Благословите женщину (2003 год). Цитаты и фразы из фильма

«Благослови́те же́нщину» — российский мелодраматический фильм режиссёра Станислава Говорухина, снятый по повести И. Грековой «Хозяйка гостиницы». Существует четырёхсерийная телеверсия фильма.

Все фразы и цитаты

Вспыхнуло утро,
Румянятся воды
Над озером быстрая чайка летит
Ей много простора и много свободы
Луч солнца у чайки
Крыло серебрит
Что это, выстрел?
Нет чайки прелестной
Она, трепеща,
Умерла в камышах
Шутя, ее ранил
Охотник известный
Не глядя на жертву
Он скрылся...
- Доброе утро!
- Здравствуйте.
- Купались?
- Да. А что?
- Вода же холодная.
- Я привыкла.
- Вы здесь живете?
- Да. Здесь, у маяка.
Так что ж случилось с этой чайкой?
А вы слышали?
Ну, так.
Она, трепеща, умерла в камышах.
Трепеща...
- Вы здесь каждое утро купаетесь?
- Да.
Отлично.
Я вас приветствую.
Павлик! Верочка!
Кушать!
- Кушать будешь?
- Не. Не хочу.
А рыбки?
Какая-то ты сегодня блаженная.
- Замуж ей пора.
- Ой! За кого тут?
Ой, ну и ждите.
Когда за вами принц
на ковре-самолете прилетит.
Как вы меня напугали.
Я уезжаю.
Через три недели вернусь.
За тобой. Поедешь со мной?
Да.
А этот орден за боевые действия?
- В гражданской?
- Нет, позже.
За операцию на КВЖД.
Слышал про такую?
Да, конечно, товарищ краском.
Боевые действия
против японских милитаристов.
- В армию готовится.
- Да ему еще два года ждать.
- Сколько же тебе лет?
- Да 16 только.
Он у меня главный в семье кормилец.
Вместо отца остался.
Ой, Царство ему небесное.
Верочка.
А Верочка у нас старшенькая.
Вы не смотрите,
что она вымахала с колокольню.
- Все равно дитя. Ей и 18 нет.
- Мам!
Доченька, ну что я такого сказала?
Должен объясниться сразу
во избежание недомолвок.
Был женат.
Теперь это обстоятельство устранено.
Выплачиваю алименты.
Так что, жених незавидный.
К тому же получил
новое назначение на юго-восток.
Будем жить в глуши.
Тебя это не пугает?
Меня?
Господи, Александр Иванович, вы,
наверное, человек хороший, но...
Верочка совершенно еще ребенок.
Она здесь-то и жизни никакой не видела.
Но... В какую-такую глушь?
Мам, ну что ты такое говоришь?
Ты еще не поняла, наверное?
Я люблю Александра Ивановича.
И он меня.
Мы теперь всегда будем вместе.
Даже если на краю света.
Разрешите?
Ну что, в Москве будем в 7.30 утра.
У нас целый день до 22.00.
Ну что, Верочка, пора спать.
- Боишься меня?
- Немножко.
Уже почти нет.
Нет.
Тогда иди ко мне.
- А можно я буду называть тебя Шунечка?
- Почему именно...? Как?
Ну, Саша, Сашуня, Шунечка.
Называй. Только дома.
Оговоришься хоть раз на людях -запрещу.
- Потрясающе.
- Правда.
Располагайся.
Я - в штаб.
- Ну, жена, подавай обед.
- Обед? Какой обед?
- У тебя что, нет обеда?
- Нет, а как же я его могла приготовить?
Ни продуктов, ни посуды.
Верочка. Ты молодая, неопытная,
жила с мамой, я тебя не осуждаю.
Но постарайся запомнить раз и навсегда
то, что я тебе скажу.
Обязанность мужа - служить
и приносить домой деньги.
Обязанность жены - вести дом.
Если не хватает чего-то -
придумай где взять.
У каждого из нас есть свои права.
Мое право, придя со службы -увидеть
лицо жены без следов слез.
- Признавайся, плакала сегодня?
- Да.
Это твое дело. Можешь плакать
где угодно и сколько угодно,
но как только я вернулся домой,
ты должна быть умыта, свежа и весела.
Понимаешь?
Шунечка, я больше не буду плакать.
Никогда.
Это не все. Мое право мужа, вернувшись
домой, - сесть и пообедать.
- Усвоила?
- Усвоила.
И мне абсолютно все равно,
из чего ты сделаешь обед,
но обед в этом доме
должен быть каждый день,
независимо от тревог, учений
и даже войны.
Это - мое право. Поняла?
Поняла.
Шунечка, я только одного понять не могу
свои права ты перечислил,
а где же мои права?
У тебя одно право.
Быть любимой.
- Или тебе этого мало?
- Нет, не мало.
- Прошу строго не судить, первый опыт.
- Ой, умница, какая красота!
Бузу можно кушать руками.
Ну угодили, Вера Платоновна, угодили!
Товарищ Сталин учит - кадры решают все!
И не только в армии,
но и на домашнем фронте.
А служба тыла в армии - великая сила!
За вашу супругу, Александр Иванович!
- За ваш дом!
- Но одного в вашем доме не хватает,
поэтому, дорогие хозяева,
примите от нас этот скромный подарок.
Кот - в дом, мыши - вон!
- Один ты меня не похвалил.
- Хвалю.
Шунечка, я давно хотела тебе сказать.
У нас будет...
Все ясно.
Но у нас не будет.
- Как не будет?
- Я солдат, жизнь кочевая.
Нынче -здесь, завтра -там.
А сегодня, сама знаешь, как.
Квантонская армия у границ.
Провокации - каждый день.
А в мире, вон, Муссолини, Гитлер.
- Война вот-вот.
- А как же другие?
Другие мне не указ.
Верочка.
Неужели тебе еще кто-то нужен,
кроме меня.
- Ой!
- Не дрейфь, матрос, держи!
- Спасибо.
- Давай знакомиться. Маша Смолина.
А про тебя я и так все знаю.
Зовут Вера, жена командира. Домохозяйка.
- Откуда?
- От верблюда.
-А вы здесь тоже?
- Пойдем, покурим.
- Ой, ну что вы, я не курю.
- Зато я курю, хирурги все курят.
- А вы хирург?
- Ну.
Пойдем.
Сначала казалось - очень люблю.
Теперь думаю - не очень.
- Так, ослепление, наваждение.
- А он?
Говорил, любит.
Врал.
- Не мешает, что курю?
-Да нет, я привыкла, у меня муж курит.
-А кто он по специальности?
- По специальности он - сволочь.
- Слушай, а что я тебя днем-то не видела?
- Домой бегала.
Вы держитесь строго под замком.
А у меня сегодня знакомый хирург дежурит.
- Так нельзя же еще.
- По Вовке соскучилась.
- А Вовка это...?
- Сын.
- Так у тебя и сын есть?
- Угу. Годик ему.
-Дома с соседкой сидит.
-А кто его отец?
- Где он сейчас?
- Пропал в мути жизни.
С ним у меня все больнее было.
Его я в самом деле любила.
- И он?
- И он.
- Но у него жена и еще двое.
- И ты знала?
Знала.
Но полюбишь - как с ума сойдешь.
Сашенька, познакомься.
У меня теперь подруга, будущий хирург.
