Хождение по мукам (2017 год). Цитаты и фразы из телесериала

«Хожде́ние по му́кам» — многосерийный художественный фильм по мотивам одноимённой эпопеи советского писателя Алексея Толстого. Телесериал создан компанией «Всемирные русские студии» при финансовой поддержке Министерства культуры Российской Федерации. Премьера 12-серийного телесериала состоялась 27 ноября 2017 года в 21:40 на НТВ. С понедельника по четверг выходит по 2 новых серии в день. 27 января 2019 года по итогам 2018 года фильм получил российскую премию «Золотой орёл» в категории «Лучший телевизионный сериал».

Все фразы и цитаты

1 серия

СВИСТ, КРИКИ ВОЗМУЩЕНИЯ
-Товарищи, ни в коем случае
не расходимся!
Стоим на своих требованиях!
Власть в панике!
Да здравствует революция!
Да здравствует революция!
ВЫСТРЕЛЫ, КРИКИ
-Что вы делаете?!
ВЫСТРЕЛЫ

ВЫСТРЕЛЫ

СТРЕЛЬБА


-Куда ты понеслась?
СМЕХ
-Дашенька! Девочка!
-Совершенно случайным образом...
-Так.
-...нашлось место в вагоне на сутки
раньше. Мы с папой решили...
-А мы тебя завтра собрались встречать
на вокзале с Николаем Ивановичем.
Коля!
Посмотри, Даша приехала!
-Ба! Вот те на!
Здравствуй, дитя моё!
Милости прошу!
-Пойдём, будем тебя кормить!
-Марфуша!
-Да папа наш, как обычно, ездит
на вызовы, лечит людей.
Самара, что Самара?
Жива и не меняется.
-Да, стабильность - это хорошо.
Ну что, сёстры, за вас.
За то, что вы опять вместе.
Вот и хорошо.
-Я поступила на юридические курсы.
-Да?!
-Умница.
-Поживу у вас немного, а потом
квартиру сниму.
-С ума сошла?
-В самом деле, Дарья Дмитриевна,
что это вы такое с вашим папашей
удумали, а?
-Мне папа на это и денег дал,
чтобы я вас не стесняла.
-Деньги на себя потратишь,
а жить будешь здесь.
-Непременно.
-И только посмей мне возразить!
-Не посмею...
Екатерина Дмитриевна.
-Вот так!
-Нет, ну как выросла, а!
СМЕХ
Мы когда женились, Дашенька
девочкой была.
-Мы с тобой женились во времена
Куликовской битвы.
ВСЕ СМЕЮТСЯ
Неудивительно.
-Я кофе буду пить в кабинете.
Марфуша!
-Вот... моя гордость.
Купила на вернисаже,
называется "Любовь".
Нравится?
-Вот-вот, Дашенька,
и я никак не пойму.
И сколько ни спрашиваю супругу свою,
никак она мне не может объяснить,
какую идею несёт в себе вот это,
с позволения сказать...
полотно.
-Это полотно, с позволения сказать,
создавалось не для идеи.
-А для чего же?
Любое произведение должно что-то
говорить публике.
-Ничего оно никому не должно.
Может быть, так было раньше,
но сейчас, слава богу, 20 век,
и художники служат не идеям,
а чистому искусству.
И пора бы тебе уже это понять, Коля,
отринуть свою отсталость
и потянуться за новым.
-Ах-ах-ах!
-А по вторникам у нас собираются
интересные люди - философы, писатели.
И вот, Бессонов заезжает.
-Да? А кто это?
-Вот именно, а кто это?
Пушкина - знаю.
Лермонтова - знаю.
Гумилёва - знаю.
-Бессонов - поэт.
Очень модный.
Вот, послушай.
-Шумел кабак, лилось вино
И что-то пели на эстраде.
Но видел я в тот миг одно –
Тебя в сиреневом наряде.
Хорошо...
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Здрав... А что это вы здесь
делаете, барышня?
-Я на лекцию пришла.
-Ныне все уважающие себя студенты и
курсисты обретаются в аудитории.
На заседании философского общества.
И вы извольте не отставать
от прогрессивной общественности.
Да! Чёрт знает, что такое!
-И мы ничего не хотим помнить!
Мы говорим: "Довольно! Повернитесь
уже к прошлому задом!"
АПЛОДИСМЕНТЫ
Хватит!
Кто там у меня за спиной?
Венера Милосская!
А что, её можно кушать?
СМЕХ
Или она способствует рощению волос?
Я не понимаю, для чего мне нужна эта
каменная туша!
Искусство, искусство!
Вам ещё нравится щекотать себя этим
понятием?
АПЛОДИСМЕНТЫ
Посмотрите по сторонам! Вперёд!
Под ноги! Вот у вас, кстати.
Американские башмаки?
Да здравствуют американские башмаки!
-Да здравствуют!
-Браво!
БУРНЫЕ АПЛОДИСМЕНТЫ
-Мне надоело существовать с людьми!
Людьми, так сказать, искусства,
которые не понимают,
что искусство призвано двигать
историю,
а не быть мёртвым грузом
на плечах нового человека!
БУРНЫЕ ПРОДОЛЖИТЕЛЬНЫЕ АПЛОДИСМЕНТЫ
-Браво!
-Браво!
-Здесь, в Петербурге, был выдуман
идеальный русский мужик.
Боюсь, как бы это не закончилось
большой кровью!
СТУК ПО СТЕКЛУ
Ну, знаете, это уже чересчур!
Потрудитесь выбирать выражения!
-Это безобразие -
закрывать человеку рот!
Это... это издевательство!
Пусть говорит!
-Вы ни черта не знаете о народе!
Русский мужик - это всего лишь
человек с голодным желудком
и натёртым работою хребтом!
Так что спасайтесь!
Спасайтесь, покуда не поздно!
АПЛОДИСМЕНТЫ
Бессонов!
Бессонов! Просим!
Просим к нам сюда, на кафедру!
Очень просим!
Все! Друзья!
АПЛОДИСМЕНТЫ
Я попросил бы прочитать что-нибудь
из последнего,
да, которое сейчас
было бы хорошо.
-Попросим прочитать!
Друзья мои!
В ЗАЛЕ ТИШИНА
-Снегоносит зима.
Снегоносит.
Над простором земли кружит.
Мир печальнее стал за осень,
Как бы заморозки пережить.
Я не верю, что нету Бога.
Пусть молитва моя, как ручей,
В полушёпоте русского слога
Потечёт от свечи к свече.
В ожидании чего-то большого
Замирает от страха душа.
Смерть стоит на посту часового
Хладнокровно, не мельтеша.
Вой метели - как будто живое
Что-то выхода просит себе,
И кружит, и кружит сединою
Полновластной хозяйкой земле.
-Браво! Браво!
АПЛОДИСМЕНТЫ,
КРИКИ: -Браво!
ВДОХНОВЕННАЯ МУЗЫКА
-Что с вами такое?
-Что?
-Что случилось, милая?
-Ничего не случилось!
-Душу надменной улыбкой...
Разорви моё сердце осенней тоской
Я хочу тебя грязной, неверной и
зыбкой, презирающей...
презирающей скуку, любовь и покой.
-Дашенька, мы с Колей ждём
тебя к ужину.
-Катенька, я уже легла, я очень
устала. Прости.
-Ну хорошо, спи.
Хороших снов тебе.
-Тебе налить, Катюш?
-Нет, спасибо.
-Усталость, полученная
в результате настоящего дела,
несравнима с усталостью от безделья.
Усталость от настоящего дела ведёт
к глубокому и здоровому сну.
Тогда как усталость бездельника
вызывает лишь тоскливое забытьё.
-Знаешь, я пойду, пожалуй, лягу.
-Поужинай прежде!
-Что-то не хочется.
Тянет в тоскливое забытьё.
-Катюша, я вовсе не хотел тебя
обидеть!
-А ты никогда не хочешь обидеть,
Коля, но у тебя всегда получается.
-Приятного аппетита, милый.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Здрасте. Я вас поджидаю.
Давайте.
-Аккуратно!
Аккуратненько!
Проходите.
-А вот так?
-Нет, это сюда не годится.
И платье очень скромное.
-Да? А мне нравится это платье.
-Вот есть, смотрите.
-Ах!
Катя!
-Вот! Другое дело!
-А это не слишком нарядно?
-Нет, не слишком.
Обыкновенно. Сейчас в Петербурге все
так одеваются.
-Это просто вечерний туалет.
Просто платье.
-Не знаю, куда же
в нём ходить?
-Сегодня же вторник, я говорила:
философы, журналисты, поэты.
-И они будут говорить о политике.
-Сейчас все говорят о политике.
Спроси любого кучера, он тебе тут же
расскажет, как обустроить Россию.
Но чтобы они ни говорили,
ты у меня самая красивая.
-Вот уж самая красивая...
-Здравствуйте.
ВЕСЁЛЫЕ ГОЛОСА, СМЕХ
-Добрый вечер, господа!
-Добрый вечер!
-Центральная станция по борьбе
с бытом приветствует вас!
Мы, семена нового человечества,
требуем от заплывшего жиром
буржуазного общества
отмены всех предрассудков!
-Браво, господа! Это очень смело!
Я хочу выпить за вашу смелость.
ЗВОН БОКАЛОВ
Познакомьтесь. Это моя младшая
сестра, Дарья Дмитриевна Булавина,
прошу любить и жаловать.
-Очень приятно.
-Очень приятно...
ЗВОН БОКАЛОВ
-Добрый вечер, дамы и господа.
-О! Привет.
-Здравствуйте.
О чём беседуете, хозяюшка?
-А, как обычно.
Об искусстве.
-Искусство?
И что же это такое?
-Искусство?
Это...
Это...
-Искусства нет!
Есть только шарлатанство.
Факирский фокус!
-Не понимаю.
-Ну, это проще пареной репы.
Всё давным-давно умерло:
и люди, и искусство.
Да и Россия тоже.
Россия – падаль. И стая воронов сидит
на ней, справляя вороний пир.
НИКОЛАЙ: -Мило, мило. Очень мило.
-Алексей Бессонов - поэт,
ему простительно.
-Никому ничего непростительно.
Особенно поэтам.
Им всем скоро гореть в аду.
И мне вместе с ними.
-Интересная мысль.
Пойду, пожалуй, покурю.
-Согласен с вами.
Абсолютно поддерживаю вас.
-Не нуждаюсь.
ХОХОТ
Я очень плохо переношу общество
людей.
Позвольте мне уйти?
-Я провожу вас.
-Либо на дуэль, либо на колени,
Антоша.
-Беги поддерживать! Беги!
-Завтра будет банкет по случаю
презентации книги.
-Вашей?
-Нет, не моей.
И даже не помню, чьей.
Но помню, меня пригласили
в ресторацию.
Пойдёте со мной?
-Пойду.
-Да, благодарю!
-Прошу, прошу.
-По-моему, Бессонов был пьян.
И это многое объясняет.
-Я вам вот что скажу. Бессонов
исключительно волнует только дам.
ДРУЖНЫЙ СМЕХ
Кстати, завтра у нас
на Васильевском острове
состоится вечер "Великолепные
кощунства". Конечно!
-Отлично, я приеду.
-И сестру свою, Дарью Дмитриевну,
обязательно привозите.
-Одну секундочку, господа!
Воля ваша, но Бессонов что пьяный,
что трезвый – просто надутый болван.
Да-с.
-Ну, Николай Иванович хозяин дома,
а слово хозяина – закон!
ВСЕ: -Закон!
ЗВОН БОКАЛОВ, ГАЛДЁЖ
-Ведению Верховного Уголовного суда
подлежат преступления по должности,
когда в них обвиняются члены
Государственного совета,
министры и главнокомандующие
отдельными частями империи.
Также подлежат государственные
преступления,
такие, как, во-первых,
заговор против верховной власти,
во-вторых, заговор против
установленного законом порядка,
в-третьих, заговор против порядка
наследия престола.
Во всех перечисленных случаях,
ежели такие случатся,
последует высочайший указ
о рассмотрении дела
в Верховном Уголовном суде.
-Скажите, профессор,
а где располагается
Верховный Уголовный суд?
-Учреждается каждый раз
по особому высочайшему указу.
-То есть суд этот располагается
в какой-то одной высочайшей голове?
Как-то странно.
Я думала, в более приятном месте.
-Вы что себе позволяете, барышня?
-А я не барышня.
Я человек!
-В таком случае, извольте
представиться.
-А что, вы хотите предать меня
Верховному Уголовному суду?
-Как вы разговариваете
с преподавателем?
-Выйдите вон!
-С удовольствием!
-И знаете, что?
Очень скоро вы, и такие вот, как вы,
пыльный хлам, имперские ошмётки,
сами скоро выйдете вон отсюда!
И никто вас даже больше не вспомнит!
-Профессор, вам что, плохо?!
-Нет-нет-нет.
Всё в порядке.
Всё хорошо.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
РАЗГОВОР КАТИ И ДАШИ:
-Даша, голубчик,
пойди, пожалуйста, без меня.
-А ты?
-А меня пригласили на ужин
по случаю выхода книги.
-Какой книги?
-Откуда я знаю, какой книги?
Пригласили и я, конечно, пойду.
Хотя бы для того, чтобы быть в курсе.
-Ну хорошо, иди, пожалуйста.
А как же эта станция?
-Ты не пожалеешь. Они забавные,
интересные. За ними будущее!
-Вот и девица эта сегодня на курсах
говорила про будущее.
Только оно какое-то страшное.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Скажите, а что это у вас за такие
приятные духи?
-Вам-то это зачем?
-Так, чтобы знать.
СМЕХ
-Давайте лучше показывайте, где
эти ваши "Великолепные кощунства".
-А вот и кощунства!
-Добрый вечер!
-Добрый вечер!
-Познакомьтесь, пожалуйста!
-Елизавета Расторгуева.
-Очень приятно.
-Думаете, приятно?
-Человек, будь то мужчина или
женщина...
-Дарья Дмитриевна, знакомьтесь,
пожалуйста.
–...должен быть голым и
свободным.
-Я буду через пять минут.
-Да! Девушки и юноши!
Мужчины и женщины!
Выходите и бросайтесь из своих
логовищ насиженных под хоровод,
под солнце дикого зверя!
-Браво!
-Гениально!
-Браво!
-Да!
Давно уже пора плюнуть в этого
старого небесного сифилитика.
Только вот кто? Кто же возьмёт
на себя такую смелость?
-Я! Я возьму!
-Он!
-Я к вашим услугам.
Только скажите, и я разгрызу этими
челюстями церковные купола!
-А я, пожалуй, прокачусь по небесному
своду на блестящем автомобиле!
-Браво!
-Но делать это надо быстро...
-Не желаете ли чаю
с бутербродами?
-Ну давайте.
-Хорошо.
-Господа!
За вернисаж!
-За всех них аж!
-Тпр-р-р. Стой!
БЕССОНОВ: -Я уже заждался.
Идёмте, прошу вас.
Екатерина Дмитриевна, я вас обманул.
Нет никакого банкета, никакой
изданной книги нет.
-А что же есть?
-Вы и я. Более ничего.
Вот. Это гостиница.
Пойдёмте со мной.
-Бессонов! Вы любите меня?
-Хочу, чтобы вы меня любили.
Чтобы вы любили меня любить.
Идёмте, идёмте.
-Хозяйство у нас в беспорядке.
Но чай и колбаса первоклассные!
От Елисеева. Берите бутерброд.
-Благодарю.
-Где-то были конфеты, но закончились.
Впрочем, если позволите...
ДАША УСМЕХАЕТСЯ
Простите... сглупил.
-Ну почему же? Это как раз мои
любимые карамельки.
А вы поэт? Журналист? Художник?
Да что вы, я инженер.
Служу на Балтийском заводе.
-И ваше имя?..
-Простите, я забыл
представиться.
СМЕЁТСЯ
Иван Ильич. Телегин Иван Ильич.
-Очень рада.
Послушайте, и как же вы затесались
в такую странную компанию?
-Это... они затесались, скорее.
Они мои квартиранты.
-Ах, вот как!
Скажите, пожалуйста, и вам нравится
всё, что они делают?
-Я своими жильцами доволен,
Дарья Дмитриевна.
Они мальчишки, хулиганы отчаянные.
Но замечательные!
Иногда вернёшься с завода
расстроенный,
а они преподнесут какую-то чепуху,
вот и весело.
-Знаете, Иван Ильич, а мне как-то все
эти кощунства совсем не понравились.
По-моему, это просто нечистоплотно.
-Ну, это просто шутки,
так, баловство юношеское.
-М...
Впрочем, наверное... вы правы.
Одно дело - шутить между собой,
другое дело - пригласить кого-то
в гости и говорить непристойности.
Простите, Дарья Дмитриевна.
-Ну, вам не за что извиняться.
-Это же не вы говорили
непристойности.
Вы знаете, Иван Ильич, по-моему,
вы очень хороший человек.
Гораздо лучше, чем даже сами о себе
думаете.
-Ну всё, будет-будет-будет.
Всё-всё-всё.
ПОЦЕЛУИ
Всё-всё-всё.
-Теперь ты не будешь уважать меня.
-Постель - не место для уважения,
милая.
-Ты ведь меня совсем не знаешь...
Я тебя...
-Послушай...
Послушай, всё, что нужно, мы друг
про друга узнали.
Не нужно мудрствовать.
Тем более извозчик ждёт.
-Что?..
-Я говорю, извозчик ждёт
уж полчаса как.
Поторопитесь, сударыня. Всё.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ХЛОПОК ДВЕРИ
ПЛАЧЕТ
-Гони!
-Но! Пошла!
-Я сегодня изучала ваше лицо.
Его коробило.
Очень хорошо. Мне понравилось.
-Не хотите холодного чаю, Лиза?
-Нет, Телегин.
Вы же знаете, что я никогда
не пью чаю.
Вот вы, наверное, думаете,
что это за странное такое существо
говорит с вами?
-Да нет, я об этом не думаю.
-А я вам скажу. Я никто!
Ничтожество! Да? Бездарна и порочна.
А вы изящны.
Не правда ли, она изящна? Ну,
скажите! Очень изящна.
Очень хороша собой,
вы это сами знаете.
Конечно же, мужчины десятками в вас
влюбляются.
Даже не спорьте, не спорьте, вы сами
это всё знаете.
Она сама всё знает, знает.
Обидно думать, что всё это
закончится так просто.
Придёт самец, народите детей, потом
умрёте.
Скука! Право, скука!
СМЕЁТСЯ
-Чёрт знает что вы такое говорите...
-Хм!
-Вы знаете, я, пожалуй, пойду.
-Всего доброго.
-Дарья Дмитриевна!
-Я вас прошу, не уходите!
Прошу, пожалуйста!
Я вас умоляю!
-Да оставьте вы это!
-Пожалуйста...
ПЛАЧЕТ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
СМЕЁТСЯ
-Ты что тут?
КАТЯ ВСХЛИПЫВАЕТ
А что с глазами?
Как будто плакала.
-Ничего. Шла по холоду, замёрзла.
-Пешком?!
-Решила прогуляться.
Как там станция по борьбе с бытом?
-Ой, скопище дураков!
Один только приличный
человек - Телегин Иван Ильич.
-Понравился?
-Он хороший, да.
Но если честно, Катя, мне очень
нравится другой человек.
-Ну что ж...
Хорошо, что тебе кто-то нравится.
Будешь счастливой.
Кому счастье, как ни тебе?
-Видишь ли, Катя...
Он мне нравится, но...
По-моему, я его не люблю.
-Ну, нравится, потом полюбишь.
-Он мне не нравится, он...
Он меня смущает.
А я всё время о нём думаю.
Как будто бы я какого-то дыма
наглоталась.
Вот войди он сейчас в мою комнату –
не пошевелюсь.
И делай со мной что хочешь.
-Даша, ты что такое говоришь?
Кто этот человек?
Как его зовут?
-Алексей Алексеевич Бессонов.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
А что?!
Ну почему всем другим всё можно,
а мне ничего нельзя?!
Да я один раз за всю жизнь только
с гимназистом целовалась на катке.
-Бессонов очень дурной человек!
Он страшный человек, Даша!
Он всю тебя сломает, слышишь?
Всю сломает! Пусть лучше другие,
но не ты!
Не ты!
Храни тебя Господь от него, Даша.
Ты слушаешь меня?!
-Нет!
-Прости меня, пожалуйста!
-Да за что мне тебя простить?
Ты меня пугаешь!
-Что здесь происходит? А?
-Ну ты же спишь!
Иди спи!
-Тебя нет - мне не спится.
Что случилось, я спрашиваю?
-Ну что ж...
Дашенька, нам с Николаем Ивановичем
надо поговорить. Спокойной ночи.
Пойдём.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
Что вы хотите, Лиза?
-Я? Я хочу вас!
-Ну к чему всё это?
Ну к чему всё это, Лиза?!
-И вот что я вам хочу сказать,
Иван Ильич. Вы дурак!
Вы дурак, потому что я вот она,
я здесь.
Только руку протяни.
Я ведь ничего не требую.
Ну не мешайте, Иван Ильич.
Я ничего не требую,
ни на что не претендую.
Не мешайте, я прошу вас!
А ваша Дарья Дмитриевна, где она?
Где?!
Нет Дарьи Дмитриевны и не будет!
Прошу вас, не мешайте!
А когда наступит буря, а она
обязательно наступит, обязательно!
Эту вашу возвышенную мадемуазель
снесёт первой, а я останусь.
Вам понятно?!
-Лиза...
Оставьте меня, пожалуйста,
в покое.
-Иван Ильич!
Иван Ильич! Иван Ильич, откройте!
СТУК
ПЛАЧЕТ
Вы только что сами признались,
что вы дурак!
-Да.
Да, я дурак.
ТЯЖЁЛЫЙ ВЗДОХ
Дурак...
-Доброе утро!
-Доброе, доброе, Дашенька.
-Ой...
-А что Катюша?
Всё не просыпалась?
-Твоя сестра мне изменила.
Да-да, она сама призналась.
Больно, Дашенька. Очень больно.
СТУК В ДВЕРЬ
-Кто там?
-Катя, открой, пожалуйста, это я.
-Не сейчас.
-Катя, мне нужно с тобой поговорить!
-Дашенька, если можно, оставь меня
одну, пожалуйста!
СТУК В ДВЕРЬ
-Даша, я хочу побыть одна.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Ветры шибко в деревне гудят,
Присягая на верность зиме.
Так стихи на бумагу летят,
Словно выпущенные извне.
В чёрной заводи здешних болот
Отражаются лес, небеса.
Вот кромешная дама придёт,
И стемнеет за полчаса.
Тень берёзовой рощи спешит
И пугливо ныряет в листву.
Так восход лунной ночи велит
Затаиться, залечь одному.
Опустел и земной покров
Древних склонов, лугов, ложбин.
Ещё помнят стада коров
И пожарища всех равнин.
А?
-А кто же такая кромешная дама-то?
-Россия, Агафья. Готовая совершить
чёрную обедню.
-Да ужасы какие!
-Да ладно!
-Господи помилуй!
-Тень берёзовой рощи спешит
И пугливо ныряет в листву...
Так восход лунной ночи велит
Затаиться, залечь одному.
Опустел и земной покров...
СТУК В ДВЕРЬ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
Кого там ещё принесло, Агафья?
-Добрый день!
-Здравствуйте.
-Мне нужно его увидеть.
-Екатерина Дмитриевна, вы?
-Дарья Дмитриевна.
-Простите, в первую минуту
не признал. Прошу вас!
-Не-не-не.
-Чем могу быть полезен?
-Вы меня, пожалуйста, простите, я...
Не подумайте, что я ваша поклонница,
я... здесь вовсе не затем,
чтобы говорить о стихах, я здесь
потому, что вы меня измучили.
Вы меня измучили, и это похоже
на болезнь. Я всё время ловлю себя
на мысли, что думаю о вас.
И это выше моих сил.
Поэтому я решила вот так вот прийти
и прямо вам сказать.
-Дарья Дмитриевна, я недостоин был
слушать вас.
Я растратил, размотал, изжил себя.
Чем я вам отвечу?
Приглашением за город в гостиницу?
Мне нечем любить! Несколько лет назад
я, быть может... но теперь...
-Не нужно. Не нужно меня утешать,
не нужно.
-Есть ещё одна причина, по которой
между нами ничего невозможно.
-Какая?
-Вы слишком похожи на вашу сестру,
и я не могу, как бы мне ни хотелось.
Я не вправе вторгаться в вашу
семью до такой степени!
-Что вы сейчас сказали?
-Вы услышали.

-Дарья Дмитриевна. Добрый день.
-Здравствуйте.
Извините меня, пожалуйста,
Иван Ильич.
Вы меня простите, пожалуйста.
-Дашенька, я...
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Да.
Это правда.
Я давно не люблю Николая Ивановича
и давно ему неверна.
Так и жила в этой мерзости,
потому что слабая женщина.
Но приехала ты, и я испугалась,
что эта жизнь затянет тебя тоже.
Я старалась защитить тебя, запретила
Бессонову приезжать.
Слава богу, этому конец!
-Значит, всё-таки Бессонов!
Боже мой, какая гадость!
Какая подлость! Ты полагаешь,
что наш разговор окончен? Напрасно!
Я долго думал и пришёл к выводу,
что мне необходимо тебя убить.
-Не смей! Не смей!
-Убить!
ВЫСТРЕЛ

-Успокойся, успокойся.
Он не выстрелит. А если и выстрелит,
то снова мимо. Лишь бы напугать.
-Ошибаешься! Ошибаешься!
-У тебя истерика.
-Нет, Катя, нет. Не истерика.
-Ну тогда стреляй!
Стреляй в меня и убей!
Я в глаза тебе говорю - я тебя
не люблю.
-Но ведь это больно.
-Ты врёшь! Ты всё врёшь!
Ты и сейчас врёшь! Иди!
Иди отсюда, кури в кабинете!
ПЛАЧУТ
-Как я за тебя испугалась!
-Коля, давай честно, хотя бы раз
в жизни - мы не любим друг друга.
-Наверное. Мы и женились точно
впопыхах.
Мы в нравственном тупике, Катя.
И что же нам теперь делать?
-Давай разъедемся.
-Совсем?
-Не знаю, может, на время.
Не будем загадывать.
-Да-да-да, не будем, не будем.
-Я уеду куда-нибудь, неважно куда.
-Езжай на юг Франции. Там отдохнёшь,
придёшь в себя, соберёшься
с мыслями. Возможно, оценишь...
оценишь...
-Юг Франции мне сейчас не по зубам.
-Я дам тебе денег.
Десять тысяч.
Может быть, даже двенадцать.
-Спасибо.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Она сказала - выйдите вон.
И профессор аж вздрогнул,
я сама видела.
-Да, не выдержал, бедный, нервы.
-В наше время нервы должны быть
железные, иначе не выжить.
-Эта гадина убила его, вот что.
-Ладно, он и так старый был.
-Булавина, вы куда направились?
Ежели решили занятия пропустить,
я вам прогул помечу!
-Трамвай дальше не идёт.
-Дашка! Булавина!
Булавкина!
-Выходим! Всё!
-Да я на трамвай, ребята.
-Какой трамвай, не идёт трамвай, всё.
Идём-идём-идём!
-Ребята, да куда?
-Дарья Дмитриевна, идём в одно
секретное место, в какое – не скажем.
А если не скажем мы сейчас,
обязательно скажем мы потом.
-Трамвай, наш трамвай. Наш.
Давай, заходи оттуда.
-Александр, жезл власти!
Так, разойдись! Так, без билетов
пошёл наверх, пошёл!
-Господа, ну вы...
-Так, давай вперёд!
-Господа! В трамвай зашла
Дарья Дмитриевна Булкина!
Разойдитесь!
-Так, Дарью Дмитриевну укачивает,
пропустите к окну её!
-Ой, извините, пожалуйста.
-Здравствуйте, девушка. Это вам!
Вот вам любовь моя!
-Да перестаньте, перестаньте вы!
-Извините, извините, пожалуйста!
-Спокойно. Букетик всё-таки верните.
-Простите, простите.
ЛЮДИ В ТРАМВАЕ ГАЛДЯТ
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
-Куда?
-Я в контору, я инженер.
-Осади, инженер.
Бастующих пускать не велено.
-Я - инженер!
-Нельзя.
ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ
-Нехристи!
ВОЗМУЩЁННЫЕ КРИКИ ТОЛПЫ
-Товарищи!
Товарищи!
-Вадим Альбертович! Здравствуйте.
-Здравствуйте.
-Вы давно здесь?
-Иван Ильич!
-Да так, подошёл, я даже
не знаю, что здесь творится.
-Товарищи казаки, мы что,
вам враги? Мы хотим счастья
всем русским! Мы хотим уничтожить
этот произвол!
-Никаких бунтов допускать не можем!
Потому как присягу давали.
-Ну, братья-казаки...
-Эй, брат, штаны подтяни, потеряешь!
-Иван Ильич!
-Иван Ильич!
-Иван Ильич!
-Товарищи! Прочтите, от Центрального
комитета. Пожалуйста, прочтите!
Ни в коем случае не расходимся! Стоим
на своих требованиях, товарищи!
Вы не одиноки! Железнодорожники прямо
сейчас обсуждают всеобщее восстание!
-Иван Ильич!
-Сейчас я его позову.
-Власть в панике!
Да здравствует революция!
-Ура! Ура! Ура!
-Иван Ильич!
ВЫСТРЕЛ
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
ЗАЛП ОРУДИЙ
КРИКИ
-Барышня, вставай!
Беги! Беги!
Быстрее беги!
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
ЗАВЫВАЕТ ВЕТЕР
 

2 серия

-Ну что ж, революция -
это наша мечта.
-Похоже, что ваша мечта сбывается.
-А что же вас не устраивает,
Иван Ильич, а?
-Я видел сегодня, как убивают людей,
и как они умирают.
Это очень больно, Лиза, очень.
Лиза, хватит, хватит!
-Дарья Дмитриевна!
А у меня ещё и не накрыто -
за молоком бегала.
-Марфуша, там так стреляли, что...
-Где стреляли?
-Как же такое получилось,
господин Телегин,
что вы поддержали бунт ваших рабочих
против власти?
-Я ещё раз объясняю:
я пришёл на службу,
я пытался попасть на завод,
но казаки, нанятые вами,
меня не пустили.
-Поэтому, господин инженер,
вы остались снаружи,
чтобы поддержать бунтовщиков?
-Милостивый государь,
я не давал права
говорить вам со мной подобным
образом.
Я на заводе 10 лет.
И, заметьте, не задницей на стуле
сижу, а работаю в цеху.
-Вы не ответили на вопрос
о поддержке бунтовщиков.
-И не отвечу!
-Отчего же?
-Оттого, что не желаю оправдываться.
-Что ж, воля ваша.
-Так!
Извольте подписать отставку...
и дело с концом.
-Неужели вы, Телегин, думали, что
революция - это сродни маскараду:
музыка, танцы, улыбки, да?
-Да нет, я вообще о революции
не думал.
-А почему бы тогда вам не влиться
в наше движение?
Почему вы боитесь почувствовать
истину грядущего,
осознать неизбежность разлома?
-Лиза!
Меня выгнали с завода.
Выгнали.
Я еду в Кинешму, к родным.
-Вот это предательство!
-Да! Как же мы?
-Какое предательство?
Серёжа, ну какое предательство?
Ну что ты говоришь?
Ну оставайтесь здесь, живите.
Я же не мешаю.
-Ну, не знаю.
-Неужели вам нравится это мещанское
счастье?
Нравится?
-Мещанское счастье?
Это моя мечта.
-В Самару?
-Тихо, тихо, тихо.
-В Самару, в Самару, Марфуш.
Соскучилась по отцу.
-Ну, вот и всё.
-Пока! Спасибо, что оставил.
-Не пропадай.
-А потом-то вернётесь?
А то мне страшно тут одной.
-Вернусь. И барин вернётся, и барыня.
-Ох, когда ж это будет-то?
-Прощайте!
-Ваня...
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ГУДОК ПАРОХОДА
ГУДОК ПАРОХОДА
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Глаз радует.
-И воздух!
-Пейзажи замечательные.
Спасибо тебе огромное.
-Иван Ильич!
-Добрый день!
-Здравствуйте!
-Мы на завтрак пойдём.
-Увидимся.
-Это вы!
-Я.
-Это чудо какое-то.
Я - в Самару, к отцу. А вы?
-Я - в Кинешму, к родным.
Знаете, Дарья Дмитриевна, я ужас
как вас боялся. До смерти!
-Меня?
-Угу.
-А теперь не боитесь?
-Нет.
Вы просто замечательная.
-Я вам завидую.
-Вы - мне?
-Угу.
У вас есть своё дело,
какая-то уверенность.
А у меня нет этого ничего.
Да к тому же я ещё и женщина.
Вот ведь ужас.
-В настоящий момент завидовать нечему
- меня выгнали с завода.
-Как это так?
-А вот так!
Так у нас всё глупо и бездарно
делается на редкость.
Такая о нас слава идёт, о русских...
Обидно и совестно!
Подумайте: талантливый народ,
богатейшая страна, а какая видимость!
-Очень расстроены?
-Не слишком.
Просто я думаю, что и у нас
когда-нибудь будет всё хорошо.
Не хуже, чем у людей.
-Может быть.
До завтра, Иван Ильич!

