Иллюзия обмана 3 (2025 год). Фразы и цитаты из фильма

«Иллюзия обмана 3» (англ. Now You See Me: Now You Don’t) — американский фильм-ограбление, режиссёром которого является Рубен Флейшер, а сценарий написан Сетом Грэм-Смитом в соавторстве с Нилом Уайденером и Гэвином Джеймсом. Съёмки проходили в Нью-Йорке, Париже, Будапеште и Антверпене с мая по ноябрь 2024 года. Фильм вышел в мировой прокат в ноябре 2025 года

Все фразы и цитаты

Всадники! Всадники!
Вы думали,
мы вас бросили?
Или что у нас
закончилась магия?
Что ж, подумайте ещё раз,
дамы и господа,
потому что сейчас
ваши челюсти отвиснут.
Раз вы сейчас здесь,
значит, вы
нашли все улики
и взломали код.
Поздравляю и добро пожаловать.
Прошло 10 лет с последнего
появления Всадников,
но мы вернулись!
Так, подходите ближе.
М-м, ещё ближе.
Ведь чем больше
вам кажется, что вы видите,
тем проще нам
припудрить старые трюки
и впарить их вам как новые.
Итак, меня зовут
Джей Дэниел Атлас,
и позвольте мне сказать
от лица моих
чуть менее харизматичных
коллег, что...
Ух! Как же чертовски приятно
вернуться!
Да. Именно.
Мы исчезли на время,
но в мире магии
всё, что исчезает,
обязательно появляется вновь.
Ну, если, конечно,
фокус сделан по уму.
Я Мерритт Маккинни.
В отличие от моего
лучшего кореша Дэнни,
большинство из вас сегодня
оставили своё эго в гардеробе.
Вы нашли этот
подпольный междусобойчик,
потому что сами
хотели быть обманутыми.
Всем привет.
Я Джек Уайлдер.
Войны, пандемии,
климат, нейросети.
Давайте честно: нам всем магия
нужна как никогда.
Так что я прошу вас
смотреть во все глаза.
Вы точно не захотите
пропустить следующий трюк.
Хенли Ривз,
а ныне Хенли Ривз Стэнли.
Трое детей, две собаки
и магистерская степень.
Давненько не виделись.
Скучали по нам?
Эти ребята были
просто огонь в своё время.
Я сам когда-то хотел
стать иллюзионистом.
А потом мне исполнилось 12.
Осторожнее,
они могут подслушивать.
Ой, я прямо вспотел
в своём Армани.
И что они мне сделают?
Это реальное золото?
— Что?
— Золото настоящее?
Ага. Я богат.
Чувак, это магическое шоу.
Тут каждый второй — карманник,
а каждый первый — его жертва.
— Это был хокку?
— Что за?..
Каждый из вас
только что получил карту.
Не соизволите ли
её достать?
Отлично. А теперь
мы перемешаем колоду,
так что найдите
случайного человека рядом
и поменяйтесь с ним картами.
А когда сделаете это,
найдите кого-то ещё
и снова поменяйтесь.
Окей, супер. Теперь...
Так-так-так...
Ты, вон там, внизу.
— Я?
— Да. Какая у тебя карта?
— Бубновый туз.
— Бубновый туз. Окей.
Давайте немного
всё усложним.
У кого-нибудь ещё здесь
есть бубновый туз?
Погодите, у меня.
Бубновый туз!
О-о!
Похоже, у нас тут пятый
Всадник, и это даже не Лула.
Поднимайся на сцену,
будешь нашим ассистентом.
— Иди!
— Да, давай!
А теперь... смотри мне в глаза
и... спать.
Мастерство не пропьёшь.
Для вас это может выглядеть
как обычный пацан,
но сегодня он совершит
невероятную магию,
словно в него кто-то вселился.
Буквально.
— Хенли.
— Да, Мерритт.
Не хочешь
заглянуть к нему в тело?
Ага. И ты, Джек,
почему бы тебе тоже
туда не запрыгнуть?
Моё любимое занятие.
И... Господи, помоги тебе.
Атлас, почему бы тебе
тоже туда не просочиться?
Ну и я, пожалуй,
туда же втиснусь.
Магия — дело
коллективное.
— О!
— Ого!
Джей Дэниел Атлас в здании.
Ну, кто хочет
увидеть фокус?
Мерритт, твой выход.
Привет, прекрасные люди.
Все знают, что Мерритт
Маккинни читает мысли.
Ну, теперь я — это он.
Или он — это я. Кто знает?
Я чувствую,
что кто-то пришёл сегодня
не ради магии,
а чтобы её обосрать.
Бретт Финнеган в зале есть?
Чё каво?
Вы со своими дружками
основали криптобиржу
«Кэмп Хобарт».
— Факт. Именно.
— Это наш профиль.
Обобрали честных работяг
Нью-Йорка,
вычистив пенсионный фонд
наполовину.
Ну, вы округляете,
и вообще, все риски
были чётко прописаны.
Все знали,
на что шли, чувак.
А прибыли вы припрятали
в офшоре?
Счёт, заканчивающийся
на 53297?
Ты не мог этого знать
без моего, э-э...
О, это реальное золото?
Бретт, тебе стоит
быть поосторожнее
со своими вещами, мужик.
Мерритт у нас экстрасенс,
а я, Джек,
мастер ловкости рук.
Спроси своих друзей.
Они только что помогли
сократить разрыв в доходах.
Что? Какого...
А вот и
небольшая перераздача.
Эй! Эй, эй!
Спасибо. Спасибо.
Ищи адвоката!
Я тебя по судам затаскаю!
Ой-ой!
Кто-то забыл, что Хенли умеет летать.
Дальше мы сами,
но давайте похлопаем
Это отсылка к тому, что Всадников было четверо
лучшему Всаднику на этой сцене.
Ух! Вау.
Эй, эй,
эй. Эй, эй.
Фантастика. Итак, народ,
возьмите свои напитки
и вылейте их прямо
на лицевую сторону карты.
Сможете?
Те 12 уникальных слов
на каждой карте —
это пароль
к вашему новому криптокошельку.
— О!
— Заходите,
и вы обнаружите там
украденные миллионы Бретта...
справедливо распределённые.
О боже. Пятьдесят...
50 косарей баксов!
50 штук!
Тебе капец, чувак!
Воу, воу!
Остынь, пряник,
потому что у меня видение.
Э-э, кажется, сейчас копы
вынесут эту дверь к чертям!
Так что покажи нам
свой собственный фокус
и исчезни
на счёт три, два, один.
А теперь подходите ближе. М-м, ещё ближе.
Ведь чем больше вам кажется,
что вы видите, тем проще нам
— припудрить старые трюки...
— Что?
...и впарить их вам
как новые.
О боже, нет.
Нет!
Нет!
Слушайте, по-моему,
вы проделали отличную работу.
Ну, мой Атлас был хорош.
На самом деле это подражатели — дипфейк
Над Мерриттом
ещё стоит попотеть.
— М-м.
— Вышло как плод любви
торчка из Сан-Диего
и капитана шхуны с креветками.
Ну да.
Нет, серьёзно, Боско,
не знаю, как ты это делаешь.
Хорошая пародия —
это не только имитация.
Это внимание к деталям,
характеру и нюансам.
Ладно. Ладно.
Дайте я попробую.
Э-эм...
Я — Джей Дэниел Атлас.
Чем вы ближе,
тем меньше видите.
Ну, это было... нечто.
Ага. Ещё поработаешь.
— Было неплохо.
— Для начала сойдёт.
— Но надо подкачать скиллы.
— Окей, ладно.
— На что ты всё время пялишься?
— Ни на что.
Чувак, выше нос.
Ребят, ну гляньте на нас!
Посмотрите, чего мы добились.
Мы сегодня реально сорвали куш.
Так, в следующий раз
розовый парик надеваешь ты.
Нет.
— Блин, опять заперто.
— Ладно, я вскрою.
Стой, стой.
Сделай «ту самую штуку».
— Нет.
— Ну, пожалуйста.
— Это вообще лишнее.
— Но это же круто!
— Я сумку подержу.
— Совершенно не нужно.
— Ну давай, весело же.
— Ладно.
Ты сможешь.
— Она как маленький Марио.
— Точно Марио.
— Осторожнее.
— Пожалуйста, не умри.
— Ты как?
— Жива.
Если б я так умел,
я бы только так и передвигался.
— Это так круто.
— С ума сойти.
Довольны?
— Да, было эпично.
— Офигенно.
Впусти нас уже.
Холодно же.
Ух.
Лучшая квартира
во всём городе.
Ага, и никто её не увидит,
кроме нас.
Все вокруг...
Какая жалость.
Но в своих доспехах
я настоящий мужик...
Подходите ближе.
Ещё ближе.
Этому парню крышка.
Ну и кто теперь богат?
Чарли, выключи
эту шарманку, а?
С меня Атласа
на сегодня хватит.
Да, без проблем.
...исчезает, появляется.
Если трюк
сделан по уму.
Боско, глянь пиццу.
Я жрать хочу неимоверно.
Уф, я тоже.
Мы — Четыре Всадника!
Пиццы нет,
но есть пивас.
— И, да, только пивас.
— Ближе. Ведь
— чем больше вам кажется...
— Будет кто?
Да, мне давай.
Чувак, серьёзно,
выруби это.
Я вырубил.
Ладно. Очень смешно.
Где другой проектор?
Я не голограмма.
«Я не голограмма». Ага.
Конечно.
Именно это голограмма
бы и сказала.
— О господи, ты настоящий.
— Больше никогда не лапай моё лицо.
Прости-прости. Я реально
думал, что ты проекция.
Я бы в жизни не...
Я твой огромный фанат.
Как сам?
Как ты нас нашёл?
Без понятия.
Ушло секунд тридцать.
И если мне было
так просто вас найти,
то сколько времени
это займёт у полиции?
— Воу, стоп, у полиции?
— Да, у легавых.
С чего бы полиции
нас искать?
Ну, не знаю, может,
из-за того налёта,
который вы только что провернули?
Или из-за того, что вы
сквоттеры в этом здании,
или что ваше электричество
идет из того щитка
в углу через левак?
Понятия не имею.
Я прав, Бозо?
Боско.
— Хмм.
— Боско Ларой.
А, точно, точно,
Боско Ларой.
Ты что, вбил в нейросеть
«выдуманное имя для фокусника»?
Вообще-то это
моё настоящее имя, Атлас.
Хмм.
Твоя мамаша что,
переспала с атласом дорог?
— Не смешно.
— Хмм.
Ты о нас
ничего не знаишь, чел.
— Я знаю о вас всё.
— О как.
Тот самый сомнительный Боско Ларой,
многообещающий актёр,
чью карьеру сгубили
кредиты за учёбу.
