Как избежать наказания за убийство (4 сезон, 2017 год). Фразы и цитаты из сериала
«Как избежать наказания за убийство» (англ. How to Get Away with
Murder) — американский телевизионный сериал производства Шонды Раймс,
который вышел на ABC в сезоне 2014—2015 годов. В центре сюжета находится
группа амбициозных студентов-юристов и их блестящая и загадочная
профессор Анна-Лиза Китинг, роль которой исполняет Виола Дэвис.
Все фразы и цитаты
Серия 1
В предыдущих сериях...
СТУДЕНТ СТАЛ ЖЕРТВОЙ ПОЖАРА
Нет!
У моей мамы деменция.
Я скажу, что дом сожгла не ты, а я.
У неё бывают приступы.
Коннор, выходи за меня. Правда.
Сердцебиение.
- Сколько у меня есть времени?
- Двадцать четыре недели.
Надо дать Денверу другого
подозреваемого.
- Вы о ком?
- О Уэсе.
- По-другому никак, Лорел.
- Я не позволю вам этого сделать.
Уэс убил моего мужа. Он сознался
в сообщении,
которое оставил в тот вечер.
Вы не можете пострадать за то,
что сделал я.
Очевидно, что Гиббинс стоял
за обоими убийствами.
Я не могу обвинять её и теперь,
когда мистер Лэйхи
принёс мне эту запись.
Человек, который убил Уэса, на улице,
и у нас есть шанс с ним поговорить!
- Лорел!
- Доминик?
- Это я.
- Скажи, что он мертв.
Да.
Я потеряла близкого.
Он был мне как сын, потому что
он и был моим сыном. И теперь он мертв.
Микаэле, Коннору, Лорел, Ашеру.
Я ЗАКАЗАЛА СТОЛИК В «ХЭЙВУДЕ» НА ЗАВТРА
НА ВОСЕМЬ ВЕЧЕРА
Вы все должны там быть.
Пожалуйста, приходите.
ОТПРАВИТЬ
Мне что, забрать у тебя телефон?
Или игнорирование отца –
часть экскурсии по кампусу?
Прости. Ты голодный?
- Тут недалеко есть отличное кафе.
- Я бы взглянул на твою квартиру.
Нет, там бардак.
Я посадил самолет,
чтобы навестить тебя.
- Хочу посмотреть, где ты живешь.
- Нет, я всё еще на тебя злюсь.
- О, что я еще натворил?
- Ты соврал мне.
И до сих пор врёшь.
В смысле?
Когда я встретила
Доминика в Нью- Йорке,
он сказал, что приехал по работе.
Просто ты снова не
отвечала на мои звонки.
Я знал, что Доминик убедит тебя
встретиться со мной.
Да, и это единственная причина?
- Да!
- Угу.
Что же еще, по-твоему?
Что такое? Mija?
Mija?
Я тебе не просто так не перезванивала.
Я узнала, что беременна.
Хорошо. То есть...
...от Фрэнка?
Лорел, ты сообщила мне важную новость.
Теперь уже не важную.
Я сделала аборт.
Только не говори маме.
Она опять включит католичку,
а мне сейчас истерик совсем не нужно.
Я ничего не скажу. Как ты?
Посмотри на меня.
Всё хорошо? Для меня важно только это.
Mija?
Да, нормально.
Пойдем поедим.
В моей квартире правда
нет ничего интересного.
Ладно. Но давай сфотографируемся.
Извините. Мисс. Можно вас потревожить?
Вы не сфотографируете меня
с любимой дочерью?
Сыр!
Спасибо.
У меня ужин со знакомыми.
Столик на имя Анны-Лизы Китинг.
Пойдемте.
Привет. Простите, что опоздала.
Мой таксист вбил неверный адрес.
О, что это?
Лорел.
- Она нам не говорит.
- Я всё скажу.
Но сначала сделаем заказ. Садись.
НЕДЕЛЕЙ РАНЕЕ
Вы меня осуждаете?
Я куплю и вам, чтобы не быть
белой вороной в самолёте.
- Я не буду.
- Ну, может, и к лучшему.
Не хочу вас портить.
Что люди говорят?
Простите, да, я болтун.
Просто знаю, что потом буду жалеть,
если не попытаюсь.
Десмонд.
Бонни.
У меня была прабабушка Бонни.
Её последние слова были:
«Заткнись уже, Десмонд».
Так что учтите, на ошибках я не учусь.
Оно и видно.
Вообще ни разу.
Дамы и господа,
мы приступили к посадке в Мемфисе.
Просим вас вернуться на свои места,
убрать столики и привести кресла
в вертикальное положение.
О, как раз вовремя.
- Что, бывших зэчек теперь не шмонают?
- Да иди ты.
Что, мы теперь водку из-
под полы продаём?
О. Это его вариант решения проблемы.
- Анна-Мэй. Анна-Мэй!
- О, мама!
Детка, у тебя раньше зад был как полка.
А сейчас ничего не поставишь. Пойдем.
Деньги можно было бы пустить
на новый дом.
У Телония есть опыт в строительстве,
он бы помог.
Телоний в Атланте,
хочет изобрести какое-то приложение.
А сколько тебе дает
страховая компания?
- Достаточно.
- Достаточно в масштабах Опры или Гейл?
Не отвечай, а то завтра весь город
сбежится к тебе попрошайничать.
Да, и ты будешь первым в очереди.
Так. В любом случае,
надеюсь, для начала
ты найдешь себе нормальный офис.
- Вообще-то, мама...
- И Натаниэля найми.
Красавец-секретарь еще
никому не помешал.
Мама, слушай.
Что такое?
В Харбор-тауне есть
клиника памяти, мама.
У меня появились лишние деньги,
и мы решили,
что могли бы на него взглянуть.
Это так необходимо?
Мы с мамой замечательно тут живем.
Кто это сказал?
Она забрела к мисс Франсин
посреди ночи, её могли застрелить!
- Нет, я всё уладил.
- Повесив колокольчик на дверь?
Мам, я не говорю, что ты обязана ехать.
Просто можно заглянуть
туда, пока я здесь.
Хватит!
Как ты смеешь?
А я-то обрадовалась, думала,
ты едешь меня навестить.
Мы с Анной-Мэй приняли
это решение вместе.
Мы только снова стали общаться,
а я уже превратилась в обузу, так ведь?
- Уж лучше сразу выбери для меня гроб.
- Это для твоей же безопасности.
Да что ты об этом можешь знать?
Вокруг тебя постоянно
люди дохнут как мухи!
И ты будешь указывать, как мне жить?
Знаешь, такой любви от дочери
мне не нужно.
И больше не возвращайся.
Мама, ну открой дверь.
Я испекла пирог с грушами,
которые ты оставила.
И до утра он явно не доживет.
Привет.
- Как дела?
- Ужасно.
- Слушание отсрочили?
- Нет, я насчет денег от страховой.
- Платежи заморозили.
- Почему?
Ханна Китинг оспаривает
ваше право на дом,
заявляя, что деньги от страховой
должны пойти ей.
Я подам прошение на декларативное
решение, чтобы разморозить счет,
но это долгий процесс.
- Анна-Мэй?
- Я перезвоню.
- Что, может, пригубим на крылечке?
- Я устала.
Ладно. Может, в следующий раз.
КЛУБ АНОНИМНЫХ АЛКОГОЛИКОВ, МЕМФИС
БАТАРЕЯ РАЗРЯЖЕНА
ПОПЫТКА - НЕ ПЫТКА. ДЕСМОНД
- Куда собралась?
- К Селестине.
Бонни.
До сих пор не верится,
что вы позвонили.
Да, мне тоже.
Я решил заказать нам пару коктейлей
в баре.
Здесь отменный мартини.
Я пришла не за этим.
Давай, красавчик!
- Иди, потанцуй с невестой!
- Нет.
Она должна станцевать с парнем
в красной футболке,
а такой тут только ты!
Во-первых, милая, это бар для геев,
а не зоопарк.
Харви Милк умер не для того,
чтобы вы лизались со стриптизёрами.
Кто умер?
Может быть, вы угостите
нас чем-нибудь,
и тогда мы с вами потанцуем?
Да, королева?
- Да, королева!
- Да, королева!
Повежливее. Или так,
или я изнасилую тебя
в баре для натуралов.
Вот видишь, о чём я говорю?
Вот, что с людьми делает брак.
- Зачем нам с тобой всё это затевать?
- Мы же любим друг друга.
Нам не надо жениться,
чтобы это доказать.
Понимаешь, просто это надуманно и...
Гетеронормативно и бла-бла-бла-бла.
О боже, я слышу это уже целый месяц,
почему бы сразу не перейти к делу?
Скажи да!
Или я брошу тебя за то,
что ты постоянно в телефоне.
Это Анна-Лиза. Она собирает нас всех
на ужин завтра вечером.
О, вот как?
А, «всех нас» – то есть
всех, кроме меня.
- Радуйся.
- Я знаю, как можно отмазаться.
Мы можем сбежать в Вегас. Завтра мы
уже будем женатыми
петь в караоке Бритни.
- Лучше поужинаю с Анной-Лизой.
- Какой же ты гад.
- Надо было раньше всё убрать.
- Ты что, знал, что я приду?
Надеялся.
Можно скажу то, что
тебе не понравится?
Нет.
Жалко.
Просто всё в тебе:
глаза, кожа, манеры...
Мне очень повезло, что ты здесь.
- Прости.
- О, ничего.
- Извини.
- А?
Э, одну секундочку.
Подожди.
Привет, Сиси.
О, нет, к чёрту.
Ты уже дома?
Да. Спасибо за звонок. Потом поговорим.
Нет.
- Нет, зря я так. Я...
- Зря ты так с Сиси. Я пойду.
Сиси - моя дочь, я прошу её звонить,
когда она вечером приходит домой.
Можем позвонить ей вместе,
хотя будет странно.
Иди сюда. Брось, ну давай, ладно.
- Нет.
- Подожди.
Можем не торопиться, если ты не хочешь.
- Бонни!
- Меня зовут Анна-Лиза.
Анна-Мэй! Анна-Мэй, проснись!
Анна-Мэй, просыпайся! Дом горит.
- Мама?
- В доме пожар. Вставай.
- Он отключился пьяный.
- Папа?
Нет. Клайд! И я его подожгла!
В доме пожар!
Мы сгорим, если не уйдем отсюда!
Анна-Мэй! Идем.
Ну же. Идем!
- Анна-Мэй, у нас в доме пожар!
- Нет никакого пожара.
- Есть!
- Ты перепутала.
- Если не уйдем, мы сгорим, Анна-Мэй!
- Клайд мертв, он мертв, мама.
Это просто деменция, ты понимаешь?
О боже мой. О, мое тело влюбилось.
На такой кровати можно
лежать весь день.
Извините, а это ваш самый
прочный матрас?
Просто мы с моей девушкой влюблены и,
как вы наверное заметили,
очень активны...
Ашер.
Так что нам нужна кровать,
которая выдержит
один или даже два захода ночью,
мы так можем. Вот так.
- Оставите нас?
- Конечно.
Спасибо. Пока, Чед.
- Всё, пригрозил?
- Детка – гений, сила и секс.
Угрожать – моя работа.
- Ты шептуна пустила?
- Это телефон.
АННА-ЛИЗА:
"Я ЗАКАЗАЛА СТОЛИК В «ХЭЙВУДЕ»"
- Это хорошо.
- С чего ты взял?
«Хэйвуд» – это же дорогущий ресторан.
Она бы не приглашала,
не будь у нее денег,
а значит, её не лишили лицензии.
Или она не хочет, чтобы
мы устроили сцену,
когда она скажет нам,
что Денвер возобновляет расследование.
- Думаю, это прощальный ужин.
- Или она соскучилась.
Малыш, у нее нет сердца.
Она не может скучать.
Почему ей вечно нужно всё испортить?
- Подожди, я сейчас.
- Ладно. Так, мама.
- Хорошо.
- Давай. Я держу.
Давай.
Нет.
Ну вот.
Мальчишки, девчонки.
Да, мэм?
Яички принесли?
Да, мэм.
И мне принесли?
Да, мэм.
Бесси Джонс. Неужели не помнишь?
Мы с тобой и с Селестиной
пели эту песенку
каждый вечер перед сном.
И мне принесли?
Да, мэм.
Так кыш.
Кыш, кыш, кыш, индюшка.
Тряси перьями подальше отсюда.
Кыш, кыш, кыш, индюшка.
Тряси перьями подальше отсюда.
Видишь? Я всё-таки еще
не совсем спятила.
Пока что.
Поедем завтра.
В клинику.
Поедем посмотрим на нее.
АКАЦИЯ
Клиника «Акация» работает
уже более 20 лет.
Здесь легко сориентироваться.
У нас круглосуточный
доступ к медсестрам,
есть определенные занятия,
созданные специально для пациентов,
страдающих потерей памяти.
Это наша коллекция фото. Она напоминает
о старых добрых временах.
О чьих старых временах?
- О, мама. Посмотри, какой сад.
- Да.
- Знаешь, сколько стоит эта клиника?
- Она лучшая в штате.
Пять тысяч долларов в месяц.
А мне ничего не стоит заботиться
о ней дома.
Ты про дом,
который она пыталась зжечь ночью?
Я справлюсь с ней,
пойми ты уже наконец.
Ты в молодости с ней не справлялся,
а сейчас получится?
- Я ведь стал другим.
- Не лучше, чем был, когда ушел.
Тихо. Не будем вздорной семейкой,
скандалящей на людях.
Мама так отчаялась, что попросила
дядю Клайда переехать к нам,
а мы знаем, чем это кончилось.
- Ты вечно это будешь вспоминать?
- Да, а как же иначе?
Вчера маму преследовало
именно это воспоминание.
- Только потому, что ты здесь!
- Что ты сказал?
Умоляю.
Ты думаешь, она вспоминает о Клайде,
когда тебя здесь нет?
Это ты вызываешь воспоминания.
И хоть ты и выросла,
ремня до сих пор можешь получить.
Тихо! Вы в доме у этих людей.
Так что хватит кричать.
Неужели я тебя ничему не научила?
Всё, живо соберитесь!
Позорите меня при всех, какой стыд.
Бесплатная парковка, Wi-Fi.
Сделаем красивую надпись на окне:
«Китинг. Уинтерботтом. Делфино».
- Фрэнк...
- Спокойно.
Я знаю, что она меня ненавидит.
Но ей же нужен новый офис.
Она пока еще даже лицензию не вернула.
Вы с этим справитесь.
Возможно.
Всё равно, нам не по карману
такой офис.
Я всё уладил.
- Деньгами из чемодана?
- Жалко будет, если они пропадут.
Ты пойми, так Анна-Лиза
тебя не простит, Фрэнк.
Ты завтра занята?
Мама будет курицу готовить.
- Да, я занята.
- Свидание?
- Анна-Лиза устраивает ужин.
- Точно свидание.
Ребята там тоже будут.
Я её завоюю. Дай мне время.
- Он не прав.
- Перестань.
Я говорю, что то, что случилось вчера,
спровоцировала не ты.
Разве? Мама по ночам ходит и болтает
про горящий дом, когда меня тут нет?
Я медсестра.
Я знаю проявления деменции,
и это не они.
- У меня нет денег, Селестина.
- Что?
Сестра Сэма пытается отсудить дом.
Страховые выплаты заморозили.
Ничего.
- Зато у нас есть работа.
- Это тоже под большим вопросом.
У меня в крови нашли следы алкоголя
при аресте. Лицензию могут отнять.
Только потому, что ты немножко выпила?
Я тогда была на испытательном сроке.
За что?
За пьянство.
Я бы тоже запила. С твоей-то жизнью.
А где папа?
Ушел в магазин.
Я так понимаю, что скоро
я и в туалет не смогу сходить
без звяканья колокольчика.
Чего ты хочешь, мама?
Где ты хочешь жить?
Хочешь остаться здесь с папой?
- Не важно, чего я хочу.
- Нет, только это сейчас и важно.
Нет.
Мама, я не смогу уехать,
если буду знать,
что ты мной недовольна.
Ладно.
Тогда просто услышь меня.
И запомни то, что скажу.
Потому что сейчас
ты главного не понимаешь.
Я ухожу.
Ты это знаешь.
Я знаю.
Голова подводит.
Так что дело не во мне,
ни в живой, ни в мертвой,
дело в том, что хочешь ты,
отец, твоя сестра.
Мам, это неправда.
Послушай, что ты говоришь. Да ты иногда
мыслишь яснее, чем любой из нас.
А когда приедешь в следующий раз?
Или еще через раз?
Анна-Мэй, то, что с тобой случилось,
ужасно.
Я ведь тоже всякое переживала.
Нет.
Моя дорогая девочка потеряла в жизни
уже слишком много.
И мама пытается защитить тебя,
оградить от такой боли в дальнейшем.
Но её не миновать.
Ты теряешь меня.
Ты теряешь меня, это же понятно,
и этот процесс не остановить.
Лучшее, что мы можем, –
это хорошенько подготовиться,
чтобы это не стало сюрпризом.
Я не могу.
Не переживай.
Детка, я останусь на сколько смогу.
Обещаю тебе, я буду держаться
всеми силами за остатки своего разума.
Я только хочу, чтобы
ты подумала о себе.
Сегодня мы начинаем процедуру
лишения права адвокатской практики
Анны-Лизы Китинг.
Слушание состоится ввиду нарушения
условий испытательного срока,
которые запрещали мисс Китинг
употреблять наркотики или алкоголь.
Она не сможет выйти отсюда без ключа.
- Конечно, система так себе, но...
- Всё на твоей совести.
Если она поранится сама или поранит
кого- то, ты будешь заботиться о ней.
И если я узнаю, что ты
перепил на крыльце,
заснул и не услышал колокольчик...
Береги её, ясно?
Я сдаюсь. Довольна? Хватит.
Прости за то,
что Клайд с тобой сделал.
Я напишу, когда самолет приземлится.
Согласно полицейскому
нарушила условия вечером
третьего ноября. нарушила условия
вечером третьего ноября.
Я ЗАКАЗАЛА СТОЛИК В «ХЭЙВУДЕ» НА ЗАВТРА
НА ВОСЕМЬ ВЕЧЕРА
ПОЖАЛУЙСТА, ПРИХОДИТЕ.
В ночь ареста в крови мисс Китинг
был алкоголь.
Результаты анализов выявили
0,15% алкоголя,
из-за чего и было назначено слушание.
Хотелось бы услышать, почему совет
не должен лишать лицензии мисс Китинг.
Мисс Уинтерботтом,
у вас готова линия защиты?
Конечно.
Мы считаем, что упомянутые
результаты анализов крови
мисс Китинг недостоверны,
так как их мог подделать помощник
прокурора, руководящий делом...
Бонни. Все эти обвинения верны.
- Анна-Лиза...
- Я была пьяна в ту ночь, это правда.
Мой дом сгорел, и в итоге
я потеряла всё, что у меня было.
Но это не важно,
ведь также была потеряна жизнь.
Мой студент, Уэс Гиббинс,
покончил с собой в моем доме.
И я просыпаюсь каждый день, зная,
что молодой человек
с таким потенциалом,
который так во мне нуждался, погиб,
только лишь потому, что
я решила выпить.
С тех пор я больше не пила,
я ежедневно усердно работаю над собой,
продолжу посещать
клубы анонимных алкоголиков,
встречаться с психологом...
Мисс Китинг, согласно условиям
испытательного срока
- вы вообще не должны были пить.
- Я в курсе.
Вы лично согласились, что мы
отстраним вас, если вы сорветесь.
Если вы это сделаете,
у меня ничего не останется.
Я потеряла всё: дом, мужа, репутацию,
преподавание – всё подчистую.
И вы хотите забрать единственное,
что у меня осталось.
Я понимаю, что вы имеете полное право,
и я сама виновата, но я стою здесь
и умоляю вас.
Умоляю смилостивиться.
Прошу.
Прошу, дайте мне еще один шанс.
Привет. Простите, что опоздала.
Мой таксист вбил неверный адрес.
- О, что это?
- Она нам не говорит.
Скажу. Но сначала сделаем
заказ, садись.
Уточняю: есть лимит по заказу?
Я хочу заказать вырезку
для двоих на одного.
- Заказывайте, что хотите.
- Класс. Я буду баранью отбивную.
- Теперь можно открыть?
- После ужина.
По-моему, напряженных моментов
нам уже хватит на всю жизнь,
так что скажите нам, что происходит?
Прошло слушание
дисциплинарной комиссии.
- О боже. Вас отстранили, так ведь?
- Дайте договорить.
Я выиграла.
И могу снова вернуться к работе.
- Серьезно?
- Да, но сначала...
Так значит, у нас праздник?
Официант, несите еще шампанского!
О, а вы сможете преподавать?
Ну, я думаю, что появляться в кампусе
сейчас – не самая лучшая затея.
- Нет, так вы дадите им победить!
- Ей нужна передышка.
- Нужен еще один бокал, для Лорел.
- Нет, не надо.
А.К. сказала, что мы можем пить и есть
всё, что угодно.
Я не могу, я жду ребенка, так что...
Я тут подумала, и...
Хочу его оставить.
Срок через пять месяцев, уже скоро,
даже слишком скоро,
но да, такие новости.
Значит, у нас двойной праздник.
Группа снова вместе,
и у нас еще и ребеночек!
Ты знаешь, мальчик или девочка?
Я помогу выбрать имя, ладно?
Нет, выбирать имя будут гей-дядюшки.
- Всё нормально?
- Послушайте.
Если ты называешь вас «гей-дядюшками»,
значит, ты согласился?
- На что?
- Оливер сделал предложение.
Да, соглашайся уже давай, трусишка.
Вы не дали мне закончить.
В конвертах рекомендательные письма,
я написала для каждого из вас.
- Как это мило.
- Я вас отпускаю.
Посмотрите на нас.
Мы здесь, в этом ресторане.
Нам дан второй шанс.
Мы больше не нужны друг другу.
Так что пора пойти разными дорогами.
Вспомните, кем вы были
до встречи со мной.
- Почему пошли на юрфак...
- Я пошла, чтобы стать вами.
И посмотри, что из этого вышло.
Посмотрите.
Кого нет за столом?
И я знаю, что вы думаете о нём
каждый день, как и я.
- И его нет из-за меня.
- Нет, всё из-за Денвера или Махони.
- Мы этого пока не знаем.
- С каких пор?
Лорел права.
Я больше не стану никого винить
за то, что произошло. Виновата я.
Я его погубила.
Но я не стану губить всех вас.
Это всё?
- Мы можем идти?
- Лорел.
Счастливо.
Да что же с вами такое-то?
- Микаэла, успокойся.
- Не защищайте её, жалкая подхалимка.
Мы все сблизились, все мы,
нравится вам это или нет,
и не вам одной решать,
когда рвать связи.
Серьезно. Мы же как Корлеоне,
должны держаться вместе.
А на что вы жалуетесь?
Мы ведь все уже так давно
об этом мечтали.
Я хочу попрощаться,
когда она сдержит свое слово.
- Микаэла...
- Мы на полпути к окончанию юрфака.
Никакие несчастные рекомендации
не загладят мой жалкий средний балл
или тот факт, что мы изгои в кампусе.
- Только вы в силах это исправить!
- Мы плохо друг на друга влияем.
Надо же.
Желаю вам ужасного остатка дней.
Знаете, в следующий раз
не приглашайте людей
в дорогой ресторан, чтобы их кинуть.
Спасибо.
Я думаю, в итоге они все поймут,
что так будет лучше.
Бонни.
Нет.
Вам не нужно этого делать.
Анна-Лиза?
Бонус - ежедневные газеты,
и мы предлагаем и другие услуги
для всех наших гостей.
Это наш полностью меблированный номер
с одной спальней.
Кстати, в соседях у вас много
одиноких мужчин.
И женщин тоже,
смотря кого предпочитаете.
В основном гости платят раз в неделю,
но за месячную оплату мы даем скидку.
Возьму на месяц.
Хорошо, я сейчас, принесу бумаги.
Для меня, как для члена Пенсильванской
коллегии адвокатов
и бывшего профессора
Миддлтонского университета,
огромное удовольствие
писать рекомендацию
одному из моих самых лучших стажеров,
работавших в моей фирме:
Лорел Кастильо.
При первой встрече
я недооценила мисс Кастильо –
приняла её тихий нрав
за признак слабости,
хотя на деле он оказался
выражением её твердого “я”.
Мисс Кастильо знает, кто
она и чего хочет.
Это поможет ей, когда на пути
встанут превратности закона.
Мистер Миллстоун не хочет,
чтобы его судили по фамилии.
Вместо этого он идет по
собственному пути,
движимый страстью
и умением работать в команде.
Мисс Пратт – бесстрашная девушка
с уверенностью в себе,
какой позавидовала бы даже я
в её возрасте.
Покажу свое, если дашь свое.
Нет.
Да ладно. Наверняка твое
гораздо более лестное, чем мое.
Нет. Мы больше не будем тратить
на эту стерву ни время, ни энергию.
Мы наконец-то свободны от нее.
Будем использовать это в свою пользу:
получим классные стажировки и станем
Мишель и белым Бараком,
как нам и суждено.
Давай.
Режим зверя!
Повторяй за мной!
- «Режим зверя»?
- «Режим зверя»?
Режим зверя!
- Режим зверя!
- Да!
- Режим зверя!
- Вот и я об этом!
Ладно, но что это значит
в данной ситуации?
Бери ноутбук и исправляй резюме.
Уму непостижимо,
как столь молодая девушка,
как мисс Пратт,
может быть наделена таким
самообладанием и уверенностью в себе.
Чем больше препятствий перед
мистером Уолшем,
тем сильнее он борется.
Любому клиенту повезет
с таким адвокатом.
Она просто пудрит нам мозги,
чтобы мы от нее наконец отстали.
А мне она даже не сказала,
что я уволен, не говоря уж о письме.
Прибавь к этому то, что ты до сих пор
не ответил на мое предложение,
и поймешь, какой это удар
по моей самооценке.
Так что исправляйся.
Конечно я хочу пожениться.
- Правда?
- Да.
Я хочу, чтобы у нас были дети,
и дом, и собака,
и чтобы мы состарились
и умерли с разницей в неделю.
Но я хочу сказать «да»
только когда всё будет хорошо,
а сейчас ты боишься, что я могу сесть
в тюрьму, или кто-то хочет нас убить.
Я хочу сделать это,
когда всё будет нормально,
и мы будем просто счастливой,
скучной парочкой.
Хоть раз я хочу сделать
что-то правильно.
Это самый лучший отказ,
какой я мог представить.
И это саморазвитие
позволяет мне с уверенностью сказать,
что мисс Кастильо
можно нанимать немедленно.
Она будет работать без устали.
СООБЩЕНИЯ
ПАПА
ЗДОРОВО МЫ СМОТРИМСЯ? ЛЮБЛЮ ТЕБЯ.
ЗАЧЕМ ТЫ УБИЛ УЭСА?
Я ТОЖЕ ТЕБЯ ЛЮБЛЮ
Несмотря на все препятствия
и самые тяжелые испытания,
мисс Уинтерботтом всегда остается
преданной до конца.
Привет.
- Ты чего здесь?
- У меня встреча.
С кем?
Мисс Уинтерботтом?
Я вас жду.
Она оставалась рядом со мной
в самые тяжелые моменты моей карьеры.
Боль её ухода может смягчиться
лишь осознанием того,
что в будущем её ждут великие победы.
Искренне ваша, Анна-Лиза Китинг.
Мисс Китинг?
Вы опоздали.
Лечение вам назначил суд.
Если хотите хороших отзывов, больше
не опаздывайте, не отменяйте сеансы,
не пейте.
- Условия вам понятны?
- Да.
Хорошо.
В первый раз все нервничают.
Я уже бывала у психолога.
Значит, вы нервничаете
не по этому поводу?
Я просто хочу поправиться.
Вы пришли.
Начало уже хорошее.
ТРИ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Сюда!
- Как она?
- Пока без сознания.
Медсестра сказала,
что в её крови нашли препараты.
Какие?
Вызовите доктора Ли!
Скажите, что она очнулась!
Привет.
Фрэнк?
Что такое?
Фрэнк?
Что случилось, Фрэнк?
Где мой ребенок?
- Что случилось?
- Тихо, всё будет хорошо.
- Где ребенок?
- Лорел, тише.
- Скажи, где ребенок.
- Всё будет хорошо.
- Скажи, где ребенок.
- Тише. Успокойся.
Где ребенок? Скажи, где ребенок!
Где мой ребенок?!
Серия 2
В предыдущих сериях...
Ты оставил его умирать!
Давай, Уэс, дыши!
- Я пытался его спасти.
- Тогда наложи на себя руки.
Сделаешь в жизни хоть что-то хорошее,
давай. Иди и убей себя, Коннор!
И я подумала:
«Почему эта королева не защищает меня?»
Я жду ребенка. Срок через пять месяцев.
Вот такие новости.
Вы не дали мне закончить.
Я вас отпускаю.
Мы на полпути к окончанию.
Ваши несчастные рекомендации
не загладят мой жалкий средний балл
или тот факт, что мы изгои в кампусе.
Бонни
Нет.
Мисс Уинтерботтом? Я вас жду.
ПАПА:
ЗДОРОВО МЫ СМОТРИМСЯ? ЛЮБЛЮ ТЕБЯ
ЗАЧЕМ ТЫ УБИЛ УЭСА?
Хотите хорошие отзывы - не опаздывайте,
не отменяйте сеансы и не пейте.
- В её крови нашли препараты.
- Какие?
Где ребенок? Скажи, где ребенок!
Сейчас не лучшее время это обсуждать.
Вы знаете, что делаете.
И что это неправильно.
Если продолжите,
я перестану отвечать на звонки.
Она здесь.
Я перезвоню!
Пойдемте.
Каково это - вернуться к делам?
- Хорошо.
- Можете не разыгрывать спектакль.
Да нет.
Я просто устала.
Вы плохо спите?
АЙЗЕК РО
ПСИХИАТР-НАРКОЛОГ, ФИЛАДЕЛЬФИЯ
Думаю, что жить в отеле,
на самом деле, не так приятно.
Там нормально.
Дешево.
Горничная есть.
Можно проснуться и сбежать
безо всякого чувства вины.
Там есть мини-бар?
Они есть во всех отелях.
Я ничего не пила.
Можете провести тест, если хотите.
Я устала, потому
что вернулась к работе.
На прошлой неделе я взяла первое дело.
Уже взяли?
Да, конечно, слишком скоро,
но эта клиентка...
Я ей нужна.
Привет.
- Королева вернулась!
- О, брось.
Мне сказали, что меня ждет адвокат.
Я думала, что это мой
нищий госзащитник.
Свобода тебе точно к лицу, соседка.
Кожа выровнялась,
и прическу сразу сделала.
Знаешь, тебе надо показаться девчонкам.
Пусть позавидуют.
- И Клаудии я еще должна пару пинков.
- Да уж, точно.
Но на этот раз ты точно выиграешь.
Вижу по глазам,
ты уже вернулась к жизни.
И тому есть причина.
- Нашла себе мужика?
- Нет, лицензию вернула.
И знаю, кто будет первым клиентом.
Только не шути со мной.
Я вытащу тебя отсюда.
Тебе приписывают незаконное владение
огнестрельным оружием.
Задержали за приставания к мужчинам,
а потом нашли пушку. Ты это отрицаешь?
- Я шлюха, я должна защищаться.
- Только не говори так перед судьей.
Учитывая твои предыдущие судимости
тебе светит
от восьми до десяти лет.
Госзащитник советовал пойти на сделку,
тогда будет шесть.
Ну да, они всегда так говорят.
Вот, подпиши.
А что это?
Это официальное заявление
о смене адвоката.
Что, не хочешь,
чтобы тебя защищала Королева?
- Ты мне не по карману, Анна-Лиза.
- Что, даже бесплатно?
Ну ты законченная психопатка,
вот ведь надо же!
«АНТАРЕС ТЕКНОЛОДЖИС»
УКЛОНЕНИЕ ОТ УПЛАТЫ НАЛОГОВ
НАРУШЕНИЕ АНТИМОНОПОЛЬНОГО ЗАКОНА
МОШЕННИЧЕСТВО
ПРЕСТУПНЫЕ ДЕЙСТВИЯ
ОФФШОРНЫЕ СЧЕТА
МИКАЭЛА
НЕ ЗАБУДЬ ПРИНЯТЬ ДУШ
Проклятье!
Ваш самый важный опыт на юрфаке?
Максимум десять слов. Давай.
Я встретил любовь всей моей жизни,
пытаясь соблазнить его ради дела.
Это больше десяти слов,
но ответ хороший.
- Ваше главное оружие?
- Ты знаешь мое главное оружие.
- Коннор, давай посерьезнее.
- Зачем?
Кто-то нервничает
из-за моей будущей работы?
Просто одному из нас надо платить
за квартиру, а моей зарплаты
в «IT для меня» явно на это не хватает.
Вас специально заставляют
изображать баклажанов,
- или у меня больное воображение?
- Все цвета были заняты.
А для работодателей –
твое главное оружие вот здесь.
Твое сердце.
О, ну хватит, не хочу,
чтобы меня вырвало
на чистую рубашку.
МИДДЛТОНСКАЯ ЯРМАРКА ВАКАНСИЙ
- У тебя сырок на лице.
- Хочешь слизать?
- Думаешь, слабо?
- А ну перестаньте.
Нас оценивают с той самой минуты,
как мы вошли, и осанку, и общение.
- Ты нас запугиваешь.
- Конечно.
Это «Повелитель мух», детка.
Не каждая Хрюша уйдет с пляжа живой.
Ты что, съешь остальных?
Застегни блузку, ты что,
тебя с животом никто не наймет.
- Пока ничего не видно.
- Грудь набухла.
Шучу. Не то, чтобы я всегда смотрел
на твою грудь или думал о ней...
Наоборот – покажи живот.
А если им не понравится, подашь в суд
и на эти деньги спокойно
проживешь пару лет.
Потому что беременные
никогда не хотят работать?
- Нет, я просто... Я не то имел в виду.
- Мне всё равно, ладно.
Я поискала информацию. И знаю, какую
фирму хочу: «Каплан энд Голд».
У них офисы по всему миру,
лучшие клиенты,
а сейчас иск, который наверняка дойдет
до Верховного суда.
Я встречаюсь с ними в полдень,
почему я не знала об этом деле?
- Копай информацию, Мики.
- Надо же, похоже, Хрюша сегодня не ты.
- Уже вспотел от страха?
- О, милочка, только не сегодня.
Мое секретное оружие на месте.
Памперсы для взрослых.
Я сухой, как Сахара.
Как твоя вагина.
Как мило, что вы пришли: студенты
с самым низким рейтингом на потоке.
На вашем месте я бы не решился.
Потому что душа у тебя маленькая,
как и твои...
Мои причиндалы, да.
Вставай на колени, я покажу.
Кстати, чтобы вы знали.
Вас всех позвали на собеседования,
только чтобы посплетничать
об Анне-Лизе.
Он неправ.
Никто не осмелится спрашивать о ней.
Уверена, это будет первый вопрос.
Дело обвинения основано только
на незаконном задержании и обыске.
Обыскивать мою клиентку смысла не было,
как и делать оружие главной уликой.
Ваша честь, обвиняемая – проститутка,
которую остановили на улице,
где она торговала своим телом.
- Тогда полицейский и нашел пистолет.
- Моя клиентка шла к себе домой.
Темная кожа – еще не повод
для подозрений.
- Правильно.
- Ваша честь, эти аргументы
- к делу не относятся.
- Они ведут к сути моего прошения.
Мы можем оспорить факты этого дела
на слушании, мисс Китинг.
Исключения улик не будет.
Ваша честь, я прошу отложить слушание,
я только что взялась
за дело мисс Бромелл.
- Вы подавали прошение 106?
- Нет, я не успела.
Без документов отложения не будет,
слушание завтра.
Следующее дело.
- Это было ожидаемо.
- А по тебе и не скажешь.
Поскорее, мисс Китинг,
у меня сегодня всё битком.
- Нет, сейчас не время и не место.
- Понимаю.
Где помощник прокурора
по следующему делу?
Я здесь, ваша честь.
Прошение 106 подают на третьем этаже.
Обратитесь к Перл.
Наконец-то. Обвинение готово
к слушанию?
Нет, ваша честь.
Мы не смогли связаться
с одним из свидетелей,
несмотря на многочисленные
звонки и визиты.
Она почти всю жизнь провела в тюрьмах.
Проституция, наркотики,
нападение на сутенера.
Её пытались представлять
десять госзащитников.
Большинство просто сводило всё
к сделке, она получала минимум.
Но если преступления накапливаются,
минимум превращается в пожизненное.
Вам скучно со мной?
Простите, я забыл дать вам анкету
на первом приеме.
Это список травматических
событий жизни,
которые часто становятся
факторами риска
для разнообразных расстройств.
Ответьте на все пункты в списке:
переживали ли вы природные катаклизмы,
- попадали в несчастные случаи...
- Зачем?
Вы уже целых 17 минут рассказываете мне
о своем деле. А я хочу узнать о вас.
- Это моя работа, это обо мне.
- По-моему, вы рассказываете о ней,
чтобы не рассказывать о себе.
Это наш второй прием,
а в клинических инструкциях уточняется,
что врач на ранних этапах должен дать
пациенту вести нить разговора.
Так делал ваш предыдущий психолог?
Вы можете не торопиться.
СО МНОЙ СЛУЧАЛОСЬ:
ПОЖАРЫ. ВЗРЫВЫ. НАПАДЕНИЯ.
Да, оружие было,
она обслуживала мужчин на помойках,
это не делает её преступницей.
- Её дважды судили за нападения.
- И её обвинял её же сутенер!
Я всего лишь прошу о сочувствии.
Я посочувствовал,
когда не стал обвинять
её в других нарушениях, Анна-Лиза.
О чём вы говорите?
Посмотрите запись с камеры,
и поймете, что я не чудовище.
Нэйт?
Мне дали то дело о нарушении границ,
у нас слушание на следующей неделе.
- «У нас»?
- Теперь я работаю здесь.
Сколько, дня три?
Да, но... Это так, и Джули, или Джуди,
или как там её, сказала,
что ты можешь помочь найти свидетеля.
- Не могу. Прости.
- Нэйт!
Вы с Анной-Лизой правда думаете,
что сможете кого-то провести?
- Я работаю не на Анну-Лизу.
- Ты думаешь, я поверю?
Я сама найду свидетеля.
Почему вы хотите стажироваться
в «Каплан энд Голд»?
Во-первых,
у вас безупречная репутация.
Во-вторых, офисы по всему миру.
В-третьих, разнообразность сфер,
в частности иск о шпионских программах.
- Похоже, вы продумали ответы.
- Спасибо.
Но если честно,
нас несколько обеспокоила
ваша успеваемость.
Как вы её объясните?
Мои оценки пострадали,
потому что первый год я работал
над реальными делами.
И этот практический опыт
был важнее моего обучения.
Вы написали этот ответ заранее?
Звучит как-то заученно.
Я просто знал, что вы спросите
про успеваемость.
Хотите сказать,
у нас очевидные вопросы?
- Нет, я не то имел...
- Стоп.
Дело в том, что я всегда выступала
за социальную справедливость,
иногда из-за этого
я даже забывала об оценках.
Меня беспокоит, что нашим клиентам
нужны самые упорные адвокаты,
которые не будут отвлекаться.
Вопрос такой: вы сможете на 100%
посвятить себя работе?
Определенно.
Возьмем, к примеру, Рузвельта.
Он ведь тоже завалил первый экзамен,
а что в итоге?
Вы так же умны,
как наш великий президент?
- Это хотите сказать?
- Нет.
C эго у меня проблем нет.
Напротив, я даже очень скромный.
Ну, может, не очень, но скромный.
Заметьте, я подняла средний балл
на 0,7 за последний семестр,
это самый лучший
прирост на всём потоке.
Это доказывает, что я выживаю
в сложных ситуациях
и использую возможность
для самосовершенствования.
Почему вы пошли
на юридический факультет?
Мой отец – адвокат.
- Я всегда восхищался его работой...
- Я не спрашивал про вашего отца.
Почему вы хотите стать адвокатом?
Чтобы защищать уязвимых, всё просто.
Я хочу способствовать
переменам, используя закон,
данный нам конституцией.
Я практически вырос в зале суда,
это у меня в крови.
Ладно.
Понятно, что работу
вы не получите, так что
просто расскажите нам самое интересное.
Каково было общаться
с Анной-Лизой Китинг?
С ней правда так сложно, как говорят?
Мне кажется, мы бы вряд ли подняли
эту тему, будь она мужчиной.
Патриархат жив и здравствует,
как все мы знаем.
У нее было много стажеров,
так что не смогла толком её узнать.
С ней было, ну... тяжело.
Самое лучшее, что со мной случилось, –
меня не отобрали в её секту.
Каждого из её стажеров
чуть не исключили
из-за её драмы,
ну, я про тех, кто жив.
Я многому научилась
у профессора Китинг.
Но главное, что она мне показала:
каким адвокатом я не хочу быть.
Ну, детка, давай, мама тебя заведет.
Забудешь обо всём на свете.
О, а это что?
Вы не сказали, что вы с пушкой.
Ну давай, я тебя обслужу.
- Вы арестованы.
- Пустите меня.
- Повернитесь!
- Пустите же меня!
Да у тебя наверняка просто не стоит.
Видишь, как он грубо со мной обращался?
Тебе повезло,
могли дать рукоприкладство,
приставание к полицейскому.
Обычно срабатывало. Десять минут
в полицейской машине – и ты свободна.
Что? Злишься на меня?
Ты должна рассказывать о таком,
Жасмин, а не подставлять меня в суде.
Так это я виновата, что мы проигрываем?
- А не ты и твои косяки в суде?
- Послушай, тебя никто не обвиняет.
Зря я поверила,
что ты сделаешь что-то бесплатно.
- Жас, я пытаюсь тебе помочь.
- Ты пытаешься помочь себе.
Я поняла это сразу, как увидела тебя,
ты была вся такая гордая,
решила помочь своей черной сестричке.
- И что же в этом плохого?
- Это туманит тебе мозги!
Хочешь меня спасти?
Тогда советую вернуться в то время,
когда мне было 13,
и папаша подсунул меня целой банде
за пару доз какой-то дряни.
Знаешь, что они делают с новенькими?
Раздевают их и пускают по кругу,
это называется «волчья стая».
После этого ты настолько разбита,
что сопротивляться уже не можешь.
Работаешь в машинах, подвалах.
И вытерпеть всё это можно,
только приняв дозу
и отключившись к чёртовой матери!
А кто, думаешь, постоянно попадается?
Ты соглашаешься на сделку, сидишь,
потом возвращаешься,
потом снова начинаешь продавать себя
ради наркоты, тебя снова арестовывают,
опять сделка, потом опять,
и вот ты уже сидишь до
конца жизни в клетке.
И вдруг ты пришла.
Решила, что сможешь меня спасти?
Охрана! Уведите меня отсюда.
- Вы были в неволе?
- В тюрьме.
Там и познакомилась с клиенткой,
о которой вы не даете мне говорить.
Ясно.
Почему именно она?
Почему взялись за нее первой?
Вы сказали, что вы нужны ей,
но это вы пришли к ней.
Убедили отказаться от госзащитника.
Она помогла мне в тюрьме,
спасла от избиения.
- И это единственная причина?
- Да.
- Вы что, мне не верите?
- Нет.
- Не поняла.
- Анна-Лиза, вы алкоголик,
то есть знаток в самообмане.
Но здесь знаток – я.
Хватит отнекиваться,
начните работать над собой.
Вы же хотите вылечиться,
как вы говорили.
Иначе я уведомлю совет,
что вы отказываетесь идти на контакт.
- Я не отказываюсь.
- Вы прячетесь. Уже два приема подряд.
Может, ваш прошлый психолог этого
не замечал, но теперь вам достался я.
Говорите.
Или уходите.
Вы дали мне только последние обвинения
против моей клиентки.
Мне нужно всё,
в том числе правонарушения.
Я же сказала, за этим нужно спуститься
на третий этаж, спросите Луис.
- Она отправила меня сюда.
- Реджина решила тебя помучить?
Я обычно мучаю только тех,
кто мучает меня.
Поверь, мисс Китинг в последние месяцы
пришлось гораздо хуже, чем тебе.
Пощади её.
Будешь должен мне булочки.
- Спасибо.
- Не за что.
Наверняка твоя шпионка Бонни
уже передала,
но я не хочу в этом участвовать.
Ты ошибаешься...
Денвер повысил меня
до главного следователя.
Да, это я выбила сделку.
Чтобы помочь себе, а не только мне.
Моя жизнь, наконец, приходит в норму,
так что прошу, ради бога, не лезь.
Я уволила Бонни.
Я узнала, что она работает
в прокуратуре, только утром.
Почему уволила?
Потому что всем лучше без меня.
Ты сам сказал.
- Я узнаю, если врешь.
- Хорошо, что не вру.
Вы всё еще вместе?
Скажи, что хочешь быть адвокатом,
потому что умеешь спорить
или веришь в конституцию.
Или хочешь власти.
- Или денег.
- Помогать людям?
Слушайте, может, я не нашел ответа,
потому что больше не хочу
быть адвокатом.
- Боже, такое мог сказать только белый.
- Что?
Вы посмотрите, что сошло вам с рук.
Погибли люди, а вы не в тюрьме,
и ты смеешь ныть из-за проблем в учебе?
- Да, Оли дело говорит.
- До сути я еще не дошел.
- Так говори уже.
- У тебя есть второй шанс!
У нас у всех. Так может,
пора сделать что-то значимое.
- Научить бабушек писать твиты?
- Вообще-то,
у меня есть новость для всех.
- Я открываю свою IT-компанию.
- Эй!
И вы все должны замолвить
за меня словечко
в крутых юридических фирмах,
в которых станете работать.
Ты назвал её «Контрол Оли Дэлит»?
Ну да, забавно, правда? Вроде.
Ответы пришли!
«Шварц и Абрамс», «Линдстром»,
«Каплан энд Голд»!
- У меня пять приглашений, съели?
- Молодец.
А у меня три. «Каплан энд Голд» тоже!
- Коннор?
- Ноль.
- Скажи, что не я один неудачник.
- Не ты один неудачник.
- Круто. Можем открыть клуб.
- Я не настолько отчаялась.
Держи.
- О, я возьму.
- Нет.
Девочки против мальчиков.
Пойдем, я расскажу тебе всё, что знаю.
Это... это же дискриминация.
- Я же говорил, она меня ненавидит.
- Дай ей еще время.
Знаешь, что они делают с новенькими?
ПРОСТИТУЦИЯ
21 ЛЕТ
Раздевают их и пускают по кругу,
это называется «волчья стая».
После этого ты настолько разбита,
что уже не сопротивляешься.
ПРОСТИТУЦИЯ
18 ЛЕТ
И вытерпеть это можно...
ПРОСТИТУЦИЯ
58 ЛЕТ
...только приняв дозу и отключившись!
Хочешь меня спасти?
Тогда советую вернуться в то время,
когда мне было 13,
и папаша подсунул меня целой банде
за пару доз какой-то дряни.
44 ЛЕТ
- Когда тебя впервые арестовали?
- Не знаю.
Ты говорила,
что тебя изнасиловали в 13,
но самый ранний привод я нашла
только в 18.
- До этого ты не бывала в суде?
- Как это? Конечно бывала.
- Когда?
- Первый раз?
Мне было гораздо меньше 18.
Копы поймали меня с клиентом.
Судья тогда пощадил меня и отпустил.
- Почему ты улыбаешься?
- Ты была несовершеннолетней.
- И что в этом хорошего?
- Благодаря этому я и вытащу тебя.
Я заполнила не все пункты,
которые должна была.
Но вы уже знаете об этом.
Вы что, наводили справки?
- Нет.
- А зря, узнали бы много интересного.
Я знаю о вас только то, что написано
в досье, которое прислал совет.
Да? И что сказал совет? Что у меня
ужасная репутация и разрушена карьера?
Я понимаю, почему моя информированность
заставляет вас нервничать...
Я нервничаю, потому что вы говорите,
что то, что я хочу обсуждать,
неправильно.
Я здесь, пришла вовремя, а вы всё время
заставляете меня чувствовать себя
не в своей тарелке.
Я не знаю вас, вы не знаете меня,
что бы вы обо мне ни читали,
так почему не дать мне расслабиться,
прежде чем я выложу
все жуткие детали моей жизни?
Ей было 13,
когда её впервые арестовали.
Да, и дело закрыли ради её же блага.
- Вы можете его открыть.
- Да, как и судья.
Я не собираюсь делать вашу работу.
- Ты можешь помочь этой женщине.
- Пожалуйста, уйдите.
Она жертва секс-торговли.
Её совратили в 13 лет.
Сочувствую.
«КАПЛАН ЭНД ГОЛД»
Здесь даже пахнет деньгами.
- Может, лучше не стоит?
- Проверяют, как у тебя с алкоголем.
Куча фоток доказывает,
что пить ты не умеешь.
Показать им,
как ты уснула на гамбургере?
Ну конечно, он здесь.
Расскажи, что в тайном досье Лорел,
и мы его уничтожим.
Не получится. О, ширинку застегни.
Здравствуйте. Микаэла Пратт.
Я представлял жертву домашнего насилия
во время стажировки.
И в итоге её выпустили.
Это было поразительно
и заставило меня понять, что я хочу
помогать тем, кому не повезло.
Не быть таким белым, понимаете?
Вас не взяла ни одна
корпоративная фирма?
Нет. Ну, точнее, кто-то не взял.
Вы как раз и надеетесь
на привилегии для белых, если думаете,
что в последний момент влезете
на место, на которое восемь кандидатов.
Да. Ну, я тогда пойду.
Лорел Кастильо?
Мисс Кастильо?
Считаю до трех.
ДЕЛОВЫЕ НОВОСТИ
ТАЙНА ВОКРУГ СМЕРТИ
СОТРУДНИКА «АНТАРЕС»
Привет.
Я думала, сегодня ты
готовишь мне ужин.
Мне надо заниматься. Скоро экзамен.
- Как первая неделя?
- Всё было нормально,
пока я не встретила Анну-Лизу.
Вы поговорили?
Она попросила меня открыть давнее дело
одной из своих черных сокамерниц.
Ты помогла?
Зачем, чтобы показаться
какой-то слабачкой? Нет.
Я закрыла дверь у нее перед носом.
Было классно.
- Ты пьяная?
- Конечно.
Теперь без нее, слава богу, можно снова
хранить дома спиртное.
Так что я собираюсь
напиться до такой степени,
что забуду её несчастное лицо.
Я поражена, как вы сумели обойти
соглашение о слежке за границей.
Наверняка пришлось пободаться
с директором разведслужб.
Вы явно навели справки.
На самом деле
телекоммуникации – моя страсть.
- ...тебе в лицо.
- А может, лучше я тебе?
О, вот он, наш задира.
Прошу меня извинить.
Придержи кураж, брат, эта фирма
ещё не пробивала твою семью.
- Ты на что намекаешь?
- А сам как думаешь?
- Что происходит?
- Я рассказывал твоему парню,
что юрфирмы пробивают прошлое
своих потенциальных стажеров.
Пробили и нас, и наших родителей,
проблемы с психикой...
Закрой рот.
Я бы на твоем месте на имя папочки
не надеялся, Миллстоун.
Посмотри на меня.
Смотри на меня. Смотри.
Так. Иди в туалет.
Ударь мусорный бак, если хочешь,
но не показывай всем, что срываешься.
Режим зверя.
Спасибо.
Не знаю,
что с тобой случилось в детстве,
если ты стал таким социопатом,
но если еще раз ты к нему подойдешь,
я отрежу тебе яйца и скормлю тебе же.
Поверь, я делала и не такое.
Я вас вижу.
Я принес закрытое дело Жасмин.
Впустите меня.
Я ведь всегда буду здесь.
Хотите вы этого, или не хотите.
Я всегда буду оберегать вас.
Впусти меня, Лорел.
Я был у тебя.
Точнее, видимо, уже не у тебя.
Держи.
Решил, что ты, наверное,
спишь с Фрэнком,
но с квартирой Уэса
всё стало более понятно.
- Здесь пахнет лучше.
- Зачем ты пришел, Коннор?
Тебя брали в бесплатную адвокатуру.
- Но ты не пришла.
- И?
И зачем врать?
Не знаю, может, затем,
что мне стало плевать.
Плевать на бедных или на свою карьеру?
На всё.
Так что, получается,
дело только в этом?
Если хочешь что-то сказать – говори.
Я понимаю,
если ты всё еще пытаешься
выяснить, что случилось с Уэсом...
Только не произноси его имя.
- Ты ждешь его ребенка, Лорел.
- Не всё вертится
- вокруг этого несчастного ребенка.
- Нет, ну что ты, конечно.
Ты просто должна знать, что я
тебя поддержу, если я тебе нужен.
Класс.
Теперь можешь уйти?
- Нет. Знаешь...
- Я не прошу...
Сначала выскажусь. Ладно?
Боже.
Я был там, Лорел.
Я видел его тело.
И ты тоже могла погибнуть.
А потом я врал тебе в лицо
всё то время.
И я ненавижу себя гораздо больше,
чем ты меня.
Если тебе от этого легче.
Не легче.
Как я могу всё исправить?
Никак.
Никто из нас не может.
Его нет. И ты в этом не виноват.
Так что хватит себя корить.
Не могу.
Ладно. Но ты у меня в долгу,
так что делай, что я говорю,
и попытайся успокоиться.
Я ничего не скрываю.
И я говорю о деле не для того,
чтобы избежать разговоров о себе.
- Я просто...
- Думаете, она – это вы.
Жасмин. Она – это вы.
Мистер Хедстром,
сколько лет вы проработали обвинителем
в прокуратуре Филадельфии?
- Тридцать три.
- Солидный срок.
Вы заслужили отдых,
где-нибудь на пляже
с пина-коладой.
Я на пенсии. За меня не переживайте.
Вы узнаёте это, мистер Хедстром?
Обвинение мисс Бромелл в проституции
68-го года,
обвинение, которое выдвинули вы.
Протестую, это закрытое дело
времен юности обвиняемой.
Я привожу дело Дэвиса против Аляски
как прецедент,
оно позволяет свидетелю
давать показания
по поводу закрытых дел.
Протест отклонён.
Я ассоциирую себя
с 60-летней проституткой?
Иначе почему вы сделали её
своей первой клиенткой?
Я же сказала.
Она помогла мне в тюрьме,
а после всего, через что она прошла...
Вы про сексуальную агрессию,
которую она испытала в детстве?
Сколько было подсудимой,
когда вы выдвинули обвинения?
Тринадцать.
Почему же вы обвиняли её в проституции,
вместо того, чтобы принять её
за жертву секс-торговли?
Вся эта концепция секс-торговли –
понятие новое.
В наши дни арестовывали
уже за приставания на улице.
А потом отпускали.
И в «ваши дни» вы верили,
что ребенок сам решил заниматься сексом
со взрослыми мужчинами за деньги?
- Вы больны.
- Простите?
Вы взялись за эту работу,
чтобы проецировать на людей
свои больные фантазии?
- Анна-Лиза...
- Людей не упрекают за то,
что они подверглись насилию,
не подстрекают без причины.
Я освободил её из колонии,
и дело закрыли.
Большего я тогда предпринять и не мог.
Разве?
Шери Уотсон, Патрисия Адамс,
Кэрол Энн Питерсон.
- Не припоминаете таких?
- Нет.
Я освежу вам память.
Это несовершеннолетние девушки,
которых поймали за приставания в 68-м.
И все эти дела ушли вам.
Но вы не предъявили им обвинения,
а отправили их на реабилитацию.
- Каждое дело уникально, мисс Китинг.
- Нет, вообще-то все эти дела
были практически идентичны
делу моей клиентки,
за исключением одной небольшой детали:
моя клиентка – черная,
а все эти девушки были белыми.
Это не просто так.
Многие женщины, страдающие пристрастием
к спиртному, подвергались насилию:
часто физическому, сексуальному.
Если бы с Жасмин обошлись как с белой,
её бы отправили в безопасное место,
накормили,
может быть, даже отправили бы в школу.
Протестую, это спорно.
Но вместо этого
полицейские и обвинитель
обращались с ней как с преступницей,
хотя они обязаны были защитить её.
И спасти её от чудовищного детства.
Простите, если я не прав.
Я ничего о вас не знаю, но моя работа –
устанавливать связи,
которые вы сами можете не замечать.
Но вы вернули её на улицы,
пока она не заработала срок,
из-за которого потом
не смогла получить
работу, льготное жилье, помощь...
Ваша честь, успокойте мисс Китинг.
Каждый проступок приводил к следующему,
и всё это шло с первого ареста...
Мисс Китинг, прошу, сядьте...
когда система, которая должна была
защитить бедную 13-летнюю девочку,
обвинила её и обрекла
на жизнь в тюрьме!
Я не такая, как она.
Со мной в детстве происходили
ужасные вещи,
но у меня была любящая мать,
учителя, которые говорили о моем уме,
я поступила в колледж,
потому что поверила им.
Только так мы и поступаем с черными,
женщинами и геями.
Мы отворачиваемся и говорим,
что их жизнь не важна.
Но она важна, Жасмин Бромелл важна.
Я – не она.
Нет.
И как бы я ни хотела вернуться в 68-й
и как-то помочь девочке,
а не наказывать её, я не могу.
Мы не можем.
Но это неправильно.
Поэтому я требую,
чтобы суд освободил её
не только от текущих обвинений,
но и от всех предыдущих судимостей.
Только так мисс Бромелл наконец-то
будет оказано элементарное сочувствие,
которого всю свою жизнь
она была лишена.
Не переживай.
Если мне придется вернуться,
не страшно.
Я хотя бы смогу сказать,
что меня защищал
Джонни Кокран в юбке.
Всем встать!
Мисс Китинг.
Сегодня вы игнорировали текущее дело
и попытались создать свое собственное,
не обращая внимания на то, что в этой
стране мы просим каждого человека
нести ответственность за свои действия.
Но как мы можем ждать такого от людей,
если мы сами топчем и разрушаем
их жизнь в самом начале?
Мисс Бромелл,
суд должен принести вам извинения.
Закон ошибся, когда обращался с вами
как с преступницей, а не с жертвой.
И как бы я ни хотел избавить вас
от уголовной истории,
максимум, что я
сейчас могу – это закрыть
все ваши предыдущие судимости.
