Король и Шут (2023 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

 

Король и Шут (2023 год). Цитаты и фразы из сериала

 

«Король и Шут» — российский биографическо-фэнтезийный сериал Рустама Мосафира, созданный кинокомпаниями «Лунапарк» и «Плюс Студия». Посвящён истории одноимённой хоррор-панк-группы. Рассказ о группе перемежается сказочно-фэнтезийными сценами, представляющими собой экранизации сюжетов песен «Короля и Шута».


Все фразы и цитаты

 

 

1 серия

 И теперь у меня один лишь только путь.
Быть таким, как все,
с детства не умел.
Видимо, такой в жизни мой удел.
А она, да что она? Вечно мне лгала.
И меня никогда понять бы не смогла.
Разбежавшись, прыгну со скалы...
Вот я был, и вот меня не стало.
И когда об этом вдруг узнаешь ты,
Тогда поймёшь, кого ты потеряла.
Гордо скину плащ, вдаль направлю взор.
Может, она ждёт? Вряд ли, это вздор.
И, издав дикий крик,
Камнем брошусь вниз.
Это моей жизни заключительный каприз.
Разбежавшись, прыгну со скалы.
Вот я был, и вот меня не стало.
И тогда себя возненавидишь ты,
Лишь осознав, кого ты потеряла.
Кого ты потеряла...
Кого ты потеряла...
Король и шут! Король и шут! Король и шут!
Ну там жопа.
Горшка совсем накрыло.
- Что он, под синькой?
- Да вроде даже не бухал.
Орёт там. Крушит всё.
Требует, чтобы ты быстрее пришёл.
А что вы сидите-то?
А что нам? Обнять его?
Андрюха, ну наконец-то! Ё-моё!
Я уже устал тут всё крушить.
Мих, ну на хер ты это всё творишь?
Да ты должен спрашивать не на хер,
а что я один тут всё херачу?
Ну что, ладно эти парни.
Но ты-то мог бы помочь, б…я.
- Чем я тебе помогу?
- Вы что?
Вы не отдуплили до сих пор, что ли, панки?
Что сидите?
По полу раскидайте хоть что-нибудь!
Мы — звёзды, б…я. Что на х…?
Эстеты или козлы говорили?
Панкам ничего не светит, ё-моё!
Сказки наши фигня? Вот вам!
Мы «Юбилейный» собрали, б…я!
Ух!
Устал всё крушить, дальше сами, пацаны.
Ко мне, мой хороший.
Ладно, Мих, согласен.
Якос, давай!
Вы что творите, панк-звёзды?
Меня администрация уже
просит сюда разбираться.
И поэтому ты залетел, когда всё утихло.
Вот так
выглядит кураж и радость, ё-моё.
Давай, не стесняйся, разбей что-нибудь.
За это всё придётся заплатить. Вам.
Какой кошмар!
Ладно, не мороси, директор. Всё нормально.
Ты что, не понял, с кем ты разговариваешь?
Мы «Юбилейный» собрали, ё-моё!
Мы великие, по ходу, получаемся.
Ага.
Как «На-на».
Ты что?
Ты что, блин, Миша, делаешь?
Вас не пустят больше выступать
сюда никогда, понятно, придурки?
Ну что, панки?
Выпьем за новую взятую высоту.
Неизвестно, когда следующую покорим.
Да и покорим ли вообще.
А кто за холодильник заплатит?
- Да Шумный, конечно.
- А за кофемашину?
Пойду отолью.
Не бзди, Горшок.
Что?
Кто здесь?
Ты кто?
Я — безумие! Безумие!
Я —
полёт!
Я — свобода.
За столом сидели
мужики и ели.
Да, а что, где Горшок-то?
Да, что-то он долго ссыт.
- Зал, наверное, расхерачивает.
- Не смешно.
Нас, вообще-то, ждут в другом месте.
Давай.
Семь — пять.
Да, Горшок, на высокий поребрик
ты забрался, чтобы поссать.
Ну я с тобой!
Ты фанат, что ли?
Да б…я, фанат!
Но если мой вид тебе ни о чём
не говорит, называй меня просто —
король!
На самом деле,
я — твой ангел-проводник в вечность.
Ты готов?
Ты же прыгать сюда забрался?
Или так просто, решил умереть
от рома на краю крыши?
- Нет, всё по-взрослому.
- Отлично!
Ну тогда вперёд!
Вечность ждёт!
Эй, Горшок, не тупи — прыгай.
А то превратишься в неприятного типа,
который все свои хиты написал в молодости.
И бесславно состарился!
Вау!
Красиво меня распластало!
Ну давай, Горшок, сигай!
И вознесёшься к рассвету!
Миша!
Ты что тут делаешь?
Ого!
О, демиург-задрот!
Ему, кстати, от Есенина привет,
Серёжке нравятся рифмы Андрюшки.
Ты что ржёшь?
Тебе от Есенина привет.
Кстати, предложи ему вместе прыгнуть.
Андрюх,
давай вместе прыгнем!
Давай,
уговори меня, Мих.
Я что-то так сразу не готов.
Я всё решил.
Я ухожу на пике!
Ты со мной?
Какой пик? Ты что несёшь?
Да вот этот пик, ё-моё!
Дальше уже ничего не будет.
Понимаешь, да?
Да с чего ты решил, Миха?
Когда у нас панки «Юбилейный» собирали?
Никогда!
Это как затмение, Андрюха.
Один раз во сколько-то.
Какое на хрен затмение?
Мы с тобой работали как черти,
поэтому и собрали!
И ещё соберём, слышишь меня?
Впереди вся Россия, Москва в конце концов.
Эй!
- Ты слышишь?
- Не ведись на эти сопли, Горшок!
Были мы уже в Москве.
Ничего особенного.
Да в смысле, блин, ничего особенного?
Мы с тобой с самого начала
об этом мечтали.
Ты что, забыл?
Что?
Что-что? Поручика не было.
- Точно?
- Точно.
Вместо него брательник твой был, Лёшка.
А, Лёшка.
А кто ещё? Машка была?
Не. Машки не было.
Был Рябчик.
Здорово, Рябчик.
- Шумный!
- И Шумный!
Директор наш, блин.
Хой!
Фига у нас состав плавучий.
И какая ночь?
Было раннее утро.
Мы чуть ли не первым поездом
в Москву приехали.
Ну забыл.
Ага.
- Забыл.
- Куда едем-то?
Мгновение.
Клуб «Сикс тонн».
И где это?
«Sexton».
Я что вам, гид, что ли? На!
Ну что, Шумный,
включай директора,
ищи честного мента.
Будем дорогу узнавать.
Спокойно, доедем все.
Фиаско.
Кукуем до шести.
Да, пацаны, не готовы мы ещё к анархии.
Да хорош, Мих.
Задолбал ты с этой анархией.
Да ты послушай лучше человека,
который умные вещи прочитал,
теперь тебе говорит, блин.
Ой, только про Кропоткина своего
не надо задвигать.
Ты благодаря мне хотя бы знаешь,
что такой человек, вообще, жил, ел, пил.
Ну, кстати, да, что он там говорил:
анархия — это круто?
Вот зачем ты напомнил?
Он же не остановится.
Да что, не остановлюсь?
Я просто хочу, чтобы вы правильно
понимали анархическое движение, блин.
Государство, оно
не нужно на самом деле, понимаешь?
При анархии каждый, блин: я, ты,
она, блин, —
все ведут себя достойно, понимаешь?
По-христиански?
Какое по-христиански?
Ты Средние века ещё вспомни, блин.
Кропоткин на самом деле нормально
хотел эту тему двинуть.
Не то что у Дарвина, вот это —
выживает сильнейший.
Наоборот, взаимопомощь,
каждый живёт, кайфует, блин.
Просекаешь мудрость?
Да куда мне, горемыке?
То есть получается,
на улице ссать теперь нельзя?
Рад, что у вас настроение есть.
А мы с Рябчиком вам хавчика достали.
- Опа!
- Ништяк!
И вот.
О! Вот и обед!
Ну боюсь, что и ужин, и завтрак.
Наедайтесь, панки.
Привет, крошка.
- Дай-ка чмокну тебя.
- Да ладно тебе.
Это что за Кот Матроскин?
Давай! Хеви-метал лабай!
Давай, что-то уже сделай, а!
Что почём, хоккей с мячом.
Как дела, пацаны?
Взор опустил, пидоранто.
Да ладно, расслабься.
Что-то душновато, может, по пиву, пацаны?
Официант, пиво нам принеси!
Х… ли ты бычишь?
Ты с кем, вообще, общаешься?
Чем дышишь, еб…?
Вы там аудиторию видали?
Это Кремль, «Песня года», б…я.
Да, а они нас вперёд ногами
отсюда не вынесут?
Не знаю.
Так, короче, ребят, кому оправиться,
покурить, давайте.
- Через 10 минут начинаем.
- Дай пивка.
Отважно отработаете, тогда покормят.
Да ты что? Дай пивка-то, б…я.
Блин, Миша!
- Короче, я поссать.
- О, я тоже поссу.
Анархия — это про свободу
на самом деле, понимаешь?
Ты на кого полез?
Выплюнь бабочку, чёрт.
Ну что, пидоранто? Жить хочешь?
Да забей.
Нет,
не готовы мы ещё к анархии.
Миха, по ходу, махач сейчас начнётся.
Да вижу я.
Пахан, пахан,
там этот кожаный зарамсил, сука.
Ну и что ты предлагаешь? Смотреть будем?
- Играть!
- Пой давай!
Иди сюда, я тебе…
Что там должно мир спасти?
Красота.
Красота завафлила.
Надежда только на панк-рок.
- Давай «Лесника».
- «Мотоцикл» же хотели, чтобы раскачать.
Да кого тут качать,
сейчас качать будет некого.
«Лесника» давай.
Замученный дорогой, я выбился из сил,
И в доме лесника я ночлега попросил.
С улыбкой добродушной
Старик меня впустил
И жестом дружелюбным
На ужин пригласил.
? Хей! ?
Будь как дома, путник,
Я ни в чем не откажу.
Я ни в чем не откажу,
Я ни в чем не откажу!
Хей!
Множество историй,
Коль желаешь, расскажу.
Коль желаешь, расскажу,
Коль желаешь, расскажу!
На улице темнело, сидел я за столом.
Лесник сидел напротив,
Болтал о том, о сем.
Что нет среди животных
У старика врагов,
Что нравится ему подкармливать волков.
Будь как дома, путник,
Я ни в чем не откажу.
Я ни в чем не откажу,
Я ни в чем не откажу!
Хей!
Множество историй,
Коль желаешь, расскажу.
Коль желаешь, расскажу,
Коль желаешь, расскажу!
И волки среди ночи завыли под окном.
Старик заулыбался и вдруг покинул дом.
Но вскоре возвратился
С ружьем наперевес:
«Друзья хотят покушать,
Пойдем, приятель, в лес!»
Будь как дома, путник,
Я ни в чем не откажу.
Я ни в чем не откажу,
Я ни в чем не откажу!
Хей!
Множество историй,
Коль желаешь, расскажу.
Коль желаешь, расскажу,
Коль желаешь, расскажу!
Красава, пацаны!
Согласен. Москва устояла.
Ну и хер с ним.
Золотые слова!
Москва сама подтянется,
как только ты займёшь
своё место в вечности!
Да не напирай ты, ё-моё!
- Я же могу и передумать.
- А-а-а.
А-а-а!
Миха?
Ты с кем разговариваешь?
Расскажи ему правду.
Скажи, что я тот самый шут,
который презирает его.
Тут шут.
Какой шут?
Наш, с афиши.
Вон, висит.
Ангел-шут.
Я не вижу никого.
Ещё бы, слюнтяй!
Тебе не дано увидеть то, что видит Горшок.
Ведь это он — король шутов!
А ты иди, пиши свои побасёнки.
Я ему!
Он говорит, что ты его не видишь,
потому что ты — никто, блин.
- Знаешь что?
- Что?
Прыгай.
Я тебе не мама, понял.
Хочешь? Твоё решение.
Зато я буду все песни сам петь.
- Не, Андрюх, не сработает.
- Что не сработает?
Ну, ты типа прыгай.
А я не прыгну, от обратного, короче.
- Ага.
- Я если прыгну,
ты первый плакать будешь.
А ты что, слёз моих добиваешься?
Ай! Горшок, кончай это унылое говно!
Пора в путь!
Да погоди, успеем, блин!
Мих,
может, всё-таки подлечиться, а?
Да ладно.
Ну понимаю я, это не шут, это,
это ангел.
Или чёрт, ё-моё.
Просто в таком образе.
Андрюх,
я должен прыгнуть.
А фанатам послание оставишь какое-нибудь?
Или я сам сочиню?
Как соскребут,
назовитесь, как я всегда хотел:
«Король шутов».
Ой, Миха, да говённое название.
Да б…дь! Офигенное имя для группы!
Да говённое! Я тебе говорю!
Да офигенное, блин!
Говённое.
Блин, Андрюх,
последний раз показываю, ё-моё.
Здесь разрешён только
художественный свист.
Вы к кому?
Так мы концерт хотим давать. Желаем.
Вышли вон, пролетарии.
Да ладно вам, мы из реставрационного,
на практику пришли.
Что у вас тут красить надо?
Четвёртый этаж, аудитория 72,
всё, что нужно, выдаст завхоз.
Есть.
Девушка, девушка,
а вам тут зубы на глаза не попадались?
В жопе у себя не искал?
Хера себе, консерватория, блин.
Ага.
Всё, всё, всё. Миха, успокойся!
Да упадём, блин!
Давай, Андрюха, соглашайся.
Название «Контора» оставляем,
его знают все уже.
Да я тебе говорю, ярче что-то надо.
Бледная тема эта «Контора».
Да какая бледная? Давай «Апокалипсис».
Херня.
Ты тоже тогда предлагай, блин.
Что я один-то?
Я тебя буду за дурака держать.
«Зарезанный одуванчик».
Какое блин?
Стадион в сто тысяч человек представь, и
«Зарезанный одуванчик»!
Я легко прикину.
Можно потише?
Пожалуйста.
Вы что хотели, гопота?
У нас сольфеджио.
А вы нам мешаете.
Ну ты ему таких сложных слов не говори.
Вы совсем обнаглели?
Сейчас, подожди.
Да Мих, не лезь.
Да ты два раза в жизни дрался.
Да и те меня били, я всё помню, Андрюх.
Сейчас поугораем.
Вы что такие борзые-то, небожители?
Вы что сделали, свиньи?
Вы что, с ума сошли?
Вот так вот будете себя вести
в вашей подворотне, понятно?
А здесь себя нужно вести соответствующе.
Да? А может, вам с людьми попроще надо?
- Тем более с коллегами.
- Какие ещё коллеги?
Слышь, у нас своя панк-рок-группа.
«Контора», слыхал?
Нет.
О, о чём и речь.
Ты на чьей стороне вообще, Андрюха?
Слушайте, мы бессмертную музыку играем.
А не этот ваш мусор.
- Давай нашу. Поехали.
- Раз, два, три, четыре.
Позволь.
А не боись.
- Да отдай ты ему гитару.
- Да сейчас, Андрюх.
- Она настроена.
- А я знаю.
Пацаны, валите отсюда.
Ой!
Что ты сам-то про бессмертную музыку
до хрена знаешь?
Ё-моё, или что,
ты к Бетховену примазываешься?
Люди уважают того, кто своё создаёт,
понимаешь, да?
Моцарта уважают, Баха уважают, ё-моё.
Нас будут, время дай.
А ты что, обслуживающий персонал, блин?
- Еб…ь.
- Ты — шут!
Вот ты кто!
Я не шут.
Я король шутов.
А! Ты что, ты что!
Народники, все сюда! Наших бьют!
Опа!
Ну что?
Этим тоже что-нибудь втирать будешь?
Нет.
К этим у меня претензий нет.
Согласен. Лови!
Ловите их!
Стоять!
Стоять!
Ух.
Слыхал, Андрюх? «Король шутов».
Да, погоняло твоё новое будет.
Какое погоняло?
Ты что, название группы.
- Круто же!
- Нет.
Что нет-то, блин?
Ну, «Шут» — круто, согласен.
Шут —
это такой персонаж, он как бы…
и шутит, и одновременно правду говорит.
Даже королю, понимаешь?
Да.
«Король и Шут».
- «Король и Шут», Миха! Звучит!
- Да нет, Андрюх.
«Король шутов».
Придумали же уже.
Короче,
или «Король шутов»,
или я ухожу из группы. Всё.
Хорошо, давай погоняем «Король шутов».
Я уверен, пацаны сами выберут
«Король и Шут».
Давай забьёмся?
Давай.
Ой.
Ну как ты помнишь, название продержалось
меньше месяца, Мих.
А я не помню этого, Андрюх.
Ладно, хрен с ним, блин.
Не хочешь последнюю волю покойника
выполнять, хрен с тобой.
А что, ты возомнил себя
главным героем жизни?
На остальных тебе насрать.
А как Анфиса, Миха, бросишь?
Ой, да ты ещё про маму с папой вспомни.
Блин, ты ещё скажи «как мама,
как папа, ё-моё, как кошка», блин.
Как моя первая учительница.
Как моя первая учительница, блин.
Как ты тут останешься?
Потом поймёте, что я прав.
- Тихо-тихо!
- Оба!
Я скажу, что Горшок нажрался и свалился.
Никакого самоубийства, Мих.
Тупой несчастный случай.
Ох! Какой несносный тип!
Слышишь, никаких легенд и мифов.
Просто пьяный угар — и всё.
Вот еб…ь, всё как обычно.
Ты сначала делаешь, потом думаешь,
а я всё разгребаю.
Да когда такое было-то, Андрюх?
Да когда такого не было?
«Вот те на», — пробормотал мужик.
И поднялся с пола в тот же миг.
Стала за ноги его кусать
Голова, и он упал опять!
Но все сильней кусала злая голова,
Мужика до слез она довела.
Чья-то тень мелькнула за окном.
Безголовый тип ворвался в дом.
Бошку беглую свою схватил
И себе на плечи посадил.
Тут издал он крик:
«Извини, мужик!»
И руками голову свою держа,
Радостно смеясь, он убежал.
Фак.
Х… ли вылупились, неформалы?
Уголёк!
Пошёл, жирный.
Трюфель, эй, ты где?
Мих, ты пойми, мы с тобою сказочники.
Какие сказочники, блин?
Ты на самом деле
никогда не позволяй
нас так называть, понял?
Братуха, меня это вообще
ни разу не напрягает.
А должно, Андрюх.
С хера ли должно-то?
Мы пишем
конкретные литературные произведения,
понимаешь, да?
Как… Как Гоголь, ё-моё, как Лавкрафт там.
Ты что?
О! Здорово, пацаны.
Здорово, вы же «КиШ».
Ну да.
Да, «КиШ» — хер проссышь.
А что ты, не ссы.
Солдат ребёнка не обидит.
Ну вы крутые весьма, весьма.
Спасибо, мы стараемся.
Слушай, а что вы это,
с этими волосатыми пидорасами, а?
Давай с нами против всего этого дерьма,
этих черножопых.
За чистую кровь! Мы — русские!
За нормальные корни!
Слушай, ты перепутал что-то на самом деле.
Иди лохов чмори, там бандосов херачь.
- Что?
- Мих, Мих, хорош. Мих, не стоит.
Да что не стоит?
Что вы неформалов с говном-то мешаете?
Неформалы — отбросы общества!
Да мы все — отбросы общества.
И вы тоже, блин.
Мы — русские!
Мы — патриоты!
Русь! Русь! Русь!
Пойдём, человек правды же не ищет.
Видишь, пошли.
Какие вы русские,
если зигу кидаете, ё-моё?
Патриотизм с говном мешаете.
Русь! Русь! Русь!
Ты что, попутал?
Бей говно.
Что за шмель, бл…!
Разошлись!
Отошёл!
Сука!
Отошёл!
Как тебе, нравится, а?
Это панк-рок, лысая девочка!
Андрюха, давай меси его!
Стоять, черти!
Все легли на пол!
Эй!
Бочку на пол положи.
Ну и кому ты что доказал тогда, Мих?
И кому что сейчас докажешь?
Да не докажу, Андрюх.
Просто успех наш закреплю.
После того как меня размажет,
история русской музыки по-другому пойдет,
понимаешь, да?
Люди другими станут.
Да ё-моё, люди поохают денёк-другой
и дальше жить будут.
А ты — нет.
И ты не узнаешь, что можно
ещё больше, ещё круче, Мих!
Будут у нас ещё хиты.
И будем толпы собирать.
Только для этого нужно быть
вместе и живыми.
Небеса заждались, Мих.
Ну что? Отговорил тебя твой спаситель?
А ведь ты предашь его.
Предашь
своего друга Андрюшку.
Да!
Всё будет: говно,
кал, моча, блевотина.
Всё как ты любишь. Тебя этим не напугать.
А вот пять клинических смертей
и полный развал группы из-за кого?
Из-за тебя, Мишаня. Да!
А знаешь почему?
Потому что у тебя просто не будет сил
оставаться таким молодым.
А дальше ещё прозаичнее, Горшок.
Ты захлебнёшься в собственной блевотине,
один в пустом доме.
Так ничего путного больше и не написав.
Понял, нет?
И тебе будет стыдно за это.
Всю предстоящую вечность.
Но
у тебя всё ещё есть шанс.
Он даётся не многим, только избранным.
И ты — один из них.
Ты, Горшок, гений!
Не бойся ничего!
Просто лети!
И бери эту вечность за рога!
Миха!
Ну что ты встал, прыгай!
Это не больно!
А даже приятно!
Прости, Андрюха.
За столом сидели
мужики и ели.
Давай, Горшок, слышишь меня!
Мясом конюх угощал своих гостей.
- Эй! Эй! Не надо этого говна!
- Все расхваливали ужин,
и хозяин весел был,
Он о бабе своей живо говорил.
О жене!
А?
О жене всё время говорил.
О бабе он говорил, в этом смысл.
Ты не знаешь концовку.
Что не знаю, блин? Мужики её съели.
Как догадался?
Сложил: баба, мясо…
Ну, жена в смысле.
Баба.
Не, Андрюх.
Или жена, или я прыгаю. Мне пофиг.
Всё, Миха, ладно, хрен с тобой.
Будет жена.
- О жене всё время говорил.
- Горшок,
воцаряйся!
Миха!
Горшок — дурачок!
За что ты цепляешься?
Это однодневка.
Это хитяра!
Ты знаешь это!
Ты врёшь.
Значит, ты мне не друг.
Пошёл на хер отсюда!
Миха!
- Андрюха!
- Давай руку!
Руку! Руку!
А-а-а! Тяну!
Грёбаные панки!
Свалил?
Ага.
Что, думаешь, белка?
Может, может, настоящий, как из сказки.
Я, хер знает, Мих.
Я вон
в детстве однажды думал, что я реально…
попал в сказочный мир.
Посиди, сыночек, порисуй, я скоро вернусь.
Даже двойника своего встретил, прикинь?
Да ладно.
Да.
Интересно, я там есть?
В сказочном мире?
По-любому.
За столом сидели мужики и ели.
Мясом конюх угощал своих гостей.
Все расхваливали ужин,
И хозяин весел был.
О жене своей все время говорил.
Ели мясо мужики, пивом запивали!
О чем конюх говорил, они не понимали!
Я узнал недавно,
Все вы, как ни странно,
Конюх хриплым голосом проговорил.
С моей бабою встречались
Втайне от меня.
И поэтому всех вас собрал сегодня я!
Ели мясо мужики, пивом запивали!
О чем конюх говорил, они не понимали!
Я за ней не уследил,
В том моя вина!
Но скажите —
Правда, вкусная она?
Ели мясо мужики, пивом запивали!
О чем конюх говорил, они не понимали!
Ели мясо мужики, пивом запивали!
О чем конюх говорил, они не понимали!
- Хой!
- Молодцы!
Прямо за душу взяло.
Хорошая была жена,
жаль, распутная.
Давайте, мужики.
Помянем жёнку мою.
Девять дней как-никак. Хм?
- Давай!
- Давай!
Держи, трубадур.
Сейчас поем.
Заслужили, ребятки.
Это всё?
Трубадуры, ну не душите, а?
Я только что
жену схоронил.
Так ты же сам её и убил.
- Ага.
- А ты что?
Судья мне, что ли, а?
Я, между прочим, судье штраф заплатил.
Ха!
Подожди, подожди, ты не многовато
себе в этот раз взяла?
Не нравится?
Всё заберу.
Песни складываете…
лихо.
И на том спасибо.
Молодцы, молодцы.
Не надоело тебе
душегубам да людоедам тут песни петь.
Ну а что?
Кормят, поют — что тебе ещё надо, блин?
Кормят, поют.
Бессмертия хочу.
Вон,
упырь в помощь тебе.
Упырь…
Ты его видел вообще?
Лучше сдохнуть, чем так жить.
Бледный, без обид.
Ну бессмертие, понимаешь, нет?
Обессмертиться.
Вот нас уже нет,
а песни наши поют.
Горшок, приди в себя уже.
Для этого менестрелем королевским
надо быть.
Тут без шансов.
Внимайте, внимайте!
Королевский шанс для каждого из вас.
У короля украли дочь.
Прямо перед свадьбой.
Кто её вернёт,
может попросить у короля всё, что захочет.
А кто же её похитил?
- Колдун.
- Ох!
Святые угодники!
- Колдун?
- Вот сам её и спасай.
Черти поганые.
Мы пойдём.
- Горшок!
- Мы принцессу спасём.
За это пусть король нас
определит в менестрели.
Да хоть в церковный хор!
Сынок.
Вот он —
герой.
Не то что вы все.
Рваньё!
Ваше Величество, вы его не слушайте.
Это кузен мой, недоразвитый.
Его матушку…
кобыла лягнула в живот.
Вот он и уродился. Придурок.
- Ты что несёшь?
- Заткнись ты!
Стало быть, ты…
на халяву…
королевский поцелуй получил?
Обидно.
Следует с тебя за это…
кожу…
живьём содрать.
И с тебя тоже, малец.
Потому что не уследил ты
за его языком поганым.
 

