Семейный подряд (2025 год). Фразы и цитаты из сериала

Если ипотека есть, а работы нет, ты готова схватиться за любое предложение. Богатому дачнику нужна в услужение семейная пара? Саша согласна! Вот только муж сбежал, а условия жесткие: или вы семья, или ищем других. Остается где-то раздобыть непьющего, рукастого, заинтересованного в работе мужчину, да еще чтоб не приставал к женщине, которая три месяца спит с ним в одной кровати. Такие вообще существуют? И если даже найдешь, как выдать его за мужа и не попасться?

1-4 серия

Все фразы и цитаты

 СЕМЕЙНЫЙ ПОДРЯД
- Сколько там, Саша?
- Почти норма.
- У меня же сегодня
ещё на ночь укол. Придёшь?
- Приду.
- Ну спасибо.
Полюбуйся-ка, какой синячище
мне ваша Римка поставила.
Как всадила иглу,
так я даже подпрыгнула.
- У, неблагодарная!
У самой живого места нет,
колоть некуда, а я виновата.
Кузнецова, к Вере Ивановне.
- Закончу - приду.
- Потом закончишь. Пошли.
(интригующая музыка)
- Садись. Римма,
тебе заняться нечем?
- Я профсоюз.
- Ну что, Александра,
я тебя предупреждала.
- Не рой другому яму.
- А в чём дело?
- А то ты не знаешь!
Генерал забрал своё заявление.
- Ну забрал. Есть моё.
- Ну а твоё, милая моя,
без генерала ничего не стоит.
- А если я напишу, что ты
в шестой палате деньги украла?
- Помолчи минутку, Марина Витальевна.
- Я же ещё и "помолчи"?
На вас бы посмотрела.
- Как ни крути, Вера Ивановна,
Кузнецова написала на коллегу донос,
прославила всю больницу.
- Пятно на весь коллектив.
- Просили её, умоляли.
Чуть до суда дело не дошло.
(Марина):
- Не вышло по-твоему, Сашенька.
- Да замолчите вы обе, сороки!
Александра, я тебе зла не хочу,
но историю эту
надо как-то заканчивать.
Иди к главврачу,
говори, что ошиблась.
- Это всё? У меня полно работы.
- Я тебя отстраняю.
Заберёшь заявление -
вернёшься к работе.
- И извинишься. Вера Ивановна,
как мы с ней после этого?
На весь коллектив ославила.
- Потерпишь.
Ты меня поняла?
- Я видела, как она брала деньги.
Я с воровкой работать не могу
и вам не советую.
- Вот ведь тварь неуёмная!
Я вас всех предупреждаю:
если вы её сейчас не заткнёте,
будет вам суд за клевету.
Моя очередь.
- Как же ты меня достала, Кузнецова!
Или сейчас ты идёшь к главврачу
забирать заявление, или...
- Собираешь вещи.
(волнующая музыка)
- Ну что так поздно, Александра?
Мы чуть не ушли.
- Не ждала гостей. Ты с подмогой?
- Одному скучно.
Ну что, нашла Славку?
- Нет, не нашла.
- То есть хочешь сказать,
не знаешь, где твой муж прячется?
- Бывший муж.
- А меня ваши дела не колышут.
Я слышал, кстати, он там чего-то
с Кристинкой Моргуновой, да?
- Вот у неё и спрашивай.
- Пятьдесят тысяч. Сейчас.
- Слушай, Макс, подожди.
Ведь он брал не только у тебя,
всё, что было, я уже раздала, Макс.
- А мне что с этого?
Пятьдесят тысяч.
- Слушай, я у тебя ничего не брала.
Меня с работы уволили.
- Да ладно, чего ты, новую найдёшь!
- Где я найду новую? В Борисове
одно учебное заведение - медучилище.
Медсестёр больше в городе
в два раза, чем работы.
- Расчёт получила -
значит, деньги есть.
- А ипотека?
Чем я буду платить за ипотеку?
- Пятьдесят тысяч. Сейчас.
(женский голос поёт):
- "Вы подарите мне лишь миг
Любви неистовой.
Покорной буду и ручной,
И буду искренней.
Пойду за вами сквозь года,
Вы только взглянете.
Пообещайте мне, прошу,
Что не обманете.
Я этот путь пройду сама
Без всякой робости.
Вы подарите мне любовь
На краю пропасти".
(водитель):
- Вокзал. Борисов. Конечная.
(женский голос поёт)
- "И на мгновение одно
Застынем в вечности.
Вдвоём мы будем в этот миг,
Как в бесконечности.
Позвольте мне коснуться вас
Душою раненой,
Ведь я готова навсегда
Быть одурманенной.
Пусть ветры кружат над землёй,
Пусть звёзды падают,
Я вашу боль возьму с собой.
Она - награда мне".
- Кузнецова? Сашка?
- Филипп! А ты как здесь? Болеет кто?
- Тьфу-тьфу-тьфу, нет.
Да я к директору по делам.
А ты чего? Сюда, что ли, перевелась?
В инфекционку?
- Вообще, спасибо и на этом,
сидела без работы.
- Санитаркой?
- Ну, вроде того.
- А я вообще-то тебя искал.
Мне Машка сказала, тебя уволили,
я хотел тебе работу предложить,
а ты телефон отключила - и молчком.
- Ну, пришлось:
Славкины друзья одолели.
- Понятно. Есть у тебя минута?
- Вообще-то нет.
- Тридцать секунд?
- Давай.
- Значит, смотри, у меня клиент,
москвич Дружников,
летом живёт у нас
в коттеджном посёлке
рядом с моей тёщей.
Я ему когда-то помогал,
лет пять назад, дом оформлять.
Короче, у него прошлым летом
работала пара, Самойловы.
В этом году не смогли, отказались.
И он попросил кого-нибудь
вместо них подыскать.
Вернее, не кого-нибудь,
а семейную пару.
Жена чтобы готовила, по дому
убирала, а муж на машине возил,
ну там, в саду работал.
- Сколько платят?
- Сто пятьдесят на двоих. Хотите?
- Ты спрашиваешь?
- Ну вот. Только чтобы строго
семейная пара.
- Почему?
- Там у него для прислуги
специальный флигель.
И только одно помещение, ну, студия.
Чужого мужика не подселишь.
- Филипп, а сколько народу в доме?
- Ну, считай: сам Лев Юрьевич,
внук, лет шесть где-то ему примерно,
и Инна Павловна, гувернантка.
- Гувернантка? А внук что,
без матери?
- Ну, там трагедия в семье.
Жена Дружникова вместе с сыном
разбились на машине насмерть.
Невестка пропадает чёрт знает где,
я её сам ни разу не видел.
Так что, берётесь? Или тебе
со Славкой надо посоветоваться?
- А что советоваться?! Такие деньги!
- Да я тебе говорю, мужик отличный.
Давай помогу.
А, слушай, только вот что,
ты не говори ему, что ты медсестра.
Ему там какие-то уколы назначили,
и я хочу тёщу туда подтянуть.
Она всё равно рядом живёт.
А тут тебе придётся
их бесплатно ставить,
а так ещё один человек заработает.
- Я тебя поняла. Меня человек ждёт.
- Всё, давай.
- Подожди, Филипп, подожди.
А когда начинать-то?
- Так с понедельника. Позвони мне.
Или слушай, заешь что,
я в пятницу здесь буду. Скажешь, да?
- Да, Филипп, спасибо.
- Ой, не надо этих глаз.
Машка так за тебя переживает!
Ну, одноклассники как-никак.
- Нашёлся человек, кому не плевать.
- Так, всё.
Сань, ну мы же всегда, ну...
- Спасибо.
- Давай, всё.
(автоответчик):
- Абонент временно недоступен.
- Алло!
- Кристина, не бросай, пожалуйста,
трубку, я по делу. Позови Славу.
- А я при чём?
- Слушай, а у кого мне
его ещё искать, как не у тебя?
- Что тебе ещё надо?
- Подожди, я не собираюсь скандалить.
- Чего ты лезешь к нам?!
- Мне вообще плевать.
- Мне тоже плевать.
- Скажи, чтоб он мне позвонил срочно.
- Я не знаю, где он.
- А кто знает?
- Всё, пока.
- Кристина!
(тоскливая музыка)
(ребёнок плачет)
- Ты чего? Я не такая дура.
Чего это я должна отпустить
его с тобой в одной постели спать?
- Лен, ты меня 30 лет знаешь.
- Я и его знаю. И ты тоже одинокая.
Мало ли что...
- Лен, семьдесят пять тысяч!
- Замолкни!
Я что, из-за этих денег
должна одна детей воспитывать?
Тихо-тихо, ч-ш-ш.
Нет уж,
ищите другую дуру, которая
своего мужа в аренду сдаст.
- Видала? А потом будет говорить,
что я никчёмный.
- А какой? А какой ты?
Кчёмный, что ли?
Да такой и есть.
Да тебя даже ни на одну минуту
оставить нельзя.
Ч-ш-ш. Тихо-тихо-тихо.
(ребёнок плачет)
Ч-ш-ш.
- Ну не знаю...
Деньги большие, конечно.
- Забор поправите, на море съездите.
(кукареканье петуха)
Ну дядя Костя, дядя Костя!
- Ну что "дядя Костя"?
Кто поверит, что я тебе муж?
Старый пень при такой красавице.
- А мне, значит, пень в самый раз?
- Эх, прости, Саша.
Я вообще не готов комедию ломать.
К тому же всего три месяца.
Уволят с автобазы - дальше что?
Кто меня обратно возьмёт?
Вот если бы на постоянку...
- Ага, придумал!
Постоянно чужим мужем притворяться?
Стала б я тебя тут дожидаться!
- Мы уж так, без притворства.
- Ну ладно, ну кончай, дед.
Измажешь в мазуте своём.
- Получается, я и ты в одной кровати?
А что, я согласен.
- Нет, Тимур, нетушки.
- А чего такое? Не нравлюсь?
- Я тебе работу предлагаю, а не себя.
- Да? В одной постели спать -
это у нас работа такая?
- Ладно, забудь.
- Тогда мне 100, а тебе 50.
- Найду другого.
- Ага, конечно, разбежались!
- Саш, привет.
- О!
- А чего ты не звонишь?
Передумали, что ли?
- Привет. Слушай, скажи,
а нельзя одной, а?
Понимаешь, Славка куда-то потерялся,
я его вообще найти не могу.
Может, я одна всё буду делать
за 75 тысяч?
- Слушай, ну нет, не согласится.
Мужик приличный, порядочный.
Как ты себе представляешь,
что он будет тебя заставлять
канавы копать
или тяжести по участку таскать?
- Ну тогда всё, понятно, ладно.
Спасибо тебе. Извини, что подвела.
- Да что там, без проблем.
(по ТВ):
- Летать пингвины, действительно,
не умеют, зато
отлично ныряют и плавают.
Их тело, которое кажется
неуклюжим на суше,
прекрасно приспособлено для воды.
Пингвин может плыть со скоростью
до 10 километров в час.
А нырнуть способен
аж на 10 метров в глубину.
Ледяная вода им не страшна,
спасает толстый слой жира
и водоотталкивающие перья.
(звонят в дверь)
Сегодня в мире
живут пингвины 18 видов.
Самый высокий из них -
императорский.
(звонят в дверь)
- Здрасте.
- Здрасте.
- А Вячеслав дома?
- Нет.
- А когда будет?
- Без понятия.
- Я его двоюродный брат из Москвы,
Антон Кузнецов.
- Ну проходите.
Да зачем вы дали?
- Ну а как, если просит?
Я его, конечно, предупредил,
что мне в июне за студию платить,
обещал, что вернёт.
Вы поймите, я в этой студии
уже пять лет, сроднился уже со всем.
- А что за студия? Вы музыкант?
- Нет, художник.
- Поймите, если я не верну,
они другому сдадут.
А у него телефон отключён,
номер-то, у Славки вашего.
- Даже не надейтесь,
что я буду за него отдавать.
С меня хватит.
Я с 17-го числа ему не жена.
Ипотека на мне, долги его проклятые
из меня всё высосали.
Ваш Славка - вот мне, поперёк горла.
- Ну я-то его не выбирал.
Я его вообще-то раз в жизни видел,
а в загс-то он, наверное,
вас не на аркане волок.
- А вы во сколько лет женились?
- В 27. А что?
- А я в 18.
И к тому же дикая, круглая сирота.
Поверить не могла, что вот этот
парень на меня внимание обратил.
- Ладно, я поеду,
извините за вторжение.
- А вы как? На машине?
- Нет, на поезде.
- А, так московский поезд утром,
вы оставайтесь.
У нас вокзал...
там у нас сумки, чемоданы крадут,
а могут и...
сами понимаете, не дай бог.
Я здесь постелю.
- Спасибо.
- На здоровье.
- Нет, не застал,
ну, говорит, не живёт больше,
развелись они.
Ты знаешь, вообще ничего общего.
Она славная женщина.
Досталось ей, видно, конечно.
Ладно, Мусь, ты там не волнуйся.
Я завтра приеду.
Ага, давай. Целую. Пока.
(интригующая музыка)
- Может, рискнёте?
- Дикое какое-то предложение.
Ну как я Славку буду изображать?
- Да не надо никого изображать.
