«Кулак» (англ. F.I.S.T. — аббревиатура от Federation of Inter State
Truckers) — кинофильм режиссёра Нормана Джуисона, вышедший на экраны в
1978 году, поднимающий тему рабочей борьбы в США 1930-х годов. Развязка
фильма отсылает к судьбе Джимми Хоффы.
Все фразы и цитаты
«К.У.Л.А.К»
Чтоб ты провалился.
- Домбровски, у тебя болит спина?
- Нет, мистер Гент.
Тогда возьми больше ящиков! Ковак,
нагрузи его! Давай-давай! Он может
взять больше!
А теперь пошел! У нас мало времени!
- Четыре ящика помидоров оплатишь
из своего кармана! Таковы правила!
- Но, сэр...
- Ты уронил, ты и плати - политика
компании! Ты меня слышишь?!
- Слышу, сэр.
Отлично. А теперь собери помидоры
живей! Мы выбились из графика.
Мы поможем.
Белкин! Работать!
- Куда плохие?
- Бросай.
Вы что это делаете?!
А ну работать всем!
Вы меня слышите?! Сэмюэлс! Сэмюэлс!
Ты уволен! Забирай документы!
- Я вас не слышал, мистер Гент.
- Ты уволен!
Джонни... Джонни, я его не слышал,
это правда.
Может, отнести рыбу на склад,
пока не испортилась?
- А тебе-то что, Мэтт?
- Монахан... Майк Монахан.
- Не лезь не в свое дело.
- Это мое дело. Если не уберете
рыбу, она испортиться.
- А нам-то что?
- Разгружайте скорее.
- Иди сам и разгружай.
- Я водитель, у меня другая работа.
Белкин! Что вы творите! Вы же
знаете, где складывать груз!
Ленивые мерзавцы мне не нужны!
Слышишь, Белкин?! И ты, Ковак, еще
один...
Замолчи или я тебя разорву.
Что ж, наверное, такому богачу,
как ты, работа не нужна.
Вычту из зарплаты, Ковак!
- Что же ты делаешь?!
- Я иду к босу Эндрюсу!
Я тебе дам Эндрюса! Ты уволен,
Ковак! А-ну проваливай!
А-ну покажем ему, ребята! Получай!
Вот сам и проваливай!
(Скандируют: "Эндрюс!")
Рад, что вы мне рассказали.
Ваши жалобы обоснованы.
Давайте договоримся так: отныне Гент
никого не сможет уволить без моего
одобрения. Идет?
А что делать с оплатой случайно
испорченных грузов?
Оплачивать случайно нанесенный
ущерб вам больше не придется.
А сверхурочные из-за ожидания груза?
Не буду вам лгать, это не в моей
компетенции. Я поговорю с
руководством. Хорошо?
Мы постараемся быть справедливыми.
Но тогда уж и вы отправляйтесь на склад
и немедленно перенесите туда весь груз.
- Постойте. А где гарантия, что вы
поговорите с начальством?
- Даю вам слово.
Кстати, мистер Ковак, спасибо вам,
что вы подняли эти вопросы. Проблемы
будут решены.
Договорились?
Ну, что скажите, ребята? Как вам
такие условия? Поверим ему?
Как скажешь. Мы с тобой, Дженни.
Что ж, хорошо, договорились.
За Джонни Ковака! И за Эйба
Домбровски! За Эйба Линкольна!
- Повторить?
- Смотрите, новенькая. Как тебя зовут?
- Так что, повторить?
- Ну-ка, Джонни...
Кто кашу заварил, тот за всех
и платит.
- Такие розовые щечки. Ты ирландка?
- А что?
- Ничего.
- Тогда перестань и веди себя
по-джентльменски, как твой друг.
Джентльмен? Неужели у меня
слишком грубые руки?
Джонни, иди сюда!
Давай схватимся на пяточек!
Слушай, Джаг, у меня был тяжелый
день. А вот Эйб - с удовольствием.
Хочешь дать бой Джагу?! Иди сюда!
Ставьте пяточек! Давайте! Отлично!
- А на меня кто поставит?
- Ладно, хватит болтать.
Боюсь тебе будет больно, Джаг.
- У тебя коротковат локоть, Эйб.
Давай помогу. Отлично. Зиги, командуй.
- Внимание, ребята. Начали!
Смотрите, кто пришел! Винс Дойл!
А какой чудесный костюмчик!
Благотворительный визит, Винс?
Я хотел обсудить с Зиги одно дельце.
Мы тут кое-что устроили.
Джонни припер их к стенке,
мы чуть ни начали бастовать!
Мы победили, Винс.
И чего же вы добились, малыш?
Зиги, угости ребят за мой счет.
Быстрее!
- Джонни, быстрее!
- Нас не пускают, Джонни.
Номер семь, номер восемь, номер
девять! Давай-давай проходи!
- Что вы делаете? Сэм, а ты куда?
- Мне нужна работа, Джонни!
Я хочу поговорить с Эндрюсом!
- Так-так-так, мистер Ковак хочет
видеть мистера Эндрюса?
- Да.
Что ж, мистер Ковак, мистер Эндрюс
уехал из города. Но просил вам кое-что
передать: "Вы уволены! Вы все!"
- Победитель...
- Кто тебя звал, Винс?
Ты снова полез спасать мир, да, малыш?
А двадцатку за тебя вносил я.
- Мы же с ним договорились.
- Договорились? Господи, Джонни, с
такими людьми нельзя договориться.
Ты не дал им стимула.
Он пожал мне руку. Пожал руку и
сказал, что мы договорились.
Да, конечно... Слушай, а что если
тебе поработать на меня? Будем
честно получать деньги.
Так и мечтаешь меня зацепить, Винс.
Тебе нужна марионетка?
Перестань, Джонни, успокойся.
Тебе нас не понять, Винс.
Джонни, брось... Эй, малыш!
Джонни, постой!
- Ну что с вами, ребята? Выше нос.
- Спасибо, Молли.
Привет, Джонни. Помнишь меня?
Я Майк Монахан. Вчера я привез груз
рыбы на склад Флэтнера.
- Помню. Что нужно?
- Я подумал, наверное, ты ищешь работу?
- Верно. А что за работа?
- Я президент триста второй ячейки
Федерации водителей-дальнобойщиков,
Джонни.
За президента!
- Ты о нас слышал?
- Нет.
Он из профсоюза.
Это не совсем профсоюз.
Вы не против, если я присяду?
Сейчас в нашей Федерации около ста
человек. Слушай, Джонни, я не знаю,
как ты относишься к профсоюзам, но я видел
тебя у Флэтнера. За тобой пошли люди.
- Я много им помогал.
- Соглашайся.
В компаниях, с которыми мы работаем,
полно мерзавцев, вроде вашего мистера
Эндрюса. Они с улыбкой режут нам горло.
И что прикажешь с ними делать?
Я хочу, чтобы ты работал на нас.
Отправляйся к складам и записывай
людей в нашу Федерацию.
- А мой адвокат? Мы работаем вместе.
- Хорошо, возьмем вас обоих.
- Сколько?
- Окладов у нас нет. Но я буду платить
комиссионные за каждого нового человека.
- Я не разбираюсь в грузовиках.
- Я все объясню.
- Мне не интересно.
- У тебя будет кабинет.
- Мы попробуем отомстить.
- Им нечем платить, Эйб.
- У тебя будет машина.
- Машина?
Анна, Анна! Помнишь меня?! На прошлое
Рождество я три раза приглашал тебя
танцевать, а ты все не соглашалась!
Постой! Ты забыла?! Если хочешь
знать, как меня зовут, то я скажу:
Джонни Ковак. А тебя?
Ты же знаешь!
Нет! Как твоя фамилия?!
Она у всех есть!
Заринкас!
Красивая! Польская?!
- Я литовка!
- Литовка?! Литовцев немного осталось!
Я слышал, почти все умерли! Хочешь пива?!
- На завтрак?! Я не пью пиво!
- Пойдем куда-нибудь поговорим!
- О чем ты хочешь поговорить?
- Могу говорить о чем угодно:
о бейсболе, о книгах, о библии.
- А что ты знаешь о библии?
- Что я знаю о библии? Око за око
и так далее.
- Ты всегда врешь?
- Если это помогает уговорить
заносчивых дамочек.
- Постой! Куда ты?!
- На работу!
- Я подвезу тебя до ворот! Садись!
- Я к незнакомцам не сажусь!
Давай поразим твоих подруг!
Я вымыл машину! Садись!
Ты меня позоришь, выставляешь в дурном
свете! Может, хоть попрощаешься?!
Прощай!
Анна, а твои подружки знают,
какая ты упрямая?!
Компания "Объединенные перевозки"
- Так, друзья, что нужно?
- Мы из профсоюза, Федерация
дальнобойщиков.
Хотим немного поговорить с ребятами.
- Оставьте машину, а я спрошу
у начальства.
- Спасибо.
За что ты его благодаришь?
Ребята из профсоюза.
Проходите, но я должен записать
ваши имена.
Эйб Белкин.
Ковак... Джонни Ковак.
Присмотри за ними.
Доброе утро. Меня зовут Джонни Ковак.
Я из профсоюза дальнобойщиков.
- Привет.
- Привет.
- Мы хотели поговорить.
- Нам не интересно.
- Улучшение условий труда.
