Оппенгеймер (2023 год). Фразы и цитаты из фильма

«О́ппенгеймер» (англ. Oppenheimer) — эпический биографический триллер режиссёра и сценариста Кристофера Нолана, который рассказывает о создателе атомной бомбы Роберте Оппенгеймере. Фильм, основанный на документальной книге Кая Бёрда и Мартина Шервина «Оппенгеймер. Триумф и трагедия Американского Прометея», охватывает основные события жизни Оппенгеймера — учёбу, руководство Манхэттенским проектом,

Все фразы и цитаты

"ПРОМЕТЕЙ УКРАЛ ОГОНЬ У БОГОВ
И ДАЛ ЕГО ЛЮДЯМ.
"ЗА ЭТО ОН БЫЛ ПРИКОВАН К СКАЛЕ
И ПОДВЕРГСЯ ВЕЧНЫМ ПЫТКАМ".
Доктор Оппенгеймер.
Доктор Оппенгеймер.
Начнем, я полагаю, что у вас есть
заявление для занесения в протокол.
Да, ваша честь.
Мы не судьи, доктор.
-Нет.
Члены совета безопасности,
так называемая компрометирующая информация
в вашем обвинительном заключении против меня
не может быть правильно понята
кроме как в контексте
моей жизни и моей работы.
Как долго он давал показания?
Честно говоря, я забыл.
Все слушания заняли месяц.
Тяжкие испытания.
-О, я читал только стенограмму.
Кто захочет оправдывать всю свою жизнь?
-Вы там не были?
Как председатель, я не
имел права присутствовать.
Они действительно
собираются спрашивать об этом?
Это было много лет назад.
Четыре года назад.
-Пять.
Оппенгеймер по-прежнему
разделяет Америку.
Комитет захочет
узнать, на чем вы остановились.
Сенатор Турмонд просил меня передать не
думать, что вы находитесь под трибуналом.
Забавно. Я не думал,
до тех пор, пока вы это не сказали.
Ну правда, мистер Штраус...
-... Адмирал.
Адмирал. Адмирал Штраус,
это формальность.
Президент Эйзенхауэр
попросил вас войти в состав его кабинета.
У Сената действительно нет выбора
кроме как утвердить Вас.
А если они поднимут вопрос об Оппенгеймере?
Если они затронут тему
Оппенгеймера, вы отвечаете честно,
ни один сенатор не сможет
отрицать, что вы выполняли свой долг.
Это будет неприятно.
Кто захочет оправдывать всю свою жизнь?
Почему Вы покинули Соединенные Штаты?
Я... Я хотел изучать новую физику.
А здесь негде было?
Я думал, что в Беркли есть ведущий
факультет теоретической физики.
Да, после того как я его построил.
Но сначала мне пришлось поехать в Европу.
Я отправился в Кембридж,
чтобы учиться у Патрика Блэкета.
Вам там было счастливее, чем в Америке?
Счастливее?
-Да.
Нет.
Нет, я...
Я тосковал по дому и...
был эмоционально незрелым...
Мучимый видениями...
скрытой вселенной.
Бесполезен в лаборатории.
Господи, Оппенгеймер.
Ты выспался?
Начинай сначала.
Мне нужно идти на лекцию, сэр.
С какой стати?
Это Нильс Бор.
Я совсем забыл.
Хорошо! Вперед.
О нет, только не ты, Оппенгеймер.
Закончи покрывать эти пластины.
Квантовая физика - это не шаг вперед.
Это новый способ понимания реальности.
Эйнштейн открыл дверь.
Теперь мы заглядываем внутрь,
видим мир внутри нашего мира,
мир энергии и парадоксов
который не все могут принять.
Ты в порядке?
Нильс, познакомься с Дж.
Робертом Оппенгеймером.
Что означает "Дж"?
Ничего, по-видимому.
Вы были на моей лекции.
Вы задали единственный хороший вопрос.
Никто не отрицает его проницательности.
А вот его лабораторные работы
оставляют желать лучшего.
Я слышал от вас такой же ответ...
В Гарварде, да, и вы
задавали тот же вопрос.
Зачем спрашивать снова?
Мне не понравился ваш ответ.
Вчера вам понравилось больше?
-Намного.
Вы можете поднять камень, не будучи готовым
к встрече со змеей, которая появится.
Теперь, кажется, вы готовы.
Но вам не нравится лабораторная работа.
Так что уезжайте из Кембриджа,
с его мензурками и зельями.
Поезжайте туда, где вам дадут мыслить.
Куда?
Гёттинген.
-Борн.
Борн.
Езжайте в Германию, учитесь у Макса Борна,
изучать теорию.
Я пришлю весточку.
Червивое.
Как у тебя с математикой?
Недостаточно хорошо для
физика, которым он хочет стать.
Алгебра - это как ноты,
Важно не то, умеешь ли ты читать
музыку, а то, можете ли вы ее услышать.
Вы слышите музыку, Роберт?
Да, слышу.
Сенатор от Вайоминга.
Адмирал Штраус, меня интересуют
ваши отношения
с доктором Дж. Робертом Оппенгеймером.
Вы познакомились с ним в 1947 году.
Верно.
Вы были членом комитета по атомной энергии.
Был, но на самом деле я
познакомился с Робертом в качестве
члена правления Института для перспективных
исследований в Принстоне. Это было...
после окончания войны он был признан
во всем мире как выдающийся физик.
и я был полон решимости
чтобы он возглавил Институт.
Доктор Оппенгеймер. Это большая честь.
Мистер Стросс.
Произносится как "Штраус".
"Оппенгеймер", "Оппенгеймер"...
Как ни говори,
они знают, что я еврей.
Я президент храма
Эману-Эль на Манхэттене.
"Штраус" - это просто
южное произношение.
В любом случае, добро пожаловать в
Институт. Думаю, Вам здесь очень понравится.
Да, но вам обязательно
понравится ездить на работу.
К должности прилагается
дом для вас с супругой,
и ваших... двоих детей?
Да, двоих.
Я большой поклонник вашего творчества.
Вы физик по образованию, мистер Штраус?
Простите, это зал,
чай в четыре часа.
Нет, я не обучался
физике или чему-то такому.
Я сам себя создал.
Я могу это понять.
Правда?
-Да, мой отец был таким.
А это будет ваш кабинет.
Мне сказали, что он бывает там в
основном во второй половине дня.
Знаете, мне всегда было интересно.
почему вы не привлекли его
в Манхэттенский проект.
Величайший научный ум эпохи.
Своей эпохи.
Эйнштейн опубликовал свою
теорию относительности
более 40 лет назад.
Так и не смог принять
квантовый мир, который он открыл.
"Бог не играет в кости".
Именно.
Вы никогда не думали о том, чтобы изучать
физику официально, мистер Штраус?
У меня были предложения, но...
Я предпочел продавать обувь.
Льюис Штраус когда-то был
обычным продавцом обуви.
Нет, просто продавцом обуви.
Я с удовольствием познакомлю вас.
-Нет необходимости.
Я знаю его много лет.
Альберт.
Что случилось? Что вы ему сказали?
О, он в порядке.
Мистер Штраус, есть... кое-что
в моем прошлом, о чём вы должны знать.
Ну, как председатель АЭК,
у меня есть доступ к вашему
досье по безопасности. Я ознакомился с ним.
Вас это не тревожит?
-Нет.
Почему я должен волноваться, после всего того.
что вы сделали для своей страны?
Ну, времена меняются, мистер Штраус.
Ну, цель этого института
является предоставление убежища
для независимых умов.
Это вы.
Вы подходите для этой работы.
Хорошо, тогда я подумаю.
Увидимся завтра на заседании АЭК.
Это одна из самых престижных
должностей в стране.
Да, и очень удобно добираться.
Вот почему я рассматриваю этот вариант.
Итак, доктор Оппенгеймер обратил
ваше внимание на его прошлые связи
до того, как вы назначили его на должность?
Да.
И они вас не обеспокоили?
В тот момент я был полностью поглощен тем,
что он мог сказать Эйнштейну, чтобы он на меня обиделся.
И что дальше?
Ну, мы все знаем, что случилось потом.
Доктор, ваше пребывание в Европе,
Вы, кажется, встречались с широким
физиками других стран.
Да, это так.
А русские были?
Ничего на ум не приходит.
Если вы позволите
продолжить свое выступление...
-Мистер Робб,
у вас будет достаточно возможностей
для перекрестного допроса.
После Гёттингена я переехал в Лейден,
в Голландии, где я впервые встретился с Исидором Раби.
Извините.
Янки. Читает лекцию по новой физике.
Это я обязан послушать.
Я и сам американец.
Как неожиданно.
Дайте мне знать, если вам нужна
помощь с английским.
Подождите, что он сказал?
Нет, спасибо.
До Цюриха очень далеко.
Если ты станешь еще худее, мы
потеряем тебя между подушками сиденья.
Я Раби.
-Оппенгеймер.
Я слушал твою лекцию о молекулах.
Немного уловил.
Мы - пара нью-йоркских евреев,
откуда ты знаешь голландский?
Ну, я подумал, что лучше выучить его
когда приехал сюда в начале семестра.
Ты выучил голландский за шесть недель так хорошо
чтобы читать лекции по квантовой механике?
Мне нравится бросать вызов самому себе.
Квантовая физика не достаточно сложная.
Shvitzer.
-Швицер?
Выпендрежник.
Голландский за шесть недель,
но так и не выучил идиш.
На нем не так часто говорят
в моём районе.
Пошел ты.
Тоскуешь по дому?
-О, ну ты же знаешь.
У тебя никогда не возникало ощущения, что нашим здесь не очень-то рады?
Физикам?
Смешно.
-Не на кафедре.
Они же все евреи.
Ешь.
Есть один немец, которого ты должен найти.
Гейзенберг.
-Правильно.
Можно предположить.
что за квантовым миром
по-прежнему скрывается реальный мир.
в котором сохраняется причинность,
Но такие рассуждения кажутся нам,
прямо скажем, бесплодными.
Спасибо. Хорошего дня.
Чудесно.
-Спасибо.
Доктор Оппенгеймер.
-Оппенгеймер, да!
Мне понравилась ваша статья о молекулах.
Наверное, потому что вы
вдохновили меня на нее.
Если я вдохновлю вас на
что-нибудь еще, дайте мне знать.
Мы могли бы
публиковаться вместе.
Я должен вернуться в Америку.
-Почему?
Там никто не воспринимает
квантовую механику всерьез.
Именно поэтому.
Он тоскует по каньонам Манхэттена.
Каньоны Нью-Мексико.
Вы из Нью-Мексико?
-Нет, из Нью-Йорка.
Но у нас с братом
ранчо недалеко от Санта-Фе.
Это та Америка, по которой я сейчас скучаю.
Тогда вам лучше вернуться домой, ковбои.
Это он.
Нет, я и лошади?
Не думаю.
Приятно познакомиться.
Вы когда-нибудь еще
сталкивались с Гейзенбергом?
Не лично, нет, но...
можно сказать, что наши пути пересеклись.
По возвращении в Америку,
Я получил должности и в
Калтехе и в Беркли.
Доктор Лоуренс, я полагаю?
Вы, должно быть, Оппенгеймер.
Да.
Я слышал, вы хотите открыть
факультет квантовой теории.
Я уже открыл, по соседству.
Вас сюда сослали?
-Я сам попросил.
Хотел быть поближе
к вам, экспериментаторам.
На одной теории далеко не уедешь.
Мы строим машину
для ускорения электронов.
Великолепно.
Не хотите ли помочь?
Со сборкой? О, нет. Нет, нет.
Но я работаю над теориями.
которые я хотел бы проверить с её помощью.
Когда вы начнете преподавать?
Через час у меня первый урок.
Семинар?
-Ученик.
Один студент? И все?
Я учу тому.
о чем никто здесь и не мечтал.
Но как только люди поймут.
что с этим можно делать...
Пути назад уже не будет.
О, я, должно быть, пропустил...
-Мистер Ломаниц?
Да.
-Да, это то что нужно.
Пожалуйста, присаживайтесь.
Что вы знаете о квантовой механике?
Я имею представление об основах.
Значит, вы ошибаетесь.
Жизнь состоит из частиц или волн?
Квантовая механика утверждает, что и то, и другое.
Как это может быть одновременно?
Не может.
-Не может.
Но это так.
Это парадоксально, и все же это работает.
Спасибо.
Мистер Ломаниц. Вы справитесь.
Мистер Снайдер.
Теперь рассмотрим звезду.
Звезда, огромная печь
горящая в космическом пространстве,
огонь вырывается наружу против
собственной гравитации, в состоянии равновесия.
Но если эта печь остынет,
и гравитация начинает побеждать, она сожмется.
Плотность увеличивается.
-Правильно.
Увеличение силы тяжести.
-Увеличение плотности.
И?
-Это замкнутый круг, пока...
Сколько времени это займет?
Я не знаю. Посмотрим, куда
куда приведет нас математика.
Я гарантирую, что там никто до нас не был.
Я?
Да, вы. У Вас с математикой лучше, чем у меня.
В досье доктора Оппенгеймера содержались подробности
о его деятельности в Беркли.
Зачем им было заводить досье
на доктора Оппенгеймера до войны?
Ну, вы должны спросить об этом у мистера Гувера.
Я спрашиваю вас, адмирал Штраус.
Мое предположение
что это было связано с его..
левой политической деятельностью.
Не позволяйте им тащить свою
политику в аудиторию, Оппи.
Это я написал.
Лоуренс, вы чествуете
революцию в физике.
Разве вы не видите она повсюду?
Пикассо, Стравинский, Фрейд, Маркс.
Ну, это же Америка, Оппи.
У нас была своя революция.
Серьезно, держите это за пределами лаборатории.
Ну, за пределами лаборатории,
Моя домовладелица устраивает
сегодня вечером дискуссионную группу.
Интересно?
Я знаком с политической сценой Беркли.
Там одни аспиранты по философии
и коммунисты, говорящие об интеграции.
Вас не волнует интеграция?
Я хочу голосовать за нее, а не говорить о ней.
Особенно в пятницу.
Пойдемте, перекусим.
У меня встреча с братом.
И как же эта деятельность могла привлечь внимание ФБР?
Ну, если я правильно помню,
ФБР записывало номерные знаки
на местах предполагаемых коммунистических собраний,
и его имя всплыло.
Господи!
-Прости.
Фрэнк!
А, ты помнишь Джеки?
-Добрый вечер.
Роберт! Я хочу познакомить тебя с Шевалье.
Доктор Хокон Шевалье,
Доктор Роберт Оппенгеймер.
Очень приятно.
-Мне тоже.
Это мой младший брат, Фрэнк.
А это...
-Все еще Джеки.
Здравствуйте, Джеки.
Шевалье, вы с кафедры языков?
Ваша репутация опережает вас.
Что вы слышали?
Что вы преподаете радикально
новый подход к физике
У меня нет шансов понять,
но я не знал, что вы член партии.
Нет...
-О, пока нет.
Мы с Фрэнком думаем присоединиться.
Буквально на днях я говорил...
-Меня заботят разные вещи.
Гражданская война в Испании?
Демократическая республика, которую
свергнутая фашистскими головорезами.
Кто?
-Наше правительство.
Они считают, что социализм
представляет собой большую угрозу, чем фашизм.
Не надолго. Посмотрите, что
нацисты делают с евреями.
Я посылаю средства коллегам
в Германии для эмиграции.
Я должен хоть как-то помочь.
Мои собственные работы такие... отвлеченные.
Над чем вы работаете?
Что происходит со звездами, когда они умирают?
Умирают ли звезды?
Ну, если да,
они охлаждаются, а затем коллапсируют.
На самом деле, чем больше звезда,
тем более бурной будет ее гибель.
Их гравитация становится настолько концентрированной,
что поглощает все.
Все, даже свет.
Это правда может произойти?
-Математика говорит, что может.
Если мы сможем опубликоваться, то, возможно.
однажды астрономы обнаружат её.
Но сейчас у меня есть только теория,
которая не может повлиять на жизнь людей.
Ну, если вы собираетесь
посылать деньги в Испанию,
делайте это через Коммунистическую партию.
Они могут доставить его на передовую.
