настаивают.
- Ответ по-прежнему «нет».
Просто это серьезный фестиваль...
Ни за что.
- Времени в обрез.
- Никаких чествований.
Съемки через пару недель. Ладно.
Видимо, в тот момент я поняла,
что умнее тебя.
Это еще почему?
- Я знаю больше, чем ты.
- Да ну?
- Неправда.
- Правда.
- Знаешь больше о чём?
- Обо всём. Назови столицу Хорватии.
Да я столицу Калифорнии-то еле выучил.
Имя жены Агамемнона.
Слушай, это просто факты,
их может знать кто угодно.
А я лучше разбираюсь в эмоциях.
Для этого нужно жизнь прожить.
- Я умнее в эмоциональном плане.
- Не хочешь, чтобы я была умнее тебя?
В этом же весь смысл.
- Да. Но не рановато ли?
- Не тормозить же мне в развитии.
- Покрасили хорошо.
- Да?
Незаметно.
Она молодец. Оставила немного седины.
- Обычно слишком черные.
- А сейчас...
Нет-нет, в самый раз.
Скоро придется смириться с сединой.
Да, но пока рановато.
Ну ладно, пойду встречусь
с Мозесом и Рио.
Люблю тебя.
Мы разве не ужинаем вместе?
Марио приготовит тамале.
А мы договаривались?
Ладно.
Иди. Развлекайся с друзьями.
Поужинаем в другой раз.
Я закончил последний фильм.
А съемки кино братьев Луиc
будут проходить здесь, в студии.
Я буду тут всё лето.
Я еду в Европу
с Рио, Мозесом и другими.
Я говорила.
- Речь ведь шла про июль?
- Нет, про июнь.
Я в субботу лечу в Париж,
а оттуда мы едем в Тоскану.
В субботу? Но как же...
В субботу! Это же...
Это же совсем скоро.
У меня две недели отпуска.
А мы даже потусить не успеем.
- Это твое последнее лето.
- Вот я и еду к друзьям.
Без тебя здесь будет так одиноко.
- Неправда. Ты не бываешь один.
- Да? По-моему, я всегда один.
- Спасибо.
- Не за что.
Ну ладно.
Я тоже поеду.
Мы едем на классный
джазовый фестиваль в Париже,
там будет много народу —
тебе туда нельзя.
Потом — в Пьенцу на бюджетном поезде,
ты так не умеешь.
Спать будем в палатках, а это...
Ну, сам понимаешь.
- Да я вырос в палатке.
- Но это было давно.
- Ну, тело всё равно помнит.
- Вот и хорошо. Мне пора.
- Привет, Ронни.
- Дейзи.
Вивьен всё постит о теннисе.
Вы такие зайчики.
Мы до финала дошли. Мы так рады.
Вот тебе друг, папа.
Хочешь тамале?
- Питер Шнайдер умер.
- Блин, надо ему позвонить.
Нет, я только узнал
и приехал сюда. Он умер.
Серьезно?
Соболезную.
Я знаю, как ты его любил.
Его сообщение всё еще в моём телефоне.
- Когда вы виделись в последний раз?
- Не знаю. Может, полгода назад.
Дорогой мой, я сделаю тебе сэндвич.
Рад тебя видеть, Питер. Я скучал.
Где у тебя ножи?
- На магните возле разделочной доски.
- Точно.
Барбара, прости. Мы уже развели бардак.
Да ничего, Джей.
Знаешь, дед...
Мне в последнее время кажется,
что моя жизнь какая-то ненастоящая.
Или даже, скажу проще,
мне кажется, что моя жизнь какая-то
ненастоящая.
Я слышал, ты расстался с моделью.
Расставания подобны смерти, правда?
- Майонез?
- В холодильнике, на полке.
Нашел.
Как твои девочки?
Дейзи оканчивает школу весной
и идет в университет Джонса Хопкинса
изучать биохимию, представь себе.
- Она умница.
- Ну а...
Джесс в Сан-Диего.
Тут я...
Тут я не знаю, что делать.
- Разберешься. Оливковое масло есть?
- Да. Там.
Я много думаю о «Кранберри-стрит».
Мы так веселились на съемках, помнишь?
Постоянно смеялись.
Ты знаешь, что этому фильму
скоро исполняется 35 лет?
Знаю, Джесс родилась
через год после этого.
Все мои воспоминания — фильмы.
Да, фильмы — наши воспоминания.
Осколки времени.
Осколки времени.
- Соленые огурцы есть?
- В кладовке.
Кажется.
Ага, нашел.
- Проверь срок годности.
- Огурцы не портятся.
Еще как портятся.
Нормальные.
Тридцать пять лет. Как это вообще?
А вот так, сынок.
Там было столько магии.