Если вы больше не будете появляться
в зале суда,
вам окажут любое содействие
и предложат работу,
не раскрывая ваше уголовное прошлое.
Так у вас будет возможность
начать с чистого листа,
хотя это вам должны были предоставить
еще в 68-м.
Я выиграла.
Это моё первое дело по возвращении,
и я выиграла.
Вот почему я хотела рассказать о нём.
Мне было хорошо, это было здорово.
- Вот и всё.
- Хорошо.
- Поздравляю.
- Я вовсе не ждала от вас этих слов.
Почему? Вы сделали хорошее дело,
вы дали этой женщине второй шанс.
Вот твое удостоверение личности.
Тебе нужно скорее найти работу.
Она проститутка и наркоманка,
для таких не бывает вторых шансов.
- И вот.
- Я не могу.
Нет. Возьми.
Могу поспорить, что после сеанса включу
телефон, и там будет сообщение от нее
о том, что она вернулась к наркотикам
и умоляет спасти её от тюрьмы.
Если бы вы правда в это верили,
вы бы не стали за нее бороться.
Я могу поставить сотню баксов,
что через пару месяцев
она вернется в тюрьму.
Знаете, но ведь в таких ситуациях
надеяться – это нормально.
Зачем?
Вы работаете с наркоманами каждый день,
вы знаете, что они не меняются.
Я изменился.
Я сидел на героине.
А теперь я здесь. Вылечился.
Изменился. Вот вам пример.
Зря вы мне это рассказали.
Вот.
Телефон свидетеля.
Спасибо.
Она тебя уволила.
И ты могла оказаться здесь, только если
шантажом заставила Денвера
дать тебе работу.
Я его не шантажировала.
Тогда зачем он нанял того,
кто работал на Анну-Лизу?
Ну ладно, шантажировала, немного.
Надо основать тайную группу
бывших друзей Анны-Лизы.
Для начала можем напиться.
Не так быстро.
Я окончила юрфак и думала,
что так поступают все умные люди:
идут к психологу, делятся чувствами.
Конечно, я только и делала, что болтала
о фирме, в которой начала работать.
Перед вами новый стажер
«Каплан энд Голд», сосунки!
- За тебя!
- О боже!
Саймон получил место
в «Каплан энд Голд»?
Да, и мы пытаемся сейчас
об этом не думать.
- А что Микаэла, ей перезвонили?
- Да, у нее три предложения,
ведь она такая: крутая девчонка,
которая встречается с неудачником,
которого смог зацепить какой-то дебил.
Расслабься.
Мы с тобой и Лорел
будем работать у Оли.
Здравствуйте, дамы и господа.
«IT- услуги Хэмптона» – это всё,
что нужно
вашим компьютерам и технологиям.
- Микаэла!
- Боже, ты слышала?
У меня три предложения, это же круто!
Я крутая!
Слушай, ты должна пойти
в «Каплан энд Голд».
- Я уже пошла, там платят больше.
- О, слава Богу.
А тебе какая разница?
«Каплан энд Голд» – фирма,
которая представляет моего отца.
Тогда пусть просто
словечко за тебя замолвит.
- Нет, я этого не хочу.
- Почему?
Потому что он убил Уэса.
Что ты сейчас сказала?
Мой отец убил Уэса,
и ты поможешь мне его уничтожить.
Я не могла открыться.
И мой психолог это видел.
Поэтому он сам открылся мне.
Стал делиться со мной своей жизнью.
Научил делиться меня.
И это сработало.
Я начала говорить,
на самом деле говорить.
Мне это так понравилось.
А потом он стал моим мужем.
- В её крови нашли препараты.
- Какие?
Скажи, где ребенок.
Где ребенок?
ДВА С ПОЛОВИНОЙ МЕСЯЦА СПУСТЯ
Где ребенок?
- Где мой ребенок?
- Я не знаю, где он.
Тише, прошу тебя.
Успокойся. Мы всё выясним.
Успокойся. Тише.
Вы позвонили Анне-Лизе Китинг.
Пожалуйста, оставьте сообщение.
Где тебя черти носят? Она очнулась.
Возьми трубку, чтоб тебя!
Прокуратура.
У меня еще новости
о преступлении в отеле.
Менеджер подтвердил, что номер был
зарегистрирован на Анну-Лизу Китинг.
Мы пытаемся найти мисс Китинг,
пока в её номере идет обыск.
Интересно то, что мы нашли оружие.
Серия 3
В предыдущих сериях...
СТУДЕНТ СТАЛ ЖЕРТВОЙ ПОЖАРА
Могу поставить сотню на то, что
через два месяца она вернется в тюрьму.
Денвер повысил меня
до главного следователя, Анна-Лиза.
Моя жизнь наконец-то приходит в норму,
так что прошу, не лезь.
«Каплан энд Голд» – фирма,
которая представляет моего отца.
Мой отец убил Уэса,
и ты поможешь мне его уничтожить.
Вы позвонили Анне-Лизе Китинг.
Оставьте сообщение.
Скажи, где ребенок.
Где тебя черти носят? Она очнулась.
Возьми трубку!
- Микаэла!
- Отстань от меня!
- Не беги, я беременна!
- Поэтому и не надо лезть.
У нас всё хорошо,
мы получили второй шанс. Такси!
Да стой ты!
- Хотя бы дай мне рассказать план.
- Нет!
Тебе надо только войти
в профиль моего отца.
Называется «Антарес».
И найти там данные
о любой незаконной деятельности,
которые можно слить
налоговой или ФБР...
- О господи!
- Устроим скандал!
- Сама устраивай.
- Я не могу!
Почему? Боишься, что он узнает
и убьет нас? Это меня тоже пугает!
Это для Уэса, Микаэла.
Слушай, ты сейчас говоришь
прямо точно как он.
Он вечно болтал о Сэме, Ребекке,
о Махони, и посмотри, что с ним стало!
- Мой отец его убил.
- Где доказательства?
Я пытаюсь их достать,
вот поэтому мне и нужно, чтобы ты...
Нет! Ты уговариваешь меня украсть
файл из фирмы моей мечты,
хотя у тебя нет никаких улик!
Улики – это вся моя жизнь, ясно?
Мой отец – чудовищный человек.
Он совершает чудовищные вещи
и должен сесть в тюрьму,
и ты этому поспособствуешь.
Ваш водитель на месте.
- Не ходи за мной.
- Микаэла!
- Микаэла!
- Нет. Едем.
- Поехали!
- Микаэла!
Мы – госзащитники, мы привыкли
к переработкам и недоплатам.
Должность – уже просто почетный знак.
Поэтому мы и основали эту программу.
Мы назвали её
«Право Филадельфии на адвоката»
в надежде, что такие частные адвокаты,
как вы, помогут нам с потоком дел.
- По-моему, отличная идея.
- Вы единственная, кто так считает.
- Да.
- Вы бы видели мое лицо,
когда я узнала, что сама Анна-Лиза
Китинг решила записаться.
Дел у меня немного, вот я и подумала,
почему бы не помочь.
Помочь кому: вашим клиентам
или своей репутации?
Сколько клиентов сейчас у каждого
из ваших защитников?
По 200 сразу?
Вы знаете, что я успешно
закрыла дело женщины,
которая десятки лет
шаталась по тюрьмам?
- Я слышала об этом.
- Да, а слышали, что я банкрот?
Так что бегать за нищими клиентами
я сейчас точно себе позволить не могу.
Я здесь. Дайте мне работу.
А что с вашей второй проблемой?
- С которой?
- С алкоголем.
У меня это под контролем.
Хорошо.
Но берегитесь: это одно из дел,
которое не дает мне спать по ночам.
Бен Картер.
Я представляла его 12 лет назад,
когда его посадили за убийство невесты.
Он сам написал апелляцию из тюрьмы,
назначено повторное слушание.
- На какой почве?
- Предвзятость присяжных.
Они не смогли судить книгу
не по обложке.
Вы новый адвокат?
Я набил их в 16.
Это отличие нашей банды.
Ким я встретил через два года,
и она упросила меня уйти.
А знаете, как это сложно?
Никто не уйдет из того мира чистым.
Но я справился ради Ким.
Кимберли Уилер была эффектной девушкой,
когда познакомилась с обвиняемым.
Тогда он и заверил её,
что ушел из банды,
и она верила в эту сказку,
пока он не сотворил это.
Столкнул мать своего
восьмимесячного ребенка
с десятого этажа из окна их квартиры.
- Я её не толкал. Она спрыгнула.
- Почему?
Кимберли пыталась расстаться
с Беном в тот вечер.
А когда он не смог убедить её
этого не делать,
он разозлился и вытолкнул её из окна.
Она не собиралась меня бросать,
мы ссорились не из-за этого.
Я вам не помогу, если будете твердить
ту же ложь, что последние 12 лет.
- Мы тогда поссорились из-за Мэдисон.
- Это ваша дочь?
Ким сказала, что она не моя.
Двенадцать лет назад Бен Картер потерял
не только свою невесту,
но и отношения с дочерью Мэдисон.
Но всё же он нашел в себе силы написать
апелляцию, прямо из тюрьмы,
потому что он отчаянно хотел,
чтобы присяжные признали правду.
Я назвал её шлюхой, мусором.
Сказал, что Мэдисон тоже вырастет,
как её мать.
Стоп.
ЗАПИСЬ. ОСТАНОВЛЕНО. УДАЛИТЬ?
- Вы её столкнули?
- Нет.
Знаете, если бы мне сказали,
что ребенок не мой, я бы сорвалась.
Я сказал ужасные вещи, да.
Наверное, из-за них
она и покончила с собой.
Но я никогда не трогал её.
Ким страдала послеродовой депрессией,
когда покончила с собой.
Но сторона обвинения
не хотела рассказывать об этом.
Вместо этого,
уважаемые господа присяжные,
у вас вызвали
базовый инстинкт осуждения,
и моего клиента судили,
исходя из его внешности.
Ведь это единственное доказательство,
которое было у стороны обвинения.
Подумайте. Серьезно.
Двенадцать лет в тюрьме лишь за то,
как ты выглядишь.
Даруйте Бену свободу.
Представьте, если враг сможет взломать
вашу систему и украсть файлы.
Или попросит за них выкуп.
Поверьте мне, ваш офис
невероятно уязвим перед атаками.
Думаю, ты знаешь о его уязвимости,
потому что сам его взламывал.
- Это было бы незаконно.
- Да. Именно.
Слушай, Лэйхи. Сделай одолжение.
Стойте! На случай, если передумаете.
- Бонни работает в прокуратуре.
- Что?
Это же плохо, да? Она наверняка
сговорилась с Денвером, чтоб нас сдать.
- Нет, она так не поступит.
- Тогда почему она там?
Анна-Лиза её уволила.
- Что?
- Откуда ты знаешь?
- Фрэнк сказал.
- Ты говорил с Фрэнком?
Да, я помогаю ему
готовиться к экзамену.
Объясните, что вообще тут происходит?
Он пытается начать с чистого листа,
как и каждый из нас.
Бонбон тоже, и, кстати, они теперь
живут вместе. Это так мило.
Кто хочет выпить? Я угощаю.
Сейчас полдень, и тебе лучше сесть,
у нас новости.
У меня круче.
- Что это?
- Возмещение.
- Что ты вернул, яхту?
- Свое обучение.
Я бросил колледж.
Сторона обвинения готова вызвать
первого свидетеля?
Для дачи показаний мы вызываем
следователя Нэйта Лэйхи.
- Всё нормально?
- Да.
Бен. Это я, Ким.
Я знаю, как ты злишься,
но нам надо поговорить.
Я пытаюсь разобраться, хотя бы
ради ребенка. Приходи домой.
Мистер Лэйхи. Почему этого сообщения
не было на первом слушании?
Только с помощью новых технологий
мы смогли извлечь его из телефона Бена.
Почему вы не смогли найти его,
когда Бена арестовали?
Он удалил сообщение.
Вопросов больше нет.
Мистер Лэйхи.
Где следователь, который был поставлен
в качестве свидетеля изначально?
Она заболела, мэм.
А почему вы замещаете больную коллегу?
Я главный следователь и обязан замещать
коллег, если они не могут прийти.
А как вы заняли место
главного следователя?
Заслужил. Упорным трудом и умом, мэм.
Но это не значит, что вы
подготовились к делу.
Сколько у вас было, минут 20,
чтобы ознакомиться с делом
перед тем, как давать показания?
- Я более чем знаком с нашими делами.
- Отлично.
Тогда поясните, почему полиция не нашла
веских улик против моего клиента.
Удаление сообщения говорит о том,
что был мотив,
а значит, это может считаться уликой.
Откуда вы знаете, что сообщение удалил
мой клиент, а не кто-то еще?
- Протестую, ваша честь, это домыслы.
- Да, я строю домыслы.
Так же как мистер Лэйхи,
когда приравнивает удаление сообщения
к убийству. Тогда мы с вами все убийцы.
- Вы никогда не удаляли сообщения?
- Довольно, мисс Китинг.
- Заканчивайте, или я исключу допрос.
- Не надо.
Свидетель может идти.
Я сказал не «без денег»,
я сказал «безе дайте».
А думал, что будет бесплатно.
АШЕР
Я же просила не звонить мне на работу.
Коннор бросил колледж,
он просто сошел с ума.
- Что?
- Приведи его в чувство.
- Слушаю. Кто это?
- Ты ведешь себя как идиот!
- Нет, просто на пробежке осенило.
- Да, точнее, крышу сорвало.
- Серьезно, иди и верни им деньги.
- Нет, мне сейчас так здорово.
Пойдемте отпразднуем. Я плачу.
Коннор!
Встретимся в «Дебрифт».
- У меня работа.
- Это важнее.
У тебя что, личный звонок?
Нет.
- Кто это?
- Это Лайнел Бигсби, уважаемая.
Я хотел обсудить
юридический вопрос с мисс...
- Твой парень?
- Нет.
- Да, но это очень срочно.
- Первое предупреждение, вставай.
Стажеры! Пора начинать.
Тащитесь все сюда!
Ну что, все слышали,
бесполезные лентяи?
Живо!
Всё. Собирайтесь. Оставьте чашку.
И несите памперсы, не хотим инцидентов,
как в прошлом году.
У нас есть традиция, так называемый
Адский кубок «Каплан энд Голд».
Турнир не на жизнь, а на смерть.
Вы будете биться лицом к лицу,
демонстрируя знания обо всём,
что связано с компанией, до тех пор,
пока не останется финальная четверка.
Победитель получит не только эту
дорогущую штучку,
но также выберет,
с кем из партнеров будет работать.
Первый раунд: Биггинс против Пратт.
В каком году был основан
«Каплан энд Голд»? Пратт?
- В 1934-м.
- Верно. Шаг в сторону, неудачник.
Получай.
Самая крупная сумма, выигранная
«Каплан энд Голд» после дела?
- Миллиард сто тысяч миллионов.
- Верно.
Кто из партнеров сдал экзамен на право
юридической практики уже в 22 года?
- Тиган Прайс.
- Всё верно, мисс Прайс?
Я гений, что тут скажешь?
2436 адвокатов по всему миру?
- Люша против биржи.
- Неверно.
Кокеш против биржи.
Доктрина ответственности
служащего корпорации.
Фирма года
по процедуре выдачи патентов.
Две тысячи оплачиваемых часов в год
на адвоката.
Слияние «Лафлин энд Стоукс».
Клиент с базой в Майами
с крупнейшей долей шпионского
оборудования на мировом рынке?
- «Антарес Текнолоджис».
- «Антарес» – это верно.
И на этом первый раунд окончен.
Аплодисменты финальной четверке!
Здравствуйте.
Надо же. И пяти минут не прошло,
как Оливер всё всем разболтал.
Фрэнк и так рассказал Ашеру.
Передай всем: вам не о чем волноваться.
Мы не волнуемся.
Тогда зачем ты здесь?
- Хочу быть вашим стажером.
- Нет.
Прошу. Я смотрела в интернете,
в прокуратуре есть программа...
- Лорел...
- У меня ужасный средний балл,
кто еще меня наймет?
Тем более в таком состоянии?
- Нэйт.
- О нет.
Скажите Бонни,
какой я буду хорошей стажеркой.
- Ты не будешь здесь работать.
- Серьезно, детей здесь не держат.
Что? Бонни?
Что такое?
Хочешь, наконец, избавиться
от тени Анны-Лизы?
Тебе ведь постоянно дают мелкие дела.
Я новенькая.
Или все думают, что ты с Анной-Лизой,
поверь, и я так считал.
Ну же, развлечемся!
Анна-Лиза! Бен звонил.
Вы хотите вызвать его
для дачи показаний?
- Вы что, с ним спите?
- Хватит.
Слушайте, в первый раз вы проиграли
его дело из-за присяжных.
Вы сами сказали. Я выиграю, показав,
что он не просто бандит в наколках.
Он к этому не готов.
- Мисс Китинг?
- Что?
- Я из дисциплинарного совета.
- Что, будете ходить за мной по пятам?
Мне нужно взять пробу мочи.
Смотреть как подтираюсь тоже будете?
- Результаты через несколько дней.
- Жду не дождусь.
Всё из-за вашего условного?
- Как ты?
- Хорошо.
Остальные, кстати говоря, тоже.
Оливер открыл свою IT-компанию.
Микаэла получила отличную стажировку.
Ашер всё еще в поисках. Как и я.
Ваши рекомендации
никому особо не помогли.
А Коннор вообще решил бросить
учебу на юридическом.
О, и мы не знаем, кто убил Уэса,
так что да, всё хорошо.
Я просто пытаюсь жить дальше, Лорел.
Я знаю, это тяжело слышать.
Совсем не тяжело, потому что
жить без вас – большое облегчение.
Чего ты хочешь?
Еще раз напомнить,
что ты меня ненавидишь, задеть меня?
Не смогу, вы ведь бесчувственная.
У тебя скоро будет ребенок.
Тебе уже пора повзрослеть.
Вы правы.
Кстати, это мальчик.
К какому адвокату ты пойдешь,
если выиграешь?
Думаю, к Берману или Хорнстоку.
Смотря у кого дела будут лучше.
«Смотря у кого дела будут лучше».
Так, вставай.
Это была не просьба.
Не дай этому сосунку
залезть к тебе в голову.
- Я и не даю.
- Даешь, я же вижу,
а значит, у него есть преимущество.
Нет, поверьте.
Если он проиграет, он неудачник. А если
проиграешь ты, неудачницы – женщины.
Поэтому ты должна его уничтожить.
Я думала, это одна из лучших фирм
для женщин.
Так и есть. Иди, работай.
Иначе я потеряю 2000.
- Э, что?
- Я поставила на тебя. Радуйся.
И это весь твой план, да?
Просто будешь засовывать плату
за свое обучение в трусы стриптизеру?
Именно это мне сейчас по душе.
Да, но только сейчас тобой руководит
отнюдь не душа.
Ты что, ревнуешь? Это классно.
Наверное, по работе, ведь ответственные
люди не сидят днем в барах.
Я буду ответственным завтра. Всё.
- Ты справишься?
- Ага. Кто же его остановит?
- «Хэмптон IT-услуги».
- Это Нэйт.
Хочешь подзаработать?
ТЕЛЕФОН АННЫ-ЛИЗЫ КИТИНГ
Простите, я не могу здесь ничего найти.
- Проверь голосовые заметки.
- Проверял.
Ты врешь. Ты же сам умолял о работе?
Но не о том, чтобы взламывать
данные Анны-Лизы.
Она заставляла тебя делать такое
много раз для своих дел.
Это немного другое.
Она не уважает тебя настолько, что даже
не сообщила об увольнении, Оливер.
В кэше есть вчерашняя удаленная
голосовая заметка.
Включай.
Я вам не помогу, если будете твердить
ту же ложь, что и последние 12 лет.
- Мы тогда поссорились из-за Мэдисон.
- Это ваша дочь?
Ким сказала, что она не моя.
Мистер Картер, какие вы испытывали
чувства после рождения Мэдисон?
Я был счастлив.
Никогда не думал, что хочу стать отцом,
пока не увидел Мэдисон.
- А Ким?
- Она почти не вставала. Мало ела.
Вы обращались к врачу
из-за послеродовой депрессии?
Нет. Мы ведь не из того круга,
где люди привыкли такое обсуждать.
Но зная, чем всё обернулось,
что Ким покончила с собой,
я понимаю, что виноват,
потому что не помог ей.
Свидетель ваш.
Ваша честь.
Обвинение просит мистера Картера
пройти тест на установление отцовства.
- На каком основании?
- Мистер Картер скрывает тот факт,
что он – не биологический отец Мэдисон.
- Протестую!
- Это же и есть причина,
- по которой вы с Ким поссорились.
- Протестую, ваша честь.
- Доказательств этого у него нет.
- Поэтому вы вытолкнули её из окна?
- Нет!
- Исключите это из дела, ваша честь!
- Мистер Модроу, хватит.
- Мэдисон – дочь другого мужчины!
- Не слушай его, Мэдисон.
- Бен! Хватит!
- Ты всё равно моя дочь, слышишь?
- Бен, молчите!
Я люблю тебя, Мэдисон.
Так это правда?
Вы с Бонни решили поиграть в дом?
Пижон проболтался?
И рассказал,
что помогает тебе заниматься.
У меня много свободного времени.
Я ждал твоего звонка, Лорел.
- А почему сам не звонил?
- Я не знал, что ты этого хочешь.
Я не прав?
Ты должен убедить Бонни
нанять меня стажером.
- Она не согласится.
- А ты спроси.
- Ты всё равно не хочешь там работать.
- Хочу.
Там сплошные бестолочи.
Если ты не поможешь, я стану непутевой
мамашей, как ты всегда и предсказывал.
В первую нашу встречу ты сказал,
что я брошу карьеру, чтобы стать мамой,
и представь себе.
Я худшая на потоке,
у меня нет стажировки,
и еще и это.
- Новая девушка?
- Вроде того.
Привет.
Ты нам нужен,
ты и твои мясные фрикадельки.
Всё будет хорошо.
Ну да, конечно, будет,
когда я верну это дело.
Нет. Я справлюсь.
Дело уже больше не в вас,
а только в Бене.
Так что забудьте о своем эго
и верните мне дело.
Анна-Лиза?
Привет.
Садись в машину.
Тебя я понимаю, со мной ты жил в аду.
Анна-Лиза.
Но ты? Можешь меня презирать.
Но не разрушай жизнь человеку,
потому что я тебя задеваю.
Я не занимаюсь вашим делом.
Ты представь, каково было той девочке
узнать правду?
- Успокойся.
- Ты никогда не умела разделять
чувства и работу.
- А сейчас, похоже, не можете вы.
- Уходи.
Поэтому ты всегда была
плохим адвокатом.
Вас обходят, вы и беситесь.
Так может, мне сейчас отыграться
на тебе и избить?
- Так! Ну-ка хватит!
- Вы спятили!
- Вымаливаете работу!
- А ты встала на колени перед Денвером!
Быстро садись в машину!
Всё это делал я, Анна-Лиза.
Чушь!
Я не отдам свое дело, Вирджиния!
- Алло, это Анна-Лиза Китинг?
- Да!
Я звоню из окружного морга.
Мы полагаем, что вы можете помочь
в опознании тела.
Мисс Китинг?
Вы узнаёте эту женщину?
Это моя клиентка.
Королева вернулась!
Хочешь меня спасти? Вернись в то время,
когда мне было 13!
Жасмин Бромелл.
Что произошло?
Вскрытия еще не было,
но вы же видите следы, так что...
Полиция нашла её в переулке.
Там часто находят жертв передозировки.
Дублин, Лима, Мадрид, Брюссель,
Сингапур, Нью-Дели, Йоханнесбург...
Не забудь про Кигали.
Мой отец крадёт из Руанды минералы,
поэтому заставил «Си энд Джи»
открыть там крохотный офис.
Мы не будем здесь это обсуждать.
А как же ребенок? Что я скажу ему
об отце, когда он вырастет?
- Всё. Хватит.
- Скажу, что его отца убили,
а я ничего с этим не сделала?
О чём шепчетесь, девочки?
О празднике для ребенка,
а устраивать времени нет.
Я могу устроить.
Они здесь!
Может быть, и не надо было.
Я пожертвовала своим учебным временем,
так что садитесь.
- Так он только больше уйдет в себя.
- Тихо.
Сюрприз!
Что это, вооруженное нападение?
Нет. Семейный ужин.
Как в старые времена.
- Я ухожу.
- Конечно, это нападение,
но только с фрикадельками,
так что это фрика-дение.
Дорогой Коннор.
Когда я стал твоим другом, это было
одним из лучших событий в моей жизни.
Мы все через многое прошли,
но ты всегда был рядом со мной.
- Можно мне сказать?
- Конечно.
Когда я делал такое для сестры,
психолог сказал,
что сначала должны высказаться
родственники.
Мы не родственники.
Мы – больная, ядовитая свалка отходов.
Так. Все пришли,
потому что переживают за тебя.
Слушайте, а вам всем всё равно,
что он сейчас здесь?
- Хватит.
- Нет, пару месяцев назад мы думали,
что он убил Уэса, а теперь мы просто
будем притворяться друзьями?
- Фрэнк не убивал Уэса.
- Ты уверена?
Да. И причина бросать колледж сейчас
есть только у меня.
Ты не пришла на собеседования
для стажировки.
Уж ты точно должна понять мое решение.
Тебе уже через неделю надоест пить
и пялиться в телек.
Тогда я пойду волонтером
в приют для животных, наверное.
- Ты вообще слышишь, что говоришь?
- И ты еще сейчас со мной споришь?
Ты же сам просил,
чтобы я сделал что-то стоящее.
Оливер не то имел в виду. Он влюбился
в умного амбициозного победителя.
Я сам могу сказать.
А ты ведешь себя
как какая-то бестолочь,
с которым даже встречаться никто
не захочет, не то, что взять в мужья.
Стой, ты и обо мне так думаешь,
раз я без стажировки?
Я сейчас должна готовиться
к Адскому кубку,
но я здесь, потому что, как уже сказал
Фрэнк, я переживаю за тебя
и пытаюсь как-то помочь.
Тогда послушайте меня,
но только внимательно.
Для меня будет лучше, если вы поймете,
что я могу сам принимать решения,
нравятся они вам или нет. Именно так
обычно и поступают члены семьи.
Всё ясно?
Классные фрикадельки, Фрэнк.
Простите, другая дорога была
только в бар.
Я же говорила, что так будет.
Что она выберется, найдет дозу...
Я проигрываю дело.
Проигрыши дел – это часть работы.
А вот потеря подруги – совсем другое.
Мы не были подругами.
- Нужна моя помощь?
- А чем вы поможете?
Правило 116:
«Адвокат должен отказаться от дела,
если его физическое или психологическое
состояние не дает ему
объективно представлять клиента».
Да, но сейчас речь не об этом.
- Вы сказали, что хотели выпить.
- Но я пришла сюда.
За помощью. Это я вам и предлагаю.
Это слишком для любого, Анна-Лиза.
Я могу написать судье, что отказ
от дела нужен для вашего здоровья.
Только судья будет знать,
почему вы отказались, больше никто.
Я вижу, вам не нравится эта идея.
- Мне не нравится проигрывать.
- Ладно.
А потерять лицензию из-за алкоголя
разве не хуже?
Она растеряна, ей нужна работа.
Она тебя провела. Мамочка отказала,
она побежала к папочке.
Ладно. Но это Лорел, тебе не всё равно.
Всё равно. Так что хватит.
Она беременна, Бон.
От мертвого щенка.
Что нам, выставить её за дверь?
Вспомни, когда так поступили с тобой.
Живи с ней,
если она так для тебя важна.
Бонни.
АННА-ЛИЗА
- Да.
- Это ты принес?
- Что?
- Пакет с диском у моей двери.
Я ничего не приносил.
Только ты знаешь, где я живу, Фрэнк.
Я понятия не имею, о чём вы.
А что там?
Найти того, кто его прислал?
Позвольте помочь вам, Анна-Лиза.
Приходи вовремя, сиди на этом стуле
и делай всё, что я говорю:
приноси кофе, дела, ксерокопии.
Вот и всё.
- Ясно.
- Нет.
Если я увижу, что ты делаешь что-то
не то или пытаешься меня подставить ...
Вы отрубите мне голову
и скормите её Денверу.
- Еще раз спасибо.
- Благодари Фрэнка.
Двадцать копий перед совещанием.
Сдалась?
Она одинока и беременна, а остальные
стажеры – родственники судей.
Могло быть и хуже.
- Анна-Лиза попросила о продлении?
- Нет. Видимо, она что-то задумала.
Всё как всегда.
Бонни?
Как ты?
Мы и не такое друг другу говорили.
Всё нормально.
- А здесь мило.
- Скажи, кто это прислал.
Я говорил с ночной дежурной.
Попросил показать запись из фойе.
Она увидела парня, которого не узнала,
он вошел в лифт. У него был конверт.
- Что произошло?
- Наконец-то ничего.
Просто помогите мне. Вы должны сказать
именно то, что я скажу.
Дежурная попросила парня
показать удостоверение.
Его зовут Билл Стэнтон.
Работает в баре напротив администрации.
Анна-Лиза!
- Я не брошу это дело.
- Я в курсе. Бен попросил меня прийти.
Зачем?
Боится, что вы можете проиграть дело.
- Прошу, скажите, что у вас есть план.
- Вчера я получила новые улики.
- Какие?
- Увидите. Наслаждайтесь шоу.
- Очень падкий на женщин.
- Давай ближе к делу, Фрэнк.
Угадайте, с кем он спит.
Защита готова продолжать?
Да, ваша честь.
Я хочу вызвать следующего свидетеля.
С главной защитницей.
Вирджинию Кросс.
Протестую! У нас не было уведомления.
Свидетель добавлен к списку
вчера ночью после того,
как были получены новые улики.
Ваша честь, я бывший адвокат
обвиняемого, а не свидетель.
Это уже не так,
и я прошу рассматривать мисс Кросс
как свидетеля противной стороны.
Какую должность вы занимаете
в службе госзащиты, мисс Кросс?
Главного госзащитника.
Правда, что за последние три года
округ урезал вам бюджет на 35%?
Да. Как всем, думаю, известно, бюджет
сейчас урезают по всем ветвям власти.
Как вы считаете,
после этого вы способны обеспечивать
всё такую же эффективную защиту
каждому клиенту?
Хотя у некоторых ваших адвокатов
более 200 дел одновременно?
Это сложно, но мы стараемся, как можем.
Но это означает, что дел слишком много,
и вы совершаете ошибки?
В любой работе случаются ошибки.
Наверняка они были и в вашей карьере.
О, конечно. Но вопрос такой:
вы совершили ошибку,
не заметив главной улики
в первом слушании
по делу моего клиента?
Ваша честь, мисс Китинг явно дразнит
свидетеля своей новой уликой.
Это пленка из банкомата, которую я хочу
представить в качестве улики.
Почему мы только сейчас узнаём о ней?
Потому что свидетельница оставила её
у моего порога вчера вечером.
Всё верно, мисс Кросс?
Мисс Кросс?
Ваша честь, мисс Китинг должна
рассказать нам, что на пленке.
Конечно. Вы правы. Давайте включим,
если вы не против, ваша честь.
Я разрешаю.
Объясните нам, почему вы скрывали
эту улику всё это время?
Может быть, потому, что пытались
защитить свою должность?
Нет. Я увидела это, уже когда работала
над апелляцией Бена.
Когда это было, два, три года назад?
Пленка была в коробке со всеми
материалами с камер того района.
Так получается, она была у вас
во время первого слушания?
У меня тогда было
всего лишь 45 минут на то,
чтобы подготовиться к слушанию дела.
Как я должна была найти 45 часов,
чтобы просмотреть все видео материалы
и найти нужный?
О, значит, винить мы должны не вас,
а службу государственной защиты.
- Я этого не говорила.
- Ведь после сокращения бюджета...
- Мы вас услышали.
- ...вы не можете обеспечивать
эффективную защиту, ведь у вас нет
времени, нет средств, и это оправдание.
Я не собираюсь оправдываться.
Это была ошибка. Я человек.
Я совершила ошибку.
Ужасную ошибку.
И я об этом сожалею.
Ты официально сошла с ума.
Сейчас же иди в лифт
и больше никогда здесь не появляйся.
У меня есть доказательство, Микаэла.
Я получила доступ к журналу полетов
в прокуратуре, смотри:
самолет моего отца приземлился
в Филадельфии в день смерти Уэса.
В нем наверняка был Доминик.
Так что теперь иди и выиграй,
ради Уэса.
Поговорите с ней.
Я не знаю, что сказать.
Это не страшно.
Привет.
Привет.
Зачем вы это сделали?
Слушайте. Вы отдали мне это дело,
чтобы я выиграла, я так и сделала.
Вы могли показать это видео судье.
Необязательно было рассказывать,
откуда оно.
Но вы обвинили меня. Зачем?
Вы так отчаянно хотите,
чтобы вас приняли?
- Меня лишат практики, Анна-Лиза!
- Нет.
Если не лишили меня,
значит, и вас не лишат.
Это из-за Жасмин. Вы очень злились
и хотели на ком-нибудь отыграться.
Нет.
Не было другого способа
выиграть это дело?
Конечно, он был.
Тем не менее, вы предпочли поставить
под удар карьеру этой женщины.
Это во имя блага. Я могу выигрывать
дела своих клиентов, я это умею.
Но не тогда,
когда их уже сломила система.
Жасмин умерла из-за этого,
и бог знает, что будет с Беном.
Послушайте себя —
вы зачем-то принижаете победы,
которых добились для этих людей.
Потому что добилась поздно!
Система не работает, у службы госзащиты
нет ни ресурсов, ни средств,
и платят за это бедняки.
И мы все это знаем и терпим,
но никто не пытается это исправить.
Но как унижение коллеги
может это исправить?
Главный госзащитник Филадельфии
призналась под присягой,
что не может обеспечить клиентам
право на честное слушание.
И?
И исходя из этого,
я могу подать коллективный иск.
Против кого?
Против губернатора, штата,
всей системы правосудия, если повезет.
Вирджинию пришлось принести в жертву.
Вы же сами недавно пришли ко мне,
потому что боялись сорваться, а теперь
вы решили подать коллективный иск?
Кто-то должен это сделать.
Вы повторяете рискованное поведение,
которое привело вас сюда!
Я попала сюда не только поэтому,
но борьба за бедняков причиной тому
точно не была.
- Вы врете самой себе.
- Это возможность помочь отчаявшимся!
- Людям, или себе?
- Всем!
Я хочу поправиться,
и эта идея меня успокаивает.
Поправиться и успокоиться –
это две большие разницы.
Тогда позвоните совету и скажите,
что я действую, выходя за рамки.
- Я не хочу этого делать.
- Хотите.
Анна-Лиза...
Ведь с тех пор,
как я рассказала про мужа,
вы боитесь, что я сделаю
то же самое с вами.
Признайте.
Вы потеряли власть в тот момент
и пытаетесь её вернуть:
устраиваете неожиданные анализы,
просите бросить дела, –
всё что угодно, лишь бы показать,
что ситуацией управляете вы, а не я.
Поверьте мне, что сейчас вы боретесь
отнюдь не со мной. А с собой.
Вы говорите, что хотите бросить пить,
но ваши амбиции, ваше эго — побеждают.
Вы готовы рискнуть всем.
Вы не сможете спасти всех, Анна-Лиза.
Только себя.
Вот для кого вам сейчас необходимо
быть героем, — для себя.
Вы меня сломать не сможете.
Ну поехали.
У нас осталось два финальных соперника.
Тот, кто ответит верно,
станет нашим победителем.
Готовься к крутому нокауту.
Всё?
В какой стране у «Каплан энд Голд»
самый маленький доп. офис?
- Мистер Дрейк?
- Лагос. Нигерия.
- Это... неверно.
- Что?
Мисс Пратт, ждем ваш ответ.
Не забудь про Кигали.
Мой отец крадет из Руанды минералы,
поэтому заставил «Си энд Джи»
открыть там крохотный офис.
Мисс Пратт?
Вы пропускаете?
Нет.
Кигали, Руанда.
Это верно.
Дамы и господа, наш новый чемпион
Адского кубка – Микаэла Пратт!
А может, мне тоже уйти?
Микаэла и так меня бросит,
я ж безработный неудачник, так что...
Работай здесь, у тебя отличная задница.
И танцевать я люблю.
Коннор!
Тебе не мешало бы
почаще подходить к телефону.
Оли! Мистер К. похвалил мой зад!
Привет.
Простите, господа.
Я, э... играю за команду вагин.
Ашер.
Наверное, эти красавчики
хотят устроить групповуху.
Это отцы Коннора!
Они пришли к нам в квартиру,
искали его.
Значит, вот куда идут
мои деньги на обучение?
ЧЕМПИОН АДСКОГО КУБКА
В следующий раз пощады от меня не жди.
Да?
Подумала, вы захотите выпить.
Спасибо.
- Ты еще что-то хотела?
- Я хочу работать на вас.
- Почему?
- Вы гений, выигрываете все дела,
и у вас лучший список клиентов в фирме.
Я бы взялась за любого
из ваших клиентов. «Антарес», например.
Ладно.
Но это твои похороны.
Выйдешь, дверь закрой.
Где мой ребенок?
Черт! Трубку возьми!
ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ
Анна-Лиза?
Анна-Лиза!
О, простите, я думал, вы Анна-Лиза.
Микаэла?
Он мертв?
Он мертв, правда же?
Все вокруг нас
погибают.
По-другому никак.
Все погибают.
Все погибают.
Серия 4
В предыдущих сериях...
Мой муж подал на право полной опеки.
Что она предложила? Атвуд.
Она пообещала вам опеку над детьми?
Вы на моем месте поступили бы так же.
Это отцы Коннора!
Так вот куда идут мои деньги
на обучение?
Ты никогда не могла
разделить чувства и работу.
А сейчас, похоже, не можете вы.
Мы должны винить не вас,
а службу государственной защиты.
Исходя из этого,
я могу подать коллективный иск.
Тебе надо только войти
в профиль моего отца.
- Хочу работать на вас.
- Почему?
У вас лучший список клиентов.
«Антарес», например.
Ладно.
Где ребенок?
Он мертв?
Попробуй взломай.
Групповой иск, день первый.
Китинг против Генеральной прокуратуры
Пенсильвании.
Браун против управления образования,
Ро против Уэйда.
Запомните, что все эти памятные дела
Верховного суда
начинались с групповых исков.
Даже табачников в 98-м поставила
на колени группа истцов и адвокатов,
решивших свергнуть Голиафа.
АНТАР - СВОЛОЧИ
Имя губернатора Беркхеда
должно быть первым в списке.
Его команда быстро даст отпор
и попытается оспорить иск,
но он – самая скандальная мишень.
Кто скажет, каков первый шаг
в построении группового иска?
Мисс Пратт.
- Э, собрать группу истцов.
- И сколько в идеале?
Мне нужно набрать 40 истцов.
Можно стучаться в двери, сходить
в тюрьму, подписать бывших сокамерниц.
Начну с прошлых клиентов Вирджинии.
Может, она завалила еще какие-то дела.
Когда вы нашли достаточно истцов...
СТАЖИРОВКИ
ВАКАНСИЯ ЗАКРЫТА
...выбрать лучших представителей группы
или «лиц дела» – ключ к успеху иска.
Тот, кого вы выберете лицом дела,
должен вызывать сочувствие,
быть готовым к камерам.
Найти лицо получше.
- Мистер Миллстоун?
- Да?
Помимо времени, какой еще ресурс
понадобится адвокату,
чтобы продвинуть групповой иск?
- Интеллект, очевидно.
- Нет.
Деньги.
Групповые иски обходятся в десятки,
а порой даже в сотни тысяч долларов.
БАЛАНС: 2937,42 ДОЛЛАРОВ
Достать деньги.
Ректор Харгроув!
Анна-Лиза.
Я не буду закатывать сцену,
мне нужна помощь.
- Совет не разрешит вас нанять.
- А вы? Вы меня наймете?
Вы всё еще в процессе развода.
- Анна-Лиза...
- Девятый шаг:
искупить вину перед теми,
кому навредили.
- Мы навредили друг другу.
- Вы ведь сдали меня Атвуд,
- вы моя должница.
- Я ничего вам не должна.
Она предложила мне сделку:
если я разговорю вас,
тогда верну детей.
Выбор был очевиден.
Вы же знаете, что я могу.
Мы уже назначили медиацию,
мы с Раулем хотим договориться.
Сколько вы ему отдадите?
Половину сбережений?
- Я не уволю адвоката.
- Ясно, значит, больше?
На компромисс идете вы.
- Я сказала «нет».
- Хорошо. Ладно.
Можете не увольнять адвоката.
- А как по-другому?
- Я буду консультантом.
Если выбью вам сделку лучше,
заплатите мне, а на нет и суда нет.
По-моему, выбор снова очевиден.
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО
Вот тебе и попытки скрыть то,
что твой отец – гей.
Они с Тедом за последние пять дней
уже мюзиклов восемь посмотрели.
Это всё Тед, только он и делает
из моего отца гея.
- Нет, рубашка с огурцами тоже гейская.
- Снова Тед.
Он что, трогал тебя или что-то такое?
Мы просто не разговариваем.
Да, но почему?
Потому что у моей мамы
был нервный срыв,
когда он признался.
Ладно, но неужели это его вина?
В те времена признаваться
в таком было сложно.
Поэтому я и не говорил.
По-моему, он в чём-то облажался,
как и все отцы.
Твой отец – замечательный.
А еще он – натурал
и совсем закрытый эмоционально.
Как и Джефф.
Он приехал не для душевных разговоров,
а только за деньгами.
Мне кажется, что ты должен их вернуть.
Тогда он должен попросить об этом.
Но, к его сожалению,
я буду слишком занят тобой,
чтобы взять трубку.
- Боишься?
- Да, но в хорошем смысле.
Будь здесь. Я пойду в душ.
Побыстрее. Мне нужно
на работу через час.
НОВОЕ СООБЩЕНИЕ
ОТ ТЕДА
- Привет, Оливер! Ты здесь?
- Привет.
Дайте угадаю.
Теперь вы собираетесь шантажировать
меня за хорошее место на парковке?
Нет. У меня идея,
которая вам понравится.
Увольняетесь?
Судья Тейлор думает над повторным
открытием прошлых дел Вирджинии Кросс.
- Да, я в курсе.
- И мы должны быть на шаг впереди.
Иначе прокуратуру могут обвинить
в неисполнении своих обязанностей.
Не лучшая новость
для будущего генпрокурора.
Чего вы хотите?
Команду для работы над
делами Вирджинии.
Надо убедиться,
что больше ни одно дело не завалено.
- Ладно, команда у вас есть.
- Отлично.
И в ней только вы.
Желаю вам обеим хорошего дня
на ваших крутых работах.
Если понадоблюсь, я буду дома,
стирать грязное белье и думать,
где моя жизнь пошла под откос.
- Хочешь работу? Принеси мне кофе.
- Из автомата? На это нужны деньги.
Ладно. Держи.
Думала, он никогда не уйдет.
- У него правда такой крутой зад?
- О, потрясающий. Стой, что?
Прости. Гинеколог велел
завязать с антидепрессантами,
и я теперь готова съесть любого.
Кошмар. У меня встреча с айтишником,
он даст доступ ко всем файлам Тиган.
- Это здорово.
- А вот и нет.
Система отслеживает каждый вход:
какие файлы открываем, что печатаем...
- Ты можешь придумать, как это обойти.
- Что?
Ты же умная, умеешь убеждать
и очень симпатичная. Так?
Мне пора на работу,
пока я не зажала Ашера.
- Она пялилась на меня?
- О, только не надо себе льстить.
Да...
Знаешь, какая это редкость?
Иметь возможность видеть
в действии сильных мира сего?
Это я про себя.
О, конечно. И я так благодарна. У вас
репутация превосходной переговорщицы.
Не подлизывайся, я это не люблю.
И я взяла тебя с собой,
только чтобы сделать наживкой.
Простите?
Фирма пытается заполучить в клиенты
Миддлтонский университет.
И впечатлить ректора – первый шаг.
О. Я сомневаюсь, что это хорошая затея.
Сорайя, познакомьтесь с моей стажеркой
из Миддлтона, Микаэлой Пратт.
Заходи!
- Не знала, что ты работаешь здесь.
- Просто не хотела вам рассказывать.
«Си энд Джи» не разрешают приглашать
консультантов без нашего одобрения.
Её одобрила я.
- Хорошо. Но только...
- Они здесь.
Неужели вы правда готовы отказаться
от Миддлтона из-за этого?
Барри! Шесть миллионов долларов –
это грабеж, Барри.
Ваша клиентка более десяти лет
возглавляла «Таннер Медикал».
Её состояние – почти десять миллионов.
Поэтому она и настояла
на брачном контракте.
Где в контракте указано,
что она могла напиваться до чертиков
- и угрожать жизни наших детей?
- Рауль...
Еще раз заговорите с моей клиенткой,
и вас ждет иск о защите чести.
Поясню: мой клиент повысил требования
из-за глубокого стресса,
который он пережил из-за алкоголизма
вашей клиентки. Он был у психолога.
- Вы говорите это только сейчас?
- А как же стресс миссис Харгроув?
Именно несостоятельность вашего клиента
как мужа довела её до алкоголизма.
Так. Если вы обе
будете продолжать нападки...
- Что это?
- Показания
обо всех случаях недостойного поведения
миссис Харгроув в состоянии опьянения.
Соглашайтесь на шесть миллионов
завтра к трем,
или отправлю это в суд,
чтобы выиграть полное право опеки.
- Это домыслы.
- Ха. Мы знали, что вы так скажете.
Это детская ванная.
Они могли тебя здесь найти.
- Пусти меня!
- Я не могу тебя отсюда вытащить.
Потому что ты слабак.
Выключите.
Не я выпил целую бутылку джина.
Это был первый вечер,
когда мы заговорили о разводе.
Он в открытую меня подстрекал.
Нельзя довести это до суда.
Это будет публичным распятием.
Об этом узнает университет.
О боже, её здесь быть не должно.
Я здесь как член команды.
Конфиденциальность касается и меня.
- Что нам делать?
- Встречный иск.
Вы не знали, что вас записывают,
это вторжение в частную жизнь.
- Они были женаты, судьи не примут.
- Это тактика запугивания.
Обвиним в вуайеризме.
Это серьезное сексуальное преступление.
Вуайеризм предполагает возбуждение
или сексуальное удовлетворение.
Она права.
А вы что предлагаете?
Выписать этот огромный чек?
- Надо принять удар, вот и всё.
- Нет, надо дать сдачи.
Это Рауль играет нечисто,
принимая алкоголизм за выбор,
а не за болезнь, как оно и есть.
Мне наплевать на репутацию,
мне нужны только дети.
Так боритесь за них, как боролись,
чтобы встать с пола в ванной.
И к чёрту его!
Давайте ударим по больному.
Коннор рассказывал тебе, как признался?
- Э...
- О, та еще история, Оливер.
Я не сомневаюсь, просто, наверное,
лучше будет услышать её от Коннора.
- Ему было 12.
- Что?
Представляешь? Мне 43 года,
я женат на своей школьной подруге,
а тут приходит мой драгоценный,
самоуверенный сынишка-подросток,
сажает нас с его матерью за стол
и заявляет, что он гей.
И более того, если мы не сможем
это принять и полюбить,
он сбежит из дома в Вест-Виллидж,
чтобы быть с такими, как он.
Это мое любимое.
И тогда я понял, что надо делать.
Я был геем.
И я всегда это знал.
Но Коннор дал мне смелость признаться,
и я сделал это,
через неделю, за тем же самым столом.
Если бы я мог вернуться
и смягчить удар для Коннора. Пэм...
Мы с Джеффом сошлись,
только когда всё это прошло.
Никаких интрижек до этого.
Боже, я даже никогда не трогал член
другого мужчины,
пока не встретил Теда на следующий год.
- О, надо же.
- Извини.
Нет, ничего.
Я просто очень хочу
его поддержать, Оливер.
Прошу, помоги нам увидеться.
Кто тебя разозлил?
Я проверяю дела Вирджинии Кросс за
последние пять лет на наличие ошибок.
Смотри, что нашла.
Ты давал показания
насчет улик в этом деле,
но в папке нет
дополнительного донесения.
- Дело в Анне-Лизе.
- Я просто работаю.
А если она узнает?
Не обещаю, что буду рядом, когда она
в следующий раз решит тебя поколотить.
- Вы вот это видели?
- Ты опоздала.
Но это же абсурд.
Он скрыл убийство Уэса, он не станет
генпрокурором, он должен быть в тюрьме.
Как и ты. Умные люди здесь помалкивают.
Это касается обеих.
Неужели вы не против этого?
Я взрослый человек, которому нужна
работа. И ты иди работать.
Откуда здесь взялась Лорел Кастильо?
Она моя стажерка.
Вы заставили меня нанять вас,
но не других прислужников Анны-Лизы.
- Увольте её.
- Не могу.
- Я решаю.
- Она беременна.
Хотите начать свою кампанию
иском о дискриминации?
Ты знаешь Анну-Лизу?
- Что?
- Она одобрила тебя. Почему?
Я у нее училась.
Я собиралась рассказать, но...
Я её ненавижу.
Я могу выйти из этого дела,
тем более что в нём фигурирует ректор.
- Нет.
- Это не страшно.
Я не перевариваю почти
всех в этой фирме.
Но я работаю с ними, потому что я
босс-стерва. И я сделаю такую из тебя.
Так что проглоти чувства,
или я посажу за твой стол другого.
Мисс Прайс?
Я собираюсь отъехать, отправила вам
на почту первый план встречного иска.
- Мне закончить его за вас?
- Лишняя пара глаз не повредит.
Ну не знаю. Что скажете, мисс Пратт?
Вы знаете причину,
по которой я стану помогать с иском,
с которым совершенно не согласна?
Нет.
Я закончу его сама.
Отлично.
Стойте!
Адрес почты Барри Томпсона.
Тиган сказала, мы должны отправить ему
заявления к пяти часам.
Передай Тиган, её приказов
выполнять не буду.
И пусть поцелует меня в зад,
слово в слово.
Это неловко, очевидно,
но мне кажется, нам лучше проглотить
свои чувства во благо клиента.
Вы справитесь?
По-моему, тебе сейчас лучше
выйти из лифта.
Милый! Ты дома?
Да, я не просто дома,
я в полной готовности
- и жажду пуститься...
- У меня сюрприз.
Коннор!
- Простите. Просто...
- Я тебя ненавижу!
Помню времена, когда ты так выглядел.
Мистер Томпсон.
Во вложении вы найдете встречный иск
против мистера Харгроува
по факту вторжения в частную жизнь
и вуайеризма.
БАРРИ ТОМПСОН
ХАРГРОУВ ПРОТИВ ХАРГРОУВА
- Регистратура.
- Да, это Анна-Лиза Китинг.
Я бы хотела запросить протоколы
всех дел Вирджинии Кросс.
Протоколист берет два
доллара за страницу.
Так что бумага вам выйдет
тысяч в 20-30.
Тогда хотя бы первые страницы
с именами ответчиков?
Всё равно получается тысячи три.
Анна-Лиза.
Я заеду за ними завтра.
ОТПРАВЛЕНО
- В котором часу?
- Иду.
Мисс Китинг?
Что она хотела?
Я не стану влезать между вами двумя.
Что тебе нужно?
Кое-что по делу Вирджинии Кросс
с прошлой осени. Там не хватает улик.
Так значит, вы с ней вместе работаете
над этой главной защитницей?
- Этого ты мне не говоришь?
- Что?
Как там групповой иск?
Похоже, вы работаете
просто не покладая рук.
Вы не знаете, над чем я работала.
О, простите.
МИКАЭЛА
Поверьте мне, это тоже не по поводу
группового иска.
Это был личный звонок?
Это звонила Микаэла,
она была моей студенткой.
Я в хорошем настроении,
не надо его портить.
Ладно.
Откуда хорошее настроение?
Я знаю, что вы с этим не согласны,
и я понимаю, почему,
но это дело важно для меня.
Я же не пью, никто больше
не страдает, так что...
- Что?
- Вирджиния Кросс не пострадала?
Вы всё-таки намерены испортить
мне настроение?
Слушайте, я очень рад, что вы держитесь
и не пьете, Анна-Лиза.
Для меня это всегда будет самым важным.
А почему мне кажется,
что на меня нападают?
Моя задача – заставить вас
задавать себе вопросы.
«Почему я взяла это дело?
Почему мне от этого хорошо?».
У вас явно есть версия,
так расскажите мне.
Я переживаю, что делом вы пытаетесь
отвлечь себя от пережитой потери.
Да. Вы правы.
Всё дело в Жасмин, я хочу,
чтобы её смерть имела какой-то вес.
Я говорю не об этой потере.
«Мой студент, Уэс Гиббинс,
покончил с собой в моем доме.
И я просыпаюсь каждый день, зная, что
молодой человек с огромным потенциалом,
который так во мне нуждался, погиб,
потому что я тогда решила выпить».
Это ваши слова
с дисциплинарного слушания.
Вы запросили мои материалы?
Совет прислал мне их,
когда отписал вас мне.
- Что вы говорите им обо мне?
- Ничего.
Я отправляю им отчет о прогрессе
раз в месяц, вот и всё.
Итак, вы говорили о чувстве вины
за самоубийство Уэса.
- Это только красное словцо для совета?
- Конечно нет.
- Значит, вы правда так чувствуете?
- К чему это?!
Я села в тюрьму за его убийство.
Меня подставили, обратились к близким
мне людям, чтобы они меня сдали.
- Я ваш психолог, Анна-Лиза...
- И что?!
Меня предавали люди и получше:
из анонимных алкоголиков, Сорайя...
- Просто...
- Ладно. Простите.
Извините.
Просто знайте: я понимаю,
что самоубийство
оставляет после себя
огромное чувство вины.
И я задаюсь вопросом:
возможно, именно это и заставило вас
взяться за проект.
Это способ искупить вину,
выразить скорбь.
Простите.
Простите.
Так. Твой аккаунт готов.
Вот логин, пароль и запасной пароль.
Хорошо. Теперь у меня есть доступ
ко всем файлам Тиган?
Ну нет. Ты же стажерка.
Ты можешь заходить только в почту.
Но Тиган просила дать мне
доступ ко всем файлам.
Тогда мне нужна её подпись. Прости.
- Привет.
- Я не могу.
- Что?
- Открыть файлы Тиган,
у нее будут проблемы.
Ты должна. Денвер метит в генпрокуроры,
надо действовать быстро.
- Стой, теперь мы Денвера подставляем?
- Расскажу всё у Коннора.
- Он хочет познакомить нас с отцом .
- Я не приду,
Анна-Лиза только что очень крупно
меня подставила.
- Наверное, ты про Тиган .
- Нет, Анна-Лиза.
Она – консультант ректора Харгроув
по разводу.
Ты работаешь с ними обеими?
- Что случилось?
- Вы написали не тому Барри.
Что?
Я заеду за ними завтра.
Вы должны были отправить иск
адвокату Рауля, Барри Томпсону,
а отправили Барри Льюистону
из Миддлтона.
Иду.
Ректор Харгроув сейчас пытается
спасти работу.
Вот так.
Барри, послушай,
это личное дело из прошлого.
Поверь мне, я не пью.
Я никак не наврежу университету.
С вами всегда так весело?
Совету можно ничего об этом
не рассказывать.
Барри. Пожалуйста.
- Вы сделали это специально?
- Это была глупая ошибка.
Которая будет стоить мне моих детей!
Вы хоть понимаете, что это значит?!
- Да я лучше умру, Анна-Лиза.
- Понимаю.
У вас нет детей, вы не знаете,
какого это – их терять!
Она когда-нибудь что-то умела?
Говорят, она была просто зверем в суде.
Её речи – это легенда.
А теперь она как бабуля,
которая учится пользоваться планшетом.
- Ей очень досталось.
- Ты защищаешь её?
- Нет, я...
- Я шучу.
Но она до сих пор красотка.
Вы что, снова пьете?
- Нет.
- Вас не было около часа.
Я была у психолога.
Суд настоял. Хожу два раза в неделю.
Еще в клуб, и мочу сдаю.
Как будто я только и работаю над тем,
чтобы не пить.
Никто не говорил мне,
что будет так тяжело.
Бизнес-школа, дети,
руководство компанией.
Я на себя давлю.
Конечно, хотелось выпить
после стольких часов работы.
Я это проходила. И тоже на себя давила.
И вот я одна, сломлена,
и прошу вас о работе.
Боже.
Если я проиграю,
тогда обязательно напьюсь.
И я напьюсь с вами.
- Я всё исправлю.
- Не сможете.
Увидите.
Вы позвонили Барри Льюистону
из Миддлтонского университета.
Оставьте сообщение.
Это Анна-Лиза Китинг.
Очевидно, я отправила вам письмо
по ошибке. Перезвоните.
Зачем ты тут? Ждешь у двери,
когда я вынесу угощение?
Я кое-что принес.
Решил, вам нужны деньги,
раз вы еще живете здесь.
Это я, это сделал я.
Ребенок?
Убирайся.
- Анна-Лиза.
- В этом чемодане
труп моего ребенка, ты это понимаешь?
- Я просто хочу помочь.
- Ты только ранишь меня.
Вон!
Провинстаун – просто сказка.
Пляж потрясающий, люди прекрасные.
Кстати, все ходят в плавках.
Приезжайте все вместе.
- А мне можно в бесплатный пляжный дом?
- Вместе веселее.
Я тоже поеду, если Ашер
будет ходить в плавках.
О да.
Нет, я имею в виду, э... что я натурал.
- Так и мой муж говорил целых 40 лет.
- Пока вы его не раскрыли?
Всё-то ты знаешь.
Какой чудесный запах у мыла.
Коннор, я не стану заставлять тебя
делать то, что ты не хочешь.
Тогда зачем ты здесь?
- У тебя рак?
- Нет.
Значит, ты не умираешь, не хочешь
убедить меня вернуться к учебе,
тогда остаются только деньги.
Я хотел бы поговорить с тобой,
желательно наедине.
Ну, только не сейчас, потому что
у нас же компания.
- Да, твое прикрытие.
- Это друзья.
Тед, будешь еще одну маргариту?
- О нет, мне кажется, ему хватит.
- Да нет, в самый раз!
- Я хочу произнести тост.
- Пап, нет.
- Обещаю, я не стану тебя смущать.
- Нет. Смутите.
