Человек, который познал бесконечность (2015 год). Фразы и цитаты из фильма

Man Who Knew Infinity (2015)

«Челове́к, кото́рый позна́л бесконе́чность» — британская биографическая драма, основанная на одноимённом романе Роберта Каниджела. Фильм рассказывает о короткой жизни индийского математика-самоучки Сринивасы Рамануджана. Мировая премьера состоялась на Международном кинофестивале в Торонто в 2015 году.

Все фразы и цитаты

Правильный взгляд на математику открывает не
только истину, но и красоту. Бертран Рассел
Человек, который познал бесконечность.
Тринити Колледж
Кембридж, Англия
1920 год
Я должен стараться как никогда,
чтобы помочь вам сформировать
обоснованное мнение
о самой романтичной фигуре в
истории современной математики.
Рамануджан был Индусом,
и, я полагаю,
во все времена было непросто
для англичанина и индуса найти общий язык
Я обязан ему больше,
чем кому-либо в этом мире.
Моя работа с ним стала единственным
романтическим инцидентом в моей жизни.
Он был, если можно так
сказать, моим открытием.
Не я его изобрел,
Как и другие великие, он сам себя создал.
Моя трудность не в том,
что я недостаточно много знаю
о нём,
а в том, что я знаю и
чувствую слишком многое.
Как вы видите, я также проводил собственные
математические исследования.
У вас нет степени. Вас невозможно нанять.
Я напишу вам рекомендации.
Может кто-то...
Со всем уважением, сэр,
у меня есть рекомендации.
То, что мне нужно - работа.
- Прошу вас. Я женат.
- Вы, люди, все одинаковы.
Сейчас же выйдите вон! Сейчас же!
Я обречен. Как Галилей.
Он умер в бедности, знаешь ли.
Ты, хотя бы, уважаешь себя.
Что-бы не было тебе предначертано судьбой
- сбудется. Ты не можешь этого изменить.
Моя судьба - иметь жену,
которая живет с моей матерью.
Пока я живу тут с тобой, потому что
британцы считают меня лунатиком в бреду.
Как и индусы.
Где вы получили степень?
У меня ее нет.
- Сколько?
- Ни одной.
- Кому еще вы это показывали?
- Всем.
Британцам. Индусам. Они все направляли
меня к кому-нибудь другому.
Я могу предложить вам работу,
Но вечера вы будете обязаны проводить
помогая мне понять это.
Работу?
- Мы договорились?
- Да.
- Конечно, сэр.
- Хорошо.
Пошлите за вашей женой,
чтобы вы могли быть вместе.
И наденьте это.
Следуйте за мной.
Сэр Фрэнсис, вот ваши бухгалтерские книги.
И наш новый клерк.
Нарайа, как долго вы у меня работаете?
С тех пор, как я помог с проектированием
моста на Годавари,
Так что теперь приличия требуют,
чтоб я называл вас - "Сэр"
Сэр Фрэнсис
Этот человек выглядит так,
будто живет на улице.
- Уберите его отсюда.
- Сэр, прошу вас.
Прошу извинить за мой внешний вид, но я
действительно весьма хорош с числами.
Возможно вы видите лишь обычное стекло,
Но я обещаю, что в скором времени
вы увидите бриллиант.
Что же...
Ваши расчеты должны быть хотя бы
вполовину такие же блестящие как ваше эго.
Амма, вот и он.
Это лучшее что я смог найти на этот момент.
Это дом.
Прошу.
Где тут кухня?
Внутри.
Со свадьбы.
Не беспокойся. Я посплю на полу.
Я привык.
Мне нужно возвращаться на работу.
Почему ты не используешь счеты?
Я быстрее считаю в уме.
Впечатляет.
Если сюда зайдет сэр Фрэнсис,
хотя бы притворись что пользуешься ими.
Я вижу ты работаешь
над своими формулами.
Бумага тут - ценный товар.
Ты можешь набрать вдоволь упаковочной
бумаги внизу, у причала.
Спасибо, сэр.
Увидимся вечером.
Рамануджан,
Нам необходимо искать встречи кем-то.
Кто действительно может разобраться в этом.
Я обращался ко всем в Мадрасе.
В Мадрасе.
Ты знаешь, что это название
происходит от Мандараджья?
"Королевство глупцов".
Ведь есть целый мир.
И есть Англия.
Ты не пришел домой.
Это я должен принести извинения,
что задержал его.
Думаю, на сегодня достаточно, Рамануджан.
Прости.
Мне говорили, что числа ты любишь
больше чем людей.
Некоторых.
Не тебя.
Может, мы можем начать сначала.
Меня зовут Рамануджан
А я твоя жена.
Смелей. Ты можешь взглянуть.
Пожалуйста.
И что все это значит?
Мне кажется, это что-то вроде живописи.
Только представляя цвета
которые ты не можешь увидеть.
Какой в этом толк?
Боюсь, для тебя ни в чём.
Но для меня это всё.
Быть может есть еще кто-то, способный
увидеть и понять это так же хорошо, как я.
И для них это будет важно.
Ты их встречал?
Нет. Пока нет.
Я хочу понять - цвета
которые нельзя увидеть.
Что ты видишь?
- Песок.
- Да.
Представь, если бы мы могли взглянуть так близко,
что смогли бы разглядеть каждую песчинку.
Каждую частицу.
Видишь ли...
Во всем есть узор.
Цвета в свете.
Отражение на воде.
В математике, эти узоры обнаруживают себя.
В самых невероятных формах.
Это весьма красиво.
Ты должна спать в кровати.
Амма.
Я подружился с боссом.
Он найдёт кого-нибудь способного понять
мою работу за пределами Мадраса.
- За пределами Индии.
- Это честь.
Что за чепуху ты несешь?
Амма, он видит что-то во мне.
Он точно достаточно часто видит тебя.
Тебя никогда нет дома.
Канна, мы брахманы..
Нам запрещено пересекать моря.
Рамануджан?
Рамануджан, послушай.
Эта работа слишком важна
чтоб умереть вместе с тобой.
Она должна быть опубликована.
Если ты, Индус,
на короткой ноге с этими формулами.
То британцы,
даже когда покорили нас,
должны признать,
что наш гений равен их.