Жаль, что тебе пришлось
бросить Джульярд,
но кривляться ты
так и не перестал.
Если память не изменяет,
твоя последняя оплаченная роль...
кажется, ты был Элмо
на Таймс-сквер?
Так, во-первых,
я никогда не был Элмо.
Я был красным Телепузиком.
По!
— Чего?
— Красный Телепузик.
Её зовут По.
— О, По!
— Моя любимая.
Правда?
— Её зовут По.
— Милота.
А ты, Джун Руклер.
Вылетела
из каждой закрытой школы,
куда тебя
запихивали предки.
Не жалуешь авторитетов,
я так понимаю.
Дай угадаю.
Ты считаешь, что «старики»
угробили планету
и долг твоего поколения
— прибраться за ними.
— Я прав?
— А я разве ошибаюсь?
Нет.
И вот, ты сбежала из дома,
добралась до Нью-Йорка,
где и встретила этого парня
в лавке фокусов Таннина.
Чарли Гейес.
— Ага, привет.
— Да, привет.
Про тебя в сети
мало чего нашлось.
Хотя я знаю, что ты сирота и
кочевал по приёмным семьям
всё своё детство,
и не знал слова «семья»,
пока не спелся
с этими двумя.
И вот, втроём вы
промышляете
своим «Робин Гуд-шоу»
уже несколько лет,
пытаясь изменить мир
по одному фокусу за раз,
что и привело вас к самой
дерзкой краже... моей личности.
Ты там был?
Вы расклеили наши рожи
на каждой стройке
и в каждом метро города.
Это нарушение авторских прав,
между прочим.
Конечно, я там был.
Ну, и как тебе?
Думаю, над Мерриттом
надо ещё поработать.
— Я так и знал.
— Это больная тема.
— Ты ничего не смыслишь.
— Нет. Он лжёт.
Но в целом постановка
впечатлила.
А это ты, полагаю,
тот тихушник?
— Классический закулисный гений.
— Ну, вообще-то,
— Александр Херрманн...
— О боже, началось.
...говорил, что люди,
придумавшие его трюки, —
настоящие гении.
То, что ты знаешь
имя этого человека,
уже кричит о «закулисье».
А ты, твоя ловкость рук
на высоте. Хорошая моторика.
Ты быстрая и шустрая.
Правда, я был впечатлён.
— Спасибо.
— Не за что.
Звучит так, будто мы крутые.
Вам до этого как до Луны.
Но, э-э, при должной
настройке, возможно, станете.
Да, теперь я... вижу,
почему Око послало меня к вам.
— Прости.
— Стой, ты сказал «Око»?
Да, Око.
Так, слушайте.
Эта карта пришла в мою
квартиру три недели назад
вместе с четырьмя билетами
и инструкциями,
спрятанными в подкладке,
для трюка круче и масштабнее
всего, что
вы когда-либо видели.
Трюк, в котором почему-то
должны участвовать вы трое.
— Мы?
— М-гм.
— А почему не другие Всадники?
— Нет,
— остальные Всадники мертвы.
— Что?!
Для меня. Они мертвы для меня.
Не перебивай.
Короче, всё стало слишком личным.
Все уволились.
Я ушёл в астрал в Австралии.
Долгая история.
Игра слов: Walkabout — обряд инициации у аборигенов
И теперь мы тебе нужны?
Согласно карте — да.
Ну, а ты нам — нет, так что...
Боско.
Что? На кой нам этот
чувак? У нас и так всё тип-топ.
Тип-топ? Вы тырите
мелочь
у каких-то крипто-бро.
Я же говорю
о крупной рыбе, парень.
Я говорю
о чём-то, что
реально изменит этот мир.
Я думал, вы, детишки,
именно об этом и грезите.
Так и есть. Именно.
Да, мы за это.
Да, но я думаю, мы можем
поймать свою рыбу сами.
— Можете?
— Нет, нет, он...
— Ну, удачи тогда.
— Что? Нет.
Можешь подождать секунду?
Что ты творишь?
Что... что происходит?
Ты в своём уме?
— Это же Джей Дэниел Атлас.
— Да знаю я, кто это.
Он же чертова легенда.
Был легендой. А сейчас
он просто какой-то козёл.
— Можешь...
— Да, конечно.
Боско, он козёл,
но он Всадник.
Ну, серьёзно,
просто поверь нам в этот раз.
Так. Время решать, детки.
Ну, что скажете?
Вы в деле...
...или вы в пролёте?
Что за трюк?
Приветствую вас,
уважаемые члены общины,
почтенная пресса,
друзья и коллеги.
Мы собрались здесь
сегодня, чтобы отпраздновать
открытие новейшей и величайшей
шахты компании Вандерберг —
С3, или, как мы любим её называть,
«Амахле». С зулусского —
«Прекрасная».
Потому что каждый ребёнок прекрасен
в глазах своей матери.
Наш клиент может быть уверен,
что когда он покупает
величайший в мире символ любви,
он был произведён
исключительно с любовью.
За Амахле, и за всех вас!
Что ж, спасибо всем большое,
что проделали этот путь.
Итак, полагаю, вы
все впечатлены Амахле.
C3 — кодовое название алмазного месторождения
Простите, С3.
— О, это весьма эффектно.
— Да, потрясающе.
Но я также понимаю,
что вы выбрали
этот прекрасный день,
чтобы высказать опасения,
на которые, вопреки вашим
ожиданиям, я не в обиде.
Жгите.
Хорошо. Что ж, э-э,
совет директоров считает,
что прогнозы
слишком оптимистичны...
М-м.
...с учётом роста конкуренции
со стороны синтетики
и на случай,
если ставки кредитования рух...
Уильям. Уильям.
Мой отец любил тебя,
но была
причина, по которой он звал
тебя своей «грозовой тучей».
Экая досада.
Семья Вандерберг
не проигрывает.
Как вы прекрасно знаете,
наша гоночная команда только что
в седьмой раз выиграла
чемпионат в Монако.
Шахта будет давать результат.
Следующий?
Ясно.
Ценообразование. Минимумы,
которые вы установили для...
Уильям, уважь меня.
Хочешь наглядную
демонстрацию реальности?
В этом бриллианте,
скажем, сколько, 55 карат?
Антверпенский алмазный центр
оценил бы его в 3 миллиона долларов.
Уильям, будь добр,
открой рот
и высуни язык.
Живо.
— Серьёзно?
— Вполне.
Так вот, если Уильям
сейчас его проглотит,
этот самый бриллиант
разнесёт его глотку в клочья.
Он истечёт кровью
ещё до приезда парамедиков.
Так что для Центра — это 3 миллиона,
а для Уильяма — бесценно.
Скажите же мне,
как генеральный директор,
отвечающий за последние
великие алмазные шахты мира,
должна ли я резать нашу маржу,
или мне стоит выбрать цены,
которые, я знаю,
наши элитные клиенты оплатят?
Так я и думала.
Теперь...
...если больше
вопросов нет,
я бы хотела отправиться
в Антверпен со своим прайсом
и показать наши камушки.
О-о, э-э, знаешь,
ты вполне могла начать
с бесплатной поездки в Европу?
Знаете,
малоизвестный факт
об Антверпене — это то, что...
О, класс, ещё магическая
викторина. Веселуха.
Нет, я просто
хотела сказать, что
там пекут отменное печенье.
Да? А можно нам
его купить, а?
— За счёт Атласа, конечно.
— Нет.
Нет, нет, я не буду
покупать вам печенье.
Я только что купил вам шоколад!
Так, слушайте,
это вам не отпуск, ясно?
У нас есть три дня,
чтобы подготовить эффект,
на фоне которого ваша халтура
с «Призраком Пеппера»
Призрак Пеппера — техника иллюзии с отражением
будет выглядеть как наскальная живопись.
Так, идите сюда.
Алмаз «Сердце», самый
дорогой камень в истории
и фундамент корпорации
«Вандерберг Майнинг».
Годами семейка
хранила этот булыжник
в своём секретном
хранилище,
на глубине 70 этажей
под землёй.
И не просто под землёй.
А в Аравийской пустыне.
Никто, кроме их доверенных
лиц, не бывал внутри.
Доступ через
один-единственный лифт,
под неусыпным взором
вооружённой охраны...
Личность подтверждена.
...и за многоуровневой
биометрической системой
безопасности.
Но теперь весь мир будет смотреть,
потому что впервые
за полвека
этот бриллиант
привезут сюда,
в Антверпен,
чтобы поднять престиж
и разогреть ставки
на частном аукционе
через три дня.
Окей, я, конечно,
всегда за то, чтобы что-то спереть.
Но что в этом
камне такого особенного?
Ну, потому что нам так велела
магическая карта Таро, Джун!
Да, очень остроумно.
Но можно я договорю?
Ты ещё не закончил? Господи,
ты уже вечность треплешься.
Да, и собираюсь трепаться ещё.
Так что, пожалуйста, внимание.
Десятилетиями сначала
Питер Вандерберг,
а теперь его дочь, Вероника,
продавали эти алмазы
по завышенным ценам
торговцам оружием, сутенерам
и диктаторам по всему миру,
чтобы, ну, типа,
помочь им отмыть бабло.
То есть деньги там грязные.
В некоторых случаях
буквально пропитанные кровью.
Но потом, вуаля...
...они чисты в обмен
на эти драгоценные камни.
Она спонсирует
всё худшее в этом мире.
Так что, кто бы
ни прислал ту карту Таро...
Это одни из немногих честных
людей, оставшихся в этом мире.
Единственные, кому
всё ещё не плевать на правосудие.
Люди, с которыми я
давно не общался.
Они называют себя «Око»,
и они хотят, чтобы мы сделали то,
что Всадникам никогда не удавалось.
Это, парень,
наш шанс вбить кол
прямо в сердце
самой дьяволице.
Погнали.
Все взгляды
будут на мне
и на «Сердце»
сегодня на аукционе.
Я должна выглядеть ослепительно.
У тебя есть
тот оттенок «Поцелуй котёнка»?
Летабо.
— Да?
— Соломинку.
Как зовут того британского
фотографа из Vanity Fair?
Э-э, как же его...
Марк...
Марк Скрайбер?
— Шрайбер, господи.
— Шрайбер.
Подтверди его, остальных отменяй.
В прошлом году мы звали всех.
В этом — эксклюзивность.
— Слушаюсь.
— Мы открыты, прозрачны.
Нам нечего скрывать.
Окей, отлично.
Всё сделаю.
Это Вероника.
Спи, моя радость, усни
В доме погасли огни
Кто это?
Папа купит тебе
певчую птичку
А если птичка
Всем вон.
Не запоёт
Откуда у вас этот номер?
Папа купит тебе
бриллиантовое колечко
Это частная линия,
и у вас явно нет слуха.
Я спросила — кто вы?
Ах, Вероника.
Контейнер слева от тебя.
