Ускользающая жизнь - Наследство (2018 год). Фразы и цитаты из сериала

«Ускользающая жизнь: Наследство» (2018) - это двухсерийный российский мини-сериал (мелодрама/детектив), показанный на ТВЦ, в котором кардиохирург Альбина Виленская теряет всё после смерти отца, лишается наследства и жениха, а сама едва не кончает жизнь самоубийством, пытаясь разобраться, кто и как разрушил её жизнь.

Все фразы и цитаты

- Тише, тише.
Вам нельзя двигаться.
У вас серьëзная травма головы.
Альбина Павловна, вы понимаете,
где находитесь?
- Почему я в больнице?
- Вы пытались покончить с собой.
Выпрыгнули с балкона.
- Это какая-то ошибка.
- Всë будет хорошо.
- Мне нужно позвонить.
А где Игорь?
- Мы позвоним вашим родным.
Всë узнаем.
- Позовите Игоря.
- Не волнуйтесь.
Всë будет хорошо.
Вам нужно отдохнуть...
(лирическая музыка)
- Алечка, какое счастье,
что ты пришла в себя.
Это просто чудо, что ты выжила.
- Наташ, мне все говорят,
что я пыталась покончить с собой,
а я этого вообще не помню.
- У тебя тяжëлая травма головы.
Аля, ты только не нервничай.
Сейчас у тебя провалы в памяти,
но это пройдëт.
Я не нашла твой мобильный телефон,
купила тебе новый.
- Это хорошо.
Мне надо позвонить Игорю.
- Игорю? Какому Игорю?
- Моему жениху.
Мы вместе были с ним
на папином юбилее.
- Аля, ты была там одна.
- Странно, я что,
не представила Игоря папе?
А где папа?
Почему ты одна пришла?
- Аля, тебе нужно всë вспомнить.
Я знаю, кто может тебе помочь.
(грустная музыка
Алексея Артишевского)
(по телефону): - Аппарат абонента
выключен или находится...
- Альбина Павловна, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Меня зовут Вадим Сергеевич Богачëв.
Врач-психиатр.
Давно занимаюсь восстановлением
памяти при помощи гипноза.
Меня прислала Наталья.
- Очень приятно.
- Скажите, вы не будете против,
если мы с вами проведëм
первый сеанс гипноза сейчас.
- Хорошо.
- Смотрите в центр моей руки.
Ваши веки тяжелеют,
глаза закрываются.
Вы засыпаете.
С каждым вдохом и выдохом
вы спите крепче и глубже.
Сейчас я вас попрошу перенестись
в события последних месяцев.
(голос психиатра плывëт):
Постарайтесь выделить самое важное.
(Альбина мысленно): - Самое важное...
(хирург): - Остановка сердца...
(Альбина): - Я хорошо помню день,
когда мы познакомились с Игорем.
Это было месяц назад. Да.
Утро было очень нервным.
У меня была сложная пациентка.
Дефект аортального клапана.
Девочка. Семь лет.
Лена Краснова.
(психиатр): - Вы помните имена
всех своих пациентов?
(Альбина):
- Да, почти всех.
Но Лену я запомнила,
потому что с ней случилось чудо.
- Что она делает?
- Прямой массаж.
(Альбина): - Во время операции
у неë остановилось сердце.
Пришлось делать прямой массаж.
Четыре минуты девочка была
между жизнью и смертью.
Это критическое время.
Через пять минут умирает мозг.
Я уже сама перестала верить,
что удастся еë спасти.
(хирург): - Запустилось.
(Альбина): - Но мне удалось...
Работаем, зажим, сушить...
(пульсирует сигнал кардиомонитора)
(напряжëнная музыка)
- Как она за эту девочку боролась!
- Да. Она к каждому ребëнку,
как к своему, относится.
- А что, своих нет? Пора бы уже.
- Сама видишь, Альбина Павловна
у нас не красавица.
Не знаю, она слишком серьëзная.
Мужчины таких боятся.
У неë женского обаяния - ноль.
- Зато хирург гениальный.
- Ну а что ей остаëтся.
(звонит телефон)
- Алло? Да, пап.
- Привет, привет. Что с голосом?
- Ничего, пустяки. Ты как?
- Нормально. А ты куда пропала?
Вечером приедешь?
- Нет, сегодня не смогу.
- Почему? Ты целую неделю
не была у нас.
- Пап, я была у вас три дня назад.
Сегодня мой доклад на конференции.
Я же тебе говорила. Ты забыл?
- Ой, да. Забыл, извини.
Вечером хотя бы позвони.
Расскажешь, как всë прошло.
И завтра вечером обязательно к нам.
Договорились?
- Да, хорошо. Мне нужно идти.
- Как прошла операция?
- Успешно. Мы заменили
повреждëнный аортальный клапан.
Дыхание и сердцебиение в норме.
К завтрашнему утру Леночку переведут
из реанимации в обычную палату,
и вы сможете еë навестить.
- Спасибо большое, Альбина Павловна.
Я знал, что Лена в надëжных руках.
Спасибо вам.
- Извините, мне нужно идти.
- Спасибо. - Удачи.
- Альбина Павловна,
подпишите, пожалуйста. - Давайте.
- Я же говорил, всë хорошо будет.
Виленская - гениальный хирург.
- Слышишь? Ну всë, всë.
- Угу.
(ведущий конференции):
- Спасибо за содержательный доклад.
Уважаемые коллеги, наш следующий
докладчик - Альбина Виленская.
Кандидат медицинских наук,
детский кардиохирург.
(зрители аплодируют)
Прошу вас.
(тихая музыка)
- Дамы и господа, за прошедший год...
- Вас не слышно!
- За прошедший год
в нашем медицинском центре
было проведено 900 операций
по коррекции врождëнного порока...
- Не слышно!
Микрофон не работает!
- Из них 690...
- Плохо слышно!
- ...инвазивным методом и 210...
- Микрофон надо было включить.
(громко):
- ...и 210 эндоскопическим.
Выполнение такой операции у детей
иногда представляет сложность.
Однако эти методы позволяют хирургу
сократить объëм вмешательства.
- Дальше.
- Дальше...
(мужской голос): - Добрый день, дамы
и господа! Здравствуйте, коллеги.
(Альбина): - Я очень боюсь
публичных выступлений.
Всегда что-то идëт не так.
Я закончила доклад и прошла в зал.
- А мне понравился ваш доклад,
Альбина Павловна.
- Спасибо. Мы знакомы?
- Нет.
Игорь Тернявский.
- Очень приятно.
(докладчик):
- А из-за отсутствия кислорода
сердце не справляется с нагрузками
и постепенно выходит из строя.
- Вы врач?
- Нет.
Я занимаюсь
медицинским оборудованием.
Но фирма надëжная, и мы работаем
с ведущими производителями.
При встрече могу
более подробно рассказать.
- Ясно. У нас уже есть поставщик.
Спасибо.
- Простите, я не это хотел, я...
- Извините, мне нужно идти.
(Альбина): Наша первая встреча
с Игорем могла оказаться последней.
Но, к счастью, всë сложилось иначе.
Подойдëте в 302-й кабинет,
а потом опять ко мне. Хорошо?
- Спасибо, доктор.
- Он тебя здесь будет ждать. Ладно?
Давай. До встречи.
(мальчик): - Спасибо.
(стук в дверь)
- Да, да, войдите. Здравствуйте.
- Здравствуйте, я хотел...
- Послушайте, я, кажется,
вам уже сказала вчера,
что нам не нужен поставщик.
- Вы неправильно поняли.
Дело не в оборудовании.
Я просто... Я вообще не понимаю,
зачем я это начал говорить.
Я просто не умею сходиться с людьми.
- Странное качество для менеджера
по продажам. Это мне?
- А, да. Да. Я не менеджер.
Я хозяин фирмы.
Я когда вас увидел вчера,
вы мне очень понравились, правда.
И я хочу вас пригласить в ресторан.
Дадите второй шанс?
- Даш, представляешь, вчера
после операции переодеваюсь,
слышу разговор двух медсестëр.
Меня обсуждают:
"Да она не красивая.
Слишком серьëзная.
Женского обаяния - ноль".
Как-то так.
- Завидуют.
- Чему?
- А что, думаешь, нечему?
Молодая, симпатичная, здоровая.
Специалист отличный.
Ещë и папа богатый!
- Как ты думаешь, я могу ещë
кому-нибудь понравиться?
- Господи, Аля! Конечно, можешь.
К нам, кстати, сегодня один
Лëшкин коллега намыливается.
Очень-очень-очень
симпатичный мужчина.
- Сегодня? - Ага.
- Я не могу.
Я к папе еду.
- Опять к папе?!
Ой, Аля, он тебя до пенсии
будет держать на коротком поводке.
