Катаракта (2016 год). Фразы и цитаты из фильма

Zacma (2016)

Это история последних лет жизни Юлии Бристигер. У неё первые признаки катаракты, также её преследуют воспоминания и сны, связанные с её прошлым.

Все фразы и цитаты

«НОВЫЕ ПУТИ», ИЮНЬ 1981
Алло?
Алло!
ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ПОМОЩИ СЛЕПЫМ
Добрый день.
У меня назначена
встреча с сестрой Бенедиктой.
Она сейчас на молитве в часовне.
Но служба скоро кончится.
Можете припарковаться там,
рядом с остальными, хорошо?
Спасибо.
- Слава Господу нашему Иисусу Христу.
- Добрый день.
Вы кого-то ищете? Я могу помочь?
Нет, спасибо, не нужно.
Пойдем. Вас ждали на прошлой неделе.
- Я не могла…
- Никто не ждал, что вы приедете.
- Мне помешали срочные дела.
- Вас никто не заставляет.
Да, конечно. Я хочу поблагодарить вас
за помощь и извиниться.
К счастью, его высокопреосвященство
еще не уехал в Варшаву.
Утром я звонила в его канцелярию.
Мне сказали, он еще здесь.
Но он очень занят.
Птицы слишком высоко
А я грущу совсем один
Что случилось?
Я ударилась головой. Очень темно.
Мы экономим электричество.
Прошу.
Подождите, пожалуйста.
Сестра…
- Я хотела кое-что спросить.
- Извините, меня ждут дела.
Вы кого-то ждете?
Что, простите? Да.
Я могу вам помочь?
Нет-нет, спасибо.
Вы здесь впервые?
Ну… Да, впервые.
Приятный парфюм.
Вы разбираетесь в духах?
Не нужно разбираться, чтобы понимать,
нравится тебе запах или нет.
Называется «Дыхание Сталина».
Шучу. Это «Шанель номер пять».
- Угостить вас сигаретой?
- Спасибо, я не курю.
Потому что это грех?
Малый, но всё же грех.
Это священное место,
здесь нельзя курить.
Но я покаюсь, и этот грех
мне отпустят. Так ведь?
Нельзя согрешить и просто покаяться.
- Потом снова грешить и снова каяться.
- Почему?
Потому что в таком случае
раскаяние не искреннее.
А кого это волнует?
- Того, перед кем вы каетесь.
- В каком смысле?
Американские?
- Может, всё же закурите?
- Спасибо.
Я уже сказал, что не курю.
Может быть, у вас аллергия? Или астма?
Нет, но я всё равно откажусь.
Вы не просто так
со мной заговорили, я права?
Я не представился. Отец Цециорка.
Здесь я веду
религиозное просвещение для взрослых.
Преподаю историю вероучений.
- Простите, пани…
- Юлия Прайс.
- Простите?
- Прайс, Юлия Прайс.
Прайс…
Звучит как псевдоним.
Я приехала,
чтобы поговорить с примасом.
Знаете, пани…
Примас не уверен,
стоит ли ему с вами встречаться.
Значит, вы знали о моем приезде
и изображали неведение,
пусть и не очень умело.
Примас уже дал согласие на встречу.
Его высокопреосвященство интересуется,
что могло вас к нему привести.
Вам я этого не скажу.
- У вас есть удостоверение?
- Какое удостоверение?
- Личности.
- Зачем?
Мы должны убедиться,
что вы та, кем представились.
- Прошу.
- Сестра!
Возьмите у пани
документы и зачитайте вслух.
Я приехала к примасу.
Он примет решение о встрече,
только выслушав наши рекомендации.
«Государственный издательский институт
в Варшаве, улица Фоксаль, дом 17.
Официальное удостоверение.
Юлия Прайс, родилась 25 ноября
1902 года в городе Стрый, СССР.
С 16 мая 1957 года
работает старшим редактором
в Государственном
издательском институте в Варшаве».
- Это не настоящее удостоверение.
- Оно подтверждает мою личность.
Вам еще нужно знать мой рост,
цвет глаз, семейное положение?
- Количество детей?
- Пани.
Достоверны
только государственные удостоверения.
Примас меня прекрасно знает.
Я много раз с ним встречалась.
Зачем вам встречаться
с его высокопреосвященством сейчас?
Я могу сказать это только ему.
Его высокопреосвященство не уверен,
что вы та, с кем он встречался раньше.
Я просила сестру
помочь мне устроить эту встречу.
- И я помогла.
- Вы сказали, он согласился на встречу.
Он согласился на ваш приезд в Гурки.
Это разные вещи.
Кто-то послал вас
поговорить с примасом?
Кто? Зачем?
Вы поддерживаете связь
с бывшим начальством?
Большинство из них уже на пенсии.
Но вы поддерживаете с ними контакт?
Лишь поверхностно.
Боюсь, вы с нами не до конца честны.
Если вы и так всё обо мне знаете,
к чему этот допрос?
Вы слепой от рождения
или потеряли зрение
из-за несчастного случая?
Вы не проходили
психиатрическое лечение?
Простите?
Многие считали вас
психопаткой и извращенкой.
Вы были садисткой.
Так что, это был несчастный случай?
- Отвечайте на мои вопросы.
- Вы на мои не отвечаете.
Мы не в штабе
Секретной службы, а в церкви.
И это дает вам право меня допрашивать?
Да. Разница в том,
что мы не прибегаем к пыткам.
Какая наглость! Я не хочу говорить
с этим нахальным святошей.
Ладно. Мы никого
ни к чему не принуждаем.
Сестра проводит вас до ворот.
Простите!