КОРОТКИЙ ГУДОК ПАРОХОДА

СТУК В ДВЕРЬ
-Да?
-Кинешма, барин!
Извольте поторопиться!
-А где все?
-Так почивают ещё, барин.
Время-то раннее.
-Хорошо, ты иди вперёд, а я за тобой.

-Доброе утро!
Подскажите, Кинешма далеко?
-Кинешму мы уже прошли, барышня.
-Дарья Дмитриевна!
Дарья Дмитриевна!
Не знаю, как вы посмотрите на мой
поступок,
но я намеренно не вышел в Кинешме.
-Как я посмотрю на ваш поступок?
Не скажу.
ЛИРИЧЕСКАЯ МЕЛОДИЯ
ВООДУШЕВЛЯЮЩАЯ МУЗЫКА
ФОРТЕПИАННАЯ МУЗЫКА
-Спокойной ночи.
Дарья Дмитриевна!
Если вы сейчас уйдёте и закроете
дверь, моя ночь не будет спокойной.
-Иван Ильич, мне тоже не заснуть.
Но всё-таки я закрою эту дверь.
Я была слишком счастлива в эти дни,
чтобы завершить всё вот так.
Простите меня.
-Нет, это вы меня простите.
-Спокойной ночи!

НАПЕВАЕТ ОПЕРНУЮ АРИЮ
-У нас началась эпидемия глазных
болезней!
Недурно, недурно, недурно.
-Недурно.
-Да, а что ты хотела?
Мы, врачи, циничные люди,
моя дорогая.
Для нас эпидемия - это что?
Работа и заработки.
-Смерти, папочка.
-Да, моя дорогая, и смерти.
А как без этого?
И смерти.
О, смотри, о смерти.
-Убит эрцгерцог.
-Какой?
-Убит австрийский эрцгерцог Фердинанд
и его супруга в Сараево.
Вот так! Вот те и на!
А ты знаешь что?
Я думаю, что австрияки могут и трёпку
этим сербам задать.
А что ты думаешь, кстати,
о славянском вопросе?
-Ничего не думаю.
-Славянский вопрос, деточка, это
гвоздь нынешней мировой политики. Да.
И не улыбайся.
Славяне представляют морально
совершенно новый
и чрезвычайно опасный для европейской
цивилизации тип.
Я называю его "тип богоискателя".
-Папочка, ты обедать приедешь?
-Я всё-таки говорю с тобой!
-Папа!
-Богоискательство есть, Дашенька,
отрицание и разрушение всей
современной цивилизации.
В чём суть?
Я ищу Бога, то есть я ищу правду
в самом себе.
Для этого я должен быть совершенно
свободен. Совершенно!
Я тогда разрушаю все моральные
условия и, более того,
само государство, которое держит меня
на цепи! Понимаешь?
И вот именно этот период болезни
сейчас и переживает наша Россия.
-Ты в связи с этим обедать приедешь,
пап?
-Нет!
-Папа!
-У меня скарлатина на постниковой
даче.
НАПЕВАЕТ
-Я не хочу, чтобы мы расставались.
-Хм... Увидимся завтра.
-Я говорю о другом.
Я хочу быть с тобой всегда.
И я хочу, чтобы ты стала моей женой.
-А я уже замужем.
-М-м... Разведись.
-Не могу. Мы венчались.
-Какие условности!
-Для меня - нет.
-Поэтому ты ходишь ко мне
на свидания.
Прости, я не хотел тебя обидеть.
-Тогда для чего это было говорить?
-Потому что это правда.
Я встретил тебя впервые ещё
в Петербурге,
в художественном салоне.
Я не решился тогда подойти.
Я долго думал о тебе,
фантазировал...
А здесь, в Париже, я...
я наконец-то решился.
Я очень давно в тебя влюблён.
-Я не знаю, что отвечать.
-Не отвечай ничего.
Просто дай мне возможность
доказать тебе, что я...
что я не лгу.
-Не провожай.
ГОВОРЯТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ
ПИСЬМО: "Дашуня, Париж очень красив.
Здесь полно русских.
Кстати, Даша, не только я грешница.
Мне здесь рассказали о Николае,
что он был близок с одной женщиной.
Она вдова, у неё двое детей и третий,
маленький, от Николая.
Мне было очень больно вначале,
а потом почему-то стало ужасно
жалко этого маленького.
Ох, Дашуня!
Иногда мне хочется иметь ребёнка.
Но ведь это можно только от любимого
человека.
Выйдешь замуж - рожай! Слышишь?"
-Папа!
-Да, Дашенька?
-А что случилось?
-Умер.
-Кто умер?
-Мой скарлатинный больной.
Но, правда, это был мальчик,
три года всего-то.
-Ой, господи!
-Ой, прошу, пожалуйста, не надо вот
этих заламываний рук,
этого вашего немого кино. Ненавижу!
Жизнь ужасна, моя дорогая,
и заканчивается она всегда одним
и тем же - смертью.
Но, чёрт возьми, пока жизнь
продолжается, мы должны жить, поняла?
Ты слышишь?
Вот смотри-ка, от Кати пришло.
-А скажи мне ради Христа,
Екатерина-то разошлась с мужем
окончательно? Или что?
-Пап, никто ничего не знает.
-Это правда, никто ничего не знает.
Никто!
Знаешь, я вот что подумал.
Поезжай-ка ты в Ребель
к Николаю Ивановичу.
-Зачем?
-Во-первых, скажешь ему,
что он разиня.
-М-м-м...
-Размазня!
Пускай немедленно едет в Париж
к жене.
-Угу.
-Подожди! Подожди!
Пусть умоляет её,
пусть заклинает, пусть падает
на колени, в конце концов!
Должна же ты что-то делать!
Послушай, это неплохая идея,
с моей стороны.
Слышишь меня?
ШУМ МОРЯ, КРИК ЧАЕК
-Николай Иванович!
Господи! Даша!
Что случилось? Что-нибудь с Катей?
-Успокойся! Письмо тебе от неё
привезла!
-Ой, дружочек!
Ах!
-Очень галантно! Зря я приехала.
-Ой, ну конечно не зря!
Я тебе очень рад!
-Я заметила.
-Ну, Дашенька, не обижайся,
не обижайся, я...
Пойдём, я тебя накормлю.
Голодная ведь, наверное?
Ничего, ничего...
Начнутся дожди -
и птичка моя прилетит в дом.
Я ведь Катюшу несмотря ни на что
очень люблю.
-Это правда...
про Софью Ивановну?
-Ну, даже если и правда,
то это означает только то,
что мы с Катюшей квиты.
-Вот, значит, как...
Ты знаешь, я бы на месте Кати точно
так же с тобой поступила.
-Вот это ваша порода буланинская -
всё усложнять.
Проще надо быть, Дашенька,
ближе к природе.
-Буланина Дарья Дмитриевна?
-Да.
-Вам письмо.
-Спасибо.
Это от папы.
"Посылаю тебе письмо от Катюшки.
Я его читал, оно мне не понравилось.
У нас всё по-старому, очень жарко.
Была тебе открытка от какого-то
Телегина, но я её потерял".
Ну, папа!
-Что случилось?
-Он её, видите ли, потерял!
Потерял важное для меня письмо.
-Помилосердствуй, Дашенька,
он старик.
-Он эгоист и неряха.
-Ну, подожди, подожди.
Вот послушай, что пишет Катюша.
"Было какое ни на есть,
но всё-таки счастье.
Любимые люди.
А теперь и следа не осталось.
И сердце как будто высохло.
Я знаю, чувствую, предстоит какое-то
большое горе.
И всё это в расплату за то,
что мы дурно живём".
Да, мы дурно живём.
Все эти непрерывные удовольствия
закончатся когда-нибудь взрывом
отчаяния.
А я что могу поделать?
Я вот здесь порой гляжу на море
и думаю:
ведь есть же какая-то другая Россия,
которая пашет землю,
пасёт скот,
долбит уголь,
ткёт, куёт, строит.
Она нас содержит!
А мы... папильоны.
Нет, мы, конечно, пишем книги,
произносим речи, делаем политику,
но всё равно это входит в круг
времяпрепровождения.
-Господи, Николай Иванович,
речь ведь о Кате. О Кате!
А ты снова говоришь о себе!
-Нет, нет, нет, Дашенька, нет!
Катя прелестная, кроткая, милая
женщина, а я развратил её!
Опустошил!
Голубчик, принеси нам шампанского!
-Бог с тобой!
Не хочу я твоего шампанского.
"После дождя туманно, на улице огни,
люди идут между деревьями...
И мне кажется, что всё это уже
бывшее.
Всё умерло, эти люди мёртвые".
-Нет, нет, нет, Аркадий!
Аркадий, я прошу тебя, не сегодня!
Я плохо себя чувствую.
-Так вы меня любите?
-Потом...
Ну, потом. Пожалуйста, потом.
Как-нибудь потом.
-Я приду.
-Хорошо. Потом.

-Иван Ильич!
-Здравствуйте, Дарья Дмитриевна!
-Как вы узнали, что я здесь?
-Ваш отец мне написал.
-А я на него сердилась. Боже мой!
-Подождите, Дарья Дмитриевна,
это потом. Пожалуйста!
Это не важно. Я приехал проститься.
-Почему проститься?
-Война.
-Какая война? С кем?
-С немцами.
Меня призвали.
Прощайте.
-Иван Ильич!
Иван Ильич!
Понимаете, я...
Я очень сильно вас ждала.
И я буду очень сильно вас любить.
Неправильно говорю. Я...
Я уже очень сильно вас люблю.
-А я люблю вас на всю жизнь.

-Тихо! Тихо!
Сначала письма для господ офицеров!
Прапорщик Нежный!
Петрухин!
-Я!
-Егоров!
-Я!
Благодарю!
-Сидоренко!
-Убит вчера.
-Волков!
-Я! Я!
-Трифонов!
-Мне, мне, мне это, мне!
-Прапорщик Телегин!
-Я!
Благодарю.
-"То, что у нас с вами случилось,
так велико и так внезапно,
что я ещё не могу опомниться.
Я буду вас верно и очень сильно
любить.
Знаю, что не должна этого писать,
но всё-таки:
будьте осторожны на войне".
-Господин прапорщик! Подполковник
Розанов вызывает вас к себе.
РАЗГОВОР СОЛДАТ:
-Ежели к весне война не кончится,
всё равно все разбегутся.
Землю кому пахать? Бабам?
Народу накрошили...
-Господин подполковник,
прапорщик Телегин.
-Вот что, голубчик, придётся сегодня
потрудиться.
Надобно нам, любезнейший Иван Ильич,
батенька мой,
перебраться на ту сторону.
Думаю, это дело надо сделать
как-нибудь попроще.
Мост сооружать не обязательно.
Вброд.
Просто вброд.
Возьмёте два взвода, переправитесь.
И главное, закрепиться. Ясно?
Закрепиться!

-Давай, давай, давай!

ВЫСТРЕЛЫ
-Ложись!

СВИСТИТ В СВИСТОК
-Не залегать! Не окапываться!
Вперёд! Не окапываться!
-Вперёд!
-Вперёд, братцы!
-Вперёд!
-Вперёд! Ура!!!
За мной!
-Вперёд! Бегом!

КРИКИ
-За мной!
ВЫСТРЕЛЫ
КРИКИ, СТОНЫ
-Ваше благородие!
Живучая сволочь!
Ваше благородие, он прикованный!
-Ваше благородие, фуражка!
Каши желаете?
-Нет.
Зря ты его убил.
-Пулемётчика-то?
-Угу.
-Конечно зря.
У него, чай, домишко свой,
семейство какое-то есть.
Я в первый-то раз запорол одного -
есть не мог, тошнило.
Теперь десятого или девятого кончаю,
и ничего.
Вы, может, поспать желаете,
ваше благородие?
-А ты?
-Ничего, не посплю.
-Соедини меня со штабом!
-Аппарат не работает, ваше
благородие!
-Нас окружают, ваше благородие!
Что делать?
-Всем рассеяться!
Выбираться из окружения! Выбираться!
Вперёд, я сказал!
-Отходим!
ВЫКРИКИ
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Идиот!
Размечтался.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Положить?
Пей, пожалуйста.
Дашенька, ну нельзя так,
честное слово!
Питаешься эфиром,
живёшь возвышенными чувствами...
А между тем, дорогая, идёт война!
Каждое утро начинается с вопроса:
нет ли письма?
Даже не поздороваешься.
-Доброе утро.
-Некогда твоему Телегину письма
писать. Он воюет!
Вы, женщины, думаете только о любви.
-Хорошо тебе, Николай.
Ты не любишь никого.
-Это неправда!
Это неправда!
Я люблю твою сестру.
Но я ещё и делом занят.
У меня нет времени ходить по дому,
как тень, заламывать руки:
почему Катя не пишет?
-А разве нельзя и делом заниматься,
и за близкого человека волноваться?
-Вот когда найдёшь дело, Дашенька,
тогда и поймёшь.
-Наверное, ты прав, Николай.
Единственное моё занятие - ждать
писем от Ивана Ильича, от Кати.
В мире война,
а меня волнуют такие мелочи.
-Да. Приятного аппетита!
-В операционную, быстро!
-Позвольте.
-Ну, браво!
Дарья Дмитриевна!
Оперированным воду не давать,
как бы ни просили,
если только я разрешу.
Запомните: морфий колоть только
умирающим.
-Хорошо!
-И ещё, Дарья Дмитриевна.
Вас как дочь врача попрошу мне
ассистировать на операции.
Крови не боитесь?
-Нет.
-Вот и отлично!
А то у нас давеча одна кисейная
барышня в обморок упала.
-Сергей Константинович!
-Если не в состоянии работать,
лучше сразу уйти.
-С дороги!
Чего встали-то?
-Сюда носилки ещё!
Бинты, ещё бинты!
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
-А вы молодец!
Не ожидал.
Обычно сюда приходят с высокими
идеями,
а как насмотрятся на гангренные раны,
так пыл сразу и улетучивается.
-Я буду работать. Не уйду.
-У вас что-то случилось?
-Мой жених уже два месяца не пишет
с передовой.
И я очень боюсь увидеть его на одной
из этих коек.
Но я буду счастлива его увидеть
хоть каким, лишь бы живым.
-Завидую вашему жениху.
Давайте следующего!
ГЛУБОКО ДЫШИТ
-Чем больше будем биты,
тем скорее настанет революция.
-Вы с ума сошли!
Уж как я сам мечтаю о революции,
но сдаваться немцам ради неё -
увольте!
-Добрый вечер, господа!
-Добрый вечер, Дашенька!
Моё почтение!
-Дарья Дмитриевна, очень хорошо,
что вы пришли.
-Марфуша! Подай барышне супу!
Нет-нет, спасибо, я не хочу суп.
-Ну, как желаешь.
-Дарья Дмитриевна,
а что вы думаете о войне?
Эта тема сейчас очень популярна
в обществе.
-Что я могу думать о войне, Антоша?
Я сегодня в госпитале видела,
как от ран умер офицер.
А ему едва исполнилось 20 лет.
Потом на операции видела, как ногу
ампутируют. Что я думать могу?
-И зачем нам новые жертвы?
Чем быстрее мы победим, тем лучше!
-Да как же мы победим, голубчик?
Мы же увязли теперь по уши!
-И кто в этом виноват?
Наше правительство.
Оно втянуло Россию в войну.
-Совершенно верно!
Так напишите об этом!
У вас либеральная газета.
Почему вы правительство не ругаете?
-Потому что нас закроют. Цензура!
-А, вы боитесь цензуры?
Вот в этом вся наша оппозиционность!
Мы готовы ругать власть, зная,
что не будет последствий.
-Если нашу газету закроют...
Мы с вами - зачатки свободной прессы.
Мне кажется, вопрос правительства -
второстепенный.
Сначала надо победить,
а потом уже судить виноватых.
-Я такого же мнения.
Я не поддерживаю правительство.
Я патриот и работаю на победу.
-А я за саботаж.
Если солдаты повернут свои штыки
против государства,
мы сможем построить
более справедливое общество.
-Да вы что, голубчик!
Отдать наши территории?
Да я ни за какие революции на свете
не готов отдать Киев, например. Что?
Что такое?
Что такое, Дашенька?
-Ой!
ПЛАЧЕТ
-Не думай о дурном!
Пропал без вести - не погиб!

РЫДАЕТ
-Тихо, тихо, тихо...
КОМАНДЫ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
ЛАЙ СОБАКИ

-Это что такое?
-Лагерь для военнопленных.
-Слава богу!
-Что же хорошего-то?
-Значит, не перестреляют.
-Неизвестно ещё, что лучше.
-Я, ваше благородие, человек простой.
Мне жизнь дороже всяких рассуждений.
КОМАНДЫ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
-Вставай, вставай!
Пристрелят! Вставай!
 

3 серия

-Но, пошла!
Но!
КРИКИ ТОЛПЫ
-Немцы - исчадия ада!
-Раз, раз, раз, два, три!
-Простите, а что происходит?
-Германское посольство громят.
КРИКИ ТОЛПЫ
-Мы их, мерзавцев,
в бараний рог согнём!
-Да при чём посольство-то?
-Там немцы! Пусть ответят за всё!
КРИКИ ТОЛПЫ
-Четверо налево!
Четверо направо!
Из машины выгружаемся!
Винтовки не забываем!
-Равняйсь! Смирно!
-Опустел и земной покров
Древних склонов, лугов, ложбин.
Ещё помнит стада коров
и пожарища всех равнин.
-Держим оцепление!
Гражданское население не пропускаем!
-Снова ночь как зола из печи
глядит...
-По периметру занять позиции!
Внимательно!
-Простите, мне бы на ту сторону
попасть.
-В обход, барышня, идите.
Нынче сюда нельзя.
-Ну а если я быстро?
-Зашибут!
-Пожалуйста, ну мне же в госпиталь.
-Идите, только быстро.
-Спасибо.
-Кругом!
-Внимательно смотрим!
Никого не впускать!
-На руку!
-Немца держим!
-Раз, раз, раз, два, три!
На месте стой!
-И пока её стремена туги,
Она рвётся вдаль, одичалая.
-Браво!
-Алексей Алексеевич, подпишите...
-Добрый день.
-Здравствуйте, барышня.
-Даша!
Не узнаёте меня?
Я - Елизавета Расторгуева.
Квартира Телегина Ивана Ильича.
Вы приходили к нам, помните?
-Конечно помню.
-Слава богу.
Послушайте, у меня к вам просьба
будет огромная.
Я знаю, что ваш зять, Николай
Иванович, работает в городском союзе.
Вы не могли бы у него попросить
за меня?
-Просить?
-Ну да.
Работы совсем нет и жить решительно
не на что. Меня устроит любая...
Ну, хотелось бы, конечно,
в санитарном поезде.
-Ну хорошо, я сегодня же поговорю
с Николаем.
Вы приходите завтра сюда же.
-Спасибо.
-Хорошие времена были.
А ныне кто где.
Жирин на Кавказе, Сапожков на фронте.
-А где Иван Ильич? Вы знаете?
Ну, вы вроде хорошо знакомы.
-Он пропал.
-Я его страшно любила.
Страшно.
Страшно любила.
-А немцы-то кормят по-божески, а?
-Заткнулся б ты, дурак.
-Сам и заткнись,
бывшее твоё благородие.
-Ты как смеешь?
-Да так и смею.
-Мы с тобой равные теперь.
Оба в плену.
-Молчать!
-А чего это молчать-то перед пленным?
Ты погляди-ка, а!
Тоже мне, начальник!
-Значит, вот как?
Значит, немцы тебе теперь начальство?
-Они кормят и жить дают.
Надо было давно с ними побрататься.
А тебе в морду твою гладкую плюнуть!
СМЕХ
ДРАКА
-Тихо! Тихо!
УДАР
КРИКИ ТОЛПЫ
-Бей его! Бей его!
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Эй, всё!
ГОВОРЯТ ПО-НЕМЕЦКИ
ЛАЙ СОБАКИ
АВТОМАТНАЯ ОЧЕРЕДЬ
-Ну что там? Что там?
ЛАЙ СОБАКИ
-Убили их! Убили, братцы! Их убили!
-Убили!
СТОНЕТ
-Доброе утро!
-Доброе утро.
-Держите.
-Сестричка, я с ногой своей
распрощался.
Зачем мне теперь градусник?
Есть температура или нет,
какая разница?
-Есть разница.
-Понял бы я, если бы мы на своей
территории воевали.
А так - за имперские амбиции государя
нашего жизни свои кладём.
-Совестно вас слушать, господин
поручик.
Что значит "имперские амбиции"?
Да Галиция была наша ещё
при Владимире Красно Солнышко.
Сейчас мы просто возвращаем наши
земли. Это наша червонная Русь!
Там живут русичи. И они только и
ждут, чтобы вернуться в лоно России.
-А вот лично мне эта Галиция даром
не нужна. Мне нога моя нужна.
Вот объясните, ротмистр, ради чего
я её лишился?
-За нашу великую державу!
-Это всё лозунги. А правда жизни
в том, что у меня есть невеста.
Была, потому что...
Потому что я ей сейчас даже написать
не могу.
Зачем я ей нужен такой,
калеченый?
-Ваша невеста, наверное, ждёт от вас
вестей, господин Головин.
Вы бы уж написали бы ей.
-Нет.
Не хочу дорогого человека жизнь
калечить.
-Так...
Так...
Тверь, Козловский тупик,
дом Головиных.
А зачем вам?
-Письмо напишу его родным.
Они же, наверное, знают его невесту,
пусть приедет, поддержит его.
-Да.
Правильно.
-Вот, дружочек.
Подателю сего обратиться
в Красный Крест.
-Спасибо.
-Ну мне-то за что спасибо?
Эта твоя знакомая,
как её, Расторгуева Лиза,
поедет туда, где стреляют.
Впрочем, не скоро ещё поедет, нужно
дождаться, пока сформируют эшелон.
-А Катя всё не пишет.
И никто не пишет.
Как будто их нет.
Ой... или нас уже нет.
-Ах, Дашенька, дружочек.
Надвигается что-то страшное.
В жизни ничего не осталось -
ни любви, ни тепла, ни покоя.
Одна ответственность.
Одна сплошная ответственность.


СВИСТ
ЛАЙ СОБАКИ
КРИКИ НЕМЦЕВ

КРИКИ НЕМЦЕВ

-Тихо! Тихо! Тихо! Стою!
УДАР
УДАР
-Ну вот, пожалуйста.
-Спасибо.
-Лиза, зачем же непременно
в санитарный поезд?
Вы бы могли хоть у нас
в госпитале работать.
-Нет, работа в госпитале - это для
вас, Дарья Дмитриевна,
а мне на фронт.
-Вы такая бесстрашная?
-Дело не в бесстрашии.
Дело в Иване Ильиче.
-При чём здесь Иван Ильич?
-При том, что вы страдаете,
что он пропал, и ничего не делаете.
Вы ждёте, вы плачете,
за больными ходите.
Всё как в романе.
А я за него в самое пекло полезу.
Я его найду.
Жизнь за него отдам,
если нужно будет.
Вся разница между нами.
-Вот, держи горячее.
-Ох, зябко-то как.
-Дарья Дмитриевна,
до сих пор не переоделись?
-А пациент уже
в операционной.
-Простите меня, пожалуйста, я сейчас.
-Кстати, вам сестра звонила.
-Сестра?
-Ваша сестра.
-Катя!

-Девочка моя!

-Ну что ж, за то, что все мы опять
вместе.
-Да.
Согласись, душенька, где бы русский
человек ни находился,
на родину-то тянет!
-Там мне ужасно хотелось в Россию,
а вот приехала,
теперь, наверное, буду скучать
по Парижу.
-Да скучай, если хочешь,
ты только не уезжай больше.
-Не уеду.
-Как я рад, что ты вернулась.
Ты не представляешь себе, как я рад.
Пойду покурю в кабинете.
Марфуша!
Марфушка!
Чай подашь в кабинет!
Создана для того,
чтобы ходить медленно.
Ой, Господи, спасибо тебе.
-Кать, ну ты что, не рада,
что ты вернулась?
-Почему не рада, рада.
Тебе, что ты рядом,
и я могу тебя обнять.
-Как у вас с Николаем?
-Простили друг друга.
Какие уж теперь счёты?
Жизнь так изменилась.
Ты вот в госпитале работаешь.
И Николай сказал, Иван Ильич твой
пропал без вести.
-Пропал, не погиб.
Ты помнишь... помнишь Лизу
Расторгуеву?
-Смутно.
-Она едет на фронт.
Хочет найти Ивана Ильича.
Говорит, что любит его так,
как я любить не умею.
-А ты разволновалась, да?
-Но ведь если он жив, она его найдёт
и будет с ним рядом.
Значит, она сильнее меня и больше
достойна любви, разве нет?
-Если любви достойна та,
что просто рядом, это не любовь.
-Марфуша!
Мне чай до утра дожидаться?
ИНСТРУМЕНТАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Но! Но! Пошла! Пошла!
ЗВУЧИТ ПЕСНЯ
-Вы мной играете, я вижу,
Смешна для вас любовь моя...
-Пр-р...
Вот и приехали.
-У вас прям весна уже.
-Это Галиция, здесь всегда теплее.
-Сударыня.
-Добрый день.
-Давайте я вам помогу.
-А где лекарь?
-За столом. Прошу вас.
ПОЁТ
-Что в вас царит коварство, знаю.
Но я вас всё-таки люблю...
-Елизавета Расторгуева. Санитарка.
Направлена в летучий лазарет.
Вы лекарь?
-Ну, я лекарь.
Ну всё, потом-потом.
У нас тут праздник.
Пьём за награждение поручика Жадова!
КРИКИ
-Ура!
-Ура герою!
-Иван Ильич?
Иван Ильич?
-Я не Иван Ильич.
Вы ошиблись, барышня.
Присаживайтесь.
Не стесняйтесь.
Ну, давайте, плесни.
-Ещё раз за поручика Жадова! Давай!
ЗВОН БОКАЛОВ
КРИКИ
-Ура!
-Жадов - это я.
Ну, чтоб вы знали.
-Поручик Жадов представлен к награде
за стойкость и мужество в бою.
-Ну да.
Как напьюсь, сразу иду к окопам
неприятеля
и ругаюсь на них на четырёх языках.
-Ничего подобного! Вы герой!
Ура герою!
КРИКИ
-Ура!
-Не слушайте их, сестричка.
На войне героев нет.
Есть честолюбцы.
И дураки, всё.
-Даже когда вы идёте в атаку,
это не геройство?
-А в атаку не идут,
в атаку заставляют идти.
И вот те, кто идут, те трусы.
-И вы трус?
-И я трус.
За то и наградили.
Пейте.
-Я пойду.
Устала с поезда.
-Лиза!
-Что вы хотите?
-Ты знаешь, что я хочу.
Ты как только зашла, я сразу понял...
-Уберите руки.
-Я буду обладать тобой.
-С чего вы это взяли?
-Я так хочу.
ЗВУК ДВИГАТЕЛЯ САМОЛЁТА
-На землю!
ВЗРЫВ

ПЛАЧЕТ
ВЗРЫВ
ПЛАЧЕТ
ВЗРЫВ
-Давай, давай!
Твою мать!
Давай!
ВЗРЫВ
ВЗРЫВ
Как ты?
В укрытие!
Дай сюда!
ВЫСТРЕЛЫ
ВЗРЫВЫ
ВЗРЫВ
-Вот этим самым яйцом мы ухлопаем
Германию всмятку!
А у немцев-то дают по одному яйцу
на человека два раза в месяц.
Как вам это понравится?
Говорят, у них уже дети
без кожи начинают рождаться.
Прости, Господи.
Нет. Бисмарк им, дуракам, говорил,
что с Россией нужно жить в мире.
Не послушались! Пренебрегли нами.
Вот теперь пожалуйте-с!
Два яйца в месяц!
-Николай, когда дети рождаются
без кожи, это ужасно.
Всё равно, у кого рождаются,
у нас или у немцев.
-Прости, Катюша, но ты несёшь чепуху.
-Когда каждый день убивают
и убивают - это так ужасно,
что не хочется жить!
-Ну что же ты хочешь, моя милая?
Приходится на собственной шкуре
начать понимать,
что такое государство.
Правительство по старой привычке
ещё продолжает коситься
на общественные организации,
но всем уже ясно,
что ему без нас не обойтись.
Дудки-с. Мы его за пальчик, а потом
и за руку схватимся.
Я очень оптимистично настроен.
Помяните моё слово, девочки,
война кончится тем,
что у государственного руля встанет
наш брат, общественный деятель.
Всё, что не сделали земля и воля,
революционеры и марксисты,
сделает война.
Да-с. Честь имею.
-Я не могу так жить!
Не могу!
Надо что-то делать.
А что? Не знаю!
-Кать, ну хочешь, давай работать
в госпитале вместе?
-Нет, Даша, я не... я боюсь крови,
страданий.
Я не готова.
Может быть, потом, позже.
-Ну хорошо, как скажешь.
-Не сердись на меня, пожалуйста.
-Бог с тобой, Катя.
Я тебя люблю и приму любое
твоё решение.