Вы такой, какой вы есть.
Просто... мой муж.
Мы же оба Кузнецовы.
Хозяин даже если будет смотреть
паспорта - нормально,
а потом вряд ли человек
будет брак проверять. Правильно?
- Не знаю.
- Да послушайте, ну, это ненадолго.
Ну всего лишь на три месяца.
Ну лето на даче.
Потом трат никаких,
а мы-то заработаем.
- Честно говоря,
я в услужении ещё не был.
- А я всю жизнь в услужении -
у мужа, у врачей, у пациентов.
Морозов говорит, что хозяин -
интеллигентный человек.
- Ну, а вот если мне срочно
в Москву понадобится? А?
- В воскресенье выходной.
А если что-то срочное -
скажем: вы больны.
- М-м?
- Ну нормально.
Ну послушайте, ну вы понимаете,
что вы в Москве эти 75 тысяч
как-то заработаете,
а я здесь - ну никак!
Слушайте, а вдруг это судьба, а?
Что вы здесь объявились.
Давайте сейчас проверим?
Я позвоню Морозову,
и если он никого не нашёл -
точно судьба.
Сейчас. Сейчас мы ему
позвоним. Сейчас.
Филипп, привет.
Ты нашёл кого-нибудь к Дружникову?
Нет? Он вернулся.
Угу, давай. До связи.
- Ну мне тогда вещи нужны.
- До понедельника
три раза обернётесь.
(покашливает)
(бодрая музыка)
- О мон дьё! Спасения от него нет.
Приехали. Лев Юрьевич, приехали.
- Кузнецов Антон Валерьевич?
Подождите, насколько я помню,
Морозов говорил "Слава".
- Да нет, какой Слава?
- Антон.
- Как Чехов, да.
А я Инна Павловна, а это Даниил.
- Ну ладно, пойдёмте покажу,
где вы будете жить.
Антон... Прошу за мной.
Ну, нравится?
- Очень. И кухня есть.
Я хотела спросить, с чего начинать?
С обеда? Или с уборки?
- Ну, знаете, для меня
вопрос не стоИт.
Для меня обед важней уборки.
Ну, Инна Павловна, бывшая балерина,
ест, как птичка, а Даня прикладывает
все усилия, чтобы ничего не есть.
- А что готовить?
- Что-нибудь простое: борщ, котлеты.
Сами смотрите.
- А мне что делать?
- Вы знаете, там у Инны Павловны
что-то было.
А, занавески повесить.
Да, и я вас ждал.
Котёл барахлит, надо посмотреть.
- Котёл?
- Ну, вы в котлах-то разбираетесь?
- Да, конечно.
Он столько перечинил!
- Да? Ну прекрасно.
Располагайтесь. Даня, пойдём.
Пошли-пошли.
Инна Павловна, осторожно.
- Какой ещё котёл?
Вообще, что это значит?
- Какой котёл - отопительный котёл.
- Вы говорили, что копать.
- У вас какое образование? Высшее?
Ну как-то справимся.
(ироничная музыка)
- Лев Юрьевич - прекрасный,
прекрасный человек.
Абсолютно порядочный,
воспитанный, вежливый.
Вот захотите придраться -
не найдёте к чему.
Я так рада, что вы здесь!
Мне, знаете, кроме Данечки,
просто не с кем слово вымолвить.
Лев Юрьевич обычно
у себя в кабинете работает.
А Данечка! Данечка -
такое удивительное существо!
Просто тонкий, такой чувствительный.
Одна беда -
абсолютно ничего не ест.
Ну просто невозможно заставить.
(грохот)
(оханье)
(интригующая музыка)
Ах, боже! Вы как?
- Всё хорошо.
- Не ушиблись? У меня есть мазь.
- Нет, не надо, спасибо.
- Волшебная мазь!
У нас врач в театре сам варит.
- Гомеопатическая?
- Вы шутите?
Вы воображаете,
какие травмы у балетных?
- Я сейчас всё повешу.
- А это надо перевесить.
- Зачем?
- А вы скатерть повесили.
- Ой, извините.
- А это я виновата,
я должна была объяснить.
Ну, то, что очевидно для одних,
не всегда понятно другим.
- Извините.
- И эти другие - всегда мужчины.
Инна Павловна, простите,
сейчас мы всё исправим и перевесим.
- Ничего страшного.
(охает)
(Инна Павловна напевает):
- Ми-ми-ми-ми!
(звуки фортепиано)
Четвёртая, Данечка, четвёртая.
(Даня): - Фа.
(Инна Павловна):
- Четвёртая, Данечка.
(вздыхает)
(играет отдельные ноты)
Ми-и-и. Да, не тот пальчик,
не тот, не тот.
Нет, не та нотка.
Фа - четвёртый пальчик.
Да, да. Четвёртый пальчик.
Фа. Да, спинку ровно.
Спинку ровно. Да.
- Антон, можете зайти на кухню
на минуту, борщ попробовать?
- Что с котлом делать будем?
- Ну, закончим с борщом -
займёмся котлом.
Антон!
- М-м?
- Ну пойдёмте же.
Ой!
(энергичная музыка)
- Пробуем.
Вы вообще готовить умеете?
- Перестань мне выкать -
мы попадёмся.
- Овощи пассировали?
- Это вредно.
- Зато вкусно.
Нет, если вы не умеете...
- Я умею готовить, я умею.
- Спокойно. Я не спорю.
Но только не борщ.
- Ну, борщ мы не варили,
у Славки аллергия на свёклу.
- Вы лимон положили?
- Какой лимон? Это что, чай, что ли?
Может, ещё сахар?
- Именно - сахар. Несите сахар.
- Шутите?
(ироничная музыка)
- И петрушку.
Так, укроп есть?
- А почему нельзя
сразу всё попросить?
- Господи! Есть помидоры?
- Я положила туда томатную пасту.
- Томатная паста - это когда нет
помидоров. Несите помидоры.
- Так, помидоры. Помидоры.
- Знаете что...
- Шоколад?
- Побольше картошки, несите картошку.
- Картошка, картошка. Картошечка.
- Ну, помойте.
Так, часть должна
уже перевариться была.
Ладно, натру на тёрке.
Что вы надеетесь там услышать?
- Сама не знаю, у нас тоже дома
был котёл, но примитивный.
Отец разбирал. Подожди!
Что-то скрежещет.
Засорился, наверное.
- Я предлагаю так ему и сказать:
"Засорился теплообменник".
Посмотрим на реакцию.
- Нам нельзя провалить
первое задание.
- Ну а что делать?
- Что делать? Отключить и разобрать.
- Ты чего? А если мы его
не соберём обратно?
- Да подожди, в Интернете наверняка
всё описано, сейчас я найду.
- Нам чем это поможет?
- Сейчас я всё найду.
Так, теплозас...
засор котла.
- Саша, а где Антон?
Я думал, мы будем вместе обедать.
- А, ну, может быть, позже,
когда приспособлюсь.
Просто у меня не получится
одновременно и накрывать и есть.
А Антон привык обедать со мной.
- Это так трогательно!
- Как попугаи-неразлучники.
(Инна Павловна): - Ха-ха-ха!
- Борщ, я вам скажу, отличный!
(говорит по-французски)
- Ой, Инна Павловна,
ну вам-то откуда знать?
Как можно судить о том, что вкусно
или нет, по капле и крошке?
- Это наш со Львом Юрьевичем
давний спор.
Он всё отказывается признавать,
что в кусочке шоколада
столько же вкуса,
сколько и в целой плитке.
Люди просто привыкли
бездумно переедать.
- Дань, а ты чего,
даже не притронулся?
- Для Дани - обычное дело.
- Он постарается.
- Ну-ка, давай-ка съешь-ка котлетку.
- Ну не знаю.
- Хорошо. А что ты любишь?
Что тебе на ужин сделать?
Что хочешь?
- Ну-у-у, макароны.
- С сыром? М-м?
- С сыром макароны.
- Да.
(Даня смеётся)
- Нам повезёт, если Даня съест
максимум две макаронины без всего.
У, котлеты шикарные!
(говорит по-французски)
- Столько зелени в котлеты!
Зелёные котлеты - мой идеал.
- Зелёная котлета!
- Даня, съешь кусочек. М-м?
(Инна Павловна
говорит по-французски)
- Тьфу! Тьфу!
- Даня... Инна Павловна...
(говорит по-французски)
- Ох, Даня, Даня!
- Ну что теперь?
- Здесь должен быть
концентрат для промывания.
- Угу.
- И промывочная станция.
Ну, так написано.
Но как её опознать?
Вообще ничего похожего.
- Вот-вот.
Что теперь делать-то будем?
Есть план какой-нибудь?
(набирает номер)
- Дядя Костя, нужна помощь. Спасай.
(интригующая музыка)
Читала в Интернете, вот здесь,
там контактик должен быть.
- Да какой контактик,
это же всё менять надо!
Уже всё прогорело там внутри.
Понимаешь, все контактики прогорели.
(покашливание)
- А кто этот человек?
- Здравствуйте. - Здрасте.
- Дядя Костя.
- Дядя Костя.
- А что он тут делает?
И вообще, что здесь происходит?
- Котёл же засорился.
Модель новая какая-то,
я боюсь, угробим.
- Так, если засорился, сказали бы,
я бы обслуживающую компанию вызвал.
- Чёрт, а!
- Я вам говорил.
- Мы так не привыкли, мы привыкли
всё сами делать, понимаете?
У Антона золотые руки.
Да, дядя Костя?
- Ага. А так Антон, он всегда
всё сам, вообще всё делает.
Руки-то у него золотые.
Антон, у тебя руки золотые?
- Ну, я...
- Ну вот.
Я только станцию...
- Апчхи!
- Будь здоров.
- Извините.
- Привёл, а дальше
он сам пошёл, пошёл.
А вы помыться же хотели, да?
Вот, так всё.
Сейчас Антон тряпочкой протрёт,
и мы запустим.
Вот, главное, чтобы... это, ну...
вода нигде не текла.
- Да.
- Ладно.
- Серьёзное дело, даже не знаю,
как вы тут будете, ребята.
- Сейчас я ещё...
Подождите, дайте я ещё эту штуку.
Тьфу!
- Вы с какой стороны будете?
- Перестань мне выкать.
А ты?
- Мне всё равно.
- Ну и мне всё равно.
Вот тут лягу, вот здесь.
- Пожалуйста.
(шумно вздыхает)
- А вы не храпите?
- Не знаю.
- А что жена говорит?
- Жена?
- Угу.
- Вроде ничего не говорила.
Не помню.
Ой, я же домой не позвонил!
- Да что вы! Зачем же через меня?!
- Извините.
- Вы отсюда звоните.
- Да нет, ну что вы,
вы спите, устали.
Алло, Мусь, привет.
Как у тебя дела? Всё нормально?
Да у меня вроде тоже всё потихоньку.
Слушай, ну уже поздно,
я спать ложусь.
Ладно, давай. Пока. Целую.
- Тоже мне, заботливый...
- Вы не могли бы мне дать
кусочек одеяла?
- Вот всё, что есть, то и берите.
Спокойной ночи.
(ироничная музыка)
Ой!
- Вы что, вы не видите,
что я работаю?
- Простите, мне показалось,
за столом никого нет.
- За столом, не за столом -
это ничего не значит. Ой!
Моя работа -
больше думать, чем писать.
- Извините, я ухожу.
- Оставайтесь.
Продолжайте, раз пришли.
- Спасибо.
А что вы пишете?
- Докторскую. Я химик.
Вы, наверное, подумали:
"О, опомнился старичок!" Да?
- Нет, я ничего не подумала.
- Нет, всё правильно.
Кандидатскую я написал 30 лет назад,
а потом всё пытался
деньги зарабатывать.
- Вы заработали.
- Но понял: однажды начатое
должно быть завершено.
- Вы знаете, я думала,
что химики работают
с такими горелками, колбочками.
- Ну, практические работы
уже завершены.
Осталось только это всё
проанализировать и обобщить.
Так что, если я сижу в кресле
с закрытыми глазами -
это не значит, что меня сморила
старческая сонливость.
И давайте договоримся: в кабинет
без моего разрешения не заходить.
- Хорошо.
- Прекрасно. Ой...
Пойду немножко подышу
свежим воздухом.
- Нет-нет-нет, я здесь не хозяйка,
и вы меня не обслуживаете.
- Но меня наняли убирать весь дом.
- Извините, я не так воспитана.
Я сама, простите.
- Но...
(ироничная музыка)
- Хочу стричь!
- Нет, стричь не получится.
(говорят по-французски)
Вообще обзываться нехорошо,
тем более, если человек
тебя не понимает.
- Да вы!..
(щебет птиц)
- С характером пацан.
Но без характера что за мужик?
Тем более ни отца, ни матери.
Саркисов Арно.
- Антон.
- Вместо Самойловых?
А я вот сам справляюсь.
Не знаешь, где Инна Павловна?
- Нет.
Позвать?
- Нет, что ты,
я так спрашиваю, из любопытства.
Балет люблю. "Спартак", например.
Композитор Хачатурян.
- Привет, я не помешаю?
А ты не мог бы подвинуться,
я уберусь?
- Надоело рисовать. Не буду больше.
- Красиво. А ты хорошо рисуешь.