- Я же сказал, нам не интересно.
- Я понял, но мы хотели поговорить
и с другими.
- Ты же слышал.
- Да. Как тебя зовут?
- Ричард.
Ричард, хорошо. Эйб, идем.
Поговорим с ними чуть позже.
Откуда они взялись?
- Постой, постой, постой! Я Джонни
Ковак, Федерация дальнобойщиков!
- Слушай, отстань!
- Мы хотели поговорить о жаловании!
- Я плачу налоги! Оставьте меня в покое!
- Всего пять минут!
- Отстаньте!
Постой! Пять минут! Ну и черт с ним.
Мы проводим заседание в пятницу в
восемь часов в церкви Святого Стефана.
Приходите.
Идем.
Не стоит, Джонни.
Сколько мы работали?
Четырнадцать часов?
Тринадцать. Записали троих. Двоих
точно и одного - может быть.
- Грузовики не заезжали?
- Не знаю. Народа много.
- А где водитель этой машины?
- Не в курсе, я не видел.
- Внутри?
- Не знаю.
- Залей бензина на 60 центов
и проверь масло. Хорошо?
- Да.
Мы скоро.
- Неплохая машина.
- Точно.
- Независимый?
- Похоже.
"Транспортная служба Хигенса".
Есть тут кто-нибудь?
- А-ну проваливайте!
- Мы из профсоюза.
Мы набираем членов.
Прошлый раз у меня забрали весь груз.
У нас есть документы. Покажи.
Федерация дальнобойщиков,
Эйб Белкин.
Точно, вы из профсоюза.
Ну и проваливайте.
Тебе нравится, как компания
обращается с водителями?
В профсоюзе они не смогут
тебя надувать.
Они свое возьмут и все начнется
сначала.
- А если в профсоюз вступят все?
- Да? Ну вот когда вступят, тогда я
и приду.
Мы сможем защитить тебя от компании.
Вы вдвоем? (смеется)
- Нет. Профсоюз.
- А сейчас вы потребуете членские
взносы.
Можешь заплатить из прибавки,
которую мы выбьем.
Ерунда.
Ладно. Хочешь кончить, как Джо
Харпер? Дело твое.
А что случилось с Джо?
Джо Харпер так надрывался... Разбился,
а страховки не было и семья ничего не
получила. А машина у него была такая же.
- Постойте.
- В пятницу в восемь вечера на
заседании в церкви Святого Стефана!
- Как тебя зовут?!
- Ковак.. Джонни Ковак! А тебя?
Том Хигенс! Меня все знают!
До пятницы! Если захочешь прийти!
Но подписывать ничего не буду!
Вы уже знаете, ребята, что компании
решили прижать нас, как никогда
прежде.
Единственный способ выстоять - держаться
вместе. В этом суть профсоюза.
Это же Джо Харпер.
- Привет, Джо. Как ты?
- Привет.
Привет, Джо! Как самочувствие?
А сейчас, друзья, слово Джонни Коваку.
Привет, Джонни.
Большинство из вас знает Джо Харпера.
Джо Харпер одним из первых вступил в
профсоюз.
Он больше двадцати лет платил взносы.
Делал все, о чем его просили.
Был нашим братом.
Всю свою жизнь он мотался по стране,
зарабатывая для своей семьи.
Компания хотела, чтобы он работал еще
больше. И, наконец, он попал в аварию.
Но теперь компания о нем забыла.
Я хочу вам кое-что сказать, друзья.
Мы ничего не просим у этой компании,
потому что о Джо мы позаботимся сами.
Мы оплатим его лечение, мы
поддержим его семью, потому что
Джо - верный член профсоюза.
Мы поможем ему и тем, кто ему дорог.
И я хочу сказать кое-что еще. Если вы
вступите в профсоюз, мы добьемся,
чтобы вам оплачивали сверхурочные
и счета за лечение.
И вам уже не придется убиваться ради
лишнего доллара, как вы делаете это
сейчас.
Как это делал мой отец. Вступите в
профсоюз, поддержите его и он
поддержит вас.
И я клянусь, что ни один мерзавец, не
смотря на все свои деньги, не сможет
прийти и испортить нам жизнь.
Это я вам обещаю.
Ладно, Джо, поехали.
Где расписаться?
Да, я в курсе происходящего.
Я говорил с этим Винсом.
Да, ему предложили три сотни. Через
три или четыре недели обещали поднять
до четырехсот.
Смышленый парень, он нам
здорово помогает.
Предложи установить рекламный щит и
с его помощью объяснять нашу позицию.
Нет, Эйб еще не пришел. Я тебе
перезвоню, Майк. Ладно, пока.
Мистер Ковак, я Артур Сентклер,
главный юрист компании "Объединенные
перевозки".
Я вас знаю.
Позвольте присесть?
Мне кажется, мистер Ковак, у нас с
вами общие заботы. Хоть и по-разному,
но мы беспокоимся за водителей.
Вы из-за своих профсоюзных
комиссионных, ну а я - из-за компании
и ее доходов, разумеется.
Конечно.
Я обратил внимание, мистер Ковак, что вы
обладаете необыкновенным даром убеждения.
Я бы хотел использовать ваш талант.
И как же именно?
Наняв вас на работу в компанию. Подумайте
хорошенько, мистер Ковак. Подумайте,
сколько добра вы сможете сделать,
помогая нашим водителям.
А как же мои товарищи?
Как же профсоюз?
Вместо вас останется ваш помощник, мистер
Белкин. За деньгами мы, разумеется, не
постоим и с удовольствием удвоим то, что
вы получаете сейчас в профсоюзе.
- Неплохо.
- На мой взгляд, очень неплохо.
Знаете что, Сентклер? Начиная здесь
работать, я думал, что если буду делать
свое дело очень хорошо, рано или поздно ко
мне кто-нибудь придет, кто-нибудь вроде вас.
И будет предлагать мне то, что сейчас
предлагаете мне вы.
Я еще тогда знал, как вам ответить.
И я знаю это сейчас.
Проваливайте из моего кабинета. Вы
находитесь на территории профсоюза.
С возрастом, Ковак, вы поймете, что
любезности можно научиться, а иногда
даже научить.
Когда передумаете, позвоните.
- Анна!
- Что тебе нужно?
- Что с тобой? Почему ты плачешь?
Что случилось?
- Ничего.
- Ты плачешь. Тебя кто-то обидел?
- Нет.
- Что случилось?
- А ты никогда не плачешь?
Плачу, когда чищу лук. Но, по-моему,
ты рыдаешь совсем по другой причине.
Может, выпьем пива?
Я же говорила, что пиво не пью.
Тогда кофе. Хочешь кофе? Нет, кофе ты
не хочешь. Может, тогда мороженое?
Мороженое все любят.
Тебе какое нравится? Ванильное или
шоколадное? Нет, шоколадное ты не
любишь.
Тогда клубничное? Знаю, что клубничное
тебе нравится. Вот ты и улыбнулась.
Ты улыбаешься.
Да.
Возьмем клубничное. Я знаю одно
местечки и недорогое.
Без рук.
Не хочешь, чтобы я тебя трогал?
Без рук? Хорошо, без рук.
Хотя, мне кажется, что крутить руль без
рук трудновато. Но мы что-нибудь придумаем.
Ты никогда не переключала скорости локтем?
Я не умею водить.
Возможно, к концу лета нас будет уже
пятьсот. Главная цель профсоюза -
защитить ребят от произвола компаний.
В этом же и основная проблема.
Может, нам с тобой куда-нибудь
сходить?
На фабрике, где я работаю, две девочки
пытались вступить в профсоюз. Их выгнали.
Это плохо, очень плохо. Вчера в газете я
прочитал, что в "Орфее" каждый вечер
выступает Джинджер Роджерс. Она
хорошо танцует. Когда-нибудь видела?
Нет. А теперь они во всем штате
не могут найти работу.
Да, неприятно. Я постараюсь
кое с кем поговорить.
- Правда?
- Да. Слушай, ты сидишь, ешь мороженое и
напоминаешь мне Джинджер Роджерс.
Правда. В субботу вечером я свободен.
- А я занята.
- Я тоже. Тогда в воскресенье?
- Я занята.
- Как у тебя много дел. А на Пасху
ты свободна?
- Ты всегда так нахален?
- Когда хочу чего-нибудь добиться.
Сейчас проверю свои планы. Может
быть, удастся освободить следующую
субботу в девять часов.
Клубничное мороженое...
Ну что, сможешь?
- Без рук?
- Без рук. Предлагаю сделку.
- Какую?
- Без рук, если дашь мне доесть
рожок. Хорошо?
Хорошо.
- Привет, ребят.
- Привет.
- Как жена?
- Нормально.
Ждем тебя через три дня.
Договорились?
Спасибо, Джонни Ковак. Береги себя.
- Привет, Джек.
- Привет, Джонни.
Там в грузовике парень, он хочет с
тобой поговорить и вступить в профсоюз.
Спасибо. Присмотрите за Кофи Нортл,
она разбирается с мужем.
- Ты хотел меня видеть?
- Думаю вступить в профсоюз.
- Хорошо. Как тебя зовут?
- Джек.
- Джек? А дальше?
- Просто Джек.
Ковак... Я тоже хочу в профсоюз.
Боже...
Предъявите удостоверение!
Я должен проверить ваши документы!