-Здравствуйте.
-Здравствуйте, барышня.
-Мне нужен поручик
Головин Алексей Нилович.
-Головин?
Головин...
2 этаж, офицерская палата.
-Спасибо!

-Алёша...

Как ты смел?
Как ты смел подумать,
что ты мне не нужен?

Я сходила с ума!
Я не знала, как мне жить!
Я уеду отсюда только вместе с тобой.
Ты понимаешь это?

КАШЛЯЕТ
-О, пришёл в себя, слава богу.
Тихо, тихо, тихо.
-Где я?
-В аду.
Ты кто? Чёрт, что ли?
-На чёрта не тяну.
Сковородки нет, да и сам я грешник.
Поручик Воскобойников всего лишь.
-Прапорщик Телегин.
-Приветствую вас, прапорщик, в бараке
под пышным названием "Гнилая яма".
-Что это значит?
-Здесь, понимаете ли, содержат
мерзавцев, склонных к побегу.
-Это мы с вами и ещё пять человек.
Вон кресты, ограда,
дальше торфяные болота.
Выхода отсюда нет, только могила.
-Выход всегда есть.
-Я бежал уже трижды.
-А я один раз. И ещё побегу.
СТОНЕТ
-Тихо, тихо, тихо.
Могильный оптимист.
-Не знаю, может быть, я сумасшедшая,
но я всё время себе представляю,
что она его нашла, признаётся ему
в любви, и он её обнимает.
-Ну вот зачем ты себя изводишь?
-Да затем, что я здесь!
Я здесь, а Лиза там.
И уже даже за это Иван Ильич,
если он жив,
в праве быть ей благодарен.
-Если бы любовь рождалась
из благодарности,
как бы я любила Николая Ивановича!
Но я его не люблю!
Хотя по гроб жизни благодарна!
Вот какая штука! Дурёха!
ГУДОК ПАРОВОЗА
-Что такое?
Что? Пить?
-Что, опять тут просидишь всю ночь?
-Да.
-Зачем?
-Это моя работа, сидеть рядом
с больными.
Тебя второй раз прооперировали.
-Вот оно что.
Я думал, ты влюбилась в меня.
-Нет.
-Инвалиды тебе не в радость?
-Дело не в этом.
-Выходи за меня замуж.
-Нет.
-А тебя кто-нибудь когда-нибудь
звал замуж?
-Никто и никогда.
-Правильно.
Потому что ты некрасивая.
Знала об этом?
-Знала, знала.
-Если бы я не был бы инвалидом,
мне бы в голову не пришла бы мысль
жениться на тебе. Понимаешь?
-Понимаю.
-Ну так какой ответ?
-Нет.
-Всё надеешься встретить
своего Ивана Ильича?
-Уже не надеюсь.
Тут я его не видела,
ничего о нём не слышала.
Был человек и нет.
-Ну так в чём же дело-то?
-Люблю я его.
СМЕХ
Тихо, тихо, тихо.
-Иди сюда.
Дура ты.
СМЕХ
Всё, давай, зови попа.
Обвенчаемся с тобой.
-Иди-ка сюда.
Не хочу я за тебя замуж.
СМЕХ
ГОЛОС
Потише там!
Тихо.
ГУДОК ПАРОВОЗА


-Телегин!
Что вы делаете, Телегин?
Напрасно вы...
КАШЛЯЕТ
Письма отсюда не ходят.
Моё дойдёт.

МУЗЫКА ВОЕННОГО ОРКЕСТРА
-День добрый.
-Воевать уезжаю.
Вот и до меня добрались.
-Не воевать, а в красный крест.
-Да, опасности, конечно, меньше.
Но мне, впрочем, всё равно.
Убьют - не убьют.
-Даш!
-Алексей Алексеевич!
Простите меня.
-Это я хотел у вас просить прощения,
Дарья Дмитриевна.
-Всё забыто.
Прощайте.
-И вот ради этого вы меня догнали?
-Да.
Мне вас жалко.
-Благодарю за жалость.
Вы либо святая, Дарья Дмитриевна,
либо дура.
-Это как вам будет угодно.
-Вы – адская мука,
посланная мне заживо.

МУЗЫКА ВОЕННОГО ОРКЕСТРА
-Как странно, что я грезила от
Бессонова.
Я же была в него влюблена.
-А мне другое странно.
Что я вообще когда-то могла
быть влюблена.
Сейчас это уже невозможно.
Моя душа как будто сжалась в кулачок.
Это старость.
-Валяй!
Ну как?
-Немного до колючки осталось.
Рыть тяжело, зато уходить будет
легко.
-Скорее бы уже всё кончилось,
а то мочи нет.
-Дня два-три работы осталось.
-Слаб я совсем.
С такой-то едой и ноги
протянуть недолго.
-Съешь.
-Откуда у тебя?
-Месяц собираю.
-Побежим - знаешь, как еда
пригодится?
-Ну, брат, и воля у тебя.
-Какая там воля, я жить хочу,
жену хочу увидеть.
-Всё-всё, Телегин, ложитесь.
-Ага.
-Воскобойников, скоро рассвет.
Охрана с обходом придёт.
-Ну, я полагаю, что Вадим Петрович,
как человек, только что вернувшийся
с фронта, расскажет нам,
каким образом может окончиться
эта война.
-Ой, да хоть каким.
Хоть проиграть её уже.
Повышаю.
-Что значит "проиграть"? Сдаться?
-Ну а что тут такого?
Не каждую войну можно выиграть.
-Нет-нет, господа, я полагаю,
что нас может спасти только
революция.
-Нет, нет, нет.
Свержение режима ничего не решит.
Если война будет проиграна, слетится
вороньё и доклюёт ослабевшую Россию.
-Девочки! Вот, знакомьтесь, честь
имею рекомендовать,
Вадим Петрович Рощин,
только что с фронта.
-Катерина Дмитриевна - моя жена.
Дарья Дмитриевна - своячница.
-Я очень устала, пойду к себе.
Простите, пожалуйста, господа.
-Прошу меня тоже извинить.
-Продолжим, господа?
-Да.
-Я поддержу.
-Кать, ну что с тобой, а?
-Я не знаю.
КРИКИ НЕМЦЕВ
ЗВОН
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ

КРИКИ НЕМЦЕВ
-Барин, вам телеграмма.
-Катюша!
Катюша, мою деятельность
наконец оценили!
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
ПЕРЕВОДЧИК:
-Мы обнаружить подкоп.
Говорите, кто это сделал?

ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
ПЕРЕВОДЧИК:
-Ты есть подстрекатель.
-Я русский офицер.
ГОВОРЯТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Это была моя идея.
-Неправда!
Это затеял я.
-Это придумал я.
-Нет, это был я!
-Это я!
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Решили заминировать.
-Всё кончено.
-Пары брюк мне вполне хватит.
Так, жилет.
Благодарю тебя.
-А что здесь происходит?
-Вот-с, Дашенька, убываю
в действующую армию.
-Николай назначен комиссаром
Западного фронта.
-Ты в армию?
-А как же, это... это мой долг.
Катюш, Катюш, пижаму забыли положить.
-Николай, пижама на фронте?
-Ну а в чём же мне спать, по-твоему?
-Я принесу.
-Благодарю тебя.
Вот, таким вот образом.
ГОВОРЯТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Как это по-немецки - не засыпать
подкоп и даже не расстрелять нас,
а вот так заминировать путь
на свободу.
-Должен быть другой путь.
-Какой?
-Пока не знаю, но он должен быть.
-Вот так вот распоряжаются нами
судьба и время.
Я еду на фронт, Дашенька служит
в госпитале.
Ну что ж, в добрый путь.
-Ты забыл добавить, что только я
не занята делом.
-Ну что ты, милая, что ты?
Я даже не думал!
-Вы все теперь такие важные
сделались,
трудитесь на победу, патриоты.
А вот скажите мне, скажите, зачем
вообще мы ввязались в эту войну?
Зачем гибнут люди?
-Кать...
-Для чего пропал твой жених?
Для какой такой великой цели?
На нас же никто не нападал!
-Катенька, таковы интересы
государства.
-Вот именно! Государства!
-Не твои, не мои, не Дашины.
-Убейте меня, я этого не понимаю.
-Ну, ты женщина,
тебе нелегко это понять.
-Отлично, мужчины затевают войны,
а женщинам об этом лучше
не рассуждать.
-Ну что от меня-то хочешь?
Я развязал эту войну?!
-Прекратите вы ругаться!
-Мы не ругаемся, Даша, я просто
говорю,
что эта война должна
наконец закончиться.
-Войну легче развязать,
чем закончить!
-Войну просто закончить!
Перестать воевать, и всё!
Уйти с поля боя! Бросить оружие!
-Тот, кто уйдёт с поля боя, будет
предатель и дезертир!
-Я не понимаю, к чему все эти жертвы.
Кому они нужны?
-Почему твоя страстность проявляется
только в спорах?
Она была бы уместнее в постели!
-Замолчи!
-Ну что ж, мне в самом деле пора.
Портфель, Катюша.
Ну, девочки, счастливо оставаться.
-До свидания.
-Да, Катюш, сегодня вечером должен
Рощин зайти за документами.
Ты отдай их ему, душенька.
Я пакет оставил в кабинете.
-Хорошо.
-Ну всё, храни вас Господь.
Поедемте, голубчик.
-Может, оно и к лучшему,
что Николай уехал.
-Возможно, и к лучшему.
-Марфуша, кто меня спрашивал?
-Екатерина Дмитриевна!
Простите, что так поздно
вас потревожил.
-Я, собственно, к Николаю Ивановичу,
но мне сказали, что он уехал.
-Да, срочная командировка на фронт.
Вот... вот пакет, который
Николай Иванович оставил для вас.
-Спасибо огромное,
Екатерина Дмитриевна.
-Какие вести с фронта?
-Мы увязли в Галиции.
-Да...
Что же делать?
-Биться до последнего.
-Да, это ужасно.
-Да, это ужасно.
-Хотите чаю?
-Нет-нет, благодарю.
У меня ещё дела.
-Да, конечно, я... я понимаю.
Вы заходите к нам в гости, запросто.
Мы будем очень рады.
-Ещё раз благодарю.
-Господи, что же это со мной?

-Лошадка-то устала совсем.
-Да все устали.
Эта дорога никогда не кончится.
-А вы до войны кем служили?
-Я - поэт.
-Ну, не хотите говорить, не надо.
Вижу, вы к этой жизни не очень
приспособлены.
Тяжко вам будет на войне.
-Ну мне и до войны было тяжко.
После войны будет так же.
Если доживу, конечно.
ЗВУК ДВИГАТЕЛЯ САМОЛЁТА
ВЗРЫВЫ
КРИКИ
-Даша! Даша!
Разбомблён обоз Красного Креста.
-Ни одного выжившего.
В этом обозе служил
Алексей Бессонов.

 

4 серия

ЗАСТАВКА - ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Царя скинем.
-Воды...
-К чертям собачьим!
Барское добро отнимем.
-Всё. Потерпи...
-Будем жить в буржуйских хоромах!
-Ну ты, брат, хватил.
А буржуев куда?
-Так известно куда – на каторгу!
-За что ж их на каторгу?
-За то, что кровь из нас,
из пролетариев, пили!
-Это ты-то, Васька, пролетарий?
Ты ж половым в трактире
у Бубнова работал!
-А вот это провокация!
Он царский прихвостень!
Такие, как он, и гноят солдат
в окопах!
-Я такой же рядовой, как и ты.
-Знаю я тебя! Крыса тыловая!
-А вот это ты видел?
-Товарищи!
Наша партия выступает
за революционное пораженчество!
ВОЗМУЩЁННЫЕ ВОЗГЛАСЫ
Зачем нам драться с такими же,
как и мы?
ВОЗМУЩЁННЫЕ ВОЗГЛАСЫ
-Перестань болтать!
-Мы повернём наши штыки против
своего классового врага!
-Господа... Любезнейший,
а ну-ка, прекратите вашу пропаганду!
Господа, это госпиталь, а не
лекторий! Успокаиваемся, больные!
-Это кто это мне тут приказывает, а?
Барыня глупая?
Уж испугался!
-Не смей курить в палате.
-К власти придём, распределим тебя
по товарищам, в общее пользование.
ПОЩЁЧИНА
-Ещё раз что-то подобное себе
позволишь, будешь бинтовать себя сам.
Понял?
Я сказала, в палате не курить!
-Сучка... Ты мне за это ответишь!
-Кать...
Ну что такое?
-Всё ужасно.
-Что ужасно?
-Я влюблена.
-В Рощина? Ну и что же тут ужасного?
-Потому что я мужнина жена.
Я знаю, о чём ты подумала.
И о ком... Но Вадим Петрович –
это не Бессонов.
И то, что я чувствую
к нему, это совсем другое.
Здесь адюльтер невозможен.
Здесь либо навсегда, либо никогда.
-Что бы ни было, всё равно
ты счастливая, Катя...
-Я?
-Угу.
-Почему?
-Потому что ты любишь.
-Ты же... ты же тоже любишь
Ивана Ильича.
-Люблю...
Только где он?
Я хочу его увидеть, хочу его обнять.
А я даже не знаю, жив ли он...
-А сама что думаешь? Жив или нет?
-Он жив.
ЛАЙ СОБАК ВДАЛИ
КАШЕЛЬ
-Телегин! Иван Ильич!
Прости, что разбудил.
У меня к тебе просьба важная.
-Что такое?
-Если вырвешься отсюда, съезди к моим
в Рязань. У меня там жена и дочка.
-Когда вырвемся, сам съездишь.
-Нет. Со мной всё кончено. Я сдаюсь.
-Перестань!
-Сил больше нет... А ты, ежели жив
будешь, навести моих. Вот адрес.
Прочитай и запомни.
Запомнил?
-Угу.
-Твёрдо запомнил?
-Да! Сказал же. Давай поспим, а...
-Спи, спи.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ, КРИКИ
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
КРИКИ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
-Воскобойников! Воскобойников!
РАЗРЫВ СНАРЯДА
КРИКИ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
ГОВОРЯТ ПО-НЕМЕЦКИ

-Что он сказал?
-Утром нас расстреляют.
-Вадим Петрович!
Рада вас видеть. Присаживайтесь!
-Благодарю вас, Екатерина Дмитриевна,
я пришёл попрощаться.
-Вы уезжаете?
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
Когда?
-Через час с четвертью.
-Куда же?
-В действующую армию.
Видите ли, Екатерина Дмитриевна,
дело в том, что, возможно, мы с вами
видимся в последний раз.
И...
я, пожалуй, решусь вам сказать
о своих чувствах.
-Нет, не надо... Не надо ничего
говорить, Вадим Петрович.
Ситуация такова, что между нами
ничего не может быть...
-Я всё понимаю!
Я не прошу вас ни о чём.
Я просто хочу, чтобы вы знали,
что я буду вас помнить, пока я жив.
Прощайте!
-Постойте!
Сейчас...
Вот же!
Я связала его сама.
Пусть он будет у вас как память.
-Благодарю вас, Екатерина Дмитриевна.
Но моя память и без того
будет при мне.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Сентиментальная дура!
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Простите меня, друзья.
-Перестаньте извиняться!
Сейчас не время.
Нужно действовать.
-Как действовать?
-Это наш последний шанс...
если кто умеет управлять машиной.
-Я умею.
-Мельшин! Ваш - правый конвоир.
Жуков! Ваш - левый. Офицера
я беру на себя. Я дам сигнал.
ПЛАЧ
-Не надо, я прошу!
Не надо! Я вас прошу!
ШУМ БОРЬБЫ, КРИКИ

ВЫСТРЕЛЫ
КРИКИ
ВЫСТРЕЛЫ
КРИКИ
КРИКИ НА НЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
-Послушайте! Почему я должен
стоять и ждать, когда вы изволите
подготовить себя к работе?
-Сергей Константинович, простите...
-Почему должны ждать больные?
-Я опоздала, я виновата, я...
-Вы безусловно виноваты,
только от этого вашего признания
никому не легче!
-Я всё время стараюсь! А вы только
и знаете, что ругаете меня!
Никогда не похвалите!
Ни одного доброго слова!
-Марусь, во-первых, это не так...
-Это так! Это так!
-Маруся, я вас очень
прошу, не надо плакать.
-Хотя бы один раз похвалили...
-Ну, успокойтесь!
Только не надо плакать! Всё хорошо!
-Вы так много значите для меня!
-Всё, всё, не надо... ну вот.
ВСХЛИПЫВАНИЯ
ХОХОТ ЗА СТЕНОЙ
-Сестричка! Хотел спасибо сказать
за заботу! И другую сестричку
тоже поблагодарить хочу, так что
дайте мне её адрес, хорошо?
Я там цветы ей преподнесу, конфеты.
-Марш отсюда!
А ну-ка, убирайся отсюда!
-Спокойно... пойдём,
пойдём, пойдём, пойдём!
-Что это было?
-Этот негодяй, он хочет отомстить
Дарье Дмитриевне.
-Добрый день!
-Не уверен, что он добрый.
Я не могу одобрить рукоприкладство.
Если даже этот солдат Боков
действительно вас оскорбил.
-Это значит, что я уволена?
-Чушь какая.
Это значит, что вам нужно быть
осторожней.
Не возвращаться домой затемно.
В конце концов, можно и в госпитале
переночевать.
-Сергей Константинович, у меня есть
дом, есть сестра. Она меня там ждёт.
-Понимаю. Всё же будьте осторожны.
НЕРВНАЯ МУЗЫКА
ШУМ МОТОРА
МОТОР ЗАГЛОХ
ВОЙ ВОЛКОВ
-Всё... Бензин кончился.
ВОЙ ВОЛКОВ
-Вот и удался наш побег, Иван Ильич.
-Да уж... Кто бы мог подумать.
-А то я, признаться,
совсем уж духом пал.
-Тс-с!
ОТДАЛЁННЫЕ РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ, КАНОНАДА
-Слышите? Там линия фронта.
Будем пробираться к своим.
Даст Бог, австрийский патруль
никого не обнаружит.
Ну что, расходимся.
ОТДАЛЁННЫЙ ВОЙ ВОЛКОВ
ОТДАЛЁННЫЕ РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
-С Богом!
-С Богом!
-Удачи.
ТЯЖЁЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Ура!
-Ура!
СМЕХ
ИСПУГАННЫЙ ВСКРИК
-Вот те раз! Дарья Дмитриевна!
Вот это встреча!
СМЕХ
А мы были на вечере футуристов,
спорили о будущем России до хрипоты!
-До хрипоты!
-А вы куда торопитесь, а?
-Меня преследуют!
НЕРВНЫЙ СМЕХ
-Кто? Кто вас преследует?
-Мужчина.
-О! Мужчины за вами всегда
будут бегать! Это да!
-Нет, господа! Нет, господа!
Я серьёзно! Мне не до смеха!
ХОХОТ
-Вы уверены, что вас преследуют,
Дарья Дмитриевна?
-Господа, а проведёте домой?
-С превеликим удовольствием,
Дарья Дмитриевна!
Вы бы одна не гуляли,
у нас народу лихого достаточно.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Кстати, Антоша Арнольдов написал
статью на эту тему. Вы не читали?
-Нет...
-Я читал.
-А я не читал!
-Как назло, Николай уехал.
-Видишь, Даш, какие мы с тобой
беззащитные.
-Я не знаю, может, мне показалось.
Или я перепутала.
-Показалось или нет,
я иду работать в госпиталь.
И возвращаться домой мы будем вместе.
-А ты уверена, что сможешь работать
в госпитале?
-Я ни в чём не уверена, кроме
одного – сейчас нельзя праздно жить,
время не то. Я буду тебе помогать,
чем смогу.
-Если этот мерзавец нападёт
на нас обеих?
-Тогда мы возьмём пистолет.
-Ты умеешь стрелять?
-Научусь!
ЗАУНЫВНАЯ МУЗЫКА
ЦОКОТ КОПЫТ
-Тпру!
ЗАУНЫВНАЯ МУЗЫКА
ЗАУНЫВНАЯ МУЗЫКА
-Не бойся меня.
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Не чепай ты меня, добродию.
Я русинка, беженка.
А ты, добродию, что тут робишь?
-Я из плена бежал. Тебя звать-то как?
-Ганна я, пане.
Чоловика моего на войни вбили.
А дитятко, хлопчик мий,
по дорози вмер.
Одна я осталась.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
РЫДАНИЯ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
А як на лихо пиймают тебе?
-Доберусь как-нибудь.
-Пан офицер, швидко сюды.
В сено сховайся, добродию.
От греха подале.
ЗАУНЫВНАЯ МУЗЫКА
-Мы с моим братом тоже
были близки.
Потом он уехал в столицу,
а я остался в имении... Вот...
-Тише-тише...
-Встретил прекрасную девушку.
Даже думал жениться.
Но тут приехал брат – и...
помолвка моя расстроилась.
Я тогда сказал ему,
что никогда не прощу!
А потом брат погиб на фронте.
Мы так и не успели примириться.
-Не знаю, что должно произойти,
чтобы мы с Катей поссорились.
-Влюбитесь в одного мужчину.
-Пробовали. Остались сёстрами.
Дай две таблетки.
-Угу.
-Хотел бы я такую жену, как вы.
Красивую, умную... Понимающую.
-Поправитесь - будет у вас
ещё лучше жена. Отдыхайте.
Пойдём.
-Какой приятный молодой человек.
-Да, жаль его безумно.
-Почему жаль?
-Он умирает, у него осколок в голове.
-Ты так спокойна?
-Нет, я не спокойна, но не буду же
я на весь госпиталь кричать,
что он умирает.
Кому от этого легче станет?

-Тпру!
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
Беженка.
Беженка я.
Беженка я.
Пусти!
Пусти, негидник!
Пусти! Пусти!
ВЫСТРЕЛЫ
-Всё, уходи! Поезжай, поезжай!
Спасибо тебе за всё. Береги себя.
Поезжай.
Ну! Домой, домой! Домой, домой,
домой! Прощай, Ганна, спасибо.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА


-Почему это выдумано, что мы должны
жить какой-то необыкновенной,
утончённой жизнью? Нам бы
мужа попроще и детей побольше.
-Подожди... это, кажется, он! Боков!
-Стой!
Ни шагу дальше, иначе буду стрелять!
-Стойте, стойте, стойте! Подождите!
-Сергей!
-Сергей Константинович!
Вы нас напугали!
-Да я, признаться, и сам испугался.
Как-то не ожидал, что вы
с пистолетом ходите.
-Вы же сами меня
предупреждали про Бокова.
-А вы газет не читаете? Убили этого
субчика. Погиб в перестрелке
при ограблении банка.
Так что можете больше не бояться.
Но я вас догнал не за этим!
-Ой...
-Ну нельзя же быть такой растяпой!
-Кошелёк мой...
-Спасибо!
-Ну, что это? Я пошёл.
-Спасибо!
НЕРВНЫЙ СМЕХ
-Катюша, я не поверила, что ты можешь
выстрелить.
-Я могла бы, если бы знала как.
ВЫСТРЕЛ
ВИЗГ
ХОХОТ
Даша... Как хорошо, что мы вместе.
Что бы ни произошло, какие бы
несчастья ни выпали на нашу долю,
мы всегда будем близки.
-Это правда! Ты мой самый родной
человек!
СМЕХ
БОРМОТАНИЕ
-Русский?
-Русский.
-Слава богу.
Вот спирт, не желаете?
-Нет.
Наш медицинский обоз разбомбили,
все погибли. Абсолютно все.
Люди, лошади... одни трупы.
Один спирт уцелел! Вот такая
гримаса судьбы. Выпьете?
-Вы из Красного Креста?
-Да, из Красного Креста.
-Как вы оказались за линией фронта?
-Не знаю.
Случайно... вот, вот спирту полно.
А еды...
Поесть уже давно нечего.
Спирт иногда меняю на еду у беженцев.
Но особо высовываться не рискую,
здесь австрияков полно.
Будь аккуратней!
-Надо прорываться к своим.
За линию фронта.
-Нет... я не смогу.
Я вот напиться хочу каждый вечер так,
чтобы наутро не проснуться, но...
Но каждый раз просыпаюсь.
Сейчас бы картошки бы испечь, а?
-Слушайте, тут линия фронта
совсем рядом.
Будем прорываться вместе к своим, а?
-Нет... да не смогу я... когда слышу
выстрелы, меня охватывает паника.
Обоз разбомбило, меня выбросило, и...
Одно кровавое месиво!
Я спирт забрал и вот здесь...
ОТДАЛЁННЫЕ РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
Слышите, опять началось! Я боюсь!
-Пойдёмте, не бойтесь, прошу вас!
-Я не могу... Идите!
Уходите... оставьте меня здесь.
Я здесь.
РАЗРЫВ СНАРЯДА
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ, ВЫСТРЕЛЫ, КРИКИ
КРИК
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
-Вы мне жизнь спасли!
Вас как звать, ваше благородие?
-Иван Ильич...
-А меня Красильниковым кличут.
Спасибо, ваше благородие!
Век не забуду!
Ой! Вас в госпиталь срочно надо!
Мужики! Офицер ранен!
Бегом сюда!
КРИКИ, УДАРЫ
БЫСТРАЯ МУЗЫКА
СТОН
-Голубчик, рана серьёзная. Счастье,
что вы именно к нам попали.
Полежать придётся, если не хотите
руку потерять.
Лиза!
-Подержите.
-В операционную, на стол его. Быстро!
-Иван Ильич... это Иван Ильич!
Как же я мечтала с вами встретиться!
Помогите, кто-нибудь!
-Помогите, помогите!
-Представляла себе, как это будет!
Я... я очень хотела вас найти.
-Лиза...
-Я даже на фронт отправилась,
чтобы с вами увидеться.
Я... я всегда буду рядом с вами,
всегда! Только скажите! Я буду рядом!
Каждую минуту буду! Как, наверно,
это пОшло, да, однако...
Я, как Татьяна Ларина,
признаюсь вам в любви, а вы...
мучительно пытаетесь сказать,
что любите другую.
-Да, Лиза, я действительно
люблю другую.
-Знаю!
-Так если вы знаете, зачем вы всё это
говорите мне? Что я, по-вашему,
должен сделать?
-Послать к чёрту эту вашу Дарью
Дмитриевну и полюбить меня за то,
что я здесь, рядом с вами! А она где?
В тепле, в уюте своей петербургской
квартиры?
Я дура, я знаю!
-Не дура. Просто вы нуждаетесь
в любви, и она у вас будет.
-Будет?
-Будет! Не сомневайтесь. Будет.
-Будет?
ВСХЛИПЫВАНИЯ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Яко да Господь Бог дарует вам брак
честен и ложе нескверное,
Господу помолимся...
-Батюшка, а можно православному
за неимением правой руки
креститься левой?
Что об этом в Писании сказано?
А, теперь ты меня крестить будешь
и грехи мои замаливать, пока смерть
нас не разлучит.
Что там дальше, батюшка?
-Венчается раб Божий Аркадий
рабе Божией Елизавете
во имя Отца и Сына
и Святаго Духа...
Аминь.
Венчается раба Божия Елизавета
рабу Божию Аркадию
во имя Отца и Сына
и Святаго Духа.
-Всё.
Представление закончено.
Ты теперь моя правая рука.
И ныне, и присно, и во веки веков!
Аминь, батюшка.
-Простите нас.
-Спаси вас Господи!
-Это ещё зачем? Здесь же кормят.
-Ну, кормят – не кормят,
а то от меня.
Благодарность за жизнь
мою спасённую.
-Ну что же, спасибо.
-Завтра уходим на новую дислокацию.
Ежели жив останусь да женюсь потом,
то непременно сына Иваном назову.
В вашу честь.
-Назови, я не против.
Ты, главное, жив будь.
-Постараюсь, ваше благородие!
Ну, ваше благородие!
А у вас-то... сын-то есть?
-Нет.
-Ну, будет, будет.
-Доктор мне предложение сделал.
-Ты выходишь замуж?
-Нет, он просто предложил пожить
вместе.
-То есть как - пожить вместе?
-Так, просто.
Если соглашусь, ты меня осудишь?
-Нет-нет.
Всё равно я не понимаю,
отчего бы ему не жениться на тебе.
-Ты же сама понимаешь,
какое сейчас время.
Война, кровь, неопределённость.
-Всё, хватит, пошли!
-Сейчас вообще не время для свадьбы.
А ты бы на моём месте не согласилась?
-Нет, не согласилась бы.
-Конечно... Ой!
СМЕХ
-Иди!
-А я соглашусь!
Потому что я его люблю!
Понятно?
-Ну и соглашайся,
раз тебе так хочется.
ГУДОК ПАРОВОЗА

СКРИП ДВЕРИ
-Вы... поправились, Иван Ильич?
-Кажется, да.
-Куда же вы теперь?
-В отпуск, в Петербург.
-К Дарье Дмитриевне?
-Да.
-Ну что же, удачи вам.
-А вам - счастья.
-А не надо мне вот этого вашего
счастья!
Я и так уже счастлива! Прощайте!
ВСХЛИПЫВАНИЯ
-Добрый день!
-Екатерина Дмитриевна,
а вы же сегодня вроде...
-Да-да-да.
Даша!
Даша! Даша!
-Катя?..