- Маша Смолина.
- Ларичев.
Теперь мы с ней будем переписываться.
Очень хорошо, только адреса
у нас пока нет - переезжаем.
- Как?
- Поезд через три часа.
- Куда?
- Вещи в машине.
- Маша, я тебе сама напишу.
- Верка. Пиши.
- Прощай.
- Пока.
- Честь имею.
- До свидания.
Ну, располагайся.
Я - в штаб.
- Майор Ларичев.
- Комдив ждет вас.
- В армии с Гражданской.
- Мальчишкой почти, товарищ комдив.
На последнем месте службы
исполняли должность комполка?
Так точно, товарищ комдив.
У нас большая в вас нужда,
Александр Иванович.
Полковник Рябинин, знакомьтесь.
Введет вас в курс дела.
Как коммунист от коммуниста
не буду от вас ничего скрывать.
В дивизию пробрались враги.
Органы, конечно, ликвидировали
этих выродков, но...
Поэтому на повестке дня в дивизии -
бдительность и еще раз бдительность.
Ясно.
Давай так. Служить нам вместе -
будем сразу на "ты".
- Не возражаете?
- Не возражаю.
Правильно не возражаешь,
Александр Иванович.
Коммунисты - сталинцы должны сейчас
держаться как один кулак.
- Устроился нормально?
- Не знаю. Жену высадил - сразу в штаб.
Прав комдив - нам такие люди нужны.
Что ж, беги, помогай супруге.
Ау фидерзейн!
- Ауфидерзейн?
- Не удивляйся.
Изучаем в дивизии
язык вероятного противника.
Ну, шпацирен фрау.
Шнель, шнель.
Вот какое дело, Верочка.
Анна Петровна, бывшая жена моя,
раньше-то была матерью никудышней,
а теперь вон как соседи пишут:
совсем в разнос пошла.
Юра по неделям остается один,
без присмотра.
Придется нам взять его пока сюда.
От тебя никто не требует
разводить сантименты,
ребенок должен быть одет,
умыт и накормлен, и только.
- Тебя как зовут?
- Юра.
- А фамилия?
- Ларичев.
А меня - тетя Вера.
Будем знакомы?
Ну-ка, раздевайся.
Теперь это твой дом.
Снимай пальтишко.
Снимай, снимай.
Пойдем, я тебе покажу ту комнату.
Пойдем, Юр!
Здесь ты будешь жить.
Входи.
Здесь спать.
А этого негодяя мы прогоним.
-А как его зовут?
- Кузьма.
- А Кузьма - разве кошачье имя?
- Конечно, кошачье.
Кузьма, Кузя, Кузема.
Так. Ну-ка посиди здесь.
Ну, теперь спать. Ложись.
А вот это уже лишнее.
На меня смотри.
Теперь ты у нас боец. Как папа.
Юрка!
Давай руку.
- Ну, эта какая буква?
- "К".
- Правильно. А эта?
- "О".
- И последняя?
- "Т".
Молодец.
А вместе все как читается?
Ну, "К", "О", "Т"?
Кот! Лучшего друга не признал!
- Ну-ка теперь сам напиши.
- Я не люблю писать, я люблю рисовать.
- Хорошо рисуешь?
- А как ты думаешь, он мне краски купит?
Почему "он"-то?
Папа!
Он! Балда!
А ваш Тухачевский
бегал в 20-м году от поляков.
А как он к Гитлеру за советами ездил?
Не вылезал из Рейха.
Получит совет,
как лучше нагадить Красной Армии
и на радостях на скрипочке играет.
Как бы то ни было, а Тухачевский
перевооружил армию.
А вам, товарищ комдив, простите,
совсем уж не к лицу верить в легенды.
Армию перевооружили ученые и рабочие.
Под руководством партии
и товарища Сталина.
Я предлагаю выпить за товарища Сталина!
Как великого организатора
строительства Красной Армии. Ура!
- Ура!
- Ура!
И это мудрая политика. На смену этим
бездарям придут низовые командиры.
Честные, политически грамотные,
близкие к красноармейской массе.
За твою новую шпалу,
Александр Иванович!
За мою шпалу уже столько пили,
что можно железную дорогу выложить.
Завтра война, если враг нападет,
Если темная сила нагрянет
Как один человек весь советский народ
за свободную Родину встанет
Согласны, товарищ комдив?
Тогда, что не подпеваете?
Как один человек весь советский народ
за свободную Родину встанет
Ты в эту брехню тоже веришь?
Не понял, товарищ комдив.
А вот дай-ка мне
сегодняшнюю "Красную Звезду".
Вот.
Из пяти маршалов осталось двое.
Из пяти командармов - ни одного.
А вот теперь читай.
Полковнику Авилову
присвоить звание комдива.
Комдива Астахова - сразу в командармы.
И вот так на трех полосах.
В каждом номере.
Усиливаем командный состав.
Дыры латаем!
Шпаной.
Опытные, преданные Отечеству
офицеры - враги народа,
а на их место - карьеристов и неучей.
Они что, Отечество будут защищать?
Свои шпалы и ромбы -
вот что они будут защищать.
Больно на это смотреть, Ларичев.
А глаза закрывать я не умею.
А вы не боитесь, что я буду обязан
доложить о нашем разговоре?
Уже не боюсь. Просто хочу,
чтоб ты встретил неизбежную войну
с ясными мозгами.
Все, засиделся я у вас.
Хорошо у тебя, Ларичев.
Пойду домой.
- Я провожу вас.
- Не надо.
Я пройдусь, подумаю.
Ты не спишь?
Ты все слышал?
Тогда постарайся забыть об этом.
И никому не рассказывай.
Ты же мужчина, будущий боец,
должен уметь хранить военную тайну.
Понял? Тогда спать.
Шунечка, графин уже пустой.
Спать пора.
Иди.
- Замерз, сынок?
- Никак нет, товарищ комдив.
Молодец.
Спокойной ночи, Игорь.
Хенде хох!
Шунечка, ты уже дома?
А мы на горку ходили.
Юр, иди еще погуляй.
Нам надо поговорить.
Иди, иди.
Собирай мальчишку,
на днях отвезу его в интернат.
- Как? Какой интернат?
- Сирот военнослужащих.
Долго хлопотал. Приняли.
- Разве Юрка сирота?
- Почти что сирота.
Мать неизвестно о чем думает,
и одумается ли.
Там дисциплина, обучение.
Он и здесь мог бы пойти в школу.
Представляю себе эту школу и учителей.
Я бы ему помогала.
Вместе с Кузьмой?
Он даже буквы в слова сложить не может.
Но это пройдет.
Он же очень смышленый мальчик.
Как он рисует. А память
какая у него потрясающая, Шунечка.
Послушай, Вера,
эти бабские ласки, картинки, Кузьма,
мальчишка должен расти мужчиной.
Что-нибудь со мной случится,
искалечу жизнь и тебе, и сыну.
Чем? Не понимаю.
А тебе и не надо понимать.
Просто прими к сведению.
Вопрос решен.
Постирай ему вещи, собери.
Я сам его отвезу.
Юрка, здесь пирожки,
твои любимые с капустой.
Горяченькие еще, как зайдете
в вагон - сразу покушай, слышишь.
Я к тебе обязательно приеду, Юрка.