Признаюсь, я сразу подумал о плохом,
когда мне позвонили
и сказали, что Коннор бросил
юридический факультет.
Началось.
Вечеринки, наркотики, но я приехал,
и знаете, я не могу выразить,
как я счастлив, что у моего сына тут,
оказывается, вторая семья.
Всё, закончили?
Коннор,
учишься ты или нет,
ты всегда был и останешься
моим учителем.
За тебя.
А почему мы его ненавидим?
Она ушла, даже не предупредив.
Потому что она типичная бездельница.
- У нее наверняка были причины.
- Плохие.
Может, ты поможешь мне
пройтись по тысяче дел?
Я у мамы. Она даст мне пробный экзамен.
Посмотрим, завалю ли я его.
- Ты справишься.
- Надеюсь.
- До встречи.
- Фрэнк?
- Всё хорошо?
- Да.
Я сегодня познакомилась
с отцом Коннора.
- Да ладно.
- Ага.
Он вполне нормальный, как ни странно.
Ты переживаешь?
- Ты будешь потрясающей мамой.
- О, хватит.
Правда.
Давай не будем сейчас о ребенке,
пожалуйста.
Конечно. Просто...
Если что-то надо, я всегда рядом.
- Стой.
- Нет.
Я не то имел в виду.
Это просто секс. Замолчи и наслаждайся.
Вы позвонили Барри Льюистону
из Миддлтонского университета.
Оставьте сообщение.
Это Анна-Лиза Китинг, снова.
Прошу, перезвоните,
или я приму юридические меры.
АЙЗЕК РО
Это отчет за первый месяц
для дисциплинарного совета.
Можем его обсудить.
Членам дисциплинарного совета:
моя пациентка, Анна-Лиза Китинг,
прошла все случайные тесты на алкоголь,
придерживается трезвого образа жизни
и продолжает соблюдать условия
назначенного лечения.
Пока она их не нарушает, я одобряю её
дальнейшую работу в качестве адвоката.
С уважением, Айзек Ро, специалист
по лечению алко- и наркозависимости.
Мой клиент повысил требования
из-за стресса,
который он пережил из-за алкоголизма
вашей клиентки.
Он обращался к психологу.
Нужен ордер на изъятие
заметок психолога Рауля.
- Их можно изъять?
- Если Рауль заявляет о стрессе,
заметки его психолога
могут это доказать.
Я позвоню судье.
Пациент использует стресс как основание
для получения полной опеки над детьми.
А что если миссис Харгроув использует
заметки против бывшего мужа в будущем?
Это произойдет лишь в том случае,
если вашему клиенту есть, что скрывать.
Это так?
Внимание, стажеры.
Это заметки психолога нашего врага.
Ходит к ней несколько раз в неделю,
вот такой он слабак.
Я тоже хожу к психологу.
Ты открываешь рот,
тем самым только теряя мое время!
За работу, люди! Найдите мне бомбу!
О боже. Кажется,
я нашла что-то стоящее.
Извините, простите, подвиньтесь.
Это срочно. Извините! Спасибо!
Дайте пройти.
- Он изменял ей!
- Что?
«Пациент упомянул встречу
со Сью вечером.
Сказал, они говорили о «подготовке к
будущему», хотя он еще был женат.
На дальнейшие вопросы о Сью
отвечать отказался».
Ну вот!
Мы предъявим ему
обвинения в неверности...
Стойте.
Я знаю, что это за Сью.
Мы приняли решение насчет предложения.
Надеюсь, мой клиент уйдет из этого
кабинета с шестью миллионами долларов.
- Ему повезет, если уйдет с яйцами.
- Что, простите?
Вот брачный контракт, прочтите
второй параграф, пункт «Б».
Пункт о неверности?
«Пациент упомянул встречу
со Сью вечером.
Сказал, они говорили о «подготовке к
будущему», хотя он еще был женат».
Сью – мужчина. Сорайя его знает.
Уоррен Сю. С-Ю.
Это мой финансовый менеджер.
Я знаю, что это за Сью. Уоррен Сю –
это наш финансовый менеджер.
Зачем Рауль встречался с ним
за моей спиной?
То есть вы признаёте, что встречались
с мистером Сю
за три месяца до подачи на развод?
- Не отвечайте.
- Да.
Чтобы успеть незаконно спрятать
активы перед разводом?
Мистер Харгроув работает в финансах.
Уоррен Сю – его коллега.
Он работал в финансах.
Сейчас он – бездельник, который живет
за счет своей более успешной жены.
Это доказывают его банковские выписки.
Через два дня после встречи
мистер Харгроув начал снимать маленькие
суммы из своих личных сбережений.
Это стечение обстоятельств.
Может быть, налоговая найдет
что-то более стоящее.
Трудно следить за детьми из тюрьмы.
Не говорите ни слова.
- Чего ты хочешь?
- Совместную опеку, вот и всё.
- С начальными тремя миллионами.
- Один миллион.
Чтобы он мог достойно содержать детей,
когда они остаются с ним.
Либо да, либо нет.
Мы согласны.
Ты точно хочешь бросить университет?
Реальный мир не такой радушный.
Здесь, знаешь ли, тоже совсем не рай.
Почему?
Мне нужно отдохнуть.
- Вот чек за обучение.
- Оставь.
Ты меня не купишь, ясно?
Или мое прощение, мою любовь,
ничего не получится.
Мы не близки. Хотя мне очень жаль.
Я тебя не ненавижу, уже.
У нас просто нет ничего общего.
Нет, есть.
Тем более если ты хочешь выйти
за Оливера.
- Он сказал Теду, вы хотите пожениться.
- Естественно.
- По-моему, это ошибка, Коннор.
- Потому что у него ВИЧ?
- Оливер и это вам рассказал?
- Коннор...
Слушай, это вообще не ваше дело,
но я пью профилактические...
Дело совсем не в этом, пойми.
Оливер классный.
Но просто он не для тебя.
Я нашел потрясающего парня,
умного, нормального,
который заботится обо мне.
- Но тебе нужен совсем не такой.
- А ты-то откуда знаешь?
- Знаю.
- Я счастлив, пап.
Ты притворяешься, Коннор.
Как и я с твоей матерью.
И как бы это тебя ни расстраивало,
я знаю тебя всю жизнь,
и знаю, что ты не из таких.
- Не понимаю, о чём ты?
- Я ведь тебе завидовал.
Ты даже в детстве
был таким независимым, сильным.
Тебе не нужны были люди, как всем нам.
Я не знаю, что изменилось, Коннор.
Не знаю, что произошло.
Может, виновато место, или Оливер,
но ты не можешь жить ради других.
Ты должен жить ради себя,
себя настоящего,
и найти того, кто с этим смирится,
а это не Оливер.
Да что с тобой?
Я твой отец.
Я должен говорить тебе правду.
Ты врал каждый день, целых 45 лет!
- Ты не знаешь, что такое правда.
- Коннор.
Коннор, вернись. Коннор!
Коннор!
Это был Барри Льюистон. Он притворится,
что не видел вашего письма.
Вы что, как-то приложили к этому руку?
Сказала, если он не будет молчать,
я вспомню мой иск против университета
о невыполнении контракта.
- Я могу выписать чек прямо сейчас?
- Я пришлю вам счет.
Анна-Лиза?
Позвоните, если соберетесь
на встречу клуба.
По-моему, в баре будет веселее.
Послушайте.
Если подыскиваете себе
новое пристанище,
я с радостью поговорю
со своим начальством.
Я учту.
- Стойте!
- О господи, ты опять начинаешь?
- Вы не будете здесь работать.
- Что, прости?
Вы сами сказали, что мы
плохо влияем друг на друга.
Что мы должны стать такими,
как были раньше. Я это сделала.
Это ты бежала за мной до двери.
Я просто говорю, что прекрасно
устроилась здесь.
Это место мое, и теперь у меня
нормальная наставница.
Вижу, ты опять за свое.
Везде пытаешься найти мамочку.
Во мне, в Тиган, в любой женщине,
которую ты встречаешь.
Ты ищешь мать, которой на самом деле
у тебя никогда не было.
Нет. Это...
Нет.
АННА-ЛИЗА КИТИНГ
3032,47 ДОЛЛАРА
- Держите.
- Такая куча денег за макулатуру.
Надеюсь, оно того стоит.
Помочь?
Что задумала?
Заметки по пациентке Анне-Лизе Китинг.
Пациентка придерживается
трезвого образа жизни,
продолжает полностью
загружать себя работой.
Она снова начала ставить
спасение других выше своих нужд.
Откуда у тебя деньги? Тебе нужна слава?
Только не говори, что ты решила
свалить целую систему.
- Я делаю это не для себя.
- А для кого тогда?
Для Уэса, моих клиентов,
для всех, кого ложно обвинили.
Забавно слышать от той,
кто упёк меня в тюрьму.
И это было просто.
Думаешь, Сэма закрыли бы за твое
убийство? Мы знаем, кого они сажают.
Послушай, если ты проболтаешься,
тогда всё дело тут же развалится.
А я ведь это делаю
из хороших побуждений.
Ты никогда не делала ничего хорошего.
Она корит себя за жизни, которые,
по её мнению, загубила.
Но когда её план провалится, боюсь,
её ждет очередной срыв, если не хуже.
ОКРУЖНОГО ПРОКУРОРА ДЕНВЕРА НА ПОСТ
ГЕНЕРАЛЬНОГО ПРОКУРОРА ПЕНСИЛЬВАНИИ
НАШИ СПОНСОРЫ
ТРЕНТ СТОКТОН
РАСПЕЧАТАТЬ
Трент Стоктон работал в «Антарес»
до того, как умер
при таинственных обстоятельствах.
А сейчас он каким-то чудом инвестирует
в кампанию Денвера.
Это мой отец: он платит Денверу
за сокрытие убийства Уэса.
- Это безумие.
- Вот-вот.
Начни встречаться
со своим айтишником, что ли.
- Он ходит с хвостиком.
- Тогда познакомь меня.
- Я сейчас на любого наброшусь.
- Лорел...
Я переспала с Фрэнком.
Это ужасно, да, бедный малыш.
Я знаю, как получить файлы Тиган.
Тед спрашивал, какие у нас планы
на день поминовения.
Конечно, это нескоро, но похоже,
в Провинстауне здорово.
То есть это «нет»?
Мне надо подумать.
Как ты могла пропустить встречу
с отцами Коннора?
Ничего, потом мне всё расскажешь.
У меня сейчас срочная IT-проблема.
Пациентка продолжает себя изолировать,
отказывается от помощи.
Скорее всего,
действует защитный механизм,
с помощью которого она скрывает
какую-то тяжелую травму.
Вот.
Дополнительный отчет,
который ты искала.
Видимо, я не так плохо работаю,
как ты думаешь.
- Я так не думаю.
- Ну ладно.
Хочешь знать мою теорию?
Анна-Лиза обвинила Вирджинию
не для того, чтобы забрать её клиентов,
а чтобы забрать её работу.
Она хочет стать главной госзащитницей.
Скажу тебе как друг –
лучше не вмешивайся.
Я просто работаю.
Снова ползешь в пропасть
по имени Анна-Лиза.
Тогда без меня.
Её склонность к претенциозности
и трудоголизму
наталкивает меня на мысли о гипомании.
У меня есть имена почти 300 клиентов,
относящихся к прошлым делам Вирджинии.
Надо разделить насильственные
и ненасильственные преступления,
правонарушения, фелонию, апелляции.
Когда начинаю разговор о недавней
смерти её студента Уэса Гиббинса
и о том, не это ли толкает её
к трудоголизму, пациентка замыкается.
Но возможно, оно и к лучшему.
Эта пациентка меня провоцирует.
Надо действовать осторожнее.
Пришла моя новая пациентка.
Джули?
- Да.
- Проходите.
Садитесь, куда вам удобно.
Где ребенок?
ПОЛТОРА МЕСЯЦА СПУСТЯ
Все погибают...
ДЖУЛИ БАРДЕН
О боже.
Вы позвонили Айзеку Ро. Если что-то
срочное, наберите службу спасения.
- Где свидетель?
- Вон он.
Серия 5
В предыдущих сериях...
Это просто секс.
Трент Стоктон умер
при таинственных обстоятельствах.
Я знаю, как получить файлы Тиган.
У меня чрезвычайное IT-проишествие.
Начну с прошлых клиентов Вирджинии.
Может, она завалила еще какие-то дела.
Если ты проболтаешься,
всё дело тут же развалится.
- Не вмешивайся.
- Я просто работаю.
Снова ползёшь в пропасть
по имени Анна-Лиза.
Это Бонни.
- Что это такое?
- Это её детство.
- Будет весело.
- А этот человек – её отец.
Эта пациентка меня провоцирует.
Пришла моя новая пациентка.
- Джули?
- Да.
- Где свидетель?
- Вон он.
- Спасибо, что приняли.
- Проходите.
Вот.
Спасибо.
Всё дело в Мэй?
Я такая жалкая.
Я знаю.
Вы уже месяц ходите ко мне, и я бы явно
не стал описывать вас таким словом.
Мы виделись сегодня.
Вы ходили к ней?
Нет.
- Она с вами связалась?
- У нее не оставалось выбора.
Джули?
Я была нечестна с вами.
Я пришла сюда не лечиться.
Я хочу только ранить её.
Скажите, вы готовы
к встрече с обвинительницей?
Так, всё. Депутат Линдгрен
не будет давать интервью.
- Пропустите нас.
- Почему жена не с вами?
Вы говорили с женой об обвинениях
в изнасиловании?
Жертва здесь – мой клиент.
Вы прокомментируете
обвинения в педофилии?
Мой клиент интервью не дает.
- Вы знали, что она несовершеннолетняя?
- И почему жена не с вами?
Мой клиент – ответчик. В чём проблема?
Ведут свидетеля.
Прошу прощения.
Он должен был приехать после нас.
Ничего.
Вы прокомментируете падающий рейтинг?
Что ваша жена говорит
по поводу этих обвинений?
Вы понимаете, что можете получить
пожизненное за сексуальное насилие?
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО
Не может быть, чтобы Анна-Лиза
жила в отеле «Истон».
Сколько у него звезд, две?
Такой её адрес у «Каплан энд Голд»,
и, если честно,
я бы лучше жил в двухзвездочном отеле,
чем в бардаке, как у нас сейчас.
- Би-бип! Карета подана.
- Что ты так долго? Оливер!
- Тиган меня убьет, если опоздаем.
- Прости, не могу найти ботинок!
- У вас воняет, как от тухлого ботинка.
- Это от моих яиц.
Ты чем-то занимаешься кроме того,
что играешь в телефоне?
Да, сижу в «Трахни меня».
- Выключай.
- Что?
У нас с Оли пари по поводу
нашего нового соседа.
- Хочу узнать, гей он или нет.
- Лучше бы ты работу нашел.
Прости, прозвучало резко,
я не имел это в виду.
Имел.
- Нашел!
- Наконец-то, идем!
- Оливер!
- Прости!
Какого чёрта?
Бонни вызывает.
Скажи, пусть приедет домой,
здесь и поговорите.
Давай уже признаем,
что я просто твой жиголо.
А разве я когда-то говорила тебе,
что это не так?
Класс.
Я напишу тебе позже.
Шестая поправка дает
вам конституционное право
на адекватное представительство.
Вас этого права лишили.
- У меня был бесплатный адвокат.
- Вирджиния Кросс, я в курсе.
Она выиграла дело?
Нет, конечно.
Иначе я бы не гнил в этой дыре.
У мисс Кросс не было средств,
чтобы нанять эксперта по брызгам крови
и снять с вас обвинения.
Если бы вам обеспечили
нормальную защиту,
то адвокат провел бы
полное расследование,
нанял бы частного детектива,
проработал присяжных.
Хотите сказать,
что дамочка завалила дело?
Нет, бесплатная адвокатура старается,
как может.
Но губернатор урезал бюджет,
поэтому мисс Кросс не могла потратиться
на поиск других свидетелей.
И что? После группового иска
дело рассмотрят заново?
Вы добьетесь апелляции?
Если выиграем, поверьте,
каждое дело будет пересмотрено.
Но тут более глобальный вопрос.
Мы заставим губернатора
нанять еще бесплатных адвокатов
для вас и будущих обвиняемых.
Дело в перестройке всей
системы в целом.
Простите. Мне надо детей кормить.
- Так, может, деньжат подкинете?
- Вам возместят моральный ущерб.
Вы вернете себе доброе имя.
Получите свободу.
Может, даже вернетесь домой
к выпускному дочери.
Вам всего-то нужно поставить подпись.
Подпись.
Поймите, это наша возможность
прервать цикл дискриминации.
Подумайте о невиновных,
которых вы спасете.
Что скажете?
Я за.
АДВОКАТ НЕ НАЗНАЧЕН
Давайте.
АДВОКАТ НЕ НАЗНАЧЕН
Черт возьми, да.
Осталось всего 16.
АДВОКАТ НЕ НАЗНАЧЕН
Вы готовы к встрече с обвинительницей?
Вы сказали детям об обвинениях?
Вы не боитесь, что прокурор настоит
на максимальном сроке?
Мисс Уинтерботтом,
сколько вам было,
когда вы познакомились
с депутатом Линдгреном?
Четырнадцать. Тогда мой отец
был уборщиком в мэрии.
Иногда он брал меня с собой
на работу после школы.
Его кабинет был в подвале.
Отец уходил из комнаты,
а мистер Линдгрен приходил.
Просил меня лечь на диван,
а потом насиловал меня.
Мисс Уинтерботтом, где ваш отец сейчас?
В окружной тюрьме.
Протестую. Предвзятость больше
доказательной силы.
Поддерживаю.
А когда насилие со стороны депутата
прекратилось?
Когда мне было 15.
Почему?
Я забеременела.
Вы знаете, кто был отцом ребенка?
Нет.
Меня тогда насиловали
сразу несколько мужчин:
депутат Линдгрен,
мой отец и еще несколько,
которых потом посадили.
Мисс Уинтерботтом,
что стало с ребенком?
Я не знаю.
Я отключилась во время родов.
А когда очнулась, отец сказал,
что ребенок мертв.
Что значит, вы хотите её ранить?
Поймите, я обязан сообщить,
если вы представляете угрозу
для себя или окружающих.
Но я ничего ей не сделала,
я не то имела в виду.
Что между вами сегодня произошло?
- Это не важно.
- Еще как важно.
Ну же, расскажите.
Может быть, я просто выдумала,
что мы одинаковые.
Нас обеих насиловали,
мы обе потеряли детей.
Скорее всего, это нас и сломило.
Она хотела ребенка,
а я хотела быть тем, что она хотела.
И вы пытались стать её дочерью?
Не подругой, не партнершей, а дочерью?
Нет, наши отношения
строились не на этом.
А на чём же тогда?
На её вине.
Вы прекрасно выступили.
Можете гордиться собой.
Эта малышка основательно ударила
по нашему делу.
Хорошо, что я знаю,
кто может всё исправить.
Я не намерена быть вашим
Кристофером Дарденом.
Присяжные ни за что не оправдают белого
старика, который насиловал ту девчушку.
Не понимаю,
при чём тут вообще цвет кожи?
Ни при чём. Но у меня тоже есть член,
так что...
Ну же, вы – моя акула.
Или, по крайней мере, именно так я
буду говорить совету директоров.
Я отрежу вам член, если мое имя
не будет на двери в следующем месяце.
Вот. Я знал, мораль – это не про вас.
УБОРЩИК ИЗ МЭРИИ ОСУЖДЕН
ЗА РАСТЛЕНИЕ МАЛОЛЕТНИХ
ДЕПУТАТ ОБВИНЯЕТСЯ В ИЗНАСИЛОВАНИИ
НАЗНАЧЕНА ДАТА СЛУШАНИЯ
ПО ДЕЛУ ДЕПУТАТА
- Уже восемь часов.
- Это обязательно?
Да. Представь, я всё еще намерен
добиться успеха.
Тогда давай быстрее.
- Зачем мы это делаем?
- Это ты сейчас спрашиваешь?
Мы могли бы усыновить ребенка.
Может, мы ему понравимся.
А собственному малышу не понравимся?
Тебе всегда твои родители нравились?
Ты можешь ему отказать.
И остаться слабачкой,
которая не в состоянии допросить
жертву изнасилования.
Так. Сможешь ли ты? Конечно сможешь.
Но чего это будет стоить?
Не всё ведь сводится к тому,
что он со мной сделал.
Понимаю.
А слезы – это твои несчастные гормоны,
а не из-за дела.
Это была не паранойя.
Дело в том,
что более 20 старых клиентов
Вирджинии Кросс
сейчас находятся в ожидании адвоката.
Вирджинию уволили,
конечно, им нужны адвокаты.
Но я звонила в бесплатную адвокатуру,
и никто из них там
в клиентах не значится.
Это Анна-Лиза.
Ты должен пойти в тюрьму и узнать,
встречалась ли она с заключенными.
Сходи сама.
Ходила, мне сказали,
что её там не было.
- Тогда вот и ответ.
- Они мне соврали. А тебе не соврут.
Попрошу другого следователя,
если ты так занят.
Я схожу.
Но задайся вопросом,
зачем тебе всё это нужно.
Быть сильной и независимой – не круто.
Мне не надо быть крутой.
- Мисс Пратт?
- Это насчет обзора?
Там шрифт «Sans Serif» , как вы просили.
Сядь.
Хотя лучше встань.
Тебе так будет удобнее примерять.
У тебя 38-й?
Тиган, я не могу.
Ты отлично работаешь.
Ты заслужила награду.
Продолжай в том же духе –
тебя оставят в штате,
и накупишь целый гардероб таких.
О боже.
Надевай уже!
Ну, Оли, как насчет того, чтобы в обед
рубануться в «Катан»?
Если будешь и дальше поставлять
по три овцы за кирпич.
Вечно будешь это припоминать?
Оливер. Можно тебя на минутку?
- В обед буду у тебя.
- Да.
- Это Лубутены?
- Угу. Тиган – богиня, а ты предатель.
Что? Саймон не так уж плох.
Еще слово, и мы перестанем
быть друзьями.
Скажи, что там с нашим делом?
Только партнер может открыть
файлы «Антарес»,
и если ты не хочешь, чтобы я влез
в компьютер Тиган...
- Должен быть другой способ.
- Его нет.
А мы правда хотим это сделать?
Мне тут нравится. Бесплатные обеды,
подогреваемые стульчаки.
Ты выбираешь стульчак
вместо Уэса, Лорел и ребенка?
Я выбираю подогреваемый стульчак,
а ты выбираешь туфли
за тысячу долларов, так что...
Нет.
Я выбираю справедливость для друга,
как и ты.
Тиган уходит в половину восьмого.
Встречаемся здесь.
Тебя нет в журнале посещений.
Как ты проходишь?
Подкупаешь охрану?
Никто не должен знать, что я делаю,
пока я не подам иск.
Поздно. Бонни у тебя на хвосте.
Что такое?
Я знаю кое-кого,
кто поможет тебе в деле.
- Кого?
- Нет.
Я не привлеку их, если продолжишь
творить глупости.
Я, добываю клиентов как могу, Нэйт.
Ты прячешься, платишь охране,
а если тебя поймают, отстранят?
Только зря обнадежишь этих людей.
- Мне нужно еще несколько подписей.
- Получи их честным путем.
Ты выше этого.
Привет. Я говорил с охранниками.
Никто не видел Анну-Лизу в тюрьме.
- Ты проверял журнал посещений?
- Слушай,
не мне её защищать, но если твои
догадки верны, она помогает людям.
- Она делает не это.
- Так поговори с ней. Спроси сама.
Простите за опоздание.
- У вас всё хорошо?
- Нормально.
Начинай заносить всё это в таблицу.
- Еще клиенты Вирджинии Кросс?
- Очевидно.
Всё, за работу.
- Нет, давай я донесу.
- Нет.
Беременные женщины по всему миру
работают и на заводах, и в полях
вплоть до самых родов,
уж коробку я осилю.
Мисс Уинтерботтом,
вы говорите, что вам было 14, когда
депутат Линдгрен вас изнасиловал.
Но заявили вы об этом
лишь несколько лет спустя.
Почему так долго ждали?
Тогда я увидела его в новостях.
Я услышала его голос, и в тот момент
мурашки по спине пробежали.
То есть вы не помнили о нём
до выпуска новостей?
Меня насиловали десятки мужчин.
Я не вспоминаю, как они выглядели,
в свободное время.
Мисс Уинтерботтом,
ответьте нам, вы знаете, что серьезные
психологические травмы,
например, насилие отца над дочерью,
могут вызвать нарушения памяти?
Протестую, требуется
экспертное мнение.
Поддерживаю.
А вы слышали о синдроме ложной памяти?
- Протестую. К делу не относится.
- Поддерживаю.
- Она пытается всё завалить?
- Тихо.
Почему вы еще тогда никому не сказали,
что депутат якобы насиловал вас?
- Мне было всего 14.
- Достаточно, чтобы уметь высказаться.
Да, но недостаточно,
чтобы пойти против отца,
который грозился,
что убьет меня и мою сестру,
а наши трупы сожжет в печи в мэрии,
если мы кому-то проговоримся.
Вы бы кому-нибудь сказали?
Вы что, пытаетесь завалить дело?
Нельзя торопиться, иначе настроим
присяжных против нас.
Я поставил себя под удар,
поручившись за вас.
Так что вернитесь и бейтесь до крови.
Иначе у вас больше не будет работы,
не то что вашего имени на двери.
- Расскажите о хороших моментах с Мэй.
- Зачем вы об этом спрашиваете?
Чтобы напомнить вам, что время с Мэй
было не таким уж плохим.
Конечно не было.
Но вы же явно корите себя за то,
что вообще с ней связались.
Вы понимаете,
почему она так себя ведет.
- Именно это вас и связало, верно?
- И как это должно мне помочь?
Вы пришли к психологу, чтобы отпустить
Мэй, а не чтобы ранить её.
- Нет, это неправда.
- Всё именно так.
Я уверен, что вы гораздо лучше
осознаёте свои эмоции,
просто не хотите в этом признаться.
- Учитывая, через что я прошла.
- Да.
Хватит уже напоминать
мне о наших счастливых временах,
мне это никак не поможет.
Как и не смогут помочь воспоминания
о счастливых моментах с отцом.
- Нет, это были другие отношения.
- Оба были агрессорами.
Только поэтому я и впустила её
в свою жизнь.
Я рвалась быть рядом с тем,
кто не станет меня насиловать,
и впустила первую встречную,
и это не любовь.
Это травма.
Вот что вы должны мне сейчас сказать:
что я имею право её ненавидеть,
что я не просто так хочу ранить её.
Естественно,
вы чувствуете себя преданной,
тут я и не спорю.
Тогда прекратите, прошу.
Я не выдержу, если кто-то еще
будет на её стороне.
Мисс Китинг?
Вам нужен еще один перерыв?
Нет, ваша честь, я готова.
Мисс Уинтерботтом, скажите,
вы когда-нибудь слышали о заболевании
под названием ложная беременность?
- Я не врала про ребенка.
- Я понимаю.
Но факт в том,
что вы даже никогда его не видели.
Значит есть вероятность,
что его вообще не существовало?
- Протестую. Вопрос и ответ.
- Поддерживаю.
Я понимаю, что вы верите
в свою беременность.
Но это было много лет назад.
А сейчас неожиданно вы якобы
вспомнили мужчину,
который похож на многих других,
что были с вами.
Так возможно, что вас
насиловал вовсе не он?
- Это был он.
- Я понимаю, вы верите в это,
и я понимаю, что с вами произошли
ужасные вещи, но это зал суда.
- Нужны доказательства. Так где же они?
- Я помню, как он делал это со мной.
Нет – вы думаете, что помните это.
И я понимаю, что вам
всё это дается нелегко,
но вы можете признать,
что не помните чего-то конкретно.
Протестую,
это непозволительная спекуляция.
Право на очную ставку позволяет мне
оспаривать надёжность свидетеля.
Протест отклонён.
Возможно ли, мисс Уинтерботтом,
что вы путаете депутата
с одним из мужчин,
которые насиловали вас в той комнате?
- Нет.
- Но откуда вы знаете?
- Просто знаю.
- Откуда?
Вы помните, что ели на обед
в прошлый вторник, в какой блузе были?
- Это не одно и то же.
- Вот именно.
Это было на прошлой неделе,
а ваше всплывшее воспоминание –
о лице человека,
которого вы видели десять лет назад.
Протестую! Адвокат
говорит за свидетеля.
Протест отклонён.
Возможно ли, что вы можете ошибаться
по поводу депутата?
- Нет.
- Значит, у вас нет сомнений?
Совершенно никаких?
- Если есть, не страшно.
- Я этого не говорила.
Но вы засомневались, и это понятно.
Ведь вы сейчас
должны быть уверены на 100%.
Депутат – отец, у него есть семья.
Ваше недостоверное мнение
может разрушить их жизнь.
Поэтому я спрашиваю вас еще раз:
у вас есть хоть малейшие сомнения
относительно того, что это именно он
совершал с вами все эти ужасные вещи?
Я вам говорю: Анна-Лиза Китинг
не приходила уже больше месяца.
Может, вам заодно показать,
что я ела на обед?
О, иди к чертям.
- Скажи что-нибудь еще о моих сыновьях.
- Их домогалась собственная мать.
Охрана!
Даже время терять не будем,
мой ответ – нет.
Жасмин мертва, Клаудия.
Передозировка.
И что?
А то, что я никак не могу
об этом забыть.
Её сломала система, как всегда,
но ты могла бы это изменить.
- Как?
- Надо подписать мой групповой иск.
Я обвиню губернатора, чтобы ты и другие
девочки получили хороших адвокатов,
как и было положено.
- Мы до сих пор тебя ненавидим.
- Так сделай это для сыновей.
- Они хотят, чтобы ты вернулась?
- У них всё нормально.
Это пока. Но ты знаешь,
что бывает с черными парнями:
не в то время не в том месте,
и ты уже сидишь за то, чего не делал.
Это если их не подстрелят копы лишь
за то, что они мирно идут по улице.
Ты хочешь им такого же адвоката,
как у тебя?
Тот, у кого нет ни времени, ни сил,
чтобы их защитить?
А ты думаешь, что всё это исправишь?
Я хочу попытаться.
Но мне нужна помощь.
Лучшая домохозяйка на свете.
ОЛИВЕР
ЗАДЕРЖИВАЮСЬ НА РАБОТЕ. ЕШЬ БЕЗ МЕНЯ
Как стать бездушным чудовищем,
которое врет своему парню?
Это ради их же защиты.
Ты имеешь в виду защиту
от этой глупейшей затеи?
Тревога.
- Я могу что-то ещё сделать сегодня?
- Да: шуруй отсюда и выгуляй эти туфли.
А как же.
- Может, всё же передумаем?
- Помолчи. За дело.
Это Микаэла Пратт. Напишите мне СМС
или отправьте e-mail.
ХОЧЕШЬ?
Что, секстинг?
- Нет.
- Да, точно, ты покраснел.
Ну колись, какая подружка
хочет дружка Фрэнки?
Заткнись и проверяй тест.
- Если мы общаемся открыто...
- Это не так.
Знаешь, вообще-то, у меня самого сейчас
сексуальная засуха.
Микаэла наконец пришла в себя
и бросила тебя?
Нет, она просто постоянно допоздна
на работе, на стажировке.
- С богатыми успешными адвокатами?
- Хватит, она совсем не из таких.
Кто сказал?
- Ну что, я напортачил?
- У тебя 140. Всё отлично.
Это отстой. Какой же я тупой.
Просто все эти
аналитические рассуждения:
«Если – то». Да какая разница?
Ты справишься,
ты просто себя накручиваешь.
- Пришли фотографию, иначе не верю.
- Может, лучше встретимся лично?
Адрес?
«КАПЛАН ЭНД ГОЛД»
ТИГАН ПРАЙС
Вошел. Ого, да у нее миллион файлов.
Ищи Трента Стоктона.
- Кого?
- Сотрудника «Антарес», которого убили.
Да, как убьют и нас.
ТРЕНТ СТОКТОН
Уведомление о пресечении действий.
ОГРАНИЧЕННЫЙ ДОСТУП
Второе подтверждение.
Его направят на телефон Тиган.
- Выходи.
- Я пытаюсь.
- Подожди!
- Что?
- Нужна фотография.
- Скорее.
Так. Стой.
- Всё, выходи!
- Да.
ВЫХОД ВЫПОЛНЕН
По-моему, я даже надул в штаны.
Вы чего тут забыли, задроты?
Тиган попросила меня набросать
соглашение о неразглашении.
Ну знаешь – это один из бонусов
для чемпионки Адского кубка.
Саймон, может, рубанем в «Катан»
в баре через улицу?
Слушай, это такая хорошая идея,
что я просто прыгать готов.
Ладно.
Знаете, что я сейчас вижу?
Я вижу, что вы переживаете ту же боль,
какую сегодня причинили Мэй.
Вот насколько глубоко вы её понимаете.
Вы переживаете её боль как свою,
её страдания – ваши страдания.
Это любовь.
И пока вы не признаете это,
вы не сможете пережить гнев, ярость,
одержимость и желание ранить её,
от которого не можете избавиться.
Ненавидеть её проще.
Энни?
Привет.
Привет.
Что такое?
Я выиграла дело.
- Врачи велели не пить во время уколов.
- Они всегда так говорят.
Они профессионалы, а мы тратим
на гормоны 20 тысяч, поэтому...
И плачу, кстати, за это я. Ну, платила.
Я уволилась.
Это хороший повод для праздника.
Я тобой горжусь.
Я уничтожила её. Я струсила.
Ну-ну.
Сэм?
Да?
Я бы хотела помочь ей.
Фрэнк.
Ну здрасьте.
Держи.
- Выпить нет?
- Тебе хватит.
Как скучно.
- Что ты тут делаешь?
- Хотел посмотреть ваше гнездышко.
- Ну что, доволен?
- Буду, если скажете, что это.
Работа. Ты бросил учебу, почему?
Из-за вас.
У меня была бы нормальная жизнь,
если бы вы не выбрали меня
в свою несчастную «пятерку Китинг».
Я бы стажировался где-нибудь
в крутой юридической фирме,
спал бы с местными натуралами...
- Ты сильно повзрослел с тех пор.
- Нет, вряд ли.
Я чуть не переспал
с каким-то парнем с сайта.
Вот зачем я сегодня наконец-то
вышел из квартиры.
Ради секса.
Видите, он уже спрашивает,
где я сейчас.
Но ты к нему не пошел.
Мы столько всего ужасного натворили.
О, нет, нельзя думать об этом.
Но это просто прожгло мне мозг.
Кровавая голова Сэма, Уэс в подвале.
Знаете, я ему даже завидую.
Ему, по крайней мере,
уже не нужно со всем этим жить.
Я не такой, как вы,
я не могу просто забыть.
Ты гораздо сильнее,
чем думаешь, Коннор.
Я же сказал вам, что хочу умереть.
Разве это сила?
Да, ведь вместо этого ты пришел ко мне.
Я отправила тебе фотографию.
Всплывающее окно всё закрыло.
- Ты должна вернуться туда.
- Нет.
- У Тиган будут проблемы.
- Микаэла!
Слушай. Она – полная
противоположность Анны-Лизы,
и я не собираюсь её подводить.
Завтра поговорим.
Почему ты так долго?
Я знаю, что у тебя завтра экзамен,
так что мы быстро.
Тут я не могу, Лорел.
Ну, а я больше не могу у Бонни дома.
Она такая милая в последнее время,
чувствую себя ужасно.
Я тоже.
Ну...
И что, ты приехал,
только чтобы мне это сказать?
Секса больше не будет?
Мог бы просто сообщение написать.
Ты уверена, что этот ребенок не мой?
- Скажи, что ничего не было.
- Конечно, ничего не было!
Он не твой.
Точно?
Убирайся.
Я хочу заботиться о вас, несмотря
ни на что, для этого и сдаю экзамен.
Та ночь была самой большой ошибкой
в моей жизни.
Мне так тошно, что я это сделала,
что соврала ему,
так что даже не смей больше никогда
произносить эти слова! Всё! Убирайся!
Убирайся отсюда, Фрэнк!
Знаете, чего я хочу?
Чтобы кто-нибудь сказал мне,
что делать.
Только не говорите
«прислушайтесь к своим чувствам»,
потому что все врачи,
у которых я была, так говорили,
и это самое глупое, что я слышала.
Я просто хочу, чтобы стало лучше.
Ладно.
Тогда скажите, что любите Мэй.
Это будет первым шагом к свободе:
признать, что даже со всеми
недостатками вы её любите.
Вы можете это сказать?
Но я ведь так не думаю.
Скажите и посмотрите, каково будет.
Я люблю её.
Попробуйте ещё.
Ну же.
Я люблю её.
Продолжайте.
Я люблю её.
Я люблю её.
Я люблю её.
Я люблю её.
Мисс Уинтерботтом!
Не подходите ко мне.
Выслушайте меня.
Вы с детства мечтали о том,
чтобы защищать педофилов?
- Вы правы.
- Вот из-за таких, как вы,
никто и не сознаётся.
Это отвратительный способ заработка.
Я уволилась с работы.
То, что я сделала с вами, было ужасно.
И мне очень жаль,
но я пришла не извиняться.
А зачем вы пришли?
Я начала преподавать на факультете
в одном из лучших колледжей страны.
Но я еще не видела студента
и в половину такого сильного, как вы.
Вы уже много раз бывали в суде,
вы знаете, как общаться с адвокатами.
Вы можете стать адвокатом.
- Я официантка.
- И что?
Вы можете зажить нормально.
Посмотрите на меня и берите пример.
Вы справитесь, я вам помогу.
- Слушаю?
- У вас звонок от заключенного
окружной тюрьмы Филадельфии.
Чтобы ответить, нажмите 1.
Это Клаудия. Мы за.
Я, Джиджи, Луна и еще несколько.
Сколько?
Человек 15.
Так что, если завалишь дело,
пощады от нас точно не жди, сестричка.
Я еще всё могу.
У вас звонок от заключенного окружной
тюрьмы Филадельфии.
Чтобы ответить, нажмите 1.
Мисс Китинг, это Эвелин Парк.
- Я не могу подписать коллективный иск.
- Почему?
Помощник прокурора
предложила мне условия лучше.
Я вам говорю: Анна-Лиза Китинг
не приходила уже больше месяца.
Вам показать заодно, что я ела на обед?
Я хотела бы просмотреть
записи камер слежения.
Это иск против губернатора, вы рискуете
нарушить условия условно-досрочного.
Она сказала, что её чуть не лишили
лицензии из-за алкоголизма?
Мануэль, я отвоевала лицензию
и я намерена бороться за вас.
Она делает это не ради вас, она просто
хочет спасти свою рухнувшую карьеру.
У меня нет никакой личной выгоды,
мистер Моррис.
Как насчет двух лет?
Я добьюсь работ без надзора.
Выйдете раньше.
Я пыталась сделать что-то хорошее.
Тут дело не в нас с тобой.
Вы всегда заботитесь только о себе.
- Но тебе я помогла не поэтому.
- Вы помогли мне из чувства вины.
Нет, Бонни.
Я помогла тебе,
потому что увидела тебя.
- И то, что мы похожи.
- Мы не похожи!
Этого вы так и не поняли!
Вы привязали меня к себе.
Точнее, попытались.
Вы привели домой грустную, грязную,
побитую девочку и переодели под себя.
А потом поняли, что она не станет
такой, как вы хотите,
и поэтому выбросили её на улицу,
как самую обычную стажерку.
Будто всё, что она для вас сделала,
ничего не значило, ведь она – ничто.
Я тебе не нужна. Не нужна.
И никогда не была нужна.
Ты неправа.
Я никогда не считала тебя никем.
Ты не была рванью в моих глазах.
И посмотри, что ты наделала.
Посмотри, что наделала!
Вы можете зажить нормально.
Я вам помогу.
Он очень плохой человек, Анна-Лиза.
- Ты уволена.
- Нет.
Вы просто не умеете любить.
А почему ты сейчас не висишь
на грязной простыне в тюремной камере?
И попробуй теперь сказать,
что я тебя не люблю.
Не бросай меня.
Анна-Лиза? Нет.
Вы не должны так поступать.
Я никогда не считала тебя никем.
Ты не была рванью в моих глазах.
Я люблю её.
Я люблю её. Я...
Я люблю её.
Какие у вас сейчас ощущения?
Мне больно.
Почему?
Я скучаю по ней.
Скучаю по дому.
Ты добралась.
Привет, Бонни. Я Сэм.
- Рад наконец-то познакомиться.
- Мне тоже очень приятно.
Я скучаю по нашей семье.
С ней мне было так спокойно.
Даже когда я презирала её.
Теперь будет сложнее,
раз все в курсе, что я делаю.
- И зачем вы мне это рассказываете?
- Мне нужна помощь.
А тебе нужно встать с дивана
и чем-то заняться.
Ведь до неё у меня никого не было.
А она просто меня выкинула.
Смотрите на дату. Вот здесь.
«Каплан энд Голд» отправили это письмо
Тренту Стоктону за неделю до смерти.
Он собирался проболтаться об «Антарес»,
вот мой отец и убил его.
За то, что он совал нос не в свое дело.
О боже. А вдруг подумают, что это Тиган
смотрела письмо? Её могут уволить!
- Уволить? А нас могут убить.
- Не сгущай краски.
- Это реакция нормального человека.
- Оли...
Ашер звонит, тихо.
- Привет, детка.
- Привет.
Фрэнки слишком устал, чтобы выпить
после экзамена, поужинаем вместе?
Я всё еще в офисе.
- У Тиган завтра важная презентация.
- Ты молодец, что так упорно работаешь.
Спасибо, милый. Пока.
Я вроде бы и хочу ей верить:
что она наконец-то решила измениться.
И поэтому она затеяла групповой иск.
Но почему она не может сделать это
со мной? Я знаю, как ей помочь.
Исходя из этого,
я могу подать групповой иск.
Мы обе подверглись насилию.
Людей не упрекают в том,
что они подверглись насилию.
Я была нечестна с вами.
Я хочу ранить её.
Мы с ней – отличная команда.
Я знаю, когда её нужно
оставить в покое и...
Замолчите.
Мэй – это Анна-Лиза Китинг?
- Нет.
- Хватит врать.
Я люблю её, как вы и сказали.
Вы не представляете,
как сейчас мне помогаете.
Вам нужно больше, чем моя помощь.
Это вас она уволила?
Бонни? Это... это вы?
ДВЕ НЕДЕЛИ СПУСТЯ
- Где подозреваемый?
- В тюрьме.
Серия 6
В предыдущих сериях...
Я сделала аборт.
- Ты уверена, что ребенок не мой?
- Он не твой.
Ищи Трента Стоктона.
Сотрудника «Антарес», которого убили.
- Предупредительное письмо.
- Тиган узнает, что ее взломали.
- Всё, выходи.
- Я пытаюсь.
- Привет, детка. Я всё еще в офисе.
- Молодец, что так упорно работаешь.
Теперь будет сложнее,
раз все в курсе, что я делаю.
- Зачем вы мне это рассказываете?
- Мне нужна помощь.
Сделай это ради сыновей.
Они ведь ждут тебя дома.
Это Клаудия. Мы согласны.
Смотри, что ты наделала.
Это вас она уволила? Бонни?
Я не должна была удивляться.
Но удивилась.
Я хотела верить, что мы выше этого.
Мы ранили друг друга.
Без конца. Мне всё так надоело:
обиды, гнев, но особенно потребности.
Ведь всё сводилось к одному -
потребностям Бонни.
Поэтому я ее уволила. Хотела хоть раз
подумать о том, что нужно мне.
Не понимаю, что в этом плохого.
Правда.
Я что теперь, чудовище?
Скажи ей правду.
Бонни использовала чужое имя.
Но ты это пресёк.
Нарушение конфиденциальности.
Разве это выход?
Мы обязаны предупреждать пациентов
о явных признаках неминуемой угрозы.
Если это угроза жизни или здоровью.
Бонни говорила не об этом.
Ты точно уверен?
Это «да»?
- Думаете, я чудовище?
- Нет.
В следующий раз отвечайте быстрее,
чтобы я вам поверила.
- Я просто задумался о ваших словах.
- О каких?
Что вам нужно
больше времени для себя.
- Поэтому вы уволили Бонни.
- Так и есть.
Ладно.
Но вы не допускаете возможности,
что была и другая причина?
Посоветуй другого психолога.
- Но она только начала открываться.
- Вот именно.
- Только начала, но не открылась.
- А что, если она опять сорвется?
Невозможно вылечить того,
кто этого не хочет.
Это не значит, что именно я
должен толкать ее к бутылке.
У тех, кто пережил потерю, развивается
защитный механизм перед
новыми потерями.
Мы инстинктивно отталкиваем людей,
прежде чем они уйдут сами.
Я годами утопала в чужих потребностях:
клиенты, ученики.
Я была счастлива,
что меня оставили в покое.
- Я не хочу тебе говорить.
- Айзек.
- Она потеряла ребенка.
- Что?
На последнем сеансе Бонни упомянула,
что Анна-Лиза потеряла ребенка.
- И ты говоришь мне это только сейчас?
- Я знал, как ты отреагируешь.
Это ты встревожен и весь на нервах.
Она провоцирует тебя, Айзек.
Уже этого достаточно,
чтобы передать ее дело.
Нет, это как раз значит,
что я подходящий для нее психолог.
Она - 50-летняя женщина, которая
не может смириться со своей потерей.
Я смирился. Ты мне очень помогла.
Об этом я и прошу.
Найти решение,
не нарушая конфиденциальности
и не переводя ее к другому психологу.
Прошу. Пожалуйста.
Ты ведь всегда была умнее меня.
Вам всегда так хотелось остаться одной
или это желание возникло
в последние годы?
С тех пор, как вы потеряли того, кто,
похоже, был для вас очень важен.
Спроси ее о муже.
Это подведет к теме ребенка.
Если точнее, я сейчас говорю о Сэме.
Ну вот, опять.
Сбросили бомбу из ниоткуда.
Мы с вами проделали огромную работу,
но потерю Сэма так и не обсудили.
Чтобы это горе не всплыло
на поверхность,
и не помешало вам
вести трезвую жизнь,
я советую вам проработать его сейчас.
Я дам домашнее задание.
У меня есть работа.
Мне не нужно еще и задание.
Я хочу, чтобы вы написали
письмо Сэму.
От самого сердца.
О том, как вы себя чувствуете
с тех пор, как он умер.
О проблемах,
оставшихся нерешенными.
Посмотрим, что выйдет.
- Эй!
- Какого чёрта?
- Вы не брали трубку.
- Нельзя было.
Звонила Клаудия.
Ее матери пришло письмо
из окружной прокуратуры.
Угрожают забрать дом, если она
не уберет подпись с группового иска.
Вы ни за что не поверите, но я ошибся.
Я проигнорировал
помощника прокурора Уинтерботтом,
когда она пыталась предупредить меня
о последствиях увольнения
Вирджинии Кросс.
Слава богу, она меня не послушала.
Уже через несколько дней все,
кто еще остался от истцов Китинг,
отзовут свой групповой иск
и избавят всех присутствующих
от многочасового пересмотра дел.
А это, и вы со мной согласитесь,
стоит отметить.
Поапплодируйте помощнику прокурора,
мисс Уинтерботтом.
Это конфискация гражданских активов.
Город может изъять любое имущество
если оно использовалось
в преступных целях.
Но это мамин дом.
Не она же там продавала наркотики.
Но ты продавала. Город имеет законное
право конфисковать ваш дом.
Что за бред!
Прокуратура злоупотребляет законом,
чтобы запугать нас.
- «Нас»? Ваш дом тоже забирают?
- Следи за языком!
Я говорил, что не нужно соглашаться.
Тайрон, посмотри на меня.
Я со всем разберусь.
Я встречусь с судьей
и заставлю его во всём разобраться.
А если судья не согласится?
Где мы будем жить?
С каких это пор ты начал
дерзить старшим?
Ты еще не глава семьи.
- Пока ты в тюрьме, я главный.
- Твоя мама права.
Всё это дело - совершенно
не твоя забота.
- Нечего ко мне подлизываться.
- Я и не думал.
Просто...
Я знаю Анну-Лизу, она в этих делах
настоящий гений, так что...
Если она говорит, что разберется,
значит разберется.
- Я за вами наблюдаю.
- Правильно делаешь.
Занимайся алгеброй, а я займусь этим.
Мне кажется, или твои бицепсы
стали намного больше?
Качалка помогает мне отвлечься
от ожидания результатов экзамена.
Они будут на неделе.
Расслабься. Пересдашь,
если провалишься.
Кто сказал, что провалюсь?
Я лишь говорю, что буду готов
снова тебе помочь.
Чего ты хочешь?
- Совета о девушках.
- Я был прав?
Микаэлу трахает кто-то с работы?
Нет, по крайней мере, если да,
то вроде как не буквально.
Что?
Она солгала мне на прошлой неделе.
Сказала, что задержится на работе,
а на самом деле была с Лорел.
Как думаешь, они могли там...
Знаю, безумие - заниматься сексом
с беременной.
Но что бы ты сделал на моём месте?
Этого бы не случилось.
Девушки изменяют со мной, а не мне.
- Подскажи, что мне делать. Прошу.
- Просто поговори с ней по-человечески.
Думаешь, это поможет?
Еще говорят, что я болван.
Тиган что-нибудь говорила о взломе?
Оливер, прошла неделя
и ничего не случилось.
Вспомни, как поется в твоей
любимой песне, и расслабься.
У меня плохое предчувствие.
Пратт!
Наверху срочное собрание по поводу
«Антарес», идем со мной.
- Почему ты сидишь?
- Иду.
Убедись, что повестки Гарднера подшиты,
и не забудь собрать соглашения
по делу Конвея к концу дня.
Есть. Я буду нужна вам на собрании
«Антарес»? Чтобы записывать?
Нет, будут только партнеры.
- Блэйк!
- Привет!
- Что он здесь делает?
- Видимо, хочет лично нас уволить.
Генеральный директор не приезжает,
чтобы уволить сотрудника филиала.
Вы говорите о генеральном
директоре «Антарес»?
Ты всё еще здесь?
Возвращайся за стол.
Мистер Кастильо!
Надеюсь, вы привезли с собой
солнце Майами!
Конечно.
Это рутинная проверка на диабет.
У кого-нибудь в вашей семье
или в семье отца был диабет?
Вроде бы нет.
Знаете, я как раз хотела спросить.
Как и когда можно сделать тест
на отцовство?
Я приглашу специалиста по генетике,
он вам всё расскажет.
Вы ответьте, а я узнаю,
когда он сможет прийти.
Спасибо.
- Я у врача.
- Здесь твой отец.
Что?
Он созвал срочное собрание
«Антарес» с Тиган.
А значит, он может знать
что ее компьютер взломали.
Нет, он бы мне позвонил,
будь он в городе.
Но он здесь. И никто не знает,
из-за чего собрание. Он просто приехал.
Тревога.
- Что?
- Собрание закончилось.
Погодите, он кому-то звонит.
- Он звонит мне.
- О господи!
Изобрази удивление.
- Алло?
- Привет.
Угадай, кто сегодня в городе и хочет
пригласить любимую дочку на ужин?
Это неуместно.
Вы не брали трубку и не связались
ни с одним из рекомендованных
мной психологов.
- Я подпишу всё, что скажете.
- Что?
Вы боитесь иска о профнепригодности
и халатности, я понимаю.
Я боюсь за вас.
Я совершила ошибку.
И я извинилась, но вам не о чем
беспокоиться. С Анной-Лизой всё хорошо.
А с вами?
Вы сказали Анне-Лизе?
Делиться информацией о наших сеансах
было бы неэтично.
Так же неэтично,
как врываться в мой кабинет?
- Уходите.
- Вы делали большие успехи, Бонни.
- У меня работа.
- Я гордился этим.
Гордился вами.
Пожалуйста, просто позвоните
одному из врачей.
Ладно, позвоню. Только уйдите.
Это просто тактика запугивания,
чтобы остальные отозвали иск.
Вы пытаетесь засудить весь штат.
Вы знали, что встретите отпор.
А теперь я даю отпор.
Мне нужен лишь приказ,
чтобы остановить конфискацию.
И завести дело по лишению
законных прав.
Не учите меня моей работе, мисс Китинг.
Дом принадлежал семье три поколения.
Он стоит меньше
вашей годовой зарплаты.
Я могу подписать судебный запрет,
но это не помешает им уничтожить вас.
- Я буду решать проблемы по мере...
- Вы меня не слышите, адвокат.
Вы уверены, что вы подходите для того,
чтобы вести коллективный иск?
А почему же нет?
Ваш статус в коллегии
вызывает сомнения.
С моим статусом всё нормально.
Я ведь делаю всё, что мне скажут.
Ладно. Но вы начали эту борьбу
ради людей,
которым доставался
один плохой адвокат за другим.
- Я не плохой адвокат.
- Конечно нет.
Вы одна из лучших.
Но подходите ли вы для дела
с такой публичной оглаской?
- Подписал?
- Смелости ему не хватило.
Пойдем к другому судье?
Все напуганы, теперь, когда Денвер
может стать генеральным прокурором.
И вас это остановит?
Я сказал Тайрону, что вы гений.
- Это твое мнение.
- Искреннее.
Должен быть какой-то выход,
чтобы не позволить этому
подлому гаду
Денверу лишить
наших клиентов их дома.
- Куда вы идете?
- Очень хочется покричать.
Пратт!
Мне нужен чизбургер
и фри от «Джимми», срочно.
Собрание прошло настолько плохо?
Не все заедают стресс.
Я просто голодная.
Вы пробовали «Бургер Барн»?
Не подумайте, «Джимми» неплох,
но в «Барне» добавляют соус
барбекю в мясо
до того, как пожарить. Это объедение.
- Вы кто?
- Никто.
Я Ашер Миллстоун. Ее парень.
Вы, должно быть, та самая Тиган.
Он мне нравится.
Скажи, в какой вселенной такое уместно?
Не знаю, может, в той же,
где ты врешь мне,
что ты на работе, когда сама с Лорел?
- Что?
- Я видел тебя в окне Лорел,
когда ты мне сказала, что работаешь.
- Ты что, за мной следишь?
- Не уходи от темы. Почему ты врешь?
Она попросила меня помогать ей
во время родов.
Я тебе не сказала, потому что ты
чувствуешь себя брошенным
и разозлился бы, что я провожу время
с Лорел, а не с тобой.
- Ты, типа, группа поддержки?
- Именно.
Вы не лесбиянки-любовницы.
- Нет. Что?
- Прости.
Это очень мило с твоей стороны.
Мисс Китинг?
Поговорим у меня в кабинете.
Он останется.
Я и здесь могу сказать всё, что нужно.
- Я предпочту личную беседу.
- Почему? Стыдитесь своих поступков?
Вы все должны! Помогаете начальнику
лишить семью дома.
- Ваша клиентка - наркодилер.
- Она продавала только траву.
- Не мет, не таблетки, а марихуану.
- Вызовите охрану.
Я знаю, что вы все считаете меня
посмешищем.
Но я хотя бы не наживаюсь
на бедных и слабых.
Оставьте показуху для зала суда.
В доме, который вы забираете,
живет семья.
Двое мальчишек с бабушкой в инвалидной
коляске. А вы выбрасываете их на улицу.
Не обращайте внимания
на эту сумасшедшую.
- Возвращайтесь к работе.
- Что вы скажете родным,
когда придете вечером домой? А?
Как вы гордитесь тем,
что лишили ребенка дома?
Как чудесно законно обкрадывать людей,
у которых ничего нет?
- Уведите ее, пожалуйста.
- Не нужно, мы уже уходим.
Эй!
Что?
Ты сказал Макгоуэну, чтобы он
не копал под истцов Анны-Лизы?
Да. Я всему отделу сказал сдвинуть
твой запрос в конец списка.
Если кто-то и должен сердиться,
то это я.
Почему?
Ты же сказал мне, что Анна-Лиза
не встречалась с заключенными.
Правда?
Ты признаёшь, что солгал мне.
Всё это время ты говорил мне
сбавить обороты, а сам?
Ты что, опять ее трахаешь?
Я солгал, но не ради нее.
Ты была никем.
Ты знаешь, каково не иметь контроля
над собственной жизнью.
А теперь ты обкрадываешь людей,
чтобы получить жалкие аплодисменты
от сотрудников.
Дело не в тебе, во мне, или в ней.
Очнись уже.
А что насчет этого?
Ты похожа на тыкву.
- Может, не пойдешь?
- Я должна знать, зачем он здесь.
- Так лучше?
- Хуже.
- Это Лорел? О, грудь. Фу.
- Всё в порядке.
Нет, не в порядке.
То есть, грудь замечательная,
просто у меня очень плохие новости.
Технический отдел велел всем
заменить магнитные пропуска.
Что? Зачем?
Потому что, о чём бы ни было собрание,
они знают, что мы взломали
аккаунт Тиган.
- Это необязательно.
- Вдруг он прав, Лорел?
Неправ.
Лучше?
- Ничего так.
- Очень даже мило.
Открывай, мама-медведь!
Что Ашер здесь делает?
- Я тебя слышу.
- Минутку.
- Что он здесь делает?
- Я не знаю.
Я сказала ему,
что буду помогать тебе при родах.
- Что?
- Просто подыграй мне.
Ты тоже.
Бум! Вот подумал, никогда не рано
начать баловать ребенка.
Спасибо. Какой милый.
Тебе что-то нужно?
Нет, я просто так
зашел поздороваться,
хоть это, наверное, странно.
Просто хотел сказать, что я с тобой,
если Микаэла задержится на работе.
Я могу быть твоим
напарником по родам,
или массажистом ног,
или собирателем колыбельки.
- Да я справляюсь.
- Я и не сомневаюсь.
Ты такая независимая.
Суть в том, что я здесь,
если тебе понадобится помощь,
или плечо, чтобы поплакать.
То есть, я, конечно,
не смогу быть Уэсом, но...
...я попробую.
Спасибо, Ашер.
И дети меня обожают.
Наверное, из-за моего
молочного запаха.
Она меня совсем запутала.
Я хочу ее ненавидеть,
и тут она разносит
всю прокуратуру,
как чёртова Диана Принц,
и я люблю ее!
Ты бы ее видел.
Денвер чуть было в штаны не наложил.
Да уж, помню, она частенько была
причиной и моих грязных штанов.
Это было круто.
А знаешь, что еще круто?
- Что?
- Слышать тебя счастливым.