Слушай, да ты измазался весь.
Пошли помоем руки?
Пойдём. Давай-давай.
Сейчас мы всё сотрём.
Все твои татуировки.
- Так, Даниил, ты что,
сам руки помыть не можешь?
- Лев Юрьевич, просто фломастер
въелся, просто так не ототрёшь.
- Значит, Даня -
подопечный Инны Павловны.
Понятно? Инна Павловна...
Инна Павловна, ну где вы там?!
У вас что, Даня сам руки
помыть не может? - Простите.
- Ладно, это неважно.
Скажите Антону, чтоб выводил машину.
Мне в город надо поехать.
- Данечка, а что такое?
У нас же сейчас урок.
- Какой ещё урок?
- А какой хочешь?
Музыка или французский?
- Никакой.
- Лучше музыка,
меня как раз дома не будет.
- Ну, значит, музыка.
- Привет. Новенькая?
Вместо Самойловых, что ли?
А я Валентина, соседка.
- Александра.
- Балерина где?
- Инна Павловна? Позвать?
- Да сто лет не надо.
Лебедь, она, наверное,
своему Саркисову фуэте показывает.
Знаешь что,
ты будь с ней поосторожней.
Вот приехала тут, задом вертит,
а ведь у меня тоже разряд есть
по фигурному катанию.
И грамота почётная.
Только я ею в лицо людям не тычу.
- Извините.
- Лев Юрьевич в город собрался,
выводи машину.
(ироничная музыка)
- Какую машину?
- Его машину.
- Ах, чёрт! Да я водить-то не умею,
ты чего?
- Как не умеешь?
- У меня прав нет.
- Как нет прав?
- Ну, в Москве машину водят
только безумцы.
- Господи, а делать-то что нам?
- Я не знаю.
- А-а-а... Нога болит?
- Не особо.
- Болит нога!
- Ты чего? Дальше что будет?
Глаз мне подобьёшь?
- "Дальше" будет дальше.
А сейчас нам нужно продержаться
хотя бы неделю.
Иди за мной.
- Мне кажется, это перебор.
- Нормально.
Лев Юрьевич, пожалуйста, садитесь.
- Я не понял, а почему вы?
Морозов сказал, что ваш муж -
прекрасный водитель.
- Несчастный случай.
- У меня...
- Слушай, давай я отвезу по-соседски?
- Ага, для того я двоих нанимал,
чтобы ты меня возил по-соседски?
- Лев Юрьевич, я хороший водитель,
у меня стаж,
ни единого штрафа, садитесь.
Лев Юрьевич, садитесь, садитесь.
- Чёрт знает что!
(ироничная музыка)
(звонит телефон)
- Слушаю, Сашенька.
- Инна Павловна...
Инна Павловна, здравствуйте.
Я на рынке, вам ничего не нужно?
- Девушка, дыня.
- А вы не могли бы
дать трубку Антону? Спасибо.
А то он что-то не слышит
своего телефона. Да, спасибо.
Спасибо, Инна Павловна.
Не надо, спасибо.
(ироничная музыка)
- Это вас.
- Алло.
(шёпотом): - Подальше отойди.
Отойдите подальше.
- Арбуз? - Беру!
Отойдите подальше.
У меня нет вашего номера.
Твоего номера нет у меня.
Обеда нету. Нету обеда, я говорю.
- Да-да-да, понял.
- Да ты глухой, что ли?
- Понял. Да не нервничайте вы так!
- Виноград нужен?
- Спасибо, не надо.
Лев Юрьевич, не надо.
Я сама, не надо,
у вас спина, пожалуйста.
- С чего вы взяли?
Я вам вроде не жаловался.
- Ну заметно же.
Давайте позовём Антона?
- Не надо, я не инвалид.
- Лев Юрьевич, ну что же вы...
ну отдайте.
- Ну хватит!
- Эх!
- Где же вы ходите? Мы же есть хотим.
Нужно ещё газировку сделать.
- Так, газировка
в этом доме запрещена!
- Это домашняя.
- Да?
(Антон): - Смешивай.
(Даня): - Да.
- Смешивай. Давай.
Размешивай.
- О-о-о! А-ха-ха!
- Боже, се манифик!
- А это что такое?
- Вишнёвый компот.
- Откуда?
- Антон сварил из вишни.
- Мы его уже остудили. Знаешь как?
Кастрюлю в кастрюлю
с холодной водой.
О-о-о!
- Ну просто аттракцион.
Как же я сам не догадался?
- Ещё химик называешься.
- Но я напоминаю, что дозировка
только для тех, кто съел гамбургер.
- Гамбургер? Дедушка не разрешит.
(интригующая музыка)
- Такой, я думаю, разрешит.
Пожалуйста, молодой человек.
- Дедушка, ты видел?
- Картошка, почти что фри.
- Кетчуп из помидоров.
- Так, я тоже такой же хочу.
- Сделаем.
- А ещё осталось?
На меня, наверное, не рассчитывали?
- Почему же не рассчитывали?
Рассчитывали.
- И соус?
- Я не узнаю вас,
мадам Капля и Крошка.
- Вы меня просто не знаете.
Я способна на безумства.
- Только не...
- Пожалуйста.
- Только не говорите, что вы готовы
за гамбургер душу продать.
- И за картошку фри, и за соус.
- Угу, тогда поторопитесь,
а то у нас тут конкуренция.
Н-да, неожиданно.
Действительно, неожиданно.
Так, Саша, Антон!
- Да.
- Я надеюсь, что вы сядете с нами?
- Да.
- Нет.
- Прошу.
- Спасибо, я с удовольствием.
- Дайте мне одну минуту.
(бодрая музыка)
- Приборы.
- Секунду.
- Благодарю.
- Приятного аппетита.
- Приятного аппетита.
- Да, спасибо.
- Спасибо. И вам.
- Роль эта требовала подлинного огня
и взволнованных чувств,
чтобы убедительно передать
внутреннюю страсть
и глубокие переживания
персонажа, понимаешь?
- Вы меня просто спасли с обедом.
Ну я вся извелась.
Приехали, а есть нечего.
- Да это вы нас спасли
с этой машиной.
- А как вы думаете,
что приготовить Дане на ужин?
- А что всем?
- Лев Юрьевич попросил
пюре с котлетами,
а Даня вообще не ест пюре.
- Слушайте, делайте пюре с котлетой.
Когда будет готово, позовите меня.
Я вам обещаю: съест как миленький.
- Ну если он один раз съел гамбургер,
это не значит, что...
- Нет, значит.
Всё, Даня попался. Так.
- А вы-то стрижёте?
Он же просил по периметру.
- А мне надоело по периметру.
Я к такой работе не привык,
слишком однообразно.
Слушайте, мне вообще кажется,
как-то всё налаживается, нет?
- Если будем помогать друг другу,
то как-то продержимся.
- Да, конечно, продержимся.
Оп!
- Вы что делаете?
Вы... Вы что творите?!
- В балете...
- Это же чубушник японский!
- А что?
- Кто? Я?
- Нет, я! Вы сумасшедший, что ли?
Вы зачем чубушник стрижёте?!
- Так вы ж просили кусты.
Я сказал "можжевельник", он там.
А это чубушник, он здесь.
Ну как же так можно было, а?!
Ты же погубил сад!
Теперь он не зацветёт
по вашей милости.
Дайте сюда! Он всё исп... Ну!
- Лев Юрьевич!
- Да погоди ты, Арно!
- Ты так орёшь,
как будто он тебе дом поджёг.
Чубушник твой, честно сказать,
доброго слова не стоил.
- Он и гортензии подстриг!
Ну... да что ты....
Ты всё испортил, понимаешь?!
- Дык небось балеринка
наша посоветовала.
Их же ничему, кроме как
ногой махать, не учат.
- Видеть вас не хочу!
Ну как же так можно было, а?!
Ну это что, совсем ничего
не соображать?
- Лев Юрьевич...
- Видеть вас не хочу! Обоих!
Такие красивые...
А цвели как красиво!
- Вот, продержались.
- Это же... Это для меня? ёжик?
- Будешь есть, Данечка?
- Ещё бы!
- Что за ёжик?
- Озуми!
- Чего? Я не понял.
- ёжик Озуми - это мультфильм.
Последнее Данино увлечение.
Вкусно, Данечка?
- ёжики только вкусное едят.
- Откуда узнали про ёжика?
- Антон посмотрел все серии
и составил список.
- Браво, Антуан! Самойловым бы такое
в голову не пришло.
А, Лев Юрьевич?
- А кто ваш кумир, Инна Павловна?
Плисецкая? Давайте составим
список блюд, которые она ела.
- Плисецкая ела всё.
Идеальной считала японскую кухню.
- Хотите японскую?
- Нет-нет,
меня вполне устраивает меню "ёжик".
- М-м, а сколько там ёжики
в среднем едят?
Граммов сто, наверное, да?
Как раз для вас,
мадам Капля и Крошка.
- А я сейчас сколько съел?
- Боишься переесть?
Ну давай прикинем.
Раз пять по столько же -
как раз получится.
- Раз пять? Прожорливые.
- Ну а что ты хотел?
Назвался ёжиком - ешь.
(Лев Юрьевич покашливает)
Приятного аппетита.
- Хочу добавки.
- Да ты что?!
Саша, а есть ещё у нас ёжики?
Саша, подойдите сюда.
Позовите-ка своего вредителя.
Выпьем с ним за мой сад,
который он изуродовал,
а то одному скучно.
- Сейчас, сейчас.
- Угу, ну надо же было!
(вздыхает)
Чубушник.
- Что хотите, только не это.
Пить не умею и не буду.
- Я вас очень прошу.
Лев Юрьевич идёт нам навстречу.
Нужно как-то исправлять
эту ситуацию.
- Мы сделаем ещё хуже.
Вы не понимаете,
я вообще не переношу алкоголь.
Мой организм его не расщепляет.
- А что будет от одной рюмочки?
- С одной рюмочки со мной случится
вторая рюмочка.
А потом я упаду мордой в салат.
(вздыхает)
- Мне это надоело.
Всё, встаёшь и идёшь к Дружникову.
- Ты чего?
- Встал и пошёл к Дружникову!
Сейчас.
(ироничная музыка)
Да мы сами
с Инной Павловной дотащим.
У вас спина, это плохо кончится.
- Ничего-ничего, я справлюсь.
- Как нужно было напоить человека
до такого состояния?
- Да клянусь вам, я его не спаивал!
Он всего две рюмки выпил.
- Он вообще пить не любит и не умеет.
- А почему не отказался?
- Не знаю, постеснялся.
- А-а-а...
- Лучше бы постеснялся пить,
когда с ним такое происходит.
И кусты мои гробить постеснялся бы.
Он вообще какой-то странный у вас.
- Вы-то, Лев Юрьевич,
вы меня просто возмущаете.
Человек вообще не пьёт.
Согласился из деликатности.
Пострадал, а вы...
Саша, вот что вы молчите?
Что вы молчите?
Заступитесь за Антошу, это ваш муж!
- Ах, он у вас уже и Антоша?!
Вы бы, конечно, заступились.
- Уж не сомневайтесь,
я бы своего мужа в обиду не дала.
- Молодец, женщина!
- Да? А если бы он у тебя
все кусты подстриг?
- Да ведь он же не специально.
- Давай-давай.
- Я бы стерпела.
- Раз такая красавица терпит,
я тоже стерплю.
- Да? Вот и терпите.
А я не намерен. Открывайте дверь.
- Мама! Ах!
(грохот)
- Антоша, а-ха-ха! Он у неё Антоша.
- Ведь он не специально.
- Ой!
- Он не специально. Да зацветёт
ваш чубушник, не беспокойтесь.
- Да я... - Кто в этом виноват?
- Кто? Я, что ли?
- Да! Нельзя было, нельзя было...
- Ой, прекратите, Инна Павловна,
оставьте меня в покое.
(Антон невнятно бормочет)
- Вставай! Вставай! Встань на ноги!
(невнятно бормочет)
Чёрт! Давай.
Не нужна подушка, вставай.
(напряжённо): Давай, давай, давай.
Ну давай, давай, давай.
Уф, молодец. Хорошо.
- Ой!
- Чёрт! Вставай.
- Мне в мужскую комнату.
- Сейчас мы дойдём, вставай.
- В мужскую комнату надо.
- Вставай. Молодец.
- Срочно.
- Хорошо, пошли срочно.
- Мне срочно надо!
- Давай дойдём, там всё будет, пошли.
Давай-давай.
Ну давай же, давай. Давай.
Давай, давай.
- Мама, мама!
- Ой, ой!
Н-да, боже мой, какой кошмар.
- Ой, ой, ой!
- Проспался?
- Нет... О господи...
Спасибо, сначала воды.
Чего, нас уволили?
- Не знаю.
- Простите, я говорил.
- Вы домой вчера
не позвонили, это как?
- О господи! О господи, где тут?..
Ах! 20 пропущенных! О господи!
Привет. Прости, я вчера
не перезвонил, я жутко напился.
С хозяином. Да, конечно, ужасно.
Ой, чувствую себя - ужас...
Это ужасно, конечно.
Слушай, давай я сейчас кофе выпью,
очухаюсь и перезвоню, хорошо?
Давай, пока.
- Вам даже голову за пьянку
не оторвали, надо же?
