«Бе́лый тигр» — российский полнометражный, военно-фантастический
художественный фильм режиссёра Карена Шахназарова, снятый в 2012 году по
мотивам романа Ильи Бояшова «Танкист, или „Белый тигр“» и повествующий о
событиях времён Великой Отечественной войны.
Все фразы и цитаты
- Гляди-ка, кто это?
- Вроде форма не немецкая.
Должно быть, румыны или итальянцы.
- Мадьяры это.
- Кто?
- Мадьяры, венгры то есть.
- Смотри, каждой твари по паре.
- Глянь, что у него?
- А ноги-то где?
Иди-ка там посмотри.
- Гаси.
Ну что там у вас случилось?
С передачи сняли?
- Товарищ капитан, не отцепляются.
- Чего не отцепляется?
- Руки.
- Какие еще руки?
- Водителя.
- Водителя?
По-моему, он живой, Петя.
- Точно, живой.
- Стой!
В госпиталь вези.
- Мертвого?
- Живой он.
- Мертвый, живой - какая тебе разница?
- Грузи.
- А этого куда?
- В лесок.
- Вы даже не осмотрели его.
- Пульс есть.
- Давайте в палатку.
Такого я еще не видывал.
90-процентный ожог - а он жив.
- Да он часок не проживет.
- Мазь сюда давайте.
- Ровнее держи, по ногам не ходи.
- На индивидуальный лист. Только
он тяжелый.
- Здравствуйте.
- У меня танкист.
Сколько он у вас?
- Три недели. 90-процентный ожог,
сепсис - а он все еще жив.
- Давайте в перевязочную его.
А где ожог?
- Патология какая-то.
Еще три дня назад на нем живого места
не было.
- Тебя как зовут, боец?
Фамилия, имя?
Номер части?
- Не знаю.
Разрешите?
- Садись.
- Найденов Иван Иванович.
Год рождения 1914-й. Русский.
Беспартийный. Танкист.
- Подождите, вы же говорили, что
документов у него не было
и он ничего не помнит.
- В сопроводительной полевого
госпиталя было написано
"Неизвестный танкист".
- А как же вы фамилию, имя и отчество
выяснили?
- А у нас его все зовут Иван Иванович.
А фамилию Найденов мы ему решили
дать, потому как в сопроводительной
было написано "Найден в танке".
- А год рождения, партийность?
- Зубы у него как у тридцатилетнего.
А партийность - сами понимаете.
- Здесь у вас какая-то ошибка.
Это действительно его документы?
- Его.
- Написано "90-процентный ожог".
- Да, у него было обожжено порядка
90 % поверхности тела.
- Вы что, шутите? Где этот ожог?
- Мы не можем этого объяснить,
но пациент полностью восстановился.
Очевидно, тут какая-то удивительная
особенность его организма.
И без всякого сомнения - это феномен.
- И что же делать с этим феноменом?
- У него редкий случай ретроградной
амнезии. Он помнит все навыки.
Помнит алфавит, умеет писать.
Но не помнит, кто он,
откуда, кто его близкие
и что с ним было.
Я считаю, что правильным было бы
признать его годным к нестроевой
службе.
- Танкиста?
Вы что, приказ верховного не знаете?
- Знаю.
- Выписываемых из госпиталей
танкистов направлять исключительно
в танковые части.
- Знаю, но тут случай особый:
боец без памяти.
- Чтобы пушку в танке заряжать,
память не нужна.
- Эй, боец, ко мне.
Ты кто?
- Сержант Найденов.
Механик-водитель, 2-я рота.
- И что ты здесь делаешь?
- Этот танк... Его "пантера" подбила.
Из засады выскочила.
- Почему ты так решил?
- Он мне сам рассказал.
- Кто рассказал?
- Танк.
Этот танк.
- А этот танк тебе что-нибудь
рассказал?
- "Тигр" его сжег.
Тот же, что и меня сжег.
Белый "тигр".
- Значит так, боец, бегом марш
в эшелон.
- Есть.
- Ты его знаешь?
- Знаю. Он хороший механик очень.
Только после госпиталя что-то
с памятью у него.
- Хрен знает кого на фронт отправляют.
Ему в дурдом надо -
они его на фронт. Дай прикурить.