Это меня избаловало.
Я думал, так всегда будет. Но нет.
Так бывает редко.
Я рад, что ты думаешь о нас.
Я бы хотел,
чтобы мы вместе сняли один фильм.
О проститутке, я тебе рассказывал.
- Да?
- Да.
Ну, я сейчас снимаюсь в одном фильме,
а после него буду сразу в другом.
- Знаешь братьев Луис? Они твои фанаты.
- Мне их кино не понравилось.
- Клиповый монтаж...
- Не знаю, буду ли свободен.
Я подожду, милый мой.
Питер, я же говорил, это не мое.
Мы всё переписали с помощницей Шелли —
ты ее видел на той премьере.
Теперь кино современное. С мобильными.
Мне не хочется исследовать эту тему.
- Попрошу Дафну сыграть жену.
- Она больше не снимается.
Если бы ты согласился...
Адвокат говорит, нужно громкое имя.
Я не могу согласиться.
Скажу честно, сынок.
Мне нужны деньги.
- Я тебе дам.
- Но мне нужно снять еще кино.
Хочу сделать два фильма подряд.
Один за другим.
Знаешь, как сказал Трюффо:
«Иногда впечатлить
можно и количеством».
Ты же знаешь, искусство — это личное.
Я понимаю.
Ты мне только дай свое имя...
Не могу.
Прости.
Очень вкусно.
Огурцы не портятся.
Отец всегда отсутствовал.
В 70-е и 80-е он пропадал
на съемочных площадках.
И когда у него начались трудности
после пары фильмов,
которые в Голливуде
принято называть провалом или фиаско...
Простите, я не из этой индустрии,
со сленгом не знаком.
Эти неудачи зумеры теперь считают
культовой классикой.
Индустрия от него отвернулась,
и после третьего банкротства,
после того, как ему пришлось
продать любимый особняк в Бель-Эйр
и переехать в крошечный дом в Энсино,
он всё пытался достать деньги
для своего следующего фильма.
Когда он был при смерти,
он посмотрел на меня и сказал:
«Я знаю, чем закончится этот фильм.
Он о любви».
Вы ведь меня не помните?
- Помню, конечно.
- Неправда.
- Правда.
- Откуда?
Я был в том фильме,
который он поставил верхом на лошади.
Люблю вас обеих. Мне надо спасать Джея.
И сколько это займет...
- Мне убирать пляж в 15:00.
- Успеем.
- Если опоздаю, не засчитают.
- Возьми машину.
Неудивительно,
что это его худший фильм.
- Вы понятия не имеете, кто я.
- Имею.
Я вам не верю.
Спасибо, что пришел, Джей.
Соболезную, Нейтан.
Папа всегда говорил,
как ему повезло, что он нашел тебя.
- Он изменил мою жизнь.
- Он то же самое думал о тебе.
Он тебе оставил шейный платок.
Хорошо, что мы пришли.
Осознали, что всё по-настоящему.
- Ничего тут не кажется настоящим.
- Да уж. Смерть всегда удивляет.
Особенно в Лос-Анджелесе.
Классный платок.
Хочешь?
- Спасибо.
- Зря я не согласился сняться у него.
Ты хороший человек,
вот и рефлексируешь.
Дал бы ему использовать свое имя —
он только это хотел.
- Джей?
- Привет.
- Тим?
- Да.
Тимоти. Привет.
Привет. Если что, я тебя не караулю.
Да нет-нет, что ты...
- Мы тут только что...
- Да.
- Такая потеря.
- Да, печально. Он был уникальным.
Мы вечно заняты своими делами,
а люди берут и умирают.
Рон, это Тимоти, мой бывший сосед.
Мы учились на актерских курсах.
Мой старый дружбанчик.
- Дружбанчик!
- Да, Тим. Очень рад.
- Рон Сукеник, менеджер и друг Джея.
- Я о нём рассказывал.
- Много о тебе слышал.
- Да? Правда?
Надеюсь, только хорошее.
А то мы в те времена были
страшными негодниками.
Да.
- Ну, как ты вообще?
- Хорошо.
Живу полной жизнью. А у тебя как дела?
Глупый вопрос. У тебя всё круто.
Да нормально. Неплохо.
Рад тебя видеть.
- И я тебя.
- Ага.
Чувак.
Ну что ж, ладно...
- Еще увидимся.
- Давай.
Был рад встрече.
Да.
Я не за тобой иду. Я тут припаркован.
Может, как-нибудь выпьем кофе вместе.
Да, чувак, было бы круто. А как мне...
Связаться с твоим офисом?
- Звони мне.
- Через него передай.
- Вот.
- А, да.
Ладно. Супер.
И если ты не хочешь, можешь отказаться.
Я сейчас свободен.