Не надо. Поехали к нам.
Сейчас позвоним Лëшке.
Он шампанского купит.
- Нет. Сегодня я точно не могу.
(звук сообщения на телефон)
- Ой, и я сегодня не могу.
Поздняя роженица, 45 лет.
Двойня от ЭКО. Кесарить придëтся.
Вот современные бабы. Сначала тянут
с этим делом, а ты потом разгребай.
- Может, мне тоже родить - для себя.
- Для папы.
- А что, папа будет очень даже рад.
- Папа будет просто счастлив!
А вот ты на своëм счастье
уже крест поставила? Да?
- Может, я ещë всех вас удивлю?
- Хорошо. Где вы находитесь?
- В ресторане.
На первом свидании с Игорем.
До сих пор удивляюсь,
как я согласилась пойти.
- Я очень рад, что вы пришли.
- Благодарю. Я тоже очень рада.
(Альбина за кадром):
Сама от себя не ожидала.
Я уже и забыла, когда была
на свидании последний раз.
С Игорем оказалось так легко,
спокойно, интересно.
Я с первого взгляда поняла,
что это мой человек.
- У них прекрасный биф бургиньон,
неплохой салат с козьим сыром.
И, если вы не возражаете,
я выберу вино.
Белое, сухое.
- Как вы догадались?
- Мне кажется, что мы с вами
очень похожи.
И я выбрал то, что обычно
предпочитаю пить сам.
- Вы любите хорошую кухню?
- Да. И очень люблю готовить.
И обожаю делиться удовольствием.
- Со мной поделитесь?
- Паш, ты почти ничего не ешь.
- Аппетита нет. Совершенно.
- Это потому что Альбина
не пришла на ужин?
Паш, она уже взрослая девочка.
Она не может все вечера
проводить с тобой.
(гремит посудой)
Ей пора устраивать личную жизнь.
- А я что, против, что ли?
Как только появится порядочный
человек, я буду только рад.
Но до сих пор это всегда
заканчивалось плачевно.
- Да ты ей шагу не даëшь ступить.
Всë влезаешь со своим мнением.
- Нормально у неë всë. Она состоялась
как профессионал, как человек,
и это самое главное.
Ну а то, что моë мнение
об еë ухажëрах не меняется, -
это, получается, моя личная забота.
- Паша, она должна прожить
свою жизнь.
И получить свой жизненный опыт.
Пусть даже и негативный.
И с еë однокурсником
ты перегнул палку.
Надо было дать ей возможность
самой разобраться.
- А я, значит, в это время
должен сидеть в стороне
и любоваться, как какой-то
провинциальный хлюст
ухаживает за моей дочерью. Да?
- Сиди, сиди.
А ты допускаешь, что он любил еë?
- Я за километр вижу этих охотников
за моими деньгами.
- Когда 20 лет назад
я выходила за тебя замуж,
все вокруг тоже думали,
что из-за денег.
А я просто влюбилась в тебя,
как сумасшедшая.
(грустная музыка)
- Я бы сейчас всë отдал,
чтобы вернуть это время.
- Мы так и не поженились,
хотя прожили вместе 11 лет.
Сказала, что любит другого.
Не знаю, может быть, поэтому
перебрался в Москву,
чтобы начать всë с чистого листа.
- Ну и как вам здесь?
- Это прекрасный город для бизнеса.
Масса возможностей.
Мои дела идут так хорошо,
что я скоро смогу купить квартиру.
Единственное, что непривычно, -
быть одному.
- А как же ваши друзья?
- Пока не обзавëлся.
Знаете анекдот?
Когда видите человека,
напивающегося в одиночестве,
не спешите с выводами.
Может быть, это корпоратив
индивидуального предпринимателя.
- Мой папа говорит, что человеку
не должно быть скучно с самим собой.
Тогда другим с ним будет интересно.
- Ваш папа - мудрый человек.
- Мой папа - самый мудрый человек
из тех, кого я знаю.
- Пойдëмте.
Вижу, вы его очень любите.
- Конечно, он самый лучший
отец на свете.
- Думаю, вашему избраннику
будет непросто. - Почему?
- Потому что вы всë время
будете сравнивать его с отцом.
- Ну, если я его буду сравнивать,
тогда у него вообще не будет шансов.
Но мнение папы
для меня очень важно.
Да и к тому же, в конце концов,
он всегда оказывается прав.
- А кем он работает?
- Он... на пенсии.
А раньше был инженером на заводе.
- Опять совпадение.
- Да?
- Да.
А мой - главным технологом.
А мама?
- Мама умерла, когда мне было 10 лет,
и папа воспитывал меня один.
- Простите, мне очень жаль.
Я тоже довольно рано
потерял своих родителей...
До сих пор не могу смириться с этим.
- Такси будет через минуту.
Игорь, спасибо вам.
Это был прекрасный вечер.
- Я давно так хорошо
не проводил время.
Мне так легко с вами,
как будто я знаю вас всю жизнь.
- У меня похожие ощущения.
- Простите, на меня что-то нашло.
Меня очень тянет к вам. К тебе.
(романтическая музыка)
- Ах... Я забыла цветы в такси.
(звенят ключи)
(лирическая музыка)
- Что это у тебя?
- Список гостей на твой юбилей.
- А-ай, тоже мне. Нашли праздник.
Неужели нельзя это событие отметить
как-то тихо, по-домашнему,
в семейном кругу?
- Увы, никак нельзя. Ты, мой дорогой,
один из лучших адвокатов России.
Так что будет тебе
телеграмма от президента,
съëмки для телевидения
и банкет на 300 гостей.
Ну хорошо, на 200,
но никак не меньше.
(шëпотом):
- Наташа...
Ты ведь знаешь,
что ты красивая, правда?
Мужчины до сих пор
за тобой ухаживают?
А тебе, тебе самой,
нравится кто-нибудь?
А?
- Не говори глупостей.
Я пойду спать.
Спокойной ночи.
(хлопает дверь)
- Спокойной ночи.
(звенит трамвай)
(Альбина): - Это были
две лучшие недели в моей жизни.
Мы почти всë время были вместе
Просыпались, засыпали, готовили,
гуляли, смеялись, дурачились.
Может, ничего особенного,
если посмотреть со стороны.
Но для меня это было
что-то нереальное.
Я никогда и никого так не любила.
Вся вселенная замкнулась на нëм.
Это было такое счастье, что я никому
не хотела о нëм говорить.
Да и описать это
практически невозможно.
Никакие слова не вмещают то,
что я чувствую.
Это полëт, сказка, мечта.
- Хорошо. Что было дальше?
(Альбина): - А дальше реальность
вторглась в наше счастье.
Алло. Да, Наташ.
- Аля, отцу ночью
было плохо с сердцем.
(Альбина): - Что, приступ был?
Врача вызывали?
- Да. Приезжала скорая.
На этот раз всë обошлось.
(мужской голос): - Что случилось?
- Аля, ты одна?
- Конечно, да. Я сейчас приеду.
Папа. Пап...
Ну, как же ты меня напугал.
- Ах, так тебе и надо.
Дрянная девчонка.
Будешь знать, как бросать
отца-старика на две недели.
- Прости меня.
Прости меня, пожалуйста.
А что доктор сказал?
- Доктор сказал: полный покой.
А твой отец собирается
завтра ехать в суд.
- Папа.
- Мне уже 70 лет.
И у меня неоперабельная
аневризма аорты.
Вы прекрасно знаете, что это значит.
Осталось мне совсем немного.
И оставшееся время я совсем не хочу
проваляться на диване.
Кроме этого, я ещë ни разу в жизни
не бросал своего клиента.
- У тебя есть помощники,
целая юридическая фирма.
- Есть.
- Папа, тебе нужно себя беречь.
Хотя бы ради меня, ради Наташи.
Ты подумал,
что с нами будет, если...
- Вот, молодец. Правильно сделала,
что сама заговорила об этом.
Ты должна ведь знать,
что я составил завещание.
- Я ничего не хочу об этом слышать.
- И с Наташей мы договорились, что я
ей оставляю дом и машину в придачу.
А тебе остаëтся всë остальное.
- Пап, но это нечестно.
Наташа - твоя жена.
Ей полагается половина, наверное?
- Аль, послушай меня.
Мы с твоим отцом
уже обо всëм договорились.
Детей нам Бог не дал,
так что ты единственная наследница.
За меня не беспокойся.
Твой отец помог мне сделать карьеру,
У меня своя собственная
нотариальная фирма.
И зарабатываю я больше,
чем могу потратить.
- Завещание составлено
по всем правилам.
Хранится оно у нотариуса Митиной.
Ты знаешь еë.
Ну а теперь мы можем поговорить
о вещах более приятных.