Обязательно.
Сыночек мой.
Ну все, пора.
- Что это?
- Это тебе.
Говорит Москва.
Слушайте ноту Советского правительства.
По поводу новой провокации
финляндской военщины.
Вчера, 26 ноября,
финское белогвардейство предприняло
новую гнусную провокацию.
Разрешите, товарищ полковник?
Слушай приказ.
Твой полк передислоцируется.
В полной боевой готовности.
На сборы - сутки.
Командировка короткая.
Семьи остаются здесь.
О месте назначения узнаете
в пути. Хотя...
Ты, Ларичев, умный.
Небось сам догадываешься?
Завидую тебе.
Коли дырку для ордена.
А то и две.
Юра!
Юрочка!
Юрка, радость моя.
Ты не ожидал, что я приеду, правда?
А я приехала.
Села в поезд и приехала.
За тобой, Юр.
Хороший мой, Господи.
Папа сейчас в командировке,
но он очень скучал по тебе.
И Кузька по тебе скучал.
А ты сейчас дома освоишься спокойненько.
Ты уже. наверное, от дома -то отвык.
Ты, пожалуйста, не обижайся на нас.
Обещаю, все будет хорошо.
- Честное слово, самое честное.
- За мной мама уже приехала.
- Машка!
- Верка!
Вера, милая, третий раз мимо еду,
только догадалась телеграмму дать.
- Маш, ты оттуда?
- Оттуда, оттуда.
- Шунечку не встречала?
- Жив-здоров Шунечка.
Встречать, не встречала,
но знаю - жив.
В соседнем полку воюет.
- Машка, насовсем или...?
- Нет, сейчас раненных отправим и обратно.
Вера, огромные, огромные потери.
Но, запомни, это военная тайна.
Машка, Шунечку, Шунечку увидишь -
поцелуй его за меня.
Хорошо, поцелую,
поцелую я твоего Шунечку.
Мария Михайловна,
Мария Михайловна, уедем!
- Берегите себя там.
- Ну ладно, Вер, хорошо.
- Не переживай.
- Машка, пирожки -то возьми.
- Пирожки?
- Поцелуй его обязательно.
Ну поцелую, поцелую.
Не боишься со мной поцелуи передавать?
- Да ну тебя.
- Не дрейфь, не в моем он вкусе.
Шунечка!
Где шляешься?
Давай обед.
- Сейчас.
- Постой.
- Водки дай.
- Сейчас, Шунечка.
- Себе.
- Шунечка, я ж...
Я сказал - и все.
Чокаться не будем.
Шунечка, я же все понимаю.
Я догадываюсь, что тебе
пришлось там пережить.
Нигде не писали, но люди говорили.
Главное, что ты вернулся.
Целый вернулся,
и руки, ноги, голова.
Голова?
Что мне делать с тем, что творится?
В этой голове.
Глупо. Бездарно все.
Отцы - командиры. Шпана.
Дырки себе кололи под ордена, а
солдатам совсем другие дырки достались.
Ларичев трапал от противника.
От каких -то финнов.
Первый раз в жизни.
Шунечка.
Ну, родной мой.
Ты же самый лучший.
Ты все равно - самый лучший на свете.
Целый полк у нас положили.
Свои же. Из миномета.
Слухи, появившиеся в английской,
и не только английской прессе
о близости войны между Германией и СССР
это неуклюжая пропаганда враждебных СССР
- ...и Германии сил.
- Вы нас убедили.
Убедили, что всем надо хотя бы немного
поспать. Брест через 3 часа.
Правильно. Выпьем чайку -
и мертвецкий сон.
Ваш чай.
- Жива?
- Да.
Капитан, за мной.
Тихо. Тихо, мой мальчик.
Тихо. Тихо.
Командиры,
красноармейцы, политработники!
Все, у кого есть оружие, ко мне.
Товарищ полковник, старший лейтенант
Барсуков прибыл в ваше распоряжение.
- Приведите себя в порядок.
- Есть.
Капитан Нефедов.
Товарищ полковник, начальник караула
сержант Калашников,
сопровождаю арестованного
в гарнизонный трибунал.
- Сколько вас?
- Двое бойцов и арестованный.
- Кто такой?
- Лейтенант. Летчик.
В Барановичах напился, открыл стрельбу.
Становись в строй,
вместе с арестованным.
- Но...
- Война, сержант.
- Война.
- Есть.
- Приказ ясен?
- Саша!
Шунечка, это что - война?
Вера, родная, помоги здесь раненным
и добирайся к матери.
- Как?
- Как сможешь.
Шунечка, я не помешаю,
возьми меня с собой.
Нет. Решено. Все, нет.
Все.
Саша!
Вера! Вера!
Внимание! Есть кто старше полковника?
Как старший по званию,
принимаю командование на себя.
Отряд! Слушай мою команду.
В две шеренги, становись!
- Успокойся, я тебя прошу!
- Не пущу тебя.
Нале - во!
Шагом марш!
Что же вы не спите, товарищ майор?
Они вам мешают?
Пусть веселятся.
Вы весь мокрый.
Сейчас я вам градусник принесу, сейчас.
Господи, да что же вы?!
- Яна Альбертовича не видели?
- В том корпусе он.
Ян Альбертович, там ампутант
из второй палаты, обильное кровотечение.
Иду, Верочка.
Извините, коллеги.
Вера!
- Машка!
- Верка!
- Машка!
- Верка!
- Машка!
- Верка!
- Ты с какого света?
- Да с этого, с этого.
- Я уже две недели здесь.
- Где здесь.
- Во втором корпусе.
- Вот казусы природы, и не встретились.
Вера!
- А почему Вовус-то?
- А потому что оболтус.
Благородного имени Вова не заслужил.
- Это от того самого -женатого?
- А вы проницательны.
- А ты все со своим, как его, Шуньчиком?
- Он воюет. Писем нет.
Да и куда написать, он же не знает.
Я запрос подавала.
Сказали, не волнуйтесь.
Но я и сама верю, что все будет хорошо.
Если бы было плохо, я бы почувствовала.
Вон, видишь оболтуса в буденовке?
Это мой.
Смолин!
Смолин!
Можно вас на минуточку?
- Здрасьте.
- Здравствуй.
Что ты опять жуешь?
Вера, он все время что-то жрет.
Дай сюда. Плюнь!
Да плюнь, я тебе...
- Что это?
- Да это вар.
Вар?
Познакомься, это тетя Вера.
Она будет жить у нас.
А карточки у нее продуктовые есть?
- Что? Что ты сказал, гаденыш?
- А что я такого сказал?
Ты сказал гадость, понял?
Иди, одевайся, дома получишь у меня.
Привет, Антонина!
Привет!
Здравия желаю,
товарищ командир медицинской службы!
Вольно.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
Ну, Верка, вот наш Ноев Ковчег.
Входи.
- Хорошо устроились.
- Да, Вер, так мы и живем.
Вова, значит, теперь у нас
будет спать здесь. На сундуке.
А мы с тобой - на этой большой кровати.
- Нормально?
- Нормально.
Ну, раздевайся.
- Маш, только я не одна.
- Не поняла.
Я с кавалером.
- Какой рыжий у нас кавалер -то.
- Кузя зовут.
Кузя! У!
Иди, Кузя.
Раздевайся, и для Кузьмы места хватит.