Мэри послала меня с этим.
Я Джин.
-Роберт.
Хокон Шевалье. То профсоюзное
собрание у Сербера в прошлом месяце.
Да, да, точно.
О, спасибо.
Роберт говорит, что он не коммунист.
Ну, значит, он не
достаточно об этом знает.
О, я читал "Капитал",
все три тома.
Это считается?
Это делает вас более начитанным
чем большинство членов партии.
Помпезная чушь. Но есть над чем призадуматься...
"Владение - это кража".
Собственность.
-Собственность?
Собственность, а не владение.
Извините, я прочитал это
в оригинале на немецком.
Дело не в книге.
Дело в идеях.
А вы похоже ничему не привержены.
Я приверженец свободного мышления
о том, как улучшить наш мир.
Зачем ограничивать себя одной догмой?
Вы физик.
Вы выбираете правила?
Или вы используете дисциплину
чтобы направить свою энергию на прогресс?
Мне по душе оставлять пространство для маневра.
Вы всегда придерживаетесь линии партии?
Я тоже люблю свободу.
Что?
Стой, стой, стой.
Неожиданно.
Что?
Для физика.
У тебя на полке только Фрейд?
Ну, вообще-то, мне больше нравится...
-Юнг?
Ты знаешь анализ?
Когда я учился в аспирантуре в Кембридже,
у меня были проблемы.
Выкладывай.
-Я пытался отравить своего преподавателя.
Ты его ненавидел?
-Он мне очень нравился.
Тебе просто нужно было потрахаться.
Моим психоаналитикам не хватило двух лет,
и ни один из них так и не смог
сформулировали проблему так ёмко.
Ты убедил всех, что ты
сложнее, чем есть на самом деле.
Мы все простые создания, я полагаю.
Я - нет.
Что это?
Санскрит.
Ты можешь это прочесть?
Ещё учусь.
Прочитай.
В этом фрагменте,
Вишну являет свою многорукую сущность...
-Нет.
Читай слова.
"И вот я стал Смертью...
разрушителем миров".
Подойдет.
Разойдется перед рассветом.
За ночь воздух остывает.
Перед самым рассветом стихнет.
Итак, я женюсь.
Фрэнк! Поздравляю!
-Спасибо, спасибо.
На Джеки?
-Да, Джеки.
Официантке?
-Оппи, ты прав. Все налаживается.
Пойду посмотрю, есть ли звезды.
Все твои разговоры о простых людях,
а Джеки недостаточно хороша для тебя, а?
Мы присоединились к партии, а ты
не можешь скрыть своего разочарования.
Почему? Потому что только тебе можно?
Я не вступил в партию, Фрэнк.
И я не думаю, что она должна была
убеждать вступать тебя.
Половина факультета - коммунисты.
-Не эта половина.
Я твой брат, Фрэнк,
и я хочу, чтобы ты был осторожен.
А я хочу свернуть тебе шею.
Я не буду жить всю жизнь
боясь совершить ошибку.
Ты счастлив... Я счастлив.
Значит, я счастлив что
ты счастлив, что я счастлив.
Мне кажется, что я вижу одну из тех
темных звезд, которые ты исследуешь.
Это невозможно.
В этом-то и весь смысл.
Их гравитация поглощает свет.
Это как своего рода дыра в пространстве.
С Фрэнком все в порядке?
Да. Просто у него дерьмовый брат.
Здесь очень хорошо.
Когда я был ребенком...
Я думал, что если я найду способ...
объединить физику и Нью-Мексико,
моя жизнь будет идеальной.
Слишком глухие места для этого.
-Да.
Давай лучше спать.
То плато, которую мы видели сегодня,
одно из моих любимых мест в мире.
Завтра мы поднимемся на него.
-Как оно называется?
Лос-Аламос.
Не ожидала увидеть тебя сегодня.
Мне следует заранее договариваться о встрече?
Альварес?
Оппи! Оппи!
Что? Что это?
Они сделали это.
Они сделали это. Ган и
Штрассманн в Германии.
Они расщепили ядро урана.
Как?
Бомбардировка нейтронами.
Это ядерное деление.
Они сделали это. Они расщепили атом.
Это невозможно.
Я собираюсь повторить это.
Видишь? Это невозможно.
Очень элегантно.
Предельно ясно.
Есть только одна проблема.
Где?
По соседству.
Альварес это сделал.
И смотрите.
Эти импульсы деления очень мощные.
Я видел 3 таких импульса
за последние 10 минут.
На одной теории далеко не уедешь.
В процессе...
выпариваются лишние нейтроны,
которые могут быть использованы
для расщепления других атомов урана.
Цепная реакция.
Ты думаешь о том же, о чем и я.
Ты, я и все остальные физики
во всем мире, кто видел эти новости.
Простите... о чем, о чем мы все думаем?
Бомба, Альварес.
Бомба.
Я же говорил тебе, Роберт,
больше не надо сраных цветов.
Я не понимаю, чего ты от меня хочешь.
-Я ничего от тебя не хочу!
Ну, ты так говоришь, а потом звонишь.
-Ну, не отвечай.
Я всегда отвечу.
Отлично.
Только больше никаких цветов.
Ты не идешь?
Ты должен понимать, когда
тебя обыграли, Роберт.
Все не так просто, Хок.
Шевалье, рад тебя видеть.
Барбара, и тебя рад видеть.
И выдающегося доктора Оппенгеймера.
Я Элтентон.
-О, очень приятно.
Пожалуйста, пожалуйста.
Почему бы вам не сказать пару слов об
организованном профсоюзе в студенческих городках?
Да? Идем,
пропустите!
Я работаю в компании Shell.
Мы приняли химиков и инженеров.
Так почему же не вступить ученым и академикам?
Оппи! Оппи! Оппи! Оппи!
Учителя объединяются в профсоюзы.
Почему бы профессорам не объединиться?
Разве тебе не нужно идти?
Лоуренс, у академиков тоже есть права.
Слушай, дело не в этом.
Ко мне идет комиссия.
О. Я посижу.
-Не стоит.
Ричард, доктор Буш.
Что привело вас двоих к нам?
Ричард, передай Рут, что я буду
в четверг в Пасадене.
Статья о черных дырах, она принята!
Где Хартленд?
Найди Хартленда.
Найди его.
1 сентября 1939 года?
Мир будет помнить этот день.
О, Хартланд, наша статья, она в печати.
Нас опередили.
Во время Битвы за Британию,
я почувствовал что
все больше и больше теряю симпатию к...
политике нейтралитета
за которую выступали коммунисты.
Но после того, как Гитлер вторгся в Россию
и мы стали союзниками,
эти коммунистические симпатии,
вернулись ли они?
Нет.
Я должен уточнить, что
мои меняющиеся взгляды на Россию
не означали резкого разрыва с
теми, кто придерживался других взглядов.
В течение года или двух во время
предыдущего брака,
моя жена Китти была
членом Коммунистической партии.
Здесь я храню все самое интересное.
Ну, я думал, это
дом Толманов.
Я живу у них, пока учусь в Калтехе.
Вам двоим что-нибудь нужно?
Все в порядке, Рути.
Так ты биолог.
Ну, каким-то образом я
перешла в разряд домохозяек.
Не объяснишь мне квантовую механику?
Звучит сложно.
-Да, так и есть.
Ну, это стекло,
эта жидкость... эта столешница...
Наши тела.
Все.
В большей части пустое пространство.
Группы крошечных энергетических
волн, связанных между собой.
Чем?
Силами притяжения достаточно сильными,
чтобы убедить нас.
что материя твердая.
И что моё тело не пройдёт сквозь твоё.
Ты замужем за доктором Харрисоном.
Не особо.
Есть кое-кто, к кому я испытываю...
А она это чувствует?
Иногда.
Но недостаточно.
Знаешь, я собираюсь в Нью-Мексико.
На свое ранчо, с друзьями.
Ты должна приехать.
Я имел в виду, с мужем.
Конечно с мужем.
Хотя ты знаешь, что это не
ничего не изменит.
Зачем ты вышла за него замуж?
Я была одинока, а... он был добр.
Одинока?
Ну, мой предыдущий муж умер, и...
в 28 лет я была совсем
не готова стать вдовой.
Кто был твоим первым мужем?
-Никто.
Моим вторым мужем был Джо Даллет.
Он был из богатых, как и я,
а еще он был профсоюзным организатором
в Янгстауне, штат Огайо.
Я влюбилась по уши.
Насколько сильно?
-Достаточно сильно, чтобы провести следующие четыре года
живя на бобах и блинах,
раздавая "Daily Worker"
у заводских ворот.
В 36 я просто сказал Джо.
что больше не могу этого терпеть.
Вышла из партии.
Через год я захотела его вернуть.
Его, а не "Daily Worker". И...
он сказал: "Отлично, я встречусь с тобой
на пути в Испанию".
Пошел воевать за лоялистов?
А он отправился на войну, а я ждала.
И...
Джо убили сразу как только он высунул голову из окопа.
Из-за идеологии Джо погиб, ни за что.
Испанская республика - это не ничто.
Мой муж пожертвовал
будущим и остановил одну фашистскую пулю.
чтобы она не впилась в глинистый берег.
Это буквально ничто.
Звучит слишком упрощенно.
-Прагматично.
Теперь я здесь.
Черт знает где.
Я не хотел, чтобы ты узнала об этом
от кого-то еще.
По крайней мере, ты не принес мне цветов.
Мы оба знаем, что я не тот, кто тебе нужен, Джин.
Да, но эта дверь закрылась.
Нет.
Нет, для тебя она будет открыта.
Ты ее обрюхатил. Быстрая работа.
Нерешительному не знать удачи.
Я говорила о ней.
Она знает, чего хочет.
А как же муж?
Мы это обсудили.
Они разводятся,
чтобы мы могли пожениться
до того, как станет заметно.
Как цивилизованно.
Ты идиот.
Это твои люди.
Ты думаешь, что правила не
писаны для золотого мальчика?
Гениальность многое искупает.
Не отталкивай от себя единственных людей в
мире, которые понимают, что ты делаешь.
Однажды они могут тебе помочь.
F-A-E-C-T!
Федерация архитекторов, инженеров,
химиков и техников.
Ломаниц, сколько тебе платят в месяц?
Дело не в этом, Лоуренс.
Что общего у каждого из вас
с фермерами и рабочими доков?
Много.
Все вон. Живо!
Не ты.
Что ты творишь?
Это профсоюз.
Полный коммунистов.
-И? Я не вступал в партию.
Они не разрешают мне привлекать тебя к
в проект из-за этого дерьма.
Они даже не позволяют мне
рассказать, что это за проект.
О, я знаю, что это за проект.
О, правда?
Мы все слышали о письме Эйнштейна
и Силарда, Рузвельту.
в котором они предупреждают,
что немцы могут сделать бомбу,
и я знаю, что значит
для нацистов получить такую бомбу.
А я нет?
Не твой народ
они загоняют в лагеря.
А мой.
Ты думаешь, что я доношу им
о твоих политических взглядах?
В следующий раз,
возвращаясь домой с собрания,
почему бы тебе не взглянуть
в зеркало заднего вида,
прислушаться к звукам своей телефонной трубки,
и хватит быть таким чертовски наивным?
Почему их должно волновать, чем я занимаюсь?
Потому что ты не просто важен для себя,
ты действительно важен для всех
Хорошо.
Я понял.
Если бы ты мог быть чуть более...
Прагматичным. Я поговорю с Ломаницем,
Я поговорю с остальными.
Можешь не беспокоиться, все уже сделано.
Лоуренс.
Тогда добро пожаловать на войну.
Я заполнил свою первую анкету по безопасности и был проинформирован
что мое участие
с левыми группами
не станет препятствием для моей
работы над атомной программой.
Почему его коммунистические связи
не рассматривались как риск для безопасности
во время войны?
Сенатор, я не могу отвечать.
за допуск, полученный за годы до того, как я познакомился с этим человеком.
Прекрасно. А как насчет после?
После войны доктор Оппенгеймер стал
самым уважаемым
научным деятелем во всем мире.
Вот почему я попросил его
возглавить Институт.
Вот почему он консультировал
Комиссию по атомной энергии.
Все просто.
В чем они меня обвиняют?
Я думаю, они просто хотят знать, что
произошло между 1947 и 1954 гг.
Что изменило ваше мнение о
допуске Оппенгеймера к работе.
Оно не изменилось.
Я был главой комиссии AEC, но это не я
выдвинул обвинения против Роберта.
-Кто это сделал?
Какой-то бывший сотрудник
Объединенного комитета Конгресса.
Ярый антикоммунист по фамилии Борден.
Он написал в ФБР требуя, чтобы они приняли меры.
В ФБР? Почему бы не обратиться
непосредственно в AEC?
Зачем самому заносить нож.
Что Борден имел против Оппенгеймера?
Это эпоха маккартизма.
Людей выгоняли с работы
за любой намек на красный цвет, а...
Прочти личное дело Оппенгеймера,
найдете его брата-коммуниста,
невестка, подружка, лучший друг, жена.
И это еще до того, как мы дойдем
до инцидента с Шевалье.
Но как Борден мог получить доступ
к личному делу Оппенгеймера?
Потому что кто-то передал его ему.
Кто-то, кто хотел, чтобы Роберт замолчал.
Кто?
-Кто знает?
Роберт не заботился о том, чтобы угождать
власть имущим в Вашингтоне.
Его мнение об атоме
стало категоричным,
и он не всегда был терпелив
с нами, простыми смертными.
Меня он совершенно не жалел.
Было голосование в AEC
по экспорту изотопов в Норвегию,
и они привлекли Роберта.
чтобы выставить меня дураком.
Но доктор Оппенгеймер, мы уже
слышали от адмирала Штрауса
что эти изотопы могут быть
полезными для наших врагов
в производстве атомного оружия.
Конгрессмен, вы могли бы использовать лопату
в производстве атомного оружия.
На самом деле, можете.
Вы можете использовать бутылку пива
при создании атомного оружия.
На самом деле так и есть. Я бы сказал, что изотопы -
менее полезны, чем электронные компоненты,
но более полезны, чем бутерброд.
Гениальность - не гарантия мудрости.
Как человек который так много видел,
мог быть так слеп?
Китти?
Китти?
Китти.
Проект.
Я в деле.
Я в деле!
-Давай праздновать.
Может, тебе стоит его успокоить?
Я его весь день, блядь, успокаиваю.
Я не знаю, как сказать.
Мне стыдно просить.
Что угодно.
Возьмите Питера.
-Конечно.
Нет, на время, Хок.
Какое-то время.
Китти знает, что ты здесь?
-Да, конечно, она знает.
Конечно, она знает.
Мы ужасные люди.
Эгоистичные, ужасные люди.
Забудь, что я говорил.
Эгоистичные, ужасные люди,
не знают, что они эгоистичны и ужасны.
Сядь, сядь, сядь.
Роберт, ты видишь дальше
мира, в котором мы живем.
За это приходится платить.
Разумеется, мы поможем тебе.
Все меняется, Роберт.
Рождение ребенка
всегда всё меняет...
Нет, мир поворачивается
в каком-то новом направлении.
Перестраивается.
Это твой момент.
Мы собираем группу для изучения...
-Не мы должны что-то делать.
Ты должен.
Лоуренс не сможет этого сделать.
Или Толман, или Раби. Ты сделаешь.
А что за мундиры?
Я думал, ты знаешь.
Доктор Оппенгеймер.
Я полковник Гровс. Это
подполковник Николс.
Отдайте в химчистку.
Ну, если вы так обращаетесь
с подполковником,
Не хотел бы я посмотреть, как вы относитесь к...
скромному физику.
Если я когда-нибудь встречу такого, я дам вам знать.
Ауч.
-Весь мир стал театром боевых действий,
но я должен оставаться в Вашингтоне.
Почему?
-Я построил Пентагон.
Начальству так нравится,
что они поручили мне возглавить
Манхэттенский инженерный округ.
Что это?
-Не стройте из себя умника.
Вы прекрасно знаете, что это такое.
Вы и половина всех физиков
по всей стране.
Это проблема номер один.
Я думал, что проблема номер один
это обеспечение достаточного количества урановой руды.