- Да, например,
о предстоящем юбилее.
Ты, кстати, до сих пор не утвердил
список вопросов для интервью.
- Наташка! Я сказал,
о вещах более приятных!
(смеются)
- Как я рада, что ты с работы
вырвался, а то мне как-то тяжко.
Как представлю, что с папой может...
- Перестань. Перестань.
С таким диагнозом люди живут
ещë десятки лет. Всë будет хорошо.
- Ну, да, люди живут,
а некоторые уходят за один день.
Надо же режим соблюдать.
- Ну да.
- А папа рвëтся на работу.
- Ты же говорила, что он на пенсии.
- Ну, вообще-то он адвокат.
Павел Виленский. Может быть, слышал?
- Ну, конечно. А я думал,
вы однофамильцы.
- Прости, что я тебе
сразу не сказала.
- Да мне всë равно,
чем занимается твой отец.
Я уверен, что он отличный мужик,
потому что у него прекрасная дочь.
И я думаю, что уже пора
познакомиться с ним.
- Сейчас не самый подходящий момент.
- А я думаю, самый подходящий.
Я не знаю, как это делается...
Наверное, вот так.
- Ах!..
- Вот так.
Выходи за меня замуж.
Я знаю, что мы с тобой
совсем недолго знакомы,
но я совсем не могу без тебя.
Я тебя очень сильно люблю.
Я хочу, чтобы мы всегда были вместе.
- Так неожиданно.
- Я не понял, это да или нет?
- Да. Да, да!
(смеëтся)
Да.
Послушай, а у папы юбилей в пятницу.
Вот вы и сможете познакомиться.
- ЗдОрово.
- Да?
(шум проезжающих машин)
(корреспондент):
- Павел Олегович,
говорят, что каждый преступник
имеет право на адвокатскую защиту.
А вот конкретно вы
стали бы защищать,
например, организатора терактов
или убийцу детей?
- Нет, конечно. У адвоката есть
такое право - отказать клиенту.
Я такой же человек, как и все.
У меня есть свои правила.
- А если бы вы взялись защищать
и только потом узнали,
что ваш клиент виновен?
- В таком случае у меня не было бы
возможности выйти из процесса.
Что же касается клиента,
он в любой момент
может отказаться от моих услуг.
Но я клиента бросить не могу.
Я буду делать всë,
чтобы оправдать его.
- Спасибо большое. Выключай.
- А как же дело Панина,
Павел Олегович?
(тревожная музыка)
- Поздравляю!
- Спасибо. Спасибо большое.
- Поздравляю.
- Мне тоже очень приятно.
- Поздравляю с юбилеем!
Всего самого хорошего.
- Спасибо.
- Прости, я хотела
сама тебе всë рассказать.
- Ты не знаешь, с кем ты связалась.
(Альбина): - Привет.
- Здравствуй, дорогая.
- Папа, Наташа.
- Алечка. - Привет.
С днëм рождения!
- Здравствуй, дорогая.
- Всë в порядке?
(психиатр): - Так, дальше.
- Ничего не понимаю.
Как будто всë остановилось.
- Сосредоточьтесь.
Вспомните подробнее,
что произошло после того,
как вы поздоровались с отцом.
(Альбина):
- Я встретилась с Игорем.
Кто-то говорил тост.
Да, кажется, Ларионов.
Папа был в хорошем настроении.
Мы подняли бокалы.
Потом он упал.
(женский голос):
- Скорую, срочно!
(Альбина всхлипывает)
- И что?
Папа... умер?
- Да, на следующее утро в больнице.
- Почему мне раньше
никто этого не сказал?
- Потому что вы только что пришли
в себя после попытки самоубийства.
- Не было никакого самоубийства.
Я не могла выпрыгнуть с балкона.
Я врач, и я знаю цену жизни.
- А я знаю, насколько жестока
бывает жизнь.
В 10 лет вы потеряли мать.
Потом умер ваш отец.
После смерти вашей матери вы ведь
тоже пытались выброситься из окна.
(Альбина всхлипывает):
- Я просто хотела привлечь внимание.
Это не было настоящей
попыткой самоубийства.
- Возможно. Но неделю назад
вы предприняли настоящую попытку.
- Я не могла этого сделать.
(вздыхает)
Должно было произойти что-то ещë.
Мне нужно это вспомнить.
Вы поможете?
Сейчас.
- Хорошо.
Ваши веки тяжелеют. Вы засыпаете.
Перенеситесь в день
сразу после похорон отца.
- Дело в том, Аля, что твой отец
составил новое завещание.
Уже в больнице, когда перед смертью
пришëл в себя, буквально за полчаса.
И оно заверено главврачом...
- В экстренных случаях
у главврача есть такое право.
- ... и двумя свидетелями
из медперсонала.
Я должна вас предупредить,
что содержание нового завещания
для одной из вас станет
очень неприятным сюрпризом.
- Ир, не тяни, что там?
- По новому завещанию...
своей доли в наследстве
полностью лишается... Альбина.
(напряжëнная музыка)
- Альбина? Ты уверена?
Ты ничего не перепутала?
- Нет, Наташа. Тебе по-прежнему
остаëтся дом и машина.
А вот что касается доли Альбины,
включающей в себя банковские счета,
доходы от юридической фирмы,
недвижимость за границей,
то в случае отсутствия в течение
полугода иных наследников
вся она отойдëт государству.
(психиатр):
- На счëт "три" вы проснëтесь.
Раз. Два. Три.
(щëлкает пальцами)
Именно в этот день,
Альбина Павловна,
когда вы узнали о новом завещании,
вы вернулись домой
и около часа ночи
выбросились с балкона.
- Я вам не верю.
Этого не может быть.
У меня это в голове не укладывается.
Я не могла его потерять.
- Аля, мы допросили весь персонал.
Никакого кольца при поступлении
на тебе не было.
- Но я его не снимала ни разу,
это подарок Игоря.
- Здравствуйте.
- Добрый день.
- Наташ, а почему ты
привезла меня в ваш дом?
Точнее, теперь уже в твой.
- Пока поживëшь у меня.
Тебе нельзя быть одной,
ты ещë слишком слаба.
- Ну да, ты, наверное, права.
Только я не представляю,
как можно жить в этом доме без папы.
- Да, я тоже никак
не могу привыкнуть.
Мне нужно ненадолго уехать.
Справишься?
- Думаю, да.
Наташ, ты же была рядом с ним,
пока я спала? - Да.
- Почему всë-таки папа
оставил меня без наследства?
- Аля, я не знаю. Паша пришëл в себя
буквально на 20 минут,
я даже не успела
в больницу приехать.
Но врачи подтвердили, что он был
абсолютно вменяем в этот момент.
(грустная музыка)
(шелест страниц)
(звонит телефон)
- Да.
(гудки в трубке)
(шум машин)
(звонит телефон)
- Да, любимый.
Да, я уже на месте.
Конечно, буду ждать.
Давай. Всë, пока.
(сигнал сообщения)
(напряжëнная музыка)
(голос отца): - "Маша,
в начале месяца я перевëл тебе
ту же сумму, что и обычно.
Пожалуйста, подтверди получение.
Надеюсь, у вас всë хорошо.
Я часто о вас думаю
и надеюсь, что смог,
хотя бы частично,
исправить ошибку,
которую когда-то совершил".
- Зачем ты включила телефон отца?
Откуда у тебя пароль?
- Подобрала. Пароль -
дата моего рождения.
- Аля, нельзя читать чужие письма.
Думаешь, отец был бы рад, узнав, что
ты копаешься в его личной переписке?
- Я всего лишь хотела понять,
почему он лишил меня наследства.
Может, у него есть другие дети?
Внебрачные, о которых
мы ничего не знаем.
- Ерунда. Какие ещë внебрачные дети?!
(Наташу тошнит)
- Наташа, у тебя точно всë в порядке?
- Да, всë в порядке.
(напряжëнная музыка)
(тревожная музыка)
- Ну хорошо, мобильный не отвечает.
А домой? А в офис ты ему звонила?
- Послушай, живëт он
где-то в Алтуфьево.
У него дома я не была,
так же как и на работе.
Знаю только название его фирмы.
- Так это очень просто.
Мы найдëм его по реестру.
- А так можно, да?
- Конечно.
Аль, ну как так?
Ты встречалась с человеком и ничего
мне об этом не рассказывала.
- Не знаю. Я не хотела никому
ничего об этом рассказывать.
Считала правильным как можно дольше
нашу любовь держать в тайне.
Ну что, ты меня не понимаешь?
Это было для меня очень личное.
- Да. Ты всегда была не от мира сего.
- У меня какое-то
дурное предчувствие.
Может, он узнал, что я пыталась
покончить с собой
и решил, что ему не нужна
сумасшедшая жена?