Анна, прошу.
Я не могу.
Ты был наедине со своим разумом
всю свою жизнь.
Теперь у других людей есть шанс
понять тебя.
Не только твоя Намагири.
- Представь.
- Все что я делаю это представляю.
Эти первые два письма.
Бэйкер.
Хобсон.
А это кто?
Это... Это Харди.
Он настоящий возмутитель спокойствия.
Знаете, он собственноручно реформировал
всю систему экзамена "Трипос".
Переступил через сотни лет истории.
Он тот, кто вам нужен.
Тринити-колледж?
Короли, премьер министры.
Исаак Ньютон. Байрон.
А теперь, возможно, и вы.
Неприятности на континенте?
Скоро будут.
Мы обыграли лягушатников
на гол в Твикенхэме.
Я имел в виду балканы.
Балканы.
Вам письмо. Выглядит особенно
хорошо попутешествовавшим.
Думаете очередной розыгрыш?
"Разрешите представиться - клерк
департамента бухгалтерии"
- Что на этот раз?
- Весьма впечатляет, действительно.
Кто-то очень постарался.
Индийский клерк!
Который утверждает, что может объяснить
отрицательные значения гамма функции.
- Литтлвуд?
- Без сомнений.
Знаешь, Литтлвуд,
только в этом году,
Я получаю корреспонденцию
от тех, кто призывает
доказать пророческую мудрость пирамид,
откровения старейшин Сиона,
и криптограммы,
Которые Бэкон, предположительно, скрыл
в пьесах,
так называемого Шекспира.
Но письмо от плохо образованного
индуса-клерка из Мадраса,
Подвергающее сомнению утверждения из
моих монографий, это уже чересчур.
Что же, должен сказать,
я и сам могу сделать сходное заявление.
Так ты признаешь?
Но это было три года назад.
Нет, нет, нет. Я говорю о письме.
Чертовски блестяще, подумал я. Я не могу
представить где ты взял почтовые марки!
Почти обдурил меня.
Я действительно не понимаю
о чём ты говоришь.
Да ладно. Я же не полный идиот.
Я не знаю, как вдолбить
тебе в твой толстый череп,
но о чём бы ты сейчас не говорил,
я не имею к этому никакого отношения.
Подавай.
Сэр.
Вы пропустили ужин в Холле.
Я не голоден.
Говорю вам, грядёт война,
нет никаких сомнений.
Всё потому, что нами управляют
как неразумными, бесхребетными овцами.
И никто не задаёт никаких вопросов.
Она грядёт, это уже ясно.
Вы уже можете почуять её.
Ты такой же параноик как Харди.
Со всем уважением, Берти,
Ты нам и в подметки не годишься.
Литтлвуд, можно тебя на два слова?
Да, конечно.
Интегралы.
Бесконечные ряды.
Бог его знает, что еще.
Прости.
Все время забываю,
что ты не веришь в высшее существо.
Именно.
Если этот малый окажется настоящим, тебе
возможно придется пересмотреть свою работу.
Он должен быть настоящим.
У кого хватит воображения
всё это придумать?
Я весьма польщен что ты подумал на меня.
Эти два бесконечных ряда
самые интригующие.
Да. Они меня сразили.
Я никогда ни видел ничего подобного.
Ну, это обманчиво.
Держу пари, это гипергеометрический ряд.
Великий Литтлвуд в замешательстве...
Он прямо как Хоббс.
"Будучи неопытным, я буду благодарен
любому совету от вас.
"Искренне ваш, С. Рамануджан"
- А что значит "С"?
- Сам у него спросишь.
- Ты намереваешься пригласить его сюда?
- Нет, нет. нет.
Гораздо лучше позволить ему сгнить
в его конторе в Мадрасе?
Мистер Рамануджан
Кажется, вам пришло письмо.
Отправлено из Англии. Из Кембриджа.
От мистера Годфри Харольда Харди.
Я приходил сюда
и смотрел как уходят корабли.
Мне всегда было интересно каково это,
быть на одном их них.
Я только приехала,
а ты говоришь об отъезде за океан?
Нам это запрещено.
Я не понимаю.
Если ты уедешь, все изменится.
Это не Калькутта или Бомбей.
Никто не жениться на наших детях,
никто даже не заговорит с нами!
Тогда мы переедем в Калькутту или Бомбей.
К тому же, я не хочу говорить ни с кем,
кроме тебя.
Ты обещаешь забрать меня к себе
как только сможешь?
Да.
Тогда так мы и поступим.
Ты уверен, что хочешь чтобы я сделала это?
Режь.
Ты остриг свои волосы.
Что ты наделал?
Амма, я решил отправиться в Англию.
Ты что?
Или это она тебя убедила? Чтобы вы
смогли сбежать вместе?
Это все ее происки.
Она хочет тебя только для себя.
Пожалуйста, приглядывайте друг за другом
пока меня нет.
Никогда не забывай свои молитвы.
Ты не должен осквернять себя
их едой,
Если хочешь когда-нибудь вернуться.
Не забывай меня.
Я не смогу.
Обещаю.
Вот мы и в пути.
6,000 миль. Можешь себе представить?
Я знаю числа и побольше.
Не позволяйте газете испортить ваш
большой день с Ганга Дином.
Уверен, это еще не означает войну.
Все эти Динь, Динь, Динь.
Вы, случайно, не Рамануджан?
Случайно, именно я.
Здравствуйте. Простите.
Джон Литтлвуд. Так приятно
познакомиться с вами.
Я как раз направлялся познакомиться с вами.
Может, пройдемся вместе?
Да.
Ожидаемый эффект.
Не бойтесь.
Великие умы, зачастую
скромного происхождения.
Идемте.
Видите этот саженец?
Это именно то дерево,
под которым сидел Ньютон,
когда яблоко упало ему на голову,
и он открыл гравитацию.
Сюда. Мы ожидали
вашего прибытия.
Я думаю это преступление.
Я говорю, что мы привозим сюда Индусов, тратим
огромные деньги, и посмотрите, что происходит.
Да, дело не только в
этом парне, Рамануджане.
Неважно как его зовут, он Индус.
В конце концов,
у нас обучаются студенты индусы.