В тесноте -да не в обиде.
Багажа у нас с собой не было.
От вещей я сразу избавилась.
Белье наше еще там на бинты порвали.
Кое-что на себя надела, что-то раздала.
Схватила Кузьму и потопала.
Где-то подвозили, кто-то покармливал.
В общем, это длинная история.
Но что самое обидное, Маш, представляешь,
до мамы совсем недалеко оставалось,
километров двести, а тут вдруг...
стоп, дальше нельзя. Немцы.
Устроилась на санитарный поезд,
- Машка, ты что опять?
- Тихо ты, ребенка разбудишь.
Опять, опять?
Опять!
Как?
- Ты хоть скажи, кто он.
- Какая разница? Человек.
- Ну не принц у власти, конечно.
- Ну я понимаю, что не принц.
Но у вас хоть серьезные отношения с ним?
- Да нет уже никаких отношений.
- Как же так -то?
А так.
Темперамент - и все тут.
Тебе то хорошо -
у тебя темперамента нет. Медуза.
У меня есть.
Ты забыла, я мужа люблю.
Забыла.
Забыла я, Верка, про твой темперамент.
Куда ты?
Хорошенькая такая.
Маленькая.
Осторожно! Осторожно!
Правда красавица?
Целиковская.
- Хочешь подержать?
- Ой, да ты что, я боюсь. Я же уроню ее.
Запомни, женщина
никогда ребенка не уронит.
Даже, если захочет.
Поняла?
А давайте кроватку опробуем.
А давайте.
Это же Вовка придумал,
из двух стульев.
- Гений.
- Молодец.
Маленькая моя.
- Ложись в кроватку.
- Осторожненько.
Последний час...
Вот здорово, сейчас объявят,
что она родилась.
- А спорим я знаю...
- Тихо, ну!
- Спорим...?
- Я убью тебя, Вова.
...окруженных в районе Сталинграда.
- Ура!
- Ура!
Двойной праздник.
Слушай, Вовус, а давай назовем ее
Верочкой в честь тети Веры.
- Давайте!
- Будет Вера-большая и Вера-маленькая.
Правильно.
Так, это значит, что наши войска
на 300 км стали ближе...
- К Берлину!
- К Берлину!
Машк! Вера плачет.
Господи! Ну мать ты или зверь?
Ребенок плачет, а она - спит.
Тихо, тихо.
Девочка моя.
Ну будет, будет, спи!
Я знаю, что ты маму хочешь, мама устала.
Попробуй-ка, постой 10 часов на операции.
Сама еще секундочку
постоять не можешь, а маме какого?
Закрывай глазки.
Во второй месяц войны
получила похоронку на Павлика,
командир пишет:
"погиб геройской смертью".
А Женечку, красавицу нашу золотую,
угнали в Германию.
Так, вставайте, лежебоки!
Вовус!
Подъем!
Опоздаешь сейчас.
Маш!
Я должна к маме ехать.
Надо, Верочка, одна ты у нее осталась.
Город только освободили,
я представляю, что там сейчас творится.
Я вот, что надумала,
возьму-ка я ребят с собой,
Кузьку, чтоб веселее было
и поеду туда.
- Ты с ума сошла!
- Нисколько.
Ты же одна с ними не справишься.
А поехать с нами не можешь.
Конечно, я - военнообязанная.
Ну, вот видишь.
А ребятам там знаешь, как будет славно?
Отъедятся фруктами, в море накупаются.
А потом, даст Бог, и тебя выпишем.
Приезжай к нам, хоть с третьим.
Тьфу, Верка!
Типун тебе на язык, с третьим.
- Мамочка!
- Нет Павлика и Женечки.
Нет деток моих золотых.
Одна ты у меня осталась.
Мамочка, я не одна.
Вер, смотри, смертельный номер.
- Ну что ты, горе мое?
- Мужчина требует добавки.
Тебе же больше всех налили.
Будешь когда-нибудь суп?
Никогда.
Это же не я, это мой организм требует.
Ребенок же растет. Ему же вдвое
больше против взрослого надо.
- Браво, бабуля!
- Шальной. На, ешь.
- Не торопись только.
- А у меня для вас новость.
- Вот сейчас поужинаем и пойдем...
- В кино!
Какие сумасшедшие глаза, сумасшедшие.
Ну, лобзай меня, лобзай, мой милый!
Как я мечтала об этой встрече,
металась по квартире,
из комнаты в комнату,
из комнаты в комнату.
- Сколько же у вас комнат?
- Пять.
- Какова же тогда общая площадь?
- 120 метров.
Подлец!
Это что? Это все из-за квартиры?
- Зинаида Павловна, я же...
- Я лучше утоплюсь.
- Нет, как же мы без вас.
- Ой нет, там глубоко.
- Да, тут омут.
- Плывите к берегу!
Альфонс!
Здравствуй, мой хороший, здравствуй!
Верочка, девочка моя.
- Там дядька к тебе какой-то военный.
- Дядька военный?
Похлопочите, Александр Иванович,
вдруг какой следок отыщется.
Человек же - не иголка.
Идем, маленький, идем.
- Собирайся, завтра уезжаем.
- Как? Куда?
Название места назначения
тебе ничего не скажет.
Короче, глубокий тыл.
Но как я могу,
у меня же дети?
Я, когда их увидел,
думал, меня кондрашка хватит.
Представляешь,
приезжаю к жене, а у нее -двое.
Ничего, они не сироты,
у них мать есть.
Всего лишь дай телеграмму -
пусть приезжает.
Она же не может так сразу.
У нее работа.
А у меня - служба.
Всю жизнь служу.
- Шунечка!
- Все.
Будет, будет.
Господи.
Разрешите, товарищ полковник?
Полковник Ларичев прибыл
в ваше распоряжение
для дальнейшего прохождения службы.
С приездом, Ларичев.
Садись.
- Ты, я слышал, вроде генералом был?
- Был.
А ты что ж выше полковника не поднялся?
Там все написано.
Ну как оно там, Ларичев, в плену?
Говорили, немцы шоколадом кормят.
Вам отлично известно,
что в плену я был всего два дня.
После побега два года воевал
в партизанском отряде.
Потом прошел проверку.
От подозрений очищен.
Садись, Ларичев.
Ты чего так рано?
Сволочь.
Полковника Рябинина помнишь?
Комдивом потом стал.
- Вася?
- Черту он Вася!
Вася.
Сволочь.
Ты уж не взыщи сегодня, Шунечка,
но в магазине здесь ничего нет.
А до рынка я еще не дошла.
Пришлось взять обед в столовой.
Плохо работаете, Ларичев. Праздник
на носу, нам собрание проводить надо.
А в актовом зале потолок
как валился, так и валится.
Я вам уже докладывал,
ремонт осуществить невозможно.
- Материалов нет, людей не дают.
- А вы требуйте.
Материалов нет? Извернитесь.
Достаньте хоть из-под земли.
Найдите нужного человека,
угостите его по-приятельски.
Сами знаете, как такие дела делаются.
Ничего такого я не знаю,
и знать не хочу.
Экие мы гордые! И с такой гордостью -
да в хозяйственники.
Я на эту должность,
как вам известно, не просился.
Да?! Знаю я, знаю.
Вы в действующую армию просились.
Хотя бы простым солдатом.