Вот здорово, слушай.
Помнишь бар «У Джея» у пляжа?
Да, конечно. Там и встретимся.
Дружбанчик!
- Я еду следом?
- Нет, поезжай домой.
- Мы ему доверяем?
- Он старый друг, давно не виделись.
- Там будут люди.
- Ну и ладно. Люди так люди.
- Увидимся завтра.
- Нет. Ты забыл?
У меня завтра финал с Виви.
- Точно. Удачи.
- Много не пей.
- Не буду.
- День сегодня сложный.
Ограничься пивом.
Мой гуру говорит:
когда кто-то при смерти
и становится ближе
к духовному миру... Спасибо.
Он меньше боится смерти.
У тебя есть гуру. Надо же.
Смерть становится менее настоящей.
И, конечно, власть и успех
становятся совсем ненастоящими,
потому что теряют смысл.
Но, как сказал Питер,
всё, что нам осталось —
это любовь.
- Прекрасно.
- Не говори.
Так, я пошла.
- Привет. Можно фото?
- Конечно.
- Спасибо.
- Да, вот так.
- Получилось?
- Да.
Дай номер своего гуру.
Он просто волшебный.
Но лучше ему писать.
Тут так классно.
- Я здесь не был со времен учебы.
- Ты общаешься с кем-нибудь из наших?
- Нет. А ты?
- Ага, на встречах выпускников.
Ты единственный, кто остался актером.
Еще Синди занимается озвучкой.
Но мы все равнялись на тебя.
- Ой, нет.
- Ой, да.
Ты был лучшим.
Перевоплощался как никто.
Я так не умел.
- Очень даже умел.
- Ну так, слегка.
А ты умел всё. На тебя
можно было смотреть бесконечно.
Даже если бы ты это меню зачитывал.
А давай, зачитай.
Давай. Читай меню, вперед.
Ладно, хорошо. Тут нет места эмоциям.
Фри с пармезаном, брюссельская капуста
с медовой глазурью и беконом, $12.
Салат айсберг, креветочный коктейль,
кальмары с лимонным айоли, $15.
- Теперь добавь эмоций.
- Ой, не знаю. Я больше не актер.
Я детский психолог.
Давай!
Фирменный взгляд Джея Келли.
Мотор!
Ну ладно. Уговорил.
Так, что бы сказал Ларри?
Ладно.
Я припоминаю нечто
по-настоящему важное для меня.
Я его вижу.
Я его слышу. Я с ним говорю.
Фри с трюфелем и пармезаном.
Брюссельская капуста
с медовой глазурью и беконом.
Двенадцать долларов.
Салат айсберг и креветочный коктейль.
Кальмары с лимонным айоли —
15 долларов.
Вот тебе вживание в роль.
Потрясающе. Боже мой!
Моя проблема в том,
что я не был амбициозным.
Это дело неблагодарное.
Врагу не пожелаю им заниматься.
Я всё думаю, пора завязывать.
Да брось ты. Уж у тебя-то
карьера задалась, Джей Келли.
Я сделал два неверных выбора.
- Да?
- Да.
Отказался от «Беверли-Хиллз 90210»,
играя Гамлета в Луисвилле.
Круто. Я в театре не играл со времен...
...старшей школы.
А второй неверный выбор?
Взял тебя на прослушивание.
Но я встречал своих мальчишек
у ворот школы каждый день.
- Это чего-то да стоит.
- Конечно. Это всего стоит. Всего.
Слушай, мне так жаль,
я читал о твоих разводах.
Твои дочери, наверное,
уже совсем взрослые.
Дейзи осенью идет в университет.
К счастью, ей плевать на актерство.
Но я переживаю.
Я думаю о том, что она уедет.
Кажется, я всё пропустил.
Послушай...
Родительская доля.
Мы добиваемся успеха,
только когда становимся ненужными.
- Печально.
- Да ладно тебе.
Ты принимал
правильные решения для себя.
Ты делаешь кино.
Этого мир от тебя и ждет.
Мой мир гораздо меньше.
Я гуляю с собаками в парке.
Уделяю время семье и пациентам.
Приятно повидаться.
Приятно поговорить о тех временах.
Приятно снова пообщаться с тобой и...
...с тем парнем.
С тем, кем я был.
Приятно ли?
- Да.
- Ты не хочешь с ним снова встретиться.
Что?
Буду честен. Я терпеть тебя не могу.
Ты украл мою жизнь.
Ничего я у тебя не крал.
Правда? Ты украл мою роль.
И мою девушку.
В 23 года у меня только это и было.
А теперь я в каждом журнале
вынужден читать о Джее Келли
и его чудесной истории становления.
О том, как он пошел с другом
на прослушивание к Питеру Шнайдеру
и получил эту роль. Надо же.