- Слушай, "тигр" белый - я тоже
про него слыхал. Говорят, вроде
как призрак какой-то.
- Брехня.
Ты слушай больше брехню всякую.
- Об этом танке в нашей армии
ходят легенды.
- В бою под Бобруйском были атакованы
русскими танками. Их было больше
двадцати.
- Казалось, они все сметут на своем
пути.
- И тут на фланге появился танк
"тигр", окрашенный в белый цвет.
Танк Т-6.
- И он стал расстреливать русские
танки.
- За 10 минут он уничтожил все ваши
танки и исчез.
Как будто в воздухе растворился.
- Вы лично это видели?
- Он сам этого не видел. Про этот бой
ему рассказал его товарищ, который
в нем участвовал.
- Этот белый дьявол вам не по зубам.
- Это почему?
- Потому что он есть торжество
немецкого духа.
- Шарипов, здесь меня жди.
Впервые он был замечен в Полесье.
Все "тигры" вязли в болотах,
а он нет.
Уничтожал целые танковые батальоны.
Потом появился на севере.
Потом на юге. Каждый раз оказывался
в нашем тылу. Расстреливал 10-15
наших танков и самоходок и исчезал
в лесах.
- Как это так получается, 15 наших
танков не могут уничтожить один
фашистский?
- Разрешите, Георгий Константинович?
Это не серийный танк. Я выскажу общее
мнение: он у немцев такой
один-единственный. Если его не берут
снаряды, значит его броня
как минимум 250 мм. Но тогда
он должен весить около ста тонн.
А самый сильный немецкий танковый
двигатель - только 700 лошадиных сил.
- Ваше предложение?
- Пойти по пути немцев. Создать один-
единственный танк на базе Т-3485.
За счет установки стабилизатора дать
возможность вести прицельный огонь
на ходу. Усилить броню
и поставить форсированный двигатель.
- Срок?
- Месяц.
- В таком случае две недели.
Генерал Смирнов, вам поручаю поиск
и уничтожение немецкого танка.
Назовем его условно "Белый тигр".
Примите новый Т-34 и формируйте
экипаж.
- Есть, товарищ маршал.
- Кто у тебя этим займется?
- Заместитель начальника контрразведки
армии майор Федотов.
- Подбери лучших, майор.
- Есть, товарищ маршал.
Найденов Иван Иванович?
- Так точно.
- Как чувствуете себя?
Вы из госпиталя?
- Нормально.
Да на нем как на собаке все заживает.
Сгорел на 90 процентов -
зажило. Ногу прострелили, даже в тыл
не отправляли - на третий день встал.
Ты какой-то особенный, Найденов.
Живучий.
- Должно быть, так.
- Так ничего вы и не помните?
Имя, фамилию, откуда вы?
- Нет, ничего не помню.
- Батальон ваш полностью погиб.
Мы пытались найти ваше
настоящее имя, но...
Хотите вы его узанать?
- Нет. Не то чтобы очень.
Ну был Петровым или Степановым -
стал Найденовым.
Помню, что русский, танкист.
Чего еще мне надо?
- А родственники? У вас могли быть
мать, отец.
А может быть, и своя семья, дети.
- Если были, то, должно, похоронку
получили. А мертвым возвращаться
не надо. Ни к чему быть там,
где живые.
Я помню, как он стрелял.
Снаряд летел медленно и прямо в меня.
Я видел его.
Медленно летел.
Я хотел двинуться и увести танк
влево или назад, но не мог.
Не мог шевельнуть рукой.
- Ты его видел?
- Да, видел.
"Белый тигр" - он нас сжег всех
до одного.
- Какой он, Найденов?
- Он мертвый, товарищ майор.
- Как "мертвый"? Что ты говоришь?
Танк. Какой он? Пушка, габариты,
броня?
- Да... танк как танк. Пожалуй,
побольше других. Только мертвый.
В танке же всегда люди сидят.
Фашисты, конечно, но все равно люди.
Мы же знаем, что там люди.
Люди же всегда то ли струсят, то ли
промажут, то ли храбрые слишком -
на рожон попрут. А этот мертвый.
Он не струсит, не промажет.
Он все сделает как надо.
Да... Как надо.
Нет спасения.
- Вас рекомендуют как лучшего
водителя армии.