Присаживайтесь! Том, пожалуйста,
закрой дверь! Чтобы мы наконец-то
смогла начать наше заседание!
Сегодня из Индианаполиса к нам приехал
человек, о котором вы все наверняка
слышали!
Он официально примет в союз новых
членов! Этот человек - настоящая
легенда профсоюзного движения!
Генри Форд!
Перестань, Том! Давайте успокоимся,
ребята!
Макс Грэм - национальный президент
нашего профсоюза!
Спасибо Майку Монахану за такое
оригинальное представление!
Я хочу поговорить с вами о том, с чем
сталкиваюсь везде, куда я приезжаю!
О юбках?!
Если кто-то считает себя самым умным
и хочет пошутить, пусть проваливает
отсюда и шутит на улице!
Компании подослали тебя, чтобы
сорвать заседание!
Так вот, я бы хотел поговорить с вами
о большевистских агитаторах!
У нас есть большевики?
Вы знаете, о чем я! Я видел их в Питтсбурге,
в Детройте! Есть они и у вас в Кливленде!
А сейчас я хочу поговорить о
необходимости платить членские взносы.
Хватит жаться! Платите взносы!
Угости старика за мой счет.
- Как дела?
- Порядок.
Спасибо, Джонни.
- Здесь его все знают?
- Да. Джонни все любят.
Молли, он хочет тебя пригласить.
- Кто?
- Тот, кто тебе нравится - Эйб.
Нам нужно больше водителей.
Молли тебя приглашает.
- Откуда знаешь?
- Знаю. Если откажешься, пойду я.
Наверное, сам все подстроил?
- Ты ведь не водитель, Ковак?
- В отличие от вас...
Я так и думал.
А людей будоражите, пускаете им
пыль в глаза.
Ну что вы, Макс... После вступления
Джонни, профсоюз начал расти.
- Вы за каждого получаете
комиссионные?
- Да. Таковы условия работы.
Создаете себе авторитет, а деньги
складываете под подушку.
Он никогда не сидел за рулем!
Ладно, ребята, счастливо.
Джонни, постой. Очень скоро придет
человек из компании, что-нибудь тебе
предложит и ты согласишься. Ты согласишься!
Джонни - хороший парень.
Постой, Эйб!
Джонни!
Вернись, допей пиво!
- Боже... Прости, Молли.
- Ничего. В пятницу я свободна.
Уже занята.
- Тебе понравился фильм?
- Нет.
- Не понравился?
- Шучу. Знаешь, ты такой доверчивый.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Молли.
Спокойной ночи.
Черт...
- Вы знаете, что они сделали с Эйбом?!
- Да!
Мы не можем выходить на улицу и бастовать
лишь потому, что кого-то избили!
Я вступал в профсоюз не для того,
чтобы меня уволили! Верно?!
Я не хочу бастовать так же, как и ты, Том!
Я не хочу, чтобы кто-то лишился работы!
Но чем мы вам помогли?! Ничем! Вам платят
сверхурочные?!
Нет!
- Оплачивают лечение?!
- Нет!
Зато мы исправно собираем с
вас взносы!
Постойте! Мы с Майком пойдем к
боссам и поговорим с ними!
- Это и есть Ковак?
- Да.
- Сколько водителей он привлек в профсоюз?
- Около шестидесяти процентов.
Я знаю этих иностранцев: простые
приятные люди, любят повеселиться,
выпить пива.
И не поддавайся на их уловки!
(стук в дверь)
- Здравствуйте. Я Филип Телбот.
- Я Майк Монахан. А это наш организатор
Джонни Ковак.
Отец сейчас подойдет. Простите
за задержку.
Ничего, мистер Телбот. Время у нас есть.
- Присядьте.
- Спасибо.
Это мистер Сентклер, наш юрист.
И мистер Ленгли - управляющий.
- Майк, почему ты сел здесь?
- О чем ты, Джонни?
- Если он сядет во главе, ты должен
сесть там.
- Ерунда.
- Напротив.
- Да? Хорошо.
Мы сядем вон там.
- Куда?
- Туда.
- Так лучше.
- Это точно.
Простите за опоздание, господа. Иногда
встречи затягиваются. Прошу вас, садитесь.
Пересядьте поближе.
Так будет лучше слышно.
У нас хороший слух. Если хотите,
пересядьте сами.
Я думаю, мы отсюда все услышим.
Начнем?
Это мистер Монахан, президент
местного профсоюза.
Здравствуйте, сэр.
И мистер Новак.
Ковак. Старший организатор.
Хорошо, мистер Ковак.
Чем мы можем вам помочь?
Майк - наш президент.
Я думаю, он лучше знает.
Конечно. Мистер Монахан...
Дело в том, мистер Телбот, что членам
профсоюза кое-что не нравится. Об этом
мы и хотели бы с вами поговорить.
Я готов обсуждать проблемы сотрудников.
Хочу, чтобы мои люди были всем довольны.
Члены профсоюза считают, что компания
должна оплачивать лечение в случае
производственных травм.
А так же выдавать специальные
компенсации семьям водителей.
Какова наша позиция?
Наша политика не отличается от политики
других компаний. Страховых программ у
нас нет.
Но в некоторых случаях мы выдаем
сотрудникам кредиты на срочную
медицинскую помощь под стандартные
проценты.
Некоторые из них лично мне
выразили свою признательность.
Очень мило.
Мистер Телбот, я предлагал не
одалживать деньги, а оплачивать счета.
Мы же вам их отрежем. Ты в курсе?
- Что он сказал?
- Я сказал, мы отрежем вам яйца.
И что именно должна означать
эта грубость, мистер Ковак?
- Мы заставим вас закрыться.
- Понимаю.
Нет, вы не понимаете. Вы ничего не
слышите, ничего не чувствуете, потому что
иначе мы бы здесь не сидели. У вас слишком
маленькие глазки и жирные задницы.
- Он говорит от вашего имени?
- Джонни наш организатор. Он знает,
чего хотят люди.
Я достаточно выслушал.
Не достаточно! Если человек работает
сверхурочно, почему вы ему не платите?!
Если ему нужна страховка, почему вы
его не страхуете?!
Мы не просим вас быть щедрыми,
мы просим вас быть разумными!
Понятно. Я отвечаю "нет", мистер Ковак.
Никаких страховок, никаких сверхурочных
и никаких прибавок к зарплате.
Идем, Майк.
Вы в курсе во что вам обойдется
забастовка?
Невероятно...
- Нам нужно поговорить.
- Не трогай меня!
- Зачем ты это делаешь?
- Что?
- Бросаешь меня.
- Ты заявился пьяным.
- Это не важно.
- Да?! Джентльмен приезжает...
- У меня нет денег.
- Если джентльмен хочет меня куда-нибудь
пригласить, он вежливо стучит.
- Неужели?
- И сначала беседует с мамой.
- Да о чем мне с ней беседовать?
- О погоде.
- О погоде?
- О погоде! Он ведет меня к машине,
иногда дарит цветы.
- Цветы?
- Цветы.
Да ты сумасшедшая! Слышишь, Анна?!
Откуда у меня цветы?! Ты думаешь, что
я "голубой" и везде хожу с цветами?!
Это не для меня?!
Добрый вечер. Меня зовут Джонни Ковак.
Я из профсоюза. Я пригласил Анну на
свидание и сейчас ищу ее маму.
- Я миссис Заринкас. Проходите.
- Спасибо.
- Прошу вас.
- Спасибо.
Присядьте.
- Какие чудесные розы.
- Спасибо. В магазине была распродажа,
вот я их и купил.
- Может быть, поставим их в вазу?
- Если вы не против, я лучше подержу
их в руках.
- Да. Одну секундочку.
- Хорошо.
- Анна, пришел твой друг!
- Сейчас спущусь, мам!
- Прошу вас...
- Спасибо.
- Как же сегодня жарко.
- Рядом озеро. От него высокая
влажность.
Да.
А мне нравится холод. Легче дышать...
И совсем не потеешь.
Давно у нас не было такого
жаркого лета.
Вы абсолютно правы.
Я тоже об этом подумал.
- Вы не литовец?
- Нет, я венгр.
- Католик?
- Конечно. С рождения.
- О чем вы здесь говорили,
пока меня не было?
- О погоде.
Джонни, какие чудесные цветы!
Ну зачем?
В магазине была распродажа,
вот я и купил.
- Спасибо.
- Не за что.
Обожаю такую теплую погоду.
А ты, Джонни?
Да. Я как раз об этом говорил.
Тепло раскрывает поры.
А мне мистер Ковак сказал,
что он любит холод.
Нет-нет, мне нравится и тепло и холод.
Я люблю, когда мне одновременно и
жарко и холодно.
- Я лучше пойду.
- Развлекайтесь.
Постараемся.
Через месяц я вам ее верну.
Не сомневаюсь. Рада была с вами
познакомиться. Анна, он мне нравится.
Пока, мама.
- Всего доброго. До свидания.
- Рада была познакомиться.
Я тоже.
Не дыши, не дыши. Получилось. А еще
я умею подражать поезду. Я давно
научился, еще в детстве. Хочешь покажу?
Хочу.
Сейчас.
Нет, не так.
- Эй, Джонни! Привет! Что ты делаешь?
- Привет, Винс! Я показываю Анне, как
надо подрожать поезду.
