Москва слезам не верит (1980 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Владимир Меньшов

Все фразы и цитаты

1 серия - 2 серия

- Кать! Чего, завалила?
- Ага. Два балла не добрала.
Слушай, Кать, а списки-то видела?
- Конечно, видела.
- Ну и чо, и нету? - Нету.
Борисенко, к тебе пришли!
Ну ничего, поработаешь, позанимаешься,
и уж тогда на следующий год обязательно...
О-о, какие люди и без охраны.
- Не расстраивайся ты, Катерина.
- Я не расстраиваюсь.
Не расстраиваюсь...два балла,
надо же, два балла а?
- Я все равно поступлю.
- Ну. А кто спорит?
В институты до 35 лет принимают -
у тебя еще уйма попыток.
Ты хоть бы клубнику с себя сняла,
а то сейчас Коля придет.
Мы с ним сегодня в концерт идем.
-"В концерт", тетеха, 2 года в Москве живешь.
- Ой, нельзя, нельзя.
- Можно, можно, войдите.
- Здрас...те.
- Добрый вечер.
- Что это в Вами?
- А это Вы меня в краску вогнали.
- Куда Вы?
- Изви...ните.
Что ж ты его пугаешь-то?
Он у меня такой скромный.
Да, интеллектом, явно не изуродован.
И стоило тебе в Москву ехать,
такого ты и в деревне себе могла бы найти.
Ну, ты чо испугался-то? Это маска
из клубники для цвета лица. Понял?
- Имейте в виду, в 1 2 дверь на засов.
- Да мы раньше, мы в концерт идем.
- Э-эх, "в концерт", тоже, москвич
называется. - А чо?
Общежитие слушает.
Какую Людмилу? Здесь Людмил много.
Ах, Вам Людмилочку?
Сейчас, она, знаете, ванную принимает.
Минуточку!
Свиридова, Люда, скорей к телефону!
Ой, вы слушаете? Минуточку, она уже
вытирается...
Я сказала, что ты в ванной.
Я слушаю. Кто, Вадик? Как же помню.
Какое общежитие?
А, это у нас бабушка шутит.
К нам вчера гости из Новосибирска
приехали, так она нашу квартиру
общежитием стала называть.
Да, да, прямо все в Москву лезут,
будто она резиновая.
У-у, сегодня не могу, сегодня у папы
день рождения. Завтра? Хорошо.
Я сама позвоню вам завтра, а то я весь
день в институте буду. Ага. Ну, чао!
- Общежитие... - Откуда же я знала?
- Вы можете говорить просто "Хэлло".
Как? Сейчас запишу.
"Судьба, как ракета, летит по параболе,
обычно во мраке и режет по радуге.
"Жил огненно-рыжий художник Гоген.
Богема...А в прошлом торговый агент.
"Чтоб в Лувр королевский попасть
из Монмартра
"Он дал кругаля через Яву с Суматрой
несся, забыв сумасшествие денег,
"кудахтанье жен и дерьмо академии
он преодолел..."
Ничего не поняла.
А толку-то? Пять лет над учебниками
горбатишься, чтобы потом за тысячу
рублей на заводе вкалывать.
Нет, это не жизнь.
Ну вот, у Тони - не жизнь и у меня -
не жизнь. Ну, что тогда жизнь-то?
Прекратите обниматься. Вы что, забыли,
что находитесь в общественном месте?
Наука какая-то скучная, химия, одни
только формулы. Фу...
Ничего ты не понимаешь. Химия -
это будущее человечества.
Будущее? Ты лучше о настоящем
подумай.
- Слышь, девчонки, может сейчас...
- Давай, давай, топай.
- Чо это ты так? Ребята, вроде, ничего.
- Лимитчики, вроде нас с тобой.
Нет. Полюбить - так королеву,
проиграть - так миллион.
Видела, какой мех? Да?
- Ой, обожаю! Конюхова!
- Где?
- Вот это жизнь, вот это счастье!
Поняла? - Юматов...
- Привет.
- Привет.
- А ты чего здесь торчишь?
- Нина обещала вынести пропуск.
Что ж ты мне не позвонил? Сейчас
что-нибудь придумаем, подожди.
- А вы что, тоже артист, да?
- Да, начинающий. - Поздновато начинаете.
- А как Ваша фамилия?
- Моя фамилия вам ни о чем не говорит.
- Ну, все-таки, скажите, пожалуйста, а?
- Смоктуновский. Но, что?
Ой!... Харитонов!
- Сама что ли разобралась?
- А что ж, наладчиков что ли ваших ждать?
С наладчиками сейчас туго.
Молодец. Молодец.
Тось, мать сказала, чтоб ты в воскресенье
к нам на дачу приехала.
Тось? Ты чего молчишь-то?
- А может не надо, Коль?
- Почему это не надо?
Да боится она.
- Чего бояться-то?
- Страшно.
Ну, возьми на первый раз девчонок,
веселее будет. Да и им полезно подышать.
Свиридова, минуточку. Ты думаешь
платить профсоюзные взносы?
- Сколько можно за тобой ходить?
- Ну, отстань ты от нее, пожалуйста.
Свиридова, успокой ты мою нервную
систему? Скажи, когда наконец заплатишь?
Ну, что мне на колени перед
тобой встать?
Ой, уморилась я сегодня.
- Люд, ты скоро?
- Сейчас.
- Люд, ты идешь, нет?
- Я готова.
Хорошенькая, не могу...
- Люд, ты куда?
- Спешу, спешу.
Куда это она побежала?
Зря стараешься, она с нами
никогда не ездит.
- А что Вы читаете?
- Книжку.
- Интересно?
- Очень.
- А как называется?
-"Три товарища". Нет, не читал.
- Странно. Сейчас вся Москва читает.
- Ну, ведь это Москва...
- А Вы что не москвич?
- Нет, теперь почти что.
Хэлло... Общежитие слушает.
Кого? Людмилу.
Да. Кто? Рудольф с телевидения?
Как же, помню, помню.
У нас бабушка шутит. К нам сейчас
гости из Риги приехали,
она нашу квартиру общежитием стала
называть.
Нет, сегодня не могу.
Мы сегодня всей семьей на дачу едем.
- По какой дороге?
- По асфальтированной.
А я даже не знаю по какой дороге.
Нас шофер туда все время возит.
Ну, ладно, Рудик. Сейчас не могу
говорить. Меня папа ждет. Чао.
Ну и побрякушка ты.
Не учи меня жить, лучше помоги
материально.
Да, я вижу ты жених-то завидный,
машина, дача.
Если бы я знала, ты бы не Антонину в гости
вез. -Успокойся, ты не в моем вкусе...
А дача так - название одно.
Просто садовый участок. - Да?
Это нам не подходит. Поворачивай назад.
- Да что ты ее пугаешь?
Не трусь, Тоня. Это еще неизвестно, кто
кому сейчас смотрины устроит.
Ну чего встали-то?
Пошли.
- Познакомьтесь. - Людмила.
- Очень приятно. - Катерина.
- Это Тося.
- Здравствуйте.
В тридцать третьем году она на
"Красную швею" поступала.
Один сундучок, представляешь?
Не надо, мать, не мешай. У нас свой
мужской разговор.
- У меня сейчас в месяц 850 выходит.
- Да это мы тебе поможем. Что ты.
- Через два месяца у меня будет
шестой разряд.
Разойдись, разойдись.
Смородинка с прошлого года прижилась.
Это я сейчас посадил.
Вот клубничка, крыжовничек, а тут
у нас все антоновка будет. Как считаешь?
Хорошо. А там надо зелень посадить,
чтоб потом с грядки прямо на стол.
- Хорошо.
- Ничего хорошего.
- Почему?
- Гляжу я на них, такая тоска меня берет.
Сами себе дуры хомут на шею
надеваем.
Все заранее известно: сначала будут
копить на телевизор, потом холодильник купят.
Все как в Госплане на 20 лет вперед
расписано. Глухо, как в танке.
- А что в этом плохого?
- А хорошего что?
Пойми, главное - мы в Москве живем.
А Москва - это большая лотерея.
Здесь можно все выиграть.
Здесь живут дипломаты, художники,
внешторговцы, артисты, поэты и
практически все они мужчины...
А мы женщины.
- А мы-то им зачем нужны? У них свои есть.
- А мы не хуже ихних.
А потом, где ты этих артистов встретишь?
Они ж на хлебозаводе не работают.
Ты смотришь в самый корень.
Главный вопрос - где найти?
Но эта проблема разрешима.