- Глупости. Я в это не верю.
И он в это не поверит,
если тебя любит.
Так что не переживай,
найдëм мы твоего Игоря.
- Знаешь, что я у Наташи вчера нашла?
- Интересно... Зачем ей это?
- Похоже, она беременна.
Еë вчера тошнило.
- Так! Интересно.
От кого твоя мачеха могла
нагулять эту беременность?
- В смысле?
- Аля, девочка, ты же врач.
Ты что, не понимаешь, что твой отец
в свои 70, с аневризмой аорты
мог зачать этого ребëнка
разве что в сказке.
(напряжëнная музыка)
- Извините, это надолго?
У меня ещë много дел.
- Всë зависит от вас.
- А в чëм дело?
Почему вы меня вызвали?
- Мы провели повторную
экспертизу образцов,
взятых при вскрытии тела
вашего покойного мужа,
поскольку первая оставила без ответа
некоторые вопросы.
- Какие вопросы?
Это был сердечный приступ.
- Эксперты обнаружили
в крови вашего мужа препарат,
мгновенно провоцирующий
сердечный приступ.
И мы полагаем, что это вещество
оказалось в бокале с шампанским,
которое он выпил
за несколько секунд до инфаркта.
- Вы хотите сказать, что его убили?
- Да, вашего мужа убили.
Мы возбудили уголовное дело
по статье 115 УК РФ.
(звенящая напряжëнная музыка)
- Эй! Альбина.
- Здравствуйте, Илья Маратович.
- Рад тебя видеть.
Как я рад, что у тебя
всë в порядке. - Ваш кофе.
Вам что нибудь принести?
- Бутылочку воды.
- Не совсем всë в порядке.
Спасибо, что уделили мне время.
- Ты дочь моего друга и партнëра.
Чем я могу тебе помочь?
- Вокруг меня происходят
странные вещи,
и мне нужно во всëм разобраться.
- Ваша вода.
- Нет, спасибо, я сам.
- Я нашла в папиной электронной почте
несколько писем к некой Марии.
Каждый месяц он перечислял ей
деньги. Вы ничего не знаете об этом?
- Нет. А Наталью ты спрашивала?
- С некоторых пор
я не могу ей доверять.
Илья Маратович, вы можете
найти одного человека?
- Скажите, а в момент приступа
вы были рядом с ним?
- Нет. Я была в другой части зала.
(напряжëнная музыка)
- А кто был рядом
с Павлом Олеговичем?
Постарайтесь вспомнить.
Это крайне важно.
(напряжëнная музыка)
- Было полно людей.
Ларионов - партнëр мужа,
его жена, Зинкевич, кажется.
Да, Альбина.
Альбина была ближе всех.
- Скажите, Альбина Павловна
уже выписалась из больницы?
- Да. Она уже дома. Но у неë была
тяжëлая травма головы.
Память не восстановилась до конца,
она не может вспомнить тот вечер.
- Тем не менее я бы хотел
с ней встретиться.
Сообщите мне, когда я смогу
с ней поговорить.
- Ты понимаешь, что это значит?
Они наверняка уже подозревают меня,
а я стëрла всю его почту.
(мужской голос по телефону):
- Наташ, не волнуйся.
У меня есть знакомый айтишник.
Он сделает так,
что никто и никогда даже следов
этих писем не найдëт.
Я этим займусь.
- Они рвутся допрашивать Альбину.
Она скажет, что видела почту.
А я еë уничтожила.
- А вот этого допустить нельзя.
Бог знает, что она наболтает им
сейчас в еë состоянии.
- Кажется, она вернулась.
- Наташенька, я тебя люблю.
Ничего не бойся. До завтра.
- Давай, до завтра.
Где ты была?
- Нигде, гуляла.
У тебя всë в порядке?
Ты выглядишь расстроенной.
- Ничего, всë в порядке,
тебе показалось.
- Наташ, скажи, ты беременна?
- Аля, откуда такие странные
фантазии? Конечно, нет.
Думаю, тебе стоит продолжить
свои сеансы с Богачëвым.
- Я продолжу, не сомневайся.
Но не уверена, что Богачëв
может помочь в этой ситуации.
(напряжëнная музыка)
- Добрый день, Вадим Евгеньевич.
Прошу вас.
- Здравствуйте.
- Ваши веки тяжелеют.
Вы засыпаете.
Вспомните ещë раз события
того вечера. Что вы видите?
(Альбина вспоминает):
- Я на папином юбилее.
Много гостей. Пап, привет.
Поздравляю тебя.
- Спасибо.
(Альбина за кадром):
- Папа не в духе.
Всë в порядке?
- Да-а, всë просто отлично.
Один из гостей, правда, явился сюда
без приглашения. А так всë хорошо.
- Павел Олегович,
очень рад вас видеть.
Поздравляю с юбилеем!
- Спасибо большое.
- Здравствуй, дорогая.
Когда познакомишь со своим отцом?
- Думаю, не сегодня.
Что-то случилось, и папа не в духе.
Давай в другой раз. Хорошо?
- Да, конечно, как скажешь, любимая.
- Немедленно оставьте мою дочь
в покое и убирайтесь отсюда вон.
- Папа, что происходит?
Ты же его не знаешь.
- Это ты не знаешь,
что этому человеку нужно от меня.
Убирайтесь вон отсюда!
Пойдëм.
- Папа хватает меня за руку и уводит.
Я ничего не понимаю вообще.
- Пойдëмте в зал, пожалуйста.
Вас все ждут.
- Ты должна немедленно во что бы то
ни стало порвать с этим человеком.
- Пап, прекрати, не порть праздник.
- Пашенька, дорогой мой! Позволь
ещë раз поздравить тебя с юбилеем
и от всей души пожелать тебе
долгих лет жизни, здоровья тебе.
Всë остальное у тебя есть.
Живи в гармонии с миром
и самим собой.
- У юбиляра бокала нет. Официант!
- Спасибо большое за добрые слова,
за поздравления.
Всем спасибо за то, что вы здесь.
- За твой талант...
- Пап, возьми бокал.
- Значит, бокал, из которого
выпил ваш отец, дали ему вы?
- У него не было бокала. Игорь дал
мне бокал, я передала его папе. Да.
- За твой талант. За преданность
нашему делу. Многая лета!
(звон бокалов)
(Альбина): - Все чокаются.
Папа начинает пить.
(тревожная музыка)
Ему плохо.
- Паша! Паша.
- Скорую срочно!
- Врача!
- Папа! Папочка!
Говори со мной. Говори!
- Пожалуйста...
- Да?
Никогда не забывай,
как я тебя люблю.
- Я здесь. Я с тобой, папа. Папа...
Пожалуйста, вызовите скорую!
- Успокойтесь. Успокойтесь.
На счëт "три" вы проснëтесь.
Раз, два, три.
- Ой.
- Как вы себя чувствуете?
- Нормально, немножко голова болит.
Наташа? Илья Маратович?
А что вы здесь делаете?
- Я здесь по просьбе Натальи.
- А.
- Она переживает за тебя.
- Мы действуем в твоих интересах.
- Я ничего не понимаю.
- Альбина Павловна,
как ваш лечащий врач я считаю,
что ваше нынешнее состояние
требует пребывания в стационаре.
- А что вы имеете ввиду? Что вас
не устраивает в моëм состоянии?
- У вас бредовые фантазии.
Это подтверждают все, с кем вы
общались последние несколько дней.
- Наташа, Илья Маратович...
Подождите, если бы сейчас
здесь был Игорь...
Илья Маратович, а вы искали Игоря?
Я вас просила.
- Скажите ей.
- Альбина, я искал его,
но человека с данными,
которые ты мне дала,
не существует.
А номер его телефона
зарегистрирован на тебя.
- Ну да, конечно, всë правильно.
Ему нужна была вторая симка,
а он забыл паспорт.
Поэтому номер
зарегистрировали на меня.
- Альбина, Игоря никогда
не существовало.
При вашей травме головы -
повреждение правой лобной доли -
у людей часто возникают
так называемые ложные воспоминания.
- Ложные воспоминания?
Вы с ума сошли все, да?
Я помню каждую его чëрточку,
я помню его голос.
- Именно так это и бывает
- Простите, мы с ним жили вместе.
Он мне сделал предложение.
Он подарил мне кольцо.
Он был на папином юбилее.
Папа его видел!
- Альбина, Игоря видите только вы
и только в ваших воспоминаниях.
Вы потеряли горячо любимого отца,
и ваше бессознательное
заменило его идеальным женихом.
- Это какой-то заговор?
Я не хочу в этом участвовать.
Извините, я ухожу.
Разрешите пройти.
Не трогайте меня.
Не трогайте. Отпустите.
Да не трогайте меня!
Отпустите меня!