- А у нас так не принято.
- А у нас - ещё как!
- Господи, это вы меня раздевали?
Ой, позор-то какой!
Позор-то какой, ой!
- Мне не привыкать. - Ой!
- Дань, ну съешь что-нибудь.
(вздыхает)
- Бон апети.
- Спасибо.
- Если вы не против,
я бы сразу после завтрака поехала.
Анечка очень волнуется, и ей будет
спокойнее, если мама будет в зале.
- Да-да, конечно, поезжайте.
Первый раз роль со словами.
- Полгода в театре, и вот -
небольшая, но всё-таки роль.
- Аня большая умница, вся в мать.
Будем надеяться, что её заметят.
- Только бы ей повезло! Мне всегда
немного этого не хватало.
- Н-да.
- Удачи!
- Саша, подождите.
А как ваш-то? Он живой?
- В сарае.
- Его выгнали в сарай?
Он там будет жить?
- Да нет, ремонтом занимается.
- Мне ничего не надо.
- Там два стекла выбито.
- Угу, это кто-то стрелял из рогатки.
А он умеет по стеклу-то?
- Ну, раз взялся,
то, вероятно, не просто так.
- Да.
- Я так понимаю, что к концепции
Даниного завтрака
вы его сегодня, очевидно,
не привлекали.
- Он опасается здесь появляться.
- Зна...
- Лев Юрьевич...
- Пусть опасается пить.
И кусты мои стричь
тоже пусть опасается.
И в сарае ему,
честно говоря, делать нечего.
А кормить ребёнка
пусть не опасается.
- Да.
- Угу.
- Когда вы уже начнёте лечиться?
- Да, видимо, пора.
Это платье вам очень идёт.
- Где вы этому научились?
- Ну а как иначе?
Где у студента деньги, чтобы
оформлять рисунки, офорты, акварели?
Поэтому я сам рамки делал,
стёкла вырезал.
- А я завтрак провалила.
Даня так ничего и не съел.
В ваше отсутствие магия пропадает.
- Ничего страшного, поест в обед.
- Ну, что-то я не уверена.
Лев Юрьевич попросил окрошку.
Мне кажется,
дети вообще не едят такое.
- Что-нибудь придумаем.
- А...
(Лев Юрьевич покашливает)
- Одно, я смотрю, уже вставили?
- Это тоже скоро заканчиваю.
- А это не горит, а вот Инна Павловна
жаловалась на засор в ванной -
это срочно.
Ну что, покажите нам наконец
свои знаменитые золотые руки.
(ироничная музыка)
У Инны Павловны в ванной.
- Я понял.
Засор - это, когда вантуз, что ли?
- Вантузом - это если повезёт.
Он же сказал, засор!
Перестаньте мне выкать,
вы попадётесь.
(Антон): - Да вы себя слышите?
(Саша): - Конечно, а что?
(Антон): - Да вы выкаете,
даже когда ругаетесь. Ай!
(Саша):
- Это я выкаю?
(Антон):
- Да дайте какое-нибудь полотенце.
(Саша): - Вы больной!
Да подождите!
(Антон): - Ну дайте что-нибудь мне!
(Саша): - Прекратите орать.
Сейчас всё дам. Вот.
Что же вы делаете?
- Ну что же вы делаете, ну, Антон?
Вы бездарность,
понимаете? Бездарность!
- Я тоже не знаю, что делать.
- "Золотые руки"!
А кран не пробовали перекрыть, а?
И уберёте всё за собой.
- Хорошо.
- Это всё, на что вы способны.
- Да так получилось.
Дай мне полотенце.
- Закрой!
- Как же так можно?!
Кран повернуть не мог! Тупица!
(тихо напевает себе под нос)
- Так, здесь сейчас мы... Так.
Оп-па.
(ироничная музыка)
Так.
Ой, чёрт!
- Не переживайте.
Это не Веласкес - мазня.
Закрашу так, что даже не заметите.
- Чем?
- Красками. У меня же
мольберт с собой.
Надеялся, вечерами работать буду.
- Ой, ай!
Так, и что вы тут делаете?
- Убираемся. Вы же разрешили.
- Вдвоём? Так, идите,
там сантехник приехал.
Вы тоже идите, потом уберётесь,
мне нужно поработать.
Саша, вы забыли.
Так.
Антон, вы меня слышали?
Я сказал, там приехал сантехник.
Ждёт вас.
- Угу.
- Идите. Вы меня слышите, Антон?
- Да.
(охает)
- "Прибегали ёжики, приносили ножики,
Резали окрошку в мелкую крошку".
- Ещё!
- Три ложки съешь, и будет ещё.
- Хорошо. Раз.
- Так.
- Два. - Угу.
- И три. Давайте.
- "Умоляли крошку
Не таскать окрошку,
В квасе не мочить усы
Ради нашей..."
(вместе):
"Колбасы!"
- Так.
- Встретились квас и колбаса!
Ну, давайте ещё.
- Три ложки съешь, и будет ещё.
- Раз, два, три.
- Так. Угу.
"ёжик белку приглашал,
Ей окрошку обещал.
Прибежала белка, а пуста тарелка".
- Саш, подайте хлеб, пожалуйста.
Благодарю.
- Ещё.
- Так.
Ещё? Э-э...
"Приносили ножики и резали ёжиков
В мелкую крошку - вот тебе окрошка".
- Антон!
- Антон!
- Антон, ну...
Кушай и никого не слушай.
- Хи-хи! Ещё!
- Нет,
больше не надо.
Больше ничего не знает.
(шум ливня, раскаты грома)
- Ой! Ой-ой-ой!
Дань, ты чего? Даня, ты чего?
Ты грозы боишься, да?
Не бойся, всё хорошо.
Хочешь, дедушку позовём? Хочешь?
Ой, трусишка! Залезай.
Пойдём, не бойся. Ты чего?
Всё хорошо, сейчас гроза пройдёт.
Пойдём читать книжку?
- Ты куда?
- Ч-ш-ш, я тут, спи.
Спи, спи.
- Вы ещё здесь? Неожиданно.
- Даня боится грозы,
Инна Павловна уехала.
- Знаете что, идите спать.
Я открою дверь в свою комнату,
если он проснётся, я услышу.
- Вам надо заняться спиной.
- Да-да, завтра приедет медсестра,
будет колоть.
А ваш муж, наверное,
спит уже давно, да?
- Да.
- Не помогает он вам.
Вот так всё у нас
на женщинах и держится.
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
(охает)
- Ладно, Муся, давай, пока.
Я чего вас искал:
я думал, на дело пойдём,
портрет спасать будем.
- Сегодня всё равно бы не вышло.
Лев Юрьевич не спит, бродит.
- Ладно, тогда завтра.
Да включайте свет, мне нормально.
У вашей книжки
подсветка слишком слабая,
я её подкрутил, но это максимум.
- Да не нужно, вы не уснёте.
- Я говорю, усну, мне нормально.
- Да нет, не уснёте.
- В конце концов, мне лучше знать,
усну я или не усну.
- Слушайте, вот не надо
мне делать насильно хорошо.
- Я вообще-то не собирался.
- Ну тогда,
если хотите сделать лучше,
не ложитесь с грязными ногами
в постель. Ну что это такое?
Вы ходите по полу,
потом в чистое бельё.
- Ох ты, чистюля какая! А кто чайные
пакетики оставляет где попало?
- Я не оставляла!
- Оставляла.
- Я не оставляла! - Оставляла.
- Да не было такого! - Было.
- Да пропади всё пропадом.
(ироничная музыка)
(раскаты грома)
- Ха-ха-ха, поймал!
- Так, и ещё.
- И ещё поймал.
- И ещё. Да!
- Поймал! Вот так вот.
(Антон): - Твоя очередь.
- Теперь я. Почти.
- Ай, это для кого?
- Раз! Ой...
- Так...
- Не вернуть.
Ну, давай я тебя подниму,
а ты снимешь. Бросай эту штуку.
- Давай. Оп, достал.
- Молодец!
- Данечка, а пойдём
в шахматы поиграем.
А то у Антона Валерьевича работа.
- Ничего страшного.
Я вечером задержусь. Лови.
- Хочу с Антоном, с ним интереснее.
- Да? Это потому,
что он тебе поддаётся.
- Вы мне поддаётесь?
- Нет-нет, это я пошутил, играйте.
- Дань, готов?
- Да.
(всхлипывает)
- Конечно, роль крошечная,
но на поклонах
Анечке отдельно аплодировали.
Вот у меня за всю жизнь
такого внимания,
ну раз 10 доставалось, не больше.
- Смотрю на девочку,
а у самой слёзы льются.
Характер у неё не бойцовский.
Слишком нежное создание,
хрупкая, ранимая,
вот, как наш Даня.
А он говорил, вы его вчера вечером
спать укладывали?
- Гроза была, а он боится.
И деду не хочет признаваться.
- Ну даже если бы признался,
у Льва Юрьевича есть привычка
игнорировать всё,
что ему не нравится.
Как будто страхи рассосутся от того,
что их не замечать.
- А мать сюда не собирается?
- Полгода не заявлялась.
И даже не звонит.
Ребёнок выучился читать,
чтобы с ней переписываться.
А она знаете как отвечает?
Только чтобы отстал.
Мне стыдно сплетничать,
но я, знаете, когда о ней думаю,
такие в себе чувства замечаю...
Вот просто не знаю,
что бы я с ней сделала.
- Может, не в себе от горя?
- Может быть, я не спорю.
Ольга Георгиевна, тётка её, говорит,
что Даша уже целый год
живёт с другим мужчиной.
Так, что-то я сегодня очень злобная.
Всё, пойду на каторгу.
Вот поверите, Саша,
заниматься с Даней математикой
и даже русским
для меня вот лучше...
Франсе - да.
Музыка - с удовольствием.
Всё остальное - я ноль без палочки.
- Инна Павловна,
ну наговариваете на себя.
- Отнюдь. От моих занятий, знаете,
у ребёнка пропадает
всякое желание учится.
- Даниил, ведь мы же усвоили:
когда вычитаем, ставим минус.
- Мне кажется, лучше плюс.
- Но с плюсом у нас получится
неправильный ответ.
Пять воздушных змеев вместо двух.
- Чем вы недовольны?
Это гораздо выгодней.
(вздыхает)
- Задачу решают,
чтобы установить истину,
а не чтобы нахапать себе
как можно больше ненужных вещей.
Давай сначала.
- Сначала?
Сначала - это худший вариант.
Может, выберете что-нибудь другое?
- Пойдём в бадминтон?
- Давай!
(спокойная музыка)
- Что это такое?
- Давай, оп!
- Ха-ха-ха!
- Ещё. Давай. Оп!
- Давай.
- Оп, молодец.
- Нагнись!
- Что случилось?
(шёпотом):
- Немедленно, сейчас же огородами
во флигель. Запрись в ванной
и не вылезай, понял?
- Какими огородами?
- Я тебе сказала, иди.
Нагнись! Иди.
- Вот так идти?
- Да, ползи. Давай уже.
Отдай мне это.
Отдай, кому сказала!
- Лови, оп! Вот молодец.
- Куда? Прятаться? Я с вами.
- Тихо-тихо, мы уже играем.
Мы же играем.
- Эй! Балерина на пенсии,
это от тебя мужики убегают
топиться в Лебедином озере?
- Топиться?
- Запомни, Даниил, оскорбления
лучше всего игнорировать.
- Ха-ха-ха!
- Это было оскорбление? Интересно.
- Оп-па!
- Ты чего?
- Ты кого прислал? Ты говорил, тёщу.
- Сань, ну тёща заболела,
а ему срочно.
- Ч-ш-ш! Я сама бы колола.
- Так я же сказал, что ты не можешь.
А как теперь объяснять, Сань?
- Но почему Ковалёву?
Она змея, у неё рука тяжёлая.
- Она сама напросилась.
Слушай, вот чего она тебе мешает?
Уколет и уедет, ну, всё.
- Без ножа зарезал - вот что.
- Всё, давай не надумывай себе.
Я пойду со Славкой поздороваюсь.
- А его нет.
Его Дружников в город отправил.
- У, жалко.
Ну пойдём, хоть чаем меня напоишь.
- Вот и всё. Не больно?
- Идеально. Я даже
ничего не почувствовал.
- Присаживайтесь, присаживайтесь.
- А зачем?
- Противовоспалительные - это хорошо.
Давайте-ка протестируем вашу спину?
Вот здесь болит?
- Нет.
- А вот тут?
- А вот здесь - да.
Ой, как хорошо!
- А, тут прямо чувствую.
- Ой, как хорошо!
Да-да-да, очень хорошо.
Вот что мне нужно-то было.
Как же я сразу-то не понял?
- Рентген делали?
Хотелось бы снимки посмотреть.
- А вы врач?
- Когда столько лет работаешь,
во всё вникаешь, многому научишься.
- Угу.
- Я своими руками
чувствую, где болит.
- Ой! Да-да-да-да!
- Вот здесь, да?
- Терпите, терпите, я зла не сделаю.
- Ой...
(романтичная музыка)
- Я нежно.
- Восхитительно.
- Прислуга здесь? Чаю мне!
- Саш, давай я налью.
- Да ты не суетись.