Девчата, меняйте белье,
тетя Наташа уходит.
- Есть горячая вода?
- Отключили, холодной домывались.
А, все спишь, соня?
Так всю жизнь проспишь.
Ну, что ты в такую рань подняла,
воскресенье же.
- А Тоня где? - Уехала с Николаем на дачу.
- О, все, засосало мещанское болото.
- А ты куда собралась?
- К родственникам. Они просили зайти.
- Какие родственники?
- Дядя Леша.
Ну, профессор. Он маме какой-то
брат троюродный, что ли...
Я тебе рассказывала, я еще у них
неделю жила, когда в Москву приехала.
Ну, а потом куда?
- Потом в Третьяковскую галерею.
Ай, вот учу тебя, учу - толку на грамма.
Ведь в Третьяковке одни командировочные.
И гости столицы.
Я ж на картины иду смотреть,
а не на людей.
А я в научный зал Ленинской
библиотеки пропуск достала. - Зачем?
- Представляешь, какой там контингент?
Академики, доктора, философы.
- Ну и что? Будешь смотреть, как
они читают?
Много ты понимаешь, там еще
курилка есть
Алло, Машенька, ты? У меня для тебя
сюрприз есть, да. Придешь, узнаешь.
Ну так повезло - достал 2 билета на Вана
Клиберна. В Лужниках... Да, вместе...
Спасибо.
Все-таки несерьезный народ, эти
мужики.
Посмотришь, вроде солидный человек.
Я ему черте что плету, такую лапшу вешаю,
а он ничего, главное себе - слушает,
кивает, поддакивает.
- Хочешь, завтра вместе туда пойдем?
- А я завтра переезжаю. - Как?
А дядя Леша на юг уезжает, на целый
месяц, просили за квартирой последить.
На работу теперь 2 часа добираться,
да неудобно было отказаться.
Отказаться? Ты что, с ума сошла?
А где они живут?
- На площади Восстания.
- В высотном? Завтра переезжаем вместе.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Мы к Тихомировым.
Ой, подождите, не нажимайте,
не нажимайте!
Так, Катерина, тут у меня крупа, тут -
пшено, а здесь горох.
- Не волнуйтесь, тете Рита, я все найду.
- Ну хорошо, делай все, что тебе понадобится.
Чапочка, мой хорошенький, чувствуешь,
что расстаюсь.
Ну вот, пожалуйста, полчаса осталось,
а его все нет и нет.
Леша, ну что ж ты себе думаешь,
я ж волнуюсь.
Машина ждет внизу. А все Богомолов
со своей дурацкой теорией. - Ну?
Ну что - пришлось брать слово, выходить
на трибуну и битых два часа доказывать.
- Катя, здравствуй! Как дела, что мама
пишет? - Все нормально.
Сели, сели... Примета.
Насчет лекарства договорился.
Как только приеду из отпуска, сразу вышлю.
- Встали, встали. Что ты ревешь?
- Чапу жалко.
Вроде ничего не забыла. Цветы поливай,
почту складывай на письменный стол.
Чапу прогуливай утром и вечером.
Он любит в пять утра, пораньше.
- А про меня, про меня--то...
- А можно Людмила со мной поживет?
- Людмила... А она аккуратная?
- Очень аккуратная. - Хорошо, живите.
Гена? Попросите, пожалуйста, Гену.
А это ты, я тебя чего-то не узнала.
Слушай, нам неожиданно номер
телефона изменили. Записывай:
Здравствуйте. Ну-ка, ребята,
поздоровайтесь с Чапочкой.
Предки в Сочи укатили, так что,
да здравствует свобода!
Адрес записал? Ну, ладно, Сережа, чао!
- Завтра устраиваем прием.
- Здесь?
Нет, в общаге их соберем.
Контингент железный: кандидат наук, поэт,
спортсмен, телевизионщик, пара инженеров.
- И они придут?
- Прибегут.
Только одно условие: мы дочери
профессора Тихомирова.
Я - старшая, ты - младшая.
Я учусь в медицинском,
специализируюсь по психиатрии,
ты - в своем химико-технологическом.
- А это зачем?
насколько я знаю, мужчины предпочитают
женщин интеллигентных профессий.
Например, врач - ручки чистые,
в случае чего, всю семью вылечит.
Или учительница музыки. Звучит!
И приличные деньги можно заработать!
Шикарная профессия художник-модельер,
но здесь без подготовки не справиться.
А как психиатр, справишься?
А что я зря, что ли целый год
санитаркой в психбольнице работала?
Пойми, главное вызвать первоначальный
интерес к себе. - Но потом все откроется.
Не боись, все продумано.
Во-первых, я могу поссориться с папочкой
и переселиться к мужу. Езжу на работу,
а он пусть думает, что я еду в институт.
Так годик потянуть можно.
Потом рожаю ему ребенка, сижу дома.
Какая разница, где я когда-то работала.
Ну, а когда он все узнает - поздно:
ко мне привык, ребенка обожает,
без меня жизни не представляет, да
еще и прощения просить будет
- За что?
- Ну, к тому времени найдется за что.
- Согласна?
- Да ты что, это же ерунда какая-то.
Кать, ну для меня сделай,
ну, так вот нужно, ну, Катя.
Нет, ну, ты понимаешь, не нравится
мне это.
- Ну, хорошо, тогда скажу, что ты моя
домработница. - Здравствуйте!
Скучный ты человек, Катя, ну можешь
хоть один раз рискнуть, интересно же.
Ну какая я профессорская дочка?
Не видно по мне что ли?
Ты не права, Катя, человека выдают
два обстоятельства:
если он неправильно ставит ударение в
словах - с этим у тебя все в порядке,
и задает глупые вопросы.
- А если меня о чем-нибудь спросят, и ляпну?
И ляпай, но ляпай уверенно.
Это называется точка зрения.
- Вот я, грубовата, правда? А у них это
называется эксцентричностью. На том стою.
Сколько не притворяйся, лучше, чем есть -
не станешь. Не хочу врать.
- Моя младшая сестра.
- Приятно, весьма...
- Катя.
- Антон.
А по отчеству?
Для Вас - просто Антон, отчество я
приберегаю для подчиненных.
Товарищи, знакомьтесь, новый гость.
- Круглов, зам.начальника главка.
- Сережа.
- Перов.
- Круглов.
Эдуард Васильевич Озерянский,
инженер-испытатель. - Круглов.
Этот, который пониже, со значком,
кандидат технических наук.
- Моя доля.
- Не надо.
Выкладывайте, выкладывайте, Антон.
Ох, простите, пардон.
Антон, отнесите, пожалуйста, все
в комнату.
Извините за опоздание, задержался
на передаче. - Все понимаю.
- Знакомьтесь, моя младшая сестра.
- Очень приятно.
- Катя.
- Рудольф.
Не могу с Вами согласиться. Как раз
поэзия сейчас на подъеме.
Очень интересные ребята появляются.
Женя Евтушенко, например.
- Кто, кто, Евтушенко?
- Не читали. Вот видите.
Очень обещающий парень. Но дальше
всех, я думаю, Роберт пойдет.
Рождественский. Не слышали?
Есть в нем какая-то сила, дух бунтарский.
- Да, бунтарей сейчас развелось.
Хлебом их не корми, дай только
старшее поколение покритиковать.
Сейчас легко рассуждать, а посмотрел
бы я на них в наши времена.
Уж мы бы не молчали.
Сережа, я смотрю у Вас рюмка совсем
не тронута, так нечестно. - Нельзя мне.
- Больны? - Ну, почему больны?
Тренер не одобряет, спортивный режим.
- Позвольте, Вы Гурин, да?
- Гурин.
А я сижу и мучаюсь, ну откуда мне Ваше
лицо знакомо?
Слушайте, я же несколько раз
передачи вел с ваших матчей.
Мы будем гордиться, что сидим за одним
столом с самим Гуриным. - Ладно Вам.
Да что Вы скромничаете? Я же читал, что
про Вас шведы писали.
Я предлагаю выпить за великого
хоккеиста Гурина! - Спасибо.
Ну одну-то рюмочку за себя можно?
- Нет, спасибо вам за хорошие слова,
не люблю я, да и нельзя нам. Сухой закон.
- А Вы давно на телевидении работаете?
- Два года.
Вы знаете, со временем телевидение
перевернет жизнь всего человечества.
Ничего не будет: ни кино, ни театра,
ни книг, ни газет - одно сплошное телевидение.
Ну, это Вы что-то разгорячились.