Если бы я знал, что тебе так понравится
тусоваться с Анной-Лизой,
я бы отправил тебя к ней
гораздо раньше.
Да ну тебя. Как работа?
Не знаю, просто обычные,
скучные айтишные будни.
В этом отделе никто не устраивает
прилюдных истерик.
Мне пора. Люблю тебя.
И я тебя.
Я вот что думаю.
Ашер знает многих судей.
То есть, его отец знал.
Я могу с ним поговорить,
если это хорошая идея.
Это ужасная идея.
Ну простите.
Я не вижу, чтобы вы что-то предлагали.
Предлагаю поесть.
Тук-тук.
Иди домой, если хочешь.
Мне еще надо разобрать бумаги, но...
Я подумала, вам это понадобится.
Вы не храните джин в кабинете,
потому что
- сразу выпьете.
- Сразу выпью.
Я о вас всё знаю.
Пугающе.
Ладно, неси стаканы.
Вот как вы теперь заменяете алкоголь.
Это лучше, чем спать с незнакомцами.
Разве?
- У вас с Оливером наладилось?
- А разлаживалось?
Как-то вечером ты мне сказал,
что чуть было не переспал
с другим парнем.
Но не переспал.
Это отец виноват.
Он сказал,
что мы не подходим друг другу,
а я позволил себя в этом убедить.
- Глупо, я знаю.
- Нет, это твой отец глупый.
Это он тебе не подходит.
Я поражена, что ты сохранила отношения,
учась в колледже.
Я была слишком занята.
Не скажу, что это просто.
К тому же, Ашер в последнее время
слишком требовательный.
Он по тебе скучает.
Не принимай как должное,
или закончишь, как я.
- Закончить, как вы, - моя цель.
- Осторожно.
Ради работы я пожертвовала
лучшим сексом в жизни.
Секс переоценивают.
Скажешь это, когда у тебя его не будет.
Кем она была?
А вот и она.
А я думал, что я рано.
- Ты сказал, это важно.
- Так и есть.
У меня шикарные новости.
Сэр, нам понадобится шампанское.
Пап, у меня завтра утром
очень важный тест.
Бокальчик не повредит.
Судья считает, я неподходящий адвокат
для коллективного иска.
Он ошибается.
Разве?
- Вы больше других подходите.
- Знаешь, мне не нужен чирлидер.
А мне кажется, что нужен.
Вы сегодня просто разорвали Денвера.
Это было круто.
Жаль, я это не снял.
Вы бы стали хитом интернета.
- Только этого не хватало.
- Просто послушайте.
Вы, как никто другой, знаете,
каково это -
оказаться в тюрьме за преступление,
которого вы не совершали.
Кто лучше вас защитит этих людей?
Сначала расскажи, как учеба.
Всё как обычно.
Что происходит?
Скоро ты станешь очень богатой, Лорел.
- Мы уже богаты.
- Нет, на самом деле богатой.
Настолько, что ни ты, ни твои дети,
ни дети твоих детей
никогда ни в чём не будут нуждаться.
Я любила Кору.
Не только из-за секса.
Но работу я любила больше.
Особенно такие дни, как сегодня.
Я бы спросила, что это значит,
но похоже,
вам нельзя этого рассказывать.
Если кому-то хоть слово скажешь,
я лично тебе глотку перережу.
«Антарес» выходит
на фондовый рынок.
Это секрет,
пока нет официального объявления.
Один негативный отзыв - и всё дело
сорвется. Миллиарды в унитаз.
Но если всё пройдет хорошо,
вся моя усердная работа до ночи
и отказ от секса того стоили.
Серьезно, такая сделка точно
перевернет всю мою карьеру.
Я смогу открыть свою фирму.
Тебя найму.
Вот. Твой брат уже подписал
такой же контракт.
О переводе 10% акций на твое имя
еще до предложения.
Я хочу быть адвокатом, пап.
Я не могу допустить, чтобы на мне
висели твои неофициальные финансы.
Ты ни о чём не должна беспокоиться.
Поверь, mi hija,
я уже решил все проблемы,
которые могли бы возникнуть.
Выпьем за то, чтобы мы никогда больше
ни в чём не нуждались.
Можно мы просто прервемся на секунду
и вздохнем с облегчением?
Я не стану подписывать эти бумаги,
сколько бы мне ни полагалось денег.
Я лишь говорю, что мы напрасно
переживали.
Секретность касалась не взлома,
а выхода «Антарес» на рынок.
Может, это знак.
Остановиться, пока не поздно.
Вы оба не видите сути.
Выход «Антарес» на рынок - причина,
по которой отец убил Уэса.
Что?
Я не понимаю.
У Денвера были досье на всех нас. Так?
Мы вам ответим, мисс Уинтерботтом.
У нас есть досье на всех,
кто связан с мисс Китинг.
Это значит, он знал, кто я.
И кто мой отец.
Вы признаёте фабрикацию истории
о вашем похищении?
Признаю.
Денвер позвонил ему, когда Уэс
собирался пойти против Анны-Лизы.
Вы сказали, это покроет препятствие
правосудию и заговор.
Я хочу это в письменном виде.
- Это полный иммунитет.
- Вы же хотите убрать ее с дороги?
Мы бы все были причастны
к убийству Сэма, Ребекки,
если бы «Антарес»
вышел тогда на рынок.
Акции бы рухнули,
и мой отец потерял бы всё.
Поэтому он отправил
Доминика убить Уэса.
Это слишком логично,
чтобы не быть правдой.
Вот именно.
Нельзя медлить.
Надо достать эти файлы
и обнародовать их до выхода на рынок.
Пожалуйста, Оливер.
Ты же можешь что-то придумать.
Я в деле.
Дорогой Сэм,
мой психолог
заставил меня это сделать.
Дорогой Сэм, а ты заставлял своих
пациентов писать письма покойникам?
Дорогой Сэм,
ты слышал, что дом сгорел?
Дорогой Сэм, твоя сестра подала
на меня в суд, хоть это и не ее дом.
У меня тут коллективный иск,
а Бонни чуть всё не испортила.
Я живу в отеле с жалкими,
похотливыми холостяками.
У мамы маразм. Я алкоголик.
Я шесть месяцев без секса.
Я была в тюрьме. Моя репутация на нуле.
Я одна. Никто меня не любит.
Я посмешище.
Дорогой Сэм.
Я не написала письмо.
Почему?
Автокатастрофа на восьмом месяце.
Он умер.
Соболезную.
Я знаю, что это ваша работа,
упоминать Уэса и Сэма.
Но это...
Я ведь много лет считала,
что мое тело непригодно.
Колола себя иголками.
Часто спорила с Сэмом о том,
вообще хочу ли я этого.
А потом услышала стук его сердца.
Это была ужасная потеря.
Я потеряла его и себя...
...какой я была до всего случившегося.
Мы мертвы.
Я убила нас обоих.
- Вы были пьяны?
- Нет. В меня врезались.
Это был несчастный случай,
вы никого не убивали.
Нет! Хватит!
Я раскрываюсь, как вы хотели,
а вы продолжаете толкать меня куда-то,
чтобы я почувствовала то, что,
по вашему мнению, должна чувствовать!
Дайте мне чувствовать вину!
- Простите, не хотел заставлять вас...
- Но заставили!
Как и все! Все вокруг!
Заставляют меня чувствовать,
что я что-то делаю не так!
Сэм хотел, чтобы я была матерью,
клиенты хотят, чтобы я была героем.
Я не могу быть всем сразу!
Я не могу быть сильной всегда!
Скажите что-нибудь.
Я думаю, вы сильнее любого,
кто оказался бы на вашем месте.
- Неправда.
- Подумайте обо всём, что пережили.
Вы потеряли ребенка.
Одна лишь эта боль может
сломить родителя.
- Но вы встали и боролись за жизнь.
- Я пыталась убить себя.
После той фотографии.
Весь этот кошмар вернулся
со мной домой.
К пустой детской.
К телу, вырабатывающему молоко
для ребенка, которого не было.
К Сэму, который с меня глаз не сводил,
пытаясь всё исправить.
Я так хочу выпить.
Потому что...
...как мать...
...я...
Я хотела умереть вместе с сыном.
И я попыталась.
Снотворное.
Бонни нашла меня на полу в ванной
и отвезла в больницу.
Сэм не узнал.
Она склонна к суициду?
Была.
Именно поэтому
ей нужен новый психолог.
Нет, она сейчас совсем одна, Жаклин.
Что бы ты сказал коллеге,
который пришел
к тебе в кабинет в глубокой депрессии?
Анна-Лиза провоцирует его
сеанс за сеансом.
Ты бы сказал ему прекратить встречи
как можно скорее.
- У меня обязательства перед пациентом.
- У тебя обязательства и перед собой.
- Я в норме.
- Айзек, ты пришел ко мне за помощью.
Потому что только ты
можешь меня понять!
А если я не хочу?
Тебе не приходило это в голову?
Что говорить с тобой о мертвых детях
и суициде сейчас совсем
то, чего я жажду?
- Ну так мне и скажи!
- Ты сейчас на грани, Айзек.
Может, ты не помнишь,
как это выглядит, а вот я помню.
Я снова вижу этого человека.
Он очень устал, сильно подавлен
и скоро может очень сильно заболеть.
Может, ты с этим и справляешься,
а я - нет.
- Ладно, я понял.
- Сядь, Айзек.
Беспокойся лучше о себе.
А я о себе позабочусь.
Слышала, ваш рейтинг падает в районах
с низким доходом.
Готовили эту речь, чтобы стать
менеджером моей кампании?
Нет.
Но то, что вы делаете,
а именно конфискация имущества,
навредит вам больше,
чем вы можете себе позволить.
- Вас так тронула речь Анны-Лизы?
- Нет, ее это не касается.
Правда?
Мы хотели предупредить их,
и предупредили.
Анна-Лиза больше не получит
другого истца.
Но нам больше ни к чему играть грязно.
Что ж, ваша совесть может быть чиста.
Вы больше не ведете это дело.
- Что?
- Вы слишком эмоциональны.
Я не могу допустить,
чтобы это повлияло на дело.
Это дело существует благодаря мне.
И я отдал вам должное.
Прочел вчера речь.
Уйдите домой пораньше. Вы заслужили.
- Слава богу, вы вернулись.
- Я и забыла, что ты здесь.
Вам следует обзавестись офисом.
У меня есть идея. Точнее, она ваша.
ДОРОГОЙ СЭМ
- Что? Ты в моих вещах копался?
- Пусть Тайрон напишет письмо в газету.
Пусть расскажет, как прокуратура
наживается на конфискации имущества.
Никто в наше время не читает газеты.
- Ладно, спасибо за поддержку.
- Нет.
Я помню, как ты сказал, что моя речь
в прокуратуре должна стать хитом.
Хитом интернета.
Дорогой губернатор Бёркхэд!
Я живу с братом и бабушкой.
Наш дом довольно маленький и старый,
но это наше единственное жилье.
Если окружная прокуратура заберет
наш дом,
нас с братом могут отдать в приют.
Мы потеряем не только дом,
но и семью.
Единственная причина, по которой
прокуратура хочет забрать наш дом,
в том, что моя мама присоединилась
к коллективному иску против штата
за отрицание ее законного права
на компетентного адвоката.
Теперь он у нее появился.
И прокуратура наказывает ее за это.
Это неправильно, и нам нужна поддержка
народа. А пока - будь сильной, мама.
Меня зовут Анна-Лиза Китинг,
я адвокат, представляющий Тайрона
и его мать, Клаудию Гельвин.
Мисс Гельвин,
как и многие другие осужденные,
лишена штатом ее законного,
неотъемлемого права.
- Я же смотрю.
- Ты у меня дома.
Результаты экзаменов.
Поэтому я запустила коллективный иск.
Чтобы мать Тайрона и многие другие
получили равную защиту перед законом,
полагаемую им конституцией.
Поэтому я отдала петицию на судебный
запрет в руки судьи Сабарски,
который никогда не боялся
встать на сторону меньшинства.
Я надеюсь, что с его страстью к закону,
мы поможем остановить это неправосудное
решение и спасти дом этой семьи.
Губернатор будет бороться с вами
на каждом шагу этого дела.
Вытащит вас и ваше прошлое
на всеобщее обозрение.
Именно поэтому я идеальный адвокат
для этого дела.
Я ведь была на месте моих клиентов.
Несправедливо обвиненная,
брошенная гнить в тюрьме,
но теперь я борюсь и не остановлюсь,
пока не выиграю.
Пресса наблюдает за вами.
На чью сторону вы встанете?
- Всё? Нам не придется съезжать?
- Я же обещала.
Вообще-то, это он нам обещал.
Закрой рот и скажи «спасибо», Тайрон.
Спасибо.
Идем, позвоним бабушке.
- В чём дело?
- Ни в чём.
Я пойму, если ты решишь отказаться
от группового иска.
Еще чего! Я хочу увидеть,
кого ты зароешь следующим.
Клаудия, ты же мать. Не хочу
подвергать тебя еще большему риску.
Это и значит быть матерью.
Думаешь, я по приколу траву продавала?
Ты дала мне надежду,
которой у меня давно уже не было.
Выметайся, у тебя полно работы.
Он похож на инопланетянина.
Да?
И немножко похож на Уэса.
- У меня хорошие новости!
- Господи!
- Оливер! Стучаться надо!
- Простите, я слишком взволнован.
Я говорил с Лазло.
- Лазло, привет.
- Тебе сюда нельзя.
Потому что ты устанавливаешь
безопасный сервер для «Антарес»?
- Ты раскрыл нас парню с хвостиком?
- Все айтишники одинаковые.
Если заговорят о размере
жесткого диска, их уже не заткнешь.
Шесть супер-микро полностью
загруженных серверов 50-86.
Единственная точка доступа -
эта крошка. На ней воздушный зазор.
А теперь по-человечески.
Воздушный зазор - это полная изоляция
от внешнего мира.
А значит, его невозможно взломать.
Мне понадобится магнитный пропуск,
закодированный для этого помещения.
На всю фирму их только четыре штуки.
У Лазло и у трех старших партнеров
по делу «Антарес».
Нет.
Тиган - наш единственный вариант.
Тогда мы найдем другой способ.
Мы не станем саботировать
всю ее карьеру.
Вы только познакомились.
Она может погибнуть,
как тот бухгалтер!
- А Уэс уже мертв!
- И кто в этом виноват?
Я не это хотела сказать. Прости.
Я расстроена.
Тиган была добра ко мне.
Она щедрая, милая,
всегда готова поддержать.
Я не стану подставлять единственного
хорошего человека в моей жизни.
Неужели мы зашли так далеко,
чтобы повернуть назад?
Надо быть сильными,
придерживаться плана.
Мы должны это Уэсу.
Пожалуйста, Микаэла.
Ашер?
- Что тут происходит?
- Не знаю, ты мне скажи.
Ашер? Это ты?
- Кто это?
- Это Коннор.
- Хочешь зайти сегодня на ужин?
- Я занят.
- Кто это?
- Ашер.
Как дела у самого симпатичного парня
из всех айтишников?
- Работа всё так же скучна?
- Да, всё как обычно.
Всё нормально?
Да.
Просто слегка задумался о том,
как наградить этого сексуального борца
за общественные права,
которого я видел по телевизору.
Что ж,
я слышал, он обожает,
когда его парень танцует у него
на коленях в майке рестлера.
Разве у нас есть такая?
Нет.
Тогда можно и голым.
Давай, я жду.
О да!
Тиган была добра ко мне.
Я не стану подставлять единственного
хорошего человека в моей жизни.
Я могу объяснить.
Сейчас же скажи мне правду,
или клянусь, что я уйду.
Отец Лорел убил Уэса.
Я набрал 170 баллов.
Это хорошо.
Нет, это отлично.
Я прохожу в Миддлтон.
Я не списывал у соседа.
Я разбился в лепешку, чтобы поступить,
и знаешь, почему?
Ради тебя, Лорел.
Потому что знаю,
что буду отличным отцом.
Мой это ребенок, или нет, я буду любить
его, потому что я люблю тебя.
- Фрэнк...
- Ничего не говори.
Просто знай,
что есть человек, который любит тебя
и будет ждать.
Я ухожу.
Теперь точно ухожу.
Ее отец думал, что Уэс заложит нас
Денверу. Поэтому он убил его.
Или велел Доминику его убить.
Теперь Лорел хочет мести,
а раз «Каплан энд Голд» - его фирма,
мы с Оливером нужны ей,
чтобы разоблачить его.
И тебе не пришло в голову
мне рассказать?
- Нет, я хотела, но...
- Но не рассказала.
Ты просто лгала мне,
как последнему тупице.
Я не сказала, потому что не хотела,
чтобы ты пострадал.
- Хватит уже!
- Я люблю тебя, Ашер.
Любимым людям не лгут!
Ашер, только не смей уходить!
Ашер, куда ты идешь?
Обещай, что никому не скажешь!
- Фрэнк здесь?
- Нет.
- Ты знаешь, что это мой дом?
- Да.
Тогда не будь таким разочарованным,
что я открыла дверь.
- Да нет, я...
- Чего ты хочешь, Ашер?
Бонбон, всё в порядке?
- Что случилось?
- Ничего, просто...
Я снова всё испортила.
Я здесь.
Я здесь, слышишь?
Ладно.
Дыши глубже, улыбайся шире.
Это официально?
- Иди сюда.
- Давай уже.
Официальное фото.
- Так. Нет, встаньте ближе.
- Давай быстрее, мам.
Я пытаюсь.
- Я что-то не то...
- Мама, ну же! Давай!
Я пытаюсь.
- Что я сделала?
- Это видео!
Ты всё снимала? Так, мам, еще раз!
Я могу вам помочь?
Очень надеюсь.
Я Жаклин Ро.
Бывшая жена Айзека.
Пожалуйста, сфотографируй нас уже,
и пойдем. Спасибо.
Номер на имя Анны-Лизы Китинг.
Где свидетель?
Где мой ребенок?
НЕДЕЛЮ СПУСТЯ
Вы позвонили Анне-Лизе Китинг.
Оставьте сообщение.
Где тебя носит? Она очнулась!
Возьми чёртову трубку!
Серия 7
В предыдущих сериях...
Не обращайте внимания на эту чокнутую,
возвращайтесь к работе.
Что вы расскажете родным,
когда придете домой, а?
Как гордитесь тем, что оставили
ребенка без дома?
Ваш рейтинг падает в районах
с низким доходом.
Готовили эту речь, чтобы стать
менеджером моей кампании?
- Я знаю кое-кого для твоего дела.
- Кого?
Я не стану его втягивать, если будешь
и дальше действовать неразумно.
Мой отец убил Уэса,
потому что «Антарес» выходит на рынок.
Хватит медлить, надо достать файлы
и слить их, прежде чем это произойдет.
Тиган добра ко мне.
Я не стану подставлять единственного
хорошего человека в моей жизни.
Обещай, что никому не скажешь!
Делиться информацией о наших сеансах
было бы неэтично.
Так же неэтично,
как врываться в мой офис?
Говорить с тобой о мертвых детях
и суициде - не то, чего я жажду.
- Я могу помочь?
- Я Жаклин Ро. Бывшая жена Айзека.
Не прогоняй меня.
- Скажем, что заболели?
- Анна-Лиза меня убьет.
Непременно.
И я хочу к ней.
Мы судимся с губернатором, мать его.
Против нас выступает генпрокурор.
Такое дело бывает раз в жизни.
А рядом с тобой мой упругий зад,
и ты хочешь от него уйти.
Да уж.
- Как так произошло?
- Ты о чём?
Мы должны быть в могиле.
Или в тюрьме.
Но я, как ни странно, делаю
что-то полезное для людей.
А ты нашел работу,
где не нарушаешь закон.
- Послушать тебя, так мы скучные.
- Если это скучно,
то надо было стать такими уже давно.
Всё! Труба зовет!
У вас всё хорошо?
Это наш последний сеанс.
Для вас это нормально?
Преследовать бывшего,
ходить к его пациентам?
- Нет.
- Тогда откуда вы знаете, кто я?
- Я тоже психолог.
- Вы оба нарушаете конфиденциальность?
- Позвольте объяснить...
- Я могу лишить вас лицензии.
Я знаю, на какой риск иду, Анна-Лиза.
Настолько серьезна эта тема.
Всё из-за последнего сеанса?
Понимаете, пациенты довольно часто
закрываются, едва успев открыться.
Дело не в этом.
А в чём тогда?
- Я слишком близка.
- Что?
Не заставляйте меня продолжать.
- Анна-Лиза...
- Я не стану повторять историю с Сэмом.
Он уже на грани, Анна-Лиза.
Мы потеряли дочь, Стеллу,
несколько лет назад.
Самоубийство.
Зачем мне это знать?
Мне кажется, Айзек снова подсел.
- Откуда вы знаете?
- Я такое уже видела:
- у него бессонница, стресс...
- И его провоцирую я.
- Вы это хотите сказать?
- Нет, его провоцирует ваша ситуация.
- Вы выпиваете?
- Нет.
Это типичное поведение сорвавшегося:
он закрывается, убегает.
- Вернитесь. Мы во всём разберемся.
- Я нашла другого психолога.
Я ведь тоже зависимых лечу.
А значит, я могу стать вашим новым
психологом от дисциплинарного совета.
И я бы никогда не попросила обычного
пациента, но вы с этим справитесь.
А вот Айзек, боюсь, нет.
Вы сорветесь, Анна-Лиза. Если вы уйдете
отсюда, этого не миновать. Вы запьете.
- Пропустите меня.
- Анна-Лиза...
Сэндвич с двумя сосисками
и двойной порцией чеддера из «Бастерс».
Они к шести утра заканчиваются.
Я рано встала.
Спасибо, не нужно.
Бонбон приготовила мне яичницу.
Только не говори, что проболтался ей.
Не твое дело.
Дагги, хочешь сэндвич
с сосисками из «Бастерс»?
Давай сюда этого красавца!
- Он никому не сказал?
- Если я его убью, ты - мое алиби.
Разве я не должен сидеть с вами?
- Зачем?
- Чтобы смотрелось лучше.
А то как-то скудновато.
Зачем генеральному прокурору тащить
весь свой офис на это слушание?
Потому что он знает,
какое сильное у нас дело.
Вот, вы сами сказали «у нас».
- Я сяду с вами.
- Нет, лучше, если я буду одна.
Никто не болеет за Голиафа.
Всем встать. Суд идет.
Ваша честь, губернатор отправил меня
с прошением
о немедленном приостановлении дела
мисс Китинг.
На каких основаниях?
Согласно ее же докладу, мисс Китинг
собрала только 33 подписи истцов,
а для иска требовалось 40.
- Это так, мисс Китинг?
- Так было на момент подачи доклада,
но благодаря публичной поддержке дела,
я смогла собрать уже 42...
...50... 79 истцов, и цифра растет.
Ваша честь, моему офису
понадобится время,
чтобы проверить личности этих истцов.
Простите, прокурор, но думаю,
у вас вполне достаточно помощи,
чтобы не откладывать
из-за этого слушание.
Есть еще возражения, которые могут
повлиять на мое решение, мистер Чейз?
Множество, ваша честь.
Как мы все знаем, групповой иск –
как затерянный в море корабль.
И сейчас на этом корабле 79 пассажиров.
Если честно, я боюсь за эти жизни,
ведь капитан корабля - алкоголик.
Я взялась за лечение очень серьезно,
и это подтверждают анализы
случайно взятых проб мочи,
которые я сдавала последние 5 месяцев.
Результаты я подготовила для суда.
Ваша честь,
мы бы хотели представить как улику
фото, сделанное всего два дня назад.
На нём мисс Китинг стоит с полупустой
бутылкой виски у своей машины.
Это же провокация, ваша честь!
Вы оспариваете правдивость снимка?
Я оспариваю, что он доказывает то,
что я пила.
Но вы признаёте
реальность фотографии?
Кто-то подкинул бутылку в мою машину,
я просто взяла ее, чтобы выбросить.
Прокурор явно отправил кого-то,
чтобы запечатлеть этот момент.
Эти заявления граничат с паранойей.
Прокурор превращает слушание
в охоту на ведьм.
Даже ее ответы сейчас
похожи на истерию.
Довольно, мистер Чейз. Любые нападки
на адвоката приведут к санкциям.
Я не позволю никому из вас
превращать слушание в цирковое шоу.
Это же была клевета? Или сексизм?
Он правда сказал слово «истерия»?
Надо оспорить фотографию, доказать,
что это инсценировка.
- Или это правда?
- Конечно же нет.
Дело тут не в фотографии, а во мне.
Обвиняемой делают меня, я идиотка,
что этого не предвидела.
Думал, Денвер отстранил тебя от дела.
Без работы остались все,
когда за дело взялся генпрокурор.
- Да, но ты еще здесь.
- Как и ты.
Мне не безразлично это дело.
- А точнее Анна-Лиза.
- Фотография - твоя работа?
Она пьет водку, а не виски.
Это знает любой, кто с ней близок.
Ашер, ты в курсе, что записывать
частные разговоры - это преступление?
Лорел, это лишнее.
Не говоря уже о том,
как подло ставить камеру
в квартире у одинокой женщины
без ее ведома.
- Голой-то я тебя не видел.
- А откуда мне знать?
Сейчас слово за мной,
и я решение принял.
Всё ужасное, что с нами случалось,
происходило, когда кто-то
начинал что-то скрывать.
Поэтому я сделал вывод:
больше никаких секретов.
- Ты расскажешь Фрэнку.
- Что? Зачем?
Затем, что вы спите,
и он должен привести тебя в чувства.
- Ты ему рассказала?
- Было бы странно не сказать.
Она рассказала один секрет, ясно?
И это ничто по сравнению с тем,
что вы скрывали. Вы обе.
Так что расскажи Фрэнку,
иначе это сделаю я.
Это же шутка.
Скажите, что шутка.
Нет.
Если хочешь злиться, то злись на меня,
это была моя затея.
Очень глупая затея.
Ты хочешь отомстить отцу?
Скажи копам, что он убил Уэса.
Он запросто купит полицейских
или свалит всё на Доминика.
И что?
А то, что единственный
способ отомстить -
слить документы,
которые есть на него у компании.
Почему ты уверена,
что у них что-то есть?
Бухгалтера убили,
потому что он хотел проболтаться.
Так нас тоже могут убить?
Нет, мы сольем документы до того,
как «Антарес» выйдет на рынок.
Тогда всё сорвется,
отец обанкротится и сядет в тюрьму.
- Вот так просто?
- Да!
Только не говори Бонни.
Мне и не придется. Потому что
ничего этого не будет. Слышишь?
- Я не могу тебе обещать.
- Лорел.
Ты ставишь под угрозу наши жизни!
- Ребенка, Оливера, Микаэлы.
- А если бы это был ты?
Если бы в доме погиб ты, а не Уэс?
Я бы делала то же самое, что и Лорел.
Сомневаюсь.
Конечно делала бы!
Нет, потому что Лорел любила Уэса,
а ты даже не знаешь, что такое любовь.
Что? Я люблю тебя, ты же знаешь.
Дело не в том, кто кого любит.
А в том, что каждый из вас
должен пообещать
прямо сейчас, что вы прекратите
заниматься ерундой.
- Нет. Я ни за что не отступлюсь.
- Мы должны налаживать свою жизнь.
Даже Анна-Лиза старается делать
что-то хорошее, как и я.
Ты совершал вещи и похуже, Фрэнк.
Ты подставлял людей, убивал даже тех,
кого считали абсолютно невиновными.
А я, между тем, просто пытаюсь
посадить отца в тюрьму
за преступления, которые он совершил.
Это не безумие.
Просто так правильно.
Это фотограф прячется за деревом?
Может, вычислить его?
Устроить ему шоу?
Кстати, могу вас обрадовать:
у меня есть план.
Выступите свидетелем и защитите себя.
Если я так сделаю,
меня сразу спросят обо всём:
о Уэсе, о пожаре, обо всём,
что выставляет меня сумасшедшей.
Тогда дискредитируем снимок,
как я сказал.
Нам нужны деньги, чтобы найти людей,
которые сделали фото.
У меня есть деньги на обучение.
Отец разрешил их оставить.
Белые родители странные.
Или пойдем к Фрэнку.
Нет.
Ну тогда, на крайний случай,
можно соблазнить генпрокурора.
Так что или берите деньги
и нанимайте детектива,
или я просто спущу их
на стриптизёров и пойло,
а вы, как лечащийся алкоголик,
вряд ли должны это одобрить.
- Заткнись.
- Не понял?
Я знаю, кто поможет нам бесплатно.
Меня и так считают сумасшедшей.
Почему бы не показать мое безумие?
Мне нужна помощь.
Значит, генпрокурор прав?
- Вы снова пьете?
- Нет.
Только в пьяном виде вы могли подумать,
что я стану помогать.
Вы рассуждаете как окружной прокурор,
но не как генеральный.
Сейчас у нас один враг.
Или вы не хотите выиграть выборы?
Когда меня изберут, я возьмусь за иск
еще жёстче, чем он.
Об этом мы с вами поговорим потом.
Ну же, давайте устроим безумие.
ФРЭНКУ:
Пожалуйста, давай поговорим наедине.
Предательница.
Сказал тот,
кто снова работает на Анну-Лизу.
Это лучше, чем сидеть дома
и сутками пялиться в телек.
Как мини-Лист ожидания?
Огромный. Уже готовлюсь,
когда он из меня выйдет.
Говоришь как Оливер на свидании.
- Что ты тут делаешь?
- Мой босс встречается с вашим.
- Зачем?
- Это сверхсекретно.
Кстати, дадите совет насчет Анны-Лизы?
Ведь по сути я заменил вас.
Ты как будто этому рад.
На подпись и разложи перед уходом.
Мисс Торнтон?
Зайдите ко мне.
- Здравствуйте.
- Здравствуй.
Идем.
- Он купился?
- Ну конечно же.
ОБНАРУЖЕН ВИРУС
- Ну что там?
- Ужас.
Похоже, вирус стер весь твой диск.
- Ты что, заходил на порно-сайт?
- Нет.
Ну, вроде бы нет. Может быть.
- Чёрт, меня же уволят.
- Вряд ли.
Слушай, я работал над этим докладом
три недели.
Блэйк сказал, что меня возьмут в штат,
если я справлюсь.
Это просто случайный вирус,
ты не виноват.
- Оливер, меня могут депортировать.
- Что?
Привет, ты знала, что Саймон -
ребенок-иммигрант?
И решение по нему
до сих пор не принято.
Мне всё равно, есть разговор.
Родители отправили его сюда
из Пакистана
в четыре года навестить кузин,
и он остался.
Мне всё равно, Оливер.
Он надеется, что фирма предложит ему
работу и поддержит заявление на визу.
Ашер обо всём узнал.
- Что?
- Он поставил камеру у Лорел,
всё услышал
и заставил рассказать Фрэнку.
О боже.
- Знаю, что ты сейчас спросишь.
- Он рассказал Коннору?
- Нет, это я и хотела сообщить.
- Тогда расскажу я.
- Нет. Он может сболтнуть Анне-Лизе.
- А если ему скажет Ашер?
Не скажет. Ты же говорил, что Коннор
счастлив. Хочешь разрушить его сказку?
Пратт!
Всё хорошо.
Готова к грандиозному заданию?
Да.
Устрой корпоративную вечеринку
в пятницу.
В эту пятницу?
«Антарес» выходит на рынок,
фирма получит миллионы,
и я уже чую, как другие партнеры
пытаются присвоить эту заслугу себе.
Я произнесу речь, сама себя похвалю
и покажу мужланам, что не играю в игры.
Пригласи всех сотрудников.
Даже стажеров.
- Это же человек 300.
- Могу попросить ту с веснушками.
Я слышала, что она свою свадьбу
организовала за неделю.
- Нет, я этим займусь.
- Вот это верный ответ.
Как я поняла, у вас есть просьба,
мисс Китинг.
Да, ваша честь.
В свете сомнительных улик,
представленных генпрокурором,
я хочу вызвать свидетеля
для дачи показаний.
У нашей стороны не было времени
продумать линию допроса.
А у меня не было времени
подготовиться к утренней провокации.
Прошу, ваша честь.
Сторона обвинения оклеветала меня,
пустив в ход ложные слухи и догадки.
Я должна получить шанс ответить.
Это квалификационное заседание,
думаю, мы можем нарушить правила.
Спасибо, ваша честь.
Я вызываю для дачи показаний
Дарлин Торнтон.
Мисс Торнтон?
Зайдите ко мне.
Мисс Торнтон, давно вы работаете
секретарём в окружной прокуратуре?
11 лет.
Скажите, за это время
вы сталкивались со мной?
Это не имеет отношения к делу.
Не перебивайте,
и отношение станет очевидным.
Ответьте на вопрос.
Я не общалась с вами лично,
но я знаю, кто вы.
Какое вы сложили мнение обо мне
за эти годы?
Протестую.
Необоснованно требуемое мнение.
Поддерживаю. Дальше, мисс Китинг.
Мисс Торнтон,
вы сделали эту фотографию?
Я задала вопрос.
Вы работаете в прокуратуре 11 лет,
вы всё знаете о лжесвидетельстве
и его последствиях.
Это вы сделали фотографию?
Да.
Вы подложили спиртное в мою машину,
чтобы сделать эту фотографию?
Да.
Зачем вы меня так подставили?
Ваша честь. Мы полагаем,
что свидетельница лжет.
Что, простите?
Вы можете доказать,
что бутылку подбросил кто-то другой?
- Например, ваш сотрудник?
- Конечно нет.
Тогда откуда вы знаете,
что свидетельница лжет?
- Вы лжете?
- Нет.
Тогда объясните, зачем вы решили
испортить мне репутацию этим фото?
На днях вы приходили к нам в офис
и назвали наших сотрудников злодеями.
Но злодейка - вы. Люди, которым вы
помогаете, - осуждённые преступники.
Нет, это просто бедняки, вот и всё.
И их лишили конституционного права
на справедливый суд.
Не понимаю, почему это
делает меня злодейкой.
Протестую,
адвокат спорит со свидетелем.
Можете исключить эту реплику,
вопросов больше нет.
Генеральный прокурор?
Помощница прокурора Бонни Уинтерботтом.
- Вы из команды Денвера?
- Я на вашей стороне.
- Я вам не верю.
- Понимаю.
Скажите Денверу, что кампания
без грязи не обойдется, и по его вине.
Я работала на Анну-Лизу.
Я знаю, как победить ее.
Бонни скоро вернется.
Она сказала, что задержится.
А нам с тобой надо поговорить.
Я могу перечислить тебе 300 причин
держать язык за зубами,
и столько же -
почему ты должен нам помочь.
Я не стану вам помогать.
Дай мне закончить.
Если честно, я не поверила,
когда ты сказал, что любишь меня.
Ты был доволен результатом экзамена,
тебе сейчас очень одиноко и...
Я говорил серьезно.
Значит, решение будет простым, Фрэнк.
Если ты правда меня любишь,
настоящую меня,
а не мой образ той,
о ком нужно заботиться,
но ту ужасно упрямую, умную
и до ужаса злую на весь мир девушку,
которая сможет не опустить руки
и жить дальше,
только если заставит отца заплатить
за ужасы, что он сотворил.
Вот это я, Фрэнк.
Вот кого тебе нужно любить.
Мы это сделаем.
- Что?
- Сольем файлы.
Надо только придумать, как попасть
в серверную, чтобы нас не арестовали.
И никого не убил мистер Кастильо.
У нас голосов больше.
В этом суть демократии.
У нас есть несколько недель,
пока «Антарес» не выпустил акции.
Я знаю, когда мы это сделаем.
В пятницу корпоратив.
- Это слишком скоро.
- Нет. Это идеально.
Все напьются,
и ты сможешь украсть у Тиган карточку.
- Я не хочу это делать.
- Но по-другому никак.
Значит, Оливеру придется придумать
другой способ.
Только его нет.
Я могу пойти в полицию.
И всё им рассказать.
- Полиция тебе не поверит.
- И скажи, что это ты сбил Синклер.
Ладно, тогда расскажу Бонбон.
Как вам? А? Или Коннору.
Это будет очень подло.
- Врать ему в лицо - вот что подло.
- Ашер, хватит.
Ты злишься на меня, имеешь право,
но только пожалуйста,
не вымещай злость на всех остальных.
Точнее на Лорел.
Да, и на Лорел тоже.
Почему она настолько важнее
для тебя, чем я?
- Ты говоришь как ребенок.
- О боже.
Вы все считаете меня
тупым простофилей, знаю.
Но это опасный план, который приведет
к опасным последствиям.
- Я не хочу в этом участвовать.
- Тогда держи язык за зубами.
Это всё, о чём мы просим.
Я вообще не обязан вас слушаться!
Я вам не шестерка.
Я разберусь.
Он не узнает?
У меня есть связи
в дисциплинарном совете.
Обещаю, это не выйдет за его пределы.
Я МЕНЯЮ ВРАЧА НА ЖАКЛИН РО
Анна-Лиза, если вам сейчас
действительно нужна помощь...
- К вам я обращусь последней.
- Я понимаю.
У меня есть человек, который учил меня.
Она не берёт новых пациентов,
но я могу вас устроить.
- Вы злитесь.
- А вы бы не злились?
Я удивлена, что вы не стали
нападать на меня.
Я тоже.
Неужели только я одна
говорю о самоубийстве?
Вы сказали, его провоцирую я, но другие
пациенты тоже говорят о самоубийстве.
Это проблема Айзека, а не ваша.
Люди мне каждый день врут,
меня не проведешь.
Больше всего на нас влияют те пациенты,
которые нам особенно дороги,
так что вы с ним полностью совпали.
Это всё, что я могу сказать, простите.
- Ты дома? Коннор?
- Он как раз пришел. Расскажу потом.
- Кто это был?
- Моя сестра.
Я долго и нудно рассказывал ей,
как круто участвовать в групповом иске.
- А что?
- Я думал, может, это Ашер.
Нет. Он наверняка завидует,
что Анна-Лиза наняла меня, а не его.
- Позвоню ему...
- Нет.
Всё. Забудь.
Ни телефонов, ни компьютеров,
ни интернета.
Снова заберемся под простыни,
но на этот раз проведем там всю ночь.
- А если Анна-Лиза позвонит?
- Она оставит сообщение.
Ну же, мы заслужили вечер вдвоем.
- Ладно.
- Класс.
Ашер, ну прости меня.
Я пыталась защитить тебя.
- Точнее Лорел.
- Нет!
- Признай это!
- Ладно, я признаю.
Но я что, должна позволить беременной
бегать за кем-то с пушкой?
- Могла хотя бы рассказать мне.
- Вот сейчас и рассказываю!
Да, я не идеальная девушка.
Прости меня за это.
Но меня можно понять.
Ты же видел мою маму.
Думаешь, она подавала мне
хороший пример?
Не надо учить тому,
чтобы говорить правду, Микаэла.
Ты прав, я облажалась.
Но мы ведь с тобой сможем это забыть?
Я хочу, чтобы всё стало хорошо,
как прежде.
- Может быть, и не было хорошего?
- Что?
Может, я нужен тебе, только пока
ты не найдешь себе идеального мужа.
Это не так.
Тогда почему ты называешь меня
своим Бараком?
Это шутка.
Как и шутка про то,
что мне не стать Мишель
после всех убийств, что мы совершили.
Тогда почему твое свадебное платье
до сих пор висит в шкафу?
И я смотрю на него каждый раз,
когда подхожу к единственному ящику,
который ты мне выделила.
Не задумывалась, каково мне это?
Пялиться на твою прошлую жизнь,
которую ты хотела построить с бывшим?
- Это платье за 20 тысяч долларов!
- Так продай его!
Знаешь, я бы убил
за настоящую жизнь с тобой, но
я не намерен быть запасным вариантом.
И если я для тебя такой,
то давай расстанемся,
и ты найдешь мужчину,
с которым правда захочешь быть.
Это ты.
- Нет, не я.
- Да.
Не знаю, что сказать,
чтобы ты мне поверил, но так и есть.
Ну же, я не хочу,
чтобы ты был моим Бараком,
я просто хочу,
чтобы ты был моим Ашером.
Мне трудно в это поверить.
Есть кто?
- Айзек Ро?
- Да.
Я работаю в суде,
меня попросили доставить вам это.
- А что это?
- Это всё, что я могу сказать.
АЙЗЕК
Ты точно не хочешь заявить в полицию?
Копы наверняка
эту бутылку и подбросили.
Это прокурор.
- Он играет на твоих слабостях.
- И у него получается.
- Ты выпиваешь?
- Нет, боже упаси.
Но не думать не могу.
Я же алкоголик.
Даже при виде пива крышу срывает.
Может, ты задумаешься,
что вызывает у тебя желание выпить?
Ты меня не слышал?
Всё вызывает у меня желание выпить.
Я говорю о том, что случилось сегодня.
Ты заставила Дарлин
соврать под присягой.
Дарлин твоя подруга?
Она мать-одиночка, содержит пятерых
детей на грошовую зарплату, но она...
- Ее выбрал Денвер.
- Поэтому тебе плевать на нее?
- Вина не гложет?
- Знаешь, лучше я сниму номер в отеле.
- Анна-Лиза...
- Я сегодня слишком устала,
чтобы снова выслушивать упреки.
Я не хочу тебя упрекать, просто говорю,
что ты зря играешь не по-честному.
Думаешь, если я буду играть честно,
я смогу победить прокурора?
Это сказывается на тебе.
Как ты не видишь?
Ты хочешь выпить, не можешь спать.
Так жить нельзя.
И истцы по делу однозначно
этого не заслуживают.
Поэтому ты не дал мне имя своего друга?
Это не друг.
Пройди аттестацию, и тогда,
возможно, я дам его номер.
Ладно, доброй ночи.
- Простите, я пропустил ваш звонок.
- Не страшно.
Я бы ответил, но Оливер
решил устроить вечер без связи,
а я должен быть хорошим бойфрендом.
Много болтаю?
Наверняка, просто не хочу, чтобы вы
думали, что я халатно отношусь к делу.
Заходи в зал.
- Вы его знаете?
- Иди.
Я звонил вам.
Это не мое дело - успокаивать вас
после моего решения.
Генпрокурор вызвал меня, Анна-Лиза.
Вы клянетесь говорить правду,
только правду и ничего, кроме правды?
Клянусь.
Доктор Ро, какая у вас специальность?
Я доктор психологических наук
и специалист по лечению
нарко- и алко-зависимости.
И, насколько я понимаю,
вы лечите мисс Китинг?
Да. Ее направили ко мне по решению
дисциплинарного совета.
Потому что мисс Китинг - алкоголик?
Протестую, мистер Чейз выставляет
мое заболевание позорным.
Поддерживаю.
Учитывая серьезность такого заболевания
как алкоголизм,
по вашему профессиональному мнению,
мисс Китинг может представлять дело,
которое призвано решить судьбы
тысяч людей?
Я бы сказал, что мисс Китинг не раз
подчёркивала важность своей работы
и желание заниматься этим делом.
Сейчас мы обсуждаем не ее желания,
а ее психологическую пригодность.
Протестую.
Неуместные личные нападки на адвоката.
Поддерживаю.
Доктор Ро, правда ли, что стресс может
спровоцировать срыв у алкоголиков?
Да, стресс часто является фактором,
но не всегда.
Как вы считаете, это дело может вызвать
у мисс Китинг такой стресс,
что она снова
начнет употреблять спиртное?
Вы же сами пришли ко мне,
потому что боялись сорваться,
а теперь вы решили
подать групповой иск?
Я не замечал, чтобы она выпивала. Нет.
Сколько раз вы запрашивали анализ
на наличие алкоголя или наркотиков
в крови мисс Китинг?
- Три.
- Потому что боялись,
что мисс Китинг нарушила условия
комиссии, употребив спиртное?
Протестую, ваша честь, это домыслы.
Я просто интересуюсь экспертным мнением
доктора Ро.
Разрешаю ответить.
Вы повторяете рискованное поведение,
которое привело вас сюда!
Я тут не только поэтому, но борьба
за бедняков причиной тому не была.
Доктор Ро, я повторяю.
Вы назначали анализы, так как боялись,
что мисс Китинг снова начала пить?
Нет.
Я перефразирую.
По вашему мнению,
дело такого масштаба и огласки
на ранних стадиях выздоровления
увеличивает возможность срыва
у мисс Китинг?
Вы сорветесь, Анна-Лиза. Если вы уйдете
отсюда, этого не миновать. Вы запьете.
Мисс Китинг демонстрировала
только твердое стремление к трезвости.
И я полностью в ней уверен.
- Вы сказали, что он ее уничтожит.
- Я так и думала.
Неужели? А по-моему, очень похоже,
что они спят друг с другом.
- Я облажалась, явно.
- Вижу, для вас это не впервой.
Это была ты?
- Зайдем в мой кабинет.
- Говори здесь.
Я знала, что она проиграет, знала,
что он поможет ей, если придет.
Потому что знаешь его?
- Нет.
- Я видел его у тебя на днях.
Нэйт...
Ты записалась к нему на сеансы,
так ведь?
Ты слишком далеко зашла.
Пожалуйста, не говори Анне-Лизе.
Господин генеральный прокурор,
мисс Китинг.
Я рассмотрела представленные улики
и, за исключением абсолютно неуместных
личных нападок на мисс Китинг,
мне не удалось обнаружить
никаких весомых доказательств,
которые могли бы помешать мне сегодня
принять решение в ее пользу.
Поэтому я одобряю групповой иск.
Все свободны.
Я говорю вам это не потому,
что согласен с планом,
или потому что простил Микаэлу -
это не так -
но из-за Уэса...
То, что случилось...
Я с вами.
- Ты уверен?
- Да.
Кто спасет вас,
когда что-то пойдет не так?
Составим план.
Корпоратив завтра вечером?
Мы не станем использовать
карточку Тиган.
Ты не знаешь эту женщину.
Может, она закопала десятки трупов
для моего отца, в буквальном смысле.
Тогда у нее хватит ума понять,
кто украл ее карточку.
- Королева бала права.
- Нет.
Значит, украдем карточку
другого партнера.
Других партнеров я не знаю.
Оли?
Ты наверняка завел пару друзей.
Запомните, я считаю эту затею
ужасным решением,
и мы сгорим в аду, если ее воплотим.
По нам и так ад плачет, говори.
Мы используем карточку Тиган,
чтобы пройти в серверную.
Я же сказала - нет!
Но мы скажем,
что ее украл кто-то другой.
- Кто?
- Саймон.
- Терпеть его не могу.
- Как и мы все.
Я получил доступ к его компьютеру
и всем паролям,
когда помогал ему, чтобы его
не депортировали, так что...
Да, мы сгорим в аду.
Это первый шаг для наших истцов,
с которыми обращались несправедливо
из-за перегруженности
системы правосудия.
И теперь губернатору
придется ответить за это в суде.
Вы вступили в этот бой в одиночку,
это, наверное, нелегко.
Я не одна. Я бы не смогла добиться
этого без помощи мистера Уолша.
И теперь он ответит
на все ваши вопросы.
- А вы куда?
- Не твое дело, ты справишься.
Как такой молодой человек оказался
вовлечён в групповой иск мисс Китинг?
Э, ну...
- Открой рот.
- Не понял?
Хочешь дождаться родов, чтобы понять,
на кого он похож?
Я тоже не хочу, открывай.
- Можешь не делать этого ради меня.
- Я в курсе.
Микаэла?
Что это?
Мое сшитое на заказ платье
от Веры Вонг за 20 тысяч долларов.
Я знаю. И что?
- Я думала над твоими словами и...
- Боже, ты делаешь мне предложение?
Нет!
Тогда что у тебя за спиной?
Это!
Это не предложение.
Да, я люблю тебя, но у нас разлад,
и мы не готовы к браку,
тем более если собираемся
воплотить наш глупый план.
Так ты признаёшь, что план глупый?
Конечно, мы чокнулись,
но мы это сделаем.
Ради Лорел, и Уэса,
и всего хорошего в этом мире.
Короче говоря, так ты увидишь,
что я люблю тебя и хочу быть с тобой,
а не с кем-то, кто был до тебя.
Стой, оно правда стоит 20 штук?
Дай мне это сделать.
Ты пропустила пару мест.
Там, и там.
Вот так, дави. Чтобы ни одного белого
места к концу бутылки не осталось.
Получай, Эйдан, – я ее новый жених.
Привет. Думаю, я могу восстановить всё,
что убил вирус, к пятнице.
Слава богу. Я уже хотел делать тебе
предложение ради гражданства.
Не надо. Ну, до завтра.
Коннор?
Заползай.
Входите.
- Вы солгали в суде под присягой.
- Нет.
Конечно же, я могу сорваться,
и уж кому как не вам это знать.
Но вы соврали, почему?
Вы не раз повторяли,
что это дело не дает вам раскиснуть.
Я взвесил факторы и решил,
что потеря дела
грозит вашей трезвости сильнее,
чем что-либо.
- Чушь.
- Это было мое профессиональное мнение.
Вы снова подсели?
На героин или что-то еще?
- Откуда такие вопросы? Нет.
- Или да?
Поверьте мне.
С чего вы это взяли, Анна-Лиза?
Вот почему вы ушли?
Вы боитесь, что я не смогу вам помочь?
Анна-Лиза, я...
Поделитесь.
Ну же. Поделитесь.
Сэм сказал, что я выдумываю.
Но я сама еще с детства
вдалбливала себе это.
Поэтому я влюбилась в него,
ведь он заставил меня поверить в то,
что проблема не во мне.
И я вздохнула с облегчением.
Но, Айзек...
Всё повторяется.
О чём вы?
- Я врежу людям.
- Думаете, что вредите мне? Нет.
Ребенку, Сэму, Уэсу...
- Это же не вы во всём виноваты.
- Я очень хочу вам верить.
Поверьте, ни у кого из людей
нет подобной власти.
Скажите правду.
- Я провоцирую вас?
- Нет.
Кто вам это сказал?
Анна-Лиза, скажите, кто?
Анна-Лиза? Кто? Скажите.
Это Бонни?
Бонни?
Вам не нужно защищать ее.
- Нет, я не защищаю.
- Это она пытается задеть вас.
Нет, это не Бонни.
Не Бонни.
Ваша бывшая жена.
Я должен извиниться.
Когда отец приезжал сюда, он сказал,
что ты якобы мне не подходишь.
Что?
- Мы же нашли общий язык...
- Он просто кретин, Оли.
Он неправ.
Потому что сейчас я так счастлив.
Настолько, что звоню своей сестре,
просто чтобы поделиться этим.
Раньше такого не бывало.
Всё благодаря тебе.
Так что...
Это стальная проволока,
которой был замотан пакет с хлебом.
А это одна из причин,
по которой я тебя люблю.
Ведь ты гей, который ест хлеб и
заставляет делать то же самое и меня.
Ты даешь мне быть собой,
но делаешь меня лучше, чем я есть...
Никогда не думал,
что я могу быть таким.
И я больше не хочу ждать.
Я хочу тебя.
Выходи за меня, Оливер Хэмптон.
Выходи, чтобы я смог провести
остаток дней,
делая тебя таким же счастливым,
как и ты меня.
Прости меня.
Что?
Я ведь врал тебе.
Мы знаем, кто убил Уэса.
ДВА ДНЯ СПУСТЯ
Еще первой отрицательной
и тромбоцитов.
- Где мой ребенок?!
- Тише.
Давление падает.
Вводим адреналин!
- Где подозреваемый?
- В тюрьме.
Кислород падает.
- Мерцание желудочков.
- Начинаем реанимацию.
Он мертв?
Серия 8
В предыдущих сериях...
Мой отец убил Уэса,
потому что «Антарес»
выходит на фондовый рынок.
Хватит медлить, надо достать файлы
и слить их, прежде чем это произойдет.
Устрой корпоративную
вечеринку в пятницу.
Я произнесу речь и покажу этим
мужланам, что не играю в игры.
Мы используем карточку Тиган,
чтобы пройти в серверную.
- Я сказала - нет!
- Скажем, что ее украл кто-то другой.
- Кто?
- Саймон.
Это просто случайный вирус,
ты не виноват.
- Меня могут депортировать.
- Что?
Ты записалась
к нему на сеансы, так ведь?
Прошу, не говори Анне-Лизе.
- Я провоцирую вас?
- Кто вам это сказал?
- Скажите, это Бонни?
- Ваша бывшая жена.
Я так счастлив.
И я больше не хочу ждать.
- Выходи за меня.
- Прости меня.
- Я ведь врал тебе.
- Что?
Мы знаем, кто убил Уэса.
- Скажи мне, где ребенок!
- Тише.
Начинаем реанимацию.
Мы же не должны
пользоваться телефонами.
На вечеринке.
Там, где народ. А что?
Что?
Прошу прощения.
Оливер!
Я нашел ее. Это моя жена, Марайя.
Лаз мне столько про вас рассказывал.
Простите, мне срочно надо в туалет.
Ничего не случилось. Не волнуйся.
Они разозлятся.
Они всегда злятся, так что...
Всё будет хорошо.
У нас проблема.
Анна-Лиза в курсе всего.
Что такое?
Что у тебя на лице?
- О боже.
- Оливер...
О господи!
21:22, СУТКАМИ РАНЕЕ
- Прошу, не вини Лорел.
- А кого мне еще винить?
- Я сам решил ничего тебе не говорить.
- Потому что она тебя запугала.
Нет, это неправда!
Коннор, просто подумай,
прежде чем сказать то, о чём пожалеешь.
Верни мне кольцо.
Что?
Я сделал тебе предложение, думал,
что всё хорошо. Я забираю его назад.
Лорел, открывай!
Коннор, дай нам объяснить.
Ты предупредил, что мы приедем?
И что вы сделаете?
Свяжете меня, как Ребекку?
Надеюсь, что до этого не дойдет.
ОТЕЛЬ «ИСТОН»
Старая рухлядь.
- Нам нужно поговорить.
- Иди домой.
Это насчет Айзека.
Я знаю, Бонни.
Почему мое выздоровление
не дает тебе покоя?
Наверное, боишься, что станешь
мне не нужна? Так ведь?
- Я хочу, чтобы ты не нуждался во мне.
- Тогда не трогай моих пациентов!
Это был момент слабости.
Мне было больно и хотелось задеть тебя.
Получилось?
Довольна, что клеилась еще к одному
мужчине из моей жизни?
Ты хоть подумала об Анне-Лизе?
О том, что она может
сорваться из-за этого?
А тебе срыв не грозит?
Знаешь, до этого момента
я даже не думал о наркотиках.
Не Анна-Лиза и не мысли о том,
что произошло со Стеллой,
подтолкнули меня, а твой поступок.
Я всеми силами пытаюсь
поддерживать в тебе жизнь!
Это была я. Я попросила генпрокурора
вызвать в свидетели Айзека.
Хватит.
Поэтому твое дело и одобрили.
Я старалась ради тебя.
Хватит, я сказала!
Я так больше не могу.
Я больше не могу прощать тебе
все гадости, которые ты совершаешь.
Я прощала тебя лишь потому, что знала,
какой ад ты пережила, но довольно.
Ты мне не просто симпатична.
Я люблю тебя.
- Ты всё еще меня любишь, да?
- Мы оба решили двигаться дальше.
Айзек, поверь мне,
я ведь прекрасно это понимаю.
Просто ты увидела, что у меня
близкие отношения
с сильной, привлекательной женщиной,
и не выдержала.
Не оскорбляй меня!
То, что ты постоянно упоминаешь,
как ты близок с Анной-Лизой,
говорит гораздо больше о тебе,
нежели обо мне.
Айзек помог мне понять,
что всё это,
все безумия, которые мы творим, -
это форма любви.
Хватит повторять это слово, Бонни!
Просто я поняла, чего я хочу.
Я знаю, что люблю тебя. Ты мне нужна.
Может, ты тоже меня любишь.
И это хорошо. Так и надо.
Садись в лифт и не возвращайся.
Я тебе понадоблюсь.
Я тебя боюсь.
Уходи, или вызову полицию.
- Конечно, я скажу Анне-Лизе.
- Анне-Лизе только стало лучше.
Отвлекая ее этим,
ты однозначно не защитишь человека,
который уже не раз тебя спасал.
- Я пытаюсь защитить всех вас!
- Это не твоя ответственность.
А по-моему, как раз моя,
если ты не видишь,
что рискуешь
своим неродившимся ребенком.
- Лорел даже не идет на вечеринку.
- Ну а Саймон?
Мать Уэса была иммигранткой.
Думаете, он одобрил бы такую подставу?
- Это может помочь ему получить визу.
- Что?
По сути, мы сдадим
его как разоблачителя,
что поможет ему получить визу.
Ему просто надо будет
заключить сделку с прокурором.
Ты вообще не представляешь,
о чём сейчас говоришь!
Так, давайте передохнём.
Ты злишься, это можно понять.
Да, и кстати, на тебя я сейчас злюсь
больше всего!
Вот почему Анна-Лиза тебя ненавидит.
Ты совсем не взрослеешь.
Ничему не учишься.
Ты просто мальчишка,
который во всём слушается мамочку.
Только теперь этой мамочкой стала Лорел
вместо Анны-Лизы!
- О боже, оставь его!
- Да что на тебя нашло? Фрэнк, хватит!
- Пусти его!
- Фрэнк, отпусти его!
Фрэнк, хватит!
Боже мой...
Прости, что мы тебе не сказали, Коннор.
Я не хочу, чтобы с нами
что-то случилось.
- Неужели это так трудно понять?
- Мы сейчас все в опасности!
Ты что, не помнишь,
как выглядело тело Уэса в подвале,
когда тогда сломал ему ребра,
пытаясь сделать искусственное дыхание?
И в этом виноват мой отец!
Выходит, ты врал нам все эти месяцы?
Ты говорил, что так ненавидишь себя,
что готов сделать всё,
лишь бы загладить свою вину.
Это твой шанс. Можешь не помогать,
просто не мешай нам.
Пожалуйста.
Кто это?
Анна-Лиза. Я оставил ей сообщение,
когда ехал сюда.
- Дай телефон.
- Не надо, Уолши.
- Коннор, подумай, что ты делаешь.
- Не надо отвечать!
Да.
Что тебе нужно?
Я слышу, как ты дышишь, Коннор.
Простите...
Вам нужна будет моя помощь
с групповым иском в выходные?
Нет, давай передохнём.
Мы это заслужили. По-настоящему.
Не звони, только если будет катастрофа.
Хорошо.
- Спасибо тебе большое.
- Не надо.
Если что-то пойдет не так,
я позвоню ей.
Всё будет хорошо.