2 серия

Зовут меня Гордарик.
Анатолий Евграфович.
Отчество не выговорите,
даже не старайтесь.
Зовите
Афанасьевичем.
Если кто и это не осилит, Петрович.
Евграфович, можно вопрос?
Звать как?
Михаил Горшенёв.
Ну вот, повеса у нас уже есть. Тоже надо.
Садитесь.
Также нужно выбрать старосту
и юродивого.
А я юродивым могу быть.
Садитесь.
С вашим ростом вам позволительно
беседовать со мной сидя.
Так.
А вы у нас?
Андрей Князев.
Князев, Князев, а!
У этого человека в аттестате 12 двоек.
Очень зря смеётесь.
С таким результатом человек обязан быть
либо полным идиотом,
либо гением.
Судя по картинке,
склоняюсь, скорее, ко второму.
Можно?
Не можно, Князев. У нас лекция,
поэтому картинка изымается в мою пользу.
Похоже на Горшенёва, правда ведь?
Так.
Приступаем к лекции.
Начнём с истории. Знаете ли вы,
что в этом училище учился Виктор Цой?
Я видел его работы.
Одна из них сохранилась. Вот оно.
- Чего, он только пепельницу сделал?
- Нет, не только.
Но многое из того, что он сделал,
осталось и служит людям.
Мы потеряли прекрасного мастера.
Но приобрели сомнительные песнопения.
Мальчики и девочка,
живите ремеслом.
Андрюх, стой.
Держи, у Евграфовича спёр.
О класс, красава, Мих.
Миха? Правильно же?
Ну, можешь просто Горшок.
Сойдёт Миха.
Слушай, ты крутой чувак на самом деле.
Я посмотрел тетрадку.
Рисунки зачёт.
И там текст у тебя…
про мёртвую женщину. Сам писал?
Ну, конечно, сам.
Есть ещё тексты наподобие?
Есть, а что такое?
Слушай, у нас группа «Контора».
Давай к нам? Будем делать панк-рок.
Мои соратники:
Балу — гитара, Поручик — ударные.
Крутые очки.
- Давай к нам. Будем делать панк-рок.
- Да вы что, пацаны?
Я ни петь, ни играть не умею.
И что? Да мы тоже не умеем.
Научимся заодно. Давай, погнали.
Мы же это… как мушкетёры.
- Не хватает только…
- Д’Артаньяна?
Д’Артаньян есть, я.
Не, Мих, так не пойдёт.
Что не пойдёт?
Ну если д’Артаньяном, я бы ещё подумал.
А так…
Вопрос решаемый, на самом деле.
Но смотри, без боя не отдам.
- Да?
- Да!
- И чего предлагаешь?
- Сражаться.
Ты чего-то слабенький, Андрюх.
Так, допустим, восемь.
Девять, предположим.
Чего руки-то трясутся, слышишь?
- Десять с трудом, ё-моё, ты чего?
- Я сейчас на тебя посмотрю.
Смотри, д’Артаньян — это же не тот,
кто самый сильный.
Самый находчивый, понимаешь, да?
Эй, Мих, ты что делаешь?
Ты живой? Вставай.
Это что?
Помогайте, мужички.
Придурок.
Ну что?
Кто теперь д’Артаньян-то?
Ё-моё!
На, приложи к зубам.
Больше ничего не нашёл.
Сам рисовал?
Ну а кто ж?
Круто, блин.
У тебя тут целая цивилизация.
Ага.
Вот это вообще наша тема.
Да.
Смотри, Мих.
Вот это ты.
Круто.
Вот ещё.
- Чего ты не повесишь?
- Да я только нарисовал.
Вот.
А вот это Шут.
Он главный во всей этой цивилизации.
Офигеть, круто.
Это эмблема группы нашей будет.
А полегче ничего нет?
- Ещё порежешь кого-нибудь.
- А мне?
Тебе?
Тебе, тебе, тебе, тебе…
Держи.
Поновее ничего нет?
Ну ты что? Новейшая модель!
Укороченный меч, с дополнительным
поражающим слоем трупного яда,
оспы и, возможно, чумы.
Пока.
В общем так,
логово колдуна на западе.
В торбах еда
и портрет принцессы.
Чтобы не притащили
вместо неё другую девку из кабака.
Всё ясно?
Вопросы есть?
Ну а если мы не найдём
эту принцессу, тогда что?
Ты чего?
Отрубим руки
и утопим в навозе.
Вот так.
Хороший мужик, да?
Сдуреть, да?
Про нас же теперь песни слагать будут!
Горшок и Князь победили колдуна.
Горшок всех спас. Князь помог ему слегка.
На, вот тебе медяки, иди-ка ты к чёрту.
Ты чего, обиделся?
Из-за тебя я лишился ночлега и заработка.
И теперь, чтоб меня не нашли и не казнили,
мне придётся поменять имя и отрастить усы.
А усы, как ты знаешь,
у меня растут очень плохо.
Вот это вот — предел.
Ты чего? Ну давай споём:
«Князь помог ему сполна».
Ё-моё.
Ты чего молчишь?
Нечего было ноги раздвигать.
Помог ему «слегка», видите ли.
Ну я посмотрю,
как ты всех спасёшь, спасатель.
Не сидится человеку на месте.
Видать, и правда контуженный.
Ай! Ой! Ай!
Тьфу, а! Тьфу, а!
Эх, спасибо, что поймал.
Ты чего?
- Опять укатился, что ли?
- Так мой это — жирком подзаплыл.
Решил разогнать его чуток.
Понятно.
Ох.
А Горшок где?
Пошёл на запад —
принцессу от колдуна спасать.
Эх, его…
Так ты что же, его бросил, что ли?
Ну, Кочерыжка, это же Горшок.
Ему надоест на полпути,
и он обратно пойдёт.
Ну не знаю, Князь.
На западе ублюдков и нечисти с избытком.
Эти полпути он может не пройти.
- Думаешь?
- Спрашиваешь?
Я ж сам оттуда.
Заработка я его лишил.
Так ты же благодаря мне
этот заработок и получил.
Из князей в грязи.
«Мне уже нет пути назад…»
Здорово, отец.
Пустишь погреться?
Не боись, не душегуб.
Будь как дома, путник.
Я ни в чём не откажу.
Я ни в чём не откажу.
Я ни в чём не откажу.
Да?
Да я и в первые два раза понял.
Ну что, нормально?
Да всё, крепи уже, жрать охота.
Колян, захвати ещё 20 метров кабла.
А вам не кажется, что криво?
А ты думаешь, это кто-нибудь заметит?
Они же бухие все будут или под наркотой.
Это же панки.
Панки, не панки, а организатор я.
Поэтому перевесьте декорацию, пожалуйста.
На хрен их вообще сюда пустили?
Обосрут здесь всё, обоссут.
А завтра спектакль детский тут, вообще-то.
Спасибо.
Здравствуйте,
я бы хотела подтвердить бронирование
на сегодня, группа «Король и Шут».
Это что?
«Конфликт меню», так сказать.
Ознакомьтесь.
И музыкантов своих ознакомьте.
Подождите, а почему вы решили вообще,
что они будут что-то разносить?
У меня кум в ментовке работает.
Их в оцепление срывают
в наш театр вместо выходного.
Надо думать, не просто так.
Ксюша, Ксюша, Ксюша,
Никого не слушай
И ни с кем сегодня не гуляй!
И ни с кем сегодня не гуляй.
Дождь не может идти вечно.
Что?
И ни с кем сегодня не гуляй.
Ох.
Мудрые вещи говорю. История…
она впопыхах не пишется, блин.
Понимаешь, да? Это всё…
Привет, я Настя. Я сегодня буду вашим…
Погоди ты.
Ксюша, Ксюша, Ксюша,
Юбочка из плюша...
Что там, Мих?
Попса.
Балу, антидот.
- Искусственное дыхание сделать?
- Да погоди ты.
- Пускай вон Маша сделает.
- Вы что, дурачки?
Ребята, а что вообще происходит?
Тсс.
Тебе нельзя разговаривать.
Ренегат, удаляй опухоль.
Попса, коллеги.
Балу!
Я сама, сама, сама.
Расходимся.
Мне слишком тесно взаперти,
И я мечтаю об одном:
Скорей свободу обрести,
Прогрызть свой ветхий старый дом.
Проклятый старый дом!
Спасли.
Ещё одну с того света вытащили.
Ну чего, чудо медицины?
- Куда идти-то?
- Вот сюда.
Сейчас придём.
А чего там, Настюх, есть ещё попсовики?
А то мы и их вылечим.
А…
Узнавать пошла.
Стреляй, а не болтай.
Шериф Екатеринбурга здесь.
Какие-то проблемы?
Эм, так… Ребята,
всё готово, всё оформлено.
- Не надо меня снимать.
- Можно проходить.
Мы немножко вздремнём,
в автобусе не спалось.
Ты уже приезжай на саундчек,
на самом деле.
- А, хорошо, отдыхайте, да, конечно.
- И больше уже ничего не изменится.
Понимаешь?
Потому что есть только два движения,
на самом деле: есть только левая тема
и, на самом деле, правая тема.
Маша, а вас мы на другом этаже,
как было заказано, поселили.
Но если хотите, я могу поменять.
Да нет, я всегда живу отдельно от парней.
Это так они обо мне заботятся,
чтобы у меня были тишина и покой.
А ребята сами, получается,
не любят покой и тишину.
Ты за левую тему,
нежели чем за правую тему?
Да не переживайте вы так.
Я с ребятами знакома давно.
Я вообще в группу пришла,
чтобы парня себе найти.
Так они так меня начали
оберегать, что обломалась.
Девчонки, давайте все вместе.
Может быть, «Шторм»?
Думаю, да.
Браво!
Девчонки, до слёз.
Спасибо большое, все свободны.
А вот ты можешь остаться?
Да.
- На хрена, Андрюха?
- Хорошая.
А что?
Из народного ещё что-то?
Да нет, достаточно.
Спасибо большое, мы перезвоним.
А как вы мне позвоните?
У вас даже моего номера нет.
Да.
Ну,
значит, не позвоним.
Вы от кого пришли?
Ну вот. Балу вам сообщит.
Всё, спасибо большое. Маша, да ведь?
Маша Нефёдова.
Спасибо.
Чего перезвоним-то?
- Кайфовая девчонка.
- Да.
Да девочка кайфовая, играет так себе.
Да и Балу играть у нас
не умеет ни хрена ничего.
Не, идея со скрипкой крутая.
Ну а чего мы ждём, она ещё недалеко ушла.
Да потому что нам не нужна
девочка со скрипкой,
нужен парень с ирокезом и скрипкой.
Так поставим ей ирокез, в чём дело?
Панков на сцене хватает, Миха,
а красивой девушки ни одной.
Да ё-моё, пацаны!
Вы чего, блин?
Предаёте все панковские идеалы, блин!
Да на хрена нам такие идеалы,
если они мешают творчеству.
Ну охренительный же образ, Мих.
Даже Поручик, блин, сказал,
что она красивая.
Вы чего, такой…
начнётся шухер в туре. Вы что?
Так давайте сделаем проще —
договоримся между собой без вот этого.
- Особенно ты, Яша.
- Да!
А чего Яша?
Я согласен. Ты, Яха!
- Клянись сейчас.
- Ты чего, Яха, клянись.
Клянусь я.
Мих.
Всё. У нас есть скрипачка.
Это мне потом Балу рассказал.
Ребята хорошие. Ничего такого не устроят.
Ты чего?
- Ты чего?
- А ты где?
Здесь, б…дь, камера, е…ть.
Эм, какого «такого»?
Что нельзя было бы
отремонтировать или заплатить.
Хм.
Какая гладкая.
Что за зверь?
Скажем так,
самый опасный из всех.
Ага.
Медведь, получается?
Ого!
Как похоже.
Сувенир?
Скажем так, трофей.
Хм.
Воевал, значит?
- Расскажешь?
- Конечно.
Множество историй,
коль желаешь, расскажу.
Коль желаешь, расскажу.
Коль желаешь, расскажу.
Бать, я понял, расскажешь.
Волки, что ли?
Чего, прямо под окнами?
А у меня среди животных врагов нет.
Вот и волков нравится мне иногда
подкармливать.
Ну это правильно, я считаю.
Волки — они кто? Санитары леса.
Вообще, к животине надо добрее быть.
Бать.
Ты куда? Обиделся, что ли?
Что за день такой? Все обижаются.
Друзья хотят покушать.
Ну. А я-то при чём?
Пойдём, приятель, в лес.
А-а-а!
Ребята, привет. Как у вас тут дела?
Всё хорошо?
Да, конечно.
Пучком. Вон, пучками даже.
Что-то нужно?
- Да нет, всё есть, спасибо.
- В избытке, вон, хочешь, пивка попей.
Нет, спасибо большое.
Я же за рулём, так сказать.
- Ответственная, молодец.
- А ты как, Настенька, расскажи.
Я? Да прекрасно всё.
Почему вы спрашиваете?
Потому что вы здесь.
Да я просто впервые
такой большой концерт организовываю.
Ну, хочу, чтобы всё прошло…
- Чего?
- Чего?
Боишься, что мы вмажемся
и концерт сорвём, что ли?
Да нет, конечно.
- Подождите, а вы можете, что ли?
- О!
Слышь, мы серьёзные люди
на самом деле, поняла?
Мы же не просто кайфуем.
- Угу.
- Это судьба, блин.
Прямо-таки судьба, да?
Ты чего, не веришь нам?
Андрюх, просвети.
Ладно, Мих. Никому это не интересно.
Да слышь, всем интересно. Расскажи давай.
Расскажи!
Расскажи!
Расскажи!
Ну, короче…
Ты чего мимо пролетел,
даже ничего не сказал?
Не поступил?
Да, навыков недостаточно, сказали.
Ну им сразу Микеланджело подавай.
- Придурки.
- Ну да, зато мы умные.
Ладно, я в слесарку документы отдал.
- А туда зачем?
- Ну с пацанами за компанию зашёл и отдал.
А чего нет? Сама знаешь,
батя бы всю голову забил бы,
что без дела болтаюсь.
Всё, я хочу полежать.
Нечего этим голову забивать.
Реставрационка?
Ну лучше, чем слесарка.
При всём уважении к тамошним алкашам.
Учись, студент.
Спасибо, ма.
В общем, Настенька, если бы не моя мама,
с Горшком мы бы не встретились.
- Да что там с Горшком, «КиШа» бы не было.
- Эй, слышь! Это вопрос, на самом деле.
Ладно, всё, Настюх. Иди расслабься.
Да, спасибо. И вы извините, ладно?
Да чего «извините»?
Мы судьбу не дрочим лишний раз.
Удачи на выступлении.
- Да не нужна удача нам! Судьба, помнишь?
- Да, судьба, судьба.
- Судьба.
- Судьба.
- Прокатиться не желаете?
- Нет, спасибо.
Забавно было бы,
если бы ты в натуре не вмазался.
Не нагнетай, а.
- Ты чего делаешь-то, блин!
- Ну смотри, круто же.
Да.
Нормас, но ведь довести только надо.
Ладно, теперь «Misfits» точно сосёт.
«Король и Шут»!
Привет, Екатеринбург!
Горшок!
В провинциальном городке
Был праздник, музыка звучала.
Но вот в ликующий толпе
Возник зловещий лик бродяги.
Он шёл, как будто был один,
Толпа его не замечала.
И как-то странно на него
Смотрели местные собаки.
В чёрном цилиндре,
В наряде старинном
В город на праздник
Путник очень спешил.
По горам пробирался
И улыбался,
Но камень сорвался
В пропасть с горных вершин!
Был грязный плащ на нем одет,
Цилиндр чёрный смят в гармошку.
Себе под ноги он глядел,
А в кулаке сжимал он маску.
Но кто-то крикнул: «Друг, привет!
Повеселился б ты немножко!
В такой весёлый светлый день
Как можно быть таким несчастным?»
В чёрном цилиндре,
В наряде старинном
В город на праздник
Путник очень спешил.
По горам пробирался
И улыбался,
Но камень сорвался
В пропасть с горных вершин!
И проходимец поднял взгляд
И злобным голосом ответил:
«Я всех замучить был бы рад,
И оттого я так невесел.
Я в маске рыжей обезьяны
На праздник к вам попасть мечтал.
Когда б не камень окаянный,
Что мне на голову упал!
В чёрном цилиндре,
В наряде старинном
В город на праздник
Путник очень спешил.
По горам пробирался
И улыбался,
Но камень сорвался
В пропасть с горных вершин!
Панки! Хой!
Я не понял, слышите. Кто поёт в микрофоны?
Кто? Эй, слышишь!
Забери у него микрофон.
Чё ты, б…дь!
Да тихо, тихо.
Сейчас мы запишем концерт,
а при выходе всем дадим по кассете.
Но у нас их всего три.
Темнело за окном, наступала ночь.
За кухонным столом сидели мужики.
Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь,
И гром гремел ужасно где-то у реки.
Темнело за окном, наступала ночь.
За кухонным столом сидели мужики.
Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь,
И гром гремел ужасно где-то у реки.
Оставь меня!
Ты куда?
Охотник Себастьян, что спал на чердаке,
Вдруг почернел лицом,
стал дряхлым, как старик.
Охотник!
Отошли, отошли, б…дь!
Что делаете, суки!
Пошли на х…, б…дь!
Девчонок не трогать!
Мусора — позор России!
Панки, хой!
Отошёл! Отставить!
Отставить, я сказал!
Дубины опустили!
Бошку оторву!
Ты и ты — за сцену.
Быстро! Живо!
- Чего?
- За сцену, я сказал!
Панки, хой!
Дай пройти, ё…ты!
Руки!
Отпустите!
Ты чего попутал, полковник?
Там люди деньги за билеты заплатили.
Ты что, не слышишь?
Это не люди. Это толпа.
Значит так, сейчас выходите на сцену
и вежливо просите всех разойтись.
- Антон Сергеевич, нам нужно усиление.
- Подожди.
- Держимся.
- Да вам ослабление надо.
Смотри, решение такое:
сейчас вы убираете ОМОН на хер со сцены,
и всё, все успокаиваются.
Ага, сейчас.
А потом они идут магазины громить?
Ты чего меня жизни учишь? Пацан.
- Михаил, там всё очень плохо.
- Да погоди ты, я решаю.
Слушай ты, Горшок. Или как там тебя?
- Давай лучше договариваться.
- Да как договариваться?
Ты чего, хочешь,
чтобы мы своих фанатов разгоняли, б…дь?
Ты за кого нас держишь?
И их за кого держишь?
Чего, если люди в косухах,
с ирокезами пришли, всё:
можно с ними как со стадом, блин?
Люди музыку слушать пришли.
Вот им делать не хер с вами барагозить?
- Миха.
- Чего «Миха»? Подожди!
- Сейчас он всех уберёт, отвечаю.
- Руки убрал!
Да некогда ждать,
там взорвётся сейчас всё.
Чего ты предлагаешь, Князь?
Мы фанатов своих отстаивать должны,
как ты потом людям
в глаза смотреть будешь?
Миха, да приди ты в себя.
Чего ты опять и кому хочешь доказать?
- Там, б…дь, речь идёт о здоровье людей.
- Да успокойся ты, б…!
Ты чего? Тебя на понт берут,
а ты ведёшься!
Понятно.
Андрей!
Назад! Шаг назад, я сказал!
Хей!
Темнело за окном, наступала ночь.
За кухонным столом сидели мужики.
Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь,
Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь,
И гром гремел ужасно где-то у реки.
Он чего, поёт?
Сам?
Ладно, не знаю, как вы,
я пошёл.
Ну чего, они там вдвоём будут?
Пошли.
Охотник Себастьян, что спал на чердаке,
Вдруг почернел лицом,
стал дряхлым, как старик.
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник Себастьян!
Закончилась гроза, и дождь прошёл,
На небе появилась полная луна.
И повалил во двор подвыпивший народ,
Смеются мужики, кричат — им не до сна.
Но вдруг из темноты раздался рёв,
Затем с петель слетела в доме дверь.
За шумною толпой
Бежал огромный, страшный зверь.
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник Себастьян!
С зарёй запели петухи
И хвойный лес зашелестел.
А в поле у реки
Лежало пять кровавых тел.
Проснувшись дома на полу,
Охотник в зеркало взглянул.
«О, как я сладко спал!» —
Себе со смехом он сказал.
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Охотник!
Всем привет, как дела?
А что происходит?
На что похоже?
Вот и выясним сегодня,
кто Король.
Я всё.
Завязывай, Андрюх.
Уже до фильтра докурил.
Сам знаешь,
фильтр — самое вкусное.
Смотри, Мих,
есть ещё шанс решить вопрос мирно.
Этот автобус
слишком тесен для нас двоих.
Ну, значит, поедешь в багажном отсеке.
Мёртвым грузом.
Подождите, а откуда у них пистолеты?
- Горшок вчера у ментов стырил.
- Ну так надо милицию вызывать!
Стой!
Сидим на месте и не рыпаемся.
ОМОН уже в пути.
Заткнись.
И дерись.
На счёт «три».
Раз.
- Стой!
- Два.
- Опустите оружие!
- Три!
Ай-яй!
- Ты чего, блин!
- Блин, извини!
- Ты что делаешь? Ты дура совсем, что ли?
- Хотел сказать, скорая тоже в пути уже.
Ах вы придурки, б…дь!
Ты-ты…
Балу, беги!
Эй! Эй! Ты чего? Ну ты чего?
Придурки!
- Ты чего?
- Ты чего, б…дь?
Придурки, б…дь!
- Дверь откройте!
- Перемирие!
Да, теперь у нас общий враг.
- Кто Король?
- ОМОН вам не поможет!
Стой, к столбу.
- Кочерыжка.
- Хм?
Слушай меня внимательно.
Колдуна не одолел?
Принцессу не спас.
Искал бессмертие, нашёл смерть.
Колдун-то до пыток весьма хитёр.
Может, тебе повезло, что ко мне попался.
Хоть человеком сдохнешь.
Волкам на корм пойду?
Да мне что волкам, что червям.
Волкам — так лучше.
Землю поганить не будешь.
- Да?
- Ага.
Чего-то я сомневаюсь в этом.
Пойду ещё верёвку принесу,
уж больно крупный ты.
Давай.
Князь!
Ты откуда здесь?
Ты откуда здесь, говорю?
Пришёл помочь тебе, слегка.
- Давай режь.
- Эй!
Ребятки, а вот и второе пришло.
Меч брось. И мешок сюда.
Слышь, бать,
друга моего отпусти.
Ладно, я дурак, но он-то чего?
- Кочерыжка!
- Собачки!
- Береги себя!
- Идите-ка сюда.
Режь давай.
Ну, придётся им аккуратнее жевать.
Давай, Безголовый.
Давай, Безголовый! Смотри в оба!
Спасибо, что не бросил, Князь.
А вот надо было бросить.
То есть по справедливости.
Ладно, чего уж там.
Росли вместе,
помрём, видать, тоже бок о бок.
- На.
- Надеюсь, не помрём.
Станем бессмертными.
Будь как дома, путник,
Я ни в чём не откажу.
Бессмертная песня будет.
Ты не смей на меня обиду держать.
Я тебе вон какие темы
для песен подкидываю.
Это да.
Волки-то за Кочерыжкой побежали.
- Ага.
- Куда же вы, собачки, а?
Жалко мне их.
Горшок.
Ты?
Это я.
Ты чего здесь?
Слушай, меня тут посетила мысль:
может быть, нам с тобой
вмазаться по-быстрому, а?
О, ну что, твой дружок не готов
к таким дверям восприятия,
как мы с тобой.
Но мы-то знаем толк
в настоящем сладостном вкусе.
Андрюха,
пришёл всё-таки.
Чего, как тебе наша публика?
Их бы в Кремлёвский дворец, Мих.
Тебе тоже приготовить?
Ну да, давай.
Уверен?
Да уверен, Мих. Хочу сознание
расширить, так сказать.
Заглянуть в души фанатов.
Этому я сам, ладно?
Ты чего сидишь? Ты снимай куртец.
Позволь, дружище.
Да чего ты, не ссы, Андрюх.
Я же с тобой.
Успокоил, блин.
Не ссы, блевотина не твоя.
На, хлебни.
Миха.
Это говно полное.
Оно убьёт нас к херам.
И тебя убьёт.
О!
Посмотри на них.
Есть у них какое-нибудь будущее?
Вот именно.
А у нас оно есть.
И должно быть, понимаешь?
Да я слезу.
В смысле, чего слезу?
Я же не залезал, чтобы слезать.
Я же не нарк.
 