Но у них всех есть
образование, прямо говоря.
Это позор.
Рамануджан - особый случай.
Что вы имеете в виду, конкретно?
Мы все читали его письмо.
Нет никаких доказательств.
Мы просто должны положится на его слово?
Нет.
Вы должны положиться на моё.
Перемены, господа.
Это прекрасно.
Примите их.
Примите столь тихий приём,
как знак уважения.
Мистер Харди здесь?
Мне не терпится с ним познакомиться.
Должно быть он очень добрый человек,
пригласил меня сюда из такой дали.
А вот и он. Легок на помине.
Здравствуйте
Я Харди.
Добро пожаловать в
Тринити-колледж, Рамануджан.
- Я правильно произнес?
- Да, Сэр.
Идеально.
Это честь для меня, сэр.
Спасибо.
Я с нетерпением жду, когда мы сможем
приступить к работе.
Итак, завтра, 10:00, мои апартаменты.
С нетерпением жду этого.
Я сказал что-то не так?
Не беспокойся.
Я присмотрю за тобой.
Если он, конечно, существует.
Видите ли, есть мнение,
что мистер Литтлвуд
Всего лишь плод воображения Харди.
Если он делает ошибку,
ему всегда есть кого обвинить.
Рамануджан, Бертран Рассел.
- Добро пожаловать в наш маленький дурдом.
- Здравствуйте.
Проходите, Проходите.
Уйди с травы!
Только для членов научного общества!
Прошу прощения, сэр.
Как пройти к новому корпусу?
- К мистеру Харди?
- Сюда.
У тебя что-то на лбу.
Спасибо.
От ботинок у меня болят ноги.
Извините за опоздание.
Видите, вы существуете.
Да.
Итак.
Рамануджан, мы решили
что всем будет лучше
если ты посетишь некоторые лекции.
Но я здесь чтобы публиковаться.
Да. Всему свое время, я надеюсь.
Но сначала, нам нужны
доказательства твоей работы.
Вам не о чем волноваться.
Это всего лишь для того чтобы ознакомить
вас с более формальными методами
Это пойдёт на пользу нашей будущей работе.
Я имею в виду, что нам
нужно найти общий язык.
Ты же не думаешь что мы будем общаться
на тамейском.
Нет. Но вы полагали что я
буду говорить на Английском.
Весьма.
Что же, у вас будет достаточно
времени для публикаций
Простите, но со всем смирением,
откуда вам знать?
Я не хочу, чтоб мои труды
умерли вместе со мной.
Уверяю вас, этого не случится.
Спасибо, Сэр.
Но я еще многим хочу с вами поделится.
Как я уже говорил вам, письмо содержит
небольшую долю моих открытий.
Смотрите, я даже нашел функцию
которая точно представляет число
простых чисел меньше Х
В виде бесконечного ряда.
- Точно?
- Да.
Я думаю если мы опубликуемся
это будет прорыв.
Это совершенно неожиданно.
Харди. Это работа целой жизни.
Возможно двух.
Весьма тревожно видеть тебя
таким довольным собой.
Это ведь никак не связано
с этими тетрадями?
Можно провести остаток жизни пытаясь
доказать половину этого.
И никогда не иметь
собственной оригинальной идеи
Берти.
Если я смогу доказать, логически,
что ты умрешь в течении пяти минут
Мне будет весьма жаль,
но моя печаль будет облегчена
удовольствием от того, что я это доказал.
Твоё желание может исполнится,
уже пол континента в огне.
И всем заправляют старики, вроде этого.
Нет.
Нет, ты просто уязвлен, потому что боишься
что он займет это место до тебя.
Сомневаюсь, что тёмное лицо
когда-либо украсит эти стены.
Не говоря уже о том, чтобы
стать членом ученого совета.
Рамануджан! Сюда!
Подходи, посиди с нами.
Добро пожаловать в Холл.
- Я Чандра Махаланобис
- Здравствуйте.
А это Эндрю Хартли.
Я Рамануджан.
Все знают кто ты такой, приятель.
По слухам, ты взялся
за теорему простых чисел.
Это довольно необычно,
Они просто привезли тебя сюда.
Это такая честь.
Тут есть другие индусы?
Несколько. Ты с юга?
Я из Калькутты.
Тебя, наверное, это все шокирует?
Правда в том, что у вас больше
общего чем ты думаешь.
Его отец был учителем.
Конечно не из фонда Тринити-колледжа.
Харди заслужил своё место здесь.
Возможно поэтому он обратил
своё внимание на тебя.
- Он женат?
- Нет.
Как говорят - он женат на своей работе.
Полагаю, теперь это значит,
что он женат на тебе.
- Стоп, он вегетарианец.
- Мне очень жаль.
Картофель, сэр.
Чем это лучше?
Картофель готовят на сале.
- Мне очень жаль.
- Ничего страшного.
Но... Но я, пожалуй, пойду.
Надеюсь вскоре увидимся.
Рамануджан.
Вам понравился ужин?
- Они прекрасно готовят баранину.
- Да, сэр.
Объедение.
А твоя... А твоя комната?
Вы довольны?
Я хочу, чтобы все было тебе на пользу,
Чтобы мы могли быть продуктивными
настолько, насколько возможно.
Спасибо, сэр.
Прекрасная бумага.
Что же...
Используй её с умом.
Доброго вечера.
Хорошо, итак...
Ты. Ты за всем успеваешь?
Да сэр. Весьма увлеченно.
Но ты не ведёшь никаких записей.
Может тебе есть что добавить?
Хорошо, давай.
Смелей!
Тебе понадобится мел.
Но я еще не закончил это доказательство.
Откуда ты узнал?
Я не знаю.
Я просто делаю.
Что же, господа, наше
время подошло к концу.
Спасибо за ваше внимание.
Не ты.
Маленький чурка, позволь
тебе кое-что сказать.
Не смей вытворять такие трюки
на моих занятиях.
Тебе здесь не место, так и передай
своему хозяину Харди.
А теперь, вон отсюда!
Моя священная нить.
Чтобы помочь оградить меня от злых духов.
Как все прошло у мистера Ховарда?
Простите меня, сэр.
Я был слишком взволнован.
