Миллиарды (2 сезон, 2017 год). Цитаты и фразы из сериала
Дата выхода: 20 февраля 2017
«Миллиа́рды» (англ. Billions) — американский драматический телесериал
с Дэмиэном Льюисом и Полом Джаматти в главных ролях. Двенадцать эпизодов
шоу были заказаны телеканалом Showtime в марте 2015 года. Премьера
состоялась 17 января 2016 года, однако первый эпизод стал доступен 1
января 2016 года онлайн.
Все фразы и цитаты
1 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Хренов Бобби Аксельрод.
Выходец из народа. Мы его посадим.
Бой пошёл без перчаток.
Все средства хороши.
- Твоя ценность для
фирмы безоговорочна.
- Я работала там до замужества,
и задолго до твоего назначения.
- Для меня важен каждый из нас.
И когда Мика Данцига
повязали с автоматом,
я заплатил копам,
чтобы дело замяли.
Без риска нельзя выиграть,
оказаться на моём месте.
- На нашем. На нашем месте.
Я принимала решения.
- Ты закрыла ресторан
и продала ферму.
- Все на выход!
- Ты замужем за преступником.
Надо избежать позора,
разведись с ним.
- Ты хочешь, чтобы я заставила
мужа отстать от вас.
Ты же знаешь, я не могу.
- Почему?
- С этих пор, я отвожу тебе роль,
если она вообще у тебя будет.
- Твой босс получил
ту липу про Акса
и полицейских из
конфиденциальных заметок жены.
- Ты обманул моё доверие.
- А ты сидишь и гонишь про
высокие моральные устои.
- Я гоню?
- Ты работаешь на преступника и сама
себе не можешь в этом признаться.
- Я рассказал тебе историю с Данцигом,
и начинается расследование!
- Я тебя не сдавала.
Хоть на полиграфе
проверяй, сука.
Когда я вернусь -
тебя не будет.
- Дело закрыто.
- Переходи в фирму Баха. На меня.
Ты не сказал "нет".
Прости, что я сомневался в тебе.
Твоя премия.
Я хотел дать тебе два миллиона.
Повысил до пяти.
- Я увольняюсь, Бобби.
Я не могу больше отрицать твоей
сути и сути твоей компании.
- Знаешь, какой враг намного опаснее,
чем человек с
неограниченными ресурсами?
Тот, кому нечего терять.
Перед тобой именно он. Смотри.
- Извини, что так поздно.
- Передо мной можешь не извиняться.
- Это место меня создало.
Садись.
Только здесь настолько
очевидна разница
между победителями
и проигравшими.
Я тебя вызвал, чтобы рассказать,
как мы станем победителями.
- Извините. Пардон. Крошка,
пора на работу.
- Ты мне не "крошкай".
Никто не откроет дверь,
пока не будет команды от Акса.
- Я три недели, мать их так, из дома
не выползал, адски хочу работать.
Даже пришёл с утра пораньше.
- Пришёл первым, чтобы осмотреться?
Понять реальную причину.
Если, конечно, ты не веришь в
эту байду с огнетушителем.
- Всё не угомонишься.
- Ну ты чего.
Не было никакого инфаркта.
У кого инфаркт?
- У Клеменцы,
только не было инфаркта.
- Его убили Розато,
но говорят, что инфаркт.
- У пожарных систем
есть автоотключение.
- Нам даже вещи забрать не дали.
- Я знаю не больше вас.
- Говорят, Акс, типа, чокнулся.
- Тебя-то кто спрашивал?
- Если Акс говорит, сбой в системе,
значит, так и есть.
- Ну что, пора?
- Нужен Вагс.
- Нужен?
- Нельзя возвращать зверей
в клетки без надсмотрщика.
- Я займусь.
- Не позволяйте мне
браться за отвороты.
Суйте локоть под колено
и выворачивайтесь.
- В следующий раз обязательно.
- Освоите эти приёмы - сможете
превратить защиту в нападение,
даже если вас сбили с ног.
- Полный вперёд, ребята.
- Он ждёт тебя.
- Донна!
Забери это, пожалуйста.
Отдай бомжу.
- Простите, сэр, он меня не слушает.
- Оливер Дэйк. Отдел
профессиональной ответственности.
- ОПО.
И вы не с регулярной
проверкой, иначе бы предупредили.
- Верно. В таких случаях нам удобнее
приходить неожиданно.
- Так. И какого рода...
- Расследование ваших
недавних действий.
- Звучит серьёзно.
- Так и есть.
- Вам ведь нужен кабинет.
- Нужен.
- Прошу за мной.
О, глядите-ка.
- Значит, вас предупредили.
Но не надейтесь, что это вам поможет.
- Зачем вообще думать о таких вещах?
Мне скрывать нечего.
Окажу полное содействие.
- Так или иначе,
но я узнаю правду.
Запомните.
- Я на это рассчитываю.
- Да, это Дэйк.
Что у нас там по Роудсу?
Знаешь, что? Давай проверим
налоговую отчётность...
- Пора, Вагс.
- Почти.
- Иначе здесь будет давка.
- Запускай.
- Ну что, засранцы, поняли
как скучали по этому месту?