3 серия

Хей! Хей! Хей!
На свадьбе скоморох
Был прытким, как горох,
Он бегал по столам,
Кидался пудингом в гостей.
Такую чушь он нес,
Что ржали все до слез.
Смеялся даже старый пес.
Праздник веселый на селе,
Пляшет хмельной народ.
И угощения на столе —
Свадьба вовсю идет.
Воскликнул скоморох,
Лишь только смех заглох:
«Хотите, я вам фокус покажу?»
Невесту он схватил
И в бочку посадил,
Всех отвернуться попросил.
Праздник веселый на селе,
Пляшет хмельной народ.
И угощения на столе —
Свадьба вовсю идет.
Раздался женский крик,
И в тот же самый миг
Над длинной сельской улицей
Погасли фонари.
Включили люди свет,
Глядят — невесты нет.
И скомороха не нашли они.
Он в кино уже не работал.
Прикол, понимаешь, да?
Кто сказал, Андрюха?
- Кинчев, конечно.
- Горшок?
- Чего?
- Тут с тобой дама мечтает познакомиться.
Решил не скрывать её. Прошу вас.
Но-но-но. Ну, что вы так расстраиваетесь?
Анфиса.
Ну, имя козырное.
Со мной может разговаривать только он.
Е…ть.
Ребят, ну вы чего? Ну, я же пошутила.
- Смешно.
- Куда пойдём гулять?
Ты что, не гуляешь?
Мы обычно в церковь ходим.
Ну тогда пойдём в храм.
Яш, ты в курсе, что ты хреново играешь?
Почему?
Ну, я не знаю почему.
Просто хреново играешь.
Ну, может, просто не очень уверенно пока.
Нет, нет, нет. «Король и Шут» —
это дело всей моей жизни.
Ты ещё книгу напиши.
Если ты будешь так хреново играть,
я просто вышвырну тебя из группы.
- Ну, я буду стараться.
- Он будет стараться.
- Старайся, Яша.
- «Буду стараться».
А вы знаете группу «Depeche Mode»?
Конечно, знаем. Дейв — красава.
А как вы думаете,
почему вы их знаете, а они вас — нет?
Потому что мы Яху в группу взяли.
Нет.
Да потому что у вас клипов нет, ребят.
Ну так сними нам, Анфиска. В чём проблема?
Слушай, ну,
снять не обещаю,
но сценарий придумать могу.
- Андрюха, дверь знаешь где?
- Да, я пошёл.
Давай, придумаешь достойный, бабки найдём.
Что? Прямо сейчас давай.
В смысле прямо сейчас?
Давай, давай, я снимаю.
Забились.
Она умерла, по ходу.
Ты просыпаешься утром,
у тебя на руках стигматы.
Идёшь на кухню, открываешь холодильник,
достаёшь пиво, выпиваешь залпом.
Стигматы кровоточат.
Ты достаёшь бинты.
Обвязываешь ими руки.
Пытаешься запить боль.
Надеваешь косуху на голое тело.
Впрыгиваешь в «гады» и уходишь на улицу.
Ты идёшь по улице.
Кровь! Кровь пробивается сквозь бинты.
Ты достаёшь сигарету.
Заходишь в костёл.
Там служба, много людей.
Много людей смотрят на тебя.
Ты просто идёшь к кресту.
Запасаешься распятьем.
По ходу, кастинг пройден.
А на какую песню такой клип?
«Внезапная голова», Яш.
Что, снимаем. Что по смете?
Не слушай их.
Ты и есть «Король и Шут».
Только не уходи никуда, ладно?
Я сейчас приду.
Что, гуляйте, мужики.
Я — не нарик, Анфис. Но мне надо.
Впечатлений много.
Тебе всё можно.
Ты медсестра, что ли?
Стриптизёрша.
Приходи как-нибудь на меня посмотреть.
Извини, я первый раз колоть буду.
Прости.
Прости, пожалуйста, прости.
Сейчас будет нежно.
Так-то, вообще, иголок боюсь.
Ты станешь великим.
Я никому не позволю этому помешать.
Взвился подо мной конь ретивый мой,
Ночью он мчал меня домой.
Глядя на поля,
Не заметил я,
Что кто-то чешет прямо на меня.
Хей! Хей!
И раздался крик во мгле,
Кровь в лицо попала мне!
Кто-то сзади голосил,
А я гнал что было сил! Хей! Хей!
Ой!
Обед.
Князь, дружище, ты мне жизнь спас.
Мой долг перед тобою безмерен. Но
позволь мне колдуна самому одолеть.
Каша, как-никак, по моей вине заварена.
Братец, прозвищем тебе своим клянусь,
что колдуна не трону.
И ты тоже.
- Что?
- А то.
Принцессу умыкнём — и в путь-дорогу.
Я от старости хочу помереть,
а не от рук чернокнижника.
И что? Мы воры, что ли,
с тобой, получается? А?
Вот я понять не могу: ты обессмертиться
хочешь или сдохнуть?
- Хм?
- Ага.
Если второе, то без меня.
Вот зануда ты, Князь, всё-таки.
«Умыкнём». Ну, Князь.
Может, ещё попросим вежливо?
Достопочтенный Колдун,
не соблаговолите
отдать принцессу?
Кто-то сзади голосил,
А я гнал, что было сил!
Утром сам не свой
Прибыл я домой.
И лишь зажег я в спальне свет,
Хочешь — верь, не верь,
На кровати на моей
Лежал…
Кровавый человек.
Не страшновата песня
для такой красавицы?
А я не из пугливых.
Мы не встречались
- раньше?
- Раньше.
Может быть, во сне?
Может быть.
Мне понравилось, как ты пел.
Не хочу хвастать, но я вроде как
будущий менестрель.
Кумир,
идол.
А найдётся у идола песня,
достойная моей красоты?
Такой песни в природе ещё нет.
Я тебе помогу.
Ну вот.
Ну это охренеть просто, Мих.
Нечего сказать, Миш.
Миша, это просто…
Это просто потрясающе! Я никогда такого
не слышала. Миша, это…
Ты понимаешь, это не какой-то
сраный шлягер?
Это то, что останется с нами на века.
Миша, ты — гений, боже.
Что, Андрюх? Да?
Только я знаю, я знаю. Мы,
мы должны оставить её без текста.
Правда, он здесь не нужен, Миш. Это,
это сделает только всё хуже.
Она уже полноценная.
Андрей, без обид. Но ты сам всё понимаешь.
Понимаешь, да? Тут не нужен текст.
Лучше уже не будет.
Не, не, не. Андрюх?
Нужен, нужен, согласен.
Тогда это должно быть что-то,
что-то об огромной любви.
Нет, нет, нет, даже не о любви, нет. Это…
Понимаете, просто в этом есть какая-то,
какая-то,
какая-то бесконечная грусть.
Это как, это…
Это как воспоминание.
Как воспоминание о любви.
Воспоминание о любви!
Миш?
Ещё.
Давай, Мих.
…в жизни мой удел...
Я не знаю, может, это очень талантливо?
Ты понимаешь, что это —
наши классовые враги?
- Да ладно тебе.
- А что ладно? Я не уверен,
что мы должны были
это в ротацию ставить.
Их никто не крутит, кроме нас.
Разбежавшись, прыгну со скалы.
Ну что, наслаждаетесь?
Ты зря смеёшься. Это — начало конца, Миша.
- Это просто — панк-рок!
- Это — говно-рок.
Надо остановить эту экспансию гопоты.
Свобода, демократия, должны считаться.
Так, всё.
Успокойтесь и слушайте Земфиру.
Всё.
- Миш.
- А?
Ну, мы сами эту гопоту
выводим на авансцену.
- Вот!
- Так бы сидели в подвалах,
- и всё было бы тихо.
- Покатаем, посмотрим.
Если так плохо, они долго не продержатся.
Так продержатся,
в этом весь и ужас. Подожди.
«Голые коки», Миша.
«Девушка и граф», «Ведьма и осёл».
Откуда они вылезли вообще?
Купчино, вроде бы.
Купчино — это?
Это же Цой из Купчино.
Портал какой-то. Заколотить его на хрен.
Так! Что-нибудь хорошее.
Вот зачем тебе всё это, Анфис?
Да всё просто.
Если тебя не будет, Миш,
то и жизни моей не будет.
Ты куда?
Не надо так говорить.
В смысле?
Истории такие плохо заканчиваются.
Я что-то не знаю?
Миш!
У меня была…
девушка.
Ну не в смысле «девушка».
Жили вместе месяц.
Она всё время такую хрень говорила.
Потом я ушёл.
Она стакан бензина выпила.
Я тебе говорю,
плохо заканчиваются такие истории.
А ты что, хочешь, чтобы наша история
тоже закончилась, да?
Да ничего не хочу.
Сука!
Ты!
Ты что?
Хочешь меня бросить?
Ты что несёшь-то?
Ты что делаешь-то?
Давай, Миш! Попробуй это сделать!
Дура совсем? Успокоилась!
Успокоилась!
Сука!
Миш!
Миш!
Ой! Миш, Миш, Миш!
Всё нормально.
- Миш!
- Нормально всё, б…дь!
- Всё, тихо, тихо, тихо.
- Миша, прости.
Тихо, тихо.
Тихо, всё. Всё, всё.
- Миш...
- Что?
я поняла.
Я понимаю, что ты имеешь в виду.
Мы с тобой и ведь вправду не вместе.
Почему?
Я не вижу мир так, как ты его видишь.
Не чувствую его так, я не понимаю,
чего ты хочешь.
А что?
Возьми, Миш. Держи.
Нет.
- Не надо, Анфис, слышишь?
- Давай, Миш, давай.
Не надо тебе, говорю.
Миш, Миш.
Теперь всё будет хорошо.
Сделай это, Миш, пожалуйста, а.
Я знаю, что нам это нужно.
Я знаю, что нам это поможет. Я просто
хочу, хочу почувствовать то же,
что ты чувствуешь.
- Что чувствуешь?
- Один раз, ладно?
Один раз, слышишь?
Горшок! Можем отложить спор.
Жрать охота уже! И холодно!
О, Князь, здорово!
Ты, никак, замёрз?
А ты, никак, согрелся, я смотрю.
Да.
Я, конечно, не хочу идиллию вашу нарушать.
Но нам пора принцессу спасать.
Слышишь меня?
Ты теперь один, Князь.
А я свою принцессу уже нашёл.
Подожди, а как же бессмертие твоё?
А кому нужно бессмертие,
когда есть любовь?
Давай ты тоже, Князь. Найди себе девицу.
Будем семьями дружить.
Только гномиху не бери.
Они с феями не особо ладят.
Так, всё ясно.
Я даю тебе ровно час перебеситься
и жду у костра.
Понял меня?
Дружище, я не вернусь!
Да, да, да.
Давай.
Здорово!
Привет!
- Первый панк Советского Союза.
- Да!
Лысый и ужасный Панкер.
Человек, который с Цоем на трубе играл.
Есть два типа людей:
одни любят играть на трубе,
а другие любят деньги.
- Что люблю я?
- Деньги.
Деньги! Это я люблю!
Да, тебе Лёшка, наверное, сказал уже.
Хотим, чтобы ты у нас директором стал.
Шумный — молодец, конечно.
Но, по сути, у нас сейчас
Балу с Поручиком всё рулят.
Короче, нужен директор.
А ты в курсе,
что я у твоего брата директор, а?
Да, конечно, в курсе.
Ну что, ты потянешь две группы?
Мих, я буду честен.
Вот с алкашами я работать могу.
Я — алкаш, я — молодец.
Так я тоже бухаю, будь уверен.
А вот с «хмурым» — нет.
Я знаю, что это за говно, и —
нет. Категорически нет.
Панкер, я что, нарк, что ли, по-твоему?
Да ни в коем разе, ты что?
Давай,
забьём, что я брошу.
Андрюх, ну скажи ты ему.
Ну…
Мих, ну как я могу за тебя говорить?
Ну что, за друга заступиться сложно, да?
- Анфис.
- Что Анфис?
А на хер вы его привели сюда вообще, а?
Раз ему ничего не надо?
А ты вообще не чувствуешь, что ли, а?
Не чувствуешь, что Миша — мистик?
Что Мише важно познавать
тёмные вибрации этого мира.
Чтобы расширять границы творчества.
- Сечёшь?
- Секу.
У Кастанеды я бы тоже не стал директором.
Ты что, дурачок?
- Анфис, успокойся.
- Я спокойна.
Вообще не вкуриваешь, да?
Вообще не чувствуешь широкое сознание?
- Мих, успокой её, пожалуйста.
- Я спокойна.
Скажи мне,
нарк своей тёлке может
такую шубу позволить?
Я тебя спрашиваю?
Может нарк купить своей тёлке
такую шубу, а? Говори!
Всем пока!
О, какая досада!
- Ушёл самый важный, на х…й, бой.
- Да закрой рот, б…дь, свой!
Опять без директора остались.
Миха, какого хера, а?
А что ты бычишь на него?
Вот и я тебя хочу спросить, Андрюх.
Какого хера?
Охренеть.
Да не ссы, найдём директора.
Миш,
тебе же никто не нужен.
Ты уже король.
Стой! Стой!
Путник, умоляю тебя,
освободи меня.
Гроза скоро начнётся.
А мне надо!
Путник, разбей мою клеть своим мечом.
Дружище, обязательно.
Сейчас только, я это,
- за молотом схожу и…
- Стой!
Куда? Стой! Стой!
Не уходи, пожалуйста!
Стой! Стой!
Здравствуйте.
Не угостите странника, люди добрые?
Желудок стонет, жрать просит.
Да вы чего?
- Не обижу я вас.
- Не верьте ему!
Он от феи ушёл.
От феи?
Да вы что, блаженные.
С ней вон друг мой остался.
Друг остался, говоришь?
- Ага!
- Тибелдык!
Садись, молодец, накормим.
- Вот спасибо.
- Друга-то как звали?
Что значит звали?
А то и значит.
Что повелительница мух жертву свою
не уступит.
Была она женой бога грома.
И жили они с ним в тучах.
Да только скучала она. И тогда тайком
оборачивалась мухою
и спускалась на землю.
Узнал об этом бог грома
и отпустил её с концами.
С тех пор раз в месяц
обольщает она одного молодого человека.
И отдаёт его на растерзание своим мухам.
Потому-то мы и прячемся.
Братцы, а помогите мне
фею победить.
Нам Король
желание должен. Мы его отдадим вам.
Никому с этой чертовкой не сладить.
С каждым годом нас всё
меньше и меньше становится.
Был один…
храбрец, приёмыш.
Попытался брата своего спасти.
Приходит,
а мухи-то его брата вон
до костей обглодали.
Так-то. И брата не спас,
и сам в уме повредился.
Стал бегать с сумкой по холмам.
Всё молнию хочет поймать в сумку.
Думает, что сумка у него волшебная.
Надо же выдумать такое?
О, дурак!
Молнию, значит, хотел поймать?
А это не тот,
что в клети сидит, беснуется?
Он самый.
Мы, как гроза собирается,
прячем его.
А то ведь убьётся сам.
В клетке-то оно всегда безопаснее.
Он, видно, в ссоре с головою,
Видно, сам себе он враг.
Надо же выдумать такое — во дурак!
То парень к лесу мчится,
То к полю, то к ручью.
Всё поймать стремится.
Слышь, говнарь, тебе что,
больше всех надо?
Что тарахтишь, как хер в коробке?
Мне надо туда пройти.
- Что?
- Отойди.
Козёл!
И мне тоже распишись.
- О!
- Вы классные.
- А мне?
- Давай, давай.
На мне, пожалуйста.
Эм, он не пишет на коже.
- Что?
- Ну, маркер на коже не пишет.
Извини, кто следующий?
Что встал-то, тебе на чём расписаться?
Мы на теле не расписываемся.
Да? Лучше на договоре.
- Что?
- Что?
Саша Гордеев — ваш новый директор.
Если, конечно, договоримся.
- Здорово.
- Здорово, проходи.
- Будем знакомиться.
- Простите.
Ну, я смотрю,
у вас дела нормально идут, да?
Не протолкнуться.
Любят люди, да?
Закон у нас один — творчество.
А если нам интересно,
то и фанатам, как видишь, тоже.
Не, ну мне ваши песни нравятся.
Я, может, не все слышал, но многие.
Артист должен быть энергичный, правильно?
- Ага.
- На сцене надо зажигать.
Миша, Миша, Миша!
Тихо!
Миша! Миха!
Гордей, что ты стоишь! Делай что-нибудь!
- Сейчас!
- Ты директор или кто?
Сейчас, скорая!
Ты нормальный? Какая скорая?
Он же угашенный, ты хочешь,
чтобы его посадили?
- Так а что делать-то?
- Ну так думай, решай, Гордейка!
- Решай!
- Так, есть врач.
Хороший врач. Руки убери!
Так, тихо, тихо.
В записной книжке найди на В, Вайнштейн.
- Звони, б…дь!
- Вайнштейн, Вайнштейн.
- Так.
- Миша, держись.
Сейчас, сейчас, дорогой. Сейчас, сейчас.
Вот, Гордей. Гордей!
Вот адреналин, коли прямо!
- Мать твою!
- Тихо!
- Да почему я-то, на х…й?
- А почему я?
Я два часа автографы даю,
у меня руки трясутся.
Убери на хрен руки.
Сука ты!
Гордей, ты чего, блин!
Всё нормально,
это у нас собеседование такое.
Ты что, ё-моё. Хотел колоть меня, реально?
- Блин.
- На, пивка.
- Ну что, берём его?
- Ну, вроде да.
Стрессоустойчивый, предусмотрительный.
- Попробуем.
- Вы уроды.
Договор где?
- Давай, тебе.
- На,
здесь сначала подставь.
Молодец, Гордей.
Давай сюда.
«В общем, не вам решать,
какие песни «КиШа» ставить.
Это должны решать слушатели».
Через «е».
Пролетариат взбесился, ПТУшники лютуют.
Так, что я должен увидеть
собственными глазами?
Вот, собственно, полюбуйтесь.
Письма от фанатов «КиШа» твоего любимого.
Ого!
Миша, тебе не кажется,
что сказочники твои охренели мальца?
Три песни в ротации.
Они что,
все в «Чартовой дюжине» оказались?
На сегодняшний момент
это выглядит приблизительно вот так.
Мы пока не объявляли.
Так,
значит, вот эту, «Помнят с горечью
древляне», опускаешь на пятое,
седьмое, через две недели выводишь совсем.
Чтобы вообще больше двух песен
в ротации не было.
Миш, мы уже лису в курятник запустили.
Вот это и есть демократия:
не только интеллектуалы, но и гопники.
Мы просто должны
аккуратно их дозировать. Так, всё.
И письма эти на хер отсюда вынести.
С Сид Вишесом хочу спеть,
Джимом Моррисоном,
Андрюшей Пановым, кстати.
Кто там ещё? Виктор Цой, Джон Леннон.
Жалко, они все умерли, правда.
Ребята,
вы — хедлайнеры этого фестиваля. Скажите…
Всё, погоди, погоди.
Какие, на хрен, «лайнеры»?
- А, хедлайнеры.
- Ну да, и что?
Как вам ощущается в роли звёзд?
- Звёзды — это не про нас.
- Смотри, смотри, смотри.
Понятие «звёздности», оно как бы
не очень применимо к нам.
Не надо кидать понятие «звёздность»
к понятию панк-рока.
Хорошо, ну, например, такие группы,
как «Aerosmith», они же звёзды?
Это херня всё. Сейчас «звёздность»
относится только к попсе.
Рок-н-роллу нужно от этого
огораживаться, правильно, мужики?
Правильно.
Ну и напоследок, чего бы вы пожелали
зрителям фестиваля «Нашествие»?
Мы бы зрителям фестиваля «Нашествие»
пожелали бы слушать панк-рок!
В принципе рок, не слушать попсу.
Потому что рок,
он чувствуется сердцем и головой.
- А попса — сами понимаете.
- Жопой!
- Жопой!
- Парни, погнали. Всё, наш выход.
Итак, спасибо, ребята.
Несмотря на всю свою скромность,
для нас они настоящие звёзды.
Какие звёзды? Ё-моё!
- Тебе же сказали! Ты чем слушаешь?
- Всё, пойдём.
Короче, парни.
Пиротехники сказали, что на припев
«Прыгну со скалы»
врубят яркий салют.
Так что держимся в глубине сцены,
на край не выходим.
Реально сгореть можно.
Это прежде всего вас касается.
Мы и так сзади стоим.
Всё, понял.
Вари, вари, Горшочек!
- Стой, стой, стой.
- Да мне идти надо.
Ну так что?
Да или нет?
Маш!
Саш, подойди, пожалуйста.
Саш, слушай. Я хотел бы договориться,
чтобы вы через два месяца
выступили у нас на «Чартовой дюжине».
- Ага, ну можно подумать.
- Супер!
Что по сумме?
Смотри: мы год бесплатно
раскручиваем ваш альбом.
Взамен просим одно маленькое выступление.
Ну согласись же, это выгодная история?
Саш! Ну, Саш, ну вы же благодаря
«Нашему радио» стали мегапопулярны.
Вы открываете все фестивали сейчас.
Это тоже спасибо нам.
Ну, я не думаю, что с нашей стороны
это великая просьба.
Выступим, Миш. Без проблем.
Спасибо! Саша, спасибо!
Вы же хедлайнеры «Чартовой дюжины».
На вас люди идут.
Спасибо «Наше радио».
- Отблагодарим.
- Спасибо, что согласились выступить.
Спасибо. Давай, беги.
Смотреть придёшь?
Обязательно!
Удачного, удачного выступления.
Йес!
Быть таким, как все,
С детства не умел,
Видимо, такой в жизни мой удел.
А она, да что она? Вечно мне лгала.
И меня никогда понять бы не смогла.
Разбежавшись, прыгну со скалы.
Вот я был, и вот меня не стало.
И когда об этом вдруг узнаешь ты,
Тогда поймёшь, кого ты потеряла.
Гордо скину плащ, вдаль направлю взор.
Отойди подальше!
- Горшок, отойди!
- Миша!
Отойди назад, сейчас рванёт!
Это моей жизни заключительный каприз.
Разбежавшись, прыгну со скалы.
- Да.
- Это Козырев.
Я подтвердить ваше выступление
на «Чартовой дюжине».
Песню «Медведь» сыграете.
- Э, да. Когда?
- Через неделю.
Слушай, Миш. Мы, наверное, не сможем.
Мы сейчас в туре,
он через три недели заканчивается.
Ну или перенести ваш фест.
Саш, Сашенька, Саш, так дела не делаются.
Мы с тобой договорились ещё
на «Нашествии».
Плакаты распечатаны, программы.
Вы — хедлайнеры, и ты мне такое выдаёшь?
Так, а что?
Я должен тур прервать, или что?
Санечка, на один день
прилететь и выступить.
Так, ладно.
Я поговорю с ребятами и постараюсь решить.
Фак!
Фак!
Ну что, может, действительно
слетать на один день и выступить?
А может, я буду решать,
как организовывать график группы?
Нам здесь предложили выступить вне тура.
За хорошие деньги.
Или туда слетать, выступить бесплатно.
А теперь, получается, уже не бесплатно.
Теперь получается,
это минус хорошие деньги, да?
Ну я же не знала.
Ну так тогда помолчи.
У тебя задача-то ведь простая:
любить меня.
Всё, всё.
Остальное я сделаю.
Мишка!
Миш!
Ты тут?
Да тут я, тут. Саня, ё-моё.
Что случилось?
- «Наше радио» вконец охренело.
- В смысле?
Требуют, чтобы мы приехали и выступили
у них на фестивале бесплатно.
У нас тур, ты в курсе вообще, нет?
Да я объяснил Козыреву, ему по хер.
Они типа раскручивают наш новый альбом.
А мы обязаны всё бросить
и приехать выступить.
Да мне тоже похер.
Хотя
на «Нашествие», на самом деле, можно.
На денёк.
Мы же «Анархиста» хотели спеть.
Миш, они «Анархиста» забраковали.
Условие поставили: чтобы мы приехали
и «Медведя» спели.
Что они, будут диктовать,
что нам петь, что ли?
- Как видишь.
- Нет!
Нет, нет и нет.
Только «Мёртвый Анархист».
Миша,
ты же не позволишь никому собой понукать?
- Только «Мёртвый Анархист».
- Да он упёрся!
Их аудитория вообще
в расчёт не принимается.
Он…
Он этот хит-парад в ручном режиме делает.
- Забил на голосование.
- Так пошли их на хер.
Да кто они вообще такие?
А кто ты?
Да они на хрен никому не нужны.
Если бы не наши песни,
да их бы вообще никто не слушал.
Миш, ну что делаем?
Это что?
Вот тварь!
Генеральному продюсеру «Нашего радио»,
господину Козыреву М. Н.,
от группы «Король и Шут».
«Михаил Натанович», —
ну, хотя бы начали с уважением.
Настало время определиться
и расставить все точки.
Михаил Натанович?
- Это с уважением, что ли, Яха?
- Ни в коем случае.
А почему тогда «Михаил Натанович»?
Пускай все узнают, что он еврей.
А Козырев-то еврей?
А что, по поведению не заметил?
Пофиг, всё. Пускай будет Михаил Натанович.
Давай, только громко чтобы было,
понимаешь, да?
Восклицательный знак.
Настало время определиться
и расставить все точки над «i».
Речь идёт о взаимоотношениях «Нашего
радио», тире, группы «Король и Шут».
Начавшееся не так давно непонимание
в настоящий момент находится
в стадии критической массы.
- «Критической массы»?
- При чём тут «критическая масса»?
Но зато без мата написано и лихо.
- А это означает…
- Что «критической массы»?
Что?
Да, кстати.
Что за «критическая масса» такая?
- Ну…
- Ты что, ну?
Ну…
Ну, нормально тут применить?
- Херни из-под ногтей не получается?
- Ну, в физике
критическая масса —
это минимальное количество вещества,
необходимое, чтобы проходили
цепные реакции.
З…ись!
Сейчас пойдёт реакция, давай дальше.
А это значит только одно:
необходимо что-то менять.
Причём менять кардинально.
Что явилось причиной сложившейся ситуации?
Амбиции монополистов
русского рок-эфира, нежелание
понять и разобраться,
циничное отношение к творцам и творчеству.
Тоже без ошибок тут?
Смотри, твоя училка по русскому
может прочесть.
Да без ошибок. Ну сам проверь, на.
Не, ладно, нормально на самом деле.
Давай дальше бомбить.
Не будем вдаваться во все перипетии
этого запутанного конфликта.
Тем более, что напряжённый
гастрольный график группы
не позволяет тратить время на обдумывание
и анализ расстановки сил
в московском шоу-бизнесе.
А ещё хочется напомнить о том,
что в эфире программы «Земля-Воздух»,
вы, Михаил, рассуждали
о бойцовском характере панк-рока.
Но не с родителями будет бороться
группа «Король и Шут»,
а с теми, кто загоняет живую музыку
в прокрустово ложе формата.
«Прокрустово ложе»?
Они что, со словарём писали?
Да тут даже запятые
все правильно расставлены.
Им кто-то помогает.
Подожди, что?
- «Прокрустово ложе формата»?
- Да.
Ну вообще, это крылатое выражение такое.
Крылатое, Мих.
Крылатое, понятно, ё-моё.
Люди отдуплят вообще?
- Слушай, а это не лабуда какая-то?
- Не, не, вполне нормально.
Вообще. Вообще, охрененное
крылатое выражение получается.
Моя бы училка, Елена Фёдоровна,
вообще хвалила бы меня.
Даже обняла, сказала: «Молодец, Яша.
Вот что значит еврей».
Не, а я не понял: Козырев-то еврей?
Еврей, еврей.
Важный момент.
Нынешнее и настойчивое решение:
группа «Король и Шут»
просит вас убрать из эфира
«Нашего радио» все наши песни.
Искренне жаль, что так получилось,
ведь в результате
в проигрыше останутся слушатели
вашего радио.
С наилучшими пожеланиями,
группа «Король и Шут».
И что мы будем делать?
Ты знаешь, что будет
с «Нашим радио», если мы уберём
все их песни из эфира?
Ничего.
Ничего.
Пойдём на поводу у группы.
Все песни в корзину.
«Монополисты».
Ну что, это — война!
Любовь моя, как смерть, опасна.
Погаснет день, луна проснется,
И снова зверь во мне очнется.
Ты чего?
Не нравится песня?
Так это Князь написал. Я другую могу.
Дело не в песне.
И почему ты не такой, как все остальные?
Как все те, кто хотел просто
овладеть мной.
Было бы не так тяжело.
Ещё раз, простите.
В моих стенах
Застыть в моих мирах.
Но сердце от любви горит,
Моя душа болит.
И восковых…
Ну, Яшка, не лажай. Всё, стоп, стоп.
- Тут с синкопами у нас есть трудности.
- Ага, синкопы.
Короче, это всё равно будет петь Горшок.
Но мы его сегодня, по ходу, не дождёмся.
А что, в днюху можно не репетировать?
- А что, у него сегодня, что ли?
- А вы что, не знали?
Шура, да, конечно, знали.
Надо идти поздравлять.
Ага, только он не приглашал.
Он у нас парень скромный просто.
Сделаем ему сюрприз.
Яша,
ты не Яша.
Ты Я-я-яшка!
Я-я-якот.
Я-я-якот.
- Долго думали?
- Ну…
Спасибо. Очень приятно.
Мальчишки.
Пойдёмте, оттопыримся. Я печенек куплю.
Фу, блин, горелым воняет.
Чувствуешь?
Ёпт!
Здорово, Миха.
Мужики, здорово.
А вы как тут?
У тебя днюха сегодня, Мих.
- Что?
- Ага.
- Поздравляем.
- Серьёзно?
День рождения?
Блин.
Я совсем взрослый стал.
Мужики!
Давайте сейчас отметим.
Бабок намутим.
Бабок? Она шубу-то куда потащила?
Какую шубу?
Ай.
Панкам шуба не нужна, ты чего?
Мы за экологию.
Ё-моё.
Мужики,
а это что?
Бухла привезли приличного.
Мужики,
вы тронули, блин.
Спасибо, круто, что зашли.
Ваше здоровье.
Какая срачина у него.
Анфис?
Бонжур.
Куда ты, ёпта!
Подожди, подожди.
Мужики, было приятно.
Располагайтесь.
Шубу продала.
Надо что-то делать, тут жопа.
Что делать? Повенчать? Может, поможет.
Да, они бы самые нарядные в храме были бы.
Может, мы зря их вдвоём оставляем?
Может, и зря.
Сейчас поймаю тебя в сумку!
Сейчас поймаю тебя в сумку!
И сверкать ты будешь в ней.
И сверкать ты будешь в ней!
Стой! Куда!
Ты уверен, что сумка-то волшебная?
Надеюсь!
На ярмарке, где я её купил,
продавалась ещё шапка,
которая с головой снимается.
Видать, она тебя больше любит.
- Ставь!
- Что?
Сумку ставь на землю.
Давай, помогай.
И, раз!
Да!
Моя! Моя!
Дурак!
У вас всё нормально?
Что ему надо?
Да пришёл посмотреть,
как вы в столь праздничный день.
Иди отсюда, Андрюх.
Погуляли — и хватит.
Мих.
Братух, ну правда. Погуляли — и хватит.
Слышишь меня?
Ты видишь, что вокруг тебя
происходит вообще?
Вы в свинарнике живёте.
- Да тебе какая разница, где мы живём.
- Тихо, Анфис.
Тебя звал кто-то сюда или нет?
- Ты что тут делаешь вообще?
- Да убери ты руки!
Миха, убери её на х…й!
Ты никогда не хотел,
чтобы мы были вместе.
- Анфис!
- Что, не знаешь?
- Да уберись!
- Завидуешь!
Сука!
Потому что у тебя на личном полная жопа.
Никому ты на хер не нужен, понимаешь?
Что?
- Раскидать нас хочешь? Давай!
- Анфиса!
Андрей, иди и вышел отсюда.
- Он всегда нас ненавидел!
- Выйди отсюда!
Он никогда не хотел, чтобы мы были вместе!
Это вы во всём виноваты!
Всё, успокойся.
Бляха-муха, ты что затеяла?
У нас с тобой могло всё получиться.
Зачем тебе это?
Просто я не рождена для любви.
Да это чушь собачья.
Любовь, она для всех.
Для человека, для феи.
Хоть для хорька, блин.
Люди спорят, из чего наш мир создан.
А я знаю, из чего. Из любви.
Без любви не могло
такой красоты получиться.
Тебя это тоже касается.
Ничего тупее в жизни не слышала.
Но ты ведь правда в это веришь?
Уходи.
Да не пойду я никуда.
Хочешь, мухам меня скорми,
хочешь, сама съешь.
Не просто так мы с тобой встретились.
Будь что будет.
Стоять на месте!
Навозница.
Это тебе за Демьяна!
Князь.
Отпусти его!
Ты такой же, как и все.
И что это было?
Это финиш, пацаны.
Их разводить надо. Иначе мы Миху потеряем.
Погнали.
Мих, открой!
Ты слышишь меня? Открой!
Сука!
Ой, б…дь.
 