Нечасто его лекции ассоциируются
с этим словом.
Как ты узнал эту теорему?
Она просто пришла ко мне.
Мистер Харди, я не понимаю
зачем мы тратим наше время.
Делаем все эти доказательства.
У меня есть формулы.
Не то чтобы я не вижу твои утверждения.
Дело в том, что я не уверен, что ты сам
знаешь, как пришел к этому.
Или, действительно, что
твои утверждения верны.
Есть тонкости, которые...
Но они верны, сэр.
У меня много новых важных идей.
Да, но интуиции недостаточно.
Они должны быть объяснимы.
Немного смирения проложат тебе дорогу.
Почему, ты думаешь, они
хотят чтобы мы провалились?
Потому что я индус.
Ну, да, это в том числе.
Но также из-за того, что мы представляем.
Теперь, Эйлер и Якоби. Кто они?
- Математики.
- Для тебя это просто имена.
Эйлер был самым продуктивным математиком
восемнадцатого века.
Большую часть своей работы он
сделал после того как ослеп.
Якоби, как и ты,
был вытащен из безвестности,
и был почти столь же впечатляющ как Эйлер.
Теперь, я думаю ты их породы.
Их объединяло,
то что я вижу в тебе, любовь к форме.
Этим пронизаны твои записи.
Позволь спросить.
Зачем ты это делаешь, зачем все это?
Потому что я должен. Я вижу это.
Как Эйлер. Форма сама по себе.
Искусство для себя.
И, как и все искусство,
оно отражает правду.
Это единственная правда, которую я знаю.
Это мой храм.
А ты, также как Моцарт, способен слышать
симфонию целиком у себя в голове,
Танцевать с числами в бесконечности.
Но этот танец, это искусство привлекает
к нам внимание определённых фракций,
которые видят в нас простых фокусников.
Поэтому, если мы собираемся оспаривать области
Математики, которые так хорошо протоптаны,
мы не можем позволить себе ошибаться.
Мне нужно чтобы ты посещал лекции,
не оскорблял своих учителей,
и продолжал готовить доказательства,
иначе, наш эксперимент обречен на провал.
Пойдем со мной.
Я хочу тебе кое-что показать.
В жизни есть много способов
заслужить уважение.
Для нас, быть избранным в члены научного
общества, безусловно, самый желанный.
Но, по моему скромному мнению
чтобы оставить наследие,
этому месту после того как нас не станет
Самый великий.
Эта библиотека хранит
поэмы святого Павла,
Поэмы Милтона,
Библия Моргана.
Но, по моей оценке, как человека чисел,
гвоздём программы является
"Принципы Математики" Ньютона.
Сейчас, как Ньютон представляет
физический аспект твоей работы
твои записи представляют абстракцию.
Именно поэтому у нас есть обязательства
доказать твои.
И если мы сделаем это, я верю, что
наступит тот день...
Наступит день, когда эти тетради
найдут своё место здесь.
Теперь ты понимаешь, что
стоит на кону?
Хорошо.
Надеюсь ты заботишься о себе
и что мистер Харди добр с тобой.
Тут все очень гордятся тобой.
Но больше всех горда я.
Каждый день я провожу, тоскуя по тебе,
И ожидая твоего письма, которое скажет:
Я плыву через океан,
чтобы быть с тобой.
Ты моё всё.
Я открыл новые ряды.
Слушай, мне не интересны новые ряды.
Я думал я уже объяснил.
Мне нужны твои доказательства.
У нас было соглашение.
Прошу вас, всего лишь взгляните
на них, сэр. Они истинны.
- Откуда ты знаешь?
- Потому что они написаны.
Написаны где, Рамануджан?
Так, возьми мое пальто, иди домой
и нормально оденься пока ты не замерз.
Сэр, я проделал очень долгий
путь чтобы быть здесь.
И вы обещали помочь мне опубликоваться.
Не смотри на меня так.
Это для его же блага.
И не подумаешь, что он чертовски умен,
глядя на его манеру одеваться.
Что, черт побери, это вообще такое?
Разбиения числа.
Нет, нет, нет, погоди.
В этом даже ты можешь разобраться.
Число разбиений 4 равно 5.
Теперь, это значит, что есть пять
способов сложить число 4.
1 + 1 + 1 + 1,
3 + 1,
2 + 1 + 1,
2 + 2, и 4.
Выглядит достаточно просто.
Да. Так оно и есть.
Но когда ты увеличиваешь
число разбиений до 100,
разных комбинаций становится 204,226.
Майор МакМахон сделал это собственными
руками. Это заняло у него недели.
А теперь он думает,
что может найти формулу.
Вставь число, любое число,
и всплывет число разбиений.
Как по волшебству.
Я так понимаю, вы пробовали
решить эту проблему раньше?
Это считалось невозможным. Нерешаемым.
Проклятая загадка, кроличья нора вселенной.
До этого момента?
"Дин, Дин, Дин, Гунга Дин."
Итак, используя теорию Гаусса
Чему равен поток F через S?
Какого черта он здесь делает?
- Доказательства. Да.
- Доказательства?
Позвольте ему бежать, Харди.
Вы не должны душить его.
Он ушел на крикет.
Просто следуйте за зонтиком.
Сэр!
Мистер Харди!
Мистер Харди.
Я очень тщательно изучил твои
доказательства, если их можно так назвать.
И выделил места где ты пропустил шаги
Или сделал ошибки.
Я еще многое могу сказать,
но это с чего тебе надо начать.
Послушай, я суров с тобой
для твоего же блага.
- Что бы ты мог опубликоваться.
- Но Сэр, можно ведь опубликовать мои тетради.
И мою теорию простых чисел.
Они у вас с тех пор как я приехал.
Нет ничего, чего я хотел бы сильней.
Но если я их опубликую
В их нынешнем виде,
Меня отправят в сумасшедший дом.
Вы не понимаете,
Я это вижу совсем
по-другому.
Эти шаги, которые вы хотите увидеть,
то что вы хотите,
Я не знаю, как их сделать.
Для начала, ты можешь просто
начать стараться изо всех сил.
И посмотрим, не удивишь ли ты сам себя.
- Сэр, вы знаете что-то что не знаю я?