(кричит)
Пустите меня!
(напряжëнная музыка)
(Наташа по телефону): - Аля, ты одна?
- Конечно, одна.
(напряжëнная музыка)
(Альбина кричит)
(тревожная музыка)
Субтитры подготовила Фëдорова М.А.
"ТВ Центр", 2018 год. С.М.
- Я должна навестить
Альбину Виленскую.
Это всë какое-то недоразумение.
Вы не имеете права
не пускать меня к ней.
- Дамочка, я вам ещë раз повторяю:
это частная клиника.
Посещение разрешено
только родственникам
и только с разрешения главврача.
- Ну тогда зовите вашего главврача!
- Что у вас тут?
- Добрый день, Максим Юрьевич.
Да вот, женщина к подруге рвëтся.
В списках на посещение еë нет.
Я первый раз еë вижу.
- И больше никогда не увидите!
Зовите вашу администрацию,
или я вернусь сюда с полицией!
- Я врач этой клиники.
Что у вас произошло?
- О, послушайте.
- Мою подругу ни с того ни с сего
упекли в вашу клинику.
С ней связи никакой нет.
Я вообще с трудом выяснила адрес.
- А вы уверены, что ни с того
ни с сего? - Не смешно.
Я виделась с ней три дня назад,
она была абсолютно вменяема.
- Но иногда это ничего не значит.
- Я знаю Альбину Виленскую 10 лет,
это самый нормальный человек
из всех моих знакомых!
Мы с ней вместе работаем,
она гениальный кардиохирург детский!
- Подождите, Альбина Виленская
у нас в клинике? - Да, она самая.
Помогите мне выяснить,
что с ней произошло. - Хорошо.
- Доброе утро, Максим Юрьевич.
- Здрасте.
Вадим Евгеньевич, здравствуйте.
- Приветствую вас, Максим Юрьевич.
У вас ко мне что-то срочное?
- Да. Я разговаривал с одной
женщиной на проходной.
Она уверяет, что у нас
Альбина Виленская,
известный детский хирург.
- Да, это так.
Но это конфиденциальная информация.
Вы же понимаете, репутация
нашей клиники... - Да, да, я знаю.
Она что, серьëзно больна?
- Более чем серьëзно.
А вас почему это так интересует?
- Мы с ней месяц назад виделись.
Она оперировала нашу Лену.
Спасла ей жизнь. Мне показалось,
она абсолютно вменяемая.
- Совершенно верно заметили -
показалось.
Первые признаки болезни
часто остаются незамеченными.
Особенно у людей, которые ведут
одинокий, замкнутый образ жизни.
Так было с Альбиной Виленской, пока
она не предприняла попытку суицида.
- Кто, она?
Пыталась покончить с собой?
Вы не будете против, если я навещу?
- Буду.
Эту пациентку веду лично я.
Посторонние контакты
ей сейчас противопоказаны.
- Понятно.
- Альбина Павловна,
таблеточку примите.
(тревожная музыка)
- Ну?
- В голове не укладывается.
Неужели она хотела
покончить с собой?
- Я в это не верю. Аля - врач.
Вы знаете, что это за характер?
Это боец, у неë нервы железные.
- Да, но полностью исключать
этого нельзя.
- А вы знаете диагноз, видели карту?
- Нет, она находится в кабинете
у главврача, он лично еë ведëт.
У медсестëр только назначения.
Ей прописали очень сильный
психотропный препарат.
- Хотят сделать из неë овощ.
Хм, вот я более чем уверена, что это
еë мачеха заперла в эту клинику.
- Зачем?
- Чтобы опротестовать завещание
и получить всë наследство
Виленского.
А Павла Олеговича,
как теперь выяснилось, убили.
- Да, всë это очень странно, конечно.
Но полностью исключать,
что она больна, нельзя.
Богачëв не дурак. Он не станет
рисковать репутацией клиники.
Ладно.
- Вы мне не верите?
- Я пойду. Я позвоню, если что узнаю.
- Максим, помогите ей.
- Значит, срок два месяца?
Наташ, ну ты знаешь сама законы.
На основании этой справки
я приостановлю наследственное дело
до момента твоих родов.
И в случае рождения живого ребëнка
именно он наследует всë имущество
твоего покойного мужа.
Ты становишься его опекуном
до совершеннолетия.
- Но ты же знаешь,
что ребëнок не от Павла.
- Вы состояли в браке, беременность
наступила при его жизни.
С точки зрения закона
это его ребëнок.
(тревожная музыка)
- Альбина Павловна, здравствуйте.
Вы меня узнаëте?
(больная рядом постоянно мычит)
Простите, глупый вопрос.
Каждый день видеть столько родителей
своих пациентов, всех не запомнишь.
Альбина Павловна, я видел,
что вы не приняли лекарство.
Я не стал никому сообщать,
решил с вами сначала поговорить.
(больной):
- Дайте мою шишечку. Шишечку.
(медсестра): - Так, Зоя Степановна,
скоро пойдëм на процедуры.
- Я разговаривал
с вашей подругой Дашей.
Она очень переживает за вас.
Может, хотите что-то передать ей?
(больной): - Где моя шишечка?
Кто взял мою шишечку?
Отдайте, отдайте мою шишечку.
- Альбина.
Я на самом деле по другому вопросу.
Нужна ваша помощь.
Помните, месяц назад вы оперировали
Лену Краснову?
У неë порок сердца. Помните?
В общем, снова появились шумы,
и врачи не знают, что делать.
- Лена Краснова, 7лет, с дефектом
аортального клапана? - Да.
- Какого рода шумы? Делали ли УЗИ?
Холтер что-нибудь показал?
Возможно, это слабость
синусового узла.
Если это так, то это не опасно
и, скорее всего, пройдëт само.
Кто сейчас еë лечащий врач?
- Вы же абсолютно нормальны.
- Светлана Андреевна!
- Да?
- Максим Юрьевич.
- Я вас умоляю, не выдавайте меня.
- Да.
- Можно вас?
(женский голос):
- Быстро открыла рот.
Я сказала - открыла рот!
Вода - запивай.
- Я сама.
- Знаю я, как сама.
Давай глотай.
Глотай, говорю!
- Что здесь происходит?
- Максим Юрьевич.
Вот, не хочет принимать лекарство.
- Вы унижаете еë человеческое
достоинство. Вы не видите, что ли?
- У меня шесть палат
с таким достоинством.
Прикажете по часу с ними возиться?
- Прикажу, если хотите
здесь работать.
Отдайте мне лекарство,
я сам всë сделаю, вы свободны.
(напряжëнная музыка)
- Спасибо. Я каждый день здесь
пытаюсь не потерять себя,
вспоминаю всë, что было хорошего
из нормальной жизни.
Книги, прогулки,
ирисы у папы на даче...
Чтобы на самом деле не сойти с ума.
- Я могу вам чем-то помочь?
- Мне нужно позвонить.
У вас есть телефон?
(звонит телефон)
- Да, Максим Юрьевич.
- Даш, привет, это я. - Аля!
- Послушай, у меня мало времени.
Ты можешь мне помочь?
Нужно зайти в папину почту.
Я, правда, не знаю пароль.
Наверное, скорее всего,
это дата моего рождения.
- Не волнуйся, всë сделаем, у меня же
дома компьютерный гений. Давай.
- Там нужно найти письмо
к некой Марии.
Запиши, пожалуйста, адрес.
Так. П, точка, Виленский,
"собака", джимейл, точка, ком.
Записала?
- Да.
- Я знаю, что читать
чужие письма - это плохо,
но папы ведь больше нет.
- Аля, это было убийство.
Заведено уголовное дело.
- Что?..
- Наталья тебе ничего не сказала?
Я пытаюсь выйти на следователя.
(стук в дверь, медсестра):
- Максим Юрьевич. - Да-да.
- Вы нужны в четвëртой палате.
- Да, я сейчас подойду туда.
- Папу убили. У меня это
в голове не укладывается.
- Тихо, тихо. Только держитесь.
- Спасибо.
Вам нужно идти? Идите.
Иначе я потеряю последнюю связь
с внешним миром.
- Я вам очень сочувствую.
Держитесь.
(нервная музыка)
- Угу. Всë стëрли. Зря старались.
- Пусто.
- Угу.
- Восстановить сможешь?
- Мам, а ты вообще в курсе,
что это, мягко говоря, незаконно?
Статья 272,
от шести месяцев до года.
- Тëма, от этого зависит
жизнь человека.
- Хм. А вот это уже интересно.
Тут поработали профессионалы.
Протокол изменëн.
- Восстановишь?
- Мам, это сутки за компом торчать.
А у меня на носу сессия.
- Тëма, я знаю твою сессию.
Всю ночь в игрушки рубишься.