Никакой электроники, личной или любой
другой, кроме мобильного телефона.
Все сотрудники обязаны
носить магнитные браслеты,
которые также будут ключом на
вход и выход через турникеты.
- Меня часто спрашивают,
что нельзя купить за деньги.
Публично я несу всякую херню типа:
"Любовь и всё, что к ней прилагается".
Но на самом деле
продается почти всё.
И, самое главное,
деньги дают мне доступ к самым
интересным людям в мире.
Например, наш следующий гость,
один из лучших
коучей в профессии.
И я советую слушать внимательно.
Правда,
мы не сможем не слушать.
Ведь она такая.
Доктор Венди Роудс.
- Отдача.
Какое тяжёлое слово.
Страшное.
Давящее.
- Не для меня.
- Да?
Вы хороши в этом деле?
- Да говно вопрос. Приходите
ко мне в офис, увидите.
Ещё никто не жаловался.
- Говорят, профессионал всегда
заметит, когда человек врёт.
Это преувеличение, не всегда.
Но сейчас я вижу.
Вы врёте.
Скрываете.
Ведь жалуются на всех, правда?
А вам тяжело, потому что
вы помните каждую жалобу.
Они глубоко въелись.
Преследуют вас.
Ведь вам хочется
быть безупречным.
Но вы знаете, что это не так.
Именно поэтому каждый год
вот этих пилюлек продаётся
на два миллиарда долларов.
Ведь они дают уверенность в том,
что в нужный момент
вы сможете всё.
Кто-то из вас их принимает.
И тут совершенно нечего стыдиться.
Но, если я сейчас брошу эту баночку
в зал, её никто не возьмёт.
Вдруг посторонние узнают,
что вам нужна помощь?
Эта мысль хуже,
чем отсутствие помощи.
Но, когда придёт время,
когда надо будет нажать на спуск
по приказу "продать"
или "купить",
надо быть твёрдым, как
кремень, и готовым к бою,
потому что вы сами этого хотели.
- Миллионы лет назад на Землю упал
метеорит, начался ледниковый период,
и даже могучие тираннозавры
превратились в сраные скелеты.
Метеорит
прямо сейчас с воем
падает в эту аудиторию.
И в другие похожие комнаты.
Вся хеджевая индустрия
оказалась в осаде.
И по заслугам.
Наше положение казалось
нам незыблемым.
Херовые прибыли,
отток инвесторов
и становление квант-фондов
освещали нам путь на тот свет,
но мы всё равно не
хотели меняться.
В масштабах времени
мы все давно мертвы.
Вы этого еще не поняли, а я знаю.
Но, даже если дышать нам
осталось одну микросекунду,
я буду сражаться с неизбежным.
Если перед вами лежит картонка,
поднесите её к лицу.
Если эта аудитория воплощает
все хеджевые фонды в индустрии,
то открытые лица -
те, что будут живы
через полтора года.
- Я выжил.
- Неужели, Мэфи?
Ты выжил?
Потому что всё это -
великий поганый рандом,
и я не вижу никаких доказательств,
что ты выживешь!
Положили картонки.
Доверие чуть не
угробило "Акс Кэпител".
И больше такого никогда
не повторится.
Здесь стало слишком
легко и привольно.
И, чтобы исключить возможность
попадания от вас ко мне какой-либо
сомнительной информации,
в будущем все беседы будут
происходить в присутствии
директора по персоналу -
Стефани Рид.
Абсолютно все.
Если увидите меня
возле кофемашины,
дождитесь Стеф и только потом
передавайте мне сливки.
Я всегда выживаю.
Поэтому я готов любой ценой
избежать плохого конца.
Спросите себя:
а вы?
- Вы удивительно проницательны насчёт
того, как мы, хеджеры, мыслим.
- Ну,
после такого серьёзного опыта...
- У Акса?
- Да.
- Я не про "Акс Кэпител",
я про самого Бобби.
Вы же работали с ним лично.
Вы, наверное,
на молекулярном уровне понимаете
мотивы его поступков.
Я говорю не о
растущем рынке, мы все хорошо умеем
работать с акциями инерции, но когда
дела начинают разваливаться,
он подстраивается под ситуацию
или ищет альтернативы?
- То-то вы мне переплатили.
Но если вы меня за этим
пригласили, то это не те деньги.
"Тех" денег вообще
не существует.
Я его не продам.
- Вы прошли проверку.
- И получу шоколадную фабрику?
- Именно так.
Я подумывал взять вас на полную
ставку, но, раз вам можно доверять,
я точно этого хочу.
- Что ж,
наши желания не совпадают, Тодд.
Я уже открыла свою практику,
принимаю клиентов.
- И это насовсем?
- Я не знаю.
Пока.
Сохраняю свободу манёвра.
- Вы врёте?
Надеюсь, что нет.
Но знаете, давайте
не торопиться с решением.
Поищем пути для нового
сотрудничества.
- Есть информация.
- Домашку сделал, Горди?
- Да.
- Хорошо.
Мне надо завезти в офис документы.
Я за вами заеду.
- Ладно.
- Хорошего дня.
- Пока.
- Пока.
- Помогите, помогите! Кейти упала!