Извините, я вышла из себя. Я сожалею…
Мне не стоило…
Но…
Но мне сложнее, чем вы думаете…
Меня никогда так не расспрашивали.
Некоторые из ваших бывших начальников
под арестом.
Почему не арестовали вас?
- За что?
- У вас было прозвище Кровавая Луна.
Так говорят.
Вы не чувствуете вины?
Что я чувствую - это один вопрос,
а в чём меня обвиняют - другой.
Я говорю о вашей совести.
О совести! Слово-то какое!
Да, такое слово существует.
Даже если вам оно незнакомо.
Всё сложно.
Не сомневаюсь.
Не знаю, могу ли я…
Возможно… стоит попробовать?
Нет, нет! Это бессмысленно.
Жаль.
Постойте, не уходите!
Пожалуйста, постойте, отец.
Ладно.
Ладно…
Я еврейка.
То есть я родилась еврейкой,
хоть моя семья не была религиозной.
Я в бога никогда не верила,
по крайней мере, в том виде, как
о нём говорит христианство и иудаизм.
Я изучала философию
и знаю все доводы за и против.
Я атеистка.
Хотя лучше сказать, агностик.
С ранней юности
я была убежденной коммунисткой.
Сидела в тюрьме.
Но…
Но…
Думаю, я слишком поздно поняла…
…что в мире не всё так просто,
как мне казалось.
Я была слепа.
Это зачинщики, товарищ полковник.
Назови свое имя.
Иисус Христос.
Не псевдоним. Настоящее имя.
Сын Иосифа и Марии.
Дата и место рождения.
Вифлеем, 42-й год
правления Октавиана Августа.
- Знаешь, зачем ты здесь?
- Чтобы умереть.
Ты прав.
Но прежде чем сдохнуть,
фашистская сволочь,
ты опишешь нам
структуру своей организации
и выдашь имена сообщников
и тех, от кого получал приказы.
Теперь вы готовы понести наказание?
Какое?
Положенное по закону.
Сесть в тюрьму?
По божественному закону.
И что меня ждет?
Я попаду в ад? Буду вариться в смоле?
Вы совершали чудовищные преступления.
Да, но назначить мне
наказание может только суд.
Тех, кого вы арестовывали,
пытали и убивали без суда.
- Да, но это было…
- Вы были главой департамента.
Его главными задачами
были противодействие церкви,
секуляризация
и устранение врагов системы.
Теперь я другой человек.
Храни вас Бог.
Что дальше?
Сегодня примас
точно не будет с вами говорить.
Скоро вечерня. А потом богослужение.
Тогда я возвращаюсь в Варшаву.
Примас встает рано.
Может, он примет вас после заутрени.
У нас есть комнаты для гостей.
Можете переночевать.
Нет, я не готова здесь спать.
Вы говорили,
для вас очень важна эта встреча.
Это правда.
Но я не знала, что сперва
придется пройти через такое унижение,
что меня будет допрашивать
слепой священник,
делающий вид, будто не знает,
кто я, что придется
терпеть тупые вопросы и оскорбления.
А вы обращались с людьми лучше?
Почему этот священник
не ответил, как потерял зрение?
- Он не любит об этом говорить.
- А вы знаете?
- Знаю.
- И как?
Краковский суд
над папской курией в 1953.
- За шпионство в пользу США…
- Да… Я в курсе.
Отец был невиновен,
как и все остальные.
Дали восемь лет, отпустили через пять.
Глаза выжгли
сигаретами во время допроса.
Один держал голову,
другой разжимал веки,
третий выжигал.
Кто вел допрос? Ружаньский?
Я не знаю.
Но точно кто-то
из ваших коллег по департаменту.
Прошу.
Ванная в конце коридора.
Дежурная сестра принесет полотенце.
Сестра.
Вы обращаетесь со мной как с врагом.
Здесь ни с кем не обращаются
как с врагом. Наши двери открыты всем.
Как велит учение
Господа нашего Иисуса Христа.
Я чувствую, что мне здесь не рады.
Чего вы от нас ждете?
Симпатии, сочувствия?
Понимания.
Понимания пути, которым я иду.
Встретимся за ужином.
Долго тебе осталось сидеть?
Пять лет.
Скоро тебя могут выпустить.
Можешь вернуться домой, если подпишешь.
- Я должна доносить?
- Будешь работать на нас.
Помогать родине, которую,
по твоим словам, так любишь.
Тогда ты сможешь
отчасти загладить свою вину.
Но как я…
Там, куда тебя переведут,
ты будешь вести журнал.
Будешь записывать всё, что происходит.
Каждую деталь,
каждое его слово, каждый жест.
Каждое чье слово?
Узнаешь, когда придет время.
Секретно. Источник: Калемба.
Записал капитан Яий Глущак.
Третий департамент. Отчет.
Указанные автомобили
25 мая 1962 года прибыли
в место с кодовым названием «Кобра».
Около 9:02 - легковой автомобиль
«Мерседес», черный,
с дипломатическим номерным знаком
WZ-11-98.
Пассажиры: священник
и мужчина средних лет.
В 13:32 прибыл автомобиль «Москвич»,
светло-серый, номерной знак WE-45-13.
За рулем была женщина 55-60 лет.
Для установления владельцев
обоих автомобилей
направлен запрос
в Департамент транспорта.
Пан Антоний Марыльский - сооснователь
и управляющий нашего центра.
Я о нём всё знаю.
- Это пани Юлия.
- Рад знакомству.
Взаимно.
Я попрошу сестру подать ужин.
Интересуетесь французской философией,
трудами Жака Маритена, так?
Я тоже училась в Сорбонне.