- Видимо нет.
Нет, Бог и я,
определенно, не сходимся во взглядах.
Если я готовлюсь к дождю,
он не начнется.
Пока все хорошо.
Я Харди, и я провожу
послеобеденное время в библиотеке.
Теперь точно будет светить солнце.
Я тот, кого можно назвать атеистом.
Нет Сэр, Вы верите в Бога.
Вы просто думаете, что ему не нравитесь.
Неужели?
Слушай.
Я пока не хотел отдавать тебе это,
но я взял на смелость
сделать некоторые из твоих доказательств.
Просто чтобы показать, чего мы
можем добиться вместе.
Видишь?
Тебя опубликовали.
Мистер Харди, спасибо!
Спасибо, Сэр!
Сегодня, я делюсь с вами
огромной гордостью:
Статья моего сына опубликована в журнале
Лондонского Математического Сообщества.
Это так важно.
Очень престижное сообщество.
Как на самом деле поживает
наш маленький гений?
Не обращайте на неё внимания.
Она недостаточно гордится
его достижениями.
Рамануджан?
Просыпайся. Только что пришла
телеграмма - началась война.
- Здесь?
- Нет, дурак, в Бельгии.
Поторопись! Скоро прибудет король!
Боже храни короля!
Мерзкие шовинисты.
Берти просит меня помочь ему
с его Союзом Демократического
Контроля или что-то вроде того.
- Уже агитирует?
- Что же...
Утром я получил письмо из
военного комиссариата.
Судя по всему, им нужна моя помощь
с баллистическими расчетами.
- Баллистика? Ты?
- Я знаю.
Я попытался объяснить, но они
оказались довольно тупыми.
- Да уж.
- В любом случае, вероятно, ты по мне скучать не будешь.
Бытует расхожее мнение, что я
лишь плод твоего воображения.
Это не правда.
Там Рамануджан.
Ему не нравятся доказательства
не просто так, знаешь ли.
Они могут противоречить его формулам.
- Боже храни короля!
- Что ты имеешь в виду?
Я провел кое-какие изыскания
в его некоторых работах.
И что же ты обнаружил?
Может он и представитель
высшего мира, но он не бог.
Какое облегчение.
Он не бог.
Как же Джанаки теперь
сможет добраться сюда?
Не переживай. Говорят, к
рождеству война закончится.
Пожалуйста, закончите словами о
том, что я, конечно же приеду.
И пусть он не переживает из-за войны.
Она идет далеко отсюда.
И конечно я подожду пока он не сделает
все необходимые приготовления.
А ещё, что я очень его люблю.
Это всё.
Поставьте здесь вашу подпись.
Я знал вашего мужа.
Он проводил все своё время в храме.
Он все ещё там.
Амма?
Амма, прошу вас, вы
отправите ему это письмо?
Он должен знать, что я приеду
к нему несмотря на войну.
Амма, позвольте вам помочь.
- Где же все овощи?
- Введено нормирование для военных нужд.
И еще немного... Спасибо.
Вам писем нет.
Пожалуйста, проверьте еще раз?
Я уже перепроверила.
Не задерживайте очередь.
Мамочка забыла ему написать.
Смотрите, кто у нас здесь
- гениальный чурка!
Можете поверить, что нас отсылают,
пока он тут нежится в роскоши.
Куда пошел?
Маленький черномазый нахлебник.
Эй. Эй.
Я с тобой разговариваю.
Эй.
Это наш дом.
Не забывай об этом.
Победа любой ценой?
Победа для кого?
Я понимаю, неизбежно
любой кто заинтересован в мире,
будет непопулярен в военное время.
Но возможно, тем более
разумно нам существовать.
Послушайте, Послушайте.
Мистер Литтлвуд был очень добр,
предложив нам свое помещение.
Пока он вдали, решает запутанные
баллистические задачи,
для которых он так плохо подходит.
Я прошу держать руки подальше от моих книг.
Под книгами, само собой, он
подразумевал коллекцию виски.
Спасибо всем вам, за то, что пришли.
Будьте здоровы.
Огромное вам спасибо. Спасибо что пришли.
Проклятье!
...были очень быстрыми, а наши стояли
на совершенно неверных позициях.
Что это значит?
Я думал вы мудрее выбираете битвы.
В конце концов, Рамуджану позволено быть
здесь только благодаря доброй воле колледжа.
Черт побери! Какое дело Союзу
Демократического Контроля до Рамануджана?
Вы должны знать, что ваш дружок Рассел
вот-вот потеряет своё лекторство,
из-за листовок, которые он распространял.
Мы слышали, что он это делал не один.
Ты мне угрожаешь?
Мистер Ховард просто хочет просветить вас
о шаткости вашего положения.
Вы совершенно вольны поднять этот
вопрос на совете Колледжа.
Смею вас уверить, я так
и сделаю, из принципа.
Это весьма опасные слова,
учитывая ваших либеральных
французских коллег.
Перемены, Харди. Это то, чего ты хотел.
Теперь привыкай.
От мистера Литтлвуда, Сэр.
Если вы позволите сказать,
ему настолько не место на поле боя,
что, думаю я, пуля
не распознает в нем мишень.
Будь ты проклят, Литтлвуд.
Мой дорогой Гарольд, прости
меня за мой проступок.
Я отправляюсь на эту богопротивную войну,
и я не знаю, вернусь ли я с неё.
К счастью, в отличие от тебя, у меня есть
Господь, в котором я могу найти утешение.
Я хочу сказать о двух вещах.
Во-первых - работа
Рамануджана над простыми числами
несмотря на то что гениальна сама по себе,
абсолютно неверна.
Второе не столь прямолинейно.
В Рамануджане ты нашел
ни что иное, как чудо.
Он превосходит любое
определение гениальности,
которое я мог представить.
Забудь о Джакоби,
мы можем сравнить его с Ньютоном.
Я пришел к пониманию, что для Рамануджана
каждое положительное целое число
является одним из близких друзей.
И, наконец, ты тоже
несешь ответственность.
Ты должен приглядывать за ним,
и убедиться, что его
работа чего-то стоит.
Не позволь Ховарду и его шайке выиграть.
Как видишь, Харди, ты тоже ведешь войну.
