«Зо́я» (другие варианты названия — «Страсти о Зое», «Страсти по Зое»)
— российский полнометражный военно-исторический драматический
художественный фильм 2020 года режиссёров Леонида Пляскина и Максима
Бриуса. Посвящён судьбе Зои Космодемьянской. Премьера фильма состоялась
13 декабря 2020 года на XXVIII Фестивале российского кино «Окно в
Европу» в Выборге, на широкий экран картина вышла 28 января 2021 года.
Фильм получил преимущественно негативные отзывы со стороны критиков и
зрителей.
Все фразы и цитаты
- Здравствуйте, Любовь Тимофеевна.
- Здравствуй, Лена.
- А ты Зою не видела?
- А Зоя наверху, вы поднимайтесь.
- Спасибо. Хорошенькая такая!
- Спасибо!
(Звучит музыка.)
Мама пришла.
Мама!
О чем ты сейчас думаешь?
- О счастье.
- А что о нем думать?
- Оно или есть, или его нет.
- Ты знаешь, мне иногда кажется,
что оно есть, а потом подумаю -
и вроде бы нет.
А сейчас?
Сейчас, кажется, есть.
Знаешь, мне кажется,
я сейчас тоже это чувствую. Счастье.
- Правда?
- Да. Вчера не чувствовал,
а сегодня - да.
Да? Ах!
Ты это... Ты зачем?
Это счастье.
- Ой!
- Прости, пожалуйста.
- Простите, ребята!
- Шучу!
- Ура!
- Ура!
(Звучит музыка.)
Левитан: "Внимание! Говорит Москва!
Сегодня, 22 июня, в 4 часа утра
без объявления войны
германские войска напали
на нашу страну".
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
По телевизору:
"Туда, где отважная Красная армия..."
(Звонок в дверь.)
По телевизору: "ведет с врагами
бой, равного которому еще никогда
на свете не было.
По ночам, отражая нападение
вражеских самолетов
на наши города и села,
ослепительно вспыхивают..."
- Ой. Женя.
- Здрасте.
- Здрасте, Любовь Тимофеевна.
- Здравствуй, Женя.
- А Зои нет.
- Как же так?
Мне сказали, она с уборки урожая
еще вчера вернулась.
- Да.
- У нее же сегодня день рождения.
- Она в школу ушла.
- Так ведь наша школа...
В нее же бомба попала.
Да. Женя, ты вечером приходи.
Зоя решила не отмечать день рождения.
Ну какой нынче праздник?
А ты обязательно вечером приходи,
мы хоть все вместе чаю попьем.
- Да я не смогу.
- Я сегодня на фронт ухожу.
Вы тогда передайте ей, что я...
Впрочем, неважно.
Ничего не передавайте.
После победы я ей сам все скажу.
- Да.
- До свидания, Любовь Тимофеевна.
До свидания.
Женя! Женя!
Женя... Женя...
Женя...
Женя!
Красавица, не меня ищешь? Я Женя.
- Женя!
- Зоя!
Зоя! Зоенька! Зоя...
- Зоя, ты как здесь?
- Мама сказала - ты на фронт уходишь.
- Васильев!
- Да.
- Женя.
- Чего? А ну долой слезы!
Улыбнись, Зойка!
Мы же врага бить идем!
С победой вернемся, Зоя!
- Где ж ты так, а? Больно?
- Васильев, живее!
- Я даже не заметила.
- Женя, не переживай.
- Мне совсем не больно, ни капельки.
- Как это - не больно? Кровь же.
Давай беги домой скорее.
Надо рану обработать,
- чтобы столбняка не было.
- Это все глупости, Женя,
ничего не будет. Я вообще боли
не боюсь. Правда.
- Зоя. Зоя, Зоя...
- Да что ж такое?
- Дисциплинка та еще!
- Да хватит тебе, Максимыч.
Пусть молодые простятся.
Кто знает, что там дальше будет.
- Дождись меня, слышишь?
- Обязательно дождись.
Дождись меня, Зоенька.