Слышал, вы также были
моделью у Пикассо?
Всего раз или два.
А я слышала, что вы лично общались
с Жаком Маритеном и его женой.
Да, имел честь.
Простите. У нас, без сомнения,
еще будет возможность побеседовать…
Но сейчас меня зовет долг.
Прошу, садитесь.
- Спасибо.
- Скоро подадут ужин.
- Слава Иисусу Христу.
- Добрый вечер.
- Приятного аппетита.
- Спасибо.
- Не нравится?
- Простите?
Нет… Просто обычно я такое не ем.
Вы вегетарианка?
Нет, я ем мясо.
Хотя здесь его всё равно нет.
Эта еда просто слишком жирная для меня.
- Вы на диете?
- Ну да…
Да, на диете.
Тогда позовите сестру.
Она принесет вам творога.
Нет, я не голодна.
Мне хватит чая и хлеба.
Простите, мы с вами
раньше не встречались?
Не думаю… Вряд ли.
Простите, я не представилась.
Моя фамилия Костюкевичова.
В первом браке Кнауфф.
Девичья фамилия - Ясиньская.
Приятно познакомиться.
Ядвига Дубелая.
А девичья фамилия, если можно спросить?
Я не замужем.
Может, мы виделись в Церкви
Святого Иакова на площади Нарутовича?
В большом богослужении,
где принимал участие архиепископ?
В прошлом году…
Нет, определенно нет.
Я живу под Варшавой, в Легионово.
В Охоту я не езжу.
Готова поклясться,
что мы уже встречались.
Простите, я пойду прогуляюсь.
Доброй ночи.
Ублюдки…
Простите, поблизости есть гараж,
где могут поменять шину?
Есть, в Лютовице.
Пять километров отсюда.
Но в такой час там никого.
Можно тогда от вас позвонить?
- Куда?
- В Варшаву.
На телефонной станции поломка.
Внешние вызовы не проходят.
А другой телефон поблизости есть?
- Есть, в трактире «Коммунальный».
- Где это?
Не так далеко. Идите вдоль этой стены.
На углу поверните налево,
на следующем перекрестке направо…
Спасибо.
Но они не дают от себя позвонить.
Это сторож.
Добрый вечер. Тут есть телефон?
- Нет.
- Мне нужно позвонить, это важно.
- Вы опоздали.
- Опоздала? Куда?
На похороны.
Францишека уже закопали.
Да покоится он с миром.
- Все уже ушли.
- Нет, я пришла не на похороны.
- Я думал, вы его знали.
- Никогда его не встречала.
Как бы то ни было,
присядьте, выпейте с нами.
Нет-нет, спасибо.
- Правда, идите к нам.
- Спасибо. Рюмку водки, пожалуйста.
- Обычную, двойную?
- Обычную.
Нет, двойную, пожалуйста.
- Что-нибудь к ней?
- Нет, спасибо.
- Алкоголь без закуски не продаем.
- Ладно, что у вас есть?
Есть маринованная селедка,
но не рекомендую.
Тогда что-нибудь другое.
Есть вегетарианская тушеная капуста
с булочкой, есть почки…
Но почки тоже не советую брать.
- Значит, капусту.
- С вас 28,60.
Прошу. Сдачи не надо.
- Но тут слишком…
- Ничего, спасибо.
Недолго. Коммутатор сейчас включится.
Спасибо. Алло?
Алло, телефонная станция?
Варшава, номер 49822, пожалуйста.
Хорошо, я подожду.
Хорошо, что я тебя застала.
У меня серьезная проблема.
Я под Варшавой, в Гурках,
в центре для слепых.
Знаешь, где это?
Кто-то проколол мне шины.
Две: одну переднюю, одну заднюю…
Через сколько ты сюда доберешься?
- Ваши документы, гражданка.
- Погоди секунду.
Прошу.
Я сейчас в трактире…
Как называется улица?
Заканчивайте болтовню, гражданка.
Тут два полицейских при исполнении.
Погоди, я сейчас перезвоню.
- Назовите ваше имя.
- Мария Кот.
- Место проживания?
- Здесь написано.
Отвечайте на вопрос. Место проживания?
Литевская улица, дом восемь.
Варшава, разумеется.
Дата и место рождения.
Двадцать пятое ноября 1902 года, Стрый.
Неправда. Вы врете.
Прошу прощения,
26 октября 1905 года, Замость.
Отец - Винцентий Копеч, мать - Эулалия,
в девичестве Заславская.
Что это было?
Вы не помните, где и когда родились?
Может, вы украли это удостоверение?
Если мы задержим вас на 48 часов,
вы даже размер обуви
своего дедушки вспомните.
Дыхните.
Вы употребляли алкогольные напитки.
Мы направим вас в вытрезвитель.
- Брехня.
- Брехня?
- Следите за языком, гражданка.
- Неправда, я трезва.
Выбирайте выражения.
Или так вас приложу, что не встанете.
- Вы хам…
- Оскорбляет сотрудника при исполнении.
А пани у нас хулиганка.
Надо принять меры?
- Непременно.
- Руки.
Чисто.
В следующий раз будьте внимательнее.
Будете звонить?
Нет, сначала съем капусту.
Она правда вкусная.
Жена сама дома готовила.
Смерть русским лакеям и мясникам!
Нет, спасибо…
За Франека. Вы не выпьете за Франека?
Такой богатырь был.
Сражался под Монте-Кассино,
а его убили как собаку.
Дядя, оставь пани в покое. Иди к нам.
Где его убили? Когда?
- Пойдем.
- Не надо…
Видела, как с ней обошлись коммунисты?