1200 тонн, купленных в день моего вступления в должность.
-И где она перерабатывается?
Только что заложили фундамент в Оук-Ридже, штат Теннесси.
Теперь я ищу руководителя проекта.
И мое имя всплыло?
Нет.
Несмотря на то, что вы привезли квантовую физику
в Америку, и мне стало любопытно.
Что вы узнали?
Вы дилетант, бабник,
подозреваемый в коммунизме.
Я демократ нового курса.
-Я сказал "подозреваемый".
Неуравновешенный, выпендрежный,
эгоист, невротик.
Ничего хорошего, да?
Даже не "он гениален, но..."
Ну, гениальность воспринимается
как должное в вашем кругу, так что нет.
Нет, единственный человек, который мог
что-либо хорошее сказать, был Ричард Толман.
Толман считает, что у вы порядочны,
но он также производит на меня впечатление человека, который
знает о науке больше, чем о людях.
И все же вы здесь.
Вы мало что принимаете на веру.
Я ничего не принимаю на веру.
Почему у вас нет Нобелевской премии?
Почему вы не генерал?
-За это меня делают генералом.
Возможно, мне тоже повезет.
Нобелевская премия за создание бомбы?
Альфред Нобель изобрел динамит.
Как бы вы поступили?
Вы говорите о превращении теории
в практическое оружие
быстрее, чем нацисты.
-У которых есть 12-месячная фора.
18-ти.
-Как вы можете это знать?
Наши исследования на быстрых нейтронах заняли шесть месяцев.
Человек, которого они, несомненно, поставили во главе
сделает этот скачок мгновенно.
Как вы думаете, кого они поставили во главе?
-Вернера Гейзенберга.
У него самое интуитивное понимание
атомной структуры, которое я когда-либо видел.
Вы знаете его работы?
-Я знаю его,
так же, как я знаю Вальтера Боте,
фон Вайцекера, Дибнера.
В честной гонке выиграют немцы.
У нас одна надежда.
-Какая?
Антисемитизм.
Что?
Гитлер назвал квантовую физику
"еврейской наукой".
Сказал это прямо в лицо Эйнштейну.
Наша единственная надежда на то, что Гитлер
настолько ослеплен ненавистью.
что он отказал Гейзенбергу
в соответствующих ресурсах,
потому что это потребует огромных ресурсов.
Лучшие ученые нашей страны работают
вместе. Сейчас они разрознены.
Это может навредить секретности.
Все умы должны видеть задачу целиком
чтобы вносить эффективный вклад.
Плохая безопасность может стоить нам гонки.
Неэффективность будет.
Немцы все равно знают больше нас.
А русские - меньше.
Напомните мне, с кем мы воюем?
Человеку с вашим прошлым не
не стоит преуменьшать
важность сохранения этого в тайне
от наших коммунистических союзников.
Понятно, но... нет.
Вы не можете сказать мне "нет".
Это моя работа - говорить вам "нет
когда вы не правы.
Вы уже утвердили себя на должность?
Я обдумываю это.
Я начинаю понимать, откуда
вы получили свою репутацию.
Мой любимый ответ:
"Оппенгеймер не смог бы управлять
ларьком с гамбургерами".
Не смог бы.
Но я могу возглавить Манхэттенский проект.
Есть способ достичь баланса в этом.
Оставить радиационную лабораторию здесь
в Беркли, под руководством Лоуренса.
Металлургическая лаборатория в Чикаго, под руководством Сциларда.
Крупномасштабная переработка, где
вы сказали, в Теннесси?
И Хэнфорд.
-И Хэнфорд.
Все американские промышленные
научные инновации,
соединенные железной дорогой, сосредоточены на одной цели,
одной точке в пространстве и времени.
И все это объединяется здесь,
в секретной лаборатории.
В глуши,
безопасная, самодостаточная.
Оборудование, жилье, все необходимое.
Держите всех там, пока все не закончится.
Нам понадобятся школа, магазины, церковь.
-Почему?
Если мы не позволим ученым привозить свои
семьи, мы никогда не соберём лучших.
Хотите безопасности,
постройте город. Постройте его быстро.
Где?
Добро пожаловать в Лос-Аламос.
Там есть школа для мальчиков.
которую нам придется занять,
и местные индейцы
приходят сюда для погребальных обрядов,
но кроме этого ничего.
На сорок миль. В любом направлении.
Мы нашли идеальное место.
Для чего?
-Для успеха.
Постройте ему город. Быстро.
Давайте наберём несколько учёных.
Зачем мне бросать свою семью?
Я же сказал, что ты можешь привести свою семью.
Я не солдат, Оппи.
-Солдат?
Он - генерал. А у меня полно
солдат, которые мне нужны.
Что я могу им рассказать?
Гейзенберг, Дибнер, Боте и Бор.
Что общего у них?
Величайшие умы в области атомной теории.
-Да, и?
Сколько хотите.
Пока не почувствуете мой сапог на яйцах.
Ты знаток изотопов, а ты специалист по взрывчатке, лучшие в мире.
Но ты не можешь рассказать нам, что вы делаете.
Я не знаю.
-Они все у нацистов.
Нильс Бор в Копенгагене.
Под нацистской оккупацией. В Принстоне перестали печатать газеты?
Зачем нам ехать в глушь
на неизвестно сколько времени?
На год или два. Или на три.
Генерал, не могли бы вы... оставить нас на минутку?
Речь идет о высвобождении мощной силы.
До того, как это сделают нацисты.
Боже мой.
Нильс не будет работать на нацистов.
-Нет, никогда.
Но пока он у них, его нет у нас.
Вот почему ты мне нужен.
Почему ты думаешь, что я на это пойду?
Почему? Почему?
Как насчет того, что это
самая важная, блядь, вещь
которая когда-либо происходила в
истории мира?
Как насчет этого?
Блять.
Они не допустят меня
к этому проекту.
А провал проверки безопасности
не лучшим образом отразится
на карьере даже после войны.
Значит, ты просто попутчик. И что?
Это чрезвычайная ситуация.
У меня полно скелетов.
И они поставили меня главным.
Мы им нужны.
Пока не перестанем.
Есть шанс
вывезти Бора из Дании?
Нет, никак.
Я связался с британцами.
Пока мы не вернем союзные войска на
на континент, нет никакого шанса.
Он настолько важен?
Сколько людей вы знаете.
которые доказали, что Эйнштейн ошибался?
Знаете, действительно, было бы
быстрее полететь на самолете.
Самолет - это слишком опасно.
Мы нужны стране.
Что случилось, ребята?
Они говорят, что здание
слишком мало для этого циклотрона.
Позовите к ним архитекторов.
Когда все это планируется к запуску?
Через два месяца.
Роберт, ты великий
импровизатор, но это...
эту задачу нерешить в уме.
4 подразделения.
Экспериментальное, теоретическое, металлургическое.
Кто занимается теоретическим?
Я.
Этого я и боялся.
Ты слишком нагружаешь себя.
Поэтому ты занимаешься теорией.
Я не приеду сюда, Роберт.
Почему?
Вы сбрасываете бомбу, и она упадет
на правых и неправых.
Я не желаю, чтобы кульминацией
трех веков физики
стало оружие массового уничтожения.
Иззи...
Я не знаю, можно ли нам доверять
такое оружие.
Но я знаю, что нацистам нельзя.
У нас нет выбора.
Тогда...
Второе, что тебе нужно сделать
это назначить Ханса Бете
руководителем теоретического отдела.
Постой, а что было первым?
Сними эту нелепую форму.
Ты ученый.
Гровс настаивает на том, чтобы мы объединились.
Скажи Гровсу, чтобы он шёл срать в свою шляпу.
Мы нужны им такими, какие мы есть.
Так что будь собой.
Но только лучше.
Это единственный ключ.
И Теллер уже здесь.
Может, мне просто позвать его?
-Нет, давай подождем остальных.
Можно начинать.
Здравствуй, Эдвард.
-Да.
Господа, итак, мы будем работать здесь.
пока Т-секция в Лос-Аламосе не будет закончена.
Эдвард, можно я...?
-Это гораздо важнее.
Когда я просчитывал цепную реакцию,
я обнаружил довольно тревожную вероятность.
Нет, это невозможно.
Покажи, как ты проводил расчеты.
Да.
Экспоненциальная.
-Нет, нет, нет. Нет.
Это из области фантастики.
Теллер в своих расчетах должно быть ошибся.
Посчитайте сами, пока я поеду в Принстон.
Зачем?
-Чтобы поговорить с Эйнштейном.
Ну, между вами не так много общего.
Вот почему я должен узнать его мнение.
Альберт.
-А?
О, доктор Оппенгеймер.
Вы знакомы с доктором Гёделем?
Мы гуляем здесь очень часто.
Деревья имеют самые вдохновляющие структуры.
Альберт, можно тебя на пару слов?
Конечно. Извините, Курт.
Порой Курт отказывается от еды.
Даже в Принстоне он убежден.
что нацисты хотят его отравить.
Что, чья это работа?
Теллера.
И что по-твоему это значит?
Нейтроны врезаются в ядро,
высвобождая нейтроны
для столкновения с другими ядрами.
Критичность.
Точка невозврата.
Огромная взрывная сила.
Но на этот раз цепная
реакция не останавливается.
Это приведет к воспламенению атмосферы.
Когда мы взорвем атомное устройство,
мы можем запустить цепную реакцию, которая...
уничтожит весь мир.
И вот ты здесь, да?
Потерянный в своем квантовом
мире вероятностей,
отчаянно ищущий определенности.
Ты можешь сам провести расчеты?
Единственное, что у нас с тобой есть общего
это пренебрежение к математике.
Кто работает над этим в Беркли?
Ханс Бете.
Что ж, он докопается до истины.
А если правда окажется катастрофической?
Тогда вы остановитесь и расскажите о
результатах нацистам.
Таким образом, ни одна из сторон не уничтожит мир.
Роберт.
Это твоё, не моё.
Теллер не прав.
Он ошибается.
Когда знаешь критические
допущения Теллера, открывается реальная картина.
Вывод?
Вероятность неконтролируемой
ядерной реакции близка к нулю.
Близка к нулю.
Оппи, это хорошая новость.
Хммм.
Можешь перепроверить их еще раз?
Получится тот же ответ.
Пока они не взорвут
одну из этих штуковин,
это самый лучший прогноз.
который ты получишь.
Близко к нулю.
На одной теории далеко не уедешь.
Привет!
-Привет.
Мы соскучились по нему.
Вы не хотите усыновить его?
Она шутит.
Мы хотели увидеть вас перед отъездом.
В неизвестные края.
Знаете, с кем я столкнулся на днях?
Элтентон.
Тот химик из Shell?
Парень из профсоюза?
Да, парень из FAECT.
Он ныл о том как мы ведем войну.
Как же?
Отсутствие сотрудничества с нашими союзниками.
Судя по всему, наше правительство не делится никакими исследованиями с русскими.
Он сказал, что большинство ученых
считают эту политику глупой.
О, да?
-Да.
Он упомянул, что если кто-то хотел быть что-то передать,
в обход официальных каналов,
то он может помочь.
Это было бы предательством.
Безусловно.
Я просто подумал, что ты должен знать.
Сопляк уснул.
Где мартини?
Сейчас будет.
На этом разговор закончился.
Ничто в нашей давней дружбе
не заставило бы меня поверить
что Шевалье действительно
собирает информацию,
и я уверен, что он не имел ни малейшего представления о работе, которой я занимался.
Я уже давно понял, что мне следовало
сразу же сообщить об этом инциденте.
Ситуация с Оппенгеймером
подчеркивает напряженность
между учеными
и службой безопасности.
В надежде узнать, как
кандидат решал подобные вопросы
во время его работы в AEC,
к нам присоединится ученый, который выступит перед комиссией.
Кого они пригласят?
Они не говорили.
Господин председатель, если можно,
Я выдвигаюсь на пост министра торговли.
Зачем спрашивать мнение ученых?
Это кабинетная должность, адмирал.
Мы ищем широкий спектр мнений.
Я хотел бы знать имя
ученого, дающего показания.
Я хотел бы иметь возможность провести перекрестный допрос.
Это не суд.
Формальность, да?
С 1925 года не было такого случая, чтобы кандидата на пост не утвердили.
Просто так принято в этой игре.
Дело в шляпе, Льюис. Так играй спокойно.
Они привели ученого, и что?
Ты плохо знаешь ученых
как я, советник.
Они обижаются на всех, кто
ставит под сомнение их суждения,
особенно если вы не один из них.
Я был председателем AEC.
Меня легко обвинить
в том, что случилось с Робертом.
Мы не можем допустить, чтобы Сенат думал
что научное сообщество
не поддерживает вас, сэр.
Или лучше переобуться?
Как это?
-И заявить.
"Я боролся с Оппенгеймером,
и США победили".
Я не думаю, что стоит углубляться в эту тему.
Может, есть кто-то, кому мы можем позвонить кто знает, что произошло на самом деле?
Теллер.
-Он сумеет произвести впечатление.
Можете ли вы узнать имя
ученого, которому они звонили?
Возможно.
-Узнайте, работал ли он в Чикаго.
или Лос-Аламосе во время войны.
Почему это имеет значение?
Ну, если он базировался в Чикаго,
они работали под руководством Сциларда и Ферми,
а не под культом Оппи в Лос-Аламосе.
Роберт построил это проклятое место.
Он был основателем, мэром, шерифом.
Всё в одном.
Только салуна не хватает.
Тут нет кухни.
Серьезно? Исправим.
Колючая проволока? Оружие?
Оппи...
-Мы на войне, Ханс.
Галифакс.
1917.
Грузовое судно с боеприпасами
взрывается в порту.
Бурная и внезапная химическая реакция.
Крупнейший в истории рукотворный взрыв.
Теперь подсчитаем, насколько более разрушительным он был бы
если бы это была ядерная, а
а не химическая реакция,
выражая мощность в тоннах в тротиловом эквиваленте.
Но это будут тысячи.
Ну, тогда килотонны.
Использование урана-235,
для бомбы потребуется...
-ох...
Прости.
Для устройства понадобится
15-килограммовая сфера
примерно такого размера,
или, используя плутоний,
5-килограммовую сферу.
Вот количество урана
переработанного в Ок-Ридже за весь прошлый месяц.
А завод в Ханфорде
произвел столько плутония.
Теперь, если мы сможем обогатить их,
то нам нужен способ их взорвать.
Мы не наскучили тебе, Эдвард?
Немного, да.
Можно узнать, почему?
Мы все вошли в эту комнату.
зная, что атомная бомба возможна.
Как насчет того, чтобы выйти из нее с чем-то новым?
Например?
Вместо урана или плутония,
мы используем водород.
Тяжелый водород. Дейтерий.
Видите ли, мы сжимаем атомы вместе
под большим давлением,
чтобы вызвать реакцию синтеза.
Тогда мы получим не килотонны, а мегатонны.
Так, погодите, погодите.
Так как ты генерируешь достаточно
силы для слияния атомов водорода?
Маленькая атомная бомба.
Так вот оно что!
Ну, поскольку она нам
все равно понадобится,
может, вернемся к текущему делу?
Вопрос об изотопах
не был для вас ключевым
в ваших противоречиях с доктором Оппенгеймером.
Это была водородная бомба, не так ли?
Как коллеги, мы могли не соглашаться по многим вопросам...
И одним из них была необходимость
программы создания водородной бомбы.
Спасибо, что собрались в кратчайшие сроки.
Не могу поверить.
Но похоже всё так. Напомните.
Что мы знаем?
Один из наших В-29 над северной частью
Тихого океана обнаружил радиацию.
Есть ли у нас фильтровальная бумага?
-Нет никаких сомнений в том, что это такое.
Белый дом говорит, что есть сомнения.
-Скоро их не будет.
Это фильтровальные бумаги для дальнего обнаружения?
Это атомные испытания.
У русских есть бомба.
Мы должны были на годы
опережать их, но...
Что вы, ребята, делали в Лос-Аламосе?
Разве охрана не была строгой?
Конечно, была. Вас там не было.
-Простите меня, доктор.
Но я там был.
Теперь мы можем рассмотреть
реальную механизм детонации.
