Ты — мне, я — тебе (1976 год). Цитаты и фразы из фильма

«Ты — мне, я — тебе́» — советская кинокомедия с Леонидом Куравлёвым в главной роли, снятая Александром Серым в 1976 году. Вышла на экраны 18 июля 1977 года в период проведения X Московского международного кинофестиваля.

Все фразы и цитаты

ТЫ - МНЕ, Я - ТЕБЕ
-Доброе утро.
-Приветствую вас.
-Как поживаете, Иван Сергеевич?
-Проходите, пожалуйста.
(хором): Здравствуйте, Иван Сергеевич!
-Здрасте.
-Иван Сергеевич, ну как?
-Да не волнуйся, Егорыч,
беседовал я с ректором.
Примут твоего внука в университет.
Запускай!
-Наконец-то.
-Разрешите.
-Дождался. Наконец-то.
-Попаримся.
-Привет, Сергеич.
-Салют!
Где пропадал?
-В Англии.
-Командировка?
-Точно.
Презент тебе, Сергеич.
Шампунь фирменный.
-Хелло, Долли. Это они умеют.
-Займешься мной? Истосковался.
-Обнажайся.
-Угу.
Ах! Хорошо!
-Так что, говоришь, лейбористы?
Из кризиса вылезут?
-Я думаю, что...
-Не вылезут?
Консерваторы экономику профукали,
а тут еще Общий рынок.
Эх, был бы я ихним премьер-министром,
я бы им показал!
И пока они с Ирландией
вопрос не решат,
ни черта у них не получится.
Я верно говорю?
-Иван Сергеич, вас к телефону.
-Сейчас придем.
-Алло, Сергеич? Михалев беспокоит.
Хочу к тебе сегодня
на часок заехать, примешь?
-Момент.
В 13:00 давай.
-В 13:00 не могу.
Попозже бы, а?
-Попозже у меня всё расписано.
-В 13:00 у меня совещание.
В 14:00 бы, а?
-В 14:00 я Горторг мою.
-Ага.
Ладно, буду в 13.
Наталья Петровна, перенесите
совещание на завтра.
-Сергеич, я ожидаю.
Дары природы.
-Привез?
-А как же. Слово - закон.
Зернистая.
-Окей.
А я тебя за это английским шампунем отчищу.
Специально приготовил.
А я тебе объясню, почему
у нас с футболом не клеится.
-Ну?
-Не те системы берем.
То английская, то бразильская,
а надо бы свою.
Своя метода нашему футболу
нужна, как в хоккее.
А иначе, сколько вы, дармоеды,
по полю ни бегайте, толку не будет.
-Иван Сергеевич, вас к телефону.
-Привет.
-Хеллоу.
Валюша, а у меня для тебя презент.
-Да?
-Знакомый дипломат
специально летал в Англию.
-Ты прелесть, Иван Сергеевич.
А у меня для тебя жвачка.
-Куда поедем, Валюша, в ресторан?
-Да ну их, рестораны.
Я на диете.
-Зря, потеряешь шарм.
-Я немножко, я шарм не трону.
-Ну-ну. А как насчет духовной пищи?
-Это можно. Это сколько угодно.
-У кого-нибудь есть лишний билет?
-Нет ли у вас лишнего билетика?
-К сожалению, нет.
-Подожди, Валюша, я сейчас.
Пардон.
Пардон. Уно моменто. Пардон.
-Вы почему толкаетесь?
-Что такое? Видите очередь?
-А почему вы без очереди?
-Спокуха!
Валентину Марковичу привет
от министерства
коммунального хозяйства. Два.
Я больше люблю раннего Моцарта.
К 39-й симфонии
он совсем исписался.
И если по большому счету,
то Гершвин где-то лучше.
-Да. От Моцарта я ждала большего.
Лично я уважаю оперетту.
"Сильву", в частности.
-Может, поедем ко мне?
-А что будем делать?
-Ничего.
-Это с удовольствием.
-Что будешь пить, Валюша?
Аперитив, виски, джин-тоник?
-Пива бы с таранькой.
-Пиво в холодильнике.
Всё учтено могучим ураганом.
А вместо тараньки... Ап!
-А мне нельзя.
-Можно.
Икра - пища богов,
а боги все худенькие.
-Грязищу ты развел.
-Такова наша жизнь холостяцкая.
Заходи чаще, будет чище.
-Так не зовешь, Ваня.
-Ах, ревнуй меня, ревнуй,
Хоть до боли, хоть до крови...
(звонок в дверь)
Кого-то несет.
-Да.
-ЗдорОво, старичок. Встречай гостей.
Ты что, не рад, что ли?
-Рад, конечно, но без звонка
как-то неинтеллигентно.
-Але!
-Графу Сандуновскому привет!
-Ты что, Женю, что ли, не узнаешь?
-Узнаю, но как-то...
Ах, у вас суаре.
Пардон, мадам.
-Валя.
-Жаклин.
-А не звонил, потому что
звонить по этой коробке,
значит не уважать абонента.
-Неужели достал?
-Или!
-Да ну тебя, Санька.
-Нервных прошу не смотреть.
-Колоссально!
То, что я хотел.
Стиль модерн, под старину.
-Музейная вещь.
-Екатерининская эпоха.
Нет, старик, это надо обмыть.
Ты накрывай на стол, а я его подключу.
-Валя, давай тарелки.
-Валюша, тарелки там.
-Ну, Валюша,
это не Саня, это орел!
Я всё на свете могу достать,
а он вдвое больше.