Дождись меня, Зоя!
- Давай.
- Поехали!
С днем рождения!
Разрешите, товарищ Сталин?
Что у вас?
Что это?
"Разрушать и сжигать дотла
все населенные пункты
в тылу немецких войск на расстоянии
40-60 километров в глубину
от переднего края и на 20-30
километров вправо и влево от дорог".
60 километров - это ведь очень много.
А что будет с жителями этих деревень,
вы подумали?
- Другого выхода нет, товарищ Сталин.
- Иначе погибнут все.
"Для уничтожения населенных пунктов
в указанном радиусе действия
бросить немедленно авиацию"?
Широко используются артиллерийский
и минометный огонь,
команды разведчиков, лыжников,
партизанские диверсионные группы,
оснащенные бутылками с зажигательной
смесью, гранатами
и подрывными средствами.
В каждом полку создать группы...
Темно.
Ничего не видно.
Так что, товарищ Поскребышев,
все подписали?
Так точно, товарищ Сталин,
все подписали.
Если мы сейчас не пойдем
на крайние меры,
нам этого не простят.
Нам все равно этого не простят.
Ничего не забудут...
и ничего не простят.
- А я все равно на фронт уйду.
- Саша, ну хватит уже.
Тебе же в военкомате все объяснили -
маленький ты еще.
Во-первых, я не маленький.
Во-вторых, я просто неправильно
разговор повел.
Вон Петька Герасимов целый год себе
прибавил - ему сразу форму выдали.
Твой Петька неправильно поступил,
это же обман.
- Разве можно обманывать людей?
- Можно.
Это же ради общего дела.
Да что с тобой разговаривать?
Ты девчонка, ты вообще ничего
не понимаешь.
А если даже это не поможет - убегу.
- Поняла? Возьму и убегу на фронт.
- Как Вася Котиков?
Так его участковый через два дня
домой вернул.
Он даже до фронта добраться не сумел,
его с поезда сняли.
- Я же говорю - ничего не понимаешь.
- А еще сестра.
Ну ты же самого Аркадия Гайдара
знаешь,
а он в 17 лет уже целым полком
командовал.
Но ты же не Гайдар. Тебе всего 16.
Подожди меня.
Лена, ты чего тут стоишь?
Что-то случилось, Лена?
Женя Васильев погиб.
Убили его, Зоя. Понимаешь?
Ты... Ты что такое говоришь?
Этого не может быть.
Нинка сказала. Они же в одном доме,
только подъезды разные.
- Значит, из винтовки стрелять доводилось?
- Да.
А с парашютом прыгнуть
не забоишься?
- Я вообще ничего не боюсь.
- Во время налетов
мы с друзьями на крышах дежурим -
помогаем зажигалки тушить.
Это правильно, это ты молодец.
Только на фронте гораздо опаснее
будет.
- Ну и пусть, мне не страшно.
- Честное комсомольское.
Молодая ты еще для такой работы,
ой молодая.
- Я справлюсь.
- Почему вы мне не верите?
Сиди.
Здравствуйте.
Что, еще одна на фронт просится?
- Космодемьянская Зоя Анатольевна.
- Вот, товарищ Шелепин.
- Все равно ни черта не понял.
- Но ты, вижу, понимаешь.
Догадываешься, почему я тебя
про немецкий спросил?
Тебе придется выполнять задания
в тылу врага.
А теперь подумай еще раз. Справишься?
Справлюсь. Не сомневайтесь,
товарищ Шелепин.
Все.
- Вот, Зоенька.
- Спасибо, мама.
- Так.
- Мама, я тебя попросить хочу.
Не надо никому рассказывать,
куда я еду и где буду.
Мне велено явиться
к кинотеатру "Колизей".
Там нас соберут
и оттуда отправят в часть.
- А что я Шуре скажу?
- Он ведь наверняка спросит.
Скажи, что я в деревню
уехала к дедушке.
На. Хорошо.
Ты писать-то мне сможешь?
Я постараюсь.