Да, в тебе всегда было что-то от
инженера. Ты нашел себе милую куколку.
Анна, это Винс Дойл и Джока.
А девушек я не знаю.
Это Бони и Рози.
- Нам очень приятно.
- И нам.
- Ты всегда умел выбирать девчонок.
- Винс, давай не будем об этом.
Прости. Ты собираешься вывести ребят
на забастовку? Становишься лидером
рабочего движения.
Лидером? Я делаю свое дело.
У тебя могут быть неприятности.
Я поступаю правильно.
В нашем городе никому не дано
перебить хребет этому старику.
Посмотрим.
Что ж, нам пора. Прощай, куколка.
- Кто этот человек?
- Винс? Работает в церкви.
- Правда?
- Нет, мы с ним росли вместе. Но Винс
не отличается хорошими манерами.
Потратим еще пару монеток?
Хорошо.
- Показать, как я подражаю поезду?
- Я уже слышала.
"Завод бастует. Федерация
водителей-дальнобойщиков."
Ребята, подходите ближе. Я хочу, чтобы
этот смышленый парень все понял.
Мы бастуем! Это значит, что мы не
пропустим ни один грузовик. Граница
пройдет здесь.
Становитесь, ребята!
- Что сказали в полиции?
- Они будут арестованы, как только
испортят нашу собственность.
Я говорил, что мы вернемся, Телбот?!
Говорил! Мы бастуем! У тебя нет шансов!
Будь проклят этот Рузвельт.
Стране нужен Дуглас Макартур.
Джонни, я все привез.
Ребята, идите сюда.
- Что делать, Эйб?
- Держите. Осторожно, краска еще не
высохла. Отнесите Хигенсу. Это еще не все.
Ребята, не спать!
Обклейте машины листовками!
Так отлично! Поднимайте!
Подберите полок! Вот так, хорошо!
Ребята, разгружайте машины!
Джек, неси вон туда!
- Туда?
- Да. Ты же знаешь.
- Святой отец, вы знаете этих людей.
- Здравствуйте, святой отец.
Безобразие. Что за цирк? Ты говорил,
они и месяца не продержаться, Артур.
На большее у них не хватит сил, сэр.
Я не дам этому мерзавцу построить
перед входом цирк "Шапито". Позвони
в Лигу защиты порядков.
(Поют) Давайте вступим в профсоюз,
Давайте вступим в профсоюз.
Давайте сейчас же вступим в профсоюз.
Спасибо, мэм, спасибо.
- Ну как ты?
- Все в порядке. А ты?
Я еще восемь часов могу поработать.
Ты перемыла все чашки?
- Я принесла вам перекусить.
Немного, но все же...
- Спасибо, леди.
Не за что. Угощайтесь.
Прошу.
- Привет, Молли.
- Держи.
Грузовик! Там грузовик!
Ближе к воротам! Прижмитесь!
Все на месте?! Держитесь!
- У них оружие.
- Стоим, стоим.
Эйб, берегись! Берегись!
Прячься быстрее!
Вы нарушаете закон!
Быстрее обливайте керосином!
Да что с вами, ребята?!
Джонни, они подожгли палатку!
Быстрее! За мной!
Будь ты проклят, Телбот, вместе
со своими прихвостнями!
- Джонни!
- Быстрее! Бежим!
Ах вы мерзавцы! Ах вы сволочи!
Прочь с дороги!
Прочь с дороги, мясники!
Майк...
Мясники! Будь ты проклят, Телбот!
Майк!!!
Боже...
- Неужели я все это затеял?
Я виноват. Я знаю, я виноват.
- Нет. Нет, не ты.
(Священник читает молитву над усопшими)
Монахан и мой старик вместе
ходили к Кэсиди каждую субботу.
Я предупреждал тебя о больших
неприятностях, верно?
- Мы все здорово влипли, Винс.
- Я здесь ни при чем.
- Да. Какое тебе дело?
- Да. Какое мне дело? Позволь задать
тебе один вопрос. А тебе какое дело?
Завязывай, Джонни.
- Мы похоронили здесь своих братьев.
- Мои братья - те, кто мне платят.
Своих братьев...
Джонни, тебе нужна помощь.
Я могу ее оказать.
Нужна и прямо сейчас.
За это придется заплатить.
Деньги у нас есть.
Что ж, я постараюсь помочь.
- А тебе пора образумиться. Увидимся.
- Счастливо.
- Не делай этого, Джонни.
- Хочешь и дальше хоронить ребят?
- Если позовешь Винса и его друзей,
они развалят профсоюз.
- Они придут не на всю жизнь.
- Если Винс придет, то навсегда.
- Без помощи профсоюз погибнет.
- Мы справимся.
- Нам нужна помощь.
Как же мы тогда поймем?
- Что?
- Разницу.
- Какую разницу?
- Между ними и нами.
Тише! Послушайте меня! У нас
большие проблемы, но я все улажу!
Привет, Джимми. Ты знаешь Винса.
- Привет, Эйб.
- Привет, Винс. Грэм против
продолжения забастовки.
Я с ним поговорю.
- Что здесь происходит?!
- Я разберусь!
- Что ты сейчас скажешь людям, Ковак?!
- Рад, что ты приехал, Макс.
Завтра у меня встреча с Телботом!
Ты вывел людей на улицу, а я верну
им работу!
- Мне нужна твоя помощь, Макс.
- Да, еще бы... Идем. Через пару
минут я вернусь!
Мы скоро.
- Надо было раньше просить меня о помощи.
- Ты прав, Макс, не буду спорить.
Что ты задумал? В чем дело?
Закрой дверь.
- В чем дело?
- У тебя встреча с Телботом?
Верно, Ковак.
Ты решил нас продать, Макс,
заставить нас вернуться.
Я не обязан с тобой говорить и не
хочу. Я все решу с людьми.
Поезд уходит через час.
Ты вернешься в Индианаполис.
Черта с два! Ты спятил!
Я президент профсоюза!
Нет, Макс, ты торговец. Ты решил всех
нас продать и заставить вернуться ни
с чем.
Но это наша борьба, наша забастовка,
наш профсоюз и тебе в нем не место.
Хорошо, пусть будет по-твоему. Оставайся
один. Встретимся на следующих похоронах.
Идемте.
Успокойтесь, ребята! Хватит толпиться!
Разойдитесь в стороны!
Те, у кого есть места, сядьте,
иначе мы долго не выдержим!
Тише!
Спасибо.
Прежде, чем мы начнем, я хочу сказать,
что у Макса Грэма возникли срочные
дела и он уехал в Индианаполис!
Но просил передать, что он на 200
процентов нас поддерживает!
Мы должны вернуться. Больше
они не смогут нас разогнать, не
смогут сжечь нашу палатку.
И стрелять в нас они не смогут. Потому
что иначе мы сделаем то, что сделал
Майк: мы ответим им изо всех сил.
Я хочу, чтобы в компании это знали!
Если нам придется еще кого-то хоронить,
пусть и они готовят лопаты! Мы больше
не намерены пропускать удары!
Нельзя выиграть бой пропуская удары!
Это еще никому не удавалось!
Вы видите, что здесь написано?!
Это не просто название профсоюза!
Наш символ - кулак!
Мы вместе! Все до одного! Мы кулак,
единый кулак! Единый кулак! Единый кулак!
- Кто вы?!
- Кулак!
- Кто?!
- Кулак!
(Народ скандирует: "Кулак!")
Хорошо, малыш, можешь покататься.
Винни, Грузовик из "Объединенной"
только что проехал мост.
Хорошо. Эл, Лефт и Ларт, займитесь.
Только не переборщите. Да.
Хорошо, спасибо. Еще один слева от
терминала. Ты и Чак, давайте.
- Вы тоже из пикета?
- Да-да.
Все в порядке! Ребята, отодвиньте их,
отодвиньте. Хорошо? Встаньте пошире.
Ясно?
Штрейкбрехеры, штрейкбрехеры!
- Кто мы?!
- Кулак!
- Кто?!
- Кулак!
- Кто мы?!
- Кулак!
Привет, Хэнк. Как жена и дети?
Сорок седьмой вызывает диспетчерскую.
Пришлите подмогу к воротам "Объединенной".
Стой! Стой!
Что-то случилось?
Винс, вон они!
Прости.
Пора... Пора!!!
Стойте.
Давайте!
Джока, быстрей! Давай!
Пристрели этого мерзавца! Стреляй!
Огонь!!!
Вперед! Верните их! Верните!
Джонни! Джонни!
Эй ты!
Джонни!!! Джонни, хватит!
Хватит! Ты его убьешь!
Перестань.
Страховка, повышение жалования,
сверхурочные.
Вы говорили, что беспокоитесь о
благосостоянии своих людей. Теперь
мы довольны.
Спасибо.
Вот и договорились.
- Поздравляю, малыш.
- Спасибо, Винс.
- Надеюсь, мы сможем найти
общий язык, мистер Ковак?
- Еще бы...
- Утро будет паршивым.
- Не знаю. Я ничего не слышал.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Что у нас?
- Сто сорок шесть представителей
из двенадцати штатов. Телеграмма
от Грэма.
- От нашего президента?
- Возьми, потом прочитаешь.
Доброе утро!
- С нами почти сто процентов компаний, да?
- Почти.
- Есть проблемы?