Я буду ходатайствовать о присвоении
вам звания младшего лейтенанта
и назначу командиром
экспериментального танка Т-3485.
Машина не серийная. С повышенной
бронезащитой и усиленным двигателем.
Экипаж из трех человек:
наводчик, башнер и вы.
Задача - выявление и уничтожение
танка "Белый тигр".
- Командир танка младший лейтенант
Найденов. Сержант Крюк - лучший
наводчик. Старшина Бердыев - башнер.
Заряжает орудие за 15 секунд.
И абсолютно невосприимчив
к скоплению газов, возникающих
в башне при стрельбе.
- Вы формировали экипаж?
- Так точно.
- И это лучшие из лучших?
- Наилучшие.
- А что?
- Чего-то рожи у них не того.
- Чего "не того"?
- Ну... Не того.
- Они же в танке сидят,
а не на сцене Большого театра.
Командир танка и наводчик, ко мне.
Сарай видите?
- Так точно.
- Сколько до него?
-600 метров.
- Так уж и 600?
-640.
- Ладно, уничтожить фугасом
максимально двумя выстрелами.
- Есть.
По местам.
- Ну что...
- Вчера он появился в тылу корпуса,
вот здесь.
Как он прошел сюда через болото -
непонятно.
Но факт остается фактом.
Он появился, сжег 5 танков,
4 самоходки и исчез.
Если хотите, можете осмотреть место,
где это случилось.
- Он их из того леса расстрелял.
- Сразу за этим лесом трясина.
Танк не мог там пройти.
- Но он прошел. Он здесь.
- Где?
- Где-то здесь, в лесу, затаился.
- Его там нет.
Мы вчера весь лес прочесали.
Каждый метр пролазили.
- Он там.
- Что вы предлагаете?
- Я сделаю засаду. Мне нужен еще танк,
хотя бы один. Желательно
тридцатьчетверка.
- Откуда ты знаешь, что он там?
Откуда?
- Он там.
Я его сожгу, товарищ майор.
Дайте еще танк.
- Шарипов.
Поедешь в бригаду Кутайцева.
Отдашь командиру. Я здесь останусь.
- Товарищ майор... Алексей, у тебя
нет ощущения, что он того...
- Кто?
- Найденов этот того...
...с ума сдвинулся.
- Все, Шарипов, выполняйте приказ.
- Ну-ка.
Еще давай.
- Прибыл в ваше распоряжение.
Сержант Слепов.
- Найденов. Вот ваш командир - младший
лейтенант Найденов.
- Слышь, ты встань вон там в рощице.
Он как покажется, постарайтесь
отвлечь его огнем и маневром.
- Понял.
- Выполняйте.
- Есть.
- Слышь, сержант, вы люки держите
открытыми.
Совсем не закрывайте.
- Майор идет.
- Отдыхайте.
- Угощайтесь, товарищ майор.
- Спасибо, я сыт.
- Угощайтесь, на всех хватит.
- А командир?
- А он вроде и не ест.
- Как "не ест"?
- Так, хлеба пожует. Сбежал бы
я от него. Ей-богу, сбежал бы.
Он заговоренный, что ли.
Снаряды мимо него ложатся. Может,
с таким-то и мы с Бердыевым выживем.
Как думаете?
- Не хотите спирта, товарищ майор?
- Мы, танкисты, вообще-то перед боем
не пьем. Нельзя. Сколько ребят
по пьянке сгорело. Но Бердыев ничего.
Ему можно. Он башнер и пьяница.
Да, Бердыев?
- Думаешь, появится?
- Появится.
Он меня ищет.
- Слепов.
- Мажешь, Крюк!
- Он как эту тридцатьчетверку
разнесет - и нам хана.
- Слушай мою команду. Сейчас поедем.
Зайду к нему справа. Бьешь
бронебойным под башню. Понял?
- Есть.
- Поехали!
Стреляй, стреляй!
- Нет его!
- Как нет? Стреляй!
- Не вижу я его.
- Крюк, вылезай.
- Куда?
- Посмотри снаружи. Оцени обстановку.
- Есть.
Командир, нет его.
Совсем нет. Ушел.
- Нет, Крюк, не ушел.
Он сзади.
- Как же он промазал с такой
дистанции да в спину?