-Втрое. Швейцария.
(звонит телефон)
-О!
-Ну чем не Моцарт?
-Парная Кашкина слушает.
С почты.
-Говорите.
Какая телеграмма? Читайте.
-Как звук?
-Брат у меня помер.
Брат Серега.
-Родной брат-то?
-Близнец, роднее не бывает.
-Не горюй, Вань, все помрем.
-А где он жил?
-В Новостарске. Слыхали про такой город?
-Нет.
-Зря, хороший городишко.
Я в нем родился.
-А я в Перми родилась.
-При чем тут Пермь-то?
Вот что, ребята, на сегодня
всё закончено. Давайте отсюда.
-Ну о чем ты говоришь,
всё понятно. Девоньки, ап!
Да, Ваня, если что, ты мне звони.
У меня в похоронке свои люди.
-Крепись, Ваня.
-Держи.
Вот ты какой, стало быть, Алеша.
Ну, здравствуй.
Да не бойся, я дядя Ваня.
Дядя твой.
А где все? На кладбище?
-Ванечка! Ванечка приехал!
Радость какая!
-Да погоди ты, какая радость?
Где Сергей?
-В больнице. Язва у него,
опять обострение.
-Так он живой или нет?
-Это как?
Ах! Горюшко! Когда это случилось?
-Ты что меня-то спрашиваешь?
Я тебя должен спрашивать.
Вот вчера телеграмму получил.
-Ой.
-Так это не вы ее посылали?
-Господи, да откуда же нам знать-то.
-Так, может, ошибка.
Может, и не умер?
-Не знаю.
-Как же так?
Вы здесь не знаете, а я в Москве знаю.
-Так ведь это Москва! Столица!
Ванечка, а тут-то у нас...
-Тьфу, черт! Где Вера?
-Вера, беда у нас.
-Погоди.
Ты когда у Сергея была?
-Вчера.
-Он был жив? Спокойно.
Может, это еще и не так. Едем.
Где он?
-Вон там.
-Сергей!
Сергей, ты живой?
Живой! Живой!
-Ваня, здорОво.
-И кто же это такое мог сделать?
-Да мало ли, врагов у меня хватает.
-Поймаю мерзавца, под суд отдам!
Отпуск взял за свой счет.
Летел к вам сломя голову.
-А без этой телеграммы
ты бы не приехал.
-Приехал бы.
Я летом как раз собирался.
-Уже пять лет собираешься.
-Да ладно тебе.
Ты лучше скажи, как чувствуешь?
-Да ничего, болит вот только ночами.
Врачи говорят, открытая ниша.
-Закроют. Я поговорю с главврачом.
Сколько пролежишь-то?
Что обещают врачи?
-Месяц, говорят.
-Вот и хорошо.
Хоть отдохнешь, выспишься.
-Он нас замучил со своей рыбой.
-Кстати, Ваня, раз уж ты приехал,
выручи, будь другом.
-Что такое?
-Упекли меня,
а сейчас весна, нерест,
осетр пойдет.
А если меня не будет,
браконьеры такого натворят...
-Чего ты от меня хочешь-то?
-Похожи мы с тобой.
Наденешь форму, фуражку. Не отличат.
-Рехнулся?
-Чудак. Да тебе и делать-то
ничего не надо будет.
Покатаешься на моторке по водоему.
Увидят - будет тихо.
Я их в строгости держал.
А с районным начальством я договорюсь.
-Постой, постой! Это ты меня для этого
телеграммой вызывал?
-Ну ведь это единственный выход
из положения.
-Псих ненормальный.
-Это надо же додуматься, а?
-Нашел чем шутить.
Да его не в той палате держат.
И разговаривать с тобой
после этого не о чем!
-Погоди, не злись. Не хочешь
работать, полежи здесь за меня.
Палата отличная, режим.
Голодом лечат.
-Иди ты, знаешь куда?
-Да ты не сердись на него, Иван.
Он ведь хотел как лучше.
А может, и вправду,
поживешь у нас, отдохнешь?
Друзей повидаешь.
Катя о тебе всё спрашивает.
-Катя? -Ага.
-Она здесь?
-А где же еще? На комбинате
в лаборатории работает. Навестил бы.
-Муж кто?
-Да нет мужа, и не было.
-Во как! Меня, что ль, дожидается?
-Сам спроси.
-ЗдорОво, Петрович!
-Я не Петрович, а Кузьмич.
-Ну, здорОво, Кузьмич.
-ЗдорОво, здорОво.
-Скажите, где здесь
лаборатория акклиматизации?
-А вот направо, за угол.
-Кто может сравниться
С Матильдой моей,
Сверкающей искрами ясных очей...
Как на небе звезды осенних ночей.
-Это вы зачем же гадите, а?
А еще в халате.
-А с кем имею честь?
-С Кашкиным имеете.
Мне Федорова нужна, Катерина.
-Товарищ, там же ясно сказано:
"Посторонним вход воспрещен".
-А я ей не посторонний.
Я ей друг детства и юности.
-Товарищ, я вас попрошу...
-Ах.
-Великолепно! Значит,
никотин она уже усваивает!
-А может, на сигару попробуем?
-Сигару.
Ах, красавицы! Ах вы, мои умницы!
-Кто может сравниться
С Матильдой моей...
-А как зовут эту гадость?
-Суперофтальмус.
Великолепная порода! Помесь японской
фукуды и нашего ротана-головешки.
Живет в любой загрязненной воде.
Питается решительно всем.