- Всего одна, в Чикаго. Компания
некоего Васко. Тупоголовый осел.
- Васко? Почему он отказывается?
- Я не знаю. Говорит, что его ребята
против. Нужно что-то делать.
Джонни, это ерунда. Нельзя
никого заставлять.
А вот здесь ты ошибаешься, Эйб, все
должны вступить. Это для их же блага.
Позвони в чикагскую ячейку. Пусть
узнают об этом Васко.
Ясно.
Я сам разберусь. Хорошо?
- Так хорошо?
- Да, отлично.
Кто там?
Я сейчас подойду, а ты продолжай.
- Фрэнк Васко?
- Да.
Джонни Ковак их профсоюза. Миссис
Васко, я Джонни Ковак. Здравствуйте.
Добрый вечер.
Элен, отведи Иги наверх.
Я хочу украшать елку.
Если это из-за меня, то не
стоит, Фрэнк.
Идем, Иги, идем.
Веселого Рождества, Иги.
Точно такой же ангелочек есть и у меня
дома. Каждый год мама украшает им елку.
Без него и Рождество не Рождество.
Какого черта вы сюда приехали?
Вам меня не запугать.
Вы подослали ко мне своих агентов.
Одного из них я выбросил в окно.
Вы крутой парень. Я это вижу, Фрэнк.
Но вы должны кое-что понять.
Личные отношения здесь ни при чем,
хотя наши предки могли плыть в
Америку на одном пароходе.
- Вы говорите по-венгерски?
- Лучше, чем по-английски.
Так чего же мы спорим?
Ребята не хотят вступать в ваш профсоюз.
Они голосовали. Они не хотят платить
взносы.
У нас уже есть страховка. У моих людей
самая высокая оплата сверхурочных в
Чикаго и лучшая зарплата во всем Иллинойсе.
Те, кто работает в других компаниях,
живут намного хуже.
Вы должны подумать о своих братьях,
Фрэнк. Всем нужно вступить в профсоюз.
Не многие живут так, как вы. Мы должны
сплотить людей, иначе нельзя.
Послушайте. Я не буду заставлять
своих ребят делать то, что они не хотят.
Мы не можем ни для кого делать
исключение, Фрэнк.
Как хочешь. Веселого Рождества.
Отлично! Вот так! Осторожно,
а то сгоришь!
А сейчас подарки! Это тебе. Бери, бери.
Идемте, все готово, идемте.
Пельмени? Мы сейчас. Мишка, куда ты?
- Это мне?
- Тебе.
- Правда?
- Да.
Спасибо.
Что здесь?
- В какой руке?
- В этой.
Веселого Рождества, Анна.
- Да или нет?
- Он даже сейчас командует.
- Да или нет?
- Все должно быть совсем не
так и не здесь.
- Ладно, примерь.
- Сейчас.
- Нет, на этот.
- На этот? Ты меня любишь?
Да.
- Я должна сказать маме!
- Нет-нет, постой. Еще один поцелуй.
- Я пошла?
- Иди.
Я его убью! Где он?!
- Как дела в клубе?
- Отлично. Пока меня нет, там заправляет
Джока. Заезжай как-нибудь. Мы так давно
не виделись.
Сейчас мне трудно уехать. Крутим большие
дела. Серьезный бизнес, Винсент.
Слушай, за то время, что мы не
виделись, моя жена родила ребенка.
- Серьезно?
- Взгляни. Симпатичная малютка, правда?
Боже.. Посмотри, Джонни.
Ни у кого я не видел таких
красивых личиков.
Он так на тебя похож, Малыш.
Хотелось бы надеяться.
Я над ним немало поработал.
Все будут десерт?
- Принеси тарелку "Зепполе
ди Сан Джузеппе".
- "Зепполе ди Сан Джузеппе"?
Так как на счет нашего дела?
- Значит, ты хочешь, чтобы я с ним
поговорил? Как его зовут?
- Васко.
Васко. Я поговорю с ним от имени
твоего друга.
Мы с Джонни подумали, что раз он
живет в Чикаго, то лучше, если этим
делом займешься ты.
Конечно. Это мой родной город.
Только поговорить.
Ты мой должник.
- Он об этом не забудет, Винс?
- Джонни не забывает. На сто процентов
наш парень.
На сто процентов? Таких людей
не бывает... Нет.
- Да?
- Миссис Васко? Позвольте войти?
Что вам нужно?! Отпустите меня!
О, нет! Боже! Нет! Господи! Нет!
Передай Фрэнку, что в следующий
раз мы не остановимся.
Мы должны приехать к восьми часам.
Почему ты не можешь заскочить
утром?
Я всего на минуту. Сейчас вернусь.
Я это уже слышала.
Все очень просто. Мы немного просим.
Твои водители не должны вести выпивку
в те бары, где нет наших музыкальных
автоматов. Вот и все.
- И сколько автоматов вы хотите поставить?
- Сколько? Две-три тысячи минимум.
Здесь, в Мичигане, в Иллинойсе.
- Похоже у меня нет выбора?
- Выбор всегда есть, Джонни. Но Малыш
помог нам разобраться с Васко.
И буду продолжать помогать вашему
профсоюзу всем, что в моих силах.
Я тебя очень уважаю, Джонни.
Конечно.
Ну что ж, договорились?
Джонни?
Да.
Поздравляю, Джонни.
- Винс, мы позвоним.
- Хорошо.
Джонни, я слышал, ты женишься.
Это прекрасно. Я бы хотел сделать
тебе свадебный подарок.
Мне ничего не нужно.
Не нужно? А кто говорил о нужде?
Ты становишься важным человеком,
Джонни.
И должен жить соответственно своему
положению: иметь хороший дом. Его я и
дарю тебе и твоей невесте.
Мне ничего не нужно.
- Джонни, Малыш хочет сказать...
- Я знаю, что он хочет сделать, Винс.
Ничего страшного, все в порядке. Джонни,
правда я пытался тебе помочь. Поверь
мне, от всего сердца.
Надеюсь, что твой брак будет таким
же счастливым, как и мой.
За тебя.
- Удачи.
- За Анну.
Улыбочку!
- Кружись, Молли, кружись!
- Ты отдавишь мне ноги!
- Эй, Мишка, отдай невесту!
- Ладно!
- Ты прекрасно выглядишь, Анна.
- Спасибо.
- Береги его.
- Постараюсь.
А я должен сидеть и смотреть, как
эти венгры танцуют с моей женой.
Только бы никто не простудился.
- Нам нужно поговорить.
- Хорошо, поговорим.
Ты посмотри! Анна, иди к нам!
Возвращайся! Хватит, Мишка!
Хватит, Мишка!
- Так где оно? Здесь? Здесь нет.
- Что ты делаешь?
- Вино ищу.
- Наше вино на столе.
- Нет. Здесь тоже есть. Вот оно.
- Это вино святого отца.
Нет, это вино божье. Я знаю, потому
что живу здесь намного дольше, чем ты.
Когда мама отправляла меня в церковь,
я каждый день приходил сюда, чтобы
выпить вина, потому что священники
пьют самое лучшее вино.
За тебя и за Молли - за вас. Слушай, она
такая крупная. Наверное, быстро тебя
изматывает. Теперь я женат, можешь
все мне рассказывать.
- Что ты натворил, Джонни?
- Что?
- Боже... Что ты натворил?
- Я женился.
- Ты взял деньги.
- Что?
- Взял.
- Чушь.
Я случайно заехал в офис. Ты купишь
себе новый дом? Свадебный подарок?
Слушай, я...
Нет, это ты послушай! Ты решил все
продать?! Все, что мы делали?!
Продать своим дружкам-бандитам,
чтобы они здесь хозяйничали?!
Я делал лишь то, что нужно ребятам.
Музыкальные автоматы?
Они тоже нужны ребятам?
Они никому не причинят вреда.
- Ты продался.
- Нет.
- Продался.
- Не говори так.
- У нас было чистое дело!
- Чистое?! Выйди на улицу и найди
мне хоть одно чистое дело, Эйб!
Нет такого дела! Нет ничего чистого!
Посмотри, что мы сделали для ребят.
У них стало больше денег, они получили
страховку. Мне это тоже не по душе.
Но мы бы ничего не добились без Дойла
и Милано, сам знаешь.
Завтра я уезжаю на западное побережье.
Я говорил с Грэмом, ему нужна моя помощь.
- А когда вернешься?
- Я туда переезжаю... С Молли.
Эйб, перестань. Ты стал здесь большим
человеком. Мне нужна твоя помощь.
Здесь твой родной дом.
Мы всегда были вместе. Мы вместе
строили профсоюз. Эйб, ты мне как
брат, как родной брат.
Ты единственный, кому я могу
доверять. Послушай меня.
"Федерация водителей-дальнобойщиков"
Мистер Ковак, с приездом в Вашингтон.
Я Питер Джейкобс, глава пресс-службы.
- У вас приятное рукопожатие, Питер.
- Спасибо.
Бэрни Мар, мой помощник.
- Мистер Грэм ждет вас в своем
кабинете. Позвольте ваш плащ.
- Спасибо.
Джонни, рад тебя видеть! Расскажи,
как тебе удается поддерживать такую
форму?!
Упражнения, Макс. Бэрни Мар,
мой помощник.
Майк Винс, северо-восточное
отделение. Боб Уилсон, юго-восточное.