4 серия

А это, уважаемые члены комиссии,
Михаил Горшенёв.
Надежда и, так сказать, будущее
реставрационного дела Советского Союза.
Ну что же, очень приятно, Михаил.
Прошу.
Миша,
ты прочти вслух вопросы,
может, какие-нибудь
формулировки тебе непонятны.
Да нет. С формулировками всё понятно.
И ответ я на самом деле знаю.
Я хочу сказать,
мне вот это вот всё неважно,
на самом деле.
Я не хочу реставрацией заниматься.
А что для вас важно, позвольте спросить?
Музыка.
У нас своя группа, панк-рок.
- Панк?
- Да.
А где ваш этот, как его?
Ирокез? Так это же для образа,
на самом деле.
Панки —
это про личную свободу
и полную независимость.
Панки выступают против любой формы
авторитаризма, на самом деле.
Против образования они тоже выступают?
Мы с Михаилом на секундочку
сейчас выйдем, ладно?
- Миш, можно на пару слов? Буквально.
- Хорошо.
Горшенёв, с ума сошёл? Какие панки?
Ты соображаешь, что ты делаешь?
Не надо тебе туда.
Да что значит не надо?
Анатолий Евграфович,
вы даже не слышали, что мы играем.
При чём тут музыка?
Характер у тебя беспощадный.
Слушайте, мне на самом деле…
Пойми, ты сгоришь в этой музыке на хрен.
Так тебе понятнее?
У тебя в руках богоспасаемое
ремесло — реставрация.
- Тихо тебе надо жить, Горшенёв.
- Да я не хочу ничего реставрировать.
Я хочу…
делать что-то новое. Понимаете?
Пусть меня потом реставрируют.
Прокапаем витамины, нормально будет.
Потихоньку ломку снимем.
Ну а дальше сам.
Прокофьев.
Ну всё, Миша, всё.
Всё.
Ты давай,
с достоинством тут.
Забирай.
Вставай.
Вставай!
Умывайся бодрее.
Можешь сам, а могу я из шланга помочь.
Да сам я умоюсь, ё-моё.
Да она ледяная, ё-моё!
Ты что делаешь-то, блин!
Сейчас тёпленькая пойдёт.
Я подожду, значит.
Сука!
Правила у нас простые: не шуметь.
Мы здесь любим тишину и покой.
Не любим негатив
с работы приносить. Сечёшь?
Умывайся давай.
Вот твоя койка. Милости просим.
Через неделю всё кончится.
Дольше не держим, давай его сюда.
Время быстро пролетит…
и интересно.
Нет! Нет! Нет!
Я — не невеста, пестик твой искать.
Костя, притуши его.
Иначе сам будешь в нужник водить
по первому требованию.
Держи его! Вяжи!
Ты мне Наталью Леонидовну не обижай.
Вы что, ему зубы, что ли, уже выбили?
Да нет, у него отец — ГРУшник какой-то.
Наверное, сам и выбил, дебилу.
Крепче вяжи.
Ты, родной, думал, мы таблетками
тебя здесь лечить будем, да?
Тишина, понял?
Поправляйся.
Только пискни мне, урою.
Мишка, Мишка, где твоя улыбка,
Полная задора и огня?
Дружище, я тебя не оставлю.
Что ты? Не бойся.
Потому что мне адски интересно,
как это будет.
Пошёл ты!
Да, да, да, да. Ну куда мы? Ну?
Так, нет. Не надо плакать, не надо.
Нет, нет, нет. Надо закрывать глазницы,
отдыхать, набираться сил.
Потому что впереди всё самое интересное.
Так.
Зачесалось.
Как же я пропущу эту героиновую ломку?
Дьявольскую пасху.
Неплохо.
Отдыхай, набирайся сил, а я рядом.
Спи.
Ништяк! Пока Поручик в армейке,
будешь с нами, понял?
Без базара.
Поддай, поддай бум какой-нибудь, давай.
Это что такое?
- Юр, это я дала Мише денег.
- Денег?
А что, Миша сам заработать не может, да?
Повторяю вопрос: это что такое?
- Мы репетировали.
- Сядь!
Репетировали? Вы охренели совсем?
- Юра.
- Я вас от магазина слышу!
Весь дом хотите на уши поставить?
Это кто такой?
Это — Сид Вишес, группа «Sex Pistols».
- Пистолс?
- Да.
Слушай меня, Пистолс: вот это всё убрать.
Если не уберёшь, я сам это всё
на помойку выброшу, понял?
- Понял?
- Да не переживай ты так, ё-моё!
Сегодня ни меня, ни барабанов
не будет здесь, ясно тебе?
Опа. Смелость, что ли, отрастил, да?
- Сейчас подрежем!
- Юр, Юр, подожди, ну подожди.
- Миша — музыкант. Юра, ну ты же сам…
- Музыкант?
Все тунеядцы — или музыканты, или поэты.
Работать надо, пахать надо.
Не хочешь маляром, пожалуйста.
Вон, на цементном грузчики всегда нужны!
Ты что делаешь-то?
Миш, всё, всё, всё.
Давай ещё раз, с начала.
- Да не, Миш.
- Что нет? Давай ещё.
Давай потом.
Пить.
Пить.
Сутки пролетели, можно сказать.
Сутки-минутки.
А ты молодцом, Горшочек.
Молодцом, да?
Пить? Ну ты громче кричи.
А так ребята не услышат, они глуховаты.
И говори лучше «воды», да?
А то на писк похоже.
- Воды.
- Воды, вот. Воды.
Воды.
Воды!
Воды!
Воды захотел?
Да, водички будьте добры,
родниковой с лимоном.
Воды.
Что такое! Мы просили пить, а не бить!
Это беспредел!
Хотя прикольно.
Да, вот это панк-рок.
Зато, Горшок, пойми.
Если ты сдохнешь сейчас, тебя канонизируют.
Ты станешь панк-иконой!
Напился?
Задолбали нарики, пожрать не дают.
Смотреть страшно.
Ну ничего, ничего. Терпи, Горшочек.
Терпи! Зато это лучше, чем ломка.
Симулируем?
- Да, сынок?
- Миша спину сорвал.
- Цемент таскал.
- Ну да.
Наверное, потому что ничего
тяжелее гитары в руках не держал.
- Ага.
- Ага.
Ну ладно, пойдёшь трудиться
на молочный завод.
На это, наверное, силы хватит.
Вот, Миша молока свежего принёс.
Неужели купил?
Зачем? Я же на молочном заводе работаю.
Украл?
Нет, я же на молочном заводе работаю.
Завтра всё отнесёшь обратно.
- Как?
- Не знаю.
Как вынес, так и внесёшь.
Нет.
Юр, ты чего? Он же как лучше хотел.
Ты чего?
Таня, хватит за него заступаться.
Наш сын мало того, что тунеядец,
так он ещё и вор.
Да какой вор, блин! Все так делают!
Ты — не все!
И все — не мой сын!
В любой ситуации
надо оставаться человеком!
Я тебе не позволю сделать
неправильный выбор в жизни!
Да ты вообще не хочешь,
чтобы я какой-то выбор делал, блин!
Ты знаешь, как правильно,
как неправильно, а мнение моё…
А мнение надо ещё заслужить!
Миш, я умру, кто тебе правду скажет?
А я первый умру.
Хочешь, поспорим?
Пить.
Горшочек, дружок!
Ну теперь-то ты понял,
что ничего бы этого не было,
если бы ты тогда сделал шаг с этой крыши?
Кстати, тут тоже есть крыша.
Она не такая высокая —
перед смертью придётся помучаться.
Но, может быть, это твой счастливый билет.
И Бог тебя простит, возьмёт тебя к себе.
А я… я не верю в Господа Бога.
- А ты?
- А я постоянно.
Хотелось бы, конечно, на самом деле.
История про Иисуса
такая светлая, понимаешь?
Ой, Горшок, Горшок.
Так… по-честному надо…
Нет никакой вечной жизни, слышишь?
Нет никакой вечной жизни!
Нет никакой вечной жизни!
- Нет никакой вечной жизни!
- Заткнись!
Эй! Куда?
Приветствую.
У вас тут парень лежит такой…
Миша Горшенёв, знаете?
- Передних зубов нет.
- Да.
Ну?
На условия.
Да, чтобы отношения там были, понимаешь?
Парень — лидер нашей группы.
«Король и Шут».
Не слышал.
Ну послушай, хорошие песни.
Ладно, бывай.
Я, вообще, Розенбаума люблю.
О, сколько их, готовых кровь
Отдать за наслажденье!
В них есть блаженство…
Кто-то сзади голосил,
А я гнал, что было сил!
Ели мясо мужики, пивом запивали!
О чём конюх говорил, они не понимали!
Разбежавшись, прыгну со скалы,
Вот я был, и вот…
Дальний путь зовет меня,
Но уйти я не могу.
Возвращаюсь снова я,
Твой облик в сердце берегу.
И хвойный лес зашелестел,
А в поле у реки
Лежало пять кровавых тел.
Барагозить не будешь?
Я в детстве тоже на пианино играл.
У нас в школе даже ВИА свой был.
Думал серьёзно заняться после армии.
А отец сюда устроил. Говорит, работай.
А мне в первый же день
нарик пальцы дверью перебил.
Ты, если бы нарик пальцы не перебил,
пошёл бы к нам клавишником.
Но нет.
Знал бы, что всё так будет,
на хер бы отца послал, ей-богу.
Теперь ни музыки, ни жизни.
П…ец вот этот вокруг.
А вас послушал, и на душе легче стало.
Ну я рад, чего.
Слушай, ты же талантливый парень.
А что ты наркоманишь-то, как не в себя?
Да я же не нарик на самом деле.
В сказке жить хотел.
Сказка страшная оказалась.
А реальность, она…
непростая на самом деле.
А по мне, всё просто.
Ты главное, это, по вене не шарашь, и всё.
Ну и прости меня,
если что.
Коньяк будешь?
Момент.
А мы-то с тобой знаем, Горшок.
Что ты здесь не последний раз.
И с каждым разом
тебе будет всё сложнее
и сложнее выкарабкиваться.
И с каждым разом
ты всё ближе и ближе будешь
к своей любимой старости.
А умереть старым для тебя —
всё равно что потерять жизнь.
Подумай об этом.
Тсс.
Господи, в кой-то веки вижу вас вместе,
да ещё и дома.
Миш, я положу.
Что ты месяцами не появляешься?
Вон, Лёшка на дачу приезжал.
Отцу помог:
они антенну спутниковую установили.
А я, вообще-то, отцу денег на баню дал.
Ага, дал. А потом приехал
и обратно всё забрал.
Да, но там запара была такая,
на самом деле.
Да Миш, дело разве в деньгах?
Нам вас видеть надо дома, да почаще.
Ага, если бы ещё отец каждый раз
допросы не устраивал.
- Что? Где? Когда?
- Ага.
Один фиг, всё всегда заканчивается
ором и скандалом.
Ну ладно, ну вы же всё понимаете, ну?
Ну ведь он психованный, ну?
Ну что всё так всерьёз-то принимать,
ну как-то фильтруйте.
Что фильтровать-то, мам?
- Миш!
- Да что Миш?
Блин, каждый раз с порога: «Идиот!
Когда научишься жить правильно?» Блин!
Лёшке вон везёт, на самом деле.
Я вообще считаю, что ты — его любимый сын.
Ну всё, началось. Ешь, Лёша.
- Блин.
- Чего?
А сейчас.
- Миш!
- Да сейчас я.
Ну что, сейчас всё остынет.
Алло.
- Привет, Миш.
- Да, привет, Анфис.
Всё собирался тебе позвонить,
на самом деле.
- Думал…
- Долго собирался.
- Да.
- Ладно, я быстро.
У меня СПИД.
Что?
Это… Так, ты что несешь, Анфис?
У меня после тебя никого не было, Миш.
Ты понимаешь, о чём я?
Да.
Пока.
- Фамилия?
- Горшенёв Михаил.
Ой, ай, ай, ай.
Ай, ай, ай.
Да ну, на хер.
Пиявка.
- Да ладно?
- Ага.
Так. Педик?
Или наркоман?
- Что?
- Да ладно, не скромничай.
У нас здесь только такие, в основном.
- Ну?
- Нарк, наверное.
Ага, ну на.
И что это? Какой вердикт, тёть?
Отрицательный, иди ширнись.
Как так-то? Девушка, с которой я…
У неё СПИД, короче.
Значит, ложно отрицательный.
Придёшь пересдашь.
- Что?
- Да ничего. Думал, помер уже.
- Да может, и лучше бы.
- Для кого лучше-то?
Для меня, для кого.
У меня, первая клиническая, помнишь?
Я тогда проснулся, и…
как будто вся тяжесть мира на меня упала.
Даже не мира.
Тяжесть плоти, понимаешь?
Допустим.
Первая мысль у меня была:
ну на хера?
Так хорошо же было, легко.
Вот сейчас сидишь на жопе,
ничего не делаешь.
Но всё равно п…ец как тяжело.
Ты же даже…
дышишь не на автомате.
Там, лёгкие расправляешь.
Пожрал только, еда переварилась,
и снова жрать охота.
Херня это всё какая-то.
Не, ну есть, конечно,
в этом какой-то смысл.
Только я не понимаю: на хера умирать?
Мы и так полжизни во сне проводим.
Ну отрубился, да порхай себе,
летай на здоровье.
Нет. Это не то.
Не то, Андрюх.
Так, ладно, философ.
Помирать после репы будем.
Погнали, пацаны ждут.
Ты что здесь делаешь?
Соло играю. Надо рифф?
Ладно. Миш, пойдём, надо шубу продавать.
Потом поиграешь.
Мих, ты что?
Миш, ну я думала,
что это просто эротика, ну стриптиз.
Ну я не знала, что всё так будет, Миш.
Миш, ну, пожалуйста, послушай меня.
Ну послушай!
От…ись, сказал!
Миша, я прошу тебя! Миша, миленький!
Миша, ну, пожалуйста!
Миша, остановись, стой, стой, стой!
- Просто послушай!
- Не поняла, что ли?
- Просто давай поговорим!
- Не поняла, что ли? От…ись!
Миша, нет! Нет, пожалуйста!
Сука!
Миша, я никогда больше не буду
этим заниматься!
- Я обещаю, я никогда!
- Да от…ись от меня!
Миша! Ну почему ты не можешь
меня послушать?
Миша! Миш, пожалуйста! Миша!
Миш…
- Что это?
- Открой.
Что?
Это чтобы ты не бегал, не искал, Миш.
Потому что я тебя люблю.
Иди сюда.
Миша, Миша.
Я тебя люблю, Миша.
Б…дь! Ни раньше, ни позже, сука!
Эй! Есть кто живой?
Нашёл, конечно, где живых искать.
Руку дай!
Руку дай!
Ты хрена ли раскопался-то, мудила?
- Дай руку!
- А ну, иди обратно, нежить!
Да нет! Ты что, блин, живой я.
Дай руку.
Не трогай его! Это, может, упырь.
Утянет тебя на хрен.
Ты «Короля и Шута» наслушался, что ли?
Вы что, вытаскивайте!
А это что такое?
Ансамбль такой.
- Ну, молодёжный.
- А, молодёжный.
Да, ансамбль, ансамбль.
Ну ладно, давай. Тёпленький!
- Тяжёлый какой.
- Вроде бы живой.
Некрофилы!
От души, мужики.
На, упырёк, согрейся.
А ты что здесь забыл-то?
Некрофил?
Да не, какой некрофил?
Он, по ходу, романтик.
Ну типа того: смерть репетирую.
Знаешь, как музыканты говорят?
Репетируют те, кто играть не умеют.
А тебе чего репетировать?
Смерть, она всегда с тобой.
Смерть есть смерть.
Я думал, вы, мужики,
в загробную жизнь верите.
- Да.
- Ага.
А «последний путь» знаешь, что такое?
Ну, типа…
Все о твоей смерти вопят.
А ты сидишь, улыбаешься.
Куришь сигаретку какую-нибудь, а?
- Это просто твой путь.
- Да.
До твоего трупа.
А потом путь твоего трупа до могилы.
Вот такая «загробная жизнь».
Бери.
Я себя спалю, наверное.
Заживо?
Да нет. Какое заживо, после?
После каждый дурак сумеет.
- Да.
- А ты попробуй до…
прогореть нормально.
Дело говорит.
Камон, бейби, лет май фаер, е…ть.
Малыш, это позапрошлая весна.
Ага…
Оп…
Колотушка тук-тук-тук.
Спит животное паук.
Спит корова, муха спит.
Над землёй луна висит.
Это что? Типа «Styx»?
Греки были правы, что ли?
Правы те,
у кого больше фантазии, Горшок.
И кто может её доказать.
- Хочешь, растворимся в стратосфере?
- Не.
Мне так по кайфу. А что, меня там ждут?
На самом деле, все давно уже забили.
Но будет весело. Это я тебе обещаю.
Горшок, по-моему, кто-то пытается завести
твоё сердечко.
- Эй! Эй!
- Давай вылезай быстрее!
- Пойдём пешком, тут не так глубоко.
- Стойте!
- Нет! Нет! Нет!
- Горшок! Горшок!
Вечно с тобой какая-то жопа!
Эх, не добрал малёха.
Ну ничего, я уже сделал.
Давай, прими, чтобы наверняка.
На хрена тебе ещё одна клиническая смерть?
Давай! Давай! Сделай это!
Эй! Ты куда?
Стой!
Предатель!
Свобода!
Теперь опять смогу гонять ветер метлой!
Держись, Князь. Держись.
Тебе ещё колпак с головы срывать
и со скалы прыгать.
Держись! Держись!
Всегда думал, что всё будет наоборот.
Это всё я виноват.
Да не говори ерунды.
Мы с тобой в таком мире живём,
где конюх свою жену друзьям скармливает.
А потом по ней поминки делает.
Тихо, тихо, тихо.
Пей, пей, пей. Тихо.
Так что, братец мой,
здесь состариться…
Эй, эй, эй!
- …это целый подвиг.
- Князь, не засыпай!
Князь! Князь! Князь, проснись! Князь!
Не может быть, Князь!
Так не может быть! Проснись, слышишь!
Князь! Проснись!
Могу помочь.
Пошёл прочь, бродяга!
Тсс.
Один глоток, и он оживёт.
Это,
- я так понимаю, не бесплатно.
- Правильно понимаешь.
Как только твой друг сможет держать меч,
вы вдвоём меня убьёте.
Что, прямо насмерть?
Желательно.
- В чём подвох?
- Подвох есть.
Объяснять долго.
У друга твоего времени нет.
Я согласен, давай.
Делай всё, только быстро.
Почему он не проснулся?
Тихо.
Я тебя сам сейчас на куски порежу.
- Князь!
- Это кто?
Успокойся, тебя спасли. Успокойся, лежи.
- Скажи хоть, как тебя зовут?
- Себастиан.
Может, Себастьян?
Может, и так.
И что?
Мне тебя потом в этот гроб запихнуть?
Ну, если запихнусь.
А что это ты смерти ищешь?
Потому что могу себе это позволить.
Дай огня.
Человек не может жить спокойно.
И умереть спокойно.
Только зверь может. А ещё этот запах.
Как вы можете жить с таким запахом.
Человек всегда боится.
Зверю, если больно,
то ему просто больно, вот и всё.
А человека пронзает страх.
Вот ты живёшь и боишься.
Чтобы жена не ушла,
чтобы кошель не украли.
Или вон, чтобы друг не помер.
Боишься же, что помрёт.
Да. Человек всегда боялся смерти.
Ведь знает, что всё равно помрёт,
а боится.
Я хочу избавиться от этой ноши.
Ну, если ты всё решил.
Я тебя отговаривать не стану.
Давай только я тебя сам на куски порежу.
А то мой друг ещё слаб.
Да нет, боюсь, один ты не справишься.
В одиночку ещё пока никто не справился.
- Что, прямо никто?
- Прямо.
И в чём сложность?
Сложность в том,
что я был рождён не человеком.
И пока я человек,
убить меня невозможно.
Кем же ты был рождён?
Вот скоро и узнаешь.
Ладно, хватит болтать.
Дай отдохнуть.
Князь, Князь, Князь.
- Ты чего?
- Тсс.
Давай, пойдём, пойдём, пойдём. Давай!
- Куда?
- Тихо. Пойдём.
Давай, давай, давай.
Иди.
Горшок?
Эй, куда топаешь, кумир?
На репетицию? Остынь.
У тебя ни одной великой песни в голове.
А просто тринькать
в твоём случае запрещено!
А что мне? Опять думать о том,
как сдохнуть поприличнее?
Нет, тебе надо молиться,
чтобы после твоей смерти
никто не подумал, что ты педик.
Потому что это вторичка. Фредди уже был.
Что такое? А? Иммунка начинает чахнуть?
Ай, ай, ай, Горшок.
Сдохнешь от сраной простуды.
Горшок умрёт от соплей!
Неплохая рифма!
От соплей помрёт Горшок,
от соплей, от соплей.
От соплей помрёт Горшок.
- Да заткнись!
- Заткнись?
- Кто ты такой вообще?
- Я — твой ангел-хранитель.
Разве не ясно? Или нет?
Давай так?
Горшок, ну ты сам посуди,
тексты кто пишет? Я!
Музыку я тоже писать умею.
Я тебе нужен больше, чем ты мне.
Значит, и «КиШу» я больше нужен, и людям.
- Отвали.
- Не могу, Горшочек.
Ты же понимаешь, это же твои мысли,
а не мои, Горшок.
Ты думаешь, что Княже — номер один.
- А ты так, лох-спидозник.
- Заткнись!
Заткнись! Заткнись! Заткнись!
Напугал.
Искренне прошу — смейтесь надо мной,
- Если это вам поможет.
- Андрюха!
Да, я с виду шут, но в душе король.
- И никто, как я, не может!
- Андрюха!
- Искренне прошу — смейтесь надо мной.
- Сюда иди!
Если это вам поможет.
Да, я с виду шут, но в душе король.
И никто, как я, не может!
Князь!
- Что, нашёлся?
- Андрюха, нашёл я его, в гостинице он.
Что случилось?
- Ну!
- Ну, покоцался он слегка.
- Слегка?
- Ага.
Понятно.
Господи, что же он делает?
Вот ты где! Ну е…ть, Миха!
Вы его знаете, может быть, скорую вызвать?
- Не-не-не. Всё хорошо.
- Или психушку?
- Не надо, мы обойдёмся. Я его друг.
- Я хотела вечером поплавать…
- А вы идите пока, поплавайте в душе.
- …пока никого нет.
Мы тут всё приберём. Не волнуйтесь.
Миша, ну что опять за херня?
У меня СПИД, Андрюх.
Такая вот херня. Анфиса звонила, сказала.
Раз у неё, значит, и у меня.
Я если бы тогда с крыши шагнул,
Анфиса была бы жива.
Да гонит она. Ну что, ты её не знаешь?
- Она и сейчас жива, Мих.
- А если нет?
Ну тогда капец.
Будем придумывать,
как тебе покраше сдохнуть.
Чтобы в легенду превратиться.
Ты же всю жизнь об этом переживаешь.
Мне страшно.
Да уж, подыспугался ты знатно:
и кровь разлил, и декорацию подготовил.
Я серьёзно говорю, Андрюха.
А давай бокс!
- Что?
- Накидаешь мне напоследок, давай?
Ты что, какой бокс?
- Давай!
- Ты чего?
- Только без этого.
- Что, зассал?
Ты что?
Тихо, тихо.
- Ты чего, а?
- Ты что?
- Что?
- Что?
Что, Андрюх? Не бойся быть вторым!
Ну как можно было сразу не догадаться,
что здесь есть подвох?
Да он и сам сказал, что есть.
Времени разбираться не было.
Теперь меня ещё и на тот свет отправят.
Один раз тебе было мало меня угробить?
Ты же сам сказал, что я не виноват.
Да чтоб тебя, Горшок! Конечно, ты виноват.
Что мне нужно было:
перед смертью тебя проклясть?
Да всё нормально было бы, если бы вы
с Дураком с молнией своей не полезли бы.
- Да я тебя спасти хотел! Идиотина!
- Да не надо было меня спасать.
У нас с феей вечная любовь намечалась.
Всё было бы хорошо, если бы не вы.
Ну конечно.
После всех мужиков, которых она сожрала,
именно для тебя она сделала исключение.
И как я сразу не догадался?
Потому что башкой надо было думать.
Это! Был! Сарказм!
Понял?
Нехорошо, братцы.
Совсем нехорошо старших обманывать.
- У нас с вами уговор был.
- Ты как нас нашёл?
По запаху.
Вы, люди, на всю землю воняете.
Сложно было не учуять.
Слушай, ты что зациклился на этом, а?
Давай, мы тебе
нос отрежем — и всё, делов-то.
Плохо ты меня слушал.
Не понял ничего:
ни про свободу, ни про судьбу.
Надо было бы вам всё
честь по чести объяснить.
Да луна восходит.
Хитрого мне в дышло.
А вот теперь
молитесь, чтобы фитилёк догореть успел.
Слушай, дружище...
- Быстрее заряжай!
- …извини, забыл, как там тебя?
Может, ты прекратишь это превращение?
Мы за колдуном идём.
Может, какое зелье там для тебя?
Спросим, а?
Так вы что,
- к колдуну идёте?
- Ну так!
Так что ты раньше молчал, дубина?
Я бы с вами пошёл, помог бы чем!
- Что, правда?
- Кривда!
Это же он меня в человека превратил!
Нажрался, скотина, и покуражиться решил!
Ну так и всё тогда.
- Вопрос решён.
- Нет, не решён.
Теперь вам
судьбец!
Всё, Горшок.
- По ходу, на этом свете спор закончен.
- Нет.
Мне твоего занудства и на этом хватило.
Ой, дай гляну!
Ничего не понятно, каракули одни.
Ну хотя вот: отрицательный.
Да как так-то, блин?
Ну как так? Обманула тебя твоя бабёнка.
Может, ты её бросил
или жениться передумал?
Вот она тебе нервы и потрепала.
Так что иди, живи, радуйся.
Что сидишь-то?
Или расстроился, что не помрёшь?
А? Тогда вот.
На, держи.
Тут полный список, как подхватить.
Не, я теперь жить буду.
Нормально, по-настоящему. Понимаете, да?
Угу.
Ну что, гуляй ходи.
Скоро будешь попсу петь и сальто крутить.
А ты в жопу иди!
Ты что, охренел, что ли?
Блин, да я не вам, на самом деле.
Иди давай отсюда!
Давай иди отсюда, тварь, а!
Скотина такая!
Чтобы я тебя не видела тут больше!
Андрюх, в сто пятьсот первый раз
тебе говорю:
альбом проплатили уже.
Его сейчас возьмут как есть.
Давай тяжеляк сейчас дадим.
Кайфанём, расслабься, что ты?
А как мне расслабиться,
если я в этот раз к музыке
вообще никакого отношения не имею?
Ну, нужен тяжеляк?
Что у меня, хардовых песен там нет?
Так, давай, ты по текстам только,
а по музыке мы с Ренеком решим.
Ни хера себе? Это что за новости такие?
Какие новости-то? Ты лирическое хочешь.
Давай лирическое в следующий раз.
В следующий так в следующий.
Ну всё, забились.
Только тексты в этот раз
тоже сам напишешь.
Эй, ты что? Ты куда, блин, Андрюх!
Расслабляться.
Ты что, на понт, что ли, взял, Есенин?
Что, думаешь, не напишу?
Князь!
Горшок!
 