Но никто не спрашивает,
что стало с другом,
у которого он украл роль.
- Я попросил Питера дать тебе роль.
- Я был, по сути, статистом.
- С одной репликой.
- Мне пора.
- Знали бы о тебе...
- Вставать рано.
- Я заплачу.
- Я уже заплатил.
Можно автограф?
Да, простите.
Не переживай, я никому не скажу о тебе.
Я не такой человек.
Да я вообще без понятия,
какой ты человек.
Ты не так уж важен для меня.
Может, для других
в целом и важен, но не для меня.
Жаль, что ты так думаешь.
Ты мне всегда нравился.
Так думаю не только я. Твоя дочь тоже.
Дейзи?
Джессика.
Мы друзья на фейсбуке.
Я порекомендовал ей психолога...
Этого шарлатана? Не общайся с ней!
- Указываешь, с кем мне дружить?
- Не указываю.
Она считает тебя пустым.
Может, она права.
Там внутри есть человек?
Может быть,
тебя вообще не существует.
Моя машина здесь. Заканчиваем.
Всегда мечтал тебе врезать.
Зря не врезал много лет назад.
Давай.
Ну давай же.
Ты бы не получил эту роль.
Ни за что.
Ты справишься, заинька.
Знаю. Просто опять
это чувство накатывает.
Это ничего. Теперь попрощайся с ним.
Я пытаюсь.
Прости, Лиз, Рон тебе перезвонит.
Вивьен подает на матч.
- Аут.
- Я знаю.
- Я просто говорю.
- Мишель, ты это так сказала...
- Он перезвонит.
- Прости. Мама меня отвлекла.
Меня тоже. Я понимаю.
Милая, не разговаривай во время матча.
- Прости. Лиз говорит, это срочно.
- Папа, ты знаешь о привидениях?
Стойте. Вивьен снова
подает первую. Ее отвлекли.
- Пап, я не хочу первую.
- Рон.
Что это за правила?
Это не «Ролан Гаррос».
Пусть снова подаст.
Если Вивьен снова подаст,
то почему бы и Мишель не подать?
Чёрт, да и я бы не отказался.
Устроим хаос.
- Да не хочу я снова подавать.
- Не снова. Та подача не в счет.
- Да?
- Чего не отвечаешь?
- Мы подаем на матч.
- Ты нам нужен, Рон.
Папа.
- Нет, у нас гейм вовсю идет.
- Тут Джей...
- Джей знает, что у меня турнир.
- Папа.
Джей отказывается от фильма.
Съемки через неделю.
- От фильма братьев Луис?
- Папа.
Дэвид, не лижи забор.
Но он вкусный.
Не отказывается.
Он всегда такой, когда закончит съемки.
Поверь мне, Рон. Всё плохо.
Всё очень плохо.
Рон.
Сегодня б доиграть.
- Ему звонят по работе.
- Папа.
Папа.
Папа!
- Хорошо, я еду.
- Господи.
- Ты знаешь о привидениях?
- Знаю, Дэвид.
Привидения — это духи мертвых,
которые возвращаются на Землю
завершить свои дела.
Меньше. Мы подаем.
Планы поменялись.
Придется прервать игру.
- Прервать?
- Нет, Рон.
- Мне срочно надо ехать.
- Куда?
- К Джею.
- Прервешь игру — сдашься.
- Это где написано?
- В правилах турнира.
- А если бы был дождь?
- Но его нет.
- Нет дождя, пап.
- Рон.
У меня хороший настрой. Можем победить.
Я знаю. Но мне надо ехать.
Они тебя ждут.
Ну слава богу.
- Что вчера случилось?
- Ничего. Были похороны Питера.
Он встретил друга, они пошли выпить.
- Что-то случилось.
- Это нарушение контракта.
- Ты кесадильи свои не делаешь?
- Могу и сделать.
- Где Джей?
- У себя в спальне.
- Он пакует чемодан.
- Зачем?
- Не знаю.
- Отказ от фильма ударит по карману.
И ударит по репутации.
И кассу он уже не приносит.
- Никто не приносит.
- Ему не 25.
- И даже не 55.
- Ну вот, из студии звонят.
Всё? Все закончили говорить?
Никаких нарушений.
Джей будет сниматься.
- Он говорит, что нет.
- Теперь я тут.
Тогда узнай, почему у него фингал.
У него фингал?
Джей?
- Привет, брат.
- Привет, заинька.
- Ты куда собрался?
- Приехал после матча?
Как сыграли?
- Мы вели 5:4 и подавали...
- Я слишком много снимаюсь.
Ну да ладно. Куда собрался?
- Я слишком много снимаюсь?
- В самый раз.
Я слишком много снимаюсь?