Он бы мог нас в кашу -
и шлемов бы не нашли.
- Ладно, ты струбцину давай тащи
27 на 32.
- Ранены?
- Где он?
Как он оказался позади тебя?
- Думаете, я струсил?
- Нет, Найденов, я не думаю,
что ты струсил. Если бы думал,
расстрелял бы.
Просто он перехитрил тебя.
Зря Слепов сгорел.
- Вы мне докладывали, что немецкий
чудо-танк уничтожен нашим
экспериментальным танком.
- Так точно, докладывал.
- В таком случае почему до сих пор
нет представления о награждении
его экипажа правительственными
наградами?
- Свидетелем этого боя был всего один
человек: заместитель начальника
контрразведки армии майор Федотов.
Самого факта уничтожения этого
"тигра" он не видел.
Видел, как наш танк дважды попал
в него. Потом тот исчез.
- Что значит "исчез"?
- Бой произошел на окраине
Корниловского леса. За ним сплошное
болото. Этот "тигр", видимо,
в нем утонул.
- "Видимо"?
То есть, может, и не утонул?
- После боя этот "тигр" ни разу
нигде не проявился.
- Вот его следы.
Здесь он задним ходом шел.
Дальше следов нет.
И как это понимать?
- Предположим, он все же прошел через
болото. Непонятно как, но прошел.
В таком случае с той стороны были бы
следы его гусениц, а их нет.
Саперы каждый сантиметр там обшарили.
Нет, Алексей, утонул он.
Из топи его не поднять, но он там.
- Найденов одно твердит: "Он ушел".
- Найденов сошел с ума.
Послушай, Алексей, так бывает,
ты же знаешь.
На этой войне многие сошли с ума.
Многие еще сойдут.
Ты знаешь, что он богу танковому
молится?
- Кому?
- Богу танковому. Свой бог у него,
понимаешь, танковый.
- Здравия желаю.
Каким ветром в нашу богадельню?
- Попутным. Ну как ты?
- Ничего.
- Где бы мне Найденова найти?
- Вон его хозяйство.
- Сержант Крюк.
- Крюк, если ты еще раз бабу в танк
особого назначения притащишь,
я тебя лично на месте... Понял?
- Так точно.
- Стоять.
Что это, Бердыев?
Старшина Бердыев, я спрашиваю,
что в этих флягах?
- Это шнапс немецкий. Товарищ гвардии
капитан, он его вчера в погребе
в соседней деревушке нашел.
Две бочки.
- Бердыев, вас что, не предупреждали,
что немцы специально оставляют
отравленный шнапс, чтобы нанести
потери нашему личному составу?
- Вкусно?
- Крюк, где Найденов?
- У танков.
- У каких танков?
- У подбитых. Тут недалеко.
- Это наши в 1941-м пожгли.
Найденов.
Найденов, встать. С тобой старший
по званию разговаривает.
- Отставить, капитан.
Найденов.
- "Белый тигр".
- Что "Белый тигр"?
- Он не утонул. Он там.
- Он через болото по воздуху
пролетел?
- Подожди, Шарипов.
А почему вы считаете,
что он не утонул?
- Он ушел. Готовится, ждет.
- Чего?
Чего он ждет?
- Когда мы наступать начнем.
- Танковый бог тебе это сказал?
- Да.
- А этот бог, он где?
- На небе.
На облаках.
У него трон, и он сидит на нем.
А вокруг все танки, которые погибли
в сражениях.
- И как он выглядит,
этот бог?
- Он в комбинезоне, в танкошлеме.
У него тридцатьчетверка.
Золотистая. Когда он в нее садится,
начинает грохотать и сверкают
молнии.
Вот видите.
- И он тебе в бою помогает?
- Помогает.
Я танки слышу.
Все танки говорят.
Только их никто не слышит,
а я их слышу.
А они, когда в них снаряды летят,
предупреждают меня, и я ухожу
от снарядов. Так они мне помогают.
Хотят, чтобы я жил.
Хотят, чтобы я "тигра" этого белого
сжег.
Отомстил.
- Я же тебе говорил,
что он сумасшедший.
- Говорил.
- Теперь ты понял?
- Понял.
- Расформировать надо этот экипаж.