Театр - тут я согласен, действительно
скоро отомрет, но книги, кино!
- Вспомните мои слова через 20 лет.
- Через 20 лет вообще все по-другому будет.
Не так-то уж это и много - 20 лет.
Ну, через 20 лет я уж старушкой буду.
- Это Вы теперь так думаете.
Поверьте, в 40 лет Вам будет казаться,
что вот теперь только и начинается жизнь.
- А что Вы заканчивали?
- А кончать пока еще было нечего.
Никто не готовит таких специалистов,
но со временем у нас будет все.
Сережа, какой Вы неповоротливый.
Ну, как там в Швеции?
Да мы эту заграницу только из окна
автобуса и видим, все время игры.
Оно еще у самых истоков, но ему
принадлежит будущее.
- Кстати, Вы были на телецентре?
- Конечно, не была.
- Хотите? - Очень. А как?
- Я закажу Вам пропуск.
"Чтоб снести старинный дом
динамита грянул гром.
Не взорвался старый дом,
рухнул новый за углом".
- Сёмотри, Катерина! - Где?
- Ой, вон, в телевизоре. - Ой, точно.
- Ой, какая симпатичная.
- Ой, мама.
- Но вы почему-то с ней совсем не похожи.
- А я что, несимпатичная?
Да не, я в другом смысле...
В смысле: вы разные.
Никогда не делайте больше этого,
Сережа.
Почему?
Вы знаменитость, привыкли, что Вам
девушки сами на шею вешаются,
а я не такая.
- Ну, при чем тут знаменитость?
А я, если хочешь знать, за всю жизнь
только с одной девчонкой и дружил.
- Вот видишь.
- Люсь, это еще в школе было.
Не надо, Сережа.
Вам же все равно кого обнимать.
Для меня это очень серьезно.
Для меня тоже.
Витя, Витя, не так громко. Не напрягай
кисть, пожалуйста.
О, это Рудик, когда ему был годик.
Вот это мой муж. Простите.
Тесновато у нас конечно.
- Почему? По-моему прекрасная квартира.
Вот у Вас, Рудик рассказывал, квартира
действительно прекрасная.
А вот это мы на отдыхе все.
А Вы, где этим летом, в Крыму отдыхали?
Говорят, этим летом было холодно там?
- Да? А, вообще да.
- Ну, не то, чтобы...
- Ну, не так как обычно. - Да.
Мама, ты уж совсем заговорила Катю.
Ну, прошу к столу.
Витя, только туда. Во, правильно.
Так, я Вам положу салатика, можно?
Вот это язычок вареный.
Мама, тебе шампанского?
Кате... шампанское.
Так.
Там тебе квасок приготовлен.
Витя пьет квас.
Ну, что, как говорится, за знакомство!
Я уверена, что оно перейдет
в крепкую дружбу.
Витя, для рыбы есть специальный нож.
- Я забыл, какой?
Остолоп, все утро тебя учила.
Что подумает про тебя наша гостья?
- Позвольте Вам осетринки положу.
- Нет! Мне рыбы нельзя.
У меня от нее аллергия.
Да, судороги начинаются.
Что Вы говорите?
И вообще, я когда к Вам шла, я пообедала,
так что вообще ничего есть не хочу.
Чего так поздно? Давай подключайся.
Хозяева телеграмму прислали.
Послезавтра приезжают.
Что значит интеллигентные люди -
заранее предупреждают.
- Чего ж теперь будет-то?
- Не боись, все продумано.
Сережа, ну вот хорошо, что ты позвонил.
Вечером. Само собой, на Арбате.
Понимаешь, у нас послезавтра
телефон снимают.
Ну, говорят в связи с
государственной необходимостью.
Ну, ничего, теперь я сама тебе буду
звонить. Ну, до вечера. Чао!
Все. Надоело это вранье бесконечное.
Завтра Рудик придет, я ему все расскажу.
- Кать, а вдруг он Сереже все расскажет?
- Пусть рассказывает, не могу я так больше
Ну, Катенька, ну, потерпи еще
немножечко.
Это шампанское такое пьяное,
оказывается. - Аристократы пили.
За тебя!
- И за тебя.
- Потанцуем?
- Давай.
Черт.
Катя, ...что-то свет глаза режет.
Ну, не надо, Рудик, пожалуйста, не надо,
Рудик, не надо...
- До свидания.
- Никак уезжаешь, Кать?
А кто же с Чапой гулять будет?
- Хозяйка.
А мы еще вернемся.
Вот Рудик говорит, что на Западе все
торжественные события в ресторане отмечают.
Ну, разве в ресторане вкусно накормят?
Тоня, а вы телевизор будете покупать?
Обязательно. Вот мебель осилим и купим.
Какой еще телевизор? Делать вам нечего.
Мой тебе совет, вы с телевизора начните,
главным образом надо телевизор купить.
Наш век - это сплошное телевидение,
понимаешь, телевизор заменит все.
Огурчики у Вас замечательные. Я сегодня
вообще весь вечер только соленое ем.
И давно это тебя так на солененькое
потянуло? - Не очень.
Слышишь, Кать, ты давай не финти.
Чего, было что-нибудь?
- Ты про что?
- Сама знаешь про что.
- Да.
- Ой, когда?
- Давно. Еще на той квартире.
- Так ты что? Три месяца?
- А он знает? - Нет.
- Ну, так чего не скажешь-то?
А про остальное как скажу?
Совсем завралась, запуталась.
- Пусть сначала женится, потом все сама
расскажешь. - Если любит, простит.
Нет, девочки. Не хочу я начинать
семью с обмана. Противно.
Горько! Горько! Горько!
Ну, подожди.
Горько!
За молодых выпить - это святое дело!
Горько!
Девчонки, надо что-то делать.
Кать! Там Михалыч тебя спрашивал.
Два раза уже посылал.
Вот она. Это очень перспективная
девушка. Инженерная хватка.
Так. Косынку надо заменить.
А ну-ка, пройдитесь.
Это режиссер. На всю страну тебя прославят.
Некогда мне, у меня четвертая
линия простаивает.
Только Вам придется сказать несколько
слов. - Я не знаю, что говорить.
Это не страшно. Вот примерные ответы,
а вопросы Вам будет задавать Людочка.
Учи слова.
- Тебе что, плохо?
- Да, мне плохо.
- Ты что?
- Я не могу выступать, мне плохо.
...Рудик, у тебя все готово? Так...
Мы с вами находимся в цехах...
этого знаменитого завода.
Это Катя Тихомирова, которая работает
слесарем-наладчиком.
Вы сами могли убедиться, какие сложные
станки на заводе,
Катя может определить и устранить
любую неполадку. Да? - Да, вообще я могу.
- Катя, Вы ведь работали штамповщицей?
- Работала.
Значит Вам не нравится механическая
работа. Вы хотите работать творчески?
Вы сознательно перешли в наладчики?
Да, нет. Никакой особенной
сознательности не было,
просто меня попросил Михалыч,
ой, извините, товарищ Леднев!
Он наш начальник цеха, хороший человек.
Он меня попросил, я и пошла.
А вообще-то, здесь какая-то недоработка.
В наладчики не хотят идти - платят мало.
- Что ты такое говоришь?
- А чего, надо нормы пересматривать.
За квалифицированную работу
надо платить соответственно.
Катя, а какая у Вас мечта? Вы, наверное
собираетесь учиться,
чтобы вернуться на свой завод
инженером?
Вообще, я собираюсь учиться дальше.
Но сюда я вряд ли вернусь,
только, если не поступлю,
потому что я... я собираюсь поступать
в химико-технологический.
Привет. А интересная у нас с тобой
встреча получилась.
Правда интересная.
- А ты, оказывается, героиня труда.
- А тебя в этом что-нибудь не устраивает?
Я даже польщен. Ну, пока.
Катя, ну что ты все лежишь?
Пошла б погуляла. Погода какая хорошая.
Знаешь, я сегодня Сереже всю
правду сказала.
- А он что?
- А он обрадовался. Говорит, боялся, что
папочка-профессор за него замуж не пустит.
Мы уж и заявление сегодня подали.
- Поздравляю.
Катя, ты прости меня, а? Это я, дура, тебя
с толку сбила. У меня все в порядке, а ты..
Перестань. Я сама во всем виновата,
сама и отвечать буду.
Ну нет, уж отвечать будут те, кому
положено.
Хорошие дела. А я-то чем могу помочь?
Понимаешь, я уже была в больнице,
врачи говорят, что поздно, отказываются,
поэтому, может быть, у твоей мамы
есть какие-нибудь знакомые, ну, ты понимаешь...