Размножается в любых условиях. А!
-А есть ее можно?
-Еще как, дорогой мой.
Отварить, обработать хлоркой,
чуть-чуть присыпать марганцовкой.
Пальчики оближешь.
-Господи, какими судьбами?
-Здравствуй, Катя, это я, Иван.
-Здравствуй.
-ЗдорОво.
-Илья Петрович,
извините, это мой...
-Да он мне говорил, но я полагал,
что в рабочее время...
-Вы бы вышли, товарищ.
Люди столько лет не виделись.
За рыбкой мы последим.
Покурить ей дадим, выпить.
-А-а! Екатерина Михеевна,
с кем вы дружите?
-Да ты что, рехнулся?
Это же заведующий лабораторией.
-Заведующий? А я думал, подсобник.
Ходит, курит, пепел сыплет.
-Это же кандидат наук
Илья Петрович Влюбчивый.
-Чего-чего? Влюбчивый?
-Ну да.
-Это что у него - псевдоним?
-Почему псевдоним?
Обыкновенная фамилия.
-С такой фамилией в женском коллективе
нечего работать. Ну да Бог с ним.
Маленький презент. Вас приветствует
фирма "Кристиан Диор". Ап!
-Спасибо.
-Ничего, сожрут.
Профессор обещал.
Попробуй, теть Люб,
жвачка американская.
А это тебе, платок такой.
Модный.
Вере.
Как они с Сергеем живут? Ничего?
-Ничего.
Забор никак не починят,
уж сколько прошу.
И на квартиру новую не претендуют.
Ему могли бы дать с удобствами,
а он уперся:
"Катер у меня здесь, река".
А это кому?
-А никому.
-Был у нее? Ну и что?
-Не знаю, тетя Люба.
Ничего не знаю и не понимаю.
Как она мне тогда, пять лет назад,
отказала, я ничего не понял.
Так и теперь.
Вроде бы рада была видеть.
А вроде бы и не очень.
-Смотри, опять не проворонь.
За ней этот очкастый профессор ходит.
-Влюбчивый?
-Ага.
-Я его сразу заподозревал,
но он против меня не потянет.
Я хоть и без образования,
но с положением.
А что не жуешь?
-Так я уже съела.
Спасибо, очень вкусная конфета.
-Так это, тетя Люба...
-Товарищ Кашкин!
В колхозе "Победа" ЧП.
-Я не тот Кашкин.
Вам Сергей нужен, а я Иван.
-Они там капусту поливают. А воду
качают из Черного озера, без фильтра.
-Вам русским языком говорят,
я не инспектор, я брат его.
А брат болен. Понятно?
-Я бригадиру говорил:
не имеете права без фильтра.
Он отмахивается. Сегодня иду по полю,
гляжу - мальки карасей!
-Ты что, издеваешься?
Я тебе понятно объясняю.
Ты что, глухой?
-Глухой. Вы забыли, наверное.
Я Батурин, общественный инспектор.
Мне в левую сторону кричать надо.
-Я только сегодня приехал,
на похороны.
Ты понял хоть, что я не тот Кашкин.
Мы с братом похожи. Ясно?
-Да, такое безобразие.
Два мощных насоса поставили,
этак всю молодь с мелководья засосет.
-Он что, ненормальный, что ли?
Глух как тетерев, а лезет
в общественники. -Да-да.
-Эти общественники
к Сереже день и ночь ходят.
Покоя от них нет.
-Да-да.
-Очухаться не дадут, гуманисты.
-Я им говорю: "Я общественный
инспектор". Отмахиваются.
Я им говорю: "Это преступление".
Отмахиваются.
-Да подожди ты!
-Да-да.
Там не только карасики,
товарищ Кашкин, там и плотва.
(смеется)
-Хороша я, Вань?
Вот она.
-73.
-Еще.
-74.
-Да, да.
И еще.
-75.
-75 с половиной.
О, вот он, бригадир-то.
Видеть его не хочу.
-А ну, выключай свой насос!
-Много вас тут начальства ходит.
А у меня вот рассада гибнет.
-Так, неподчинение властям?
Хорошо.
А ну-ка, повернись вот так.
-Зачем?
Повернись, повернись, тебе говорят!
- Стой!
- Стою!
-Хелло, Долли.
Теперь я тебя по всему району
расклею. Ха-ха-ха!
-Сергей Сергеевич, нечто мы с умыслом,
поливать-то надо. Ведь жара.
-Будем составлять протокол.
-Штраф, что ли, платить, да?
-На штраф, дядя,
у тебя денег не хватит.
Только мы с общественником
75 мальков собрали.
Каждый из них мог стать карпом,
килограмма на два.
В магазине карп по полтора рубля.
Ой, сумасшедшие деньги,
не расплатишься.
Лучше прикинь, бригадир, какие у тебя
есть смягчающие вину обстоятельства?
-Огурчики есть малосольные,
сало, грибочки.
Бутылочку можно организовать.
-Взятку предлагаешь?
За взятку, да еще
при исполнении обязанностей...
-Да что вы? Это я так, посидеть
предложил. А я и не думал.
-А вот это зря. Думать надо.
Деревня! Вас учить всему нужно!
Или грамоту какую-нибудь дай!
Письмо напиши в Рыбохрану
благодарственное. От коллектива.
В газету заметку, например.
-А это пожалуйста, с удовольствием.
-Мол, так и так.
Приехал товарищ Кашкин,
провел разъяснительную работу
среди населения.
А натурой я с тебя
цветами возьму.