-Ну?
Что там?
-Жив...
Был ранен и попал в госпиталь.
Там его нашла Лиза Расторгуева...
-Ну и что? Это ничего не значит.
-Ну, он пишет сам, стало быть,
значит.
-Что ты выдумываешь?
-Сама посмотри.
-Ну и смотрю... ничего такого
не вижу.
Вижу, что он едет в Петербург!
Даша! В Петербург, к тебе!
МЕДЛЕННАЯ МУЗЫКА
МЕДЛЕННАЯ МУЗЫКА
-Добрый день.
Позвольте представиться,
прапорщик Телегин Иван Ильич.
Я прибыл по поручению поручика
Воскобойникова, вы знаете такого?
-Это мой муж.
Он был в плену?
-Вы... знаете об этом?
-Видела сон.
Мой муж кашлял кровью.
Сидел на каких-то досках в бараке.
Вы приехали сообщить мне
о его смерти?
-Да...
-Я знала.
Я почувствовала, что он умер.
Ночью проснулась резко,
как от взрыва, и поняла...
-Он просил передать, что любит вас.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Он... сам это сказал?
-Да.
-Никогда...
Никогда он не говорил мне о любви.
Ни в моих снах, ни наяву.
А вот теперь...
Теперь он любит, он любит меня...
Спасибо...
-К вам Иван Ильич Телегин.

-Марфуш, доделай!
Я очень рада, что вы живы.
Что Лиза Расторгуева вас выходила.
-Да, она хорошая девушка.
-Очень хорошая!
Вы меня простите, пожалуйста,
я только что с дежурства
и очень устала.
-Вы служите в госпитале?
-Да. И я, и моя сестра Катя,
мы служим в госпитале,
правда, не так успешно...
...как Лиза.
-Почему мы всё время говорим
про Лизу Расторгуеву?
-Вы написали о ней в письме,
вот мы и говорим.
-Я написал, Дарья Дмитриевна,
что я мечтаю увидеть вас.
-Я прочла, и я очень рада,
что вы здесь.
Но сейчас мне действительно
не до этого.
-Разрешите откланяться?
-Потому что не надо было писать Даше
про эту Лизу Расторгуеву.
-Отчего же?
-Оттого, что Лиза поклялась найти вас
на фронте и завоевать ваше сердце.
Так она сказала Даше.
-И Даша поверила, что это возможно?
-Да, поверила и корила себя за то,
что сама не кинулась вас искать.
Вот что.
Приходите к нам обедать.
-Я всё погубила... Я ужасная дура!
-Ей-богу, Даш, это всё нервы
и ревность.
Не терзай себя, пожалуйста.
Он сегодня придёт к обеду.
И ты всё поймёшь.
-Он придёт?
-Да.
Я его позвала.
-Революция – вот о чём мечтали
либералы.
-Либералы – болтуны.
Дуля им в нос, а не революция.
-Как вы можете так говорить, а?
Речь идёт о равноправии,
о демократических свободах.
-Хороша свобода...
-Спички есть?
-...добытая террором и насильственным
свержением власти.
-Если власть слаба, то надо её
свергнуть к чёртовой матери!
-Если власть слаба, её нужно
укрепить, а не орать о разрушении.
У вас же, крикунов, нет никакой
экономической политики.
-А я верю в торжество
коммунистических идей.
-Потому что вы пьяны. Проспитесь -
по-другому заговорите.
-Пардон... вы кто?
-В самом деле, как вы сюда вошли?
-Я дверь открыл ключом.
Я, собственно, хозяин квартиры.
Телегин Иван Ильич.
-А нам Лиза Расторгуева дала ключ.
Она сказала, что вы на фронте.
-Верно сказала. Я был на фронте.
Вернулся.
-М-да... одни воюют на фронте,
другие на кухне.
Извините за вторжение, Иван Ильич.
-Ничего.
-Извините...
-Всего доброго.
-Ещё раз извините.
УЛИЧНЫЙ ШУМ
-Заходите, у нас с Катей
уже самовар готов.
-Дарья Дмитриевна!
-А!
-Я не за тем пришёл.

Станьте моей женой.
Я... вы...
Всю свою жизнь, всю любовь
без остатка отдам вам.
Вы самое главное, самое дорогое,
что есть у меня на земле.
И я выжил-то благодаря тому,
что хотел снова вас увидеть...
Если надобно время для ответа,
я готов подождать.
Я буду ждать, буду ждать...
сколько понадобится.

-Что случилось?
-Он сделал мне предложение.
-Ты согласилась?
-Кать...
-Что?
-Сейчас война кругом, кровь, смерть.
Разве теперь возможно счастье?
 

5 серия

-Телегин! Тут у нас такое творится!
Инженеров не хватает, рабочих тоже,
оборудование старое.
Сами видите!
Да и жалованье, сами
понимаете, слёзы одни.
А мы должны давать не больше
23% брака.
-Это же очень большой процент!
Получается, каждый 4-й снаряд
бракованный?
-Голубчик, нам что за печаль?
Чем больше брака, тем меньше убийств.
Австриец ведь тоже человек.
У него есть жена, дети,
фикусы на подоконнике.
-Струков, придите в себя!
Я воевал, я был ранен,
в плену был приговорён к расстрелу.
А вы несёте какую-то чушь про фикусы!
-Вы меня почти ненавидите.
А вся разница между нами,
что вы воевали, а я – нет.
И для вас австрийцы враги,
а для меня они обычные люди.
Мы оба с вами правы. Но в этой
правоте – пропасть между нами.
-Не все австрийцы для меня враги.
Но те, что воевали и держали нас
в плену, - враги навсегда.
И по-другому быть не может!
-Ах ты, господи.
Опять затеялся спорить!
-Даёшь стачку!
ГОМОН
Управление должно
принадлежать рабочим.
ГОМОН
Угнетателей под суд!
-Заводила у них Рублёв.
-Сколько можно пить
пролетарскую кровь?!
КРИКИ
Возьмём управление в свои руки!
КРИКИ
-Рублёв! Рублёв, голубчик!
А что вы будете делать с заводом?
-Как что?
Корабли будем строить, как раньше!
-А вы умеете?
-Я с малых лет за станком!
-Ты умеешь точить детали, верю.
Но всё остальное требует образования,
определённого опыта.
Одного революционного пыла
и ненависти мало. Мало!
-Сначала победим!
А потом научимся всему!
ГОМОН


ГОМОН


ВЗРЫВЫ
-Как вы могли это допустить?
Вы же офицер русской армии!
-Братаются.
Братаются, Вадим Петрович.
В массовом порядке. И с этим ничего
невозможно поделать.
Ходят к немцам в гости, как
к себе домой. Возвращаются пьяные.
А потом не хотят с ними воевать.
Рощин, голубчик...
-А что бы вы-то сделали
на моём месте?
-Расстрелял бы перебежчиков
к чёртовой матери!
-Пьяный в стельку, ваше благородие.
-Не могу же я расстрелять целый полк.
Могу не пускать австрияков
в наши окопы.
ВЗРЫВ
-Это что такое?
ИГРАЕТ ГУБНАЯ ГАРМОШКА
ВЗРЫВ
А ну-ка дай-ка сюда!
-Тихо, тихо, тихо, тихо.
-Это наш. Не стреляйте!
ВЗРЫВ
-Ну да, наш. Наш!
Каску в немецких окопах выменял.
-Да он у меня под трибунал пойдёт.
-А вы тогда его лучше расстреляйте,
Вадим Петрович!
Всё равно помрёт от цинги или тифа.
Знаете, чем наших солдатиков здесь
кормят? Жидкими щами с тухлым мясом.
И кашей со ржавой селёдкой.
На 119 копеек в день. Вот так!
-И что из этого?
ВЗРЫВ
ВЗРЫВ
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
-Вы воевать хотите.
По мне, так поскорей бы всё это
кончилось.
Голубчик, Вадим Петрович!
Представьте, я перестал понимать,
за какие идеалы я здесь воюю.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
ВЗРЫВЫ
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
СТОНЫ
-Ваши благородие! Ваши благородие,
вы живы? Ваши благородие!
-Живы!
ТЯЖЁЛОЕ ДЫХАНИЕ
СТОНЫ
ТЯЖЁЛОЕ ДЫХАНИЕ
СТОНЫ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
СТОНЫ
-Вадим Петрович, а вы ведь мне сейчас
жизнь спасли.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
Благодарю.
Я ваш должник.
ГОМОН
-Марфуша!
Марфуша, что случилось?
-Царь от престола отрёкся.
ПЛАЧЕТ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Царские министры арестованы. Власть
переходит к Временному правительству.
ПЛАЧЕТ
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
ШУМ ТОЛПЫ
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
ТОЛПА СКАНДИРУЕТ "ДОЛОЙ ЦАРЯ!"
ШУМ ТОЛПЫ
-Телегин! Телегин!
-Ничего себе! Ты откуда здесь?
-Я недавно в фронта.
-Понятно.
-Что происходит?
-Революция, дружище.
-Ты рад?
-Конечно, перемены к лучшему.
А ты - нет?
-Не все перемены.
-А, ты обыватель.
Я журналист.
Всё, что происходит, для меня -
материал на первую полосу.
-Страна гибнет, а ты...
-Прости, а что делать?
Обыватель, я побежал
на Выборгскую улицу.
Там полицейские участки громят.
Ты со мной?
-Нет.
-Ладно. Всё.
-Береги себя.
КРИКИ
КРИКИ
-Пропустите людей!
УДАРЫ ПЛЁТКОЙ
УДАР ПЛЁТКОЙ
КРИКИ ТОЛПЫ
КРИКИ ТОЛПЫ
УДАРЫ ПЛЁТКОЙ
КРИКИ ТОЛПЫ
КРИКИ ТОЛПЫ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
УДАРЫ ПЛЁТКОЙ
КРИКИ
ХОХОТ
-За революцию, парни!
ГОМОН
ХОХОТ
-Господа! За революцию!
За нашу победу!
-Почему вы нарушаете режим?
-А вы нам не указ.
Барышня, революция.
Теперь мы сами себе начальники.
-Не указ вы нам.
Хватит, находились под вами.
-Если революция, то лечиться
не нужно? Думаете, само пройдёт?
Не хотите лечиться - можете
уходить из госпиталя.
Но если вы хотите быть здоровыми...
-А толку в этом здоровье?
Чтобы нас обратно
на фронт послали, да?
-Правильно! Правильно!
-Туда мы больше не вернёмся.
Отвоевались.
-Чтобы на войну не отправили,
лучше сейчас помереть.
СМЕХ
Господа! Когда вас выпишут, вы
будете делать всё, что вам угодно.
Но покуда вы здесь, будьте добры...
соблюдайте порядок.
Господа, расходимся! Расходимся!
ГОМОН
КАШЕЛЬ
Вы знаете, что сейчас делает
Маруся?
-Что?
-Перестилает постели.
В одиночку.
А потом она выстирает, высушит
и выгладит всё бельё.
Своими руками.
-Почему своими?
-Потому что санитарки бастуют.
-Мне Маруся об этом не говорила.
-Конечно не говорила.
Она ведь не хочет вас расстраивать.
Она ведь ради вас на всё готова.
Но ведь вы, Сергей Константинович,
сами об этом прекрасно знаете.
-Дарья Дмитриевна!
Я попрошу вас впредь быть
более сдержанной.
ВЗДЫХАЕТ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Здравствуйте, барышня.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Иван Ильич!
Что вы здесь делаете?
-Нетрудно догадаться - я жду вас.
Дарья Дмитриевна, я много думал
о том, что я застал врасплох.
Моё признание застало вас врасплох.
Вы не были готовы к этому разговору.
-Теперь вы решили отказаться
от вашего предложения?
-Другое...
Я не хочу мучить вас.
Чувствуйте себя абсолютно
свободной.
Я со своею любовью справлюсь сам.
-Правда?
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Что ты сказала?
-Ты слышал.
-Не могу поверить.
-Поверь.
-Ты меня пожалела? Сознайся.
-Сознаюсь. Я себя пожалела.
-Ты вела себя как чужая.
-Всё помнила об этой
Лизе Расторгуевой.
-Забудь о ней.
-Забыла.
-Правда забыла?
-Нет!
Всю жизнь тебя буду попрекать
и ревновать.
-А целоваться на улице ужасно?
-Чудовищно!

-Достала что-нибудь?
-Нет.
-Я не ел два дня.
Может, картошка есть хотя бы?
-Купила бы, если было бы, на что.
Ты же всю пенсию потратил на бочонок
с вином.
Могу сбегать к соседям, поменять вино
на картошку.
-Господи!
Как же скучно!
Зачем меня тогда не убило?
-Почему ты так себя не любишь?
Должна же быть причина.
-Не надо мне про любовь ничего
чирикать.
С некоторых пор мне на неё начхать.
-Зачем тогда женился на мне?
-Чтобы вина было кому налить.
На вот, налей.
Ну давай.
Заодно расскажи мне, ты какого чёрта
за меня вышла? А?
-От отчаяния.
-От отчаяния, господи!
Какая причина-то у нас...
Благородная. Достойная.
Так будешь кормить меня или нет?
-Покормила бы, но нечем.
-Нечем?
Ну что ж, нечем, так нечем.
Тогда пойду... пойду ограблю
кого-нибудь.
-Ты с ума сошёл?
-Грабят же государства друг друга.
Только они словами это называют
красивыми.
А я чем хуже?
А?
Мы на фронте погибали,
чтобы у Австрии Галицию забрать.
По праву сильного. Потому что тигр
берёт то, что он хочет.
Это закон джунглей.
Единственно верный закон выживания.
Прибери здесь.
-Девочка моя...
ГРОХОТ
Перестелила бельё в палате?
-Да.
-Сама?
-Да.
-Почему же мне ничего не сказала?
Испугалась?
Ты у меня трусливая?
СМЕХ
ИГРАЕТ МУЗЫКА
-Эй, любезный!
-Чего надо?
-Денег.
-Я калекам не подаю.
Ты чего? Э!
ЗВУКИ УДАРОВ

-Пересчитай.
-Что это?
-Деньги пересчитай.
Сколько там?
-137 рублей.
-Пойдёшь на рынок, купишь еды.
Полей мне.
Страшно?
-Нет.
-Я знал, что мне повезло с женой.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Марфуша, мы пришли.
Ничего не понимаю.
Марфуша должна была накрыть на стол.
Странно.
Марфуша!
Марфуша!
Марфуша!
-Что случилось опять?
А?
Марфуша, я с тобой разговариваю.
-Царя арестовали.
-С чего ты взяла?
-На рынке слышала. Говорят, Корнилов
генерал велел,
и всю царскую семью арестовали.
-Если так, то очень жаль.
Но у нас свадьба, Марфуша.
-Знаю. И продукты все купила, какие
смогла.
Только приготовить не успела.
-Так сейчас приготовь.
-Нет, я сейчас на митинг пойду
за царя-батюшку.
Сердце у меня за него болит.
-Чего?
-А вы, если хотите, увольте меня.
-Ты дура, что ли, совсем?
-Может, и дура.
Но на митинг всё равно пойду.
Уж простите, барыня.
-Ну дура, точно.
-Ого, шампанское! Как в старые
добрые времена.
-Я его привезла из Парижа.
Загадала, что выпью в самый
счастливый день.
Этот день настал.
ХЛОПОК
-По сути, что нужно человеку
для счастья?
-Что?
-Свобода.
Любовь. Свет.
Когда я был в плену, я осознал
всю ценность свободы.
А сейчас я понимаю, что этого мало.
Мне мало.
Что мне нужно жить ради кого-то.
Я нашёл, ради кого.
Вся моя жизнь без остатка принадлежит
тебе, Даша.
-Берегите её, Иван Ильич.
Это самое дорогое, что у меня есть.
-У меня тоже. Здесь мы сходимся.
ЗВОН БОКАЛОВ
-Ура!


-Будешь завтракать?
-Не хочу.
-И я не хочу.

-Барыня, ежели вы меня уволили,
так я вещички заберу и пойду?
-Куда же ты пойдёшь?
-А куда глаза глядят, туда и пойду.
-Дура ты, Марфуша.
-Как есть - дура, барыня.
На митинге-то людей видимо-невидимо.
Все орут. А чего орут - не поймёшь.
Только и слышно: "Долой, долой!".
А царя-то батюшку никому и не жалко.
-Всё, иди к себе. Отдыхай.
-Рост этот здесь обуславливался...
прежде всего...
-Новых привезли, смотри!
Побежали встречать.
-Он в окопах у австрияков.
-Батюшки! Рощин!
-Он самый.
-Здравствуйте, голубчик.
Ну что тут у вас? Как?
-Солдаты бузят.
Братаются с австрияками.
-Ах, мерзавцы!
-Это правда, что царь отрёкся?
-Правда.
Отрёкся, да.
И арестован. Министры тоже
арестованы.
Вся власть перешла к Временному
правительству.
-Это немыслимо. Мы тут воюем за царя
и за отечество.
-Ну что ж, теперь придётся воевать
только за отечество.
Солдаты!
Вот что мне хотелось бы вам сказать.
Вы раньше были кем?
ГУЛ ГОЛОСОВ
Совершенно правильно.
Вы были нижними чинами.
-Лучше б ему заткнуться и домой
пойти.
-Бессловесным стадом.
-Что?
-Которое царская ставка бросала
на убой.
Вас секли за провинности
и расстреливали без суда.
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Ваша правда.
-А теперь, солдаты, вы равноправные
граждане государства российского.
Да-с, я - комиссар армии
Западного фронта...
ГУЛ ГОЛОСОВ
Секундочку. Должен сообщить вам
следующее:
теперь нет никакого различия между
солдатами и командующим армией.
ГУЛ ГОЛОСОВ
Совершенно верно.
Отдача чести офицерскому чину
отменяется навсегда.
Да, вы можете, пожалуйста,
пожать руку генералу.
Здравствуйте! Вы можете пожать руку
генералу.
Пожалуйста, если вам охота.
И, в заключение, главное:
раньше война велась царским
правительством.
Теперь она ведётся народом.
То есть вами.
Я поздравляю вас, солдаты,
с величайшим завоеванием революции.
ХОРОМ: -Ура!
-А с австрийцем замиряться когда?
-Ну, дружочек...
-Мыла сколько будут давать?
-И в отпуска когда?
-Мыло и отпуска - это частности,
на которые я готов ответить...
-Господин военный комиссар,
вы нам тут сладко говорили,
а мы сладко слушали, но только теперь
на мой вопрос ответьте.
-Пожалуйста.
-Получил я письмо из деревни,
коровёнка моя сдохла,
сам я безлошадный,
хозяйка с дитями по миру пошла.
Имею я теперь право домой воротиться,
а?
-Вот что я тебе скажу.
Тише, пожалуйста.
Вот что я тебе скажу. Если твоё
личное благо дороже свободы,
пожалуйста, ты можешь предать Россию,
как Иуда.
ГУЛ ГОЛОСОВ
Дезертируй!
Но Россия бросит тебе в лицо:
"Ты недостоин быть солдатом!".
-Я недостоин!
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Ты недостоин!
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Ты зачем сюда приехал? Продать нас
хочешь, сукин сын, а?
-А ну назад!
ВЫСТРЕЛ
КРИКИ
ВЫСТРЕЛЫ
КРИКИ
ВЫСТРЕЛ
Разойтись! А ну вон отсюда!
-Убили, что ли?
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Господи. Царица мать небесная...
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Катя!
Катя моя!
Катенька, Катя!
Катя, это ужасно несправедливо, Катя.
ПЛАЧЕТ
-Это я во всём виновата.
-Да в чём же ты виновата, милая моя?
-Я влюбилась в Рощина,
день и ночь о нём думала.
А о Коле не вспоминала.
А теперь Рощин везёт его тело
для похорон.
Я забыла о муже.
Даша...
И его больше нет.
Моя жизнь кончена.
ПЛАЧЕТ
-Катя...
-И никакое иное счастье невозможно.
-Катенька, ну что ты такое говоришь?
Ну что ты такое говоришь?
Ну, ну успокойся.
Успокойся, Катечка.
ПЛАЧЕТ
ПЛАЧЕТ
Катенька!
ПЛАЧЕТ
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Екатерина Дмитриевна,
от имени России и революции позвольте
выразить неутешное сожаление
о безвременно ушедшем борце за идею.
-При чём здесь революция?
Вы ведь с Николаем были друзьями.
-Николай Иванович пал,
защищая интересы народа.
Его геройскую гибель мы не забудем.
-Не волнуйся, я держусь.
-Я извиняюсь, гражданочка,
посторонитесь чутка.
Товарищи! Сегодня мы прощаемся
со славным сыном революции
Николаем Ивановичем Смоковниковым.
Он был альбатросом,
погибшим в пучине военного хаоса!
И через всю свою жизнь пронёс
горящий факел революционных идей.
-Кто это?
-Николай Иванович был подвижником
демократических преобразований,
которые наша партия проводит в жизнь.
-Замолчите же! Здесь не митинг!
-Минуту, гражданка.
Наша аграрная политика станет
залогом процветания нации,
наша партия намерена решительно
бороться с оппортунистами.
Мы выступаем за укрепление народной
власти!
За светлое будущее нашей державы!
За мировую революцию и процветание
всего человечества!
Всё, спасибо! Дальше я сам.
-Ну, пойдёмте?
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Прощай...
-Екатерина Дмитриевна, я скоро уезжаю
на фронт.
Пока я здесь, если вам понадобится
помощь...
-Спасибо, не надо.
-Я понимаю и уважаю ваши чувства,
но прошу вас
дать возможность мне вам помочь.
-Никто не сможет мне помочь.
Никто не сможет загладить мою вину
перед Николаем.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
КАРКАНЬЕ ВОРОНЫ
-Давайте ещё раз помянем.
-Царство небесное новопреставленному.
-Спасибо.
Мне здесь теперь, наверное,
страшно будет.
Такая огромная квартира.
И я в ней одна.
-Кать, переезжай к нам, а?
Иван, ты же не против?
-Конечно нет.
-Не хочу путаться у вас под ногами.
-Да что ты такое говоришь, а?
Бог с тобой, Кать.
-В самом деле, Екатерина Дмитриевна.
У нас две комнаты пустуют.
Места хватит.
-Я подумаю. Простите ради бога,
хочу побыть одна. Дашенька...
-Пойдём.
-Пойдём.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
НАПЕВАЕТ ПОД НОС
СТОН
СТОН
СТОН
-Ты кто?
Живой.
Идти можешь?
-Если б мог, не сидел бы здесь.
-Пойдём.
За шею меня возьми.
Ты повинен жить!
-Ты кто?
-Ганна я.
Ганна. Человек мой умер. Сын тоже
умер.
Я ведь слышала, что война
закончилась.
А ты кто? Ты кто?
-Меня почти что нет.
-Всё будет хорошо.
У меня есть травы всякие.
Пропарим твои ноги.
Ещё бегать будешь. Ещё бегать будешь.
Ещё бегать будешь.
-Какая ты красивая.
-Марфуша!
Марфуша, у меня сейчас денег нет,
но я с тобой вечером рассчитаюсь.
Обед не готовь.
А на ужин я сама что-нибудь принесу
и пряников твоих любимых куплю.
-Мне бы, Екатерина Дмитриевна,
только уехать к себе в деревню.
Мне и денег-то - только на билет.
Страшно мне здесь.
Кругом грабежи, стёкла бьют.
Девок в подворотне поганят.
И страшно, и тошно.
-Поняла.
-Ну, это не интересно.
-Не сомневайтесь, они настоящие.
-Да, я вижу. Это уральские изумруды.
Они в хорошем состоянии,
но много я вам за них не дам.
Кому нужны сейчас изумруды?
Людям еда нужна.
45 рублей.
-Но это же очень мало.
-Поверьте, по нынешним временам
это очень хорошая цена. Брать будете?
-Да.
-Что у вас?
-Взгляните, пожалуйста.
-Простите.
-Украли!
-Ой, барыня, напугали меня!
Чуть всё не выронила.
-Это ничего, Марфуша.
Это ерунда. Вот я тебе пряников
не купила. Это да.
-Да бог с ними, с пряниками.
Мне бы вот только денег на билет
и уехать отсель.
-На, держи. Продашь, на вырученные
деньги купишь билет.
-Но ведь это нехорошо - продавать
обручальное кольцо!
Тем более чужое.
-Может, и нехорошо. Но если другого
выхода нет - простительно.
-Катюш, я тебя прошу, не нужно
продавать квартиру.
Просто живи с нами.
-Даша, я не могу свалиться вам
на голову без копейки денег.
-Иван справится.
-Береги его.
-Добрый день.
-Добрый.
-Тем более ты сейчас не одна.
-Ванечка, что случилось?
-Всё хорошо.
Всё хорошо.
Там завод закрыт.
Всех увольняют. И меня уволили.
-Господи, да как же мы будем-то
теперь?
-Ну, ничего. Руки-ноги есть,
я что-нибудь придумаю.
-Я умоляю вас, не беспокойтесь
о деньгах,
квартира вот-вот будет продана.
-Катюша, я смогу нас обеспечить.
Оставь эти деньги себе.
-Не понадобятся мне деньги.
Моя жизнь кончена,
в ней ничего больше не будет.
-Катя!
-Всё, всё, ну всё. Что за разговоры?
Обедать?
-Обедать.
-Да, обедать?
-Обедать.
-Что это за разговоры?
Давайте обедать!
-Ну, что там, Вадим Петрович?
-Ещё ждём.
ВЗРЫВ
-Куда? А ну назад!
-Бежим, бежим!
КРИКИ
-А ну стоять, мерзавцы!
ВЗРЫВ
Назад! Назад!
Назад! Назад всем!
Назад! Назад!
-Куда?
-Назад!
-Куда?
-Получается, мы сдались.
-Нет, Вадим Петрович.
Мы не сдались.
Мы проиграли. А это не одно и то же.
ВЗРЫВ
-Ваши благородия!
Давайте разговоры потом разговаривать
будете. Пока атака не началась.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Подождите!
Братцы!
Я тут!
ВЗРЫВ
-Здравствуйте, Екатерина Дмитриевна.
-Здравствуйте.
-Екатерина Дмитриевна!
-Вадим Петрович!
-Я пришёл узнать, как вы,
Екатерина Дмитриевна.
-Я съезжаю с квартиры.
-Я нашёл бы вас везде.
Все эти дни после последней встречи
я думаю только о вас.
Вы единственная яркая и жизненная
точка в этом беспросветном мраке.
Я жил надеждой увидеть вас.
И вот теперь я здесь.
Единственное, чего я желаю большего
всего,
чтобы мы с вами не расставались.
-И я желаю этого.
-Мы можем с вами видеться.
-Я теперь живу у Телегина, мужа Даши.
Приходите к нам.
-Удобно ли это?
-Удобно. Он славный человек.
-Если можно, завтра. В 7 часов.
-Я буду ждать.

РАСПЕВАЮТ ЛОЗУНГИ
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Вы только с фронта, я правильно
понимаю?
-Так точно.
-Скоро ли назад?
-Никогда.
Я подал рапорт об увольнении.
-Вы уволились из армии?
-Армии более не существует.
Солдат бросил винтовку, и заставить
его воевать совершенно невозможно.
Фронт бежит.
Великая Россия перестала
существовать.
Уйти из армии для меня сейчас
равносильно пуле в лоб.
Но всё же это лучше,
чем полное бессилие перед
надвигающейся катастрофой.
-У нас где-то был спирт.
-Простите меня, простите.
-В ящичке. Вверху, справа.
-Екатерина Дмитриевна,
вы будете моей женой?
-Я как знал! Я спирта принёс.
Ну что ж, отметим.
За вас!
-За нас.
 

6 серия

-Проснулся, коханый мий!
-Вот, прочти, это тебе.
-Я не вмию читате...
-Точно ветер живая сила разнесёт
Наносное шутя.
Сколько б ласточка гнёзд не вила
На краю берегов бытия.
Не спеши за волною угнаться,
Скоро оттепель спустит ладью.
И с размахом народного танца
Устремится ручей к ручью.
Птичьи свадебные песнопенья,
Оголтело летящие с юга.
Нараспашку открытые двери
На порог распростёртого луга.
Льётся солнечный свет легко,
И чернильного вальса строка
Вновь бежит, как с плиты молоко.
Полноводная жизни река...
-Щастье мое!
Сэрдце мое! Коли я дозналася,
шо чиловик мий згинув, я думала,
життя мия закинчилася. Але тебе
я люблю, як николи не любила.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
Дмитро? Ти живий?!
-Али не бачишь?
-Бачу, Дмитро...
Я ж думала, що ти згинув!..
-Где Тарас? Сынку?
-Вмер...
-Встать.
Встать!
-Благаю, не ружьё!
Дмитро! Прости мене!
-Ухоть на двир!
Не хочу кровю хаты пускати!
На двир!
-Дмитро... Прости мене!
-Пшёл...
Уйде.
Уйде, сказал.
-Нет!..
ВЫСТРЕЛ
-Ганна!
-А-а-а!
А-а-а!