- Боже мой.
- Что случилось?
- Я вызываю "скорую".
- Что с ней?
- Головокружение, стошнило,
начался приступ.
- Анафилактический шок.
Уколите эпинефрин.
- Вот поэтому вы не медсестра.
Никакого адреналина...
- Ей нужен укол.
У неё есть с собой.
- Срочно нужна "скорая"
в школу "Хорас".
- Вот так.
Всё. Всё, милая.
У тебя аллергия, но уже всё позади.
Главное, дыши.
- Майкл, спасибо.
Обойди пока периметр.
- Из Вашингтона доносится,
будто Роудс попал под
расследование за свои фокусы.
- Ты, что ли, устроил?
- Слушайте,
когда в бою враг падает на землю,
его надо добить.
Если расследование его пошатнет,
мы поможем ему упасть.
- Да у тебя бзик.
- Пока Роудс остаётся на
должности, я на мушке.
Холл, пусть твои люди займутся.
Бах, срочно подай
против него иск.
- Одна умная женщина сказала:
"Война - как землетрясение,
победить невозможно".
- Он сам напросился. Это долго?
- Бобби,
затишье нам на пользу.
Когда объявили перемирие,
европейцы снова стали
ходить в кафе, пить вино.
- Заниматься любовью.
- Да.
Но, если бы они знали,
что немцы просто затаились
и втихаря перевооружаются,
победа случилась бы куда раньше.
- Иск приведёт к всплеску внимания.
СМИ опять начнут полоскать
всё, что у нас произошло.
Тебя каждый день будут
называть преступником.
- То есть, сейчас лучше?
Когда над головой висит дамоклов меч,
готовый обрушиться в любую минуту?
- Слушай,
многие из тех, кто перешёл ему
дорожку, огребли по полной.
Большинство их них на подобный иск
попросту не решится, и знаешь, почему?
Гора слишком крутая,
а до вершины слишком далеко.
- А если ты хочешь вернуть Венди,
это точно будет лишнее.
- Ты сказал,
что у тебя есть информация.
- Венди и Роудс всё
ещё не помирились.
- А где он живёт?
- В доме.
Частично.
Она тоже частично.
- Это как?
- Вместе, но раздельно.
Полная херня.
Я так пробовал
между женитьбами.
- Родители дома по очереди.
Дети зато никуда не уезжают.
Утопическая идея, якобы
создающая для детей иллюзию
спокойствия в непростые времена.
- Я и говорю. Херня.
- А сегодня утром Венди была
в "Краков Кэпител".
- Этот пидор взял её на работу?
- Пока неясно.
- Если мы её не вернём,
есть один мужик, Ленни Густаферсон,
доктор Гас. Говорят, лютый.
- Неужели она пойдёт к Кракову?
В его шарагу?
Я хочу знать, где она работает,
в какое время.
А насчёт твоего Гаса я подумаю.
Всё.
- Я знаю Кейти, знаю,
что у неё аллергия.
Почему посторонний человек
знает больше, чем она?
- Я не могу применять
серьёзные препараты
по приказу какой-то богачки...
- Замолчите. Быстро.
Тофер,
я не оставлю своих детей
под присмотром этой дуры.
Вы сейчас разберётесь или
мне звонить начальству?
- Я всё понимаю, но нельзя
же решать с наскока.
Мне нужна в школе
профессиональная медсестра.
- Привет, Мо, это Лара.
Я знаю, ты работаешь по
ночам, но мне нужна помощь.
Можешь сейчас приехать
в школу "Хорас" на смену?
Ты просто супер.
Моя сестра приедет
через сорок пять минут.
А пока я побуду за неё.
Да, я сестра.
Пока.
- Нескоро мы найдём
замену Барту Скунеру
в кресле начальника
уголовного отдела.
Будем искать
минут пятнадцать,
пока кто-нибудь непьющий и с юрфаком
за плечами не вломится сам.
Ладно, давайте серьёзно.
Поговорим о достижениях Барта.
- Уголовный прокурор. Да уж.
Теплое местечко.
- Взлётная полоса в частный сектор.
Дорвался - и ты в шоколаде.
Семизначный оклад с
момента увольнения.
- Попробуй туда попади.
Конкурс - семьдесят
пять человек на место.
- Надо пахать.
- Да.
Громкие дела,
изобретательные победы.
Долгие годы
добросовестной службы.
- Годы и годы.
- Я слишком молода?
- Ты заметил, да?
- Совсем зелёная.
- Назначат старпёра вроде вас?
- Не "старпёра", а "опытного".
- Ну да.
- Видавшего виды.
У меня виски кончился.
- Вот поэтому на таких сборищах
я заказываю сразу две порции.
Официанты исчезают прямо как Гудини.
Надо всегда думать наперёд.
- Умный. Опытный.
- Алкаши.
- Мне вот интересно,
назначать-то будет всё ещё Чак?
- Расследование.
- Ну да.
- Ага, Дэйк явился на коне бледном.
- Что у него может быть на Чака?
- Так-так-так.
Три молодых специалиста
празднуют отставку коллеги.
Ну ещё бы.
Не хотят ли они дать ему
пинка и занять его место?