Оранжерея есть?
-Есть.
-Ну вот. Каждой убиенной рыбке
по цветку на могилку.
-Да хоть по два, товарищ инспектор.
Только вы, Сергей Сергеевич,
того, пленочку-то засветите.
Не надо фотографий.
-Ап!
Хелло, Долли.
Поставь сюда.
-Ой, сейчас.
-На стенку повесьте. Тут колхозники
Сергея благодарят.
-Ай да Ваня. Ай да работник.
-Ну вот и поработай за Сергея,
раз так все удачно получается.
-А что, природу охранять -
вещь занятная, если с умом подойти.
-Эй, смотри, смотри, кто к Кате-то идет.
-Так, противник
идет на провокацию.
Ну ладно, мы его подавим
огневой мощью.
Мадам, роза вянет от мороза.
Ваша прелесть - никогда.
-О! Вон он, Степочка мой.
Освободился.
-Ну и рожа!
-Да нет, Егорыч.
Это у него лицо такое.
А малый отличный. Подсобником
у нас на комбинате. Анкета чистая.
-ЗдорОво, Гриша. -ЗдорОво.
-Третьего ищете?
-Ищем, ищем.
-Так состыкуемся.
-Пойдем.
-Поедем.
В ресторан вези.
Большое дело начинаем.
-Докладываю обстановку.
Вот ваш участок.
Пять рек вместе с их притоками.
20 озер, это не считая прудов.
Нерест осетров начнется
со дня на день.
Народ у нас в районе, конечно,
сознательный, но и браконьеров хватает.
Одни - по недомыслию,
в основном ребятишки.
Другие с азартом. Самые опасные -
это профессиналы!
-Ну, ребятки, напрягайте мозг.
Даю информацию к размышлению.
-Одному инспектору просто
невозможно за всем уследить.
Но ваш брат сколотил крепкий актив.
-Любопытненько.
-Заходите, товарищи.
-А, Кэтрин.
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Это брат Сергея Сергеевича.
Знакомьтесь.
-Знакомьтесь. Батурин.
Бухгалтер.
Глухой, но видит, гад,
лучше нас с вами.
В общем, Степка,
возьмешь его на себя.
Федорова. Лаборантка на комбинате.
Увлекается подводным плаванием.
Никогда не знаешь,
откуда она вынырнет.
-Беру.
-Нет.
Тебе с ней не справиться.
Я ее сам изолирую.
-Не расслабляйся.
Очень серьезный объект.
Коля Ивакин. 8-й "Б".
-Да, товарищи, о том, что инспектора
временно заменяет брат,
никому ни слова. Для всех по-прежнему
на участке Сергей Сергеевич Кашкин.
-Кашкин. Этот самый главный.
Участковый инспектор.
Против него одно средство.
Увидел - беги, уноси ноги.
-Он в больнице лежит.
-Врешь!
-Сам видел. Вчера дядю навещал,
а этот в соседней палате. Язвенник.
-Ну, братцы, если так,
считай, полдела сделано.
Боже, дай ему нездоровья.
-Вот вам пугач, распишитесь.
-За риск добавка положена.
Какие будут условия?
-Условия трудные.
Участок, как вы уже видели, огромный.
-Я не про это.
Условия будут такие:
брату - по бюллетеню, мне - оклад.
Мы хоть и родня,
но формально я другой.
Теперь, мотоцикл заменить.
Тормоза шалят.
В лодку два спасательных круга,
плавать я не умею.
Семью Кашкиных поставить
в очередь на квартиру,
как бы там Сергей
не отказывался.
-Деловой подход. А вы с братом,
оказывается, разные.
-Всё. Расходиться по одному.
В час "икс" всем быть на месте.
-Привет науке!
-Привет, привет.
-На кого сети ставите?
-Выпускаем суперофтальмуса
в естественные условия.
-А сети - это для ограждения.
В реку он не пойдет,
так что не волнуйтесь,
товарищ инспектор.
-А я и не волнуюсь.
-Ну как же?
А жалобы на нашу лабораторию
в министерство кто пишет?
-Кто?
-Вы.
И не стройте из себя агнца.
-Зря вы на меня бросаетесь.
Я никаких жалоб не писал.
-Это же Сергей писал.
Он боялся, что суперофтальмус
сожрет всех мальков и икру.
-Он питается только отходами!
Это рыба будущего!
-Не кипятитесь. Будущего так будущего.
Можете выпускать, я не возражаю.
Кать, пойдем поговорим?
-У нее рабочее время.
-Ах, так? А ну поставь на место!
Запрещаю портить фауну!
-Продолжайте!
Екатерина Михеевна, уведите
его куда-нибудь с глаз моих.
-Ну что ты меня срамишь?
Зачем пришел?
-Хочу сделать тебе
официальное предложение.
Приходи в гости.
Задумал я маленькое суаре.
-Это еще что?
-Ничего неприличного.
По-французски значит "вечер",
по-нашему - посидим, выпьем. Придешь?
-Варвары! Ну вы же погубите
всю работу. Так же нельзя!
Ну нельзя же так относиться!
-Что-то случилось.
-Быстрей! В воду ее, в воду!
Не бойтесь! Ну что такое?
-Эх, работнички, уронили, что ль,
своих экспериментальных?
-Какой там. Они, гады,
бетон прогрызли.
-Мотор! Мотор! Куда же он?
Да что это? Мотор!
-Екатерина Михеевна!
Екатерина Михеевна!
-Что случилось?
-Вам вечером телеграмму
принесли в лабораторию.