Вам предстоит
многому здесь научиться.
Будет тяжело.
Будет очень тяжело.
Но самое тяжелое ждет вас впереди,
когда вы будете заброшены
в тыл врага
с особым заданием от командования.
Не стану скрывать: Немногим из вас
суждено вернуться.
А если вы попадете в плен к немцам,
погибнете от пыток.
И поэтому те из вас, кто не готов
отдать жизнь за Родину,
должны немедленно покинуть
разведшколу.
Я не понял, кто-то смешное сказал?
- Фамилия.
- Космодемьянская.
Космодемьянская, выйти из строя.
- Так что вас развеселило?
- Ничего.
Но разве это не счастье -
умереть за свою Родину,
за своих близких?
Встать в строй.
- Приступайте, Матвей Алексеевич.
- У нас очень мало времени.
- Слушай мою команду!
- Равняйсь! Смирно! Пошли!
- Давай шевелись!
- Хорошо.
- Голову ниже! Ниже голову!
- Веселее, с улыбочкой!
Обнимаем землю как мать родную!
Вставляем патрон и вращаем барабан
по часовой стрелке.
По часовой стрелке.
И вставляй патрон.
- Закрыл. Всем все понятно?
- Понятно.
- Прижимаемся!
- Веселее, веселее!
Локти, локти прижимаем!
- Задницы тоже!
- Активнее двигаемся!
- Клубков, куда же ты голову поднял?
- Пуля же в лоб попадет.
Хочу сразу обратить ваше внимание,
что настоящему диверсанту
это оружие ни к чему. От вас
требуется незаметно и бесшумно
проникнуть в нужный район
и выполнить задание.
Начнете палить во все,
что движется, - погибнете сами
и поставите под угрозу
выполнение задания.
Что же это получается,
нам оружие совсем не понадобится?
Ну почему же? Из него
всегда можно застрелиться,
чтобы не попасть в плен
и там не умереть от пыток.
Смирно! Налево!
- Товарищ Верховный главнокомандующий!
- Начинайте.
Товарищи бойцы, слушайте приказ.
Германская армия плохо приспособлена
к войне в зимних условиях,
не имеет теплого одеяния
и, испытывая огромные трудности
от наступивших морозов,
ютится в прифронтовой полосе
в населенных пунктах.
Выгнать немецких захватчиков из всех
населенных пунктов на холод в поле,
заставить мерзнуть
под открытым небом.
Эту задачу ставит перед вами
руководство страны.
Боевые приказы вы получите у своих
непосредственных командиров.
Может быть, большинство из вас
не вернется с задания.
Но я хочу, чтобы вы помнили,
что от каждого из вас
зависит судьба города Москвы
и исход всей войны.
И знайте, что Родина всегда -
и через 75 лет,
и через 150, и через 500 -
будет помнить своих лучших
сыновей и дочерей.
Хором: - Ура! Ура! Ура!
- Не боитесь?
- Нет, не боюсь.
А если к врагам попадешь?
Все выдержу.
Вольно!
Не спим, шевелимся! И запомните:
Разводить огонь в лесу
категорически не рекомендуется.
Огонь виден со всех сторон,
даже с неба.
Дым распространяется
на многие километры,
поэтому если хотите выжить,
костер не разжигать.
Федь, вперед.
- Мамочки.
- Помогите, товарищ Цветков!
Всем стоять! Да не дергайся ты!
Ложись! Я сказал... Да что ж ты!
Да не дергайся!
Подожди!
Интересно, люди
могут спать на ходу?
Со мной сейчас, кажется,
это и происходит.
Да хоть вообще не ложись -
подъем через два часа.
Это точно.
Зоя, ты чего?
Звезды хочу увидеть, как летом,
а их нет.
- Погасли, наверное.
- Ничего, мы их снова зажжем.
Пойдем. Нам хоть немного
поспать надо.
Группу наших бойцов предстоит
перебросить в Волоколамский район
вот в этот квадрат.
- Их задача?
- Минирование дороги - вот здесь.