Ну вы чего?
Вы же знаете,
уголовка - это прямой экспресс к
любой должности, какую ни пожелаешь.
А как её получить?
Я вам так скажу.
Наша работа
со временем оставляет борозды.
Рано или поздно они
окутывают нас как паутина.
И вот какой вывод я сделал:
надо искать другой путь.
Играл я недавно в шахматы
в Вашингтон-Сквер-Парк.
С одним из ловкачей, которые
годами обирают туристов.
Собралась небольшая толпа.
Партия была непростая.
У меня появился козырь.
Я провёл неудержимую атаку
и вдруг увидел это.
Он взял обоих моих
коней одним ходом.
Сжульничал просто безупречно.
Я уже собирался дать ему в морду.
Сделать так, чтобы его никогда больше
не пустили в этот парк.
Потребовать возмездия.
Но затем я вдруг понял,
что у меня появился шанс
полностью изменить свой подход.
Ну и тогда...
Я видел, что ты сделал.
Такая ловкость требует практики.
Этим даже можно восхищаться,
но больше ты так
делать не будешь.
Я могу очень сильно
усложнить тебе жизнь,
но не стану.
До тех пор, пока
ты будешь помнить.
Следующая партия -
вон с тем пареньком.
И я хочу, чтобы ему было
интересно с тобой играть.
- Спасибо.
- Он меня поблагодарил.
Представляете?
И я точно знал, что сегодня
он больше никого не обманет,
да и потом будет всё
время оглядываться.
Я нашёл кое-что получше возмездия.
С помощью силы и недосказанности
я создал более
справедливую обстановку,
и как раз это я
предлагаю всем вам.
Это и есть другой путь.
- Допустим.
Но откуда тебе знать,
что он не наплевал на всё,
когда ты ушёл?
- Я сел на скамейку
неподалёку и понаблюдал.
- Спасибо, что пришёл.
Поверь,
оно того стоит.
- Не тяни, Спирос.
- Ладно.
Я всегда настороже.
Потому и добился всего.
- И?
- Начато расследование на тему
тебя и твоих методов работы,
в особенности насчет закрытия
дела против Аксельрода.
Тот, кто возглавляет
расследование,
человек опасный и одарённый.
Как я, только моложе и умнее,
если ты можешь себе
это представить.
- С большим трудом.
Кто он?
- Оливер Дэйк.
Ну что, мы квиты?
- Дал слону кошачьего корма
и думаешь, что он наестся?
Сэр.
Принесите этим молодым
людям ещё по одной порции.
- Конечно.
- Спасибо.
Пока я не пошёл
пить с Бартом Скунером и
намекать ему насчёт преемника,
позвольте выразить то, о чём
думают все присутствующие.
Насчёт расследования,
которое ведёт мистер Дэйк.
Вы же знаете, как себя вести.
Я хочу, чтобы вы
все содействовали
и говорили правду,
естественно.
Потому что нам совершенно
не о чем волноваться.
- Видели, да?
- Будем вести себя хорошо -
и один из нас получит место.
Либо мы сотрудничаем с Дэйком
и будем заново договариваться
с преемником Чака.
- Да, мы видели, Лонни.
- То есть, вы не видели ничего,
что можно трактовать
как злоупотребление полномочиями?
- Туманно. Сформулируйте поточнее,
и я смогу ответить.
- Опишите тактический подход
мистера Роудса.
- Эффективный.
- Как он понимает свои
собственные полномочия?
- Я не могу говорить за него.
- Ясно.
Давайте
ненадолго сменим тему.
Расскажите
о вашей встрече с Аксельродом.
- О сорванном соглашении?
- Нет. О вашей приватной встрече.
- Лучше вы расскажите,
как это касается вашего
расследования.
- Я расследую любые
нарушения, в любой области.
И, с чего бы ни
началось расследование,
если я уже в деле,
я превращаюсь в
настоящего осьминога:
щупальца летят во всех
направлениях, смотрят,
слушают и всасывают каждый бит
информации, которая мне попадётся.
- Я сообщил об этой встрече,
как только она закончилась.
Есть соответствующие бумаги.
- Вы доложили на следующий день,
после обеда.
- Как только смог.
- А, может быть, вы просто думали,
о чём писать, а о чём не стоит?
- Я написал обо всём.
Аксельрод предложил мне работу.
- Это было в пиццерии в Йонкерсе?
Так?
- Всё верно.
Я отказался.
- Правда?
Без доказательств это
всего лишь слова.
Если спросить Аксельрода,
он скажет то же самое?
- Да.
- А неплохо.
Сдержанно.
Твоим пациентам тут
должно быть спокойно.
Не предложишь сесть?
- Нет.
Ты записался на приём
под чужим именем,
значит, знал что я
не хочу тебя видеть.
- Знал, что не примешь. Но не принять
и не желать видеть - разные вещи.
- Одно и то же.
Когда мы в одной комнате,
с нами что-то происходит.
Так было всегда, Бобби.
Какое-то движение.
Но я это пресеку.
Уже пресекла.
- Так. Во-первых,
я извинился.
Но если надо, как Джо ДиМаджио,
каждый день слать тебе цветы, -
без проблем.