Срочную.
-Что там?
-"Встречай поездом в шесть утра.
Целую. Мама".
-Она же только что уехала.
Странно.
Дайте.
-Нате.
-Странно.
-Мы не должны ждать
милостей от природы.
Взять их у нее - наша задача.
А ну, держи.
-Рыбу-то чего не берем?
-Не мелочись.
-Красота.
Люблю водную стихию.
-Помолчи, Айвазовский.
Давай на второй заход.
-Э, аккуратнее. Ах!
Федорова! Бросай! Уходим!
-А ну, стой!
Стой! Кому говорят?
-Рыбохрана. Глуши мотор.
-А-а!
-Вань! Вань! Ну что же ты!
-А что я? Патрулирую.
На водоеме все спокойно.
-Это же наверняка действует
целая шайка.
-В милицию надо сообщить. -Да.
-Вызвать милицию.
Нам самим не справиться!
-Не справиться, если работать,
как вы тут работали.
Кустарно работаете, по старинке.
Лодка у меня течет, мотор глохнет,
палатка дырявая.
-Ваш брат поднимал об этом вопрос,
но у Рыбохраны нет средств.
-Это теория относительности.
Средства всегда найдутся,
была бы цель.
Итак, как говорят в Париже,
хочешь жить, умей вертеться.
-Пропуск.
Господи...
-Умоляю.
-Пожалуйста.
-Сам у себя?
-Ах!
-Что это значит?
-Это вас надо спросить!
-Вы кто такой, товарищ?
-Я инспектор. А вы кто?
-А я директор.
-Бывший!
-Товарищ, товарищ, это служебный телефон.
-А у меня и разговор служебный.
Алло, междугородняя?
Москву, срочно.
296-45-00, приемная министра.
Благодарю вас.
-Товарищ дорогой, ну зачем вам
приемная министра?
-Поговорит с вами Кондрат Архипович,
узнаете, зачем. Понятно?
-Выйдите и закройте дверь!
-Выходите, товарищи.
-А вы что же, знаете
самого товарища Михалева?
-Это мой клиент, друг то есть.
А вы знаете основы водного
законодательства республики?
Это что такое, я вас спрашиваю?
-Вы не волнуйтесь, дорогой товарищ.
Сейчас мы все это уладим.
Баню приготовьте.
Мою, персональную. Срочно.
А разговорчик с Москвой
давайте отменим.
Вы уж, Сергей Сергеевич,
извините меня. Не сразу узнал вас.
Встречались только на совещаниях,
а вот так близко не приходилось.
Ну, а насчет лодочки вашей
не беспокойтесь.
Все будет сделано в лучшем виде.
-Давай, давай. Так.
Осторожней. Опускай.
-А это 8-й цех, вот он-то и выдает
фиолетовый загрязнитель.
Пока мы вынуждены
сбрасывать его в реку.
Поймите, дорогой Сергей Сергеевич,
у меня план.
Сверху нажимают, требуют
пуска новых мощностей...
-А очистные сооружения не готовы.
-Пока не готовы.
Учитывая конец квартала,
мы могли бы пойти нам навстречу.
-Мог бы, если вы пойдете
нам навстречу.
Как говорится,
ты - мне, я - тебе.
-Ну и что же я вам?
-Да, в общем-то, пустяки.
Представляете, в Рыбинспекции
нет даже приличной мебели.
Скажем, просто без обид, уже проблема!
-Все будет сделано.
А уж вы, Сергей Сергеевич, подпишите
нам акт о приемке очистных сооружений.
-Для хорошего человека не жалко.
Прошу. Сегодня так, экспромт.
В следующий раз мы
шашлычки организуем.
"Цинандали" из столицы нашей Родины
выпишем. Оп!
А молодому поколению предлагается
безалкогольный "Буратино".
-Хелло, Долли!
-Умница.
Американский напиток,
роскошная вещь.
А в бутылке потом
подсолнечное масло хранить можно.
-Придумают же.
-Любовь Тимофеевна, такие вещи
огурцом не закусывают.
Помните, виски
надо пить со льдом.
За здоровье прекрасных дам.
Ну как, ощутили?
Каков аромат, букет?
Нравится?
Сейчас кайф поймаем.
А теперь алаверды к Михею Ивановичу.
Просим спич.
-Будьте здоровы.
-Прекрасный тост.
Краткость - сестра таланта.
-А я первый кайф поймал.
-Алеша, не говори глупостей.
-Детям до 16 лет кайф ловить
не разрешается.
-На вкус тот же самогон,
а оформлено красиво.
-Не знаю, как кайф,
а ангину мы поймаем точно.
-Ванечка, это что же,
после каждой рюмки так надо?
-А сейчас небольшая экскурсия
по местам отдыха товарища Кашкина.
Это, конечно, не Феллини и даже
не Антониони, но судите сами.
Это Малеевка,
писательский Дом творчества.
Милое место, но патриархальное.
Скукота.
А это вот Сочи. Дом отдыха актеров.
Дружу с богемой.
-Очень даже интересно,
Ванечка. Как в кино.
-А что вы думаете?
Был бы я режиссером,
я бы показал, как надо снимать.
Я вам скажу, чего не хватает
нашему кино.
Неприкрытого секса мало.
Публика за секс деньги платит.
Это как в бане. Чем лучше
клиента ублажишь,
тем больше он тебе
за это отвалит. Экономика.
А это международный
Дом журналистов в Варне.
Заметьте, справа
один знаменитый журналист.