Я сам это увижу,
потому что пойду на вечеринку.
- Что?
- Коннор...
Нет, Ашер идет с Микаэлой.
А я пойду с ним.
Я серьезно.
Если что-то пойдет не так,
я ей позвоню.
Бокалы неполные. Все должны напиться.
Наливайте до краёв.
Птичка Ти на подлете.
Смотрите-ка, кто привел пару.
Он просто увязался за мной.
Исключительно для того,
чтобы поздравить героиню вечера.
Слышал, сделка полностью ваша.
А ты его надрессировала.
Твоя девушка - звезда,
устроила всё в последний момент.
Да, для нее нет невозможного.
Ладно, пора мне покончить с речью,
чтобы перестать нервничать
и наконец-то развлечься.
- Подержать клатч, пока вы общаетесь?
- Это «МакКуин» и он только мой.
Правда? А по-моему,
он не совсем подходит платью.
- Что, прости?
- Он шутит!
Конечно. Иногда я бываю таким идиотом.
Что-ж, пусть хоть раз совет походит
передо мной на задних лапках.
Дональд!
- Не слишком ли очевидно?
- Твой план тоже не сработал.
- У нее не вышло.
- Хорошо, тогда всё отменяется.
- Коннор, прошу.
- Будешь меня ругать?
Знаешь, ты так долго врал мне,
так что теперь не жалуйся.
- Ты тоже мне врал.
- О чём?
Твой отец заявил, что мы не пара,
а ты мне не сказал.
- Я оберегал твои чувства.
- Я делал тоже самое для тебя.
- Оливер прав.
- Что?
О чём бы вы ни спорили,
я на стороне Оливера.
Мы не спорили.
- Где твоя пара?
- Твоя мама не смогла прийти.
Каково находиться среди успешных людей,
зная, что тебе таким не стать?
Тебе я уж точно не завидую.
Ладно, это рабочее мероприятие,
давайте вести себя по-взрослому.
У взрослых есть работа.
Ну как ему после этого сочувствовать?
Не я сегодня злодей.
КОПИРОВАНИЕ ФАЙЛОВ
СМЕРТЬ В «АНТАРЕС».
Айзек помог мне понять,
что все безумия, которые мы творим,-
это форма любви.
Вы потеряли ребенка.
Только одна эта боль
может словмить родителя.
Ты не видишь, что рискуешь своим
неродившимся ребенком.
Ты ставишь под угрозу наши жизни!
Ребенка, Оливера, Микаэлы.
- По-моему, Айзек снова подсел.
- И его я его провоцирую.
- Вы это хотите сказать?
- Вы с ним полностью совпали.
- А Уэс уже мертв!
- И кто в этом виноват?!
Мы должны налаживать свою жизнь.
Вы с этим справитесь.
А вот Айзек, боюсь, нет.
Не хочу, чтобы с нами что-то случилось.
Неужели это так трудно понять?
Наконец-то.
НОМЕР НЕ ОПРЕДЕЛЕН
Слушаю?
О чём это ты говоришь?
Вы сорветесь, Анна-Лиза.
Если уйдете отсюда, вы запьете.
Привет.
Собрание клуба зависимых от Анны-Лизы?
Я не знаю, что сказать.
Никакими извинениями не искупить то,
что мы поставили вас в такое положение.
- Это сделала Жаклин.
- Мы оба виноваты.
И...
Я пойму, если напишете
на меня жалобу.
Ничего я писать не буду.
Вы не обязаны принимать
решение сразу.
Вы потеряете лицензию.
А уж кто лучше меня знает,
как это ужасно.
И не благодарите,
я поступаю так ради себя.
Я хочу продолжать сеансы.
Оли?
Привет.
Всё нормально?
Да, просто... Я хотел извиниться за то,
что так повел себя с Коннором.
- Всё нормально.
- Неправда...
Если честно,
я не испытываю к нему ненависть.
Я просто ему завидую.
Что?
Он гей с престижным образованием,
у него есть всё.
Даже то, чего он не заслуживает.
Например, тебя.
- Ты что, пьян?
- Я наконец признаюсь в своих чувствах.
Только не думай, что я просто напился.
Значит, ты гей?
Я не знаю. Возможно.
Я знаю только,
что ты мне нравишься, Оливер.
- Так нельзя.
- Потому что он якобы гей?
Потому что гей, и без визы,
и сейчас явно бедствует.
- Вот парень, в которого я влюбился.
- Может, Оли прав.
Мы действительно ужасные люди,
если собираемся так с ним поступить.
Вы что, забыли, что это Саймон
расклеил постеры «убийца»
с изображениями Анны-Лизы
по всему кампусу?
И как он эмоционально
и словесно давил на нас,
в том числе и на меня,
каждый божий день в этом офисе.
- Он чувствует свою незащищённость.
- Мы все такие.
И нам нельзя отступать.
Если ты решил нас отговорить,
можешь просто уйти.
Кто уходит?
- Что ты здесь делаешь?
- Тебя тут быть не должно.
У меня было предчувствие,
что вы захотите сдаться.
- Никто не сдается.
- Хорошо.
Потому что Уэс никогда нас не бросал.
Я не могу вас лечить, Анна-Лиза.
Почему?
Из-за моих слов про Сэма, о том,
что я не хочу, чтобы всё повторилось?
- Анна-Лиза...
- Я врала.
Я так сказала, чтобы вы меня отпустили.
- Дело не только в этом.
- Значит, Жаклин была права,
- я вас провоцирую?
- Нет.
Ваша дочь покончила с собой,
и вы боитесь, что я поступлю также.
Именно потому, что вы знаете о этом,
мы с вами не можем больше видеться.
- Я не согласна.
- Вы должны доверять моему мнению.
А кто еще сможет мне помочь?
Скажите мне, кто?
Я алкоголичка.
Вы наркоман.
Мы оба потеряли любимых людей.
Пожалуйста.
Мне нужна помощь.
А когда я прихожу сюда, вы...
Вы помогаете мне.
Простите.
Я же просила мне не звонить.
Если не будет катастрофы. А она есть.
- Вы одна?
- Что случилось?
Отец Лорел убил Уэса.
И сейчас все в «Каплан энд Голд»
пытаются разорить его компанию.
- Еще?
- Мне хватит.
Слабак.
Фрэнк избегает меня.
Неужели?
Думаешь, я бы пришла сюда,
если бы могла выпить с кем-то еще?
- То есть я - запасной вариант.
- По сути, да.
И он ничего не знает про Айзека.
Я бы рассказала,
но он просто посмеется.
Ты сказала Анне-Лизе.
Вот что важно.
Точнее, ты сказал ей.
Что?
Пожалуйста, только не надо мне врать.
Хорошо.
Во-первых, клянусь,
я не сказал Анне-Лизе ни слова.
А во-вторых, не обвиняй во лжи
своего единственного друга.
Не круто.
Нэйт?
Как ты смог забыть ее?
Когда смогу - скажу.
Я закажу нам пиццу.
А то тебя вырвет на диван.
Сегодня мы открыли шампанское,
чтобы поздравить «Антарес»
с выходом на фондовый рынок.
В этой компании
есть лишь один один человек...
- Могу я быть честной?
- Конечно.
Мужчина не стал бы произносить
речь с сумочкой в руках.
Женщина, которая сейчас выйдет сюда,
вела дела «Антарес»
с самого ее основания.
Потеряешь - убью.
...Тиган Прайс.
Спасибо всем, что пришли, и спасибо
тебе, Дональд...
Речь Тиган длится около пяти минут.
Не успеешь - она заметит пропажу.
Тогда поставим таймер вместе.
Для меня большая честь -
стоять перед вами в момент...
...который станет поворотным
для «Каплан энд Голд».
- Где Коннор?
- Какая разница? Давай сюда.
4 минуты 18 секунд.
Какого чёрта?
Ты сказал, что она сработает!
Так, во-первых, не торопись.
И проведи медленно.
Не подведите.
Когда я только начинала
в «Каплан энд Голд», я думала:
как же мне повезло работать в одной
из лучших юридических фирм мира.
Но я быстро поняла,
что нашим клиентам повезло больше.
Ну всё. Пора включать мозги.
Взломаем систему защиты.
Ведь с ними работают
потрясающие люди, то есть вы.
- Почему ты так переживаешь?
- Что, прости?
Ты всегда натягиваешь фальшивую
улыбочку, когда нервничаешь.
Я так не делаю.
Делаешь, когда тебе задают вопрос
в классе, когда сдаешь экзамен...
Или когда хочу дать кому-то в нос,
но не могу, потому что я на работе.
«Каплан энд Голд» еще не участвовала
в таком масштабном выпуске акций...
- О нет.
- Что?
Файлы «Антарес» разделены
по разным серверам,
и я не могу определить, какие где.
- Придется скачать все.
- Знаю, иначе мы можем не найти
файлы с незаконной активностью,
если они вообще есть.
- Они есть.
- Это ты так говоришь.
Сосредоточься. Что нужно?
Тебе придется вставлять диск
в каждый сервер по очереди.
Всё-таки хорошо, что я пришла.
«Антарес», определенно, не смог бы
так быстро расшириться...
Ну давайте.
...без работы нашего превосходного
юридического отдела
во главе с моей суровой коллегой
Арией Уилсон. Спасибо большое, Ария.
К чёрту всё.
Сегодня мы благодарим Арию
и каждого из вас в отдельности.
Готово, уходим.
- Ну?
- Всё.
- Отдай ключ Микаэле.
- Нет.
- Почему?
- Надо подбросить его Саймону.
План был не такой.
Да, этот план лучше. Раз Саймон
теперь мечтает получить Оли- газм.
Притворись, что целуешь его,
и подсунь ключ в карман.
- Вот уж нет.
- Ашер прав.
Оли, иди!
- А ты уходи.
- Куда?
Идем.
Это Анна-Лиза.
Благодаря нашему ориентированию
в законах о частной жизни,
да, я говорю о тебе, Джадсон,
мы стали абсолютно незаменимы.
Так что когда в понедельник фирма
получит деньги, их получим и мы.
- Лазло, ты не видел Саймона?
- Нет. Стой, я познакомлю тебя с женой.
Она ведь была здесь.
Мы же не должны
пользоваться телефонами.
Мне плевать.
Слушай, ты вообще где?
- На вечеринке.
- Это понятно. Где конкретно?
Там, где народ. А что?
Я всё рассказал Анне-Лизе.
Что?
Я помогу как угодно.
Попробуй довериться мне, Лорел.
Всё хорошо?
Мне надо идти.
Анна-Лиза, мы должны закончить
этот разговор.
Всё, он закончен.
Прошу прощения.
Оливер! Я нашел ее.
Это моя жена, Марайя.
- Лаз мне столько о вас рассказывал...
- Простите, срочно надо в туалет.
Ничего не случилось. Не волнуйся.
Они разозлятся.
Они всегда злятся, так что...
Всё будет хорошо.
У нас проблема.
Анна-Лиза в курсе всего.
Что случилось?
Что у тебя на лице?
- О боже.
- Оливер...
О господи!
О господи!
Притворись, что целуешь его,
и подсунь ключ в карман.
- Вот уж нет.
- Ашер прав.
Иди, Оли!
- А ты уходи.
- Куда?
Идем.
- Это Анна-Лиза.
- Ответь.
Не надо отвечать!
- Что вы так долго делали?
- Проблемы с сервером, но всё вышло.
- Слава богу. А где Оливер?
- Пошел подбрасывать ключ Саймону.
- Зачем?
- Саймон его любит.
- Нельзя менять план по ходу дела!
- Микаэла, всё нормально.
Нет, это не нормально.
Что Оливер должен мне подбросить?
Э, ну... воздушный поцелуй, раз ты гей!
Нет, вы же сказали «ключ».
Это что, имеет отношение к вечеринке?
Отвечайте сейчас же,
пока я не позвал Тиган!
Я тебе заплачу. За молчание.
Сколько ты хочешь?
50 тысяч?
100 тысяч?
Просто назови цену, Саймон.
- Сначала скажи, что у тебя в сумке.
- Нет.
Тогда дай посмотреть.
- Отцепись от нее!
- Стой! Не надо!
- О боже.
- Ты что, спятил? Она беременна!
Саймон, нет! Отдай!
- Зачем тебе пистолет?
- Что за чёрт?
Ты принесла пушку в офисное здание,
ты что, спятила?
- Саймон, пожалуйста, выслушай.
- Не подходите ко мне!
- Стой!
- Ты тычешь пистолетом в беременную!
- Я не собираюсь стрелять.
- Пожалуйста, положи пистолет.
- Прошу, просто успокойся.
- Не подходи ко мне!
- Ашер, нет!
- Нельзя оставлять здесь пушку Лорел!
- Она на меня не зарегистрирована.
- Это орудие убийства.
- Он выстрелил сам!
- Никто в это не поверит!
- Но это правда!
- Положи обратно.
Это лифт.
У нас проблема.
Анна-Лиза в курсе всего.
Что случилось?
Что у тебя на лице?
О господи!
Еще звук, и мой отец убьет нас всех.
Ясно?
Хорошо.
Вы позвонили Оливеру Хэмптону.
Оставьте сообщение.
Оли, где ты? Перезвони мне.
...так что мы заслужили
не менее крутую вечеринку.
Давайте развлекаться!
Пейте, танцуйте и трясите тем,
чем наградила мама.
Кто-нибудь, вызовите скорую!
Стой. Пока нельзя.
- Он умирает!
- Он уже мертв.
- Ты должна уйти.
- Что?
Если твой отец узнает,
что ты была здесь, он всё поймет.
Так что бери такси, заплати наличными
и отвези диск в свою квартиру.
- Но...
- Иди! Я разберусь, Лорел!
Уходи.
Нет, стой!
Всё хорошо.
Вот так.
Ладно.
Оливер, давай сюда ключ.
- Я еще никогда не видел труп.
- Ключ!
Он в кармане.
Хорошо.
Так, теперь пушка.
- Осторожно.
- Конечно.
Подожди.
Хватит мной управлять,
я пытаюсь спасти тебя!
Я не управляю, он лежал здесь.
- Ты уверен?
- Да!
Ладно. Вот теперь звони в скорую.
- Слушаю?
- Как ты мог так сглупить?
- Что?
- Коннор всё мне рассказал.
Так, послушайте.
Ваше имя светиться не должно.
Я хотел вас защитить.
И снова поставил под удар
беременную женщину?
- Ты ничему не учишься?
- Я бы так не сделал. Лорел дома.
- Нет ее дома.
- Что?
Коннор сказал, что она пришла к ним.
Мне плевать как, но вытащи их,
пока они не натворили глупостей.
ЛЕСТНИЦА
Помогите!
- Сэр, кто жертва?
- Мой друг, Саймон Дрэйк.
Он застрелился.
Прошу, скорее.
Извините.
Саймон мертв.
Поезжай к Лорел, пока полиции нет.
Микаэла!
- Что случилось?
- У него была пушка,
я не знаю откуда.
И я не понимаю, почему он...
Дыши глубоко. Будь со мной.
Смотри на меня.
- Я не собираюсь стрелять.
- Пожалуйста, положи его.
О господи!
- Ты должна уйти.
- Что?
Если твой отец узнает,
что ты была здесь, он всё поймет.
Так что бери такси, заплати наличными
и отвези диск в свою квартиру.
- Но...
- Я разберусь, Лорел!
Уходи. Нет, стой!
Всё хорошо.
Вот так.
- Куда едем?
- 67-12, Гамильтон Стрит.
ОДНО НОВОЕ СООБЩЕНИЕ
ОТ: АННЫ-ЛИЗЫ
Уходи с вечеринки и поезжай
ко мне в отель. Истон, 11-06.
Я помогу как угодно.
Попробуй довериться мне, Лорел.
Развернитесь.
Отвезите меня в отель «Истон».
- О боже, пусти!
- Перестань!
ОТКРЫТЬ ДВЕРИ
ЭКСТРЕННЫЙ ВЫЗОВ
Да что такое?
СЛУЖБА СПАСЕНИЯ
НЕТ СИГНАЛА
Помогите!
На помощь!
Кто-нибудь, помогите!
Помогите.
Помогите мне.
На помощь.
Помогите мне.
Помогите мне.
Кто-нибудь, пожалуйста, помогите.
Это Лорел. Оставьте сообщение,
но я вряд ли его прослушаю.
Где тебя черти носят?
Ради бога, Лорел, перезвони мне!
Лорел?
Лорел, я вызвала полицию,
они уже едут.
О боже.
Господи, Лорел...
Господи, Лорел. Очнись!
Лорел, очнись!
Лорел, очнись!
Лорел, очнись!
- Ребенок дышит?
- Я не могу до него дотянуться!
- Где эта скорая, чтоб ее?
- Уже едет.
- Я помогу вам, пока врачи в пути.
- Почему они так долго?
- Мэм, вы должны достать ребенка.
- Я сказала, что не дотянусь!
Постарайтесь. Надо как можно скорее
начать массаж сердца.
Пуля в голову, прошла навылет.
Вдавленный перелом черепа.
Готовьтесь к срочной краниографии.
Сэр? Детектив Фишер.
Как я понимаю, вы были свидетелем?
Я достала его.
Скорая будет меньше,
чем через пять минут.
Продолжайте.
- Я достала.
- Хорошо.
Теперь вам нужно перерезать пуповину.
Найдите что-то, чтоб ее пережать:
шнурок, резинку.
- У вас есть что-то под рукой?
- Зарядка для телефона!
Отлично. Подойдет.
Скорее, что делать?
Вы молодец. Врачи уже близко.
- Передайте зажим.
- Внутричерепное давление растет.
- Давление падает.
- Пульс?
- Быстро снижается.
- Вводим адреналин!
Я перерезала пуповину.
Хорошо. Теперь возьмите ребенка.
Он не дышит.
Я расскажу, как делать реанимацию.
Вы справитесь. Я вам помогу.
КОННОР
Я жду разговора с детективом.
- Лорел здесь нет.
- Как это? Где она?
Я не знаю. Потому тебе и звоню.
Почему ее нет, Микаэла?
Он вышел преждевременно, она не должна
была рожать. Ему всего семь месяцев.
Ничего. Скорая уже на подъезде.
Достанете ребенка через решетку?
Пожалуйста, говорите со мной.
Мэм?
О боже.
- Что?
- Ашера арестовывают.
Вот видишь?
Я говорил вам, что так и будет.
Когда мы, наконец, поймем?
Нельзя надеяться,
что всё сойдет нам с рук!
Зачем вы это делаете?
Саймон мертв.
Лорел, наверное, тоже.
Наверняка где-нибудь с моста съехала.
И всё напрасно.
Мы сядем в тюрьму, так нам и надо.
Мэм, как у вас дела?
- Говорите со мной.
- Хорошо.
- Я вам помогу.
- Ладно. Он у меня.
Отлично.
- Он у меня.
- Вы большая молодец.
Врачи звонили,
они приедут с минуты на минуту.
Хорошо.
Хорошо.
- Что мне делать теперь?
- Начинайте реанимацию.
Сначала я проговорю.
Аккуратно положите ребенка на пол.
Кислород падает.
- Мерцание желудочков.
- Начинаем реанимацию.
Надавливайте примерно
на сантиметр каждый раз.
- Я боюсь ему навредить.
- Начните аккуратно.
Вы поймете,
когда давление слишком сильно.
Говорите со мной.
- У меня не получается!
- Продолжайте.
- Ваша цель: 120-140 нажатий в минуту.
- Да нет же, не получается!
Я не понимаю, что вы говорите.
Я буду считать, ладно?
Готовы?
Поехали. Один, два, три, четыре,
пять, шесть, семь, восемь...
Разряд.
Еще?
Скорая будет меньше,
чем через две минуты.
Продолжайте, пока не приедут врачи.
Живи.
Живи.
Живи.
- Вы еще на связи, мэм?
- Живи.
- Всё хорошо? Мэм?
- Живи.
- Я здесь, с вами.
- Живи.
Дышите и сосредоточьтесь.
Я с вами.
Живи.
Мэм?
Живи.
Живи.
Серия 9
В предыдущих сериях...
Собрание клуба зависимых от Анны-Лизы?
- Я больше не могу вас лечить.
- Прошу. Мне нужна помощь.
Ты мне нравишься, Оливер.
Наконец-то.
НОМЕР НЕ ОПРЕДЕЛЕН
Слушаю?
Мужчина не стал бы произносить речь
с сумочкой в руках.
У тебя пять минут. Не успеешь -
она заметит, что ключ пропал.
Файлы «Антарес» разделены
по разным серверам.
- Придется скачать все.
- Готово, уходим.
Ты принесла пушку на работу,
совсем спятила?
Пожалуйста, положи его.
Спокойно.
Не подходи ко мне.
Саймон мертв.
Поезжай к Лорел, пока полиции нет.
- О господи.
- Что?
Ашера арестовывают.
А я говорил вам. Нельзя надеяться,
что всё сойдет нам с рук!
Разряд.
Ничего.
Он у меня.
Скорая будет через пять минут.
Начинайте реанимацию.
Значит, раньше у вас проблем
с лифтом не было?
Таких нет.
- В этом номере живет женщина?
- Да, Анна-Лиза Китинг.
- Серьезно?
- А что?
Диспетчер, мне нужны детективы
и эксперты в «Истон».
Возможно, это место преступления.
Надо оцепить периметр
и никого не впускать в отель.
А также немедленно прочесать...
Пациентка потеряла
около двух литров крови.
Давление 60 на 30,
возможна отслойка плаценты,
тахикардия 130, ребенок цианотичный.
Анализ взят на месте.
Уровень сахара - 32.
Ясно. Везите ее в родильное,
а ребенка в реанимацию. Вперед.
- Как я могу помочь?
- Будьте здесь. Медсестра вас уведомит.
Саймон мертв, Лорел, вероятно, тоже.
Наверняка где-нибудь с моста съехала.
И всё напрасно!
Это я видела, как у Саймона
взорвалась голова.
Если кому паниковать, то мне.
Так что успокойся.
Мы найдем Лорел, вытащим Ашера
из тюрьмы, и всё будет хорошо.
Это бред.
- Анна-Лиза звонит.
- Ответь.
- Пусть вытащит Ашера из тюрьмы.
- Теперь можно просить ее о помощи?
Коннор, хватит.
АННА-ЛИЗА
Лучше сядьте, если стоите.
- Что произошло с Лорел, Коннор?
- Не знаю. Дома ее нет.
- Я в курсе, я с ней в больнице.
- В больнице?
- Она родила, Коннор!
- Нет.
Да. Я нашла ее в лифте,
она истекала кровью.
- Истекала кровью? Почему?
- Я не знаю. Вы все были с ней.
Когда всё случилось,
меня с ними не было.
Что случилось?
Коннор?
- Была стрельба.
- Что?
В кого стреляли?
Коннор, в кого стреляли?
Анне-Лизе нужна помощь.
Она бы позвонила,
но не хочет вас втягивать.
- И что это значит?
- Ашер в тюрьме.
Мы не знаем, в чём его обвиняют.
Вернее, знаем, но надо узнать больше.
Ашер в тюрьме?
У меня есть право на звонок.
Я узнаю и сообщу.
И еще у меня есть право на адвоката.
Вы нарушаете мои гражданские права!
- Как она?
- Мне не говорят.
- А ребенок?
- О нём тоже не говорят.
- Где врач? Нам должны сказать!
- Фрэнк!
Что случилось?
Я понятия не имею.
Она едва не умерла у меня в лифте.
Ребенок был мертв.
Ты допустил это.
Я понимаю. Простите.
Я не знаю, что случилось, Анна-Лиза.
Доктор!
Как они?
Мисс Кастильо перевели в родильное
отделение, а ребенок в реанимации.
- Они выживут?
- Больше я вам сказать не могу.
- Я их нашла.
- Вы не родственница. Простите.
Стойте!
Я отец ребенка.
Трубка в горле помогает ему дышать.
Когда легкие окрепнут, вынем трубку
и посмотрим, сможет ли он дышать.
Что это значит? Он здоров?
Он здоров, но очень мал.
Когда он окрепнет,
мы отключим его от аппаратов.
- А Лорел?
- Жива, скоро очнется.
Сейчас акушер вам всё расскажет.
Им обоим очень повезло.
Мистер Делфино? Мисс Китинг?
Мы из управления соцобеспечения.
Мы можем поговорить с вами обоими?
В последнее время вы не замечали
перемены в поведении мисс Кастильо?
Перепады настроения,
эмоциональное состояние?
Никаких.
По какой причине вы решили,
что вы - отец ребенка?
Лорел - моя девушка.
Ваше имя не значится
ни в каких документах.
Потому что мы поссорились.
Но ребенок мой, она подтвердит,
когда очнется.
- Значит, она не вела себя необычно?
- Это был несчастный случай.
Женщины постоянно рожают
раньше срока, на что вы намекаете?
При вас мисс Кастильо никогда
не употребляла нелегальные препараты?
Нет. А что за вопросы?
Мы пытаемся понять, что произошло.
Я рассказала, что произошло.
Дверь заклинило. Когда я нашла их,
она прижимала к себе малыша.
Вы знали,
что она употребляла наркотики?
Лорел не стала бы вредить
ни себе, ни малышу.
Отвечайте на вопросы,
которые я вам задаю...
Но ваши вопросы намекают на то,
что Лорел нездорова, а это не так!
- Где Лорел? Я хочу ее видеть.
- Сейчас это невозможно.
- И почему же это?!
- Не кричите.
- Вы придумываете.
- Мы полагаем, что это правда.
- Кто вам всё это наплел?
- Я не могу этого сказать.
Да скажите, что тут творится.
Эти вопросы - лишь стандартная
процедура.
У Лорел Кастильо были
преждевременные роды.
Лифт уже давно нуждался в починке.
Вы понимаете, что только поэтому ей
не удалось вовремя
обратиться за помощью!
Я могу сказать только, что им будет
предоставлено самое лучшее лечение.
Это я вам обещаю.
Но очень важно, чтобы у нас было
как можно больше информации,
а это, к сожалению, подразумевает
не совсем приятные вопросы.
Пока мы просим вас
сохранять спокойствие.
Доверьтесь врачам и знайте,
что мисс Кастильо в хороших руках.
Мистер Кастильо?
Доктор Кларк.
Детский хирург, занимаюсь вашим внуком.
Вы заведующий отделением?
- Нет, но я лечащий...
- Позовите заведующего.
- Простите, ее сегодня нет, но я...
- Мне плевать.
Мистер Кастильо, поверьте мне,
ваш внук в хороших руках.
Я поверю, когда услышу это
от заведующего отделением.
Хорхе Кастильо - дедушка ребенка.
Он вас обманывает, как вы не видите?
Лорел вела себя осторожно
во время беременности.
А всё остальное - наглая ложь.
К сожалению,
улики говорят об обратном.
Какие улики? Покажите.
Я могу сказать только, что судья
предоставил мистеру
Кастильо право опеки.
Какой судья?
- Еще раз повторяю, я не могу...
- Скажите имя, я ему позвоню.
- У вас ничего не получится.
- Я - отец, идиотка.
Я засужу тебя,
если не дашь увидеть сына.
Мистер Делфино, простите,
но это не ваш сын.
Кто сказал?
Мисс Кастильо недавно проходила тест
на определение отцовства.
Открывай.
Как видите, результаты показывают,
что мистер Делфино не отец.
Лорел предупредили о передаче
права опеки?
- У меня руки связаны.
- Где она? В психиатрии?
Что? Это правда?
- Послушайте...
- Я сейчас же хочу ее видеть!
- Но вы же не родственники.
- Я ее парень.
Она бы не заставила
меня проходить тест,
не будь мы вместе.
- Существуют правила.
- Я действующий адвокат мисс Кастильо.
Вы незаконно разлучили
ее с новорождённым.
Вы лишили ее права
определять его судьбу,
а потом по непонятной причине
отправили ее в психиатрию.
Вам светит иск на
100 миллионов долларов
за преступную небрежность.
А теперь отдайте мне все документы
о передаче права на опеку
и позвольте мистеру Делфино
увидеть свою девушку.
Вам понятно?
Лорел.
Ты должна очнуться.
Пожалуйста, Лорел.
Очнись.
Первое верное решение за весь вечер.
РЕЗУЛЬТАТЫ ТОКСИКОЛОГИЧЕСКОГО
АНАЛИЗА
ЛОРЕЛ КАСТИЛЬО
В КРОВИ НАЙДЕН КОКАИН
ЭКСТРЕННАЯ ПЕРЕДАЧА
ПРАВА ОПЕКИ
ХОРХЕ КАСТИЛЬО
ПРОТИВ ЛОРЕЛ КАСТИЛЬО
УЖЕ БЫЛИ ПРОБЛЕМЫ С ПСИХИКОЙ
ПСИХОЗ И
УПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИКОВ
НАРКОТИКИ ПРИВЕЛИ
К ПРЕЖДЕВРЕМЕННЫМ РОДАМ
- Анна-Лиза?
- Я в «Сэнт Эдит», приезжайте сюда.
Зачем? Что с вами?
Не со мной,
с моей студенткой: она родила,
а ее обвиняют в психозе.
Вы должны ее вытащить.
Это Микаэла Пратт.
Лучше напишите мне на почту.
Я звонил вам с Оли уже сорок раз,
так что уж извини,
что оставляю сообщение.
Лорел родила в лифте у Анны-Лизы.
Ее отвезли в «Сэнт Эдит», я только что
приехал, никто не знает, что произошло.
Перезвони.
НОВОЕ СООБЩЕНИЕ
ОТ: КОННОР
- Что Ашер наговорил?
- Я не знаю.
Мы должны узнать,
прежде чем говорить с детективами.
- Думаешь, я этого не понимаю?
- Ты студентка юрфака.
- Ты обязана знать, что делать.
- Дай подумать!
- О боже.
- Что?
Он сказал им правду.
Кто там?
- Нэйт! Вы пришли мне помочь?
- Тихо.
Что ты наговорил детективу?
Мой босс, Тиган, произносила речь,
когда я пошла наверх.
Я забыла, заперла ли ее кабинет,
и решила проверить...
Со своим парнем и мистером Хэмптоном?
Только со своим парнем,
мы встретили Оливера на этаже.
Почему вы так долго?
Значит, вас там было трое?
Да. Пока мы не увидели Саймона.
Он весь дрожал, был в панике.
Я знал, что он боится
за свой иммиграционный статус,
но дело было не в этом.
Было похоже на срыв.
Отвечайте сейчас же,
или я позову Тиган!
Мы хотели свалить всё на Саймона,
но он поймал нас.
Назови цену.
Сначала скажи, что у тебя в сумке.
Мы застали его,
когда он выходил из серверной.
- Нет.
- Тогда дай посмотреть.
Эй, отцепись от нее!
И он так испугался.
Мы пытались его успокоить,
но он достал пушку.
Никто не знал, что у Лорел пистолет.
Он всё время им размахивал.
Ты принесла пушку на работу,
совсем спятила?
- Он хотел, чтобы мы ушли.
- Он угрожал вам?
- Выслушай меня.
- Не подходите ко мне!
Я уверен, он не хотел никого ранить.
Я не собираюсь стрелять.
Он ужасно перепугался,
что мы застали его
за воровством не знаю чего.
Он явно давно это планировал.
Микаэла пыталась забрать
у него пистолет.
Пожалуйста, положи пистолет.
Он приставил пистолет к голове.
Спокойно...
Смерть ему казалась лучше тюрьмы.
Не подходи ко мне...
Он отошел и налетел на кресло.
Не подходи ко мне...
И потом он спустил курок.
Он застрелился.
Пистолет неожиданно сработал.
Это была случайность.
Поверьте, я говорю правду.
Тогда почему ты здесь?
Что-нибудь еще?
Ты студентка юрфака.
Ты обязана знать, что делать.
- О боже.
- Что?
Он сказал им правду.
Зачем бы он так сделал?
- Не знаю, потому что это мудро.
- Как так?
Он трогал пушку,
он знал, что его ДНК найдут,
даже несмотря на то,
что мы всё вытерли.
И что же нам делать?
Ашер поднял пистолет.
Ашер поднял пистолет.
- Я сказал, что поднял пистолет.
- Зачем?
Я достаточно проработал у Анны-Лизы,
чтобы знать,
что на ДНК всегда всех ловят.
- Зачем он это сделал?
- Мы все были в шоке.
Он был в шоке.
Я не хотел,
чтобы меня снова поймали на лжи.
Разве это глупо?
Прокуратура.
Это Максвелл. У меня еще новости
о преступлении в отеле «Истон».
Почему это считают местом преступления?
Вы не слышали?
Что?
Здесь живет Анна-Лиза Китинг.
Только глупец поверил бы,
что она говорит правду.
- Вы все принимали кокаин?
- Нет.
- Это понятно, вы же были на вечеринке.
- Такого не было.
- Тогда что с ней произошло?
- Я не знаю.
Я был внизу, в зале, когда Микаэла
вышла из лифта вся в крови,
я так же растерян, как и вы.
Анна-Лиза?
Иди к Фрэнку и передай,
что доктор Ро ему поможет.
Микаэла, ваша студентка,
почему она была в крови?
Я потом объясню.
Вот.
Вот история психиатрической болезни,
но всё это выдумал ее отец.
И зачем ему это?
Они поссорились,
и он требует права опеки.
Я могу оспорить все заявления,
от вас мне сейчас нужно
только второе заключение.
Но у меня нет права практики
в этой больнице, Анна-Лиза.
- С этим мы разберемся.
- Как?
Это моя забота.
А сейчас просто идите к ней в палату
и проведите оценку,
как только она очнется.
Так, стоп.
Я понимаю, что вы расстроены,
но вы должны доверять медперсоналу.
Они действуют лишь
в интересах пациента.
Я не доверяю им, я доверяю вам.
Нет.
Я не могу, Анна-Лиза, простите.
Вы это сделаете.
Анна-Лиза...
Иначе я заявлю на ваши с Жаклин
вопиющие действия медицинскому совету.
Я звонил вам с Оли уже сорок раз,
так что уж извини,
что оставляю сообщение.
Лорел родила в лифте у Анны-Лизы.
Ее отвезли в «Сэнт Эдит»,
я только что приехал,
никто не знает, что с ней произошло.
Перезвони.
Микаэла!
- Ашер арестован, я должна ему помочь.
- Копы думают, он стрелял в Саймона.
- Это так?
- Нет, конечно нет.
- Белых просто так не арестовывают.
- Поэтому я и должна помочь.
- Сначала признайся.
- Что?
Как Саймон достал ключ,
если только ты держала мой клатч?
Я не знаю.
Видимо, я на секунду его положила.
Это была моя вечеринка, моя идея,
так что моя шкура под угрозой.
И я буду объяснять «Антарес»,
почему их серверы взломали.
Я буду отдуваться.
Так что скажи правду.
Саймон украл его.
Но я не знаю как.
Ты врешь не так хорошо,
как тебе кажется.
Сюда!
- Как она?
- Еще без сознания.
- Говорят, в ее крови нашли наркотики.
- Какие?
Вызовите доктора Ли!
Скажите, что она очнулась!
Привет.
Фрэнк?
Что такое?
Фрэнк?
Что случилось, Фрэнк?
- Где ребенок?
- Спокойно.
- Что случилось?
- Теперь всё будет хорошо.
- Где мой ребенок?
- Лорел, тише.
Скажи, где ребенок.
- Скажи, где мой ребенок.
- Всё будет хорошо.
- Где ребенок?
- Успокойся, Лорел.
- Послушай меня.
- Скажи, где ребенок!
Послушай меня!
Ребенок здесь, в больнице.
С ним все хорошо.
- Но здесь и твой отец.
- Нет!
- Анна-Лиза быстро всё уладит.
- О нет!
- Лорел, тише. Всё будет хорошо.
- Нет!
Вы позвонили Анне-Лизе Китинг.
Пожалуйста, оставьте сообщение.
Где тебя черти носят? Она очнулась.
Возьми трубку, чёрт побери!
Один психолог готов провести
оценку состояния мисс Кастильо,
как только она очнется.
- Больница этого не позволит.
- Ну понятное дело.
Слушайте, вы должны сделать
повторный анализ и ребенку тоже.
- Мы уже взяли анализы у ребенка.
- Когда никто не видел?
- Слушайте...
- На этот раз я хочу присутствовать
и видеть, что мистер Кастильо
не подкупил медсестёр.
Вы опоздали, мисс Китинг,
поймите уже наконец.
- Что это значит?
- Ребенка переводят уже сейчас.
Переводят? Он же очень слаб.
Мистер Кастильо решил отправить его
к лучшему специалисту в другую клинику.
Врачи подписали перевод.
В какую клинику?
Я не вправе разглашать эту информацию.
Я понимаю, вы желаете лучшего
мисс Кастильо, но этого не миновать.
Мне очень жаль.
Стойте.
Нет!
- Стойте!
- Мисс Китинг!
Коннор!
- Где Лорел?
- В психиатрии.
Впустили только Фрэнка.
А почему Оливер не с тобой?
Детективы еще допрашивали его,
когда я уходила.
И ты его бросила?
С ним всё хорошо.
Это Ашер в тюрьме.
Ашеру помогает Нэйт.
А ты просто взяла и бросила Оливера?
- Стой!
- Нет, я еду за Оливером.
- Хотя бы скажи, как ребенок!
- Он, скорее всего, мертв, Микаэла!
И виновата ты.
Ничего бы не случилось,
если бы ты просто отказала Лорел.
Прошу!
Стойте!
Мисс Китинг, я бы вам не советовал.
Вы ее любите, я это знаю.
- Конечно, люблю.
- Тогда не забирайте его, прошу.
Она никогда не оправится.
Дайте мне моего ребенка!
Сейчас же! Я хочу увидеть его!
- Анна-Лиза о нём позаботится.
- О нём должна заботиться я!
- Мисс, вам нужно лечь.
- Прошу, мне надо его увидеть.
Я хочу его увидеть!
- Она вас не простит.
- Мисс Китинг, мы вызываем охрану.
Если вы это сделаете,
то вы для нее мертвы.
Вы ничего не знаете ни обо мне,
ни о моей дочери.
Еще как знаю.
У вас был эмоциональный вечер,
я всё понимаю.
И я безгранично благодарен за то,
что вы сделали для моего внука в отеле.
Но он еще слаб.
Ему нужна помощь лучше, нежели
может предоставить эта больница,
так что пустите нас.
Куда вы его увозите? А? Скажите!
Он в опасности!
Ей же больно!
Я хочу увидеть ребенка!
- Это необходимо?
- Она себя поранит.
Это вы ее раните.
Я хочу увидеть ребенка!
- Что вы ей даете?
- Гидралазин.
Пустите меня к моему сыну!
Это мой сын!
Дайте мне его увидеть!
Поймите, это мой внук. Он - моя кровь.
Он навредит ребенку!
Всё, поехали отсюда.
Ему плевать на ребенка!
Правда, поверьте!
Поверьте, он навредит малышу!
Его кровь будет на ваших руках!
Он слаб, его нельзя трогать.
Заведующая отделением одобрила перевод.
- Этот человек обманывает вас.
- Сэр...
Вы тоже участвуете? Он всех подкупил?
Ребенок с профессионалами,
он получает самый лучший уход.
А как же уход за мисс Кастильо?
Она до сих пор в состоянии шока.
Любое заключение о ее психическом
состоянии несостоятельно.
У нашего специалиста другое мнение.
Пост-родовое состояние мисс Кастильо
не говорит о ее психическом нездоровье.
У вас нет аккредитации в этой больнице.
Я лицензированный врач,
я работаю с мисс Китинг уже давно.
Откуда мне знать, если ее здесь нет?
Мне просто поверить вам на слово?
Как врач вы знаете,
что не соблюдаете процедуру.
Помогите!
Кто-нибудь, помогите!
Я несу ответственность
за безопасность ребенка.
Лорел.
Я вызвала полицию, они уже едут.
Он не дышит.
Живи.
Не забирайте его.
Это мой внук.
Он навредит малышу.
Его кровь будет на ваших руках!
Саймон мертв.
Лорел, вероятно, тоже.
- Хотя бы скажи, как ребенок!
- Он, скорее всего, мертв, Микаэла!
И всё это было напрасно!
Анна-Лиза?
Анна-Лиза!
Простите, я подумал, что вы Анна-Лиза.
Я был внизу,
когда Микаэла вышла из лифта
вся в крови, я так же растерян,
как и вы.
Микаэла?
Он мертв?
Он мертв, правда ведь?
Все вокруг нас умирают.
Это из-за нас.
Все умирают.
ДЖУЛИ БАРДЕН
Вы позвонили Айзеку Ро.
Если вы в беде,
наберите службу спасения.
- Где свидетель?
- Вон он.
Где жесткий диск?
Какой жесткий диск?
Коннор нам с Нэйтом всё рассказал.
И этот диск - единственная улика,
обличающая вас всех.
Так что говори, пока никто не пришел.
Лорел взяла.
Она ждет нас в квартире Уэса.
Оливер.
Что?
Что такое?
Что-то еще случилось?
Но она мать. Это незаконно.
Нужно получить судебный запрет,
Анна-Лиза этим занимается?
- Да. Вот, выпей.
- Ладно.
Стоп, а откуда вы знаете,
что Анна-Лиза этим занимается?
Вы ведь приняли меня за нее.
- Вы не знаете, где она, да?
- Микаэла, послушай меня.
- Мы делаем для Лорел всё, что можем.
- Я хочу ее увидеть.
Увидишь.
Но ты в состоянии шока.
Вполне понятно.
Так что пока жди здесь,
а я найду врача,
чтобы тебе помогли справиться
со стрессом.
О боже.
Что такое?
Лорел бросила пить антидепрессанты.
Гинеколог велел завязывать
с антидепрессантами.
Ее просил гинеколог,
и отец использует это против нее.
Она не сошла с ума
и не нюхала кокаин, клянусь.
Результаты анализов - подделка.
- На каких антидепрессантах она сидела?
- Ее отец точно всех подкупил.
Микаэла, когда она перестала их пить?
- Мне нужно найти друзей.
- Стой.
- Вы удерживаете его незаконно!
- Сэр, это место преступления.
- Сюда никого не пускают.
- Я адвокат.
И вы нарушаете права пятой
и шестой поправок для клиента.
Да неужели.
Знаете, я запомнил ваше имя
и номер жетона, Гари.
Так что не удивляйтесь,
что окажетесь первым в жалобе,
которую я подам в министерство.
Коннор!
Стоп, дальше нельзя.
- Мистер Хэмптон может идти.
- Кто сказал?
Я из прокуратуры.
Показания и его данные
на всякий случай у нас есть.
Мы свяжемся с вашим клиентом.
Отойди. Я твой адвокат.
Тебе нужно это выпить, Лорел.
Пожалуйста, один глоточек.
Снимите это с нее.
Простите, только врач может
это разрешить.
Так пусть даст разрешение,
или я сниму их сама.
Мы его вернем.
Я его не заслуживаю.
Лорел, сегодня твой отец выиграл,
вот и всё.
Доминик предупреждал меня,
просил этого не делать.
Он вчера мне звонил.
Наконец-то.
НОМЕР НЕ ОПРЕДЕЛЕН
- Слушаю?
- Это Доминик.
Не делай этого.
О чём это ты?
Ты знаешь своего отца.
Он ничего не пускает на самотёк.
Он знает, что ты беременна.
И что?
Подумай, что еще он может знать.
Надо было всё отменить, понимаю.
Но я не стала.
И вот что вышло.
Я не заслуживаю быть чьей-то матерью.
Один из моих сотрудников прошел
в серверную. Это так.
Но могу вас уверить,
что все фалы на месте.
Откуда вы знаете?
Мы сделали полную проверку
журналов и систем хранения,
и не было зафиксировано никаких...
Мне нужно подтверждение
от вашего айтишника.
Лазло уже уехал домой,
но я могу назначить встречу завтра.
Не его. Парня, что был при стрельбе.
- Он же просто свидетель.
- Его имя.
Или я могу дать трубку
мистеру Кастильо.
Оливер Хэмптон.
Это было не так сложно.
Ашер Миллстоун.
Его привезли час назад,
проверьте всю вашу вонючую тюрьму.
Я не повешу трубку,
пока вы его не позовете!
Алло?
- Микаэла!
- Слава богу.
- Как Лорел?
- Нас пока не пускают.
А ее сумка? Мы знаем, где она?
Мне сказали, что в скорой ничего не
было, может, Анна-Лиза забрала?
Анна-Лиза несла на руках
умирающего ребенка.
А если ее взяла полиция?
Тогда диск уже смотрят копы.
- Разве это важно?
- Еще как важно.
- Всё равно Тиган уже всё знает.
- Что?
Она умна, она точно во всё это
не поверила. О боже.
Привет.
Это моя сумка?
Копы взяли сумку как улику,
я смогла ее у них забрать.
Диска там не было.
В списке улик тоже,
его забрали до того,
как сумку привезли
в участок.
И это была ты?
Вам сегодня досталось,
но вы не можете позволить себе роскошь
считать меня врагом.
- Мы не знаем, кто здесь враг.
- Знаем, и это не Бонни.
- Не защищай меня.
- Может, уже помиритесь?
Тебе надо со мной мириться, раз теперь
я знаю, что ты мне всё время врал.
Это я во всём виновата...
Виноват твой отец.
Он заплатил и врачам, и копам,
чтобы заполучить диск.
- Диска у него нет.
- Откуда вы знаете?
Он забрал ребенка, потому что думает,
что диск у нас.
И знает, что мы его не тронем,
раз он опекун.
Она права.
Здравствуйте.
Я проверю, как там Ашер.
Можно вас на минуту?
Вы знали, что она перестала
пить антидепрессанты?
И что?
- Возможно, она не зря в психиатрии.
- Ошибаетесь.
Судя по документам,
у нее уже были проблемы с психикой,
она проходила реабилитацию.
Я знаю ее, она не принимает кокаин.
Все тоже так думали,
когда я был на героине.
Это ее отец.
Не знаю, сколько раз повторять.
Вы просто хотите в это верить.
Прошу, пожалуйста.
Я не представляю, каким страшным
был для вас этот вечер.
Но, Анна-Лиза, вы - моя пациентка,
а не Лорел.
И мы должны учитывать,
что эта ситуация провоцирует вас.
Меня провоцирует любая ситуация.
Но не так.
Ведь сегодня вы прошли через такое -
спасли мальчику жизнь.
Я был бы ужасным врачом,
если бы не беспокоился о боли,
которую это вам причинило.
Вы ужасный врач.
- Анна-Лиза, прошу...
- Дело не во мне, а в Лорел.
Не надо при первой же возможности
делать ее плохой матерью.
Я вовсе не делаю ее плохой, я говорю,
что у нас недостаточно
информации о ней.
Потому что вы не слушаете!
Для меня ваше здоровье
в приоритете.
Вот почему ваша дочь покончила с собой.
Вы свели ее с ума так же,
как сводите сейчас меня!
Что?
Мы нашли компьютер
в квартире Саймона Дрэйка.
Он подтверждает заявление свидетеля
насчет «Антарес».
В этом-то и проблема.
История слишком идеальная.
Какая же она идеальная?
Кто бы сознался, что поднял пистолет?
Эта часть тоже слишком идеальная.
- Возможно, вы правы.
- Точно права.
Предъявим Миллстоуну обвинения.
Вдруг расколется.
- Нет. Так нельзя.
- Почему это?
Он мой бывший.
Тогда вы не можете участвовать
в этом деле.
Понимаю.
Но если бы я была его адвокатом
и узнала, что офис его бывшей
предъявляет ему обвинения
на основании косвенных улик,
я освободила бы его за пять минут.
Сначала соберите доказательства.
Привет, ребята.
Тебя отпустили?
Бонбон с Нэйтом вытащили. Пока что.
- Что это значит?
- Меня всё равно могут обвинить.
Точнее - всех нас.
Могут, но уже хотя бы не в убийстве.
О чем это ты говоришь?
Саймон жив.
Слава богу!
Ничего хорошего в этом нет, Оливер.
Что?
Наша история сработает, только если он
не скажет полиции правду.
Ему мозги вышибло.
Я очень сомневаюсь,
что он сможет говорить, если очнется.
Всегда можно отправить к нему Фрэнка
с подушкой, он всё уладит.
- О боже, вы себя слышите?
- Тише!
Как вы можете надеяться,
что невинный человек умрет?
Мы на это не надеемся.
Нет, надеетесь, потому что вы все
только за себя переживаете.
Вообще-то, это я был против
вашего плана, отговаривал вас.
Хорошо, ладно.
Ну был ты против, и что?
Тебе легче от того, что ты был прав,
когда из-за нас невиновный человек
пулю в лоб получил?
Мы все заслуживаем гореть в аду.
Где Фрэнк?
Его тут не было, когда я проснулась.
Вот.
Он такой крохотный.
Ничего.
Он сильный.
Он жив.
Благодаря вам.
Я знаю, как мы можем его вернуть.
Привет, это Доминик.
Нужно отследить телефон в Филадельфии.
Имя - Оливер Хэмптон.
Где он сейчас находится?
- Тебе надо передохнуть.
- Сейчас не до этого.
Лорел, я понимаю твое отчаяние,
но не так надо возвращать малыша.
Но другого выхода нет.
Что происходит?
Я хочу позвонить Доминику.
- Говори, где жесткий диск.
- Я не знаю.
Где он?
Я даже не знал о диске,
пока ты не сказал...
Мы росли вместе. Я его знаю.
Он нам поможет.
Ты его знала,
только это было очень давно.
- Он убил Уэса, Лорел.
- Для моего отца.
Доминик не знает другой жизни,
он всегда делает только то,
что велит ему мой отец.
Но то, что вчера он позвонил
и предупредил меня,
доказывает, что он всё понял
и наконец-то хочет исправиться.
Ты всё еще любишь ее,
хоть ребенок и не твой.
Пытаешься влюбить ее в себя снова.
Я тебя не виню, брат.
Я тоже на неё запал.
И к чему это привело?
- Я звоню ему.
- Не надо.
- Я знаю, что делаю.
- Доминик тебе не ответит.
Ответит.
Поверь мне, он нам не поможет.
- Пусть сам мне об этом скажет.
- Ты не слышишь его, Лорел.
Мне плевать.
Фрэнк, это...
- Ты ее совсем не знаешь.
- Хватит!
Ее никто не знает:
ни я, ни ее отец, и уж точно не Уэс.
Последний шанс замолчать.
И вот ты уже втягиваешься в ее
заварушку глубже, чем кто-то из нас.
Фрэнк, нет.
Не говори, что ты это сделал.
Не говори, что ты настолько глуп.
Он мертв.
Куда ты ходил?
К Саймону.
- Оливер!
- Охрана меня не пустила.
И слава богу.
Значит, вы не сможете его тронуть.
- Оли, мы говорили несерьезно.
- Неправда.
Я сам виноват, что забыл,
кто вы все такие.
«Вы все»?
Теперь в это число входишь и ты.
Обещайте, что не тронете его.
Я серьезно.
Никто его не тронет.
Обещайте, я сказал!
Вы же...
...ничему не учитесь.
Анна-Лиза.
Я посмотрел телефон Доминика:
контакты, письма, – в нём ничего нет.
Кроме этого.
Это было на автоответчике.
Это Кристоф.
НА ЭКСТРЕННЫЙ СЛУЧАЙ
Это Кристоф.
Я в беде. Как и все мы.
Позвони, как только прослушаешь.
Серия 10
В предыдущих сериях...
- Саймон жив.
- Не смейте его трогать.
- Предъявим Миллстоуну обвинения.
- Он мой бывший.
Тогда вы не можете участвовать
в этом деле.
Вот почему ваша дочь покончила с собой.
Вы свели ее с ума, так же,
как сейчас сводите меня!
- Ребенка переводят.
- Он очень слаб.
Мистер Кастильо отправляет его
к лучшему специалисту в другую клинику.
- Диска у него нет.
- Откуда вы знаете!
Он забрал ребенка,
потому что думает, что диск у нас.
- Я хочу позвонить Доминику.
- Доминик тебе не ответит.
Не говори мне, что ты настолько глуп.
Он мертв.
Я просмотрел телефон Доминика.
Это было на автоответчике.
Это Кристоф. Я в беде. Как и все мы.
Позвони, как только прослушаешь.
Где мой ребенок?!
Помогите! Кто-нибудь!
Поверь, mi hija ,
я уже решил все проблемы,
которые могли бы возникнуть.
Хорхе Кастильо - новый
американский мультимиллионер.
Сегодня директор «Антарес»
с улыбкой нажал на кнопку звонка,
оповестив NASDAQ о выходе акций
«Антарес» на фондовый рынок...
Есть хочешь?
Яичница с сыром и беконом,
домашний пико-де-гальо.
Потом поем.
Компания «Антарес» продолжит внедряться
в каждый бизнес и каждый дом
по всему миру.
Хватит смотреть порнушку
с плохим папочкой,
давай я лучше устрою тебе живое шоу.
Эй!
...существуют защитники, новаторы,
которые обеспечат доступ
к информации...
Всё было напрасно.
...каждому человеку во всём мире.
Информация не должна быть
лишь у горстки власть имущих.
Ею нужно делиться со всеми,
чем «Антарес» и планирует
заняться...
- А если ее уволили?
- Кого?
Тиган.
Она всю жизнь ждала этого момента,
Если ее там нет, значит уволили.
Это моя вина.
- Не пиши ей.
- Я должна!
Только выставишь нас
виноватыми еще больше.
- Но...
- Не пиши ей. Обещай.
Я уже написала.
- Что?
- Поздравила с выпуском акций.
- Как так, Микаэла?
- Отстань!
- Это Тиган, она ответила?
- Это Анна-Лиза.
Когда демократизируется информация,
демократизируется власть.
Уинтерботтом.
Я думал, вы не работаете на Анну-Лизу.
Так и есть.
Тогда почему вы защищаете
ее студентов?
Я защищала вас.
- Как?
- Если бы арестовали Ашера,
он мог расколоться и рассказать всё,
что знает о вас.
А что он знает?
Что вы обвинили Анну-Лизу
в убийстве Уэса.
Я не хотела, чтобы это сказалось
на вашей кампании.
Впредь не вмешивайтесь
в дело Миллстоуна.
- Ясно?
- Я уже взяла самоотвод.
Пожалуйста!
Детей, рождённых сегодня,
ждет счастливое, яркое будущее
благодаря «Антарес».
И это будущее начинается сегодня,
с нашими инвесторами.
Ну и отлично.
Он светится в новостях,
болтает там о своем богатстве,
вместо того,
чтобы заботиться о ребенке.
Можем использовать это против него
на слушании.
Что?
В службе соцзащиты говорят,
что твой отец
навещает ребенка при
первой возможности,
когда это позволяет
Нью-Йоркская больница.
Он платит, чтобы так говорили.
- Когда слушание об опеке?
- Во вторник.
Анна-Лиза, тогда хотя бы
вытащите меня отсюда.
- Я работаю над этим.
- Почему же так долго?
Надо найти врача, которому можно
доверить твой осмотр.
Разве это так сложно?
Я ведь не сумасшедшая.
Лорел, я думаю лишь о том,
как вызволить тебя и вернуть малыша,
но нужно сделать всё идеально.
Доверься мне и я всё улажу,
по рукам?
- Я больше не могу ей врать.
- Тут она в безопасности.
- Безопаснее дома со мной.
Поможешь ей сбежать в Нью-Йорк
и похитить ребенка?
- Я этого не допущу.
- Ты допустил то, что она здесь.
- Дайте хоть рассказать о сообщении.
- Тихо.
Вдруг она скажет,
откуда Доминик знал Уэса.
Тихо, я сказала.
Что случилось?
Пропусти занятия и посиди с Лорел.
- Пятый день, ее должны выписать.
- Врачи пока не разрешают.
Вы же попросили Айзека
дать повторную оценку.
Он нам не друг, Микаэла.
А Лорел нужен друг. И это ты.
Может, ответишь?
Лорел ждет тебя.
Не говори, что оставил его телефон.
- Это доказывает, что он убил Уэса.
- И то, что ты убил Доминика.
Посмотрите на номер.
Сколько раз он звонил.
Это точно Хорхе, а значит,
он не знает, что парень мертв.
Телефон приведет его прямо к нам.
Это телефон «Антарес»,
он не отслеживается.
Избавься от него, Фрэнк.
- Послушайте...
- Ты хочешь стать следующим трупом?
- И кто меня убьет, вы или Хорхе?
- Мы оба близки к этому.
Уничтожь его.
Тебе сюда нельзя.
Я знаю, но если на мои звонки
не отвечают, я не выдерживаю.
- Я помог Миллстоуну, как мог.
- Я в курсе.
Тогда зачем пришла?
У меня слушание через две недели,
так что, если собираешься дать мне имя,
то самое время.
Так это сделка?
Поможешь мне, если я помогу тебе?
- Нам нужен жесткий диск.
- Вот поэтому я и не перезванивал.
- Я могу попросить только тебя.
- Диск пропал.
Он не попадал в улики,
копы его не видели.
Они лгут.
Так же, как я лгу всем вокруг,
притворяясь, что не сливаю тебе данные.
Мы должны вернуть ребенка матери, Нэйт.
А как же истцы,
о которых ты якобы так заботишься?
Как же их воссоединение с семьями?
Я просто напомнил.
Пора браться за групповой иск.
С тех пор как мы получили зеленый свет,
все заключенные хотят к нему примкнуть.
- У нас ведь хватает истцов.
- Да, но нам нужно лицо дела.
Так что перебирайте почту,
пока не найдете его.
- Я думал, нас уволили.
- Я снова вас наняла, радуйся.
Я рад, правда, но разве у нас нет
дел поважнее?
Например, Лорел, ребенок...
Он хочет знать, как идет его следствие.
И это тоже.
Может, добавим Саймона в список
забот, или нам всё еще плевать на него?
Конечно, нам не плевать,
нам просто нужно отвлечься.
Другими словами -
вы опять указываете нам, что делать.
Вы все пошли за Лорел на ту вечеринку,
не сказав мне, и что случилось?
А я теперь разгребаю этот бардак.
Ты точно хочешь срывать на мне злость?
Простите.
Поработайте в другом месте.
Не хочу, чтобы вы нюхали мое бельё.
Лифт наконец-то починили?
Да. Чего ты хочешь?
Честно?
Чтобы вы так не наседали на Оливера.
Это он на меня наседает.
Он впервые в жизни с таким столкнулся.
С ним не надо нянчиться, Коннор.
Неужели ты до сих пор этого не понял?
- Ты ее не знаешь.