Выглядит знакомо?
Он принадлежал тому мальчику,
что умер 15 лет назад.
Это ничего не значит
ни для меня, ни для кого-либо.
Правда?
Мы оба знаем,
что ты сделала.
Послушай, если у тебя
есть реальные улики
и ты хочешь меня достать,
почему просто не используешь их?
Пятнадцать лет назад ты забрала
то, что твой отец любил больше всего.
Теперь я сделаю
то же самое с тобой.
Мне нужен алмаз «Сердце».
Ты сама отдашь его мне.
Или я поднесу зеркало,
чтобы весь мир увидел,
кто ты на самом деле.
Вперёд.
Мне нечего скрывать.
— О господи.
— Привет.
Прошу прощения за это.
Хай. Поможете
мне это найти?
Я ищу уже
буквально целый час.
Да. Это будет
вон там, мэм.
Марк Шрайбер. Джеймс Уинн,
пиар-служба Вандербергов.
Огромный поклонник
ваших работ.
Джеймс?
А что случилось с Дэни?
О, Дэни. Да, к сожалению,
нам пришлось её уволить.
Оказалось, она расистка.
И ещё, она забронировала
вам номер в Radisson Blu
— с частичным видом и двумя кроватями.
— Фу.
К счастью, я взял на себя смелость
переселить вас в FRANQ.
Обожаю FRANQ.
Да, президентский люкс
как раз для... ну,
президентов и таких талантливых
фотографов, как вы.
Ваше приглашение на гала-вечер
уже перенаправлено.
Могу я взглянуть
на ваше подтверждение?
Благодарю.
Я также перенёс съёмку
с семи на девять вечера,
чтобы у вас было время
сотворить свою магию.
— Хоть кто-то соображает.
— О да.
Я сияю, как сверхновая
Руки в небеса,
сердце нараспашку...
Я сияю ещё ярче,
Как чёртов бриллиант
Возьмём, к примеру, алмазы,
выращенные в лабораториях.
Они претендуют на ценность,
но в них нет ни природы, ни редкости.
Какая честная женщина захочет
носить фальшивку на пальце?
Согласна.
Одна из немногих истин —
это сила,
скрытая в природном камне.
Настоящие бриллианты
зажигают в людях страсть,
как и на протяжении веков.
Верно. На самом деле
Мария-Антуанетта
надела алмаз «Хоуп»
всего на один день,
а месяц спустя...
...её потащили
на гильотину
весьма, как вы выразились,
страстные ребята.
Мария-Антуанетта
умерла не из-за алмаза.
Она умерла из-за
чудовищного отсутствия эмпатии.
Ну...
И по правде говоря,
она никогда не носила «Хоуп».
Люди просто верят, что носила.
Серьёзно?
Довольно любопытно.
Значит, её убила не толпа
и не гильотина,
а... просто история.
Должно быть, я плохо
знаю свой список гостей.
Вы занимаетесь алмазами?
Нет, нет, я занимаюсь
иллюзиями, прямо как вы.
Видите ли, веками
алмазы были мусором,
пока очень умные
и богатые люди,
вроде Вероники,
не внушили нам, что
эти стекляшки
не только редки,
но и что ни одна
нормальная пара
не может пожениться без них.
Нет, вот это
реально крутой фокус.
Но проблема любого фокуса
в том, что...
У всех хороших историй
есть неожиданный финал.
Это ты?
Что именно «я»?
— Конечно, нет.
— Нет-нет.
Я имею в виду, вы бы
не впустили меня, не прояви я
высочайших моральных качеств,
как и другие ваши гости.
Я заметил Луиса Брисеньо,
торговца оружием.
Моё почтение, сэр.
И, конечно, Марию Бортник,
которая,
будучи звездой, умудряется
монополизировать госсми.
Может, представитесь?
Чтобы мы могли
изучить под лупой вас.
Хмм.
Пока рановато.
Прошу прощения, что прервал.
В этом нет нужды.
Пусть едят пирожные.
Марк Шрайбер.
Вероника Вандерберг.
Давайте побыстрее, ладно?
Скоро начинается аукцион.
Надеюсь, вы достойно
снимете меня и «Сердце».
Да. Но у меня одно правило:
как я сказал, так и будет.
Ну, я уверена,
что смогу найти в себе покорность.
Что ж, если нет —
я её сам в вас найду.
О-о. Вы мне нравитесь.
Сюда, дорогуша.
— Не хочу быть слишком матовой.
— Понимаю. Конечно.
И мне не нравится,
когда крылья носа блестят.
Окей.
— Показывай.
— М-гм.
Простите, а можно эта
мелкая плодовая мушка
выйдет из кадра?
Кыш, кыш, кыш!
Спасибо.
Единственное, что дороже
этого алмаза — моё время.
Я навел о вас справки.
Ваша индустрия, как и моя,
осаждена
маркетинговыми байками.
Но вы — вы показываете
красоту как она есть.
В этом мы похожи.
Мы не продаём вымысел,
мы продаём реальность.
Ну, я бы поспорила,
что мы вообще не продаём.
Это другие покупают.
Хмм.
Посмотрим...
Так... Алмаз,
достаньте его.
Ни за что, парень.
Абсолютно исключено.
Блики на стекле
испортят фотографии.
Я не терплю несовершенства.
Не думаю, что такая
ослепительная женщина,
как мисс Вандерберг,
тоже его терпит.
Так что вынимайте, или
ищите другого фотографа.
Честно говоря,
я надеялась, что вы попросите.
Не помню, чтобы я спрашивал.
Вот оно.
Прекрасно.
Работаем. Потрясно.
Шикарно.
Великолепно.
Красота.
Да. Улыбаемся,
нам весело!
Ради этого мы и пришли.
Замри, замри.
Вот он, кадр на миллион.
Держи.
А вы, мэм, уже достаточно близко.
Я просто пытаюсь...
помочь.
У неё лоб блестит
ярче бриллианта.
Вообще-то, я делаю свою работу.
И я вам не подчиняюсь.
Когда дело касается «Сердца»,
слушаешь меня.
— Выметайся.
— Я... я сама дойду.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Мистер Шрайбер.
Если вы тот, за кого себя выдаёте,
у вас уже должно быть
всё необходимое.
— Более чем достаточно. Спасибо.
— Отлично.
Что ж, было приятно,
но покупатели заждались.
С меня хватит
этой нелепицы.
Убедитесь, что всё в безопасности.
Да, Летабо.
— Черт возьми, что случилось?
— Без понятия.
Время тикает. Погнали.
Наконец-то, аукцион,
которого мы все так ждали.
Если вы здесь сегодня,
то наверняка думаете,
что видели всё.
И я спрашиваю вас...
Прямо-таки всё?
Его не видели вживую
четверть века.
До сих пор крупнейший алмаз
в истории — «Сердце».
Мои поздравления
всем вам
с тем, что вам так долго
всё сходило с рук.
Но знаете что?
Изменения климата
в вас тоже не верят.
Вы вырвали свои состояния
из недр Матушки-Земли,
сожгли её небо
своими частными джетами...
— Окей, она поняла.
— Да, да, да.
Выжали её досуха
своей ненасытной...
Молодой человек, мы все тут
хотим спасти мир,
но время — это тоже ценность,
и вы тратите моё.
Завали хавальник, блестяшка.
Почему бы тебе
не перестать сосать
пластиковые трубочки
и не соснуть вот это!
Почтенные гости. Меня зовут
Джей Дэниел Атлас.
Вы можете помнить меня
как вашего фаворита
из Четырёх Всадников магии.
А теперь смотрите внимательно,
как знаменитый алмаз «Сердце»
появится у меня на ладони.
Ну надо же, ему так же
не хватает внимания,
как этому чудику
из «Гринписа».
Уверяю вас, алмаз
в полной безопасности.
А точно?
Один мудрец сказал мне
— в зеркале, кстати —
э-э, никогда не думай, что ты
самый умный в комнате,
докажи это.
Ну, попробуй.
Ладно, посмотрим, сможем ли
мы открыть этот кейс.
Э-э... Абракадабра.
Хм. Нет.
Э-э... Сим-салабим.
Стойте.
Сезам, откройся!
А-а.
Всё ещё при мне.
Нет. Расслабься.
М-м, выдохни, Вероника.
Как напоминает нам
ваша реклама:
бриллианты — это навсегда.
— В безопасное место её. Живо!
— Остановите его! Взять его!
Ловите!
— Джек.
— Хай.
— Ты что тут делаешь?
— Задницу твою спасаю.
— А.
— Не за что.
У тебя тоже такая есть. Хм.
— Привет. Я Джун.
— Ага.
— Это кто ещё?
— Сорри, она с нами.
Где алмаз?!
Что?!
Похоже, вам плевать
на окружающую среду.
Ты сильнее, чем кажешься.
Эй!
Делаем ноги!
Эй! Эй, эй!
Стоять! Не дайте
им уйти!
Ладно, что дальше?
В моей карте было сказано
вытащить вас. Я не знаю.
Хенли Ривз?
У меня все стены
твоими плакатами обклеены.
— Ты кумир моего детст...
— Оставим фанатство на потом.
Но вообще-то... ты знаешь,
очень рад тебя видеть.
Фанатство потом.
Нам наверх.
Руки за голову
и не шевелиться!
Да это просто бред.
Что происходит?
Концерт Бетховена для скрипки с оркестром.
Бред, бред, бредятина!
Воу. Мерритт? Какого...
Что это было?
Атлас, я бы посмотрел на тебя,
как ты гипнотизируешь
троих на бельгийском.
Вообще-то это фламандский.
Окей, это всё объясняет.
Трогательное воссоединение.
Нам пора.
Хенли Ривз!
— С возвращением!
— Спасибо.
И позволь сказать, ты...
— Так, всё, погнали!
— Да-да-да, валим!
Я просто хотел
сделать ей комплимент,
потому что был рад
её видеть. Только её.
— Я просто...
— Мы поняли!
Туда, наверх.
Ого! Воу! Воу!
Это за нами?
Ты видишь здесь ещё кого-то,
кто пытается смыться?
Давай, давай.
Бегом!
Быстрее, быстрее.
Э-э, он был у меня в руке
всё это время. Он никак...
Они не меняли алмаз.
Они подменили кейс.
А вы, мэм, уже достаточно близко.
Почему бы тебе не перестать
сосать пластиковые трубочки
и не соснуть вот это!
Почтенные гости...
Сезам, откройся!
Всё ещё при мне.
Бриллианты — это навсегда.
— Летабо.
— Да, мэм?
Мы заставим их
пожалеть об этом.
И даже больше.
Марк Шрайбер, Vanity Fair.
Я что-то пропустил?
Знаешь,
я думала, он будет ярче.
Окей.
Так, верни его.
— Что ты творишь?