Фамилию, правда, не помню.
А слева, кажется, сам Сикейрос.
-Вань, а ты деятель
каких же искусств?
-Я деятель всяких искусств.
Через мои руки, можно сказать,
проходит все наше передовое
искусство, спорт и наука.
-Со спины.
-А хоть бы и со спины.
Я ваш укол,
Екатерина Михеевна, понял.
Как говорится, художника
может обидеть каждый.
Вы думаете, Ваня - банщик и точка?
Нет, дорогие мои, ошибаетесь.
Кашкин - маг и волшебник,
маэстро массажа,
создатель здоровой духовной жизни
через здоровое тело.
Вот, скажем, приходит ко мне
известный писатель, жалуется.
Не имею, говорит, вдохновения,
не пишется.
Я его беру... Момент.
Сейчас изобразим.
Я его беру, кладу, говорю:
"Сейчас мы вас настроим".
И... так, и так, и еще так.
И вот так, и вот так.
И веничком, веничком, веничком!
И писатель на моих глазах
преображается, вдохновляется
и создает произведения,
достойные своего гения.
Отныне он классик!
Вот так-то, Екатерина Михеевна!
Хороша природа. Возвращаться к ней,
к природе, надо время от времени,
как сказал Жан-Жак Руссо кому-то.
Одним словом, хелло, Долли!
А тебе я вот что скажу:
поедем со мной в Москву, а, Кать?
Ну что тебе здесь? Глушь, дыра.
Зарабатываю я слава Богу.
Кооперативная квартира есть,
а детки пойдут,
мы их в спецшколу английскую
определим и на фигурное катание.
У меня тренер знакомый парится.
В Дом кино будем ходить.
А, Кать?
-Да ты что?
Пусти! Пусти!
-Ай! Ай!
Ты хоть объясни, чего тебе надо?
Кого ты хочешь?
Генерала? Академика?
Всё принца из сказки ждешь!
Ты спустись с неба на землю!
Нету их, принцев-то, нету!
-Ты что орешь?!
С ума сошел, что ли?
-А что такое?
-То самое, нерест идет.
В старину даже в колокола
в это время не били.
А еще инспектор...
-Ну как у вас там дела?
-Нормально, дядя Жора.
Кушай, поправляйся.
-Порядок.
-Вот что я хотел тебе сказать.
Когда по водоемам едешь,
смотри, где отмели,
там солнце прогревает воду.
И прошлогоднюю траву ищи, рыба
ее любит. Значит там и нерестилище.
И прошлогоднюю траву ищи, рыба
-Далась мне твоя прошлогодняя трава.
Ты подскажи, где браконьеров ловить?
-Чудак, ты пойми, тебе
весь водоем освоить надо.
Даже рельеф дна.
А браконьеры, они как раз ученые.
Где рыба, там и они.
Вот тебе и вся наука.
(принюхивается)
-А...
-Батурин!
Ох! Ох.
-Егор Егорович, ты вчера
ночью где был? -Спал.
-А соседка говорит, будто
видела тебя на реке.
-Ага. Во сне видела.
Ты слушай ее больше.
-В лодке-то у тебя чешуя.
-Точно.
В прошлом году селедку чистил.
Ты что, Батурин, пришел?
У тебя ордер на обыск есть?
Ну, вали отсюда!
Не имеете права! Я за прошлое
амнистирован, понял?
Все, нет вопросов.
-Да-да, я тебя предупредил.
Узнаю еще раз,
конфискуем лодку.
-Что ж теперь будет,
Егорыч, что делать-то?
-Братцы, их двое, Кашкиных!
Близнецы-братья! Двойняшки!
Сам в больнице,
а брата на подмогу вызвал.
-Ах так, Сергей Сергеевич!
Хитришь, голубчик?
Театр нам показываешь?
Ну ничего, я тебе цирк устрою.
-Товарищ Кашкин,
я из районной газеты.
Письмо мы получили от колхозников,
хотим опубликовать ваш снимок.
-Хелло, Долли.
-Так. Спасибо.
Благодарю.
-Вопросы какие-нибудь?
-Нет, никаких.
-Задавайте, задавайте.
Мол, наш корреспондент
обратился... Как положено.
Значит так, в настоящий момент
на водоемах сложилась
очень благоприятная обстановка.
Рыбы стало во много раз больше,
она плавает и неуклонно размножается.
Труженики района
в преддверии знаменательных дат
проявляют высокую сознательность.
С родимым пятном капитализма -
браконьерством - покончено на 100%.
-Так уж и на 100?
-Вы пишите, я знаю, что я говорю.
А теперь научные проблемы.
Сейчас ООН и ЮНЕСКО борются за
сохранение окружающей среды и вообще природы.
И я хотел бы подчеркнуть,
что наша баня...
Э-э... что наш Новостарский район...
А почему вы не записываете?
Ага! Любопытненько, кто-то хамит.
Эй, дамочка, здесь ловля запрещена!
Категорически!
Я кому говорю?
Сматывайте удочки!
-Тебя, дурака, не спрашивают.
-Последний раз предупреждаю:
отниму снасти и лодку!
-Поймай сначала.
-Ладно, сейчас тебе намылю шею.
-Очнулся, Сергеевич?
-Вы кто?
-Не узнали? Видать, сотрясение.
Себя-то помните?
-Что?
-Я говорю, как самого-то зовут,
помните?
-Ваня.
-У! Совсем беда.
Вы, милый, не Ваня, а Сергей.
Кашкин Сергей Сергеевич.