ИГРАЕТ БАЯНИСТ
-Да здравствует революция!
Салют!
ВЫСТРЕЛЫ
-Стой!
-Катя!
-Вадим!
-Всё-всё-всё! Всё!
Всё хорошо?
-Всё хорошо?
-Давай, пошли. Пошли вперёд!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Как мы позволили уничтожить
огромную страну?
Отдать власть хамам?
-Разве мы позволили?
-Ну а кто же?
-Вот я, например. В этом есть
и моя вина.
-Перестань! Не ты виноват,
что солдаты сбежали с фронта.
-Ну что уж теперь?
Революция свершилась.
Нужно думать, как жить дальше.
-Я думаю, что большевики долго
не продержатся.
-А если продержатся?
-Нет.
-Ну всё же, давай думать о самом
плохом варианте.
-Тогда у нас два выхода: либо бежать
от этой власти, либо сражаться с ней.
-Нет! Нет!
Я не хочу больше никаких сражений.
Я не хочу, чтобы Иван воевал.
Я хочу родить ребёнка.
Я хочу его растить.
И жить! Я хочу жить!
-Тихо-тихо-тихо...
-Послушайте! А может, уедем к отцу
в Самару? Там тихо.
Петербург далеко! Отсидимся в тепле
под папиным крылом, может.
Там, глядишь, и успокоится всё.
-Ну, Катя, бог с тобой!
Мне скоро рожать. Куда я поеду,
какая Самара?
-Вадим...
Я так испугалась сегодня.
Я очень-очень испугалась!
-Ну, всё. Всё уже позади.
-Вадим, Катя...
-Держи.
-За ваше счастье.
ЧОКАЮТСЯ БОКАЛАМИ
-Ночь-то длинная, а курево кончилось.
-Ну да... Если у служивого человека
жены нет, одна радость –
баня и махорка.
-Ну что, любезные, ключики от двери
не хотите отдать, а?
-А ну стоять!
ВЫСТРЕЛ
-Милые, дорогие! Не убивайте!
Не надо!
-Тихо!
-Не стреляйте! Не стреляйте!

-Всё.
Всё, заканчивай. Уходим.
-Впредь не смей, слышишь, не смей
мне указывать, кого убивать,
кого миловать. Всё ясно?
Испугалась? В следующий раз легче
будет. Азарт возьмёт.
-Милиция!
СВИСТИТ В СВИСТОК
Милиция!
Милиция!
-Давай!
Всё-таки надо было его прикончить.
Это всё ты со своим нытьём.
Вёсла неси! Через два дня будем
в Новороссийске.
-Вон они! Вон! Вон!
СВИСТИТ В СВИСТОК
-Бросай вёсла! Бежим!
-Стреляй!
-Ну давай, давай, давай!

Прыгай!
-Куда? Нет-нет-нет!
Нет, я не хочу.
-Не бойся, давай вместе.
Давай на раз-два-три. Ну, руку.
Давай, раз, два, три!
А-а-а!
-А-а-а!
-Убились... Туда им и дорога!
Пойдём.
СКОРБНАЯ МУЗЫКА
-Ну что?
Жизнь заставит – и с одной
рукой поплывёшь!
Всё на месте, слава богу.
-Я кольцо потеряла.
-Ерунда. У меня таких колец
полные карманы.
-Нехорошо кольцо терять.
-Да перестань ты, дурочка!
Пальто снимай, а то простудишься.
-Холодно...
-Конечно, холодно.
Зима на носу. Давай-давай.
-Помочь?
-Собирайся, надо идти.
-Простите, вам не требуется помощь?
-Ну, помощь нынче нужна всем.
Только не все могут её оплатить, увы.
-Мне не нужны деньги, меня интересует
всё, что горит, то есть дрова.
У меня жена беременная,
ей нельзя мёрзнуть.
-Подымитесь повыше, там ещё
что-то осталось.
-Благодарю.
-Э, гражданин! Ты чего это здесь?
-Мне разрешил хозяин.
-Он здесь больше не хозяин.
-Но и ты ведь не хозяин здесь, верно?
-Ошибаешься! Я теперь всюду хозяин.
-Что ты там сказал? Это кто хозяин?
Покуда я стою здесь, в своём доме,
ты всего лишь Гришка-дворник!
Пшёл вон!
-Благодарю вас, что не пришлось
драться с дворником.
-Да уж, дожили...
Ну и времена наступили... Мне кухарка
рассказывала, что в городе появились
какие-то грабители-попрыгунчики.
Привязывают пружины к подмёткам
и таким вот образом заборы
могут перепрыгивать.
-Спасибо. Спасибо за помощь.
-Берегите себя. Всего хорошего.
-Всего доброго.
-Ой, мне кажется, что я уже никогда
не согреюсь.
Мы с Иваном теперь экономим дрова.
Купили чугунную плитку.
Стараемся жить только в одной
комнате. Но только мы топим, топим её
без перерыва, толку никакого.
Теплее не становится.
-Но мы же не будем ныть
и распускаться, правда?
-Мы не будем.
-Я, например, надеюсь, что Вадим
найдёт работу.
-Я надеюсь, что Иван найдёт дрова!
НЕТОРОПЛИВАЯ МУЗЫКА
-Бог ты мой, это который час? Так
он обещал же к семи за мной зайти.
-Значит, вот-вот будет.
-Ну всё, тогда я пойду к нему
навстречу, потому что я устала
и хочу спать.
-Я тебя никуда не отпущу.
Я тебя сейчас лучше чаем напою.
-Катя!..

-Ну, куда ты пойдёшь?
Холод собачий...
Даша?
Даш...

-А-а-а...
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
А-а-а!..
Ой...
ЗАВЫВАНИЕ ВЬЮГИ
-Даша... Даша! Дашенька!
Слава богу.
Слава богу, жива!
Даша, потерпи, потерпи чуть-чуть.
Сейчас, сейчас, Даша.
-Больно... очень больно.
-Потерпи, потерпи чуть-чуть. Сейчас,
Даша, сейчас. Слава богу, жива.
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-У аппарата. Говорите.
Иван?
Да-да, я слышу! Что случилось?
Не волнуйся, я найду акушерку.
-Что такое?
Что?
-На Дашу напали...
Она рожает раньше срока.
Она рожает раньше срока!
-Тихо, тихо, успокойся!
Возьми себя в руки!
Возьми себя в руки...
Барышня, соедините
с военно-сухопутным госпиталем.
Сергей Константинович! Одну минутку!
-Сергей Константинович!
Это... это Катя, сестра
Даши Булавиной, да.
Сергей Константинович, выручайте,
пожалуйста...
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Доктор, проходите.
-Где она?
-Вот здесь.
-Воду согрели?
-Да. Всё, как велели.
ПЛАЧ ДАШИ ЗА ДВЕРЬЮ
-Как часто происходят схватки?
-Каждую секунду.
-Ей кажется, каждые 10 минут.
-Стало быть, время у нас ещё есть.
-Давай.
-А-а-а!
-Екатерина Викторовна...
-А-а-а!
-Тише-тише. Тихо-тихо.
Тихо-тихо.
-Ай, Катя!
-Ну почему так долго, а?!
-Не могу ответить на этот вопрос.
Не знаю, как быстро должны
проходить роды.
-Вот и я не знаю.
-Почему же тогда считаешь,
что это долго?
-Потому что нет сил ждать!
КРИЧИТ
-А-а-а!
-Пойми! Часы остановились!
Я не заметил! Я хотел получше
протопить комнату!
Что же я наделал!
Ну, что же я наделал, а!
ПЛАЧ РЕБЁНКА
-Иван... у тебя сын.
-Сын... Вот это радость! Поздравляю!
Поздравляю!
-Сын...
-Позвольте вас отблагодарить
не только словами...
-Нет-нет-нет, даже не думайте!
-Как же так? Вы же откликнулись!
-И Даша, и вы... вы же нам не чужие.
-Спасибо.
-Екатерина Дмитриевна, простите...
Понимаете, в чём дело, с ребёнком
этим непросто. Он и вод наглотался,
и родился не в срок - вот что худо.
-Но потом-то он заплакал -
значит, всё позади?
И в конце концов, Бог милосерден.
-Это да.
-До свидания.
-До свидания.
-Всего доброго.
-Сын...
-Представляешь, он сначала совсем
не дышал.
Его трясут, а он молчит...
Так страшно было.
-Сейчас всё хорошо.
Ты бы поспала немножко, отдохнула.
-Нет, ты что!
Мне спать нельзя.
Я его должна всё время видеть.
Да ты что! Да ты что!
-Устала?
-Они так любят друг друга,
Даша и её муж.
Я не хочу, чтобы их счастье
было омрачено.
-Оно пока ничем не омрачено.
Может быть, всё обойдётся.
-Я буду Бога за них молить.
-А ты всегда молишься
за чужое счастье?
-Я и для себя прошу.
-Давай обвенчаемся.
-Ты не шутишь?
НЕЖНАЯ МУЗЫКА
-Ты иди, а я останусь. Вдруг ребёнок
проснётся или Даше помощь
понадобится.
-Там с ней Телегин.
-Ну и что Телегин? Телегин – муж, а я
сестра. Малышу нужен женский уход.
-Я хочу, чтобы у нас были дети.
-Я тоже хочу ребёнка.
-Я сказал - дети. А это, согласись,
не один ребёнок.
-Хорошо, как скажешь.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Холодный...
Холодный...
Он холодный.
Он холодный! Он холодный!
Он холодный!
Он умер, пока я спала!
-Подожди... подожди...
КРИКИ ДАШИ
Даша, Даша, подожди!
Даша! Даша! Дашенька!
-А-а-а!
-Даша! Даша!
ПЛАЧЕТ
-А-а-а!
Где ты был?!
Почему ты не встретил меня?!
Он бы родился в срок!
Не трогай меня!
Не трогай меня!
-Дашенька...
-А-а-а!
РЫДАЕТ
Как это так?!
Уйди, уйди от меня!
-Даша!
КРИЧИТ
-Как это?..
Как это?..
Как это?..
-Вадим, я... когда я был в плену,
я думал, что страшнее со мной уже
ничего не случится.
Вот случилось.
-Извини, я не знаю, что сказать тебе.
-Ничего не говори.
Здесь слова не помогут.
Я виноват от начала и до конца.
-Не покрестили...
Имени не дали...
-Иван сказал, что он был Илья,
в честь его отца.
-Илья?..
А какой он, наш Илья?
Добрый? Злой?
Весёлый?
Грустный?
Вот и всё, сестричка, всё.
-Не изводи себя, милая, хорошая.
Ты должна жить дальше.
Ради меня, ради своего мужа.
-Я не люблю его больше.
-Не говори так. Ты сейчас не в себе.
-Да. Я не в себе.
И где, я не знаю.
-Надо как-то жить дальше, надо найти
работу. Вот только инженеры сейчас
никому не нужны.
-Сейчас никто никому не нужен.
Государства нет, власть разрушена.
Кругом одни и те же монархи.
-Есть ещё большевики.
-Большевики...
Только что из всего этого получится?
Ну, давай. Давай.
-Получится или не получится...
нам мальчика нашего уже не вернуть.
-А давай уедем в Самару?
К папе, все вместе.
Подумай хорошенько.
Там спокойно.
-Я не поеду.
-Хорошо. Мы здесь останемся
все вместе.
-Нет, это неправильно.
Вы с Вадимом непременно должны
уехать.
-Я тебя не брошу.
-А я приеду.
Я потом приеду.
Успокоюсь чуть-чуть и приеду.
Знаешь, ты оставь мне ключи
от вашей квартиры.
-Зачем?
-Иногда хочется побыть одной.
Просто побыть одной.
Подальше от этой комнаты.
Это можно понять?
-Конечно.
Конечно.
ГУДОК ПОЕЗДА
-Ты приезжай скорее, пожалуйста.
-Я постараюсь.
-И пиши! Каждый день пиши, хорошо?
-Кать, я буду тебе писать, но ты же
знаешь, что сейчас с почтой,
как она работает.
-Это неважно. Главное, пиши,
я буду ждать.
-Ну вот... держи.
Сейчас...
-Кать, спасибо.
ГУДОК ПОЕЗДА
-Счастливо добраться!
ГУДОК ПОЕЗДА
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Внимание! Поезд на Ревель
подан на третий путь.
Повторяю! Поезд на Ревель подан
на третий путь.
Повторяю! Поезд на Ревель подан
на третий путь.
Повторяю! Поезд на Ревель подан
на третий путь.
-Телегин!
Иван Ильич! Вот так встреча!
-Не ожидал тебя здесь увидеть.
Солдат агитируешь?
-Угадали.
-Помнится, когда ты агитировал
рабочих, всё кончилось закрытием
завода. Чего теперь добиваешься?
-Хочу, чтобы они воевали
за революцию.
-Да навоевались уже, хватит!
-Главная война ещё впереди.
-Какая?
-Гражданская. Вам предстоит сделать
выбор, с кем вы – с народом
или с нашим классовым врагом.
-Рублёв, голубчик, я ведь тоже
народ. Где этот водораздел проходит?
-В душе у каждого.
-У тебя душа, у меня жена. Пойду.
-Иван Ильич, приходите завтра
в Смольный. Я о вас Сапожкову
расскажу. Он лучше всё разъяснит.
-Сапожков... извините... Даша!
-Солдаты!
Наступил святой момент, когда вы
взяли управление государством
в свои собственные руки!
-Да!
-Не так давно царский режим заставлял
вас гнить в окопах
ради интересов эксплуататоров!
Ради их наживы!
-Да!
-Теперь в вашей защите нуждается
наше молодое государство!
Наши собственные интересы!
-Да-а-а!
-Так не дадим же врагу пролетариата
растоптать наши чаяния!
-Да-а-а!
-Нельзя вот так просто ждать, чем всё
кончится. Нехорошо как-то.
Как будто мы не люди, а пешки.
Что думаешь?
-Ничего не думаю. Я разучилась
думать.
-Даша! Любимая моя, хорошая.
Тебе нужно найти силы,
чтобы встряхнуться. Нельзя же так!
Ты угасаешь...
-Я разве виновата, что не умерла
тогда?
-Даша, что мне для тебя сделать? Что?
-Уйди.
Просто уйди.
ГУЛ ГОЛОСОВ
-Стой! Предъявите пропуск!
-Я к Сапожкову.
-Предъявите пропуск!
-Да нет у меня пропуска!
-Товарищи! Я попрошу не перебивать
друг друга! И так ничего непонятно.
-Сергей! Сергей Сергеевич!
-Телегин! Друг!
-Рублёв говорил, что ты придёшь,
но я не думал, что так рано.
-Рано? Одиннадцать часов!
-Одиннадцать уже?
Сейчас подойду.
Я прошу вас, товарищи!
Я попрошу не перебивать друг друга!
Слушать и договориться в конце
концов! Это не так сложно!
Пойдём ко мне. Я тебе чайку налью.
Ну что?
-Пока ничего.
-Угостить тебя нечем, ты уж не
обессудь. Разве только папиросу.
-Немало на сегодняшний день.
-Всё приходится с нуля...
Садись.
С нуля всё приходится начинать:
отопление, продовольствие,
транспорт...
-А зачем было разрушать?
-А как же иначе? Революция – это же
не прогулка с барышней.
Всё приходится ломать, выносить
на свалку истории весь старорежимный
хлам.
Ну так что, Иван Ильич, зачем пришёл?
Сотрудничать или как?
-Пытаюсь понять, как мне жить дальше.
Вот ты, Сергей Сергеевич,
теперь за большевиков?
-Да, я за советскую власть.
А вот ты за что?
-Я за Россию. Я за неё воевал
на фронте.
-Ну и что же это такое,
по-твоему, - Россия?
Территория или народ?
-Странный вопрос.
-Ничего не странный.
Россия – это народ. А мы с тобой
прежде воевали за Россию
как за территорию. И приносили
наш народ в жертву.
А большевики не хотят ни войн,
ни угнетения.
Ни богатых, ни бедных.
Полное равенство.
Все трудятся, все богаты,
и у всех равные возможности.
-По-твоему, это возможно?
-Если всё общее - возможно!
Конечно возможно!
Заводы наши, фабрики наши,
земля наша! Вот она - высшая
справедливость!
-Не знаю. Говоришь ты хорошо,
но получится ли у вас?
Ведь любую идею, даже хорошую,
можно извратить.
-Вот тут ты прав.
Прав.
Поэтому чем больше честных людей
будет на нашей стороне, тем скорее
мы победим. Решайся, Иван Ильич!
Нам сейчас заводы надо запускать,
промышленность налаживать!
Поднимать экономику!
Ну и повоевать за светлое будущее
тоже придётся.
Так что выбирай, что тебе по душе.
-Дай мне время.
-Бери. Но только недолго.
-Товарищ Сапожков!
-Да.
-Сообщение для вас.
-Иду.
Я скоро на фронт убываю.
Так что...
Ну, ты спокойно пей чай. Думай.
Может, и надумаешь.
-Вот, телеграмма из-под Нарвы.
-Корнилов, собака...
Так, хорошо.
Пиши.
-Даша!
Даш!
Знаешь, Даш, мне кажется,
я определился.
-И я определилась. Я от тебя ухожу.
Не осталось никаких чувств.
-Я понимаю, я виноват...
-Да, виноват.
Что ж теперь об этом говорить?
-Пощади, пожалуйста, Даш.
-Прости, не могу.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Смольный. Девушка... Сапожкова!
-В этом районе линия обороны проходит
вот здесь и через железную дорогу.
И в случае обхода с фланга мы
вынуждены будем отступить в сторону
города.
-Тише, товарищи! Тише.
Сапожков слушает.
-Сергей Сергеевич! Это Телегин.
Я согласен.
-Что ж, одобряю твоё решение.
Завтра будь в Смольном, выпишу тебе
назначение. Будешь воевать
с генералом Корниловым.
-Хоть против чёрта...
-"Снова ночь, как зола из печи,
глядит.
Чёрный свой покров расстилает в поле.
Да хищный зверь за добычей мчит.
Настигает свет и берёт их в неволю.
Тьма лежит окрест, не видать ни зги.
Дышит сном земли ложь чалая.
И пока её стремена туги,
Она рвётся в зале, одичалая".
Господи, бред какой!
Папа!
-Катюшечка! Девочка моя! Как я рад!
Как я рад!
Ах, какая радость, какая радость!
Девочка моя!
Не стойте, не стойте, заносите,
пожалуйста. Кто этот человек?
-Папа, это мой муж!
-Ах, муж...
Очень приятно!
-Рощин Вадим Петрович.
-Ну, я же сказал, мне приятно!
Идём в дом! Идём в дом, а то холодно!
Кстати, вы не читали новости?
Советы призывают рабочих и крестьян
Германии заставить своё правительство
подписать с нами мир. Господа,
ну это просто анекдот! Заставить
правительство! На что они надеются?
Ну, это невероятная глупость!
Вам не тяжело? Прошу вас, проходите.
Как я рад! Как я рад,
что вы приехали!
СТУЧИТ В ДВЕРЬ
-Здравствуй.
Я уезжаю на фронт.
Донской.
-Береги себя.
-Можно тебя обнять?
-Нет.
-Ты тоже себя береги.
И знай, что я тебя...
-Не надо, не говори ничего.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
 

7 серия

-Такая страна! Империя!
Провалилась к чёртовой матери!
Войну проср... пардон, проиграли
немцам! Позор!
Разумеется, теперь они займут
и Южную, и Среднюю полосу России.
И будет у нас Русланд!
Чему я чрезвычайно рад!
-Папа!
-Да! Рад-с!
Пойдём, наконец, в служение и выучку
к немцам.
Ой, слава тебе, Господи,
людьми будем!
ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ
-Нет уж, Дмитрий Степанович!
Мы не навоз для немцев.
Мы отстоим Россию.
И накажем виновных,
очень жестоко накажем.
В самые кратчайшие сроки.
-Что вы там бредите?
Как бишь вас, милый зять?
Кто это отстаивать будет? Кто?
Вот эти дезертиры, которые бегут
с фронта,
сверкая пятками!
-Папа!
-Да-с! Ауфидерзейн!
Благодарю за завтрак!
-В атаку-у-у!
КРИКИ, СТРЕЛЬБА
-Вперёд!
Куда?! Куда?!
КРИКИ, СТРЕЛЬБА
-Стоять!
ВЫСТРЕЛ
ПЕРЕСТРЕЛКА
ХОЛОСТОЙ ВЫСТРЕЛ
-Жуков...
-Телегин!
-А я не знал, что это ты.
-А если бы знал?
ВЫСТРЕЛ
Жуков...
Жуков! Жуков!

Это война. Прости...
Прости, Жуков.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Товарищи, кто не зарегистрировался
в подотделе труда, можете не стоять.
-А как можно зарегистрироваться?
-Собрать справки.
Перечень на доске.
После явиться в подотдел
с 8 до 9 утра - там рассмотрят ваши
документы,
и в случае регистрации явитесь сюда.
ВОЗГЛАСЫ ВОЗМУЩЕНИЯ
-Товарищи, сколько можно это
терпеть?!
-А я, знаете ли, сюда уже вторую
неделю хожу. Работы нет, пособия нет.
Говорили, продуктами могут помочь.
-Товарищи!
АПЛОДИСМЕНТЫ
Мы призываем рабочий класс Германии,
Франции, Англии
заставить свои правительства
немедленно заключить честный,
демократический мир
с новой Россией!
Долой войну!
Да здравствует братство всех народов!
Ура!
-Ур-а-а-а-а!
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Поставь, пожалуйста, самовар.
-Только закипел.
-А-а-а-а, милый зять!
Нечего взять...
Как дела?!
-Всё так же. Нигде нет работы.
-А хотите, скажу, почему у вас нет
работы?
-Отчего же?
-А потому что к большевикам не хотите
идти!
-Да, представьте себе, не хочу.
-А вот мне интересно, а что же в них
не так?
Вот чем они отличаются, скажем,
от царской власти? По-моему, ничем.
Власть, она везде власть.
Вон Говядин,
который Семён Семёнович.
Как-то вовремя подсуетился,
пожалуйста, большой человек!
А был, между прочим, как мы с вами,
либеральных взглядов.
-Папа, перестань!
Говядин нам не пример!
-Это ведь, моя дорогая,
как посмотреть.
Мне вот сегодня предложили пост
заведующего городскими больницами.
Я ведь кочевряжиться и отказываться
тоже не буду. Хотите знать, почему?
-Почему?
-А потому, что к лету В Самаре будут
немцы.
А мне так охота дотянуть до лета.
-Позвольте вас спросить, где же вы
берёте медикаменты?
Говорят, что в городе их нет.
-Нет, потому лечу клистирами, да.
Покопайтесь в первопричинах нашей
благословенной анархии
и упрётесь в засорённый желудок!
И потому всеобщий клистир!
Хорошо бы начать с вас!
СМЕЁТСЯ
-Папа...
ХОХОЧЕТ
Ты со своим натурализмом!
-А ну-ка, стоп!
Поди сюда.
Между прочим, твой этот супруг –
военный человек, а не красна девица.
И пока живёт в моём доме,
пусть оставит все эти...
свою тут дворянскую щепетильность.
Ты пойди и передай ему это, а?
Я не договорил.
Что это у него работы нет?
Во служение большевикам идти
не хочет.
А почему мой хлеб с маслом трескает,
аж за ушами трещит?!
Иди вон и передай ему!
-Без потерь?
-Без потерь.
-Телегин!
Живой?
-Живой.
-Ну, ступай, я доделаю.
Что тут у тебя?
-Да ерунда, царапина.
-Ну а если ерунда, что ты мрачнее
тучи? Радоваться надо.
-Белый офицер, который стрелял
в меня, - поручик Жуков.
Мы с ним бежали вместе
из немецкого плена.
-Да, брат, теперь так.
Привыкай.
-Боюсь, не смогу.
-Ничего-ничего. Привыкнешь.
-Товарищ Сапожков!
Товарищ Сапожков!
-Ну?
-Там колонна с белым флагом.
-Что за колонна?
-Поправляйся.
-Вроде гражданские.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Стой!
Стой, стой, стой!
Как вы прошли через позиции белых?
-Пропустили нас!
Пожалели и пропустили.
И вы пропустите нас Христа ради,
товарищ!
Нам бы только до Ростова добраться,
а там как Бог даст.
-Ты иди.
Подъезжай!
Стой.
Стой!
Бессонов... Это вы?
-Может, Бессонов,
а может, и не Бессонов.
Чёрт знает кто...
-А меня вы узнаёте?
Сапожков.
Осмотри подводы.
-Так точно.
-Бессонов, это мандат.
По нему вы можете получить билет
на станции, пообедать в буфете
и вообще решить любую проблему.
Там моя печать и подпись.
-Спасибо.
-Проезжай!
-Спасибо...
Спасибо...
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Вам грузчики не нужны?
-Никак нет.
Ваше благородие!
Ваше благородие.
Я знаю, что тут в лавку ночной сторож
нужен.
-Благодарю, но вынужден отказаться.
У меня жена.
Не могу её по ночам оставлять.
-Ваше благородие.
Я что сказать-то хотел.
Я от кума слыхал, тут в рабочую
милицию военные нужны.
Говорят, что из бывших берут.
-Спасибо тебе.
КРАПИВИН: -Преступность, товарищ, -
временное явление.
Как только мы сможем построить
справедливое общество,
она исчезнет сама собой.
А пока будем бороться с этой конторой
жестоко и беспощадно.
Короче, нам поручено бороться
с кражами и грабежами.
Ну, сами понимаете, городок портовый,
шумного народца много.
-Как вы их ловите?
-Обычно-то воров и грабителей
арестовать – дело нехитрое,
а вот есть у нас тут парочка залётных
гастролёров,
и этих как раз поймать
не получается.
-Девица в ресторане находит клиента и
ведёт к себе в номера.
А потом человек оказывается
с проломанной головой,
без денег, без часов.
Она выступает как приманка,
а вот убивает
и грабит её подельник.
-Шерше ля фам.
-Чего?
-Ну, по-французски - ищите женщину.
Девица ни на кого из нас не клюнет.
Пошарпанные мы.
-А вы, товарищ Рощин, выглядите
как человек, у которого есть деньги.
-А денег-то как раз у меня и нет!
-Во-первых, она об этом не знает.
Во-вторых, тут хватит на бокал
шампанского и горячее блюдо.
Возьмите.
Вот ещё...
Мой револьвер. На всякий случай.
-Добрый вечер. Чего изволите?
-Шампанское и фуагра.
-Этого нет, есть свиная отбивная.
-Несите, что есть.
-Угостите папиросой?
-С удовольствием.
Присаживайтесь.
-Вот ваше шампанское.
-Ты одинок?
-Как видишь.
-Я тоже.
У меня был человек,
которого я любила.
А он полюбил другую.
Смешно, да?
-Отчего же?
Такое иногда бывает в жизни.
-Но жизнь-то у меня одна.
Поэтому больно.
-Вуаля!
-Может, угостите?
-Где же Вадим, не понимаю!
-Ну что ты как львица в клетке
мечешься? Успокойся!
А вот Николай Иванович, Царство ему
небесное,
видишь ли, был человек и
ответственный, и с положением.
И замуж я тебя за него выдавал
со спокойным сердцем.
А этот...
УСМЕХАЕТСЯ
Одна фанаберия! Ничего больше.
-Папа! Папа, прекрати!
Я люблю Вадима.
-Что, любовь?
Какая любовь? В нынешнее
время это недопустимая роскошь.
Надо о выживании думать!
А этот твой, с позволения сказать,
супруг, он не помощник в этом деле.
-Папа!
Девочка моя...
Жалко мне тебя...
Пропадёшь ты с ним.
ПЛАЧЕТ
-Я вышла замуж за Николая,
потому что послушалась тебя!
-И правильно!
-И много лет была несчастлива!
Позволь уж мне жить своим умом, папа!
-Каким умом? Ну где он, ум-то?
Ты дура.
Вся в мать.
ВСХЛИПЫВАЕТ
Жалко тебя, ну пропадёшь ты.
Пропадёт девочка...
Ох, Господи! За что?
ПЛАЧЕТ
За что?!
-Пойдём ко мне?
-Почему бы и нет? Пошли.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Ну, проходи.
Садись.
Хочешь, сразу ложись?