— Ой. Сорри. Он такой скользкий.
— Эй. Эй.
— Лови!
Ладно, больше так не делай.
Слушайте, а можно
поговорить о «младенце» в комнате?
Э-э... Кто эти ребята?
Это те чудесные детки,
что состряпали дипфейк нашего шоу.
— Что?!
— Да.
Это из-за вас
ко мне домой копы припёрлись?
— Вы моих детей напугали.
— Да, сорян.
— Бывает.
— Просим прощения.
Ну и как детишки-то?
Как твоя скучная
загородная жизнь, ради которой
ты нас кинула?
Эй, остынь, мужик.
Ты упустил свой шанс.
— Хмм.
— Видал, какой булыжник?
Нет, дай глянуть.
О-о, не «Сердце»,
но внушает.
Я же тебе говорила, Дэнни.
Я не чувствовала себя в безопасности,
пытаясь выбраться
из смирительной рубашки,
вися вниз головой.
— Я была на шестом месяце!
— Да брось.
Мы бы тебя
перевернули в самом конце.
Всё было бы путём.
— Ой, да ладно.
— Вы по мне даже не скучали.
Сколько времени ушло на замену?
Один вечер?
Э-эм, ну и
лучшая часть ночи.
Кстати, а как там Лула?
— Вы всё ещё...
— Нет.
Она, э-э...
она укатила в Париж.
О нет. Она бросила
великого Джека Уайлдера. О боже.
Мои соболезнования.
А тебе разве не пора
на какой-нибудь
круизный лайнер
позориться за деньги?
— Позориться?
— Да.
Я зашибаю пятизначные суммы
за круиз, плюс бонусы.
«Плюс бонусы».
Слыхали? «Плюс бонусы».
А я думал, что Мерритт,
спивающийся в Мексике, —
это предел депрессии. О-о.
Кстати об этом,
пора возвращаться к делу.
Эта печень
сама себя не уничтожит.
Э-э, можно нам причалить?
Стой, стой, стой.
Вы уходите?
Ну да, типа,
круто поболтали.
Э-э, ну, что,
увидимся ещё через десять лет?
Приятно было познакомиться,
головастики.
Адиос.
Знаете что?
Я тоже сваливаю.
У меня выступление.
Правда?
Они тебе хоть такси оплатят?
Подписал соглашение о неразглашении.
Ни слова не скажу.
Ты что делаешь?
Тут шесть ручек,
и ни одна не открывает.
Ты с кем разговариваешь? Отойди.
Простите,
но я вообще не врубаюсь,
что у вас тут происходит.
Такое чувство, что у вас тут
куча старых терок,
и всё как-то максимально неловко.
Да, вы же,
вы же были Всадниками.
Я не понимаю.
Почему вы разбежались?
Их спроси.
Спроси их, почему мы разошлись.
Если б решал я,
мы бы до сих пор были вместе.
— Око хотело, чтобы мы...
— Нет, нет.
...разоблачили русского
торговца оружием.
Нам правда
нужно снова это переживать?
Мы наделали
кучу ошибок, мы...
— Облажались.
— Зазвездились.
Из-за нас
Дилан Шрайк больше никогда
не выйдет
из русской тюрьмы.
— Кто?
— Дилан Шрайк. Ясно?
Он Всадник. Ну же.
Учи матчасть, парень.
Мне так жаль.
Ребят, я понятия не имела.
Что, он застрял
там навсегда?
Что, очевидно,
является трагедией
и тем,
что я себе никогда не прощу.
— Как и я.
— Да, окей, мужик.
Но это не значило,
что нужно было всё бросать.
Блин, это реально...
Реально отстойно, ребят.
Сочувствую.
«Отстойно»?
Меня просто
поражает, как
твоё поколение
красноречиво всё подытоживает.
Может, мне кто-нибудь объяснит,
почему эти малолетки
вообще здесь?
По той же причине, что и ты.
Око так захотело.
Ну, «Сердце» у нас.
Что Око
хочет от нас дальше?
— Без понятия.
— Одно я знаю точно.
У вас в руках алмаз
на полмиллиарда долларов.
— Они выйдут на связь.
— Да, скорее всего.
Воу, стоп, стоп.
Атлас, можно твою карту?
Да.
Хмм.
— Ого.
— Это карта.
— Эй, Атлас, это твой батя.
— Нет, это...
Это карта, которая
проявляется только тогда,
когда Всадники вместе.
— Дохлый номер.
— Серьёзно, чувак?
Ну, давай,
Око явно хочет,
чтобы вы это сделали.
Вы же Всадники.
Начните уже вести себя соответственно.
Ладно.
Думаю, Росарито
может подождать пару дней.
Я... я попробую перенести
это выступление.
Будет непросто,
но я что-нибудь придумаю.
Вообще-то, я даже соскучилась
по беготне на грани смерти
и прыжкам по крышам
вместе с вами.
— Рад твоему возвращению.
— Спасибо.
Окей, и где находится это место?
И что мы
должны здесь делать?
Око
нам сообщит.
— Так, время для фотки!
— Ты что творишь?
Фотографирую.
Все пары сейчас так делают.
Пожалуйста, не пости фотки
— из сверхсекретного места.
— Не ревнуй.
Я знаю, ты тоже хочешь в кадр.
Нет.
Я не хочу в кадр.
— Потому что это может стать...
— Памятью.
Нет, не памятью.
Уликой.
Хм. Никогда
не видела таких дверей.
Окей, я не могу её открыть.
Джек, справишься?
Погоди.
Ты хотел сказать «Джун»?
— Джек у нас по замкам.
— О-о.
Похоже на здоровую
конкуренцию.
Да ладно, это нечестно.
Я вскрывал замки ещё до того,
как она родилась.
Дайте мне найти скважину.
— Может, с другой стороны.
— Да, она снизу.
Ты как-то не внушаешь
доверия, Джек.
— Он справится.
— Хмм.
— Он справится.
— Что, заржавел?
Не торопи меня.
И когда он начнёт
её вскрывать?
Слушай, Джек, не думаю,
что тут нужен отмычки.
Думаю, этот замок
нужно решить. Так что...
Покажи ему, как надо.
Ого.
Вы не против, если я
быстренько с этим разберусь?
Окей.
Если вы хоть раз
были в квест-руме,
то знаете, что головоломки
бывают самых разных мастей.
Дело не только
в замках и ключах.
— Ого.
— Хм.
Тебе пора обновить
прошивку, Джек.
Воу.
Но, как говорится,
дамы вперёд. Прошу.
Думаю, он просто
её приоткрыл для неё.
— Хм.
— О-о-о.
— Ого.
— Вау.
Э-э, что это за место?
Рай для магических задротов.
Гроб П. Т. Селбита?
Видите?
Ребят, смирительная
рубашка Гудини.
Да, это она.
Эй, хочешь, упакую тебя
туда по старой памяти?
— Нет.
— Нет?
А мне казалось,
это смешно.
Премного благодарен.
Залезешь сам?
— Нет.
— Понятненько.
Чарли,
глянь сюда, чел.
Что там?
Ловля пули зубами.
Да ладно!
Йо!
— Тупик?
— Ага, тупик.
Ребят, тут тупик.
— Или нет?
— Хм.
О господи.
Да, точно тупик.
Хм, странно.
Кости должны быть здесь,
а шарик — вот тут.
— Ого.
— Тонкая работа.
Пустяки.
Четыре ряда.
Один, пять, восемь, четыре?
Это код?
— Один, один, пять, шесть, 18...
— Минус четыре.
— Один, восемь, девять?
— Пятнадцать, восемьдесят четыре.
— 1584.
— Чт...
«Открытие колдовства».
Первая в истории книга
о сценической магии.
Год издания.
Боже,
откуда он это знает?
Ну, он ходячая Википедия
с горой бесполезного хлама.
Хм.
«Бесполезного»?
А это круто.
— Невероятно.
— Класс.
Ребят, это чертёж
самого поместья.
Но какой-то он странный.
Верх — это низ.
Лево — это право.
Тут даже комнаты — фокусы.
Мои Всадники.
Таддеус!
— Рада тебя видеть.
— Рад тебя видеть, дорогая.
Мог бы просто глянуть
в видеозвонок и впустить нас.
И где бы тогда было веселье?
Сэр. Хай, я Чарли.
— Я ваш огромный фанат.
— Привет, Чарли.
Э-эм...
Ни разу не видел
линзу Любора такого размера.
Правда? Ну, это ты ещё
цветочки видел.
Так это ты прислал карты?
Нет.
Нет, я давно завязал
с этой чепухой,
и с вашим коллективным
дурдомом тоже.
Сейчас я творю магию
только для внуков.
Однако несколько недель назад
у меня на пороге
появилась карта,
предупреждающая,
что пора готовить дом
к прибытию семерых
будущих беглецов
от закона.
— Похоже на нас.
— Ага.
Стойте, а зачем
Оку мы здесь?
Могу лишь предположить,
что всё, чего они
хотят от вас дальше,
спрятано где-то
в этих стенах.
Видите ли, это поместье,
Шато Руссийон,
когда-то было их домом.
В 1943 году
союзникам требовались военные
чудеса из всех возможных источников.
Они призвали на помощь
самых талантливых
иллюзионистов того времени.
Те построили целый город
из грязи, картона и света,
с тысячами
надувных резиновых танков,
чтобы сбить немцев с толку.
Гений Джаспера Маскелина.
Кто-то хорошо учил историю.
Постойте, а как нацисты
связаны с алмазом?
Этого я не знаю.
Но ответ
где-то здесь.
Надо просто начать искать.
Мисс Вандерберг!
Мисс Вандерберг!
Как вы ответите на слухи,
что ваша компания —
лишь прикрытие
для отмывания денег?
Всадники — это воры,
косящие под
борцов с капитализмом,
и они несправедливо ополчились
на меня и моё честное имя.
Я призываю любого,
кто нас очерняет,
внимательно изучить нашу
деятельность и отчёты.
И я призываю полицию
отправить этих фокусников
туда, где им место
— в анналы истории.
Всё, больше никаких вопросов.
Никаких вопросов!
Спасибо!
Интерпол заявил,
что это работа изнутри.
Воры точно знали,
где слепые зоны.
— Ну и как всё прошло?
— Дай угадаю.
Это ты стоишь
за этими Всадниками
и их мелкими конюхами.
Нет. Зачем мне
просить алмаз,
а потом пытаться его украсть?
На твоём месте я бы
нашёл способ
вернуть его, и поскорее.
Я так понимаю, ты и твоя
гоночная команда будете
в Абу-Даби в конце недели.
Идеальная нейтральная территория.
Я привезу улики.
А ты вези своё «Сердце»,
если оно у тебя есть.
Я...
— Вы их нашли?
— Есть пара зацепок.
Их видели на пути
из Бельгии на юг.
