Билли Джоэл: Так и есть (2025 год). Фразы и цитаты из фильма

Billy Joel: And So It Goes (2025)

Двухсерийный документальный сериал HBO

Все фразы и цитаты

Серия 1

Когда я был молодым,
я работал на устричном судне.
Я смотрел вверх,
на этот особняк на холме,
и задавался вопросом,
каково это - жить в таком доме.
Я думал: "Вот же богачи.
Никогда в жизни не работали".
Теперь этот дом принадлежит мне.
Он еще не закончен.
И я тоже.
Спасибо. Добрый вечер, Нью-Йорк!
Самое оригинальное, что я сделал
в жизни, - это напортачил.
Но это не обязательно плохо.
Однажды я спросил великого шеф-повара,
как он стал таким мастером.
Он сказал: "Всё дело в том,
как ты исправляешь ошибки".
Думаю, за этим стоит немалое,
трудом выстраданное понимание.
Всё, что я сделал, всё, что я пережил,
каким-то образом
стало частью моей музыки.
Мы пишем. Хорошо, третий звук?
Рок-звезды не рождаются
в местах вроде Хиксвилля.
Одно за другим,
и так появился "Билли Джоэл".
Мне надоели все эти
навязанные ярлыки, рамки.
Настало время сделать что-то по-другом
Не позволяй обращаться
с тобой как с дерьмом.
Я не хочу жить!
Привет.
- Это вы поете Uptown Girl?
- Это я.
Если забыть, откуда ты родом,
ты уже не знаешь, кто ты.
Любовь может вдохновить на написание
музыки, как и разбитое сердце.
Это довольно жестокий бизнес.
Это не бойскауты.
Это музыкальный бизнес.
Один из самых успешных
артистов всех времен.
Тот самый, великий Билли Джоэл.
Билли Джоэл!
- Билли Джоэл.
- Билли Джоэл.
Билли Джоэл.
БИЛЛИ ДЖОЭЛ:
AND SO IT GOES
Мне некомфортно перед камерой.
Когда знаешь,
что тебя снимают, как сейчас,
становится немного неловко.
Как будто некуда сбежать.
Не за чем спрятаться - даже за пианино
Я не считаю себя рок-звездой.
Я музыкант,
и мне больше нравится быть частью груп
Мне с ними комфортно.
- Я набрал весь вес, что ты сбросил.
- Так вот куда он делся.
Они знают меня, я знаю их.
Это тяжелее, чем я помню.
Хочешь забрать с собой?
А людей, которые не в нашей тусовке,
мы называем "гражданские".
Если ты не с нами, ты - гражданский.
Надо, чтобы кто-то снял на видео,
сколько чепухи я играю.
Мне нравится работать с музыкантами.
Мне нравится играть музыку для публики
Чтобы стабильно создавать музыку
высокого качества,
нужно быть полностью преданным делу,
в ущерб почти всему остальному.
Два, три, четыре.
- Кто-то должен петь.
- Пересекается.
Нужно отказаться от части своей жизни.
Дай послушать, как звучит.
- Но если тебе это в кайф,
- Окей.
ты даже не замечаешь, как летит время.
Я начал играть в группах,
когда был ребенком.
Я просто хотел зарабатывать на жизнь,
не обязательно становиться миллионером
или ездить по миру.
Я просто хотел платить по счетам.
Для меня это был успех.
Но со своим успехом
я не всегда чувствовал себя комфортно.
Иногда он мне чужд.
Этот парень, Билли Джоэл.
Я не знаю, кто это и что это.
Я вспоминаю об этом, когда иду по улиц
"О, Билли Джоэл". А, точно. Это я.
Как-то я всё это сделал.
Написал эти песни.
Но с самого детства
музыка была моей целью.
Люди думают,
что я городской парень из Нью-Йорка.
Нет. Я парень из городка на Лонг-Айлен
И в середине 60-х
казалось, что у всех
в нашем районе была группа.
Первая группа называлась
The Lost Souls from Long Island.
Первые мои песни
были ужасными копиями Beatles.
Лучшего тогда не было.
Мы все хотели быть The Beatles.
Это было еще в младших классах.
Я уже зарабатывал деньги,
играя на пианино, и мне нравилось.
Я подумал:
"Погоди-ка, вот чем я и займусь".
У меня было преимущество:
я знал, чего хочу, с 14 лет.
Успешной была твоя первая группа?
Ну, очевидно,
она же теперь у всех на слуху, да?
В 60-х
рок-сцена Лонг-Айленда была потрясающе
Я был в группе The Hassles,
и мы только что потеряли клавишника.
Билли пришел со своей командой,
и я увидел его выступление.
Это было так нелепо, что аж смешно.
Он был так одет,
встал на одно колено и спел песню.
Но для меня это был удар в яблочко.
Я сказал: "Этот парень хорош".
Я ему: "Мы хотим,
чтобы ты играл в The Hassles".
А он: "Я не могу.
Эти ребята - мои братья.
Я люблю их. Я никуда не уйду".
Я понял, что проигрываю.
Тогда я сказал:
"Мы дадим тебе орган Hammond B3,
если пойдешь к нам".
Любая большая группа на острове
хотела себе Hammond B3.
Я никогда не играл на нём.
Это был мой орган мечты.
Но он стоил пару тысяч,
и я не мог себе его позволить.
Я сказал Билли:
"Если ты присоединишься к нам,
я отдам тебе Hammond B3".
А он: "Да пошли они, я с вами".
Никто в группе не был богат,
но у Билли не было вообще ничего.
Есть бедные,
а есть бедные как Билли Джоэл.
Он радовался, если у него хватало
на пачку сигарет.
У меня не было машины,
поэтому я не мог никуда доехать.
Я зависел от Джона -
он подбирал меня и вез
на репетиции или концерты.
Я помню,
как впервые встретил его мать Роз.
Билли сказал ей:
"Вот так я хочу выглядеть".
Она глядит на мои патлы
и такая: "Отлично".
Но я подумал, что она
идеальная сценическая мама.
Всё, что она делала, -
болела за своего сына.
Она всегда знала, что у него есть тала
Мы сразу нашли общий язык.
Как сосиска в тесте:
он - сосиска, я - тесто.
Мы были неразлучны.
Мы с Джоном сблизились.
Я подружился с его женой Элизабет.
Я был женат на Элизабет Уэбер.
Я был очень молод, когда женился.
Он играл в группе, а я была студенткой
Я была беременна
и сказала Джону Смолу, что мы поженимс
Я встретила Билла в 1967 году.
Ему было 17.
Он был застенчив, немного замкнут.
Но даже в подростковом возрасте
он был очень трудолюбивым
и понимал, чего это требует.
Я увидела это почти сразу.
Тогда вся его жизнь была - группа.
Я был настоящим, преданным музыкантом.
У нас был солист,
но Билли пел лучше него.
И в итоге Билли пел почти все песни,
из-за которых нас и слушали.
Hassles была
кавер-группой, музыкальным автоматом.
Мы играли хиты того времени.
Но мы хотели песни,
которые были бы только нашими.
Мы поняли:
если хочешь быть успешной группой,
нужно писать свое.
Нельзя бесконечно делать каверы.
Так что я начал много писать.
Every Step I Take -
это был сингл The Hassles.
Каждый мой шаг
Каждое движение, которое я делаю
Я пытаюсь сбежать от своей жизни без т
Это первая песня,
написанная им для The Hassles,
и она стала хитом
на радиостанциях Лонг-Айленда.
Это был первый раз,
когда сингл зазвучал по радио.
Весь мой город знал об этом.
Все звонили друг другу.
Ехали по улицам с открытыми окнами
и кричали: "Включи радио!"
Мы собирали полные залы.
Мы были как маленькие рок-звезды.
Смешно, правда? Все знали, кто мы.
THE HASSLES ПРИЕДУТ?
Я видел The Hassles в 1967.
Что мне понравилось в Билли -
он был потрясающим органистом.
Hammond B3.
Он мог одним этим раскачать зал.
А голос у него был просто невероятный.
The Hassles подписали контракт
с лейблом United Artists.
Навели немного шума на местном уровне,
и добрались аж до Нью-Джерси.
Мы были в туре по Нью-Джерси.
Пересекли мост - ух ты!
Ты становишься лучше,
играя перед публикой,
ведь если ты им не нравишься,
тебя освистывают.
Особенно на Лонг-Айленде и в Нью-Йорке
там никто не церемонится.
Так что это была наша школа.
Я многому научился в той группе.
Я Билли Джоэл из The Hassles.
Мы сыграем одну из наших любимых песен
и надеемся, вам она полюбится.
Во всех группах
всегда есть споры
о творческом направлении.
В The Hassles по-настоящему
серьезными
были только я и Билли.
Мы с Билли были на одной волне,
а остальные - нет.
И мы поняли,
что нам больше не нужны остальные.
Так мы ушли из The Hassles.
Джон и Билл были очень серьезными.
Они хотели развивать музыкальную карье
И у нас появилась отличная идея.
Аренда репетиционного помещения дорога
Трудно найти.
И мы решили -
почему бы не снять дом вместе?
Так и появилось место для репетиций.
Этот дом стал "Каменным домом" -
Rock House.
Это был дом, построенный из булыжников
Там жили Элизабет, я,
Билли и мой сын Шон.
На тот момент мы все стали очень близк
И мы начали говорить о музыке.
Наша любимая группа - Led Zeppelin.
Вышел их первый альбом.
Он просто уничтожил меня,
когда я его услышал.
Это было как впервые услышать
Девятую симфонию Бетховена.
Нам нравился Led Zeppelin.
Да и все хэви-метал группы.
Мы начали писать песни вместе,
репетировали в подвале.
Хотели играть хэви-метал.
Но я не гитарист. Я клавишник.
Так что мне пришлось понять,
как провести орган через усилители.
И мы репетировали часами, часами,
играя всякий бред.
Много дисторшена, фузз-тон.
Но нам это нравилось.
Так появилась Attila.
Аттила - лидер гуннов.
Мы собирались уничтожить мир усилением
Хотели создавать как можно больше шума
Наверное, одна из худших групп
всех времен.
Чудо-женщина с длинными рыжими волосам
И вот первый концерт.
Все билеты проданы,
потому что афиша гласила:
"Бывшие участники The Hassles".
Мы выгоняли людей из клубов.
Были громкими и такими ужасными.
Единственный хороший - Билли. Второй -
Я не знал никого,
кому нравилась наша музыка.
Было круто.
Я знаю, он это ненавидит,
но мне это нравилось.
Это было просто мощное рок-звучание.
Мы сняли клип с Attila
на американских горках в Кони-Айленде.
Но я не понимаю, почему Attila
подписал лейбл Epic Records.
Тогда подписывали всех подряд.
Если у тебя волосы ниже воротника -
тебя подписывали.
И нас подписали.
Не знаю, какой идиот за это отвечал.
Они устроили нам фотосессию
для обложки альбома -
мясные туши свисали вокруг нас.
Целые говяжьи туши на заднем плане.
Мы были одеты как гунны.
Костюмы были из фильма "Бен-Гур".
Меха и металлические браслеты.
Я зашел на эту фотосъемку
и сказал: "О нет".
Это было отвратительно,
но тогда мы просто смеялись над собой.
Это было так смешно, понимаете?
И это было веселое время -
пока не перестало быть веселым.
Элизабет была мне очень дорога,
но, думаю, я оказался не тем,
кем она хотела меня видеть.
Джон и я были плохой парой.
Мы были слишком молоды
и мало что понимали в жизни,
и я становилась всё более
недовольной своей жизнью.
А потом всё стало сложнее.
Мы с Биллом пробыли много времени вмес
И разговаривали.
Ты можешь дать мне свободу
Можешь заставить улыбаться
Можешь пробудить во мне ребенка
Мы гуляли по улицам,
ездили на машине, ужинали.
Когда находишь человека,
рядом с которым тебе комфортно,
который может закончить твою мысль
и знает, о чём ты думаешь,
не говоря ни слова -
иногда это медленный процесс.
Можешь поднять меня
Можешь открыть мне глаза
Так открой мне глаза
Разве не знаешь
Мои единственные настоящие моменты
Это моменты, которые я провожу с тобой
У нас было много общего.
Я влюбился. И...
...мы начали отношения.
Я стал замечать, что Билли -
это уже не тот человек.
Что-то было не так.
И однажды Билли подошел ко мне,
собрался с мужеством и сказал:
"Я влюблен в твою жену".
Это было очень болезненно для меня,
потому что они были
моими двумя лучшими друзьями.
Я чувствовал ужасную вину.
У них был ребенок, и я всегда
чувствовал себя разрушителем семьи.
Он плакал и говорил мне: "Мне так плох
Он не знал, что с этим делать.
Как можно разбить сердце
своему лучшему другу?
Но он сказал,
что она имела над ним такую силу,
что он готов был потерять
нашу дружбу ради этого.
Я просто влюбился в женщину.
И получил в нос - по заслугам.
Джон был очень расстроен.
Я был очень расстроен.
Это был конец Attila.
Это был конец
моего общения с Джоном на время.
А Элизабет просто ушла.
Так что я покинул Rock House.
Я много пил.
Билли был будто в коме.
Не ел, ничего не делал.
Он постоянно говорил:
"Я покончу с собой".
Мне негде было жить. Я спал в прачечны
Я был в депрессии,
почти до психоза.
Я подумал: всё,
я больше не хочу жить.
Я жил сегодняшним днем
Но ничего не выходит...
Мне было очень больно.
Я думал - зачем продолжать?
Завтра будет похоже на сегодня,
а сегодня - отстой.
Завтра - это сегодня...
Я решил покончить со всем.
Я была медицинским помощником.
Билли пришел в отделение
и сидел в приемной -
он был очень подавлен.
Сказал, что не может спать.
Я дала ему таблетки.
Сказала: принимай
одну-две на ночь - и уснешь.
Но Билли решил выпить все.
Он был в коме в течение многих дней.
Я пришла навестить его в больнице,
а он был бел как простыня.
Мне не нужно видеть
Завтрашний день, ведь...
Я чувствовала, что убила его.
Это было эгоистично.
Я не думал о других,
о том, как это повлияет на них.
А потом я проснулся в больнице.
Первая мысль:
"Даже это я не смог сделать как надо".
Ты даже не можешь покончить с собой.
И я подумал: "Попробую еще раз".
Какой смысл в вечных мечтах...
Билли всё еще был в депрессии.
Он был дома у моей мамы.
И в этот раз
он выпил лимонный очиститель Pledge.
Во второй раз он выпил
какое-то чистящее средство.
И я был тем, кто доставил его в больни
Хотя наша дружба разрушилась -
Джон спас мне жизнь.
Он никогда мне этого не говорил.
Единственное разумное объяснение,
почему Билли всё так переживал, -
он любил меня настолько,
что сделать мне больно
для него было невыносимо.
Со временем я простил его.
Наконец-то пережил это.
Подумал: ну ладно.
Он думал, что его жизнь кончена,
а я считал,
что он еще даже не начал жить.
Я вернулся в дом к маме -
для меня это была абсолютная капитуляц
Если ты возвращаешься жить
к родителям - ты неудачник.
Не знал, что со мной происходит.
На тот момент я был потерянной душой.
Я сказал: "Всё.
Надо обратиться
за психиатрической помощью".
Я лег в психиатрическое отделение.
Помню, как дверь захлопнулась
с металлическим лязгом.
И я подумал:
"Вот чёрт, я действительно в дурдоме".
Мне дали торазин.
Я подходил к посту медсестер
и стучал: "Эй, я в порядке.
Вот эти люди - сумасшедшие".
"Хорошо, мистер Джоэл,
вот ваши таблетки".
Меня выписали через пару недель,
и я чувствовал себя пристыженным.
Эти люди действительно
были психически больны.
А я просто жалел себя.