Не хватает еще маму сюда впутывать.
- Что мне делать?
- Надо было раньше думать.
Тебе тоже надо было раньше думать.
Ну, знаешь что, ты хоть из меня
отрицательного героя-то не делай,
я и так себя, как в пьесе какой, чувствую.
Она ждет ребенка, а он не хочет,
он подлец, а она святая, только у нас
с тобой другая ситуация - ты меня обманула.
Разбитую чашку, не склеишь, так давай
расстанемся по-хорошему.
Наверно и правда, я все это заслужила.
У меня только одна просьба:
помоги найти врача.
Ты опять, ну где я тебе его найду?
Это же ваши женские дела.
Что я могу сделать?
Сходи на завод, в поликлинику, они же
обязаны следить за здоровьем трудящихся.
У нас, кстати, самое лучшее медицинское
обслуживание в мире.
Я на передачу опаздываю.
Ну, не плачь, слышишь, все обойдется.
Я тебе позвоню, хорошо?
Ну, я пошел. Ну, пока.
Можно?
Значит, здесь живет дочь профессора
Тихомирова?
- Ой, здрасте.
- Добрый вечер.
- Позволите сесть?
- Пожалуйста.
У меня с Рудиком был очень серьезный
откровенный разговор.
Он Вас не любит. Это было увлечение.
Кто в молодости не увлекался?
Да, его очень разочаровали ваши аферы
с этими профессорскими квартирами.
Так что, попрошу Вас нам больше
не звонить с вашими дурацкими угрозами.
- Я не звонила.
- Значит, по вашей просьбе звонят подруги.
Я никого не просила.
Да, это звонила я!
И не исключено, что буду не только звонить,
но и писать в организации, где вы работаете.
Зло должно быть и будет наказано!
...А Вы, по-видимому, Людмила,
специалист по психиатрии,
которая временно работает на хлебозаводе.
- Да! Ну и что?
Вот и работайте, поживите в общежитии.
Я лично, свое пожила в коммунальной
квартире. - Сейчас не те времена.
- Времена всегда одинаковые: прежде чем
что-то получить, нужно заслужить, заработать.
Нас и так четверо в двух комнатах,
не хватает только Вас с Вашим ребенком.
Вы не получите ни метра!
- Мне ничего не надо.
Я Вам обещаю, что никогда, ни о чем
Вас просить не буду.
Но единственное, чем я могу
Вам помочь - это вот.
- Спасибо, я хорошо зарабатываю.
- Как угодно!
Нет, но почему ты должна воспитывать
ребенка одна?
Ребенка не будет.
Ну, чего растерялся-то, папаша?
Принимай дочку.
Ну, чего стоишь-то?
Ну, иди, папаша, иди.
Поздравляем.
Хорошо, если девочка на даче лето
проведет! - Да, это само собой.
Надо было, чтоб кто-то другой ее встречал.
- Почему?
Через три месяца Антонине здесь
рожать, еще подумают, что у меня гарем.
Радоваться надо: девка у нас родилась.
Гуляем!
- Как назовешь-то?
- Александрой. В честь моего отца.
Все за стол. Уже все готово.
Катя, укладывай ребенка.
- Откуда это все взялось?
- Моя родня излишки передала.
Ты теперь с малышкой одна, здесь,
в этой комнате.
Сережу ждать не будем. Все сели за
стол. - Как это ждать не будем?
Все предусмотрено. Потом она к Антонине
перейдет. А потом к Людмиле
О, нет! Это мы вам не скоро еще
доставим. Верно, Гурин?
Ты видела? Во малышка, во,
а так похожа.
Налито всем. Вот, Серега, подожди.
Не-не-не, мне нельзя, у меня режим.
- Сегодня ты обязан выпить.
- У меня спортивный режим. Нельзя мне.
За ребенка выпить - святое дело.
Одну рюмочку.
У, черти, надоело мне с вами бороться.
За Александру... как ее по батюшке-то?
- Александровна.
За новую москвичку - за Александру
Александровну Тихомирову!
Сашка.... вставай.
Ну что ты делаешь?
- Когда вернешься?
- Не знаю. По-видимому, поздно.
- Тогда я приглашаю девочек?
- И мальчиков тоже. Значит так...
Знаю, обед в холодильнике, суп из
концентратов, антрекоты, компот...
- Посуду? - Помою.
- Молодец. Тогда, пока.
Угу... куришь и натощак.
Я все отцу скажу.
Здравствуй, Люда, ты меня извини,
я, честное слово, в последний раз.
С-седьмого - кровь из носу, перевод получу,
я тебе сразу все отдам.
- А шнурки тебе не погладить?
- Ну, ты что не веришь? Я тебе отдам,
я тебе письмо покажу: они мне третьего
перевод посылают.
Только у меня станок сломался,
который деньги печатает.
Унижаешь? Неужели ты не понимаешь,
что если бы не крайние обстоятельства...
У тебя каждое утро крайние обстоятельства
- похмельный синдром называется.
Психиатр ты хренов. Ну, много ты
понимаешь об моей жизни?
Для меня завязать - раз плюнуть. Меня,
вон, на тренерскую работу приглашают.
Ну и стерва ты, Людка. Да ты что,
забыла, сколько я тебе привозил?
Я тебя шмотками... я тебя... заваливал.
- Да все, что ты привозил, ты и пропил.
Прекрати сюда таскаться, 7 лет как
разошлись, а ты никак дорогу не забудешь.
Что делать? Ну, хоть трешку-то дай, Люд.
Очень надо.
На, последнее тебе отдаю, вот 1 0 копеек
на дорогу оставляю... Проваливай.
Ты человек, Люд, я седьмого, кровь
из носа, как штык, все отдам.
- Ой, девушка, пятно! Смотрите.
- Это не отчищается. Аккуратней носить надо.
Пожалуйста. Что у Вас?
Пожалуйста, прошу Вас!
- Что у Вас? - Костюм.
- Костюм? - Костюм.
Получил уже, да? Вот хорошо!
Проверил, пятен нет?
Ежик, я себе сейчас потрясающие туфли
выписала и сумку с большой пряжкой.
Нужно, чтоб ты все это одобрил.
Девушка, а нельзя все это завернуть
в два слоя бумаги? А то нам далеко нести.
С бумагой в стране напряженка.
Отчего это у генералов жены всегда
такие?
Вот из меня бы генеральша
получилась очень даже ничего.
Чтоб генеральшей стать надо за
лейтенанта замуж выходить,
да помотаться с ним по гарнизонам лет
20, по тайге всякой, по пустыне.
Ой, Полина, у тебя все ж по правилам,
а в жизни еще и лотерея есть.
Вот я всегда лотерейный билет покупаю.
- Выиграла?
А как же? Два раза по рублю.
Категорический императив Канта гласит:
поступай так, чтобы максимум...
- Гурин.
- Где?
Что значок? Удостоверение должно быть
к такому значку.
На, гляди...
Сергей Александровичу, здравствуйте.
По кружечке.
- А может водочки? Ну?
- Чуть-чуть, чуть-чуть.
- Простите, Вы Гурин?
- Все нормально.
Ну давайте я Вам расскажу о своих
трудностях: вместе посидим погорюем.
Преодоление этих трудностей - Ваша работа,
за это Вам платят заработную плату.
И на будущее давайте договоримся:
меня не интересует, почему нет,
меня интересует, что Вы сделали, чтобы
было да. Договорились?
Строги, но справедливы.
- Есть вопросы у заместителя директора?
- Нет.
- У главного инженера? - Нет.
- У директора?
- Да, есть. Почему не выполнили план
по отгрузке продукции?
- Не было цистерн.
- Транспортный, почему не дали цистерн?
- Потому что нет порожняка.
- Какие меры приняли?
Сергей Степанович, я Вас прошу лично
займитесь, пожалуйста, этим вопросом.
а сегодня, чтобы отгрузка шла с учетом
вчерашних суток.
Ирочка, сообщите пожалуйста всем, что
в 1 0 состоится совещание, как намечено,
а в 1 4 отменяется - у меня заседание
комиссии в Моссовете.
Наконец-то Моссовет нами заинтересовался.
заинтересовался.
Ведь это ж на голом
энтузиазме держимся.
Пора, наконец, эту проблему ставить
в государственном масштабе.
- Вам известно, сколько в стране
одиноких людей? - Известно, к сожалению.
Ведь это ж угрожающая цифра,
честное слово.