Есть идеи?
-Я называю это выстрелом.
Мы выстреливаем куском расщепляющегося
материала в большую сферу.
с достаточной
силы для достижения критичности.
Что думаете? Кто-нибудь?
-Я думал об имплозии.
Взрывчатка вокруг сферы
подрывается внутрь, дробя материал.
Хочу попробовать это сделать.
-Я поговорю с отделом боеприпасов.
Пусть вам дадут взорвать что-нибудь.
Как успехи?
-Я тоже рад вас видеть.
Встречайте британский контингент.
Доктор Оппенгеймер. Клаус Фукс.
Как давно вы стали британцем?
-С тех пор, как Гитлер сказал мне, что я не немец.
А. Добро пожаловать в Лос-Аламос.
Школа работает с утра.
Бар.
-Работает круглосуточно.
И я придумал, как
сократить вспомогательный персонал.
Это...?
-Миссис Сербер, да.
Я предложил работу всем женам,
администраторы, библиотекари, вести расчёты.
Сокращаем персонал,
сохраняем семьи.
Квалифицированы ли эти женщины?
-Не будьте абсурдны.
Это одни из
самых ярких умов нашего общества.
И они уже прошли проверку на безопасность.
Я сообщил генералу Гровсу.
что вы проводите междивизионные
открытые совещания в ночное время.
-Прекратите их.
Деление на группы - это ключ
к сохранению безопасности...
-Только главы отделов.
Которые, вероятно.
общаются с подчиненными.
Эти люди не глупы.
Они могут действовать осмотрительно.
Мне не нравится.
-Вам мало что нравится.
если это не объективно.
Один раз в неделю. Только с главами.
Я бы хотел привести сюда своего брата.
-Нет.
Николс?
Мне уже дали допуск к секретной информации?
Нет.
-Завтра я уезжаю в Чикаго.
Ну, вам стоит потерпеть.
Ты в курсе, что у нацистов
фору в два года?
Доктор Оппенгеймер, тот факт.
что вам не дали допуск
к секретной информации, не моя вина.
А ваша.
Может быть, это и не твоя вина, но это
твоя проблема. Потому что я уезжаю.
А сколько человек было в этих...
открытых обсуждениях?
Слишком много. Вопреки протоколам.
Мы участвовали в гонке
против нацистов.
А теперь гонка
против Советов.
Нет, если только мы не начнем ее.
-Роберт, они только что выстрелили из стартового пистолета.
Какого рода
устройство они взорвали?
Данные показывают, что это могло быть плутониевое имплозивное устройство.
Как то, которое вы построили в Лос-Аламосе.
У русских есть бомба.
Трумэн хочет знать, что дальше.
-Что дальше? Переговоры об оружии.
Переговоры об оружии?
-Очевидно.
А что насчет "Супера"?
Трумэн вообще знает об этом?
Мы докладывали ему об этом?
В общих чертах.
Мы до сих пор не знаем, технически осуществима ли бомба на водороде.
Верно, насколько я понимаю
это Теллер предложил ее.
Да.
-В Лос-Аламосе?
Проекты Теллера
всегда были дико непрактичными.
Вам придется доставлять её
на телеге, а не на самолете.
Оппи!
-Простите, доктор Лоуренс,
Вы бы хотели что-нибудь прокомментировать?
Нет.
Потому что если это может
снова вывести нас вперед,
Президент Соединенных Штатов
должен знать об этом.
И если русские знают
об этом уже от шпиона
в Лос-Аламосе, то
мы должны действовать.
Нет никаких доказательств того, что
что в Лос-Аламосе был шпион.
Роберт.
Они его под футбольным стадионом разместили?
Поле больше не используется.
Как раз подходит.
Оппи!
-Доктор Ферми.
Я слышал, у тебя теперь есть небольшой город.
-Да, приезжай и посмотри.
Кто может мыслить здраво
в таком месте, а?
Все сходят с ума.
Спасибо за вотум
доверия, Сцилард.
Неужели... неужели это действительно
нужно записывать?
Будешь пробовать?
Мы уже попробовали.
Первая самоподдерживающаяся
ядерная цепная реакция.
Разве Гроувс тебе не сказал?
Нет.
Доктор Оппенгеймер?
Я обращалась к кадровику.
Меня спросили, умею ли я печатать.
-Умеете?
В Гарварде забыли научить этому на
курсе химии для выпускников.
Кондон, включите миссис Хорниг
в команду по плутонию.
Какого черта ты делал в Чикаго?
Посещенал металлургов.
-Зачем?
Вы не можете...
-Зачем?
Потому что мы, мы имеем полное право...
У вас есть только те права, которые
я дал вам. Ни больше, ни меньше.
Мы взрослые люди, которые делают своё дело. Это просто смешно.
Скажи ему!
Разделение на группы
это протокол, на который мы согласились.
Хватит этого дурдома.
Никто не может работать в таких условиях.
Знаете что?
Генералиссимус, я увольняюсь!
Спасибо ни за что.
Без него лучше.
А вас не волнует то что он может рассказать?
Мы прикажем его убить.
Я просто шучу.
Нет, он ненавидит меня, а не Америку.
Знаете, генерал, не у всех
есть такие рычаги, как у меня.
Кажется, я не понимаю.
Вы взяли меня на работу, не вопреки моему левому
прошлому. Вы наняли меня из-за него.
Чтобы вы могли контролировать меня.
Нет, я не настолько хитер.
Я просто скромный солдат.
Вы не скромный и не просто солдат.
Вы изучали инженерное дело в MIT.
Виновен.
-Ну что ж, теперь мы друг друга поняли,
возможно, вы сможете получить
мне допуск,
чтобы я мог совершить
это чудо для вас.
Генерал Гроувс, вы знали
о левых связях доктора Оппенгеймера, когда вы его назначали?
Я знал, что
были подозрения в отношении него.
Я знал, что у него очень
либеральное прошлое.
Как Вы считаете, мог ли он когда-либо
сознательно совершить измену?
Я был бы поражен, если бы он это сделал.
То есть вы были полностью
уверены в его честности?
В Лос-Аламосе - да. Там,
я его действительно хорошо знал.
Правда ли, что ваши
сотрудники службы безопасности на этом проекте
рекомендовали вам не
допускать доктора Оппенгеймера?
Они не могли, да и не хотели, если бы только я настоял.
И можно с уверенностью сказать, что вы были достаточно хорошо осведомлены.
о досье доктора Оппенгеймера.
-Да.
Ну, тогда есть только один
вопрос, на который мне сегодня нужно получить ответ.
В свете нынешних директив AEC,
вы бы допустили доктора Оппенгеймера к работе сегодня?
У вас имеются эти директивы?
В соответствии с действующими директивами AEC,
Вы бы разрешили доктору Оппенгеймеру работать сегодня?
Физика и Нью-Мексико, да?
Боже мой. Что за путешествие.
Потому тебе и нужен связной.
-Я назначаю Ломаница.
Ты справишься.
Сюда, господа.
Доктор Лоуренс.
-Лесли.
Я хотел бы напомнить вам, то что
мы обсуждали в Беркли.
Разделение на группы,
Я понимаю вас.
Всем привет из Беркли.
Я здесь для того, чтобы поделиться с вами информацией о нашем
прогрессе и узнать ваше мнение.
Для этого мне придется
поделиться некоторыми вещами, которые
Генерал Гровс запретил говорить мне.
Извините, генерал, я сказал, что понял,
а не то, что я согласен.
Хорошо. Господа, к делу!
Ходили слухи о шпионаже
в Лос-Аламосе.
-Не подтвержденные.
Мне говорили, что там были коммунисты
в проекте.
-Мы сознательно не нанимали...
Я просто хочу знать,
был ли кто-нибудь из них вовлечен
в обсуждении программы "Супер"?
Я, кажется, помню, как вы требовали
чтобы ваш брат приехал в Лос-Аламос.
Мой брат к тому времени уже вышел из партии.
-А как же Ломаниц?
Ломаниц никогда не работал
в Лос-Аламосе. Он был связным.
Наша безопасность была жесткой,
как хорошо известно бывшему полковнику Николсу.
Наша безопасность была настолько жесткой, насколько это возможно
с учетом личностей, участвующих в этом деле,
но попытки были предприняты.
Что это значит?
-Мы все здесь читали его файл.
Нужно ли говорить о Джин Тэтлок?
Или об инциденте с Шевалье?
Прошу прощения.
Ломаниц, первая линия!
Привет, Росси. Что?
Ладно, успокойся.
Снова провал.
Ломаница только что призвали в армию.
-Мы на войне, доктор.
Не будьте засранцем, Николс.
Нам нужен этот парень. Уладь это, ладно?
Это не ошибка.
Ваш друг Ломаниц
пытается объединить радиационную лабораторию в профсоюз.
Он обещал бросить все это.
-Ну, не бросил.
Сотрудник службы безопасности в Беркли обеспокоен проникновением коммунистов
через этот профсоюз, FA...
-FAECT.
Пока я буду там на следующей неделе,
я... загляну к нему.
Ваш допуск получен.
Важно, чтобы вы не поддерживали
и не возобновляли какие-либо сомнительные связи.
Доктор, а вы не думали, что социальные контакты
между человеком, занятым в секретной
военной программе, и коммунистами опасны?
Мое осознание опасности
сегодня было бы выше.
Можно сказать,
что в годы войны,
вы чувствовали, что такие контакты
были потенциально опасны.
Потенциально опасны, да.
Ну, серьезно!
Открытые коммунисты.
Послушайте...
Я хранил много секретов
уже долгое время.
Неважно, с кем я общаюсь,
я не говорю об этих секретах.
Вы сказали в своем заявлении
что вам необходимо было встретиться с Джин Тэтлок в 1943 году.
Ты уехал.
И ни слова.
А как ты думал, что со мной произойдет?
Я же писал.
Пустые слова.
Куда ты пропал?
Не могу сказать.
-Почему?
Потому что ты коммунистка.
Зачем вам нужно было с ней встретиться?
Она выразила искреннее желание
увидеться со мной перед моим отъездом.
В то время у меня не было возможности,
но я чувствовал, что она должна меня увидеть.
Она проходила психиатрическое лечение.
Она была очень несчастна.
Вы выяснили, почему ей нужно было видеть вас?
Потому что она все еще была влюблена в меня.
Вы провели ночь вместе, не так ли?
Да.
Ты то появляешься, то исчезаешь из моей жизни,
и ты не говоришь мне, куда.
Это власть.
-Мне это не по душе.
Я лучше буду рядом, когда тебе нужно.
Но у тебя
другие приоритеты.
У меня есть жена и сын.
Это не то, о чем
мы говорим.
Джин... ты попросил меня приехать.
И я был рад.
Но больше я не смогу тебя увидеть.
Но что, если ты будешь мне нужен?
Ты сказал, что
всегда ответишь.
Ни слова?
Считаете ли вы, что это
соответствует требованиям безопасности?
Собственно говоря, соответствовало.
Ни слова.
Когда вы видели её после этого?
Больше я её не видел.
Я еще успею на последний
поезд обратно в Принстон.
Китти, я не сказал ничего такого.
что я уже не говорил тебе.
Сегодня ты сказал это для истории?
Это закрытое слушание.
Если они не опубликуют
стенограмму, я уверен, что это сделаешь ты.
Я поклялся под присягой.
-Ты и мне клялся.
когда поехал к Джин.
Ты знаешь, ты...
Ты сидишь там, день за днем,
позволяя им разбирать нашу жизнь на кусочки.
Почему ты не хочешь сражаться?
Роберт, я не стану ее допрашивать.
Доктор Оппенгеймер! Это
большая честь. Пожалуйста, присаживайтесь.
Не стоит. Я просто хотел проверить
следует ли мне...
поговорить с Ломаницем, пока я здесь,
учитывая ваши опасения.
Я бы сказал, что это действительно зависит от вас,
Профессор, но я бы был осторожен.
Понятно.
И еще, по поводу союза,
Я хотел бы предупредить вас
о человеке по имени Элтентон.
Предупредить?
Да, только то, что за ним возможно
стоит присмотреть.
Я бы хотел узнать больше подробностей.
У меня сейчас встреча,
и завтра я рано уезжаю.
Тогда приходите завтра пораньше.
Раз уж у вас сейчас нет времени.
И вы вернулись на следующее утро.
-Я вернулся. Я должен был, честно.
На этот раз там был другой человек.
Он сказал, что его зовут Пэш.
-Пэш. Вы встречались с полковником Пэшем?
Полковник Пэш, не могли бы вы прочитать
ваш рапорт от 29 июня 1943 года?
"Результаты наблюдения за объектом
указывают на дальнейшие возможные
связи с коммунистической партией".
" Субъект встретился и провел
значительное время с некоей Джин Тэтлок,
коммунисткой, досье на которую прилагается".
Субъект это доктор Оппенгеймер?
-Да.
С которым вы не были знакомы?
-Тогда нет, но вскоре познакомился.
Он начальник службы безопасности
проекта. Разве я не должен его знать?
Нет, он должен знать вас.
Я бы никогда не засунул вас в одну комнату с Пэшем.
Почему нет?
Когда Пэш впервые услышал о Ломанице,
он сказал ФБР, что
собирается его похитить,
вывезти его на лодке,
и допросить его на русский манер.
Генерал Гроувс возложил
на меня определенную ответственность,
и это все равно, что иметь ребенка, которого
я не вижу и управляю им дистанционно.
Так что встретиться с вами - это...
Я не отниму у вас много времени.
-Нет.
Прошу. Столько сколько вам нужно.
Мистер Джонсон доложил мне
о вашем вчерашнем разговоре,
который меня очень заинтересовал.
Это не давало мне покоя весь день.
Да, но я не хотел говорить
с Ломаницем без уведомления.
Это не совсем то что я имею ввиду.
Я имею в виду нечто...
на мой взгляд, гораздо серьезнее.
А когда ФБР отметило, что
такая информация
не может быть принята в суде,
Пэш дал понять, что у него нет намерения
оставлять свидетелей для обвинения.
ФБР его отговорило,
но вот с кем вы имеете дело.
Я полагаю, вы слышали
что есть какие-то партии
заинтересованные в работе
вашей лаборатории?
Человек, прикрепленный к
Советскому консулу, сообщил
через посредников,
людям в этом проекте,
что он мог бы передавать информацию.
Ну и зачем кому-то
в проекте это делать?
Честно говоря, я вижу, что возможно есть
смысл для командующего войсками
делиться информацией с русскими,
в конце концов, они наши союзники, но...
Мне не нравится идея, что это
будет утечкой информации.
Осторожность не повредит.
И вы сказали это Пэшу.
Я пытался сказать это в контексте
"Россия - не Германия".
Борис Пэш - сын
русского православного священника.
Родился здесь, но в 1918 году вернулся
в Россию для борьбы с большевиками.
Это человек, который убивал
коммунистов своими собственными руками.
Не мне судить о том, кто должен
или не должен обладать информацией.
Мое дело - не допустить, чтобы она
передавалась незаконно.
Не могли бы вы уточнить?
Есть человек, чье имя упоминали
мне несколько раз, Элтентон.
Я думаю, он химик.
работает в компании Shell.
Он разговаривал со своим другом,
у которого есть знакомый
кто-то из участников проекта.
И вы думали, что Пэш
будет доволен этим?
Я пытался дать им Элтентона, не заварив кашу.
Наплел им какую-то чушь.
Вы лгали и генералу Гроувсу?
-Нет.
Я признался ему, что солгал Пэшу.
Вы помните этот разговор
об инциденте с Шевалье?
Я слышал столько версий, что...
раньше помнил,
но сейчас, уже не уверен.
И каков же был ваш вывод?
-Что у него была установка
типичного американского школьника
что в доносе на друга есть что-то плохое.
Ну, а теперь мы можем узнать
кто вступал посредником?
Это может касаться людей,
которые я бы не хотел вмешивать.
Это кто-то из участников проекта?
Член факультета, да,
но не участник проекта, нет.
А...
Итак, Элтентон обратился к нам через
одного из сотрудников Беркли.
Насколько я знаю, насколько я знаю, да.
Но там... может быть...
замешано более одного человека.
Джентльмены, если я...