- Ты много работаешь.
- Вот. Барбара не врет.
- Что вчера произошло?
- Трусов слишком много не бывает.
Откуда фингал?
- Скажу в самолете.
- В самолете?
Который я забронировал.
Вылет через час.
- И куда мы?
- Мег, куда мы?
- Во Францию.
- Во Францию.
Во Францию?
Я поговорила с Клэр, мамой Рио.
Рио пользуется ее кредиткой,
и Клэр видит все транзакции.
Ну разумеется.
Дейзи с друзьями в Париже,
едут в Италию во вторник
после фестиваля джаза.
Ясно. Молодежь и компьютеры. Франция.
- В понедельник примерка.
- Если мы в Париже, то нет.
Оба брата Луис там будут,
Марвин и Юсуф.
Если тебе надо пару дней,
чтобы проветриться, я скажу студии...
Скажи им, что я присоединяюсь
к Дейзи и ее друзьям
на джазовом фестивале в Париже,
а потом сажусь на поезд в Италию.
И ты отслеживаешь ее
через кредитку матери ее подруги.
Это мой последний шанс
провести с ней время,
пока она не уехала навсегда.
Я уверен,
Дейзи не хочет, чтобы ты тащился
за ней по Европе со всей своей свитой.
Я амбассадор Dior,
так что есть причины поехать в Париж.
А потом меня ждут
на фестивале в Тоскане.
Я же им отказал. Ты отказал.
- Я их отшил.
- Позвони и согласись.
Послушай, возьми пару дней,
прокатись по побережью, закажи вино
на «Пост Ранчо», что тебе понравилось.
Помнишь те полотенца?
Что это вообще было?
Я скажу, чтобы примерку
перенесли на вторник.
Слушай, если ты не едешь, я еду один.
Будешь шататься по Европе в одиночку,
как маленькая газель
на просторах Серенгети.
Только не газель, а кокер-спаниель.
Этот кокер-спаниель готов рискнуть.
Сегодня Дейзи с друзьями были
в Лувре, в «Кафе де Флор», на рынке.
- Ночуют они в хостеле в 11-м районе.
- Вот, пошло дело!
Завтра мы можем
удивить ее на фестивале.
Отлично.
В каком смысле
чествовать будут кого-то другого?
Когда Джей отказался от чествования,
я им предложил Бена Алкока.
Другого своего клиента?
Кому-то же надо было согласиться,
а Бену такое не помешает для карьеры.
Твою налево. А Джей знает об этом?
Я говорил с Антонио.
Будет два чествования.
Но пока есть лишь один приз.
Я пропускаю три джанкета,
съемку для обложки Vanity Fair
и бейсбольную фигню Джастина.
- И всё ради этой херни?
- Ради Джея.
- Откуда у него фингал?
- Скоро узнаю.
- Поэтому я за тебя не вышла.
- Потому что я преданный?
Нет. Потому что ты всему потакаешь.
Мы летим в Париж
Боже, теперь придется
слушать его бренчание.
Летим в Париж на самолете
Подпевай, Ронни!
Приключение там
Где...
- Я не знаю слов.
- Ну елки, Ронни.
Джастин во второй команде. Как обидно.
Представляете, он даже не знает,
куда бежать. Обидно.
Смотрите.
Бейсболист из него не выйдет.
- Принять половину или целую?
- Какая дозировка?
- Забыл очки?
- Я уезжал в спешке.
С Дэвидом не попрощаться,
а то будет истерика.
Психолог советует прощаться:
пусть знает, что я уезжаю.
Переживет. Ему пять.
- Они такое блокируют.
- Ему пять, но попрощаться следовало.
Прими целую.
А то будешь переживать и меня будить.
В подкасте говорили,
что мы всегда всех возрастов.
- Буквально?
- Не знаю, буквально ли.
Да, приму целую.
Когда мне 10 лет, мне также и 30, и 80.
И наоборот.
Откуда у тебя фингал, заинька?
Расскажу, когда прилетим.
Точно не лучше,
если я узнаю об этом сейчас?
Ты бежишь куда-то или от чего-то?
Да.
Значит, в детском саду я была
такого же возраста, как сейчас?
Я не знаю, какой ты себя помнишь.
На что это похоже — быть знаменитым?
Да ни на что, насколько я могу судить.
Вы говорите о славе и успехе,
о беззаботной жизни и счастье.
Говорите обо мне, как будто я король.
Но ваши слова — просто патока,
которая растворяется у вас во рту.
Так, Джей, остановись тут.
- Что ты сейчас почувствовал?
- Что я самоуверен.
И успешен.
Что я звезда.
Хочешь быть звездой?
Ну, как бы...
Да, хочу.
Продолжай. Что еще?