Ведь одинокий человек,
это что такое?
Падает рождаемость, алкоголизм возрастает.
Отражается на производительности труда.
В конечном счете, одинокий человек
неполноценно трудится.
У него голова забита
совершенно другими проблемами.
- Ну, это спорный вопрос.
- Что ж, давайте поспорим. Пожалуйста.
Клуб существует всего три года.
Дело молодое.
А скажите пожалуйста, есть какие-нибудь
успехи? Кто-нибудь нашел друг друга?
Несомненно. Двенадцать браков за
истекший период
и это Вы понимаете, притом, что мы
не ставим себе такой конкретной задачи.
Речь идет о том, что люди разучились
общаться.
Сидят по своим квартирам, смотрят
телевизор и не знают, как зовут соседа.
Ведь, из 1 2 человек двое жили
в одном доме, в одном подъезде.
а познакомились только у нас в клубе.
Это ж урбанизация какая-то.
Записаться в клуб можно?
Набор женщин временно прекращен,
следующий - со 2 квартала будущего года.
- А мужчин вы записываете?
- Одиноких мужчин записываем.
- Почему ж такая несправедливость?
- Да, почему ж несправедливость,
если у нас уже сейчас одиноких женщин
в два раза больше, чем одиноких мужчин.
Может быть, в порядке исключения
можно?
Знаете что, девочки, позвоните после
нового года. Я постараюсь помочь.
Вы видите, что творится? А вы там у себя
в Моссовете раскачиваетесь.
Дискуссии проводите, экспериментируете,
а нам помогать надо.
- Конкретно, чем помочь?
- Да уйма, уйма проблем.
Конкретно: средств не хватает,
мужчин не хватает.
Ну, Вы же знаете: на одного 40-летнего
холостяка приходится 5 незамужних женщин.
Ну, надо что-то с этим делать,
бороться как-то.
Вы меня определили в старшую
группу, а там одни бабки собираются.
Ну, слушайте, Вы, извините тоже не
мальчик.
Мальчик не мальчик, но в старики
тоже записываться не собираюсь.
Я переведу Вас во вторую группу.
Там от тридцати пяти до пятидесяти.
А помоложе нельзя?
Да Вы что! Там же девочки 28-летние,
а у Вас, извините, ревматизм.
Вы же танцевать не сможете, сами потом
жаловаться будете. - Я не буду.
- Значит договорились?
- Хорошо, переведу Вас в молодежную группу.
Значит заходите на этой неделе,
Анатолий Григорьевич,
заполните тесты, а пригласительный
билет мы Вам пришлем на дом.
Вы видите, главный инженер завода и
то к нам пришел.
99 процентов - интеллигенция,
она всегда первая попадает под удар.
А женщины какие! И хорошенькая, и умница,
и одета прекрасно.
И чего им только мужчинам надо,
непонятно?
Вы, конечно, сидите там, в Моссовете,
вас это не касается, а мы просто слезы льем.
- Ну, почему же не касается? Я, например,
тоже не замужем. - Да бросьте!
Ну, я не знаю. Ну, уж если
в Моссовете...
Ну, хорошо, Вам мы поможем.
Есть у меня один резерв:
очень ответственный, работник главка.
Всего 53 года.
Спасибо большое. Я, как-нибудь, сама.
Катя...
- Слушай, у тебя кардан стучит.
- Да? А я все надеялась, что мне кажется.
Стучит, стучит. Сдавай в ремонт, а то
дело плохо кончится.
- А куда мы едем?
- Ко мне.
- Как к тебе? Нет к тебе я не поеду.
- Перестань, трусиха.
Жена с дочкой еще 5 дней будут на юге,
меня, как проклятого отзывают.
- Нет, Володя, это неудобно.
- Удобно. Посмотришь, как я живу.
Ну, я прошу тебя, Катерина.
Холодильник пустой. Яблоки с юга.
Знаешь, я сейчас подумал:
мы же сто лет с тобой не виделись.
Последний раз по-моему, 20 июня.
- 1 8-го.
Ты знаешь, я все время боюсь жену
назвать твоим именем.
Думаю о тебе каждую минуту.
- Не надо, Володя, я здесь не могу.
- Я жутко соскучился по тебе.
Теща...
- Я пойду, посмотрю в глазок.
- Сиди спокойно.
У нее ключи есть? - Нет.
- Ну и не дергайся.
Дурак, сам виноват, позвонил ей
с аэродрома.
Теперь все доложит жене.
- Обойдется. Скажешь, что крепко спал.
- Кажется ушла.
- Похоже.
- Я тоже пойду.
- Как? Ты же сказала, что ты свободна?
Мне нужно заскочить на комбинат.
Ну, понимаешь, Володенька,
у меня все-таки есть дела.
- Катя, я же жутко соскучился по тебе.
- В другой раз как-нибудь...
Кать, ну ты не сердишься на меня?
Показал себя недостойно, по-дурацки как-то...
Ой, господи, брось ты. Дело-то, говорят,
житейское. Мне пора.
- Только, пожалуйста, позвони вечером.
- Конечно. - Подожди.
Давай!
Обязательно вечером!
Вам плохо? Плохо?
Да, мне плохо.
- Цветы? Откуда?
- Подарили.
- Сашка...
- Тс-с...
- Когда ты ее на металлолом сдашь?
- На ней еще мои внуки кататься будут.
Машина, если с ней правильно
обращаться, сто лет может сохраниться.
Вот ты, всегда правильную жизнь вел,
сохранился что ли? Вон они: в 6 рядов.
- Сейчас модно носить лысину.
- А, это что такое, а?
Это комок нервов.
- Явился, не запылился.
- Серега, вот молодец, что приехал.
Я к Вам утром домой заскочил. Никто
не открывает - я и понял, что вы здесь.
- Я ведь попрощаться приехал.
- Уезжаешь? - Да, в свой город.
Хватит, набаловался.
Они меня давно зовут.
Люся, я тебе там деньги должен, я тебе
с первой же зарплаты вышлю.
И сколько же у тебя людей-то в
подчинении? - Почти 3 тысячи.
Батюшки, как ты с ними справляешься,
трудно небось?
Трудно с тремя, а потом уже число
не имеет значения.
Молодец ты, Катя. Мы своим ребятам
тебя всегда в пример ставим.
Всего, чего хотела в жизни - добилась.
- Это верно.
Только не рассказывай, что как раз после
больше всего волком завыть хочется.
- Замуж тебе надо.
- Да не замужестве дело.
Хотя с твоей должностью тебе трудно будет.
Мужики ведь не любят, когда баба
выше их стоит.
- Да, где они мужики-то? Повыродились
все к черту!
Ты посмотри, кто сейчас в театры ходит,
на выставки? Одни бабы.
А эти? Лежат на тахте, в телевизор глаза
пялят или по пивнушкам сидят.
Сорока еще нет, а животы отрастили,
мятые все какие-то, ботинки нечищеные.
- А ботинки при чем?
- Терпеть не могу нечищеную обувь.
Пора вас раскулачивать за использование
рабсилы со стороны.
Я посмотрю, как ты эти банки зимой
открывать будешь, что скажешь тогда?
- Там твой Генка какую-то девицу привел.
- Марину! Побегу, как бы отец чего не ляпнул.
- Гурин заявился.
- Пьяный? - Трезвый.
Небось, вчера только из психбольницы
выписали.
То-то я смотрю, что-то он давно
за деньгами не прибегает.
Какой парень был замечательный!
Вот оттого, что такой замечательный был,
вот таким теперь и стал.
Очень многие хотели с ним на брудершафт
выпить, а он все боялся обидеть.
Теперь зато никто не обижается. Все
дружки в порядке, он один только в дураках.
Да, брось ты его хоронить, как-то не
верится, что это с ним навсегда.
Я сама так долго думала.
Сколько его по врачам таскала,
сколько просила, сколько слез пролила,
а все без пользы.
Марина, ты давай ешь смелее,
давай я еще положу.
Знаешь, как в старину работников нанимали?
- Батя, сто раз уже говорил.
- А ты помолчи. Что ты, понимаешь,
меня останавливаешь... Сто раз...
Марина не слышала.
...Первым делом работнику давали много
есть.
Если работник плохо ел, его не
брали на работу. - Ну, хватит тебе.
У моей клиентки муж работает на
китобойной флотилии
Они сами там потихонечку делают этот
крем. Она обещала прислать.
Вот мажешь лицо, ну и утром такое
ощущение - просто девочкой стала.
А из чего, из чего крем?