Сейчас говорят,
что Всадников
заметили во Франции
час назад.
Глава французской полиции
мне задолжал.
Позвони ему и скажи,
что мне нужны их головы
на блюдечке с каёмочкой.
Жандармы их найдут.
Я уверена.
Таддеус сказал нам
что-то искать.
Что же это может быть?
Ого, вау. А это круто.
А ты не особо разговорчив.
Ой, сорри.
Зато извиняться ты мастер.
Прости.
Опять я за своё.
Прости. То есть...
я просто нервничаю.
Я ваш огромный фанат.
И из-за меня копы на хвосте,
и мне правда...
Я правда...
Больше не буду.
Прощаю.
И вы, ребята,
отлично представили Всадников.
Но я тебя там не видела.
Почему ты не участвовал?
О, я просто... Люблю быть
за кулисами, понимаешь.
Я проектирую все наши трюки.
Э-эм, куда мы идём?
Кажется, мы заблудились.
Тебе правда это нравится,
или это просто
удобная ширма?
Э-э, что ты имеешь в виду?
Ну, я... Ого.
Годами я внушала себе,
что хочу быть ассистенткой,
что мне плевать, что Атлас
всегда меня затмевает,
ведь он такой гениальный.
Но на самом деле я просто...
я боялась.
Боялась выйти
на авансцену.
О-о. Таддеус был прав.
Верх — это низ.
Перевёрнутая комната. Круто.
Круто?
Тебя вообще ничем не прошибёшь?
Я же сказал — «круто».
Ты что, не знаешь,
что это значит?
Ладно, давай попробуем
понять,
как эта комната работает, окей?
Ага.
Я понял.
Ну конечно. Естественно.
Ты уже всё знаешь.
И что я на этот раз
сделал не так?
А, ничего.
Мои глубочайшие.
Ты само совершенство.
Одно удовольствие наблюдать.
Тебе говорили когда-нибудь,
что ты маньяк контроля?
Ага. И не раз.
Воу! Эй!
Я и правда разобрался.
Ого. Вау.
Мармеладки вставили.
Интересно,
что мы ищем?
Любую странную дичь.
Тут всё — странная дичь.
Господи.
Глянь на это.
Знаешь, я всегда
брала с тебя пример.
Да ну?
Ага, пока ты не стал
фокусником на круизном лайнере.
Эй, я ещё и корпоративы веду.
О, да ладно.
Прям не верится.
Значит, это было впустую.
Что теперь?
Один фокус. Окей? Без пафоса,
без подвешенного языка.
Просто один фокус.
Чел, мне не нужно
тебе ничего доказывать.
Вообще-то, придётся.
Покажи, почему Око выбрало тебя.
Знаешь что?
Докажи мне,
что тебе не нужна нянька.
О, что, теперь
ты не выступаешь?
Не ломаешь комедию,
раз твоих дружков-неудачников нет?
— Они моя семья.
— Ага, конечно.
Не смей. Мне не нужно
производить на них впечатление.
Ладно, замяли.
Забудь.
Я просто хотел увидеть,
на что ты способен,
когда не пытаешься
сорвать дешёвые аплодисменты.
Но, похоже,
ответ — ни на что.
Ладно.
Хочешь увидеть магию?
Твоя проблема, Атлас,
в том,
что ты вечно всё
усложняешь, мужик.
Найти алмаз куда проще,
чем ты думаешь.
— О-о.
— И заставить его...
...исчезнуть.
— Неплохо.
— Проверь карман.
— Серьёзно?
— Ага.
Хм.
О, неплохо.
«Карта в невозможном месте».
Но не вздумай играть
в шашки на шахматной доске,
потому что я
на пять шагов впереди тебя.
Загляни-ка в карман.
Эй.
— Это бесценный антиквариат.
— Ну да.
В этой комнате старые реликвии
обретают свой покой.
Ага. Скорее всего,
ты прав, Таддеус.
Но не раньше, чем они
получат последний шанс блеснуть.
— Что тут происходит?
— Довольно неплохо,
но старайся делать всё
чуть медленнее.
Правда?
Дай зрителю
насладиться истинной магией.
Окей,
— недурно. Недурно.
— Вау.
Круто сработано, Боско.
Я никогда не была сильна в покере,
но разве черва
не бьёт бубну?
— О-о. Вот оно.
— Ю-ху.
Хорошее отвлечение внимания,
но не будем забывать,
— ради чего мы здесь.
— Я ещё не закончил.
— Покажи им, Чарли.
— Исчезновение драгоценности.
— Ну-ка, глянем.
— Ладно.
Смотрите на приз.
Кручу-верчу, запутать хочу,
где остановится — никто не знает.
— Тю-тю, нет.
— О-о.
Чёрный кабинет, стол с секретом,
увидел ещё на входе.
— Пора сваливать по-чистому.
— О да.
— Куда это он?
— Я знаю, что он делает.
Прыгающий Джек?
И это весь фокус?
Старьё.
Знай я, что от него
так легко избавиться...
— Не так уж и легко.
— Ага, Джек.
О-ох! Ладно, хватит
разогревочных номеров,
пора выходить хедлайнеру.
Я хочу, чтобы вы загадали
одну из этих карт,
но не ту, о которой, как вам
кажется, я хочу, чтобы вы подумали.
— Есть?
— Да, загадала.
— Какая была карта?
— Четвёрка червей.
Ха-ха.
Красиво, профессор.
Впечатлена. Я впечатлена.
Эй. Эй. Эй.
Это виски старше тебя.
Сорри, босс. Каюсь.
Слушайте, ребят,
я не буду врать.
Это было реально круто.
— Прям реально-реально.
— Ну, покажи им.
Но я думаю,
можно сделать ещё круче.
— Погнали!
— Эй.
— Вот она пошла!
— Да! Снежная буря в Китае.
Ну вот и всё.
Красотища.
Я всегда ношу белое
зимой, ребят.
Снег — редкость
в этой части Франции,
но лёд...
это вообще за гранью.
— Классика.
— Найс.
Как ты делаешь такое
чистое исчезновение?
— О, фокусник не выдаёт секретов.
— Хм?
— О-о. Хм.
— Шах.
И мат?
Черт.
Признай это, Боско.
Мудрость и опыт всегда
бьют молодость и наглость.
Благодарю.
Никогда не думай, что ты
самый умный в комнате. Докажи это.
Да брось, мужик.
Ты ничего не доказал.
Эй, можно напомнить всем,
что мы до сих пор
не поняли,
на кой мы вообще в этом
музее Второй мировой?
Стой!
Джаспер Маскелин,
тот самый фокусник,
что победил нацистов.
Он строил ложные города,
бутафорские танки.
Я вот думаю...
— Ого.
— О-о.
Ого, вау.
Боже мой, я был прав?
Эй, первый урок магии:
никогда не удивляйся,
когда трюк срабатывает.
Ой, сорян.
— Мамочки родные.
— Что это за куча всего?
Энциклопедия
нацистских преступников.
Среди которых, судя по всему,
и папаша Вероники.
После войны выжившие
нацисты разбежались по миру.
Я не бухгалтер, но похоже,
что Питер Вандерберг
разбогател на отмывании
их грязных денег.
Ага, и похоже, Вероника
продолжила семейное дело,
используя его
криминальную сеть.
Но...
я не понимаю.
Что Око
хочет, чтобы мы с этим сделали?
Ну, если я не ошибаюсь,
Око хочет,
чтобы мы разоблачили Вандербергов,
свалив два
поколения преступников
одним ловким движением руки.
Я читал
кое-какие интересные слухи
о Вандербергах в сети.
Похоже, 15 лет назад
мать Вероники покончила с собой,
а через неделю у их
экономки отказали тормоза.
Машина разбилась,
она и её сын погибли.
Были подозрения
на убийство,
но ничего не доказали.
Хм.
— Ого.
— Вот дерьмо.
Полиция!
Стоять,
стоять, стоять.
Слушайте внимательно.
Врассыпную.
— Ищите выход. Живо, живо!
— Окей. Погнали.
Он прав.
Все разбегаемся.
Окей, валим.
— Мы внутри. Ищем этот булыжник.
— Плёвое дело. Он размером с бильярдный шар.
Ну, если бильярд для великанов.
— Шевелите булками! Разбиться по парам,
рации на приём! Искать его!
Сюда, сюда!
Стоять!
— Разворачивайся.
— Повернулся, живо.
Ты слышал его, Боско.
Поворачивай.
Идут!
— Ку-ку, мусорилы.
Адиос, мон ами.
— Твою ж кочерыжку!
Пардон!
— Замри, остолоп!
Бонжур, месье. Бонжур.
Знаете, обычно
я люблю проводить
гостям нормальную экскурсию.
Подозреваю, вы поняли,
что этот дом
хранит много тайн.
Таддеус!
Таддеус!
Хотите увидеть
фокус?
— Чего?!
А как насчёт того,
чтобы я...
исчез?
Не шевелись!
— Прекратить палить куда попало!
Таддеус!
— Какого хрена?
— Найти его! Он не мог далеко упылить.
— Не рыпаться!
Таддеус!
— Лапы вверх!
Быстрее! Сюда!
Таддеус?
О, слава богу.
Эй, где здесь
самый быстрый выход?
— За этим поворотом...
— Ага.
...есть потайной ход.
Идите вдоль ручья
через лес.
— Ого.
— Ох!
О нет. О нет, нет, нет,
нет, нет, нет. Нет, нет, нет.
Этого не может быть.
Давай, Таддеус, вставай.
Нам пора идти.
Тебе нужна помощь.
Пожалуйста, вставай.
Вы должны
остановить Веронику Вандерберг.
Нет, мы не сможем
без тебя, Таддеус.
Я вам не нужен.
Но вы нужны друг другу.
Никогда не забывайте об этом.
Я знал, когда шёл сюда,
что это...
вероятно, мой финальный трюк.
Не дайте моей смерти
быть напрасной.
Ещё много работы.
Уходите. Живо, уходите. Прошу.
Пока не стало...
слишком поздно.
Погнали. Нам пора.
Атлас!
Полиция
забрала Джун.
А что насчёт
Джека и Мерритта?
— Их тоже.
— Окей, значит, вытащим их.
Воу, воу. Давай
обсудим это секунду.
Обсудим что?
Слушай меня.
Нам надо действовать с умом.
Нет. Мне нужно вытащить
друга из тюряги.
— Боско...
— Слушай, когда ты копал
всю ту инфу про нас, знаешь,
чего там не было?
Чарли и Джун —
мои единственные друзья.
Знаешь, за что
я их реально люблю?
Рядом с ними я не
чувствую себя козлом.
— Я иду за Джун.
— Боско, стой...
— Послушай меня. Эй.
— Одну секунду, мужик.
Слушай меня.
Ты не сможешь.
Это почему? Ну?