Как и с нами, будто мы мусор.
В Равиче. Его убили в равичской тюрьме.
То есть пару лет назад
они его выпустили.
но без почки, без легкого, без зубов…
За упокой его души. До дна.
- Смерть коммунизму!
- Тебя услышат…
Плевать, пускай слышат! До дна.
Вы на чьей стороне?
На их или на нашей?
Вы хорошая женщина!
- Дядя, прошу, у нас…
- И смерть коммунизму!
У нас и так неприятности.
Слава Иисусу Христу.
Вы должны лучше следить за собакой!
Она может кого-нибудь покусать!
Тут ходят подозрительные типы.
Не лучшая погодка для прогулки, а?
- Чего вам от меня надо?
- Мне?
Зачем вы меня преследуете?
Я просто хотел вас проводить.
Женщинам страшно ходить по темноте.
Я сама дойду.
Храни вас Бог!
Чёрт…
Ты знаешь, что я могу тебя отпустить,
а могу приказать, чтобы тебя убили.
Пани Юлия…
- Где я?
- Заутреня уже прошла.
Примас скоро сможет вас принять.
Я буду готова через пять минут.
Доброе утро.
Выйти.
О ПОДРАЖАНИИ ХРИСТУ
Сфотографируйте это.
ШКОЛА ХРИСТОВА
- Что это?
- Кровь.
Власяница. Ее надевают на покаяние.
Разве ему без того
здесь слишком хорошо живется? Идиот.
Доброе утро. Простите…
Я подумала, это кардинал.
Но это я.
Я даже рада вас видеть.
Скажите его высокопреосвященству,
что я уже не хочу с ним говорить.
Пожалуйста,
передайте ему мои извинения.
Я напишу ему письмо.
Жаль.
Примас как раз собирался
с вами встретиться.
Нет. Простите, но нет.
Хватит с меня бесконечного ожидания.
Я не привыкла к такому отношению.
Я возвращаюсь в Варшаву.
Вы испугались.
Я? Чего?
Самой себя.
Какая проницательность.
Из вас бы вышел прекрасный следователь.
А из вас - хорошая слуга Божья.
Из меня?
Зачем вы приехали?
Не надо, пожалуйста.
Я знаю, откуда у вас
такое отвращение к сигаретам.
То, как с вами обошлись…
То, что с вами сделали,
было ужасно несправедливо.
Это просто преступление!
В какой организации ты состоишь?
- В организации свободных людей.
- Каковы ваши цели?
- Сеять правду.
- Как банально.
- Для нас правда не банальна.
- Какая правда? Которая?
- Правд много.
- Правда лишь одна.
- И какая же?
- Вы и сами знаете.
- Зачем вы врете?
- Кто, я?
Вы врете себе,
хотя верите в то же, во что и я.
- Я ни во что не верю.
- Неправда.
Заткнись, сукин сын! Молчать!
Я всё о вас знаю.
Осторожнее.
Я могу убить тебя,
и сделать это очень болезненно.
- Что ты делаешь?
- Вы хотели, чтобы я разделся.
Скотина, тварь поганая, сволочь!
- Разберитесь с ним.
- Есть.
С кем?
Здесь похоронена
сестра Гауденция, в миру Гольдман.
Сестра Гиацинта, в миру Хелена Крантц.
Сестра Бонифация,
в миру Бронислава Краковер,
Была прекрасным педиатром.
Сестра Вероника Лауде,
художница и поэтесса.
Еврейки.
Обращенные до войны
отцом Корниловичем.
Он уверил их, что христианство -
естественное продолжение иудаизма.
Он умел убеждать.
А как вы, сестра…
Вы не поймете.
Всё равно вы ни во что не верите.
Простите, меня ждут дела.
Увидимся за завтраком.
- Слава Иисусу Христу.
- Хватит за мной таскаться.
- Вы мне?
- Секретный сотрудник, кодовое имя Лес.
Передо мной можете
спектакль не разыгрывать.
Ваш куратор - капитан Глущак
из третьего департамента.
Кто? Я не понимаю.
Ваш отец состоял в Армии Крайовой.
Получил пожизненное, потом согласился
сотрудничать с тайной полицией.
Вы поступили так же.
Вы уже давно у нас на службе.
- Я не… нет…
- Я видела ваше досье.
В нём много интересного.
Я ничего не знаю.
Зачем вы меня преследуете?
Что хотите обо мне узнать?
Может, вас интересует
томистическая философия?
- Жак Маритен? Что?
- Я не понимаю…
Не бойтесь. Я ничего вам не сделаю.
Спасибо.
А кстати,
я бы на вашем месте
был осторожнее с сестрой Бенедиктой.
Ее настоящее имя -
Мириам Шварцман. Она еврейка.
И что?
- Приглядывайте за ней.
- Зачем?
В случае любых беспорядков
евреи поднимутся против Польши.
Поддержат США и Израиль.
И пойдут убивать поляков.
Вам забили голову
глупой бредовой чепухой.
Раньше в органах безопасности
не было столько антисемитов.
Органы кишели евреями.
Послушай меня, ублюдок.
Скажи своим начальникам-антисемитам,
что я не советую тайной полиции
соваться в мою жизнь.
Я спрятала документы
бывшего пятого департамента
в надежном месте за границей. В Париже.
Если меня арестуют,
они немедленно будут преданы огласке.
По нажатию одной кнопки.
Некоторым высокопоставленным товарищам
это может серьезно навредить.
Запиши в своем отчете всё,
что я сказала, слово в слово.
А теперь проваливай,
и если я еще раз тебя увижу,
ты пожалеешь, что на свет родился.
Зачем так грубо-то?