Только не веди её с Рамануджаном.
Смотри
Он передал это чтобы ты сам ознакомился.
Твоя теорема простых чисел - неверна.
- Нет. Этого не может быть.
- Это довольно интересно, на самом деле.
Если ты сравнишь
аппроксимацию простых чисел
с их фактическим числом,
- о чём нам скажут расчеты?
- Оно всегда больше.
Даже тысяча? Даже миллион?
Миллиард миллионов?
Да?
- Где доказательство?
- Я отдал его вам. Оно все подтверждает.
Нет, ведь каким бы интуитивно
очевидным оно тебе не казалось
когда дело доходит до расчётов,
оказывается, что оно ошибочно.
Мистер Литтлвуд все пересчитал,
и доказал, что твоя теорема иногда
предсказывает значение меньшее,
а не большее,
чем фактическое количество простых чисел.
Твоя теорема ошибочна.
Вот почему мы больше не
можем публиковаться,
пока ты наконец не поверишь мне,
что доказательства необходимы.
- Твоя интуиция довела тебя только до этого момента.
- Остановитесь!
Я... Я больше не могу этого слышать.
Интуиция?
Вы говорите так, будто она ничто.
Это всё что она значит для вас?
Всё чем я являюсь?
Послушай, извини меня
Я... Я что-то упустил.
Вы... Вы даже не виделись со мной,
не говоря уж о том, чтобы узнать меня.
Вы... Вы человек без веры!
Я не вижу тут ни одной фотографии!
Нет даже семьи! Кто вы, мистер Харди?
Как ты смеешь?
Как ты смеешь судить меня?
Но вы тот, кто судит меня!
Неужели вы не видите?
Нет.
Честно говоря, не вижу.
Разве вы не знаете от чего мне пришлось
отказаться, чтобы оказаться здесь?
У меня нет ничего.
Вы хоть заметили синяки на моем лице?
Я женат, мистер Харди.
Наконец-то.
Рамануджан, это ты?
Мистер Харди.
Тебе нехорошо?
Ничего серьёзного.
Ты уверен?
Я сразу в библиотеку.
Веришь или нет,
если найдешь дорогу между кроватей,
там все еще можно обнаружить книги.
Доказательства что ты оставил...
Чудесные.
В самом деле чудесные.
Значит, мы опять начнем вместе работать?
Завтра утром?
- Да, Сэр.
- Хорошо.
- Моё почтение вашей прекрасной жене.
- Огромное вам спасибо.
Добрый день.
Мне очень жаль, сэр.
Он был прекрасным юношей.
- Лучшим... Лучший выпускник своего года.
- Они все были прекрасными юношами.
Все знания, которые они
получили в этих стенах.
Принесены в жертву ради
нескольких ярдов земли.
Они говорят, что такова цена победы.
Идём, Берти.
Я волнуюсь о Рамануджане.
Почему?
Он сам на себя не похож.
Что ты вообще знаешь о нём?
Очень немного, признаю.
Но я думаю ему плохо.
Кажется, он изменился.
У нас был ужасный скандал недавно ночью
об интуиции и всём таком,
и он выбежал из кабинета.
А на следующий день
он произвёл эти чудесные доказательства.
Что же, Гарольд. У тебя получилось.
Что ты имеешь в виду?
Ты и твоя проклятая строгость
наконец сломила его дух.
Я предупреждал тебя - позволь ему бежать.
Он не проклятый беговой конь.
Нет, не конь.
Но едва ли ты с ним обращался
как с человеческим существом, я полагаю.
Что же, думаю конь - это неплохое начало.
Майор, можно вас на пару слов?
У меня нет времени на тебя!
Разделения!
Это Рамануджан.
Какая наглость.
Какое безудержное высокомерие.
Он не сможет сделать это без вас.
Он не сможет это сделать вообще.
Я пробежался по твоей работе о разбиении.
Как по мне, ты стоишь на
пороге огромного прорыва.
Поскольку ты принял некоторую дисциплину,
я думаю тебе пора познакомится
с майором МакМахоном.
Он возглавляет отделение
комбинаторики в университете,
и, судя по всему, он один из
самых громких твоих оппонентов
Он утверждает, что проблему
разбиений решить невозможно.
Особенно кем-то вроде тебя.
Тогда ему лучше начинать считать.
Входите на свой собственный риск!
Я ждал вас.
Квадратный корень из 58,639? Сейчас!
242.
242, а дальше?
Запятая 1549090.
Детская игра. Испытай меня.
Давай.
То же число в квадрате.
3,438,532,321.
Выпорол тебя!
Комбинаторика, вот чем я занимаюсь.
Прославляю игру в кости.
Вы оба чертовски хладнокровны.
Вы провалились с простыми числами, и решили
что можете просто развернуться
и решить проблему разбиений.
Это проблема не может быть решена,
это я вам говорю.
Особенно тобой.
Может.
И я её решу.
Нет, это я её решу.
Вручную.
Медленным и мучительным сложением,
и вы сможете быть совершенно уверены
что формула, о которой вы оба мечтаете,
будет абсолютно неверна.
Тогда ты сможешь заползти обратно
под любой камень в Индии,
и заодно мы закончим
с твоими играми, Харди.
Итак, какое число мне надо разделить?
Разбиение 200 подойдёт.
Я действительно могу сделать это.
Что же, момент истины настал.
Разбиение 200.
Знаешь, однажды я был
дислоцирован в Мадрасе.
Да.
Ты первый.
Какой результат дала твоя формула?
3,972,998,000,000.
Господи.
Ты близок.
Погрешность 2%.
Будь я проклят.
Майор МакМахон,
разрешите представить мистера Рамануджана.
Как долго?
Три недели.
А жар?
- Ещё дольше.
- Вдох.
Вдох.
Диагноз неутешительный.
У тебя симптомы ранней стадии туберкулёза.
Мне жаль.
Ты плодородная почва для инфекции.
Мне так жаль, Рамануджан.
Харди не должен об этом узнать.
Беги! Беги!
Дирижабль!
Бежим, Рам!
Сюда!
Я наказан.
Это просто жар.
Он уже написал?
Нет.
Куда ты идешь?