Удовольствие, что я поучаю девочку.
И считаю себя королем.
И это было властно, по-королевски?
Скорее, по-позерски.
Сколько тебе лет?
Двадцать три.
Я не хочу видеть,
как ты изображаешь знаменитого писателя
в дореволюционной России.
Хочу увидеть парня с бодуна,
приехавшего из Кентукки на автобусе
и пытающегося впечатлить
всех красоток в классе.
То есть хотите, чтобы я был собой?
Знаешь, как трудно быть собой?
Если тебе повезет стать актером,
ты будешь жить ложью.
Чем убедительнее ты будешь лгать,
тем успешнее будет твоя карьера.
Это может запутать молодого человека,
не склонного к самоанализу.
Говоришь, хочешь быть звездой?
Знавал я таких.
Это еще один дополнительный головняк.
Теперь лгать надо дважды.
Сначала играя роль,
а потом — играя себя.
Этого нужно прямо очень хотеть.
- Я хочу.
- Я хочу.
- Эй, Тим.
- Да?
Хочешь попробовать?
Хорошо.
Возьми, покажи всем, как надо.
На что это похоже — быть знаменитым?
Ни на что, насколько я могу судить.
Вы говорите о славе и успехе,
о беззаботной жизни и счастье.
Говорите обо мне, как будто я король.
Но ваши слова — просто патока,
которая растворяется у вас во рту.
Я не вижу в этом ничего приятного.
Я должен идти и снова писать.
- У Тима паническая атака.
- Почему?
Иду на прослушивание к Питеру Шнайдеру.
- Офигеть.
- Тим ненавидит прослушивания.
- Всегда их заваливаю.
- Я на них и не бывал.
- Там не талант проверяют.
- Но что-то точно.
- Твой талант всегда проявляется.
- Сходи с ним, Джей.
С тобой ему спокойнее.
И приходите в бар, пить на халяву.
И придем.
«Я хотел умереть.
Я представлял свои похороны».
Кажется, он из деревни.
«Все красавицы плачут».
А потом он пишет о звездах и небе.
Он слишком поэтичен для деревенщины.
Ему бы скорее подошло...
«Я со многими еще не переспал.
С Диди Даффи, например».
Не знаю.
Что-то вроде: «Я могу вырасти больше.
Я столько еще не сделал. Мне не хватит
словарного запаса всё перечислить».
- Так лучше. Так и скажи.
- Не могу сценарий менять.
- Ты всё сделаешь круто.
- Я дико нервничаю на прослушиваниях.
Вот, посмотри.
Хороший знак. Ты получишь роль, я знаю.
Спасибо, друг.
Съешь на удачу.
- Что?
- Отгрызи уголок.
- Вкуси его силы.
- Перестань. Ты меня пугаешь.
- Тим Галлиган.
- Да.
Зайдешь со мной?
- Да.
- Спасибо.
- Привет.
- Спасибо.
Спасибо.
- А вы на какую роль?
- Я другу помогаю.
Если можно.
Да.
Спасибо.
- Дам вам реплики.
- Спасибо.
- Вот.
- Спасибо.
Что не так, Тилли?
- Меня всё устраивает.
- Да? А по виду не скажешь.
Морщина проходит по всему лбу.
Я хотел умереть.
Я представлял свои похороны.
Все красавицы плачут.
Но я не хочу сейчас умирать.
Я мало что видел.
Я никогда толком не смотрел
на эти деревья. И это небо.
- Но теперь...
- Большое спасибо.
- Но тут еще. Я не закончил сцену.
- Достаточно, спасибо, Тимоти.
Большое спасибо. Вы большой молодец.
- А можно и мне попробовать?
- Нет, простите.
- Если вы не в списке...
- Да, милый, можешь попробовать.
Если ты не против.
Да нет.
Что не так, Тилли?
- Меня всё устраивает.
- Да? А по виду не скажешь.
Морщина проходит по всему лбу.
Я хотел умереть.
Я представлял свои похороны.
Все красавицы плачут.
Но я не хочу сейчас умирать.
Я мало что видел.
Я со многими еще не переспал.
С Диди Даффи, например.
Чёрт, я могу вырасти больше.
Я столько еще не сделал. Мне не хватит
словарного запаса всё перечислить.
Я дальше Арчер-Сити не ездил,
но мне не нужен Париж
или Рим или еще какое-то место,
где есть короли.
Здесь король я.
Я король этого облака пыли.
Я король своей кока-колы.
Я король Кранберри-стрит.
Спасибо.
А можете прочитать еще одну сцену?
С удовольствием.
И простите, что я изменил реплики...
Милый, нам понравилось.
Вот эта сцена...
Спасибо.
Да, хорошо.
Нет, я готов, давайте...