В кои-то веки мать
тебя о чëм-то попросила.
- Ну, ладно, ладно. Я попробую.
Но не обещаю.
(грустная музыка)
- Нина Андреевна.
(больной): - Где моя шишечка?
Шишечку дайте, дайте мою шишечку.
Шишечку дайте.
- Альбина.
Это вам.
- Спасибо. Вы очень внимательны.
Наверное, ваши пациенты
в вас души не чают.
(смеëтся): - Мои пациенты -
специфическая публика.
К тому же в последнее время
все мысли только об одной из них.
Я хотел вам сказать, вам прописаны
препараты, вызывающие тремор рук.
Если его не будет,
врач или медсëстры заподозрят,
что вы не принимаете лекарства.
- Тремор - это так?
- Да, но не так сильно.
Извините, просто хотел показать.
- Я прошу прощения.
Это просто дурные воспоминания.
- Вы что-то вспомнили?
- Мужчина, который брал меня
так же за руку,
пытался меня убить,
столкнув с балкона.
- Вы кому-нибудь рассказывали?
Родственники, следователь
должны знать об этом.
- Я же сумасшедшая,
мне никто не поверит.
Они пытаются меня убедить, что его
вообще никогда не существовало.
А папа всегда говорил,
что со мной мужчина
может быть только из-за денег.
Я не верила, думала,
что меня можно просто полюбить.
Я ошибалась.
- Послушайте, Альбина,
вы самая невероятная женщина,
которую я встречал в своей жизни.
Вы кажетесь сильной,
а на самом деле вы хрупкая.
Вас хочется защищать, вас...
Тихо, тихо, тихо.
- Максим Юрьевич!
- Да-да.
Это ужасно, что вы тут оказались.
- Ты бледная,
опять не спала, Наташенька.
Надо беречь себя и нашего ребëнка.
Это сейчас самое главное.
- Я так устала прятаться от всех,
скрывать наши отношения,
всего бояться.
- Это скоро закончится.
И мы будем с тобой вместе навсегда.
- Как Альбина?
- Она в клинике у Богачëва.
У неë бредовое расстройство.
Посадили на галоперидол.
Представляешь, выдумала себе
какого-то жениха Игоря.
Всë время говорит о нëм.
- Правда?
Бедная девочка.
Наташа, ты всë сделала правильно.
Ты спасла еë от тюрьмы.
- Да.
Только, знаешь, я до сих пор не могу
поверить, что она могла это сделать.
(тревожная музыка)
(звук открывающейся двери)
(напряженная музыка)
(Альбина пытается кричать)
(напряженная музыка)
- Здравствуйте, Светлана Андреевна!
Как ночь?
- Здравствуйте, Максим Юрьевич.
Без эксцессов.
- К Зое Степановне приходил
чëрный человек? - Не жаловалась.
- Прекрасно,
значит, препарат работает.
А что Альбина Виленская, как она?
- Тоже. Спала спокойно.
- А что она так лежит?
Что с ней?
- Опять таблетки выплюнула.
- Чëрт...
(женский голос): - До свидания.
- До свидания.
(напряжëнная музыка)
- Альбина, Альбина, что с вами?
Вызывайте реаниматологов, быстро!
Быстро, быстро!
(напряжëнно-тревожная музыка)
Я обнаружил еë 20 минут назад.
- Мне уже доложили. Что с ней?
- Судя по-всему, медикаментозное
отравление. Слабый пульс есть.
Попробуем откачать.
- Медсëстры мне сказали,
что вы общались с Виленской,
несмотря на мои запреты.
Зачем вы вмешивались?
- Вадим Евгеньевич. - Что?
- Да, я с ней общался и знал,
что она не принимает лекарства.
- Что? Вы понимаете,
что вы наделали?
Она копила лекарство для ещë одной
попытки суицида, а вы молчали?
Если пациентка умрëт,
это будет на вашей совести.
- Просто у меня были сомнения
по поводу правильности диагноза
и назначенного лечения,
Вадим Евгеньевич.
- Я вам должен, как первокурснику,
напоминать,
что пациенты могут быть
хитрыми и лживыми?
Что она вам наговорила?
Вокруг неë плетутся интриги?
Она не доверяет родным? Что?
- Что еë пытались убить.
- Да? Не Игорь, случайно, еë жених?
- Да, Игорь.
- Игорь - еë ложные воспоминания.
Замена погибшего отца.
Она приписывает ему
все свои действия.
У Виленской ярко выраженный бред
и мания суицида.
Короче, если она не выкарабкается,
я немедленно ей назначу
электросудорожную терапию. А вы...
- Я готов понести наказание.
Вплоть до увольнения.
- Работайте. Пока.
(шум улицы)
- Даша. Даш!
- Максим, у меня такие новости.
Представляете,
оказывается, что Виленский...
- У меня тоже плохие новости.
Альбина чуть не погибла.
- Как?
- А вот так.
Сегодня ночью попыталась опять
покончить жизнь самоубийством.
Таблетки копила и приняла все разом.
- Как она?
- В коме.
Это я виноват.
Поверил в еë фантазии.
Думал, Богачëв ошибся с диагнозом.
А у неë на самом деле бредовое
расстройство и мания самоубийства.
- Богачëв?
- Да, наш главврач.
- Смотрите. Это распечатки
писем Виленского.
Не спрашивайте, откуда они у меня.
Оказывается, что последнее письмо
он написал Марии Богачëвой.
- Интересно. - Он за что-то ей
долгие годы переводил деньги.
Нужно выяснить, как связаны
Богачëв и Виленский.
(интригующая музыка)
- Зачем вы меня связали?
- Для вашей же безопасности,
Альбина Павловна.
Вы опять пытались лишить себя жизни.
- Это неправда.
Приходил какой-то мужчина,
меня хотели убить.
- Это был Игорь?
- Нет, я не видела его лица.
- Успокойтесь.
- Я не знаю.
Отпустите меня, пожалуйста.
- Наверняка это был он.
(Альбина плачет)
- Но не волнуйтесь,
Игорь вас больше не потревожит.
- Что вы делаете?
- Сегодня ночью вы будете
спать спокойно. Отдыхайте.
(грустная музыка)
- Вероятно, вас интересует
коллекция моего мужа? Проходите.
Проходите. Я ждала, что кто-то
проявит к этому интерес.
Уникальное собрание художников
времëн перестройки.
- Мария Александровна, дело в том,
что мы... - Мы журналисты.
Мы готовим большой материал
о Павле Виленском.
- Я не собираюсь обсуждать
это с журналистами.
Попрошу немедленно
покинуть мой дом.
- Хорошо. Тогда завтра я напишу,
что у вас была внебрачная связь
и общий ребëнок
с Павлом Виленским.
Ой, наша аудитория
просто обожает такие истории.
- Я подам на ваше издательство
в суд за клевету.
- Мария Александровна, он переводил
вам деньги каждый месяц много лет.
У нас доказательства есть.
Это что, были алименты?
- Вы с ума сошли? Паша переводил мне
проценты со счëта,
который принадлежал
моему покойному мужу.
Вот они, мальчики:
Паша Виленский, Никита Панин
и Женя Богачëв, мой муж.
Дружили с первого курса
юридического.
Павлик был целеустремлëнным.
Ещë в школе мечтал стать адвокатом
и никогда с этой дороги
не сворачивал.
А Никита с Женей в конце 80-х
подались в бизнес.
- В какой? - Привозили в Союз
первые партии компьютеров.
Дела у них шли хорошо.
Правда, потом...
Никита поссорился с Женей.
- Скажите, а когда я смогу
побеседовать с вашей падчерицей?
- Боюсь, это невозможно.
Альбина сейчас находится
в частной психиатрической клинике.
Она невменяема.
Я оформляю опеку.
- Очень жаль. Я надеялся, что она
сможет прояснить мне один момент.
На входе, как вы знаете,
имелся список гостей.
Мы идентифицировали всех,
кроме одного.
- Кого?
- Игоря Тернявского.
(пронзительный звук)
- Киллер промахнулся. В плечо мужу
попал. Его на второй день взяли.
Он сразу указал на Панина
как на заказчика. Был суд.
Защищал Панина Паша Виленский.
И добился полного оправдания.
- А Виленский знал,
что он защищает убийцу?
- Нет. Панин всë отрицал.
Паша думал, что Никиту
подставили конкуренты.
(Даша): - Значит, Виленский
выиграл процесс?
- Да. Панина освободили.
И он довëл дело до конца,
мужа убили.
- Поэтому он платил вам все эти годы
деньги, пытался загладить свою вину.
- Нет. Он отдавал то,
что принадлежало мне по праву.
В конце 1993-го мой муж и Панин
вывезли капиталы за границу
и уговорили Пашу Виленского
стать третьим бенефициаром
счëта в швейцарском банке.