Ты забыл меня.
Смотри, ты был прав.
Теорема Куши работает.
Она ведет к круговой концепции.
На 2000 это приведет нас к погрешности
менее 1% или около того.
И если N стремится к бесконечности
ошибки сходят к нулю.
Видишь? Ты начинаешь видеть
нюансы и сложности,
которые раньше тебе приходилось искать
с одного взгляда.
Какая невероятная команда
получилась из нас.
Если у нас получится решить проблему
разбиений это станет огромным прорывом.
Я уже говорил тебе...
что выдвинул тебя на соискание
звания члена ученого совета?
Мистер Харди,
спасибо.
Ты достаточно ешь?
Я имею в виду, что в курсе
о сокращении пайка,
но в Холле все еще достаточно
доброй еды.
Со мной все в порядке.
Ничего такого.
Позволь спросить тебя.
Как все это приходит тебе в голову?
Я не знаю.
Почему меня волнует собрание совета
с которого меня всё равно вышвырнут?
Если ты думаешь что я проголосую
за членство этого шарлатана,
ты сильно заблуждаешься.
Пожалуйста, скажи мне что не выдвигал его.
Он решит проблему разбиений.
Он заслуживает этого.
Ты тот, кто советовал мне позволить ему
скакать как проклятой беговой лошади.
Я и позволил.
А сейчас... Мне нужно ободрить его.
Ты хочешь сказать, что тебе как-то
нужно избавиться от собственной вины.
В самом деле, для кого-то настолько умного
ты бываешь ужасно туп.
По вопросу о членстве в
ученом совете Сринивасы Рамануджана.
Прошу вас проголосовать.
Мне очень жаль, что
тревожу тебя так поздно.
Я чувствую, что это я должен тебе сказать.
Мне очень стыдно за себя
и за колледж.
Но тебе отказано в членстве.
Спасибо что сказали мне.
Я знаю, что вы сделали всё,
что было в ваших силах.
Больше перевязочного материала!
Кто-нибудь может подойти сюда, пожалуйста?
Сестра!
- Сестра!
- Тише, дышите.
Рамануджан?
Сестра! Сестра!
Мне разбудить его?
Нет.
Он придет, когда будет готов.
Извините, доктор. Этот джентльмен
ищет студента из индии.
Да.
Он пришел вчера ночью.
Не в своём уме.
Ужасный жар.
Он был здесь.
Ваше состояние ухудшилось.
Возможно вы долго не протянете.
Вам надо устроить все ваши дела.
У вас есть родственники здесь?
Хоть кто-нибудь?
Нет!
Сэр, что-то случилось в Лондоне.
Вызовешь мне такси?
Ему очень повезло с поездом.
Машинист заметил его до того,
как он прыгнул.
Опасность представляют его легкие.
Да, иногда он ужасно кашлял.
Это не кашель.
У него запущенный туберкулёз.
Но... Неужели мы ничего не можем сделать?
Молитесь.
Для этого потребуется чудо.
Мистер Харди.
Простите меня за все неприятности,
что я доставил.
Ты меня сильно напугал.
Я такого себе напридумывал.
Моя жена забыла меня.
У меня нет никого.
Я понимаю, что ты можешь
так себя чувствовать,
но ты должен был мне сказать.
Я мог помочь.
Знаешь, так же легко
это мог быть я.
Что же, я рад что этого не случилось.
У тебя достаточно
неприятностей с Рамануджаном.
Я буду вспоминать о вас обоих.
Куда отправишься?
Поеду в Оксфорд.
И буду ждать пока они
начнут умолять меня вернуться.
До свидания, Харольд.
Пока Берти.
Жаль только он не забирает Харди с собой.
Я всё ещё не вижу его
проклятого вклада.
Я говорил с майором МакМахоном.
Похоже Рамануджан на пороге
существенного открытия.
Именно. Разбиения.
Это невозможно.
Скоро увидим.
Господи, тут как в морозилке?
Тебе тепло?
Попробуйте поспать.
Я иду к тем трубам
чтобы не окоченеть.
Всем было бы лучше, если бы
поезд закончил свою работу.
Ага, и ты бы переродился в
голубиное дерьмо.
Прости, я не способен быть лучшим другом
для тебя в традиционном смысле.
Я знаю, что ты нуждаешься в нём,
но я в этом не очень хорош.
И никогда не был хорош.
Жизнь для меня...
всегда была математикой.
Вы хотели узнать, как мне приходят идеи.
Мой Бог.
Намагири.
Она говорит со мной.
Кладёт формулы мне на язык пока я сплю,
или, иногда, во время молитвы.
Вы верите мне?
Потому что если вы мой друг,
то вы знаете что я говорю правду.
Если вы действительно мой друг.
Но я не верю в бога.
Я не верю ни во что, что не могу доказать.
Значит вы не можете поверить в меня.
Неужели вы не видите?
Уравнение для меня бессмысленно
если оно не выражает божественную мысль.
Возможно нам лучше остановить этот разговор,
и всем остаться при своём мнении.
Когда я учился в школе,
помню один из капелланов сказал -
"Ты знаешь, что бог существует,
поскольку он подобен воздушному змею,
"ты можешь почувствовать натяжение на леске
и понять, что он там наверху."
Я спросил - "Что если наверху нет ветра
и змей не сможет лететь?"
Нет, я не могу поверить в бога.
Я не верю в древнюю мудрость Востока,
но я верю в тебя.
Спасибо.
Я очень хочу закончить то, что мы начали.
Хорошо.
Я принес тебе некоторые расчёты,
на случай если ты почувствуешь себя лучше.
И затем я отправлюсь домой.
Домой?
Как только смогу.
Или, если я умру, вы должны пообещать мне
что доставите моё тело домой.
Ты не умрешь.
Тебе пришло письмо.
Я оставлю тебя в покое.
Постарайся выполнять предписания доктора,
хоть это не в твоём характере.
Я никогда не пойму, почему
ты решил оставить меня.
Хотя бы одного письма в ответ
на все те многочисленные письма что я
отправила тебе, было бы достаточно.
Я переезжаю к брату и его семье,
там я и останусь.
Это прощальное письмо.
- Что случилось?
- Я не знаю, он ужасный пациент.