если я кажусь несговорчивым,
думаю, вы можете понять.
что это из-за моего желания
не втягивать невинных
людей в неприятности.
Вы пытаетесь защитить своего
друга. Но кто защищает вас?
Вы могли бы.
Если вы дадите мне имя...
-Если прикажете, я это сделаю.
Так не пойдет, Роберт.
Вы должны добровольно назвать это имя.
Он назвал вам это имя?
Он сказал.
-Но не тогда, верно?
Нет тогда.
-В действительности,
это случилось несколько месяцев спустя, не так ли?
Верно.
Я слишком настойчив.
-Ну, это так и есть...
Вы настойчивы,
но это ваша работа.
А моя работа заключается в том, чтобы защищать
людей, которые на меня работают.
Прежде чем мы перейдем
к определенным действиям,
которые вызовут внимание к вашей персоне...
и могут вас потревожить,
Я хотел бы обсудить
их с вами в первую очередь.
Пока нет плана, я хочу
переварить всё это.
В течение нескольких месяцев между вашим
интервью с доктором Оппенгеймером,
и его окончательным назначением Шевалье,
тратили ли вы ресурсы на поиски
имени посредника?
-Значительные ресурсы, да.
Без знания имени нам было
сложно что-то сделать.
А когда вы узнали имя?
-Меня уже не было, когда Оппенгеймер
наконец, раскрыл его.
-Не было?
Они посчитали, что лучше
потратить это время в Европе,
определяя степень готовности
нацистского проекта бомбы.
Кто это сделал?
Генерал Гроувс.
Он перевел меня в Лондон.
Рановато для рождественской вечеринки.
Что-то случилось.
Толман уехал.
Где?
Рут не говорит.
Давай, Рути.
Уж мне ты можешь сказать?
Разделение, Оппи.
С чего ты взял.
что я знаю, где он находится?
Потому что у тебя есть дар
знать, где сейчас
мистер Толман, когда это очень важно.
Например, сейчас?
Внимание!
Досрочный рождественский подарок для всех вас.
Британский пилот посадил
меня в бомбовый отсек.
Он показал мне где кислород,
но я все испортил.
Когда меня достали
в Шотландии, я был без сознания.
Но я притворился, что дремал.
Пожалуйста, наслаждайтесь вечеринкой.
Достаточно ли она мощная?
-Чтобы закончить войну?
Чтобы закончить все войны.
Гейзенберг нашёл меня в Копенгагене.
Мне стало жутко: мой бывший студент
работает на нацистов.
Он рассказал кое-что
чтобы завлечь меня.
Устойчивое деление
реакции в уране.
Это больше похоже на
реактор, чем на бомбу.
Он упоминал
газовую диффузию?
Мне показалось, что он больше
сосредоточен на тяжелой воде.
В качестве замедлителя?
-Да, вместо графита.
Что?
Он свернул не туда.
Мы впереди.
И ты нам поможешь, Нильс...
Извините, не могли бы вы дать нам
минутку, господа?
Я здесь не для того, чтобы помогать, Роберт.
Я знал, что ты справишься без меня.
Тогда зачем ты пришел?
-Чтобы поговорить, что будет потом...
Сила, которую ты собираешься
открыть, переживет нацистов.
И мир не будет к ней готов.
"Вы можете поднять камень,
не будучи готовым к встрече со змеей, которая появится".
Мы должны заставить политиков
понять, что это не новое оружие.
Это новый мир.
Я буду делать там
что смогу, но ты...
Ты - американский Прометей.
Человек, который дал им
силу уничтожить самих себя.
И они будут это уважать.
Твоя работа только начинается.
Извини, Оппи, но тебя вызывают.
Из Сан-Франциско.
Роберт!
Роберт?
Роберт.
Роберт.
Боже, в чем дело?
Что случилось?
Звонил её отец.
Он нашел её вчера в ванной.
Кого?
Она приняла таблетки.
Оставила записку, не подписанную.
Она принимала барбитураты, но
в ее крови был хлоралгидрат.
Была записка.
Джин Тэтлок?
Мы были вместе.
Она сказала, что я ей нужен. Я...
Я сказал ей, что я...
Я бы не...
Я сказал ей, что я...
Нет, это был я, это всё я.
Вы совершил грех,
а потом мы все должны сожалеть о том.
что у этого есть последствия.
Возьми себя в руки.
От тебя зависит жизнь людей.
Дональд, может скажешь что-нибудь?
Помоги мне, пожалуйста.
-Ты сам по себе, приятель.
Боб, я не уйду с работы
потому что плутоний радиоактивен.
Мы просто не знаем, как это может сказаться
на женской репродуктивной системе.
-Твоя репродуктивная система
подвержена большему воздействию, чем моя.
-Может хватит?
Имплозионное устройство никуда не делось.
-Мы не можем торопиться. Оппи, пожалуйста.
Я, не тороплю, а предлагаю
начать работать, так что выбирайте.
Стоп, стоп, стоп.
Неддермайер делает свою работу.
Теллер не помогает.
Ты не помогаешь.
Я прошу расчеты
для имплозионных линз уже несколько недель.
Британцы могут это сделать. Фукс.
-Конечно.
Это твоя работа, Теллер.
-Я занят исследованием.
В отношении водородной бомбы
которую мы даже не создаём!
Я не буду работать с этим человеком.
А. Пусть идет.
Он примадонна!
-Согласен.
Пусть уезжает из Лос-Аламоса.
-Хорошо.
Кисти, ты заменяешь Неддермайера.
Сет, я назначаю тебя на плутоний.
Лилли, ты поможешь Кисти,
потому что он в тебе нуждается.
Фукс, ты берешь на себя роль Теллера.
Я назначаю тебя исключительно
на имплозивное устройство.
И никто не покинет Лос-Аламос.
Они не дают мне уехать!
-И я не дам тебе уехать.
Забудь про Ганса, забудь про деление.
Оставайся здесь, исследуй, что хочешь.
Термоядерный синтез, водородная бомба, что угодно.
Мы встретимся, поговорим об этом.
-У тебя нет времени на разговоры.
Ты теперь политик, Роберт. Ты
оставил физику много лет назад.
Раз в неделю.
Один час, ты и я.
Поднимите этот чертов шлагбаум!
Итак, "Супер" разрабатывался
во время вашего руководства в Лос-Аламосе?
Да.
И все же, после войны,
вы пытались отрицать её целесообразность.
Нет, нет, нет. Я отмечал
технические сложности в создании её.
Разве вы не пытались отменить проект
на заседании AEC
после испытания российской бомбы?
-Нет.
Но именно такова была рекомендация
AEC, не так ли?
После многочасового обсуждения
по поводу наилучшего решения.
H-бомба в 1000 раз
мощнее бомбы А.
Ее единственной предполагаемой целью
могут стать только крупнейшие города.
Это оружие массового геноцида.
-Иззи.
Нарисуйте несколько кругов на
этой стороне карты,
где они могли бы нацелиться на нас,
начиная с Нью-Йорка.
Справедливо.
-Вашингтон
Это оружие нападения
не имеющее оборонительного значения.
Сдерживание.
-Сдерживание?
Разве нам действительно нужно больше,
чем наш нынешний арсенал атомных бомб?
Вы, вы утонете в трех метрах воды
или в 3000, какая разница?
Мы уже можем утопить Россию.
И они это знают...
Теперь они могут утопить нас...
-Мы только нагнетаем обстановку...
Как я уже говорил, разработки Теллера все еще столь же непрактичны, как и во время войны.
Водородную бомбу можно создать Оппи.
Ты это знаешь.
Я не думаю, что мы должны тратить
все наши ресурсы на этот шанс.
Тогда как бы, по вашему мнению, Трумэну
успокоить американский народ?
Просто ограничив распространение
атомного оружия
через международный контроль
над ядерной энергией.
Имеется в виду мировое правительство.
Организация Объединенных Наций, как и предполагал Рузвельт.
Ну, я спросил, что должен сделать Трумэн,
верно? Мир изменился.
Не фашизм, а коммунизм
теперь угрожает нашему выживанию.
Льюис, ты понимаешь,
если мы создадим водородную бомбу,
у русских не останется выбора
кроме как создать свою собственную?
Может быть, они уже работают над ним?
Основываясь на информации, полученной
от шпиона в Лос-Аламосе...
Нет шпиона в Лос-Аламосе.
-Джентльмены...
Не было?
-Давайте не будем отвлекаться.
Я предлагаю использовать этот момент, чтобы добиться уступок от русских
взяв на себя обязательство, что мы не будем
создавать водородную бомбу.
Тем самым раскрыв ее существование.
О чем, как вы убеждены, они уже знают.
Хорошо.
Сейчас я хотел бы, чтобы члены комитета собрались наедине
для выработки окончательных рекомендаций.
Я просто не уверен, что вы
выбираете правильный путь.
Льюис, при всем уважении, мы
совещательный орган.
И мы дадим им совет.
Спокойной ночи.
Доктор Оппенгеймер? Здравствуйте.
Уильям Борден.
Объединенный комитет по атомной энергии.
О, да, да.
Во время войны я был летчиком.
Однажды ночью, возвращаясь с рейда,
я увидел удивительное зрелище.
Будто метеорит.
Ракета V2, летящая в Англию.
Я просто не могу не представить
что было бы
если бы такая вражеская ракета
несла атомную боеголовку.
Давайте постараемся, что бы это
не стало возможным.
Оппи, я не стоит выступать против Штрауса.
Если мы оба говорим, то меня слушают.
Когда ты говоришь, они слышат пророка.
Когда говорит Штраус, они слышат себя.
Пророка они будут слушать.
Пророк не может ошибиться. Никогда.
Вы обвиняли Оппенгеймера в саботаже
разработки "Супера"?
Я никогда не был одним из тех
кто разбрасывается такими терминами, как саботаж.
Но мистер Борден был?
-Как я понимаю, возможно.
Как мистеру Бордену удалось
составить столь подробное обвинительное заключение?
Он больше не был государственным служащим,
но, судя по всему, у него был
неограниченный доступ
к досье доктора Оппенгеймера.
Мог ли мистер Николс
предоставить ему доступ к досье?
Или кто-то другой в AEC?
Это очень серьезное обвинение, сенатор.
Вы хотите сказать, что
что доктор Оппенгеймер нелоялен
к Соединенным Штатам?
Я всегда считал и продолжаю считать,
что он предан Соединенным Штатам.
Я верю в это и буду верить,
пока я не увижу убедительных
доказательств обратного.
Вы считаете или не считаете, что
доктор Оппенгеймер представляет угрозу безопасности?
Если позволите, послушайте, Гитлер вышиб себе мозги в бункере,
так что по моему скромному мнению
нет никакой необходимости
чтобы эту бомбу использовали
где-либо, кроме этого полигона.
Мы, по крайней мере, должны
хотя бы на минуту задуматься о том.
оправдывают ли средства
цели, потому что...
Германия вот-вот капитулирует.
Теперь уже не враги являются
наибольшей угрозой для человечества.
А наша работа.
Гитлер мертв. Это правда.
Но японцы продолжают сражаться.
Их поражение очевидно.
Нет, если вы - солдат, готовящийся к вторжению.
Мы можем закончить эту войну.
Но как мы можем оправдать применение
этого оружия против людей?
Мы теоретики.
Так?
Мы представляем себе будущее,
и наши фантазии приводят нас в ужас.
Они не будут бояться этого,
пока не поймут,
а они не поймут, пока не используют.
Когда мир узнает
страшную тайну Лос-Аламоса,
наша работа здесь обеспечит
мир, которого человечество еще не видело.
Мир, основанный на таком
международного сотрудничества
которое всегда предвидел Рузвельт.
Успехи?
-Два года и миллиард долларов.
Трудно определить цену.
-Не совсем, просто сложите все счета.
Бесплатные роды в сельской местности.
В первый год родилось 80 детей.
В этом году - 10, в месяц.
Контроль рождаемости немного
не входит в мою компетенцию, генерал.
Ясно.
-Генерал.
Всем опустить голову.
Фукс, голову вниз.
Вот так!
Две работоспособные бомбы.
Мне нужна дата.
Сентябрь.
Июль.
Это то что надо, господа.
Август.
Июль.
Испытания в июле.
Но мне нужен мой брат.
Фрэнк знает пустыню.
Он оставил политику позади.
Он работает с Лоуренсом уже два года.
Как назовем испытание?
"Сердец господин,
Бог триедин"
Что?
Тринити.
Вы настояли на том, чтобы пригласить своего
брата Фрэнка, известного коммуниста.
Бывшего коммуниста.
Вы привлекли бывшего коммуниста...
на самый секретный
и важный оборонный проект Америки.
Я знал, что моему брату
можно доверять. Безусловно.
Но могли ли вы здраво оценивать
о том, кому из команды можно доверять?
Фукс, голову вниз.
Хорошо. Все готовы?
Что ж, надеюсь, вы что-то поняли.
-Да, мы узнали, что нам нужно
быть гораздо дальше.
-Ну что ж, разбирайтесь, быстро.
Утром мы вылетаем в Вашингтон.
Мы собираемся сообщить ему дату.
Вы далеко от Чикаго, Лео.
Если мы не примем меры сейчас, они используют эту штуку против Японии.
Мы назначили встречу с Трумэном,
но кто-то её отменил.
Ты встретишься с военным министром.
То, что мы ее строим, не означает,
что мы можем решать, как её использовать.
История рассудит нас, Роберт.
В Чикаго мы составили петицию.
Я не... Я не буду
участвовать в этом.
Скажи что тебя волнует,
и я передам.
Что меня волнует? Германия побеждена.
Япония не продержится в одиночку.
Откуда ты можешь это знать?
Ты втянул нас в это.
Вы и Эйнштейн, с вашим письмом к
Рузвельту о том, что мы можем создать бомбу.
Против Германии.
Оружие так не работает, Сцилард.
Оппи, ты должен помочь.
Ферми там будет.
Лоуренс тоже.
Они - это не ты. Ты
лучший продавец науки.
Ты можешь убедить кого угодно в чем угодно.
Даже самого себя.
Простите.
Бомбардировка в Токио унесла жизни
100 000 человек, в основном гражданских лиц.
Меня пугает Америка, когда мы
делаем такие вещи, и никто не протестует.
Перл-Харбор, и три года
жестокого конфликта на Тихом океане,
дает большую свободу действий
с американской общественностью.
Достаточно, чтобы взорвать атомную бомбу?
А-бомба, возможно, не нанесет такого
ущерба, как бомбардировки Токио.
Каковы ваши прогнозы?
В среднем городе...
20-30 тысяч погибших.
Да, но не стоит недооценивать
психологическое воздействие
атомного взрыва.
Огненный столб высотой 3 километра,
смертоносные нейтронные эффекты в радиусе 2х километров,
во всех направлениях, от одного единственного устройства.
Сброшена с едва заметного самолета B-29,
атомная бомба станет...
ужасным проявлением божественной силы.
Если это правда, то это станет точкой.
Вторая мировая война будет закончена.
Парни вернутся домой.
Военные цели?
Но нет ни одной достаточно большой.
Возможно, жизненно важный военный завод,
с размещением рабочих поблизости.
И мы могли бы предупредить их
чтобы уменьшить количество жертв среди мирного населения.
Они бы послали все
что у них есть, против нас,
и я был бы в этом самолете.
Если мы объявим об этом,
и она не взорвется,
мы сорвем все шансы
на капитуляцию Японии.
Нет ли способа продемонстрировать
бомбу Японии, чтобы спровоцировать капитуляцию?
Мы намерены продемонстрировать это в
наиболее недвусмысленно.
Дважды.
Один раз для демонстрации мощности оружия,
и второй, чтобы показать, что мы можем
продолжать это делать, пока они не сдадутся.
У нас есть список из
12 городов на выбор.
Извините, 11.
Я исключил Киото из списка,
в связи с его культурной значимостью
для японского народа.
Кроме того, мы с женой провели там медовый месяц.
Это великолепный город.
Давайте я упрощу, господа.
Согласно моим разведданным,
которыми я не могу с вами поделиться,
японский народ не сдастся,
ни при каких обстоятельствах,
кроме успешного и полного
вторжения на родные острова.