- Он это делал после смерти Мэрилин.
От твоих цветов будет
столько же толку.
- Ты должна вернуться
в "Акс Кэпител".
- Этого никогда не будет.
- Венди,
мне предстоит принимать решения
насчёт дальнейших действий,
а без тебя я этого
ни разу не делал.
- Это следовало понять
намного раньше.
- У нас переломный момент.
Компании нужны серьёзные
перемены, и нужны быстро,
а мои люди дают мне
противоречивые советы.
Советы,
которые я пропускаю через
тебя и начинаю понимать.
- Я хорошо тебя знаю и
уверена: ты разберёшься.
Соединишь точки, как всегда,
синтезируешь данные так,
как мало кто умеет,
и это будет потрясающе, только
меня рядом с тобой не будет.
- А где ты будешь?
Тут?
Засядешь в крошечном
сдержанном офисе
и будешь каждый день выслушивать
бредни людей вдвое глупее нас?
- Не знаю, подумываю о
другом хеджевом фонде.
- Да неужели?
- Да, я была недавно в одном,
не скажу где, не выпытывай.
Менеджер разыграл со
мной такую партию,
упрямо загонял меня в угол так,
чтобы оказаться победителем,
что бы я ни сказала.
- Я знаю, кто это. Ты очень
понятно его описала.
- А я устала быть в этой
парадигме проигравшей.
- Он хотел тебя нанять?
- Да.
- Этот гондон хочет спереть
моего самого ценного...
- Я у тебя не работаю!
Выгонять тебя не стану.
Но прошу уважать мои желания,
ты на это способен?
- Хорошо.
- Цветов не надо.
У Евы аллергия.
- Генотерапия наконец-то
приносит плоды.
- Следующий.
- Мы купим алгоритм.
Есть один парень из Уортона...
- Давайте все обналичим,
выждем немного и...
- Так, на хер. На "Райа" выходы есть?
- Могу рассчитать прогноз.
- Я не инвестировать, я аккаунт хочу.
- А что это?
- Пафосная аппка для знакомств.
"Тиндер" для богатых.
- Не надо пошлостей.
Там всё эксклюзивно.
Для серьёзных контактов.
- Так вот, с наличными на руках...
- Тихо все.
Я не пойду с этой
бредятиной к Аксу.
Ну-ка, детки, взяли карандашики
и запилили мне такую идею,
чтобы как Трэйси Лордс.
Если метафора непонятна, объясняю:
свежак из свежаков, покоряющая всех
и вся, чтобы все на неё дрочили.
- Спасибо, что пришла.
Мне надо скинуть пять лимонов
акций "Блудхорн Стил" за сорок.
Проблема в том,
что они неликвидны.
Ни один брокер не берётся толкнуть
все пять лямов по моей цене.
Поэтому их пятеро, у каждого по
миллиону и они друг о друге не знают.
- А ты уверен, что хорошо придумал?
Сомнительно и не очень эффективно.
Когда-нибудь это вскроется.
- Продавать-то надо.
Ты же слышала Акса.
Выживай или умри.
- А, может, коллар с
нулевой стоимостью?
- Так.
- Опцион защитит продажу.
Покупаешь"Блудхорн" по сорок,
продаешь по сорок пять,
чтобы нивелировать покупку.
Ты защищен от падения
цены ниже предела.
Но теперь можно не спешить,
и не придется полагаться
на биржевые колебания.
- Ты права.
И сэкономим на этом
десять миллионов баксов.
После стажировки ты
останешься у меня.
- Да. Я бы тоже так считала
на твоём месте.
- Я заказал тебе обед.
Веганский.
- С чего ты взял, что я веганка?
- Не знаю.
Похожа.
Сильно.
Твою мать.
А что, нет?
- Съем.
- С тобой
у меня сократилось
проскальзывание.
Эффективность сделок
подскочила на сто пятьдесят пунктов.
И это всё - до твоего
сегодняшнего отжига.
Это не случайность.
Это эффективность.
Твоя работа.
А ты уходишь.
Не позволю.
Я же сдохну.
Но это было
до лажи
с веганским обедом.
- Да веган я, веган.
- Дело такое.
Обычно я удерживаю
стажёров всякой хернёй:
деньгами швыряюсь,
оттягиваюсь вместе с ними.
А с тобой это не работает.
- Ты имеешь в виду пить до блевоты,
тусить с красотками и всё такое?
Точно.
Со мной не прокатит.
- Ну и как тебя удержать?
- Никак не удержать.
- Ты посмотри на него. Барбекю.
Человек народа.
- Он отправил домой повара, потому
что барбекю - это ваша фишка.
И, хоть вы уже давно не
разговариваете, он надеется.
- Раньше я не знал, какой он.
- Ты, конечно, самый крутой
мужик в нашей семье.
Но ты и сам знаешь, что
меня злить не нужно.
Чеши туда и веди себя
с ним как человек.
- Это насилие.
- Приветики.
- Мо! Ты пришла, охренеть.
- Как дела?
- Как охотничий нож.
Берёшь и вскрываешь. Мэтт.
- Акс.
- Молодец, что пришёл.