Они ищут тебя, Боско.
Они ищут всех нас.
Да. Тебя
тоже арестуют.
Да.
— Черт.
— Вот именно.
Если бы только нашёлся кто-то ещё,
кто достаточно безумен,
чтобы устроить побег
без ресурсов
и защиты.
— Атлас.
— Да?
Может, и найдётся.
Таддеус Маркус Брэдли.
Это имя человека,
которого вы только что убили,
если вам интересно.
Ах, да.
Это было досадно.
Знаете, когда всё
это только началось,
мне было плевать на вас
и ваш алмаз,
но вы только что
сделали это глубоко личным делом.
И теперь я с нетерпением
жду вашего падения.
Мой отец
вас бы обожал.
Он был без ума от магии.
Когда мне было лет пять или шесть,
в один из редких моментов,
когда он был только мой,
он научил меня фокусу.
Он заставлял красный
шёлковый платок исчезнуть
и появиться снова
прямо изо рта.
Мне так нравилось!
В этом было
столько блеска и шика.
Я репетировала
этот трюк месяцами.
Думала, что
если сделаю всё идеально,
то получу больше...
его любви.
Но это была иллюзия.
С тех пор я ненавижу магию.
Всю эту мишуру, пафос,
не говоря уже
о таких шарлатанах, как вы,
с вашим ментализмом.
Ни у одного из нас нет
телепатии, мистер Маккинни.
Но она вам и не нужна.
Вы знаете, где моё «Сердце».
И мне она не нужна,
потому что вы мне сами всё скажете.
Думаю, вы достаточно умны,
чтобы понять —
хрена с два я вам что-то скажу,
как говорят у нас в Техасе.
И вы ошибаетесь
насчёт ментализма.
Люди носят всю свою
историю жизни на лице.
Надо просто
уметь это читать.
Возьмём ваше, например.
— Позволите?
— С превеликим удовольствием.
Сейчас будет весело.
Ну, вы уже
поделились в красках
своими проблемами с папочкой,
но мне любопытно насчёт мамы.
Почему она покончила с собой?
Она была
так же в отчаянии
от нехватки внимания отца,
как и вы?
О-о...
Была.
И почему же?
Ваш отец уделял
своё внимание кому-то другому?
Когда вы заправляете волосы
за ухо — это ваша улика.
Уделял.
Так он
кувыркался с секретаршей?
Нет, слишком клишированно.
Но это должен был быть кто-то
близкий вашей матери, чтобы она...
Подруга?
Парикмахер?
Это ведь
не экономка была, а?
Нет, не экономка.
У меня нет на это времени.
Обычно так и говорят,
когда я нащупал горяченькое.
Может, включим кондей
или окно откроем?
Так, если бы мой батя спал
с экономкой,
а мама узнала об этом
и покончила с собой,
я бы вряд ли подрезал
тормоза в машине экономки.
Но, опять же,
я ведь не психопатка.
Вы жалкий и печальный человек.
Теперь я вижу,
почему вы хотите всё закончить.
Э-эй, э-э, Вероника...
Знаете,
уход — это тоже улика.
— Шеф, я выцепил эту старую кошёлку в парке.
— Она в стельку. Что мне с ней делать?
— Да я тебя перепью и не икну, салага.
— Кинь её в обезьянник.
— Позорные огурцы в погонах.
О-ля-ля.
— Это мне? Зая, я просила люкс
с видом на Лазурный берег.
Месье, месье, месье.
— А он ничё такой, симпотяга.
— Быстрее! Быстрее! Быстрее!
— Беги!
— Мы забираем эту арестантку под свою опеку.
— Но я не могу...
— Она больше не ваша забота.
— Эта карга руку себе сломала!
— Что?!
— Руку в щепки разнесло!
Где она?
Где девчонка?
Черт!
Она сбежала.
— Найти девчонку!
Бонсуар.
Это довольно мерзко,
даже для тебя.
Кажется, я немного
переборщила с винишком.
Привет, Лула.
Кстати, выглядишь отлично.
Окей, раз...
Не думал,
что когда-нибудь снова тебя увижу.
Как ты нас нашла?
Одна птичка нашептала.
Представь моё удивление.
Вы все снова
собрались без меня.
Что? Нет, всё не так.
Ты не понимаешь.
Не так? Да что ты?
Ты свободен. Придурок.
Кавалерия прибыла.
— Скучал по мне?
— О-очень.
О, всем привет.
Это я, Лула...
Зубы! Лула!
Помнишь? Я тоже
когда-то была Всадником.
Ага, я спрашивал про тебя.
Единственный.
О, ты был...
Он был единственным. Серьёзно?
— Стоять!
Черт. Окей.
Нам нужно на встречу.
Итак, план такой.
У меня есть тачка для отхода.
Всё готово.
Только Джеку надо её завести.
Погоди, твой план в том,
чтобы я угнал машину?
Ага!
Окей, я заведу тачку.
Ты забирай Джун.
Не уходи без неё, ясно?
— Встречаемся снаружи.
— Да, да, да. Окей.
О! И... следите
за мигалками!
Окей. Знаешь, я и сам могу
завести...
— Можешь меня отпустить.
— Точно. Сорри.
— Стоять! Стоять!
— А ну иди сюда.
Ого!
Вива ля Франс
Обожаю френч-фрай
и французский тост
Иди сюда.
Где алмаз?
Мерритт, спасибо.
Я прикрою тебя, зая.
А кто прикроет тебя?
Мигалки.
Бежим!
Смотри мне в глаза,
наблюдай и дивись,
пока шёпот слов
слабит волю твою...
Спи!
Не все тут гипнабельны.
Я сказал: «Спать!»
Полегче, силь ву пле.
Та-да!
Ау?
Джек?
Мог бы сказать,
что приедешь на патрульной тачке.
Премного благодарна.
И глядите,
Пятый Всадник снова с нами.
— Привет, Лула.
— Хай.
Окей.
— Ты в порядке?
— Ага. Нет, нормально. Всё окей.
— Но у них Мерритт.
— Черт.
— Да, я сбежала, а он не смог.
— Ага, понятно.
Очень эмоциональный момент
для всех присутствующих.
Явно много всего происходит.
И я правда пытаюсь не
принимать всё это на свой счёт.
Но, пожалуйста, скажите мне,
Око связалось
с вами напрямую?
Ага.
— С тобой тоже?
— Да.
— Почему не позвонили раньше?
— Дико извиняюсь.
— Пришлось искать няню.
— Да ладно вам!
Всё закрутилось мгновенно.
Погодите. Вы двое знакомы?
— Ага.
— Ну да, мы...
Как много женщин-фокусников,
по-твоему,
существует в мире?
Тот факт, что нас тут трое
в одной комнате.
Шок. Просто шок.
— Мозг просто взорван.
— И не говори.
Удивительно, как Вселенная
ещё не схлопнулась сама в себя.
— Точно.
— Абу-Даби!
— Он всегда так делает?
— М-гм.
Сорри, я просто...
Я ваш огромный фанат, кстати.
Я пытался вычислить,
где Вероника появится в следующий раз.
И, судя по всему, у «Вандерберг Глобал»
есть гоночная команда.
Они представят новый болид
в эти выходные в Абу-Даби.
Так мы сможем вернуть
Мерритта и разоблачить её.
Да. Точно.
Нет, нет, нет.
Никого я разоблачать не буду.
Вообще никого, окей?
Мне плевать,
чего хочет Око. Нет.
Мы меняем это на
Мерритта, и на этом всё.
Мы спасаем друга,
а не мир.
— И что потом?
— Что?
Просто вернёмся к своим жизням
и дадим ей уйти?
После России ты сказал:
«Фокусники — это артисты,
— а не супергерои».
— О боже. Началось.
И я начинаю думать,
что ты был прав.
Она не просто моет бабло,
как её папаша.
Ты видел,
что стало с Таддеусом.
Очевидно, мне тут приходится
навёрстывать, да?
У меня нет
всей информации,
но не думаю, что это
должно мешать мне
иметь своё мнение
о наших дальнейших действиях.
— Как раз таки должно.
— Именно.
Нет, не должно, Атлас.
И я считаю, мы должны
раскрыть Ванессу.
— Веронику.
— Веронику.
За убийство и...
— Какое там второе?
— Отмывание денег.
И за отмывание денег.
За убийство
и за отмывание денег.
— Да. Именно.
— Мы должны её упаковать...
Нет, нет! Это слишком опасно!
— И Атлас прав.
— Что?
Хватит
приносить себя в жертву.
— Ага.
— Прости. Оно того не стоит.
Да это чушь собачья!
— Что?
— Ты не прав.
— Да ну?
— Прости.
Нет. Не извиняйся.
Говори как есть.
Ты не прав. Просто...
Пока я не узнал
о Всадниках,
мне было плевать
на всё.
Я... Семья от меня отказалась.
Я ненавидел весь мир.
А потом я увидел видео с вами,
и вы пытались
сделать этот мир
чуть менее коррумпированным, чуть менее паршивым.
И тогда мне стало не плевать.
Ну и какой фокус?
Обещаю,
это сработает.
Но хватит ли
отвлечения внимания?
Пока она здесь,
а не там.
Об этом мы позаботимся.
Если вы опоздаете
хотя бы на пять минут...
— На пять? Я бы сказал, на одну.
— Одна минута задержки.
Как мы узнаем,
что придёт достаточно людей?
Ребят, это уже завирусилось.
Гарантирую, толпа будет что надо.
Это безумие.
Слишком много переменных.
Эй, мы будем
на постоянной связи,
— если что-то пойдёт не так...
— Эй, эй, эй.
Тут вообще
нет права на ошибку, чел. Ноль.
Нам нужно
сработать безупречно,
если мы хотим провернуть
такое рисковое дело
с кучей движущихся частей
за этот смехотворно
короткий срок, окей?
— Да.
— Ага.
Но, говоря за себя,
по крайней мере,
я думаю, у нас семерых
шансов больше, чем у кого-либо.
О-о.
Вы только посмотрите на это.
Когда это великий
Боско Ларой стал таким душкой?
Ладно, ребят,
мы делаем это или как?
Шанс один на десять миллионов.
Обожаю такие расклады.
Дамы и господа,
время пришло.
Сегодня, только на одну ночь.
— Подойдите ближе.
— Ещё ближе.
Ведь чем больше
вам кажется, что вы видите...
Тем проще нам
будет вас обмануть.
Отсчёт пошёл.
Всего через два часа
Четыре Всадника
выйдут на сцену вместе
впервые за десять лет.
Джей Дэниел Атлас.
Хенли Ривз.
Джек Уайлдер.
И Лула Мэй.
Дамы и господа,
Четыре Всадника.
Именно, Всадники
вернулись только на одну ночь.