И я сказал: "Всё.
Никогда больше не буду так себя жалеть
Когда меня выписали, я побежал.
Просто побежал по улице.
"Выпустите меня отсюда".
Я ни разу не оглянулся.
Я вышел из психиатрического отделения
и подумал:
"Ты можешь использовать все эти эмоции
чтобы направить их в музыку".
Ну вот и я
В конце дороги
Куда идти дальше?
Мне удалось снять квартиру в Ойстер-Бэ
Места хватало только для пианино.
Я даже спал под пианино, если честно.
В то время у меня было
несколько написанных песен.
Мне нужно начать сначала
Хотя я не знаю, с чего начать
Да, мне нужно начать сначала
И это трудно...
Я просто писал песни
с личной точки зрения.
И был один парень,
который раньше управлял The Hassles,
он решил разослать мои песни.
Он познакомился с Майклом Лэнгом.
Майкл Лэнг был организатором "Вудстока
Такой хиппи.
У него был свой лейбл Just Sunshine.
У Майкла Лэнга был
удивительный нюх на новые таланты.
Он сказал: "Вот демо одного парня,
которого я думаю подписать.
Если он тебе понравится,
ты пойдешь в студию
и спродюсируешь альбом".
В то время я был барабанщиком в Wings
у Пола Маккартни
и только начал как продюсер.
Когда я услышал демо Билли,
я чуть со стула не упал.
Я сказал: "Вау, это нечто особенное".
Мне так жаль, что потревожил тебя
Теперь я понимаю
Почему должен был скрываться...
Меня зацепила страсть в его голосе.
Я не знал, через что ты проходила
Я видел только свою сторону...
Особенно когда слушаешь тексты.
Они просто рвут сердце.
Так я подписал сольный контракт
с Just Sunshine Records.
Я не мог поверить, как мне повезло.
Так началась работа
над альбомом Cold Spring Harbor.
Музыка Билли не была похожа ни на что
из того, что тогда выходило.
У него была фортепианная техника
классического пианиста.
Игра Билли на пианино
была по-настоящему уникальной.
И ты всегда добьешься своего
Ведь тебя все любят...
Я начал записывать альбом в Нью-Йорке.
В то же время
меня передали другому лейблу.
Майкл знал парня по имени Арти Рипп
на Западном побережье.
У Арти был артист Вельверт Тёрнер,
который походил на Джими Хендрикса,
и Майкл хотел подписать его к себе.
Так что был некий "обмен".
Как в бейсболе.
И я попал на Западное побережье.
Майкл Лэнг включает мне кассету.
Говорит: "Парня зовут Билли Джоэл".
Я сказал: "Парень потрясающий.
Где он сейчас?"
Он говорит: "Он на мели.
Мы не понимаем, почему никто не видит
и не ценит его гений".
Я ответил:
"Рад, что никто этого не понял.
Рад, что ты в итоге
оказался внизу со мной.
Вместе поднимемся на вершину".
В 1971 году
я работала с Арти в Family Records.
Билли приехал в Лос-Анджелес,
чтобы записать Cold Spring Harbor
на студии Record Plant.
Арти Рипп звонит и говорит:
"У меня парень с Лонг-Айленда,
я делаю с ним альбом.
Хочу, чтобы ты сыграл на ударных".
Мы встретились в Record Plant, Студия
"Окей, берем инструменты и играем.
Запись пошла.
Дубль первый. Turn Around."
С Билли всё было отрепетировано.
Не было нужды что-то сильно дорабатыва
Нужно было просто привнести свой вклад
Обернись
И я спою тебе песню
Я помню, как они записывали
альбом Cold Spring Harbor,
всё, что я слышал,
просто разрывало сердце.
Я думал, что буду частью картины.
Мне казалось, я должен быть там.
Это было очень-очень тяжело.
И в Cold Spring Harbor
было много нежных песен.
Можно было увидеть,
как раскрываются эмоции этого артиста.
В ней есть что-то особенное
Не знаю, что именно
Но я знаю, что не могу жить без нее...
Это были по-настоящему поэтичные песни
И по текстам было видно,
что он действительно любил Элизабет.
...без единого звука она касается меня
И я теряюсь
Он так страдал из-за того,
что Элизабет его оставила.
И выразил всё это в музыке.
У нее улыбка, которая меня исцеляет
Не знаю почему
Но я смеюсь, когда она появляется
Парень с разбитым сердцем
написал прекрасный альбом.
Всё излилось из него.
Иногда жизнь делает за тебя то,
что ты сам не в силах сделать.
Но я знаю, что всё равно
Не могу жить без нее
- Готов?
- Ага.
Я был в студии, записывал песни,
и Арти продюсировал.
Он говорил: "Спой еще раз. Еще дубль".
Еще раз.
Еще раз.
Окей, еще раз. Поехали.
Я понял почти сразу,
что он не знает, что делает.
После трех-четырех дублей
я начинал ненавидеть песню.
Ты можешь лучше. Еще раз.
Это было невообразимо -
сколько раз он заставлял Билли петь.
Запись пошла.
Это Lionheart, десятый дубль.
Поехали.
Билли тогда был
очень тихим молодым человеком.
Он не спорил с Арти.
Всё, что у меня есть.
- Да, начало ужасное.
- Я знаю.
Работать с Арти - как вырывать зубы.
Это не было весело.
Я тогда не знал, как должно быть.
Я просто слышал странные истории,
что в этой индустрии все психи,
и мне это так и казалось.
Так продолжалось пару месяцев.
МЕЖДУНАРОДНЫЙ АЭРОПОРТ
ЛОС-АНДЖЕЛЕС
Когда мы закончили все треки,
Билли вернулся в Нью-Йорк.
А Арти остался... с полным контролем.
Сами песни были прекрасны,
но как-то в студии
они были испорчены.
В то время
синглы часто форматировали
под 2 минуты 30 секунд для радио.
Магнитофон можно было слегка ускорить.
И когда они сделали мастеринг,
они не вернули записи
к нормальной скорости.
Когда я впервые сел и послушал
готовый продукт,
я сказал: "Что-то не так".
Всё испортили,
и мой голос звучал как у бурундука.
Я был унижен.
Я взял диск, который мне дали,
и швырнул его на улице как фрисби.
Вот что он для меня значил.
Я считал его мусором.
Я чувствовал себя чужим во всём этом.
Очень отстраненным,
потому что это был такой неприятный оп
Но примерно в то время
я снова начал видеться с Элизабет.
Я помню, как он передавал кассеты
через мою сестру для меня.
Слушать те песни было ошеломляюще.
В ней есть что-то особенное...
Это было поразительно -
что он смог такое создать.
Но я знаю, что не могу жить без нее...
Это произвело впечатление.
Это было... да.
Не знаю, что именно...
Почти год она совсем не появлялась.
А потом снова стала частью моей жизни.
У нее улыбка, которая меня исцеляет
Мы с Элизабет сняли жилье
на деньги, которые Арти Рипп
платил мне каждый месяц.
Мы смеялись, веселились, как всегда.
Но вся наша жизнь
крутилась вокруг его музыки
и того, кем он вообще себя видел.
В то время я должен был быть в турне,
чтобы продвигать альбом.
Я даже не знал, что значит "продвигать
Просто говорили:
"Тебе играть там". Ну и я ехал.
Я выступал в клубах,
на шоукейсах, на конвенциях -
где угодно, где меня бронировали.
Играли в The Troubadour.
Это был главный шоукейс-клуб
в Лос-Анджелесе в то время.
Добрый вечер. Привет, привет.
Кто тут пришел на первое шоу?
Это песня Everybody Loves You Now.
Публика была отличная.
И после этого на нас обратили внимание
Ах, вот чего ты хотел
Гордишься собой?
Ведь теперь тебя все любят
Альбом Cold Spring Harbor
получал хорошие отзывы.
Но нам писали фанаты
и говорили, что не могут купить альбом
его нет в магазинах.
Фанаты, которым понравилось то,
что мы делаем, не могли купить пластин
Это была часть всей проблемы.
Дистрибуция отсутствовала.
Я провел в туре больше года,
жил на бутербродах
с арахисовым маслом и джемом,
пытаясь продвинуть этот альбом
для продюсерской компании.
И я понял, что меня обманывают.
Арти Рипп должен был
присылать мне чек каждый месяц,
но чека не было,
и я не смог заплатить за аренду,
и нас выгнали из дома.
После всех этих месяцев
гастролей, выступлений -
никто не получил ни цента.
Я не получил. Я не смог заплатить груп
Ничего не осталось.
В первом контракте
я отказался от авторских прав,
от издательских прав,
от гонораров с продаж -
от всего, кроме своего первенца -
я просто подписал всё, что было.
И это было в порядке вещей
в музыкальном бизнесе в те времена.
Было довольно жестко.
И я сказал: "Нет, это безумие.
Поехали в Калифорнию.
Может, я смогу разобраться".
Как сейчас помню: едем через страну
в Калифорнию, кажется, в 1972 году.
Помню, у мамы был универсал Datsun
для этого путешествия в 4 800 км.
В моей жизни до того момента
не было особой стабильности.
Но для пятилетнего это было приключени
У меня было приключение с мамой и Билл
Мы были молоды. Оба хотели приключений
И Билл предлагал мне
что-то совершенно новое.
Это было как: "Ладно,
я останусь здесь,
буду продолжать учебу,
работать, заботиться о Шоне.
Или поеду в Калифорнию со своим парнем
А теперь она едет в Калифорнию
И она не знает, что ее ждет
Но точно знает, от чего уходит...
Мы ехали через всю страну.
Я увидел Америку,
о которой раньше и не мечтал -
она отличалась от привычного мне мира.
Совершенно незнакомая.
Это путешествие было немного страшным.
Я думала: "Это всё реально?
Я точно делаю правильный выбор?"
И когда слышишь песню Stop in Nevada,
это было так тревожно.
Она как голос совести.
Хоть ей трудно уйти
Она знает - остаться было бы хуже
Мы приехали в Калифорнию
и пытались понять,
как зарабатывать на жизнь,
и выяснить, что происходит.
Были деньги, но совсем немного.
Ни на что не хватало.
Жили ото дня ко дню.
Мы поселились в гостинице.
Не знали, где будем жить.
Перспектив не было.
Я волновался.
Когда смотришь в мои глаза
И видишь сумасшедшего цыгана в моей ду
Был День святого Валентина.
У нас не было денег,
так что я не мог купить подарок.
Моим подарком стала песня.
У меня никогда не было места
Которое я мог бы назвать своим
Но это не важно, любовь моя
Ведь ты - мой дом
Я хотел, чтобы Элизабет знала:
ты - мой дом.
Где бы ты ни была - там и наш дом.
Это и есть наш дом.
И ты говоришь мне, что всё будет хорош
Когда я слушаю эти песни,
я не слышу того, что слышат другие.
Я чувствую те эмоции.
Вижу, как луч света
проникает в окно
и отражается от волос Билли.
Слышу, как играет Шон на заднем плане.
Вот что я слышу.
Где бы мы ни были вместе
Это и есть мой дом...
У Билли не было союзников,
пока не появилась Элизабет.
С тех пор они были вдвоем
против всего мира.
Раннее утро в Индиане
Высоко в холмах Калифорнии
Дом - это просто другое слово для "ты"
Я решил: мне нужен адвокат,
нужен бухгалтер
и нужно выбраться
из контракта с Арти Риппом.
Я решил выждать.
Без переговоров
он не получит от меня ничего.
Ни песен, ни продвижения, ничего.
Это был единственный рычаг воздействия
Они решили не брать деньги от Арти,
то есть объявили забастовку.
Мне пришлось снять квартиру,
устроиться на работу.
Я начал искать клубы,
где можно играть на пианино.
Разумеется, Билл не мог
выступать как Билли Джоэл,
и он устроился в бар
под названием The Executive Room.
Мне нужен был псевдоним.
Мое полное имя - Уильям Мартин Джоэл,
и я стал Биллом Мартином за клавишами.
Это был маленький местный бар
с пианино,
вокруг которого была кожаная обивка,
чтобы посетители могли
облокачиваться с выпивкой.
И я реально изображал персонажа.
Добрый вечер! Рад вас видеть
Такой, знаете, парень-шоумен
с расстегнутой рубашкой.
"Как дела?" И смешное было то,
это было в Голливуде -
и ко мне подходили люди:
"Эй, парень, ты классный.
Могу устроить в музыкальный бизнес".
А я: "Нет, спасибо.
Мне и здесь хорошо, в баре".
Я знал, что это - реальный опыт.
И подумал: "Надо написать об этом песн
Эта песня основана на реальной истории
Она называется Piano Man.
И именно тогда родилась песня Piano Ma
Мне нравилось, как она звучит,
но мне говорили, что она необычная.
Она была написана
в размере 6/8 - как вальс.
Очень необычный ритм.
Но мелодия для меня всегда была главно
Девять часов вечера, суббота
Постоянные клиенты подтягиваются
Старик сидит рядом со мной
Занимается любовью с джин-тоником
Когда слышишь Piano Man,
это уже не столько личная история.
Скорее, он как художник,
описывающий среду,
через которую он проходит,
а не самого себя.
Он говорит
Сынок, сыграй мне воспоминание
Я не уверен, как оно звучит
Но оно было грустное и сладкое
И я знал его наизусть
Когда носил молодежную одежду...
А потом появляется губная гармошка -
никто не доставал губную гармошку
в лаунж-барах.
Место неподходящее.
Больше подходит для моряцкой песни.
Спой нам песню, ты же пианист
Спой нам что-нибудь сегодня
Нам всем хочется мелодии
И ты заставляешь нас
Чувствовать себя хорошо
Piano Man стала своего рода
тематической песней Билли.
Но ее глубина часто упускается.
Она настолько
укоренилась в культуре,
ее трудно услышать по-новому.
Но если вслушаться,
по-настоящему вслушаться -
в ней есть удивительная эмпатия.
Вот бармен Джон - мой друг
Он наливает мне выпивку...
Все эти персонажи
говорят о несбывшихся мечтах.
Но есть место, где он хотел бы быть
Очень трогательно.
Он говорит: "Билл, кажется
Меня это убивает
И улыбка исчезает с его лица
Piano Man -
это как зеркало напротив зеркала.
Бесконечные отражения.
Потому что один музыкант
рассказывает о другом музыканте,
который рассказывает
о жизни других людей.
Это цепляет, ты проникаешься историями
Ты заботишься о героях,
и потому эта песня живет и будет жить.
А Пол - писатель-романист о недвижимос
У него никогда не было времени на жену
И он разговаривает с Дэйви
Который всё еще в флоте
И, скорее всего, будет там всю жизнь
Все образы - реальные люди.
Элизабет устроилась официанткой
в том самом баре.
И даже в песне есть строки:
"Официантка ведет свою игру" -
это про нее.
А официантка ведет свою игру
Пока бизнесмены медленно напиваются
Да, они пьют то
Что называют одиночеством
Но это лучше...
Билл может взять маленькое зерно событ
и превратить его в универсальную истор
Он добирается до самой сути
человеческого опыта.
И потому эта песня стала
гимном простого человека.
Спой нам песню, ты же пианист
Когда ты в начале пути,
играешь по барам -
всё, чего ты хочешь, -
чтобы зал был с тобой на одной волне.
Чтобы пели вместе. И скажу -
не было ни одной публики,
которая бы не подпевала под Piano Man.
Как только заиграет Piano Man -
всё замирает,
и следующие 5 минут и 50 секунд
посвящены ей.
Независимо от возраста,
твоих вкусов, давно ли ты ее знаешь.
Ты поешь Piano Man.
Я не думал, что застряну с этой песней
но она стала моей визитной карточкой.
Я даже давал пару концертов,
на которых вообще не исполнял эту песн
И меня потом крепко раскритиковали.