- Ну о чём ты. Конечно.
- Вы же знакомы, да?
Из одного участка?
- Только годы разные. Детектив.
- Задолго до того, как ты стал
банкиром или кто ты теперь, Рауль.
- Всё равно больше полицейский.
- Рад тебя видеть.
- Да.
- Ты хорошо себя показала в школе.
- Обосраться и не жить.
- К ним легко устроиться
на полный день.
- Да?
- Да.
- Цена вопроса?
- Семьдесят две в год
плюс на жилье подкинут.
А дальше я продавлю.
Соглашайся, Мо.
Классно, если ты будешь рядом.
А то вокруг одни сплошные жлобы.
- Нет. Это ненамного больше,
чем сейчас, и тоже за полную смену.
Если уж соглашаться,
то на большие деньги.
Мне надо начать новую главу
в своей жизни.
- Да.
Понимаю.
- Какие-то уроды толкали дурь в
мужском сортире в "Хендрикс".
Парни опытные, подставные
ничего не смогли у них купить.
Туда стали посылать людей, чтобы
наблюдать за сортиром через потолок.
Пришла и моя очередь. Смотрю.
И вижу - идёт покупка.
И, видимо, я слишком навалился,
потому что проломил потолок
и грохнулся прямо на жопу
посреди сортира.
Чёрный мужик в полицейской форме.
Поднимаю глаза -
а на меня пялятся штук
шесть Ангелов Ада.
Ну и
приласкали,
кто кулаком,
кто берцами, кто бутылкой.
Чуть копский дух из
меня не вышибли.
Выбрался оттуда чуть живой.
- Но об этом все молчат.
- Естественно.
- Но хотят такие слухи, что
в тот вечер после смены
все легавые из участка пошли
в этот бар с дубинками
и размазали этих
пидоров по полу.
- И в том баре не толкали дурь
ещё очень долго.
Тогда всё упиралось в
численное превосходство.
Я был один, их много.
Они выиграли.
А когда много было нас, -
против толпы не попрёшь.
Такой урок повторять не приходится.
- Согласен.
- Мне нужны твои исключительные
компьютерные навыки, энтузиазм
и магия технологического задротства.
- Никто ещё не говорил,
что у меня есть энтузиазм.
- Потому что ты его скрываешь
под маской самодовольства,
пренебрежения и пессимизма,
но меня не проведёшь.
- Так чего вы хотели?
- "Райа".
Хочу, чтобы ты взломал
"Райа" и сделал мне аккаунт.
- Я не могу.
- Да можешь.
- Я могу попробовать,
но сайт защищён
стадвадцативосьмибитным
шифром "Блоуфиш".
Просто так, с наскока,
его не крякнешь.
Я не смогу решать и эту задачу,
и одновременно все остальные.
- Остальные?
- Обеспечивать защиту от кибератак.
- Так уже обеспечил.
- Но я же должен следить за
серваками, трейдинговым софтом,
за подчинёнными.
- Будешь следить.
Как только ты приведёшь
меня в "Райа".
Да.
- Судья ДеДжилио.
- Мистер Роудс, сэр,
рад служить вам, сэр.
- Хорошо. Тогда сразу к делу.
- Да не буду я тебе служить, Чак,
это цитата из "Гамильтона".
- А. Я ещё не посмотрел.
- Что ты хотел?
- Из Вашингтона прибыл следак
по фамилии Дэйк.
- Суровый парень. Он хорош.
- Да, супер, я вижу, что он хорош.
Но пусть он будет
хорош в другом месте.
Мне надо знать, кто его прислал
и с какой конечной целью.
- Тебе известна этимология слова
"билет"?
- Опять мюзикл цитируешь?
- Нет.
- Ну тогда известна. Из французского,
так назывался ордер на постой,
солдат мог жить в твоём доме.
- А в нашем контексте "билет" -
это твой пропуск на пост,
на должность со всей прилагающейся
ответственностью. Так вот, мой билет
сделал меня судьёй, я выношу решения
по разным вопросам и так далее.
Но это не значит, что я буду
выполнять твои распоряжения.
- Я забыл сказать "пожалуйста"? Да?
Ещё не привык.
Пожалуйста?
- Это слово ласкает слух,
но я больше не у тебя на подхвате.
- Конечно, о чём речь.
И я это уважаю. Но ведь мы оба знаем,
почему ты больше не на подхвате,
поэтому я и прошу тебя об услуге.
В последний раз.
- Конечно, сэр.
Приходите ко мне в пятницу утром,
что-нибудь я уже разузнаю.
- И спасибо...
- На здоровье, Чаки.
- Дай-ка свой телефон.
Отпусти айтишников и сам
тоже займись делом.
Хватит уже Интернет троллить.
Сейчас залогиню тебя на "Райа".
- Это как?
- Я там есть, вот как. Вторая
рекомендация будет от Майкла Че.
И нечего отвлекать
айтишников этой хернёй.
- Ты там есть?
- И ты теперь тоже.
Об одном прошу:
полная анонимность.
Увидишь меня -
не смей ставить сердечко.
- Ништяк.
- Мистер Роудс.