- Последний шанс замолчать.
И вот ты уже втягиваешься в
ее заварушку глубже, чем кто-то из нас.
Ты что, хочешь стать следующим трупом?
Уничтожь его.
...даю тебе возможность
начать всё сначала, с Эйвери.
ТИГАН: Поздравляю, надеюсь,
вы пьете шампанское!
Тиган всё не отвечает?
Клянусь, он точно так же лежал в коме,
когда ты в прошлый раз была в больнице.
- Дай телефон, Микаэла.
- Я не буду писать ей снова.
Когда маму упекли в психушку
ее адвокат сослался на какой-то
судебный приказ,
и ее почти что выпустили.
Надо просто выяснить,
как он называется.
Но ведь у твоей мамы действительно
были проблемы с психикой.
Это потому, что отец
слишком долго ее там держал.
Я понимаю, как здесь ужасно,
но давай хоть раз доверимся Анне-Лизе.
Я знала, на что способен мой отец,
и все равно поставила малыша
под угрозу.
Как и всех вас.
Это я во всём виновата.
И я не смогу искупить вину перед вами,
если буду торчать здесь.
Тебя не хватало на лекциях.
Ты всё живешь в той убогой квартирке?
Оставайся у меня.
- Что вы такое говорите?
- Ну не знаю. Хоть сэкономишь.
- Привет.
- У меня встреча.
Я на секунду.
- Слышно что-нибудь по делу Ашера?
- Ты что, всё еще его любишь?
Брось, я бы сама разузнала,
но Денвер следит за каждым моим шагом.
- Знает, что ты вернулась к Анне-Лизе?
- Я не виделась с ней, а ты?
Она заходила ко мне утром.
Зачем же?
Видишь, даже ее имя
делает тебя одержимой.
Вы обе никак не поймете, что я работаю
и не могу бегать по вашим поручениям.
Нэйт!
Из-за тебя я опаздываю на встречу,
как раз по поводу Миллстоуна.
Я на вашей стороне.
Можно было понять.
Вот наш план:
обычно, лицом дела становится
самая грустная история, их кладем сюда.
А те, которые не подошли - сюда.
А лицо должно быть
привлекательным? Если да,
то этот парень не подходит.
Многие из этих людей провели всю жизнь
в тюрьме, и мы - их единственный шанс.
- О боже.
- Что «о боже»?
- Мы умные и вполне можем...
- Нет.
У Саймона уровень насыщения крови
кислородом ниже, чем вчера.
- Ты зашел в его медкарту?
- Ну да, просто взломал сеть больницы.
Оли, нет.
То, что ты там вычитываешь,
не принесет облегчение.
А это дело - помощь тем,
кто в ней нуждается.
От этого тебе станет легче, поверь.
Отвлекись немного.
Стой, обновляют состояние его почек.
Что случилось?
- О чём вы?
- Ты написала, что это срочно.
Вообще-то это я написала.
- Я же просила приглядывать за ней.
- Я приглядывала!
- Что?
- Ты написала отцу? Признавайся.
Нет. Я знаю, как меня вытащить.
Акт защиты от жестокого обращения.
Мамин адвокат обвинил отца в моральном
насилии и заточении мамы в лечебницу.
А если в деле ребенок,
акт обеспечивает право временной опеки.
Это применимо только в случае
домашнего насилия.
Не обязательно.
Формулировки тут довольно туманные,
может сработать.
И это будет односторонний иск, отец
даже не узнает, что это мы его подали.
- Это идеальный план.
- Я уже пыталась.
Я подала это самое прошение вчера,
и судья отверг его утром.
- Почему вы не сказали?
- Не хотела давать ложные надежды.
Зачем вы лжете?
О чём ты говоришь?
- Вы не подавали это прошение.
- Подавала.
Вы лжете. И не отрицайте.
Мне очень хорошо знакома
ваша ложь, я уже ее чувствую, и...
Я поддержу, если вы считаете,
что так лучше для Лорел.
У вас явно есть свои причины,
но хотя бы раз доверьтесь мне.
Мы не знаем причину
преждевременных родов, Микаэла.
- Но она же не самоубийца.
- Ты не видела, что было в том лифте.
- О чём это вы говорите?
- Она взяла пистолет на вечеринку.
Кто знает, какое еще безумие
она могла совершить после?
Ты этого хочешь?
Еще крови на своих руках из-за того,
что не защитила ее от нее самой?
Надо было сразу так и сказать.
У меня нет жесткого диска,
если ты за этим.
- Я в курсе.
- Тогда уходи.
Денвер работает на Хорхе.
Мы все это знаем.
- Хватит.
- А ты теперь работаешь на Денвера.
- Я не стану вашим шпионом.
- Я прошу не ради себя, а ради Лорел.
С которой ты спал в гостиной
моего же собственного дома.
Подумай о ребенке, Бон.
- Его оторвали от матери.
- Анна-Лиза попросила так сказать?
- Она не знает, что я здесь.
- Вы помирились, да?
Уэса теперь нет,
и ты быстренько занял пустующее место?
- Я хочу, чтобы мы снова стали семьей.
- Мы никогда не были семьей.
Прошу.
Ты единственная,
кто никогда не бросал меня.
И это было ошибкой.
Если честно, надо было
дать тебе застрелиться в ту ночь.
- Стреляй! Давай!
- Не надо, Фрэнк! Прошу!
Это единственное,
в чём я согласна с Анной-Лизой.
Ты не сможешь вечно меня ненавидеть.
Нашел! Джей Уолтерс.
Осуждён за предумышленное
убийство в 98-м,
потому что у него нашли
кредитку жертвы.
Его бесплатный адвокат даже
не представил смягчающих обстоятельств.
- Он избил пристава в суде.
- Стой, что?
И адвоката. Есть видео на YouTube,
хочешь, можешь посмотреть.
Проехали.
Это копы.
Скажи Микаэле, что я люблю ее.
Успокойся.
Привет.
А это что такое?
Групповой иск.
И Анна-Лиза доверила
вам работу над ним?
Да. Вы же знаете,
что я помог с одобрением иска.
Значит, это не ее заслуга?
Ее, конечно, но теперь
все эти люди хотят нашей помощи.
Это будет нечто.
И я рад, что участвую в этом.
Мы это уже слышали.
Ты. Давай поговорим.
Как я рад, что вы пришли.
Может, это из-за мускулов,
но с вами я чувствую себя безопаснее.
Я тебя разочарую.
Один из партнеров «Каплан энд Голд»
сказал детективам,
что ты был груб с Дрэйком на вечеринке.
На твоем месте,
я бы не надеялся на имя папочки.
- Сказали, кто это был? Тиган?
- Кто?
Босс Микаэлы.
Она не верит в то, что мы рассказали.
И я только сейчас узнаю?
- Что такое? Он сядет в тюрьму?
- Да.
Нет. И это личный разговор.
- Из-за секретов мы вечно и влипаем.
- Тогда позови Оливера.
Он разбит,
не хочу расстраивать его еще больше.
Кстати, я о нём волнуюсь.
Раз вы решили поговорить о чувствах,
я пошел.
Стойте. Скажите, как нам всё исправить.
Ничего не делайте, вот как.
Занимайтесь, делайте уроки.
Ну, я-то бросил учебу.
Значит, Анна-Лиза отдала групповой иск
в руки недоучки?
Оливер?
О нет.
- Пускают только родственников.
- Но его родители в Пакистане.
Они так быстро не получат визу.
Простите, таковы правила больницы,
только родственники...
Я его парень.
Вас нет в списке
его экстренных контактов.
Он держит это в тайне.
И мне запрещает об этом говорить.
Мне кажется,
поэтому он и пытался покончить с собой.
Я вас прошу.
Я так по нему скучаю.
Привет, Саймон.
Это я, Оливер.
Мне так жаль.
Информация не должна быть
лишь у горстки власть имущих.
Ей нужно делиться со всеми.
Чем «Антарес» и планирует заняться...
Он как будто следит за мной.
Наверное, так и есть.
- Надо рассказать Лорел о сообщении.
- Нет, не смей.
Если Уэс говорил с Домиником...
Кристоф говорил с Домиником.
Не важно. Они явно знают друг друга,
и Лорел поможет нам понять, откуда.
Как же мне не хватает водки.
Мне сходить в магазин?
Нет, ты должен сказать,
что алкоголь только всё усугубит.
- Алкоголь только всё усугубит.
- Просто дай мне подумать.
Я попросила тебя только об одном -
избавиться от телефона.
- Я оставил его не просто так.
- Из-за тебя нас убьют.
Я скачал приложение, которое
показывает, откуда идет звонок.
Если из Нью-Йорка, значит, это Хорхе.
Стойте, звонят из Филли.
- Класс. Он приехал убить нас.
- Нет, это не тот номер, что прежде.
Звонок из прокуратуры.
Это Денвер, Анна-Лиза.
- Я знаю, что вы сейчас скажете.
- Сам иди к Бонни, если ты об этом.
Я уже ходил, она меня ненавидит.
Меня еще больше, и это чувство взаимно.
Это не так.
Она чуть было не завалила
мой групповой иск.
А вы уволили ее в письме.
Слушайте.
Вы можете сидеть здесь и пить водку,
пока ребенок Лорел у этого ублюдка,
или извиниться перед тем,
кто может нам помочь.
Ей нужно только это.
Здравствуй.
Фрэнк считает, я должна извиниться.
Думаю, что нам обеим не стоит
слушать советы Фрэнка.
Скорее всего нет.
- Спрашивай.
- А?
Ты хочешь, чтобы я помогла с Денвером,
нашла жесткий диск.
Почему не спросить?
Мне не придется,
раз ты сама уже всё сказала.
Я не права?
- Тебе лучше уйти.
- Почему?
Ты к этому не готова. Я понимаю.
- Я здесь, Бонни.
- Потому что Фрэнк тебя попросил.
И он ошибается,
тебе не нужно извиняться.
Разве ты не этого хочешь?
Я только хочу,
чтобы мы могли поговорить
как взрослые, а иначе - с меня хватит.
- Ты ведь несерьезно.
- Мы не можем так дальше жить.
Ладно, тогда, пожалуйста,
дай мне сказать, Бонни.
Прости, что уволила тебя, и прости,
что из-за меня тебе стало одиноко.
Твоя очередь.
Зато Блэйк теперь больше никогда
не будет ворчать по поводу того дела.
Все твои документы у меня,
и я очистил от вирусов твой компьютер.
Увидишь, когда вернешься на работу.
Оливер.
Если вы не родственники,
вам придется уйти.
Мы только заберем друга.
Не заставляйте вызывать охрану.
- Пора идти, Оли.
- Нет.
Оли, пойдем.
- Часы приема еще не закончились.
- А мне плевать.
Ты пока навести Лорел.
А я с ним тут побуду.
Дай мне побыть героем хоть раз.
Ты же хотела взрослый разговор,
так давай.
Будь со мной честной наконец.
Я была честной в нашу
последнюю встречу.
Я больше не могу прощать тебя за все
гадости, которые ты творишь.
Я прощала тебя только потому,
что знала,
какой ад ты пережила, но довольно.
Ты мне не просто нравишься,
я люблю тебя.
И почему это тебя так расстроило?
Ты испугалась, что это что-то означает?
Наши с тобой отношения
гораздо глубже и сложнее,
чем отношения с мужем,
женой или девушкой.
Я не влюблена в тебя, Анна-Лиза.
Врачи говорили что-нибудь еще?
О том, что я сумасшедшая?
О том, почему ты родила раньше срока.
А что?
Я просто подумала,
вдруг это из-за Саймона.
- Что?
- Когда он схватил твою сумку.
- Стой! Нет!
- Отстань от нее!
Мы никогда не узнаем наверняка, но...
Если и есть причина не жалеть,
что Саймон лежит в коме, то это она.
Это не Саймон.
Откуда ты знаешь?
Лорел?
Это был Фрэнк.
Пусти!
Нет.
Ты не знаешь наверняка.
Я почувствовала.
Не говори Фрэнку, это его убьет.
Бонни, я ведь понимаю,
что ты была одинока почти всю жизнь,
и поэтому так во мне нуждаешься,
но иногда...
Иногда это уже слишком.
Для меня иногда это тоже слишком.
Что «это»?
Твоя нужда во мне.
Ведь только поэтому ты сейчас здесь.
Нет.
Мы с тобой вечно нуждаемся
друг в друге,
в этом суть наших отношений, Бонни.
Нет. Ведь наши отношения -
это сплошь извинения.
Ты растоптала меня тогда в суде,
и тебе было так совестно из-за этого,
что ты решила мне помочь.
Ты же могла просто извиниться
или выписать чек,
но ты втянула меня в свою жизнь.
Значит, ты жалеешь об этом?
Может, официанткой я была
бы счастливее, потому что...
...это...
А ты счастлива сейчас?
Я в ярости.
И я тоже.
Понимаю, каково тебе.
После Синклер и того, что я сделал,
я думал, что не заслуживаю права жить.
Вокруг люди, Ашер.
Синклер - это моя собака,
которую я случайно сбил.
К чему ты клонишь?
Когда видишь, как твой пес умирает,
это сильно влияет на рассудок,
загоняет в депрессию,
но нельзя поддаваться.
Это никому не поможет, включая собаку.
Так что если так хочется ненавидеть
себя или презирать жизнь,
придется перекрыть это чувство.
Едой, сексом, работой, чем угодно,
но в итоге это сработает.
Звучит странно, согласен,
но только так я не оказался в петле,
как мой отец.
Я понимаю, почему ты злишься.
Но мне господь
тоже не так уж часто улыбается.
Он испытывает меня.
Я потеряла ребенка. Я алкоголик.
Я видела кровь покойного мужа
на полу в гостиной.
И эти дети рушат мне жизнь,
звоня и говоря, что кто-то застрелился,
или рожая в лифтах.
- Ты не обязана им помогать.
- Я понимаю.
Тогда зачем помогаешь?
Мне нужно хоть иногда
не чувствовать пустоту.
И не считать себя ужасным человеком.
Поэтому я помогла тебе,
- помогла Уэсу, теперь Лорел...
- Остановись.
Отпусти Лорел.
Ты же сама сказала,
что это только злит тебя.
И как же мне это сделать?
Дать ее отцу забрать ребенка?
Она убьет себя, мы обе это знаем.
Она просыпается каждый день без него.
Он пропал.
Я помню, как лежала на полу в ванной,
а когда очнулась, увидела твою руку
у себя на горле.
Подумай, сколько боли мы
могли избежать,
если бы ты просто отпустила меня.
Что это?
Всё, что мы нашли
на компьютере Саймона Дрэйка.
Здесь есть улики, связывающие «Антарес»
с фондами вашей кампании.
Я их уничтожила. Вместе с другими
уликами, изобличающими вас.
В его компьютере ничего не осталось.
Почему?
Потому что я хотела
бы сохранить работу.
Пожалуйста, еще раз.
Я их уничтожила.
Вместе с другими уликами,
изобличающими вас.
В его компьютере ничего не осталось.
Почему?
Потому что я хотела
бы сохранить работу.
Мистер Лэйхи?
Тиган Прайс.
Не знаю, зачем вы приехали,
но у нас все, как только могут,
помогают расследованию
детектива Николс.
Я хотел узнать о предполагаемой стычке
между Милстоуном и Дрейком
пару месяцев назад.
- Я бы не тратила на это время.
- Почему вы так считаете?
В нашем офисе наплетут что угодно,
лишь бы драма не закончилась.
Так вы думаете,
он хотел покончить с собой?
А вы нет?
Только если ваша фирма хочет
скрыть заговор
«Антарес», на который он наткнулся.
Уверена, вы в курсе,
что в нашей фирме вся информация,
которая касается «Антарес»,
полностью конфиденциальна.
Что-то еще, или я могу вернуться
к работе, мистер Лэйхи?
Ну привет, ребятишки.
Ух ты. А вы тут прямо
гнёздышко себе свили.
Ты просто не проводил здесь
пять дней подряд.
- Держишься?
- Ага.
- Лорел, ты как?
- Ужасно.
А ты?
Ты прости меня, Оливер.
Я у всех прошу прощения.
Что ж, это место явно превращает тебя
в размазню,
так что пора тебя вытаскивать.
Может, давай мы тебя похитим?
Посоветуешь как?
Тебя же уже похищал отец.
Простите, шутка несмешная.
Не надо никого похищать.
Анна-Лиза ее вытащит.
А что она делает?
Ищет специалиста.
Надо было просто шантажировать врача.
Как в старые добрые времена.
Я могу взломать его почту, посмотреть,
как им можно манипулировать.
Не будет никакого шантажа и хакерства.
Нам просто надо написать петицию
по 302-му постановлению
и самим отнести ее судье.
Или сошлемся на дело против Блейкера.
Вспомните лекцию Кормайкла.
- Вы должны вытащить Лорел.
- Вот, значит, как ты мне доверяешь.
Больница сведет ее с ума,
так же, как и ее мать.
Она сказала это,
чтобы манипулировать тобой.
Ашер с Коннором пишут петицию
для суда прямо сейчас.
- Это не сработает.
- Анна-Лиза...
Подумайте, каково вам будет,
если она выйдет
и сделает с собой такое,
от чего уже не вылечится.
- Она не причиняла себе вреда.
- Никто этого не знает.
- Я знаю!
- Откуда?
Фрэнк случайно ее ударил.
Отсюда и преждевременные роды.
Это была не вечеринка, не пистолет,
а дурацкая мужская ссора.
Что ты сказала?
Когда вы с Коннором подрались,
она вступилась, и...
Я обещала ей
ничего вам не рассказывать.
Она гораздо сильнее, чем все мы думаем.
Спасибо за помощь.
Знаете, вы мне так помогли.
Даже муж заметил,
что я стала мягче.
Что ж, тогда увидимся
на следующей неделе.
- Нет.
- Прошу.
- Вы уже не моя пациентка, Анна-Лиза.
- Простите за слова о вашей дочери.
Дисциплинарный совет
найдет вам специалиста.
Я сорвалась на том,
кто попался под руку.
А мне плевать, Анна-Лиза!
Вы точно такая же, как все алкоголики:
склонный к манипуляции нарцисс.
И меня затянуло, сам виноват.
- Вы слишком часто приходили в слезах.
- Я прошу не ради себя.
Вы ставите свои нужды
прежде всех остальных,
сколько бы боли это ни
причиняло другим.
Я это знаю, потому что поступал так же.
Поэтому прийти я могла только к вам.
И в какое положение это меня поставит?
Вы заявляете,
что не хотите разрушать жизнь другим.
Вы даже сказали, что боитесь,
что заденете и меня тоже.
Но вы снова здесь
и тянете меня в свои проблемы.
У вас своих проблем хватает.
И вы сами в них виноваты, не я.
Конечно, я сам виноват!
Поэтому я и занимаюсь этой работой!
Ведь я настолько болен, что знаю,
как помогать другим больным.
И у вас получилось.
Получилось, вы помогли мне.
А потом появилась Жаклин,
и я простила вас за это.
- Так почему вы не простите меня?
- Нет, тут ведь дело не в прощении.
А в том, что у меня нет
времени на людей,
которые не хотят ничего делать
для выздоровления.
Тогда уделите время Лорел!
Я даже не знаю ее, Анна-Лиза.
А если бы это была Стелла?
Если бы она была одна в больнице,
у нее украли ребенка,
и ни один врач не хотел помочь?
Не надо.
- Стеллу я бы поддержал.
- А отец Лорел не поддерживает ее.
Пожалуйста.
Послушайте, я ведь не прошу вас
солгать на экспертизе.
Она же вам не дочь, Анна-Лиза,
и ребенок тоже не ваш.
Так зачем вы вообще
в это вмешиваетесь?
Не говорите, что дело в Лорел,
мы оба знаем, что нет.
Конечно же нет!
Дело тут совсем не в ней,
а только во мне.
Дело в моём спасении.
Неужели это так плохо?
Помогите!
Ты член семьи, и должна пожинать плоды.
Вот почему я не хочу иметь с тобой
ничего общего.
Поверь мне, я решил все проблемы,
которые могли бы возникнуть.
Лорел, проснись.
К тебе кое-кто пришел.
Ты винишь себя за то, что случилось?
Спрашиваете, родила ли я раньше срока
из-за наркотиков?
Но ведь верного ответа
не существует, правда?
Почему?
Если я скажу, что нет,
то сойду за полоумную,
которая заявляет
о подделке анализов крови.
А если совру и скажу, что да,
то признаюсь в наркомании.
Значит так...
Я не собираюсь устанавливать причину
преждевременных родов.
Я хочу понять твое самочувствие.
И откровенный рассказ о своих чувствах
вовсе не будет означать,
что тебя здесь оставят.
Он чуть не умер.
Даже не успев сделать вдох.
И только я могла защитить его.
А я даже не смогла...
Я не смогла этого сделать.
Только я один переживаю
за всех этих людей?
- В общем, да.
- Похоже, что так.
Этот человек отсидел больше 30 лет,
большую часть срока в карцере.
Представляете?
Без людей, без связей,
он ни с кем не говорил десять лет.
- Чем же он такое заслужил?
- Убийством, конечно.
- Но мы тоже убивали.
- Не все.
Всё равно посмотрите на нас.
Мы едим пиццу, не в тюрьме,
потому что у нас есть Анна-Лиза.
- Странно.
- Это не странно.
Просто мы - не цветные,
которых систематически притесняет
расистская система правосудия.
Нет, посмотри на его имя.
А что за имя?
Нэйт Лэйхи.
А если опека останется у твоего отца?
Это худший из возможных сценариев.
- Почему?
- Потому что он преступник.
Его просто никогда не ловили.
И ты хочешь, чтобы он поплатился
за все преступления?
- Это невозможно.
- Почему?
Потому что у него есть люди, которые
занимаются исключительно его защитой.
Я не должна была приходить, но...
Меня невероятно гложет то,
что, возможно, вы не присутствовали
на выпуске акций из-за меня.
Удивительно, какой важной
ты себя считаешь.
Зачем вы меня покрываете?
Вы сказали следователю,
что за всем этим стоял Саймон.
Вы в это не верите, я же знаю,
но тогда почему так заявили?
Ты сейчас делаешь вид, что глупа,
но ведь это не так.
То, что вы с друзьями натворили,
поставило под угрозу нас всех.
И если ты решила прийти и поговорить
со мной об этом здесь,
в публичном месте,
ты явно не напугана,
хотя и должна быть.
А это о многом говорит, учитывая,
сколько страшных вещей
я видела в жизни.
Не пиши мне, не звони
и никогда больше не подстерегай.
У тебя были мысли о том,
чтобы навредить отцу?
Вы ждете честного ответа?
Да.
У меня всю жизнь были мысли
навредить своему отцу.
Но ведь к нему никак не подступишься.
- Скажи, что нашел Доминика.
- Нет.
Значит, ты так же бесполезен, как и он.
У нас есть проблема посерьезнее.
Бонни Уинтерботтом.
Судя по документам, у твоей матери
были проблемы с психикой.
- Твой отец подделал документы?
- Нет.
Нет, он стал причиной болезни.
А ты знаешь, какой у матери
был диагноз?
Ага.
Биполярное расстройство
с быстрой цикличностью.
Диагноз поставили после того,
как она меня родила.
Ее госпитализировали
и накачали лекарствами настолько,
что она стала неопасна ни для себя,
ни для остальных.
Но у меня такого нет.
У меня даже не было никаких симптомов.
Никогда.
Поверьте, у меня нет причин
ранить себя или кого-то еще.
Потому что иначе...
...я бы никогда не смогла быть
со своим сыном.
А он для меня сейчас
важнее всего на свете.
Значит так.
Заведующий отделением считает, что она
всё еще выказывает признаки депрессии,
и решил придерживаться рекомендаций
первого врача.
Ее отец подкупил того врача.
Дайте мне закончить.
Я возразил, показав, что уровень
гормонов уже пришел в норму.
Она не выказывает склонностей
к самоубийству,
а учитывая, что у нее отняли ребенка,
она ведет себя адекватнее,
чем могла бы.
Заведующий согласился
и оформил немедленную выписку.
- Что это?
- Я остаюсь здесь.
- Мне не нужен телохранитель.
- Еще как нужен.
- Почему телефон Доминика еще у тебя?
- Забыл выбросить.
Не надо врать.
Скажи, почему телефон всё еще у тебя.
Говори!
Включай.
Что включать?
Точно?
О чём вы?
Это Кристоф.
Я в беде. Как и все мы.
Позвони, как только прослушаешь.
Это Кристоф.
Я в беде. Как и все мы.
Позвони, как только прослушаешь.
Это Кристоф.
- Лорел, отдай телефон.
- Нет.
Лорел, это твой отец, он звонит
каждый день, отдай телефон!
Он не знает, что Доминик мертв,
не отвечай.
- Вы ошибаетесь.
- Отдай телефон!
- Не глупи!
- Это не отец!
Привет, мам.
Серия 11
В предыдущих сериях...
Нам нужно лицо дела. Так что ройтесь
в этой почте, пока не найдете его.
- Посмотри на имя.
- Какое?
Нэйт Лэйхи.
Здесь есть улики, связывающие «Антарес»
с фондами вашей кампании.
Я их уничтожила.
- Почему?
- Потому что я хочу сохранить работу.
- Скажи, что нашел Доминика.
- У нас посерьезнее проблема.
Бонни Уинтерботтом.
Так уделите время Лорел!
Не говорите, что дело в Лорел,
мы оба знаем, что нет!
Конечно нет! Дело в моем спасении.
Судя по документам, у твоей матери
были проблемы с психикой.
Биполярное расстройство.
Ее госпитализировали
и пичкали лекарствами,
пока не посчитали,
что она неопасна для себя.
Почему телефон Доминика еще у тебя?
Это Кристоф.
Лорел, это твой отец,
он звонит каждый день!
Нет! Это не отец!
Привет, мам.
- Это не испанский.
- Это французский. Тихо.
Она сказала, что я убил Доминика?
Коннор, ты не вовремя.
Вы знали, что отец Нэйта
сидит в тюрьме уже 33 года?
Что?
Не знала. Съел? С тебя 50 баксов.
Коннор, объясни.
Мы нашли дело о 71-летнем убийце
по имени Нэйт Лэйхи.
Это не значит, что это отец Нэйта.
Я взломал данные по его делу.
Единственный обозначенный член семьи –
наш Нэйт.
- Нэйт не рассказывал?
- Нет.
Почему он положил досье в почту,
а не рассказал вам?
Мне надо идти. Я...
Ладно. Так.
- Она нам поможет.
- Как? Она что, наемница?
- Что она знает?
- Практически всё.
- Издеваешься?
- Откуда?
Доминик ей как сын, они общаются каждый
день, он рассказал о моей беременности.
И о том, что предупредит меня,
что отец тоже знает.
Поэтому она и названивала Доминику –
переживала, что с ним
что-то случилось.
У тебя его телефон.
Это доказывает, что случилась с ним ты.
Я сказала, что телефон был в машине,
она думает, что его убил отец.
Это перебор, я понимаю.
Но она приедет и даст показания
против отца на слушании об опеке.
И что скажет?
Что он плохой отец, и она видела это,
когда они воспитывали меня.
- Это хороший план.
- Хватит уже сумасшествий!
Надо было оставить тебя в психушке,
сейчас мне кажется, там тебе и место.
Я умоляла Айзека тебя вытащить.
По доброте душевной.
Я даже забросила групповой иск,
только потому,
что хочу вернуть тебе сына.
И я тоже этого хочу.
Из-за тебя мы в это ввязались.
Повзрослей уже.
Скажи матери, чтобы отстала.
Иначе я уйду
отсюда и уже точно не вернусь.
Вы правы.
Простите.
Но она точно не станет сидеть дома,
раз теперь она всё это знает.
Она нам поможет, обещаю.
Ее мать ведь чокнутая.
У нее биполярное расстройство.
Всё равно из-за проблем с психикой
ее показания
могут считаться недействительными.
Даже не юрист понимает,
что это ужасная идея.
Ничего подобного.
И вообще, я пришла не за вашим мнением.
Даже по поводу этого наряда?
Померяй розовый пиджак,
я купила его на Пасху у мамы Эйдена.
Может, поговорим о более важных делах?
- О том, что Саймон очнется?
- Что Уэс звонил Доминику.
Кристоф звонил Доминику.
- Почему он никому не рассказал?
- Может, рассказал.
- В смысле? Он сказал тебе?
- Нет.
Но очевидно,
что Лорел любит многое скрывать.
Я не знала о Уэсе и Доминике.
- Лучше?
- Розовый – это как-то избито.
Лорел.
А почему же Уэс тебе не рассказал?
Я не знаю, прежде всего
сейчас мне нужно вернуть ребенка.
Я просто говорю, что это бред.
Микаэла, я не могу начать
сомневаться в Уэсе сейчас!
Пожалуйста!
Прости.
Забыли.
Думаю, что судье понравится розовый.
Как и моей маме.
Пошли.
Ребята, надо работать
над делом отца Нэйта.
Вот список всех его арестов,
вынесенные приговоры...
Я не выдержу
очередной несправедливости.
Анне-Лизе на это плевать.
Это была проверка?
Ты думал, я не обращу внимание?
Возможно.
Я прошла?
Я был маленьким, когда он сел.
За наркотики, глупые нарушения УДО.
Мы к нему ездили, но мама обрубила
контакты, когда он убил сокамерника.
Мне было 15.
Вот так.
Так что я даже и не знаю,
заслуживает ли он помощи.
- Я просмотрю его документы.
- Если будет время.
- Будет.
- У тебя слушание Лорел.
Нэйт. Дай мне хоть раз
сделать что-то для тебя.
Не обнадёживайся.
Как всегда.
Она так нервничает.
- Точнее ты.
- Что?
- Первое знакомство с матерью.
- Я спокоен.
- Уже делаем ставки?
- А на что ставить?
- Насколько полоумной она окажется.
- Всё, нельзя использовать это слово.
Лорел!
По-английски, чтобы ты была готова.
Миссис Кастильо, я Фрэнк.
- Анна-Лиза?
- Да.
- Не знаю, как вас и благодарить.
- Не стоит.
Нет. Вы были для Лорел матерью больше,
чем я в последнее время.
- Идите сюда.
- О, ладно.
Так. Ну хорошо. Идемте.
Мам, Микаэла приведет тебя в порядок,
прежде чем мы пойдем.
Отлично.
- Правда? Разве нам уже не пора?
- Просто сделай это.
- Пойдемте, миссис Кастильо.
- Зови меня Сандрин.
Думал, ты постараешься оградить маму
от всего этого.
Ты не оставил мне выбора.
Как он?
Прекрасно.
Врачи говорят, скоро будет дома.
У тебя дома,
если ты дашь мне то, что я хочу.
У меня нет жесткого диска.
Лорел.
Не волнуйтесь.
- Мы закончили.
- Я этого не делал.
Не обращай внимания.
О чём ты говоришь?
Что ты имеешь в виду?
Уэса.
Жаль, что ты разрушаешь
нашу семью из-за недопонимания.
Мисс Кастильо, вы принимали
кокаин во время беременности?
Конечно нет.
А анализы сдавали?
Да. Мой гинеколог, доктор Хуанг,
сказала, что три анализа крови
включали тест на наркотики.
Протестую, показания с чужих слов.
У меня есть результаты анализов,
ваша честь.
И, как видите,
наркотики в крови отсутствуют.
Это всё назначенные заранее анализы.
Вы хотите сказать,
что важен только тот анализ,
который взяли в «Сэнт Идит»
после родов?
Об этом и речь, да.
Ваша честь, я хочу
представить документы,
свидетельствующие о том,
что лаборатория «Сэнт Идит»
восемь раз за прошлый год выдавала
неверные результаты анализов.
Эти данные не опровергают тот факт,
что мисс Кастильо проявила
чрезвычайную гипоманию во время родов,
и врачам даже пришлось пять дней
продержать ее
в психиатрическом отделении.
Потому что мисс Кастильо очнулась
и узнала, что ее отец украл ее же сына.
Осторожно, мисс Китинг.
Прошу прощения.
Получил право опеки над ее сыном.
Какова была ваша реакция на это,
мисс Кастильо?
Опустошение.
Как будто у меня отняли часть тела,
но хуже.
Зато ваш ребенок был с вашим отцом,
а не с незнакомцем.
Мне было бы спокойнее,
если бы он был с незнакомцем.
Почему? Вы не считаете, что ребенок
в безопасности с вашим отцом?
Мой отец никогда
не заботился ни обо мне,
ни о ком-либо из членов нашей семьи.
То есть вы считаете,
что ребенку будет лучше с вами?
- Конечно.
- Почему?
Я его мать.
Вы только что пережили очень
травмирующие события, мисс Кастильо.
Может, вам нужно время,
чтобы восстановиться?
Восстановиться мне поможет
только возвращение моего сына.
Я его не видела. Я даже не успела
подержать его, прикоснуться.
Представляете? Семь месяцев
вынашивать в себе ребенка,
всё это время постоянно переживать
о нём, говорить с ним. Понимаете?
А потом очнуться и узнать,
что его забрали без твоего согласия?
Я люблю своего сына.
И просто хочу быть его матерью.
Это только первый раунд.
Судья была тронута, Лорел,
я сама видела.
А я видела, что она считала минуты
до обеда, не будем опережать события.
Это и делает ее хорошим адвокатом.
Да, серьезно, она кажется стервой,
но в этом и есть ее обаяние.
А вы кто такой?
Фрэнк. Мам, я же тебе рассказывала.
- Да.
- Ладно, пойдем пообедаем.
- Увидимся на месте?
- Потом пообщаемся.
- Это было унизительно.
- Да нет.
Что будем делать
с сообщением Кристофа?
Можно изъять телефон Уэса из вещдоков.
Нет.
Это поможет узнать,
сколько раз он говорил с Домиником.
Анна-Лиза уже попросила Бонни.
- Они помирились?
- Пока да.
БАЗА ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ
УЭС ГИББИНС:
ВЕЩИ, НАЙДЕННЫЕ ПРИ ЖЕРТВЕ
МОБИЛЬНЫЙ ТЕЛЕФОН
Кто-то просматривает мой компьютер.
Это единственное объяснение, да?
Мне надо прийти к вам и посмотреть.
Нет, я даже говорить с тобой не должна.
Стойте, почему? Думаете, это Денвер?
И думаете, он шпионит за всеми нами?
- Бонбон так думает?
- Что, серьезно?
- Скажи, пусть не волнуются.
- Ладно, но вы можете...
Что ты делаешь?
Ищу жучки.
Так, теперь я боюсь.
Мисс Кастильо, почему вы попали
на реабилитацию
в подростковом возрасте?
Это не относится к делу.
Я пытаюсь установить закономерность,
ваша честь.
Протест отклонен, отвечайте.
- У меня было пищевое расстройство.
- Вот как?
А вот в документах написано
про употребление кокаина.
Я употребляла кокаин
всего несколько раз
для подавления аппетита.
Так вы признаётесь,
что вы уже употребляли кокаин,
- чтобы управлять своим телом?
- Протестую, спорный момент.
Дальше, мистер Дин.
Со сколькими мужчинами
вы спали до беременности?
Протестую! Это равносильно обвинению
в распутстве, я оскорблена!
Я тоже, поддерживаю.
Я перефразирую.
Во время беременности
вы запрашивали тест на отцовство?
Да.
И по этой же причине вы сказали отцу,
что сделали аборт?
Нет, я не хотела, чтобы он негативно
отреагировал на то, что я жду ребенка.
Вы рассматривали возможность аборта?
Так утверждают медицинские записи.
Сколько у меня времени?
В Пенсильвании аборты разрешены
до 24 недель.
Я имею право
на информацию о моих возможностях.
Или, возможно, вы вообще передумали
заводить ребенка?
- Нет.
- Вы переживали, что он может оказаться
таким же, как его отец,
Уэсли Гиббинс...
Протестую!
...психически больным социопатом,
который сознался в убийствах
- и в результате покончил с собой.
- Адвокат даёт показания!
Вы приняли кокаин, чтобы навредить
своему нерождённому ребенку.
- Нет, это неправда!
- Сейчас вам очень удобно так говорить.
Я не дам клиентке давать показания,
если адвокат продолжит ее оскорблять.
Мистер Дин, суд наложит санкции,
если вы будете продолжать
в том же духе.
Этого не потребуется.
Я закончил допрос.
- А вдруг мы всё не так поняли?
- Ты о чём?
О Хорхе. Мы знаем о нём
только со слов Лорел.
- Он и тебе успел запудрить мозги?
- Надо быть осторожными.
Когда же мне начнут
подкидывать решения,
а не проблемы?
А.К.!
Что такое?
Я просмотрел отчеты об арестах
Нэйта старшего.
Мы вместе просматривали его отчеты.
Но это же я нашел важную информацию...
Так, приза не будет, выкладывай.
Каков вердикт?
Говори.
Он проходит по критериям.
У него было 15 бесплатных адвокатов,
и все уговаривали признать вину.
Он и был виноват.
Ашер узнал, что никто не брал показания
у заключенных, которые видели убийство,
просто поверили охранникам.
Он всё равно убийца.
Я не говорю,
что мы сделаем его лицом дела,
но он не хуже любого другого
из моих истцов.
Я звонила в тюрьму,
можем сходить к нему сегодня.
- Сегодня? Нет.
- Слушание на следующей неделе.
- Я не видел его с 15 лет.
- И каково тебе после стольких лет?
Хорошо?
Все посетители десятого сектора
должны соблюдать правила:
не касаться, не разговаривать громко,
не делать резких движений.
Это ради безопасности,
вашей и заключенного.
Есть вопросы?
Давно он в изоляторе?
Чуть больше двух лет.
Мистер Лэйхи, то, что случилось с вами,
не должно повториться.
Мое дело именно об этом.
О том, чтобы хорошие люди
не попадали в тюрьму за преступления,
за которые белым
не дали бы и дня срока.
Я сталкиваюсь с таким постоянно.
Такое происходило
с моими близкими людьми.
И я хочу это остановить.
А вы можете помочь.
Вам нужно только
поставить подпись.
Необязательно решать сегодня.
Я не потому молчу,
просто забавно, что вы думаете, что...
...какой-то сломленный старик-зэк
может помочь вам с делом.
Всё благодаря вашему сыну,
это он попросил меня прийти.
Кто, говорите,
попросил вас прийти ко мне?
Нэйт.
Но вы назвали его моим сыном.
Привет, это я. Нэйт.
Давно не виделись.
Ты перестал быть мне сыном
с того момента, как стал копом.
Ты всё еще коп?
Слушай, нам о многом надо поговорить.
Знаете, кто такой черный коп?
Подстилка для белых.
Ты мне не сын.
Ты мне не сын!
Этот коп мне не сын!
Говорите тише.
Вот ты кто!
- Визит окончен.
- Ты подстилка!
Визит окончен!
Ты ведь такой же, как те,
кто держит меня здесь!
Всё, визит окончен!
Все эти годы!
- Ты сволочь!
- Простите, если я...
Да, уведите их отсюда!
И ее тоже уведите!
Забирай свою шлюху!
Убирайтесь отсюда оба!
Я для этого предателя
ничего подписывать не буду!
Забирай свою шлюху, и катитесь к черту!
Я ничего подписывать не буду!
Ничего не буду! Слышите?
Убирайтесь! Проваливайте отсюда!
Нет никакого научного обоснования
содержанию в изоляторе.
Оно основано
на религиозном обряде квакеров,
они надеялись, что наедине с собой
преступник быстрее покается.
Целью было осознание своих ошибок,
а не лишение рассудка.
Что ты делаешь?
Детка, я предлагаю тебе
заняться сексом.
А ты заводишь
самую угнетающую тему на свете.
В этом всё дело, отец Нэйта
провел в тюрьме почти всю жизнь.
И сегодня ты этого не изменишь.
И мы не узнаем,
откуда Уэс знал Доминика,
завалится ли мама Лорел в суде,
и не развеем все те заботы,
которые вертятся
в моей голове каждый божий день.
Так что давай просто забудем
обо всём на один вечер?
Прости. Малыш Ашер еще думает
об отце Нэйта.
Но я могу заняться тобой.
Просто обними меня.
Это всё, что мне нужно.
Над чем ты работаешь?
Если скажу, ты на меня разозлишься.
Или еще больше разозлюсь,
если не скажешь.
В любом случае –
разозлюсь.
Создаю страничку для сбора средств,
чтобы родители Саймона к нему приехали.
Да уж, не стоило говорить.
Мы же помогаем родителям остальных,
почему не помочь и его?
- Его мозг мертв, Оли.
- Это не факт.
Его родителям нужно минимум
15 тысяч долларов, заплатить юристам,
получить визы и приехать к своему сыну,
который якобы был в такой депрессии,
что решил застрелиться.
- Так, послушай меня.
- Не надо меня контролировать.
Не как своего парня, а как адвоката.
Ты был рядом, когда Саймон выстрелил
в себя при загадочных обстоятельствах.
Потом приходил к нему в больницу,
а теперь собираешь
деньги для его родителей.
Это действия виновного человека.
Так скажет присяжным любой обвинитель,
и тогда тебя схватят
и посадят в тюрьму.
Или ты сам этого хочешь?
Слушай.
Это нормально, думать,
что ты должен быть наказан.
Но если тебя посадят,
я этого точно не переживу.
Так что подумай об этом,
прежде чем принимать решение.
По-английски.
Чтобы подготовиться к суду.
Так этот Фрэнк?
Мам, давай не будем об этом.
Не хочу говорить о моих романах.
Прости.
Надо было тебе сказать.
Но я не хотела, чтобы папа узнал.
Тебе больше не надо
защищать меня от него.
Ну, я в этом не уверена.
Лорел?
Лорел, посмотри на меня.
Со мной теперь всё нормально.
- Только не заводи опять эту тему.
- Прошу.
Мне стало намного лучше.
Тебя не было рядом, чтобы это увидеть.
Дело здесь не в твоей болезни!
Это касается моего сына
и его безопасности!
По крайней мере,
я думала, что защищаю его,
но у меня не получилось, очевидно.
- Иди ко мне.
- Ладно, я просто, я...
Всё нормально.
Я просто устала и хочу есть.
У тебя есть продукты?
Я что-нибудь приготовлю.
Давай лучше закажем.
Тайское пойдет?
Наверное, у меня и дома жучок.
Я приеду и всё проверю.
Тогда они поймут, что я всё знаю.
Или у тебя паранойя.
Она тут, похоже, заразная.
А что такое?
Фрэнк, ты серьезно собираешься
от меня что-то скрывать?
А если Лорел неправа?
И папаша не убивал Уэса?
- Тогда я убью ее.
- Хватит.
Нет. Я рискую жизнью,
играя в вашего дурацкого шпиона.
- Мы защитим тебя.
- Как?
Денвер с радостью от меня избавится,
причём любым способом.
А после меня и от всех вас.
Или ты настолько слепой,
что не видишь этого?
Я всех нас уберегу, Бон.
Повторение этих слов
не делает их правдивыми.
До тебя он доберется
только через мой труп.
Привет. Нет никаких новостей от Бонни?
Не будем обсуждать это здесь.
- Потому что она ничего не нашла?
- Твоя назойливость всем уже надоела.
Это не 50-е, я не стану сидеть
и улыбаться как домохозяйка.
Фрэнк.
- А где мама?
- Э...
Я же просила поговорить с ней,
пока я отойду.
С ней я нервничаю.
Можешь не ёрничать,
я и так знаю, что ты скажешь.
Мисс Кастильо?
Анна-Лиза. Здравствуйте.
Всё хорошо?
Я просто вышла подышать.
- Вам необязательно быть здесь.
- Что?
Врач Лорел из больницы, доктор Ро,
даст показания, так что
если вы боитесь давать показания...
- Я справлюсь.
- Точно?
Ваш бывший супруг умеет запугивать.
И с ним справлюсь.
Да, но если вы выступите неидеально,
Лорел потеряет опеку.
Для всякого тяжело
давать показания в таком деле.
Хотите сказать,
для психически больного человека.
Моя задача – защищать Лорел.
А я что, по-вашему, делаю?
Как вы смеете?
Мама.
- Что случилось?
- Абсолютно ничего.
Вы клянетесь говорить правду,
только правду и ничего, кроме правды?
Она напугана. Что вы ей там наговорили?
Ничего.
Я же просила тебя дать мне работать.
Мисс Китинг?
Мисс Кастильо.
Скажите, вы считаете,
что Лорел будет хорошей матерью?
Замечательной матерью.
А откуда вам знать,
что такое хорошая мать?
По рассказам моей клиентки, вы были
для нее не самой образцовой матерью.
Прошу, ответьте на вопрос.
Да, я не так много внимания
уделяла Лорел в детстве,
но в основном
из-за множества романов моего мужа.
Так получается, в плохом материнстве
виноват мистер Кастильо?
Протестую, брак Кастильо
здесь не рассматривается.
Поддерживаю.
Вы действительно вытащили семилетнюю
Лорел из постели в три часа ночи,
чтобы она помогла вам перекрасить дом?
После чего
вас принудительно госпитализировали.
- А какое отношение это имеет к Лорел?
- Лорел наблюдала за всем этим.
Понятно, почему и ей
понадобилась реабилитация,
для нее она была отдыхом
от этого хаоса.
В то время меня пичкали препаратами.
И меня оскорбляет ваш намек на то,
что люди с проблемами психики
- не могут быть хорошими родителями.
- Я ни на что не намекаю.
Я просто спрашиваю:
вы считаете, что заботились о дочери?
Протестую. Вопрос и ответ.
Свидетельница привела оправдания,
но я так и не услышала ответа.
Скажите правду:
такой матери заслуживала Лорел?
Конечно нет.
Лорел провела всё свое детство
в заботах обо мне.
То есть вы говорите, что Лорел
помогала вам переживать нервные срывы?
Да.
Она говорила со мной каждый вечер,
пока я не засыпала.
Кормила меня, давала лекарства,
купала меня.
Вот откуда я знаю, что Лорел
будет превосходной матерью,
ведь она всегда была ею для меня.
Вопросов больше нет.
Давайте сделаем перерыв
перед перекрёстным допросом.
Спасибо, что согласились.
Вообще-то, я пришел сказать вам,
что не могу.
Шучу. Я готов.
У меня сейчас нет сил на шутки.
Ладно, вы будете первым после того,
как закончат с матерью Лорел.
Я задам вам вопрос о вашей лицензии,
и спрошу, как часто суд полагался на...
На мое мнение. Я в курсе, Анна-Лиза,
я уже проходил через это.
Но не со мной. Я жёсткая.
И я тоже.
О чём я там и расскажу.
Что я был предельно придирчив
на встрече с Лорел,
и она прошла проверку просто на ура.
И что все вопросы о ее психической
нестабильности безосновательны.
Я также добавлю,
что использование болезни
матери против Лорел неуместно.
Психические проблемы ее матери...
Твой отец не общался с психиатром.
- И что?
- Он психически болен. Мы оба видели.
Тюрьма сводит людей с ума.
Но исследования доказали,
что изолятор разрушает мозг.
Может вызвать паранойю и галлюцинации.
А твоего отца никогда не лечили.
- Можно без этого.
- Что?
- Не пытайся меня утешить.
- Я не пытаюсь.
Я совершил ошибку, ясно?
Понял это, как только
подбросил папку в твою почту.
Некоторым невозможно помочь.
И он один из таких.
Я всю жизнь это знал и смирился с этим.
Я живу дальше.
Некоторых лучше просто отпустить.
- Нет.
- Говорю тебе, хватит.
Ни один из адвокатов твоего отца
не апеллировал на основании болезни.
Даже после обвинения в убийстве,
совершённого после года в изоляторе.
Он был болен,
а с ним обращались как со здоровым.
Это и есть некачественная защита
по определению.
- Он же сказал, что не подпишет.
- Так убеди его.
- У тебя и так много истцов.
- Но я хочу сделать его лицом дела!
Мне не нужен образцовый заключенный.
Мне нужен тот,
кого наша судебная система
совершенно сломала.
И это он.
Я прошу сделать это не ради тебя.
А ради меня.
Это что, войдет в привычку?
- Ты о чём?
- О визитах копа.
Садись.
Слушай,
этот адвокат, мисс Китинг,
очень хочет,
чтобы ты участвовал в деле.
Вы с ней спите?
Если честно, она сразу
напомнила мне твою маму.
Хватит.
Ладно?
Я тоже сидел. Не так долго, как ты,
но знаю, как это ломает.
Просыпаться и видеть каждый день
одно и то же.
Постоянно быть среди людей.
Бояться, что кто-то отберет то малое,
что у тебя есть.
- У меня никто ничего не отбирает.
- Система ограбила тебя.
Но она меня не сломала. Я еще здесь.
Возможно, но
ты всё равно не здоров.
Здоровья хватит,
чтобы надрать тебе зад.
Ты болен.
Вот, о чём я говорю.
Болен психически.
Ты всё время
злишься,
вспыхиваешь.
Наверное, и апатия у тебя бывает, да?
Ты даже можешь слышать
или видеть то, чего нет.
Это место,
это всё из-за него.
Так быть не должно. Мы оба это знаем.
Я понимаю, что тобой
никто уже давно не интересовался.
Но если ты согласишься участвовать,
ты будешь много значить для тех,
кому нужна помощь.
Включая меня.
Свидетель ваш, мистер Дин.
У нас нет вопросов к этому свидетелю,
ваша честь.
Можете идти.
Что происходит?
Вызывайте следующего свидетеля,
мисс Китинг.
Я вызываю для показаний
доктора Айзека Ро.
Доктор Ро,
почему вы были уверены, что Лорел
можно выпускать из стационара?
И я сам, и психиатр
больницы «Сент Идит» согласились в том,
что у Лорел не наблюдалось
симптомов ломки,
которые были бы характерны
для наркомана.
Она также не выказывала признаков
депрессии и неадекватности,
что могло бы требовать
ее госпитализации.
По вашему экспертному мнению,
мисс Кастильо может быть признана
негодной для воспитания новорожденного?
- Причин для этого нет.
- Спасибо, доктор Ро.
Свидетель ваш.
Доктор Ро,
ваша карьера аддикциониста
началась после вашей
собственной истории
употребления наркотиков, верно?
- Протестую, подстрекательство.
- Это говорит о благонадёжности.
Протест отклонен. Отвечайте.
Да, ваша честь.
Я бывший героиновый наркоман, да.
И этот опыт очень помогает мне
понимать страдания,
которые переживают мои пациенты.
Интересно.
Скажите, а это правда,
что вы подозревались
в убийстве вашей дочери Стеллы?
Протестую, аспекты личной
жизни доктора Ро
не должны приниматься в расчет.
Если мы должны поверить
мнению доктора Ро
о психическом здоровье девушки,
то его действия относительно
собственной дочери – точно показатель.
Протест отклонен, продолжаем.
Меня просто допросили.
Полицейские сказали,
что это стандартная процедура,
и в итоге установили, что она
покончила с собой.
Как она рассталась с жизнью?
- Таблетки.
- Какие?
Оксикодон.
А это опиоид.
Как и героин.
Это совпадение?
Протестую! Это домыслы.
У меня есть улики.
Во время проверки доктора Ро
наши детективы обнаружили,
что Стелла Ро
никогда не употребляла наркотики.
Она страдала психическим заболеванием.
Вы заявили, что в тот день
нашли ее без сознания,
но охранная система показывает,
что вы вошли в дом за 15 минут до того,
как вызвали скорую.
Что произошло за это время?
Ваша честь, это дело уже давно закрыто.
Вы инсценировали самоубийство дочери?
Улики против доктора
не признаны достоверными.
Неправда,
в свете новых улик прокуратура
заново открывает дело Стеллы
и обвиняет доктора Ро в убийстве.
Судья, адвокат не может говорить
от имени прокуратуры.
Мы можем сейчас же пригласить
их представителя,
- Пусть спросит доктора Ро...
- Немедленно остановите мистера Дина!
Мистер Дин, прекратите.
- Зачем вы убили ее? Вы ее домогались?
- Ваша честь!
Боялись, что она расскажет матери?
Мистер Дин. Еще слово,
и я вас отстраню!
Простите, ваша честь.
Но я умоляю суд исключить показания
доктора Ро по причине
их недостоверности,
учитывая его статус подозреваемого
в текущем расследовании убийства.
Это правда?
Он уже под следствием?
Денвер лично взялся за его дело.
Конечно.
А Хорхе платит всему департаменту
за инсценировку.
А если это правда?
Его подставляют. Как когда-то меня.
Я просто говорю, что улики против него
вполне правдоподобны.
Я дьявол.
- Вы не виноваты.
- Я уговорила его помочь.
Хватит, ладно? Вы сейчас не можете
принимать это на свой счет.
Судья приняла решение.
Как показывают исследования,
идеальный исход дела -
оставить ребенка с матерью.
И когда улики позволяют,
я принимаю именно это решение.
Но коль скоро я должна
исключить оценку,
которую проводил доктор Ро,
у меня нет экспертного мнения,
подтверждающего заявление
мисс Кастильо о ее здоровье.
Поэтому я решила продлить
текущее право опеки
и оставить ребенка
на попечении его дедушки.
Прошение о праве опеки отклонено.
А как с визитами, ваша честь?
Мне нужно связаться
с управлением соцслужб.
После этого вам с вашей клиенткой
поступит уведомление.
- Почему нельзя решить это сегодня?
- Такова процедура, мисс Китинг.
Только не глупи, ему это на руку.
Мам?
А если я неправа?
Насчет чего?
Отец.
Что если он не трогал Уэса?
Он ведь этого и добивается,
чтобы ты сомневалась в себе.
У него получается.
Уэс скоро вернется домой.
- Что?
- Малыш Уэс.
Может, не сегодня или завтра,
но скоро он будет здесь.
Вы позвонили Айзеку Ро.
Если у вас экстренная ситуация,
обратитесь в службу спасения.
Он в деле.
- Нет.
- Да.
Спасибо.
Он может завалить тебе всё дело.
Рано благодарить.
Может, поужинаем?
Нэйт.
Я не могу.
Ты права.
Еще поговорим.
Где эта...
Где эта?
Так!
Кто взял мою?
Кто взял...
О боже.
О черт.
О черт.
Привет!
- Что за черт?
- Присоединяйся!
- Почему мы празднуем?
- Мы нашли лицо дела, это отец Нэйта!
Что?
Мы наконец-то сделаем что-то хорошее!
Поставь меня!
Да ладно, Микаэла, смотри,
даже я танцую!
Лорел проиграла слушание!
Ребенка оставят ее отцу.
Айзек, это Анна-Лиза, откройте.
Айзек!
Простите.
Я знаю, что это неправда.
Просто...
Ты насчет Айзека?
У меня сейчас нет на это времени.
Насчет телефона Уэса.
Я смотрела журнал звонков,
он звонил Доминику один раз.
Так мы попали по всем фронтам?
Ну, тут как посмотреть.
Уэс вводил адрес в навигатор
за день до смерти.
Я достала видео уличных камер
и угадай, кого нашла.
Доминика? Папашу?
Нет.
Мамочку.
Серия 12
В предыдущих сериях...
Проваливайте отсюда!
Вы знали, что отец Нэйта
сидит уже 33 года?
- У тебя и так много истцов.
- Я хочу сделать его лицом дела!
Он согласен.
Прокуратура обвиняет
доктора Ро в убийстве.
Я приняла решение оставить ребенка
на попечении его дедушки.
Уэс вводил адрес в навигатор
за день до смерти.
- Угадай, кого я нашла.
- Доминика? Папашу?
Мамочку.
Вы инсценировали самоубийство дочери?
Он отравил свою дочь.
Зачем вы убили ее? Вы ее домогались?
ЖАКЛИН
Дальше!
- Чизбургер и картошку.
- Что-то еще?
Можно завернуть в фольгу?
Поняла.
Айзек, это Анна-Лиза, откройте.
Айзек!
Простите. Я знаю, что это неправда.
- Зачем так нагонять жути?
- Это осторожность.
Я только достала
номер соц. страховки Сандрин.
О, идеально.
Вот, возьми. Так ни Денвер,
ни Хорхе нас не подслушают.
И вставь это в порт данных в машине.
Оповестит, если повредят тормоза.
- А пистолет?
- Ты уже держишь один под матрасом.
А Лорел?
Когда собираешься ей рассказать?
Я не собираюсь.
А потом она надавит
и ты расколешься.
- Сначала поймем, что задумала мамочка.
- Точнее – если мы поймем.
- Только не говори ничего Анне-Лизе.
- Как прикажешь, Фрэнк.
- Привет.
- Бонжур, мон ами!
- Привет! Какими судьбами?
- Твоя мама ведь еще не уехала.
Я отправила ее в Мексику,
пока посещения не назначили.
Я знаю, что тебя развеселит:
домашние круассаны.
Мы столько пережили – особенно ты –
что я решил
хотя бы немного нас порадовать.
Я остаюсь навечно.
За работу.
Слушание по групповому иску уже скоро.
О, кстати о нём.
- Да. Мы все здесь.
- Ты записал меня в тюрьму?
Да, можете ходить к старику Лэйхи
каждый день.
- А план вступительной речи?
- Сейчас будем над ним работать.
У меня есть вопрос.
Вы планируете нам за это платить?
Микаэла!
Как бы я ни хотела переделать
систему правосудия сама,
мне нужна помощь всех желающих.
Мы все будем помогать и благодарны
за шанс присоединиться к такому делу.
Анна-Лиза, это Лорел,
что с посещениями ребенка?
Я думала, если с Айзека
снимут обвинения...
Почему вы вчера не перезвонили?
Я был у своей девушки. Вот и...
Адвокаты Хорхе выдумали улики,
все в суде это понимали.
Почему же открыли расследование?
Это означает,
что им нечего вам предъявить.
А если есть?
Вы хоть понимаете, что будет с Жаклин?
- Она ничего не узнает.
- Вы этого не знаете!
Нет, я знаю!
Если прокуратура подойдет близко к вам,
к Жаклин или к кому-то еще, я узнаю.
Вы попросили Бонни помочь?
- Ей можно доверять.
- Вы же пытались уничтожить друг друга!
Да, но мы помирились, Айзек.
Тем более сейчас, когда мы нужны вам.
Мы перед вами в долгу.
- Так. Послушайте...
- Вы ввязались в это из-за меня,
- ...я всё решу.
- Я не об этом, дайте мне сказать.
- Что, о Стелле?
- Нет.
Я не смогу помочь, если будете врать.
Я соврал о том, где был вчера,
а не о Стелле, я вам не врал о Стелле!
У меня нет девушки, я...