Вернулся ваш рапорт с отказом.
Можете взять на память.
И других рапортов не советую писать.
Откажут. Не заслужили вы,
Ларичев, действующей армии.
Послушай, Рябинин, я ведь
все про тебя знаю.
Как в 41-м ты под Вязьмой
погубил целую дивизию...
Полковник!
Как под трибунал шел.
Заступились за тебя.
Вспомнили былые заслуги
по выявлению врагов народа.
Полковник!
Комдив, сука, ведь твоих рук дело?
Полковник, кто вам дал
право так разговаривать?
- Война.
- Война?
Да что ты о ней, о войне, знаешь?
Месяц в окружении дрожал,
опозорил себя пленом, два года
по лесам гулял, ягоду-землянику собирал.
И полгода на проверке подъедался.
Да, я понес заслуженное наказание,
но я воевал. Ротным, комбатом,
комполка, кровью свою вину искупил.
Я всю войну не как ты,
я ее под пулями в наступлении прошел.
И победа, которая вот-вот, Ларичев,
все равно - моя победа.
Моя, а не твоя!
-За победу!
-За победу, Шунечка!
Ну вот все и закончилось.
Тебя демобилизуют
и заживем мы с тобою мирной жизнью.
А как ею живут?
Мирной жизнью? Как?
Я 26 лет жил военной жизнью,
что я делать-то умею?
Мы поедем к маме,
она всегда нам будет рада.
А там и дело какое-нибудь найдешь.
Кирпичи разбирать?
Ну зачем же, кирпичи?
Мало ли есть чего другого?
Устроишься. А как все?
Я не все.
Я не хочу устраиваться как все,
ты что за 10 лет так этого не поняла?
Ну что ж ты у меня все воюешь?
Ведь война-то уже кончилась.
- Все, Верочка, собирайся.
- Куда?
- К маме твоей.
- К маме?
- А как же?
- Боец, помоги.
Выставили меня из армии.
Отслужил свое Ларичев.
Стоп. Никаких слез, соболезнований.
Ну, будет, будет.
Артистка! Артистка!
Дорогу артистке!
Верочка, знаешь, кто это?
Народная артистка.
Ну, вначале хотели ко мне,
но у меня же все удобства во дворе.
А у вас сортир, извините,
туалет в доме.
Понимаете, их театр в настоящее время
находится на гастролях в нашем городе.
Все артисты размещены в гостинице,
а Маргарита Михайловна, я думаю,
ее вам представлять не надо,
нуждается...
Пока вы, юноша, донесете мысль,
я успела бы уже три раза
рассказать свою жизнь. Дело в том,
что я вообще не переношу гостиниц.
После каждого спектакля
мне непременно хочется отключиться
от своих дорогих коллег
и не менее дорогих почитателей.
- Конина!
- Здравствуйте!
- А я вас знаю.
- Правда? А кто ж меня не знает?
Меня любая собака знает.
Шучу.
Если у вас действительно есть
теплый туалет, я хотела бы снять его.
- С комнатой непременно в придачу.
- На неделю, не больше.
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Вы хозяин этого дома?
- Так точно. Разрешите представиться?
-Ларичев Александр Иванович.
- Конина Маргарита Михайловна.
- А я вас знаю.
- Да?
- Извините за внешний вид, но строимся.
- Почему, прекрасный вид.
Как и подобает мужчине.
- Разрешите показать дом?
- Разрешаю.
- Верочка!
- Ой, у нас же неприбрано.
Ну этим вы меня не удивите,
наоборот, вы расположите меня к себе.
- Здесь у нас кухня.
- Хорошо.
-А вот здесь место уединения.
- И работы над ролью.
Ой! Во дворце живем.
- А эта лестница куда?
- Там кабинет мой. Рабочий.
Ну это святое место для мужчины.
Столовая.
- А это моя мама, Анна Степановна.
- Очень приятно.
- Маргарита Михайловна.
- Здесь у нас еще комнатка.
Прелестно. Прелестно.
Господи, не верю!
Красота-то какая!
- Водочки?
- Да. Непременно.
Это мой единственный недостаток.
Так, дорогие мои,
хочу задать вам один вопрос.
Спасибо, деточка.
Вы каждый вечер так ужинаете?
Верочка замечательно готовит,
и потом, сегодня - такой день.
Так, милые мои,
давайте договоримся четко,
никаких таких дней
и никакого низкопоклонства.
Я хочу быть нормальным человеком
среди нормальных людей.
Хватит и того,
что у меня профессия ненормальная.
Ну, Маргарита Михайловна,
у вас замечательная профессия.
- Зачем же вы тогда поступали в театр?
- В театр не поступают, Верочка.
В него попадают, как в тюрьму.
Или под колеса поезда.
Ну ладно, раз уж стол накрыт,
надо его опустошать. Да?
- За нашу гостью!
- Спасибо.
Маргарита Михайловна. За ваше творчество.
Мы ваш фильм смотрим...
- Так. Спокойно. О-па!
- Так.
- Ну давайте, давайте еще карту.
- Пожалуйста.
- Ой, спасибо вам большое.
- Не за что.
Спасибо.
Анна Степановна,
ну это опять не та карточка.
- Ну что же вы так? Вот это не считается.
- Анна Степановна!
- Еще разочек.
- Мухлевщица!
Это - козырная, а это -тузик.
Не расстраивайтесь, Анна Степановна.
Ой, сидят и ждут!
Ну что это такое!?
Ну как же, мы волнуемся.
Такое хулиганство на улицах!
Дорогие мои, не знаю,
в радость или в огорчение,
хочу перед отъездом сделать вам подарок.
Дала какая-то девочка очень милая,
прямо на сцену. Все - цветы,
а она мне - вот это вот.
Вот это вот существо.
Шунечка, ты посмотри,
у нас Кузьма- второй появился.
Маргарита Михайловна,
наверное, уже в Москве.
Интересно, нас вспоминает?
Хороший человек. Дай ей Бог здоровья.
Твой-то вон тоже скучает.
Не влюбился ль?
Да кабы так, мамочка. Полбеды.
Мужику это даже полезно, иногда.
Здесь, мам, другое.
Он вчера весь вечер
таблетки какие-то глотал.
А что болит? Разве добьешься?
Люблю.
Верка, а ты помещица!
Странно, что вас
до сих пор не экспроприировали. А?
Ну вот что! Даю тебе 5 минут,
утирай сопли - и в постель.
Ну, пойдем на диванчик.
Верочка, милая. Ты же 3 ночи не спала.
Тебе необходимо выспаться.
Просто я никак понять не могу,
его нет. Шунечка умер.
Это же какая-то бессмыслица.
Это извечный философский вопрос.
Нам его с тобой не решить.
Ты знаешь, Маша, я сейчас забылась
на секундочку и вижу,
будто мы идем с ним по берегу моря,
и я говорю: "Слава Богу, ты не умер!"
Жив. Смотри, говорю, береги себя.
А то опять умрешь.
Верка, я тебя предупреждаю.
Именно так сходят с ума.
Верандочка. Так и не достроил.
- Хороший мой.
- Вера, хватит!
Сколько можно, Вера!
Всего, что было в жизни, не оплачешь.
- Конечно, Маша, конечно.
- Конечно.
Что случилось, Маш?