Клянусь, лицо как мраморное.
Ну, наши ребята все при деле. Славка,
вон, до сих пор играет.
А меня сколько раз на тренерскую работу
приглашали. Все, Анна Никитична.
Вдруг глаза открылись. Как я живу,
что я делаю? Я, ведь, в прошлом сезоне
ни одного хоккея не видел, твердо решил
- завязываю.
Вот правильно, ты человек молодой.
Ты теперь к новой жизни возрождайся.
Это - пепин-шафран,
здесь земляничку посадил, это штрифель.
Спасибо.
Это я слесарю.
Знаешь, Тонь, я ведь вообще
не завистливая, а тебе завидую.
Ты счастливая.
- А я оптимистка.
Мне вот недавно сказали: на кладбище
хорошо знакомиться, с вдовцами.
Приглядишь кого поинтеллигентнее,
разок другой на глаза покажешься...
Ну, честное слово, у моей знакомой
подруга так замуж за архитектора вышла.
Хорошего мужика самой надо делать,
а не готового брать.
А я уверена: мне повезет. Не могу я счастье
по частям получать - мне все сразу надо.
- Мам, ну зачем Вы? Я сама.
- Ничего, да я уж устала сидеть-то.
Сдала Анна Никитична.
Все болеет.
Как Михаил Иваныча похоронили,
так почти не встает.
Господи, как подумаю, ведь она лет на
пять нас старше нынешних была,
когда мы с ней познакомились.
А вроде, как вчера было.
Семейная ценность.
Спасибо, спасибо, сынок.
Я сам терпеть не могу грязную обувь.
Мне нет никакого дела до Вашей обуви.
И все-таки Вам это неприятно.
Это написано у Вас на лице.
- А Вы читаете по лицам?
- Конечно и довольно неплохо.
Я даже могу сказать, что Вы, например,
не замужем.
Если я не ношу обручального кольца,
это еще ни о чем не говорит.
Даже, если б Вы носили три обручальных
кольца - все равно Вы не замужем.
У Вас взгляд незамужней женщины.
А что, незамужние женщины смотрят
как-то по особенному?
Конечно. Они смотрят оценивающе.
Так смотрят милиционеры, руководящие
работники и незамужняя женщина.
- А я милиционер. -Нет.
- Нет?
- А руководящий работник?
- Не, не...
Вы работаете на заводе.
Вы мастер. Так?
Хотя, не исключено, что в последнее
время Вас стали продвигать по
профсоюзной линии. Есть такое?
- Да, да, что-то... в этом роде.
Да, это все несложно. Я сам мастер -
слесарь высшего разряда.
Кстати, тоже не женат.
А вот это скорее говорит о Ваших
недостатках, чем о достоинствах.
Это ни о чем не говорит. Просто мне не
повезло.
А-а, ну, да, она, конечно, была стерва.
Нет, она прекрасная женщина.
Вот сейчас вышла замуж. Счастлива.
- Значит, Вы плохой человек?
- Я? Да у меня, практически, нет недостатков.
- Ну, а как насчет?
- Что? Ах, это? Это я люблю.
Но только в нерабочее время и под
хорошую закуску.
Я живу на Вернадского, там недалеко
эти Воронцовские пруды, березки.
Так хорошо, сядешь в тени...
- А вокруг гуляют дети...
Нет никаких детей. Мы уходим подальше
и вообще, не портим окружающую среду.
У меня есть приятель, он, вообще,
язвенник, ему ничего нельзя.
Он приходит посмотреть,
просто порадоваться за нас.
Понимаете, когда кусок хлеба посыплешь
лучком, а сверху балтийскую килечку...
Черт побери, Вы так вкусно рассказываете,
у меня даже слюнки потекли.
Договорились, в следующий раз
беру тебя с собой.
Спасибо большое, но на "ты" мы не
еще не переходили, мне показалось.
- Так давай перейдем.
- Всего хорошего.
Сыночек, самоварчик-то, сыночек...
Только, бабуля, бегом.
Ты знаешь, я подумал, и решил
проводить тебя. - С чего бы это?
- У меня есть 5 рублей. Почему я не могу
довезти понравившуюся мне женщину?
- До моего дома хватит, обратно - нет.
- Пешком дойду. Гулять, так гулять.
- Ты хоть сказал бы, как тебя зовут?
- Гога.
- Как?
- Можно Гоша.
Значит, Гога. Только этого мне не хватало.
- Вы что? Гоша!
- Привет. Поздновато возвращаетесь,
все профсоюзные дела, что ли?
Я тут 2 часа торчу.
- Зачем?
- Повидать захотелось.
- Зачем? - Тянет.
- А-а, уважительная причина.
Хорошо, пойдем познакомлю с дочерью.
- Как это, с дочкой? Что, это дочка есть?
- Почему тебя это удивляет?
- Может у тебя еще и муж есть?
- А что это меняет? Если тебя ко мне тянет?
Или тебя тянет только к незамужним?
Значит, ты поссорилась с мужем и
решила проучить его при помощи меня?
Гоша, с таким аналитическим умом Вам
надо работать в бюро прогнозов.
Заходи, заходи.
- Мой знакомый - Георгий Иванович.
- ...Александра.
Очень приятно. Давай-ка, отнеси это все
в холодильник.
Так... ну мужа-то никакого нет.
- Ну как?
- Годится.
- Раздевайся, раздевайся.
- Что и ужинать будем?
Сейчас приготовлю, только минут
десять передохну, ладно? - Отдыхай.
- Ты есть-то будешь?
- Ну, а если буду?
Тогда на-ка, быстренько почисть лук.
Прошу к столу.
- Александра, а как тебя мама называет?
- Марусей.
Ну, хорошо и я тебя
буду звать Маруся.
- А я Вас - Васей.
- Идет. Меня как только не называли:
и Жора, и Юра, и Гоша, и Гога, Георгий.
- Гога? Интересно.
- А Вы что вместе с мамой работаете?
- Нет.
Работаем мы в разных местах,
но жить, я надеюсь, будем вместе.
- А Вы что, собираетесь на ней жениться?
- Да.
- А вы давно знакомы?
- С мамой?
Сорок четыре часа и даже
уже двадцать две минуты.
А, ну, боюсь тогда, что огорчу Вас.
Мама придерживается того принципа,
что любовь любовью, а человека нужно
узнать, а для этого нужно время.
Совершенно права. Выйти замуж после
2 дней знакомства - просто верх легкомыслия.
Надо все хорошенько обдумать.
Дней пять.
Так что ты не торопись,
до среды есть время.
Слушайте, а чтобы получше друг друга
узнать я вас приглашаю на пикник.
Ну, спасибо. Не надо, не провожай.
- Он кто?
- С-слесарь
- А откуда он взялся?
- С электрички.
Поздравляю. Ты уже начала в
транспорте знакомиться.
Не ожидала от тебя.
- Честно говоря, я сама от себя не ожидала.
Это Вы еще не одеты?
Ничего себе. Ну мы же договорились.
- О чем?
- Ну, а пикник?
- Мать, мать, а ну-ка, вставай.
- Что такое?
- На пикник. - Какой пикник?
Ты что, с ума сошла, я хочу отоспаться.
Отоспитесь на природе.
Теряем время.
- Давайте мы Вам поможем, а?
- Нет. Шашлык женских рук не терпит.
Вон идите туда, ваши места в
зрительном зале. Прошу.
- Отдыхайте.
- Спасибо.
Прошу, маэстро.
Запах!
Спи, спи.
Друзья мои, сегодня мы с вами выпиваем
не просто так,
сегодня мы выпиваем по поводу и повод
этот весьма значителен -
день рождения нашего дорогого друга
Гоши. - Как день рождения?
- Гоша, а ты что не предупредил своих
гостей? - Подумаешь событие.
Удивительной скромности человек.
Я думаю, что нет нужды говорить о всех
достоинствах нашего дорогого именинника.
Есть нужда.
Неужели за этим столом присутствуют
люди, которые не знают о них?
- Есть такие. - В таком случае,
я хотел бы выпить за его руки.
Вот на вид это обыкновенные
человеческие руки,
но это, товарищи, только
кажущаяся видимость.
На самом деле перед вами руки золотые,
ну, в смысле, золотые руки.
Перед вами, товарищи, слесарь
с большой буквы "С".
Вот у нас в институте есть кандидаты,
которые, с моей точки зрения,
еще 1 0 лет назад могли бы спокойно уйти
на заслуженный отдых...