Я был здесь.
Под кайфом.
Героин?
Кей-пакс. Это опиоид. Если захотите
сейчас же уйти, поверьте, я всё пойму.
Зачем же вы?
- Это была ошибка.
- Ошибка, но приятная?
Посмотрите на меня,
посмотрите, как я ненавижу себя!
Я держался целых 23 года,
но вчера испортил всё просто так.
Снова я до этого не опущусь.
Хорошо, Айзек,
ведь иначе вы точно сядете.
- Мне нужно вести себя примерно, да?
- Да нет, дело не в этом,
- вам нужно в клуб анонимной помощи.
- Да.
Потому что я потеряла психолога,
а у меня сейчас сплошной стресс.
- Я пойду с вами, если хотите.
- Это необязательно.
Я бы хотела.
О, наконец-то.
Только мысль об этом помогла мне
выдержать нытье той наркоманки.
Правда?
А мне она навеяла мысли о 80-х.
Я никогда не пробовала кокаин.
Даже когда училась на юридическом
и его чуть ли не в столовой подавали.
Кокаин был бесплатным, а вы не подсели?
Я уже открыла для себя водку,
так что мне и так было хорошо.
А вы? Как вы начали?
Это было сразу после выпускного.
Я переехал в Нью-Йорк, думал,
что стану музыкантом или писателем.
Главное, чтобы не врачом,
как мои сёстры.
Ну, сами знаете:
пробуешь всё, что попадается.
Вот так и я всё пробовал.
Всё подряд,
но героин
был лучшим.
Через десять лет
я остался без дома.
Не общался с родными.
Однажды я стоял в очереди в магазине.
И передо мной была девушка,
она пыталась вернуть чипсы,
говорила, что пачка была открыта,
когда она ее купила.
А кассир говорил,
что придется позвать владельца.
Мне это, помню, тогда
невероятно наскучило.
И вот девушка повернулась,
видимо, извиниться.
И у нее была такая удивительная улыбка,
что мне...
Да, она запала в душу.
В самое сердце,
и я понял, что хочу чего-то другого.
Жаклин, да.
Я очень хотел,
чтобы она была в моей жизни.
Но
она помогла мне.
Я вылечился.
Вернулся к учебе, появилась Стелла, да.
Всё было хорошо, довольно долго, мы...
- Еще кофе?
- Да.
Сироп.
- Денвер дал тебе дело Айзека Ро?
- Завидуешь?
Только тому, что теперь тебе
придется тягаться с Анной-Лизой.
О, ты что, на нее зуб точишь?
- Знал бы ты наше прошлое – понял бы.
- Ну так расскажи.
Угостишь коктейлем,
или пятью, – расскажу обо всём.
Кстати, если хочешь,
я могу посмотреть его досье,
помогу выяснить линию защиты Анны-Лизы.
Но мы еще не выдвинули обвинения.
Тогда помогу выяснить, на что надавить.
Боишься, что я украду дело.
Ну, как хочешь.
Так, ладно.
Я сдаюсь.
Держи.
Если выяснишь, как предъявить
ему обвинения, тогда я тебя угощу.
Не раз.
Анна-Лиза – отличный рассказчик.
Потому и выигрывает.
Мы используем историю Нэйта-старшего,
как основу для ее речи.
Это гражданский суд, без присяжных,
судья не купится на плаксивую историю.
Мы не просто так его выбрали.
Ладно, пиши свою версию, а я – свою.
Или мы все просто поедим печенья
и остынем.
- Мне нравишься новый ты.
- Мне два.
Слушайте, я занимаюсь этим делом
дольше вас всех.
Делаем, как я говорю. Грустная история.
Он такой же босс в постели?
- Если повезет.
- Тебе всегда везет.
Зачем Фрэнк мне звонит?
- Слушаю.
- Оли.
- Мне нужен твой большой умный мозг.
- Для чего?
Пытаюсь взломать журнал звонков
в программе «SS7».
Она для взлома международных номеров.
Я в курсе.
Чей телефон он взламывает?
Доминика, думаю, значит, он и Бонни еще
не знают, зачем Уэс оставил сообщение.
Пусть Микаэла не сует свой нос.
- Фрэнк. Это я.
- Верни телефон Оливеру.
Микаэла права,
ты взламываешь телефон Доминика?
Нет.
Фрэнк, если ты сейчас хоть чем-то
разозлишь моего отца,
он вообще не даст мне увидеть сына!
Неужели не понимаешь?
- Перестань, ты понял?
- Хорошо.
- Ты скрестил пальцы?
- Я тебя услышал. Перестану.
Спасибо.
Вы здорово показали себя
во время подготовки,
я решила вызвать вас первым свидетелем.
- Вы как будто удивлены.
- Я под впечатлением.
Нам нужно снова пройтись
по вашим показаниям.
Нет. Меня уже тошнит от себя.
Чем чаще вы рассказываете свою историю,
тем легче будет на суде.
И тем скорее покинешь изолятор.
Неплохо, да?
«Натаниэлю Лэйхи-старшему было 26 лет,
когда в его жизнь вмешалась
система правосудия.
До этого он был обычным человеком,
который пытался обеспечить жизнь
своей семьи».
Человек должен работать, я считаю.
Чтобы своих детей прокормить.
- Я делал всё, брал то, что было нужно.
- Вы крали.
Посмотрите, как ваши дети голодают,
и пойдете красть продуктовые талоны,
деньги, всё что ни попадя.
Я не крал то, что не нужно моей семье.
«Частная тюремная система, созданная
для наживы, делает людей товаром.
В частности, афроамериканцев сажают
в пять раз чаще, чем белых».
В 82-м году вы нарушили условное
через три недели после освобождения.
Как вы объясните это суду?
Я пришел домой и увидел счет из тюрьмы
на тысячи долларов судебных издержек.
Как я мог их оплатить?
Меня не брали на работу.
Я ведь бывший зэк.
Процитируем Джей-Зи.
Его статью о системе условных.
- Судья не знает, кто такой Джей-Зи.
- Дело не в Джей-Зи,
а в том, что даже малейшее
нарушение условки
вернет тебя в тюрьму на срок
больше первоначального.
Мне нельзя было получить штраф
или купить спиртного.
Не пришел вовремя – о боже.
Еще нужно добавить про систематическое
разрушение семей:
дети, отделённые от родителей,
гораздо чаще и с большей вероятностью
становятся преступниками сами.
Я говорю не о своем ребенке.
Каждый раз, когда я возвращался
в тюрьму, я становился мишенью.
Все хотели подраться с боксером.
У меня не оставалось выбора –
убить или погибнуть.
Может, стоит упомянуть об убийстве?
А кого он убил?
Я не хотел его трогать,
он подошел ко мне во дворе.
Сказал, что всегда хотел посмотреть
на настоящего боксера.
Он ударил меня первым.
Клянусь.
И что-то...
Что-то во мне сработало, и я,
сам того не желая, оказался на нём,
и бил его со всей силы.
Я чувствовал,
как раскалывался его череп.
Говорят, что меня оттаскивали
пятеро охранников.
Вы помните, сколько времени до этого
провели в изоляторе?
- Месяц?
- Нет.
Целый год.
«Да, безусловно, это был акт насилия.
Но насилия, последовавшего
после 12 бесчеловечных месяцев,
которые мистер Лэйхи был вынужден
провести в изоляторе».
Успокойся, философ.
«Мой клиент не был рожден преступником.
Система сделала его таким».
Ну?
Что скажете? Хорошо, да?
- Это не похоже на меня.
- Я ему говорила.
Спасибо, но я буду импровизировать.
Провал.
Это групповой иск
«Лэйхи против штата Пенсильвания».
Начнем со вступительных заявлений.
Свидетельства и представление улик
будет завтра.
- Мисс Китинг, вам слово.
- Спасибо, судья Салинас.
Сегодня я с гордостью представляю
групповой иск, который может исправить
самую гнусную несправедливость,
отравляющую нашу страну.
Прошу прощения, Ваша честь.
Генпрокурор просил уведомить вас
и мисс Китинг,
что сегодня слушания не будет.
- Что, простите?
- Объяснитесь.
Утром генпрокурор получил петицию
от Верховного суда Пенсильвании.
Дело снимают с суда здесь,
чтобы рассмотреть его самим.
О боже.
- Что происходит?
- Они воруют дело.
Ваша честь, губернатор и прокурор
явно договорились и привлекли связи,
чтобы обрубить мне возможность
представить дело.
Неправда, Ваша честь.
Согласно петиции, Верховный суд штата
просит письменное содержание дела
на предмет рассмотрения.
Ваша честь, все мое дело строится
именно на том,
что истцы никогда не доходили до суда,
и это происходит снова!
Можете написать это в письменном
обращении, мисс Китинг.
Увы, но письменный документ не сможет
отразить всю несправедливость!
Я согласен с вами.
Но мы все знаем – что бы я ни решил,
надо мной стоит суд Гаррисберга.
Это решение не за мной, мисс Китинг.
Заседание окончено.
Стойте.
Разве добраться до Верховного суда
не было основной задачей?
Но я ведь не добралась.
От меня примут только письмо,
так им будет легче сбросить всё дело.
И вы просто с этим смиритесь?
Это же совсем не в вашем стиле.
Замолчите.
ЖАКЛИН
- Вы ответьте, а я пойду.
- Аннализ...
Можно мне счет?
- Куда вы спешите?
- Вообще-то у меня есть работа.
Стелла...
Стелла скончалась ровно три года назад.
Вот почему она мне звонит.
Это ваша бывшая жена,
конечно она звонит.
Мы не разговаривали после ссоры о вас.
- Перезвоните ей.
- Нет, я слишком зол.
Не надо злиться,
тем более в такой день.
Знаете, а я не скучаю по Сэму,
честное слово.
Но когда я проезжаю мимо аварии
или вижу ребенка,
я хочу поговорить только с ним.
Кто платит на этот раз?
- Моя очередь.
- Я.
Вы платили в тот раз.
Ты нашла что-нибудь на доктора?
Пока нет.
Стелла страдала депрессиями,
принимала антидепрессанты.
Ее исключили из школы. Она написала
предсмертную записку матери...
А как же 15 минут до звонка в скорую?
- Я просто прошу дать мне время.
- Да, конечно.
Но давай я хотя бы тебя угощу.
Личный звонок. Выйдешь?
Так я старался напрасно?
Нет. Всё, что ты сказал Анне-Лизе,
будет в ее обращении.
Его прочтут семь судей,
мы надеемся на решение в нашу пользу.
- Думаешь, я слабак, да?
- Что?
Посмотри, где я живу, Нэйт.
- Я привык к плохим вестям.
- Это не плохие вести.
Правила изменились.
Ни суда, ни свидетелей.
Что за суд с семью судьями
и без присяжных?
- Ты передумал, вот и всё.
- Нет.
Только чудовище способно
раздробить человеку череп.
Я покажу документы, если не веришь.
Ты просто не пустишь меня
давать показания.
Я не буду смотреть на документы,
зная, что меня обманывают.
Всё из-за твоей девки?
Да, она, наверное, боится,
что я ее подведу.
Я понимаю.
Людям нельзя доверять, особенно здесь,
но я не из их числа.
Я тебя поддержу.
Охрана!
- Я хочу обратно к себе.
- У вас есть еще две минуты.
С меня хватит.
Довольно.
Темнокожие составляют 60% населения,
живущего за чертой бедности.
Да, но только большинство судей
будут белыми, не забывай.
Нужно брать это в расчет.
Анна-Лиза со мной согласится.
А еще она согласится,
что это мой кулинарный шедевр.
Еще неделю назад
тебе было плевать на дело.
Неделю назад я не знала,
что оно может дойти до Верховного суда.
Оно уже дошло!
Да нет, до Верховного суда
Соединённых Штатов!
Ты правда думаешь, что это возможно?
Серьезно? Может быть,
мне хватит стоять у плиты?
Да, всё ясно.
Ты неожиданно заинтересовалась делом,
чтобы в письменном обращении
прозвучало твое имя.
- Чье-то имя там быть должно.
- Да, мое.
С каких пор адвокаты пишут
имена секретарей в обращениях?
- Я не секретарь Анны-Лизы!
- Ну да, «сбежавший из колледжа».
Да что тебе всё не так?
- Она дело говорит.
- Это бред.
Посмотри на свое рвение, Коннор.
Ты так отстаиваешь конституцию.
Это же поведение настоящего юриста.
Может, ты всё же доучишься?
Судья написал письмо, завтра в больнице
я встречаюсь с малышом!
- Потрясающе!
- Малыш!
О боже! Лорел! Ты его увидишь!
- Господи, надо заказать маме билет.
- Сфотографируй его...
Да! Малыш!
Я вошел в список звонков мамочки.
- И недели не прошло.
- Ну не злись.
Она звонила Хорхе шесть раз за неделю.
Они работают вместе.
Ты должен сказать Лорел.
Пусть она встретится с ребенком.
Она увидит их обоих в больнице, Фрэнк.
Она должна знать.
- Ты был плохим мальчиком?
- Не знаю. Ты от этого заводишься?
Ты пришел признаться,
что не смог забыть про сообщение
и узнал сногсшибательную сенсацию:
Уэс был тайным агентом ФБР, или...
- Я не насчет автоответчика.
- А насчет чего?
Я толкнул тебя.
Поэтому ребенок родился раньше.
- Нет.
- Микаэла рассказала,
так что не надо меня защищать.
И не злись на нее. Я должен был знать.
- Я тебя не виню.
- А зря.
Нет. Весь этот кошмар:
Доминик, отец, преждевременные роды, –
всё это случилось из-за меня.
Это случилось из-за моего локтя.
И я хочу поддержать тебя, чем смогу,
так что можно мне пойти с тобой?
Э, ну... со мной мама пойдет.
Но твой отец тоже там будет?
- С ним я разберусь.
- Ты не должна переживать о нём.
Я всё решу,
а ты просто побудешь с ребенком.
Пожалуйста.
Я сделаю для тебя что-то хорошее,
иначе чувство вины меня просто убьет.
Мы проанализировали обращения,
которые попадали в Верховный суд.
Судя по статистике, нужно будет начать
с аргумента о нарушении 14-й поправки.
А если не согласны,
я отправила альтернативу,
там начинается с 6-й поправки.
- Ты не говорила, что написала свое.
- Всё, тихо.
Оба хороши.
Вы должны выбрать, кто лучше.
Я помогал им обоим.
КОННОР.
Я насчет Айзека.
- Какие у тебя новости?
- Хорошие.
Синяки доказывают, что Айзек
делал Стелле непрямой массаж сердца.
Это объясняет, почему он вызвал скорую
только через 15 минут.
Вкупе с историей ее психической болезни
это даст мне убедить Миллера
закрыть расследование.
Зависит от того, позволит ли Денвер.
Что такое?
Ее препарат.
Кей-пакс.
Кей-пакс. Это опиоид.
- Что такое?
- Адвокаты Хорхе говорили правду.
Что?
Это вы дали Стелле наркотики?
Стелла снова переехала к нам.
Ее исключили из колледжа.
ТРИ ГОДА НАЗАД
Я пришел домой, хотел приготовить ужин.
Предложить Стелле сходить в кино.
Стелла? Ты дома?
Стелла?
Я думал, что хорошо их прятал.
Но, видимо, она поняла,
что со мной что-то не так.
Вы говорили мне,
что держались целых 23 года.
Соврал.
Стелла?
Стелла!
Она приняла
почти все таблетки из пачки.
Пыталась ли она убить себя? Я не знаю.
Я знаю, что она всю жизнь провела,
слушая разговоры о моей зависимости.
Что наркотики почти убили меня,
и что вся моя жизнь –
это постоянное лечение от зависимости.
Я знал, что хуже потери Стеллы для меня
будет только то, что Жаклин узнает
о моей вине.
Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ. ПРОСТИ.
И вы написали СМС?
Жаклин думает,
что это были ее последние слова.
- Вы могли не вмешиваться.
- Нет.
У вас сейчас и так забот хватает.
Он потерял единственного ребенка,
Бонни, и винит за это себя.
Он соврал вам.
Сколько сеансов у тебя было с ним?
Он помог тебе. А ты хочешь его бросить?
Ты должна убедить Дэнвера
закрыть расследование.
Я не могу сейчас на него давить.
Тогда убеди его помощника.
Попробую.
Спасибо.
То, как мы обращаемся с людьми
в самые страшные моменты их жизни, –
это показатель человечности.
Мам?
А он здесь зачем?
Он предложил меня подвезти.
Лучше, чем поезд.
- Говорите обо мне?
- Иди, мы позовем, когда закончим.
- Мам!
- Это особый день, Лорел.
И Фрэнк будет рядом.
- Где папа?
- Его не будет.
- Почему?
- Я звонила ему всю неделю
и умоляла, чтобы он разрешил тебе
увидеться с сыном без его присутствия.
Она звонила Хорхе шесть раз за неделю.
Они работают вместе.
Когда человека отрывают от семьи
и сажают в клетку,
страдает не только сам заключенный.
Под гнёт системы
попадает вся его семья.
Привет.
Привет.
Я твоя мама.
Привет.
О боже, я люблю тебя.
Люблю.
Я тебя обожаю.
Я так тебя люблю.
Настоящая система непропорционально
влияет на жизнь бедняков,
темнокожих и
психически нездоровых людей.
Это твоя бабушка. Хочешь познакомиться?
Привет, малыш.
Привет.
Эта система очевидно несправедлива,
а это перечит положениям конституции.
Кристофер.
Что?
Уэса звали Кристоф.
А его я назову Кристофер.
Идеально.
Нигде в прецедентах Верховного суда
не одобряется дискриминация,
ни расовая, ни классовая.
Мисс Кастильо.
Время заканчивается.
- О, ну хотя бы еще немножечко.
- Простите.
Судья назначил
строгий лимит по времени. Пожалуйста.
Сюда.
АЙЗЕК:
БЕЗ ВАС ОНИ БУДУТ НЕ ТАКИМИ ВКУСНЫМИ
- Привет.
- Есть новости?
Меня заставляют ждать уже больше часа.
Тебя бы не позвали в Гаррисбург,
не собираясь они рассматривать дело.
Или судьи хотят посмеяться надо мной,
прежде чем вынести вердикт.
Хватит.
Ты справишься.
Что такое?
Я прочитал твой отчет по делу Ро.
Согласен, у нас недостаточно улик.
Но я был бы идиотом, поверив тебе.
Знаешь, наверное, это дело
пылилось бы на моём столе,
если бы ты тогда не пришла ко мне
с улыбкой, что странно,
и я понял, что ты опять
работаешь на Китинг.
И то, что ты написала, не объясняет,
почему девочка,
никогда не принимавшая наркотики,
вдруг умерла от того опиоида,
на котором сидел ее отец.
Так что я пошел к Денверу
и посоветовал предъявить доктору Ро
обвинения в убийстве.
Причем в преднамеренном.
А теперь убирайся отсюда.
НЭЙТ ЛЭХИ ПРОТИВ ШТАТА ПЕНСИЛЬВАНИЯ
- Простите за ожидание, мисс Китинг.
- Не страшно.
- Меня уже готовы принять?
- Пойдемте.
- Какого чёрта?
- Замолчите.
Что это?
Исследование с компьютера
Саймона Дрэйка.
Здесь есть улики, связывающие «Антарес»
с фондами вашей кампании.
Я их уничтожила. И другие улики,
изобличающими вас.
Вы считаете меня угрозой.
И правильно.
Но если я погибну, пропаду,
у моей машины откажут тормоза,
сгорит мой дом, –
этот, и все остальные разговоры,
которые были между нами,
немедленно попадут в прессу.
Вы блефуете.
Проверять это будет очень рискованно,
так что поступим следующим образом.
Закройте расследование дела Айзека Ро:
ни ареста, ни обвинений.
Хорхе Кастильо получил то, что хотел –
опеку над внуком –
так что закончим охоту,
или выборы проиграете из тюрьмы.
Нэйт?
Всё кончено.
Мы проиграли.
- Мне очень жаль.
- Хватит.
Ты старалась.
Это дорогого стоит.
Анна-Лиза?
Прокуратура прекратила расследование.
Это точно?
Что?
Спасибо.
- Нет, благодарите Бонни.
- Спасибо Бонни. Спасибо вам.
Спасибо.
Что такое?
Вы под кайфом.
Вы лжец!
- Я надломлен.
- Нам всем тяжело.
Эта ситуация опять вернула
все мои переживания о Стелле.
Хватит выдумывать оправдания!
Признайте свои ошибки!
Я столько хотел вам рассказать.
Да, но говорить вам нужно не со мной,
а с Жаклин!
Айзек, мы вредим друг другу.
Конечно, мы вредим друг другу!
Думаете, я бы оказался
в таком положении, если бы не вы?
Что?
Вы вините меня?
Нет, я виню себя за то,
что перешел черту,
виню, что не сказал вам «нет»,
ведь именно это вам и было нужно.
Чтобы кто-то сказал вам: «Всё, хватит».
Сказать мне «нет»?
Слушайте...
Я лишилась свободы, я...
Я лишилась мужа. Я потеряла ребенка.
Все уже сказали мне «нет»,
Бог сказал мне «нет».
И я пришла к вам,
потому что хотела поправиться.
Видите? Вы до сих пор кричите на меня,
как будто вы жертва.
Это в вас говорит нарциссизм.
Я увидел его еще на первом сеансе,
могу показать заметки.
И всё равно я сомневался в своих
инстинктах. Я видел все предупреждения.
Я ведь знал, но всё равно
оказался втянутым в вашу жизнь!
Посмотрите на меня.
Знаете, как долго
я не опускался до этого?
Мне не было так плохо со времен
смерти Стеллы. И вот пожалуйста.
Мне теперь еще хуже, чем во времена
героина, хуже, потому что
на этот раз мне действительно есть что
терять, но только мне на это плевать.
- И всё из-за вас.
- Не я погубила вас.
Вы были таким и до меня,
наверное, всю свою жизнь.
И если вы чему-то меня и научили,
так это только тому, что я
не способна никого изменить!
Так что валяйте! Выбирайте наркотики,
делайте, что хотите!
- Но я помогаю вам в последний раз.
- Помогаете?
Вы добиваете меня!
Так, знаете что?
- Всё, мне это надоело.
- Что вы делаете?
Положите телефон.
- Жаклин, это Анна-Лиза Китинг.
- Сейчас же положите телефон!
Так. Я сейчас с Айзеком,
он сорвался, вы нужны ему.
Спросите его о Стелле.
- Вам нужна помощь.
- И вам тоже.
Но не от вас!
Я же просил тебя не возвращаться.
Хотел сказать, что мы проиграли дело.
- Ты снова врешь?
- Я никогда не врал тебе.
Проиграли дело, которое якобы
вообще не состоялось?
А?
Что я теперь должен думать?
Ты меня совсем не знаешь.
Я не лжец.
Так что выслушай.
Мы проиграли дело,
но ты не потеряешь меня.
Как бы ты ни пытался меня оттолкнуть,
я всё равно будут возвращаться
и навещать тебя.
Ты на меня не злишься?
Больше нет.
- Я знаю, что нам нужно.
- Только не печенья.
Пицца.
- О да.
- И крылышки.
И картошка.
А ты куда?
Мы всю неделю объедались,
и всё это зря.
Мы проиграли, Микаэла.
Нам надо зализать раны.
Это называется «сдаться».
Сдавайтесь, но я не хочу.
- Она права.
- Я всё равно хочу пиццу.
Нет, я про другое.
Если я позанимаюсь летом, я наверстаю
программу и снова приду к вам на курс.
Конечно, будет трудно учиться
и планировать свадьбу, но почему нет?
Подожди, ты что...
Что скажешь?
Ты ещё хочешь выйти за меня?
- Это же ты отменил свадьбу.
- Так давай всё вернем.
Вот это другой разговор!
Давайте, детки!
Свадьба!
- Привет. Ты где?
- Помогаю папе, а что такое?
- Можешь переехать ко мне?
- Правда?
- Ты так напугана?
- Денвер злится. Соглашайся.
Конечно.
Я скоро приеду.
Когда?
Здравствуйте.
Что случилось?
Я посмотрел список ваших звонков,
счета, всё, но так ничего и не понял.
Поэтому решил приехать
и спросить вас напрямую.
Откуда вы знали Кристофа?
- Что?
- Я знаю, как спасти групповой иск.
- Всё кончено, Микаэла.
- Нужно апеллировать в Верховный суд.
Верховный суд страны
не станет слушать это дело!
Попросите о помощи. Как вы и говорили,
никто не делает громких дел в одиночку,
нельзя достучаться
до Верховного суда одной.
Там берутся только за 2% дел.
Вот почему важно знать людей.
Людей со связями, людей,
которые имеют влияние, решают проблемы!
И я знаю такого человека!
Для нее открыты все двери этого города.
Она руководит кампаниями.
Работала с двумя президентами.
Если вы сенатор или конгрессмен
и у вас проблемы,
она поможет вам найти
безопасную гавань.
Она – одна из самых влиятельных
женщин страны,
и всё равно, как ни удивительно,
согласилась поговорить с нами.
Итак, без лишних слов,
встречайте вашего нового лектора,
КАК ПЕРЕЖИТЬ СКАНДАЛ
Оливию Поуп.
Серия 13
В предыдущих сериях...
Я Жаклин Ро.
Бывшая жена Айзека.
Ваша ситуация его провоцирует.
Это вы дали Стелле наркотики?
- Жаклин, это Анна-Лиза Китинг.
- Сейчас же положите телефон!
Спросите его о Стелле.
Откуда вы знали Кристофа?
Убирайтесь отсюда оба!
- У тебя и так много истцов.
- Я хочу сделать его лицом дела!
Он в деле.
Верховный суд страны не станет
рассматривать это дело!
Попросите о помощи.
Оливия Поуп.
Министерство юстиции рекомендует
привлекать единовременно
максимум 150 дел,
но в данном случае против Пенсильвании
выступает более 200.
Это вопрос для законодательных
органов, мисс Китинг.
Бесплатной адвокатуре
нужно финансирование.
Но денег нет, а это приводит
к долгосрочным систематическим
нарушениям шестой поправки.
Но в законодательстве Пенсильвании
прописано,
что принуждение к выделению
большего финансирования
нарушает разделение властей.
В деле Джонсона и Зербста
суд постановил,
что нарушение шестой поправки –
это вопрос
не штатного или федерального масштаба,
а вопрос о правах человека.
Поверьте, Ноа,
я рада любому шансу оспорить это дело
в одном из главных судов страны.
Вы выиграли там четыре дела.
Потому что я изучаю закон и его нюансы.
Выслушать дело мисс Китинг
я согласилась лишь потому,
что у нее влиятельные друзья.
Вы ссылаетесь на президента
Фицджеральда Гранта?
Да. Среди прочих.
Я поверить не могу,
что ты общаешься с Оливией Поуп.
Я ее знаю,
а вот меня она вряд ли помнит.
Я просто говорю, что нас всех и так
мучает вина и без всего этого.
Что это значит?
«Нас всех и так мучает вина»?
Саймон, Уэс, все убийства...
Конечно, ты переживаешь,
что украла дело у Коннора,
но это ты предложила обратиться к Поуп.
Да и к тому же, что ты могла?
Попросить А.К. отправить в Колумбию
Коннора вместо тебя?
Это было бы уж совсем глупо.
Конечно, ты должен злиться.
В этом иске главный не я,
главные – истцы.
Так докажи это
и полети в Колумбию вместе с нами.
Мне надо умолять ректора
принять меня обратно.
Это же грандиозная возможность
посмотреть, как Анна-Лиза
будет орать на белых стариков.
Заодно посмотрим памятники и поищем
гомиков на Капитолийском холме.
- Ну ладно. Я лечу.
- Да! Путешествие!
Ура.
Нарушения шестой поправки –
это ущемление прав,
которое в первую очередь
затрагивает темнокожих.
Вы намекаете на то,
что отказ штата в финансировании
имел под собой расовую подоплёку?
Я не намекаю, а заявляю об этом прямо.
6% американцев темнокожие, но они
составляют 40% заключенных в тюрьмах.
Стоп. Ты прописала эту статистику
в обращении.
Дай ссылку судьям, чтобы не терять
ни секунды из твоих 30 минут.
Я же тебе говорила: важно каждое слово.
ЖАКЛИН
- Анна-Лиза!
- О, прости.
Я думала, расследование дела
Айзека закрыли.
Закрыли.
Тогда почему мы не можем
снова представить его показания?
Айзек больше не надежный свидетель.
- Почему?
- Это всё, что я могу сказать.
Но даже если бы наш штат нашел
финансирование
для бесплатной адвокатуры,
может, лучше направить эти деньги
в школы? Или в приюты для бездомных?
А как же миллионы детей в интернатах,
которые находятся
под опекой государства?
Жалко, что вы сейчас не с ней.
Или женщины, жертвы домашнего
насилия, которых содержит государство?
И не будем забывать, что обвинитель
сама проходила по уголовному делу.
Мисс Китинг сняла с себя все обвинения.
Кстати, она говорит,
что именно тюремный опыт
вдохновил её взяться за этот иск.
Я бы тоже выдумала такую историю...
Смотри, что пришло.
- Он пытается тебя вернуть?
- Это тебе.
От Фицджеральда Гранта.
«Дорогая Анна-Лиза, я болею за вас».
Лучше спрячь,
пока я не осушила эту бутылку.
Объясните, как той, кого только что
уволили из университета,
можно доверить такие перемены?
Это смешно.
- Она капает тебе на мозги.
- Слышала и не такое.
И возьмем Оливию Поуп:
мы все знаем, как она умеет обходить
закон, а не защищать его.
И я считаю, что своей рьяной борьбой
за права бедняков
эти женщины просто пытаются отвлечь нас
от их собственных преступлений.
Не будем опускаться до клеветы.
Теперь расскажите мне о своих...
Убей или умрешь,
ты же сама понимаешь.
Понимаю, и я готова к бою.
Тогда вернемся к работе.
«Китинг не по силам групповой иск».
Я наконец-то с хорошими новостями.
Ничего хорошего в этом месте не бывает.
Анна-Лиза оспорила решение суда,
и теперь дело будет слушать
Верховный суд.
Ты должен быть на слушании с ней.
Начальник не позволит
выпустить меня отсюда.
Он уже одобрил.
Ты поедешь в Верховный суд.
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО
ЖАКЛИН
Жаклин звонит не переставая.
- Ничего.
- Да, ничего хорошего.
- Ты что-то слышала?
- Денвер не откроет дело Айзека.
- Как вы сами?
- Нормально.
- Нервничать сейчас не стыдно.
- Я не нервничаю.
- Я просто хочу выиграть.
- И выиграете.
Вы пригласили маму?
Бонни, она обмочится
прямо в зале Верховного суда.
Думаешь, я хочу переживать
об этом на выступлении?
Всё отлично.
Интервью с Ингрид Иган имело
полностью противоположный эффект.
Теперь Союз Свобод,
Ассоциация содействия цветным
и бесплатная адвокатура готовы помочь.
Нет.
Это адвокаты,
которые оспорили и выиграли
много дел в этом суде.
Тогда почему я довела это дело
так далеко, а не они?
Анна-Мэй Харкнесс родилась в Мемфисе
в 1967-м,
два года училась в техникуме,
потом в университете,
далее в юридическом колледже,
где была одной из всего лишь
20 девушек на потоке,
и одной из двух черных студентов
во всём институте.
В речи выпускника она написала,
что цель ее карьеры –
оспорить дело в Верховном суде
Соединённых Штатов.
- И выиграть.
- И выиграть.
И к чему ты всё это говоришь?
Если ты проиграешь дело,
это отсрочит реформу уголовного права
на десятки лет.
- Думаешь, я не понимаю?
- Так почему бы не принять помощь?
Хотя бы подумай об этом.
А ты куда?
Расслабиться.
Погреться в лучах славы.
В решающий день
на это времени не будет.
Мама, это Анна-Мэй.
Зачем нужен левый телефон,
когда ты всё равно вынуждаешь
встречаться с тобой на работе?
Я говорил с мамой Лорел.
Что?
Я показал ей фото,
и она мне рассказала,
что Лорел позвонила ей в прошлом году
и напела, что влюблена в парня, Уэса.
- Не говори, что веришь во всё это.
- Я просто передаю ее слова.
Она попросила Доминика
устроить ей встречу со Щенком,
хотела заплатить ему 100 штук,
чтобы он отстал от Лорел.
- Нет, что-то не вяжется.
- Тем более что я не нашел деньги.
- Нет.
- Посмотри старый банковский счет Уэса.
- Есть ли там деньги?
- А если их нет?
- Ты наконец-то скажешь Лорел.
- Хорошо.
Я дам знать, когда выясню.
- Ну, ты приняла решение?
- Приняла.
Я продолжу. Самостоятельно.
Хорошо.
Я не настроена заводить новых друзей.
Но к сожалению, адвокат противной
стороны – как раз наоборот.
- Что это значит?
- Мне сказали, что Ингрид Иган
продает информацию одному из судей.
- Какому?
- Неизвестно.
Я попросила Маркуса с Микаэлой узнать.
- Ты кого-то ждешь?
- Да, родителей.
Секунду, я их выпровожу.
Дайана Росс!
Неужели моя девочка теперь
будет петь с «Зэ Сьюпримс»?
О, мама.
Тебя поселили в шикарных апартаментах.
Я сама себя здесь поселила.
А это кто?
Оливия Поуп. Я работаю
с вашей дочерью над ее делом.
- Погоди, как, говоришь, тебя зовут?
- Мама...
Я не тебя спросила, а ее.
- Как тебя зовут, детка?
- Оливия Поуп.
Я просто шучу, я знаю, кто ты такая.
Я же говорила, что здесь точно
будет звезда телевидения!
Приятно с вами познакомиться,
мисс Поуп.
Мне тоже приятно, сэр.
Ну ладно, я поселю вас
в соседнем номере.
Вы пока устраивайтесь здесь.
Сначала я тебя покормлю.
Я утром приготовила рагу и печенье.
- Мама, нам надо работать.
- И для этого вам нужны силы.
Доставай контейнеры, папа.
Уже сделано.
«ПРЕЗИДЕНШЕЛ ПАЙЗ»
Микаэла. У нас ведь засада.
Две пары глаз лучше, чем одна.
Эта адвокатша не настолько глупа,
чтобы принимать судью
из Верховного суда средь бела дня.
Ты называешь мой план глупым?
У меня есть парень, Маркус.
- Ашер. Я знаю.
- Вот именно.
И все же я решила прояснить,
потому что я люблю Ашера.
Очень сильно.
Хотя ты, безусловно, очаровательный,
умный,
и в тебе есть всё,
чего я хочу от мужчины.
- Я понял.
- Хорошо.
Чем дольше мы ждем,
тем больше пробки, Ашер.
- Я шевелюсь!
- Или можем не ехать.
Наши билеты всё равно ушли
родителям Анны-Лизы.
Мы их возьмем,
если встанем в очередь с утра.
К тому же, я знаю, чем займемся,
пока будем ждать:
планированием свадьбы.
У нас не будет свадьбы.
Еще как будет, я видел предложение.
Мы поженимся, но не станем тратить
деньги на ди-джея и невкусный торт.
Это называют внутренней гомофобией.
По-моему.
Привет. Простите, что опоздала.
Лорел, скажи этим двоим,
что им нужна свадьба.
- Вам нужна свадьба.
- Видите!
Это единственное,
чему сейчас все радуются.
Давайте обсудим это в машине.
Шоссе уже полностью бордовое.
Ладно.
Говорю же, я везде их вижу.
Женщины повсюду:
в магазинах, в кабинетах у врачей,
в церквях – везде.
Потому что мужчин копы сажают в тюрьму.
Не удивительно, что Анна-Мэй сбежала
и вышла за белого.
Всё, обед окончен.
Я просто благодарю Бога за вас обеих.
Эта страна была разбитой,
сколько я себя помню.
И я рада, что кто-то способен
исправить ситуацию.
Это дело – исключительно заслуга
вашей дочери, миссис Харкнесс.
А ваша заслуга в том, что вам
хватило ума с ней объединиться.
- Что такое? Что-то с отцом?
- Его привезут сюда утром.
Зашел тебя проведать.
Натаниэль?
- Мисс Офелия.
- Рада тебя видеть.
Я тоже очень рад.
Сэр.
Не надо так меня называть, сынок.
Оливия. Натаниэль Лэйхи.
- Зовите меня Нэйт.
- Нэйт Лэйхи?
Не представитель дела. Нет. Я его сын.
Лицо дела –
отец твоего бывшего мужчины?
Твой бывший – президент,
я же тебя не осуждаю.
Те, против кого мы идем,
ищут любой повод, чтобы распять нас.
- Нас или меня?
- Ты слышала новости,
я – такая же мишень, как и ты.
Тогда зачем привлекать
других адвокатов?
- Я оставила решение тебе.
- Прекрасно, и я его приняла.
- Всё, я иду обратно.
- Работать или есть мамино рагу?
Ты боишься, да?
Что положилась на меня,
чтобы спасти свою репутацию.
Твою репутацию.
И я не понимаю, как ты могла
пригласить тех,
кто будет тебя отвлекать,
накануне самого громкого слушания
в твоей карьере.
- Я пригласила своих родителей.
- А семьи истцов?
Я даю тебе делать свое дело,
но это мой мир, мои правила.
Так что не переживай о моей подготовке.
А я переживаю.
За мой проигрыш или за то,
как он отразится на тебе?
За всё.
Пойми, дело не в амбициях
и не в спасении моей репутации.
А в том, что я делаю
что-то очень важное.
И я знаю, что ты тоже этого хочешь,
я вижу это в тебе.
Вот почему я пригласила сюда
своих родных и тебя.
Победа в этом деле будет значить
для меня больше,
чем что-либо за всю мою жизнь.
Так что хватит переживать
и отчитывать меня,
позволь мне работать так,
как я умею это делать.
Хорошо.
АШЕР: МЫ БУДЕМ ЧЕРЕЗ ЧАС, МЕДВЕЖОНОК
- Что Ашер говорит?
- Они скоро будут.
Поезжай, встреть их, я подежурю один.
Что в тебе не так, Маркус?
Ты самовлюбленный?
Носишь носки с сандалиями
или у тебя микрочлен? Потому что...
Иначе я не понимаю,
почему у тебя никого нет.
Или есть, но ты просто не говоришь мне.
У меня была девушка.
Но ей представился шанс
достичь чего-то без меня.
И я не мог ее удерживать.
Как же я тебя ненавижу.
Охрана приведет тебя
перед началом слушания.
Будет людно: полный зал.
- А еще судьи, приставы и...
- Говоришь так, будто я сорвусь на них.
- Просто хочу тебя подготовить.
- Я сидел молча 30 лет.
- Я справлюсь.
- Ладно.
Хорошо?
Председатель суда
Верховный суд Соединённых Штатов
Нэйт Лэйхи-ст. против Пенсильвании
Неужели тебе разрешили
допустить меня к лезвию?
Сиди смирно.
Скажи, что ты спала лучше,
чем прошлой ночью.
Сон переоценивают.
Микаэла! Мы здесь.
- Вы приехали!
- Да. Ты не получила СМС?
У меня телефон сел.
А почему не приехала в отель вчера?
Я осталась с Анной-Лизой, помогала ей.
Дурдом.
- Ребята, это Маркус...
- Уокер.
Да, бывшие пресс-секретари
в представлении не нуждаются.
Ашер Миллстоун, студент
и по совместительству парень Микаэлы.
- Вам нужно достать билеты.
- Да.
- Я попрошу охранника.
- Я с тобой. Вдруг пригожусь.
Микаэла, не говори, что у вас было.
- Точно было.
- Не было.
- Вы о чём?
- О сексе с пресс-секретарем.
Что?
С бывшим пресс-секретарем,
и его не было.
Ладно, было, но один раз
и это ничего не значило.
Прошу, не говорите Ашеру,
он не переживет.
Как я не переживу того,
что ты украла мое дело?
Ребята!
Главный зал.
Маркус Уокер – мужик! Ура!
- Доставщик!
- Что?
Доставщик пиццы с судьей Стрикландом!
Стрикланд работает с Ингрид.
О господи.
Каждый из вас должен поставить
подпись в журнале Верховного суда,
в котором когда-то расписывались
Тэргуд Маршалл, Ф. Ли Бэйли
и Рут Бейдер Гинзбург.
Мисс Иган.
Пускай сначала мисс Китинг.
Она ведь здесь впервые.
Вот здесь.
Она понятия не имеет, во что ввязалась.
Это Маркус, я на минуту.
- Что-то случилось?
- Нет. Работай.
Ты не говорила, что видела доставщика.
- Что могло быть в коробке?
- Вопросы Стрикланда.
Он – жесткий консерватор,
хочет помочь Ингрид любыми способами.
Так Анна-Лиза в беде?
НЕИЗВЕСТНЫЙ НОМЕР
- Да?
- Анна-Лиза, это Жаклин.
Давно надо было скрыть свой номер.
- Я уехала из города.
- Вы в Колумбии, я в курсе.
- Простите, но вы не вовремя.
- У Айзека передозировка, Анна-Лиза.
Полиция нашла его в машине
три дня назад.
Он мертв?
Нет.
Но почки уже отказывают.
Понимаете, почему я просила вас
держаться подальше?
Но я же не виновата.
Его подорвало то, что он рассказал
мне о Стелле.
- Вы должны были знать.
- Я и так знала.
Посмотрите, что вы наделали.
Вы растоптали его,
как топчете всех в своей жизни.
Мне не было так плохо
со времен смерти Стеллы.
Я с Айзеком, он сорвался.
Всё из-за вас.
Почки уже отказывают.
Спросите его о Стелле!
Я бы не оказался в таком положении,
если бы не вы.
- Посмотрите, вы растоптали его.
- Я же не виновата.
Как топчете всех в своей жизни.
Я всё равно оказался втянутым
в вашу жизнь!
Твой босс попросил тебя лично
доставить вступительные аргументы
Ингрид Иган накануне первого слушания.
Вы это не докажете.
Тебя сфотографировали
в форме доставщика.
- Вы блефуете.
- Я – Оливия Поуп, Кевин, я не блефую.
Устрой мне встречу
с судьей Стрикландом.
Вернись, Кевин!
Что такое?
Это из-за Стрикланда?
Я не знаю, она уже была такой,
когда я пришла.
Что с тобой?
Я не могу.
- Конечно же можешь.
- Нет. Ты должна.
Никто не справится, кроме тебя.
Нет, я не могу. Только ты.
Ты должна это сделать. Прошу.
Нет.
Никто не знает это дело так,
как ты. Я...
Я не могу предстать перед судом,
Анна-Лиза. Только ты.
Поговори со мной.
Что тебе нужно, чтобы туда пойти?
Это должно случиться, это неизбежно.
Скажи, что тебе нужно, и я это достану.
Водка.
Хорошо.
Сходи к Маркусу, пусть найдет водку.
Она алкоголик, ее отстранят,
если она выпьет.
- Знаю.
- Это в обычном суде, а тут Верховный.
Микаэла!
Маркус. Водка. Иди.
Ты мне нужен.
Что-то случилось.
- А если я провалюсь?
- Это не страшно.
Нет, не могу.
Я не могу подвести этих людей.
Перестань думать о людях.
Ты же сама говорила,
ты делаешь это не для них,
не для Нэйта, его отца,
твоей матери, меня.
Ты делаешь это для себя.
Только для себя.
Только ради той девочки,
которая выкарабкалась из Мемфиса,
хотя ей все вокруг говорили,
что она не сможет.
- Три минуты.
- Обратный отсчет не успокаивает, Оли.
О боже,
неужели я взрослая женщина
и прошу о помощи?
Нет, ты напуганная взрослая женщина.
И я тебя понимаю.
То, на что ты решилась, ужасает,
и я боюсь за тебя.
Но Анна-Лиза, это дело выбрало тебя.
Так что ты должна сейчас
подняться с пола и пойти в зал суда,
не ради кого-то другого, а ради себя.
Водку нашли, только стакана нет.
- Осталось всего две минуты.
- Уйдите.
- Но...
- Вы не поможете. Вон.
То, что по-твоему есть в этой бутылке,
уже есть в тебе,
я это знаю,
но у меня нет времени тебя убеждать.
Так что пей, если хочешь выпить.
Ладно.
Ладно.
- Ладно.
- Хорошо.
Хорошо.
- Я готова.
- Ладно.
Всё.
Идем.
- Минута и 45 секунд.
- Хватит, Оливер.
Вот она.
Может быть,
сейчас не самый подходящий момент,
но это Стрикланд – тот судья,
который сливал Ингрид информацию.
Готовься, что он будет тебя топить.
Анна-Мэй!
Слушай. Ты должна поесть, детка.
Ты не должна рухнуть от усталости
во время слушания.
Давай.
У нее снова приступ.
- Мама, мы же завтракали, помнишь?
- Выпей. Хоть глоточек.
Так. Миссис Харкнесс,
давайте, я поем с вами,
а Анна-Мэй пойдет на слушание.
- Нет. Анна-Мэй...
- Да.
- Офелия, пусти Анну-Мэй.
- Один глоток, она...
Анна-Лиза, иди в зал. Иди.
Ничего. Пустяки, миссис Харкнесс.
- Прости.
- Это не страшно.
29, 28, 27, 26.
Вот она.
А я-то думал, что отпугнул вас.
Это невозможно.
Достопочтенный председатель суда,
а также судьи Верховного суда
Соединённых Штатов.
Внимание!
Те, кто выносит дело на рассмотрение
Верховного суда Соединённых Штатов,
приготовьтесь и будьте внимательны,
слушание начинается.
Храни Бог Соединённые Штаты
и этот уважаемый суд.
Господин председатель,
прошу внимания суда.
Пока моему клиенту,
мистеру Натаниэлю Лэйхи,
не исполнилось девять лет,
ему не разрешалось
сидеть в столовых для белых.
Это изменилось, когда дело Брауна
против министерства образования
покончило с дискриминацией.
До 18 лет у него не было
права на бесплатного адвоката.
Дело Гидеона и Уэйнрайта
покончило и с этим.
В 20
дело Миранды против Аризоны не дало
полиции возможности арестовать его,
не сообщив ему о праве на адвоката.
Каждым из этих важных решений суд помог
мистеру Лэйхи
приблизиться к равноправию,
которое наша конституция обещает
всем гражданам этой страны.
Но равноправия нет.
Пока еще нет.
Вместо этого он стал жертвой
дефектов системы.
- Жертвой?
- Да, жертвой, Ваша честь.
Жертвой неоднократного нарушения
шестой поправки.
Ваш клиент сознался в убийстве,
мисс Китинг.
Судья Стрикланд, моего клиента
никогда не информировали
о праве подать апелляцию
после первого заключения.
Настолько некомпетентен
был его адвокат.
Это версия истории, исходящая от него.
Каждый из 15 бесплатных адвокатов,
которые его представляли,
советовали признать вину.
Вы хотите сказать,
что он не был виновен
ни в одном из своих преступлений?
Спасибо!
Без адвоката,
получающего достойную оплату,
он получил
приговор гораздо выше среднего.
И эти годы в тюрьме включали
и одиночную камеру,
после которой у него
начались проблемы с психикой,
что привели к трагическому убийству.
Но вы только что сказали,
что ваш клиент был жертвой.
Жертвой нефинансируемой системы
бесплатной адвокатуры.
Не перебивайте меня.
Прости меня. Правда, прости.
Не страшно. Миссис Харкнесс,
вам надо посмотреть на Анну-Мэй.
Анне-Мэй сейчас нужна не мама,
ей нужна ты.
Нет. По-моему,
она отлично справляется сама.
Хватит болтать, иди сядь.
Садись, тебе говорят.
Единственная жертва в этом деле –
это Джеральд Райнхофф,
человек, которого ваш клиент
забил до смерти.
Мы слушаем дело не об убийстве,
а пытаемся выяснить причины,
которые к нему привели.
Но из всех истцов,
которых вы могли привести,
вы просите посочувствовать убийце.
- Тому, кого система его сделала.
- Не перебивайте, я сказал.
По-моему, мне и некоторым
моим коллегам вполне очевидно...
Не надо говорить за всех нас.
...что весь вопрос в деньгах,
которые законодательные органы
Пенсильвании должны...
Но это дело не только о деньгах,
Ваша честь.
Это дело о расе.
Ты такая же, как Анна-Мэй.
Всегда заботишься обо всех вокруг,
кроме себя самой.
Я видела по телевизору.
Сначала ты стоишь
рядом с президентом-мужчиной,
потом – с президентом-женщиной.
Решаешь.
И решаешь.
И, конечно же, у тебя совсем
не остается времени на себя.
Я это знаю, ведь была такой же.
То есть я не общалась с президентами,
конечно же, нет, но...
Люди нуждались во мне.
Да, во мне нуждались.
Это уж точно.
Иногда мне кажется, вся страна
развалилась бы на части,
если бы не было нас,
чтобы решать проблемы.
Только на этот раз
проблему создала я.
Вы просто очень хорошая мама.
Один из трех черных сядет в тюрьму,
а из белых – лишь один из 17.
Вы утверждаете, что истцы получают
неэффективную защиту
из-за скудного финансирования
или из-за их расы?
- Определитесь.
- Из-за всего.
Но ведь не все ваши истцы темнокожие.
Моя выборка истцов представляет
расовую разбивку заключенных.
40% истцов – черные,
20% – латиноамериканцы.
Если вы хотите учитывать расу, она
должна быть определяющим фактором.
- Это один из многих факторов.
- Но является ли он определяющим?
Или да, или нет.
Да.
Раса – это определяющий фактор.
Но изначально вы подавали этот иск
не на почве дискриминации.
Так что мы не можем учитывать расу
в нашем решении.
Я не согласна.
И считаю, что мы должны рассматривать
вескость доводов мисс Китинг
о равной защите.
Но рассмотрение дела
исключительно на почве расы
приведет к новой системе слушаний.
Это было в деле Брауна
против министерства.
Ограничение прав призывало
дискриминировать.
Вы не можете говорить, что...
Не теряй ни секунды из твоих 30 минут.
Важно каждое слово.
Суд решил, что последствия расизма
настолько травмируют...
Давайте выслушаем мисс Китинг.
Я повторю еще раз: раса – это
не переменная величина в этом деле.
Ваша честь, я бы хотела использовать
остаток времени
на подготовку опровержения.
Запрос на подготовку одобрен.
Уважаемый господин председатель
и члены судейской коллегии,
Брайант против города Топика
середина 80-х
мисс Китинг недобросовестно
заманила суд на слушание.
Как только она поставила расу
определяющим фактором,
она вышла за пределы этого слушания.
Иди в библиотеку
и найди это постановление.
- Хорошо.
- Микаэла, без него мы проиграем.
Обеспечение эффективной защиты
зависит не от расы,
а от профессионализма
конкретного адвоката.
В деле штата Вашингтон
против Дэвиса было решено,
что, даже если закон производит
дискриминирующий эффект,
это не противоречит конституции,
если это не было намеренной целью.
Вы старались, как могли.
Если мисс Китинг
хочет оспорить этот прецедент,
тогда дело нужно строить
и оспаривать в апелляционных судах.
Брайант против Топики.
Топика в Канзасе,
то есть дело должно быть
в десятом округе.
Я начну со списков 82-го, ты – с 87-го,
встретимся где-то посередине.
- Что ты на меня так смотришь?
- Твой ум возбуждает.
Работай!
В деле Вашингтона против Дэвиса
был вопрос
о технических проблемах судов
и неприменении
актуальных правовых норм.
И пусть
статистика мисс Китинг показывает,
что наша
судебная система требует реформы,
но это не входит в обязанности
данного суда.
Мисс Китинг, мы хотим выслушать
ваше опровержение.
«Я, как судья со знанием истории
юриспруденции страны,
считаю, что раса всегда должна
рассматриваться
как переменная величина».
У вас мало времени, мисс Китинг,
предлагаю не тратить его на заявления,
которые вы уже сделали.
Это не мои слова, судья Стрикланд.
А ваши.
Вы написали их в 85-м году
в деле Брайанта против Топики.
В деле о равенстве при предоставлении
государственного жилья.
Расизм встроен в ДНК Америки.
И до тех пор, пока мы не перестанем
закрывать глаза
на страдания притесняемых,
мы никогда этого не поборем.
Единственное спасение для темнокожих –
это право на защиту,
а мы не даем им даже его.
То есть обещание обеспечения
гражданских прав не выполняется.
Из-за провала судебной системы
и, в частности, системы бесплатной
адвокатуры,
законы Джима Кроу до сих пор в ходу.
Законы, которые не позволяют хоронить
чернокожих и белых на одних кладбищах,
которые подразделяют людей
только по чистоте их расы,
которые наказывают черных за обращение
за медпомощью в больницу для белых.
Кто-то может заявлять,
что рабство закончилось,
но скажите это заключенным,
которых держат в клетках
и говорят им, что у них нет
вообще никаких прав.
Таким, как мой клиент, Натаниэль Лэйхи,
и миллионам ему подобных,
которые не живут, а влачат жалкое
существование в наших тюрьмах.
В этом деле
нет альтернативного решения.
Нет другого выхода.
Принять решение против моего клиента –
значит выбрать пополнение кошельков
управляющих тюрем
вместо обеспечения
базовой защиты людям,
которые в них живут.
Это ли та Америка,
в которой хочет жить этот суд?
Америка, в которой
деньги важнее человечности?
Где виновность путают
с психическим нездоровьем?
Шестая поправка принята в 1791-м.
С тех пор прошло 226 лет.
Так давайте гарантируем, наконец,
права всем нашим гражданам.
Говорят, мисс Китинг завоевала даже
самых консервативных судей?
Предсказывать решение суда –
глупая ошибка.
Мисс Китинг, каков ваш ответ
на критику о том,
что вы обвиняете бесплатную адвокатуру?
Пусть обратятся ко мне, когда получат
больше времени и денег за свою работу.
Она поймала судью на противоречии
его же словам.
Судьи в праве менять свое мнение,
это называется мудростью.
Следующий вопрос.
Думаете, вы выиграли?
Выиграю я или нет,
но хочу поблагодарить мою команду,
разумеется, включая главного истца –
Натаниэля Лэйхи.
Надеюсь, это первый шаг к тому,
чтобы обеспечить ему должную защиту,
которой он никогда не получал
за 33 года в тюрьме.
Пап, познакомься
с родителями Анны-Лизы.
Очень приятно, мистер Лэйхи.
Вы такой храбрый человек, сэр.
Мне очень далеко до вашей дочери.
Спасибо.
Со мной была отличная команда
умных людей,
которые помогли мне
довести дело до суда.
Это несколько моих бывших студентов,
в частности Коннор Уолш,
а также члены Института Гранта,
которые помогли добиться рассмотрения
дела в этом суде.
В частности та, кого вы все знаете, –
Оливия Поуп.
Вы знали мисс Поуп до совместной работы
над групповым иском?
Вы видите совместную работу в будущем?
Привет.
Да, денег на счету Уэса нет.
А может, какой-нибудь швейцарский счет?
Скажи Лорел. Уже пора, Фрэнк.
Давай, Щенок.
Мама сказала, ты взял деньги,
так где же твой тайник?
Фрэнк, если ты решил поговорить
об отношениях, я слишком устала.
Лорел, твоя мать обманывает тебя.
У тебя проблемы.
Уоллеса Махони убили.
Какое это имеет отношение ко мне?
У тебя ведь были и другие проблемы
с полицией, нет?
Так. Я всё расскажу Лорел.
Ладно. Я ей передам.
Это был президент Грант.
Просил передать, что судьи склоняются
в нашу сторону.
Поверю, когда увижу документ.
Мудро.
Когда приедешь домой, я устрою тебе
встречу с юридическим журналом.
- Там напишут твою биографию.
- Нет.
Соглашайся на все интервью,
отказывайся, если предлагают книги.
Не надо.
Ладно?
Можешь больше со мной не нянчиться.
Мы справились.
Да.
Побереги себя, Анна-Лиза.
Бонни. Как раз хотела тебе позвонить.
Анна-Лиза, простите за плохие новости,
но я сейчас в больнице.
У Айзека?
Нет.
У Саймона.
Он очнулся.
Серия 14
В предыдущих сериях...
Не говори, что всё было.
- Вы о чём?
- О сексе с пресс-секретарем.
У Айзека передозировка, Анна-Лиза.
Если считаешь, что нужно выпить, пей.
Шестая поправка была принята
в 1791 году.
Давайте же гарантируем, наконец-то,
права всем нашим гражданам.
Я у Саймона. Он очнулся.
Вставь в порт данных в машине.
Он оповестит, если повредят тормоза.
Она попросила Доминика устроить
ей встречу со Щенком,
хотела заплатить ему 100 штук.
Лорел. Твоя мать врет тебе.
- У тебя проблемы с законом.
- Так. Я всё расскажу Лорел.
ВХОДЯЩИЙ ЗВОНОК
ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ НАЗАД
Слушаю?
- Миссис Кастильо?
- Здравствуй.
Здравствуйте.
Слушайте. Я не совсем понимаю,
в чём тут дело.
Сядь, я объясню.
Вообще-то, я пришел сказать, что не
хочу что-то делать за спиной Лорел.
Сядь, Кристоф.
Может, поешь что-нибудь?
Или выпьешь пива?
ЗАПИСЬ
Я только хочу узнать, что я тут делаю.
У тебя проблемы с законом.
Уоллеса Махони убили.
Какое это имеет отношение ко мне?
У тебя были
и другие проблемы с полицией, нет?
Так. Я всё расскажу Лорел.
- Я тебе заплачу, Кристоф.
- Заплатите за что?
За расставание с Лорел.
Так. Я всё расскажу Лорел.
- Я тебе заплачу, Кристоф.
- Заплатите за что?
За расставание с Лорел.
- Когда это было?
- Накануне его смерти.
И Уэс не сказал тебе?
Видимо, она запудрила ему мозги.
- Зачем ей нужно было ваше расставание?
- Она же чокнутая.
А может, я ошибалась,
и во всём виновата она.
Не делай поспешных выводов.
Вам нужно пойти к Денверу
и спросить его, что именно он знает.
- Она не может к нему пойти.
- Он в деле с самого начала.
Если он работает на твоего отца
или мать, обращаться к нему опасно.
- Тогда я поговорю с мамой.
- Мы расскажем Анне-Лизе.
Нет. Она только что из Вашингтона,
такие новости ей сейчас не нужны.
Ты сына вернуть хочешь?
Конечно.
Тогда нужна помощь Анны-Лизы.