На прошлой неделе
мы украли алмаз «Сердце»,
а сегодня, через два часа,
мы вернём его
законному владельцу —
всем вам.
Думаешь,
мы привлекли её внимание?
Если это не помогло,
тогда я уж не знаю.
Ладно, слушай,
теперь, когда ты знаешь,
насколько всё может
стать паршиво,
можешь хотя бы раз
не лезть на рожон?
— Нет.
— Понятненько.
О-о.
А вот и она.
Точно по расписанию.
Наслаждаешься шоу?
Э-э, немного
дешевато на мой вкус.
Я так понимаю, вы выбрали
место поближе к моему.
Ну, хорошие новости для тебя.
Я внесла вас
в список гостей.
Неси моё «Сердце».
И мы совершим обмен.
Мистер Маккинни
в обмен на алмаз.
— М-гм.
— Снаружи, под светом софитов,
и чтобы ни намёка
на магию.
Один кролик из шляпы,
один туз из рукава —
и твой дружок сделает «пшик».
Просто пытаюсь говорить
на понятном вам жаргоне.
Абракадабра, любовь или прах
Абракадабра, у смерти в руках
Абракадабра, абра-у-на-на
Шепчет она:
«Смерть или секс навсегда»
Абракадабра, абракадабра
Абракадабра
Абракадабра...
Добро пожаловать в «W Yas Island».
Орландо Ближнего Востока.
Ха.
И наконец,
спасибо острову Яс
за организацию события,
достойного самой быстрой
команды в автоспорте.
Эта трасса элитна,
но скоро она
покажет нашим соперникам
самый привычный
вид в гонках —
задние крылья наших машин.
Спасибо.
Охренеть. Это Вероника?
У неё очень
внушительная аура.
Наши магические
друзья прибыли.
Почему бы тебе не пойти
и не поприветствовать их?
Спасибо, что пришли.
Надеюсь, вам понравится гонка.
Так, Атлас сказал
создать отвлечение.
Как мы это провернём?
Тут охрана на каждом шагу.
Так, ребят, спокойно.
Я всё решу.
Привет. Хай.
Э-э, Дэвид. Круто.
Я из отдела по связям со СМИ.
Я тут проверяла.
Вы не могли бы поставить
камеру немного иначе?
Окей, спасибо. Продолжайте.
Это ещё кто?
Твой выход.
Сделаем это.
Убедись, что
алмаз подлинный.
Эти люди очень хитрые.
Я так рада, что вы пришли.
Как насчёт того,
чтобы зарыть топор войны?
— В шею друг другу?
— Ха! Остроумно.
У каждого из нас есть что-то
полезное для другого.
Отличный повод для сделки.
Только одно условие.
Я искренне надеюсь,
что это наша последняя встреча.
— Она такая статная.
— Не сейчас.
— Ненавижу её... У-ух.
— Лула. Тсс.
— Как дела?
— Бро, я могу тебе помочь?
Да, мы здесь,
чтобы снять болид.
— Удостоверения?
— О, точно. Конечно.
Разумеется. Вот, держи.
— А у тебя?
— Э-э, да,
где-то в куртке было.
А вот и оно.
Мы из «Клетчатых флагов»,
сериал такой документальный.
Следующий сезон
про «Вандерберг Моторспорт».
Вас серьёзно не
предупредили?
Типично.
Мы просто снимем
пару планов, перебивки,
как гости глазеют
на эту красотку.
— Ладно, когда будете гот...
— Эй, не трогай машину.
— Нам нужно снять интерьер.
— Ага.
Я вообще-то могу
организовать тебе камео.
— Оставь при себе. У меня приказ.
— Ага, у нас тоже.
Добрый вечер,
мисс Вандерберг.
Да. Мы пытаемся снять
те кадры, что вы просили,
но тут возникла
небольшая проблемка.
— У тебя будут неприятности.
— Она хочет с тобой поговорить.
Это плохо кончится, мужик.
Ой, плохо.
Алло.
Слушай, мой отец всегда говорил,
что никто не покупает
алмаз вслепую.
И в данный момент
моя машина — это и есть алмаз.
Так что ты
либо дашь им работать,
либо будешь
искать себе новую вакансию.
Простите за задержку, мэм.
— Всё в силе.
— Ты лучший.
Можешь отойти на
секундочку назад?
Чисто для света. Спасибо, чел.
Ну что, приступим?
Пожалуйста.
О. Ну конечно,
у тебя есть громила. Прости.
Да ладно тебе, ты нам не веришь?
После всего, что было?
Какие-то проблемы?
Перепроверь,
если не уверен.
— Это «Сердце».
— Да, разумеется.
Теперь, пожалуйста,
верните нашего друга.
Давай уже.
А вот и он. Окей.
— А-а!
— Эй.
— Уф.
— Ты как?
Ну, теперь я знаю,
что стою полмиллиарда баксов.
Я всё равно думаю, что нас нагрели,
но рад тебя видеть.
Сдано, принято, подписано.
Видишь, я женщина своего слова.
Оставайтесь, если хотите,
наслаждайтесь вечеринкой.
Эй! Эй!
Что это, чёрт возьми, такое?
— Черт!
— Отойдите!
Да ладно, как
эта штука заводится?!
Я не могу сосредоточиться,
когда ты на меня орёшь!
Не дайте ему уйти!
Пардон!
Вызывайте полицию!
Наслаждаешься шоу?
Ты так и будешь стоять
и глазеть, или вернёшь мою машину?
Это ваших рук дело.
Окей, погнали.
Так, Атлас,
ты хотел отвлечения внимания —
ты его получил.
Черт, у этой тачки
зад заносит только так.
О боже, да что за чертовщина?
Мы провалились
в люк или типа того.
Все целы?
— Где мы?
— Нет.
Когда я проснулась сегодня,
была лишь одна вещь,
которую я хотела больше своего алмаза.
Мои Всадники под замком.
И теперь, когда у меня есть и то, и другое,
должна признать, я чувствую себя
немного избалованной.
Пока вы готовили
своё дешёвое выступление,
я подготовила свой собственный трюк.
Пятеро Всадников в ловушке,
выхода нет.
Вы впятером можете быть
национальным достоянием,
но у нас тут тоже такое есть.
Только их трудно найти,
потому что они погребены в песке.
Для всего мира это
будет выглядеть так,
будто вы погибли
при неудачном побеге.
Ну что ж, покажите магию.
К чёрту магию!
Кто-нибудь, вызывайте подмогу!
— Джек, звони Джун.
— У кого ловит сеть?
Черт, она явно
заглушила сигнал.
Она всё предусмотрела!
Лула, ты вообще на чьей стороне?
Я на нашей, очевидно, но
она реально всё предусмотрела.
Это два
вполне совместимых факта.
Песка всё больше.
Песок прибывает.
Тут гора песка,
и она становится огромной.
Хенли, Хенли, э-э,
первый принцип побега.
Как долго
тут можно выжить? Так.
Ага. Супер. Судя
по скорости потока
и объёму ящика...
— Нам крышка.
— О, потрясающе.
Ладно, а как насчёт
второго принципа побега?
Так, это сам ящик.
Есть ли изъян?
Есть ли слабое место?
Есть ли потайная дверь?
Всем проверить стенки!
Тут глухо.
Черт. Нет, тут
всё запечатано.
Всё закрыто наглухо.
Есть шанс,
что есть третий принцип?
У меня есть то, что вам нужно.
Идеально.
Я встречу тебя
там, где обитает «Сердце».
Жду не дождусь.
Прямиком в хранилище.
Нет, нет, нет, нет! Да!
Помоги мне, Рики Бобби!
Помоги!
Это что, реально
сейчас происходит?
Мы просто подохнем
в этом ящике? Серьёзно?
Смешно. Неделю назад
я хотел умереть,
а потом... я снова обрёл
смысл жизни,
и вот теперь
мы реально умираем.
И что тут смешного?
Ну, в моей голове
это звучало забавнее.
Это... Знаешь,
смех сквозь слёзы.
Нет. Ни за что.
У нас нет вариантов.
Боже, не стоило мне
быть такой стервой
насчёт твоего сайта,
твоих шмоток и логотипа.
— Окей.
— То, что буква «i»
в фамилии «Уайлдер» (Wilder)
выглядит как волшебная палочка —
вовсе не позорно.
— Я понял. Это...
— Нет, правда.
— Спасибо.
— Это мило и очаровательно.
— Всё, хватит.
— И я... я скучала.
Слушайте, я знаю, что
не всегда это показываю, но...
я правда вас всех
очень ценю.
Поверить не могу,
что нас хоронят заживо.
— Прямо как в вестерне.
— Стойте, стойте. Похороны заживо.
Это же старая
магическая традиция.
Погодите,
кто у нас так делал?
Билл Ширк чуть
коньки не отбросил на этом. Помните?
Он залез в гроб из оргстекла,
и его засыпали песком.
Но разве стекло не лопнуло?
— Песок намок.
— Песок намок!
Я вспомнил.
Накануне прошёл дождь.
Точно, мокрый песок тяжелее
сухого. Он и раздавил стекло.
Стой, стой, стой.
Если мы прорвём вон ту трубу,
песок намокнет,
и тогда он...
он раздавит ящик, да?
Если бы я могл...
если бы я обмотал что-то вокруг,
я бы смог
использовать это как рычаг.
Окей.
Мерритт,
дай свой ремень.
Ладно.
Окей, держи. Держи.
— Ага, окей, окей.
— Давай.
— Хорошо, хорошо.
— Ты сможешь.
— Давай!
— Давай. Давай.
— Есть! Да!
— Да!
Помогите мне!
Тяните меня вниз!
— Окей, окей. Да, да.
— Она из металла.
Хорош, хорош, окей.
Прижмитесь к обочине.
Вы окружены.
Я бы с радостью,
но я только начал
входить во вкус!
— Не спускайте с него глаз!
Я лучший водитель
в мире!
— Он рванул в сторону рынка!
Перекройте выход с той стороны.
Нет, нет, нет, нет.
Берегись!
Черт побери!
Заглушите двигатель
и выйдите из машины.
Вы окружены.
Руки за голову
и не шевелиться!
Ой, простите. Я что,
забыл включить поворотник?
Вы арестованы.
Спасибо, господа.
Отличная работа.
На этого Боско Ларой
давно висит ордер.
— Благодарю.
— Без проблем.
М-да,
Атлас меня прибьёт.
— Вода прибывает слишком быстро.
— А стекло не лопается.
— И всё это ради алмаза.
— Он бы нам сейчас пригодился.
Ничто не режет стекло
лучше алмаза.
Погоди, воу, воу.
Стой, Хенли. Хенли.
Да! Я могу задерживать
дыхание на восемь минут.
Если кто и вытащит нас,
то только мы сами.
Мы въезжаем
в пустыню, мэм.
Песчаная буря усиливается.