Я всё передам, без проблем.
Всё передам.
Пуговица.
- Это он?
- Да.
- Он может дать показания?
- Он умирает.
Вколите ему что-нибудь,
чтобы придать сил.
Не выйдет.
Слушайте внимательно.
Государственная прокуратура расследует
применение сотрудниками
службы безопасности
запрещенных методов допроса.
Скажите, эта гражданка
применяла к вам запрещенные методы?
Она вас била,
проявляла жестокость при допросе?
Да.
Я признаю свою вину.
Я била его,
я пытала его.
Вы понимаете мой вопрос?
Ответьте, эта конкретная женщина
вас допрашивала?
Я его мучила… Заставляла страдать.
Она вас мучила?
Она заставляла вас страдать?
Да. Я заставляла его страдать.
Вы узнаёте ее или нет?
Посмотрите внимательно, гражданин!
Я всех ненавижу.
Всех.
И себя…
Себя - больше всех.
Вы можете подтвердить,
что подвергались пыткам
во время допроса,
который вела эта женщина?
Eli… Eli…
Lama Sabachthani…
Говорите яснее! Что вы имеете в виду?
Товарищ прокурор, это бесполезно.
Он потерял разум и бредит.
Этот человек не жилец.
Товарищ Бристигер, следуйте за мной.
Я не должен вам этого говорить,
но… он наш единственный свидетель.
Остальные либо мертвы,
либо в еще худшем состоянии.
Но он вас не узнал.
Он говорил что-то об избиении,
о запрещенных методах допроса,
но не конкретно о вас.
Обвинения против вас безосновательны.
Нет причин возбуждать расследование.
«Царство Его не от мира сего…»
Какое царство?
О чём вы говорите?
Нет, ни о чём…
Мы составим протокол этой встречи.
Результаты представим
комиссии Центрального комитета.
По этому делу
вас больше не будут допрашивать.
До свидания.
Полковник! Вам нехорошо?
Товарищ Бристигер!
Вы меня слышите? Вызывайте врача!
Шевелишься! Значит, живая!
Да, я жива.
Как тебя зовут?
А тебя?
- Меня? Юлия.
- Меня тоже зовут Юлия.
Правда? Сейчас
это не самое популярное имя.
- Сколько тебе лет?
- А тебе?
Пятьдесят девять.
Только не говори, что тебе тоже.
Мне девять.
- Мне тоже когда-то было девять.
- Я знаю.
- Ты умная.
- А ты умная?
Я?
Не знаю…
Вряд ли.
Будь ты глупая,
ты бы не сказала, что глупая.
В девять лет я была умная.
А потом?
А потом… мной овладел…
демон, диббук. Злая сила.
И теперь ты плохая?
Нет.
- Это диббук плохой.
- Тогда прогони его.
Как?
Надо прочитать заклинание.
Я не знаю заклинаний.
Знаешь, просто забыла.
Как мне их вспомнить?
Мне пора идти. Зызоль зовет ужинать.
Я плохо сплю, несмотря на таблетки.
У меня учащенное сердцебиение, бывают
панические атаки и приступы удушья,
кроме того, время от времени
меня бросает в пот.
В вашем возрасте это нормально.
Результаты ЭКГ хорошие, изменений нет.
Анализ крови в норме, рентген чистый.
Мы больше не видим нужды
держать вас здесь.
Завтра можно ее выписывать.
Вы должны следить за собой.
Я рекомендую бросить курить.
Уверен, больше вам не придется
ложиться в больницу.
Я буду стараться, профессор. Спасибо.
- Они ушли?
- Ушли. Да.
Можешь мне почитать, дочка?
- Дома мне сын читает.
- Что мне вам почитать?
В тумбочке книга с обложкой из газеты…
Евангелие от Матфея.
Закладка на главе 27.
Начни со стиха 45.
«От шестого же часа тьма была…» Отсюда?
«От шестого же часа
тьма была по всей земле
до часа девятого.
А около девятого часа
возопил Иисус громким голосом:
"Eli, Eli, Lama Sabachthani?"
То есть: "Боже мой, Боже!
Для чего Ты меня оставил?"»
Читай дальше.
«Некоторые из стоявших там,
слыша это, говорили: "Илию зовет он".
И тотчас побежал один из них,
взял губку, наполнил уксусом
и, наложив на трость, давал ему пить.
А другие говорили:
"Постой, посмотрим,
придет ли Илия спасти его".
Иисус же, опять возопив
громким голосом, испустил дух».
Вам это кажется смешным?
Да, дочка, потому что,
когда Иисус умер, он нас спас.
Иначе мы бы все были прокляты.
«Сотник же…
…и те, которые с ним стерегли Иисуса,
видя землетрясение
и всё бывшее, устрашились весьма
и говорили:
"Воистину он был Сын Божий".
Он был Сын Божий.
Там были также…»
Мириам?
Мириам?
Шварцкопф… Шварцман?
- Мириам Шварцман.
- Теперь я сестра Бенедикта.
Литературный клуб
в кафе «Шкоцка» в Львове, помнишь?
Мы были так молоды.
И что, поэтесса стала монашкой?
А ты была учительницей.
Я больше не работаю в Министерстве.
Я уже несколько лет живу другой жизнью.
Да, иначе ты лечилась бы
в правительственной клинике.
Как так вышло?
Муза поэтов,
к тому же еврейка, ушла в монастырь?
Почему?
В двух словах не объяснишь.
Понимаю.
Так что…
…ты теперь счастлива?
Я спрашиваю серьезно.
Тебе не понять.
Ты живешь земной, материальной жизнью.
А я свою жизнь посвятила Богу.