"Ты даже не спел Piano Man!"
"Ой, простите.
Ну ладно, придется играть".
Так что теперь это обязательно.
С другой стороны, это не самое худшее,
что могло случиться.
Спасибо!
Эй, спой еще что-нибудь!
The Executive Room был способом
обеспечить себя,
пока мы пытались разобраться
с контрактными вопросами.
А потом вдруг
появилась возможность
переехать в Малибу, на вершину горы.
Мы собирались перебраться в Нью-Йорк,
работать в Atlantic Records,
поэтому наш дом опустел.
Это был уютный,
милый домик в форме буквы А.
Мы жили на самой вершине каньона,
и у нас стоял рояль прямо у окна.
У нас была идиллическая жизнь
в горах Малибу.
Мы просто вдруг оказались
в этой потрясающей ситуации.
Это были золотые годы.
И в то время
моя мама очень поддерживала меня
в любых начинаниях,
но сказала: "Пора возвращаться домой".
А я знала,
что, если мы поженимся,
мне не придется возвращаться.
В 1973 году Элизабет сказала:
"Мы женимся сегодня".
А я сказал: "Правда?" Она ответила: "Д
Иначе я ухожу".
Мы пошли в суд Малибу.
Всё прошло быстро. Церемония - и всё.
"Объявляю вас мужем и женой". Бум.
Я испытывал тревогу по поводу женитьбы
Я понимал, что только начинаю
карьеру в рок-н-ролле.
Мне предстояло гастролировать,
писать песни, записываться.
Меня ждала жизнь,
не имеющая ничего общего с семейной.
Вот откуда была тревога.
Это было не потому,
что я не любил женщину, с которой был.
Я просто боялся.
По понятной причине.
Слишком много эмоций одновременно.
Но я видел в этом пользу для себя.
Потому что тогда
вся наша жизнь была посвящена музыке.
Музыка была всем.
Я жил в этом прекрасном домике
и писал как безумный.
И именно в этом доме в Малибу
мы впервые получили звонок
от Клайва Дэвиса.
Клайв Дэвис - человек,
подписавший контракты
с Дженис Джоплин, Santana,
Chicago, Blood, Sweat & Tears
и Нилом Даймондом.
И я всегда это помню.
Это один из тех моментов:
"О, это Columbia Records звонит".
"Ха! Кто-кто?"
Но это правда была Columbia Records.
Годом ранее, до переезда в Калифорнию,
я гастролировал.
Мы устроили промо-концерт на радиостан
в Филадельфии.
Добрый вечер, я Эд Сьяки.
Приветствую всех в студии
и всех, кто слушает нас дома,
на живом радиоконцерте WMMR.
А теперь встречайте Билли Джоэла!
Я исполнил песню Captain Jack,
она была новой.
Субботний вечер, а ты всё еще тут
Тебе надоела жизнь
В этом захолустном городке...
Радиостанция записала песню
и продолжала крутить ее,
ведь люди звонили
и просили ее.
"Поставьте ту песню о капитане Джеке".
Это была самая заказываемая песня
в истории той радиостанции.
Я не знал, что ее крутят в эфире.
А местные промоутеры
сообщили в Columbia Records:
"Все звонят и просят эту песню
какого-то Билли Джоэла.
Никто не знает, кто он и где он".
Потому что капитан Джек
Сделает тебе хорошо сегодня
И унесет тебя на твой личный остров
Я впервые услышал о Билли Джоэле
именно благодаря записи Captain Jack.
Она вызвала у меня интерес,
и я сказал,
что хотел бы с ним встретиться,
услышать его вживую,
хотел бы послушать
остальной материал.
У меня была встреча с Клайвом
в его бунгало в отеле "Беверли-Хиллз",
всё было очень шикарно.
"Ух ты, вот это да".
И Клайв выразил желание
подписать меня в Columbia Records.
Я слышал, что Atlantic
тоже хочет меня подписать.
Это была приятная ситуация:
еще недавно меня никто не хотел,
а теперь крупнейшие лейблы мира
добиваются моего контракта.
Я выбрал Columbia,
потому что это был лейбл Боба Дилана.
Дилан не славился большими продажами,
но он был Боб Дилан.
И я подумал:
"Если лейбл продолжает выпускать альбо
этого парня, даже если они не в топах,
значит, он верит в него".
И подумал: "Хорошо.
И я бы хотел такую карьеру".
И подписал контракт с Columbia.
Звук, дубль два.
В день подписания
я встретился с главой Columbia
и сыграл ему кое-что.
Когда я смотрю на артистов,
которых подписываю,
я не думаю: "О, он станет звездой".
Я спрашиваю себя:
есть ли у него оригинальный талант?
Есть ли врожденные способности?
Есть ли хотя бы проблеск гения?
Последний артист, которого я подписал,
был тот, в кого я верил,
что он станет большой звездой.
Я о Билли Джоэле.
Он потрясающе талантлив.
Уровень материала был очень высоким,
а его харизма
и энергия - исключительными.
С альбомом Piano Man
я не был уверен, чего хочу достичь.
Материал был очень разноплановый.
Много разных влияний -
немного кантри, блюграсса, вальсов.
Наверное, общей темой альбома стал Зап
ведь для меня
всё это было новым, Дикий Запад.
Я не знал, что станет хитом.
У Билли был интересный круг
музыкальных влияний.
Он не ограничивал себя жанрами,
хотя, возможно,
это сделало бы его более понятным,
например, критикам.
У него были нестандартные
для рок-н-ролла ориентиры,
которые сбивали с толку критиков и люд
не понимавших,
что он делает. Понимаете?
В начале его карьеры его недооценивали
А зря -
они не распознали ценность
его лучших работ.
Прошло около шести месяцев,
прежде чем альбом начали крутить.
Они вложили усилия -
и в итоге всё взорвалось.
Piano Man действительно стал хитом.
Но контракт с Арти
превратился в кошмар.
Columbia изучала его вдоль и поперек
и поняла: контракт не расторгнуть.
Значит, надо договариваться со мной.
Будь у меня слова, чтобы сказать тебе
Будь у тебя время, чтобы понять...
Арти получал четверть
от каждого проданного альбома
в течение первых десяти лет с Columbia
У него были мои права на публикацию.
И даже мои авторские права.
Я тогда не знал, что я отдал.
Но, если быть честным,
в самом начале единственным,
кто в меня поверил, был Арти Рипп.
Он вложил деньги -
мои деньги - в свое обещание.
Это была плохая сделка,
но это была сделка.
И для Арти это оказалось
отличной инвестицией.
Но Билл заработал
с Piano Man всего 7 768 долларов.
Всё остальное ушло другим.
Он продолжал работать и гастролировать
концерты стали лучше,
но это не изменило нашу жизнь,
ведь мы не зарабатывали.
Но у меня есть только эти руки
Чтобы обнять тебя
И это всё, что можно требовать от мужч
В конце того тура,
который длился около года,
мне сказали:
"Ты должен записать новый альбом".
В альбоме Streetlife
я вдохновлялся Джексоном Брауном -
его исповедальным, мягким стилем
с нотками кантри.
И я понимаю, что должно быть весело
Но, наверное, стоило захватить пушку
Снова это обычное
Пригородное столкновение...
Когда я слушаю Streetlife Serenade,
влияние калифорнийского звучания,
конечно же,
просто очевидно.
В 60-х и начале 70-х
вокруг Калифорнии
возникла целая мифология.
Это было место,
куда стекались самые разные люди.
Там были артисты
вроде Джони Митчелл, Кэта Стивенса,
Джеймса Тейлора.
Калифорния была очень открытой
и замечательной сценой.
Но Билли не вписывался.
Он не был частью этой тусовки.
Уверен, его это раздражало.
Он выпускал альбомы с хорошим звучание
но их не воспринимали наравне с другим
Может быть,
его песни были слишком попсовыми.
Они не были достаточно меланхоличными
и рефлексивными.
Может, он был слишком нью-йоркским.
Лос-Анджелесцы
Все откуда-то приехали
Чтобы жить под солнцем
Думаю, он чувствовал себя
совершенно не на своем месте.
Просто его отношение к жизни
не кажется мне типично калифорнийским.
Вот этот расслабленный подход
"давайте все будем друзьями" -
это совсем не в стиле Билли Джоэла.
Загорая на пляжах
Со своими мексиканскими косячками
Никто не чувствует себя беженцем
Идут в салоны за экзотическими массажа
Отыгрываясь за всё упущенное...
Альбом Streetlife был написан впопыхах
записан впопыхах.
И давление было огромное.
Типа: "Ну давай, придумай хит".
Песня The Entertainer
по сути была автобиографией
о выпуске Piano Man.
Магическое число для сингла в те годы
три минуты.
Оригинальная версия Piano Man
была гораздо длиннее,
и они сказали: "Нужно порезать".
Я: "Что вы имеете в виду?"
Я был очень чувствителен к этому.
"Не режьте мою песню!"
Я начинал разочаровываться
в музыкальной индустрии,
и The Entertainer - это, наверное,
мой способ пожаловаться.
Я артист и я знаю, где я нахожусь
Еще один певец серенад
В еще одной группе длинноволосых..
Сегодня я ваш чемпион
Возможно, я покорил ваши сердца
Но я знаю, как бывает
Вы забудете мое имя
И через год меня здесь не будет
Если не останусь в чартах...
Когда он написал The Entertainer,
это вызвало раздражение
у многих людей в музыкальной индустрии
потому что они подумали:
"Я тут каждый день пашу,
пытаясь пропихнуть твою музыку на ради
а ты такое про меня говоришь".
И они перестали его поддерживать.
Потому что были злы:
"Мы делаем всё, что можем,
а это твоя благодарность".
Я артист
Я приношу вам свои песни
Я хотел бы провести день или два
Но я не могу оставаться так долго
Нет, я должен покрыть расходы
Не выходить за рамки
Предоставить гонорары агентствам
Я бы остался, но нужно платить по счет
По сути, Piano Man - это песня о парне
который ноет, что играет в пиано-баре,
а следующая - о том же парне,
который теперь ноет,
что у него есть хит.
Типа: "Окей, у меня начало получаться
дай-ка всё испорчу".
Ах, мне потребовались годы
Чтобы написать ее
Это были лучшие годы в моей жизни
Это была прекрасная песня
Но она слишком длинная
Если хочешь сделать хит - надо укороти
Чтобы влезла в 3:05
Streetlife провалился.
Columbia Records были разочарованы.
Им нужен был хит.
Люди, где бы они ни были -
в Лорел-Каньоне или в Гринвич-Виллидж
пытались понять, кто они такие.
И для этого часто нужно было
покинуть родной дом
и отправиться куда-то.
Но в итоге ты находишь то,
что было у тебя дома.
А Билли родом из Нью-Йорка.
Он был "артистом с окраин".
Я тоже себя таким считаю.
Мы держались своих корней
и опыта при написании песен,
но использовали разные инструменты.
Я больше ассоциируюсь с Нью-Джерси -
у меня бэкграунд
больше фолк-рок-н-ролльный.
Билли же - с Нью-Йорком.
У него была вся эта
бродвейская школа и Tin Pan Alley,
поэтому у него мелодии лучше, чем у ме
Билли мог прийти с мелодией
и сыграть ее так,
будто придумал по дороге,
но я знал, что это не так.
Его мелодии невероятно изощренные.
Я не понимаю, как он это делает.
Я всегда считал,
что это его сильная сторона.
Когда слушаешь Билли, чувствуешь
всю американскую песенную традицию.
У него глубокие влияния.
И я бы сказал, что он нашел свой голос
но это был не калифорнийский голос.
Это было интересное время в моей жизни
Всё было нестабильно.
И я решил: "Я хочу вернуться в Нью-Йор
и записать настоящий
рок-н-ролльный альбом".
Скажи "до свидания" Голливуду
Скажи "до свидания", моя малышка
Я ехал на автобусе обратно
в Хайленд-Фоллс, штат Нью-Йорк.
Элизабет нашла нам дом
на берегу реки Гудзон,
была осень.
Просто потрясающе.
Цвета пылали,
деревья были как золото и пламя.
И я подумал:
"Вот она - настоящая Нью-Йоркщина,
та, которую я любил в детстве.
Это волшебство. В Калифорнии такого не
И я написал любовное признание
Нью-Йорку прямо в автобусе.
Некоторые люди любят уезжать
Отдыхать подальше от дома
Летать в Майами-Бич или в Голливуд
Но я сажусь в "Грейхаунд"
До линии реки Гудзон
Я в нью-йоркском состоянии духа...
"Некоторые люди любят уезжать.
Отдыхать подальше от дома.
Я в нью-йоркском состоянии духа".
Как только я приехал в съемный дом
и увидел жену, я спросил:
"У нас есть пианино?"
"Да, наверху".
"Я быстро к пианино".
Я побежал наверх и, наверное, за час
написал песню.
Она вышла из меня.
Я знаю, что мне нужно
И я не хочу больше тратить время
Я в нью-йоркском состоянии духа
New York State of Mind -
вот она выделялась.
Эту фразу я часто слышал
от отца и его друзей.
И мне она казалась умной и шикарной.
Потерял связь с ритмом и блюзом...
Не важно, кто ты, какой у тебя цвет ко
этническое происхождение, религия.
Нью-Йорк есть Нью-Йорк.
Это и есть религия.
И вот вам песня.
Она мягкая, изысканная
и, знаете, стала гимном Нью-Йорка.
Знаешь, это сводится к реальности
И меня это устраивает
Потому что я пустил это на самотек
Неважно, Чайнатаун ли это
Или Риверсайд, нет, нет
У меня нет никаких причин...
Билли - огромный фанат
Синатры, Тони Беннетта.
Думаю, он хотел написать песню
в этом стиле.
Но в итоге он написал вещь,
которая живет десятилетиями.
Но я сажусь в "Грейхаунд"
До линии реки Гудзон
Я вырос в Нью-Йорке. Я житель Нью-Йорк
Моя речь - нью-йоркская.
Моя музыка. Всё это - Нью-Йорк.
Это мой дом, мои корни.
Говорят, что сейчас не лучшие времена
Но это единственные времена
Которые я когда-либо знал
В 1949 году мои родители
снимали квартиру в Бронксе.
Когда мне был год,
мы переехали на Лонг-Айленд -
там я и вырос.
Мама обожала Лонг-Айленд.
Она выросла в Бруклине
и считала Лонг-Айленд
огромной игровой площадкой,
190 километров пляжа.
Она всегда водила нас к воде.
И благодаря ей я полюбил лодки.
Это было для меня что-то мистическое.
В моем районе все были
католиками, протестантами, белыми.
А мы были евреи.
Там было странно расти.
И это прямо за пределами Нью-Йорка -
плавильного котла народов.
А я - в Хиксвилле.
Словно в Канзасе каком-то.
Моя мама росла в семье, где все пели
в опереттах Гилберта и Салливана.
Она познакомилась с моим отцом
во время постановки "Микадо".
Он вообще-то был пианистом.
Помогал дирижеру.
И так они встретились.
Мама ставила пластинки
с классикой, мюзиклами Бродвея,
Гилбертом и Салливаном, джазом.
Музыка меня зачаровывала еще до того,
как я научился играть на пианино.
Именно мама поощряла меня
брать уроки классического фортепиано.
Когда я начал брать уроки,
мне стало не нравиться читать ноты.
Будто домашку делал.
И я думал: "Я хочу сочинять свое".
Но мама знала, как звучит Бетховен.
Мама знала, как звучат Моцарт и Бах.
Поэтому я должен был сочинять музыку
в стиле Баха, Моцарта и Бетховена.
А если это не звучало как они,
она говорила: "Это не похоже на Баха".
И я продолжал.
Мама стояла на кухне и говорила:
"Ты быстро схватываешь эту пьесу".
А я отвечал:
"Да, она мне нравится. Легкая".