и никто бы не заметил их отсутствия
до сегодняшнего дня,
а вот, когда в прошлом году Гоша лег
в больницу, ему вырезали аппендицит,
так вот, у нас большинство тем
замерло.
А за себя скажу, что своей диссертацией
я на 70 процентов обязан прибору,
который сделал Георгий Иванович.
И мое мнение могли бы разделить,
ну, половина докторов нашего института.
За твои руки, дорогой!
- Поехали.
- Ну как, хорошо я сказал, а?
- А Вы что, доктор наук?
А что, не похож?
С днем рождения нехорошо получилось,
за нами подарок, Гоша.
О, это еще успеется, до декабря
времени много.
- Почему до декабря?
- Да у меня день рождения 23 декабря.
- А сегодня что же?
- А это так, показательное выступление.
Вы же про меня ничего не знали,
а теперь вам так красиво все объяснили.
Гоша, Вы мне нравитесь. А как же все
эти академики, доктора?
Спокойно, доктора наук, кандидаты,
шашлык - все настоящее,
и говорили они чистую правду, только
уж очень я какой-то идеальный получился.
- Ничего, жизнь это поправит.
- Ты думаешь?
- Хорошо. А то я боялся, что у тебя
сложится комплекс не полноценности.
Какой-то я слишком талантливый получился.
- Был такой момент.
Но с другой стороны знаешь, в семье
мужчина должен быть выше по положению.
Если жена получает больше зарплату
или выше в должности - это ж не семья.
- Вы это серьезно?
- Абсолютно. Этого я уже нахлебался, вот.
- Гоша, а сколько Вы получаете?
- Да, уж как-нибудь побольше твоей матери.
- Андрей, посмотри, нормально?
- Нормально.
Вы не волнуйтесь, директор никогда
не опаздывает.
- Здравствуйте.
- Через две минуты можно начинать.
- Пожалуйста, а готова.
- Скажите, мы с Вами раньше не встречались?
Я Вас снимал здесь уже?
- Думаю Вы ошибаетесь, здесь Вас не было.
- А в Сочи Вы не отдыхали?
- В Сочи, хоть раз в жизни, отдыхает каждый.
Да, я забыл представиться, извините,
Рачков Родион Петрович. - Родион?
- Д-д-да...такое, довольно редкое имя.
Да, действительно редкое. Раньше были
больше в моде Эдуард, Роберт, Рудольф.
Катерина Александровна, звонили из
управления, французы будут через 30 минут.
Катерина?
А что, разве я так сильно изменилась?
Да, н... нет, конечно. Я не предполагал:
столько лет, такая встреча.
Стало быть, ты теперь директор?
Ну, директор я всего третий месяц.
Родион Петрович, у меня мало времени,
так что, если можно, давайте начнем.
Добрый день. Если у мужчин есть свои
дела, они спокойно могут заняться ими.
Думаю, что наша продукция
больше заинтересует женщин.
Меня иногда такой ужас
охватывает,
когда я подумаю, что тогда могла
на другую электричку сесть.
Я тоже сейчас об этом думал.
- Слушай, а почему ты не выходила
замуж? - Тебя ждала.
Но у тебя же был кто-то?
Был. Но мне сейчас кажется, что все
это было не со мной.
- А у тебя есть детские фотографии?
- Есть немного.
Ты, наверное, на них там смешная.
А я во сне кричу.
Ну и что? А я тебе скажу тихонечко...
ч-ш-ш-ш... Ты и перестанешь.
А я еще иногда и храплю, когда на
спине лежу.
А я тебя поверну на другой бок,
ты не будешь.
Боже мой, что мы с тобой лежим?
Сейчас Саша из института придет!
Что это, как рано-то?
- Слушай, там это, там это... Посуда...
- Гоша, в нижний в нижний шкаф.
Господи Боже ты мой, какой же
идиот это придумал?
- А чего это вы в темноте сидите?
- Мы? Телевизор смотрим.
Все?
В таком случае, я повторяю,
прошу мне больше не звонить.
Нет и встречаться нам незачем.
Нет, это не твоя дочь.
Да, родилась в июле. Ах, ты подсчитал.
Хорошо. Встретимся на Гоголевском
бульваре, без четверти шесть.
У меня будет 1 5 минут.
Все. Извини, у меня дела.
- Привет.
- Здравствуй. Ты один, без мамы?
- Мама умерла восемь лет назад.
- Прости.
- А что ты хочешь?
- Я хочу видеть свою дочь.
Зачем? Ты прекрасно жил без нее
все эти годы.
- Я же не знал о ее существовании.
- Не знал или не хотел знать?
А ты переменилась, Катерина, раньше
ты не была такой жестокой.
- Учителя хорошие были.
- Да брось ты, Катерина.
Я вот, наоборот, последнее время
счастливым хожу...
оттого, что теперь у меня дочь есть.
- И заметь, взрослая уже дочь.
Воспитывать не надо, ночами не спать,
между лекциями в институте в садик бегать.
Знаешь, Катя, если я был в чем-то
виноват перед тобой,
то Бог меня уже наказал,
так что ты особенно не старайся.
Как-то по-дурацки жизнь прошла.
Все пыжился чего-то, все казалось не живу,
а так - черновик пишу, еще успею набело.
Два раза женат был, одна жена от меня
сбежала, от второй я сам ушел.
А сейчас оглянулся - ни жены, ни детей,
да что там, друзей-то настоящих
и то не нажил.
Господи, я столько раз представляла себе
эту нашу с тобой встречу.
Сколько слов всяких придумывала,
а встретились и сказать нечего.
Поначалу я еще очень тебя любила,
думала, что это мать тебя сбила с толку.
Потом я тебя до смерти ненавидела.
Потом мне ужасно хотелось, чтоб ты узнал
о моих успехах и понял, как ты ошибся.
Сейчас я думаю: если бы я не обожглась
так сильно, ничего бы из меня не вышло.
Я думаю, хорошо, что ты на мне
не женился,
потому что тогда я разминулась бы в жизни
с единственным, любимым моим человеком.
А ты не грусти. Все еще будет хорошо,
поверь мне.
В сорок лет жизнь только начинается.
Это я уж теперь точно знаю.
Ну, прощай. И пожалуйста, не звони
мне больше.
- Я хочу видеть свою дочь.
- Нет.
Нет, ты никуда не пойдешь.
Я тебя одного не пущу.
- Я еду с тобой. - Никуда ты не едешь.
- Нет, я еду с тобой.
- Это куда это вы едете?
- Никуда.
Правильно. Сегодня поздно,
поедешь завтра.
Никита, подожди, я с тобой.
- В чем дело? Ну, в чем дело?
- Его бьют. - За что? - За меня.
Раньше я дружила с Володькой
Копыловым. Ну, так, несколько раз целовались.
А теперь в меня Никита влюбился.
- Ну, а ты? - Я тоже его очень люблю.
А теперь Копылов с ребятами его
подкарауливают и всячески издеваются.
- А он?
- А он с синяками приходит.
Ладно. Поедем вместе.
Да они все здоровые ребята.
Я хотела в милицию звонить...
А мама мне не разрешила, говорит,
что сами должны разобраться.
- Их пять человек.
- Пять?
- Ты подумал?
- Подумал.
- Ну и что?
- Все то же. Вы подонки. - Кто подонок, я?
- Подонок. И ты подонок.
- А может быть он подонок? - Все.
Эй, ребята! Вы что это - пятеро на
одного, что ли?
Даже нехорошо как...
А ты, дед, валил бы отсюда по-скорому,
а то как бы не огорчить.
Мне бы согласиться, но когда пятеро
одного бьют - даже неинтеллигентно.
Знаешь, дядя, у меня в жизни принцип:
женщин и стариков не бить, но ведь я
могу отступить от принципа.
- Ой... больно, ой!
- Превентивная мера.
- Начитанные.
- Ой, Гена, не говори. Он мне
чуть руку не сломал, бугай.
- Ты что, самбист что ли?
- Самбист. Давайте, деды, отваливайте.
Как же мы уйдем, что же мы его
одного оставим?
Ну, гад....этого я тебе никогда
не прощу.
- Что ж, вечер перестает быть томным.
- Тоже хочешь попробовать?
Не ушибся?
Лежать!
Пусти, говорят...
Гена!
В расчете.
Да, пусти ты. Прицепился!
Пойдем отсюда.
Если еще раз кто-нибудь... когда-нибудь...
хоть пальцем!...
Наш человек!
- Гога, а мы расскажем об этом маме?
- Не надо. - Почему?