Это были неспокойные времена,
и всякое могло случиться.
- Получается, когда вашего мужа
не стало, Панина посадили в тюрьму,
Виленский завладел всеми деньгами?
- Да нет.
Он поступил как благородный человек.
Он ни копейки не взял оттуда.
Правда, жену Панина он не нашëл.
Она сбежала от кредиторов
и так и пропала.
А мне эти деньги помогли
поставить сына на ноги.
- Ваш сын -
Вадим Богачëв, психиатр?
- Да. У него сейчас
собственная клиника.
Я им очень горжусь.
- Что вам нужно?
- Хочу вам кое-что показать.
Вот запись с камеры наблюдения.
На ней человек,
который пытался убить Альбину.
- Возможно, это санитар.
- На видео из палаты ничего не видно,
было слишком темно.
Но я уверен, что этот человек
не из нашего персонала.
- С чего вы вообще решили,
что еë кто-то хотел убить?
- Я был у вашей матери. Она мне
рассказала, как Виленский помог
выйти на свободу
убийце вашего отца Панину.
- Вы думаете, что я хотел убить
Виленскую, чтобы отмстить за отца?
Послушайте, у вас фантазии
похлеще, чем у наших пациентов!
- У вас были возможность и мотив.
- Вы знаете, что мама вам
не всë рассказала?
После убийства отца был
второй процесс над Паниным.
И защищал его Виленский,
но проиграл.
Панина осудили, он умер в тюрьме.
Правосудие свершилось.
У меня нет мотива.
- Но это всë равно не помогло
вернуть вашего отца.
- Прекратите строить из себя
Шерлока Холмса.
Если бы я хотел убить Альбину,
я бы не стал так глупо
подставляться под камеру.
- Хороший аргумент, все в него
поверят, особенно после того,
как вы сотрëте память Альбине
электрошоком.
- Поверьте мне,
что для неë будет лучше,
если память к ней
вовсе никогда не вернëтся.
Я сейчас вам тоже кое-что покажу.
Сядьте.
И посмотрите. Вот.
- Что это?
- Смотрите.
- Пап, возьми бокал.
- Значит, ваш отец выпил из бокала,
который дали ему вы?
- У него не было бокала. Игорь дал
мне бокал, я передала его папе. Да.
- Она убила своего отца.
Дала ему отравленный бокал.
Хотя в еë воспоминаниях это сделал
какой-то мифический Игорь.
Вы думаете, почему Виленский
в последний момент
лишил еë наследства?
Потому что он знал: убийца - она.
- Зачем ей убивать отца,
я не понимаю.
- Он следил за каждым еë шагом.
Не давал устроить свою личную жизнь.
Не удивительно, что со временем
у неë развилась
неосознанная глубокая
ненависть к нему.
Мне каждый день звонит следователь.
Хочет еë допросить.
А я пытаюсь спасти Виленскую
от суда, казëнной психушки и позора.
- Отмените электрошок,
Вадим Евгеньевич,
и выясните, кто заходил
к ней в палату.
- Слушайте, Краснов, хватит, а.
- Вы, похоже, увлеклись пациенткой
и демонстрируете
полную профнепригодность.
В общем, так, вы больше не работаете
в моей клинике. Свободен.
- Откуда у вас переписка Виленского?
- Это неважно.
- Это очень важно,
Дарья Михайловна.
Вы должны сказать, каким образом
к вам попали эти письма.
- Я не могу вам этого сказать.
Мне их прислали по почте,
я даже не знаю кто.
Но то, что там написано, -
это абсолютная правда.
- А я не могу верить вам на слово.
Через пару дней эксперты
либо подтвердят, либо опровергнут
вашу информацию. Я вас вызову.
- А у нас нет пары дней,
Альбина в опасности.
Поезжайте в клинику.
Она подтвердит всë, что там есть.
- Я разговаривал
с еë лечащим врачом.
Альбина Виленская страдает
расстройством памяти,
галлюцинациями
и манией самоубийства.
А закон запрещает допрашивать людей
в таком состоянии.
И к тому же еë признают невменяемой,
и я не смогу приобщить
еë показания к делу.
Это неправда.
Она абсолютно вменяема.
- А вы хотите, чтобы я верил вам,
а не врачу?
- Между прочим, этот врач -
сын женщины,
с которой долгие годы
переписывался Виленский. Вот...
- Мы это проверим, как только
эксперты восстановят его почту.
- Похоже, вы совершенно
не собираетесь
разыскивать убийцу Виленского!
- Собираюсь.
Только у меня 200 человек
подозреваемых и очень мало времени.
- Пожалуйста, назначьте
повторную экспертизу Альбине.
- Хорошо, но это займëт пару недель.
- Нет, это очень долго.
- Это всë, что я могу, извините.
- Ну пожалуйста, послушайте...
- Хорошего вам дежурства.
(хлопают двери)
- О, привет, Игорëк. - Привет.
- Я на минуточку.
Главный сказал, чтобы духу твоего
здесь не было.
- Да я и не рвусь. Ключи забыл
запасные от машины в бытовке.
Может, сходишь сам?
- Ладно, так и быть, схожу.
Ты тут подожди.
- Хорошо.
(интригующая музыка)
- Альбина. Альбина, проснитесь.
- Что происходит?
- Тихо, тихо, тихо,
только ничего не говорите.
Я вытащу вас отсюда.
Камеры я выключил.
Потихонечку, аккуратненько,
тихонько.
Только тихо, тихо, тихо. Сюда.
(щëлкает замок в двери)
Пойдëм туда.
(тревожная музыка)
Видите лестницу?
Спускайтесь вниз по лестнице
и ждите меня внизу. Хорошо? - Ага.
(напряжëнная музыка)
- Зачем ты пришëл? Тебе сюда нельзя.
Куда ты эти ключи засунул?
Нет их нигде.
- Прости, Игорëк,
в сервисе забыл, я вспомнил.
Пойдëм. Прости.
Тихо, тихо. Тихо.
Туда.
(тревожная музыка)
Садись туда, вперëд.
- Да.
(динамичная музыка)
- Хорошо, что Максим тебя вытащил,
иначе твоя Наталья и Богачëв
довели бы дело до конца.
- Ты думаешь, они заодно?
- Не знаю.
Но каждый из них
мог желать твоей смерти.
Наливайте.
- Альбина, у нас мало времени.
В клинике, наверное,
уже обнаружили пропажу.
Сначала будут сами искать,
потом полицию вызовут.
Надо придумать, куда вас спрятать.
- Что тут думать?
Я еë завтра на дачу отвезу.
Там Тëма и Лëшка.
Они тебя в обиду не дадут.
Я тебе сейчас кое-что покажу.
- Максим, спасибо вам.
Вы всем из-за меня рисковали.
- Главное, что вы живы.
(звонит телефон)
- Да, Марин.
Чего? Да нет,
я ещë не освободился, нет.
Когда буду, не знаю.
Ты меня не жди. Ложись спать.
Ага.
- У вас жена и дочь, а вы рискуете
из-за меня. Это неправильно.
- Нет, это... Это Марина, сестра моя.
Переехала ко мне жить.
Я никогда не был женат.
Так сложилось.
- Вот. Полюбуйся на свою Наталью.
Твой отец нанял детектива,
чтобы за ней следить.
Это было в его почте.
- Я должна срочно поехать к ней
и с ней поговорить.
- Ты что, рехнулась, ночью?
- Либо Наташа виновна в смерти папы,
либо ей может угрожать опасность.
(шум машины)
(звонок в дверь)
(тревожная музыка)
- Альбина, что ты здесь делаешь?
Ты должна быть в клинике.
- Кто это на фотографии?
- Откуда у тебя эти фотографии?
- Кто это?
- Это Володя.
- Отец твоего ребëнка?
Это Игорь. Мой жених.
(звенящая напряжëнная музыка)
- Мы познакомились три месяца назад.
У меня сломалась машина.
Володя остановился,
предложил помощь.
За час, пока мы ждали эвакуатор,
у меня сложилось впечатление,
что я знаю его всю жизнь.
Я влюбилась.
Потом мы встретились ещë раз,
и ещë раз.
Я хотела прекратить это,
предлагала расстаться,
но он не отпускал меня.
Говорил, что любит,
что не может жить без меня.
А потом я забеременела.
Это было абсолютным чудом.
После стольких попыток...
Я хотела сама всë рассказать Паше,
но... не успела.
- Зачем ты позвала его?
- Кого? - Любовника своего.
- Я удивилась, когда увидела
Володю на приëме.
Но он сказал, что пришëл туда
как журналист, по долгу службы.
- Ну, конечно. Это я внесла его
в список гостей.
- Но зачем мы
понадобились ему обе?