5 серия

Разбежавшись, прыгну за столы.
Вот я был, а вот меня не стало.
А ну, стоять!
А ну, стоять, уроды!
- Ну что, пусто?
- Свалили.
Ни шута себе!
А почему подкассетники «Король и Шут»?
- Так они, по ходу, в доле.
- Да?
Ну давайте, возьмём кого-нибудь
из этих, «Король и Шут», и спросим.
Кого?
Ну а кто у них там самый незаменимый?
Пере.
Хой! Хой! Хой!
Пого-пого!
Трупы оживали — землю разрывали.
Всюду выползали, дико бушевали.
Глотки рвали, все вокруг ломали.
Рвали свою плоть.
Это место люди не любили,
Потому что здесь гадов хоронили.
Все они водку пили,
Проклятыми были.
Среди ублюдков шёл артист.
В кожаном плаще, мёртвый анархист.
Крикнул он: «Хой! Челюсть долой!»
Трупов вёл он за собой.
Хой! Хой! Пого-пого!
Бешено в деревню мёртвые ворвались!
В свете фонарей их рожи показались.
Дрались и по полной отрывались,
Шли дома громить.
Взяли люди топоры и вилы,
Мертвецов загнать в свои могилы.
Но на это не хватило силы —
Трупов не убить!
Среди ублюдков шел артист,
В кожаном плаще, мёртвый анархист.
Крикнул он: «Хой! Челюсть долой!»
Трупов вёл он за собой.
Был на руке застывший фак,
Из кармана торчал пиратский флаг.
Зомби всю ночь кричали: «Хой!
Мы, анархисты, народ не злой!»
Горшок, давай я тебе кое-что покажу!
Господа, наша депутатская обязанность —
озаботиться воспитанием
подрастающего поколения.
Я надеюсь, вы меня понимаете. Да?
Ещё больше патриотических фильмов.
Ещё больше патриотических песен!
Депутатский долг каждого из нас —
написать песню с патриотическим угаром!
Что за наваждение! Без предупреждения
На отрока напали, сильно напугали.
Смеялись и толкались,
парнишку заставляли…
Что за херня?
- Что происходит?
- Без паники, Горшочек.
Это первый съезд нашей партии
«Просранный шанс Михаила Горшенёва».
Нет, нет, нет, нет! Вы что? Это…
Нет! Вы что? Я таким не стану, блин!
Вы что?
Деньги, деньги, дружок мой,
любого Горшка сделают своим человеком
однажды. Если, конечно, они есть.
Предлагаю приступить к главной процедуре
нашего сегодняшнего съезда —
коронации нашего вождя, Горшенёва Михаила!
Нет! Свиньи, вы что? Я за анархию, блин!
Вся наша жизнь — хрю-хря!
Ну Яков — гусляр, вы понимаете?
- У нас такое было.
- Ну всё, ребят, всем пока.
- Пока.
- Пока, Машка.
Слушайте, я тоже пошёл. Давайте, пока.
Яха! Яша, давай иди.
- Счастливо. Пока, Мих.
- Давайте, мужики, валите.
А что, ты идёшь?
Эй, мужики, вы все пошли, что ли?
Андрюх, давай посидим, блин.
Братух, да поздно уже. Давай, на созвоне.
- Каком «созвоне»? Давай!
- Всё, Мих.
- Слышь, я выводы делаю.
- Ты остаёшься ещё?
А что, без меня не найдёшь, поросёнок?
Мужики, Яху, проводите!
Пошли на хрен!
Да, Горшок, выросли твои кореша.
Как живые трупаки выглядят.
Ну что, помаши им на прощание.
Остановились парни,
не могут бухнуть с другом.
Не то что мы с тобой, да?
Давай, поднимай жопу! Пошли!
Пошли, проживём эту ночь до конца.
- Давай!
- На хер пошёл.
Ты куда? Горшок! Стой ты!
Вот, сукин сын!
Ну что, Горшочек? Может быть, и правда,
дадим по кислоте?
А потом
найдём какую-нибудь сексапилку
и сделаем из неё фарш?
В том-то и дело, мне к ребёнку надо.
- Оль, у тебя колготки порвались.
- Где?
- Ой!
- Веди себя естественно.
Куда ты смотришь? Нет, нет, нет.
Я тебе совсем о другом.
Сюда даже можешь не смотреть.
Это всё — розовые сопли.
Я всегда говорила,
что лучшие колготки — это джинсы.
Всё, я поехала, пока.
Тебе колготки принести?
Ох! Горшок, да это же войдёт
в золотой фонд подкатов.
- Заткнись.
- А?
Давай, пойдём найдём какую-нибудь
стриптизёршу. Как ты любишь, а?
- Горшок!
- Да отвали ты уже!
Вы мне?
Нет, чёрту на плече.
Не хочет, чтобы я к тебе подсаживался.
- Ага.
- Хочет мне судьбу порушить, понимаешь?
Подсаживайтесь, подсаживайтесь.
От тебя свет такой исходит.
- А тебя как зовут?
- Оля её зовут.
Красивое имя.
- Обычное.
- Да нет, ты чего.
Красивое имя.
Я сам бы хотел бы,
чтобы меня звали — Олег.
- Оля у вас автограф хотела взять.
- Да?
Началось.
Это не для меня. У меня брат маленький,
он ваш фанат.
- А ты?
- Я? Нет.
А что? Высшее образование есть, да?
Почему такие вопросы?
Так-то мы группа для пэтэушников.
Это очень важно,
что-то
- сейчас произошло.
- Что произошло?
Давно так ни на кого не смотрел.
Может, никогда.
Слушай, пойдём выпьем?
Я не пью, я за рулём.
Я тоже не пью, я тоже за рулём.
Пойдём, ненадолго, не бойся.
Пойдём.
- Две водки сделай.
- Мне американо, пожалуйста.
Князь! Ты где?
Обиделся опять?
Ох, тихо, тихо, тихо.
Иди сюда, хороший. Да?
Хороший мальчик.
Давай.
Стой!
Барышня, не стреляй.
- Кто такой?
- Горшок.
- Что?
- Горшок, говорю!
Меня отец в детстве в горшке нашёл.
Себе оставил, так и назвал.
В ночном, что ли?
Фу! Нет, конечно!
Вроде бы.
Эй!
Тихо, не трону я тебя.
А я проверять не собираюсь.
Давай, поворачивай откуда пришёл!
- Дай хоть воды испить.
- Давай, пошёл!
Эй! Стой!
Ладно, так и быть.
Дам тебе браги и перевязать рану.
Потом пойдёшь.
А то правда кровью истечёшь.
Да я бы отказался.
Да глядишь, и правда растекусь.
- Ты беглый, что ли?
- Наоборот.
Преследователь.
Значит так, преследователь,
будешь у меня на мушке.
Лишний раз не чихай.
Нервы у меня ни к чёрту,
а стреляю я метко, понял?
С этим тяжко:
- продрог я знатно.
- Постараешься.
Спасибо большое за вечер, за концерт.
Было приятно познакомиться.
- Вы всё-таки…
- Ты.
Я требую.
Ты совсем не такой, каким кажешься.
Да, как все люди.
Автограф?
Слушай, не подпишу.
Почему?
Ты меня сразу бросишь.
А мы что, вместе, что ли? С каких пор?
Ну, ты знаешь: большой взрыв,
потом какое-то время прошло.
И вот сейчас этот момент. Всё к этому шло.
- Ты на машине же?
- Да.
- Поехали, покатаемся?
- Сейчас?
Ну да, конечно. Мы в Питере живём:
мы обязаны ночью кататься.
И брат тебе не простит,
если без автографа придёшь.
Люблю вот так кататься.
Ну в такси обычно,
просто по городу ездишь,
думаешь, мелодии сочиняешь.
Какое унылое говно!
- Оль?
- А?
- А ты чем занимаешься?
- Я же говорила.
Ну, я же не про ремесло.
Я имею в виду,
- живёшь правильно?
- Это как?
Есть человечество, оно,
ну естественно, должно, там,
двигаться куда-то, развиваться.
Ты расти ему помогаешь?
- Ой, ты философствуешь?
- Ну типа того.
Ну наверное, если так категорично, то,
наверное, не помогаю.
Хотя человечество вот выросло
из своих пещер в дома, квартиры.
Я помогаю им их продавать, покупать.
Может быть, конечно, не помогаю расти, но,
- как сказать, я…
- Ну, поддерживаешь.
Да, поддерживаю человечество.
Дохлый номер, Горшок.
Она двух слов связать не может.
Давай, выверни руль,
избавь себя от неё, а её от глупости.
Ты — зараза, блин.
Что такое? Опять твой чёрт?
Ага, угадала.
Может, это не чёрт?
Ангел-хранитель предупреждает тебя,
чтобы ты не связывался со мной?
А она не так глупа, как кажется, Горшок.
Окошко открой.
Баба, она сердцем чует, слушай её.
Дело говорит.
Назад отклонись.
Он — хам.
Ангелы не такие.
А ты откуда знаешь?
Ты же не такая.
Послушай, Горшок, а тебя не ломает, а?
Может, заедем? Надо ширнуться.
Слушай, давай в одно место заедем?
Тут недалеко,
сейчас через пару поворотов налево.
- Повернёшь?
- Ну, давай.
Ладно? Я покажу.
- Здесь направо.
- Ага.
- Сюда?
- Да, да, да.
Так.
Олечка, я очень скоро вернусь.
Ты дождись меня, ладно?
Хорошо.
- Обязательно только, да?
- Да, да.
Свои, свои.
Здорово.
Здорово, по роже довольный.
Я никогда тебя таким не видел.
Мам, мама, прости.
Мамулечка, всё в порядке.
Всё, спите, спите, я скоро приеду.
Всё, давай, давай. Ага.
Господи, какая дура.
Что я тут делаю?
Зачем я согласилась?
Идиотка.
Миша!
Так, понятно.
Господи, дура.
Да что же тут такое!
Ты давай, дойди только, ладно?
- Ага.
- Здесь на ступеньках только не садись.
Давай, давай, давай.
Миша?
Ты кого привёл ко мне? Ты что?
Оленька,
солнышко, а я тебя ищу.
- Я быстро, да?
- Ага.
Забыл, где я тебя оставил.
А ты тут.
Чего? Давай! Поехали кататься!
Миш, у меня работа через четыре часа.
Докинешь меня до дома тогда, тут недалеко.
Поехали.
Эй!
Благодарствую, сударыня.
Судьбинушка изрядно потрепала.
Уж и не думал, что я сегодня
нарядным буду.
- Не отвернётесь?
- Ничем не удивите.
Ты пошустрее давай!
Тороплюсь как могу.
Я с медведем дрался.
Ага, и чего же не задрал?
А кто бы ему позволил?
Я и сам не робкого десятка.
Ловите, на память сувенир.
Вы это, не стреляйте только.
Ай, сука.
Благодарствую за всё, сударыня.
Извините, если напугал.
Не смею более тревожить вас
своим присутствием.
Стоять!
То есть извините,
я хотела сказать: «Стойте,
пожалуйста».
Можете волосы с лица назад убрать?
Вот.
Он был хорошим человеком,
я уверен.
Так и есть.
Ну, то есть, было.
Спасибо за всё.
- Всего доброго.
- Подождите вы.
Вы давно меня могли обезоружить.
Оставайтесь на ужин,
утром продолжите путь.
Девушка на время,
Девушка на время.
Оль, я чувствую, что мы с тобой
родственные души.
- Ты чувствуешь?
- Да, я чувствую, чувствую.
Просто мне на работу через три часа уже.
Понял, это тоже важно.
Оль,
я тебе… Я тебе телефон свой оставлю?
Ой! Ты что делаешь?
Ты на бумажке потеряешь, так забудешь.
А так он у тебя будет,
перед глазами.
Оль, ты чувствуешь, что мы с тобой
родственные души?
Да чувствую, чувствую! Пожалуйста, Миш!
Мне правда на работу надо уже, серьёзно.
- Запиши, я тебя очень прошу.
- Миш, правда, ну хватит.
Я тебя… Я тебя прошу, пожалуйста.
Хорошо, давай, смотри: вот,
- я оставляю тебе номер телефона.
- Давай,
- я тебе буду звонить, часто-часто.
- Ага.
- Хорошо.
- Не удивляйся,
- я буду спрашивать тебя всякое.
- Ага.
Смотри, вот у тебя мой номер телефона,
обязательно завтра позвони, не забудь.
Хорошо? Позвони мне, чтобы услышать,
что мы с тобой, к сожалению,
вместе быть не можем.
- Оля.
- Так бывает.
Миш, Миш!
Я тебе позвоню.
Давай, я буду смотреть,
как ты будешь уезжать.
Угу.
- Здорово, братан.
- Здорово.
Эй! Ты что?
Тсс, тихо, тихо.
Погоняем.
Мужики, он же нас запомнит.
Да никого он не запомнит.
Он же обдолбанный.
Он своё отражение в зеркале не узнает.
Да я…
всех вас запомнил, на самом деле.
Вы волки, ё-моё.
Оборотни.
Так, а что, может, вам автограф дать?
Да на хрен нам твой автограф.
Глаза разуй, придурок.
«Король и шут». Пиратка, кстати, в курсе?
Открывай, открывай.
Уловил, чем пахнет?
Да вы что, мужики,
я не при делах вообще, ё-моё.
Не при делах, не при делах.
За товаром своим не следите,
но спрос будет с вас, понял, да?
Ты чего?
Вы что?
Разум туманите, ё-моё!
Вы из мусарни, что ли?
Ё-моё, вы что?
Вы…
Бабок хотите? Так и скажите, блин.
Что, инстинкт самосохранения
проснулся у тебя, да?
Слышь ты, звезда.
С тебя 20 тысяч долларов.
- Понял?
- Что?
Прояснилась ситуация.
У меня нет таких бабок, на самом деле.
Ну так корешкам позвони, пусть привезут.
Да не буду я звонить никому.
В смысле «не буду»?
Слышь ты, ты что, бессмертный, что ли, а?
- Долго жить собрался?
- Собираюсь.
Но недолго, на самом деле.
Слышь, ты что, не понял?
Корешам звони быстро!
Пускай заначки вынимают.
Тише, тише.
Иди сюда.
Здесь звони.
- Алло, не разбудил?
- Слышь, дебил, по теме говори.
- Что, Миха?
- Меня похитили, по ходу.
- Ты что, угораешь, Мих?
- Что!
Может, тебе мерещится, я не знаю?
Ты моя галлюцинация?
Дай сюда!
Слышь ты, Апостол Андрей,
или как там тебя?
Что? Да.
Слушай меня внимательно,
ситуация следующая:
твой дружочек у нас,
и если через полчаса в порту
не будет 20 тысяч,
мы ему яйца отрежем.
Сколько?
Ну что, какие идеи?
Никаких?
Ты гонишь, Андрюх?
Может, вместе подумаем,
бабок ни у кого нет.
Друганов бандосов тоже нет.
Блин, хоть сбор объявляй.
Может, правда? Типа на лечение ему?
Да, это хорошая идея. А что,
эти упыри ждать будут,
пока мы деньги соберём?
Они психанут и завалят Миху.
Ну, значит, отбивать будем.
Просто кастеты возьмём. Что там?
Биты, гитары…
Я не знаю, шахматами их закидаем сраными.
Выманим, обоссым и отобьём Горшка.
Отлично, как спецоперацию назовёте?
«Буря в трясине»? Вы что, пацаны?
- Есть один актив.
- Что за актив?
Юрий Михайлович.
И что такого, вы мне не могли
сказать по телефону?
- Миху украли.
- Похитили.
Так, кто?
Представились ментами.
Ну, по ходу, бандосы какие-то.
Какую-то чушь затирают
про наркоту в наших кассетах.
- Сколько денег требуют?
- 20 тысяч долларов.
Судя по сумме, какая-то шпана.
Сигарету затуши, не люблю.
Слушайте меня внимательно.
Вы им сейчас звоните, соглашаетесь
на все условия.
Назначаете встречу, там, где они скажут.
Через час.
- А вы куда?
- За спецназом.
Вот это круто.
…комнату тайком желаю заглянуть.
Как бессонница в час ночной
Меняет, нелюдимая, облик твой,
Чьих невольница ты идей?
Зачем тебе охотиться на людей?
Б…я, мужики,
перемотайте, не в падлу, ё-моё!
У вас что, послушать больше нечего, блин?
Руки!
А что ещё у вас есть-то?
Вот эта и про скалу.
Вот и весь твой «Король и Шут».
Б…я, мужики,
ну не пойте тогда хотя бы, блин!
- Или я за себя не отвечаю, мужики.
- А х… ли ты сделаешь-то, б…я!
Иди сюда, слышь, придурок.
Я в этой тачке ребёнка вожу.
За…ись! Это они должны тебя грохнуть.
Круто же? Мусора-оборотни
похитили и угомонили звезду панк-рока.
По-моему, отличный вариант.
- Эй, ты что творишь-то?
- А что он блюёт как дома?
Это же восхитительная кабзда
наклёвывается.
Подумай, Горшок.
Такой шанс выпадает раз на миллион.
Если ты сам выпилишься, могут подумать,
что творческий кризис накрыл.
Выгорел, Горшочек.
А ты что ржёшь, урод?
Давай, Мишаня! Приколи как следует:
назови его козлом!
Они это очень не любят.
- Эй, слышь!
- Давай!
Козлина, слышь!
Мишаня!
- Слышь, ты что?
- Иди сюда.
Ты что! Ты что, охренел, что ли? Мудак!
А ну, тихо!
- Ты видел?
- Заткнулись!
- Смотри!
- Тихо, они звонят.
Да, подождёшь, не рассыпешься.
Сука!
Посмотрим.
- Ключи?
- Грузите, поехали.
Ты смотри, ты смотри что?
Я тебя урою, козёл. Захаркал, сука, б…я!
Урою тебя, мудак, б…я!
- Вот кукла.
- Спрячь.
Переговоры ты вести будешь.
- Я?
- Ты.
Говоришь спокойно, без наезда, без мата.
Но стоишь на своём, не мямлить.
Нужно вынудить их сначала отдать Мишу.
А потом уже отдадите куклу.
Если уболтать их совсем не получится,
подашь условный сигнал:
очки свои поправишь.
Пальцами за дужки возьмись и
натяни их получше.
И когда ребята начнут действовать,
падайте на землю, хоть в грязь,
хоть куда, ясно?
Да.
Ну всё, идите.
Я пошёл.
Ну здорово, сябры.
Мы «Король и Шут».
Вы что, тёлку с собой привели?
- Он — басист.
- Да по хер, бабки привезли?
- Вы похититель?
- Допустим. Бабки привезли?
Балу, покажи.
Не, подожди!
Сейчас коленку прострелю ему на хер.
Тихо, тихо.
Деньги будут, когда Миху отпустите.
Привезите его, отпустите,
и мы отдадим деньги.
Бабки.
Вы что, не врубаетесь?
Так дела не делаются.
Я вам объяснял расклад:
бабки — мне, корешок — вам.
- А если корешка нет уже?
- А где он, по-твоему?
Ну я не знаю, валяется
в канаве где-нибудь, травой зарастает.
Да на хер он сдался!
Сидит в машине, буробит весь день.
Достал уже всех.
Давайте бабки — приведу корешка.
Нет, так не будет.
- Будет так, как скажем мы.
- Да, Князь, блин.
Ну хорошо.
Запасайтесь лопатами, шуты.
Территория большая, может, потом
откопаете где-нибудь корешка вашего.
Просто хотим знать, что он жив. Что?
Сука.
Ладно.
На связи.
Дай торчку телефон.
Ну да, пусть поговорит что-нибудь.
Они хотят удостовериться, что он живой.
Ну конечно, да. На.
Алло, Мих, ты?
- Миха, ты?
- Удостоверился?
Ты что, гонишь, что ли? Е…ть, как я
должен был понять, что это он?
- А ты смелый парень?
- Да.
Ну хорошо.
Подгоните тачку.
Ну подгоните, покажите торчка им.
Вон смотри, вон видишь, таха?
Вон там ваш кореш.
Ну пусть окно откроет, как я его увижу?
Окно открой. Открой, пусть покажется!
Всем оставаться на местах!
Работает ОМОН! Лежать, я сказал!
- Тихо, тихо!
- Лежать, не двигаться!
- Б…я!
- Валим!
Лёг, сука, я сказал!
Мужики, вон их машина уезжает, Горшок там!
- Давай, газуй!
- П…ц!
Твою мать!
Быстрей, быстрей!
- Руки, чтобы я видел.
- Из машины выходим.
- Всё, всё!
- Тихо, тихо.
Заложник на месте, живой.
Миша!
Пап.
Спасибо, дружище.
Лечиться надо, сынок.
Не могу я.
Больно.
Пап.
Я ведь не из робких,
Мне всё по плечу.
Миша, ты сдурел, что ли? Три часа ночи.
Ольга, здравствуйте. Извините, ради бога.
Это Юрий Михайлович, папа Миши.
Здравствуйте.
Ольга, вы простите меня ещё раз,
что поздно так звоню,
но у меня к вам большая просьба:
вы не могли бы приехать?
Конечно, а что-то случилось?
Что-то с Мишей?
А вы можете приехать прямо сейчас?
Это не телефонный разговор.
Хорошо, какой адрес?
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Я отец Миши.
- Я Оля.
А что с ним?
А вы с ним давно?
Нет, мы вот только познакомились.
Он говорит, что любит вас.
Вот такой у меня Миша.
У него начинается наркотическая ломка.
Лечиться он не хочет, боится.
Это действительно страшно.
Вы когда-нибудь такое видели?
Нет.
Миша просил…
Не могли бы вы
побыть с ним, пока он будет
приходить в себя?
Если вы откажетесь и сразу уедете,
я пойму.
Оля! Оля!
Ну вообще, только о вас и говорит.
Мам, мам, уйди.
Я побуду с ним, не беспокойтесь.
Тсс-тсс.
Всё, всё. Я рядом.
Выйди, выйди, выйди, пожалуйста!
Давай я тебе сказку
буду рассказывать, давай?
Жил-был король,
и был у него противный-противный шут.
- Мм!
- Ты издеваешься, что ли?
Я вкусов вообще не чувствую.
Да она кислая вообще.
- Да?
- Гнедая, гнилая.
- Ну-ка, дай я попробую.
- Мм.
Что случилось?
Миш?
Да ничего.
Понял, что в отпуске никогда не был.
Куда рванём?
Всё, пришли.
О, погуляли уже?
А обед только через полчаса.
Татьяна Ивановна,
мы с Мишей решили съездить в отпуск,
так сказать, набраться сил, отдохнуть.
- Мы на Кипр, мамусь.
- Куда?
- На Кипр.
- На Кипр.
А, Оля,
пока не улетели,
подсобите мне, пожалуйста.
- Конечно.
- Да давай я помогу, пап.
Ты лучше маме помоги, киприот.
- Ага.
- Пойдёмте.
Юр?
Я тебе очень благодарен, Ольга.
За всё, что ты сделала.
И Татьяна Ивановна
тебе очень признательна.
Да не стоит благодарности, мне нетрудно.
Что-то не так?
Уезжай отсюда.
Так будет лучше для вас обоих.
И чем скорее ты уедешь,
- тем будет лучше.
- В смысле?
Я не понимаю. Я люблю Мишу. Мы…
- Это неважно.
- В смысле неважно?
- Юрий Михайлович?
- Ты видела только одну ломку.
А это наша жизнь.
- Ты так же хочешь?
- Я справлюсь.
Твою мать!
Ну ты же нормальная девка.
Живи и радуйся.
- Не обрекай себя.
- Да я уже, Юрий Михайлович.
Я…
Да даже если и так, мы справимся.
Никто с этим не справится.
Но мы родители.
Мы обязаны этот крест нести.
Тебе-то это зачем?
И потом, чем дальше, будет только хуже.
Уезжай.
Послушайте меня,
я обещаю вам, что никогда не буду
упрекать вас в том,
что вы меня о чём-то не предупредили.
Но я люблю Мишу, и я ему помогу.
Всё.
Как вы не догадались-то, а?
Давно пора было понять.
Он кружку с черепом на стол поставил,
там уже волки воют вовсю.
Но ничего, сам дурак.
Ой, вы не дурак.
Вы просто людям доверяете. Это хорошо.
Мой друг считает иначе.
Он просто за вас переживает.
Ну значит, ему будет лучше без меня.
Неправда.
Просто ваш друг тоже,
- он…
- Туповат?
С большим сердцем.
Он переживает за вас, ищет вас.
Это же вы его втянули во всю эту историю.
Вы доведёте дело до конца, найдите его.
А уж там он сам решит.
- Простите.
- И вы меня простите.
Я вам в кукушнике постелю, ладно?
Вы очень добры.
А знаете, я пойду, наверно, лучше.
На улице спится лучше.
Запереть забыли?
 