А он-то что здесь делает?
Тот самый алмаз мисс Вандерберг,
который вы с друзьями украли?
Что-то потеряли?
Было весело.
— Сработало!
— Получилось!
Все помогайте!
— Все помогайте!
— Сделаем это! Давайте!
Давай.
Хенли, ты просто мощь!
— О господи!
— Красотка!
Так, пора на шоу.
Надеюсь, мы не пропустили
всё самое вкусное.
— Ты как, зая?
— В норме.
Личность подтверждена.
Ты всё-таки пришёл.
Принёс то, что мне нужно?
Только если у тебя
есть то, что нужно мне.
Где улики?
Прямо здесь.
Я и есть улика.
Нет.
Чарли, я... я не...
Ты же умер.
А теперь — я здесь.
Поразительно, на что
только люди не идут,
чтобы заставить что-то
или кого-то...
исчезнуть.
Ах.
Я научила тебя этому трюку.
Прямо как батя научил тебя.
И теперь,
спустя 15 лет, ты...
ты пытаешься меня уничтожить?
Нет.
Все эти 15 лет.
Я не знала,
что ты будешь в той машине.
Но ты наверняка
испытала облегчение, узнав об этом.
Когда мы ушли под воду,
я не мог
отстегнуть ремень безопасности.
Мама освободила меня
своим последним вздохом.
Я всегда любила тебя,
Чарли.
Позволь мне наконец
поступить с тобой по-братски.
Я и есть твой брат!
В нас обоих течёт кровь отца,
хотя мою он
никогда бы не признал.
Видит Бог, мама умоляла.
И этот стыд свёл
мою мать в могилу.
А потом ты отправила мою следом!
Ладно.
Твоя правда.
Он должен быть твоим.
Держи.
Забирай.
Ловля пули.
— Это невозможно.
— Нет. Это магия.
Ах.
Хмм.
Всем привет.
Спасибо.
Огромное спасибо.
Ранее этим вечером
Джей Дэниел Атлас
обещал вернуть
алмаз «Сердце»
его законному владельцу.
Но прежде чем мы это сделаем,
нужно кое с кем познакомиться.
Во-первых, поприветствуйте
дикую стихию,
невероятную Джун Руклер!
Давай, Джун!
Вау. Всем привет.
Спасибо.
Огромное спасибо.
Благодарю.
И не жалейте ладоней
для неукротимого
Боско Ларой!
Взаимно, господа.
Привет, красавчики.
И, разумеется,
мы бы не смогли
провернуть всё это
без помощи лучших
в мире иллюзионистов.
Четырёх...
Ой, пардон, Пяти Всадников!
Спасибо всем.
Вау. Ух...
Знаете,
мы развлекали, ну,
ослепляли публику
по всему миру,
но мы ещё никогда не были
частью такого трюка.
И вы наверняка
спрашиваете себя:
«Как они
это провернули?»
Что ж, каждому магу
нужна ассистентка. Вероника?
Вы можете подумать,
что Вероника,
как единственная наследница Питера,
— законная владелица камня.
— Хм.
Но вот вам неожиданный поворот.
У Питера был не один ребёнок.
Их было двое.
Именно так.
И этот второй ребёнок
обманул смерть.
И очутился в Нью-Йорке.
Где месть стала
делом всей его жизни.
Но ему нужна была помощь.
О. Нашёл вискарик.
Спасибочки.
И он начал вербовку.
...скажи,
когда остановиться.
Стоп.
— Твоя карта?
— Да.
Ага? Хочешь знать,
как я это сделал?
Соблазнил...
и заманил одни из самых
блестящих умов,
какие только смог,
подготавливая почву
для трюка, равных которому нет.
Что и приводит нас
к сегодняшнему вечеру.
Пошумите ради
мозгового центра всей затеи.
Наш лучший друг.
— Призрак...
— До этого самого момента.
Чарли Вандерберг!
— Вау.
— Ю-ху!
Я говорил, что
с радостью тебя прищучу,
но это куда веселее,
чем я ожидал.
Ты всё тот же жалкий
и никчёмный человечишка.
И ты — никто.
О, минуточку, народ.
Секунду.
— И никогда им не станешь.
— Что ты там вякнула?
Я не понимаю,
как вы это провернули.
Не понимаешь?
Вероника, похоже,
не врубается,
как она оказалась
в такой позе.
Что ж, давайте ей объясним.
Видите ли, лучшая магия
строится на допущениях.
На том, что машина, ждущая тебя,
была той же самой,
что тебя привезла.
Поехали.
На том, что гнев природы —
это просто случайность.
И на том, что
хранилище в пустыне —
это не просто дым и зеркала.
На том, что пистолет
не заряжен холостыми.
И на том, что лифт
действительно
опускается под землю.
Если хочешь обмануть
мастера лжи,
нужно переписать
её реальность.
И в качестве финала,
почему бы нам не заставить
Веронику исчезнуть?
Нет.
Вы не победили.
— Я и есть семья Вандерберг!
— А вот и она.
Уже скучаю.
— Финальное разоблачение!
— Вы слышите меня?!
Настоящая Вероника Вандерберг.
Вандерберги никогда не проигрывают!
Этот мир полон иллюзий.
И главная из них — что этот алмаз
вообще когда-либо
принадлежал Вандербергам.
Как единственный не сидящий
в тюрьме наследник отца,
я позабочусь, чтобы каждый
наш теневой покупатель
ответил по всей строгости закона.
А затем я передам
все наши активы,
включая «Сердце»,
тем общинам Южной Африки,
у которых их украли,
оставив пару лишних баксов
для каждого из вас.
Зрители Всадников всегда
уходят с полными карманами.
— Крутой фокус.
— Учился у лучших.
Спасибо.
Спасибо.
Спасибо, что были с нами,
со всеми нами.
И пожалуйста, помните:
какие бы карты
ни сдала вам жизнь,
вы должны научиться
творить свою собственную магию.
Дамы и господа...
Мы — Всадники. Доброй ночи.
Али куш сорвал большой
Миллион в карман — и за другой...
Так, чего
ты хочешь,
гранат или ежевику?
Чувак, я сказал, что хочу выпить.
Просто попробуй.
Нынешняя молодёжь, эх.
— М-м!
— Ну ещё бы.
А это весьма недурно.
— Хочешь попробовать?
— Нет.
Кажется,
ты это выронил.
О. Моя старая карта.
На случай, если захочешь
в рамку повесить.
Спасибо. Пожалуй, так и сделаю.
Знаешь, я до сих пор не могу
поверить, что ты Вандерберг.
Она тоже не могла.
Я тут подумала, что
нам стоит собрать
свою банду, девчонки.
— Женский магический клуб?
— Ага, ага, ага.
— Да!
— Всад... Всадницы-кобылки.
— Нет. Только не это.
— Погоди, «Леди на конях».
— Совсем мимо.
— «Дамы с уздечкой».
— Точно нет.
— Пони!
— Это вообще дно.
— Да?
Можно тебя на пару слов?
О-о!
Я не пытаюсь
внедриться к «Пони».
В чём... в чём дело?
М-м...
— Просто...
— Говори уже.
Что с тобой не так?
Что случилось?
Это сложно, потому что я...
я не знаю, что у тебя на уме.
И поэтому...
Эй, эй, народ.
Народ, а ну-ка
все ко мне, живо.
Да? Сюда, ребят.
Эй, Боско, прихвати ещё
тех вкусных штук.
Вам точно понравится.
Это просто пушка.
— Нет, Мерритт, не надо.
— Реально бомба.
Я хотел сказать,
что это очень вкусно.
Ну да. Конечно.
Да, и я буду
первым, кто это скажет.
Я буду по вам скучать, ребят.
Я как раз
о том же подумал.
Ага. И я.
Черт побери, я люблю вас всех.
— О-о.
— И мы тебя любим.
Мы тебя любим.
— Милота.
— Я тоже.
Очень трогательно.
Даже меня?
Серьёзно?
Ты, должно быть, в хлам.
Воу.
— О господи.
— Давайте сменим пластинку.
Вернёмся к...
Мы все друг друга любим.
— Ты его, он её.
— Дай краба. Дай краба.
Вы двое
любите друг друга ещё сильнее.
О-ох.
Вы кого-то ждёте?
Никто не должен
знать, где мы.
— От кого это?
— Не написано.
Открывай.
Сама открывай.
Окей.
О, это же... та
штуковина с двери.
— Да, из того шато.
— Точно!
Вы не... Не против, если
я ещё разок попробую?
— Да, да, валяй.
— Ага?
Думаю, в этот раз
я справлюсь.
Привет, Всадники.
Скучали по мне?
Дилан.
Но он же должен
быть в тюрьме.
Я знаю, о чём вы думаете:
«Он нам наврал».
Но я...
я вам не врал.
Я просто заставил вас поверить
в то, чего на самом деле не было.
Но это было
ради вашего же блага, поверьте.
В этой тайне куда больше
слоёв, чем кажется.
И конечный результат
в том, что Всадники
снова вместе.
Это греет мне душу.
Ну а теперь вы, трое самозванцев,
дерзко притворявшиеся,
что вы часть нашей
сверхсекретной организации?
Вы думали, вам это
сойдёт с рук
без всяких последствий
или наказаний?
Что ж...
вы думали правильно.
— Эй!
— Добро пожаловать.
Добро пожаловать в «Око».
Что касается остальных,
вы думали, что ваша работа окончена.
Подумайте ещё раз, команда.
Всё только начинается.
В чём фокус?
Поторапливайся
Клянусь Богом, моё терпение на нуле
Я подкатываю
С приглашением или без него
Ведь я так крута и при деньгах
Детка, можешь смотреть, но не трогай
Я мчусь быстро, я иду напролом
Но ни царапины на тачке, когда я влетаю в дом
Шагаю по звёздам на бульваре
Мне это кажется забавным
Мне так ве-ве-везёт
Ладно, всё по-моему
Я словно та самая Рене
О нет, куда же я делась?
То я здесь, а то меня нет
Ладно, всё по-моему
Я словно та самая Рене
О нет, куда же я делась?
То я здесь, а то меня нет
Я мчусь быстро, я иду напролом
Но ни царапины на тачке, когда я влетаю в дом
Шагаю по звёздам на бульваре
Мне это кажется забавным
Мне так ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Мне это кажется забавным
Мне так ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Послушай меня
Я никогда не умела слушать
Я умею получать то, что хочу
Не нужно прощений или разрешений
Ведь я так крута и при деньгах
Детка, можешь смотреть, но не трогай
Я мчусь быстро, я иду напролом
Но ни царапины на тачке, когда я влетаю в дом
Шагаю по звёздам на бульваре
Мне это кажется забавным
Мне так ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Ве-ве-везёт
Мне это кажется забавным
Мне так ве-ве-везёт
 

////////////////////////////