Погибнет много людей,
американцев и японцев.
Применение атомной бомбы
на японские города спасет жизни людей.
Если мы сохраним моральное преимущество.
Как это?
-Ну, если мы используем это оружие.
не поставив в известность наших союзников,
они воспримут это как угрозу,
и мы окажемся втянутыми в гонку вооружений.
Насколько открытыми мы можем
быть с Советами?
Секретность не помешает Советам
стать частью атомного мира.
Нам доложили, что у них нет урана.
-Вы были дезинформированы.
Русская бомба - это вопрос времени.
Программа должна
продолжаться полным ходом и после войны.
Секретарь Симпсон, если позволите,
не все ученые, участвующие в
проекта едины во мнении.
На самом деле, это может стать моментом
для рассмотрения других мнений.
Если поговорить с учеными...
-Манхэттенскому проекту мешали
с самого начала некоторые ученые...
сомнительной рассудительностью,
и неопределенной лояльностью.
Один из них только что пытался
встретиться с президентом.
Нам нужны эти люди,
но как только это станет возможным,
мы должны исключить всех таких
ученых из программы.
Вы согласны, доктор?
Если русская бомба неизбежна,
возможно, нам следует пригласить
их ведущего ученого в Тринити.
Президент Трумэн не намерен
повышать ожидания
что Сталин будет включен
в атомный проект.
Сообщим ему о нашем прорыве,
и представив это как
средство для победы в войне,
не нужно давать
невыполнимых обещаний.
Однако Потсдамская мирная конференция в июле
станет для президента Трумэна последним
шансом провести этот разговор.
Сможете ли вы к тому времени дать нам работающую бомбу?
Несомненно.
Мы проведем тестовый взрыв перед конференцией.
Стартовый пункт. Наблюдательные посты
на расстоянии 9ти километров, на севере, юге и западе.
Откуда производится взрыв?
-Юг, 9 километров.
А основной лагерь в 16 километрах к югу отсюда.
И есть еще один наблюдательный
пункт на том холме, в 30 километрах.
Что это, Фрэнк?
Пусковые линии уже есть.
ВВС запросили полосу освещения для своего B-29.
Какой B-29? Наша бомба на башне.
Они хотят воспользоваться испытанием
для подтверждения безопасного рабочего расстояния.
-Это рискованно.
Но не так рискованно, как
сбросить ее над Японией,
и надеяться, что мы не ошиблись с радиусом взрыва.
Не позволяй им замедлить нас,
мы взрываем 15-го.
15-го? Это не...
-15-го.
15-го.
Итак, я буду здесь, на
Южном наблюдательном пункте
с Фрэнком и Кистяковским.
Вы все будете направлены в лагерь,
Западном или Дальнем пункт наблюдения.
Эй, эй, эй! Осторожнее с ножом.
Это безопасное расстояние?
Основано на твоих расчетах.
Пора постоять за
твоё дело, Ханс. Буквально.
А как же радиоактивное облако?
Без сильного ветра,
оно не выйдет за пределы 4-5 километров.
В крайнем случае, примут меры по эвакуации.
Но нам нужна хорошая погода
для видимости, поэтому всё пройдет по плану.
Все на выход!
Мы едем в ночь на 15-е.
Сроки жесткие.
Так что если есть что сказать, говорите сейчас.
Так, стоп, стоп!
Все на матрасы.
Положите матрас туда, под него.
Стоит провести последний тест на имплозию.
Это не повредит.
-Делай.
Что еще может нам помешать?
Всё началось, да?
Я передам сообщение.
Если все прошло как надо:
"Простыни высохли".
Роберт.
Ни пуха.
Взгляни.
Оппи ставит на очень
скромные три килотонны.
Вердикт Теллера - 45.
-20!
20 000 тонн тротила.
А кто-нибудь хочет поставить на
на воспламенение атмосферы?
Вы хотите сказать, что нам придется отложить?
Я считаю, что это разумно.
Погода на полигоне такая же?
Бете звонит, чтобы сказать.
что испытание имплозии провалилось.
Алло, Ханс? Да, он здесь.
Да.
Он ошибается?
Нет.
-Нет?
Нет.
Значит, всё это в пустую?
Нет.
-Объясни!
Ну, я не могу. Я просто, я...
Я просто знаю, я знаю, что
имплозионные линзы сработают.
Если мы запустим эти детонаторы
и они не вызовут реакции,
двухлетний запас плутония будет разбросан по Уайт-Сэндс.
Месяц моей зарплаты против
десяти баксов что смогут.
О, Господи!
Ветер усиливается,
но не дождь. Сверкает молния.
Думаю, пора
сказать своим людям, чтобы они убирались
от стальной башни
с атомной бомбой?
Пойдемте в Южный пункт.
-Заберите их
-Там и определимся.
Группа не спала две ночи!
Если мы отступимся и обезвредим бомбу
мы вернемся сюда не скоро!
И мы пропустим Потсдам!
Я должен сообщить Трумэну
к семи, наше окно закрывается.
Что это такое?
-Дождь, ветер, молния.
Надолго, черт возьми?
-Крепко вдарило!
До рассвета всё стихнет.
Откуда вы это знаете?
-Я знаю эту пустыню.
Воздух остывает за ночь.
Перед самым рассветом буря стихает.
Вы можете быть правы,
но назначайте как можно позже.
-Пять тридцать.
Подпиши свой прогноз.
Если ты ошибешься, я тебя повешу.
Скажи им всем. Пять тридцать.
-Пять-тридцать, пять-тридцать!
Три года, 4 000 человек,
два миллиарда долларов.
Если она не взорвется,
нам обоим конец.
Ставлю на три килотонны.
Если меньше, то они не поймут, что это такое.
А что Ферми имел в виду под,
воспламенением атмосферы?
Ну, у нас был момент, когда
казалось, что цепная реакция
от атомного устройства может никогда не прекратиться.
Воспламенение атмосферы.
Почему Ферми до сих пор принимает ставки?
Считайте это чёрным юмором.
Подождите, вы хотите сказать, что есть шанс
что когда мы нажмем эту кнопку,
мы уничтожим мир?
Ничто в наших исследованиях, проведенных за
три года не подтверждает этот прогноз,
кроме как в качестве самой малой возможности.
Насколько малой?
-Шансы близки к нулю.
Близки к нулю?
Что вы хотите от одной только теории?
Ноль было бы неплохо.
Ровно через час...
и 58 минут мы узнаем.
Ослабевает.
Группа оружейников покинула вышку,
и направляется сюда.
Включить рубильники.
Заводите машины! Будьте готовы
к экстренной эвакуации.
...сварочное стекло.
Всем занять свои места.
Всем взять по сварочному стеклу!
Возьмите сварочное стекло!
20 минут.
20 минут!
Это 20 минут!
На ногу, пожалуйста.
Фейнман?
-Нет.
Стекло блокирует ультрафиолет.
А что остановит осколки?
Я еду в основной лагерь.
Желаю удачи.
Роберт?
Постарайтесь не взорвать мир.
Следи за иглой.
Если детонаторы не заряжаются,
и напряжение упадет ниже одного вольта,
ты жмешь эту кнопку и всё остановишь. Понял?
Понял.
Две минуты до детонации.
Всем лечь!
Не поворачивайтесь, пока не увидите
свет, отражающийся от холмов.
Тогда смотрите на взрыв только через сварочное стекло.
90 секунд до детонации.
80 секунд до детонации.
Впиталось?
Да.
60 секунд до детонации.
Ожидание хуже всего.
30 секунд.
Детонаторы заряжены!
Семнадцать.
Шестнадцать.
Пятнадцать.
Четырнадцать.
Тринадцать.
Двенадцать.
Одиннадцать.
Десять.
Девять.
Восемь.
Семь.
Шесть.
Пять.
Четыре.
Три.
Два.
Один.
"Теперь я стал Смертью...
разрушителем миров".
Сработало.
Ты должен мне десятку!
Давай!
-Я... Я не против, Кисти.
Да ты что!
Конечно ты не против!
Срочно соедините меня с Потсдамом.
Передайте сообщение Китти.
Мы не можем ничего передать.
-Скажи ей "Простыни высохли"
Алло?
-Привет, Китти?
Что? Что? Шарлотта?
Шарлотта, продолжай. Продолжайте.
О, эм, ну, я не уверена,
он просил передать тебе,
"Простыни высохли"
Китти?
Китти? Китти, ты еще здесь?
Если она взорвется слишком высоко в воздухе,
взрыв будет не таким мощным.
С уважением, доктор Оппенгеймер,
дальше мы сами.
Трумэн общался со Сталиным в Потсдаме?
"Общался" это слишком громко сказано.
Он упомянул о мощном
новом оружии.
Сталин... надеется, что мы применим его против Японии.
И это все?
Роберт, мы дали им козырь.
Теперь они должны играть сами.
Вы планируете на шестое число?
Это решать командующему в Тихом океане.
Мне поехать с вами в Вашингтон?
Зачем?
Ну, что ж, держите меня в курсе.
Конечно.
По возможности.
Сдались бы японцы
если бы знали, что их ждет?
Не знаю.
Ты видел петицию Сциларда?
Откуда, черт возьми, Сцилард
знает о японцах?
Ты же не подписал её?
Многие подписали.
Очень многие.
Эдвард...
тот факт, что мы создали эту бомбу
не значит,
что у нас есть право или что это наша ответственность
решать, как ее будут использовать.
Но мы единственные, кто об этом знает.
Я рассказал Стимсону о том, что мнения разделились.
А каково твое мнение?
После использования...
ядерная война, возможно...
все войны...
станет немыслима.
Пока кто-нибудь
не создаст побольше.
Думал, они позвонят.
Еще только пятое.
В Японии - шестое.
Шарлотта?
Набери Гроувса.
Ничего?
Шарлотта?
-Трумэн на радио.
16 часов назад,
американский самолет
сбросил одну бомбу на Хиросиму,
и уничтожил ценные объекты противника.
Бомба обладает большей мощностью
чем 20 000 тонн тротила.
Это атомная бомба.
Мы овладели
перозданной силой Вселенной.
Гроувс на первой.
Генерал?
Я очень горжусь вами,
и всеми вашими людьми.
Все прошло успешно?
Судя по всему, все прошло с огромным успехом.
Ну, все здесь испытывают облегчение.
Это был долгий путь.
Я думаю, что один из
самых мудрых поступков в моей жизни
это когда я выбрал вас
руководителем Лос-Аламоса.
Мы потратили более
более двух миллиардов долларов
на величайшую научную
авантюру в истории,
и выиграли.
Оппи! Оппи! Оппи!
Мир...
будет помнить этот день.
Еще слишком рано...
Слишком рано для определения
каковы результаты бомбардировки.
Но спорю, японцам это не понравилось.
Я так горжусь.
Я так горжусь тем, чего вы достигли.
Жаль только, что мы не успели
использовать её против немцев.
Доктор Оппенгеймер?
Доктор Оппенгеймер?
Отличное фото.
Президент Трумэн сейчас вас примет.
Доктор Оппенгеймер, это большая честь для меня.
Господин Президент.
-Прошу.
Спасибо.
Секретарь Бирнс.
Каково это - быть самым
известным человеком в мире?
Вы помогли спасти много американских жизней.
То, что мы сделали в Хиросиме...
-и Нагасаки.
Разумеется.
Ваше изобретение позволило нам
вернуть наших парней домой.
Ну, вряд ли это было... мое изобретение.
Именно вы на обложке Time.
Джим сказал мне, что вы обеспокоены
гонкой вооружений с Советами.
Ах, да, ах...
Ну...
это то, что сейчас
наш шанс обеспечить...
международное сотрудничество
по атомной энергии,
и-и-и я обеспокоен...
Вы знаете, когда у Советов
будет бомба?
Я не думаю, что смогу дать...
Никогда!
Никогда.
Господин президент, у русских
есть хорошие физики,
и, и богатые ресурсы...
-Богатые?
Да.
Не думаю.
Ну, они вложат
все, что у них есть...
Я слышал, что вы покидаете Лос-Аламос.
Что нам с ним делать?
Отдать индейцам.
Доктор Оппенгеймер...
если то, что вы говорите о
Советах - правда,
мы должны расширить Лос-Аламос,
а не закрывать его.
Господин Президент...
Эмм...
Я чувствую, что у меня
руки в крови.
Вы думаете, что кому-нибудь
в Хиросиме или...
Нагасаки, есть дело до того, кто создал бомбу?
Им важно, кто ее сбросил.
Я.
Хиросима - это не про вас.
Доктор Оппенгеймер.
Не пускайте сюда этого нытика!
Роберт видел, что
что заламывание рук ни к чему не приведет.
К тому времени, когда я с ним познакомился, он уже полностью принял
свою репутацию "отца бомбы".
И использовал свою репутацию для влияния на политику.
Доктор, в годы
после войны,
могли бы вы сказать, что вы
оказали значительное влияние
на ядерную политику США?
Я думаю, что слово "значительное"
было бы преувеличением.
Правда? Я имею в виду, взгляните
на историю с изотопами.
Разве не вы лично заткнули всех противников их экспорта?
...Вы можете использовать бутылку пива
при создании атомного оружия. На самом деле, так и есть.
Я был выступал с речью, но мнение
среди ученых было единодушным.
Все это время, когда маккартизм был на подъеме,
он знал, что уязвим.
Его брат был внесен в черный список
во всех университетах страны.
Ломаниц стал работать
на железной дороге, укладывая рельсы.
Шевалье отправился в изгнание.
Но все это не остановило Робера.
от того, чтобы подтолкнуть GAC
рекомендовать контроль над вооружениями,
вместо создания H-бомбы.
Он был разочарован, когда Трумэн
отклонил их рекомендации.
Я скучаю по Ричарду больше, чем могу вынести.
Я знаю, Рут. Я знаю.
Я просто рада, что он не дожил
чтобы увидеть, к чему все это привело.
А вот и именинник, чтобы позлорадствовать...
Веселитесь.
Роберт, мой сын и его невеста
отчаянно хотят встретиться с
отцом атомной бомбы, поэтому...
Здравствуйте.
Сейчас не самое подходящее время?
А ты как думаешь, Льюис?
Я думаю, это должно быть
стало для тебя ударом.
Для всего мира.
Для всего мира? Разве Фукс так много
значит для остального мира?
Фукс?
Клаус Фукс?
О, Боже. Ты еще не слышал.
Клаус Фукс, британский ученый
которого ты включил в
имплозионную группу в Лос-Аламосе.
Оказывается, он ...
Он шпионил в пользу
Советского Союза все это время.
Мне очень жаль.
После того, как правда о
Фуксе вышла наружу,
ФБР усилило наблюдение за ним.
Он знал, что его телефон прослушивается.
За ним повсюду следили.
В его мусоре копались.
Но он никогда не переставал
говорить свои мысли.
Человек с убеждениями.
И, возможно, он думал, что слава
может защитить его.
Когда Эйзенхауэр вступил в должность,
он увидел еще один шанс.
Он им воспользовался.
Америку и Россию можно сравнить...
с двумя скорпионами в одной бутылке.
Каждый из них способен убить другого,
но только с риском для собственной жизни.
Существуют различные
аспекты этой политики...
Многие ученые обвиняют меня,
но как я мог защитить его?
...слишком секретны для обсуждения.
Откровенность - единственное средство.
Власть в Вашингтоне должна начать
на равных говорить с американским народом.
Это стало последней каплей
для врагов Роберта.
И тогда он потерял свой допуск.
А вместе с ним и авторитет.
Но как они могли это сделать?
Он был героем войны.
Он уже рассказал всем о своем прошлом.
Борден все раскопал.
Как Борден смог получить доступ
к досье Оппенгеймера в ФБР?
Мог ли это быть Николс?
Нет, я не могу представить, чтобы он это сделал.
Тот, кто это сделал, вызвал огненную бурю
которая прожгла путь от Белого дома,
прямо к моему столу в AEC.
Ты видел их лица, да?
Я всю жизнь вкалывал, чтобы попасть сюда.
Кабинет министров
Соединенных Штатов Америки,
и сейчас, перед всей страной,
они хотят поставить меня на место.
Ничтожный продавец обуви.
Льюис, мы можем выиграть это дело.