- Что такое?
-Да ничего.
- Это все сигареты, Господи.
- Да это не сигареты, а ты.
- Довела меня своим ревом. Господи!
- Болит?
Да ничего, сейчас отпустит.
- Слушай, Вер, если со мной что случится.
- Маш!
Ты, это...
А, да ничего.
Даст Бог, ничего не случится.
Знаешь, Верка, что любую болезнь лечит?
Работа и любовь. Да-да.
Любви я тебе не обещаю,
но пока на работу не устроишься,
в покое тебя не оставлю.
- Так и знай. Поняла?
- Поняла.
- Возьмите, пожалуйста.
- Спасибо.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Какая вы красивая, Вера Павловна!
- Да ну вас, Петр Макарович!
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Доброе утро, мам.
- Ну что, дочка, удалось поспать?
Ох, устала, сил нет.
И тебе вкусненького принесла.
Возьми цветочки.
-Завтракать будешь?
-Да. Только дух переведу.
- Посторонись.
- Господи, что это?
По Дону гуляет, по Дону гуляет,
По Дону гуляет казак молодой
Ваша мама, оказывается, знает старые
русские песни, а я их просто обожаю.
- Здравствуйте, Маргарита Михайловна!
- Здравствуйте, Верочка, родная моя!
Здравствуйте!
Я к вам пришла навеки поселиться.
Вы, конечно,
можете выгнать старую наглую бабу,
и будете иметь на это полное право.
-А что случилось?
-Астма у Маргариты Михайловны.
Да. Астма.
Такое красивое слово.
Как астра.
Но она не выносит московский климат.
И врачи сослали меня, как царь -
Александра Сергеевича Пушкина, на юг.
А куда мне ехать на юг, к кому?
Для меня юг - это ваш дом.
Ну, конечно, Маргарита Михайловна,
живите сколько вам нужно.
Да нужно до самой смерти, Верочка.
- Ой, Маргарита Михайловна!
- Спасибо вам большое.
Спасибо, родные мои.
Нет у меня никого, кроме вас.
Спасибо.
Дышите. Так, одевайтесь.
Что ж теперь делать?
Ничего. За операцию никто не возьмется.
Возраст, состояние сердца.
Надо ждать, ухаживать.
Поддерживающее средство я вам выписала.
- Впрочем, можете настаивать на операции.
- Да? Нет.
Ничего серьезного, Анна Степановна.
Больше лежать и отдыхать.
- Лежать, ну ладно. Пойду посуду помою.
- Мам!
Ни за что на свете, только
через мой труп. Ложимся, ложимся.
- Ой, ну Маргарита Михайловна!
- Анна Степановна, ложимся!
- Давайте быстренько!
- Ну не могу, я уж все бока отлежала.
- Ножку нашу вот сюда положили, так.
- Вот наказание!
Вот умница. Отныне посуду буду мыть я.
Да видела я, как вы ту посуду моете,
Маргарита Михайловна.
Да, вы правы, Анна Степановна.
Мыть посуду - не мое призвание.
Пусть Верочка моет, а я буду готовить.
Маргарита Михайловна, вы же сами
говорили, что я не умею ничего.
Деточка моя,
вы же забыли, что я - актриса.
А умение жить в предлагаемых
обстоятельствах и перевоплощаться?
О, Боже мой!
Куда ж гвоздика делась?
Я б за нее полцарства отдала.
Пудинг фруктовый.
- Ведь только что, Маргарита Михайловна.
- Ну такого вы не ели.
Такого вы действительно не ели.
Ну вот маленький кусочек, ради меня.
Пожалуйста. Из любви ко мне.
Ну чтобы встать, надо усиленно питаться.
Положите меня в больницу.
Я в больнице хочу умереть.
Ну что это вы придумали?
Умереть, да еще в больнице.
А почему вам дома-то нехорошо.
Мы же с Верочкой вас так любим.
Вы выздоровейте. Мы с вами
еще столько старых песен споем.
Я не поправлюсь, Маргарита Михайловна.
Да нет, это неважно. Я пожила и довольно.
Я не хочу, чтобы за мной дома ходили.
Верочка целый день на работе,
вы - народная артистка, большой человек,
что вам время-то свое на меня тратить?
Не дай Бог дело еще до горшков дойдет.
Нет, нет, нет.
Нет, это я со стыда сгорю тогда.
В больнице, по крайней мере,
хоть нянечки. Им за это деньги платят.
А что, артистка - не человек?
Что она, горшок поднести не может?
Мама!
Маргарита Михайловна!
Верочка!
Верочка!
Вы посмотрите, что она придумала.
В больницу, среди чужих людей.
Верочка, ну я же дело говорю.
- Здравствуйте!
- Только что ремонт сделали.
- Вижу, вижу.
- Вот наши палаты.
- Вижу.
- Прошу.
Здравствуйте, граждане выздоравливающие!
- Вашими бы устами.
- Ничего-ничего. Целину вы подняли.
И мы вас поднимем. Енисей перекроем.
Красавица моя, Анна Степановна.
- Помогите, пожалуйста.
- С удовольствием.
А это вот вам всем, вкусненькое,
дорогие мои.
- Прошу вас.
- Ой, спасибо.
Ну что, молодая, выглядим очень хорошо.
Выздоровим -домой пойдем скоро, да?
- Помогите, пожалуйста, подушки поправить.
- Конечно.
- Вот так.
- Осторожненько.
Вот, теперь у нас
настоящее королевское ложе.
Состояние больной - стабильное.
Мы ее любим.
Спасибо вам большое. А теперь,
дайте нам пошептаться, девочкам.
Хорошо, как скажете.
Господь наградит вас
за вашу доброту, Маргарита Михайловна.
А как вы думаете, он есть?
Конечно есть, как же иначе?
Кто-то верит, кто-то - нет.
Важно ведь жить по закону.
- А что, по-вашему, жить по закону?
- По любви.
Жить - не тужить, никого не осуждать.
Никому не досаждать.
И наше вам почтение.
Ну это я вам за себя обещаю.
- Верочка Платоновна, здравствуйте!
- Ты что сияешь как самовар?
Все сделала по вашему методу.
Встречаю своего красавца вчера пьяного
с улыбкой, хоть за ушами завязывай.
А он мне говорит: "Что лыбишься?",
а я отвечаю -тебе весело, и мне весело.
Представляете, ничего не ответил,
не обидел, спать пошел.
День проходит, другой,
а вчера, представляете, приходит
домой, сам улыбается.
Нат, ты извини, я отойду на часок?
Ты посиди за меня.
- А что, случилось что-нибудь?
- Да. Мне кажется...
Доченька, успокойся, она не мучилась.
Как не проснулась.
А завтра - снова на работу и улыбаться.
Верочка, вы не находите,
что у нас схожие профессии.
Да. Слезы оставлять дома.
Верочка, я, может быть, самолюбивая
и зазнавшаяся старуха, но...
у меня завтра в вашем театре премьера.
- Я знаю, Маргарита Михайловна, но...
- Дайте мне вот договорить.
Вы знаете, мне один человек сказал,
что жить надо по любви.
Жить - не тужить,
никому не досаждать, никого не осуждать
- И наше вам почтение!
- И наше вам почтение!
И чем же мы лучше можем помянуть
ее на девятый день, как не этим?