- А Эйб Белкин приедет?
- Нет. Он в Сан-Франциско на
переговорах. Не сможет.
- Ты в отличной форме, Джонни.
- Спасибо.
- Хочешь выпить?
- Нет, для меня рановато.
Внизу есть массажист. Не хочешь
освежиться?
Свой массажист? Не плохо, Бэрни?
Шикарно. Сначала хочу осмотреться.
Что, красное дерево?
Нет. Орех. Для укрепления имиджа.
Ты меня понимаешь?
Встреча региональных представителей
начинается.
Хорошо. Ты надолго?
Я только приехал, а ты уже
хочешь знать, когда я уезжаю?
После встречи министр труда проводит
прием для прессы. Хочу, чтобы ты
присутствовал.
- Сенатор, как поживаете?!
- Прекрасно. Благодарю вас.
Контракты, которые вы выбили для своих
людей на среднем западе, прославили
вас по всей стране.
- Приятно слышать. Вы из какой газеты?
- "Вашингтон пост".
Бэрни, оформи подписку на
"Вашингтон пост".
Как вам удается добиваться для своих
людей таких выгодных контрактов?
- А вы из какой газеты?
- Джонни, это сенатор Эндрю Мэдисон
из Пенсильвании.
- Понятно.
- Председатель комитета по
расследованию случаев рэкета.
- Неужели? А я думал, это прием
для прессы.
- Я интересуюсь рабочим движением.
- Может, нас еще и снимают?
- Вы не ответили.
- Правда?
- Мне интересно, почему ваши люди всегда
получают на удивление выгодные контракты?
Давным-давно я усвоил один урок, сенатор:
в нашей стране можно добиться чего
угодно, главное - хороший стимул.
Прекрасно, прекрасно! Спасибо,
мистер Ковак. Простите.
Этому Коваку палец в рот не клади.
Что будем делать с сенатским
расследованием?
Я совсем не знаю этого парня.
Как его зовут? Буфорт?
Нет, Бэлфорт. Мы получили уже
три письма от Седи Уильямса.
Я в курсе. Парня я видел всего лишь
раз и он был похож на холодную рыбу.
Он должен проиграть.
- Сколько ему дать? Пять?
- Никогда. Дай ему две в знак нашего
расположения к судье. И, Винс...
- Да?
- Не забудь взять расписку.
Хорошо.
- Джонни, к тебе посетитель.
- Сегодня я никого не принимаю.
Даже своего шафера?
- Эйб, как дела?
- Порядок, Джонни.
- Раз в два года ты начинаешь скучать
и возвращаешься. О чем ты думаешь?
- Об игрушках.
Об игрушках?
- У тебя на столе стоит игрушечный грузовик?
- Конечно.
Такой есть в каждой ячейке профсоюза.
Стоит сто долларов. В стране более
тысячи ячеек. Это большие деньги, Джонни.
Большие деньги.
- Откуда он у тебя?
- Его купил мой секретарь.
Все ячейки по всей стране купили эти
игрушки по одной причине: так
рекомендовал в своем письме Макс Грэм.
- А знаешь, кому принадлежит компания,
производящая игрушки?
- Нет.
Жене Грэма.
- Ты уверен?
- Так говорят. Он ворует деньги у своих.
- Так говорят. А доказательства есть?
- Мне об этом забыть?
Разве я так сказал? Я займусь.
Если подтвердиться, примем меры.
- Какие?
- Эйб, неужели ты думаешь, что я позволю
ему воровать у своих? Я разберусь. Хорошо?
- О чем ты говорил с Эйбом?
- Он считает, что Грэм ворует у своих.
- Правда?
- Доказательств нет.
- И что ты собираешься делать?
- Не знаю. Ты же помнишь Эйба,
он вечно увлекается.
- Джонни?
- Да?
Может, стоит все проверить?
Попрошу Бэрни этим заняться.
А сначала я займусь тобой.
Как я люблю свою девочку.
- Страйк! Молодец!
- Мне повезло.
Твоя очередь.
- Ты сегодня в ударе.
- Тренировался.
- Хорошо развлекся в Вашингтоне?
- И сейчас развлекаюсь.
- Видел тебя по телевизору.
В Детройте все о тебе говорят.
- Да? И что именно?
Жалеют, что ты не живешь у них.
Присматривал бы за Генри Фордом.
- Джон-Джон, как ребята? Майк и Кевин?
- Растут. До сих пор растут.
Это хорошо. А мой парень Энтони
поехал учится в Вест-Поинт.
- В Вест-Поинт?
- Да.
Как летит время.
Летит и все.
Джон, у меня и моих деловых партнеров
к тебе небольшой разговор. Нам нужна
отсрочка по последней ссуде.
- Это непросто.
- Непросто? А что в жизни легко?
- Надолго?
- На два с половиной года.
- Вашего покрытия не достаточно.
- Наше покрытие - годы сотрудничества,
Джонни.
Джонни, твоя очередь.
Славная у тебя маникюрша.
Маникюрша? А при чем здесь маникюрша?
Столько лет прошло, Джон, а ты так и
остался венгром-простофилей.
"Майами приветствует делегатов
Федерации водителей-дальнобойщиков"
- Привет. Как дела?
- Надеюсь, ты поддержишь нас во
время перевыборов?
Посмотрим.
Ты был прав на счет Грэма.
Все подтвердилось.
- Нашел улики?
- Бэрни достал доказательства того, что
компания игрушек принадлежит жене Грэма.
- Это растрата фондов.
Когда об этом узнают...
- Об этом не узнают.
- В каком смысле?
- Нам не нужна плохая пресса.
Но как же Грэм?
Я разберусь, сам разберусь.
У нас все хорошо, готовим заседание.
Джонни? Я перезвоню, Эдди.
Проходи-проходи. Закончим позже, Карэн.
- Надеюсь, мы не помешали, Макс?
- Ну что ты?
- Здравствуй, Макс.
- Винс, рад тебя видеть. Привет, Бэрни.
Мистер Грэм...
- Джонни...
- Здравствуй, Макс.
- Отлично выглядишь.
- Спасибо.
- Выпьешь?
- До полудня не пью.
- Бэрни?
- Нет, спасибо.
- Винс?
- Нет.
Что ж, а я выпью. За вас.
- Тебе нравятся лошади, Макс?
- Что?
- Нравятся бега?
- О чем ты? Иногда я смотрю бега и
только. Точно не хотите выпить?
- Макс, тебе принадлежит лошадь
Танцующий Каприз?
- Да.
- А инструктора зовут Рафаэле?
- Дэнни Рафаэле.
- И он получает зарплату, как агент
профсоюза?
- Он следит за нашими интересами на бегах.
В Филадельфии вам принадлежит рекламная
фирма и вы один из компаньонов "Джон
Вотлиб и помощники". В прошлом году вы
заплатили им 75 тысяч.
Они получили заказ профсоюза.
Большую часть денег вы потратили
на себя.
Нет, постойте. Время от времени
они делают мне подарки.
- Шесть дюжин маек, восемь телевизоров...
- Это деловые подарки.
Мячи для гольфа, простыни, наволочки,
30 пар чулок, две газонокосилки.
А как на счет компании игрушек,
принадлежащей твоей жене?
Что ты о ней скажешь, Макс?
Двадцать три года назад ты сказал
мне: "Ты берешь взятки, Ковак".
Лучше бы ты молчал, Макс.
Когда меня впервые избрали президентом
союза, у нас было 200 тысяч членов!
Сегодня нас больше двух миллионов!
Последние 20 лет были лучшими
годами моей жизни!
Поэтому сегодня мне тем более нелегко
объявить вам, что в связи с медицинскими
и семейными обстоятельствами...
Я не смогу выставить свою
кандидатуру на очередной срок!
Но я выдвигаю человека, которого
уважаете вы все!
Многолетнего председателя нашего
отделения на среднем западе и
единственного человека, способного
возглавить наш профсоюз!
Джонни Ковака!
(Народ скандирует: "Ковак!")
Сплотившись с нашими братьями по всей
стране, с нашими братьями в Канаде,
Пуэрто-Рико и на Гавайях, мы увидим, что
еще никогда не были так сильны, как сегодня!
С вашей поддержкой я добьюсь самого
серьезного увеличения оплаты труда в
истории нашего профсоюза!
Вы много работаете и заслуживаете
прибавки! Вот увидите, я ее выбью!
Я вам обещаю! Я обещаю!
(Скандируют: "Ковак!")
(Скандируют: "Кулак!")
Храни вас Господь!
С вашей поддержкой я добьюсь самого
серьезного увеличения оплаты труда
в истории нашего профсоюза!
Вот увидите, я ее выбью!
Более тысячи делегатов прибыли на съезд
профсоюза, чтобы почти единогласно
утвердить Джона Ковака на посту
межнационального президента Федерации
водителей-дальнобойщиков.
Я знаю, кто сегодня особенно счастлив.
Малыш Милано.
Я думаю, нам стоит заняться Коваком.
Нет-нет-нет. Ты занимайся Милано.
Попробуй что-нибудь раскопать. А я
постараюсь держаться в поле зрения
мистера Ковака.
Господа, стоимость жизни возросла
на пять с половиной процентов.
А вы просите прибавку оплаты
труда в восемь процентов.
Мы даем семь.
Восемь, только восемь.