Об этом я и спрашиваю.
Теперь ты…
Теперь ты счастлива, сестра?
Чувствуешь запах леса?
Обожаю такие утра.
- Слава Иисусу Христу.
- Во веки веков, аминь.
Все девочки чистенькие?
Ты умылась как следует?
Повернись ко мне, солнце.
Боженка, давай я тебя причешу.
А ты уже готова?
- Руки помыла?
- Да.
- Зубы почистила?
- Да.
Самая трудная часть дня.
Рук всегда не хватает.
Ты закончила, милая?
Можно вытереть тебе лицо?
Боженка, подойди.
Где твоя зубная щетка?
Вот эта?
Боженка, слышишь меня?
Сама справишься?
Я покакала!
Я подойду через минуту.
Сейчас я занята.
Может, я смогу помочь.
Пойдем, Зузя.
Я тебя подмою и переодену.
Идем, милая.
«Вот зернышко ячменя», -
сказала ведьма Евдокия.
«Но это не обычное зерно,
которое сеют в поле.
Посади его в горшок -
и увидишь, что будет».
«Спасибо», - сказала Матрёша
и заплатила Евдокии десять копеек.
Она вернулась домой,
посадила зернышко в горшок,
и из него сразу проклюнулось растение,
покрытое зелеными листочками.
На верхушке набух
красно-золотой цветок.
Он был похож на тюльпан,
только бутон пока не раскрылся.
Матрёша так обрадовалась,
что поцеловала красно-золотые лепестки.
И вдруг цветок
раскрылся с тихим щелчком,
а в сердцевинке, там,
где сходятся все лепестки, стояла
крошечная красивая девочка.
Волосы у нее были золотыми,
а глаза небесно-голубыми.
Совсем как у Зуси.
- Про цвета, наверное, лишнее?
- Нет, они всё понимают.
Но как?
Пани, а что такое копейки?
Копейки - это русские деньги.
Сама сказка русская.
Мы знаем эту сказку,
она называется «Дюймовочка»!
Значит, не рассказывать,
если вы ее уже знаете?
Нет! Рассказывайте!
Я забыла, на чём остановилась.
Не умею я рассказывать сказки.
Даже своим детям?
Мой сын уже взрослый.
Нам пора идти.
Возможно, примас сейчас тебя примет.
Ладно, пока, Зузя, меня кое-кто ждет.
- Нет!
- Не уходите!
Ах ты маленький гаденыш!
Ты что делаешь?
- Вы еще придете?
- Что, прости?
- Меня зовут Шимон.
- Да?
- А вас как?
- А меня - Юлия.
Вы заставили меня ждать, товарищ.
Поехали!
Мама!
Мама!
Мама!
Подожди!
Прости меня.
Добрый день.
Извините,
я так долго ждала, что уснула.
Простите, я опоздал.
Непредвиденные обстоятельства.
Нет-нет, это вы меня простите.
Это я просила вас о встрече.
Я в последнее время разбитая.
Почти не сплю по ночам.
Зато днем часто засыпаю.
Спасибо…
Спасибо,
что согласились поговорить, отец.
Для меня это очень важно.
Я просила о встрече…
Я очень хочу сказать…
То есть…
Я хотела объяснить кое-что, потому что…
Простите, я запуталась.
Я продумывала, что буду говорить…
Простите. В голове пустота.
Мы уже встречались.
Не знаю, помните ли вы, отец.
Впервые - в 1949 году.
В Доме примаса на аллее Шуха.
Встречу устроила Мария Оконьская.
Да, я помню.
Была Страстная пятница,
как раз тот час,
когда Иисус умер на кресте.
- Та встреча была мне очень важна.
- Правда?
Простите.
Я часто думала о том…
…что вы сказали мне в тот день…
Но всё равно не изменились?
Тогда я еще не была готова.
На прощание я подарил вам
Евангелие от Матфея.
Да.
Я часто его читала, но…
…не могла не задумываться…
…почему вы подарили мне
именно это Евангелие?
Не понимаю.
Вы прочитали Слово Божие,
а потом вернулись к своим… занятиям?
После этого мы встречались
еще раз, на заседании
Смешанного комитета
епархии и правительства.
Тогда я хотела предупредить вас,
чтобы вы были
осторожнее в высказываниях.
Потому что Полибюро рассматривало…
даже вашу физическую ликвидацию.
Вы ее поддерживали?
Нет. Я была против.
Спасибо.
Вы шутите, а я говорю серьезно.
Физическая ликвидация примаса Польши
стала бы
серьезной политической ошибкой.
Могли последовать бунты,
попытки сместить
польское народное правительство.
Я понимаю.
Вас останавливали
не этические причины, а прагматические.
Да?
Да, в то время прагматизм
перевешивал моральные вопросы.
- Но вы меня не предупредили.
- Не было смысла.
Я знала, что вы всё сделаете по-своему,
несмотря на последствия.
Должна сказать,
это даже вызывало уважение.
На заседании вы говорили,
что правительство должно
получить полный контроль
над назначением духовенства.
А реакционеров из духовенства
надо отлучить от богослужений,
как вы выразились, начиная
с нижних слоев, которые не хотели
идти на конфликт с правительством.
Мне показалось,
что вы опасная фанатичка,
лишенная эмоций,
как Дзержинский, Ягода или Берия.
Простите. Я никому прежде
не говорил подобного.
Обо мне и хуже говорят.
- Я знаю, что не была… милой.
- Милой?
Но моей основной задачей в Министерстве
была борьба против духовенства
и религиозных организаций.
Я не мог согласиться на то,
чего вы от меня тогда требовали.