Я
провожу первый цикл
интервью с сотрудниками,
и пока всё
если не кошерно, то как
минимум в разумных пределах.
И я думал,
что мне, пожалуй, пора.
Но
потом я
узнал
о платеже.
- О платеже?
- Полученном вашей женой.
От Аксельрода.
На счёт,
куда у вас есть доступ.
Приблизительно...
Чёрт, именно в тот самый день,
когда вы закрыли его дело.
Пять миллионов долларов.
Итак,
возможно, это и не взятка,
но выглядит именно так.
И пахнет.
И если лизнуть,
то и на вкус будет как взятка.
Ням,
бах.
Что ж...
Я полагаю,
вы об этом ничего не знали.
- Раз уж договорились, надо
сначала постучать, а не вот так.
Я хотела попросить
няню собрать ребят.
- Пусть соберёт.
Надо поговорить.
- Мы же по-другому условились.
Решили не мешать друг другу.
- Да. Я в курсе.
Но я не в гости зашёл.
- Ну?
- Я понимаю, что мы
в настоящий момент не вместе
и не обязаны делиться друг с другом
подробностями прожитого дня.
- Если бы мы и раньше так хорошо
общались, может, не разошлись бы.
- Так что, это я виноват?
- Наполовину.
Как минимум.
- Но всё-таки кое-что нам
следовало обсуждать.
Что-то такое,
о чём умолчать просто невозможно.
Например, если бы я вдруг
получил пять миллионов долларов
в тот самый день, когда мой муж
закрыл дело против человека,
приславшего эти деньги, я бы хоть
одно слово, но вякнул об этом.
- Я не подумала, как
может выглядеть
такая цепочка событий.
- Это ты так извиняешься?
- Я не хотела ставить под
удар твою репутацию.
- Не только репутацию.
Мою карьеру.
А то и свободу.
И твою тоже.
- Свободу?
Я только начала вспоминать,
что это такое.
И я не дам тебе испортить мои первые
свободные вечера за много лет.
- Я всегда знал, что деньги Аксельрода
меня угробят, они как отрава.
Их даже жрать не надо, чтобы
сдохнуть, можно рядом положить.
- Поздравляю. Рядом со
мной их больше нет.
А меня нет рядом с тобой.
Хорошего вечера.
Дети! Я ухожу! Ваш папа здесь.
Целую!
- Ребята! А вот и я!
- Здесь я впервые понял,
как реально устроен мир.
Глядел, как люди
бегут делать ставки,
с большими надеждами.
Без плана.
А потом - как они уходят,
разрывая билеты в клочки.
Я таким быть не хотел.
- Ты не ставил, что ли?
- Да нет, ставил.
Но сначала выяснил,
где делают реальные дела люди,
у которых есть план.
Которые вычисляют,
а не тупо угадывают.
Они знали, какие наездники отдохнули,
какие лошади готовы.
И знали,
кто из них дышит на ладан.
- Как ты с ними познакомился?
- Сначала никак.
Но я вычислил,
что они ставят много
и всегда последними.
И я стал смотреть вон туда,
а не туда.
Цифры всё мне сказали,
как и всегда.
И я начал ставить сам.
Правильно ставить.
И когда я понимал,
что случилось,
я смотрел на трек,
чтобы понять, как.
- Странное время для тренировки.
- Он почти каждый
день сюда приходит.
Любит гонять новых
лошадей среди ночи.
Он так их обкатывает.
Хороший пацан.
Но его отец -
вот он был круче всех.
Настоящий мастер. Звезда.
Всегда в первой тройке.
- Но для тебя первая тройка -
это мало.
Ты не выступаешь. Ты побеждаешь.
- Есть такое дело.
Но у меня другая работа.
Слушай, вы с ребятами правы.
Риск слишком велик.
Если сделать неверный ход,
можно потерять очень много.
Раньше я сюда приходил без гроша
за душой, поэтому сидел и соображал.
- И сообразил.
- Роудс должен исчезнуть.
Иначе это никогда не кончится.
Если подам иск только я -
это всё равно,
что плеваться горохом в танк,
когда нужна гаубица.
Но я знаю,
где нам её раздобыть.
Мы найдём всех, кому
он насрал в душу,
кого он обидел,
людей с реальными историями.
И купим их.
- Массированная атака.
Где один слаб,
многие - сильны.
- Такой урок повторять не приходится.
- Это почти равнозначно
коллективному иску.
- А от него не отмахнёшься.
- Это просто невозможно.
И писать будут уже
не о тебе, а о нём.
- И о том, какое он говно.
Ты знаешь,
что должен сделать?
- Я знаю, что должен сделать.
Этот парень ведь не каждый
день сюда приходит.
- Да.
Не каждый.
Но я попросил его
прокатиться, и он пришел.
Делай, что нужно.
Запускай процесс.
Сегодня же.
- Твою мать.
- Господи.
Ты там как, живой?
- Да.
Вы не подержите?
- Давай. Подъём.
- Спасибо.
Вам повестки.
В суд.
Сто двадцать семь штук.
Сочувствую, бро.
- На меня подали в суд.
Практически все, с кем я знаком.
Это казалось бредом,
но потом я увидел это.
Бобби Аксельрод.