-Ах да, точно.
А как я сюда попал?
-Из воды, милый, еле откачали.
Сейчас вас доктор посмотрит. Вот.
Местный ухо-горло-нос.
-Ну-с, что с больным?
-Похоже, контузионно-коммоционный
синдром, доктор.
Плюс эректильная фаза шока.
-Дыши.
Да-а. Плохи дела.
-Может, консилиум надо?
Механотерапевта бы позвать.
-Открой рот.
-Что с ногой, доктор? Перелом?
-Вы что, хотите откинуть копыта?
Тебе и шевелиться нельзя.
-Может, его в больницу?
-Ой!
-Что вы? Что вы? Его трогать нельзя.
Полный лежачий режим!
-Лекарства-то, лекарства выпишите?
-Хорошо бы теосемикарбоциллин.
Есть такой препарат, импортный.
-Три раза в день
будешь давать ему суднО.
-Диагноз-то какой, доктор?
-Рентген покажет.
Очень уж умные все больные стали!
Хремицеллин ему подавай!
-Порядок. Теперь он нам не помеха.
-Диагносты. Чихнуть
без рентгена не могут.
У трех врачей четыре мнения.
А я вам скажу,
в чем будущее медицины.
В биометрической психотерапии
и в бане.
Да-да, в парной русской бане.
-На вот, Сергеич,
витаминчиков выпей.
Тсс. Тихо.
Спи, спи, спи.
Баю-баюшки-баю...
По-быстрому, скоро поезд.
-27 килограмм.
-Мало. Шеф будет недоволен.
-О!
-Вот, получите.
По полторы сотни... на рыло.
-Ага.
-А почему Степке полторы,
а мне только 120?
-А я с тебя вычел за бездетность.
Ищите, ищите!
По всему дому ищите!
-В чем дело?
-Вы здесь? Почему?
-Сотрясение у меня.
Производственная травма.
-С обыском пришел,
милицию от дел отрывает.
Валяй! Ищи! Гляди,
осетрина, икра! Тонны!
-Батурин, он мне жизнь спас.
-Ты сегодня опять ночью
на нерестилище был.
-Ага, вместе с инспектором,
с товарищем Кашкиным.
Я ловлю, а он на шухере стоит.
-Батурин, спас он меня, понимаешь?
Ухаживает за мной день и ночь.
Идите отсюда.
-Всё это странно.
Не нравится мне всё это.
-Видал? Он уже тебе не верит!
Государственному инспектору.
Менять тебе пора, Сергеич,
своих общественников.
-Где же я их возьму-то?
-А я чем не активист?
Ты мне только дай удостоверение,
я вмиг порядок наведу.
Все показатели тебе обеспечу.
-Это как?
-А так. У инспектора какие показатели?
Штрафы с нарушителей.
Больше штрафов, стало быть,
работы больше.
А мы тебе хоть 500 рублей соберем. Вот
ты и вышел на первое место в области.
-Масштабно мыслишь. Молодец.
Назначаю тебя главным общественником.
Еще активисты есть?
-А как же! Григорий и Степан.
Честные рабочие парни, орлы.
Это тебе не твой глухой Батурин.
-А отчего он глухой?
-Дурак потому что.
Мужики у нас как-то баловали.
Рыбу ловили с динамитом, а он полез спасать.
-Вот тут про тебя пишут.
Полюбуйся.
(по радио): -Начинаем концерт
по заявкам радиослушателей.
Перед нами письмо
от тружеников колхоза "Победа".
"Мы очень любим и уважаем, -
пишут они, - нашего участкового
инспектора Рыбохраны
товарища Кашкина.
Это человек, беззаветно
преданный родной природе.
Передайте, пожалуйста, для него
его любимую песню".
Ты - мне, я - тебе,
Ты - мне, я - тебе.
Зачем это нам непонятно...
-Сергей Сергеевич, на водоеме ЧП!
Замор по всей реке.
-Вы что тут?
-Не видишь, что ли?
Ангар для лодки строим.
-Кому?
-Тебе, кому же еще?
-Так, ясно.
-Сбежал?
-Кто за ангар платит?
Где доски взяли?
-Не знаю, Иван договорился.
А что такое? Тебя сколько просили
забор починить, а ты никак.
-Сергей Сергеевич...
-Потом, потом.
-Да-да.
-А-а, товарищ Кашкин.
Рад видеть.
-Вы знаете, что на реке замор?
-К сожалению.
Но я уже распорядился временно
прекратить сброс загрязнителя.
-Кто принимал у вас
очистные сооружения?
-Вы.
-Неправда.
-Но-но. Вы со мной не хитрите.
Забыли?
Вот ваша подпись. Кашкин.
Вспомнили?
-Он не имел права.
Он не уполномочен!
-Кто он? Давайте без паники.
Вместе виноваты,
вместе и будем исправлять.
Договоримся, как и в прошлый раз.
"Прошлого раза" не было!
И больше никогда не будет!
-Вещь.
-Во!
-Хороший ты человек.
-И ты хороший человек.
-О! Кэтрин! Смилостивилась,
проведать решила?
-Коньяк с бандитом пьешь, да?
-Кто бандит?
Это же Егорыч - гордость
общественного активизма.
-Знаю, три года назад
мы его посадили.
-И зря, безвинно.
Но кто старое помянет...
-Уезжай отсюда, Иван,
и чтобы духу твоего не было!
-Что с тобой? Что случилось?
-Что случилось? А ну, пойдем!
Смотри!
-Здравствуйте, пан директор.