А на следующий день,
когда нужно было снова заниматься,
я забывал, что играл вчера,
и сочинял что-то другое.
Она спрашивала: "А это что?"
Я отвечал: "Это вторая часть".
Так я стал развивать слух.
И просто начал писать музыку.
Тогда я по-настоящему начал сочинять.
Моя учительница фортепиано жила
в нескольких домах от нас.
Еще преподавала балет.
И в районе были ребята,
которые дразнили меня.
"Эй, Билли, где твоя пачка?"
Они выбивали книги
у меня из рук и били меня.
Тогда я пошел на бокс,
чтобы научиться защищаться,
потому что надоело
быть объектом насмешек.
Я никогда не чувствовал себя
комфортно с остальным миром.
Я чувствовал себя изгоем, скажем так.
Школу он не любил.
Он одевался,
ждал, пока мама уедет на работу,
а потом возвращался домой.
Он забирался в мой шкаф
с книгами, подушкой и фонариком.
У Билли повсюду были стопки книг.
Можно было шею свернуть,
заходя в его комнату.
Он читал всё, до чего мог дотянуться,
особенно любил историю.
Он был заядлым читателем
и постоянно играл на пианино.
Мой отец был пианистом.
У нас в доме стояло пианино -
старенькое, вертикальное, плохонькое,
но он умел заставить его звучать
красиво из-за своей манеры игры.
Он был замечательным пианистом,
но ничему меня не учил.
Мой отец Говард
никогда по-настоящему не проявлял
к Биллу доброты, сочувствия
и понимания его таланта.
Он этого просто не видел.
Для Говарда классическая музыка
должна была быть строго по нотам.
Именно так, как ее написал,
скажем, Бетховен.
Помню случай:
я должен был играть "Лунную сонату".
Мне было лет восемь,
и рок-н-ролл уже появился.
И вместо того чтобы играть так...
Я начал играть вот так...
Он спустился по лестнице.
Бах! Я получил по голове.
Меня так сильно ударили,
что я потерял сознание.
Минуту я был без сознания.
Когда очнулся, подумал: "Ну, теперь
я точно привлек его внимание".
Вот такое у меня
воспоминание о его уроках.
Так что он мало чему меня научил.
Я не помню, чтобы мама и папа
когда-либо веселились вместе.
Ребенком я видел между ними сцены,
которые не были хорошими.
Атмосфера между ними была напряженной.
В 50-х, когда мне было около восьми,
он ушел, когда они развелись.
На самом деле мы с сестрой
почувствовали облегчение,
потому что больше не было
ссор и этих пугающих сцен.
Так что нас воспитывала мама.
Я мало о нём знал.
Когда Говард ушел,
мама почувствовала облегчение,
стала свободнее,
но при этом на нее легла
огромная ответственность -
содержать семью.
Джуди была моей лучшей подругой.
Я всё время проводила у них.
Могла зайти в их дом в любое время.
Но после ухода Говарда
в доме поселилась депрессия.
Роз была молодой матерью.
И вдруг осталась одна с двумя детьми.
Это было непросто.
У нее было лишь школьное образование,
и она переживала из-за денег.
Мама была очень любящей женщиной.
Я был окружен любовью - почти задушен
Думаю, она так компенсировала
недостаток отцовской любви.
Но у нее также были и тёмные стороны.
Она была изолирована,
часто одинока, и, я думаю,
пила, чтобы справиться с этим.
Я часто видела, как мама пьет.
Мы говорили: "Мам, не начинай,
ты знаешь, к чему это приводит".
А потом она могла
часами плакать и кричать.
В этом доме было трудно расти,
ведь ты никогда не знал, будет ли мама
с которой ты попрощался утром,
той же, что встретит тебя после школы.
Мы знали, что с ней что-то серьезное.
Может, биполярное расстройство.
Мы тогда не знали такого слова.
В те времена
не было хороших лекарств от этого.
Когда ты в депрессии,
это влияет и на физическое состояние,
и на психику, и на всё остальное.
И, конечно, дети страдали.
Думаю, это оставило глубокий след.
Очень глубокий.
Покоя не было,
потому что мы знали,
что нужно ходить на цыпочках.
Любая мелочь могла выбить ее из колеи.
Иногда она сводила меня с ума,
и с ней было трудно жить.
А иногда она была так полна любви,
что спасала мне жизнь.
Это было противоречиво. Да.
Мы чувствовали боль и тревогу друг дру
и черпали силу друг в друге.
Мы были очень близки.
Нам приходилось держаться друг друга.
Мы были немного изгоями.
Мы были единственной
разведенной семьей на улице.
У нас не было новой машины.
У нас не было отца.
Мы были евреями. У нас не было денег.
Иногда у нас не было еды.
Так что трудности были.
Филип Найман был
моим дедушкой по материнской линии.
Он был англичанином.
Всегда одет с иголочки.
Настоящий английский джентльмен.
Он был главным мужчиной в моей жизни.
Блестящий человек.
Он сильно на меня повлиял.
Он всё время задавал мне вопросы
о классической музыке.
Водил в Бруклинскую академию музыки,
и проникали мы туда
благодаря пачке сигарет.
Он вручал ее швейцару,
ведь денег не было.
Билли возвращался домой
и рассказывал нам обо всём.
А потом садился за их старенькое пиани
и полностью воспроизводил услышанное.
Я в детстве
не очень разбиралась в музыке,
но я знала,
что он играет то, что слышал -
и это было потрясающе.
Пианино было продолжением Билли.
Думаю, именно так он справлялся
с настроениями Роз.
Но она всегда старалась изо всех сил.
Она всегда думала о них.
Неважно, как бедны мы были,
или как тяжело ей приходилось работать
мама знала - Билли нужны уроки пианино
Это нужно было поддерживать.
Она знала,
что он когда-нибудь станет кем-то.
Мама болела за меня.
Она говорила:
"Ты можешь всё, что задумал".
Я благодарен маме за то,
что она всегда была рядом.
Она никогда не сдавалась.
Она... верила.
Я тогда решил: "Я буду музыкантом".
Когда я окончил школу,
я не получил диплом.
Я сказал: "К чёрту всё".
Мама переживала.
Боялась, что я не смогу найти работу,
если не закончу школу.
Так бы был хотя бы диплом.
Чтобы был шанс поступить в колледж.
Но я уже выбросил это из головы.
Я сказал: "Не пойду в колледж".
Вроде сказал:
"Я не пойду в Колумбийский университет
Я пойду в Columbia Records.
А там школьный диплом не нужен".
После Streetlife Serenade
Биллу понадобился менеджер,
и мы спросили у Columbia, кто их
любимые.
Одно из имен
было Caribou Management.
А Джим Гуэрсио был частью этой компани
Знаменитый продюсер.
Он работал с Chicago,
работал с Beach Boys
и должен был продюсировать
следующий альбом.
Первое, что Джимми Гуэрсио
предложил мне, было:
"Ну, ты же пианист,
так что тебе будет полезно
поработать с группой Элтона".
Что, по мне, было ужасной идеей.
Зачем мне работать
с группой другого известного пианиста?
Полное отсутствие воображения.
А ведь меня уже и так критиковали,
сравнивали с Элтоном.
Я не играю так, как он.
Стиль Элтона очень ритмичный.
Типа...
А мой стиль, наверное...
Он более "пятипалый",
более подвижный.
Понадобилось время, чтобы люди переста
сравнивать меня с Элтоном Джоном.
Думаю, теперь это уже почти ушло.
Надеюсь. Пожалуйста!
Если вы знали о Билли Джоэле,
то знали, что он меньше всего хотел
записать альбом в духе Элтона Джона
и быть похожим на любого артиста,
тем более Элтона.
А потом он идет в студию
с группой Элтона Джона -
и это катастрофа.
Они были хорошими музыкантами,
но они не поняли суть.
Это звучало как Элтон.
А я хотел звучать как я сам.
Я ушел. Я сказал: "Это не сработает.
Хочу собственное звучание.
И Джимми Гуэрсио не будет продюсером".
Я хотел собрать
группу нью-йоркских музыкантов,
у которых был нью-йоркский опыт,
потому что он был и у меня.
Первым участником
стал басист Даг Стегмайер,
он и собрал остальных.
Он порекомендовал мне поработать
с барабанщиком Либерти ДеВитто.
Я не хотел "вежливых" ударных.
Я хотел грязных ударных.
Потом пришел Ричи Канната.
И Рассел. Они тоже были с Лонг-Айленда
Это было ядро группы на некоторое врем
Я пошел в студию со своими ребятами
и мы записали Turnstiles.
Я решил сам продюсировать альбом,
хотя ничего не знал о продюсировании.
Но я хотел рок-н-ролл.
Я хотел громкость живого концерта.
Хотел, чтобы она была на записи.
Они отключили нам свет
И загнали нас под землю
Но мы всё равно продолжили шоу
Я видел, как погасли огни Бродвея...
Всем было на нас плевать.
Мы были просто кучкой парней
с Лонг-Айленда,
а Билли решил взять нас,
а не группу Элтона.
Но мы больше ему подходили.
Ему нужен был жирок, а не отварное мяс
Ему нужна была пицца.
А мы были соусом.
Turnstiles -
никто не говорил, как надо,
все играли по полной.
Они росли вместе с материалом,
пока я его писал,
и стали частью самого процесса записи.
И в этом был формирующий аспект:
мы собирались вместе с группой,
которую вы могли слышать.
Мы многому научились вместе.
Мы росли вместе.
Turnstiles - это не самый
классно спродюсированный альбом,
но в материале уже чувствуется зрелост
и мне кажется,
я нашел себя как автор песен.
Билл был в студии.
Мы писали альбом. Всё было круто.
Но теперь нам снова нужен был менеджер
Мне казалось, что всех волновало тольк
что Билл может сделать для них,
а не наоборот.
И я видела это снова и снова -
и это сводило меня с ума.
Она секла в бизнесе.
Видела, как остальные всё портят.
Мы часто это обсуждали.
Она всё впитывала. Она была как губка.
Я понял, мне нужен человек,
который знает меня.
Элизабет была моей женой.
Кто знает меня лучше нее?
И Билл просто сказал: "А почему бы теб
не стать моим менеджером?
Ты же не справишься хуже остальных".
Я подумала: "А и правда".
И, как он любит рассказывать,
на следующее утро он проснулся -
в квартире уже стояли 15 телефонов
и шкафы установлены.
Это, конечно, не совсем правда, но поч
Она тогда сыграла ключевую роль.
Было жизненно важно,
чтобы она взяла на себя управление.
Она знала, что нужно делать.
Ни у кого не было причин в меня верить
Но я знала, что нам нужна
управляющая компания.
И я начала понемногу собирать команду.
У меня теперь другая компания.
Вы могли о ней не слышать.
Я раньше был в другой.
Но та, с которой я теперь, -
она в Нью-Йорке.
Называется Home Run.
Ничего общего с бейсболом.
Это домашнее агентство.
Мы открыли маленький офис Home Run,
и там была такая мини-банда,
мы звали их "Злые братья".
Ребята были как его братья.
Друзья из Нью-Йорка
вечно проверяют дружбу:
дают по плечу при встрече - ай!
Или пошутят грубо.
Так и понимаешь, что вы друзья.
С Билли я познакомился
в ноябре 1974 года,
и с тех пор это безумная история.
Так что, да, "Злые братья" и все мы
стали как семья.
Мы вместе уже вечность.
Мы как братья, понимаете? Очень близки
Мы его защищаем, присматриваем,
проверяем, что с ним всё хорошо.
У него была группа,
а потом еще одна группа вокруг,
которая старалась развивать его карьер
Мы были как отряд воинов,
все в одной лодке.
Та близость, то братство -
оно живо и по сей день.
Странно сидеть здесь спустя 50 лет
и вспоминать всё это.
Помню, однажды
мы подумали: "Мы звёзды!" -
мы остановились в "Холидей-Инн",
а на вывеске написано:
"Добро пожаловать, группа Билли Джоэла
Мы: "Вот оно!
Наше имя на вывеске! Самые главные!"
Мы все сфоткались:
"Смотрите! Группа Билли Джоэла!"
- Ага.
- Но у нас не было большого хита.
Turnstiles вышел в 1976 году.
Потом я снова уехал в турне.
Мы часто разогревали других:
Doobie Brothers,
Оливия Ньютон-Джон, Beach Boys.
Всех подряд.
А если ты плох -
20 000 человек тебе закричат:
"Убирайся со сцены! Бу-у!"
Они хотят другую группу,
и тебе надо быстро их впечатлить.
К моменту турне Turnstiles
он стал и хорошим автором песен,
и крутым исполнителем.
У него было чувство драматургии.
У него была магия.
Помню, сколько вечеров Билли
рвал басовую струну у рояля.
Кто еще так сильно бьет по клавишам,
что рвет струну у рояля?
И вот мы наконец начали
чувствовать уверенность.
Мы круто выступали в турне.
Публика была в восторге.
Мы "перепевали" хедлайнеров.
Но альбомы всё еще не продавались.
Turnstiles - полный провал.
У меня не было того большого хита,
которого от всех артистов ждет лейбл.
И я начал волноваться,
поэтому стал писать новые песни.
Типа: "Время для следующего шага.
Давай, Билл, иди в студию.
Запиши новый альбом".
Но у меня тогда не было продюсера.
Включаю бит.
Я поговорил с Джорджем Мартином,
продюсером The Beatles.
Он был моим кумиром, моим героем.
До сих пор считаю его
одним из величайших продюсеров.
Билли ищет продюсера
для следующего альбома.
И приходит Джордж Мартин.
Мы в восторге:
"Боже мой! Продюсер The Beatles пришел
Это невероятно!"
Он смотрит выступление,
Билли потом встречается с ним.
Разговаривают. Мы спрашиваем:
"Ну, что он сказал?"
Билли смотрит на нас и говорит:
"Он хочет продюсировать меня".
"Отлично! Супер!"
"Но не мою группу.
Он хочет сессионных музыкантов".
Мы: "О боже, и что ты ему сказал?"
Он мне сказал,
что не хочет работать с моей группой.
Говорит: "Я бы хотел работать
с разными музыкантами".
И я отказался от работы с ним.
Билли сказал:
"Любишь меня - люби и мою группу.
И я ему отказал".
Любишь меня - люби и мою группу.
Сессионные музыканты приходят
и читают ноты. Играют по бумаге,
но между ними нет химии.
А химия в этом ансамбле -
это очень важно.
У вас должна быть химия.
Мы разрывали вживую.
Я хочу играть со своими.
Это было поразительно - кто-то,
кто так стремился добиться успеха,
осознавал, что группа -
это важная часть всего происходящего,
что нельзя их терять
даже ради того,
чтобы продюсер The Beatles
продюсировал мою музыку.
Звукозаписывающая компания,
наверное, сидела и думала:
"Подождите-ка,
он уволил Caribou Management" -
самую крупную компанию
по управлению артистами.
"Он уволил продюсера Джимми Гуэрсио.
Теперь он не хочет работать
с Джорджем Мартином,
а его менеджер - его жена?"
Мое имя будто бы
перечеркнули красным карандашом.
"С этим парнем всё".
Я понимал, что если у нас
не будет большого хита,
меня, скорее всего, выкинут с лейбла.
Мы ложились спать и прямо перед тем,
как уснуть, думали:
"Надеюсь, нас не выкинут".
Все нервничали.
После выхода Streetlife и Turnstiles
казалось, что он находится
в критической точке карьеры,
потому что всё могло исчезнуть.
Но в 76-м
у нас уже был свой костяк поклонников,
будь то 1 500 или 2 000 мест -
всё благодаря тому, каким он был
живым исполнителем.
Именно гастроли сделали его успешным.
Он выжил на гастролях.
С тех пор я не видела никого,
кто бы так усердно работал.