СТУК В ДВЕРЬ
-Закрыто!
КРИКИ, ГРОХОТ
УДАР
-Откройте дверь!
ЗВОН СТЕКЛА, ГРОХОТ

-Чёрт, опять упустили преступника!
-Попытается уйти из города.
-Да? Ты думаешь, так сильно его
напугал?
-Однорукий! Нет правой руки,
согласитесь, существенная примета?
-Главное, чтобы он из города ушёл.
Если он из города уйдёт,
пусть его другие ищут.
-Приходите получить жалование.
Удостоверение вам выдать надо.
Завтра вас оформим.
-Где ты был? Я не знала, что думать,
куда бежать!
-Не поверишь, я был на работе.
-Устроился? Куда?
-В рабочую милицию. Занятие
бесполезное, но за него платят.
-Ты рад?
-Только тому, что ты рядом со мной!
-Скажи, почему, почему мы не можем
просто жить,
просто работать и любить
друг друга?
-Потому что Господь догадал нам жить
в эти времена.
Не плачь...
Не плачь!
Не плачь...
ПЛАЧЕТ
-Мне с моей особой приметой в городе
оставаться больше нельзя.
Уедем в Ростов.
-Аркадий, давай остановимся.
У нас уже столько денег, что можно
уже и осесть где-то, жить спокойно.
-Дура ты, Лиза. Сейчас спокойно нигде
нельзя.
В этом прелесть ситуации.
Люди перемещаются с места на место
в поисках безопасности - а тут мы.
Так что мы скоро станем миллионерами
и уедем, куда захочешь.
Хочешь в Париж?
-Я не знаю французского.
-Когда есть деньги, язык знать
не обязательно.
Тем более их потратить здесь даже
негде.
-Факт остаётся фактом!
Большевикам удалось заключить
мир с немцами!
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Я по этому поводу хотел тост
сказать.
Выпьем за победу в мировой революции.
Осталось всего-навсего добить всю эту
белогвардейскую сволочь.
И всё, пожалуйста, строй новый мир –
не хочу!
-Да!
-А вы что же не пьёте?
-Я как раз эта белогвардейская
сволочь.
-О Господи! Это он шутит.
-Отчего же, совсем не шучу!
-Спасибо за хлеб-соль,
Дмитрий Степанович!
Ну а с родственничком с вашим
мы завтра разберёмся.
-Всего доброго, Семён Семёнович!
А ну-ка, вон!
Вон из моего дома.
Папа!
-Вон!
-Дмитрий Степанович прав, мне нечего
делать в его доме.
-В таком случае мы уедем вместе.
В таком случае скатертью дорога.
УСМЕХАЕТСЯ
ГУДОК ПОЕЗДА
СТУК КОЛЁС
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Разрешите пройти.
Разрешите пройти!
Катенька, давай сюда!
Это ваши?
-Да.
-Ложись. Поспи.
-А ты?
-Я рядом с тобой посижу,
я пока не хочу спать.
-Вадим Петрович, вы?
-Красильников?
-Я!
-Здравствуй!
-Слышу, голос знакомый.
-Катенька, познакомься.
Алексей Красильников, мой вестовой.
-Здравствуйте!
-Практически мой ангел-хранитель.
-Супруга ваша?
-Да, Екатерина Дмитриевна.
-Душевно рад. Куда направляетесь?
-На юг. Бежим подальше от режима.
-Куда же от него сбежишь?
Он нынче везде.
-Что, устала?
Ну ничего. Сейчас поспишь.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ГУДОК ПАРОВОЗА, СТУК КОЛЁС
-Надеюсь, этот режим ненадолго.
-Ошибаетесь вы, Вадим Петрович.
-Что ты имеешь в виду?
-А то, что мужик за эту власть.
Стало быть, ничего с ней поделать
не сможете.
Вот генерал Корнилов -
вояка,
лично мне на грудь Георгиевский крест
повесил,
а попытался поднять станицы
за Учредительные собрания
и ничего у него не вышло.
Мечется сейчас в кубанских степях,
как собака в волчьей стае.
Нет, зря вы в Ростов едете.
-Красильников, я живу
в этой стране, мне бояться нечего.
-Страна-то ваша, да власть, похоже,
не ваша уже.
Вы здесь сейчас как иностранцы.
-Ну что ж, спасибо за откровенность.
-Да на пол бросайте.
Без церемоний.
Ваше благородие, езжайте-ка лучше
в Париж. Здесь вам не место.
-Ладно. Время позднее, спать пора.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Спокойной ночи.
-Ага.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
МЫСЛИ ТЕЛЕГИНА: -"Если тебе
понадобится моя жизнь, смело бери её.
Бесконечно люблю тебя.
Твой Иван".
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ПОТРЕСКИВАНИЕ ОГНЯ
-Ты, сестрёнка, будто солнышко.
У меня аж боль стихла,
как ты вошла сюда.
Видимо, для того-то я в живых
и остался,
чтоб меня такая красавица выхаживала.
Повезло мне дураку.
-Я вам попозже укол морфина
сделаю, боль совсем пройдёт.
Где вас ранило?
-Под Ростовом.
-У меня там муж воюет.
Телегин Иван Ильич. Не встречали?
-Товарищ Телегин?
Так я с ним воевал.
Исключительной смелости человек.
-Это правда? Вы его знаете?
-Зачем же мне врать?!
Таких храбрецов, как ваш муж,
я больше не знаю!
Пулям не кланяется, за дело революции
жизнь готов отдать!
-Спасибо!
Жив, слава богу...
-Набрехал?
ТЯЖЁЛЫЙ ВЗДОХ
-Ну, есть немного.
-Твоя правая сторона, моя - левая.
-Нас поймают!
-Поймают – тогда и будешь причитать!
Мешки пропускай, берёшь только
чемоданы и саквояжи. Поняла?
-Давай, давай, давай!

-А-а-а...
-Чего встала? А?
-Это он?
-Кто?
-Клиент из гостиницы.
-Давай! Проходи!
-Что ты стоишь-то? Пойдём скорее!
-Иди, я догоню.
-Ну, пойдём же!

ОСТАНОВКА ПОЕЗДА
-Уходим!
-Погоди.
Помоги.
ГУДОК ПАРОВОЗА
-Что с тобой такое?
-Да так, в поясницу вступило.
-Дашенька.
Дашенька! А ты что здесь?
Твоё дежурство давным-давно
закончилось.
-Знаешь, Марусенька...
я думала, очень хорошо быть одной.
А это, оказывается, испытание.
Я его не выдерживаю.
Лучше уж тут в госпитале.
Тут я хоть при деле.
Чего ты всё ходишь и ходишь
на работу? Пора уже...
-Так ещё три месяца.
Серёжа говорит, чем больше буду
двигаться, тем будет потом легче.
-Маруся!
Срочно! Давай, давай, давай!
-Ну, иди, иди!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Слава богу! Доехали!
-Благодарю! Ну, держись,
уже немножко осталось.
-Красавица, дай ручку, погадаю!
-Отойди! А ну, отойди!
РАЗГОВОРЫ ЛЮДЕЙ
Давай здесь поедим.
-Вадим, зачем мы сюда приехали?
-Не волнуйся! У меня в Ростове
знакомый, он нам поможет.
Прошу прощения, можно у вас присесть,
а то все столики заняты?!
-Прошу!
-Благодарю! Катюш, присаживайся.
-Что здесь подают?
-Они называют это "расстегаем".
-Чего изволите, товарищ?
-Чаю и расстегаи для дамы и для меня.
-Чай самостоятельно.
А когда-то здесь был ресторан
первого класса.
Не дурные обеды подавали.
Горячие закуски, уха из осетрины.
В скором времени товарищи
этот ресторан национализируют,
и тогда здесь ничего, кроме кипятка,
не останется.
Ну если, конечно, самовар не украдут.
-Да, хамы победили.
-Я надеюсь, это ненадолго.
Однако пока всё скверно.
Город словно вымер.
-Куда же все подевались?
-Офицеры ушли с генералом Корниловым,
дамы попрятали меха
и превратились в мещанок.
Все ждут, когда переменится власть.
Нынешняя-то нашего брата
не очень жалует.
Скоро людей с дворянской кровью
будут вешать на столбах.
-И что делать?
-Идти на фронт и давить эту гниду!
Другого не дано!
-Вадим!
Я тебя умоляю.
-Прошу прощения.
Я за кипяточком.
-Я прошу меня простить за...
-Позвольте представится.
Савинков.
-Рощин.
-Если решитесь уйти к Корнилову...
-Решусь.
-В таком случае...
возьмите вот это.
И немедленно спрячьте.
-Что это?
-Ну, скажем так,
рекомендательное письмо.
Линию фронта вам придётся переходить
нелегально.
Чтобы там вам поверили, отдайте этот
знак генералу Романовскому,
начальнику штаба.
Честь имею!
-Честь имею!
-Удачи!

ШУМ УЛИЦЫ
-Вадим!
-Господи!
Вадим Петрович!
Вадим Петрович, дорогой!
Как я рад!
Как я рад!
-Жена моя – Екатерина Дмитриевна.
-Очень приятно!
Э-э-э...
Позвольте в свою очередь
представиться.
Сергей Алексеевич Тётькин.
Да, вот воевал вместе с вашим мужем
в Галиции.
-Очень приятно!
-Да.
Позвольте...
Впрочем...
Простите. Гуталин варю.
Грязь, запах неприятный.
-Зачем гуталин?
-Как зачем? На продажу!
Жить-то хочется.
А ваш муж мне жизнь спас. Да, да, да.
Представьте. Так что я его должник.
-Перестаньте, Сергей Алексеевич,
прошу вас.
Лучше помогите нам снять комнату.
-Позвольте, какую комнату?
У меня можете расположиться,
есть комната,
не очень большая, но,
Екатерина Дмитриевна, трюмо есть.
СМЕХ
И фикус!
-Удобно ли это?
-Ой, оставьте! Конечно же удобно.
Так, ну что, что?
Так, пойдёмте. Пойдёмте к столу,
Софья Ивановна накормит вас с дороги.
-Ну уж чем богаты! Сами понимаете,
положение теперь тяжёлое,
особенно не зажируешь. Курицу
достанешь - это просто счастье!
-Спасибо. Очень вкусно.
-Такое кругом безобразие...
Просто... просто казни египетские!
Хоть бы большевиков
наконец-то прогнали!
Что у нас в столице думают про это?
-Перестань.
Перестань. Тебя, знаешь ли,
за такие слова не пожалеют.
-Знаешь что...
Да пусть хоть расстреляют!
Я молчать не буду.
-Не обращайте внимания.
Она мягкий, душевный человек,
превосходнейшая хозяйка.
Но от всех этих событий...
вроде как ненормальная, что ли,
стала.
-Да почему же ненормальная?
Она абсолютно права. Права!
Нужно давить большевистскую заразу,
пока она не испохабила всю страну.
А вы, извините, здесь гуталин варите.
-Знаете, Вадим Петрович,
дорогой вы мой.
Мне совершенно безразлично –
гуталин я варю
или дерьмо убираю.
Простите, Екатерина Дмитриевна.
Я в мировой войне выжил,
и примирюсь с любым строем жизни,
если увижу, что люди счастливы,
да-с...
И не смотрите, не смотрите на меня
так! Я не большевик.
Я вообще не на чьей стороне.
Но и с собственным народом
воевать не стану.
Ни за какие коврижки.
-Вы подполковник русской армии!
Сидите здесь, а буквально рядом
Корнилов бьёт красных.
-Сижу! Представьте себе, Рощин,
сижу! И буду сидеть!
Я устал от окопной жизни.
И больше не хочу надевать погоны.
-Ну что ж...
Спасибо за гостеприимство.
-Вадим!
-Однако сожалею,
что потерял товарища!
-Вадим!
Вадим!
-Катя, пойдём!
-Пожалуйста, остановись,
ты не прав.
С таким настроением, с такими мыслями
невозможно жить.
-Замолчи!
-Я не стану молчать!
Я тебя люблю и хочу,
чтобы ты опомнился!
Человек должен жить любовью.
-Да пошли вы все к чёрту
с этой вашей любовью!
И вообще найди себе какого-нибудь
жида или большевичка!
К чёрту!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Господи, Сонечка, что происходит, а?
Семьи распадаются, друзья расстаются.
Откуда это остервенение?
-От большевиков.
-О-о-о! Опять большевики.
А большевики откуда взялись,
скажи мне? Они что, с неба свалились?
Да нет же, нет.
Мы во всём и виноваты,
ибо допустили...
А кто допустил, тому и терпеть.
-Да...
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Нет, нет! Вы будете жить здесь,
с нами, Екатерина Дмитриевна.
Всё, прошу не спорить.
СМЕХ
-Ой, блаженный ты мой!
-Спасибо.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Тут пересечёнка, тут нельзя.
нас всех перестреляют.
-Можем. Мне нужен план.
-Нале-во!
К вам пополнение, товарищ Сапожков.
Вот, добровольцы.
-Офицер?
-Окончил кадетский корпус.
-А к нам как попал?
-По убеждению.
Работал в Самарской рабочей милиции,
теперь решил воевать здесь
за дело революции.
-Документы о службе в рабочей милиции
имеются?
Вот, пожалуйста.
-У нас тут фронт в десяти километрах,
а там белые офицеры, которые, скорее
всего, учились с вами вместе.
Понимаете меня?
-Так точно.
-Располагайтесь, товарищи! Сейчас вас
накормят и выдадут оружие.
Добро пожаловать!
-Разойдись!
-Шайка-лейка!
Ко мне в штаб!
-Поешь хлеб, пока тёплый.
Ой, когда же мы беляков-то додавим?
Уж так хочется кровушку пустить
этой буржуйской сволочи.
Скольких я лично в расход пустил -
любо-дорого вспомнить.
У тебя дома кто остался?
-Никого.
-И у меня никого. Жена померла,
сын погиб на фронте.
Никто нас с тобой не ждёт, солдатик.
Одно только и остаётся...
белые банды бить,
пока все не разобьём.
Ну ладно. Ты ешь, ешь.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Быдло.
-Разведка донесла - застава перебита
черкесами,
с утра Корнилов будет здесь,
идёт всей силой.
Мы не успеваем занять крепкую
позицию. Нам нужен заслон.
Есть добровольцы?
-Я!
-Я!
-Ко мне.
-А ты, Иван Ильич, давно воюешь?
-Несколько месяцев.
-Я тоже.
Когда с немецкого фронта вернулся,
до дома добирался,
беляки станицу разграбили,
лошадей увели.
Вот я и пошёл за красных воевать,
чтобы добро своё воротить.
-А теперь что, Красильников?
Беляков будешь грабить?
-Не, это ж не грабёж,
а военная добыча, трофей.
-А если бы у тебя добро не отобрали,
пошёл бы воевать?
-Не, зачем? Я ж крестьянин.
Мне землю пахать нужно.
-Всё, привал. Они без наших сведений
в атаку не пойдут.
-А-а!
-Вякнешь – пристрелю!
-Ты что?
-Пошли!
-М-м-м...
-Пошли! Тихо ты!
-Тихо! Тише-тише.
-А-а!
-Смотри не задохнись у меня.
Вздумаешь орать – пристрелю!
-Не буду я орать.
-Как зовут?
-Валериан Оноли.
-Жид!
-Предки по матери из Франции.
Не жид я, русский.
-Русский!
-У тебя есть шанс остаться в живых.
Ты должен рассказать всё, что меня
интересует. Развяжи его.
ВЗРЫВ
КРИКИ "УРА!"
-Окружают нас, братва.
ВЫСТРЕЛЫ
Окружают нас, братва!
ВЗРЫВ
ПЕРЕСТРЕЛКА
-Куда ты, гад?!
Своих увидел?
ПЕРЕСТРЕЛКА
ВЗРЫВ
ВЫСТРЕЛЫ
-Получай!
Получай!
Стоять!
Кто такой?
-Капитан Рощин. У меня сообщение
для генерала Романовского.
ПЕРЕСТРЕЛКА
-За мной!
-Пулемёты вот здесь и здесь.
Тут и тут патруль.
-Накорми его.
-Держи.
Держи!
-Благодарю.
Отпустите меня!
Зачем я вам теперь?
Вы же всё, что нужно, уже узнали.
Ну, расстреляют меня, какая вам
с этого радость, а?
Зачем мы воюем друг против друга,
русские люди? Кто нас разъединил?
Вот вы...
интеллигентный человек, а?
А что воюете на стороне красных,
на стороне тупого, жадного быдла?
-Хватит ныть, ты, Оноли!
Тоже мне русский нашёлся!
Когда хату мою грабил,
небось не вспомнил.
-Никого я не грабил!
-Ну, не ты, так твои! А я с голой
задницей остался, как сокол!
А-а-а...
-Ты куда?
-Вот-вот, держи! Держи-держи, да!
Вот. Часы золотые.
УСМЕШКА
Настоящие.
Вот ещё червонцы есть.
Тоже бери. Берите всё,
только отпустите, а?!
-Не соврал белопогонник.
Действительно золотые.
-Может, отпустим действительно?
Жалко ж, русский человек.
-Ты что, рехнулся, а? Он к своим
опять вернётся и наших бить начнёт!
-Нет-нет-нет! Я клянусь! Я домой
поеду, в Ростов. Надоела эта война!
-Думаю, надо всё-таки его отпустить.
-Что ты сказал?
Ты под трибунал захотел, а?
-Ну, давай, стреляй.
Сначала от смерти спас,
а теперь давай убей! Что уж там?!
О, а француз-то сбёг!
ЗВУК УДАРА
Прости, Иван Ильич!
-Что же ты?..
-А я не вернусь!
Я к зелёным пойду!
Или к батьке Махно!
-Дезертируешь, значит, да? Сука!
-Да как хочешь назови!
Прощай, Иван Ильич!
Сын родится - Иваном назову,
как обещал!

 

8 серия

-Быстрее, братцы!
Давай-давай, живенько!
СТОНЫ
-Быстрее, быстрее, быстрее!
Прапорщик, ну что,
особое приглашение надо?
-Направо! Шагом марш! Бегом!
-Оноли!
Ты куда подевался?
-Простите, что-то живот прихватило.
-В роту бегом!
-Есть!
А вы что думаете, Рощин,
прибежали из красной шайки,
нацепили погоны, и все поверили,
что вы не красный шпион?
-Где Романовский?
-В штабе Романовский. Только за исход
вашей встречи я не ручаюсь.
-А я не нуждаюсь в ваших
ручательствах.
-Иван Павлович, тут к вам перебежчик,
капитан Рощин.
Говорит, имеет важное сообщение.
-Ну, пусть войдёт.
-Слушаюсь!
-Капитан Рощин. Честь имею.
-Если честь имеете, капитан Рощин,
расскажите, как оказались у красных.
-Готов рассказать, только позвольте
для начала передать вам вот это.
-Встречались с Савинковым?
-Так точно. В Ростове на вокзале.
-Рекомендации Бориса дорогого стоят.
Это он создал нашу армию.
Дам вам роту погибшего
капитана Синицына.
Надеюсь, оправдаете себя в бою.
-Слушаюсь! Разрешите идти?
-Идите.
-Давай сюда тащи!
-Давай живее, живее, ящики сюда!
-Да тяжёлые же!
-Пошевеливайся!
-Давай!
-Живее, братцы!
-Не надо меня толкать!
-Так-так-так. Следующий!
Пошёл! Живее!
-Ситуация у нас плачевная, товарищи.
Копаться толком не успеваем,
завтра будем разбиты в пух и прах.
Уходить бы надо. Да некуда.
-Есть куда.
К Егорову.
Вот здесь план укрепления станицы.
-Иван Ильич, дорогой!
Ну рассказывай.
-Здесь мы, здесь пулемёты,
здесь разъезды, здесь Егоров.
-То есть через перевал пойдём.
Молодцы! Это же выход!
Подожди, а где Красильников?
-Ушёл Красильников к махновцам.
-Вот сукин сын.
Вот как станичников брать
в Красную Армию?
До своего хутора воюют и остаются.
Несознательный народ.
Расстреливать дезертиров надо!
Тогда и бежать не будут.
Товарищ Троцкий говорит:
"Дезертирство – расстрел!
Нарушение дисциплины – расстрел!"
Вот и товарищ Ленин тоже
за репрессии.
-Боюсь, поубавится тогда добровольцев
в Красной Армии.
-Вы что же, против линии партии?
-Товарищ Телегин у нас беспартийный.
Прошу принять во внимание.
-Как же вы ему доверили командовать
людьми?
-В бою, товарищ комиссар, надёжный
друг вернее убеждённого большевика.
-Опасные вещи говорите. Не боитесь?
-В штаны наложил уже от страху.
-Значит так, поднимаем солдат,
готовимся к переходу.
Пока корниловцы готовятся к штурму,
соединимся с Егоровым
и ударим им в тыл. Пошли!
-Становись! Кучнее, кучнее!
Собрались! Шагом марш!
Не отстаём!
Ну?
РАЗГОВОРЫ
-Ротмистр, вы ещё сыграйте
про розовые оборки, а.
Какая мещанская пошлость!
-Прекратите вы, Оноли.
Не вам тут рассуждать о мещанской
пошлости.
-Да? Почему же это не мне?
-Я потомственный дворянин,
но это почему-то не задевает.
А вы... Кто вы? Сын фабриканта?
-Ты не смеешь!
Я сейчас такой же офицер, как и ты.
-Офицер.
Только давеча куда-то пропал
перед боем.
Всей ротой отыскать не могли.
-Я тебе сказал, куда.
-Куда? Живот у тебя прихватило?
Но в нужнике тебя почему-то никто
не видел.
И отсутствовал ты целый час.
Как же так получается,
бравый офицер?
-Что? Что?
-Тихо, господа!
Красные с удовольствием расстреляют
и потомственного дворянина,
и сына фабриканта. Это ясно?
-Ясно.
-Это ясно, господа?
-Ясно, ясно.
-Конечно.
Ему-то виднее, кого красные
расстреляют, он же у них служил.
-Может, и сейчас ещё служит.
-Полагаете, он красный шпион?
-Я в этом даже не сомневаюсь.
-Тогда какого чёрта ему дали роту?
За какие такие заслуги?
-Генерал ему благоволит.
Почему, правда, не понимаю.
-Значит, у нас генерал тоже
предатель.
-Ну ты хватил, Оноли.
МЫСЛИ РОЩИНА: -Катя, милая моя Катя.
Я не мог поступить иначе.
И ни секунды не жалею о том,
что поступил именно так.
Жалею лишь об одном -
что был груб с тобой.
Простишь ли ты меня когда-нибудь?
ВЗРЫВ
КРИКИ
-Сюда! Сюда!
ВЫСТРЕЛЫ
ВЗРЫВ
-Выйти всем из-под обстрела!
ВЗРЫВ
Приготовиться к атаке!
ВЗРЫВ
-Вон они! Вон они!
-Теплов!
ВЗРЫВ
Теплов!
Почему молчат ваши пулемёты?
-Потому что красные ударили
по нашим пулемётным гнёздам.
ВЗРЫВ
Разбомбили все к чёртовой матери!
Как будто заранее всё узнали!
Кто знал наше укрепление?
-Полагаете, что это я?
-А кто же ещё!
-Может быть, это тот, кто отлучился
на час сегодня?
-Вперёд!
ЗВУЧИТ ПЕСНЯ: -Господи, боже,
Стопочку прими,
Что-то давно мы не пили вместе.
Господи, что же ты делаешь с людьми?
Вовсе не стало любви и чести.
Ангелы-архангелы иже херувимы,
Что страшнее на земле -
вёсны или зимы?
Ангелы-архангелы иже херувимы,
Что страшнее на земле -
вёсны или зимы?
Господи, боже, что творишь, смотри,
Лютых волков из людей не сделай.
Белый - он тоже красный изнутри,
Красный - он тоже снаружи белый.
Ангелы-архангелы иже херувимы,
Что страшнее на земле -
вёсны или зимы?
Ангелы-архангелы иже херувимы,
Что страшнее на земле -
вёсны или зимы?
-Катерина Дмитриевна, голубушка,
зачем же вы сами, тяжело ведь.
Позвольте, я помогу вам.
-Да я сама могу. Я обычная женщина.
-Неправда, вы редкая женщина.
Таких, как вы, я не знаю больше
никого.
Вы уж в следующий раз не стирайте,
пожалуйста, сами.
-Да ведь прачки денег стоят.
-Уж на прачку-то я как-нибудь найду
денег.
-Нет, Сергей Алексеевич,
мне неловко.
Я и так за ваш счёт живу.
-Екатерина Дмитриевна, для меня
счастье принимать вас в моём доме.
Да, да.
Вы украсили мою жизнь,
Екатерина Дмитриевна.
-Значит, я могу стирать сама,
для меня это нормально.
А наша петербуржская нахлебница,
она сотрёт свои нежные рученьки, да?
И ты готов оплатить ей прачку?
-Соня, к чему эти...
-Вот к чему,
посмотри на мои руки!
Она слишком долго зажилась у нас.
-Тихо, Сонечка, она может услышать.
-Да пусть слышит.
Я что, должна её стесняться, что ли?
-Соня, родная, она сейчас
в ужасном положении.
Она осталась совсем одна, понимаешь?
-И ты готов её приютить?
Старый хрыч!
-Ну что ты такое говоришь?
-То и говорю.
Я знаю, о чём я говорю.
-Ну иди сюда. Ну всё, всё, всё.
Всё, всё. Тихо, тихо.
Соня, послушай, ты не должна
на неё сердиться.
Она без этого столько натерпелась.
-Это я натерпелась. Я натерпелась!
Думаешь, я не вижу,
как ты на неё смотришь?!
-Всё хорошо, всё хорошо.
-Подожди, у меня там сало горит.
Кобель старый!
-Девушки, а что если нам сейчас взять
шампанского,
эклеров с заварным кремом?
-Откуда вы столько знаете?
-Прошу прощения, я на одну минуту.
Сейчас подойду.
-Подполковник!
Подполковник!
-Оноли.
Валерьян.
-Зачем ты, к чему "подполковник"?
Сейчас, знаете ли,
нужно быть осторожным.
-Забылся. Виноват.
Следует быть осторожнее.
Поранился, когда колол дрова.
Вообще ранен в страшном бою
с красными.
Это был ад. Мало кто уцелел.
-Желаю здравствовать.
-Мало кто уцелел из армии Корнилова.
-Корнилова?
Вы сказали - Корнилова?
Скажите, а не встречался ли вам там
случайно такой Рощин?
Рощин Вадим Петрович.
-А вы почему спрашиваете?
Знакомы с ним?
-Он служил под моим началом в 16-м,
а недавно ушёл как раз к Корнилову.
-Вадим Петрович?
Да, видал его.
-Что вы говорите!
-Он погиб в том же бою.
-Боже мой!
Как же так?!
Это точно?
-Видел своими собственными глазами.
Но что же делать? Война.
-Да, да, да... Да, война.
-Я остановился в гостинице "Лион".
Будет желание коньяку выпить -
милости прошу.
СМЕХ
-Мы вас заждались!
-Да, заждались.
-Она собралась уезжать.
Если ты решил её остановить, знай:
потеряешь меня.
-Соня! Ради бога!
-Екатерина Дмитриевна, можно к вам?
-Входите, Сергей Алексеевич.
Я всё решила.
То, что касается денег за постой,
Вадим вам всё перешлёт.
-Вадим ничего не перешлёт.
-Что с ним?
Вы что-то знаете?
-Сегодня в городе я встретил
Валерьяна Оноли,
они воевали вместе с вашим мужем.
Он сказал, что Вадим погиб.
-Не может быть!
Этого не может быть.
-Но! Пошла!
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
СТУК В ДВЕРЬ
-Ой, я что, заказывал девочек?
-Господин Оноли,
я жена капитана Рощина.
-Какая неприятность.
Я не знал, что у капитана Рощина
такая красивая молодая жена.
Простите, вдова.
-Что с моим мужем?
-Он пал на поле боя.
-Я хочу знать, как погиб мой муж.
-Был бой.
В него стреляли.
Он упал.
Это всё.
Как вы прекрасны в вашем горе.
Просто страдающая Федра.
Разрешите утешить вас?
Какая это мещанская пошлость
всё-таки, если вдуматься.
-Ну...
ПЛАЧ
Господи ты боже...
-Жизнь кончена!
Моя жизнь кончена!
-Катя!
Катя, милая, простите меня.
Простите, я горячилась.
Я сердилась на вас, да.
Вы знаете, теперь это не имеет
никакого значения.
Вы живите у нас. Вот живите столько,
сколько понадобится.
Катя!
-Нисколько не понадобится,
Софья Ивановна. Нисколько.
Мне больше некого ждать.
Я поеду.
-Куда же, Катерина Дмитриевна?
-К Даше, к сестре.
В Петербург.
Спасибо вам большое.
Спасибо.
-Будь они прокляты,
войны всех мастей.
СТУК В ДВЕРЬ
-Извините, барыня, что тревожу,
тут к вам товарищ.
-Гражданка, вы читали постановление
Петроградского комитета
об экспроприации жилого помещения?
-Что? Нет, я не читала.
-Речь идёт об уплотнении.
Сколько комнат в этой квартире?
-Четыре.
Но это же частная собственность
Рощина Вадима Петровича.
-Частных квартир больше нет.
Теперь всё принадлежит народу.
-Что же мне делать?
-Выберите подходящую комнату,
перенесите туда необходимые вещи,
всё остальное перейдёт
в распоряжение Домком.
-Но это же безумие какое-то!
-Безумие, говорите, гражданка?
А знаете ли вы, что в соответствии
с постановлением
вам положено всего 20 аршин?
Я же предлагаю вам выбрать комнату
по вашему усмотрению,
и вы ещё чем-то недовольны.
-Товарищ комиссар, мы с гражданкой
сейчас разберёмся. Я ей помогу.
-Помогите.
Все вещи, которые останутся
в экспроприированных комнатах,
будут также экспроприированы.
Всего доброго.
-Барыня, что же делать?
Порядки теперь такие.
Давайте мы с вами всё, что можно,
в вашу комнату перенесём,
а остальное, что не поместится,
лучше уж на базаре продать.
Лишь бы не пропало.
-Погода хорошая, слава богу.
-Сергей Алексеевич!
-Моё почтение, Самуил Григорьевич!
-Далеко ли собрались?
-Жилицу нашу на вокзал провожать.
-Так ведь я тоже на вокзал.
Давайте сюда вашу жилицу.
Домчу с ветерком, как говорится.
-Катерина Дмитриевна, голубушка,
вы не беспокойтесь,
это Самуил Григорьевич,
наш старый добрый сосед.
-Бывший.
-Это чего же бывший-то,
Самуил Григорьевич?
-Уезжаю навсегда. Тошно мне здесь
одному. Дом продал.
Недорого, конечно,
но какие-никакие деньги.
-Не присели перед дорожкой-то.
-Ну ничего.
-Я ведь что думаю: папаша с деньгами
лучше, чем папаша с голой задницей.
Ну, вы давайте прощайтесь.
-Ну, Катенька, прощай.
-Прощайте, Екатерина Дмитриевна.
-Не поминайте лихом.
-Да какое тут лихо.
-Катюш, до места доберёшься -
отбей телеграмму.
-Обязательно.
-Трогай!
-Пойдём.
Ты что, плачешь, что ли?
-Нет.
-Бандитизм в природе нашего народа.
-Природа ни при чём. Война виновата.
Революция и война.
Все обнищали, одичали,
да ещё и привыкли к этому.
Как будто всю жизнь так было.
Я вот, знаете, в прежние времена
своей жене на именины
бриллианты дарил.
А в последний раз преподнёс ей
две иголки и шпульку ниток.
Как вам это понравится?
-Ну, лишь бы вашей жене это
понравилось.
-Она взяла.
И умерла через два месяца.
-О господи...
Страшные настали времена.
Погасите свет, сами знаете, где едем.
-А где мы едем?
-Разбойничьи места.
Случается, поезд из пулемёта
обстреляют.
А то оцепят вагон или два,
пассажиров разденут до нитки.
Остаются в чём мать родила.
-Я вас умоляю,
не пугайте пуганых.
Всё будет хорошо,
вы мне поверьте.
А вы поспите пока.
Поспите, поспите.
Вот.
Вот.