Мы согласны на семь при условии
подписания отказа от забастовок.
И гарантии прекращения всех нынешних
в течении сорока восьми часов.
Если вам нужны гарантии, платите.
Цена слишком высока, мистер Ковак.
Так же, как и ваши доходы.
Ну хорошо, господа... После долгих
раздумий мы согласились увеличить
оплату труда максимум на семь с
половиной процентов.
Мы полагаем, что это более чем
справедливо.
Ну разумеется. Только мы просим восемь.
- Семь с половиной.
- Восемь.
- Семь с половиной.
- Восемь.
Это исключено, Ковак.
Я думал, вы разумные бизнесмены.
Вы знаете, во сколько вам обойдется
общенациональная забастовка?
- Они предлагали семь!
- Нет!
- Семь с половиной!
- Нет!
- Но вы хотели восемь!
- Да!
И я выбил вам восемь!
Я рад, что нам удалось собраться
в таком узком кругу, господа.
По моему мнению, расследования
нашего комитета должны затронуть
совершенно новую область.
Мне жаль об этом говорить, поскольку я
питаю искреннее уважение к рабочему
движению и его достижениям.
Но меня пугает, что глава одного из
крупнейших профсоюзов нашей страны
может, я повторяю, может иметь тесные
связи с боссами организованной преступности.
Ты что, Джонни? Брось, они ничего
не докажут. Это же бизнес, Джон.
Ты даешь ссуды из вашего пенсионного
фонда разным людям. С нас берешь
обычные проценты. Что в этом плохого?
Это неразумно. Мэдисон разослал
повестки во все местные отделения.
Мэдисон, Мэдисон... Как только о нем
пару раз напишут газеты, он свернет
расследование и займется чем-нибудь
другим. Что скажешь, Джон?
Наша компания "Дэн и Брэльстрит"
абсолютно надежна.
Окажи мне эту услугу.
Да сколько же можно?
Это в последний раз, Малыш.
- Что вам нужно?
- Повестка обязывает вас открыть архивы.
- Скажите, что вам нужно?
- Я вам скажу. Список всех финансовых
активов вашей ячейки с 52-го года.
У нас его нет.
Список банков, где содержаться
эти активы.
У нас его нет.
Имена и жалования агентов отделений
среднего запада.
Их нет.
Отчет об инвестициях ячейки
номер 302.
Тоже нет.
Отчет об отчислениях на политическую
деятельность.
И его нет.
- Что, значит, нет?
- На прошлой неделе нас ограбили и
вынесли весь архив. Разве не так, Бэрни?
Все верно, Винс.
- Ограбили?
- Да. Этот район становится опасным,
постоянно кого-то грабят.
- Я полагаю, вы заявили в полицию?
- Обязательно. Пока ничего не нашли?
Пока ничего, Джонни.
- Позвони и убедись, что они ведут
расследование.
- Обязательно.
Господа, я думаю, вы не совсем
понимаете. Повестка дает нам право
просмотреть ваш архив.
Убирайтесь из моего офиса.
Сейчас я уйду, мистер Ковак.
Но в следующий раз вернусь с
федеральным маршалом.
Не тратьте понапрасну деньги
налогоплательщиков. Хотите укрепить
свою репутацию, делайте это в другом
месте.
Идем, Дэвид.
- У нас еще одна проблема.
- Какая?
Эйб объявил забастовку.
Что?
Мы же подписали общенациональное
соглашение.
Мерзавец. Что же он делает?
Ему плевать на соглашение. Через 48
часов он объявляет забастовку.
Это он? Эйб Белкин?
- Эйб Белкин?
- Вы меня прекрасно знаете.
Вы проводите незаконную забастовку.
Штаб-квартира разрешила нам разогнать
ваш пикет.
- Кто дал разрешение?
- Винсент Дойл, старший вице-президент.
Мы братья, члены одного профсоюза!
И вы хотите нас разогнать?!
- Вы проводите незаконную забастовку!
- А мне на это плевать!
- Мы получили инструкции!
- Мы не собираемся вам подчиняться!
- Лучше разойдитесь добровольно!
- Ни за что! Убирайтесь!
- Мы никуда не уйдем!
- Мы останемся здесь!
Забастовщики были отправлены
в больницу.
В Вашингтоне председатель комитета по
расследованию случаев рэкета сенатор
Эндрю Мэдисон заявил, что начинает изучение
тайных связей внутри профсоюза.
День, когда профсоюзным лидерам пришлось
прибегнуть к силе, чтобы усмирить своих
же подчиненных, стал черным днем в
истории рабочего движения.
- Вы заставите мистера Ковака
давать показания?
- Можете не сомневаться.
- Что ты наделал? Что ты натворил, Винс?
- Ничего.
- Я просил их остановить, а не
отправлять в больницу.
- Их никто не хотел калечить.
Думаешь, Мэдисон в это поверит?!
Думаешь, пресса в это поверит?!
Как же мне все это надоело, Винс.
- Сэр, ваши комментарии.
- Нет-нет-нет.
Вы готовы сделать заявление?
Правда ли, что вы получали от
профсоюзных лидеров крупные ссуды?
Вы друг мистера Ковака, не так ли
мистер Милано? Мистер Милано?
Мистер Милано, прошу вас. Я спросил,
вы друг мистера Джона Ковака, не
так ли?
Да, я с ним знаком.
- И давно продолжается ваша дружба?
- Мы знакомы... Не знаю... Уже очень
давно, сенатор.
- Очень давно? Пять, десять, двадцать лет?
- Скорее, двадцать.
- У вас были проблемы с полицией?
- Давным-давно, сенатор. Но я этого
не отрицаю.
- Вы можете сообщить, за что
подвергались аресту?
- Нет, я не помню.
Не помните? Вы не помните вымогательство,
дачу взятки, подозрение в убийстве,
покушение на убийство?
Правда ли, мистер Милано, что вы один
из лидеров организованной преступности
нашей страны?
Нет, неправда. Я бизнесмен и только.
К тому же такого явления просто нет.
- Какого?
- Этой вашей организованной
преступности. На мой взгляд,
преступники - люди неорганизованные.
Хочу задать вам еще один вопрос,
мистер Милино.
Правда ли, что вам принадлежит
большая доля акций корпорации
"Пирамид энтерпрайзес" в Лас-Вегасе?
У вас же есть мои декларации о доходах.
Недавно эта корпорация получила ссуду
в два с половиной миллиона из пенсионного
фонда Федерации водителей-дальнобойщиков.
Сенатор, это не секрет.
Вы просили своего друга мистера
Ковака о выделении денег?
Я говорил с членами совета
пенсионного фонда.
А со своим другом мистером
Коваком вы говорили?
С ним никому не нравится вести
переговоры. Скорее я договорюсь
с вами.
- Назовите свое имя.
- При всем моем уважении, я отказываюсь
отвечать, так как ответ может меня
скомпрометировать.
То есть вы боитесь назвать свое имя, потому
что это может вас скомпрометировать?
Да.
Что ж, наверное, вам трудно живется
с таким тяжелым именем.
(Машины сигналят)
Правда ли, что без согласия членов
профсоюза его средства используются
для поддержания организованной
преступности?
Простите...
Я протестую против подобных
вопросов.
Отвечайте!
Я отказываюсь отвечать, так как ответ
может меня скомпрометировать.
А есть ли хоть один вопрос, который
мы можем задать и ответ на который
не будет вас компрометировать?
- Простите...
- Довольно! Вы мне отвратительны, сэр.
Продолжим в девять утра в понедельник!
Я беспокоюсь за нашу страну. Меня
волнует тот факт, что он парализовал
жизнь всего города, жизнь нашей столицы.
Неужели вам все равно?
Он и вас купил?
Что вы несете?!
Сейчас объясню. Вы работаете на
Джонни Ковака, а он принадлежит
Малышу Милано. Все просто.
Я работаю на профсоюз и больше ни на
кого! И мы сами во всем разберемся!
Когда?!
Поймите, мой комитет готов решить
эту проблему сейчас, а не через много
лет. Подумайте.
Могу сказать лишь одно: своим молчанием
вы покрываете происходящее.
Нам нужны факты, общая картина.
Мистер Белкин, прошу вас.
Джонни, послушай, что я тебе говорю.
Эйб даст показания. Он приезжал к
Мэдисону.
Я не верю.
За ним давно ходят мои люди!
Он там был!
Не верю.
Я говорил, что однажды этот
сукин сын тебя предаст.
Верно, Винс, ты говорил, но я не верю.
Джонни, поверь. Слушай, придется
подключать Милано.
Нет, Милано нам не нужен.
Джонни, ты понимаешь, что может
всплыть? Эти музыкальные автоматы,
ссуды! На тебя повесят взятки!
Я ничего не брал и ты это знаешь!
Они тебя уничтожат!
Уничтожат нас и наш профсоюз!
Заткнись!!! Профсоюз никому не
уничтожить!
Никому.
Винс прав, Джонни.
Сам знаешь, нам наступают на пятки.
Речь не только обо мне, а о нас всех.
Я разберусь.
С министерствами юстиции и финансов?
С ФБР? Ты разберешься со всем
правительством?
А что мне делать, Малыш? Бежать?
Не знаю. Я советовался с друзьями.
Может, поставить у руля Винса?
- Ты хочешь, чтобы я ушел?