Деннис Арфа сказал:
"Не играйте на разогреве
у более крупных артистов.
Выступайте в театрах".
Когда Билли решил
выступать в Карнеги-холле,
и билеты сразу же были распроданы,
все поняли, что, если он может продать
Карнеги-холл, в этом что-то есть.
И тогда Элизабет
поняла, что Билли нужен
новый продюсер для следующего альбома,
и тут появился Фил Рамон.
Фил Рамон был штатным продюсером
в Columbia Records.
Господа, давайте сыграем еще раз.
Он был звукорежиссером
на раннем этапе поп-индустрии.
Он работал с Синатрой.
Он работал с Рэем Чарльзом.
Он работал с Бобом Диланом.
Он работал с Полом Саймоном.
Он работал со всеми.
Элизабет позвонила Филу Рамону и сказа
"Приходите на Билли в Карнеги-холле".
Очереди были в несколько кварталов.


Серия 2

О, смена тональности.
Как бемоль.
На полтона ниже.
О, да!
Ладненько.
Я не нуждаюсь в твоих заботах обо мне
Потому что у меня всё в порядке
Я не хочу, чтобы ты говорила мне
Что пора возвращаться домой
Мне всё равно, что ты говоришь
Это моя жизнь
Занимайся своей жизнью
Оставь меня в покое
Не лезь, это моя жизнь
Это моя жизнь
Я не люблю,
когда мне указывают, что делать.
Никогда не любил.
Тебе будут говорить, что нельзя спать
Одному в незнакомом месте
Когда я рос, мне говорили:
Закончишь школу, поступишь в колледж,
получишь хорошую работу и всё.
Других вариаций не было.
Ах, но рано или поздно ты спишь
В своем собственном пространстве
И я подумал: Погоди,
это не совсем то,
какой я хочу видеть свою жизнь.
Я хочу сделать что-то другое.
Это и есть моя жизненная философия:
если я чего-то хочу я это делаю.
Мне не нужно ничье разрешение,
чтобы этого добиться.
Не лезь, это моя жизнь
Да, это моя жизнь
БИЛЛИ ДЖОЭЛ: AND SO IT GOES
Поп-артист 70-х,
известный как Пианомен,
жив и весьма неплохо
себя чувствует в 80-х.
В этом можно было
убедиться сегодня в Цинциннати.
Репортаж Дэна Ройала.
В возрасте 33 лет Билли Джоэл
играет на пианино уже 29 лет.
1973 год стал поворотным
в его карьере, по мнению некоторых,
с песней Piano Man.
Национальное внимание
привело к череде хитов.
Но всего год назад
случилась другая веха
авария на мотоцикле.
Было сломано запястье.
Запястье Я не могу
полностью согнуть его.
Я должен опускать руку ниже, но не мог
Большой палец раздроблен.
Там отсутствует кусок кости.
Это больно.
Но, чёрт побери, это рок-н-ролл.
Я же не Владимир Горовиц.
За последний год Джоэл развелся с жено
Можно было бы подумать, что после этог
и аварии он бы остепенился.
Я принимаю это
с тихим достоинством и грацией.
Я не хочу жить!
Вы ухаживали за Билли?
У вас личные проблемы,
но появился новый менеджер.
Нет, они избивают меня каждую ночь.
Слышали про аварию на мотоцикле?
Так вот, я был за рулем.
Для тех, кто сомневался: Билли вернулс
И самое странное
аудитория никуда и не уходила.
Альбом Glass Houses
было здорово исполнять вживую.
У него была мощная динамика
для больших площадок.
Он был ближе к рок-н-роллу,
который заводил меня в юности.
А после этого альбома
мне захотелось полностью
сменить направление.
Я переживал развод.
Переосмысливал всю свою жизнь.
Хотел сделать что-то более серьезное.
В прошлом году я пошел в студию
записывать альбом,
но всё застопорилось
из-за аварии на мотоцикле,
и это сбило весь график.
Это заняло много времени,
но я рад, что завершил его.
Билли обычно не хватает
терпения на долгую студийную работу.
Но The Nylon Curtain исключение.
Я хотел создать
настоящий звуковой шедевр.
Обычно студию используют, чтобы
зафиксировать то, что уже создается.
В этот раз технологии использовались
для завершения песни.
Я экспериментировал
играл на студии как на инструменте.
Он создавал настроение
и звуковые ландшафты,
как в Scandinavian Skies.
Я мог бы играть блюз всю ночь
Это было плодотворное время для Билли
в музыкальном и творческом смысле.
Они начали менять звук в наушниках.
Голос звучал иначе. Эхо тоже изменилос
Я подумал:
Ух ты, я могу под это что-то написать.
Давление!
Давление!
Это так чертовски странно и авангардно
Я хотел создать что-то, где звук важен
не меньше, чем ноты.
В Pressure я слышал
что-то похожее на Чайковского
И хотел услышать мандолины и балалайки
Фил Рамон нашел русских балалаечников
и привел их в студию.
Было странно увидеть в студии
пожилых мужчин с древними инструментам
Но это было круто и звучало потрясающе
Шесть балалаечников. Для чего?
Полукругом.
Ты издеваешься? Нет, мы так хотим.
Давление!
Раз, два, три, четыре давление!
Я, наверное,
больше всего горжусь этим альбомом
как произведением звукового искусства.
Он стал переходом в том, как я пишу.
Музыка подсказывала мне
писать другой текст.
Не только о любви и девушках.
Он должен быть серьезным,
потому что музыка была серьезной.
Я повзрослел.
Мне было уже не 20.
Речь была не только о рок-н-ролле.
А о мире.
Это была эпоха Рейгана,
которая сулила сияющий город на холме,
но внизу происходило многое другое.
Обещание Америки исчезало.
Всё действительно менялось.
Ну а мы живем здесь, в Аллентауне
И закрываются все заводы вокруг
Сталелитейная промышленность
в Пенсильвании умирала.
Люди теряли работу.
Это ежедневно было в заголовках.
...в Аллентауне
И весь уголь из земли уж давно извлекл
В какой-то момент
он переключился на песни вроде Allento
Камера отдаляется, и мы видим всех нас
в конкретном месте и времени.
У каждого ребенка был неплохой шанс
Добиться хотя бы того, чего добился от
Думаю, он действительно
передал то, что хотел.
Это была на 100% песня Билли Джоэла
о чём-то большем, чем он сам.
И становится всё труднее остаться
А мы живем здесь, в Аллентауне
Уравнительный посыл этой песни,
связь с рабочим классом
вот что важно в его музыке.
Его песни откликаются в людях.
Он может достучаться до слушателя,
ведь сам всё это прочувствовал.
У него есть страсть,
и начинается всё с чистоты музыки.
Он заботится о человеческом опыте.
Без фальши.
Он писал песни, которые что-то значат.
Мы встретились как родственные души
На острове Паррис
Есть песня в The Nylon Curtain,
которую я написал для своих друзей,
ветеранов Вьетнама.
Они просили: Напиши для нас песню.
Я отвечал: Но я не был во Вьетнаме.
Я не думаю, что у меня есть право.
Они: Мы расскажем, что пережили.
Острые, как ножи
Мы были полны рвения отдать свои жизни
Почти не было песен
с точки зрения солдата,
того парня, который там под пулями.
Не о том, правильно ли это было.
А просто: Каково это, быть там?
Мы держались друг за друга
Как брат за брата
Любое искусство имеет
политический подтекст.
Но у Билли это была
не политика, а отношение.
Его образ сердитого молодого человека
он и был просто сердитым.
Он не был активистом.
Мне нравится в его текстах то,
что он никогда не атакует тему напряму
Это и делает его песни вне времени.
Мы все погибнем вместе
Да, мы все погибнем вместе
Когда слушаю Goodnight Saigon, я не ду
о социополитических последствиях
войны во Вьетнаме.
Я думаю о тех парнях из песни.
Билли Джоэл в лучшие моменты
пишет о людях,
а не о лозунгах и теориях.
Спасибо.
Вы были невероятны.
Мне никогда не нравилось
окунаться в политику на сцене.
Люди приходят
отвлечься от этого, я понимаю.
Но иногда что-то происходит,
и ты не можешь
просто оставаться в стороне.
Когда я надел желтую звезду Давида
спустя неделю после Шарлоттсвилля,
после митинга Единство правых
Евреи не заменят нас!
я не мог остаться в стороне.
Я был зол: вот они,
маршируют по американскому городу,
крича: Евреи нас не заменят.
Мы же воевали, чтобы победить этих люд
А Трамп выходит и говорит:
С обеих сторон были очень хорошие люди
С обеих сторон были очень хорошие люди
Он должен был просто сказать:
Это плохие люди.
Не может быть никаких но.
Нацисты не хорошие люди. Точка.
И я был зол. Очень зол.
И должен был что-то сделать.
Но я не хотел выходить
на трибуну на сцене со словами:
Так нельзя.
Поэтому я надел звезду
в знак того, что, несмотря ни на что,
я всегда буду евреем.
НЮРНБЕРГ, ГЕРМАНИЯ
1930-е
Я еврей.
Мой отец вырос в Германии
в обеспеченной семье.
Я видел родителей отца
всего несколько раз.
Они очень гордились тем,
что были немцами.
Они не были религиозными евреями.
Моему отцу устроили бар-мицву,
и на этом всё.
Они почти не ходили в синагогу.
Но в Германии,
если твоя семья
была еврейской ты еврей.
Мой дед по отцу, Карл Джоэл,
владел фабрикой Joel Macht Fabrik
в Нюрнберге.
У них была фабрика,
где они производили ткани и одежду.
Бизнес шел очень хорошо,
пока к власти не пришли нацисты.
Они были богаты.
Жили в хорошем доме рядом с парком.
Именно в этом парке проводились
нацистские съезды в Нюрнберге.
У нас лучшая кровь,
и мы это знаем.
Мы решили сохранить руководство нацией
и никогда не отдадим его!
Мой отец смотрел через забор,
пока там звучали
все эти антисемитские речи,
и всё это видел.
Я не могу представить тот шок
наблюдать, как СС марширует,
проповедуя эти идеи.
Он родился в 1923 году,
то есть ему было десять,
когда Гитлер стал канцлером Германии.
Начался кошмар.
Правительство Германии лишило гражданс
всех евреев.
Нельзя было сидеть в парке.
Нельзя было ходить по улице.
Ты не имел никаких прав.
Еврейские дети в школе
должны были сидеть отдельно.
В конце концов ему вообще
запретили посещать школу.
Был один редактор газеты, Юлиус Штрайх
у него было
несколько антисемитских изданий.
Самое известное Der Sturmer.
Они нацелились на моего деда.
Он стал известен как еврей Джоэл.
В конце концов, все эти указы, законы
и антисемитская пропаганда
подорвали бизнес.
Они были вынуждены ставить на каждой
посылке букву J Jew еврей.
Я не знаю, почему он думал,
что сможет выжить,
ведь становилось очевидно,
что ни один еврейский бизнес
не сможет существовать.
Наверное, он был оптимистом
или просто не хотел видеть правду.
Они были вынуждены продать
бизнес за бесценок
буквально за гроши
некоему Неккерману.
Но Неккерман так и не заплатил.
Мой дед спрашивал,
что ему делать, чтобы получить деньги,
и ему пришло сообщение:
Мы урегулируем счет.
Его в последний момент
предупредили: Берегись.
Тебя могут убить.
И тогда он понял: всё.
Надо бежать, пока можно. Ему повезло.
Им удалось пересечь швейцарскую границ
что для многих было невозможным.
Если бы у моих бабушки и дедушки
в поезде нашли документы
с пометкой еврей,
их бы сразу отправили в концлагерь.
Они выбрались это чудо.
Ирония в том,
что, когда Неккерман захватил фабрику,
там начали шить
те самые полосатые пижамы,
которые носили заключенные в концлагер
Их шила Joel Macht Fabrik.
Я узнал всё это
только в свои двадцать с лишним лет.
До сих пор многого не знаю.
Я до сих пор
пытаюсь сложить картину воедино.
Я ничего не знал об отце
с восьми лет
до двадцати с лишним.
Пытался найти его, понять, где он,
как с ним связаться, но никто не знал.
Ну вот я и здесь, в конце пути
И куда мне идти дальше?
Когда мне было 2122, я поехал в Европу
Играл в клубах,
в маленьких барах и на площадках.
Я подумал, может, смогу найти отца
ведь связи не было.
Ни открытки, ни звонка ничего.
Я даже не знал, жив он или мертв.
В день, когда я собирался
возвращаться в Штаты,
приходит телеграмма:
Мы нашли твоего отца.
Боже мой, они нашли моего отца!
Где? Как его найти?
И тут я узнал, что он живет в Вене.
Я пошел к нему домой,
и там был
маленький светловолосый мальчик.
Оказалось, у меня есть сводный брат.
Я познакомился с Биллом,
когда мне было пять.
Я помню этот момент
первый день в школе.
После школы
он прочитал мне сказку на ночь.
Я увидел фотографии отца,
как он играет в снегу, катается на лыж
и подумал:
Ты же никогда не делал этого со мной.
Что я сделал не так?
Почему я ничего не знал?
У меня были смешанные чувства.
Но у него была очень странная жизнь.
Он воевал в армии США
под командованием генерала Паттона.
Они освобождали Дахау.
Я пытался расспросить его об этом,
но он не хотел говорить о прошлом.
Большую часть я узнал от брата.
Первую неделю
после освобождения лагеря он был там,
видел весь этот ужас
и это глубоко его травмировало.
Потом я узнал о его семье.
За ними охотились.
Многие родственники были в Аушвице.
Почти всю нашу семью уничтожили.
Я побывал на кладбище,
где похоронены Джоэлы.
Я даже не знал,
что у меня столько родственников.
Во мне есть скрытая ярость,
которая иногда прорывается.
Чего злишься?
Тебе ж никто ничего не сделал.
Но они стерли с лица земли мою семью.
Мне бы хотелось
познакомиться с этими людьми.
Отец был очень замкнут.
Очень мрачный человек.
Однажды он сказал мне,
когда я был еще ребенком:
Жизнь это выгребная яма.
Я подумал: Ничего себе настрой.
Когда он переехал в США,
ему не понравилась Америка.
Слишком коммерческая.
Без культуры.
Антисемитизм, с которым он столкнулся,
сильно его ожесточил.
Когда мои бабушка и дедушка
решили вернуться в Германию,
тогда отец с матерью развелись,
и он уехал обратно в Европу.
Я был рядом,
когда Билли встретился с отцом.
Отец зашел, все молчали,
но напряжение было ощутимо.
Это было неловко.
Как восстановить связь с отцом?
Как ему наладить отношения с сыном?
Наверное, мы были
слишком застенчивы, чтобы говорить.
Просто проводили время рядом,
пытались притереться,
понять, как начать общение.
Никто из нас не знал, как это делать.
Эти мысли зрели.
И однажды я просто сел
и начал писать эту песню.
Эта песня
для моего отца, окей? Поехали.
Остынь, сумасшедший мальчишка
Ты слишком амбициозен для юнца
Но если ты такой умный
Скажи, чего ты так боишься?
Где пожар? К чему спешка?
Остынь, пока не сгорел дотла
У тебя так много дел
Мне выпала честь лично узнать Билли.
У него было много травм в юности.
Если посмотреть на его песни
в некоторых из них это прорывается.
Когда же ты поймешь
Вена ждет тебя?
Вена ждет тебя?
Наверное, это то, что я сам искал.
Там был мой отец.
Я знал, что ищу его.
Но, кроме отца,
это еще и музыкальная столица мира.
Так что у этой песни
много значений, много слоев.
Жаль, но ты сам выбрал такую жизнь
Ты так стремишься вперед
Что забыл, что тебе на самом деле нужн
Мне кажется, история Билли
гораздо глубже психологически,
чем он сам готов признать.