ГУДОК ПАРОВОЗА
ВОЗГЛАСЫ, СВИСТ, СТУК КОПЫТ
ВЫСТРЕЛЫ

ГРОХОТ, КРИКИ
РЖАНИЕ ЛОШАДИ
-А ну стоять!
-Все сюда, сюда!
Пошевеливайся!
Вот сейчас полютуем!
-А-а!
ВЫСТРЕЛ
КРИКИ
-Ну что, не ждали?
КРИКИ
-Отдавай добро!
Проваливай!
-Нет, нет!
-Принимай!
Баба красивая!
-Хорошая баба.
-Иди сюда, моя хорошая!
-Эй, барыня, ну-ка, чемодан оставь.
Давай, на выход! Пошла!
-Предлагаю не рыпаться.
Пошли за мной!
-Отпустите! Отпустите!
-Давай-давай-давай!
-Отпусти!
-Так, что у тебя тут?
Чего, думал, еврей,
самый умный, что ли?
-Было такое заблуждение.
-Сел быстро!
-Но! Ну, давай! Давай-давай!

-Стой!
-Марфуша, ты, что ли?
Я тогда ваше колечко-то, Екатерина
Дмитриевна, продала и на поезд села.
А сама вон где оказалась.
При батьке Махно теперь состою.
-Господи!
-Да ладно, что уж там.
Да и батька не так страшен,
как его малюют. Тоже человек.
Устали, Екатерина Дмитриевна?
-Очень.
-Пойдёмте, я вас на постой пристрою.
-Я не хочу здесь оставаться.
-Отдохнёте, поспите, а потом,
даст бог, и поедете дальше.
Пойдёмте, Екатерина Дмитриевна.
Проходите. Нет-нет, направо.
Вот сюда, в уголочек.
Заходите.
Отдохнёте немножко.
Давайте подержу.
Выспитесь с дороги-то.
-Угу.
Вас здесь никто не побеспокоит.
Спасибо. Держи.
-Да.
Давайте я вас укрою.
Вот.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Сидоров, на перевязку!
-Так, осторожно.
Присядьте. Подышите воздухом -
вам это полезно.
-Долго я был без сознания?
-Долго. Я уж и не надеялся.
Вот, примите.
Вас ранили в спину. Пуля прошла
в сантиметре от сердца.
Но, слава богу, всё обошлось.
Это, наверное, случилось,
когда вы отступали?
-Мы не отступали.
Мы преследовали красных.
-Тогда, возможно, в вас выстрелил
кто-то из своих.
-Возможно.
Я даже знаю, кто.
КРИКИ
ВОЗГЛАСЫ:
Давай, встречай победителей!
-Давай!
-Гуляем, батя!

-Ветриченко! Где Ветриченко?
-Ну-ка, поди!
Ветриченко!
Ты что ж, негодяй, армию продал?!
Купили тебя?
-Об чём ты, батька?
-Об чём я?
Об том, что ты австрийцев проспал.
Где твои заставы?
Мы всю ночь ехали - ни одной заставы!
Почему армия в мешке?
-Кто его знает, откуда австрийцы
взялись. Степь велика.
-Ах степь велика?! Так я тебя в этой
степи и похороню!
-Как?
-Расстрелять!
-Как - расстрелять?
-Да вот так!
ВЫСТРЕЛ
-Как-как?!
Марфуша!
Иду к тебе!
Где Марфуша? Ты кто?
Проститутка?
Если сифилис - расстреляю.
Ну?! Ты по-русски понимаешь?
Отвечай: больна, здорова?
-Пленная. С поезда.
-Марфуша!
Где Марфуша? Найти!
-Куда ты денешься?
-Стой!
Стой, говорят!
-Давай грузи её!
-Сучка.
Прости!
Прости!
Что, плохо тебе со мной было?
Проститутку вместо себя подсунула.
-Она не проститутка. Она барыня.
И лучше, и глаже меня.
-Чистая, стало быть.
Ну, вот как.
А я ведь тебя так любил.
В расход её!
-Батька!
Я же тебе служила.
-Ну, ничего, значит, другая послужит.
Сама ты так распорядилась!
Чего, оглохли? В расход её!
-Нет!
Нет!
Нет!
Нет!
Нет!
Когда из боя вернусь, чтоб мытая
была. И с маникюром. И нарядная.
Красильников!
Там у меня в хате баба.
Следи за ней.
Но чтоб пальцем её не тронул!
За мной!
-Не беспокойся, батька!
А ну, назад пошла!
Екатерина Дмитриевна?
Вы, что ли?
-Я.
А вы кто?
Алексей Красильников,
вестовой вашего мужа.
Помните поезд "Ростов"?
-О господи!
Помню.
Мой муж погиб.
-Вадим Петрович погиб?
ПЛАЧЕТ
Ну что, это же война.
Война - дело такое.
А, наконец-то!
Я уже заждался!
Сил нет терпеть эту боль!
Сделай уже наконец укол.
-Товарищ Ребров,
у вас нет сильной боли.
Ваши раны затянулись,
и нужды в морфине нет.
-Есть нужда, есть!
-Это привыкание к препарату,
товарищ Ребров.
-Ты отказываешь мне во врачебной
помощи?
Заставляешь меня мучиться?
Мстишь мне?
-Да за что же мне вам мстить?
-Потому что мы взяли власть.
А вы её ненавидите.
Да! Вы ненавидите нас,
вы и ваш доктор!
Я буду жаловаться!
-Это ваше право.
А на случай, если вам станет больно,
я оставила порошки.
ПЬЯНЫЕ ГОЛОСА
-Что вы здесь делаете?
-А мы здесь живём.
А ты кто такая?
-Я хозяйка.
-Хозяйка?
-Это квартира моего зятя.
-Ну что ж, проходи.
Проходи, хозяйка, вместе жить будем.
-Я прошу вас не курить здесь.
Дышать нечем.
-Ой-ой-ой! Какие мы нежные!
-А ну пошёл вон отсюда, хам!
-Ну, ты смотри, барыня-то фасон
не растеряла.
-Ой!
Простите.
-Даша, у меня к вам серьёзный
разговор.
Вы перестали давать морфин
товарищу Реброву.
Почему?
-Потому что я каждый день перевязываю
товарища Реброва.
Рана его практически затянулась,
повреждены только мягкие ткани,
а внутренние органы даже не задеты.
Нет у него сильных болей.
Это "солдатская болезнь"
и привыкание к морфину.
-Да лучше б вы дали ему весь этот
чёртов морфий, чтобы он подавился им!
-Сергей Константинович,
я так не могу.
-Так не можете? Он на вас жалобу
написал в Смольный.
Якобы вы из-за классовой ненависти
заставляете его мучиться от боли.
Теперь от меня требуют вас уволить.
Что мне делать?
У нас с Марусей маленький ребёнок.
Нам тоже нужно как-то выживать.
Даша, простите меня.
-Да нет, это вы меня простите.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
ВОСПОМИНАНИЯ ДАШИ:
-Вы мне скажете, и я разгрызу
этими челюстями церковные купола!
-А я, пожалуй, прокачусь по небесному
своду на блестящем автомобиле.
-Но только делать это надо быстро,
потому что нас всё-таки ждут.
-Не желаете чаю с бутербродом?
-Давайте.
-В хозяйстве у нас беспорядки,
но чай и колбаса от Елисеева.
Берите бутерброд.
-Вы знаете, Иван Ильич, по-моему,
вы очень хороший человек.
Гораздо лучше, чем даже сами о себе
думаете.
-Он умер, когда я спала!
РЫДАНИЯ
-Где ж вы были?
Почему ты не встретил меня?!
ГОЛОСА, ВОЗГЛАСЫ
-Не трогай меня! Не трогай меня!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-"Катенька, дорогая моя!
Жизнь в Петербурге становится
всё страшнее.
У нас отнимают последнее -
родные стены".
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
-Где хозяева?
С АКЦЕНТОМ: -Хозяйка госпиталь ходит,
работает сестра.
-Сестрой милосердия?
Да-да.
А хозяин фронт ходит,
красный фронт.
-Телегин Иван Ильич?
-Да-да, красный командир.
-Проверю.
Если твои сведения подтвердятся,
данная квартира уплотнению
не подлежит.
-Сведения правильные,
хорошие сведения.
Барыня, живи спокойно.
-Спасибо.
-Я не спасибо.
Муж твой спасибо.
-Спасибо.
-Ну, веди этих гадов!
-Помоги-ка!
-Подержи!
-Да уже на мушке.
ТЯЖЁЛАЯ МУЗЫКА
-Я к вашим услугам,
друзья-товарищи!
Только скажите, и я разгрызу этими
челюстями церковные купола!
-Рот закрой!
-Давай ещё по глотку.
КАШЛЯЕТ
-Стой!
Пли!
ВЫСТРЕЛЫ
-Если ты так уверен в своей правоте,
что ж ты плачешь-то?
Да потому что мы с Валетом полжизни,
ты понимаешь?
Философские вечера
и станции по борьбе с бытом.
Не думал я, что так далеко зайдёт.
-Ну да, да.
-Хотя кто знает, окажись мы с тобой
в руках корниловцев,
пустили бы в расход,
не моргнув глазом.
Плакал бы сейчас не я,
а мой друг Валет.
-Всё равно своих убиваем.
-Они чужие!
В том-то и штука!
-Подходи, подбирай валенки!
Кому валенки?
-Покупайте часы! Покупайте часы!
Часы! Часы! Покупайте часы!
Покупайте часы!
-Дарья Дмитриевна, неужели вы?
Не признали?
Куличик Никанор Юрьевич,
помощник Николая Ивановича
Смоковникова,
покойного мужа вашей сестры.
-Да! Здравствуйте.
Вы очень изменились.
-Хотели отнести её в ломбард?
Наивно, наивно.
-Покупайте часы! Покупайте часы...
-Может быть. Но только из госпиталя
меня уволили.
Хлебной карточки я лишилась,
а больше никуда не удалось
устроиться.
Я бы уехала к отцу в Самару,
только у меня даже на билет
денег нет.
-Дарья Дмитриевна,
я сейчас скажу вам то,
что может поставить под удар
мою жизнь.
Я послан сюда для разведки
и вербовки.
Я думаю, что вы могли бы мне
в этом помочь.
-Вы что, думаете, у меня может
получиться?
-Даже не сомневаюсь.
Спасти Россию смогут только те,
кто натерпелся от новой власти.
Вы, я и многие натерпелись.
Сейчас пора уже спасать страну
от надвигающегося хаоса.
Мы поднимем восстание по всей России.
И Антанта нам поможет.
-Я согласна.
Я ненавижу эту власть.
 

9 серия

ЗАСТАВКА - ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Ну, родная, со светлым праздником!
Христос Воскресе...
-Воистину Воскресе!
РАЗРЫВ СНАРЯДА, КРИК
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ НА УЛИЦЕ
Серёжа! Серёжа! Не ходи туда!
-Пусти меня, Соня!
-Не ходи туда!
-Соня, отпусти меня!
-Серёжа! Серёжа!
КРИКИ НА УЛИЦЕ
РАЗРЫВЫ СНАРЯДОВ
Серёжа...
-Соня...
ВЫСТРЕЛЫ, РЖАНИЕ ЛОШАДИ
Кажется, наши пришли.
СТРЕЛЬБА
Да... Христос Воскресе...
-Воистину Воскресе!
-Иди сюда, моя...
ТРОЕКРАТНЫЙ ПОЦЕЛУЙ
-Боже мой, Серёжа, пойдём домой.
Я не могу на это смотреть! Серёжа!
-Вот и подумай – что лучше, что хуже.
-Серёжа, пойдём домой.
-Пойдём, пойдём... Пойдём!
Пойдём. Пойдём...

Самуил Григорьевич!
Самуил Григорьевич, дорогой ты мой!
Что случилось?
-Махновцы на поезд напали.
-Господи!
-Всё забрали. Вещи, деньги... Всё.
-А Катерина Дмитриевна? С ней-то что?
-Не смог я защитить вашу жилицу...
Махно её у себя оставил.
-Всё хорошо, Катерина Дмитриевна!
Всё хорошо, что хорошо кончается!
-Спасибо вам, Алексей Иванович.
-Что я, изверг, что ли?
Не, я батьке вас не отдам.
-Вы меня до ближайшей станции
довезите, а там я сама.
-Сестра, объясни Екатерине
Дмитриевне, что к чему.
-Да какая станция-то, барыня?
Ты думаешь, об чём говоришь?
Слева немцы, справа красные,
спереди, вон, белые, за спиной Махно!
Нам бы живыми до хутора добраться
да затаиться там!
-Ну что, батька?
-Что-что... Славно мы немчуру
покрошили!
Три раза на наши пулемёты нарывались,
дурни!
-Лежат теперь, голубчики,
по всему полю.
-Зато для нашей армии амуниция.
Сгружайтесь!
-Батька! Всё готово!
-Ну, за успешную операцию!
-Может, ещё?
-Нет. Меня баба ждёт.
-Ну, ты, батька, жеребец!
Только с боя - и сразу на бабу!
-Давай, иди-ка делом займись!
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Вот те раз!

-Смотри! Похоже, за нами!
-Господи, помоги!
ОТДАЛЁННЫЕ КРИКИ
-Одна надежда и осталась –
на Господа...
Тпру!
Быстро!
ВЫСТРЕЛЫ
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ, ВСКРИК
ВЫСТРЕЛ
Матрёна! Держи лошадей!
-Вы ранены!
-Царапнуло малость!
И не выкай мне... Чай... не барин.
-Спирт есть?
-Самогон!
-Неси! И ткань чистая нужна!
-Спасибо...
Спасибо!
-Не стоит благодарности,
Алексей Иванович.
Я в госпитале работала.
Помощь раненым – моя обязанность.
Только и всего.
-Только и всего?
-Этих мёртвых похоронить надо.
-Ага, и аллилуйю им пропеть! Эти
мёртвые нас хотели мёртвыми видеть.
Вот пусть теперь лежат на земле и на
Бога в небо смотрят! Вот что, Лёша.
Кони-то ихние сейчас в стойло
вернутся, и люди батьки Махно явятся
в твою хату, помяни моё слово!
А про мой хутор дальний
они знать не знают. Так что поехали
ко мне туда. Но! Пошла!
-Как скажешь, сестра.
-Хлопцы!
-Батька! Беда!
Красильников хлопцев моих пострелял!
-Поймать мерзавца. Повесить
вместе с бабами! Хату сжечь!
-Будет сделано!
Ты, ты, ты и ты! По коням!
КРИКИ, СВИСТ, ТОПОТ КОПЫТ
ВЫСТРЕЛЫ
ВЫСТРЕЛЫ, КРИКИ
-Посмотри за домом!
-Здесь пусто!
ВЗРЫВ
Всё! Крышка им!
Никого! Ну что, уходим?
-Да!
-Царица, мать небесная,
останови их, иродов!
ТРЕСК ПЛАМЕНИ
-Да ведь я... я ведь на всё согласен!
Мне бы ведь только на билет
заработать.
-Да это понятно... понятно.
-Прикажешь двор убирать – хорошо.
Я, кстати, и стирать, и гладить умею.
-Сядь нормально! Сядь!
-Мне бы...
Мне бы только до дочери добраться...
Кому ещё на этом свете нужен?
Хотя, может, и ей уже не нужен...
-Слушай, Самуил Григорьевич,
я варю и продаю гуталин.
Будешь варить и продавать вместе
со мной? Поможешь? Деньги пополам!
-Я согласен!
-Всё, всё, всё, всё, всё... сиди.
-Я могу... могу целыми ночами...
-Понятно, понятно... Сонь!
-Ты только скажи...
-Дай простынку.
-Я вообще спать... могу не спать!
-Да, ты у нас хоть куда!
-Правда, правда! Спасибо тебе!
-Всё! Давай вытираться.
Вот такой чистенький Самуильчик! А!
-Спасибо тебе! Спасибо!
-Ба, Вадим Петрович. Поправились?
-С божьей помощью.
-Прошу!
Вина? Спирту?
-Благодарю!
Не пью с утра.
-Ну, я-то сам пью с ночи.
-А чего так?
-Ну так, знаете, чудом жив остался.
Взяли мы станцию.
Земля, правда, кровью сочится.
Полегло наших...
-Валерьян Оноли жив?
-Жив. В Ростове где-то.
В отпуске по ранению.
-В Ростове, значит.
Вот что...
Мне тоже надо в Ростов.
У меня жена там.
-Нет, Рощин. У нас, знаете,
каждый человек на счету.
Потери несём сумасшедшие.
-Ну да...
-Товсь! Цельсь!
ЗАЛП
Ноги! Вбок! Шагом марш!
ТОСКЛИВАЯ МУЗЫКА
КРИК ВОРОН
-Бросай торговлю! Бросай торговлю!
Ты что, жид?
-Какой жид? Ну какой он жид? Грек!
Не видишь, что ли?
-Грек?
-Грек!
-Выходит, наш?
Православный?
Идите уж... Кончай торговлю!
-Это чудо, что он вам поверил!
-Для верующего - не чудо.
-Сергей Алексеевич!
-Бросай торговлю!
-Вы ведь видите – наши в городе!
К чему этот гуталин?
-А к тому, что сварен был!
Вот к чему. Не пропадать же добру.
-Действительно. Хорошо...
Я куплю у вас пару банок,
чтобы он поскорее у вас кончился.
-На, держи! Бери три без сдачи.
-Вы уж будьте добры,
займитесь потом каким-нибудь делом.
И желательно в достойной компании.
-Недостойная компания – это я?
-Самуил Григорьевич!
Не обращайте внимания. Мало ли кто
что говорит. Главное, с почином нас!
И каким!
ПЛЕСК ВОДЫ
ОТДАЛЁННЫЙ СТУК КОЛЁС
-Красные!
-Суки! К своим прорываются!
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
Ну, стреляйте, Рощин! Что вы стоите?
ВЫСТРЕЛ
Сука!
Господин капитан! По своим стрелять -
рука не поднимается?
Я всегда подозревал,
что вы красный шпион.
А теперь убедился в этом лично!
СМЕХ
-Воронов! Воронов здесь?
Чёрт, белогвардейщина какая-то.
Где Воронов? К Воронову
с срочным донесением!
-По какому поводу?
-Вчера белыми занята станция
Торговая.
У нас очень большие потери.
-Ну я Воронов.
Изложите суть вопроса.
-Положение критическое.
Срочно требуется подкрепление.
ЗВОН СТАКАНОВ
-Ладно...
Через пару дней поможем вам.
-Пару дней? Мы и до завтра
не продержимся.
-Товарищ! Мой отряд
отдыхает после боя.
Присоединяйся! Налейте нашему гостю!
-Я пить не буду! Я к вам через белых
пробирался! Я жизнью рисковал!
-Вот и отдохни после трудов
праведных.
-Я прибыл за подкреплением.
Без него не уеду.
-Тебя как зовут?
-Телегин Иван Ильич.
-Телегин?
Жена твоя - Дарья Дмитриевна?
-Вы с ней знакомы?
-Ухаживала за мной в госпитале.
Хорошо ухаживала!
Я бы от такой жены на фронт не ушёл.
Нельзя таких женщин оставлять
надолго. Уведут.
-Э-э-э!
-Спокойно!
Да и ты можешь не волноваться.
Жена твоя – крепкий орешек.
Только о тебе и говорила.
Ладно... Кончаем пьянку, хлопцы!
Надо нашим помочь.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Ой, Никанор Юрьевич, а...
-Это надо куда-то припрятать.
-А что это такое?
-А это оружие, гранаты.
-Что?
-Не волнуйтесь, не волнуйтесь.
Это скоро заберут.
У вас имеется какой-то чулан?
-Да! Да, пожалуйста, проходите!
-Туда, да?
-Пожалуйста.
Осторожней!
-Всё, всё, всё... Хорошо.
Всё в порядке. Не волнуйтесь.
Так, это вам.
-Ой, ой, Никанор Юрьевич,
не нужно, пожалуйста...
Ну я прошу вас, мне это ужасно
неловко! Мне это очень неудобно!
-Отчего же неудобно? Вы работаете
на общее дело, работа стоит денег.
Так что берите. Берите.
Даже не думайте.
-Ну, спасибо.
-Держите!
Я... я ведь был в вас влюблён,
Дарья Дмитриевна.
Я, собственно, и сейчас
вами восхищаюсь.
-Отойдите от меня, пожалуйста.
-Нет!
Простите меня.
Простите, Дарья Дмитриевна. Я...
я идиот... Я позволил себе лишнее.
Этого... это больше
никогда не повторится.
Я пришёл сказать, что вас ждёт завтра
к себе руководитель
нашей организации.
-Я не приду!
-Если вы не придёте, я пойму.
В таком случае мне придётся,
правда, несладко.
Впрочем, вас это не должно
никак беспокоить. Я...
Я ещё раз прошу прощения.
Прошу прощения!
Прошу прощения!
-Кажись, есть надежда, что до свадьбы
заживёт? А, Катерина Дмитриевна?
-Ты это, брат, так-то на неё не дави.
Она из благородных.
К ним другой подход нужен.
МЫСЛИ КАТИ: Дашенька, родная моя,
я оказалась в странном плену.
Вроде никто силком и не держит,
а только вот бежать некуда.
И надеяться не на что.
Я одна, ты далеко, Вадим... погиб.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Пакет.
-Разрешите, Иван Павлович?
-Как себя чувствуете, капитан?
-Понемногу прихожу в себя.
Однако хочу просить об отпуске.
-Конечно. Не вопрос.
Двух недель хватит?
-Так точно.
-Однако по возвращении лучше вам
перевестись в другую часть,
Вадим Петрович.
Тут Теплов про вас рапорт написал.
Подозревает вас в связи
с большевиками.
Знаю, что несправедливо.
Однако, сами понимаете, в такой
обстановке вам будет сложно
здесь оставаться.
-Понимаю.
-Куда держите путь?
-В Ростов.
-Ну, в таком случае воспользуйтесь
моим автомобилем.
Шофёр доставит вас прямо в город.
Увидите Савинкова,
передайте ему поклон.
-Если увижу – обязательно передам.
Благодарю, Иван Павлович!
-Ну, с богом!

-Проходите.
-Прошу!
Кто вам это дал?
-Куличек Никанор Юрьевич.
-Вы знаете, что,
вступая в нашу организацию,
вы подвергаете свою жизнь опасности?
-Я свободна и одинока.
Более сидеть сложа руки не могу.
-Позвольте представиться: Савинков.
А теперь слушайте внимательно.
Вам предстоит поездка в Москву.
Там вы получите задание
и новые инструкции.
Курировать всю операцию
буду я лично.
Вы понимаете, что обратного пути
у вас нет?
Если вы струсите,
вас ждёт смерть.
В кафе «Бом» вас будет ожидать
один человек.
Вы узнаете его по галстучной булавке
в виде черепа.
Подчиняться ему беспрекословно.
Честь имею!
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
ХЛОПОК ДВЕРИ
-Носилки!
-Носилки!
-Что случилось? Лекаря сюда!
ХРИПЕНИЕ
-Красные... отбили... станцию...
-Тихо, тихо, тихо... лежи!
ТЯЖЁЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Ну что?
-Он преставился.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Господи, спаси и сохрани!
-Орлы! Станица ваша!
ХОРОМ:
-Ура!
-Это что значит - «станица ваша»?
-То, что значит! Вперёд!
КРИКИ, ВОЗГЛАСЫ
-За мной!
МЫЧАНИЕ КОРОВЫ, КРИКИ
ЛАЙ СОБАКИ, ВОПЛИ ЖЕНЩИН
Отставить грабёж! Отставить!
Отставить! Брось, тебе сказали!
Отставить!
Брось куру! Брось куру!
ВЫСТРЕЛ
Брось, тебе сказали!
Вы же бойцы Красной армии!
Брось, я сказал! Брось!
-Пусти!
Пусти!
-Да что ж такое!
-Помогите!
-Отставить грабёж! Убью!
Уйди!
-Убью, сволочь!
Иди сюда, не бойся, не бойся,
не бойся... Иди домой! Домой беги!
-Ты чего тут раскомандовался, а?
Мои ребята ради тебя
жизней не жалели!
-Людей грабить запрещено!
Мы не для того станицу брали!
-Не мы станицу брали, а я!
Скажи спасибо, что я вовремя
к тебе на помощь пришёл!
-Что ты имеешь в виду?
-Только одно!
Я умею воевать, а ты нет!
-Ах ты Наполеон хренов!
А ну, сдать оружие!
Да по тебе трибунал плачет!
-Ах ты, крыса!
ВЫСТРЕЛ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Слушай мою команду!
Всё наворованное вернуть!
За неподчинение приказу - расстрел.
Ясно?
Давай! Неси добро сюда!
С этого дня переходите
под моё командование!
Под командование красного командира!
Кто не хочет – уходите!
Держать не буду!

Раздать людям добро.
-Так точно! Все добро сдали?
-Спасибо тебе, Иван Ильич.
Вот уж не думал, что могу
от рук Воронова погибнуть.
Он ведь вроде свой.
-А теперь непонятно.
Друг уже не друг, и враг уже не враг.
ЛАЙ СОБАКИ
-Спасибо!
-Ахмет!
Вот ключи. Если с фронта вернётся
мой муж, или приедет моя сестра,
пожалуйста, передайте им.
И обязательно отдайте письмо.
-Ахмет всё сделает. Только
вы вернитесь. Храни вас Аллах!
-Спасибо!
-"Иван! Катя! Оставляю ключи
от квартиры у нашего дворника.
Неизвестно, кто из нас первым
появится,
но хочу, чтобы вы знали...".
-"...Моя жизнь кардинально меняется.
В сердце не осталось любви,
оно будто окоченело.
Происходящее вокруг
вызывает у меня отторжение.
Осталась только ненависть.
Что будет дальше – не знаю.
Останусь ли жива – не знаю тоже".
-Простите, пожалуйста, а на Москву
здесь билеты?
-Касса есть, билетов нет.
-"Об одном молю Бога – чтобы вы,
родные мои, были живы...".
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Чего?
Кого?
-Тут проживает поэт Бессонов.
-Может, и проживает.
Мы токмо третьего дня заселились.
Не всех ещё знаем. Ну, чего встал?
Иди! Открыто!
-Чтобы к ужину дома были!
-Ладно, бабушка!
-Хорошо, бабушка!
-Агафья!
-Барин!
Ты живой, что ли, барин?
-Как видишь. Что здесь происходит?
Дети, бельё, корыта какие-то...
-Квартиру вашу домком изъял.
А после новыми жильцами заселил.
Мне, слава богу, на проживание
ваш кабинет оставили.
-Кто это у нас тут такой?
-Это гость мой! Зашёл проведать.
Проходите, Алексей Алексеевич.
Она у нас главная по квартире.
Чуть что – жалуется в домком.
-В прежние времена ты лучше
с пылью справлялась, Агафья.
-Мне теперь некогда, барин! Дочь
с зятем ко мне из деревни переехали.
А у них аж трое детей.
Кручусь-верчусь целыми днями!
Некогда ни вздохнуть, ни выдохнуть,
ни чаю попить.
-А я бы вот от чаю не отказался.
Устал с дороги.
Да и проголодался изрядно.
-Конечно, конечно! Вон, садитесь!
Чем богаты, тем и рады.
Кипяток есть, только самовар согрела.
Чай смородиновый имеется.
Вон... Хлеба только нету!
-А где мои остальные вещи?
-Вещи ваши на зятя перешила.
Польта продала. Жить-то надо...
Вы уж не серчайте, барин...
Я ж не знала, что вы живы.
Что теперь мне с вами делать-то?
Ума не приложу!
Ладно...
Дочь с зятем нынче в ночную смену
на заводе. Переночуете тут.
Постелю на полу...
А завтра, сами понимаете...
Дочь с зятем вернутся.
-Я тронут твоим гостеприимством.
Но не стоит беспокойства, Агафья.
ПЛАЧ МЛАДЕНЦА
-Ай, батюшки! Внучок мой проснулся!
Ну, чего?
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ХЛОПОК ДВЕРИ
-Поэт Алексей Бессонов.
-И что?
-Пока я был на фронте,
мою квартиру экспроприировали.
Я остался без жилья.
-А-а... Это вы про девятую квартиру?
Ну, кто же виноват,
что вы числились убитым?
Мы исправим это досадное
недоразумение и выделим вам комнату.
-О комнате не может быть и речи.
Мне нужно работать. Мне нужно писать.
Товарищ Сапожков мне обещал.
-Товарищ Бессонов,
можете не беспокоиться.
Ежели желаете, можете вернуться
в свою квартиру.
-Желаю.
-Всех расселим оттудова! Сегодня же!
А нынешнюю ночь, будьте добры,
проведите в гостинице!
-Благодарю.
-Домовый комитет говорит!
Из девятой квартиры всех вон!
Надо создать условия
пролетарскому поэту!
Уплотним восьмую и десятую.
-Иваныч, ты в царской армии служил?
-Поручиком.
-Ну, теперь будешь капитаном.
-Благодарю за повышение.
-Хочу тебя в разведку отправить.
Белогвардейская форма у нас есть.
Вид у тебя вполне старорежимный.
Легенда будет такая: служишь в армии
Корнилова, едешь в отпуск в Самару,
проведать жену.
Проедешься от Ростова до Самары,
поглядишь, что да как...
А там будет ясно, кто где.
-Это ты хорошо придумал –
по белым тылам прокатиться.
Но если меня свои же
как белопогонника поймают –
сразу к стенке поставят.
-Ничего! Дам тебе мандат, зашьёшь
в подкладку, при случае покажешь.
-Софья Ивановна!
-Ау?
Святые угодники...
-Это я, Рощин!
-Вадим Петрович?
-Да!
-Вы...
Вы что, живы, что ли? Не померли?
-А кто вам сказал, что я погиб?
-Валерьян Оноли.
Он и Екатерине Дмитриевне это
подтвердил. Вот она поэтому и уехала.
-Куда? В Петербург?
-Да. Да... Но она не доехала.
Говорят, что на поезд махновцы
напали.
-И где она теперь?
-В плену у Махно.
Вадим Петрович, располагайтесь!
Проходите в дом, располагайтесь!
А я сейчас. Я сейчас! Я быстро!
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Пыль степей, грязь долин
скроет "Тётькин гуталин"!
Берите! Берите гуталин!
-Господин, купите гуталин!
-Серёжа, я здесь! Ой, простите!
Серёжа! Сворачивай торговлю.
Ой... Вадим Петрович вернулся.
-Кто вернулся?
-Рощин вернулся. Катин муж.
-Да погоди ты!
-Ну что, что?
-Так он что, живой, что ли?
-А я про что!
Давай, пошевеливайся!
-Так, ну-ка, собирай всё сам!
-Ага, понял!
Завтра дешевле! Берёте одну...
-Пошли, пошли!
-А две продам за одну!
-Вадим Петрович!
Да если б мы знали, что вы живы...
Мы бы вашу жену никуда не отпустили.
-А кто мог знать, что Валерьян
окажется таким первостатейным
подлецом!
Господи! Если б я не встретил его
тогда в городе...
Катерина Дмитриевна сейчас сидела бы
здесь, за этим столом.
-Ну да...
-Сергей Алексеевич,
можно вас на минутку?
-Да, конечно.
-Не могли бы вы мне помочь
в одном деле?
-Разумеется!
-Конечно, будь я посмелей, я бы спас
вашу жилицу от Махно. Но годы...
Я стар и ни на что не гожусь.
-Да бог с вами.
Вас же никто не винит.