6 серия

Это где мы?
Новокузнецк, Мих.
Город-герой?
Сомневаюсь.
Ну, играем, как будто герой.
А там и народ подтянется.
Панки, хой!
К настоящему колдуну!
Он загубил таких, как ты, не одну!
Словно куклой, в час ночной
Теперь он может управлять тобой!
Всё происходит как в страшном сне.
И находиться здесь опасно мне!
Горшок! Горшок! Горшок!
Горшок! Горшок! Горшок!
Горшок! Горшок! Горшок!
Революция без насилия должна быть.
Понимаешь, да?
Анархия и пацифизм.
- Здорово!
- Хей!
Ели мясо мужики, пивом запивали.
- Хой!
- Да, панки хой!
Бобёр, я понять не могу,
почему мы со всеми отдыхаем?
Вы же народная группа, господа.
Какая мы, на хрен, народная?
По ДК шаримся. Когда будут Дворцы спорта?
- Или цирк хотя бы?
- Скажу как на духу.
Тур в поддержку «Бунта на корабле»
конкретно слабее по сборам.
- Вот и смотрите сами.
- Что смотреть?
Миха, я тебе говорю, что нужно
возвращаться к акустике.
Да к какой акустике? Надо альбом,
наоборот, жёстче было делать.
Следующий будет на разрыв, пацаны.
Я сейчас кроме шуток говорил.
Нужно как-то здраво смотреть на ситуацию.
Здраво, Андрюх? Отдохнуть нужно.
Итак, тост.
За творчество во всех его проявлениях.
Бобра слушай, Бобёр херни не скажет.
- А сигареты есть у вас?
- Нет, закончились.
Там, в ночнике, за углом есть.
- Серёж, можно я налью?
- Да, конечно.
Малая, может, сходишь за сигами
для звезды? Сдачу себе оставишь.
Слышь, звезда.
Концы обломаешь, если сам сходишь?
Ты серьёзно? Ты чего, я же пошутил.
Не, ну в смысле пошутил?
А что ты здесь тогда?
За углом же он.
- Шура?
- А?
А что шумим, не отдыхаем?
Да сигареты уже нельзя стрельнуть,
чтобы басухой в хлебало не отхватил.
Опа!
Опа!
Князь, «Король и Шут».
- Знаю, я была на концерте.
- Да?
Здорово, и как?
Я за компанию пошла.
Вижу, но подружиться мы тоже можем.
«Алису» мы уважаем.
Только они вряд ли
дешёвыми понтами кидаются.
Согласен, согласен.
Но ты же нас не знаешь. Пойдём присядем.
А можно мне тоже?
Конечно, пожалуйста.
Девчонки, присаживайтесь.
Давай, давай, давай.
Не пойду, они — придурки.
Что, ты меня одну
с этими придурками оставишь?
Ребят, прошу вашего внимания.
Привёл вам красавиц, имена которых:
- Танька!
- Танька.
- И?
- Агата.
- Как? Агата?
- Агата!
Агата из Новокузнецка. Нет, ну это круто.
Да нет, её на самом деле Саша зовут.
Но она просто имя поменяла в 14.
А что поменяла? Хорошее имя.
Козырное, ты чего?
Да ладно, что ты как неродная.
Ты мамка её, что ли, ты что?
Неудобно как-то.
Мы для неё крутые слишком.
Да тебе повезло просто.
А моё время ещё придёт.
А Балу уделали!
Ладно, ладно. Налейте ей.
- Здраво, заноза, блин.
- Налью?
- Я пью водку.
- А мне можно виски с колой?
Ты хорош ей уже.
Я не останавливала.
Вот пей теперь, блин.
Интересно посмотреть.
Хой!
Хой!
Вот это — панк настоящий, блин.
Да какие вы, на хер, панки, а?
Пьёте элитное бухло, жрёте дорогую еду.
А ты что, панк, что ли?
- Да побольше вашего буду.
- Да?
Ты чего? Ты чего!
- Так, так, так, стоп!
- Вот панк настоящий, блин!
Ты с нами теперь будешь.
Панки, панки, хой!
На посошок, с локтя.
Давай, давай, давай!
- Панки, хой!
- Хой! Хой! Хой!
Налетай!
Ты что, дура, что ли?
Князь, что ты ноешь всё время?
Да я тебе объясняю, что мы двигаемся
не совсем в том направлении, Мих.
Мы начинаем жестить, а надо возвращаться
к акустическому альбому.
Да куда возвращаться?
Всё, едем. Надо новый делать.
Да на хрена двигаться непонятно куда,
когда у нас отлично получается
писать баллады?
И фанатам это нравится.
Да откуда ты знаешь, что фанатам нравится?
Ты сидишь у себя в комнате там
и стишки свои пишешь.
А я знаю, что фанатам нравится —
меняться надо.
Солнце каждый день светит.
Тебя это не напрягает никак?
Солнце светит — зашибись.
Но и не светит — зашибись.
Если всегда будет светить,
ну тоскливо будет.
Поэтому там зима, весна.
Бобёр, расскажи ему.
Не-не-не, мужики.
Вы меня в свой круг адовый не втягивайте.
Разбирайтесь как-нибудь сами.
Ладно, этот воздержался.
Но все пацаны в группе «за».
Один ты не учитываешь этого.
- Да пацаны тебе не перечат никогда.
- В смысле?
Истина рождается
в споре, а не в беседе с теми,
кто тебе в рот заглядывает.
- Красиво сказал.
- Истина…
- Ой, б…дь! Не наше, пошли.
- Здрасьте.
- Блин. Агата, что за дела?
- Не понял.
Девчонки, вы что?
Тебе в прошлый раз не хватило?
Зато тебе хватило, помнишь?
- Эй! Что не так?
- Да нет, всё отлично.
- Ещё раз здрасьте.
- Лицо какое-то знакомое.
Что подруга твоя в сердце на нас держит?
- Чести много.
- Что мы тебе сделали-то, ё-моё?
- Ты чего?
- Отдыхайте уже, а!
- Что шумим?
- Ничего, ничего. Здрасьте.
Здрасьте.
- Так, ты сломать хочешь?
- Да тут уже, без меня.
Да, она ломает там.
- Ждите.
- Сколько ждать?
Ну до Питера заселитесь, не переживайте.
О, девчонки!
До Питера, может, и у нас посидим.
Конечно, давайте к нам.
Мы извинимся заодно,
не помню за что, правда.
- Спасибо, без нас.
- Да ладно, ты чего? Пошли.
Да давайте, угостим вас.
У нас поляна накрыта.
Салатиком?
Новокузнецк, да?
Ёб…, рон-н-ролл — это культура.
А у нас, ёб…, субкультура.
- Б…дь.
- Не-не.
Ну вот, я и говорю.
Тема такая: знаешь какой самый…
Вот реально, и анархия, да,
и какой самый глупый поступок
с точки зрения анархиста? Понимаешь, да?
Это, ё-моё, пойти в ЗАГС, б…дь.
Понимаешь, хотя я ходил, б…дь.
- Ё-моё, а я знаю, что это лишнее.
- Да, б…дь!
- Значит так, звёзды.
- Что там с ручкой?
Ну чинят, минут 10 ещё.
Я предупреждаю сразу,
чтобы у нас проблем с вами не было,
после 22:00 мы что? Замолкаем.
Так.
Ну считайте, отбой, как в армии, понятно?
Это я не понимаю так, я в армии не служил.
Я плохо объяснила?
У нас Князь служил, он нам расскажет.
- Серьёзно, ты служил?
- Отважно, да.
А расскажи какую-нибудь армейскую байку,
а то сидишь, молчишь.
Ну а что не рассказать-то?
Ой!
Да что,
служил я в жопе мира.
Стою на посту на КПП ночью,
как-то так тоскливо как-то было.
Полгода уже прослужил, никто не навещал.
Ну и стою, курю, вспоминаю пацанов там,
Горшка. Хоть бы навестили.
Смотрю, кто-то идёт.
Я, значит, калаш вскидываю:
«Стой! Кто идёт?»
Это, чёрт этот молчит и идёт на меня.
Я ему уже ору: «Эй, дурак! Стрелять буду!»
А тело на меня просто мчится и молчит.
Я на измене вообще на полной.
Ну, с боевым-то пускать нельзя,
сам понимаешь, военная часть.
Я уже всё, думаю: жопа полная.
Я последний раз ему ору:
«Стой! Стрелять буду!»
Вздёргиваю затвор и навожу.
Слышу ржач.
Смотрю, это — Горшок.
В «гадах», значит, в кожанке
и, самое главное, с пакетом пива.
Я выдохнул, конечно.
Ну и что, мы на КПП прямо там и бухали.
Ну, сейчас самое интересное будет?
Ага. Ну, прапор нас спалил
и чуть на месте не расстрелял.
А что вы думаете?
Горшок и его набухал.
И мы там орали песни до утра.
Ой, я потом прапору портреты писал,
вроде он меня не сильно чморил.
Я запомнил это, да.
Крутая байка, Князь.
Только я тебя не навещал никогда.
Да знаю я, Мих.
Зачем ты рассказал эту историю?
Ну, ты хотела…
армейскую байку, вот и рассказал.
А у тебя бывало такое когда-нибудь,
что ты смотришь на кого-нибудь
и вдруг сразу понимаешь, что
это тот самый человек?
И все остальные как будто меркнут вокруг.
Ну было, да.
Когда Горшка увидел.
Понятно.
Придурок.
Извините, а огоньку не найдётся?
Извините.
Прощаю.
Вы случайно не Князь,
лидер группы «Король и Шут»?
Ну да.
Обалдеть! Обалдеть!
Ни фига себе! Вы понимаете,
вы же для меня как далай-лама!
Мне никто не поверит.
Скажут: «Опять в астрале был!»
- В астрале?
- Ну да. Я экстрасенс из Сибири.
Самый настоящий.
Хотите, сейчас здесь свет включится?
- Так он и включён.
- А ну, так это я.
Это…
Я, кстати, знал же,
что у вас концерт отменят в Сибири.
Потому что у меня с утра информация была.
Так, ну жалко, конечно, жалко.
Потому что я же ваши песни
на наш мотив перевёл.
- Ага?
- Да, хотите сейчас исполню?
- Конечно.
- Сейчас.
Молодец! Молодец! Молодец!
Эх, у нас такой песни нет,
но это очень круто.
Как нет?
Значит, будет.
Ой, спасибо.
А это…
Можно вопрос?
У вас принципы есть в музыке?
Конечно есть: не быть попсой.
- Ага.
- Ты знаешь, такое…
выражение есть: «В семье не без урода»?
Ну да, да.
Вот. В музыкальной семье попса — это урод.
- Ну да.
- Вот.
Ну мне тоже не нравится.
Вот, дело в том, что тебе не нравится.
А мы её ненавидим, понимаешь?
- Видишь передо мной?
- Ага.
- Вот это — попса.
- Ага.
Вот это видишь? Кулак — это панк-рок!
Е…ть, будет что домочадцам рассказать.
Твою мать.
Князь! Ты охренел, что ли?
- Ты что делаешь-то, б…дь!
- Андрюха, ты что!
- Ты что?
- Так, отвали.
- А какая следующая остановка?
- Минут 20 ехать ещё.
Давайте, на станцию скорую
быстрее вызывайте!
- Ты как, как? Не засыпай! Не засыпай!
- Всё, всё, всё.
- Тётя, панк-рок!
- Х…ёк это тебе!
- Всё, всё, я подержу. Всё, всё.
- Давай, давай, держи крепче.
Да, держу. Всё, всё, всё.
Не дёргай, я держу.
Андрюш, ты не отрубайся! Андрей!
Придурки, б…дь!
- Спирта принеси!
- Давай сам, может, за спиртом.
Б…дь, Андрюш, сейчас, сейчас.
На, подержи тогда, я сам схожу!
Подержи руку ему!
Прижми, чтобы не капало!
Миш, возьми, не ссы!
Андрюша, сейчас, сейчас.
Сейчас, сейчас, я мигом.
Андрюх, Андрюх, ё-моё!
Андрюх, б…дь!
Простите! Добрая женщина.
Вы тут друга моего не видели?
Без зубов такой.
Не, не, не.
Даже не думай, поняла?
Не смей!
Не смей смотреть,
меня во всём виня. Поняла?
Сколько раз я тебе говорила, Иоганн:
я не выйду за тебя.
Скажи, что дело не во мне, а в тебе.
Конечно, во мне:
не люблю уродов!
Обидно. Видать, не особо тебе дорог
этот бродяга.
Пусти его.
- Пусть идёт.
- А что мне за это будет?
Ты знаешь что.
Твоя взяла, Горбун.
Согласен.
Собака!
Я знаю, о чём ты думаешь:
«Интересно, он везде горбатый?»
Не надо.
Я сама разденусь.
Уходи отсюда, дура.
А ты, бродяга, лучше умолкни.
Наслаждайся зрелищем.
Это всё, что тебе светит.
Я умею быть благодарным, знаешь.
Сладенькая моя!
Пошёл!
Ты как?
Погоди.
Не двигайся.
Мужа мне напомнил.
Он у меня вечно эти фокусы исполнял.
- Качанов на месте?
- Нет, у него выходной.
- Так ему же должны были позвонить.
- Ну если позвонили, значит, приедет.
Если не выпил.
- Всё, я бегаю по стенам.
- Куда, куда?
Сейчас последнее расплескаешь.
- Андрюх.
- Да, блин, Бобёр.
Давай, давай.
Бобёр, ты чего, блин, падаешь?
Всё, всё, да я здесь.
- Ай, да вы что, ёб…?
- Давай.
Машенька.
И это тот самый важный человек,
которого умоляли спасти?
Национальное достояние, между прочим.
Поэт, певец, большой художник,
на гитаре игрец, на дуде дудец.
Гений! В общем, ему рука очень нужна,
чтобы нас всех радовать.
- Доктор, у меня вопрос.
- Да?
Я смогу ходить?
Выйдите из операционной.
Начинай, начинай. Лежать.
Сможете сосчитать от 100 до 0?
- Начинайте.
- Сто, ноль.
- Новокузнецк.
- Эй.
Ну что, теперь ты убедилась,
что я настоящий панк?
Смотри, как руку расхерачил.
Тебя по блату спасает
лучший врач в городе.
Был бы ты панком,
кровью бы истёк в тамбуре.
Так, ты это,
выделываешься из-за салата. Послушай,
я хочу попросить у тебя прощения.
Потому что ты мне очень понравилась.
Валечка, шторку задёрните.
Нет, ну подождите, да подождите. Я…
Смогу я досчитать. Девяносто…
девять, девяносто восемь, девяносто…
семь, так нормально?
Эй!
Что вы там, начали уже?
Ну что, Князь, смирись, еб…,
я тебя по-любому сожру!
Что за херня?
«Король и Шут» — это я один.
- Ну что ты, Князь.
- Смирись, ёб…
Я же по-любому тебя сожру.
- «Король и Шут» — это я, Андрюх.
- Все это знают.
Должен остаться только один,
понимаешь, да?
Сука! На! На!
Вы что? Вы что! Уйдите!
- Уйди!
- Коли видишь, не берёт, давай.
Вы что!
Да что тебе надо-то от меня?
Убирайся в пекло!
Да что же ты за баба-то такая?
Отвяжись от меня!
Ёб…
Ну ты клоун, Андрюха, конечно.
Андрюха, поднимайся на осмотр,
сейчас врач придёт.
Надо поторопиться,
там Горшок чего-то чудит.
Пальцами не шевелить,
руку стараться не чесать, избегать ударов.
Если сухожилия оборвутся ещё раз,
никаких гарантий не дам.
Как я должен понять,
работает у меня рука или нет?
Ну, лучше, чем было, не станет,
но кое-что умеем.
Другое дело, вы вчера умереть могли
от потери крови.
Вовремя вы привезли.
Испугались? Это хорошо.
В следующий раз подумаете,
стоит ли так куражиться.
Сегодня не такой многословный.
Иногда только испуг заставляет
человека повзрослеть.
Панки не взрослеют, у них другие правила.
Вот и всё.
А можно автограф?
Ну Мишаня!
- Загашу тебя сейчас.
- Ни хера себе.
- Ну не надо.
- Подходи, она флешку кидает.
Понял.
Все в кишку погнали,
там сейчас замес будет.
- Ага.
- Супер, погнали.
Миш, час уже закончился.
Давай продлевать уже.
Да не переживай ты так.
- Разбирайте, девчонки, всю ночь играем.
- Ого!
- Офигеть!
- Круто!
Горшок, ты что исполняешь?
Это что за номер такой?
О, Князь. Живой, блин.
Я что исполняю?
Тебя надо спросить.
Файн де хол.
Сука, как пацана меня сделала.
Что, мониторишь, что ли, сидишь?
Не твоя тема, Андрюх.
Понимаешь, да? Ну не твоё это, блин.
Какая тема? Ты что несёшь?
Давай, Горшок. Размажь его об стенку.
Пусть знает своё место.
Номер расхерачить, стекло разбить.
Да не твоё это, Князь.
Не твоя роль, не идёт тебе!
Ты в своём уме, б…дь!
Ты, вообще, в курсе, что меня
с того света вытащили?
Давай, давай, Горшок, продолжай.
Любодейки смотрят.
Просрёшь один раз, и легенде кабзда.
А ты что смерть-то дразнишь?
Сам меня с края стащил.
Ты что, бессмертным стать захотел?
Я сейчас очень надеюсь,
что ты угашенный, понял?
Я нормальный.
У меня вообще всё за…сь, б…дь!
- Да, девчонки? Всё з…сь!
- Да, Мишаня! Всё супер!
Да вообще нормально всем,
пацанам нашим, фанам.
Один ты недовольный ходишь.
Потушить меня хочешь, блин.
Может, я единственный,
кто тебе в уши не ссыт?
Не думал об этом?
Куда пошёл-то? Давай сыграем!
Попали прямо в сердечко, да?
Я теперь с ним. Он — мой король.
Что, девчонки, продолжаем.
Всем играть!
Да, да, да, едем.
Бобёр, а что «Битлы» распались? Не знаешь?
Из-за бабы.
Реально?
Ну, официально — творческие разногласия.
Да уж. Эти творческие разногласия
достали уже.
Андрюх, ты что, распасться решил?
Ну, период полураспада я уже прошёл.
Может, сольный проект сделаю.
Не знаю, посмотрим.
Горшок!
Князь, а можете расписаться мне,
для Кристины.
Удача.
Агата, а как же я?
Агата!
- Князь, Князь, подпиши, пожалуйста!
- Агата!
Агата!
- Агата!
- Кто там прёт!
Агата!
Проходи назад.
- Привет.
- Привет, привет.
Князь, что за дела?
Что за дела?
Мы фанаток
в гастрольном автобусе не возим.
Так это не фанатка.
- А кто?
- Давай, я пойду.
Жена моя!
Садись.
Что, так можно было, Горшок?
Эм, у меня там просто тоже жена
одна осталась, может, я сгоняю?
А у меня две остались.
Что стоим-то? Трогай!
Да кто же ты такая-то?
Я?
Я так же страшна, как нежна.
Тебе уже удалось однажды
от меня ускользнуть.
Теперь я тебя не отпущу.
Ты — смерть?
Я — покой.
Не понимаю я вас, живых.
Плоть стареющая и гниющая —
это такое бремя.
И такое счастье освободиться от него.
Я должен его найти.
Горшка? Не смеши.
Даже он сам понял,
что был обузой для тебя.
Зачем ты так упорно пытаешься идти за ним?
Это называется — дружба.
Это называется — собачья верность.
Оставь меня в покое.
Отстань от меня!
Отстать от меня, поняла!
Ты и так один.
Принцесса.
Ты куда собрался?
Кажется, у меня всё-таки
кто-то ещё есть.
Ты до неё не дойдёшь.
Да?
А что это я, по-твоему, всё ещё на ногах?
Я думала, что со смертью Горбуна
за мной перестанут следить.
- Прости.
- Ничего.
Это даже приятно.
Он что, не сдох, что ли?
У него в горбу позвоночник, конечно, сдох.
Князь. Князь.
Ты опять, что ли?
- Так, в дом его. Аккуратно, аккуратно.
- Пойдём, Князь.
Держись.
- Это кто?
- Вдова.
Она и меня спасла.
Пойдём завтра с нами.
Станешь менестрелевой женой.
Я год прожила в этой клетке,
боясь выйти наружу.
Запирать себя в замке не хочу.
И тебе не советую.
А я не клетки хочу,
бессмертия.
Бессмертие не означает жизнь.
Завтра утром мы уйдём.
Спасибо тебе за всё.
Я дома.
Миш!
Миша!
- Алло.
- Андрей, что у вас произошло?
- Оль, ты, что ли?
- Я.
- Ты в порядке?
- Да, вполне.
- Ну хорошо.
- Что? С Михой что-то?
Да, ну… Я прихожу,
он весь в крови лежит. Я не знаю.
- Приезжай сам, посмотри.
- Ага.
- Привет.
- Привет.
Ого!
М-да…
Ну, Мишу надо кодировать.
Может, вы вместе, за компанию?
- Что? Ты серьёзно?
- Ну а что нет?
Потому что нет. Мне не надо.
Всем надо, вы все — алкоголики.
Человек, по сути своей, алкоголик.
Я бы мальчиков вообще
с детства кодировала.
- Ты знаешь, кто такая Йоко Оно?
- Чего?
Ладно, забей. Мы вдвоём поговорим.
Андрюш, вы бы закодировались.
Объявили публично, фанаты бы обрадовались.
Очень.
Ты сядь!
Или что, или мы стоя будем говорить?
Что? Уходить собрался?
- Да что ты лепишь?
- Что, тупой вопрос, по-твоему?
Хочешь сольник сделать?
Хочешь, чтобы мой батя, сапог,
был прав, ё-моё!
- В смысле?
- Он всегда говорил, что мы разбежимся.
Все говорили, я не верил.
Я спрашиваю прямо, Андрюх: что за тема?
Миха, «Король и Шут» — это то,
за что я волнуюсь всю свою жизнь.
И всё, что со мной происходит,
зависит только от твоего поведения.
От того, как ты по наркоте меня
всю дорогу лечишь.
От того, как ты сейчас относишься.
Как у нас «по-творчески»
работа складывается, понимаешь?
Я хочу продолжать, но всё, сука,
сводится только к одному.
Андрюх!
Мы не можем распасться.
Понимаешь, да?
Все расходятся, а мы…
Мы круче всех, понимаешь? Ё-моё, давай!
Ну давай! Давай, ё-моё!
- Давай сделаем альбом полегче.
- Да что ты.
- Ё-моё, давай!
- Да Миха, у меня рука, ёб…!
Хорошо.
- Только теперь будут другие правила.
- Какие правила, ты что?
- 16 научись бить сначала, барабанщик.
- Так, что за кипеж, а?
Что за собрание?
Да по ходу, Яху выгнать хотят всё-таки.
- Здорово.
- Что меня сразу?
- Ну не нравишься ты никому.
- Кого? Меня, что ли?
Никому.
- О, фронтмены.
- Ага.
Мам, пап?
Вы что такие? Что с вами?
Дневники принести?
Короче, мужики, тема такая.
С этого момента
все творческие решения по группе
принимаются исключительно
Михаилом Горшенёвым
и Андреем Князевым.
Не понял, а сейчас как?
Сейчас у вас у всех есть право голоса.
В том числе право накладывать вето
на исполнение тех или иных композиций.
Князь, Князь, подожди.
Ты эту речь репетировал, что ли?
Я просто ни хрена не понял.
Скажи как есть, проще.
Куда тебе проще-то?
Мне лично всё понятно.
Что? Что тебе ясно?
Что мы языки в жопу засунуть должны?
Ничего подобного, Андрюх.
Если на то пошло, ты после меня
в группу пришёл.
Шур, ты сейчас говоришь
о группе «Контора».
Это всё-таки группа «Король и Шут».
Да хоть грёбаная «Metallica»,
какая разница?
Просто объясни по-человечески,
почему вы сейчас нас двигаете.
Раньше же вместе решения принимали,
совместно голосовали?
Мих,
ты что молчишь, а? Ты реально хочешь,
чтобы всё так вот было?
Пацаны, мы ругаться не хотим.
Но вы Князя слышали.
Теперь мы те, кто рулит, и есть вы —
- исполнители.
- По факту, так всегда было.
Просто сейчас мы более конкретно
и жёстко об этом говорим.
Дело в том, что мне это
ни хрена не нравится.
Сань, да хорош.
Шур, давай без обид, а?
Да, Мих, вот это я точно сам решу,
на кого мне обижаться, а на кого — нет.
Ради бога, мы же не держим ни вас,
ни зла на вас.
Спасибо, что хоть отпускаете, бояре.
Юрьев день настал!
П…ц!
Ну что,
будут ещё экспромты?
Или будем репетировать?
Тут уж они, дряни тупые.
Но как бум, короче,
он такой, б…дь, идёт такой вот…
И давай его, бам! Дубасить!
Горб у него вообще отлетает на фиг.
И он меня… Я вишу, блин…
А у него язык такой длинный. Ах!
И вытащил его с мясом!
Короче…
- Ай!
- Тихо, тихо, тихо!
Ты чего, ты чего?
Спокуха, спокуха.
Так ты до принцессы не дойдёшь,
если ты на мосту спотыкаешься.
Горшок, забыл тебе рассказать:
мне же во время странствий моих тяжких
привиделось пиво, представляешь?
Я сочинил песнь, слушай.
На меня глядит игриво
Пиво, пиво, пиво, пиво.
Пиво, пиво, пиво, пиво,
Пиво, пиво, пиво, пиво.
Молодец, Князь.
Радует меня, что муза твоя не угасает.
Творческая энергия ключом бьёт.
А только это припев,
нам бы куплеты придумать.
Сходи за водой, может, додумаешь заодно.
Ага, ну и схожу.
Котелок возьми.
- Это станет легендой, понял?
- Ага.
Пиво, пиво, пиво, пиво.
Хорошая же заявка: пиво, пиво, пиво, пиво
глядит игриво. Всё ему не нравится.
М-да.
Ах, какой смешной
и наивный парень.
Думает, что не замечаю.
Принцесса, ты как здесь?
Сбежала.
- Как?
- Не пальцем деланная.
Принцесса всё-таки.
Ну да.
Ну он же тебя как-то украл.
Ты как с дочерью короля разговариваешь?
Извини.
А что Колдун от тебя хотел?
Ну известно, чего хотят
старые развратники от невинных принцесс.
И что, сделал гад чёрное дело?
Ревнуешь?
Нет, просто…
Король нам с Горшком
желание за тебя обещал.
Приказал привести тебя невинной.
И что попросили?
Мы, Горшок попросил,
чтобы мы менестрелями у него стали.
А ты?
А я
как-то не сообразил что-то.
А я уж думала, меня в жёны попросишь.
Может, ещё не поздно?
Да шучу я, дурень.
Я уже другому обещана.
Колдун меня перед самой свадьбой выкрал.
Кому ты обещана?
Карлу IV Безноготному.
- «Безноготному»?
- Ну да.
Это потому что у него ногтей нет,
помимо всего остального.
Дитя инцеста, в 12 колене.
Говорят, его кровью можно жечь железо.
А слюной рыб в пруду травить.
- Жуть какая.
- Ну да.
Зато союз выгодный.
Расстроился?
Ты чего?
Ну, замуж за тебя я, может, и не выйду,
а на роль фаворита попробоваться можешь.
- Нет, не подходишь.
- Почему?
Дурак потому что.
 