- Павел Олегович
получал письма с угрозами.
Его обещали лишить всего,
что ему дорого.
- Вы думаете, что Володя,
то есть Игорь,
писал эти письма?
- Наверняка.
Он столкнул меня с балкона,
он пытался убить меня в клинике.
Ты рассказывала ему,
какие препараты мне были назначены?
- Я ему всë рассказывала.
(Наталья плачет)
Я ему всë рассказывала.
И то, что....
И то, что у Паши больное сердце.
Господи, это я во всëм виновата...
(Наталья кричит)
- Наташа, что с тобой?
- Живот.
- Максим, вызывайте скорую.
Тихо, тихо, тихо. Дыши, дыши.
- Как больно!
- Мы установили личность
подозреваемого.
Это... Чëрт, где оно? А.
Николай Панин.
- Николай?
- Николай.
Досье у него богатое.
Мухлевал с кредитами,
но всегда выходил сухим из воды.
И на сегодняшний день он должен
банкам около 5 миллионов рублей.
- Теперь понятно, почему папа
лишил меня наследства.
Он хотел, чтобы Игорь,
то есть Николай...
потерял ко мне интерес.
- Да, но Павел Олегович не знал,
что его жена беременна
и что его завещание потеряет силу.
И как только Наталья и еë ребëнок
оказались наследниками
состояния Виленского,
вы стали для Панина ненужным
и опасным свидетелем.
(Альбина вспоминает):
- Я ничего не понимаю.
Мне не нужно это наследство,
но почему папа так поступил?
Что, это из-за того, что он увидел
нас вместе на своëм юбилее?
Я не смогу всë это пережить.
- Ты права. Не переживëшь.
(Альбина кричит)
(тревожная музыка)
(Игорь насвистывает)
- Я почти уверен в том, что если бы
наследство получили вы,
то жертвой Панина стала бы
Наталья Виленская.
- Но ведь папино наследство
не настолько велико,
чтобы пойти на двойное убийство.
К тому же, как я понимаю, Панин
всë время был на грани разоблачения.
- Убивают и за меньшее.
Но дело здесь не только в этом.
В 90-е отца Панина осудили
за убийство делового партнëра,
Богачëва.
Защищал Панина Виленский.
- Да, я знаю,
папа проиграл тогда это дело.
- Не просто проиграл,
Альбина Павловна.
Чаю хотите?
- Нет, спасибо.
- Мы подняли
все материалы того дела.
Похоже, ваш отец специально
не вызвал в суд свидетеля,
который должен был обеспечить
Панину подложное алиби.
- Папа нарушил
адвокатскую этику?
- Ваш отец оказался
в сложном положении.
Но он решил, что убийца
должен быть наказан,
даже если это
ближайший друг и доверитель.
- Это решение дорогого ему стоило.
- Мы пока не стали объявлять
официально в розыск Панина-младшего.
Ну, чтобы его не спугнуть.
Но разослали ориентировки.
И если он в Москве, то мы
его возьмëм в ближайшее время.
А к вам пока приставим охрану.
- Я очень рада, что с вами
всë в порядке.
- Может, не стоило его спасать?
Я просто не представляю, как я дам
Пашину фамилию ребëнку его убийцы.
- Наташа, у тебя родится
маленький человек.
Это же гораздо важнее,
чем фамилия, обстоятельства.
Я была у следователя. Он сказал,
что они скоро найдут Игоря.
То есть Владимира.
И этот кошмар наконец закончится.
- Спасибо тебе.
Спасибо тебе огромное.
И прости меня за всë.
Я правда хотела тебе добра.
- Я знаю.
Может, мне остаться?
- Нет. Со мной Даша.
И меня охраняют.
А тебя Максим ждëт.
Мне кажется,
вы очень подходите друг другу.
- Так, не надо забегать вперëд.
- Мне кажется,
ты заслуживаешь счастья
и ты его обязательно найдëшь.
- Очень на это надеюсь.
- А я в это верю.
(смеются)
Всë, беги, уже поздно.
- Ну ладно. Спокойной ночи.
- Давай.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Ну что, всë нормально?
- Хорошо.
Наконец-то я это могу сказать.
Наташе уже лучше.
Сказали, что ещë пару дней еë
подержат в больнице, дальше выпишут.
- Ну неделька выдалась, конечно.
- Да...
- Простите, а вы не подскажете...
Ч-ш, ч-ш, ч-ш.
Тихо. Тихо.
Вот так.
(тревожная музыка)
(хлопнула дверь)
- Ах!
- Что такое, любимая?
Ты что, не рада меня видеть?
А, это?
Тихо, тихо, оп.
- Что ты, рада.
- Да?
- Как ты меня нашëл?
- А я запеленговал твой телефон.
Давно.
Но ты прости меня.
Я просто так переживал за тебя,
поэтому я должен был знать,
где ты находишься.
Ну, как там наш малыш, а, как он?
- Я... Я потеряла ребëнка.
(напряжëнная музыка)
- Я же просил тебя,
просил быть осторожнее.
Да?
(Альбина):
- Как я уже соскучилась по работе.
- Ну а что мешает?
- Панин ведь должен думать,
что я ещë в психушке.
- А. Ну да.
Слушай, а мы ведь
в этом здании познакомились.
Впервые тебя увидел здесь.
Я тогда подумал:
какая удивительная женщина.
- Почему же ты сразу не признался?
- Я постеснялся. - Да?
- Я почему-то был уверен,
что у тебя точно кто-то есть.
- Ты думаешь, это судьба?
- Не сомневайся.
- Ах! - Что такое?
- Я забыла.
Я забыла отдать
Наташе симку новую.
- Подожди, может, завтра?
Она уже спит, наверное.
- Нет, она очень просила.
Я сейчас быстро, ладно?
- Ладно, я тогда у машины подожду.
- Да, хорошо. - Давай.
- Ну и что теперь будет
с наследством твоего мужа?
- Это единственное,
что тебя беспокоит?
Последнее завещание
снова имеет силу.
Ты ничего не получишь.
- Ты ошибаешься. Альбина ведь жива.
Ложись аккуратненько, давай, давай.
Давай, давай ложись.
Вот так, хорошо.
Суд пока не признал еë
недееспособной.
Значит, она сможет выйти замуж.
Правда?
Я думаю, она будет очень рада
увидеть своего пропавшего жениха.
Аккуратненько, чуть-чуть вот так.
(Наталья кричит)
(тревожная музыка)
- Наташа, всë в порядке? Ах!
- Тихо, тихо.
(Альбина кричит)
- Стоять! Ты же будешь умничкой,
правда? Кричать не будешь?
Правда?! Молодец.
На ловца и зверь бежит.
Тихо! Спокойно.
- Тебя же ищет полиция.
Тебе всë равно далеко не уйти.
- А мне везëт.
- Зачем тебе меня убивать?
Я же сумасшедшая.
Мне всë равно никто не поверит.
(стучит по стене)
- Да потому что ты дочка своего отца.
Потому что ты из богатой
и обеспеченной семьи.
Ну, когда-то и я был из такой.
- Игорь, послушай, не надо.
- Потому что твой отец нас предал.
- Не надо.
- Да, предал нас. Когда мы с матерью
скрывались от кредиторов,
он тратил наши деньги.
Ты понимаешь?
Моя мама умерла в грязной
провинциальной больнице!
А меня сдали в детский дом.
И вот тогда-то я понял,
какова жизнь на самом деле!
- Это неправда!
(выстрел)
(тяжело дышит, плачет)
- Друзья, минуточку внимания.
Дорогие молодожëны!
- Да.
- Альбиночка, Максим, по-здрав-ля-ю!
- Спасибо.
- Слушайте, вы прекрасная пара.
- О.
- Ну ещë бы!
- Я абсолютно уверен,
что вы будете счастливы.
Я жалею только об одном:
что Павел не дожил до этого дня.
Берегите друг друга, ребята.
Счастья вам.
- Ну.
- Давайте.
- Чин-чин!
(звон бокалов)
- О-о.
- Что так всë горько?
- Горько.
- Всë горько.
- Горько. Салат горький,
всë горько, горько.
(все):
Горько, горько!
Раз, два, три, четыре пять...
- Мама, мама...
- Тише, тихо.
- Мама, мама.
- Ч-ш-ш, тихо.
(плач малыша)
- Давай садись. Не поела, вскочила.
- Дорогие мои, давайте
пока выпьем за Наташу
и моего маленького братика.
- Да, давайте.
(звон бокалов)
- За Наташу.
(спокойная музыка
Алексея Артишевского)
- Спасибо, что уговорила
меня рожать.
Ты моë самое большое счастье.
- Наше счастье.
Да? Ты наше
самое лучшее наследство.
 

////////////////////////////