Найденова отправить на лечение
в госпиталь. Крюка и Бердыева
в другие экипажи. Они совсем
распустились. Чего ты молчишь?
Что ты думаешь, Алексей?
- Ничего не думаю. Поехали.
- Да, я служил в штабе
генерал-инспектора немецких танковых
войск.
- Как попали в плен?
- Меня послали сопровождать группу
специалистов министерства
вооружения и боеприпасов.
- И меня взяли в плен ваши разведчики.
- Что можете сказать о танке
"Белый тигр"?
- Повсюду рассказывают легенды
об этом танке.
- Кстати, он у нас в вермахте вызывает
больше страха, чем надежды.
- Но поверьте, за все время службы
в штабе мне не попался ни один
документ на глаза, который хотя бы
косвенно был связан с этим
"Белым тигром".
- Может быть, он все-таки создан
и подчиняется лично Гитлеру?
- Нет, это невозможно.
- Я абсолютно уверен: такого танка
нет.
- И что теперь ты думаешь об этом?
- То, что я думаю, не может быть.
Огонь!
- Плотно идут.
Одной батареей пожечь можно.
- Товарищ командарм, на 10 километров
вперед все вычистили.
До самой переправы ни одного фашиста
не осталось.
- Вычистили, твою мать! Это кто бьет?
- Товарищ командарм...
- Давай команду к отходу. Быстро!
- Есть.
- Ну что, он?
- Да, товарищ командарм. Это он.
КРИКИ
- Ни хрена не видно.
- А где мы?
- У черта на именинах.
- Крюк, видишь справа амбар?
- Так точно.
- Ударь бронебойным в стену
на уровне башни.
- Есть.
- Готов бродяга.
- Это не наш.
Это Т-4.
- Приехали.
- Да, Берда, теперь попляшем.
- Есть.
- Башню переклинило.
- Добивай его, Крюк.
- Пушку разорвало.
Начало операции, время "Ч".
Как поняли меня? Прием.
- Начало операции подтвердили?
- У себя?
- Так точно.
- Доложите.
- Заходите.
- Здравия желаю, товарищ командарм.
- Здорово. Есть хочешь?
- Нет, спасибо.
- А выпить?
- А выпить не откажусь.
- Садись.
- Исчез. Как сквозь землю провалился.
- Он же горел. Сильно горел.
А у немцев экипажи не сидят в горящих
танках, ты же знаешь.
Должны были бросить.
- Я думаю...
...в нем нет экипажа.
Вот такая вот история, товарищ
командарм.
- Ты это серьезно?
Еще налить немного?
- После боя я спросил у Найденова,
каким образом он предугадывал,
что "Тигр" сейчас выстрелит.
И знаете, что он мне ответил?
Что его танк предупреждал,
что танки предчувствуют выстрел
по себе и предупреждают об этом
своих механиков. Только те их
не слышат.
- А он, значит, слышит?
Ты в своем уме?
Танки он слышит...
- А как иначе объяснить его
невероятную способность чувствовать
появление этого "Тигра"?
Откуда он мог знать, что тот снова
появится у болота, что ждет
в засаде в начале нашей атаки?
- Вы говорили, Найденов ненавидит
лютой ненавистью этого "Тигра"
за то, что тот сжег его танк.
- Да.
- Чего же тогда, если он слышит
предупреждения своего танка,
в тот раз этого не услышал?
- Тогда он еще не обладал этой
способностью.
Она появилась, когда он сгорел,
Михаил Ефремович.
- То есть как сгорел?
Что ты хочешь этим сказать?
- После 90-процентных ожогов
люди не выживают.
И Найденов тогда сгорел.
Сгорел и родился заново другим
человеком -
идеально приспособленным для войны.
Он ее порождение.
Так же как и этот "Тигр".
- А ты, Алексей Николаевич, в мистику
веришь?
- В том, что я говорю, Михаил
Ефремович, не больше мистики,
чем в теории Дарвина об эволюции
живых организмов под влиянием
условий их существования.
Или вы теорию Дарвина считаете
мистической?
- Насчет Дарвина не знаю.
Но в Бога и дьявола я верю.
На войне поверил. Хотя, конечно же,
коммунист, как и вы.
Запомни, майор, моя армия со
скоростью 50 километров в сутки
идет к Берлину. И ничто
ее не остановит.