7 серия

Ну что, начинай.
Спасибо.
Умеешь что-то? Давай.
Давай.
Выпить есть, мужики?
- Что, бенз кончился?
- Ага.
Что, много бухаешь?
Ну, так сказать, в пределах нормы.
А вообще-то, дохера.
- Меньше сможешь?
- Ну если платить будете.
Ну берем, что.
А вы оба кодироваться?
Нет, нет конечно. Только Миша, муж.
Но это — наше общее решение.
А с чем связан такой ваш кардинальный шаг?
Дочке подарок на День рождения
хочу сделать.
Верхнюю одежду снимите, пожалуйста.
- Возьмёшь?
- Ага.
А вы точно решились?
Потому что, это может быть именно ваше
желание, Михаил. А не чьё-либо.
- Конечно, это — его желание.
- Олька,
ты Сашкина мама, не моя, помнишь?
Ну так что?
Давай обоссым всех и уйдём?
Ничего больше не будет: не будет твоих
любимых похмелий.
Ведь главное в пьянстве что? Похмелье!
Ты же сам всегда говорил:
«Истина в сушняке».
Моё решение, да.
Ну, тогда за дело.
- Футболку поднимите, пожалуйста.
- Ага. Так подержи.
- Больно, Мишечка?
- Нормально.
Так что, всё?
Я закодировался теперь? Пить не буду?
Он всё, больше не будет пить?
Ну, остался один нюанс. Лягте, пожалуйста.
- Что? Зачем?
- Ложитесь, ложитесь.
Ложитесь. Вот так.
Всё хорошо.
- Вы что делаете-то, мужики?
- Так надо.
Вы, вы не пугайтесь.
Не пугайся, не волнуйся,
не обосрись, короче.
Вы какой алкоголь предпочитаете?
Какая разница-то? Я же закодировался, нет?
- Водку обычно предпочитает.
- Ага.
Так, водку.
Что-то прикольное.
Правильно, закодировался.
И одна капля этой водки тебя,
панка сраного, убьёт.
- Панка сраного убьёт.
- И земля станет чище.
- Держи ему рот.
- Вы что делаете?
- Рот открывай.
- Твари, вы что?
А он точно сдохнет, а то он меня
уже достал.
Сдохнет, сдохнет.
Ты думаешь, тебя тут
кто-то лечить будет, что ли?
Точно сдохнет, точно сдохнет.
- Вы что? Что на?
- Держи, держи ему рот.
Отвалите!
Отпустил, б...! Пошёл!
Вы что, сволота? Давай, подходи по одному!
- Давай на три.
- Давай!
- Что?
- Просыпаемся!
- Раз.
- Может поменяемся?
- Два.
- Разнесут тебя с таким перочинным.
- Три.
- Три!
Что это было, ё-моё?
Дисульфирам плюс гипноз — рабочая схема.
Выпить охота?
- Нет.
- Вот и славно.
А иначе, даже скорая помощь к вам
не поспеет.
А я думал, ты мне друг.
Прощай!
Тусклый конец.
Оль, ну ты что, ё-моё?
Конечно, я не собираюсь пить.
Что, самоубийца что ли?
Всё, слушай у нас саундчек.
Давай, давай целую.
Давай, я не передумаю,
не переживай, давай.
В жену превратилась, блин.
- Здорово.
- Здорово.
Влад.
Ну мы по телефону вчера разговаривали.
- Да, да я помню, по телефону.
- Ну вот.
Что там?
Влад.
Андрей.
- Театральный продюсер.
- Так.
Ну хочу предложить вам, ну вернее вашей
группе, театральный проект.
- Ну мюзикл.
- Что за мюзикл?
Понимаешь,
ну у меня конкретной идеи пока, если
честно, нет. Я просто хотел, чтобы...
Ну, подача, посыл, она как бы, ну,
от вас исходила, от «Короля и Шута».
Ну вот, мы недавно тоже думали сделать
что-то в театре
- по нашим песням.
- Вот, видишь.
- У нас же песни с сюжетом.
- Да, да.
Ну что-то такое придумать да, какую-то
общую канву.
Но ты пойми, я хочу,
я хочу неожиданно всё это повернуть.
Ну просто, что бы это...
Вот ваша группа, она вдруг
взяла, и с какой-то неожиданной
стороны. Новое амплуа.
Ну... Не понимаешь?
Ну чтобы вашим там...
У вас же есть фанаты?
Ну фанаты, зрители, и вдруг — бах!
И «Король и Шут» такие.
Ну, круто будет.
Конкретное что-то есть?
Ну я не...
Что конкретное, ну...
«Бременские музыканты»?
- Так что?
- Эм, сразу нет.
- Ну от чего?
- Это же «Бременские музыканты», ё-моё.
Это уже есть, это уже было, блин.
- Хорошо.
- Понимаешь?
У меня пластинка любимая
«Бременские музыканты».
Ну подожди, не кипятись. Давай хорошо,
не «Бременские музыканты».
Давай мы, что там, «Алые паруса»
может быть, нет?
«Алые паруса»...
Что?
Что мужики, готовы?
Ну погоди, давай что-то из классики.
Ну тебе же что-то нравится?
Ну прямо что бы пёрло тебя.
Ну «Суини Тодда» можно сделать.
- Что это, Мих?
- Что, не знаете что ли?
Демон-парикмахер мстит за свою жену.
Ну фильм с Джонни Деппом есть, ё-моё.
Так, ладно, короче.
Погоди, ну не договорили.
Слушай, давай... Эм, смотри, пока херня
какая-то если честно. Давай
будет что-то конкретное, мы придумаем,
мы тебе позвоним.
- Ладно, давай.
- Всё, добро.
Давайте мужики с припева.
Ты пойми, кайфовая тема. Ну правда,
бабок заработаешь.
Бабки, секс, наркотики, рок-н-ролл.
Ты подумай!
Подумай, подумай!
Набираем, набираем, что?
Поручик, что спим-то?
Подсыпать в душу яд
Всегда он рад.
Всего за час
Прочтет он вас.
Он волен взять
И поменять
Строку и с ней
Смысл темы всей.
Танец злобного гения
На страницах произведения.
Это – игра, без сомнения,
Обреченный ждет поражения!
Твари! Мрази!
Да что же вы такие малодушные все?
Этого в кучу!
И тащи следующего сюда!
Видать сопьюсь раньше, чем свалю отсюда.
Ну! Быстрее нельзя?
Ты чего как заколдованная?
Я фраппирован!
Что же ещё я должен сделать, чтобы
открыть этот портал?
Эй!
Колдун!
О, спаситель принцессы очнулся.
Ну и как дела? Всё идёт по плану?
Слушай,
может мы как-то
- договоримся с тобой, а?
- Можно.
Отдашь мне душу — отпущу.
На какой чёрт, позволь спросить,
она тебе сдалась?
Видишь ли, в силу определённых комплексов,
заложенных ещё в детстве, я всегда
стремился к власти.
Только вот в мире, полном магии,
особо не развернёшься.
Поэтому, я нашел изменение, где
волшебство бывает только в сказках.
Как единственный Колдун, я быстро
подомну его под себя.
Вот только открыть туда проход —
дело затратное по количеству душ.
Князь!
Князь!
Куда ушёл ты?
Давай песню про пиво писать!
Тысяча червей.
Князь!
Так, опа.
Осторожно, горячий.
Господи.
- Странно.
- Что странно, Миш?
- Вкус поменялся, да?
- Де нет.
Воодушевление какое-то, на самом деле.
Столько сделать всего можно, если не пить.
Конечно, и это правильно.
Я год точно не буду.
Ты — молодец.
Я тобой горжусь.
Энергии столько.
Ага.
Только не могу я здесь находиться больше.
- Душит меня всё.
- Миш.
Что душит?
Да всё.
Ты.
Миш!
Значит ты раскаиваешься в содеянном?
Видимо.
Иначе зачем я сюда пришёл бы?
Зря!
Твой гнев праведен!
Но как же? Господь велит...
Ты знаешь, что велит нам Господь?
Вы что с ним друзья?
Ты только встал на путь христианина!
Ты должен их всех убить!
Кого всех?
Судью, жену судьи, ребёнка.
Ну короче, Тодд, то есть я,
вырабатывает план мести самому судье.
Мною движет месть.
Это, вообще, главный мотив
в истории человечества.
Самый, как сказать, великий и достойный.
Понимаешь, да?
А ты будешь священником, который потом
станет другом Тодда.
Ну не важно, короче.
Нормальная тема, Андрюх.
Чего ты ждал?
Ты пришёл ко мне, чтобы я тебя отговорил?
Это — поступок слабака!
Господь таких презирает.
Не, Мих, это какая-то херня.
Что тебе не нравится-то?
Какой я священник, еб...?
Ты согласился, даже со мной
не посоветовался.
Блин, да мне позвонили, надо было
сразу решение принимать.
Там, ну, другой возможности уже не будет.
Это мюзикл, это реальная вещь.
Да никто не спорит, Миха. Давай сделаем
мюзикл, только наш.
По нашим песням.
Ой, б..., и что?
На детских утренниках будем его играть?
В смысле? Сейчас не понял.
И что ты не понял?
Пора вырасти из сказки.
И выходить на новый уровень.
Какой выходить? Миха, это уход
от всего того, что мы с тобой сделали.
Причём какой-то лютый мрачняк.
А что, у нас мрачняка что ли нет?
«Невеста палача», «Мёртвая женщина»,
мужики бабу съели. Что, тебе весело?
Да нет, он есть. Но не в таком объёме.
Ты мне сейчас 5 минут всего про этого
Тодда задвигаешь.
Мне уже хочется повеситься.
Ты нежный что ли дохера стал, Князь?
- Священник говорит о мести?
- Да.
Так, а что? Круто же! Мне нравится.
И что там дальше?
Потом,
судья пристанет к девушке.
Захочет её растлить. А ты
отравишь его, когда будешь причащать.
А что после смерти судьи?
Потом я тебя убью.
Ну в смысле, Суини Тодд убьёт священника.
Давай, Андрюх. Ты чего?
Надо же расти блин.
Это — не рост, Мих. Это — нарост.
«КиШ» — это не про злобу, не про месть.
Да, там жути хватает, но
люди в наш мир приходят, чтобы
расслабиться, отвлечься, отдохнуть.
А не чтобы стрессовать.
Комфорт у нас, понимаешь, Мих?
Знаешь,
что я думаю на самом деле?
Тебя бесит просто,
что это не твой материал.
Ну а что, не так скажешь?
Я скажу, Миха, что с тобой спорить
легче говна обожраться.
Объявляю перерыв.
- Мусь.
- А?
Пойди сюда.
- Ну прямо срочно тебе?
- Ну прямо срочно, давай иди.
- Ну что?
- Ну встань вот здесь, иди.
- Ну обернись к зеркалу.
- Ну.
Миш?
Блин. Не получается у меня, блин.
Это реквизит, понимаешь?
Не могу текст запомнить.
Очень много текста.
А там как-то, ну своими словами-то нельзя?
Ну-ка, встань.
Я жажду мести.
Лишь только месть во мне.
Я не успокоюсь, пока не сделаю
этот мир справедливым.
Каждое зло,
должно быть наказано.
Да б..., ё-моё
Ох, Господи, сколько ненависти-то
в тексте?
Ой, ладно.
Не, ну ты если надо, давай ещё.
Суп же у меня.
- Мусь.
- Ну чего?
Вот скажи, вот что ты меня
поддерживаешь всё время, а?
Может, меня ругать надо было?
Может и надо было.
Ну кстати, у тебя все учителя
ругали тебя в школе,
а один, этот, трудовик ваш,
мне однажды говорит: «Татьяна Ивановна,
а вот мне кажется, вы неправильно
относитесь к своему сыну.
Вот мне кажется, вы его
всё время ругаете».
Да, я тогда тоже удивилась, и даже
обозлилась на него.
Я говорю: «А что, я должна
его хвалить за всё, что он творит?»
А он так спокойно мне говорит: «Да.
Понимаете, в доме должна быть
мирная обстановка.
Чтобы сын ваш усталый и разочарованный
мог прийти и поддержку получить».
Вот, понимаешь? Всем бы такого трудовика.
- Мам.
- Ну чего?
Иди сюда.
А у вас славный дом.
Ещё бы. И достался он мне за бесценок.
Отправил одного бедолагу на каторгу.
Лучшая моя сделка.
Говорят, у него была семья: жена
и, кажется, дочь.
Ой, им повезло ещё меньше.
Могу рассказать эту историю.
- Она очень увлекательна.
- О! Извольте!
Ну что же вы замолчали? Уверен,
так рассказ выйдет ещё интереснее.
Я сгораю от любопытства.
Не знаете с чего начать?
Тогда позвольте мне. Того цирюльника
звали Бенджамин Баттон.
И виновен он был лишь в том,
что был счастлив.
Чего вы, подлые выродки,
стерпеть не могли.
Теперь моё имя — Суини Тодд.
Эти два слова составляют
всё твоё существо Суини Тодд:
боль и месть.
Полная шляпа, Мих.
Михаил, вам надо перевоплотиться.
Не себя играть
в предлагаемых обстоятельствах,
- а другого человека.
- Я понимаю, ну
- что не так-то? Я получаюсь не Суини.
- Да.
Как вы это понимаете?
Вы знаете меня что ли?
Не обижайтесь. Люди отдают этому
всю жизнь.
Вы напряжены, защищены,
вам надо снять этот панцирь.
Обнажить свою слабость.
- Елена Анатольевна...
- Мы же договорились, просто Елена.
Да нет.
Елена Анатольевна, я не хочу играть
эту слабую, беззащитную сущность.
А как же? Человек многогранен.
Играя зло, выищи где он добрый.
Играя сильного ищи где он слабый.
Так, а зачем? Он сильный! Он жаждет мести!
А почему он жаждет мести?
Именно потому, что он слабый, ранимый.
В этот самый момент ваш герой уязвим.
И он хочет защитить себя, скрыть
свою боль. И поэтому он мстит.
Сцена — это то место, где обнажают душу.
Конечно, это не просто.
Тело свободнее, его легче обнажить,
чем душу.
Да? Что-то я сомневаюсь в этом.
Позволь себе быть слабым.
Ага, я понял.
Тцсс. Ну всё.
Блин, всё пацаны загорелись «Тоддом».
Один ты в позу встал.
Да я тебе что, запрещаю что ли?
Ну надо делать — делай.
А ты что?
Что, что? Да я тебе говорил уже:
у меня материала навалом.
Тихо, тихо.
Да ты уже делал сольник «Любовь негодяя».
А ты тоже делал: «Я Алкоголик Анархист»
- Не вижу проблем.
- Я-то понятно делал.
Но я хоть хит сделал.
Андрюх, ну нам нельзя расцепляться, блин.
Да кто расцепляется-то?
Я реально буду заниматься
своими делами. Что такого?
- Держи, держи, ну всё, всё.
- Ну что ты?
Ну скажи ты ему.
Ну что он выделывается, блин?
Сейчас два года будет мюзикл.
Никаких концертов, точно.
Вы не одни, б..., не забывай.
Ну ты же забыл, что не один,
когда на «Тодда» подписался.
- Агат, проехали уже.
- Он сам ко мне обратился.
Ты, Миш, поступил как считаешь нужным.
Андрей тоже, и я его поддерживаю.
А манипулировать ребёнком не надо.
С голоду не помрём. Да моя хорошая?
Так и скажи, что ты из вредности
не хочешь.
Да из какой вредности-то? Я этого
не хочу из любви к «Королю и Шуту».
К нашему с тобой миру.
И избавляться от него я не планирую.
Дай сюда!
- Ты что делаешь? Саша спит.
- Ой.
Ё-моё. Олька, познакомься.
Они с нами будут жить теперь.
Миш, ты что опять начал, а?
Солнышко...
Олечка...
Андрюха не хочет «Тодда» делать.
Что такое, Олька?
Миша, иди спать.
Давай.
- Только не выливай, слышь?
- Ага, хорошо.
Будем ссориться.
Какая девочка-то хорошенькая, а?
- Надо же.
- Сплюнь.
Да не переживай, я не глазливая.
Ну что, как будем товарищей наших мирить?
В смысле? А я их не ссорила, чтобы
мирить. Сами разберутся.
Ты же понимаешь, что они не разберутся.
Они так и будут ходить пыжиться друг
на друга.
Оля, Андрею сейчас вообще не до этого.
Ему группу поднимать надо.
Какую группу, Агат.
Правда, мне кажется, надо повлиять,
чтобы он к Мишке вернулся.
Чтобы они «Тодда» вместе делали.
- Ты серьёзно сейчас?
- Конечно.
Конечно, это и финансово
в первую очередь выгодно.
Ну я же за вас переживаю.
Агатик, ты же понимаешь, мы с тобой
можем всё аккуратненько разрулить.
Они даже не поймут, что произошло.
Мы же, как говорится, шея, а они головы.
Оля, они не дети малые, не из-за
машинки поспорили.
Ну а что ты предлагаешь?
Предлагаю за спинами у них не копошиться.
Не по-пацански, как говориться.
Я тут с Агатой разговаривала.
Зачем?
Ну что бы она с Андреем поговорила,
чтобы он вернулся
- и помогал тебе с «Тоддом».
- Блин, да на хрена, Оль!
Что она сказала?
Ой, ничего. Она такая же упёртая,
как и он.
Ничего, говорит, делать не буду,
только его поддерживать буду.
Б..., тебя просил кто-нибудь?
- Я вообще-то помочь хотела.
- Помогла, блин!
Теперь Князь думает, что он мне
нужен дохрена!
Звезду из себя корчит!
Не хочет, мне похер! Ясно тебе!
Парни, парни, хорош, хорош.
Ну что, мужики. Момент истины.
Кто ещё хочет сольную карьеру начать?
Миха, что ты несёшь?
Мы с тобой, ты знаешь.
Каспер ушёл, так он всегда был
человеком Князя.
Мих, «Король и Шут» — это ты,
это для всех: и для нас, и для фанатов.
А что, я просто барабанить люблю, Миш.
Да, верю.
Глаза у вас честные.
Мих, а тебе уже можно?
Точной даты нет.
Надо же отметить начало сольной карьеры
Князева.
Да он ещё вернётся.
- Альбом выдаст и обратно, Мих.
- Я знаю.
Надо только глаза ему открыть.
- Ну что, ребят, готовы к новой жизни?
- Да, да.
Что, как зал?
Сказали все билеты проданы,
во всех городах. Так что тур есть.
- Всё, удачи, буду в зале. Круто.
- Давай.
Поздно, Адель!
Ты сделала свой выбор, и я
Остановлю часы в 12 дня
И время снова направлю я вспять.
Будущего нет!
Но прошлое — вполне для меня.
Останешься такой, как прежде.
Мне, невежде, будет что исправлять.
Поздно, Адель!
Рокеры-херокеры: наорут, насрут,
потом валяются везде.
Вахтанг, это что происходит, я не пойму?
Мы города перепутали? Где народ?
Я не знаю, мне сказали все билеты проданы.
Походу не соврали.
Панки, хой!
Добрый день.
- Здравствуйте, здравствуйте.
- Да, проходите, пожалуйста.
О, Андрей Сергеевич Князев.
Группа «КняZz».
Ну смотри, как мир тесен.
Ну что скажешь, дальше с нами?
А что, аншлаги?
Ты вроде говорил, что группа два года
гастролировать не будет.
Так слушай, мы с продюсерами договорились.
Вот и ездим.
А как же: «только «Тодд»,
никаких концертов»?
Слушай, ты что хочешь?
Я хочу договориться, Мих.
Чтобы города в турах делить.
И не было вот таких случайных
встреч и совпадений.
А что я должен договариваться-то с тобой?
Я тебе п... что ли?
Да выходит что так, раз такое исполняешь.
Мы куда хотим, туда и едем. Понимаешь, да?
Пускай фанат сам решает, кого ему слушать.
О как.
Ну а что, ты
Кинчева, Шевчука не спрашиваешь.
Правильно?
Мы одна группа, вы другая.
- Что ты, Мих, дурака-то включаешь?
- Это смотря кто дурак-то.
Ты...
Если сейчас не понимаешь, что ты
хернёй страдаешь, значит потом поймёшь.
- Что?
- Что?
Подраться хочешь? Давай!
- Давай прямо сейчас, я готов!
- А ты только этого и ждёшь, да?
Думаешь, сейчас подерёмся как раньше?
Всё разрулится, всё нормально будет?
Потом выпьем с тобой по-дружески,
посидим, да?
Только друг, как ты, не топит.
Так не работает ни в этом мире,
ни в том, который у нас с тобой был.
Давайте, мужики, удачи.
Я думаю,
давно уже шло, на самом деле. Давно.
С чего всё-таки начались ваши
разногласия с Андреем Князевым?
Какие разногласия-то, ё-моё?
В начале, вокалистом был я один.
Понимаешь, да?
Потом появился Князь. Ну, я его привёл.
И...
Он решил функции фронтмена взять на себя.
У нас, на самом деле,
не принято выгонять кого-то из группы.
Мы за анархию, понимаешь, да?
Всё-таки среди ваших поклонников бытует
мнение,
что во главе коллектива стоит тандем:
Горшок — Князь.
Да Андрей никогда не был лидером, ты что?
- Разве?
- Слушай,
на самом деле, если бы Андрей был лидером,
его, естественно, тогда все и
слушали бы. Понимаешь?
Андрей — талантливый человек, да.
Но какой-то харизмы, чувства лидерства
всегда не хватало, на самом деле.
Какие у вас впечатления от
сольного альбома Андрея Князева.
Это не впечатления.
Эти песни, на самом деле, должна была
делать группа «Король и Шут».
Понимаешь, да?
Андрей принёс материал.
Мы забраковали, ну он сделал.
Андрей Князев утверждает,
что в «Короле и Шуте» он не хотел
заниматься мюзиклом «Тодд».
А вы настаивали, вот по этому он ушёл.
Да это. Это я принёс
«Тодда», на самом деле.
Я подсказал тему «Тодда»
все пацаны поддержали.
Все пацаны хотят делать что-то новое.
Понимаешь, да? Панк-рок.
Меня, на самом деле, раздражает, когда
нас называют, там, сказочниками.
Понимаешь, да?
Мы всё это уже сделали в 90-е. Пускай
Андрей там делает свои частушки.
На самом деле,
звучание группы «Король и Шут» надо
оценивать по двум первым альбомам.
Что касается акустического альбома,
- я тогда пропал, на самом деле.
- Да.
Все аранжировки почти делались без меня.
А куда вы пропали тогда?
Да заболел! Ты что прерываешь-то!
С панком беседуешь, б..., могу и обоссать.
А ты будешь потом ходить, говорить,
что Горшок обоссал, радоваться.
Можешь нормальные вопросы задавать, нет?
Ты можешь...
Люблю ли я Андрея Князева?
Ненавижу ли? Вот нормальные вопросы,
можешь?
- Спрашиваешь херню какую-то.
- Справедливо.
Так что, вы ненавидите Андрея Князева?
Чтобы ненавидеть,
масштаб личности должен быть другим.
Более масштабно.
Чтобы любить, надо быть близкими людьми.
На! На! На! На!
Андрей?
С двух сторон сгорела,
сожжена моя свеча.
Мне осталось сделать шаг,
и этот Мир — прощай.
Здесь я вижу смерть! Вижу свет,
Как видят свет, как свет звезды!
Как свет любви, которой нет!
Она ушла! Она завет, меня во мрак!
Остался шаг, всего лишь шаг,
последний шаг…
Принцесса.
Очнись, ты же не такая.
Очнись и посмотри, невольницей
чьих идей ты стала.
Ты мне привиделась, когда я умирал.
В каком-то совершенно ином мире
мы были с тобой вместе.
Ты спасла меня.
Может, если в том мире, мы были
возлюбленными у нас здесь есть шанс?
Тебе незачем его слушать.
Тебе незачем
охотиться на людей.
Не позорился бы.
«Слово на неизвестном языке.»
Бабы.
Чего же ты сразу так не сделал?
Да, я мог бы. Просто обожаю,
когда мне прислуживают.
Это уже комплексы.
Хм, вполне может быть.
Подумаю об этом на досуге.
Открылся!
Наконец-то!
Несчастные ублюдки,
даже не представляют, что их ждёт.
Ну ничего. Потоп, саранча, сифилис.
Эй, Чародей!
Эй! Я колдун.
А ты, видать, есть тот самый Котелок.
Горшок!
Да как угодно.
Ты смельчак, раз вздумал тягаться со мной.
Поэтому, я тебя вознагражу.
Забирай принцессу и ступай к королю.
Скажешь, что отправил меня в небытие.
А твой друг пал смертью храбрых.
Мне-то уже всё равно, меня здесь не будет.
А вот ты станешь легендой, как и мечтал.
Да хоть притчей во языцах!
Друга мне верни, чучело!
Чучело — это ты!
Этот костюм по спец заказу делали!
Встречайте своего нового владыку, черви!
Князь! Князь!
Проснись! Проснись!
Не отправил ещё?
Я не понимаю: правильно ли я поступаю?
Я же не утоп, Горшок.
Хорош умирать уже, слышь.
А как по-другому?
Принцесса!
Андрей.
- Какой Андрей?
- Не знаю.
Да.
Ну и дурак ты.
Живой, пронесло.
А теперь, вы все в моей власти.
Что? Эй! Как ты смеешь!
Что происходит?
Погодите, что? Что происходит?
Я, я что, сдох?
Ах, ты гнида! И ты здесь трубадур!
«Король и Шут» значит?
И ты здесь, ну держись.
Сгною.
 