Кого планируете включить
в состав группы?
Что молчите, Цветков?
Да, в принципе, можно использовать
любого курсанта.
Но вы же знаете, за три дня
подготовить из гражданского
спеца хотя бы начального уровня -
это же практически невозможно.
- Три недели - и это минимум.
- Нет у нас этих трех недель, нету.
Немцы не будут ждать, пока вы,
Цветков, подготовите своих спецов.
Враг рвется к Москве,
вы это понимаете?
- Да я понимаю.
- А раз понимаете, идите готовьте группу.
- Что еще?
- Разрешите пойти с ними.
- Отставить, вы нужны здесь.
- Скоро прибудет пополнение.
Просто я хотел сказать, что со мной
у них есть шансы вернуться.
Да пойми ты, Матвей Алексеевич,
они взрослые люди, им по 18 лет.
Они добровольцы. И в конце концов,
у них есть приказ,
который они обязаны выполнить.
Есть готовить группу.
Ребята, постарайтесь
вернуться живыми.
Это все, о чем я могу вас попросить.
Борь, командуй.
Отряд, в машину!
Ну давай-давай, чего ты?
Давай-давай.
- Один удар - опасность.
- Давай быстрее!
Мотоцикл. Немцы!
Вера, да давай же!
Шепотом: - Ты чего творишь!
Хорошо.
Ну, ну!
Какого черта?! Не понимаю.
- Не понимаю.
- Провод... Соединить забыла.
- Стой! Не надо.
- Я сам. - Это я виновата.
Все хорошо, я быстро.
Хорошо.
Куда?!
Федя, ты жив? Федя, вставай,
вставай скорее!
Беги!
(Выстрелы.)
Уходим, уходим.
Понесли.
А я жить хочу, слышишь меня?
Я очень хочу жить! Я учиться хочу!
Работать! Я дома строить хочу!
Я города строить хочу людям.
Понимаешь?
А ты ради чего здесь, скажи мне.
Ради брата Шурки.
Чтобы школу окончил
и в институт поступил художественный.
Ради мамы. Чтобы спички не считала,
когда закончатся.
Ради таких, как ты.
Чтоб не сомневались.
Ты понял?
Ради трамвайчика
от Сокольников до Стрешнево.
Ради булочки ржаной горячей,
прям из печки.
Ради того, чтобы вернуть все,
как было.
А я? А?
Товарищ офицер, я не поджигал ничего,
я клянусь вам!
Я не поджигал ничего!
Она вам правду скажет!
Ну скажи ты им правду, Зойка!
Ну скажи ты им правду!
Правду, Зойка!
Чувствуешь, как воняет шкура?
Вот он - человек.
Мне не надо информации,
она у меня уже есть.
Мне нужна ты!
Этот трус и предатель Клубков.
Сотрудничай со мной. И будешь жить.
Только кивни. И завтра
Клубков будет повешен, а не ты.
Вольф!
Мам, я пришел.
Хорошо, Шур. Иди поешь.
Я картошки достала.
Толченки сделала, как ты любишь.
Ну... как вы с Зойкой любили.
Мама, ты не переживай.
Почта сейчас плохо работает.
А может, и...
Может, и потерялось письмо от Зойки.
Я в горкоме комсомола был.
Там сказали, что отпуск Зое
точно будет положен.
Сам товарищ Аверин сказал.
Вот и хорошо.
Вот Зоя придет, а я ей как раз
варежки на зиму вяжу.
Вот она придет -
ой, как ей будет хорошо.
Ты только про указательный палец
не забудь.
- Зачем?
- Чтобы стрелять удобно было.
Когда же эта война закончится?
Скоро, мам. Скоро.
Из штаба воздушной армии.
Они удержат коридор для спецпоезда
еще два часа.
Надо ехать, товарищ Сталин.
- Вы так считаете?
- Так точно.
А она выдержала.
- Что?
- Все.
Все. Едем. На пост.
- Простите, не понял, товарищ Сталин.
- В Кремль.
- А эшелон?