Ей хозяин прикажет -
она мне сапоги будет чистить.
Её дело такое.
А он прикажет, не сомневайся.
- Марина Витальевна...
Марина... а, вы здесь.
Огромное вам спасибо.
Вот сразу полегчало.
- Вам сейчас обязательно чашечку чая.
И я с вами выпью, устала.
Массаж просто выкачивает энергию.
- Саша, сделайте нам чаю, пожалуйста.
Прошу.
Да, и что-нибудь к чаю.
- Нет... ничего.
Марина Витальевна, прошу.
- Спасибо.
- Вот здесь у нас сад.
Гортензии хотите покажу?
- Да.
- Гортензии - прекрасные цветы.
А как пахнут!
Ой, вот они, гортензии.
(интригующая музыка)
- Саша, извините, а вы не знаете,
что это он так вокруг неё?
- А она это умеет - змея подколодная.
- А, так и поняла сразу.
Прямо сердце сжалось.
- Такой сорт мужчин - ветреные.
Сегодня балет нравится,
завтра медицина -
ненадёжный контингент.
- А на что это вы намекаете,
Арно Сергеевич?
- Я так, размышляю
просто, абстрактно.
- Не нужно мне этих ваших абстракций.
- Темперамент артистический.
- Н-да.
- Ну и как вы собираетесь
к нам сюда добираться?
- Ну какое-то время я буду возить,
пока тёща работает,
всё равно с продуктами
к ней мотаюсь, а там видно будет.
- На автобусе доеду.
- Нет, мы сделаем так:
вы мне позвоните и скажете,
когда Филипп не сможет.
Антон будет вас забирать и отвозить.
- Антон?
- Ну, Кузнецов, Сашин муж.
- А где он сейчас?
- В саду,
поливальную установку ремонтирует.
- Понятно, угу, понятно.
Ладно, всего доброго.
- Всего доброго. Прошу.
(игривая музыка)
Всего доброго.
- Антон какой-то...
- Ты о чём?
- Ну просто Сашкиного мужа
зовут Славка.
- Так, может, это не муж?
- Ладно, не важно. Забудь.
- Уже забыла.
- Нет, пусть Саша.
- Данечка, ну у Саши полно дел.
- Позови Сашу.
- Даня, но это неудобно, правда.
(кричит): - Саша!
- Вы звали?
- Можете мне голову помыть?
Если хотите.
- Ну давай, конечно.
Инна Павловна, пустите, пожалуйста.
- Продолжайте.
- Давай. Так, Даня, ты готов?
Давай, чистим-чистим трубочиста.
Приземляемся,
приземляемся, приземляемся.
Оп! Приземлились.
- А теперь можно и почитать.
- Да, а Инна Павловна?
- Она всё неправильно читает.
Она таким тоненьким голоском
за мышонка читает. "Пи-пи-пи".
А мышонок - бандит. Думать же надо.
Мама понимала,
а Инна Павловна - нет.
- Ну ладно, ладно, если Инна Павловна
не против, хорошо.
- Она не против, она добрая.
- Ну что ты возишься?
Я прошу тебя, давай быстрее.
Вдруг он сейчас вернётся?
- Они выпивают у Саркисова.
Это дело не быстрое.
- Вы что опять делаете
в моём кабинете?
- Лев Юрьевич, понимаете...
- Помолчите.
Мы с вами договаривались,
что без разрешения сюда не заходить?
Да или нет?
- Да. - Ну это чёрт знает что!
- Лев Юрьевич, дело в том...
- Переходит все границы!
Вы просто не умеете
себя вести, Саша!
- Прекратите, прекратите
кричать на мою жену.
Видите пятно?
(интригующая музыка)
- Вижу.
- Мы испортили ваш портрет.
Не выполнили ваш приказ.
Хотите нас уволить - пожалуйста.
Урон возместим.
- Простите.
- Или дайте нам пять минут
и мы всё исправим.
- Простите, Лев Юрьевич, простите.
(вдалеке лает собака)
(нежная музыка)
(жизнерадостная музыка)
- Даня! Что ты там забыл?
Там могут быть клещи.
- Что за клещи?
- С соседнего участка.
- Это ты что ещё такое выдумала?
Это какие клещи
у меня на участке?
- Вы не заплатили
за обработку участка.
Это безответственно.
У нас ребёнок.
- Это не твой ребёнок.
Это вообще... Ты здесь никто.
Приехала сюда ногой махать
перед чужим мужиком.
Тоже мне Жизель!
- Каким мужиком?
- Не слушай. Не слушай.
Уходим отсюда.
Се террибль! Ужасно!
- Сама ты рибля!
- Ужасное соседство!
- Тоже мне террибля!
- Во! Можно мне? Можно, я?
- Можно. Только тебе нужно
надеть чего не жалко.
- Инна Павловна, а чего вам не жалко?
- Ну, можешь взять
футболку со львом и синие шорты.
- Хорошо.
- Антон!
- Сам найдёшь? - Да.
- Антон, вы...
Вы же здесь уже красили.
Месяца не прошло.
- Ну да. Но я решил другим цветом.
- Ага. А краску где взяли?
Я такую не покупал.
- Компенсация за кусты.
- Да я уже забыл.
- А Антоша помнит.
- Как нога? Не беспокоит?
Можете прерваться?
- Ну... - Поезжайте-ка
и привезите Марину Витальевну.
- А что её привозить? Антоша занят.
А она прекрасно доедет на автобусе.
- Нужно привезти.
- А, Лев Юрьевич...
- Вы-то здесь при чём вообще, а?
- Инна Павловна, где моя футболка?
- Антон, вы меня услышали? А?
- Лев Юрьевич! Лев Юрьевич!
- Ну что? Аккуратней, пожалуйста.
- Дело... Дело в том,
что у меня отобрали права.
Ну, вы же видели,
что я совсем пить не умею.
- Видел. Вот что...
Выведите машину за ворота.
Давайте, давайте.
Права для этого не понадобятся.
(интригующая музыка)
- Так...
(интригующая музыка)
- А! Господи...
Он же не умеет водить!
- Нет, умеет.
- Умеет!
- Ну-ка открывай быстро!
Нет, не умеет. Не надо мне врать.
Не умеет! Ну-ка откройте окошко.
- Умеет, Лев Юрьевич.
- Нет, не умеет. Не надо мне врать.
Вы что, не видите? Это - "умеет"?!
- С ним просто что-то произошло.
Вот как пить бросил,
что-то с головой.
- Он что, того, что ли?
У меня тут внук,
у меня тут Инна Павловна.
- Нет, он не буйный.
- Он инвалид?
Работодатель обязан предоставить
инвалиду безопасные условия труда.
- Угу. А инвалида я не нанимал.
- Нет, он не инвалид. Мы заплатим
за фару. Мы заплатим!
- Ну как же мы с Самойловыми
жили, горя не знали!
- Как вы можете! Как вы можете после
всего, что они делают для Дани?!
- Неблагодарный, да?
- Я же ещё и виноват, да?
Я же ещё и неблагодарный?!
Ну-ка стой!
- Не трогайте Саркисова!
- Дурдом какой-то! Дурдом!
- Лев Юрьевич, мы заплатим.
Мы зап...
Ты...
Открой.
(интригующая музыка)
- Ох, ты у меня получишь...
- Наконец-то пожаловала.
Хозяин знает, сколько я тебя ждала?
Узнает.
Битый час тащилась,
как беременный таракан.
Ничего не умеет.
Только доносы писать.
Ты чего?
Дрянь! Ну жди...
(грустная лирическая музыка)
- Лев Юрьевич!
(грустная лирическая музыка)
- Она там час, что ли, укол делает?
Саша, а что вообще происходит?
- Массажистка.
- Вообразите, он
для неё наряжается.
Как мальчишка.
- Мне ей ещё и чай подавать,
и везти её обратно.
Давайте я им чай подам.
Саша, а у нас нет яду крысиного?
- К сожалению.
- Вы даже не представляете,
я после вашего массажа
просто летаю.
Руки у вас волшебные.
- А не всем помогает, знаете.
Только тем,
с кем совпадаю внутренне.
Это такая тонкая материя.
- Я это ценю. Прошу.
- Лев Юрьевич!
Вас Даня зовёт.
- Извините.
- Ну что ещё? Ну вы что,
без меня не можете справиться?
- Бегите, бегите.
Ребёнок прежде всего.
(интригующая музыка)
- Ну что такое? Вы же видели,
я общаюсь, разговариваю. А?
И что, в конце концов, означает
эта ваша ехидная улыбочка?
- Вы попались.
- Да?
А с чего это вы взяли,
уважаемая Инна Павловна?
И вообще я не понимаю,
что вы к ней цепляетесь?
Человек тратит своё время:
колет уколы, делает массаж.
Настоящий профессионал.
- Профессионал? Я бы сказала,
в какой области она профессионал.
- Ну давайте. Ну давайте, проявите
хоть раз живое чувство. Ну?
А, не можете? А вот она может!
- На тебе лица нет. Устала?
Воды хочешь?
- Спасибо.
- Всё из-за меня, идиота.
- Да ты-то тут при чём?
Мы месяц продержались,
это уже хорошо.
- Ковалёва достаёт?
- Да ладно бы меня! Он попался.
Как мальчишка какой-то.
- Ну и чего переживать-то?
Может, ему такую и надо?
- А Даня?
Она с ним церемониться не станет.
У неё свой есть
малолетний уголовник.
Инну Павловну жалко.
Она в отчаянии.
- Из-за Дани?
- Подожди, ты что...
Ты не видишь, что ли? Правда?
- А что?
- Она влюблена в Дружникова.
- Серьёзно? Мне бы такое
в голову не пришло.
- Вот и ему не приходит.
- Да...
- А что ты делаешь?
- Я? - Да.
- Мою. А что?
- Зачем? Там просто была вода.
Я попила.
- Ну, микробам этого достаточно.
- Микробам? Ты сумасшедший.
- Потому что я мою стаканы?
- Да, не надо мыть за мной посуду.
- Хорошо, ладно.
Эту мою, а ты бери все остальные.
- Да мне не нужны твои.
Мне нужен мой.
- Ну почему? На, забирай.
Вот, на, твои.
- Да не надо мне.
- А это мой, который я помою сам,
так, как мне надо.
- Слушай, ну обдай кипятком.
Продезинфицируй всё:
ложки, ножи, вилки, я не знаю.
- О господи!..
- Ну как?
- Впечатляет.
Не совсем ваш образ, но...
- Саша, вы где? Саша!
Боже мой!
Инна Павловна, а что это с вами?
А, вы на свидание собрались?
Вы знаете, Саркисову
это не понравится.
Вы же женщина тонкая,
изящная, а это...
- Надо же! А я думала,
что вам как раз такое ближе.
- Какое "такое"?
- Да как... продавщица наша.
О, простите, медсестра. Вульгэр.
- М-м, а вы, оказывается, злобная.
- Заметили наконец живое чувство?
- Саша, бросьте это.
Поезжайте за Мариной Витальевной.
Она сегодня пораньше.
- Ну не туда, не туда,
не туда, Данечка.
К - палочка прямая,
а усики смотрят вправо.
А З открывается
как раз в другую сторону.
- Ничего, Инна Павловна,
вот сюда даже красивее.
- Нет, ну может быть, я не спорю,
но только тебя никто не поймёт.
- Дань, лови.
- Что?
Это зачем?
Это ластикбол?
- Нет. Это мы поняли,
что ты не левша.
- И как вы узнали?
- Ну, если бы ты был левша,
ты бы ловил левой рукой.
Было бы понятно,
почему ты зеркалишь буквы
и пишешь их в обратную сторону.
- Ага. И что теперь?
- А теперь,
если Инна Павловна не против,
я открою тебе страшную тайну.
- Инна Павловна?
Инна Павловна обожает тайны.
- Так, смотри.
ЭЧУЗЯ.
Так.
- Что ещё за ЭЧУЗЯ?
- ЭЧУЗЯ - это поезд,
который едет только в одну сторону.
В сторону Валентины...
Валентины, как отчество?
- Обойдётся без отчества.
- Обойдётся без отчества.
А все остальные буквы -
это поезд, который едет
в совершенно другую сторону,
сторону Арнольда Сергеевича.
Понял?
- Понятно. Он не против?
- Ну, Арнольд Сергеевич - джентльмен.
- Так, давай попробуем.
Я тебе, значит, называю букву,
а ты вписываешь
нужный поезд.
- Угу.
- Буква... Э.
- К Валентине.
- Так. К.
- К Арнольду Сергеевичу.
- Угу. З.
- К Валентине.
- Л. - К Арнольду Сергеевичу.
- С.
- К Арнольду Сергеевичу.
- Кхм, кхм, кхм!
- Эй, вы куда?
Дедушка, ну пусть он здесь со мной.
Иначе я ничего не выучу
и вырасту Буратиной.
- Антон, продолжайте.
- Угу.
- Остановились мы на С.
- На С... П.
- К Валентине.
- В.
- К Арнольду Сергеевичу.
- Паша!
Соберись давай.
Ты должен ему понравиться.
- Всё, успокойся.
Как будто в первый раз.
А то сейчас всё испортишь.
- Ну здравствуйте. Здравствуйте.
Какие гости!
- Вот привезла. Сын Павел.