8 серия

 

Ты бы меня на «TODD» пригласил,
я бы посмотрела, что ты там делаешь.
- Да, надоело уже.
- Быстро.
Надо дальше двигаться.
Я уже продюсерам сказал,
чтобы замену мне искали.
- Надо что-то новое делать.
- Ну а что новое?
Недолго мне осталось, мам.
Вот что ты несёшь, а?
- Чувствую так.
- Ага.
Надо успеть побольше сделать.
- Чтобы здесь наслаждались.
- Ага.
Пить тебе нельзя, Мишка, совсем нельзя.
- Как жена говоришь, блин.
- Так она правильно говорит.
Только она с ненавистью говорит.
- А ты с любовью.
- А что толку-то?
Не, не. Не буду я пить.
- Я сам не буду, слышишь?
- Ага.
И в тур этот ехать тоже нельзя тебе.
Ну ведь, ну ведь насквозь больной, Миша.
Да не могу я не ехать.
Музыкантам зарабатывать надо.
Ещё если не поедем, неустойки платить.
- Умрёшь там на сцене.
- Ну, если бы.
Ты!
Анфиса?
Анфиса. Анфиса.
Принцесса.
Меня колдун не кормил.
Хочешь, я пожарить могу.
Ну, чтобы сырым не есть.
Как это?
Какой вкусный!
- Ага.
- Я никогда такого не ела.
Их ещё можно фаршировать.
Тогда вообще вкуснятина будет.
Я не могу.
Почему?
Потому что, я должна вернуться домой
и выйти замуж.
Да чёрт с ним, с этим Безногтным.
Давай с нами?
Будем бродячими артистами.
Мы с Горшком петь будем. А ты
кроликам бошки сворачивать
на потеху толпе.
Я согласна. Но твой друг не будет против?
Мой друг свою любовь обрёл.
Значит и меня поддержит.
А друга-то не хочешь спросить?
Для приличия.
Горшок — мудрый человек, он поймёт.
- Горшок — мудрый человек, он согласен.
- Я не согласен.
Что за дела, Князь?
Как же мечта наша?
Твоя мечта — обессмертиться.
Это не про меня.
А что про тебя?
О чём ты мечтаешь?
А у меня уже всё есть.
Да, любимое дело, друг и возлюбленная.
Не дави.
Хорошо, пассия. Суть не в этом.
Суть в том,
что я от своего не отступлюсь. Всё.
- Я не хочу, чтобы...
- Подожди.
- Ты один решать не можешь.
- Почему не могу?
Принцессу я сам спас.
Я весь этот путь прошёл с тобой.
Ну и получишь обещанное по договору.
Принцессу мы обязаны вернуть.
Хватит! Прекратите! Хватит! Он прав!
Вы должны получить обещанное
за моё спасение.
Это вопрос чести.
Подожди, это он сейчас так говорит.
Мы с ним всё обсудим.
Я — дочь короля.
И моё слово для тебя — закон.
Не ссорься с другом из-за меня.
Тоже мне друг.
Ну ты чего, Князь?
Вернётся, как пить дать.
Скоро.
Мих, подпишешь?
Что это?
Клятва, меморандум.
Мы все клянёмся, что не будем
бухать в туре, и всё.
Трезвый тур.
Мы просто решили тебя поддержать.
Понятно, что всё эти тусовки,
пьянки тебе же сложно переносить.
Бухать нельзя, но смотреть,
как другие бухают, тоже радости мало.
Вот и решили.
Ценю, пацаны. Внезапно.
- А ты что, тоже подписал?
- Да.
- Как так?
- Бухой был.
- Да все подписали, кроме тебя.
- Ну,
я коллективных писем не подписываю.
Вы подписали, вы и не бухайте.
Письмо у меня. Всё, свободны.
Гони, сволочь. На водку дам.
Ну что, мужики, будем?
- Давай, пацаны!
- Да, будем!
За нас, за вас!
- Парни, вы красавцы!
- О, Миха. Тут пацаны на проводе.
Скажи, пусть на хер все идут.
Сухой закон.
Мих, мы не пить же. Мы так, чай, кофе.
- Бытие разнообразить.
- Ага.
Бытие разнообразить?
Не хер шли все.
Да, Макс.
А, это не Макс?
Нет, девочек нам не нужно.
Вот с...!
Мих?
Я за тобой. Выдвигаемся?
Я...
Я...
Я, знаешь, какую тему думаю на самом деле?
Ты в курсе,
что мир делится, когда
перед нами выбор встаёт?
Ты говорил, да.
Но,
я думаю,
мир делится,
чтобы каждый человек
нашёл тот мир, где он несчастен,
на самом деле.
Понимаешь, да?
Все счастливыми хотят быть.
Заблуждение, на самом деле.
Несчастный — правильно.
Мудро.
Ого.
- Ставить собираешься?
- Да.
Надо сделать.
Очень крутая штука, надо делать.
Текста, текста много.
Башка не соображает уже.
Давай всё, погнали.
- Давай, давай, давай.
- Погнали, погнали.
Ну пойдём, пойдём.
Мих, ты как?
Давай, буду петь, а ты просто прыгай, ага?
Нормально всё.
Бешеный ветер рвет паруса,
Старый варяг стоит у руля.
Завтра утонут три корабля,
Обычное дело для моряка.
Северный флот,
Только вперед!
Ублюдки, снять паруса!
На абордаж!
В трюме нет мяса, кончилось пиво.
Сколько еще до великого Рима?
- Горшок, твою мать!
Нам будет трудно – это терпимо!
Словно, как баба, ждет нас нажива!
Северный флот,
Да отпустите вы его!
Отпустите его! Ему плохо!
Отпусти его!
Умничка!
Пошёл вон!
Ну, ну, ну! Громче, громче!
Так, ага.
Ну да.
Это браво.
- Можно закурить?
- Кури.
Я возьму, а то у меня сигареты кончились.
Бери, бери.
Значит, не так плохо всё?
- Раз курить-то можно?
- Курить всегда можно.
Скажу без пощады.
Дистрофически меняется ткань мозга.
Что приводит к изменению его функций.
Я понятно объяснил? Или подробнее нужно?
Да вроде не так сложно всё.
Эту штуку ты приобрёл в результате
алкоголизма
и употребления токсических препаратов.
- Наркотиков что ли?
- Ну.
Хороший дорогой кокаин ты вряд ли мог
себе позволить, по вене гонял, наверное.
А это вообще как-то лечится?
Ну если только прямо сейчас.
Предынфарктное состояние.
Ну или предпредынфарктное.
Могу порекомендовать госпитализацию
и длительную реабилитацию.
Нет, я вас не пугаю.
Просто ставлю перед фактом.
Мих, надо лечиться.
Надо.
Надо прерывать тур, ехать в Питер тебе
в какой-нибудь центр.
Прерывать тур?
Всё это... Как вообще, блин?
Да так это!
Ты понимаешь, что до конца тура
просто можешь не дотянуть, Мих?
Блин! Это очень серьёзно!
А эти что кушать будут?
Похер!
Им деньги нужны? Похер!
Понимаешь, ты сейчас коней
можешь двинуть, Мих?
Блин, я коней двину,
если играть перестану.
Понимаешь?
Давай так:
я сейчас закидываюсь всеми таблетками.
Ложиться никуда не буду.
Что ты мне условия ставишь?
Твоё здоровье. Было.
Тьфу, б...
Скоро, Горшок.
Слушайте, мы должны убедить Горшка
прервать тур и подлечиться.
Мы обязаны это сделать, ребята.
Так, но мы подведём наших фанатов.
А мы не подведём фанатов,
если Горшок крякнет?
Вот ты что будешь делать,
если Мишка умрёт?
Думаешь, тебя кто-то
другой в группу возьмёт?
Ну хорош блин! Миха, всё равно,
сейчас лечиться откажется.
Так что закончим тур, и сразу в больничку.
Ях, не кипиши. Мы же не звери,
мы же как лучше хотим.
Да.
А бухаете что? Письмо подписывали, люди!
Я пьяный был, меня обманом втянули.
Блин! Ты что спрашиваешь меня про него
всё время, блин.
У нас Маша ушла...
Что ты лезешь-то, ё-моё?
Балу ушёл.
Ещё кто-то ушёл, на самом деле.
Блин, было и было. Что помнить-то?
Не, помнить надо на самом деле.
Короче, как тебе объяснить-то?
Князь,
он добился чего хотел, понимаешь да?
Он теперь один на сцене.
Поэтому,
мы с ним не делим пополам, понимаешь да?
Привет.
Мне с ним было хорошо на сцене.
Короче, ходят слухи, что Горшок лично
обзванивает наших организаторов
и говорит им, что если они проводят
концерт «КняZzя»,
то «Короля и Шута» они больше
никогда не увидят.
Это, по крайней мере, объясняет
отмену концертов.
А мы с тобой будем работать с теми,
кто в тебя верит.
Что-то таких пока не много.
Слушай, да ты же ему всё отдал.
Реально, тексты твои, название
вы вдвоём придумали.
- Так что можешь заявлять на них права.
- Судиться?
Всё, закрыли тему.
Тексты, которые пел Горшок, я отдал ему.
Ты только помни, как бы они себя
сейчас не вели,
ты от этого менее талантливым не стал.
И у тебя есть ещё, что людям показать.
Всё, давайте выпьем за тех, кто остался.
Что здесь-то клеить, Андрюх?
Хрен кто заметит.
Ну а где, Мих? В переходе что ли?
Сразу загребут.
В каком переходе? Мы что,
группа уровня перехода?
Нельзя размениваться, Андрюх.
Иначе успеха не будет, понимаешь да?
Ну давай сразу на дверь «Юбилейного»
захерачим? Что мелочиться?
«Юбилейный» ими надо весь обклеить, блин.
Ну тогда огребём правда.
- Опа.
- Добрый вечер.
- Граждане-сограждане.
- Вечер добрый.
Ну что, беспорядки, нарушаем?
- Покушаемся на общественный строй?
- Что, кого нарушаем?
Я говорю: почему оскверняем
общественное место?
Какая скверна, мужики? Афиша.
Андрюха вон сам рисовал.
Да, мы — группа «Король и Шут».
У нас концерт скоро.
Мы великими станем, мужики.
Есть шанс нас на взлёте зацепить.
Что? Давайте, приглашаем даже ментов.
Ну, переодевайтесь, приходите на концерт.
Вы — говнари, никогда не станете великими.
Потому что об этом позабочусь лично я,
сержант Сыров.
- И как?
- А вот как накакаешь.
- Тихо, тихо, тихо!
- Ты что делаешь-то, Сыров?
Стой смирно!
Сержант, на самом деле, что ты докопался?
Афиша висит, есть, пить не просит,
правильно?
Ну вот тебе нападение на сотрудника
при исполнении.
- Какое нападение?
- Пройдём в отделение!
Эй! Вы что!
Вы что, вы что, эй!
Давай, беги, Андрюх.
С..., глаза мне склеили!
Гудков!
Возьми их, Гудков!
Эй, «Нормандскую» после припева
не гаси, блин, как в прошлый раз.
- Понял?
- Как у «Метлы»?
Мужики, а вы слушали последний альбом
Князя?
Что? Да на хер это слушать-то
вообще, ты что?
Да, Князю сначала всё надо начинать.
Да, ситуация у него хреновая,
на самом деле.
Глянь-ка, ориджинал.
А кто его будет пиратить?
Ведь у настоящих пиратов есть вкус.
«Тайна кривых зеркал».
- Что, тайна раскрыта?
- Я не слушал, он Горшку принёс.
- «Пивная песня».
- А это уже «Сектором Газом» попахивает.
А знаете кто у них барабанщик?
- Кто?
- Паша Лохнин.
Ты что смотришь, Агат?
Что стоишь, глазами сверлишь?
Пришла посмотреть на человека,
который друга предал.
Это я предал?
- Ты что несёшь вообще?
- Дурака не включай.
Ты хочешь, чтобы он милостыню просил?
Да какую? Блин, не хочу, чтобы милостыню.
Пофиг, вообще.
Что происходит?
А то, что вы звоните организаторам,
и они отменяют концерты Андрея.
Потому что вы угрожаете не давать «КиШа».
Ты понимаешь вообще, нет?
Да на хер мне надо организаторам твоим
звонить, ё-моё.
Ну значит, кто-то другой звонит.
И что ты гасишь Князя в интервью
постоянно? Вы же друзья?
Вы предали его все.
Да это вы меня предали, блин!
И Андрей в первую очередь!
Мне тут нужна поддержка! А он
ушёл хернёй своей заниматься, блин.
Оставил меня одного.
У меня же нет никого.
Я один, Агатка.
Понимаешь, да?
Было же круто, на самом деле.
Могли всё.
С чужими меня оставил.
Херня какая-то.
Вот, что он ушёл, Агата?
- Мишка.
- Что, Мишка?
Тебе отдохнуть надо, Миш.
Да не надо мне отдыхать!
Надо делать!
Надо, что...
Ещё много надо сделать, на самом деле.
Понимаешь, да?
Этих вон, кто кормить будет?
У всех семьи, ипотеки, блин.
Надо делать.
Андрей?
- Андрей.
- О, привет, Агатка.
Алиска спит, всё хорошо.
- Ты должен с ним поговорить.
- С кем?
Андрей, ты должен поговорить с Мишей.
Что случилось?
Это просто обиженный ребёнок.
И что?
Ну ты же не будешь обижаться на Алиску,
если она тебе палец укусит?
Буду.
Ну значит, ты дурак и плохой отец.
Андрей, ты должен поговорить с ребёнком,
объяснить. Он ещё не вырос.
Он реально считает себя преданным.
Андрей, его больше некому тормозить.
А сам он не остановится.
Они угробят его.
Миша очень плохо выглядит.
Понятно.
Босые ноги возвратят меня обратно.
Куда деваться – отморожена ступня!
Мне быть навязчивым
не очень-то приятно,
Возьму ботинки и уйду тотчас же я.
И вновь иду задумчивый
по лунной я дороге,
И дом твой вновь остался
за моей спиной.
Ботинки на ногах, но мерзнут мои ноги…
Забыл штаны… О нет… О, Боже мой!
Дальний путь зовет меня,
но уйти я не могу,
Возвращаюсь снова я,
твой облик в сердце берегу.
Князь?
Князь!
Князь!
Барон, вообще-то.
- Обознался.
- Ты ко мне не подходи больше.
Менестрелей с детства не люблю.
Ну вот, поставочки наладим,
всё будет просто чудесно.
Встречайте!
Его Высочайшее
Королевское Величество, Король
Вольдемар Великий!
И его дочь Принцесса,
невеста!
Папа?
Встречайте жениха:
Его Королевское Величество,
Карл Безногтный!
Попрошу присаживаться.
Быстрее давай, пока жених не помер.
Да, ваше величество.
Славный день наступил сегодня в истории
нашего Королевства.
Ибо два великих рода объединяются перед
лицом всевышнего Господа.
В знак чистоты своих намерений,
род жениха преподносит роду невесты
семейную реликвию,
яйцо единорога.
Ну что же.
Карл Бегногтный,
готовы ли вы взять в жёны Принцессу?
Твою мать.
Очень убедительно.
А вы, Принцесса, готовы ли вы отдать
своё сердце Карлу Безногтному
и пройти с ним весь путь с его болезнью,
болезней,
и так до тех пор, пока смерть его
не разлучит вас?
Папа?
Она согласна.
В таком случае, властью,
данной мне Господом,
объявляю вас мужем и женой.
Прости, Господи.
Можете поцеловать невесту.
Реликвия! Яйцо!
Яйцо пропало!
Так вот же оно.
Назад, господа! Принцесса
уготована другому принцу!
Ты что удумал?
- Спасти тебе от брачной ночи.
- Меч ближе к горлу.
Святые угодники,
да это же, внезапно вспыхнувшее,
чувство благородства!
Он хочет спасти Принцессу от свадьбы
с уродом.
Но я знал.
Я говорил! Это же герой!
Принцессу отбить.
А героя казнить.
Эй!
Стоять!
Лови!
Князь!
- А я без тебя тут начал.
- Ага, опять одеяло на себя тянешь.
Ну и этого тоже казнить.
Да что я тебе сделал?
Я же просто урод.
Моя дочь.
Бежим!
Князь! Бежим!
Да, ё-моё!
Зря ты Князь свой шлем скинул.
Ну что же вы за недотёпы такие?
Ведь могли получить бессмертие.
А выбрали смерть.
Отец, отпусти их. И я выйду за самого
отвратительного урода.
Да ты и так за него выйдешь.
Убить обоих.
Очнутся
через час. Успеете убежать.
- Хозяюшка.
- Прямо в лоб.
Но, но, но.
Как обычно, ни черта без меня
сделать не можете.
Ну в смысле ни черта?
У нас нормально всё было.
Что смешного-то?
А то, что вы сдохли пять секунд назад
в страшных муках.
А я время отмотала и вас спасла.
Вы ещё песню про меня не написали.
Так что живите.
Пока.
Хозяюшка, мы обязательно напишем.
Я вдохновение,
так сказать, не останавливаю.
И придумайте, чтобы я там
померла как-нибудь
пострашнее. Чтобы запомнилось.
А сейчас бегите. А я здесь закончу.
Давайте.
Спасибо, хозяюшка.
Да иди уже.
Отличный сюжет для шлягера.
Как вы относитесь к нынешнему творчеству
группы «Король и Шут»?
Вы видели «TODD» с Михаилом Горшенёвым?
Мы с Михаилом Горшенёвым
договорились творчество друг друга
не обсуждать в публичном пространстве.
Но он ваше творчество обсуждает.
Ваши коллеги преувеличивают. Спасибо.
Андрюх!
Как сам, Мих?
Да вполне.
Ребёнок, жена.
Всё прекрасно.
Андрюх, я...
Если бы была возможность жизнь переиграть,
я бы с наркотой
никогда не связался.
Да, и...
То есть, так сказать...
Типа как рабовладелец, понимаешь да?
В рабство тебя берёт.
Там человек не побеждает уже.
Свобода захлестнула, короче.
Не справился.
Вот бы переиграть, да?
Нельзя уже.
Миха, ты выглядишь херово.
Надо подлечиться.
Да, я лечиться буду.
Лечиться буду сейчас много.
Планов громадьё, Андрюх. Так что...
Мих, Мих, надо идти уже.
Да сейчас иду, иду.
Иди.
Надо идти.
Ты позвони только, ладно? Слышь?
Надо сделать, да?
Надо цирк сделать, «Гамлета» надо сделать.
Там ещё темы есть, короче.
Ты позвони только, ладно?
Я могу там психануть, не позвонить.
Я позвоню.
Только нужно остановиться,
подлечиться, да?
Давай с Олькой на Кипр, как в тот раз?
И всё, и сделаем всё?
С Запашными тема есть, слышь?
Я тебе говорю, крутая тема
с тиграми петь, понимаешь, да?
Ты же любишь животных, ё-моё.
Они, правда, запах бухла не переносят.
Закодируемся вместе, да? И споём, ё-моё.
Братья Запашные и мы.
Ну, как братья считай, да?
И альбом надо делать, слышишь?
Песни есть уже. Тексты нужны, Андрюх.
Миха!
Да?
Ё-моё. Андрюх, где, б...,
ум сраный-то, ё-моё?
Мудрость грёбаная?
Мы же помирились, да?
Давай я сейчас «Прыгну со скалы» спою?
Ну типа в знак примирения?
Мих, нас объявляют уже, слышь?
Пой давай, пой.
С головы сорвал ветер мой колпак,
Я хотел любви, но вышло всё не так.
Знаю я, ничего в жизни не вернуть.
И теперь у меня один лишь только путь…
Разбежавшись, прыгну со скалы –
Вот я был, и вот меня не стало.
И когда об этом вдруг узнаешь ты,
Тогда поймёшь, кого ты потеряла.
Так, девочка моя, твой рюкзак
поедет в багажнике, поняла?
Да.
- Сашка, ты за старшую, да?
- Да.
Молодец.
Маму береги.
Настюш, пристегни её там, хорошо?
- Настюх, пока.
- Пока!
Понял да, что я на два дня и
в понедельник утром я приеду?
Да какое утром, ты чего?
Выспись нормально.
- К обеду приезжай.
- Какому обеду?
- Кто тебе обед готовить будет?
- Я на рыбалку схожу.
Костёр разведу, там рыбу пожарю.
Приедешь, поужинаем.
- Рыбак?
- Да.
У нас же всё будет хорошо, да?
Да, всё уже хорошо, ты чего.
- Не чувствуешь?
- Не знаю.
Так чувствуешь?
Ох, ох, ох.
По-моему, кого-то сжигает стыд.
Да, Горшок. И ты для этого отказался
от легендарной смерти?
Чтобы умереть от стыда?
Позор! Позор!
Позор!
Что-то херово выглядишь.
Да, зато ты огурец.
Давай, насладимся последними минутами
нашей бренной жизни.
- Сегодня значит?
- Сегодня.
Сегодня, Горшочек.
Сегодня, родной.
Ну пляши тогда, что? Ты же победил.
Плохо слышу.
У меня ухо отвалилось.
Ты сейчас спросил, ради чего я
легендарную смерть просрал?
Да, да, да. Именно об этом.
Ради того, чтобы
ещё денёк побыть её мужем.
Что? Я не ослышался: мужем?
Отцом.
Чтобы ещё денёк побыть его другом.
Как это трогательно, Горшочек.
Сейчас я всех ребят соберу.
Семья, друзья, ребята,
все сюда!
Саша, Оля, Андрюша!
Горшок хочет побыть с вами!
Ребята, вы где?
Горшок, я, конечно, сильно извиняюсь,
но, по-моему,
никого нет!
Ты один в этом доме.
Что за?
Один.
И это для меня самое страшное.
Нет, нет, нет, Горшок. Не всё ещё кончено!
Мы ещё можем устроить панк-рок!
Просто сожги этот дом вместе с собой,
и всё наладится!
Или нет, хочешь, иди к соседу,
у них там есть ружьё.
Ты возьмёшь ружьё, застрелишь его,
потом его жену, потом себя!
И всё будет хорошо, Горшок!
Давай, давай сделаем это, давай!
Ты что так паникуешь, а?
От тебя пахнет страхом каким-то.
Липким таким, понимаешь да?
Да я просто...
Меня тошнит
твоя...
Твоя...
Твоя любовь, зараза эта,
не даёт творческому человеку раскрыться.
Никогда.
А пойдём, подышим?
Это отличная идея.
- Пойдём подышим.
- Давай.
Давай умрём от глотка свежего воздуха?
Слушай, ну ты лихо прожил.
Ты крутой, Горшок.
Ты — молодец.
Мой Горшочек.
Давай, вот так.
Ну что, что сыграем?
«Утренний рассвет».
- Мою любимую.
- Любимую?
Ты ненавидишь меня походу.
Одно другому не мешает.
Ладно, представим, что утро.
Утренний рассвет, солнце
поднималось над землей,
Просыпался лес,
восхищаясь розовой зарей.
Над озером стоял,
клубился белый туман,
В овраге под горою шелестела листва,
Луч солнца улыбался и с росою играл,
Особенно прекрасны утром эти места.
Продолженье сна, дивная пора,
Как божественна природа и проста.
В небе голубом облака плывут,
как корабли,
Теплый ветерок мчится
над поверхностью земли,
Еще не пробудились петухи в деревнях,
И рыбаков на озере пока не видать,
Коровами истоптана трава на полях,
Как здорово, что здесь мне
довелось побывать.
Продолженье сна, дивная пора,
Как божественна природа и проста.
Доброе утро.
Мне такой сон приснился,
будто взаправду всё.
Что снилось?
Да...
В основном хорошее.
Продолженье сна, дивная пора,
Как божественна природа и проста.
Мой мир огромен, А я так скромен.
Вся жизнь спектакль — Я в ней актёр.
Актёр-лицедей, Добряк и злодей,
Не ради людей, А ради искусства!
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

////////////////////////////