Есть такие травмы,
от которых никогда не избавишься,
и такие внутренние мотивы,
о которых мы даже не подозреваем.
Но, думаю, его рвение
исходит от желания
понять отца через музыку.
Когда ты поймешь
Вена ждет тебя?
Спасибо.
Хочу попробовать сыграть на пианино
вместе с отцом, если он поднимется.
Между нами всегда была отстраненность,
всегда была дистанция.
Он был из тех,
кто держится на расстоянии.
А я хотел быть с ним ближе.
Я хотел, чтобы мой отец гордился мной.
Мне хотелось поговорить с ним
о музыке, о жизни.
Но у нас так и не получилось
установить глубокую связь.
У нас так и не было
того самого волшебного момента.
Это разочаровывает.
Где оркестр?
Разве это не должен быть мюзикл?
Вот я, на балконе
Как я мог пропустить увертюру?
Wheres the Orchestra?
я написал последней
для альбома The Nylon Curtain.
Хотя у меня
Абсолютно нет
Никакого представления
Это песня разочарования.
Она как подведение итогов.
Жизнь не мюзикл,
это греческая трагедия.
Где оркестр?
Спокойной ночи, Вашингтон.
Не позволяйте никому собой помыкать.
Я был вымотан эмоционально, физически
после The Nylon Curtain.
Я чувствовал, что стою на грани смерти
Я годами был на гастролях.
Писал, записывал, выступал
без остановки.
И я по-настоящему никогда не отдыхал.
Я разговаривал с Полом Саймоном,
он был моим другом.
Он сказал: Почему бы не поехать
на Карибы в Сен-Барт?
Я о нём и не слышал.
Там очень тихо. Очень расслабленно.
Тебе понравится.
Никто не будет тебя тревожить.
Я послушал его совет и поехал в Сен-Ба
Я думал, это будет просто тихий остров
Позвольте рассказать вам
Одну историю о женщине
Кристи Бринкли сорвала джекпот
на карусели модельного бизнеса.
Эта золотая девушка из Калифорнии
побила ошеломляющий рекорд,
появившись более чем
на 100 обложках журналов.
Я была на съемке. Мы были в Сен-Барте.
Кто-то из нашей команды
врывается и кричит:
Боже мой, ребята, Билли Джоэл в PLM!
Мы тут же мчимся в PLM,
а он сидит у бара.
Я обожаю в Билли то,
что ему не комфортно,
пока не увидит пианино.
Он играет не для того, чтобы все слыша
Это как его одеяло безопасности.
Так что неудивительно.
Он там, на острове.
Он в баре. Там есть пианино.
Он садится играть. И поднимает глаза,
а там невероятной красоты
модели смотрят на него.
Он обгорел на солнце,
в рубашке в гавайском стиле
ну, как на отдыхе.
Я подумал: Боже, это потрясающе!
Спасибо тебе, мистер Пианино.
Он сразу рассмешил меня.
Он был таким смешным.
И сказал:
Позволь сыграть тебе пару песен.
Я села рядом с ним
на скамеечке для фортепиано.
Он спрашивает:
А какую музыку ты любишь?
И я сразу же
И начинаю петь.
И Билли такой, знаете ли:
Ага, хорошо.
Он играет, а я пою.
И тут заходит Элль Макферсон.
Она огромная фанатка Билли Джоэла.
С этим потрясающим телом
она буквально развалилась вокруг него,
пытаясь привлечь внимание.
Я болтаю с Элль, болтаю с Кристи.
Тут подходит молодая девушка и говорит
А я тоже умею петь.
Мы такие: Ага, конечно.
Не мешай, малышка.
А эта юная красавица
начинает петь таким голосом.
Это была Уитни, мать ее, Хьюстон!
Это была ее первая модельная работа.
Это было потрясающе.
Они были все красивыми, все моделями.
А я обгорелый раздолбай за пианино.
И наконец Билли
сыграл пару своих песен.
Он был веселым,
смешным, розовым и сияющим.
В нём было
что-то по-настоящему обаятельное.
Мы здорово провели время,
смеялись, болтали всё такое.
И решили поддерживать связь.
Оба жили в Нью-Йорке,
стали видеться чаще
и понравились друг другу.
Я сказала маме:
Я встречаюсь с таким милым парнем.
Но он вроде бы не в моем вкусе.
У него, знаешь, эта прическа
а-ля Лонг-Айлендский пузырь.
Но он такой интересный и веселый.
А она ответила:
Дорогая, прическу можно изменить.
И ботинки тоже.
Но если у него доброе сердце
следуй за ним.
Мы пошли на настоящее свидание
на концерт Beach Boys.
Ну и, конечно, Билли в итоге
оказался на сцене.
В нём было
что-то очень трогательное, старомодное
Вот так дружба переросла в роман.
Вот я встречаюсь
с красавицей супермоделью А я?
Я же из Хиксвилля.
Что я вообще с ней делаю? А она со мно
Но это было очень плодотворное время.
Я написал много песен для нее.
Она была моей музой.
Это было как вернуться
в подростковый возраст
всё те же эмоции,
что и при первой влюбленности.
Мы прекрасно проводим время!
Долгое время
Долгое время
Я тот голос, который ты слышишь в зале
И величайшее чудо из всех
Было весело
закружиться в этом вихре романа
и превращать некоторые моменты в музык
Некоторые держатся подальше от двери
Если есть хоть малейший шанс
Что она откроется
Я хотел сделать
что-то простое, глупое и счастливое.
Так и родился An Innocent Man
альбом, посвященный всей той музыке,
которая окружала меня в юности.
Некоторые живут в страхе прикосновений
И с гневом переживают, что были дурака
Песня Innocent Man
в стиле The Drifters.
потому что я невинный человек
А Uptown Girl
это попытка воссоздать звучание
The Four Seasons с Фрэнки Валли.
И когда она идет
Она выглядит так прекрасно
Мы все были парнями из гаражных групп,
и это было как в 50-х и 60-х,
когда мы учились играть на такой музык
Под набережной
Внизу у моря, да
Под набережной
Набережной
Нам было весело записывать этот альбом
Все песни для Innocent Man
писались быстро.
Всё просто:
Вот что я чувствую. Вот что я пишу.
Вот оно.
Я хочу легких
Легких, легких денег
Билли Джоэл
в разгаре национального тура,
а билеты распроданы еще до его начала.
На этих концертах новая публика.
Много молодых,
которые не знают Piano Man,
не слышали The Stranger, а только виде
клипы на Pressure и Allentown
и новые клипы из An Innocent Man.
Они только что меня открыли
и это здорово.
Билли невероятен!
- Сколько тебе лет?
- 16.
Это были ранние 80-е,
время, когда появилось MTV.
MTV Музыкальное Телевидение!
Видеомузыка 24 часа в сутки!
Билли не очень любил снимать клипы.
Он хотел,
чтобы музыка окрашивала воздух,
чтобы люди представляли ее в своем
воображении, которое не знает границ.
К тому же он не считал себя типажом
для экрана.
Мы ведь хотим
хорошо выглядеть в кадре, да?
Верно, и Пола за этим следит.
Но он понял, что клипы важны.
И они стали большой частью его карьеры
Это не клип,
это почти мини полнометражный фильм.
Трехминутное кино.
В то время я только начал снимать клип
У меня была своя продюсерская компания
Я звоню Билли, объясняю, чем занимаюсь
- Тишина!
- Снимаем!
Первая песня, которую они
хотели сделать, была Tell Her About It
Деннис Арфа, агент Билли, сказал: Я мо
достать вам Родни Дейнджерфилда.
Привет, это Родни Дейнджерфилд.
Я появлюсь на MTV,
в мировой премьере клипа Билли Джоэла.
Так мы и сняли Tell Her About It.
Получилось отлично.
Они сделали действительно
яркие клипы того периода.
Я ждал целую вечность
Но лучше поздно, чем никогда
Привет, я Билли Джоэл,
и вы смотрите
музыкальное телевидение MTV.
Следующее видео было
на песню Uptown Girl.
Билли сказал: Давайте пригласим Кристи
Я говорю: Да, она
и так каждый день с тобой в газетах.
Это логично пусть она и будет.
Я пошел к Кристи.
А она говорит:
Видишь это? Это деньги.
Я сказал:
Слушай, тебе же немного сниматься.
Сделаем любую прическу
и макияж, какие захочешь.
Скажи Билли, что согласна.
И она сказала Билли, что хочет.
С девушкой из высшего света
Я ведь видел ее в ее мире роскоши
Ей уже надоели дорогие игрушки
И все подарки от ее богатеньких мальчи
Теперь у нее есть выбор
Мне было комфортно в форме заправщика,
ведь я работал на заправке.
Пока кто-то с горячей кровью может
И теперь она ищет парня с низов
Такого, как я
И когда она идет
Она выглядит так прекрасно
А когда говорит
Она говорит, что она моя
Билли: Не хочу танцевать.
Я ему: Ты не танцуешь.
А идешь от точки А к точке Б
просто немного со стилем, ладно?
Клип получился энергичным
и подчеркивал статус звездной пары.
Девушка из высшего света
Она моя девушка из высшего света
Они были самой влиятельной
звездной парой того времени.
Ну, представьте: рок-поп-звезда
и величайшая супермодель
в легендарном клипе,
о котором до сих пор вспоминают.
Uptown Girl стал
гигантским хитом по всему миру.
- Это вы поете Uptown Girl?
- Это я!
Бешеная популярность
В альбоме было четыре сингла.
Но, как всегда,
пришлось бороться с критикой.
INNOCENT MAN НЕВЫНОСИМЫЙ
Особенно в начале 80-х
всё, что не было рок-н-роллом
в традиционном понимании,
подвергалось нападкам.
Все рок-критики
сходили с ума по блюзовому року.
А Билли Джоэл не вписывался в эти рамк
И поэтому они
либо игнорировали его, либо презирали.
У нас с Биллом было это общее
мы тоже получали кучу плохих рецензий.
И я всё воспринимал близко к сердцу.
Я думал: А кто они вообще такие?
Они же меня не знают.
Я знаю, что он ненавидел рок-критиков.
Это его по-настоящему бесило.
Да к чёрту этих критиков.
Все критики, которые когда-либо
критиковали Билли, где они?
Где они сейчас,
все эти умники, что якобы знали,
что нам следует делать?
Билли вкладывал в свои песни самого се
Многие песни автобиографичны
он буквально выворачивает
душу, жизнь, эмоции
на всеобщее обозрение
а в ответ получает пощечину. Это больн
Он продал более 40 млн альбомов,
выиграл пять Грэмми
и более десятка синглов стали золотыми
но признание критиков прошло мимо него
Критики обвиняют, что его разностильно
лишает его музыкальной идентичности,
а другие называют
неоригинальным подражателем.
Музыкальным хамелеоном, если угодно.
Эти обвинения заставили Билли Джоэла
занять оборонительную позицию.
Что плохого?
Для меня это как эпоха Возрождения.
Я всё время меняюсь.
Мне интересны разные жанры.
Если вы изначально
не любите Билли Джоэла,
его разносторонность
будет казаться недостатком.
Многие критики считали его
почти саквояжником,
человеком без собственного стиля.
Типа: он пойдет на всё,
чтобы попасть на радио,
будет гнаться за любым трендом.
Да, он пишет хорошие песни,
но он неоригинальный и вторичный.
Критики не ценили
музыкальность Билли Джоэла.
Для них этот термин было ругательством
Но несмотря на всё
это разнообразие влияний,
в нём есть подлинность.
И люди это чувствуют.
Они думают, что знают его,
и откликаются на его слова и чувства.
Если посмотреть на песни Билли Джоэла
он не витает в облаках.
Он не пишет абстрактно.
Он говорит прямо, открыто,
ты сразу понимаешь,
о чём и зачем он поет.
Я не тону в метафорах и сравнениях.
Я пишу, как говорю.
Пишу, как думаю.
Думаю, это одна из причин,
почему он не нравился критикам.
Но ведь именно так
писали величайшие авторы
популярной эпохи
американской песенной традиции.
Он один из немногих
современных авторов,
кто умеет писать песню-стандарт
по всем классическим правилам:
куплет, припев, куплет, припев,
серединка, модуляция, кода.
Это искусство умирает.
Он композитор-структуралист,
и это то, что я ценю.
Это делает песни вечными.
Расскажи ей об этом
Расскажи ей всё, что ты чувствуешь
Многим критикам
не нравился альбом Innocent Man.
Плевать.
Типа: Я хочу делать то,
что мне интересно.
Я хочу слушать то, что мне нравится.
Лучшее рок-н-ролльное шоу в истории!
Билли! Билли! Билли!
Билли! Билли!
Спасибо, Билли!
Я никогда раньше
не видел его на обложках журналов
с кем-то в обнимку.
А потом вдруг папарацци
просто не могли от него оторваться.
Бум.
Вот они, папарацци Лондона.
Во времена Кристи
всё стало очень интенсивным.
Он стал суперзвездой.
Но я никогда не видел, чтобы ему
это всё действительно нравилось.
Кристи, посмотри сюда!
Наша первая ссора
случилась из-за того,
что нас окружили папарацци,
и Билли был с ними груб.
А я сказала: Проще просто им улыбнутьс
А так они снимут тебя
в момент, когда ты такой
И опубликуют эти фото.
Увидел камеру улыбнись.
Они получат кадр и уйдут.
И мы стали шутить.
Каждый раз, когда появлялась камера,
я делала позу, а он такой
И мы начали делать этот номер повсюду.
Но для меня она всегда женщина
О, и она никогда не сдается
Я помню, как они начали встречаться.
Я сказал:
Вы собираетесь пожениться?
Он ответил: Думаешь, стоит? Я сказал:
Думаю, стоит.
Да. Тебе стоит.
Поп-рок певец Билли Джоэл
связывает себя узами брака
в Нью-Йорке
с супермоделью Кристи Бринкли.
Хоть я и влюблен
Мы хотели сыграть свадьбу в гавани,
на фоне Нью-Йорка и Статуи Свободы.
Отличная свадьба. Мы все были там.
Я, Стив и Брайан были шаферами.
Он одолжил все мои сорокапятки
и дал их диджею
и мы крутили всю эту музыку.
Было много народу:
люди из музыкальной
и модельной индустрий,
вся группа,
друзья, семья.
Это было весело и гламурно.
Знаменательное событие.
Было ощущение: Вот она слава.
Разве я не говорил
Что не готов к романтике?
Сегодня 15 декабря 1985 года,
и это наш новый город Ист-Хэмптон.
Разве он не прекрасен?
Привет! Вон там подъездная дорожка.
Первые пара лет были просто счастьем.
И вот он! Ура!
Тот, кто уже всё повидал?
Теперь, когда ты рядом
Всё совсем иначе
Мы снова дома!
Моряки вернулись! Ура!
Завтра
Еще не скоро
А эта ночь
Может длиться вечно
Кто-то выглядит заметно крупнее
в последнее время.
Осталось всего четыре недели.
Три и пара дней.
Три и пара дней.
Сегодня 16 декабря, так что
в следующий раз, когда мы будем снимат
возможно, уже расскажем эту историю.
Фотомодель Кристи Бринкли
и певец Билли Джоэл
стали счастливыми родителями.
Бринкли родила девочку
весом 2,9 килограмма
вчера вечером
в одной из больниц Манхэттена.
Вряд ли можно повзрослеть,
пока не испытаешь,
что значит быть родителем.
Вдруг всё перестает
вращаться вокруг тебя.
Ты совсем по-иному смотришь на вещи.
Безусловная любовь.
Не испытывал такого, пока не подержал
этого маленького ребенка на руках.
Это важнее, чем я сам. Это всё.
Это будущее.
И я за него отвечаю.
Я должен сделать всё правильно.
Вот так.