Мне так хочется рассказать,
меня так и распирает. - Не надо.
- Вы поступили, как настоящий мужчина.
- Я поступил, как нормальный мужчина.
Защищать и принимать решение -
это мужская обязанность, это нормально.
Ты же не станешь хвалить женщину за то,
что она стирает или умеет готовить обед?
А Вы знаете, я совсем не умею
готовить обед.
Ладно, научу.
Гога, а почему Вы не стали учиться
дальше? - А зачем?
- Из Вас мог стать хороший руководитель.
- А что, все должны быть руководителями?
Не все должны быть, но все хотят.
- Был такой римский император Диоклетиан.
Так вот, в самый расцвет своей империи,
он вдруг
отказался от власти и удалился
к себе в деревню.
А когда из Рима приехали, чтобы просить
его вернуться к власти, он сказал:
"Если бы вы видели какую я вырастил
капусту, вы б перестали меня уговаривать",
- И не вернулся?
- Нет.
Так что не все хотят быть руководителями.
Хотя, надо сказать, что это чуть ли не
единственный случай в мировой истории.
Так значит Вы предпочитаете
выращивать капусту?
Нет, я предпочитаю делать то, что я люблю,
а не то, что модно или престижно.
Люблю свою работу, потому что со мной
там начинает все крутиться.
Люблю своих друзей, потому что хотя мы и
знакомы тысячу лет, мы интересны друг другу.
Люблю твою мать, потому...
потому что люблю..
- Что ты смеешься?
- Просто мне с Вами ужасно интересно.
- Так значит Вы абсолютно счастливый
человек? - Не вполне.
Вот если бы мне сейчас удалось выпить
стакан газировки - я был бы счастлив.
- Этого не надо было делать.
- Чего?
- Я ей все рассказала. Не утерпела.
- Кулачная расправа - это то не метод.
Ударить можно и словом, это иногда больнее.
- А если слов не понимают?
Значит, дала повод думать, что может
быть по-другому.
Но как мог ты, взрослый мужчина...
Теперь они думают, что прав тот, кто сильнее.
Теперь они будут знать, что против силы
всегда может найтись и другая сила.
На будущее, будь любезен, без моего
разрешения таких действий не предпринимать.
Слушаюсь.
Но тогда и ты уж, пожалуйста,
учти на будущее,
что если еще когда-нибудь ты позволишь
себе хотя бы заговорить со мной таким тоном,
то я здесь больше не появлюсь.
А заодно запомни, что все и всегда
я буду решать сам, потому что я - мужчина
Прости меня, пожалуйста.
Прости меня.
Сашка, это к тебе.
Прошу тебя, прошу тебя, никогда не
повышай на меня голоса.
Я очень за тебя испугалась.
Здравствуйте. Проходите, пожалуйста.
Вы, наверно, к маме?
А Вы, наверно, Александра?
- Здравствуйте. Проходите, пожалуйста.
- Пожалуйста, ужинать с нами.
- Это Вам, Катерина Александровна!
- Спасибо.
Ну, так что, Вы меня представите или
мне самому представляться?
Рачков Родион Петрович - телеоператор
с Останкина, - мой давний знакомый,
настолько давний, что, встретив, не узнал.
- Георгий Иванович, Александра.
- Очень приятно. Садитесь, пожалуйста,
коньячку? - Не откажусь.
Слушай, а у меня ж где-то еще
лимончик был.
- Ну, как, понравилась передача?
- Ничего, мама немного скована была.
- Как, тебя по телевизору показывали?
- Да это ерунда.
Вы чрезвычайно понравились нашему
руководству.
Вот, говорит, настоящий тип
современного руководителя.
Даже есть мысль делать документальный
фильм о Вас.
Тем более биография у Вас замечательная:
от простой работницы до директора комбината.
- А кто, кто директор-то?
- Катерина Александровна, конечно.
А-а, ну, да.
А Вы давно на телевидении работаете?
- Скоро серебряный юбилей справлять.
- Так значит, Вы у самых истоков стояли?
Да, не то чтобы, но вовремя разглядел,
что телевидению принадлежит будущее.
- Я как раз сегодня хотела все тебе
объяснить. - Я понимаю.
Но со временем оно перевернет жизнь
человечества:
не будет ни книг, ни газет, ни кино...
- Ну, все-таки, что-то будет?
Телевидение. Одно сплошное
телевидение.
- Это просто какое-то дурацкое
недоразумение. - Ну, я понимаю.
Насчет кино я с Вами согласна, его
телевидение скоро вытеснит. Ну, а театр?
- А вот поговорим об этом через 20 лет.
- Через 20 лет все на земле по-другому будет.
- А Вы, кстати, были на телецентре?
- Нет, никогда.
- Ну приходите. - А как?
- Я закажу Вам пропуск.
Ну, я должен идти, что-то я...
пораньше сегодня надо лечь спать.
Гоша, останься, пожалуйста, я хотела
с тобой поговорить. - Завтра поговорим.
Я никуда тебя не пущу.
Она сегодня в плохом настроении, с ней
лучше и не связываться.
Он больше не придет.
Он больше никогда не придет.
Господи, откуда ты взялся,
ты же одни несчастья мне приносишь!
Да я-то тут при чем?
Что я такого сделал?
- Кстати, Саша, познакомься.
Это твой отец.
Как отец? Он же погиб.
Да нет, как видишь, жив, здоров,
и даже довольно упитан.
Ну, ладно, ладно. Москва слезам не
верит. Тут не плакать, а действовать надо.
- Сколько уже дней, как он пропал?
- Восемь.
Слушай, Катерина, может ты оставила бы
свою гордость да сама к нему съездила?
Ой...какая гордость, я б за ним хоть
на край света поехала.
- Мы адреса его не знаем.
- Адресное бюро на что?
Как его фамилия?
- Не знаю.
Хорошие дела.
Катерина, а он не... у вас все вещи на
22 месте, вы хорошо смотрели?
- Да ты чего ж плетешь?
- Ну, чего, бывает же!
- Будем искать. Значит, слесарь, говорите?
- Да. Он в каком-то институте научном.
А какие-нибудь особые приметы имеются?
Ну, там, шрам на лице?
Да вроде, нет.
- Есть! У него после аппендицита шрам.
- Но, это не пригодится.
Ждите меня здесь. В квартиру всех
впускать, никого не выпускать.
Георгий Иванович, он же Гога, Гоша,
он же Юрий, Гора, Жора, здесь проживает?
Здесь только Георгий Иваныч. Проходите.
- У себя?
- Не знаю, тихо у него.
- А Вы кругом пройдите, пожалуйста,
кругом. У нас здесь ремонт.
- Направо. - Разберемся.
- Еще раз направо, еще раз направо.
- К Георгию Иванычу из...
- Боже мой!
- Гоша.
- Николай.
- Как там погода?
- С утра шел дождь.
А что вообще в мире делается?
Стабильности нет. Террористы опять
захватили самолет.
Ну, а ты-то чего?
Господи, какая ты, Катька, счастливая.
А говорила, что в нашем возрасте
влюбиться невозможно, недостатки видишь?
А у него нет недостатков.
Он самый лучший человек на свете.
Ты сказал, если у жены зарплата больше...
ну, как же ей признаться-то, ну?
- Ты мозги не пудри. Она меня обманула.
- Нет, это недоразумение
Да нет, она этим самым обнаружила, что
для нее социальный статус человека выше,
чем его - мой, личный статус!
Переведи.
- Слушай. - Опять?
- Нет.
Откройте, девочки.
- Сказал, что доставлю, вот и доставил.
- Это спорный вопрос, кто кого доставил.
- Где она?
- Там.
Закусывай, закусывай.
- Добрый вечер. - Гоша.
- Антонина. Здравствуйте.
- Людмила.
- Гоша. Садитесь, пожалуйста, садитесь.
- А-а, да нам пора.
- Коль... пора уже идти домой.
- А ужин?
- Может вы поужинаете?
- Предлагаю дружить домами.
- Согласен.
Встречное предложение - дружить семьями.
- Интересная мысль.
- Гоша.
- Коля.
Вот такой парень, вот такой парень.
- А обед есть?
- Конечно.
Давайте поедим, я проголодался страшно.
Чего ты?
Как долго я тебя искала.
Восемь дней.
Как долго я тебя искала!
"Не сразу все устроилось,
Москва не сразу строилась,
Словам Москва не верила,
А верила любви.
Снегами запорошена,
Листвою заворожена,
Найдет тепло прохожему,
А деревцу - земли.
 

////////////////////////////