Я думаю, мы сможем убедить Сенат
что вы выполнили свой долг,
хотя это и было невыносимо.
Итак, помогут ли нам показания Хилла?
-Хилл подойдет.
Я не очень его знаю, но он был
одним из парней Сциларда в Чикаго.
И они никогда не простили Роберта за то, что он не
поддержать петицию
против бомбардировок Японии.
Снимок сделан через 31 день после бомбардировки.
Практически все люди на улицах,
на километр вокруг,
получили мгновенные и серьезные...
ожоги.
Японцы говорили о людях, что
носили полосатые одежды, у которых
кожа была выжжена полосами.
Было много тех, кто
считали себя счастливчиками,
они выбрались из
руин своих домов,
получив лишь легкие травмы.
Но они все равно умерли.
Они умирали спустя несколько дней или недель,
от лучей, подобных иридиевым
испускаемых в большом количестве
в момент взрыва.
Читал эту чушь в газетах?
Британский физик заявляет
атомные бомбардировки были
не последним актом Второй мировой войны,
а первым актом холодной войны с Россией.
Какой физик?
Думаю, вы знакомы.
Патрик Блэкетт.
Он, возможно, прав.
Стимсон теперь говорит мне что
мы бомбили врага, который
был, по сути, побежден.
Роберт, теперь ты оказываешь влияние на всех.
Пожалуйста,
убеди их продолжить
мои исследования по "Супер".
Я не могу и не хочу, Эдвард.
Почему бы и нет?
Это неправильное применение наших ресурсов.
Ты действительно в это веришь?
Дж. Роберт Оппенгеймер?
Сфинксоподобный гуру атома?
Никто не знает, во что ты веришь.
А ты сам? А?
Последний раз, наш программный директор,
доктор Дж. Роберт Оппенгеймер.
Я надеюсь, что в будущем,
вы будете вспоминать о своей работе здесь с гордостью.
Но сегодня эта гордость омрачена серьезными опасениями.
Если атомное оружие будет добавлено
в арсеналы воюющего мира,
то наступит день, когда люди
проклянут слово "Лос-Аламос".
Извините, адмирал.
Остановился, чтобы взять это.
Это выглядит довольно благоприятно.
Там и Оппенгеймер. Что написано?
Э-э, "Дж. Роберт Оппенгеймер.
Штраус остановил его...
"и США победили".
Это сработает.
Вы сказали именно эти слова.
Нам нужно было сменить курс.
Но откуда вы знали, что
напишет журнал "Тайм"?
Генри Люс - мой друг.
Вы сидели здесь и позволили мне
рассказывать вам, что к чему,
но вы все это время был далеко впереди.
Для выживания в Вашингтоне.
Важно знать, как добиться результата.
Ясно.
Что вы там говорили про Бордена?
Зачем самому заносить нож?
Я начинаю думать, что Борден
держал нож для вас.
Все сводится к тому, насколько сильно влияние
Борден смог оказать на Теллера.
Я сказал что-то смешное?
Просто "Борден, Борден, Борден",
когда мы все знаем, что это Штраус.
Льюис привел меня
в Принстон, Китти.
А потом ты унизил
его прямо в Конгрессе.
Но полезнее, чем бутерброд!
Ну как?
Даже немного чересчур, Роберт.
Это было шесть лет назад.
Поистине злопамятные,
терпеливы как святые.
Штраус совершенно четко дал понять
что он соблюдает нейтралитет.
Очнитесь! Это Штраус!
Это всегда был Штраус, и ты это знаешь!
Почему ты не хочешь с ним бороться?
Это был не Николс, не Гувер,
или один из людей Трумэна.
Это были вы.
Вы отдали досье Бордену.
Вы натравили его на Оппенгеймера.
Вы убедили его...
-Бордена...
не понадобилось убеждать.
Не торопитесь,
исследуйте всё дело.
Напишите свое заключение,
отправьте в ФБР.
Материал, очевидно, обширный,
но ничего нового здесь нет.
Ваше заключение будет чем-то новым.
И на него надо будет ответить.
Гувер передаст их Маккарти?
Оппенгеймер слишком изворотлив
для этого клоуна-самоучки.
Я обсудил это с Гувером.
Он будет держать МакКарти в узде.
пока вы будете заниматься этим с AEC.
Судебное разбирательство?
-Нет, никакого суда.
Нельзя давать Оппенгеймеру трибуну.
Нельзя превратить его в мученика.
Нам нужно систематическое уничтожение
авторитета Оппенгеймера,
чтобы он больше никогда не мог высказываться
по вопросам национальной безопасности.
Что тогда?
Маленькая обшарпанная комнатка.
Вдали от всеобщего внимания.
Простая бюрократическая процедура.
Его допуск. Он подлежит продлению.
Вы отправляете свое заключение в ФБР...
Гувер отправляет их в AEC.
Вы вынуждены действовать.
Составляете обвинительное заключение.
Сообщаете Оппенгеймеру,
что его допуск не будет продлен.
Но предложите ему возможность подать апелляцию.
Как видишь, Роберт,
оно еще не подписано.
Могу ли я взять это?
-Нет.
Если ты решишь подать апелляцию,
они должны будут выслать тебе копию.
Когда он подаст апелляцию, а поверьте мне,
он это сделает, я назначу комиссию.
У них, конечно, будет адвокат.
Прокурор?
-Одно название.
Кто?
-Роджер Робб.
Ауч.
Робб получит допуск
на изучение дела Оппенгеймера.
Как и у коллегии Грея.
А вот адвокат защиты - нет.
Закрытое слушание.
Так называемая компрометирующая информация
в вашем обвинительном заключении против меня...
Ни публики, ни журналистов,
ни обязанности доказывать.
Не нужно доказывать?
Мы не судим.
Мы просто отказываем.
Как вы сказали?
Просто так принято в этой игре.
Ну, простите мою наивность.
Дилетанты в поиске солнца, а их съедают.
Власть остается в тени.
Но, сэр, вы... вы
теперь не в тени.
Да, поэтому все должно получиться.
Что ж...
Теллер дает показания сегодня утром.
Это поможет. А потом...
Хилл во второй половине дня.
Хилл тоже нам поможет.
Как видишь, Роберт,
он еще не подписан.
Могу я взять это себе?
-Нет.
Если ты решишь подать апелляцию, то
они должны будут выслать тебе копию.
Бери мою машину и водителя, я настаиваю.
Мне нужно связаться с моими адвокатами, Льюис.
Конечно. Но не затягивай.
Я не в силах сдержать Николса.
Мне жаль, что до этого дошло, Роберт.
Я считаю, что это неправильно.
Николс считает, что я должен побороться,
чтобы занести всё в протокол.
Штраус хочет, чтобы я смирился.
Штраус знает, что ты не можешь этого сделать.
Это значит, что ты согласишься с обвинением.
Ты потеряешь работу.
Ты потеряешь свою репутацию.
Мы потеряем свой дом.
Роберт, мы должны бороться.
Как советник AEC, я не могу представлять вас.
Я позвоню Ллойду Гаррисону.
О, он хороший.
Самый лучший, но я должен предупредить тебя
это будет нечестный бой.
Во время интервью с Борисом Пэшем
в 1943 году, вы ссылались на микропленку?
Нет.
-Таблица 11, страница 1, абзац 3.
Вы никогда не говорили: "сотрудник консульства,
специалист по использованию микропленки"?
Извините...
-Нет.
Я хотел бы знать, какой документ
цитирует мистер Робб,
и можно ли предоставить нам копию.
Это секретный документ, мистер Гаррисон.
Я думаю, нам следует вернуться
к информации из первых рук.
Она и есть из первых рук.
Как так, Роджер?
Велась запись интервью.
Вы позволили моему клиенту сидеть здесь
и потенциально лжесвидетельствовать,
а все это время у вас была запись?
Никто не просил вашего клиента
искажать свои ответы.
Искажать? Это было 12 лет назад!
Мы можем послушать эту запись?
У вас нет
разрешения, мистер Гаррисон.
Но вы зачитываете
ее в протокол!
Пожалуйста, пожалуйста. Это разбирательство
заинтересовано в провокации или в истине?
Если это правда, то где раскрытие информации?
Где список свидетелей?
Мистер Гаррисон, это не судебный процесс,
как вам хорошо известно.
Правила предоставления доказательств не применимы.
Мы имеем дело с национальной безопасностью.
Да, сэр, со всем уважением,
Я не понимаю, как национальная безопасность
мешает обвинению
предоставить нам список свидетелей!
-Возможно, мы нуждаемся в
в небольшом перерыве.
-Джентльмены. Даю слово.
Если вы скажете, что они взяты из
стенограммы, то я приму их.
Я уже объяснял.
Я придумал какую-то чушь.
А зачем кому-то придумывать
такую замысловатую историю?
Потому что я был идиотом.
Зачем врать?
Ну, очевидно, чтобы не
раскрывать, кто был посредником.
Ваш друг, Хокон Шевалье,
коммунист.
Он все еще ваш друг?
Да.
Доктор Раби, спасибо, что пришли.
Вы знаете, кого еще
обвинение вызвало?
Теллер, очевидно.
Они спрашивали Лоуренса.
Что он сказал.
-Он не собирался им помогать,
но...
-Но?
Штраус рассказал ему, что у вас с Рут Толман
был роман много лет.
Все то время, пока вы жили
с ними в Пасадене.
Он убедил Лоуренса, что
Ричард умер от разрыва сердца.
Это абсурд.
-Что именно?
Разбитое сердце.
Ричард так ничего и не узнал.
Лоуренс будет давать показания?
Я не знаю.
Доктор Раби, какие государственные
должности вы занимаете в настоящее время?
Я являюсь председателем
общего консультативного комитета
при АЕС, сменив на этом посту
доктора Оппенгеймера.
Как долго вы
знаете доктора Оппенгеймера?
С 1928 года. Я... Я знаю его довольно хорошо.
Достаточно хорошо, чтобы говорить о
его преданности и характере?
Доктор Оппенгеймер - человек
с отличным характером.
И он предан
Соединенным Штатам и своим друзьям,
и учреждениям, в которых он служит.
Ешь.
Кто там был?
Не беспокойся.
После испытания русской атомной бомбы,
приходил ли к вам доктор Лоуренс
по поводу водородной бомбы?
Вам лучше спросить у него.
Ну, я так и сделаю.
Могли бы вы сказать, что доктор Оппенгеймер
был категорически против водородной бомбы?
Нет, он считал, что программа термоядерного синтеза
будет осуществляться за счет
нашей прекрасно работающей программы деления.
Но это оказалось не так.
Без первого не было бы и второго.
Предположим, что комиссию
не устроит тот факт
что в своих заявлениях
доктор Оппенгеймер не был полностью правдив,
как вы думаете, стоит ли его оправдать?
Зачем устраивать такое после всего
чего добился доктор Оппенгеймер?
Посмотрите на его послужной список.
У нас есть атомная бомба,
и множество вариантов.
У нас есть целая серия супербомб.
Что вам еще нужно?
Русалки?
Я знаю секретаря Штрауса уже много лет.
И я считаю необходимым заявить
о том какую горячую поддержку
для науки и ученых проявлял Льюис.
Сейчас мы прервемся.
Если нет неотложных дел.
-Сенатор, я хотел бы еще раз попросить
чтобы нам предоставили
список свидетелей.
И я напомню кандидату
что мы не всегда располагаем
этой информацией заранее.
Известно, что доктор Хилл
будет здесь после обеда.
Господин председатель, наш следующий
свидетель, доктор Лоуренс,
очевидно, заболел колитом.
Поэтому мы продолжаем с
Уильямом Борденом.
Мистер Борден, добро пожаловать. Пожалуйста, присаживайтесь.
Мистер Борден,
во время вашего расследования
в отношении доктора Оппенгеймера,
пришли ли вы к определенным заключениям?
Да.
-А было ли время,
когда вы выразили эти мысли
в письме к мистеру Дж. Эдгару Гуверу,
главе Федерального бюро расследований?
-Все верно.
Перед написанием письма,
обсуждали ли вы его написание
с кем-либо из сотрудников
комиссии по атомной энергии?
Нет.
-Отлично.
У вас есть копия письма?
-Она у меня перед глазами.
Не будете ли вы так любезны прочитать его, сэр?
"Уважаемый мистер Гувер,
цель этого письма
состоит в том, чтобы заявить..."
-Простите, извините, если бы я мог...
В чем смысл этой задержки?
Он просто собирается прочитать письмо.
Господин председатель,
я впервые вижу это письмо.
И я вижу здесь заявления, по крайней мере, одно,
которые, как мне кажется, не стоит озвучивать под запись.
Это обвинения, которые
ранее не выдвигались,
которые не являются частью
обвинительного заключения Николса.
Обвинения такого рода, которым
я считаю, не должны здесь звучать.
Свидетель написал это письмо
по собственной инициативе,
излагая доказательства, которые уже были вынесены на рассмотрение комиссии.
Его выводы являются достоверными свидетельствами,
так же, как и положительные заключения
друзей доктора Оппенгеймера.
Это работает в обе стороны.
Как долго это письмо у вас в распоряжении?
Я в данном случае не подвергаюсь
перекрестному допросу с вашей стороны, мистер Гаррисон.
Мистер Гаррисон, учитывая, что мы
все в совете директоров прочитали это письмо,
не будет ли лучше
прочитать его под запись?
Продолжим.
"Уважаемый мистер Гувер,
"Цель этого письма
является изложение моего мнения,
"основанное на многолетнем изучении
имеющихся секретных данных,
"что, с большой долей вероятности,
"Дж. Роберт Оппенгеймер
является агентом Советского Союза.
"Следующие
выводы обоснованы.
"Первое - в период с 1929 по 1942 гг,
с большой долей вероятности,
"Дж. Роберт Оппенгеймер был
достаточно убежденным коммунистом
"что он добровольно выдал
информацию Советам.
" Второе, с большой вероятностью,
"С тех пор он действует
как агент разведки.
"Третье.
"С большой долей вероятности он
действовал в соответствии с советской директивой
"при оказании влияния на
военную политику Соединенных Штатов".
Оченно жаль, Роберт.
- "Атомная энергия, разведка и..."
Кто-нибудь когда-нибудь скажет правду
о том, что здесь происходит?
Сейчас мы заслушаем доктора Дэвида Хилла.
Доктор Хилл, не хотите ли вы
выступить с заявлением?
Спасибо.
Меня попросили дать показания
о Льюисе Штраусе,
человека, который много лет проработал
на высоких государственных должностях,
и известен как человек серьезный,
трудолюбивым и умным.
Высказанное мною мнение является моим собственным,
но я полагаю, что многое из того, что я хочу сказать, поможет понять, почему
большинство ученых в этой стране
не хотели бы, видеть мистера Штрауса
в составе правительства.
Вы имеете в виду враждебность
некоторых ученых,
направленной на мистера Штрауса,
из-за его верности идеям безопасности,
как это было в случае с делом Оппенгеймера?
Нет.
Из-за личной мстительности
которую он проявил по отношению к доктору Оппенгеймеру.
Порядок! Порядок!
Большинство ученых в этой стране считают,
что Роберта Оппенгеймера
сейчас предают гонениям,
и подвергают испытаниям, потому что
он высказал свое честное мнение.
Доктор Буш, я думал, что
служу своей стране
при рассмотрении этого дела.
-В этой стране нет коллегии,
которая должна судить человека
за то, что он высказал свое мнение.
А если вы хотите вести дела так,
то судите и меня.
Извините, господа,
если я... взволнован.
Но это так.
Доктор Хилл, нам известно, что
мистер Штраус не выдвигал обвинений,
или не участвовал в слушаниях
против доктора Оппенгеймера.
Дело Оппенгеймера было...
начато и доведено до конца в значительной степени благодаря враждебности Льюиса Штрауса.
Оппенгеймер превратил в пыль
мнение Штрауса
о поставках
изотопов в Норвегию,
и Штраус так и не простил ему
этого публичного унижения.
Другой конфликт возник между ними
на почве разногласий в суждениях о
том, как водородная бомба
способствует национальной безопасности.
Штраус обратился к службе безопасности персонала, чтобы
уничтожить репутацию Оппенгеймера,
и он смог найти несколько амбициозных людей.