Вот и наступает время
Которое стоит запомнить
Ведь оно не продлится вечно
У меня не было отца.
И я хотел быть тем отцом,
которого у меня не было.
Это было для меня очень важно.
- Привет!
- Привет!
Я выросла в Ист-Хэмптоне.
И думала: Ух ты,
у моих родителей так много друзей!
Я не знала,
что мои родители знаменитости.
Я думала, что звезда это я,
потому что именно так
они ко мне относились.
Они всё время меня снимали,
восхищались мной,
делали меня звездой
наших семейных мюзиклов.
Папа, папа, папа, па!
Это я.
Папа, папа!
Билли садился за пианино
и начинал играть,
а она тут же включалась в музыку
и начинала петь.
Мы пели каждый день.
А когда с нами была бабушка
я называла ее баба Роз
она всегда пела.
Она обожала музыкальный театр. Безумно
Есть песня из мюзикла Плавучий театр:
Потому что он просто мой Билл
Она назвала моего отца
в честь этой песни.
Роз была неповторимой.
Когда она приезжала,
они с Билли пели песенки с Бродвея,
меняя акценты на ходу.
Ты больше ко мне в дом
на кофе не заходишь.
Им нравилось устраивать представление.
Одна за мою малышку
И еще одна на дорожку
Моя бабушка была крайне экспрессивной
порой даже чересчур.
В ней был неиссякаемый источник эмоций
которые всё время вырывались наружу.
Она начинала петь
и ее захлестывали чувства,
она могла вдруг заплакать.
Она была непредсказуемой.
Очень переменчивое настроение да.
Для него это было тяжело
видеть, как мама ведет себя нестабильн
Думаю, что он испытывал
огромное сочувствие
к ее тяжелому положению матери-одиночк
Она всегда была рядом. Всегда.
Она была первоначальным мотиватором.
Моей главной поддержкой.
Он ее любил во что бы то ни стало.
А она была так горда тем,
что он стал успешным
и ездит по всему миру.
Это Биг-Бен, Алекса.
Видишь эти часы наверху?
Торчелло первая столица Венеции.
Мне нравилось быть в туре.
Я любила быть частью
этой большой гастрольной семьи.
Я старалась ездить как можно чаще.
Я чувствовала, что для Билли было важн
проводить время с Алексой.
Я
Невинный человек
Да, я
Думаешь, фанаты получат всё, чего хотя
Не всё.
У нее есть вещи для гримерки, всякие
косметические штуки отличные вещи.
Люди видели в их паре себя.
Им было приятно видеть,
что противоположности притягиваются.
- Привет, я Джон Малкович.
- А я Билли Джоэл.
Должен сказать, я восхищаюсь тем,
что ты женат на Синди Кроуфорд.
Нет, я женат на Кристи Бринкли.
Мечтать не вредно.
Я выпустил Nylon Curtain,
а затем An Innocent Man.
У меня только что родилась дочь.
Я не хотел
запираться в комнате в одиночестве
и вымучивать песню за песней.
Я хотел наслаждаться семьей.
Так что пару лет я этому противился.
Но знал, что рано или поздно
придется возвращаться к работе.
Спой гармонию.
Писать было довольно трудно.
У меня не было тех амбиций,
которые были на предыдущих альбомах.
Я слышу это в альбоме.
Надо придумать к ней еще одну часть.
Бридж или что-то вроде.
Когда пишу, пианино часто кажется
огромным черным зверем с 88 зубами,
который хочет откусить мне руки.
Иногда ничего не выходит.
Но если что-то пошло
нужно оставаться и заканчивать.
Потому что чувство
творческого ступора самое ужасное.
Я всегда писал один.
Это очень одиноко.
Мне нужна полная изоляция,
иначе я отвлекаюсь.
Я должен быть в своей пещере,
как первобытный человек.
Я становлюсь ворчливым, раздражительны
настроение скачет.
Я чувствую себя полностью
отрезанным от мира.
Но только так я могу писать.
Мне нужен полный вакуум.
Так что это одинокая работа.
Для меня музыка главный язык.
В ней всегда есть послание.
Даже до слов. Оно там есть.
А задача его выкопать.
Понять, что именно оно значит.
Барабаны отлично звучат в этой комнате
Ты разве их не слышишь?
- Как звучит?
- Невероятно.
- Эй, Либ, можешь идти домой.
- Спой.
Давай, пой.
Фил Рамон, друг Рэя Чарльза, сказал мн
что Рэй хочет спеть со мной песню.
Есть что-то,
что ты мог бы написать для вас двоих?
Я боготворил Рэя Чарльза всю жизнь.
Он, пожалуй,
мой любимый певец всех времен.
И я подумал: Напишу о том,
что у нас точно есть общего.
Что было в нашей жизни всегда неизменн
Пианино.
Мы прилетели в Лос-Анджелес на запись,
и тут входит Рэй Чарльз
Я чуть не оцепенел.
О боже, он здесь.
Это и правда он.
Ты поёшь:
Я ушел далеко от прежней жизни
Я сейчас бридж закончу.
- Хочешь, чтобы я продолжал петь?
- Да.
Фил Рамон предложил:
Сыграйте вместе на пианино.
И всё сразу наладилось.
У нас обоих была связь.
Глубочайшая эмоциональная
привязанность к этому инструменту.
И вот мне надо петь
вместе с Рэем Чарльзом!
Я был в ужасе.
В моей жизни появляется она
Она единственная, кто может
Моя малышка-рояль
Всё, что мне нужно
Я обожаю метафору, в которой пианино
это любовь всей жизни.
Обожаю эту песню.
А потом еще и Рэй Чарльз поет с ним
это гениально.
Всё, что нужно
Это сила моих рук
И эта малышка-рояль
Добра ко мне
Это оно.
- О да, отлично.
- Вот и суп.
Время супа. Время супа.
Суп дня, да, это оно.
Расслабился и вышло.
Да. Именно так!
А раз, а два
А раз, два, три, четыре
После The Bridge
мы гастролировали по всему миру.
Мы были везде.
Много выступали во Франции.
Были в Голландии. Летали в Лондон.
Играли в Берлине в 1989 году,
когда рухнула стена.
Мы стали первыми, попавшими туда
в момент воссоединения Германии
Я тогда приготовил целую речь.
У меня было ощущение, что ты всегда хо
поехать туда, куда никто не ездит.
Чтобы люди могли испытать
что-то уникальное.
Ты соглашался на то, от чего другие
отказывались, например, на Россию.
Какой максимум пользы
ты хотел бы получить
от этих двух недель?
Подружиться с людьми,
порадовать их музыкой
и, надеюсь, заложить начало
чему-то, что можно будет продолжить.
Этот парень только что
пригласил нас к себе домой.
- У тебя хорошая музыка.
- Спасибо.
Поп-музыка это универсальный язык
для молодежи в любой стране.
Политики, кажется,
не могут добиться существенных сдвигов
Иногда, мне кажется, именно артистам
приходится начинать диалог.
Пока. Спасибо.
Была потрясная публика,
все жаждали услышать рок-н-ролл.
Они хотели оторваться.
Вот такой был дух у людей в России.
Они хотели тусоваться с нами.
На столе появлялась бутылка водки,
снималась крышка
крышку сразу выбрасывали.
Я помню,
на водке не было винтовой крышки.
Это была штука,
которую снимали и выбрасывали.
Я спрашивал: А крышки,
чтобы закрыть обратно, у вас нет?
Они: А зачем?
Для чего?
Когда я разбил пианино,
толпа была в восторге.
Они никогда не видели такого раньше.
Богатые американцы разбивают аппаратур
Он на нас злится?
Что ты сегодня будешь громить?
Па-па!
Алекса, это папа в вертолете!
Это папа!
- Я вернулся из Ленинграда два дня наз
- Каково быть дома?
Я так рад, что живу в США!
Я так рад, что живу в США!
Халли-галли
Здорово быть дома.
Мы снова в дороге, друзья.
На этот раз едем в Мэн.
Пока мы доехали вот досюда
озеро Бантам.
Кристи, покажи-ка им озеро Бантам.
Мы действительно решили проехать
вдоль побережья от Мэна,
петляя туда-сюда вдоль берега.
Это было волшебное путешествие
по маленьким городкам.
Мне нравится город Менемша
И было забавно в каждом городе
официант или владелец ресторана говори
А, это вы купили
ту огромную недвижимость за углом.
А мы: Нет, нет, это не мы.
А потом: Ну как же!
Вы же у меня лошадь купили.
Нет, и это не мы.
Интересно.
Я, пожалуй, рад,
что мы останемся в этих местах,
а не поедем дальше.
Потому что световой день на исходе.
Мы натыкались на людей
и каждый раз слышали:
А, вы же купили тот старый отель
в Северной Каролине, или вроде того.
Мы: Нет, это не мы.
У меня начало закрадываться подозрение
что его менеджер
что-то покупает на его деньги.
Я подумала: Он летает повсюду
на частном самолете.
Покупает скаковых лошадей пачками.
И все думают, что мы владеем
где-то рядом недвижимостью.
Знаю, у тебя есть свои проблемы
Что-то тут не так.
Но у меня есть и свои проблемы
Я сказала Билли:
Фрэнк Вебер тебя обкрадывает.
Он не хотел этого слушать.
У меня была квартира в Манхэттене,
и я смотрел дом,
который нужно было отремонтировать.
И слышал,
что с деньгами на это есть сложности.
А люди из музыкальной
индустрии говорили мне:
У тебя не должно быть проблем с этим.
Ты только что выпустил кучу хитов.
Где твои деньги?
И мне нечего было ответить.
Я правда не следил за этим.
В каждой жизни должен пролиться дождь
Билли звонит и такой:
Мне не хватает на оплату дома.
Я ответил: А Фрэнку хватает
заплатить за свой?
Он говорит: Он меньше тратит, чем я.
Я сказал: Билли, ну ты и наивный.
Иногда мы все ходим во тьме
Фрэнк стал для него
доверенным лицом, советником.
Билли сказал мне,
что у него почти нет денег.
На этом этапе карьеры
услышать такое от Билли
это абсурд.
Что-то не так.
У тебя хиты в топ-10,
ты гастролируешь,
у тебя должны быть деньги.
Почему их нет? В чём дело?
А он мне сказал:
Не суй чёртов нос не в свое дело.
Когда я впервые ему
это сказала, он ответил:
Я его знаю куда дольше, чем тебя.
Он считал Фрэнка своей семьей.
Семьей, которую он сам выбрал.
Я сказала: Слушай,
я тебя люблю и хочу тебя защитить.
Я вижу, как тебя обирают.
Билли ему доверял.
Доверял ему больше, чем мне.
И мне было очень больно это слышать.
Я сказал: Найми аудитора.
Пусть проверит. Может, всё в порядке.
Но стоит проверить.
И я санкционировал аудит.
И после него выяснилось,
что у меня даже близко нет
положенных мне денег.
Это было как удар кирпичом.
Я должен был стоить вот столько,
а стоил вот столько.
Вчера Джоэл подал иск на 90 миллионов
долларов против Фрэнка Вебера,
своего менеджера с 1980 года.
Независимый аудит компании
Frank Management
и самого Вебера показал, что, цитата:
Вебер использовал Билли
как личный банк. Конец цитаты.
Самое неприятное менеджер
был не только бывшим зятем,
но и крёстным отцом дочери Билли Джоэл
Я задолжал государству
пять миллионов долларов.
У меня не было причитающихся мне денег
Это было разрушительно.
У Билли бывает слепая преданность,
и к Фрэнку она была именно такой.
Но, в конце концов, она рухнула.
Это был эмоциональный шок.
Если я не могу доверить
этому человеку заботу о моих интересах
Насколько же я был глуп?
Каким же наивным я был?
Это было очень тяжелое время.
Когда я начинал, Билли даже
не владел всеми авторскими правами.
По моему указанию
мы выкупили все права
на его песни.
Фрэнк Вебер утверждает,
что всегда действовал
в интересах Билли Джоэла
и был совершенно не готов к иску.
Билли всегда говорил,
что он занимается музыкой,
а я бизнесом.
Вебер отрицает обвинения
и утверждает,
что спорные инвестиции провалились
из-за рецессии и других факторов.
Это был трагический момент,
который изменил жизнь моего отца.
Ну, если деньги делают человека богаты
Когда он предал его доверие и дружбу
Тогда я никогда не смогу достичь цели
Думаю, это было сокрушительно.
Он очень страдал из-за этого.
Я буду мелким оператором
Когда я узнал,
что мои деньги практически исчезли,
я был в ярости.
Я понял, что мне придется начать с нул
Снова писать песни,
снова их записывать,
снова ехать в туры, чтобы вернуть день
У меня есть семья, ребенок,
жена, родственники
я должен о них заботиться.
Ведь я обо всех заботился.
Устал?
Я вымотан. Ни одной передышки.
Я боялся,
что это плохо отразится на моем браке,
на отношениях с дочерью.
Я зол из-за этого. Меня это злит.
Я хочу быть с ними,
а не делать всё это
из-за финансовых проблем.
Но у меня не было выбора.
Мне нужно было зарабатывать.
В этот момент своей карьеры
он мог назначить по несколько
концертов в Мэдисон-сквер-гарден,
по несколько в Бостоне.
Так что возможность
отыграть и заработать обратно
казалась разумнее,
чем продолжать бороться, терять силы
и тонуть во всём этом.
Было принято решение:
закатать рукава
и начать всё восстанавливать.
Земляк с Лонг-Айленда автор, певец,
композитор, концертный исполнитель.
Билли Джоэл выступает на Янки-стэдиум.
Он с каждым альбомом
становится всё больше и больше.
Но остается обычным парнем
при всех своих невероятных талантах.
Тебе нравится, как звучит финал?
Три песни на бис?
Это круто, чувак.
Рок-н-ролл! Билли Джоэл!
Без разницы, что он споет.
Просто хочу увидеть Билли Джоэла.
Он такой артист потрясающий.
Мы проехали всю дорогу из Огайо,
только чтобы один раз услышать Piano M
Ну, я на паруснике Алекса
И плыву через пролив Блок-Айленд
Я проложил курс к Винограднику
Но сегодня вечером
Я направляюсь в Нантакет
Такое случается со многими музыкантами
У меня есть счета, которые надо платит
И дети, которым нужна одежда
Мы не были ориентированы на деньги.
Дело было не в них. Я был музыкантом.
Как и все местные
Мне пришлось продать свой дом
Слишком горд, чтобы уехать
Я работал до изнеможения
Чтобы стать владельцем
Своего парусника Алекса
Мне не нравилось мыслить как бизнесмен
Я хотел быть артистом.
Я просто хотел думать
о музыке и творчестве.
Типа, я выше этого.
Ну, чушь это. Я не был выше всего этог
А хороший капитан не должен засыпать
Мне нужно было защитить эти песни.
Это были мои дети.
Они были сиротами,
пока я не признал себя их отцом.
От колокола в заливе Гардинерс
Я взял управление в свои руки
и больше не оглядывался.
Но на берегу остались те
Кто на меня рассчитывает
1989-й стал годом
больших перемен для Билли Джоэла.
Ему исполнилось 40, он уволил менеджер
пригласил новых участников в группу
и записал первый за три года альбом.
Он называется Storm Front.
В БИЛЛИ ДЖОЭЛЕ ГОРИТ ОГОНЬ
ЕГО РАЗЖЕГ ПЛОХОЙ МЕНЕДЖМЕНТ
РАЗОРЕННЫЙ БИЛЛИ ДЖОЭЛ
РАБОТАЕТ, ЧТОБЫ ВЫКАРАБКАТЬСЯ
Этот флаг это флаг урагана.
Красный флаг
с черным квадратом посередине.
Когда видишь его никуда не плывешь.
- Это предупреждение?
- Да.
Это значит: что-то грядет.