Пусть бы это стоило мне жизни.
Non possumus.
Это был ловкий ход.
Вы загнали нас в угол.
Нам пришлось отвечать,
идти поперек общественного мнения.
В результате вы вышли
из этой истории героем.
А мы - тиранами.
Надеюсь, вам не мешает дым, отец?
Мне не мешает. Но мы всё же в церкви.
- Это священное место.
- Простите.
Я бы хотела…
Я бы хотела объяснить, чтобы между нами
не осталось недосказанности,
особенно учитывая мою роль
в вашем заключении.
Тогда я уже не принимала
решений о церкви.
Мне поручили другие задачи.
В Политбюро заметили
перемену в моем отношении к церкви.
Поняли, что я стала проявлять…
…нерешительность. Так сейчас видится.
Я несколько раз высказывала
сомнения в решениях Берута.
Что-то внутри меня… начало меняться.
Это был очень сложный процесс,
на который влияли тысячи факторов.
Вряд ли я смогу
объяснить четко и убедительно.
Но, может, вы хотите
что-нибудь у меня спросить,
потому что пока говорю только я.
Вы попросили меня о встрече.
У меня нет к вам вопросов.
Да, но я хотела объяснить,
почему так упорно искала
возможности поговорить.
Матерая коммунистка, еврейка,
гонительница религии и духовенства,
садистка, преступница
вдруг просит личной встречи
с примасом Польши.
- Я бы задумалась зачем.
- Так зачем?
Не знаю, но я чувствовала, что должна.
Даже хотя, вашими словами,
после первой встречи
вернулась
в Министерство к прежним делам.
Но сейчас я думаю,
что всё началось именно тогда.
- Настоящий прорыв был позже.
- Что к нему привело?
- У меня было столько вопросов.
- Каких вопросов?
Ну например…
Например, я поняла, что идеология,
которой мы оправдывали свои действия,
основывалась на ошибочных убеждениях,
на чудовищной лжи. Она была дефектна.
Но у нас были
благородные намерения и хорошие цели,
это система во всём виновата.
Вы впервые узнали
о миллионах жертв из речи Хрущёва?
Нет-нет-нет.
Я знала о них и раньше,
но думала: «Они враги,
их нужно уничтожить,
чтобы построить лучший мир».
В университете вы читали…
…Блаженного Августина,
Фому Аквинского, Маритена.
Как, обладая такими знаниями, вы могли
подвергать людей
гонениям за инакомыслие?
Духовенство, католическую церковь?
Мне больше нравились другие труды.
Ламетри, Сен-Жюст, Энгельс, Сантаяна…
Сантаяна провел
последние годы жизни в монастыре,
хотя до этого считал себя атеистом.
Но многие католические философы
и даже священники
на закате жизни отрекались
от Бога и умирали атеистами.
Это правда, так тоже бывает.
Почему так происходит?
Скажите, отец,
почему люди меняют взгляды?
Вы спрашиваете меня?
Я своих взглядов никогда не менял.
Да, они претерпевали некие изменения,
развивались и углублялись.
Но мое отношение
к миру оставалось прежним.
Ваши убеждения неизменны, отец?
Вам, случайно, не грозит арест или суд?
Вам нужна моральная поддержка?
Поддержка от одной из ваших жертв?
Я не понимаю, чего вы от меня хотите.
Я могу стать кем-то другим?
В каком смысле?
Вы знаете, кто я, вы знаете,
что я сделала, в чём меня обвиняют.
Учитывая, кем я была,
могу ли я стать другим человеком?
Стать лучше, добродетельнее?
- Вы за этим пришли?
- Можно так сказать.
Господь никого не отвергает,
даже грешников.
Но возможно ли изменение,
обновление без веры в Бога?
Вы никогда не верили?
В детстве я верила
в фей, эльфов, диббуков…
но в Бога, в христианском смысле?
- Нет.
- Так зачем вы пришли?
Как мне дальше жить?
Как бы сильно я ни хотела
поверить в Бога, я не могу.
Ну…
…полагаю, мое присутствие излишне.
Вам есть дело только до тех,
кто верит в то же, что и вы!
А остальные?
Пускай подыхают и гниют в аду!
Вам плевать на людей.
- Главное, молитвы оттарабанить!
- Нет.
Я правда хочу вам помочь,
но вы мне не позволяете.
Я не позволяю?
Это вы не хотите ничего делать!
Зачем вы пришли?
Чтобы меня унижать? Чтобы мучить?
Я пришел по вашей просьбе.
Я сомневался.
Не хотел с вами встречаться.
Сестра Бенедикта меня убедила.
Таких, как я, вы отвергаете?
Нельзя отвергать тех,
кто ненавидит Бога, ведь они Его ищут.
Ненависть скрывает страх,
принятие могущества.
Ненавидящие Бога трудятся
во славу Его, сами того не зная.
Под ненавистью скрывается вера.
Я ненавижу, значит, верю?
Да.
Но… если кто-то не верит в Бога,
то он просто не верит,
как этому человеку вдруг уверовать?
Надо полностью предать себя Богу.
Значит… сперва нужно прийти к тому,
что Он всё же существует, так?
Если на вас не снизошло просветление…
…то да, придется
сделать такое допущение.
Значит, на меня не снизошла вера…
Так бывает, она снисходит не на всех.
Так и что мне делать?
Я не знаю…
Вы мудры, отец,
вы знаете, что надо делать!
Я мудр? Нет, я глуп. Мудр Бог.
Но Бога не существует!
- Вы уверены?
- Да!
Нет.
Нет, я ничего не знаю.
Я уже ни в чём не уверена.