- Отправляйте в Куйбышев.
Я остаюсь на посту.
- Отправляй эшелон!
- Есть! По вагонам!
(Говорит по-немецки.)
Одень ее. Живо.
- Тише, тише, тише.
- Потерпи. Потерпи.
Ч-ш-ш. Все пройдет, все пройдет.
(Зоя стонет.)
Все пройдет, все пройдет.
- Прижимаемся к земле!
- Голову, самое главное, берегите.
- Локти!
- Вжимайте ее, родненькую, вжимайте.
- Локти прижимаем!
- Локти шире, мешок вперед!
Товарищ майор,
ничего про наших ребят неизвестно?
Ну, давай, давай.
- Разведка что говорит?
- Молчит разведка.
Давай.
По всем срокам группа
должна была уже вернуться.
Аккуратней голову...
- Будем надеяться на лучшее.
- И задницу вжимаем в землю!
В землю!
Мешок возьми в правую руку...
Твой рапорт на фронт,
Матвей Алексеевич,
я порвал и в урну выкинул.
Куда ты голову? Куда?
В землю смотри, в землю!
Кузьмичев!
Ну что ты делаешь? Ты что,
к своей бабе на сеновал ползешь?
Вы с этой землей сравняться должны!
Ну что замерли?
Ползем!
- Занятия продолжать.
- Давайте шевелитесь, родные.
- А что мы ждем?
- Скорее бы ее повесили,
да по домам разошлись бы.
Это тебе, оглоеду, поскорее бы,
а человека жизни лишают.
- Да какой она человек?
- Была б моя воля,
- на куски разорвала бы собаку драную.
- Рот закрой, дура глупая!
Вернутся Советы,
отрежут язык вместе с головой.
Какие Советы? Мне Аграфена
сегодня утром газету показала:
Сдали наши Москву. Теперь при Гитлере
будем жить, как при царе-батюшке.
Не верьте, то прокламация,
бумажка - только жопу подтереть.
Свиридов! Свиридов! Ком цу мир!
Шнеле!
Немецкое командование высоко ценит
сотрудничество и преданность.
- За поимку диверсантов и вредителей...
- Зачем это, а?
Каждого ожидает высокая
награда - служба в местной полиции.
Теперь можете обращаться к нему как
к сотруднику местной администрации.
Иди, Свиридов. О твоих обязанностях
поговорим попозже.
А, чтоб тебя!
Стул оставь, Свиридов.
Подавись ты.
- Страшно подумать.
- Ведут. Ведут!
- Ой, бедненькая!
- Идут!
(Говорит на немецком языке.)
Улыбочка...
Подданные Третьего рейха,
сейчас на ваших глазах будет повешена
советская диверсантка
и поджигательница,
схваченная здесь, в Петрищево.
Германское командование
предупреждает:
Так будет с каждым,
кто посмеет учинять беспорядки
или попытается вредить
великой Германии. Понятно всем?
А этот дом еще мой прадед строил!
Сдохни, гнида! Тьфу!
Ненавижу! Ненавижу!
- (Слышен ропот толпы.)
- Что ж они с ней сделали?
Не смотри, сынок.
(Звучит музыка.)
Товарищи,
бейте немцев!
Жгите!
Травите!
Нас двести миллионов -
всех не перевешаете.
Прощайте, товарищи!
Не бойтесь,
Сталин придет!
(Слышен плач и стенания.)
(Звучит музыка.)
Звучит песня:
"На окнах пар каплями белыми стынет.
Дорогой заснеженной -
Утренней, узкой, -
Ногами ступая - больными, босыми, -
Шла девочка твердо к голгофе русской.
Шла девочка к голгофе русской.
Удары прикладов ее подгоняли,
Кидались снежками веселые немцы,
Из изб деревенские выползали,
Напоминая друг другу теплее одеться.
Теплее одеться.
Изорвана в клочья на ней плащаница,
Избитое тело под пытками ноет.
Ухмылкой подернуты серые лица,
Молчат деревенские,
Пес только воет".