Больно?
Нет, терпимо.
Нормально.
Никто не догадается.
Мой отец говорил:
«Выходя из самолета,
встречаешь сам себя».
- А надо встречающего.
- Помнишь наш последний раз в Париже?
На показе Chanel.
Он прошел в тишине из-за войны.
Помню Gucci, но там было громко.
Видимо, из-за мира.
Большое спасибо, Антонио.
- Они делают второй приз для Джея.
- Отлично.
Мы прилетели в Париж,
а к вам едем завтра.
Мне сообщения падают.
Мама Рио говорит,
что их поезд в Италию отбывает в 10:00.
- На фестиваль не идут?
- Видимо, нет.
Ладно, поехали сразу к поезду.
Смена курса!
Мы садимся на поезд в Италию.
- Поезд?
- Подожди.
Да мы же стоим рядом с самолетом.
Зачем тогда летели в Париж?
- Мы приедем на поезде.
- О нет.
У меня рабочая встреча сегодня.
Я стригу Эмманюэля Макрона.
- Можешь отменить?
- Это мой первый президент.
- Господи. Тогда...
- В 10:00.
Наш поезд в 10:00.
Ты охренел?
Я не могу посадить Джея Келли в поезд.
Точно, Антонио.
Это самый романтичный вид транспорта.
Может, у них есть
официальная машина фестиваля?
С печатью или... Думаю...
Я атеист и поддерживаю
существующую религию.
Мне в ней нравится всё, кроме Бога.
Но если бы не было Бога,
жизнь была бы нелепой.
Да, именно.
НИДЕРЛАНДЫ
Офигеть. Это Джей Келли?
Спасибо. Ну всё, народ.
Одному дал, тысяча набежит.
- Пора в поезд.
- У тебя будет приз.
- Не волнуйся.
- А что, мог и не быть?
Я решаю проблемы,
и тебе о них знать не нужно.
Если не нужно, зачем рассказал?
Потому что мы поздно согласились,
и теперь они дают награду Бену Алкоку.
Ты дал Бену мою награду?
- Ты отказался.
- А потом согласился.
Бен об этом не узнает,
но ты всегда в приоритете.
Ты же знаешь, ты гвоздь программы.
Я уже перестал тебя понимать.
Ты просто ни за что наезжаешь.
Дейзи! Эй!
Нет.
Нет. Это не Джей Келли.
Место 48. Вряд ли это первый класс.
Это и не первый.
Мы сажаем Джея Келли в эконом?
Билетов в первый класс не было.
Может, его тут вообще нет.
- Не знаю, тут всё по-французски.
- У нас тут Джей Келли, киноактер.
У вас есть приватная зона?
Пятьдесят дней после Пасхи.
Большой праздник во Франции.
Не знаю, на кого злиться,
но на тебя я очень зла, Рон.
Злись на меня. Поезд — моя идея.
Только вот на тебя злиться не положено.
Клэр говорит, Рио купила чай-латте
на Лионском вокзале 45 минут назад.
На вокзал за кофе не ходят.
Это было бы странно.
Джей Келли.
У него, видимо, совсем дела плохи?
Он так к роли готовится.
Не слышно.
Я во французском поезде в праздник...
Он вернется в понедельник.
Не знаю. День взятия Бастилии, блин.
Проведи примерку в первый день съемок.
Что? Повтори последнюю фразу.
Ты меня слышишь?
Извини, тут праздник Пятидесятницы.
Еще разок. Хочу всё осознать.
Мы играем в трехмерные
или четырехмерные шахматы.
- Ты, сука, издеваешься?
- Да, не слова Джея.
Это мои слова. Я его верну.
Всё плохо.
- Подожди. Я найду место...
- Я перезвоню.
Соедините с ним.
С ума сойти, он с нами в одном поезде.
- Вы настоящий?
- Вроде бы да.
И мы будем пользоваться одним туалетом?
Постараюсь опускать сиденье.
Простой парень.
- Золотой человек.
- Платиновый.
Я читал, он не играет соблазнителей.
Прости, народу полно. Праздник же.
Я не ездил на поезде 20 лет.
- Или даже 30.
- А метро?
Не помню, когда был в метро.
- А, фильм Козака.
- Сцена погони.
Снимали в павильоне,
но размеры были реальные.
Вас будут чествовать
на Тосканском фестивале искусств.
Вы слишком молоды для этого.
Вы так добры. Не знаю,
на сколько фильмов меня хватит.
- Еще на один.
- Вот бы меня почтили в Италии.
Клайв, программистов не чтят
ни в Италии, ни где-то еще.
Вы, наверное, нарядитесь,
пригласите семью и друзей.
Я бы точно так и сделал.
Клайв прав. Это твоя карьера.