Мне - сыграть так,
чтобы людям было весело.
А - вам быть рядом, поддержать меня.
И это будет наше к ней...
- Почтение и любовь.
- Почтение и любовь.
- Спасибо, мне очень понравилось.
- Да? И вам спасибо, Верочка.
Ой, кто это?
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Здравствуйте!
- Добрый вечер!
Я Вера Смолина.
Дочь Маши Смолиной, вашей подруги.
Машенька!
Машенька!
Сразу хочу вас предупредить,
я приехала к вам насовсем.
Хотите - принимайте,
хотите - нет,
только скажите откровенно,
без церемоний.
Ну что ты, девочка!
Просто я всем так ошеломлена.
Маша. Ваше молчание.
Твой приезд.
- Но я могу.
- Я знаю, можешь сразу уйти.
Но давай пока повременим с этим.
А сейчас расскажи мне все.
Ты же мне небезразлична.
После того, как...
В общем, мы остались одни с Владимиром.
- С Вовусом?
- Нет. Именно с Владимиром.
Петровичем. Это последний мамин муж.
Художник.
А как же Вовус?
А Вовус уже с нами не жил. Женился.
Нелепая ошибка, как говорила мама.
Я в то время заканчивала восьмилетку.
Он пил. Бросил работать. Денег не было.
- Я терпела его, пока...
- Пока что?
Пока он не стал приводить
таких же пьяных приятелей.
- Потом женщин.
- Господи!
Верочка! Девочка моя!
Козочки мои! Пардон!
- На счастье!
- Какое "к счастью"!?
Эту примету придумали, когда чашку
можно было купить в любой лавке.
...произведен запуск первого спутника...
О, Боже!
Как я, однако, долго живу на земле.
Когда я была гимназисткой
и Брилье перелетел через Ла-Манш,
Все! Достигнута вершина технического
прогресса. А теперь вот.
Чудо! Боже мой, вот то,
что сделано руками человека,
и послано в космические глубины.
Спутник! Спутник!
Нормально.
Циолковский давно все придумал.
Если бы не война, уже и
человек бы в космосе побывал.
Ой, дитя двадцатого века.
Ничем тебя нельзя удивить.
А я вот когда маленькая,
тогда даже трамваев не было.
- Телефон! А была только конка.
- Так вы и конку застали?
У телефона.
Верочка, родная!
Конечно слушаем и рыдаем от счастья.
Какой отчет?
Какой может быть отчет,
когда такой великий день?
Я на месте правительства
распустила б всех по домам.
Ну конечно, дождемся!
И отметим.
Маргарита Михайловна, неужели вы
действительно все помнит
Помню, но не очень хорошо.
Помню, что сделала аборт,
а ради какого фильма - не помню.
Шучу.
132. Да?
- Можно?
- Входи, Оля.
Вера Платоновна, у меня моряк
просит отдельный номер.
А есть только резервный на случай
брони. Я отказала, а он требует.
Очень настырный.
Я направлю его к вам, а? Хорошо?
Давай направляй.
- Разрешите?
- Добрый вечер.
Товарищ директор, конечно я понимаю,
что в этом есть и наша вина.
Товарищ прилетел раньше
положенного времени.
Но убедительная просьба: поселите его.
Мне очень жаль, но свободных мест нет.
Есть. 303.
Это бронь обкома. Забронировано
на случай приезда особо важных гостей.
Отлично. Он и есть "особо важный гость".
Охотно вам верю. Но что мне делать,
если приедет еще более важный?
Не приедет. Завтра утром
у вас будет бумага из обкома
или из дирекции судостроительного
завода. Как прикажете.
Ну хорошо, уговорили.
Идемте.
- Добрый вечер!
- Добрый вечер!
- Вы и есть этот важный гость?
- Выходит.
Я вас поселю, но учтите, до того,
как ваши товарищи привезут бронь,
вы в случае непредвиденного
заезда обязаны...
Клянусь и обязуюсь через 15 минут
испариться как бес перед заутренней.
Ольга Петровна, оформите
и проводите товарища в 303.
- Добро пожаловать!
- Спасибо.
Алло!
Ну как дети, ей Богу!
Спустись на этаж,
возьми кипяток у Клавы.
Сейчас сама поднимусь.
Как только тебя муж терпит?
А мы с Сергеем Павловичем
уже все починили.
- Добрый вечер!
- Добрый вечер!
Ну вот, все готово. Кажется,
на стакан чая я у вас заработал.
На целый самовар заработали.
Я прошу прощения, надеюсь,
больше никаких приключений не будет.
Спокойной ночи!
Мне показалось, вся эта штормовая
процедура создала у вас впечатление,
нелестное для меня.
Юрлов Сергей Павлович.
Очень приятно.
Инженер, по роду работы
связан с судостроением.
Приехал сюда на испытания.
Но по понятным причинам
не могу входить в подробности.
Отдельный номер совершенно необходим,
так как по ночам должен иногда работать.
Но и немного спать, если получится.
- Спокойной ночи!
- Скажите, а вы что в самом деле,
в случае чего смогли бы меня
выгнать за 15 минут в темную ночь?
- А вам кажется, нет?
- Уверен, что нет.
- До свидания!
- До свидания!
Здравствуйте, Вера Платоновна!
Я вас не узнала.
Вам идет форма.
- Дождь на улице.
- Это гроза. Сейчас пройдет.
Я вас приветствую.
Не возражаете,
если я провожу вас до трамвая?
- Не возражаю.
- Прошу.
Вот и дождик закончился.
- Вы торопитесь?
- Нет. Не очень.
Может, пройдемся?
Мне бы хотелось с вами поговорить.
Давайте пройдемся.
Есть в вашем лице что-то
удивительно родное, милое и светлое.
Бывают такие редкие люди -
источники света. Вот вы такой источник.
Сергей Павлович,
расскажите лучше о себе.
- Вот, мой завод.
- Красиво.
- Вон туда посмотрите.
- Впечатляет.
Правда, впечатляет?
- Какой чудный октябрь.
- Да. Чудный октябрь. Чудесный год.
И, вообще, жизнь полна чудес.
- О, смотрите.
- Куда?
- Вон, движется.
- Спутник?
Ага. Спутник.
А скажите, Сергей Павлович,
вы с этим как-то связаны?
- Вы имеете в виду космос?
- Да.
Нет. Моя стихия - вода.
Морские глубины.
Какие-нибудь торпедные аппараты?
Да, удивительные
все-таки времена наступили.
Еще 4 года назад я должен был явиться
в спецчасть и доложить,
что некая гражданка
очень приятной наружности
настойчиво интересуется продукцией
нашего предприятия.
- Я похожа на английскую шпионку?
- Вы похожи на английскую королеву.
Помните, что сказал
Пьер Безухов Наташе Ростовой?
Если бы я был не я, был бы молод,
умен, красив и был бы свободен
я бы сию же минуту, не задумываясь,
просил бы руки и любви вашей.
Вам пора, Сергей Павлович.
А то он увезет ваш зонтик.
- Спокойной ночи!
- Спокойной ночи!
Вера, креста на вас нет.
Где вы пропадаете?
- У меня чуть приступ не начался.
- Добрый вечер, Маргарита Михайловна!
Я Веру-маленькую спать отправила,
а сама вот с ума схожу, беспокоюсь.