СМЕШОК
-Валерьян! О, как хорошо,
что я вас встретил!
-Сергей Алексеевич!
-Дельце есть! На два слова.
-Ну так заходите.
-Да нет, куда мне! Тяжело!
Тяжело, нога болит.
Ресторатор Селиванов тайно вернулся
в Ростов.
Хочет продать заведение и уехать в
Париж. Продаёт буквально за копейки.
Да там одни стены-то и остались.
Вот я и прикидываю – ну, рестораны-то
при любой власти нужны. Правильно?
И при белых, и при красных,
и при серых.
-Наконец, Сергей Алексеевич,
вы стоящим делом занялись.
А то всё сидите, ваксой торгуете
с каким-то жидом.
Право слово, неловко за вас.
-Да мне, знаете ли, самому неловко.
Да, да... Да! Так вот,
насчёт ресторана!
Боюсь, один не потяну.
Может, войдёте в долю, а?
-И где же ваш Селиванов?
-А, здесь... здесь...
УСТРАШАЮЩАЯ МУЗЫКА
-Вы живы?
Не может быть!
-Отчего же я не могу быть жив? Уж
не потому ли, что вы в меня стреляли?
-Что?
Вы что задумали?
-Предлагаю завершить начатое.
Вы ведь хотели меня убить?
Я дам вам такую возможность.
Держите.
Держите!
Только придётся стрелять не в спину,
а глядя мне прямо в глаза.
-Благородный, думаешь?
Дворянин! Белая кость!
А я – сын фабриканта,
ничто рядом с тобой, да? Врёшь!
За мной будущее! А ты в землю ляжешь!
СМЕШОК
Сволочи!
Поиздеваться надо мной решили!
Вы же все,
вы все всегда меня презирали! Авели
святые, а я – Каин, по-вашему? Нет!
Неправда!
Я не трус!
Не подлец! И не предатель!
Я жить хочу! И я буду жить!
-Если ты не трус, тогда стреляй!
-Я выживу! При любой власти выживу!
Ясно?
-Стреляй!
-Выживу! А ты умрёшь!
-Стреляй, ничтожество!
-Ты и жена твоя! Дети твои!
Все до седьмого колена!
-Да, Вадим Петрович! Удивляюсь я
вам. Эдакое хладнокровие.
А ведь он мог... мог выстрелить!
-Ничего он не мог.
Трус может стрелять только в спину.
Благодарю вас за помощь,
Сергей Алексеевич.
-Оставьте! Какая там помощь?
Катерину Дмитриевну вот не сберёг.
-Это я её не сберёг.
Мне её и искать.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
ДИСПЕТЧЕР: Поезд Ростов - Москва
подан на третий путь.
-Господа офицеры!
Предъявите ваши документы.
-Не будите этого офицера,
он не спал двое суток.
Мы из штаба генерала Романовского.
Отправлены в отпуск по ранению.
-Счастливого пути! За мной!
-Спасибо, Вадим!
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Барышня! Мне штаб, 412.
Отдел контрразведки?
Штабс-капитан Оноли.
У меня есть информация, что в нашем
городе живёт укрыватель жидов
и красных комиссаров,
подполковник Тётькин.
Да. Записывайте адрес.
Записывайте!
-Живее!
-Шевелись!
Шевелись!
-Пошли, пошли! Чего!
-Шевелись давай!
-Притаился?
Жидовская морда!
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
 

10 серия

ГУДОК ПОЕЗДА
ГУДОК ПОЕЗДА

ГУДОК ПОЕЗДА
ГУДОК ПОЕЗДА
-Как Даша?
Поправилась?
-Когда я уезжал, было плохо.
Совсем плохо.
Теперь и вовсе ничего о ней не знаю.
Она не пишет и мне запретила.
-Мы с Катей тоже нехорошо расстались.
Теперь она в плену у махновцев.
-Нужна помощь?
-Да нет, сам справлюсь.
-Тебе будет нелегко справиться.
Нынче он на нашей стороне.
-Ну, значит, стану «вашим».
Мне теперь всё равно -
красным, белым.
Лишь бы найти Катю.
Конечно, как русский офицер,
я не должен так рассуждать.
Вот я воюю за Россию?
Да.
Но с кем?
С немцем?
С французом?
Воюю с таким же русским, как и я.
Вот с тобой, например.
-А я - с тобой.
И тоже за Россию.
Но...
За другую.
-Нет, Россия одна.
Другой быть не может.
А мы рвём её на части.
-Значит, кто-то должен
остановиться первым.
Кто?
-Тот, кому она дороже.
-Кому она дороже?
-Я не спрашиваю, зачем ты здесь.
Но будь осторожней,
кругом одни белые.
Вплоть до Волги.
-А что в Самаре?
-В Самаре пока красные,
но это ненадолго.
Прощай.
-Погоди.
Держи.
-Что это?
-Мандат.
Покажешь батьке,
наших он не трогает.
-Благодарю, но прежде
хочу ответить тем же.
Держи.
Ну что ж, удачи, господин Рощин.
-И вам, товарищ Телегин.

-"За неё не жалко и в сражении пасть.
Отдадим мы жизни за нашу власть!"
Вы знаете, кто это пишет?
Бессонов.
-Он же, кажется, погиб.
-Жив.
Пишет эту дрянь, прочтите.
-Нет, спасибо.
-Я понял.
-Скажите,
а пулемёт - он здесь зачем?
-Это наш малыш - "Максимка".
Экзотика.
Мамонт Дальский любит экзотику.
РАЗГОВОРЫ
-За вас!
-За дам!
-Спасибо.
-Благодарю вас.
-Благодарю.
-Спасибо.
За вас!
-За вас!
СМЕХ, РАЗГОВОРЫ,
ИГРАЕТ
-Позвольте вам представить!
Мамонт Дальский, большой артист и...
-Присаживайтесь.
СМЕХ
-Где твоя лошадь?
Где лошадь?!
-Вина?
Вина?
-Нет-нет.
СМЕХ
-Мы тебя подвезём на твоих лошадях.
СМЕХ
РАЗГОВОРЫ,
ИГРАЕТ
-А вино закончилось.
Принесите нам вина, пожалуйста!
-Даже если он не найдёт вина,
опьянеть можно от твоих глаз.
СМЕХ, РАЗГОВОРЫ,
ИГРАЕТ
Не бойся.
Я не обезображу твою юность любовью.
Я свободный человек.
А свободные не любят...
...и не требуют любви.
РАЗГОВОРЫ,
ИГРАЕТ
ПОЁТ:
День и ночь роняет сердце ласку.
День и ночь кружится голова.
День и ночь взволнованною сказкой
Мне звучат твои слова.
Только раз бывает в жизни встреча.
Только раз судьбою рвётся нить.
Только раз в холодный серый вечер
Мне так хочется любить...
АПЛОДИСМЕНТЫ, КРИКИ:
-Браво! Браво!
ИГРАЕТ
-Я освобожу тебя от всех бед,
от бытовых неурядиц.
Я дам тебе великий фейерверк
страстей!
Подарю всё, что скажешь
между двумя объятиями.
Проси!
Потом будет поздно.
Ну, говори, чего ты хочешь?!
-Я бы хотела вернуться в гостиницу
и уснуть, я очень устала.
-Я вас провожу, Дарья Дмитриевна.
-Обойдёмся без тебя,
дружище!
Я сам провожу.
-И всё-таки скажи, что ты хочешь.
-Ничего.
-Но так не бывает.
-Бывает.
-Ты упрямая девочка.
А я люблю упрямых.
-Благодарю вас.
Всего доброго.
-Чего это вдруг?
-Я живу здесь.
-Это место не для такой
шикарной женщины, как ты.
-Это место для ночлега,
не более того.
-Тогда я провожу тебя до постели.
-Это исключено.
-Такой ответ не для меня.
-Простите,
но другого ответа не будет.
-Ты...
-Я прошу вас.
Не обращайтесь ко мне на "ты".
-Дарья Дмитриевна!
-Давайте с вами поужинаем завтра.
-Завтра среда,
у меня очень важная встреча,
я не смогу.
-Тогда в четверг?
-Возможно.
-Я буду вас ждать здесь.
В четверг.
Чёрт знает что такое...
-Это ты, Агафья?
Очень кстати.
Халат сберегла, не продала его.
-Да кто б его купил-то, барин?
По нынешним-то временам.
-Ну да, ну да.
Ой...
-Товарищ Бессонов, домком
погнал нас из нашей квартиры.
-Что?
Из вашей?
ПОСМЕИВАЕТСЯ
А я думал, из моей.
-Ох ты, господи.
Конечно же, квартира ваша.
Но я тут...
...с вами полжизни прожила.
Позвольте остаться в моей комнатке?
Мы вас не побеспокоим. Обещаю.
Товарищ Бессонов!
Христом Богом прошу!
-Бога нет, товарищ Агафья.
Уж год как.
Вы разве не в курсе?
И дверь поплотнее прихлопни.
Ленин...
Маркс.
Партийной воле...
Партийной воле!
Партийной...
...тийной воле.
БОРМОЧЕТ
ПЕНИЕ ИЗ-ЗА ДВЕРИ
ПЕНИЕ
-Замолчи.
Замолчи.
Замолчи!
ВСХЛИПЫ
ТИХО НАПЕВАЕТ
,
ТИХО НАПЕВАЕТ
-Мадам, за эту брошь
я могу дать
20 золотыми червонцами,
или 40 ассигнациями, решайте.
-Кому сейчас нужны эти ассигнации?
Давайте червонцы.
-Желаете что-то заложить?
-Желаю.
Деньги и украшения.
-Любая женщина желает этого,
моя жена, например. Но она
не наставляет на меня пистолет
ради исполнения
своей прекрасной мечты.
-Заткнитесь.
-Барышня, идите отсюда.
Иначе я вызову охрану.
-Охрану звать бесполезно.
Охрана отдыхает.
Милая барышня, может быть, и не
выстрелит, а я выстрелю. Верите?
-А что мне остаётся?
-Сегодня во сне видел паутину.
Софа сказала, что это к разорению.
Софа, как всегда, права.
-Это всё?
-Сами видите, товарищ.
И убивать-то не за что.
-Паутину во сне видел, говоришь?
А паук там был?
-Нет.
-Ну, тогда живи.
Радуй Софу.

-Да, обнищал народ.
Пора уезжать отсюда.
-В Париж?
-Париж нам не по зубам.
-Но у нас полно денег.
-Их хватит лишь на то,
чтобы осесть в Жмеринке,
в Париж нужны другие вложения.
Едем в Москву. Лишь там сейчас
можно сорвать крупный куш.
-А потом в Париж?
-Да, поедем.
Поедем в Париж.
-Я на всё готова ради этого.
-Но сначала в Москву.
Там посмотрим, на что ты готова.
-Да.
-В новую столицу.
-Да.

-А потом в Париж.
Пошли вещи собирать.
-Звали?
-Искричалися.
Ты где была-то?
-По степи гуляла.
-Не для того степь,
чтоб по ней гулять.
-Для чего же она?
-Чтобы жить.
-И пахать.
-Да.
Пахать и жить.
Ладно, садись, обедать будем.
-Благодарю, но я не голодна.
-Голодна - не голодна,
а только время обедать!
Другой раз для тебя
никто накрывать не станет.
-И не надо.
Я не прошу.
Приятного аппетита,
Алексей Иванович.
ЗВОН ПОСУДЫ
-Да погоди ты!
Иди сядь!
Ешь давай.

-Ну что ж ты так маешься-то, милая?
Места себе не находишь.
Ну смирись уже.
Ну сгинул твой мужик,
ну что ж теперь?
Такова наша вдовья доля - смириться.
-Я не вдова, я замужем!
Только мужа моего сейчас нет рядом,
но это ничего не значит,
я его не хоронила, мёртвым не видела!
-Да я тоже своего не хоронила!
Знаю только, что сгинул он
где-то на Волынщине,
а что да как, да где могилка,
я об том не ведаю.
Ну будь ты поласковей к Алёшке.
Ты же видишь, как он к тебе прикипел.
Ну да, не благородных кровей
мой брат, но...
Уж лучше так,
чем одной-то век коротать.
-Я мужа своего люблю.
А брата твоего - нет.
-Война кругом да голод.
Выживать надобно,
а она мне тут про любовь.
У Алёшки деньги имеются.
На базаре коровёнку возьмём,
гусей, кабанчика на откорм,
ну выживем.
А там, глядишь...
...и стерпится.
Слышишь?

Смотри.
СВИСТ
-Но, пошла!
СВИСТ
Но!
-Давай!
-Но!
СВИСТ,

-Тпру!
Всё, ваше благородие,
дальше ехать опасно.
Кругом махновцы, меня порешат.
ПОКРИКИВАНИЯ: -Но, давай!
-Дальше-дальше!
-Спасибо тебе, братец.
ПОКРИКИВАНИЯ:
-Пошла-пошла!
-Ваше благородие,
и вас порешат с вашими погонами.

ПТИЧИЙ ПОСВИСТ
ИГРАЕТ СПОКОЙНУЮ МУЗЫКУ
-Милейший?
-Да-с?
-Чаю и пряников.
-Сей момент!
РАЗГОВОРЫ
-Мне сообщили, что вчера Дальский
провожал вас до самой гостиницы.
-За мной следят?
-Ну что вы, Дарья Дмитриевна.
Вас охраняют.
Вы нам очень дороги.
И кстати, мы совсем не против
ухаживаний Мамонта Дальского.
Ну наконец-то, голубчик.
Угощайтесь пряниками.
-Ваш заказ!
Мадмуазель?
-Спасибо.
Перейдём к делу.
Вы знаете этого человека?
Запомните.
Этот человек - антихрист.
Величайшее зло и опасность
не только для России,
но и для всего человечества.
-Зачем вы мне это рассказываете?
-Чтобы вы знали.
Он германский агент.
И в этом гениальный план немцев.
Они хотят развалить нашу страну
изнутри.
А мы хотим вернуть Россию,
и мы это сделаем.
Но для этого нужно
избавиться от этого человека.
-Я что, должна его убить?
-Да.
Вы пейте чай.
ВЫСТРЕЛ
ВЫСТРЕЛ
-Так себе результат.
Прежде всего, перед выстрелом
палец должен быть на скобе,
чтобы избежать внепланового выстрела.
Правую ножку вперёд. Полшага.
Тело должно быть развёрнуто
вполоборота влево.
Медленно поднимаете руку так,
чтоб кисть была на уровне подбородка.
Это мушка, это прицел.
Совмещаете мушку и прицел так,
чтобы мушка оказалась посередине
прицела, на одном уровне. Понятно?
Стреляйте.
Да, громко. Да, неприятно.
Да, страшно, но надо выстрелить,
Дарья Дмитриевна.
И не просто выстрелить,
а попасть точно и сразу.
Вы и только вы
можете остановить войну.
Прекратить хаос.

Спокойный вдох.
Спокойный выдох.
Плавно, одним движением
нажимаете на курок.
ВЫСТРЕЛ
-Да хватит тебе возиться.
Выйдем.
Прогуляемся.
-Я хочу, чтобы был порядок.
-Зачем тебе порядок в гостинице?
-Ну, хоть где-то он должен быть.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-И давно в тебе проснулась
эта страсть к порядку?
-Недавно.
Если бы проснулась раньше,
я бы здесь не оказалась.
-Интересно.
И где б ты оказалась?
И главное, с кем?

СТУЧАТ В ДВЕРЬ
-Откройте дверь! Проверка документов!
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
-Одну минуту, я не одета.
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
-Открывайте живо!
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
Быстрее!
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
-Откройте дверь! Проверка документов!
СТУЧАТ В ДВЕРЬ
-Гражданочка.
Деньги, ценности имеются?
-Откуда?
Муж инвалид, я медсестра
и сейчас не работаю.
-Мать честная...
-Руки поднял!
-Поднял!
-Поднял!
-Руки поднял быстро!
-Руки, руки!
-Руки поднял, я сказал!
-Мамонт?
Мамонт Дальский?
-Аркашка.
Вот так встреча.
Аркаш!
СМЕЮТСЯ
А где руку-то оставил?
-На фронте.
-Стало быть, в бильярд теперь...
Но ты хорошо играл!
-Да и что тут вспоминать?
Главное, есть чем держать револьвер,
вот и всё.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
Ну а что касается правой
руки - вот она. Моя рука.
Супруга, так сказать.
-Весьма рад.
Здесь всё, осмотрите соседние номера.
А ты что делаешь в Москве, а?
-То же, что и ты.
-Ну-ну.
СТУК В ДВЕРЬ
Мы экспроприируем ценности
на законных основаниях.
Во благо революции.
КРИКИ ЗА ДВЕРЬЮ
КРИКИ ЗА ДВЕРЬЮ
Сознательные граждане
не любят отдавать своё добро.
-Вот, Лиза, что я тебе и говорил.
Главное - масштаб!
А что, дружище?
-М-м?
-А не отметить ли нам встречу?
А?
Дружище!
СМЕЁТСЯ
Ну, а ты пока наведи здесь порядок.
И пиджак мне подай.
-Что прикажете подать?
-Так, заказывать буду я.
Так, принесите нам вина,
водки и закусить.
-Что именно?
-А всё, что есть, то и неси.
И побыстрее, голубчик!
-Что ты так разгулялся, Аркаш?
-Да есть приход. Ну, конечно,
не такой, как у тебя, но всё же.
-Но всё же,
чтобы грабить по-крупному,
нужно сплотить людей какой-то идеей.
-Угу.
-Мне всегда нравился князь
Кропоткин Пётр Алексеевич.
Коммунизм без власти!
Вот к чему нужно тянуться.
Я поэтому решил стать анархистом. Тем
более, что мы входим в правительство.
Соответственно, все наши обыски -
на совершенно законных основаниях.
-Ну, ты хват, а!
Аж завидно.
-Присоединяйся к нам, Аркаш.
-Да я уже, считай, анархист.
-Аркаша!
СМЕЮТСЯ
Как ты всё-таки с рукой справляешься?
-Здесь у нас уже с Лизой
всё сработано.
Я нахожу подходящий объект
мужского пола.
Она его обольщает.
Я прихожу - всё, дело в шляпе.
-Свою жену подкладываешь
под чужих мужиков?
-Ну да.
-Аркаша...
Ты всегда был оригиналом!
СМЕЁТСЯ
-До дела-то не доходит.
Я всегда на сцену появляюсь вовремя.
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Знаешь, кто это?
Ювелир Оловянников
с двумя охранниками.
Чует моё сердце, в саквояже
что-то очень интересное.
-Нельзя дать ему уйти.
-С ним два человека,
снаружи ещё сколько, мы не знаем.
А перестрелка начнётся,
что будем делать?
-Нужен другой подход.
Лиза.
Ну?
-Лиза.
-Давай.
Во!
НАПЕВАЕТ:
-Что наша жи-и-изнь?
Игра-а!
СМЕЮТСЯ
-Ой, Аркашка!
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА

-Ну-с?
Приступим к делу?
-Да, но только...
-Что?
-За ассигнации я не лягу.
-А чего ж ты хочешь-то, милая?
Золотых червонцев?
Эк, хватила-то!
-Колечко хочу.
-Колечко?
-Хотя бы позолоченное.
ВЗДЫХАЕТ
-Господи, боже ты мой,
хорошо, будет тебе колечко.
-Вы сначала покажите.
-Да подожди ты,
ну пальчик-то покажи.

Давай-давай-давай!
Располагайся, не сиди.

На.
Выбирай.
Ну не тяни, выбирай любое!
-Вам легко говорить.
А мне главное - не прогадать.
Какое здесь самое дорогое?
-Самое дорогое?
Вот это.
-Не врёте?
ПОСМЕИВАЕТСЯ
-Не веришь, возьми другое.
Что ж ты будешь делать...
-Красиво, возьму это.
ТРЕСК ТКАНИ
-Что вы делаете?!
Перестаньте!
ВСКРИК
Перестаньте!
-Перестань брыкаться!
Пришла, получила колечко...
Лежи смирно!
Ш-ш-ш!
КРИКИ
-Перестаньте!
ВСХЛИПЫВАНИЯ
-Простите, не подскажете...
ВСКРИК
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
-Пустите!
КРИКИ
Не трогайте!
-Не волнуйся...
-Престаньте!
КРИКИ
-Вы кто?
-Ключ от сейфа!
Быстро!
-Исключено. Можете убивать.
ВЗВОДИТ КУРОК
-Я знаю, где ключ.
-Куда...
-Это ключ.
Сейф где-то там, в комнате.
-Ах ты, сука.
Даже представить не можете,
какие силы стоят за мной.
Туго вам будет. Туго.
-Спасибо, что предупредил.
ВЫСТРЕЛ
СТОН

-Вот это удача!
А?
Да-да-да...
-Что там?
-Покойный - человек Савинкова.
Быстро уходим!
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
-Нужно срочно реализовать эти камни.
-У тебя есть возможность?
-Я завтра же это сделаю!
-Две трети - мои!
-Разумеется.
Вас двое, а я один.
Увидимся завтра в "Метрополе"
в шесть.

-Аркаша...
-Что, отдалась ему, да?
Легла под него?
-Нет!
-Визжала небось от удовольствия!
-Я дралась с ним!
-Не ври мне!
ЯРОСТНАЯ МУЗЫКА
Ну, что встала?
Догоняй давай!
Ну, давай-давай! Уходим!
Живо!
-Приготовились к осмотру! Ружьё!
Приготовили документы, у кого есть!
-А у кого нету?
-С вами разговор особый!
Сергей, проверь!
-Есть.
-Предъявите документы.
-Вот, держите.
-Куда следуете, капитан?
-В отпуск.
К жене в Самару.
-Путь неблизкий.
Есть основания полагать,
что в Самаре сейчас красные.
-Знаю. Но есть основания полагать,
что к моему приезду
там власть изменится.
-Счастливого пути, господин Рощин.
-Счастливо.
-Трогай!
ЦОКОТ КОПЫТ
-Ты кто таков? Белый?
-Нет, не белый.
-А кто?
-Я Телегин Иван Ильич –
командир Красной армии.
-А я смотрю на тебя и вижу:
беляк. Как есть, беляк!
УДАР
УДАРЫ
Я тебя в десятый раз спрашиваю:
ты кто таков?
Белый?!
-Нет.
-А кто?
-Я командир Красной армии.
-Батька! Он как попугай, ей-богу!
Талдычит одно и то же!
-А ты и сам не лучше попугая!
"Кто таков? Кто таков?"
И по роже, по роже!
А ты документы у него спросил?
-Батька, ты на его выправку погляди!
Как есть – белый офицер!
А документы что?
Я тебе любых документов нарисую
за пятак пучок!
-Нестор Иванович, у меня персональный
мандат от товарища Сапожкова.
-Персональный от Сапожкова?
-Да, в гимнастёрке.
Прикажите, чтобы он посмотрел.
-Ну-ка!
Развяжи его и дай ему умыться.
-Батька...
-Да заткнись ты!
Я роспись товарища Сапожкова
и печать как свои пять пальцев знаю!
-Мы, Катерина Дмитриевна,
в балку - сено убрать.
Ты на хозяйстве остаёшься.
Приберись! Без дела не сиди.
-Прибрано там!
Ничего не надо, Катя.
-Ты мне не перечь, Матрён.
-А ты языком-то ерунду не молоти!
Без дела не сиди...
Приберись там...
Ещё не женился, уже в прислуги
её себе наметил?
-И что с того?
Она такая же баба, как все.
Что из господ -
так тех господ нет боле.
Пущай привыкает!
-Другая она!
Нешто ты не видишь?
Это нас с тобой Господь
в спешке лепил
из глины да степной травы.
Живём, ну и живём.
Сгинем, так не жалко.
Таких, как мы, видимо-невидимо.
А над ней Господь постарался,
руками её пригладил,
заветные словечки на ухо нашептал.
Вот и получилась она особенная.
Не такая, как все.
-Дура ты, Матрёна.
Но! Пошёл!
Но! Пошла!
Кому сказал, пошла!
Но!
-Ну и расскажи-ка нам,
Иван Ильич Телегин,
зачем к нам пожаловал?
-Жену ищу свою.
-Эта, что ль?
Её? А где она?
-Ехала в поезде в Екатеринославль.
Твои хлопцы на него напали.
-Да, помню, была такая.
-Что значит - была?
-Да не бойся!
Её никто не убил, не обидел.
Сбежала с Лёшкой Красильниковым
на хутор к нему.
Так что опоздал ты, муж!
Пристроилась жинка твоя!
СМЕХ
Давай-давай, закусывай.
ГРОМ
РАСКАТЫ ГРОМА
СВИСТ ВЕТРА

-Лёша, кажется,
буря начинается!
Пойдём домой!
-Да, ветер нешутейный.
-Нешутейный! Давай!
-Пойдём, сеструха, домой,
покуда беды не случилось.

-Давай!
РЕШИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
ГРОЗНАЯ МУЗЫКА
-Катерина Дмитриевна! Ты где?
Кать!
-В сарае посмотри!
Катерина Дмитриевна!
-Говорила я тебе, не надо с ней так!
Сбежала!
-Эй!
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
Катерина Дмитриевна!
Катя! Ты что же наделала?!
Ты же погибнуть могла!
-Мне всё равно!
-Зато мне не всё равно!
ОТВАЖНАЯ МУЗЫКА
-Полегче станет.
-Матрен, ну-ка, уйди отсюда.
Нам с Катериной Дмитриевной
потолковать надо.
Ну, давай!
Катерина Дмитриевна...
...я ж к тебе со всей душой!
Зачем от меня сбежать хотела?
-Я не от вас бежала,
Алексей Иванович.
Я к себе бежала.
-Ну да, ну да...
Вы ж с господского верха пришли,
а я с мужицкой печи.
Понимаю.
Только, Кать...
...Катерина моя Дмитриевна,
не зря ведь наши дорожки пересеклись.
Я ведь по-серьёзному с тобой хотел.
Чтоб венчаться, детишек завести...
-Я не хочу ни венчаться,
ни детей заводить.
Простите меня за правду,
Алексей Иванович.
-Простите.
Простите вы меня.
Только по осени мы всё равно
свадьбу сыграем.
Ну нет другого выхода
ни у тебя, ни у меня.
Вот и посватался.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
РЫДАНИЯ
РЫДАНИЯ
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Гражданка Телегина!
Тут вам цветочки.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-И они пошли на нас войной!
Войной на советскую власть,
на власть рабочих и крестьян!
Теперь есть только два фронта:
рабочие и крестьяне,
а с другой стороны – капиталисты!
И наступает последний
и решительный бой!
Должны победить или они, или мы!
АПЛОДИСМЕНТЫ
Смерть или победа!
АПЛОДИСМЕНТЫ
Мы заберём все запасы,
припрятанные спекулянтами,
и не оставим на произвол судьбы
рабочую бедноту!
Американские и английские капиталисты
ведут войну с Россией!
Они помогают русским помещикам
деньгами и военными припасами...
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
ЗВЕНЯЩАЯ МУЗЫКА
... власть помещиков,
власть капиталистов!
Красная армия непобедима!
АПЛОДИСМЕНТЫ
РЕШИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
Она объединила миллионы рабочих
и трудящихся крестьян!
Она научилась бороться,
она закалилась в больших боях!
-Почему вы не стреляли?
-Я не смогла.
-Вы взялись! Вы дали слово!
-Да, но... у него шнурок развязался.
-Пойдёмте со мной!
-И мы сделаем это!
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Пистолет на стол!
Что помешало выстрелить?
-Шнурок... у него...
У него на ботинке развязался шнурок.
Я увидела, что...
что он живой человек.
Я не умею убивать живых!
Простите меня...
-Каяться будете в церкви,
о шнурках рассуждать –
в обувном магазине.
А здесь за свои поступки придётся
отвечать.