Вы ведь боитесь?
Боюсь? Чего?
Своего вечного проклятия.
Вам трудно с ним жить.
Бог вас простит,
но люди, возможно, никогда.
Если бы…
Если бы я верила, Бог бы мне помог?
Послушайте…
Вы уже не та, кем были раньше.
Но еще и не та, кем хотите стать.
Мне не с кем об этом поговорить…
Вы будете одиноки,
пока не найдете то, что ищете.
А чего я ищу?
Когда найдете, вы сразу поймете.
Вы только притворяетесь,
что не знаете, отец.
Может, это вы притворяетесь?
Потому что не хотите признать,
что ваши взгляды на жизнь рассыпались.
Вы обороняетесь.
Чем скорее вы это примете,
тем скорее уйдет боль.
Но внутри пусто, там ничего нет…
Вы ошибаетесь. То, что вы ищете, там.
- Вы просто не умеете смотреть.
- Как?
Я не могу…
Я не могу…
Ты молишься?
Чтобы молиться, нужно верить.
Не обязательно. Я, например, молюсь.
Спустя столько лет в монастыре
у тебя еще остались сомнения?
Чем больше думаешь о Боге,
тем сильнее сомневаешься.
«Девятый круг ада» Данте Алигьери.
Откуда это?
Наверное, примас мне оставил…
Странный подарок.
- Как будто я не знаю, что такое ад.
- Но ты в него не веришь.
Я говорила образно.
Пойду прогуляюсь.
Бог - это тоже образ.
Слава Иисусу Христу.
- Гуляете в такое время одна?
- Да, гуляю.
- Здесь небезопасно.
- Прошу, оставьте меня в покое.
Надеюсь, ты меня простишь.
Я правда не хотела делать тебе больно.
Тебе нравилось, когда другие страдают.
Да.
Ты всех ненавидела.
Своих родителей, мужа, ребенка, друзей.
Поэтому всегда была одинока.
Меня никто не любил.
Меня желали, но не любили.
Ты хочешь жалости?
Бог меня простит.
- Но ты в него не веришь.
- Поверю.
- Как?
- Я приму крещение, причащусь…
Внутри ты останешься прежней.
Я искуплю грехи.
Попробуй.
Больно! Чёрт!
- Помогает?
- Да.
Нет… нет. Чёрт.
Представь, что будешь испытывать
эту боль до конца дней.
Господи… если ты существуешь…
Это невыносимо!
«Шанель номер пять».
Доброе утро.
Слава Иисусу Христу.
Я везде вас искала.
Я уезжаю. Хотела попрощаться.
Можно? Я ненадолго.
Просто спрошу у вас кое-что.
- Слава Иисусу Христу.
- Спасибо, я ничего не буду.
Хотя бы выпейте чаю.
Спасибо большое, сестра.
У нас с вами был
очень интересный разговор.
Хоть, признаюсь, и неприятный для меня.
Но благодаря вам, отец,
я поняла несколько важных вещей.
Примас ведь не просто так
выбрал вас для разговора со мной?
Чтобы унизить меня
и навязать мне чувство вины?
Нет, пани.
Примас поручил беседу
с вами сестре Бенедикте.
Я сам попросил его высокопреосвященство
разрешить мне поговорить с вами.
Зачем?
Я хотел с вами познакомиться.
Думал, что это поможет мне понять…
…что сделало нормального человека
способным на такие зверства.
И вы поняли,
почему я стала такой, отец?
Нет.
Храни вас Бог.
- Слава Иисусу Христу.
- Во веки веков.
Ты хорошо его знаешь?
Мариана? Он работает здесь много лет.
На самом деле
он сотрудник тайной полиции.
- Будь осторожна с ним.
- Это невозможно.
Мариан регулярно ходит на исповедь
и причащается раз в неделю.
Я знакома с его женой и детьми.
Он хороший человек.
Он доносит на вас.
У тебя искаженное представление
о реальности. Но тут ты в безопасности.
Ты наивна, сестра. Но я не удивлена.
Вера в Бога дает тебе
ложное чувство безопасности.
Я в Него не верю.
Ну, шины он поменял.
И правда, хороший человек.
На него можно положиться.
К тому же он переставил машину.
Подожди, сестра…
Прошу.
Что это?
Юлия Прайс, «Искаженные буквы».
- Проза?
- Да, роман.
Ты выпустила его
под своей девичьей фамилией?
- Иначе никто бы не стал читать.
- Храни тебя Бог.
Спасибо.
Спасибо, Мириам, что…
…помогла устроить встречу.
Так ты узнала
что-нибудь важное
у его высокопреосвященства?
Да…
Хотя…
- Я ожидала другого.
- Чего?
Не знаю…
Чего-то шокирующего.
Что мир перевернется.
Gilgul?
Да.
В каббале это слово означает
возрождение, перевоплощение.
Глубоко внутри
мы навсегда останемся еврейками.
И что с того?
Приезжай еще, Юлия.
Дети будут рады.
С Богом.
Секретно. Инспектор третьего отдела
третьего департамента
Министерства внутренних дел
майор Шевчик.
Решение об открытии файла
расследования-наблюдения
под кодовым именем «Эгоистка»
на Бристигер Юлию, дочь Хенрика,
рожденную 25 ноября 1902 года
в Стрые, СССР, прозвище Роксана.
Находясь на объекте «Кобра»,
она вступила в контакт
с Марыльским Антонием, сыном Антония,
ведущим шпионскую деятельность
в пользу капиталистического блока.
Вскоре я планирую, во-первых,
установить прослушивающие устройства
в доме гражданки Бристигер…
 

////////////////////////////