Не верит в медицину,
ничего не ест.
Только молится своей Намагири.
Я бы тоже молился если бы вы были
моим врачом. А я чертов атеист.
- Это моя вина.
- Да, возможно.
Мы в пределах погрешности 0,004
Эта работа не может умереть
со мной, мистер Харди.
Ты не умрешь.
Если эта работа верна,
ты действительно можешь многое изменить.
У меня есть доказательство.
О Господи.
Он сделал это, он действительно сделал это.
Он должен стать членом ученого совета.
Будь реалистом, Харди
Он просто опять провалится.
С твоей помощью - нет.
Кроме того, есть еще один путь.
Если бы он был...
Если бы он был членом
Королевского Ученого Совета...
Королевского Ученого Совета?
Он индус!
МакМахон, послушай меня.
Ему это действительно нужно.
Проследи чтобы лейтенант Литтлвуд
получил это письмо.
Литтлвуд? Но как его найти?
Мистер Хобсон, Мистер
Бэйкер, к вам посетитель,
который хочет поговорить с вами
о мистере Рамануджане.
Джентльмен.
Тринити-колледж отказал ему.
Я просто хочу дать ему ещё
один шанс.
Взгляните на его достоинства.
Как хотите, но, я думаю, вы обнаружите
что результат будет таким же.
- Харди.
- Доброе утро.
Во что ты опять себя втянул?
Джон.
Хорошо что ты приехал.
Не пропустил бы этого ни за что на свете.
Итак, мы видим работу о разбиениях,
и колоссальный прорыв,
который она знаменует.
Всего этого, напомню вам,
добился человек чьи ограниченные знания,
когда я встретил его
поражали своей глубиной.
Мнения могут различаться,
как о важности работы Рамануджана
или о влиянии, которое она может, или не может
оказаться на работы математиков будущего.
Но безусловно она показывает
его глубину и невероятную оригинальность.
Мистер Литтлвуд, однажды сказал мне,
"Для Рамануджана каждое положительное целое
число является одним из близких друзей."
Я верю, что так и есть.
Он говорил мне что уравнение
для него бессмысленно,
если не выражает божественную мысль.
Несмотря на то что всё во мне
противоречит этому утверждению,
возможно он прав.
Может это и не совсем наше представление
о чистой математике?
Мы всего лишь исследователи бесконечности
в погоне за абсолютным совершенством.
Мы не создаём эти формулы,
они уже существуют.
Они лежат где-то там и ждут, когда самые
гениальные умы, подобные Рамануджану
их найдут и докажут.
Наконец, я должен настоять -
кто мы такие, чтобы
сомневаться в Рамануджане,
не говоря уж о боге?
Спасибо.
Уже достаточно плохо, что это шарлатан
тратит наше время
так теперь Харди вытащил
единственного человека,
который его поддержит из траншей.
Нет, хватит уже этого...
Рамануджина.
Литтлвуд не единственный.
Я думаю это один из самых лучших умов,
что я видел в жизни.
И его имя Рамануджан.
Харди?
Я член королевского научного сообщества.
Он мне написал.
Джанаки,
если бы ты уехала к нему,
он бы никогда не вернулся.
Ты действительно отправишься домой?
Война окончена. Время пришло.
Что же, теперь, когда ты член королевского
научного общества, они тобой будут гордиться.
- Я так сильно вам обязан.
- Нет, нет, нет.
Это я обязан тебе.
Пойдём. Пойдём по траве, а то опоздаешь.
Но, Сэр, я не могу.
Я не состою в ученом совете здесь.
Ты уверен в этом?
Ты же член королевского совета,
что ни могут тебе сказать?
Повторяйте за мной.
"Я, Сринивас Рамануджан,
"избран членом ученого
совета Тринити-колледжа..."
Я, Сринивас Рамануджан,
избран членом ученого
совета Тринити-колледжа...
Простите за опоздание.
Чертов таксист заблудился.
Должен был догадаться по его номеру.
- И что это за номер?
- Крайне глупый.
- 1729.
- Нет, Харди.
Это очень интересное число.
Это наименьшее число, представимое
через сумму двух кубов
двумя способами.
Твоя семья знает что ты едешь?
- Не только она.
- Я даже не знаю получила ли она моё письмо.
Я... Я... Я не очень разбираюсь
в подобных делах, но...
Вот что я скажу.
Нет ни доказательств, ни законов
которые могут решить сердечные вопросы.
В этом я уверен.
Возможно, когда мы встретимся снова
вы будете решать свои сердечные вопросы.
Возможно.
Я буду скучать по тебе, друг мой.
Я буду скучать по тебе.
Итак, я хочу получать от тебя письмо
о каждой твоей новой работе, еженедельно.
И возвращайся через год.
Я обещаю.
Вам письмо, Сэр.
Спасибо.
Из Индии.
Наконец-то.
Он возвращается, Сэр?
Тяжело выразить словами
Как сильно я обязан Рамануджану.
Его оригинальность была
постоянным источником предложений,
с тех пор как я впервые встретил его.
И его кончина,
один из сильнейших ударов
что я испытал.
Но теперь я говорю себе, когда подавлен,
и вынужден слушать надоедливых
и помпезных людей:
"Что же, я делаю то,
чего бы ты никогда не смог."
"Я сотрудничал с обоими -
Литтлвудом и Рамануджаном"
"на равных условиях."
Давай на этом.
Что?
1729.
Не вижу в нём ничего особенного.
Как и я в первый раз.
В 1976 году была обнаружена "потерянная тетрадь" с невероятными
формулами, записанными в последний год жизни Рамануджана,
По важности, эти записи можно
сравнимы с 10 симфонией Бетховена.
Спустя век, эти формулы используют
для понимания поведения черных дыр.
Болезнь Рамануждана вернулась во время его путешествия обратно в
Индию. Проведя год со своей женой, Джанаки, он умер в возрасте 32 лет.
По индийской традиции, Джанаки
никогда больше не была замужем.
Харди и Литтлвуд продолжили сотрудничество.
Которое длилось до конца из жизней.
Их невероятные достижения за пять лет совместной работы
вдохновили и оказали влияние на поколения математиков.
 

////////////////////////////