которые тоже были не соглсны с позицией Оппенгеймера и завидовали
его авторитету в правительственных кругах.
Я всегда считал и продолжаю считать,
что он предан Соединенным Штатам.
Я в это верю и буду верить,
пока не увижу убедительных доказательств обратного.
Считаете ли вы или нет, что
доктор Оппенгеймер представляет угрозу безопасности?
В большом количестве случаев я
видел, как доктор Оппенгеймер вел себя таким образом
который, на мой взгляд, было чрезвычайно
трудно понять.
Я был совершенно не согласен с
ним во многих вопросах,
и его решения, откровенно говоря, казались мне
запутанными и сложными.
В этой степени я чувствую, что хочу видеть
жизненно важные интересы этой страны
в руках, которые я лучше понимаю,
и поэтому больше доверяю.
Спасибо, доктор.
-Спасибо.
Извините.
Ты пожал ему руку, мать твою!?
О, я бы плюнула ему в лицо.
Не уверен, что Совет директоров оценил бы это.
Для вас это недостаточно вежливо?
Ну, я думаю, что вы все
ведете себя слишком по-джентльменски.
Грей ведь видел, что делает Робб.
Почему бы ему просто не заткнуть его?
И ты, жал руку Теллеру.
Хватит играть в мученика.
Согласно нынешнему руководству AEC,
вы бы допустили доктора Оппенгеймера к работе сегодня?
Согласно моей интерпретации
Закона об атомной энергии,
которого не существовало, когда я нанимал
доктора Оппенгеймера в 1942 году,
Сегодня я бы не допустил его к работе
если бы я был членом комиссии.
Хорошо. Спасибо, генерал. Это все.
Но я не думаю, что допустил бы
любого из этих парней.
На этом все.
Доктор Оппенгеймер не нес никакой
ответственности за выбор
или допуск Клауса Фукса, не так ли?
Нет. Никакой.
И вы бы не хотели покинуть этот
совет с мыслью о том, что
что вы здесь ставите под сомнение его
лояльности Соединенным Штатам
при работе в Лос-Аламосе?
Ни в коем случае. Надеюсь, я не заставил никого
поверить в обратное хоть на мгновение.
Спасибо, генерал.
Хорошо. Не стоит заставлять их ждать.
-Она придёт.
Ты вообще хочешь, чтобы она пришла?
Только дурак или юнец предполагает что
разбираться в чужих отношениях,
а ты ни тот, ни другой, Ллойд.
Мы с Китти взрослые люди.
Мы вместе прошли через огонь.
Она справится.
Охарактеризовали бы вы свои взгляды
на коммунизм как "за", "против", "нейтральные"?
Категорически против.
Я не имею никакого отношения к
коммунизму с тех пор, как...
с 1936 года. До...
До встречи с Робертом.
Это всё.
Из протокола следует, что
Оппенгеймер не был допрошен
беспристрастным и незаинтересованным адвокатом Совета Грея.
Он был допрошен
прокурором, который использовал
все уловки довольно
изобретательной юридической подготовки.
Сейчас вы обвиняете в том, что
Совет Грея допустил преследование.
Если бы я был членом Совета Грея,
я бы протестовал против тактики
человека, который фактически выступал
в качестве обвинителя.
Человек, которого назначил не Совет,
а Льюис Штраус.
Кто это был?
Простите?
Кто же это такой был?
Роджер Робб.
Миссис Оппенгеймер.
Был ли у вас коммунистический партбилет?
Я... Я не уверена.
Не уверены?
Ну...
Ну?
Насколько я знаю
для вступления в партию
требуется выслать немного денег
и получить билет, да?
Простите.
Да.
Просто все это было так давно,
мистер Робб, верно?
Не очень.
-Достаточно давно, чтобы забыть.
Вы вернули карточку или порвали ее?
-О карточке, о существовании которой я не помню?
Ваш билет члена коммунистической партии?
-Не имею ни малейшего понятия.
Существует ли различие между
советским коммунизмом и коммунизмом?
Ну, в те времена, когда я была членом партии,
Я думала, что это определенно две разные вещи.
-О?
Я думал, что Коммунистическая
партия Соединенных Штатов
занимается нашими внутренними проблемами.
Теперь я в это больше не верю.
Я считаю, что это всё связано
между собой и распространяется по всему миру,
И я верю в это с тех пор, как
я вышла из партии 16 лет назад.
Но...
-17 лет назад. Ошиблась.
Но вы...
-Простите, 18.
18 лет назад.
Известно ли вам о том, что ваш
муж делал взносы
на гражданскую войну в Испании еще в 1942 году?
Я знала, что Роберт
время от времени жертвовал деньги.
Знали ли вы, что эти деньги шли
в каналы Коммунистической партии?
Вы не имели в виду через?
-Простите?
Я думаю, вы имеете в виду через
каналы Коммунистической партии, не так ли?
Да.
-Да?
Да.
-Да.
Тогда справедливо ли будет сказать.
что это означает, что к 1942 г,
ваш муж не перестал иметь
какое-либо отношение к коммунистической партии?
Вы не обязаны отвечать на этот вопрос ни да, ни нет,
Вы можете ответить на этот вопрос как угодно.
Я это знаю, спасибо.
Дело в вашем вопросе.
Неправильно сформулирован.
Вы понимаете, что я имею в виду?
-Да.
Тогда почему бы Вам не ответить на этот вопрос?
-Потому что мне не нравится это выражение,
"имеющий какое-либо отношение
с коммунистической партией".
потому что Роберт никогда не имел никакого отношения с коммунистической партией как таковой.
Я знаю, что он жертвовал деньги
испанским беженцам.
Я знаю, что он проявлял интеллектуальный
интерес к коммунистическим идеям.
Существует два типа коммунистов?
Интеллектуальные коммунисты,
и просто обычные коммунисты?
Ну, на этот вопрос я не смогу ответить.
Я бы тоже не смог.
Добрый вечер.
Роберт, ты не сможешь выиграть эту штуку.
Это спектакль с заранее предопределенным исходом.
Зачем мучать себя еще больше?
Есть на то причины.
Ладно.
Спокойной ночи.
В этом есть смысл.
Я не уверен, что ты понимаешь, Альберт.
-Нет?
Я покинул свою страну, чтобы никогда не вернуться.
Ты прекрасно служил своей стране.
Если это та награда
которую она тебе предлагает, то...
возможно, тебе стоит
отвернуться от нее.
Черт возьми, так вышло что я люблю эту страну.
Тогда скажи им, чтобы шли к черту.
Любопытно, что это уже не слушания по утверждению на должность.
Теперь это судебный процесс...
о судебном процессе!
Бога ради!
Плохо, что он всем говорит
про то, что вы инициировали слушания.
Он ни черта не может доказать.
Он точно не может доказать
что я передал дело Бордену.
Мы не в суде, сэр.
Здесь нет необходимости доказывать.
Верно, они не выносят приговор.
Они просто отказывают.
Зачем Хилл пришел сюда
чтобы уничтожить меня? Какой у него интерес?
Нужна ли людям причина
чтобы поступать правильно?
В его понимании.
-Я же говорил.
Оппенгеймер натравливает
ученых против меня
с той самой первой встречи.
Я не знаю, что Оппенгеймер
сказал ему в тот день,
но Эйнштейн даже не удостоил меня взглядом.
Оппенгеймер знает
как манипулировать своими.
В Лос-Аламосе,
он пользовался наивностью ученых.
которые думали, что у них есть право голоса
в том, как мы используем их работу.
Они никогда не подумают, что он был
настолько наивным.
Доктор, во время вашей работы
над водородной бомбой,
Вас... останавливали
какие-либо моральные соображения?
Да, конечно.
Но вы все равно продолжали
свою работу, не так ли?
Да, потому что это была научно-исследовательская работа,
это не было подготовкой оружия.
Вы имеете в виду, что это было скорее
научное изыскание?
Нет, это не научное изыскание,
а вопрос возможности создания водородной бомбы.
Это вопрос жизни и смерти.
К 1942 году вы стали активно
проталкивать разработку
водородной бомбы, не так ли?
Проталкивать - не то слово.
Поддерживать и работать над этим - да.
Когда же эти моральные
стали настолько сильными
что вы активно выступили против
разработки водородной бомбы?
Когда было принято решение о том, что
политикой Соединенных Штатов
производить ее любой ценой,
не обращая внимания на баланс
между этим оружием
и атомным оружием как частью нашего арсенала.
При чем здесь моральные устои?
При чем здесь моральные устои?
-Да.
Оппенгеймер хотел стать обладателем атомной бомбы.
Он хотел быть
Человеком, который сдвинул Землю.
Он говорит о том, чтобы загнать
ядерного джинна обратно в бутылку.
Что ж, я собираюсь сказать вам, что я знаю,
Дж. Роберта Оппенгеймера, будь у него возможность начать все сначала, он бы сделал все то же самое.
Знаете что, он ни разу не сказал что жалеет о Хиросиме?
Он бы сделал это снова. Почему?
Потому что это сделало его самым
самым важным человеком, который когда-либо жил.
Мы так спокойно использовали атомную бомбу.
Фактически, доктор, вы помогали
в выборе цели
для сброса атомной бомбы
на Японию, не так ли?
Да...
-Ну тогда вы знали, не так ли?
что, сбросив атомную бомбу
на выбранную вами цель,
тысячи гражданских лиц будут
убиты или ранены. Это верно?
Да, но не так много, как оказалось.
O. Тогда сколько было убитых или раненых?
70,000.
-70 000, оба Хиросима и...
110 000 в обоих.
-В день каждой бомбардировки?
Да.
-Да.
А в последующие недели и годы?
Считается, что это где-то
между 50 000 и 100 000.
220 000 погибших, как минимум.
Да.
-У вас есть моральные угрызения по этому поводу?
Ужасные.
Но тем не менее вы заявили здесь, что
бомбардировка Хиросимы была очень успешной.
Технически успешной.
-О! Технически это было очень успешно.
И это также фактически помогло закончить войну.
Вы бы поддержали
сброс водородной бомбы на Хиросиму?
Это было бы совершенно бессмысленно.
Почему?
-Цель слишком мала.
Ну, предположим, что
была бы цель в Японии
достаточно большая для термоядерного оружия,
были бы вы против
против его сброса?
Я не задавал себе этот вопрос.
Ну, я задаю его сейчас, сэр.
Все это было частью его плана.
Он хотел славы, фальшивое чувство вины самовлюбленного человека.
чтобы носить его, как чертову корону, и говорить,
"Нет, мы не можем следовать этому пути".
хотя он знал, что придется.
Были бы вы против
сброса термоядерного оружия
на Японию по моральным соображениям?
-Да, полагаю, что был бы, сэр.
Вы выступали против сброса
атомной бомбы на Хиросиму
из-за моральных угрызений?
Мы изложили наши...
-Нет, Вы, Вы, Вы, Вы!
Я спрашиваю вас...
-Я изложил...
Вы, вы, вы!
-Я изложил наши доводы
против сброса бомбы,
но я их не поддержал.
Вы имеете в виду, что после работы днем и ночью
в течение трех лет над созданием бомбы,
вы затем выступили против ее использования?
Меня спросил военный министр
каково мнение ученых.
Я рассказал им о взглядах против
и мнения за.
Вы поддерживали сброс
атомной бомбы
на Японию, не так ли?
-Что вы имеете в виду...
Вы поддержали...
-Что вы имеете в виду под поддержкой?
Ну, вы помогли выбрать
цель, не так ли?
Я делал свою работу.
Это не было выше моих полномочий в Лос-Аламосе.
Я бы сделал все, что меня попросили.
Ну, тогда вы бы и водородную бомбу создали тоже, не так ли?
Но я не мог...
-Я не спрашивал вас об этом, доктор!
В докладе ГАК, соавтором которого вы являлись
после советского атомного испытания, говорится:
"Супербомба никогда не должна быть создана!"
Что мы имели в виду, что я имел в виду...
Что вы, кто?
-Послушайте, я имел в виду...
Кто?
А разве русские не будут делать все,
чтобы стать сильнее?
Если бы мы это сделали, им бы пришлось это сделать!
Наши действия только подстегнут их усилия,
как это было с атомной бомбой!
Так же, как и в случае с
атомной бомбой, точно!
В 1945 году не было моральных угрызений, в 1949 году их было полно.
Доктор Оппенгеймер...
когда возникли ваши твердые моральные убеждения в отношении водородной бомбы?
Когда мне стало ясно, что
что мы будем готовы применить любое имеющееся у нас оружие.
Дж. Роберт Оппенгеймер - мученик,
Я дал ему именно то, что он хотел.
Чтобы его помнили за Тринити,
а не Хиросиму!
Не Нагасаки!
Он должен благодарить меня.
Но он не благодарит.
Нам все еще хватает голосов?
Или венец моей карьеры
превратится в самое
публичное унижение в моей жизни?
Голосует весь Сенат.
Вы прорветесь.
Отлично, тогда собирай гребаную прессу.
Доктор Дж. Роберт Оппенгеймер, эта комиссия,
заслушав ваши показания
многих ваших нынешних
и бывших коллег,
пришли к единодушному выводу.
что вы являетесь преданным гражданином.
Однако...
В свете ваших
продолжающихся связей,
и пренебрежительного отношения к службе безопасности этой страны,
вместе с вашими
неоднозначными высказываниями
о программе создания водородной бомбы,
и к сожалению, недостаточная откровенность
в некоторых из ваших
ответах на этом заседании,
мы проголосовали два к одному,
отказать в продлении
вашего допуска.
Полное письменное заключение,
с особым мнением господина Эванса,
будет направлено в AEC
в ближайшие дни.
На этом все.
Роберт.
Роберт.
Не...
Простыни не высохли.
Две минуты. Две минуты!
Вы получите возможность!
Это официально?
Ну, была пара
неожиданных отказов.
Мне отказано. Да?
Боюсь, что да, сэр.
-Ясно.
Кто был в числе несогласных?
Их было трое.
Во главе с сенатором
от штата Массачусетс.
Молодой парень, пытающийся
сделать себе имя,
не понравилось то, что вы сделали с Оппенгеймером.
Как его зовут?
Кеннеди.
Джон Ф. Кеннеди.
Китти?
Ты думал, что если ты
позволишь им вымазать себя смолой и перьями,
то мир простит тебя?
Не простит.
Посмотрим.
Вы сказали мне, что все будет хорошо.
Да, но у я не знал
всех фактов, не так ли?
Вот вам факт.
Президент Эйзенхауэр нацепил
Медаль Свободы на мою грудь в прошлом году,
потому что я всегда делал
что правильно для этой страны.
Они не хотят видеть меня в кабинете министров?
Ну, что ж... ладно.
Может, им стоит
вместо меня пригласить Оппенгеймера.
Может, и пригласят.
Я же говорил. Он настроил
ученых против меня,
одного за другим, начиная с Эйнштейна.
Я же говорил тебе об этом. Эйнштейн.
Эйнштейн у пруда.
Рассказывали, но знаете, сэр,
поскольку никто...
действительно не знает, о чем они
говорили друг другу в тот день,
возможно ли, что они не
говорили о вас вообще?
Возможно ли, что они говорили
о чем-то...
более важном?
Спасибо.
Альберт.
Звезда момента.
Однажды ты устроил прием
в честь меня в Беркли.
И вручил мне награду, так?
-Да.
Вы все думали, что я потерял
способность понимать то, что я открыл.
Итак...
Награда была предназначена не для меня,
а для всех вас, да?
Теперь твоя очередь
столкнуться с последствиями
своего открытия.
И однажды, когда они
накажут тебя достаточно,
они угостят тебя лососем и картофельным салатом.
Произнесут речи.
Вручат тебе медаль.
Привет, Фрэнк.
Ты счастлив, я счастлив.
Погладят тебя по спине,
скажут, что все прощено.
Только помни...
это будет не для тебя.
Это будет для них.
Альберт...
когда я пришел к тебе
с этими расчетами,
мы думали, что можем запустить цепную реакцию
которая уничтожит весь мир.
Я хорошо это помню. И что?
Думаю, что это случилось.
 

////////////////////////////