Сделаем как надо.
Пригласи детей, папу.
- Папу?
- Ну да. Почему бы и нет?
Детей еще ладно, но папу?
Это же твой отец.
Он не будет с нами вечно.
Ладно. Только звони ему ты.
Пошлем за ним самолет.
Договорились.
Ого.
Когда я смотрю на вас,
вижу всю свою жизнь.
Я говорил с Ричем со студии.
- Примерку перенесут.
- Алан звонил.
Джей подрался в баре.
Он сломал нос детскому психологу.
- Что-что он сломал?
- Ты знал? Он что-нибудь сказал?
Я очень этого хотел.
- Нет.
- Вам нравится слава?
У вас, наверное,
беззаботная жизнь, и вы счастливы.
Думаю, быть знаменитым ужасно.
Все пялятся, обсуждают.
- Это как быть безумным, да?
- Да.
Путешествовать точно сложно.
Застрял он с нами, дураками.
Чем вы все занимаетесь? Куда едете?
В Милан.
- Сельхоз оборудование.
- Как мой отец.
Я еду в Пизу. Я пожарный.
- Я играл пожарного.
- Флоренция!
- Мы работаем в Ватикане.
- Я еду к дочери.
Объясни, что происходит.
Сам пытаюсь понять, Лиз.
У нас девичья поездка.
Мы едем трахаться!
- Профессор.
- Компьютеры. На свадьбу.
Лайф-коуч. И я на свадьбу.
- Помнишь наш последний раз в Париже?
- Не хочу это обсуждать.
Мы ведь так ни разу
и не обсудили.
Двадцать лет назад
я оставила тебя на Эйфелевой башне.
Девятнадцать лет назад.
Я не хочу это обсуждать.
Я вас загуглил. Вам 60 лет.
- Да.
- Вам нельзя стареть.
- Если вы стареете, то я тоже.
- Я не буду, если вы не будете.
Договорились!
- Хотите арахиса?
- Да, давайте.
Чем вы отвечаете на претензии,
что играете только себя?
Вы знаете, как сложно быть собой?
Попробуйте.
Знаете, меня чествуют
в Тоскане в эту субботу.
И вы все приглашены. Все вы. Да!
Да, поговорите с моей пиарщицей Лиз.
- Во сколько, Джей?
- Извини.
Вы о чём-нибудь жалеете?
- Как вас зовут?
- Фиби.
А вы непростая, Фиби.
До встречи со всеми в Тоскане!
Ариведерчи!
Все такие хорошие. Люди такие хорошие.
И это лучший арахис на свете. Попробуй.
Хороший арахис. Европейский.
- Тебе не предлагаю, у тебя аллергия.
- Да, будет отек горла, и я умру.
Как мне играть людей,
если я их не вижу?
Не трогаю их?
Не надо никого трогать.
Заинька, ты меня просишь ничего тебе
не говорить без необходимости.
- Сейчас необходимость есть...
- Ты ударил детского психолога в баре?
- Не думал, что он...
- Подаст в суд? А он подал.
Трудно быть честным...
Говори нам всё, иначе как нам работать?
- С теми, кто тебя любит, еще труднее.
- Что?
- Мы его любим.
- Ты любишь. Я на него работаю.
Я тебя обожаю, но когда пресса узнает,
нам надо чем-то на это ответить.
Он ударил тебя первым?
Так ты получил свой фингал?
«Джей Келли защищается от безумного
преследователя» звучит лучше,
чем «Джей Келли избивает
детского психолога».
- Всё было не так.
- Откуда нам знать?
Я снялся в своем последнем фильме.
- Карьера удалась.
- Ну зачем ты так?
Ты сломал ему нос.
Алан говорит, они тебе это предъявляют.
«Множественные переломы,
требующие операции, потеря обоняния...»
Я типа украл его жизнь.
«...и возможная деформация, что чревато
компенсацией до ста миллионов».
Джей Келли.
Джей Келли. Джей.
Джей Келли.
Джей.
Келли.
Давай! Быстрее! Опаздываем!
- Шевелись!
- Дейзи, да иду я.
Джей Келли.
Джей Келли.
Гэри Купер.
Кэри Грант.
Джей Келли.
Кларк Гейбл.
Джей Келли.
Роберт Де Ниро.
Джей Келли.
Джей Келли.
Пока, милая. Счастливо.
Хороших выходных!
Неужели ты сам приехал
на машине из Лос-Анджелеса?
Хотел увидеть тебя в твоей среде.
Я в Сан-Диего уже почти год.
У меня съемки фильма затянулись,
а потом была рекламы водки в Греции,
так что еще хорошо, что выходные урвал.
Я знаю, ты занят.
Вот я залез в машину и приехал сюда.