- Вспомни, что происходит, Джон.
- Не учи меня управлять профсоюзом.
- Мы были к тебе добры.
- Не учи меня.
- Если Белкин даст показания, тебе
конец. Его нужно остановить.
И не думай об этом. Слышишь?
Джон... Мы столько лет дружим.
Я с тобой никогда не дружил.
Ковак! Пора отойти в сторону!
- Чем могу служить?
- Я хочу поговорить с Эйбом Белкиным.
Эйба Белкина здесь нет. Если хотите...
Джонни... Все в порядке.
- Привет, Молли.
- Джонни, не нужно было приходить.
- Я должен поговорить с Эйбом.
- Он не хочет разговаривать.
- Это важно для вас обоих.
- Прошу тебя, не нужно.
- Кто там?!
- Джонни!
- Джонни?!
- Джонни! Не забыл меня?!
Все хорошо. Простите.
Джонни Ковак из профсоюза.
Что ты здесь делаешь, Эйб?
Все в порядке, Уолт.
Нам не о чем говорить.
- Как ты себя чувствуешь?
- Прекрасно.
Хорошо.
- Ты что, чинишь стул?
- Да.
- Ты всегда умел работать руками?
- Джонни, говори, зачем пришел?
Хорошо. Послушай, Эйб, у тебя семья.
И она самое дорогое, что у тебя есть,
верно? Ты должен уберечь родных.
Да, у нас возникли проблемы, но не
давай показаний в комитете Мэдисона.
Мы все обсудим на совете профсоюза.
Джонни, совет профсоюза - это ты.
Я не хочу, чтобы ты пострадал.
Ты причинишь мне зло, Джонни?
Нет... Я пришел помочь.
Нет.
Я хочу, чтобы мы очистились, чтобы
мы изгнали Милано, Дойла и остальных.
Прости, Джонни, ты с ними повязан,
а я нет. Я ничего не должен.
Мне приходилось идти на компромиссы.
Я знаю, знаю.
Ты твердо решил?
Да.
Тогда действуй.
- Знаешь, в чем наша беда?
- В чем?
Зря мы с тобой уехали из родных мест.
Ладно. Слушай, береги себя.
Прощай.
- Мне точно с тобой не нужно ехать?
- Не хочу, чтобы тебя терзали журналисты.
- Я могла бы оставаться в отеле.
- Нет, останься лучше здесь.
Я ненадолго. Хорошо?
- Сразу после посадки позвони.
- Конечно. А где ребята?
В школе.
Кажется, у меня склероз.
Я тебя люблю.
- Что это с тобой?
- Наверное, жара.
Тогда лучше оставайся в тени.
Я уверен, что это недоразумение. Хотя,
я готов помочь властям всем, что в
моих силах.
Господа, адресуйте эти вопросы
сенатору Мэдисону.
Мистер Ковак, что вы собираетесь
говорить на слушаниях?
Мистер Ковак, пару слов, прошу вас!
Встаньте, мистер Ковак!
Клянетесь ли вы говорить в сенатском
комитете правду, только правду и ничего,
кроме правды? И да поможет вам бог.
Клянусь.
Пожалуйста, тише... Тише.
Уверен, мы все хотим услышать то,
что скажет мистер Ковак.
Но прежде, чем мы начнем наши
слушания, я бы хотел выразить
свои соболезнования.
Эйб Белкин, представитель отделения на
западном побережье, который должен
был дать сегодня свои показания, был
убит менее двенадцати часов назад.
Сенатор Мэдисон, учитывая эти
обстоятельства, я предлагаю отложить
слушания на 48 часов.
Мы все скорбим по мистеру Белкину.
Но кроме нашей скорби, оснований
откладывать наше заседание, я не вижу.
Мистер Ковак желает отложить слушания?
Если да, то по какой причине?
Сенатор, я уверен, что все знают,
в каких отношениях...
Я пришел дать показания и я их дам.
Прекрасно. Благодарю вас, мистер
Ковак.
Для протокола. Вы являетесь
межнациональным президентом
Федерации водителей-дальнобойщиков?
Да.
- Пожалуйста, громче. Мы не слышим.
- Да!
- Сколько членов состоит в вашем
профсоюзе?
- Около трех миллионов.
- Каковы ваши полномочия как
президента?
- Я представляю этих людей.
И только?
В последнем номере общенационального
журнала приведено ваше высказывание:
"Все, что ездит на колесах,
принадлежит нам."
Я представляю этих людей.
- А вас не пугает, что такая власть
сосредоточена в руках одного человека?
- Нет, не пугает.
Понятно. Правда ли, что под вашим
руководством Федерация проводит
политику силы?
Это неправда.
Правда ли, что у многих ваших членов,
особенно у агентов профсоюза,
криминальное прошлое?
У некоторых.
Вы это признаете?
Сенатор, одна ошибка не должна
стоить человеку жизни.
Меня 30 раз арестовывали, когда во
время забастовок я пытался добиться
нормальной зарплаты. Значит, я преступник?
А вам не кажется, что Винсента Дойла,
вице-президента вашего союза, следует
отстранить от должности ввиду того, что
он отказался давать показания,
опасаясь себя опорочить?
Он использовал пятую поправку.
Именно.
Это право предусмотрено "Биллем о правах"
и Конституцией. На них зиждиться наша
страна. Вы сами принимаете законы и
я не могу их нарушать.
- Вы знакомы с Энтони Милано?
- Знаком.
- Вы друзья?
- Я с ним знаком.
Ваш профсоюз дал недавно одной из
компаний мистера Милано, корпорации
"Пирамид энтерпрайзес", ссуду в два с
половиной миллиона из вашего пенсионного
фонда.
А затем дополнительную ссуду общей
суммой в шесть миллионов долларов.
Да.
- Просил ли мистер Милано дать ему
ссуду в качестве услуги?
- Он просил членов совета.
- В совет пенсионного фонда входите и вы.
- Это так.
- И вы голосовали за выделение ссуды?
- Вместе с одиннадцатью коллегами.
Давно вы знакомы с мистером Милано?
Давно.
До этого вы участвовали в деловых
операциях с мистером Милано?
Однажды. Точно не помню.
В заверенном заявлении мистера
Белкина утверждается обратное.
Вы помните компанию по производству
музыкальных автоматов "Хейли"?
Правда ли, что, возглавляя отделение
на среднем западе, вы заставляли
бизнесменов ставить эти автоматы?
Лично я никогда никого не заставлял.
Вы говорили владельцам баров, что
если они не поставят автоматы, то ваши
водители не будут привозить им спиртное?
Сенатор, в то время у меня не было
выбора.
Бросьте, мистер Ковак! Выбор есть
всегда! В то время хозяином компании
"Хейли" был мистер Милано?!
Часть компании принадлежала ему.
Да... Правда ли, что за поддержку своей
фирмы мистер Милано дал вам взятку?!
Это ложь! Ложь! Отойдите!
Взятку в виде свадебного подарка?!
Это ложь, которую вы придумали!
Вы под присягой, сэр! И я хочу
вам кое-что сказать!
У меня есть пленки и письменные
показания! Так что, вам не удастся
дискредитировать сенатские слушания!
Вы под присягой, сэр!
Я знаю, сенатор! Повторяю, я ни у
кого ничего не брал!
- Ничего?
- Ничего.
А вы когда-нибудь убивали человека,
мистер Ковак?
Нет, сенатор, я никого не убивал.
- Вы отвечаете "нет"?
- Верно.
- Что верно?
- Верно, что я никого не убивал.
Вы уверены?
Правда ли, что в 38-ом году во время
возглавляемой вами забастовки, вы
насмерть забили человека битой?
Сенатор, я защищался.
Правда ли, что вы несколько раз ударили
его по голове, что и привело к смерти?
Я защищался.
Отвечайте, мистер Ковак.
Вы совершили убийство в 38-ом году?
И что еще важнее: вы участвовали в
заговоре с целью убийства Эйба Белкина
менее 12-ти часов назад?
Это ложь!!! Я не собираюсь выслушивать
обвинения не подкрепленные уликами!
- Отвечайте!
- Я пытался говорить правду, но вам
она не нужна! Эйб был мне как брат!
Это не ответ!
Я помню, как мы вместе создавали
профсоюз! Да что вы об этом знаете?!
Вы хотите, чтобы о вас написали в газетах!
Я не собираюсь смотреть, как вы делаете
себе имя на крови моего брата!
Это неуважение к суду!
Я больше ничего не скажу!
- Сэр, вы обвиняетесь в неуважении к суду!
- Я вас не уважаю! Я не уважаю эти слушания!
Я не уважаю Милано! Я не уважаю самого себя!
Тише, пожалуйста, тише!
(люди скандируют: "Ковак!")
- Кто мы?!
- Кулак!
- Кто мы?!
- Кулак!
- У тебя усталый вид.
- Да, я устал. Спасибо.
Хочешь зайти выпить?
Спасибо, Джонни, но я тоже устал.
Бэрни, мне нужно с кем-то
поговорить. Зайдешь?
Джонни, если ты не против, то я
лучше поеду домой и высплюсь.
Я понимаю.
И ты отдохни! Увидимся утром в офисе!
Да. Спокойной ночи, Бэрни.
Анна?
Анна! Анна!!!
Анна!!! Анна!!!
"Где же Джонни?"