Очень хотел познакомиться.
Как услышал, что вы химик,
так: "Познакомь да познакомь".
- Лев Юрьевич, очень рад.
- Очень приятно.
- Химией, значит, интересуетесь?
- В нефтегазовый собирался поступать.
Да вот мама не одобрила.
- Да при чём тут
"одобрила, не одобрила".
Если бы ты на бюджет поступил!
А то ж нам такое не по карману.
- Ну, вопрос обсуждаемый, наверное.
Ну что, пойдёмте
обговорим всё.
- Это всё после.
Сначала нужно ваши проблемы решить,
а потом уже свои
на вас навешивать.
Паш, ты погуляй тут пока.
Вон, с Даней познакомься.
- Здрасте.
- Паша. - Даниил.
- Ой, не могу...
- Все силы у вас забрал?
Право, неловко.
Спасибо. Вы очень помогаете.
- Сидите, сидите.
Что за манера сразу вскакивать?
Я бы и сама не отказалась прилечь
где-нибудь на пять минут в тишине.
- Да. Пойдёмте,
я вас провожу. Пошли.
Прошу вас, проходите.
Ну, как вам? Нравится?
- Ещё бы!
Такая красивая комната.
- Да. После смерти жены
я тут ни разу не ночевал.
Хотя Саша зачем-то меняет бельё.
Так что располагайтесь.
- Я вот тут, с краешку.
Деликатно.
- Хорошо.
Не буду вам мешать. Отдыхайте.
(интригующая музыка)
- Ну что, что опять не так?
- А что она... что она там делает?
- А что, непонятно?
- Не-а.
- Устала. Отдыхает.
Теперь понятно? Угу.
(интригующая музыка)
- Дань, а ты чего тащишь? Планшет?
Дедушка разрешил?
- Это ненадолго. Павел хочет
мне показать, как пользоваться.
- Нет, так не пойдёт. Нужно сначала
спросить разрешения у дедушки.
- Ему сейчас укол колют.
- Даня, сначала нужно
спросить разрешения.
(говорит по-французски)
- Павел, ну скажите ему.
- Нет, Дань, ну без спросу -
мы так не договаривались.
Поймите, я научить его хотел.
Ну, в школу пойдёт -
засмеют же.
- Я понял.
Дань, планшет убирай.
- Паша! О, Паш, пойдём.
Лев Юрьевич зовёт. Всё, пойдём.
- Ну что я могу сказать тут...
Репетитор понадобится.
Придётся начинать с азов.
Если так любите химию,
что не учили совсем-то, а?
- Учительница у них
такая некомпетентная.
Мальчик тянется,
а она прям давит и давит.
- Решим. До встречи.
Павел, рад знакомству.
- Я тоже.
- Просила же как человека:
хоть одним глазком учебник посмотри.
- Я посмотрел.
- Да я уж вижу.
- Видит она...
- Чего встала? Поехали.
(интригующая музыка)
- А я уверен, что йод
тут совершенно не нужен.
Разве это царапина?
Ерунда какая-то.
Вот в прошлом году была царапина,
так уж было о чём поговорить.
- Но, Даня, нужна дезинфекция.
- Знаешь что, дорогой друг,
лучше перестраховаться.
- Ай, ай, ай, что вы творите?!
- Подожди. Ну-ка,
дай-ка посмотреть.
Это что? Так это клещ.
- Где?
- Погодите, погодите... А!
Точно, клещ!
- Инна Павловна, принесите баночку.
- А я говорила.
Этим и должно было закончиться.
- Где? - Встань.
- Это невозможная женщина.
- Прошу тебя, сядь, сядь.
Даня, замри. Всё, стоп.
- Какая дремучая безответственность!
Вот, вот ваша деликатность
и долготерпение.
Эту женщину нужно прижать к ногтю.
Пусть немедленно, сию минуту
обрабатывает свой участок.
- Да она назло вам
ничего обрабатывать не будет.
- А что я ей сделала?
- Кавалера у неё увели, вот что.
(говорит по-французски):
- Наглая ложь. Никого я не уводила.
- А он ушёл. Вы пленили его
своей балетной грацией.
Она вам этого не простит.
- Мне не нужно её прощение.
Я просто не хочу,
чтобы она подвергала
смертельной опасности ребёнка.
- Да. Если бы не Саша,
клещ бы меня съел.
Я бы умер.
- Ну что ты выдумываешь?
Сдадим кровь, и всё.
- Как кровь? Из вены? Зачем?
- Исключить боррелиоз.
- Ну вот, доцацкались мы
с этой Валентиной.
(стук)
- Ты чего?
- Даня, ты чего?
- Можно в серединку?
- Инна Павловна дома,
дедушка тоже.
- Ну они спят.
- Да ты промок.
- Нет. Антон, ложитесь тоже.
Поздно уже.
- Ладно.
- Вот так хорошо.
Антон, выключайте свет.
- Подожди, Антону нужно сходить,
оставить записку, что ты здесь.
А то они проснутся - тебя нет.
- Да.
- Не к спеху.
Вот я усну, тогда и сходит.
Выключайте свет.
Почему Валентина подарила нам куст?
С какой стати?
- "Бойтесь данайцев,
дары приносящих".
И зачем только Лев Юрьевич
взял у неё?
Может быть, он весь в клещах.
- Я тебе два таких привезу,
Инна Павловна.
Хочешь? Четыре.
- Нет.
- А вы знаете,
что Саша мне жизнь спасла?
- Вай, что ты такое говоришь?
Каким образом?
- Я бы заболел боррелиозом и умер.
- Даниил, не стоит преувеличивать.
- Да вы не понимаете,
это очень опасная болезнь.
Я бы обязательно умер.
- Саша вообще молодец.
Любит тебя.
- Вы думаете?
- Как не любить,
когда ты такой классный пацан!
- Это да.
- О боже...
- Мама!
- Привет, малыш!
- Мамочка, привет!
- Привет! Как твои дела?
- Ты приехала? Я соскучился.
(грустная музыка)
- Иди сюда. Ты так вырос!
- Мам, ты за мной приехала?
Теперь вместе будем жить?
- Приехала повидаться с тобой.
Соскучилась.
- А я как скучал! Я так скучаю!
Я так хорошо учусь теперь!
И ем почти всё подряд.
Тебе нетрудно будет со мной жить.
- Ой, подожди.
- Ты даже удивишься.
- Малыш, подожди.
Встань, встань, мне тяжело.
- А это что?
- Потрясающе!
Так похож на своего отца.
- Я на тебя тоже похож.
Вы же замечаете,
как я похож на маму?
Вы что, слепые совсем?
- Конечно, Данечка,
конечно, очень похож.
(грустная музыка)
- Да где этот чемодан?
Куда вы его засунули?
Вы не понимаете,
что он мне нужен?
- Да вот же он.
- Дань, погоди, погоди.
Куда так торопиться?
Давай посоветуемся с мамой?
Она подскажет.
- А что тут советоваться?
За мной мама приехала.
Чего непонятного? Мы уезжаем.
(грустная музыка)
Мам, пошли.
- Лев... Лев Юрьевич,
ну вы же должны понимать,
что мне было непросто приехать сюда
вот в таком вот положении.
- Я понимаю.
Я только одного не понимаю:
почему я должен давать деньги
на бизнес твоего нового мужа?
- Ну почему вы на это так смотрите?
- А как мне ещё смотреть?
- Ну я же должна как-то строить
свою личную жизнь.
В конце концов, мой сын
живёт здесь, с вами,
не со мной. Я же как-то это терплю.
- Знаешь, я ни на секунду не против,
чтобы Даня жил с тобой.
Я считаю, что это правильно
и что так будет лучше для Дани.
- Нет. Вы его не любите.
- Ошибаешься. Я его очень люблю.
Поэтому думаю, как ему лучше.
Даш, я всегда с нежностью
к тебе относился.
И ты это знаешь. Ты была...
Моему сыну хорошей женой.
Но сейчас я тебя не узнаю.
Ты не навещаешь Даню,
не звонишь ему.
Неделями не отвечаешь
на сообщения.
И вот, пожалуйста,
вишенка на торте -
приехала меня шантажировать.
Сама додумалась
или новый муж научил, а?
Денег я тебе не дам, Даш.
У тебя есть квартира,
машина и гараж.
- Да что толку-то, а?
Что толку от этого?
Я же ничего с этим сделать не могу,
всё же на вас оформлено.
- Ну это и к лучшему:
на улице не останешься.
- А ребёнок?
Я же должна его родить,
я должна его растить.
- Ну да. Ну для начала
я буду посылать тебе деньги,
а потом... потом...
Ты же архитектор.
- Вы что, серьёзно?
Я же не работала никогда.
Кому я нужна?
- Ты знаешь,
я и с этим помогу.
Так что приезжай,
когда захочешь, и живи здесь.
Со своим ребёнком.
- Вы чего добиваетесь?
Вы чего добиваетесь?!
Чтобы и этот ребёнок
тоже рос без отца?
- Тогда найди себе мужчину,
который не будет посылать тебя
торговать сыном.
- Вы!.. Вы не знаете его!
- Я думал, что я тебя знаю!
А оказалось, что нет.
- Пойдём.
- Пусти!
- Пойдём. Сейчас будешь
из шланга поливать цветы.
- Извини.
(Дарья плачет)
(грустная музыка)
- Не тяжело? Смотри... Пойдём.
(грустная музыка)
- У тебя будет другой ребёнок?
Значит, я больше не нужен?
- Ты мне будешь нужен.
Ты же мой любимый сын, да?
- Ты не уедешь?
- Не-а.
- Я проснусь, а ты тут?
- Конечно. Спи.
- Мне страшно.
Она его заберёт.
- Да что вы, нет! Нет.
Она свои проблемы решает. Нет.
- Бедный наш мальчик...
- Вот что, Инна Павловна,
идите отдыхать.
Утро вечера мудренее.
- Мам!
Мама, ты где?
(грустная музыка)
- Даня! Даня у вас?
- Нет. А что случилось?
- Так, всё, я поехал.
- Даня пропал.
- Как пропал?
- Он, наверное, с матерью.
- Лев Юрьевич отвёз её
ночью на вокзал.
- С больной спиной?
Почему не разбудил?
Сейчас я...
- Не знаю.
Вы искать? Я с вами.
- Нет, нет, нет. Оставайтесь.
В чём он был одет?
- Он обул кроссовки
и в пижаме, наверное.
Куда он мог пойти?
- Не знаю, но мы его найдём.
- Я с вами.
- Нет, вам нужно остаться.
Он может вернуться,
понимаете? Оставайтесь.
- Так, я направо, ты налево.
Ты телефон взяла? - Да.
- Ребята! Ребята!
Вы не видели мальчика в пижаме?
- В пижаме?
- Да.
- Прикольно. Он чего, больной?
- Сам ты больной! Нет, не видели.
- Мальчика в пижаме не видели?
- Нет, не видел.
- Даня!
(грустная музыка)
- Дань!
(грустная музыка)
- Простите... Простите...
Вы не видели, мальчик такой,
лет пяти-шести, в пижаме?
- В пижаме? Тут уж и мужик,
москвич, был, и полиция приезжала,
обыскивала дворы,
ежели где не живут хозяева.
Не найдёте никак?
- Нет. - Горе!
- Куда они поехали?
- Да туда, в сторону леса.
- Спасибо.
- А ты мать?
- Простите, а вы не видели такого
мальчика в пижаме лет пяти-шести?
(грустная музыка)
- Ты тут мальчика в пижаме не видел?
- Сам его ищу.
Я у Дружникова работаю.
- Документы!
- Ну, с собой нет.
- Так, поехали-ка лучше с нами.
Тут ловить нечего.
Мы уже два раза всё объехали.
- Поехали.
- Ладно.
- Оп-па!
- Что там? Что это?
Что это? Что?
(грустная музыка)
- Держи! Держи!
Фу! Слава богу, а я-то подумал...
- Чего ты подумал?
Пугаем друг друга, как дураки.
(грустная музыка)
- Даня... Даня...
Дань!
(песня):
- "Вы подарите мне лишь миг
Любви неистовой,
Покорной буду и ручной..."
- Даня!
(песня):
- "И буду искренней.
Пойду за вами сквозь года,
Вы только взглянете..."
- Даня!
(песня):
- "Пообещайте мне, прошу,
Что не обманете..."
- Даня!
(песня):
- "Я этот путь пройду сама
Без всякой робости..."
- Даня!
(песня):
- "Вы подарите мне любовь
На краю пропасти,
И на мгновение одно
Застынем в вечности,
Вдвоём мы будем в этот миг,
Как в бесконечности..."
- Даня!
- Даня!
(песня):
- "Позвольте мне коснуться вас
Душою раненой.
Ведь я готова навсегда
Быть одурманенной.
Пусть ветры кружат над землёй,
Пусть звёзды падают..."
- Даня!
(песня):
- "Я вашу боль возьму с собой,
Она награда мне".
- Даня!
(песня):
- "Я этот путь пройду сама
Без всякой робости..."
- Даня!
(песня):
- "Вы подарите мне любовь
На краю пропасти.
И на мгновение одно
Застынем в вечности,
Вдвоём мы будем в этот миг,
Как в бесконечности..."
- Даня! Даня?