- Зря беспокоитесь, Маргарита Михайловна.
- Что случилось? А?
- Я влюблена.
- Наконец-то!
Он - инженер,
занимается чем-то засекреченным.
Приехал в командировку, на испытания.
- Женат?
- Да.
- Дети? Внуки?
- Дети. Внуки.
Жены детей. Немолод. Сед.
Мы любим друг дуга,
Маргарита Михайловна.
Какое все это имеет значение?
Ну и приводите этого немолодого
человека сюда в дом, поите чаем.
- Я вам вкусненькое приготовлю.
- Может, не стоит?
Нет, нет, нет.
Обещаю, будет очень вкусно.
Мой ангел-хранитель мне подсказывал:
"Не ходи ты сниматься в эту картину!"
Я и сам чувствовала, что пошлость.
Но, знаете, актера помани пальцем.
И вот вам, пожалуйста, возмездие.
20 лет я нашу на себе это вот клеймо:
Лобзай меня, лобзай!
"Ой, как мне нравится ваша картина
"Лобзай меня, лобзай!" Ой, смотрите!
- Ваше здоровье.
- Будьте здоровы.
Живая "лобзай меня" пошла!
Ну что ты будешь делать?! Ужас!
таком случае, я счастливый человек,
Маргарита Михайловна
- Я не видел того фильма.
- Милый вы мой! Единственный!
Хотя, если признаться честно,
я не видел и других ваших фильмов.
- Да что вы?
- Да.
- Ну это уж слишком!
- И не был в театре.
- Да?
- На спектаклях с вашим участием.
Вы занятый человек?
Но Эйнштейн тоже был занят наукой,
но, между прочим,
находил время играть на скрипке.
Любезная Маргарита Михайловна!
Я полагаю, что вы тоже мало знакомы
с общей теорией приборостроения,
с сопроматом,
баллистикой и прочими малоэстетичными,
но все-таки полезными предметами.
Начинается спор между физиком и лириком.
- Бенджамен Франклин...
- Кто?
Бенджамен Франклин. Американский
писатель, общественный деятель
возразил вам еще в восемнадцатом веке.
Мы называем некоторых людей дикарями
только потому, что их занятия
отличаются от наших.
Это сказал старик Франклин.
Верочка, я все поняла.
Он все видел и все читал.
Только его настолько засекретили,
что он и сам уже не знает,
в чем можно раскалываться,
а в чем - нет.
Браво, Маргарита Михайловна, браво!
Счет ничейный, зрители расходятся.
Деточка, побудь с нами, побудь.
Извините, мне правда
утром странички сдавать.
- Бедная девочка!
- А что за странички?
[ Skipped item nr. 1003 ]
Не хочет даром хлеб есть.
Вначале еще ничего было,
а сейчас - просто беда.
Теперь вот работу
на дом берет из машбюро.
Да, у нее была
какая-то проблема с пропиской?
Сергей Павлович, любимый, золотой!
Единственный!
Вы связаны с военными, они все могут.
Умоляю вас, похлопочите.
Ну помогите нашей деточке.
А я вам прощу даже то,
что вы не умеете играть на скрипке.
- Она - комсомолка?
- Да!
- Комсомолка.
- Ну, я попробую.
Вера, Верочка! Вера, иди сюда!
Скорей, скорей.
Сергей Павлович тебе
обещает сделать прописку.
Я не сказал "обещаю",
я сказал - "попробую".
Только и вы прежде
должны подумать, Вера?
- О чем?
- Ну если все удастся,
то ваша работа долгое время
будет связана с судостроением.
Это условие.
Ну и что? Я еще в детстве
любила кораблики пускать.
- Наша Маргарита еще не утомила?
- Да нет! Наоборот.
- Мне очень хорошо у вас.
- И мне хорошо. Очень.
- Да?
- Да.
Знаешь, у меня в Москве -
огромная квартира
с дворцовыми потолками, Амурами
в некогда роскошном купеческом доме.
Но, понимаешь,
она как-то странно спланирована.
Вся вокруг туалета и кухни.
Туда можно пройти не иначе,
чем через чью-нибудь комнату.
- И через вашу?
- Угу.
Именно как раз через мою.
Не успеешь проснуться -
уже топает одна невестка в бигудях.
С детским горшком. Как будто меня,
хозяина этих 150 м, здесь совсем нет.
А чтобы пройти и приготовить на кухне
завтрак, надо идти через комнату сына
и другой невестки.
Те еще изволят почивать.
- Сами себе готовите завтрак?
- Да.
Вот так едешь с работы и думаешь,
куда это они меня везут? Зачем?
Да, кстати, мне уже, наверное, пора.
Гараж?
Старшину Денисова.
- Юрлов говорит.
- Может быть, ты останешься?
Денисов, утром заедете
за мной не в гостиницу, а...
Все знает, черт!
Да, Аркадьевский переулок,20.
В 7-00.
Верочка, поздравляю!
Какой мужчина, какой интеллект!
Рост, седина, голубизна глаз!
О, Боже мой, где мои 38 лет?
Тетушки, вы что, с ума сошли?
- А ты что, ты не согласна, Верочка?
- Нормальный, интеллигентный дядька.
- Лишь бы свое обещание выполнил.
- Ну ладно, иди отсюда.
Так, теперь по выездам.
Слет Ветеранов сдал с 345 по 366.
Съехали в расчетный час
220, 432, 303 и 256.
Погоди. Как 303?
Он же на месяц забронирован.
Да вот, 303. Утром вещи забрал,
снова с моряком был.
Сказал, обстоятельства изменились,
я сама документы оформляла.
Да вы можете проверить!
Ешьте, Верочка. Суп немного
пересоленный, но очень вкусный.
- Правда, деточка7
- Съедобно.
- Мне точно никто не звонил?
- Нет. Не звонил.
А на второе я приготовила
жареную картошечку с грибочками.
Верочка, я поняла,
во мне умерла Елена Молоховец.
Кулинария гораздо увлекательнее театра.
Ну я пойду за вторым.
Да, кстати, мне наконец заплатили.
Вот. Здесь ровно 246 рублей.
Ну и возьми их себе, купи что-нибудь.
Я не хочу быть иждивенкой.
Вера, если ты меня хоть немножко любишь,
если я тебе хоть капельку нужна
в этой жизни,
или я себе это тоже выдумала?
Ну что вы, теть Вер?
Тогда не обижай меня платой
за право считать тебя дочерью.
Не могу, голова что-то разболелась.
- У телефона.
- Это не телефон, Маргарита Михайловна.
- А что же это?
- Это дверь.
- Вера!
- Тетя Вер.
- Верочка!
- Тетя Вера!
Как вы на это посмотрите,
дорогие мои хозяева?
Мне вчера у вас так понравилось,
что я подумал "К черту эту гостиницу!"
и попроситься к вам на постой.
Светлая мысль.
С вами замечательно спорить
на давно уже решенные темы.
Боже мой, астры!
Для моей астмы.
Ну а в качестве аванса, вот с этой
бумажкой вам, барышня, завтра надлежит
явиться ровно в 10 утра в отдел кадров
нашего судостроительного завода.
- Ура!
- Ура!
Сергей Павлович,
родной, спасибо вам большое!
Спасибо, Сергей Павлович!
 

////////////////////////////