Надвигается шторм.
А я рвусь
В открытое море
Красные флаги реют
На мачтах Береговой охраны
Любимый альбом Джоэла?
Сложно выбрать.
Но для меня Storm Front.
Люди говорят: Ну, если ты фанат,
то это уже поздний период карьеры.
Но сколько артистов вы знаете,
у кого в такой поздний период
вышел настолько мощный альбом?
После 16 лет в музыкальной индустрии
Джоэл говорит, что делать каждый альбо
оригинальным это испытание.
На этот раз он попытался добиться этог
поработав с новым продюсером
Миком Джонсом из группы Foreigner.
С Филом Рамоном не было проблем.
Просто хотел поработать с автором песе
тем, кто играет на инструменте.
Таким был Мик Джонс.
Я работал с Филом Рамоном до конца 80-
и у нас началась стагнация,
по моему мнению.
Я понял время меняться.
Фил очень переживал, я это знал.
Потому что у нас были
очень близкие отношения.
Это было как расставание.
Команда, с которой ты работаешь,
становится тебе как семья.
И вырваться из такой семьи непросто.
Не всегда легко менять привычный поряд
Ну, я стою здесь
Чтобы весь мир мог меня видеть
Билли должен был это сделать.
Ему нужно было измениться,
чтобы звучать по-новому, по-современно
Я просто хотел
Хотел, чтобы ты знал
Бесстыдный
Билли делал это с каждым альбомом
всё время менялся.
И разница видна в каждом альбоме.
Гарри Трумэн, Дорис Дэй
Красный Китай, Джонни Рэй
Юг Тихого океана, Уолтер Уинчелл
Джо Ди Маджио
Джо Маккарти, Ричард Никсон
Студебекер, телевидение
Северная Корея, Южная Корея
Мэрилин Монро
We Didn't Start the Fire
стала первым синглом
альбома Storm Front
и огромным хитом.
Розенберги, водородная бомба
Шугар Рэй, Пханмунджом
Брандо, Король и я
И Над пропастью во ржи
Эйзенхауэр, вакцина
У Англии новая королева
Марчиано, Либераче
Сантаяна, прощай
Мы не разжигали огонь
Он всегда горел с тех пор, как мир
Когда я писал эту песню,
в голову пришло использование заголовк
Я шел по годам год за годом.
Заголовки шли потоком.
Иосиф Сталин, Маленков
Насер и Прокофьев
Рокфеллер, Кампанелла
Коммунистический блок
В этой песне чувствуется история
из-за этих заголовков.
Дьенбьенфу взят
Rock Around the Clock
Ливан, Шарль де Голль
Калифорнийский бейсбол
Сегодня, в 41 год,
панк, не окончивший школу,
неожиданно стал кумиром школьников.
Педагоги говорят,
что песня Джоэла лучшее учебное пособ
со времен Улицы Сезам.
We Didn't Start the Fire
в то время буквально вывела Билли
на вершину его карьеры.
Он одна из величайших
звезд Америки: Билли Джоэл.
- Билли Джоэл.
- Билли Джоэл.
- Билли Джоэл.
- Билли Джоэл.
Мы только начали репетиции к туру,
который начнется в начале декабря.
Мы будем гастролировать долго.
Я не люблю саму дорогу. Я люблю играть
Когда музыкантам в кайф играть вместе
ты вспоминаешь,
зачем вообще всё это начал.
Ты на вершине мира.
Назови меня шутником, назови дураком
В этот момент я совершенно спокоен
Ясный как кристалл, острый как нож
Я чувствую, что нахожусь в расцвете си
I Go to Extremes описывала,
что происходило в его жизни
он метался между семейным человеком
и мучающимся артистом.
Дорогая, я не знаю
Зачем я впадаю в крайности
Я не знаю всего, что он тогда пережива
но видела, что ему тяжело.
Какой музыкант
не чувствует себя комфортно
на сцене и в музыке?
Это ведь единственное,
что тебя не предаст.
Я думаю, сцена
это его безопасное место.
Дорогая, я не знаю
Зачем я впадаю в крайности
Немного маниакально.
Почему я всегда на грани?
Почему я всё время на пределе?
Это не всегда приятно.
Тебя рвет в разные стороны.
И когда ты это осознаешь, думаешь:
Со мной, наверное, трудно жить.
Это напоминает мне мою маму
у нее тоже были перепады настроения.
То депрессия, то эйфория.
Наверное, это у нас семейное.
Мы были в туре Storm Front.
И я видел, как Билли теряет контроль.
И в тот раз всё было по-настоящему пло
Он приходил на репетицию
в абсолютно разобранном состоянии
между внутренними переживаниями
и попытками унять боль.
Он говорил мне, что делать на барабана
а на следующий день спрашивал:
А что ты играешь?
Группа смотрела на него:
Ты же вчера велел так делать.
А он: Правда?
Он просто не помнил.
Это был период,
когда Билли был полностью выбит.
В его жизни было слишком много событий
Однажды я проснулась
и подумала: Где Билли?
Я начала обзванивать бары
и нашла его.
Они сказали: Да, он у нас.
Я ответила: Ничего не говорите,
я просто хотела убедиться,
что он хоть где-то.
Но подобные случаи стали повторяться.
И я начала понимать, что-то не так.
Но он не хотел об этом говорить.
Он предпочитал всё загонять глубже.
Очень многие артисты
страдают от зависимости.
Им просто нужна эта отдушина.
Плюс бесконечное давление
индустрии развлечений.
Давление сцены.
Желание угодить всем сразу.
Страх за брак с моей мамой.
Необходимость продолжать тур.
Я думаю, он ощущал
всю тяжесть мира на своих плечах
и начал пить.
Над чем вы сейчас работаете?
Я пишу и записываю новый альбом здесь,
на восточном конце Лонг-Айленда.
У меня небольшая студия.
China, грубый микс, 16/12/92.
Он хотел сделать это
на острове Шелтер,
потому что чувствовал опору
здесь, на востоке Лонг-Айленда.
Я компилирую записи.
Рабочее название
The Shelter Island Sessions.
Он хотел: пусть альбом родится здесь
и здесь же вырастет.
Билли собирался сам его продюсировать.
И вот уже Билли пишет песни,
пишет музыку,
тексты, руководит студией.
Он не мог справиться со всем этим.
Слишком много ролей.
Он сказал: Мне нужен продюсер.
Он позвонил Дэнни Корчмару.
Сначала мы просто забрали пленки
и отвезли в другую студию,
чтобы послушать, что у него там записа
Он мне: Что думаешь?
Я сказал: Есть три вещи,
которые мне очень нравятся.
Мне нравится автор песен
он потрясающий.
Мне нравится клавишник
и мне нравится вокалист.
Все остальные отстой.
Мне казалось, что эти ребята
стали чересчур самодовольными
звучали так, будто делают на отвали.
Я сказал:
Дай мне привести своих людей.
Если не сработает
вернешься к тому, что делал.
Никакого вреда.
Я не хотел закрываться от новых идей
только потому,
что привык делать всё по-старому.
И мне понравилось то, что я услышал.
Но в темноте
Я вижу, как твой свет горит
Я слышу, Билли снова в студии
с другой группой.
Я говорю: Позвоню ему.
Он: Чего ты хочешь?
Я: Что происходит?
А он: В смысле "что происходит"?
Ты звонишь. Что у тебя?
Я: Билли, я всё знаю.
Он говорит: Либ, мне нужно попробовать
Я просто хочу попробовать.
Запишу одну песню.
Одна песня стала двумя,
две тремя, а потом весь альбом.
Пришло время перевернуть страницу.
И Билли сделал это резко.
Он был моим барабанщиком долгие годы.
Но у нас с Либом больше не выходило.
Были расхождения в темпе,
расхождения в личной жизни.
Это было как развод и не из приятных.
Из-за этого появилось напряжение.
Было много трений,
много обид.
Я помню, как переживал из-за этого.
Я отправил ему факс и написал:
Понимаю. Ты делаешь
как считаешь нужным. Твое имя на облож
Но если будешь нуждаться во мне,
если нужна помощь звони, я приеду.
Но если Дэнни Корчмару передай,
чтобы он поцеловал меня в задницу.
Ну и Билли повесил
этот факс на стену в студии.
Многие злятся на меня
думают, что я плохо поступил с Либерти
Но я не буду оправдываться.
Просто у нас
не получалось творить вот и всё.
Думаю, Либерти был обижен,
но мы помирились. Теперь мы снова друз
Си, Ре и Фа-диез в правой руке.
Си, Ре, Ми.
Потом Ля, До-диез.
Я знал, что он талантлив,
но не представлял, насколько он крут,
пока не попал с ним в студию.
Он адаптировал европейскую музыку в по
этого почти никто не делал.
Все остальные приходили из фолка, блюз
или поп-музыки того времени.
А он использовал
редко применяемые элементы.
Соль, Ре, Фа-диез в правой руке.
Я видел цитату Нила Даймонда
отличного автора песен.
Он говорил, что смог принять
свой стиль написания,
когда простил себе то,
что он не Бетховен.
И когда я это прочел,
я понял вот моя проблема.
Я не простил себе, что я не Бетховен.
Я постоянно себя за это корил.
Для меня Бетховен
величайший композитор всех времен.
Моя музыкальная история
началась с прослушивания классики
папа был классическим пианистом,
а мама слушала такие радиостанции.
Многие дети сначала слушали радио,
поп-музыку,
а я слушал Моцарта, Баха, Бетховена.
Это было завораживающе.
Я перенес это классическое образование
в свое творчество.
Мне было важно можно ли сыграть
произведение само по себе, без слов.
Возьмем, к примеру, Uptown Girl
она могла бы быть пьесой Моцарта.
Это прослеживается во многих песнях.
Например, This Night
прямая отсылка к Бетховену.
К его Патетической сонате.
Бетховен в ней был на пике мелодичност
Я взял тему из Патетической
для припева This Night.
И я указал это
на обложке альбома написано:
Л.В. Бетховен.
Люди говорили:
Он украл у Бетховена! Я не украл.
Я ему не заплатил, но и не украл.
Мы давно знакомы.
Я играл на скрипке в Downeaster "Alexa
И заметил, что он
настоящий поклонник классики.
Он умеет играть на фортепиано,
умеет аранжировать.
Что я особенно ценю
его гармонические прогрессии.
В Allentown полно
маленьких гармонических модуляций.
Меня всегда восхищало,
как он выстраивает гармонию.
В классике то же самое.
Все мы стоим на плечах гигантов.
Музыка не возникает из воздуха.
Она рождается из труда и обучения.
Ты берешь то, что уже было,
слушаешь, впитываешь это,
а потом выражаешь с собственным почерк
Так музыка продолжает жить.
Я не очень умею это играть.
Это арпеджио в левой руке.
Никто не вырос в пробирке.
У всех есть влияния.
Я, наверное, постоянно что-то краду
и даже не замечаю этого.
В его голове столько гармоний.
Он просто следует инстинктам,
когда садится за пианино.
А его инстинкты это и классика,
и блюз, и рок-н-ролл, которые он обожа
Этот альбом как путешествие.
Одна песня рождала другую.
Это целый песенный цикл.
Так я обычно и пишу.
Вхожу в некое сновидческое состояние,
почти в транс.
И оно течет, как река.
А еще вот что я подумал:
когда мы делаем остановки
Как ты подхватываешь
Песня The River of Dreams
пришла ко мне во сне.
Я проснулся уже с ритмом в голове,
с этим чередованием реплик, почти госп
Я не пишу в стиле госпел,
но это было настолько необычно.
Я сказал: Я не буду это писать.
Нет-нет-нет. Сразу отверг.
Зов-ответ такое часто поют в церквях.
Я пошел в душ, намылился и вдруг запел
И оно не уходило.
Оно стало частью меня. Не отпускало.
Шептало: Придется написать
хочешь ты того или нет.
Когда нечто настолько
сильное и выразительное
не стоит отказываться.
А стоит записать.
Посреди ночи
Я иду гулять во сне
Иду к берегу
Такой глубокой реки
Я, должно быть, что-то ищу
Что-то святое, что потерял
Но река широкая
И ее слишком трудно пересечь
Посреди ночи
Я иду гулять во сне
Я проходил через катарсис.
Мне нужно было
вновь поверить в человечество.
Мне нужно было вновь поверить в себя.
Мне нужно было искупление.
Хотя я знаю, что река широкая
Я иду туда каждый вечер
И стою на берегу
Пытаюсь перейти на противоположный бер
Чтобы наконец найти
То, что я искал
Посреди ночи
Я иду гулять во сне
Через долину страха
К реке такой глубокой
Я что-то искал
Вырванное из моей души
То, что я никогда не потеряю
То, что кто-то украл
К концу работы над альбомом
я понял форма песни замкнулась в круг
Я устал писать слова.
Не то чтобы я бросал музыку
или сочинительство вообще.
Но я всё сказал.
Это, по сути, всё,
что я хотел выразить в песнях.
Сижу здесь, в Авалоне
Смотрю на проливной дождь
Я устал от тирании рифмы.
Все снова дома
Я спросила его,
почему он перестал писать поп-песни.
И он сказал, что это самый ужасный,
мучительный опыт в его жизни.
Потому что он перфекционист,
а это разрушало его жизнь.
Это последние слова
Которые я могу сказать
Писательство это нечто
вроде необходимости. Это как голод.
Если у тебя внутри этого нет
ты не будешь писать.
В другой раз будут и другие слова
Думаю, когда он написал
Famous Last Words,
он понял: Не хочу
соревноваться сам с собой.
Не хочу, чтобы меня всё время
сравнивали с Just The Way You Are,
или The Stranger, или чем-то еще.
Думаю, наступает момент,
когда нужно стать философом и сказать:
Настало время быть молчаливым стоиком.
И я уважаю это.
Это последние слова
Которые я могу сказать
Я до сих пор чувствую, что это было
естественное развитие событий.
Так что я как бы закрыл эту книгу.
Спасибо.
Когда Билли перестал писать,
он говорил о том,
что с тех пор как стал знаменитым,
люди начали слишком много
вчитываться в его песни.
Каждое слово воспринималось
через призму его популярности,
личной жизни, браков.
И что-то в нём сломалось.
Думаю, тут еще дело в страхе.
Он не хотел быть тем,
кто с возрастом пишет слабые песни.
Билли хотелось признания другого рода
серьезного, литературного, поэтическог
Критики со временем
стали относиться к нему лучше,
но ему этого было недостаточно.
Есть в этом нечто печальное:
творческий источник иссяк,
а человек по-прежнему есть,
по-прежнему артист,
всё так же живо выступает,
но больше не пишет.
Это почти как головоломка.
Посреди ночи
Я иду гулять во сне
Через пустыню истины
К реке такой глубокой
Мы все в конце оказываемся в океане
Мы все начинаем с ручьев
Написав River of Dreams,
мне стало необходимо
перестать писать песни.
Хотя это был хит. Неожиданно.
СТИНГА, БИЛЛИ ДЖОЭЛА ЗАВАЛИЛО ГРЭММИ
Он не просто вернул вложенные деньги
он вернулся сильнее и успешнее,
возможно, именно благодаря трудностям.
Ты сбил меня с ног?
Чёрт с тобой я вернусь с местью.
Прошло три года с его последнего тура.
Но с альбомом номер один в чартах
выйти на сцену стало проще.
Когда публика орет еще! в конце шоу,
Билли выходит через черный вход
и едет выступать дальше.
Следующее шоу в Бостоне.
Филадельфия, Нью-Йорк.
Тур River of Dreams продлится два года
Нам было интересно:
как ваша дочь Алекса и Кристи
переносят то, что вы так надолго
уезжаете в туры? Едут с вами?
Иногда они присоединяются ко мне.
Но сейчас Алекса во втором классе,
 

////////////////////////////