Даня! Как ты сюда забрался?
Иди сюда.
Иди ко мне. Иди, мой хороший.
Даня! Я нашла тебя! Нашёлся!
- Я так устал уже идти!
- Даня!
Нашла! Нашла!
Даня! Подожди.
Сейчас я им позвоню. Сейчас.
Я им сейчас скажу. Сейчас.
Алло! Я нашла. Нашла его!
Да. Всё, тсс, всё хорошо.
Всё хорошо.
- Инна Павловна! Инна Павловна!
Инна Павловна!
Лев Юрьевич здесь?
- Что?
- Даня нашёлся, Саша нашла его.
Лев Юрьевич дома?
У меня телефон разрядился.
- В полиции. Он в полиции.
- Инна Павловна, всё хорошо.
Всё, всё, всё. Все живы, всё хорошо.
Всё хорошо. Инна Павловна!
Всё хорошо.
- Что? Что? Что?
- Всё нормально. Саша нашла его.
Мне позвонить нужно.
У меня просто телефон разрядился.
Я вашим воспользуюсь?
- Я позвоню сейчас.
- Я сам. Я сам. Вы посмотрите,
есть вода в доме в бутылках?
- А, да.
- Посмотрите, пожалуйста.
- Лев Юрьевич! Да, да, это я.
Даня нашёлся.
В бутылке. В бутылке.
Ну, Саша говорит, что в порядке.
Да, наберите.
- Отпустите.
Всё хорошо. Мы сейчас вернёмся.
Инна Павловна! Всё, всё, всё, всё.
- Я с вами. Я с вами.
- Не надо. Не надо.
Оставайтесь здесь. Оставайтесь.
- Всё нормально?
- Всё хорошо.
- Он здоров?
- Всё хорошо, Инна Павловна.
- Почему вы плачете?
- Боялась, что тебя не найду.
- Вам-то что? Я же не ваш ребёнок.
- Мой ребёнок.
Ты мой ребёнок.
Мой ребёнок.
- Посмотри.
- Антон, вон они!
Даня! Данечка!
- Да не плачьте вы уже.
Странное поведение.
- Мальчик!
(грустная музыка)
- Лев Юрьевич, давайте я понесу,
у вас же спина.
- Нет, нет, я сам. Спасибо.
Своя ноша не тянет.
(трогательная музыка)
- Ой...
- Что такое, я не пойму? Сегодня
резко хуже у вас, прямо заметно.
Тяжести поднимали?
- Внука нёс.
- Больше некому, что ли?
Вас здесь никто не бережёт.
Потребительское отношение.
- Да нет. Я сам.
- Как же они не понимают,
что о вас...
нужно заботиться.
Нежно.
Осторожно.
Сейчас дверь закроем.
(вкрадчивая музыка)
Совсем растерялась.
Никогда такого не было,
чтобы увлеклась пациентом.
Прямо что-то странное
со мной творится.
- У меня после смерти жены
никого не было. Никого.
- Видно, уж не случайно
мы с тобой встретились.
Пойду прилягу. В спальне удобней,
там матрас хороший.
Мне нужно пять минут,
чтобы прийти в себя.
Проводи меня.
И сделай чашечку чая с вареньем.
(кашляет)
(вкрадчивая музыка)
- Ты опять за своё?
- Что вылупилась?
Тут скоро всё моё будет.
А ты будешь моя прислуга.
- Воровка.
- Шлюха и аферистка.
Чужого мужика в дом притащила.
Сказать Лёве?
- Скажи.
- Скажу, когда захочу.
- Саша, вы здесь?
Вы знаете, у нас заварка, что ли,
закончилась, не могу найти.
- Пойдёмте.
- СливОвое подойдёт?
- Марина Витальевна,
слИвовое подойдёт?
Подойдёт. Прекрасно.
Саша, протрите банку, пожалуйста.
Вы не опаздываете?
Вы, главное, не переживайте,
Саша вас отвезёт.
- Нет.
- Что "нет"?
- Я её не повезу.
- Саша, Марина Витальевна -
мой гость.
- А мы не договаривались,
что я буду возить ваших гостей.
- Вы знаете,
мы о многом не договаривались.
Например, о том, что водителем
будете вы, а не ваш муж.
- Нет, вы как хотите,
я её не повезу.
- Ничего, ничего, Лев Юрьевич,
сама как-нибудь.
Вам нельзя волноваться.
Иначе все мои усилия напрасны.
В конце концов, для таких, как я,
существуют автобусы.
- Она вас отвезёт. Вам понятно?
- Моя жена сказала, что не повезёт,
и не повезёт.
- Дедушка, ты на кого кричишь?
- Вы... Вы уволены. Оба!
- Что происходит?
- Хорошо. Пойдём отсюда.
- Дедушка, ты сдурел? Саша!
- Даня!..
- Они все тебя ненавидят.
И ребёнка учат.
Ничего, раз их прорвало,
значит, будет исцеление.
(вкрадчивая музыка)
- Слушай, не расстраивайся.
Чёрт с ними со всеми.
- Да? А Даня? Мы ребёнка бросили.
- Да мы тут на три месяца.
Полтора уже прошло.
Слушай, можешь всё-таки
рассказать, что случилось?
- Я застукала её.
Она ворует драгоценности его жены.
- Так. Подожди...
А чего ты ему-то не рассказала?
- Потому что я это
уже проходила в больнице.
Кончилось тем, что меня уволили.
Она спит с ним.
Тут ничего не сделаешь.
- Ну и плевать. Хватит с тебя.
Всё, с этим покончено.
- Нам не заплатят.
- За июнь мы уже получили. Ладно.
- Господи, что ж мне делать?
Что ж мне делать?
Что мне делать?
- Сохраняй достоинство.
- Зря краски тащил. Обидно.
- Ничего страшного. Я не жалею.
У тебя когда следующий платёж?
- За июль хватит. 20-го августа.
- Сколько?
Ну говори, я переведу. Или привезу.
- И с чего? Мы чужие люди.
- Мы уже не чужие.
Саш, поехали со мной?
- Куда? К твоим? "Здрасте,
я Славкину жену привёз". Да?
- Ждёшь его, думаешь, он вернётся?
- Мы развелись.
Это вообще не касается тебя.
- И что, мы вот так вот расстанемся?
- А есть какие-то варианты?
Да, вот так вот мы и расстанемся.
- Остановите здесь.
(грустная музыка)
- Данечка, съешь сырничек.
Это ещё Саша готовила. ёжикова еда.
- Не буду. И математику не буду.
Даже не просите.
- Да что ж такое, а!
- И мыться не буду!
Пока Саша не вернётся,
буду как Маугли. Поняли?
- О, как раз хотела тебе звонить.
Слушай, Римм,
твоя сестра ещё в Москве?
- Нет.
- С мужем Сашки Кузнецовой?
- Ну а что?
- Римм, добудь его телефончик.
Очень надо.
- Даже и не подумаю.
- Ой, кончай, Римм.
Мне с ним парой слов перекинуться.
Отблагодарю. М-м?
- Что вы делаете? Кто так гладит?
Дайте немедленно.
- Прекратите. Я сказал,
я сам справлюсь.
- А!
- Ой, извините.
- Что вы творите, Лев Юрьевич?
Вам так повезло, а вы... Ради кого?
Хоть бы о Дане подумали!
Саша, Антон - они же
для него почти как семья.
- Да... Да перестаньте.
Ну дайте сюда.
Дайте сюда, я сказал.
Ну какая семья?
Семья... Они работали за зарплату.
- А я?
- Вы?
- Я тоже за зарплату?
- Инна Павловна, подо...
Да... Ага...
- Инна Павловна?! Здрасте.
Инна Павловна...
- Сашенька, я за вами.
Вот вы как знаете, но ради Дани.
Он ничего не ест. Почти не спит.
- Инна Павловна, я тоже.
Но что делать? Дед выгнал.
- Вот. Он просил передать.
Простите. За июль.
И он просил вернуться.
- Я её возить не буду.
- Сказал, сам будет.
- А спина?
- А это не наше дело. Пускай терпит.
- Извиняться я тоже не буду.
- И он не будет.
Он никогда этого не делает.
А давайте сделаем вид,
что ничего не было.
А как вы думаете,
Антон согласится?
- Я спрошу.
- Спасибо.
- Даня! - М-м?
- Дань!
- Саша! Я знал!
(смех, визг)
- А Антон? Он приедет?
- Конечно, приедет. Приедет.
Только поздно.
Завтра проснёшься,
а он уже здесь.
Что это у тебя?
(лирическая музыка)
- Антон! Привет!
- Привет.
- Привет.
- Привет.
- А где твой мольберт?
- Не взял.
- Почему?
- Не знаю. Не взял.
- Слушай, мне кажется, мы здесь уже
как-то приспособились, нет?
Я подумала, у тебя получится...
- Слушай, ты будешь мыть, готовить,
водить вместо меня машину,
а я буду развлекаться?
- Нет, почему развлекаться...
Это твоя работа.
- Не знаю. Мне кажется,
сейчас это какая-то роскошь.
Пойдём?
- Да.
Но просто сейчас
это всё временно.
Ты через месяц уже
вернёшься к своей жизни.
- А ты к чему вернёшься?
Слушай, у тебя правда
со Славкой всё?
- Антон! Саша!
Саша! Антон! Саша!
- А, Даня!
Ты чего-то подрос за неделю.
Смотри, какой огромный. Смотри.
Правда, вырос. Вот!
(смех)
- М- м, с возвращеньицем.
Чашку дай. Чаю себе сделаю.
Чтоб тебя не утруждать.
Можешь мне спасибо сказать.
Я б не попросила -
он бы тебя не вернул.
А что, хорошую прислугу трудно
найти, а ты ж любишь вкалывать.
- Ещё раз ты что-то возьмёшь -
скажу Льву Юрьевичу.
- Рискни. Тогда уж
с концами вылетишь.
А здесь всё уже, считай, моё.
- Чего это ты вдруг так торопишься?
- Ты не поймёшь.
- Почему?
- У тебя детей нет, горя не знаешь.
- Саша, выпейте со мной...
Раз уж вашему мужу нельзя.
Откуда вы знаете Марину?
- А мы в одной больнице работали.
Я медсестра.
- М-м. А почему сразу не сказали?
- А, Морозов хотел
пристроить ещё человека.
- Ну всем деньги нужны.
- Ну да, да.
И что же вы с ней не поделили?
Жениха у вас увела, да?
- Да не в этом дело.
- А в чём?
- Не знаю, как сказать...
Без доказательств не имеет смысла.
- А есть что-то,
что вы можете сказать?
- У вас внук.
Что хорошо для него -
хорошо для вас.
- А Марина, значит, не хороша?
- Ну это вам решать. Я пойду.
(интригующая музыка)
- Ой... А...
- Тук-тук.
Не помешаю?
- Мне переодеться надо.
- Не смущайтесь.
Мне случалось видеть
неодетых мужчин.
Правда, симпатичные
редко попадаются.
- Вы чего-то хотели?
- Из любопытства зашла.
Вы тут мило устроились.
А можно воды?
- Да, конечно.
Пожалуйста.
- Или чашку кофе у вас попросить?
Прямо не знаю...
- Кофе не выйдет.
Мне на работу надо.
- М-м... Жаль.
Не стоит доверять всему,
что рассказывают друг о друге
ревнивые женщины.
- Буду верить своим глазам.
(игривая музыка)
- Где она сидела?
- Ну вот здесь вот.
- И тебя долго не было?
- Ну не знаю. Может быть, минуту.
Слушай, ну, может быть, она вообще,
знаешь, просто так приходила.
- Она просто так не заходит.
Не закрывай, мне душно.
- Комары налетят.
- Господи, взрослый мужик
комаров боится. Москва.
- Вообще-то я за тебя волнуюсь.
Я-то им даром не нужен,
когда есть ты.
- Почему?
- Потому что кожа нежная. Ты вкусная.
- Какая?
- Вкусная. Я имел в виду,
для комаров.
- Вкусная...
- Хорошо тебе?
- Очень.
- Как насчёт того,
чтобы я была рядом каждый день?
- М-м, звучит заманчиво.
- Вот и подумаю.
- Ах, чёрт, опять цепочка порвалась.
Я так уже одну подвеску
потеряла. М-м?..
- Погоди-ка. Позволь.
Так, подвеска.
Подвеска.
Ничего не понимаю. Ерунда какая-то.
Саша! Саш!
Что ж такое? Саш, подите сюда.
(тревожная музыка)
Саш, вы где?
- Да, Лев Юрьевич.
- Скажите, пожалуйста,
вы убирали в спальне?
- В какой спальне?
В спальне вашей жены?
- Да. Ничего не перекладывали?
Что-то я не вижу
некоторых вещей.
- Пропали драгоценности?
- Что? Почему вы усмехаетесь?
- Лёва, что такое?
- Ничего.
- Я же вижу, пропало что-то.
Я так и знала.
У тебя тут проходной двор.
- В этом доме никогда
ничего не пропадало.
- Понятно.
Вот.
- Марина!
- Вызывай полицию.
- Марин, ну перестань.
Всё в порядке,
ничего не пропало, ну...
- Часики золотые,
кольцо с изумрудом,
подвеска с лиловым камнем
на цепочке
и ещё одна с тремя камушками, да?