Я с ней поговорю.
Нет, стойте!
Это я должна ей рассказать.
Да, но просто...
у нее сейчас есть и другие проблемы.
- Где Лорел?
- Она не взяла трубку, когда я звонила.
Так позвони еще,
я не хочу повторять всё дважды.
- Почему? Это связано с Лорел?
- Я уже сказала, подождем ее.
Наверняка по поводу иска.
Судьи сразу решили отдать вам победу?
Неужели слово «подождите»
так трудно понять?
Почему ты не звонишь?
Кстати, пока мы ждем,
у нас с Коннором тоже есть новости.
Не сейчас, Оли.
- Мы женимся!
- Мы уже в курсе.
- Да, но мы женимся со свадьбой!
- Правда?
Мы весь день провели в суде,
где люди боролись за права меньшинств.
Вот мы и решились.
Да, только никакой «Макарены»
или флэш-мобов.
Тогда устроим крутой гей-мальчишник
с крутыми геями-стриптизерами.
Саймон очнулся.
- Он заговорил?
- Он может говорить?
Я не знаю.
Бонни только сказала,
что он вышел из комы.
Значит, еще есть шанс,
что пуля сделала из мозгов кашу?
Здравствуйте.
Давайте выйдем.
Ты говорила с Нэйтом?
Да, он на связи с детективом
по делу Саймона.
Позвонит, как будут новости.
То есть, когда случится катастрофа.
Почему мне нельзя порадоваться?
Хоть раз.
Ладно, говори, зачем пришла. Я выдержу.
Айзек пока еще в больнице.
- Медсестра сказала, что он на диализе.
- И что?
- Подумала, захотите узнать.
- Мне больше не о чем волноваться?
- Анна-Лиза?
- Что?
Звонили из больницы.
Саймон хочет меня видеть.
Вот так Нэйт нас и предупредил.
Хорошо то, что он восстановил
способность говорить
но, очевидно, он еще очень слаб.
Он помнит, что произошло?
Я могу сказать только одно,
что неврологический статус стал лучше.
Например, хороший знак,
что он назвал вас по имени.
Да.
А если это ловушка?
Может, Саймон уже рассказал,
что мы пытались его подставить,
а Оливера попытаются уличить во лжи?
Нэйт сказал бы нам.
А если Саймон увидит Оливера
и всё вспомнит?
Тогда мы будем знать, чего ждать.
Всё будет нормально.
Мистер Хэмптон. Детектив Николс.
Я помню.
- Так он вам угрожал?
- Он вряд ли желал кому-то вреда.
Расследование всё еще идет,
так что не говорите то, что может
повлиять на мнение мистера Дрейка
или исказить его память.
- Я понимаю.
- Точно?
Потому что если я услышу,
что вы передаёте ему информацию,
которая может склонить его
к вашей версии событий...
То есть к правде?
...я арестую вас за препятствование
правосудию. Вот я к чему.
Детективы знают только то, что ты
им рассказал, придерживайся этого:
ты увидел, как Саймон крадет файлы,
и он застрелился.
Меня не было, когда он стрелял,
Саймон об этом вспомнит.
Оливер, посмотри на меня.
Ты отличный лжец, лучше, чем думаешь.
Так что иди и говори там
как можно меньше.
Саймон?
Привет.
Смотри-ка.
Ты очнулся.
Я...
Я...
Я это сделал?
Что ты сделал?
При...
Признался тебе в любви?
Он ничего не помнит о выстреле.
- Точно?
- Да.
Он думает, что наша история – правда.
Пока.
Говорят, что память, как компьютер,
может перезагрузиться.
Сначала всё, как черное пятно,
но в итоге память может вернуться.
Конечно, может. Но пока он
не помнит, так что Оливер прав.
Идите домой, вздохните,
потому что сейчас всё хорошо.
- Мне это не нравится.
- Тогда не приходил бы.
- Надо было сказать Анне-Лизе.
- Это должна была сделать Бонни,
а она сказала ждать.
- Мы могли бы сказать Бонни...
- Тихо.
СТО ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ
Если захочешь больше, позвони Доминику.
Он меня найдет.
Не используй свое имя,
вдруг прослушивают.
Я не соглашусь.
Она разобьет тебе сердце, Кристоф.
Она всю жизнь пыталась вылечить меня.
А теперь пытается лечить мужчин.
Когда она понимает, что ничего
не получается, она их бросает.
Так было с Домиником, с Фрэнком,
теперь с тобой.
Так было с Домиником, с Фрэнком,
теперь с тобой.
Почему ты хотела, чтобы он меня бросил?
Его подозревали в убийстве.
- Я хотела защитить тебя.
- Или хотела защитить «Антарес»?
ФБР снова взялось за папу?
Твой отец не знал,
что я виделась с Кристофом.
С Уэсом.
- Так ты заставила Доминика убить его?
- Конечно нет.
Тогда почему не помогла ему?
Он ведь оставил тебе сообщение.
Какое сообщение?
Уэс оставил Доминику сообщение
в день своей смерти.
Я не знала.
- Хватит врать!
- Я не вру.
Я пыталась защитить тебя.
Ты последний человек,
который может защитить меня.
Может, это и так.
Но я бы не тронула твоего любимого.
Прошу, поверь мне.
- Привет.
- Привет.
- Как там Оливер?
- Неплохо.
Детективы купились на тему о геях.
Тема о геях – правда.
А всё остальное – нет.
Прости.
Ничего.
Надо готовиться, вдруг твоему отцу
снова назначат слушание,
а не втягивать тебя в это.
После всего, что ты сделала,
он меня выпорет, если я тебе не помогу.
Я тебе позвоню.
Я думал, под «приятным»
ты имел в виду другое.
Ты же слышал А.К.,
сейчас лучше уделить время себе.
Вряд ли она имела в виду день спа.
Не завидуй, если на свадебе
будешь выглядеть как отец Оли.
Пошли со мной. Живо.
Надеюсь, пишешь не своему новому члену.
Я написала «привет».
И не собираюсь отправлять.
Я согласился молчать,
если это было на одну ночь,
но у тебя явно есть чувства к нему.
Нет.
Ладно.
Если честно, я не знаю,
но не переживай,
я не пойду у них на поводу.
- Уже идешь.
- Хватит.
Ты осталась бы с Ашером,
если бы Маркус жил здесь?
Это было ужасно.
Эгоистично.
Но ведь здесь вечно всё плохо,
а когда я была там,
когда мы помогали другим людям...
Было здорово, потому что он
видел во мне только меня.
Слушай.
Ты поступила плохо,
и ты этого уже не исправишь.
Но сейчас тебе надо принять решение.
Ты хочешь быть изменницей
или изменницей-лгуньей?
Правда всплывет,
так же, как наверняка и с Саймоном.
Так что просто
выбери, какой ты хочешь быть.
Остальное решать Ашеру.
- Маркус?
- Нет.
Это Микаэла Пратт.
Как бы вы описали свое отношение
к Саймону Дрэйку?
Могу говорить прямо?
Я от него не в восторге,
но мы ладили. Профессионально.
А свидетели говорят,
что вы открыто враждовали.
Два рвущихся вперед студента,
которые иногда ссорятся,
да уж, социальная аномалия.
И вы поссорились также
на вечеринке в «Каплан энд Голд»?
Что ты так переживаешь?
Ты всегда натягиваешь эту
фальшивую улыбочку, когда нервничаешь.
Или когда хочу дать кому-то в нос,
но не могу на работе.
- Кто вам сказал? Саймон?
- Ссора или была, или нет, мисс Пратт.
Ладно.
Я закрою глаза на то, что вы пытаетесь
выпытать из меня ложное признание,
и вместо этого укажу на то,
что вы преступаете множество
норм ведения допроса,
которые не позволяют следователям
делать из безобидных стычек,
произошедших в прошлом, акты насилия.
Так что будем считать, что разговор
окончен или мне звонить адвокату?
Саймон вспомнил что-то еще.
Но вдруг не Саймон
рассказал им о ссоре?
Там было полно народу.
Каждый мог услышать.
Или, что скорее всего,
его память перезагружается.
- Оливер, женись на Саймоне.
- Что?
Дадим ему мужа мечты
и грин-карту в обмен на молчание.
- Я не буду этого делать.
- Лучше мы все сядем?
- Лучше вину возьму я, чем ты сядешь.
- Хватит.
Микаэла Пратт нужна миру больше,
чем обычный парень вроде меня.
- Или Фрэнк пойдет и задушит его.
- Не смей так говорить!
Хватит. Микаэла права.
Я не дам Оливеру выйти за Саймона.
Права в том, что проблему решит
только контроль над Саймоном.
- Он должен нанять меня адвокатом.
- Он вас ненавидит.
Но он любит Оливера.
- Я не могу туда вернуться.
- Придется.
Отправьте Нэйта!
Саймон не знает Нэйта
и не доверяет ему.
Тем более это ты предложил
подставить Саймона.
Так вот теперь и помоги нам с ним.
Ты вернулся.
Конечно.
Что такое?
Э... ничего.
Я просто...
...много думал о твоих словах
и...
...прости, что пришлось
почти потерять тебя,
чтобы разобраться в своих чувствах.
Я скажу тебе честно.
Ты тоже мне нравишься, очень.
Саймон.
Правда?
Нравишься.
Поэтому я должен быть
с тобой честным и сказать,
что, мне кажется,
тебе нужно нанять адвоката.
Могу вам помочь?
Мой знакомый лежал здесь,
я не знаю, выписали его или нет.
- Имя?
- Айзек Ро.
- Вы член его семьи?
- Нет.
Тогда нужно и ваше имя.
Такие правила.
Анна-Лиза Китинг.
Я проверю.
Анна-Лиза?
- Сработало?
- Нет.
Тогда вернись,
когда там не будет детективов.
У него уже есть адвокат.
Анна-Лиза?
- Вы справитесь.
- Уйди.
Ладно.
Вы представляете мистера Дрэйка?
Это объясняет мое присутствие.
А вот зачем вы здесь, не пойму.
Вас не коробит такой вопиющий
конфликт интересов?
Что, простите?
Саймон Дрэйк взломал ваши файлы,
чтобы уничтожить
одного из богатейших клиентов фирмы.
- Если верить мисс Пратт.
- А мистер Дрэйк?
Разве он это отрицает?
Я вами восхищаюсь.
С тех пор, как вы отменили смертный
приговор, я еще училась в Стэнфорде.
И что?
Вам не выиграть на этот раз.
Потому что ваш клиент –
Хорхе Кастильо,
а не этот бедный паренек?
Хорхе пойдет на всё,
чтобы файлы не попали в ФБР.
Ну всё.
Саймон знает, на кого вы работаете,
или попросить Оливера сказать?
Я наняла охранника,
чтобы к мистеру Дрэйку
не пускали незваных гостей
без моего разрешения.
Оливера это тоже касается.
Идите-ка домой и отдохните.
Вам явно не повредит.
Я тебе заплачу, Кристоф.
Заплатите за что?
За расставание с Лорел.
ГОЛОСОВЫЕ ЗАПИСИ
СОХРАНИТЬ
НОВЫЙ КОНТАКТ
Позвони Доминику, он меня найдет.
Не используй свое имя.
НА ЭКСТРЕННЫЙ СЛУЧАЙ
СОХРАНИТЬ
Это я!
Ты пропустил семинар.
- Я просто уснул.
- Ну...
К счастью, у тебя есть девушка,
которая принесла тебе
не только полный конспект,
но и сэндвич.
Итальянский или с индейкой?
- Уэс?
- Что?
Всё хорошо?
Да.
Давай обсудим это еще, если хочешь.
Что мы должны обсуждать?
Фрэнка.
- Скажи, что ничего не было.
- Конечно ничего не было!
Мы уже обсудили.
Так что, если больше ничего
не хочешь мне сказать...
Ничего.
Тогда всё хорошо.
И прости, что я немного рассеянный.
Наверное, проголодался.
Слушай, так мы за учебу не сядем.
Тебе какой?
С индейкой.
Ты голодная? Холодильник пустой,
сходить за сэндвичами?
Почему он мне не сказал?
Мы виделись
сразу после его встречи с ней,
он мог сказать мне.
Давай честно,
ты же не сказала ему о нас.
- Уходи.
- Брось, я же пытаюсь помочь.
Нет, иди и расскажи всё Анне-Лизе,
мне наплевать,
что она волнуется из-за Саймона.
Может, хотя бы она скажет,
кому мне тут верить.
Может, мама говорит правду.
- Ты очень помог.
- Это логично.
Она не получила сообщение, потому что
Доминик рассказал о нём твоему отцу.
Или она приказала Доминику убить Уэса.
А теперь мой ребенок один
в больничной палате,
потому что родился
в худшей семье на свете.
Ты его вернешь.
- Ты этого не знаешь.
- Знаю.
Слышишь?
Что бы мне ни пришлось сделать,
я верну тебе ребенка.
Больше никаких трупов.
Я знаю.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:
МЕХАНИЧЕСКАЯ ОШИБКА В АВТОМОБИЛЕ
Вам нужно пойти к Денверу
и спросить его, что именно он знает.
Она не может к нему пойти.
Что такое?
Я не понимаю, почему она сработала?
«Механической ошибкой»
может быть что угодно.
Двигатель вроде в норме.
- Новая царапина?
- А что?
В тебя кто-то въехал, вот и сработало.
- Или мне повредили тормоза.
- Тормоза работают.
А топливный бак?
Я проверил всю машину, Бон.
Здесь всё нормально.
А ты сам бы сел за руль?
Нет?
Ты разозлишься.
Говори сейчас же.
Мы с Лорел видели мамочку.
Идиот.
Говорит, не причастна к убийству Уэса.
Конечно причастна.
Но как только вы ушли, она позвонила
Хорхе, и теперь он сломал мою машину.
- С машиной всё в порядке.
- Если верить тебе!
Подбросим монетку?
- Решим, кто скажет Анне-Лизе.
- Ты скажешь.
ФРЭНК
Анна-Лиза?
Когда она понимает, что ничего
не получается, она их бросает.
Так было с Домиником,
с Фрэнком, теперь с тобой.
Не понимаю,
почему ты пытаешься поссориться?
- У меня плохое предчувствие.
- Насчет?
Ты со мной только потому,
что хочешь вылечить.
- Это неправда!
- Всё логично.
Ты всю жизнь пыталась вылечить маму,
а теперь что?
- Моя очередь?
- Маму?
- Ты одна?
- Да.
- Слава богу.
- Что такое?
Коннор говорит, надо сказать Ашеру
о Маркусе, пока мы все не сели,
но я даже не пойму, чего хочу, и...
Прошу, скажи мне, чего я хочу.
Уж меня о таком спрашивать
точно не стоит.
Ты единственный человек,
кому я в этом доверяю.
- Потому что я изменила Уэсу с Фрэнком?
- Нет!
Но почему ты ему не созналась?
Потому что у тебя не было
настоящих чувств к Фрэнку, да?
Ты знала, что это только гормоны,
и что, если скажешь Уэсу,
это всё только усугубит?
Что может быть хуже,
чем поссориться в день его смерти?
Наверное, мы самые ужасные люди
на свете.
Нет.
Просто у нас ужасные родители.
Мы уже не дети, чтобы винить родителей
за всё плохое в жизни.
Никто из нас так и не научился
заводить нормальные отношения.
И это, разумеется,
не оправдание изменам,
но, может, это хотя бы объясняет,
почему мы рушим всё хорошее
в своей жизни.
Я бы спятила давным-давно,
если бы не Ашер.
Скажи ему это.
Может, Микаэла права.
Надо жениться на Саймоне, чтобы
он получил грин-карту, и мы спасены.
- А где я в этом сценарии?
- Будет шведская семья.
А вообще, идея неплохая.
Так. Я совсем не против секса втроем,
но не с Саймоном.
Нет. Я про свадьбу.
По закону супруги не могут
свидетельствовать друг против друга.
Всем надо пожениться:
нам с Микаэлой, Фрэнку с Лорел...
- Бонни с Анной-Лизой.
- Да. Если придется.
Вы должны сделать так,
чтобы Микаэла не сбежала из-под венца.
Хотя она не сбежит.
Она же любит меня, ясен пень, но...
...мы до сих пор разбираемся
с некоторыми интимными проблемами.
Что?
- Ничего.
- Ничего.
Я читал статьи о вашем деле.
У вас все шансы на победу.
Я в это не поверю,
пока не вынесут вердикт.
Всё равно.
Горжусь вами.
Вам больно?
Нет.
Ну, это же хорошо, да?
Это не из-за вас, Анна-Лиза.
Вы мне больше не врач, так что
вам не нужно больше меня утешать.
Я говорю не об этом.
Думаете, вы бы сорвались,
если бы я не познакомилась с вами?
Я хотел умереть, Анна-Лиза.
Вот почему я здесь.
Я сдался.
Мы разные.
У вас что-то случается,
но вы встаете на ноги, выбираете жизнь.
- Я алкоголичка.
- Сейчас нет.
Я чуть не выпила в Вашингтоне.
Прямо перед слушанием дела,
запаниковала и...
Но не выпили?
Ну вот.
Нет.
Дайте мне взять за что-то
ответственность. Хоть раз.
Сделали ли вы мне больно? Да.
Сам виноват.
Позволил себе чувствовать то,
что не должен был.
Я тоже это ощущала.
- Это я толкал нас.
- Нет.
Я вас подвел.
Мне не нужны ваши извинения.
Мне нужно, чтобы вы поправились.
Ешьте, спите,
пересадите почку – что угодно.
Только выберитесь отсюда.
Это наша последняя встреча, Анна-Лиза.
Да.
Ты с Лорел?
Нет. Что такое?
Саймон вспомнил,
что она была на вечеринке.
Завтра он даст показания детективам.
Ашер, поехали домой, поговорим.
- Я объясню всё на месте.
- Что объяснишь?
Ты любишь меня
и хочешь провести со мной остаток дней?
Или что ты ужасная женщина,
которая воплотила в жизнь мой кошмар,
когда переспала с Маркусом Уокером?
- Вы ему сказали?
- Нет, он сам догадался.
Потому что я не идиот.
Думаешь, я не подумал об этом,
когда увидел вас вместе?
Он – воплощение всего, чего ты хотела,
но я отмахнулся от этой мысли,
сказал себе, что низко с моей стороны
даже думать, что ты изменила,
потому что ты меня любишь.
Ты же сама говорила.
- Я тебя люблю, я просто ошиблась.
- Это была не ошибка, Микаэла!
Это был нож мне в сердце!
Это Кристоф.
Я в беде. Как и все мы.
Позвони, как только получишь это.
Простите, что я свалила на вас всё это.
Саймон вспомнил, что ты была
в «Каплан энд Голд» в тот вечер.
Что?
Он даст показания полиции завтра утром,
и сегодня тебя могут вызвать на допрос.
- А что мне им говорить?
- Ничего.
Ты должна спрятаться.
Фрэнк едет к тебе, не бери трубку
и ничего не делай, пока я не скажу.
Хорошо.
Тебе надоело обожание?
Или достал регулярный секс?
Или Густав делал тебе мало массажей?
Перестань кричать,
чтобы я могла объяснить.
Тебе плевать,
по кому пройтись или с кем спать,
чтобы добиться своего.
Мы через такое прошли, малыш.
Это заставляет совершать глупые вещи,
например, сбивать помощников прокурора,
подбирать пушки
на месте преступления...
На это нет времени!
Саймон помнит,
что Лорел была на вечеринке,
а значит, он наверняка помнит
и всё остальное.
О боже мой.
Надо было задушить его подушкой,
когда был шанс.
Прилепите фотографию Микаэлы к подушке,
и я с радостью его задушу.
Нет, душить никого не надо.
Но мы должны убедить Саймона
не давать показания.
Как мы это сделаем?
Оливер пойдет в больницу.
Что?
- Никаких посетителей.
- У меня документы
на подпись мистеру Дрэйку.
Я могу пропускать в палату
только медицинский персонал.
И его адвоката – Тиган Прайс.
Я её помощник.
Даже если охранник поведется,
в палате будет Тиган.
Нет, если в дело вступит Микаэла.
- О боже.
- Выслушайте меня.
Нет.
Вы боитесь Хорхе Кастильо,
я понимаю, но вы не на той стороне.
А по-моему, – ты.
Уйди.
Вы не тот человек,
которого можно запугать,
тем более если угрозы исходят
от ужасного человека
ниже вас и по уму, и по человечности.
И смотреть, как такая женщина
позволяет мужчине руководить собой,
мне невыносимо.
- Я должен тебе кое-что сказать.
- Что у тебя нет ко мне чувств?
- Да, это я уже понял.
- Ты можешь получить всё, что захочешь.
Я не помню всего,
но знаю, что Лорел была там.
Она что-то украла,
и вы все пытаетесь меня подставить.
Помолчи, чтобы я помог тебе.
Слушаю?
Это профессор Китинг.
То, что ты хочешь рассказать детективам
приведет тебя в тюрьму.
Это вы сядете в тюрьму.
Дело сведется к твоему слову
против нашего.
И ты правда думаешь, присяжные поверят
свидетельству жертвы
черепно-мозговой травмы?
К тому же улики на твоем компьютере
доказывают, что ты хотел украсть файлы.
Саймон не признается в том,
чего он не делал.
Признается, если хочет грин-карту.
Это называется С-виза.
Правительство дает ее информаторам.
Федералы признают его информатором,
только если он сдаст файлы «Антарес»,
которых у нас нет,
ведь мы потеряли жесткий диск.
Бонни этим занимается.
Вы работали в ночь, когда сумку
Лорел Кастильо забрали как улику.
Но кто-то добрался до нее
раньше меня и кое-что украл.
- Не припоминаю.
- Так вспомните, кто это был,
иначе не получите это.
Тиган, стойте!
Я уже наслушалась твоего
плаксивого голоса, Микаэла.
Вы ведете себя не как бесстрашный босс,
которым учили меня быть.
Я предупреждала тебя оставить это,
но ты слишком глупа.
Перестань ходить за мной,
иначе я попрошу охранника
выставить тебя на улицу.
Ты проснулся.
Хорошо.
Детективы хотят взять показания
сегодня, если ты не против.
- Отмените.
- То есть перенести на завтра?
Я имею в виду, отмените вообще.
Я запутался.
Я не видел Лорел в тот вечер.
Я понимаю, как тебе страшно.
Но из-за Лорел Кастильо
ты чуть было не погиб.
Я не могу быть в этом уверен.
- Саймон, не торопись, подумай еще.
- Я подумал.
Вы уволены.
Всё хорошо. Саймон отменил
свою встречу с детективами.
- Лорел нет, Анна-Лиза.
- Что?
Ее не было, когда я приехал,
и она не берет трубку.
Я рассматриваю возможность сдаться,
признать, что украла файлы
в «Каплан энд Голд»,
что принесла туда пистолет,
из которого застрелился Саймон Дрэйк.
Но если я это сделаю,
вы тоже пострадаете.
Почему это?
На этом телефоне есть
доказательство того
что вы звонили Доминику несколько раз,
включая то время, когда он пропал.
И если меня арестуют,
я отдам телефон полиции,
и тогда все узнают,
что вы работаете на моего отца.
Я не работаю на твоего отца.
Он нелегально вложился в вашу кампанию,
у меня есть доказательства.
Если бы я метила в Генпрокуроры, я бы
не хотела, чтобы всплыли такие факты.
Что тебе нужно?
Скажите, кто убил Уэса.
Это Лорел. Оставьте сообщение,
но я вряд ли его прослушаю.
Не отвечает.
Я не хотел скрывать это от вас.
Но вы были в Верховном суде,
вам не нужны были проблемы.
Хватит.
Я знаю, что ты оберегал меня,
я не могу злиться на это.
Еще как можете.
У меня больше нет сил
на тебя злиться, Фрэнк.
Или на кого-то еще.
Давай простим друг друга хоть раз,
хоть мы этого и не заслуживаем.
БОННИ
Вы позвонили Анне-Лизе Китинг.
Пожалуйста, оставьте сообщение.
Анна-Лиза, я знаю, у кого сейчас диск.
У Денвера. Он ведет двойную игру.
ХОРХЕ
Она взялась за старое.
Если это не уладите вы, улажу я.
Ты говорила, что не получала
сообщение Уэса в тот вечер.
Я сказала,
Доминик не передавал мне сообщение...
Скажи мне правду хоть раз!
Ты получила сообщение. Я это знаю.
Да нет же.
Это журнал твоих звонков.
Это журнал звонков твоей матери.
Если скажешь, где его взяла,
я буду всё отрицать.
То же самое и с этим.
Скажи, зачем ты перезвонила Уэсу
через десять минут после того,
как он оставил Доминику сообщение?
В ЭКСТРЕННЫХ СЛУЧАЯХ
Это Кристоф.
Я в беде.
Как и все мы.
Позвони, как только получишь это.
Я перезвонила,
потому что хотела ему помочь.
- Помочь вам обоим.
- Нет.
Ты помогала себе, папе
и своему несчастному счету в банке.
НОМЕР НЕ ОПРЕДЕЛЕН
- Слушаю?
- Что такое?
У меня проблемы с полицией.
- Почему?
- Не важно.
Просто знайте,
за ней тоже могут прийти.
И если с ней что-то
случится из-за меня...
Сделайте всё, чтобы она не пострадала.
Кристоф, позволь тебе помочь.
- Я не могу говорить.
- Кристоф!
Если бы Уэс сдался,
это бы погубило меня, папу, компанию.
А ты боялась этого,
потому что в таком случае
не было бы акций и деньги,
обещанные отцом, ты бы не получила,
и ты... убила Уэса.
Не убивала!
- Я не могу говорить.
- Кристоф!
Что такое?
Он собрался в полицию.
Сделай что-нибудь.
Я всегда думала, что это Денвер.
Денвер предупредил отца,
что Уэс собирается сдаться.
Или даже Доминик! Но это была ты!
Вы с папой сделали это вместе! Ты убила
того, кого я любила больше своей жизни!
И теперь мой сын будет расти без отца!
Зачем, чтобы ты получила больше денег?
Скажи, почему я не должна
убить тебя прямо сейчас?
Анна-Лиза, я знаю, у кого диск.
У Денвера.
Он ведет двойную игру.
Я еду к вам в отель.
- Да.
- Это я.
- Ты одна?
- Нет, я с Фрэнком, что такое?
Произошла авария.
Серия 15
В предыдущих сериях...
Это была ошибка.
Это не просто ошибка, Микаэла!
Это был нож мне в сердце!
Мы должны убедить Саймона
не давать показания.
Слушаю?
Ты думаешь, присяжные прислушаются
к жертве с черепно-мозговой травмой?
Вы уволены.
Ты убила человека,
которого я любила больше жизни!
Скажи, почему я не должна убить тебя
прямо сейчас?
Это дело, наверно,
провалялось бы у меня на столе,
но потом ты пришла,
вся такая, улыбающаяся.
Я знаю, у кого диск.
У Денвера. Он ведет двойную игру.
Она опять за свое.
Или вы разберетесь, или я.
НЭЙТ
- Привет.
- Произошла авария.
Дело номер EX-280-65-42.
Отчет гласит о том,
что автомобилист потерял управление
и перевернулся на высокой скорости.
Несколько кровоподтеков на лице.
Ссадины на лобной части
под линией роста волос.
Несколько переломов челюсти.
Синяки вокруг шеи и ключицы.
ПОИСК
ТЕЛЕФОН ЛОРЕЛ
ПОИСК
ТЕЛЕФОН ЛОРЕЛ
НЕДОСТУПЕН
Засохшая кровь говорит
о выбитых зубах в результате аварии.
Отёчность брюшной полости
предполагает тяжелые
внутренние травмы и кровотечение.
Нэйт!
Они что-то знают?
Подозревают преднамеренное убийство.
Множественные переломы рёбер
также указывают
на крепитацию грудной клетки.
Где тебя носило?
Я звонил тебе, не переставая!
У меня телефон сел. Что случилось?
Три перелома пальцев правой руки.
Очевидно, результат столкновения.
Вполне возможно,
что сломанные рёбра проткнули лёгкие.
Почему это происходит с нами?
Также выявлены многочисленные
переломы и смещения,
включая смещение
правой плечевой кости, левого бедра...
- Обещаю, я найду диск.
- Как? ФБР сюда точно вмешается.
Я буду осторожен.
Образцы тканей будут собраны
при вскрытии для дальнейшего изучения.
Не делай глупостей, или ты следующий.
Это же Хорхе, да?
Он отслеживал все наши звонки и слышал,
что я оставила вам сообщение.
Бог его знает.
Начинаю вскрытие с надреза.
Анна-Лиза, я знаю, у кого диск.
У Денвера.
Он ведет двойную игру.
КАК ИЗБЕЖАТЬ НАКАЗАНИЯ ЗА УБИЙСТВО
По первичным данным
автомобиль окружного прокурора
двигался со скоростью 130 км/ч
перед тем, как перевернуться.
Однако следов тормозного пути
найдено не было,
что указывает на то,
что машину могли повредить.
- Где ты был?
- Я ночевал у Коливеров.
- Пожалуйста, давай поговорим.
- Я тебя не прощу.
Я не прошу простить,
просто выслушай мою мотивацию.
Ты поступила так, потому что стерва.
Ты можешь так думать, да, но
нельзя дуться друг на друга,
особенно после этой истории с Денвером.
Я не сдам тебя полиции,
я просто переезжаю.
Оставь сумку
и посмотри на меня! Пожалуйста.
Всё кончено, Микаэла! Смирись.
Я не стерва.
Я совершила поступок,
о котором глубоко сожалею.
Ты так говоришь, чтобы оправдаться.
Я правда очень сожалею.
Вот о чём я говорю.
Ты думаешь, что должна это сказать,
но сама в это не веришь.
- Ты не жалеешь.
- Конечно жалею!
Ты не знаешь себя, Микаэла!
Это было предупреждение для меня.
Ведь я знаю тебя лучше, чем ты себя.
Я влюбился в тебя, в каждую частичку,
особенно в твои амбиции.
Но я зря думал, что эти амбиции
заканчиваются в спальне.
Так что прими себя:
ты – ударяющая в спину,
жаждущая власти, амбициозная...
Не смей называть меня стервой.
Ты сама это сказала.
Анна-Лиза ждет нас всех в отеле!
Хорошо, я возьму такси.
Как вы знаете,
Денвер был моим наставником.
Поэтому я, как и все вы,
чувствую полное опустошение.
Эта трагедия произошла в нашем районе
с одним из нас, и это...
Как бы тяжело это ни было,
мы должны оказать содействие ФБР,
если хотим узнать, кто это сделал.
А пока, давайте почтим память человека,
с которым нам посчастливилось работать.
Нам будет его не хватать.
Ну, это был отец Лорел?
Он покопался в машине Денвера.
Или это твоя мать?
Простите, но если это так,
разве нам не нужно бежать?
- Мы в безопасности.
- С чего ты взял?
ФБР рассматривает дело прокурора,
у которого досье на всех нас.
Боишься, что узнают,
как ты мне изменила?
А как же Саймон? Он всё время мне пишет
по поводу сделки.
- Нэйт уже ищет диск.
- Диск наверняка повредился.
Скажи Саймону, что скоро мы всё узнаем.
Он захочет услышать это от Анны-Лизы.
Анна-Лиза?
- Как она?
- Нормально.
Всё хорошо.
Пока родители Лорел
не взорвали этот отель.
Они не террористы.
Они взорвали дом Анны-Лизы,
когда Уэс был там.
Больше никто не умрет!
И как бы странно это ни звучало,
всё, что у нас есть - это мы сами,
и мы должны стараться защищать
друг друга.
Мы так и сделаем.
Это мой отец.
Наверно, слышал, как мы о нём говорили.
Тихо. Ответь.
- Привет.
- Где она?
Что?
Твоя мать пропала, Лорел,
ты последняя с кем ее видели в отеле.
- Ты врешь.
- Мои люди не могут ее найти.
Да она наверняка сейчас с тобой.
Я сейчас с внуком.
Что ты там делаешь?
Хочу напомнить тебе, что на кону.
- Я еду туда.
- Я не позволю втянуть его в эту секту.
Нет, это как раз от тебя
я пытаюсь его защитить.
Просто скажи мне, где сейчас твоя мать,
и тогда никто не пострадает.
Я не знаю, где она.
Ты что-то с ней сделала?
Нет! Конечно нет!
Скажи мне правду, Лорел.
Что ты сделала с мамой?
Скажи, или ты никогда не увидишь сына.
Я ничего с ней не делала.
Скажи мне правду, Лорел!
Говори!
Говори!
- Когда вы виделись в последний раз?
- У нее в отеле, когда уходила.
И она еще дышала?
Она наверняка напилась успокоительного
и сейчас летит в Париж.
Или она нырнула в Гудзон.
Класс, одной проблемой меньше.
После таких слов
я тоже начинаю тебя подозревать.
Я наговорила ей гадостей, да,
но я не зверь,
я бы никогда не тронула свою мать.
- Она уже нам врала.
- Но не о том, что кого-то убила.
Она принесла заряженный пистолет
на вечеринку.
И в бар.
Что ты ей сказала?
- То, что она заслуживала.
- Например?
Сказала, пусть покончит с собой.
- Это только слова!
- Сказанные психически больной женщине.
Это игры моего отца. Хочет, чтобы
вы засомневались во мне, и получается.
Ее отец прав. Мы же как секта,
наверно, ребенку будет лучше с няней.
Нет, Лорел – его мать, хоть
я и не одобряю ее импульсивность...
- Она не одна такая.
- Сейчас не время для разборок.
Что, хочешь побеседовать
об импульсивности?
О твоей? Ты точно не можешь отказать
куску мяса, стоит ему тебе подмигнуть.
А как насчет твоего слепого гнева,
как когда ты переехал Синклер?
Моему отцу нет дела ни до кого,
кроме себя,
ни до матери, ни до Кристофера.
Ему нужен только этот жесткий диск,
и ради этого он скажет что угодно!
И убьет кого угодно.
Давай найдем этот диск и вернем ему.
- Отдайте его Саймону.
- Вы же слышали. Он угрожает ребенку!
Саймон отдаст диск ФБР, Хорхе посадят,
Лорел вернет ребенка, – таков план.
Неизвестный номер.
Может, твоя мать с пляжа звонит.
Ответь.
Слушаю?
Вы куда?
ФБР хочет поговорить с Лорел.
- Что?
- Что, правда ФБР?
- Насчет матери?
- Насчет Денвера.
Меня последней видели с ним в офисе.
- Всё будет хорошо.
- А что по поводу Саймона?
Мы с Оливером разберемся. Идите.
Спасибо.
Ей можно верить?
- Думаю, да.
- Очень убедительно.
Я еду в Нью-Йорк.
Если ее мать там, я ее найду.
- Фрэнк...
- Я буду осторожен.
Прости, что врываюсь. Ты слышала,
что ФБР допрашивает твою стажерку?
Да. И, по-моему, это смешно.
Но она последняя,
кто его видел, так что...
Неужели?
Денвер засадил столько преступников,
а ты думаешь, что его убила стажерка?
Эта стажерка только что родила.
Может, гормоны зашкаливали, не знаю.
Очень глупо прозвучало. Прости.
Я просто...
Тут такой жуткий бардак.
Послушай, мне жаль,
что мы в прошлом ругались.
Но я не смогу занять место Денвера
без помощи таких людей, как ты.
Давай забудем о вражде.
Подружимся.
Конечно.
Где Анна-Лиза?
Она сейчас говорит с федералами.
Согласовывает твою сделку.
Это хорошо. Тебя будут защищать,
как осведомителя, и дадут визу.
Выпроводи его.
Что?
Уйди.
Я всё понимаю,
но я же на твоей стороне.
Саймон достаточно натерпелся,
давай сделаем, как он просит.
Как только Анна-Лиза уладит сделку,
она придет сюда.
А пока я побуду с тобой, как гарантия.
И тебе повезло, ведь я прекрасно умею
кричать на медсестер.
Если тебе что-то нужно, только попроси.
БАЗА ДАННЫХ
ГАЛЛИВАН
ДОСТУП ОГРАНИЧЕН
Дело Галливана уже десять лет,
как закрыто.
Я в курсе. Я работал над ним,
когда был детективом.
Федералы просят проверить
старые дела Денвера.
Найти недоброжелателей.
- Помощь нужна?
- Справлюсь.
Как студентка юрфака, вы понимаете,
что смерть окружного прокурора
в крупном городе вызывает подозрения.
Конечно, понимает.
Но ни моя клиентка, ни я не понимаем,
почему на допрос вызвали именно ее,
а не одного из тысяч человек,
которых посадил прокурор Денвер.
Записи показывают,
мисс Кастильо была стажером Денвера.
О, так вы приглашаете на допрос
всех студентов?
Нет, только тех, кто назначал
встречу с ним за час до его смерти.
Так зачем вы с ним встречались?
- Что тебе нужно?
- Скажите, кто убил Уэса.
Я думала, он хотел вернуть меня
на стажировку
после конца декретного отпуска,
но на самом деле
он хотел поговорить о моем отце.
О вашем отце?
Я тоже была удивлена,
я даже не думала, что они знакомы.
- Откуда?
- Я не знаю.
Но Денвер спросил,
как давно я говорила с отцом.
Мы не разговариваем, ясное дело,
из-за проблем с опекой.
Какой опекой?
Ты всё рассказала?
Только то, что заставит обратить
внимание на моего отца.
В чём смысл натравливать на него ФБР?
Он только что угрожал своему внуку,
представьте, что он сделает с нами.
Включите мозги вместо того,
чтобы паниковать.
Это даст возможность Саймону
полностью сдать «Антарес».
Да, только если у нас будет диск.
Да, кстати говоря,
вам нужно пообщаться с Саймоном.
- Микаэла знает, что делает.
- Думаете?
Мне кажется, что она готова переспать
и с Саймоном, вот только он гей.
Так что мы попали.
- Привет.
- Нэйт.
Нам нужны хорошие новости.
Будет зависеть.
Денвер использовал
шкафчик для улик старых дел как тайник.
Вот, что я нашел.
Что это?
Телефон Доминика,
я отдала его Денверу при встрече.
Никакого жесткого диска.
Думаю, что федералы его уже нашли.
Не спешите.
Вы его тоже ищете?
Почему мы не отдали диск Саймону,
чтобы федералы разбирались?
Нужно удостовериться,
что на нём есть незаконные файлы.
А мы этого не знаем?
Они там, нужно только их поделить.
Нет. Только мой компьютер
изолирован и зашифрован
от шпионских программ твоего отца,
он не сможет отследить наши действия.
Мы вообще ничего не поняли.
Это значит, помолчите
и дайте мне работать.
СКАЧИВАНИЕ ФАЙЛОВ
Не надо нам быть в вашем номере.
- Класс. Я с радостью останусь одна.
- Я не об этом.
Мы затеяли групповой иск,
чтобы помочь людям.
Я смогла довести это дело
до Верховного суда.
А если вы выиграете?
Тогда всем нашим клиентам –
отцу Нэйта, Клаудии –
понадобится наша помощь в суде,
а мы не сможем помочь,
если ФБР нас посадит.
Ты переживаешь не за истцов, а за себя.
Нет.
Я упомянула тебя
на ступенях Верховного суда.
- И я благодарен за это.
- Я сделала это не из вежливости,
а для того,
чтобы ты вернулся в университет.
- На что вы намекаете?
- Я ни на что не намекаю.
Я просто знаю, что произошло.
- Как?
- Я всегда всё знаю.
И поверь,
сейчас я тоже знаю, что делаю.
ОЛИВЕРУ:
ЧТО-ТО ПРОЯСНИЛОСЬ?
Что случилось?
Ничего.
Опять фальшиво улыбаешься.
Ашер со мной порвал.
Знаешь, я бы поверил,
если бы это ты бросила его.
Но я не вру.
Ты тянешь время.
У вас нет файлов «Антарес», так ведь?
Скажи Анне-Лизе,
что я хочу условия сделки
и доказательства наличия
незаконных файлов,
иначе я расскажу полиции,
что тогда случилось на самом деле.
И это будет очень большой ошибкой.
Микаэла только что написала,
Саймон требует доказательства.
Скажи, пусть задушит его,
может, тогда я ее прощу.
А что ты ищешь?
Все оффшорные инвестиции,
которые отец оформлял на мое имя.
Например, на Кайманах?
Надо переехать туда
и преподавать сёрфинг.
И вашу свадьбу справим.
Нашел! Без серьезных отношений.
- Ты решил с кем-то познакомиться?
- Мне необходим секс перед тюрьмой.
Оливер?
Какие шансы,
что мы сможем там что-то найти?
Когда ФБР изучало файлы «Энрон»,
создали целый отряд,
но всё равно на это ушло много лет.
Меняем план.
- Нет, мне еще пару минут...
- Надо просить о помощи, Лорел.
Понятно, почему Микаэла так глупо
себя ведет. Это вы ее научили.
Файлы «Антарес» у нас.
Следов незаконной деятельности нет.
- Потому что ее нет.
- Потому что вы не сказали, где искать.
Даже если ваши заявления правда,
я всё еще юрист Хорхе Кастильо.
Адвокатская тайна применима
только к преступлениям прошлого,
но раз преступления продолжаются...
Хватит!
Вас могут арестовать вместе с ним
как его сообщницу.
Так почему бы не покинуть корабль
и не сдать его?
- Я вызываю охрану.
- Он убил окружного прокурора.
Хорхе платил Денверу.
Тиган,
за это точно не стоит умирать.
Убирайтесь из моего кабинета.
Я не хотел беспокоить этим Анну-Лизу.
Чем?
У Денвера были досье на всех вас.
Я в курсе.
Я их нашел.
ДЕЛФИНО, ХЭМПТОН, УОЛШ
- И где они?
- Я их уже уничтожил.
Там было что-то на тебя?
Нет, слишком скучно, видимо.
«КАПЛАН ЭНД ГОЛД»
Она согласилась?
- Что ты тут делаешь?
- Лорел рассказала мне план.
- А кто с Саймоном?
- Он спит на обезболивающих.
- Тиган отказалась, да?
- Возвращайся в больницу.
Саймон всё расскажет о той ночи,
если мы ничего не найдем.
Но я знаю, что делать.
Сдадим его. Пусть депортируют.
Нет.
Он принес оружие в офис.
Это повод для депортации.
Мы не станем депортировать гея
обратно в Пакистан, мы не такие.
- А какие же?
- Хочешь разрушить невинную жизнь?
Знаешь, что это значит?
Не только для Саймона, но и для тебя?
Поверьте, я знаю,
что такое чувство вины.
Расскажи об этом,
когда начнешь пить водку по ночам
и размышлять, как покончить с собой.
- Я пытаюсь спасти нас.
- Спасайся сама, говорю тебе.
Дорога, по которой ты идешь,
чуть не убила меня, а ты – не я.
Возвращайся в больницу и жди звонка.
Где ты был?
- В отеле у твоей мамы.
- Фрэнк!
Я осторожно. Просто...
Пообщался со служащими.
Никто не видел ничего подозрительного.
Она просто исчезла. Бесследно.
Ты ничего не нашел?
Ты же знаешь, что я тебя очень люблю?
А почему ты спрашиваешь?
Я ищу то, чего никогда не найду?
- Ты сказал, что любишь меня.
- Я должен был спросить.
Я же сказала – нет!
Это не я тут социопатка, а ты.
- Есть что?
- Нет.
И ни одной нормальной киски
для этого парня.
Почему нет «Трахни меня» для натуралов?
Изобрети, если нас не убьют.
Смысл в том, чтобы утереть Микаэле нос
сексом, который у меня будет до смерти.
- Да забудь ты уже об этом.
- Это произошло только что.
Ведешь ты себя, как придурок.
И очевидно, что ты хочешь ее простить.
- Не хочу.
- Конечно хочешь,
просто думаешь,
что должен быть мужиком и злиться.
Короче, он был на один раз. Забудь.
Я злюсь не из-за секса, а из-за лжи.
- Мы все врём.
- Да,
но было глупо отстаивать
свой имидж перед самой собой.
Я врал всем вам
ровно по той же самой причине.
Коннор?
Я не изменял. Нет.
Но я не сам бросил учебу.
Меня исключили.
Я понимаю, глупо, что я не сказал,
но мне было ужасно стыдно.
И теперь стыдно за то, что мне стыдно.
Хочешь отменить свадьбу?
Замолчи.
Лорел? Дай мне телефон.
- Зачем?
- Просто дай и всё.
ЛОРЕЛ
Когда-то я ждал с нетерпением,
что ты позвонишь.
Это Анна-Лиза Китинг.
Нет. С вами я говорить не намерен.
У вас нет выбора.
Жесткий диск у нас.
Где моя дочь?
Я здесь
не для воссоединения вашей семьи.
А если вы сделали копии?
Проверьте наши компьютеры.
Вы всё равно это делаете.
Подпишите.
Это отказ от ваших показаний
против Лорел.
Судья засомневается, отдаст ей опеку,
и мы все сможем жить дальше.
Жить дальше?
- Моя жена пропала.
- Бывшая.
Не обвиняйте Лорел в том,
на что она в принципе не способна.
Вы просто не знаете мою дочь.
Ешь.
Не могу. Я...
Малышу мама нужна здоровой,
когда он вернется.
Прости, что назвала тебя социопатом.
Ничего.
Или это Фрэнк?
И Сандрин связана у него в подвале?
Что ж, если не хотите, я могу уйти.
Или Бонни?
Вы пробуждаете худшее в людях,
не так ли?
Хотите всё отменить?
Я с радостью передам файлы ФБР,
пусть ищут, что там есть.
Вы бы не пришли,
если бы правда этого хотели.
- Да, но я пришла не беседы вести.
- Вы хотите крови.
Нет, я хочу перемирия.
Подпишите контракт,
или сядете в тюрьму до конца жизни.
Это не бизнес-сделка, Анна-Лиза.
Это моя семья!
Вы украли у меня мою дочь!
Наверно, вы не в состоянии понять,
что такое родительская боль.
Поверьте, я ее понимаю.
Нет, ваш ребенок родился мертвым,
вы ничего не понимаете.
А вдруг мы найдем труп ее мамы
под кроватью?
Тогда ищите сами, я не хочу.
Давайте возьмем, что нужно, и уйдем.
Попробуйте воспитывать робкую девочку,
которая боялась смотреть на людей,
когда они спрашивали, как ее зовут.
Девочку, которую приходилось всю жизнь
защищать от больной матери.
Ее нужно было защищать от вас.
Я любил Лорел больше себя,
я построил ей будущее,
чтобы у нее было всё, что она пожелает.
Попробуйте сделать это, а потом
позволить какому-то чудовищу отнять ее.
- Мне это хорошо знакомо.
- Да нет.
Вы отобрали у меня Уэса!
И ради чего? Только ради денег?
Только не говорите,
что только ради денег.
Нельзя быть хорошим отцом,
если вы убиваете любимого своей дочери.
И запираете ее в психушке, а внука
держите как залог. Это всё, что я вижу.
И что же, всё это вы делаете из любви?
Вы любите себя,
а не свою бывшую жену, дочь
или этого бедного малыша в больнице.
Вы не представляете,
на что я готов ради семьи.
Да мне плевать на вас!
Как и вашей дочери.
Слишком поздно,
вы потеряли ее, это конец.
Потому что тем,
что забираете у нее сына,
вы причиняете ей ту же боль,
о которой говорите мне сейчас.
Хоть раз будьте хорошим отцом
и подпишите чертовы бумаги.
Отпустите ее.
Слишком долго!
Наверное, срыгнул на себя или еще что.
Позвони Анне-Лизе.
Спроси, вдруг судья передумала.
Mi hija.
Я хочу попрощаться с ним.
Нет.
Всё кончено.
Уйдите.
Лорел?
Это мамочка.
Угадай, кто сегодня едет домой?
Да, я люблю тебя.
Я люблю тебя. Люблю.
У него нет признаков инфекции,
мы больше не даем антибиотики.
Но его нужно продержать
на питательной смеси еще около месяца.
- Да. Фрэнк, запиши всё.
- Не надо, мы положили вам инструкции.
И нашу контактную информацию.
Через месяц мы вас навестим, убедиться,
что Кристофер хорошо устроился.
Я переехала в квартиру получше.
Ему понравится.
Поехали?
Где твоя мать?
Я не знаю. И мне плевать.
Это твоя мать, Лорел.
Она для меня мертва.
Как и ты.
Позвони ей.
Он у нас.
- Как он?
- Такой милый.
- Когда всё произойдёт?
- В любую минуту.
Уходите оттуда.
Хорхе Кастильо.
У меня ордер на ваш арест.
Нет, это...
Вы имеете право хранить молчание.
Всё, что вы скажете, может и будет
использовано против вас в суде.
У вас есть право на адвоката.
Если вы не можете оплатить адвоката,
он будет предоставлен вам.
Вы понимаете права, которые я зачитал?
Хорошо. Спасибо.
Он под стражей.
Тиган, за это точно не стоит умирать.
Убирайтесь из моего кабинета.
- Вы совершаете большую ошибку.
- Это вы совершаете ошибку.
Доверие – это основа отношений
клиента с адвокатом.
Профессиональная этика запрещает
мне разглашать информацию
касательно представления дела
без получения согласия моего клиента.
Я В ДЕЛЕ
Мое соглашение о неприкосновенности?
Подано опечатанным в суд.
Мои агенты проверяют ваши показания.
А «Каплан энд Голд»?
В документах ваше имя не числится,
так что работайте и не высовывайтесь.
Никто не узнает.
Сегодня в Нью-Йорке ФБР арестовало
миллиардера Хорхе Кастильо
по целой серии обвинений,
включая незаконную прослушку,
взятки, мошенничество, уклонение
от налогов и убийство первой степени.
Жертва – окружной прокурор
Филадельфии Тодд Денвер.
В связи с подозрениями
относительно его смерти
ФБР обнаружило тайные вложения
в кампанию прокурора.
Это Фрэнк пишет. Они скоро будут.
Ну, малыш возвращается домой!
Да, это облегчение, но это ведь
во всех новостях, и Саймон увидит.
Бонни разобралась с Саймоном.
Что значит «разобралась»?
Прокуратура согласна
снять с него все обвинения,
если он сознается в том, что это он
принес пистолет в «Каплан энд Голд».
Вообще-то, я разобралась с Саймоном.
Саймон Дрэйк?
Таможенная и Иммиграционная Служба.
Вас переводят в больницу
министерства национальной безопасности.
Зачем?
Есть информация, что вы недавно
вовлекались в преступную деятельность.
Незаконное хранение оружия
означает депортацию,
я позвонила в миграционную службу.
Да что с тобой такое?
Он бы шантажировал нас до конца жизни,
я же его не убила, так что, пожалуйста.
- Зачем?
- Это надо было сделать.
- Или хотела позлить меня?
- Раньше вы поступили бы так же.
Я желала тебе лучшего, Микаэла.
Кто-то должен был сделать то, что вы
не смогли, чтобы обезопасить нас всех.
Ты всё это время пыталась стать мной.
Теперь у тебя получилось,
можешь гордиться.
Я стала собой. Вот, чем я горжусь.
И вы должны гордиться.
Да.
- Странно, что ты ответила.
- Только потому что это ты.
Я не про то.
Думал, твой телефон
будет разрываться от звонков.
Что-то с арестом Хорхе?
Ты не слышала?
При поддержке экс-президента
Фитцжеральда Гранта
и его главной советницы Оливии Поуп
истцы дела « Лэйхи против Штата»
хотели добиться лучшего финансирования
бесплатной адвокатуры.
Сегодня Верховный суд принял решение:
присяжные единогласно вынесли вердикт
в пользу истцов
во главе с Анной-Лизой Китинг.
Многие сомневались, что мисс Китинг,
персона со столь
противоречивой репутацией,
в праве представлять
такое серьёзное дело.
Этой победой мисс Китинг доказала,
что ее противники ошибались.
Она сделала важный шаг
для усовершенствования
адвокатской системы всей страны.
Благодаря этой победе стало ясно,
что мисс Китинг -
фигура национального значения.
Ты убила того,
кого я любила больше жизни!
Скажи, почему я не должна убить тебя
прямо сейчас?
Я с твоим сыном.
Скажи мне, где сейчас твоя мать.
Она для меня мертва. Как и ты.
Почти готово. Я тебя запеленаю.
- Ну что, как он?
- Отлично.
Ему надо было сменить памперс.
Вы уж простите за всё это.
Я скоро найду себе квартиру.
Оставайся, сколько потребуется.
Ладно.
Я поехал.
Список есть:
памперсы, салфетки, что-то еще?
Ты надел рубашку,
чтобы сходить в магазин?
Все футболки у меня в детской отрыжке.
Я скоро вернусь.
Напоминаю, у нас в гостях
Анна-Лиза Китинг,
адвокат, которая подала
и триумфально выиграла групповой иск
в Верховном суде Соединенных Штатов.
Анна-Лиза, расскажите нам,
что вы хотели доказать этим делом?
Еще с детства нас учат тому,
что есть добро и зло.
Добрые люди – это герои,
которые всех спасают,
а злые – преступники,
сидящие в тюрьмах.
Но в реальности всё не так.
Быть заключенным еще не значит,
что ты злодей.
Когда посещаешь тюрьму, то видишь,
что, так называемые, преступники
это просто люди, пережившие ад.
И до сегодняшнего дня
существующая судебная система
заставляла этот ад продолжаться.
Но благодаря этой победе
их дела могут быть поданы на апелляцию.
Здесь сбор на экскурсию?
- Ваше имя?
- Делфино, Фрэнк.
Я не вижу вашего имени.
Вы абитуриент или родитель?
Да я шучу.
Вот, заполните.
И очень многим из них впервые в жизни
представится второй шанс.
Как ответите критикам, которые говорят,
что преступники
не заслуживают второго шанса?
Скажите, какому успешному человеку
не предоставляли второго шанса?
Месяц назад у меня
чуть не отобрали лицензию,
но адвокатура штата сжалилась
надо мной, в этот сложный момент.
Этот групповой иск был
моим вторым шансом.
Время, проведённое мной вне стен
университета, помогло мне
заново открыть свою страсть к праву.
В частности, работа над делом
«Лэйхи против штата Пенсильвания»
напомнила мне,
почему я решил стать юристом.
- Привет.
- Ты не брал трубку.
Я работаю над заявлением.
Ты тоже считаешь меня стервой?
Мы все иногда такими бываем.
Заходи.
Поможешь сделать заявление
не таким приторным.
Оливер не будет злиться?
Его нет дома.
А где он?
Даже самые отпетые преступники
могут исправить свою жизнь.
Им просто надо помочь.
Давай сделаем тебя дизайнером.
Хочу, чтобы здесь было солидно.
Ладно, первым делом надо замазать
эти странные секс-царапины.
И убери отсюда кубок пив-понга,
с ним достойную девушку не найдешь.
Вот, зачем ты мне нужен, Оли.
Я всё тебе верну, обещаю.
Может быть сейчас?
Я на мели, иначе не переезжал бы
на эту свалку.
Я не про деньги.
- Я не прощу Микаэлу.
- Просто выслушай.
Просто...
Коннор думает, что они нам не нужны,
но мне кажется, что если будет свадьба,
то надо делать всё правильно.
Так что...
Ты будешь моим шафером?
Оли...
- Соглашайся.
- Ну конечно, дружище!
- Спасибо.
- Спасибо.
Если не дать людям шанс на исправление,
это отрывает их от семей,
лишает их будущего и всяческой надежды.
А когда теряешь надежду,
теряешь желание жить.
АДСКИЙ ФЛИРТ
ВАМ ПОНРАВИЛСЯ РОНАЛЬД
ВЫ ЕМУ ТОЖЕ НРАВИТЕСЬ
И это дело не только о заключенных.
Оно о семьях,
о жёнах, мужьях и детях, страдающих,
когда у них отбирают любимых.
КИТИНГ, ДЕЛФИНО, ХЭМПТОН, УОЛШ
Подумайте о тех молодых людях,
которые не сделали ничего плохого,
и потеряли родителя
из-за несправедливой судебной системы.
БОННИ УИНТЕРБОТТОМ
И они не только, вероятнее всего,
окажутся за чертой бедности,
но и пережитая травма
отравит им всё будущее.
РЕБЕНОК ЖИВ?
Воссоединение семей – это первый шаг
к улучшению ситуации в обществе.
Как вас зовут?
Нет, не скажу, пока не узнаю вашего.
Очень смешно.
Ладно.
Тогда дайте номер телефона.
Электронную почту?
Ваше имя, пожалуйста.
Гэбриэл Мэддокс.
Очень приятно.
Но большинство не верит,
что преступники заслуживают помощи.
Считают так: «сядь в тюрьму,
заплати долг и начни с чистого листа».
Но чистого листа не будет
после того, как ты попадёшь в систему.
Это как зыбучие пески.
Тебя засасывает.
- Проснулся?
- Да.
Привет, Кристофер.
Привет.
Я твоя крестная мама.
Ты пока об этом не знаешь,
потому что у Лорел
еще не хватило ума мне предложить.
Анна-Лиза?
Я не знаю, как это делать.
Никто не знает.
Уэс бы знал.
Ты не такая, как родители.
Ясно?
Сходи в душ.
А я пока что побуду с этим парнем.
Этого я и хотела добиться этим делом,
чтобы все мы научились
видеть в людях хорошее, а не плохое.
Это касается всех нас.
Какие бы ошибки мы ни совершали,
надо стараться и становиться лучше.
Вы выступили перед Верховным судом
страны и выиграли.
Что дальше?
Вернетесь к преподаванию?
Или возьмете еще один групповой иск?
Ну. Если честно,
я не знаю.
Мальчики и девочки? Да, мэм
Вы ходили в амбар? Да, мэм
Вы видели мою индюшку? Да, мэм
Куда она ушла? А ну-ка
Куда она ушла? А ну-ка
Кыш, кыш, кыш, индюшка
Тряси перьями подальше отсюда
Выпускники Миддлтонского университета
становятся знаковыми фигурами
в юридическом мире.
Мы выпустили
десять Генеральных прокуроров,
несколько конгрессменов
и даже судью Верховного суда.
Привет.
Похоже, добрые времена
продлились недолго.
Вы принесли яйца? Да, мэм
Вы видели мою индюшку? Да, мэм
Ее сын здесь.
Кыш, кыш, кыш, индюшка
Тряси перьями подальше отсюда
Кыш, кыш, кыш, индюшка
Тряси перьями подальше отсюда
Кыш, кыш, кыш, индюшка
Тряси перьями подальше отсюда