Не хотите здороваться?
-По вашей милости
вот в Москву вызывают.
Кстати, сейчас это вы
или ваш брат?
-В настоящий момент
определенно сказать не могу.
-Здравствуйте,
товарищ инспектор.
-Добрый день.
-Не просто добрый, великий.
Представляете, 8-й цех остановили,
в реке пошла чистая вода,
и мои суперофтальмусы передохли.
Все передохли.
Не могут они жить
без загрязнителя, не могут.
Великая рыба.
Впрочем, что это я?
Угощайтесь.
-Куда едете?
-В Москву, в Академию наук.
Буду делать доклад.
Полный триумф моей теории. Полный.
Отравление чистой водой.
Теперь суперофтальмус
даст о себе знать.
Это грандиозный гибрид!
-Это что ж такое?
-Паштет из суперофтальмуса.
Да что вы, что вы,
товарищ инспектор!
Не волнуйтесь, я его
обработал в автоклаве,
почти нет привкуса бензола.
Не волнуйтесь,
организм справится.
-Уйди, доцент. Я хоть человек
интеллигентный, но простой.
Я убить могу!
-Четвертое купе. Проходите.
-Пантюхов, эй!
Сюда! Давай.
-Держи.
-Всё в порядке. Будь здоров.
-Пока.
-Пока.
-Икорки не желаете?
Кашкин! Иван Сергеевич,
ты ли это?
-Я. А вас что-то не припомню.
-Да это ж я, у тебя парюсь. Ну!
-Повернись спиной. Сыроежкин.
-Ну, он самый. А я еду, а сам мечтаю
у тебя в Москве попариться.
Кстати, у меня для тебя, как всегда,
свеженькая, только что с базы.
-С какой еще базы?
-Да есть тут одна компания, снабжает.
Да ты бери, не стесняйся,
в первый раз, что ли?
-Опять?
-Руки вверх!
Ну что, хранители природы,
поговорим по душам?
-Эй, Кашкин, если отпустим,
молчать будешь?
-Нет.
-Слушай, Ваня, ты ведь
не глупый человек.
Что тебе за нее погибать-то?
За рыбу-то. Не твоя ведь.
Денег дадим, машину купишь.
-Есть у меня машина.
-Ну что другое, чего хочется.
-Хочется мне тебя, ворюгу,
в тюрьму засадить.
-Ну ты! Не обзывайся, сам такой.
Знаем мы, как ты делишки свои
обделываешь. Ты - мне, я - тебе.
Машину-то на зарплату, что ли, купил?
-Я законов не нарушал.
-Для тебя и законы не придуманы.
А если разобраться,
ты браконьер почище нас!
Последний раз спрашиваю:
договоримся или нет?
-Хватит, надоговаривался.
-До утра у тебя есть время.
Посидишь за решеткой, подумаешь.
-Стоп! Ты осмотришь сарай,
а мы с Колей пойдем в дом.
За мной.
-Эй, кто там?
Кто там наверху?
-Иван Сергеевич, это вы?
-Отодвиньте диван. Там вход.
-Иван Сергеевич, вы здесь откуда?
-От верблюда.
Слушай, Батурин,
этот Пантюхов с компанией...
-Удрал Пантюхов. Ну ничего,
объявим всесоюзный розыск.
-Эх вы, без меня прошляпили.
Ну ладно, открывайте, сбейте замок.
Сейчас все организую. Овчарку мне,
машину, милиционера.
-После драки, Вань, кулаками не машут.
Пить с ними надо было меньше.
-Здравствуйте, Иван Сергеевич.
Ждет вас ваша красавица.
-Иван Сергеевич, наконец-то!
Тут вас все заждались.
Клиенты теребят: "Где Кашкин?
Где Кашкин?"
Запись на вас, прямо как
на автомобили, честное слово.
(хором): Здравствуйте, Иван Сергеевич!
-Ваня, примешь меня? Я тебе березовый
веник из нейлона достал, импортный.
-Товарищи, пойдете по списку.
В порядке, так сказать, значимости.
-Никакого списка!
В общую очередь! Всех!
-Ну, рассказывай дальше.
-А чего рассказывать-то?
Приехал, организовал,
встряхнул городишко.
Поднял на должную высоту.
В общем, все хелло, Долли.
-Ну, а почему такой серьезный?
-А чего веселиться-то?
-Ехать мне туда надо!
-Когда?
-Сейчас!
Сию минуту.
Ждут меня там. Дел по горло.
-Да ты что?
Ну и дурак!
-Старички, встречайте гостей!
Не закрывай, я не один.
-Александр, он опять уезжает.
Опять туда.
Насовсем.
-Чего?
Это куда это мы уезжаем?
Зачем?
Ты что, рехнулся? В общем, так,
хождение в народ отменяется.
Да ты знаешь, старик,
что я тебе достал?
С каким человеком я тебя
сейчас познакомлю.
-Вперед.
-Графу Сандуновскому привет!
-Привет.
Сань, мне сейчас не до шуток.
-Спокуха.
Назревает сюрприз.
Потерпи, потерпи.
Христос терпел и нам велел.
Нервных прошу не смотреть.
Внимание! Ап.
Сегодня в нашем ресторане
рыбный день.
-Вань, отпусти, а?
-Сиди, сиди.
-Вань, да ладно, будь человеком.
-Постараюсь.
-Да ведь знаешь, сколько дадут?
Это же до двух лет.
-Значительно больше.
У меня судья знакомый парится.
 

////////////////////////////