- Откуда вам это известно?
- Даня уронил шкатулку,
всё рассыпалось.
Мы ползали по полу и всё собирали.
- Собирала она...
Но дело не в ней.
Я уверена, я знаю.
Я видела.
- Марина, не надо.
Это неважно. Ну...
- Тебе неважно? А мне важно.
- Марина! Ну не надо, Марина.
- Вот. Узнаёте?
А я видела. Вот. Вот.
- Инна Павловна!
- Саша, воды принесите.
Инна Павловна, что с вами?
Инна Павловна!
(грустная музыка)
- Дань! Даня, пойдём в дом.
- Не пойду. Надоели. Дураки такие.
От вас одни неприятности.
Инна Павловна из-за вас уходит.
- Дай мне руку.
Пойдём.
- Инна Павловна, ну а как же Даня?
- Вы думали о Дане,
когда отказывались её возить?
Вот и я не могу.
- Да я была уверена, что это буду я,
что она мне подкинет.
- Такие люди выбирают самого слабого.
Она думает, что я слабая.
- Нет, вы не слабая.
- Ошибаетесь.
Даня - моя слабость. И он, он тоже.
- Кто "он"?
- Никто.
- Подождите, Инна Павловна.
Подождите.
Я ещё раз говорю,
ну, я ни на минуту не...
Господи, ну это
какая-то случайность, нелепость.
- Случайность? Вы так думаете?
Идиот.
- Я отвезу её.
- Вы тоже уйдёте?
- А на кого я Даню оставлю?
На Ковалёву?
(читает): "В полдень
я принёс капитану лекарство.
"Джим, - слабым голосом
проговорил он, -
я всегда был добр к тебе,
потому что ты настоящий парень.
Каждый месяц я платил тебе
четыре пенса...
А теперь мне так худо,
и я совсем один...
Ты ведь принесёшь мне рому,
не так ли?" -
"Но ведь доктор..." -
начал было я.
Он перебил меня грубой бранью".
- А когда она вернётся?
- Не знаю.
- Я ей позвоню.
- Не надо пока.
- Ты тоже уедешь?
- Нет. Ты будешь слушать или нет?
- Буду.
- Вот и слушай.
- "Он перебил меня грубой бранью".
- Да. Я даже потеряла.
Из-за тебя всё. Так вот...
"Он перебил меня грубой бранью.
А потом я принёс ему ром,
о котором он меня очень просил".
- Лёва! Ты где?
- Здесь.
- Привет.
- Привет.
- Почему ты за мной не приехал?
И трубку не берёшь.
- А мы на сегодня не договаривались.
- А нужно договариваться?
Курс уколов не окончен,
не говоря уже обо всём остальном.
А, или ты будешь делать вид,
что ничего не было?
- Не буду.
- Я всё ещё под подозрением?
- Нет.
- Тогда что тебе мешает меня обнять?
- Я сегодня не в духе.
Давай ограничимся уколом.
- Давай. Только вот что...
Что ты знаешь об этих людях?
- Кого ты имеешь в виду?
Инну Павловну?
- Сашу, например.
Ты знаешь, что Антон ей не муж?
Не знаешь. У неё есть муж. Слава.
И он её бросил. И она быстренько
подхватила случайного знакомого,
чтобы не упустить тебя
и твои деньги.
Лёва, мне страшно за тебя.
Ты живёшь в паутине лжи.
- Ничего. Я не муха.
- Ну обними меня.
- Давай сделаем укол. Давай.
- Давай.
- О, Саша! Саша, привет!
Слушай, ты в какую сторону едешь?
Может, меня довезёшь, а?
Я вот, смотри, как дура,
столько всего набрала, не донесу.
- Пойдём.
- Вот это машинка! Твоя?
- Нет, что ты!
- А я слышала, ты в посёлке
у москвичей, да, работаешь?
Как там по деньгам? Нормально?
- Нормально.
- Слушай, а Маринка Ковалёва,
она же тоже теперь туда ездит?
Ты слыхала?
- Ага.
- Ну а что теперь делать?
Ну что ей теперь делать?
У неё этот нерадивый Пашка.
Он же машину разбил.
Со своими дружками украл иномарку.
И всё, вдребезги.
А там хозяин попался какой-то...
Ну, в общем, Маринка
теперь и крутится.
- Так ей и надо.
- Ну... так и надо...
Она теперь всё, вон, последнее
с себя продаёт.
Ну смотри,
по дешёвке отдала. Видела?
Я годик поношу
и Машке на 16-летие подарю.
- Ира...
- А?
- Съездишь со мной в посёлок,
я тебе 1000 дам?
- 3000.
- Ир! - Саш!
- Так, я больше ничего
не хочу об этом слышать.
История закрыта. Вам понятно?
- Да. А Инна Павловна
так и будет жить?..
- Инна Павловна сама
сделала свой выбор.
Бросила ребёнка
из-за каких-то нелепых обвинений.
- Она ничего не выбирала.
Она любит вас.
А вы позволили её оскорблять.
- Инна меня?.. Да...
С чего вы взяли?
- С того.
- Так что, подвеску мне возвращать?
А кто мне деньги тогда вернёт?
- Не надо. Носите на здоровье.
- Когда я так себя веду, вы говорите,
что это глупое упрямство.
Почему нельзя,
чтобы мы были семья?
- У Антона уже есть семья.
- А две нельзя?
- Ну, мама, я думаю, не будет против.
- А Муся не будет против?
- Муся - это и есть мама.
- Что? Ты каждый день
маме звонишь отчитываться?
- А что, нельзя?
- Но ты с ней воркуешь.
- Ну и она со мной.
У нас так принято.
Подожди, я понял.
Вы думали, что я женат?
- Не-а.
- Я пять лет назад развёлся.
- О боже!
- А я-то думаю...
- Так что, можно семью?
(трогательная музыка)
- Так, Дань, ты чего-то тут разлёгся,
а грозы уже нет.
Ну-ка, давай, пойдём,
я тебя провожу.
(смех)
(трогательная музыка)
Первое утро нашей истории.
- Ничего себе первое!
Два месяца в одной постели.
(звонит телефон)
М-да. Время стремительно ускоряется.
Алло. Да. Слав, привет.
Я тебя тоже поздравляю.
Можешь жениться на Кристине, да.
А, ты не хочешь.
Ну ладно, дело твоё.
Что? Поговорить?
Во сколько?
Хорошо. Давай. Угу.
- Чего он хотел?
- Ну, вероятнее всего, денег.
- Я с тобой.
- Нет.
Он озвереет.
- Ты же можешь не ехать.
Пошли его к чёрту.
- Нет. Подожди. Успокойся.
Я выясню, что он хочет.
И потом мы будем думать.
- Саш, я с тобой.
- Нет, это всё испортит.
Чао.
(интригующая музыка)
- Мне бы тоже с ней поехать.
Я вижу, что она нервничает.
- Настоящий муж объявился, говоришь?
- Месяц назад развелись.
- Ну вы, ребята, даёте! И чего хочет?
- Непонятно. Но вообще
он такой мужик буйный.
- Буйный? Я тоже поеду.
- Нет.
- На всякий случай.
- Она меня...
Она меня убьёт,
если узнает, что я вам рассказал.
- Не узнает. Саша!
- Да?
- Вы к которому часу на рынок?
- К 12 собиралась.
Но мне надо домой на пару минут.
- Мы вас довезём. Нам с Антоном
в художественную галерею надо.
- А почему с Антоном?
- Ну он же у вас художник?
А не слесарь-сантехник,
как вы мне тут втирали.
- Лев Юрьевич...
- Да ладно, ладно.
Я хочу Саркисову на день рождения
картину купить.
Понимаете, что-нибудь такое
монументальное. Как он любит.
Вот. А Антон меня
проконсультирует. Да, Антон?
- Да.
- Ну вот.
- Простите.
- Антон, вы поаккуратней.
- Чего-то не выключается.
- Вы...
Ну, Антон...
(Саша): - Ну вот зачем это всё?
(Антон): - Зонт возьми.
- А я бы вас уже довезла
до галереи и спокойно бы...
- Идите, идите,
мы сами прекрасно доедем.
- Я за ней пойду.
- Подожди. Подожди.
Сделаем вид, что отъезжаем.
Квартиру-то знаешь?
- Конечно, знаю.
- Постоим под дверью
на всякий случай.
А сейчас свернём за уголок.
(интригующая музыка)
- Пишешь: так, мол, и так,
сама взяла подвеску
и потом уговорила эту, как её?..
- Ирину Субботину.
- Да. Уговорила её, чтобы она всё
свалила на Марину Витальевну.
Получишь за это 30 000.
- А ты сколько получишь?
- Тебя это не касается. Пиши.
- А ты зря купился, Слав.
Были бы у неё такие деньги,
стала бы она подвеску красть!
- Слав, ну я ж не дура - кидать
такого, как ты. Соображаю.
- Ладно, пиши давай.
- Если я взяла подвеску,
а что ему мешает меня посадить?
- Да брось ты... Ты чего?
Он не будет связываться. Пиши.
- Нет.
- Я не понимаю, ты чего добиваешься?
Ты хочешь, чтобы я с тобой
судился из-за квартиры?
- А ты и так будешь судиться.
- Нет.
Я должен отдать
нажитое совместно.
- Тут рубля твоего нет.
- А ты докажи!
Я законы знаю.
- Не отвлекайтесь.
Александра, пойми уже.
Ты все границы перешла.
Кончились игры. Исправлять надо.
У меня связи. На работу тебя верну.
Не хочешь назад - в роддом устрою.
- Воровка.
- Слушай, с ней бесполезно.
Она по-хорошему никогда не понимала.
- Отпусти!
- Сами разбирайтесь. По-семейному.
- Что, хорошо тебе так, да?!
(стук, грохот)
- Пусти! А!
- На! На!
- Саша!
- Как ты меня достала!
- Отпусти!
- Это чего ещё?
(напряжённая музыка)
- Саша!
Лев Юрьевич, воды! Саша!
- Сейчас.
- Саша...
(вкрадчивая музыка)
- А он и мне угрожал.
Он ненормальный.
(Антон): - Лев Юрьевич, воды!
- Да, да, да.
(вкрадчивая музыка)
Куда ты пополз?
- А-а-а!
- Как она?
- Не знаю. Не приходит в себя.
- Слава богу... Слава богу. Доктор!
Доктор, она очнулась!
- Я жива?
- Да, Сашенька.
- Всё нормально?
- Да, Сашенька, всё хорошо.
Всё хорошо, Саш. Всё хорошо.
Всё будет хорошо, Сашенька.
- Где я?
- Всё будет хорошо.
- В больнице?
- Всё будет хорошо.
Я сейчас. Я сейчас. Подожди.
- Сашенька...
- Данечка, осторожно.
- Куда уж осторожней!
Я даже не шевелюсь.
- Кстати, а следователь приходил?
- Вчера ещё. Но доктор его не пустил.
- Собираемся, господа посетители.
На сегодня хватит.
- А мне можно остаться?
Я могу тут на краешке спать.
- Даня, пойдём.
- Ну куда ты, у тебя же спина!
- Доктор, скажите,
а можно, мы её домой заберём?
Мы всё подготовим.
- Пока.
- Пока.
(волнующая музыка)
- Пока.
- Пока.
(волнующая музыка)
- Пока.
- Пока.
(смеётся)
(песня):
- "Вы подарите мне лишь миг
Любви неистовой,
Покорной буду и ручной,
И буду искренней.
Пойду за вами сквозь года,
Вы только взглянете..."
(стук в окно)
"Пообещайте мне, прошу,
Что не обманете..."
- Я там охранников пытался обмануть.
Не получилось.
Ты как?
- Хорошо.
(песня): - "Я этот путь пройду сама
Без всякой робости..."
- Что?
- Хорошо.
- Хорошо?
- Как ты?.. Ты...
- Что?
- Как ты?
- Я? Нормально.
Я... Знаешь, я...
Я тебя люблю.
(песня):
- "Позвольте мне коснуться вас
Душою раненой..."
- Слышишь?
(песня):
- "Ведь я готова навсегда
Быть одурманенной".
- Я тебя люблю!
(песня):
- "Пусть ветры кружат над землёй,
Пусть звёзды падают..."
- Не может быть.
Этого не может быть.
- Что?
- Только не со мной.
- Что?
(песня):
- "Я этот путь пройду сама
Без всякой робости..."
- Я не слышу.
(песня):
- "Вы подарите мне любовь
На краю пропасти..."
- Да. Да. Да.
(песня):
- "И на мгновение одно
Застынем в вечности.
Вдвоём мы будем в этот миг
Как в бесконечности".
(заунывная музыка)
(нежная музыка)
(заунывная музыка)
(лирическая музыка)
- Тебе не больно?
- Нет, не больно.
- Я с вами буду спать.
- Даня!
- Дань...
- Залезай давай.
Давай.
- Дань, с какой стати?
А? Грозы нет.
И вроде не предвидится.
- Инна Павловна считает,
что прогнозу погоды доверять нельзя.
Какая разница, если у нас семья?
(лирическая музыка)
(рычание, смех)
- А, щекотно?
- Осторожно.
(смех)
- Остор-р-рожно! Р-р-р!
 

////////////////////////////