А насчет Дарвина я так скажу:
устал ты, притомился. Оттого
и лезет в голову всякая дурь.
Я тебе дам отпуск 10 суток.
Отдохнешь, придешь в себя.
Вернешься - Берлин будем брать.
- Прошу стоять.
- Встаньте здесь.
Заходите.
Ваши места здесь.
- Спросите немецких уполномоченных,
ознакомились ли они с актом
о полной безоговорочной капитуляции?
- Да.
- Согласны ли представители
германского верховного командования
подписать акт о полной
безоговорочной капитуляции?
- Да.
- Германской делегации предлагается
подписать акт безоговорочной
капитуляции.
- Пусть подойдут сюда.
- Хотите вина?
- Да, белого.
- Есть токайское.
- Нет, токайское сладковатое.
Тогда красного.
- Жаркое очень недурное.
Интересно, где они все это взяли?
- Полагаю, что в ресторане.
Похоже, это из "Шлеммера".
Вы бывали там, фельдмаршал?
- Где?
- В "Шлеммере"?
В ресторане.
- Нет. Никогда.
- Подойди сюда.
Все, пошли.
- Что это?
- Свежемороженая клубника
со сливками.
- Вы знаете, я первый раз в жизни ем
свежемороженую клубнику со сливками.
Что?
Что я сказал смешного, Штуф?
- Нет, ничего, извините, фельдмаршал.
Ровным счетом ничего.
- Найденов.
- Виноват, не слышал, как подъехали.
Тягу выправлял.
- Я смотрю, у тебя полный боекомплект.
- Так точно.
Даже больше. Еще 14 загрузил.
- Закуривай.
- Немецкие?
- Французские.
А где экипаж?
- Где? Неизвестно где.
Победа ведь.
- Ну да. Черт, сопьются.
Война закончилась, Найденов.
Ты слышишь, Иван?
Конец войне, все.
- Пока я его не сожгу, война
не закончится, товарищ полковник.
- Нет его. С того боя за Вислой нет.
- Ждет он. Ждет.
Будет ждать 20 лет, 50.
Может, 100.
И выползет. Его надо сжечь.
Вы же знаете, что это надо сделать.
- Слишком хорошо и давно мы знаем
друг друга. Слишком многое нас
связывает, чтобы я скрывал от вас
свои мысли. Война проиграна.
Я это знаю.
Она не просто проиграна -
Европа разгромлена.
Но можете ли вы себе представить,
что будет завтра?
Несчастная Германия, ее обвинят
во всех смертных грехах.
Немецкий народ сделают виновником
всего.
Напишут тысячи книг.
Найдут тысячи каких-нибудь нелепых
документов.
Придумают сотни воспоминаний.
И мы - я и Германия - предстанем
перед миром как беспримерные
изверги рода человеческого,
как исчадия ада.
А мы просто нашли мужество
осуществить то, о чем мечтала
Европа.
Мы сказали, раз вы об этом думаете,
давайте наконец сделаем это.
Это как хирургическая операция:
сперва больно, но потом организм
выздоравливает. Разве мы
не осуществили потаенную мечту
каждого европейского обывателя,
разве не в этом была причина всех
наших побед?
Ведь все знали, что то, о чем они
боялись рассказывать даже своим
женам, мы объявили ясно и открыто,
как подобает мужественному
и цельному народу. Они всегда
не любили евреев.
Всю жизнь они боялись эту мрачную
угрюмую страну на востоке.
Этого кентавра, дикого и чужого
Европе, - Россию.
Я сказал: "Просто давайте решим эти
две проблемы. Решим их раз
и навсегда". Разве мы придумали
что-то новое? Нет.
Мы просто внесли ясность в те
вопросы, в которых вся Европа
хотела ясности. Вот и все.
хотела ясности. Вот и все.
С тех пор как Земля вращается
вокруг Солнца, пока существует
холод и жара, буря и солнечный свет,
до тех пор будет существовать
и борьба. В том числе среди людей
и народов.
Если бы люди остались жить в раю,
они бы сгнили. Человечество стало
тем, что оно есть, благодаря борьбе.
Война - естественное обыденное дело.
Война идет всегда и повсюду.
У нее нет начала, нет конца.
Война - это сама жизнь.
Война - это отправная точка.