Конституционный иск по нарушению
четвёртой поправки.
Злонамеренное преследование.
Остальные в том же духе.
И все пришли одновременно.
Я думаю, он их финансирует,
и подозреваю, что для него
это будет делом всей жизни.
- Хотел бы я сказать,
что это твоя единственная проблема,
но Вашингтон следит за
расследованием Дэйка.
Он сказал Генпрокурору, что всплыла
какая-то платёжка с сильным запашком.
- Да. Это жены.
В её мире -
обычное дело.
- Вряд ли он этот так подает.
- Еще бы.
- Боюсь, ты попал, Чак.
- Да?
- Чак, в четверг жду тебя в моём
кабинете в Вашингтоне.
- Да.
Да, мэм.
Генеральный прокурор
собственной персоной.
Вызывает меня в Вашингтон.
Дэйк и правда сообщил
ей о платёжке.
И об этом она,
похоже, тоже знает.
Иду на ковёр в четверг.
Она меня тепло поприветствует,
пожмёт мне руку,
а потом уволит.
- Телефон, с которого я получил
наводку по теме расследования,
запинговался в Йонкерсе.
Посреди ночи.
- Мне должно быть не похер?
- Вы были в Йонкерсе в пиццерии,
когда виделись с Аксельродом.
И я думаю, что там вы услышали
нечто такое, что вас шокировало.
Вы знаете, что такое Роудс, Брайан.
Вы знаете, что он должен уйти.
А я знаю,
что мне звонили вы.
2 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Начато расследование на тему
тебя и твоих методов работы.
Его возглавляет
Оливер Дэйк.
- Платеж, полученный вашей
женой от Аксельрода.
Возможно, это и не взятка,
но выглядит именно так.
- Лоуренс Бойд нассал
мне прямо в глаза.
- Не пришёл? И что нам теперь делать?
- Бобби Аксельрод может пробежать
по Серенгети и не вспотеть.
- Ты в своём деле не хуже него.
А то и лучше.
- Не позволяй втянуть себя
в заранее проигранную битву.
- Победа будет быстрой, папа.
- Сэкономим десять миллионов баксов.
После стажировки останешься у меня.
- Да. Мне бы на твоем
месте так же казалось.
- Вам повестки.
- На меня подали в суд.
- Сто двадцать семь штук.
- Сегодня утром Венди была
в "Краков Кэпитал".
- Вы удивительно проницательны насчёт
того, как мы, хеджеры, мыслим.
- Да.
- Я не про "Акс Кэпитал",
я про самого Бобби.
- Он хотел тебя нанять?
- Да.
- Этот гондон хочет спереть
моего самого ценного...
- Я у тебя не работаю!
- Будем вести себя хорошо -
и один из нас получит место.
- Вы знаете, что такое Роудс,
вы знаете, что он должен уйти.
- Генеральный прокурор.
Вызывает меня в Вашингтон.
Она меня тепло поприветствует,
а потом уволит.
- Было время, когда о том, что такое
полёт, знали только два человека -
братья Райт.
В каком-то смысле, мы - это они.
Хотя в воздухе проводим
больше девяти секунд,
да и воздух этот
более разреженный.
- Но
как это сделать, Тодд?
Как не прервать свой полёт?
- Лучше всех это объясняет
древнегреческий поэт Пиндар.
"Стань тем, кто ты есть,
узнав, кто ты есть".
- Ты Пиндара от
"Пантеры" не отличишь,
а делаешь вид, что читаешь
классиков за завтраком.
Кто тебе написал эту хрень?
Лоренс Бойд, для меня вы
самый уважаемый игрок.
Но сама мысль, что Тодд Краков
или кто-нибудь ещё, но не вы,
считается главным экспертом просто
потому, что у него есть бабки, -
смехотворна!
- Я отвечу.
Это печальный факт
современного бизнеса.
У хеджеров типа Аксельрода
иссякли идеи, поэтому
они изворачиваются
и пытаются найти козыри.
Но я и не стремлюсь
ходить по краю.
- Да ну? А как же штраф в сорок пять
миллионов в Великобритании?
- Это...
Да кто поймет их законы.
- Ларри,
а вас сбивали с толку
британские законы?
- Нет. Некоторым из нас понятны любые
иностранные законы.
- Ларри, целые бригады
юристов из Спартан-Айвс
плюс местные из этих самых стран
следят, чтобы вы не облажались.
- Стоп-стоп,
я тут всего лишь рефери.
Не занимаю чью-либо сторону,
но вы перегнули палку.
- Прошу прощения.
- И не забудь извиниться
перед зрителями,
которые заплатили три косаря за то,
чтобы послушать твою трепотню.
- Акс, Акс.
- Предлагаю: если кто-то из
вас хочет продолжить беседу,
я и моя команда будем в баре.
- Ну да, наехал, убежал и спрятался.
Ты и с комиссией по ценным бумагам
ведёшь себя так же.
Но когда-нибудь
тебя прижмут.
- Краков,
верни бабки тому специалисту
по коктейльным вечеринкам,
который тебя готовил
к этой панели.
- Вдохновляюще.
Ладно, ладно, продолжаем.
Итак, глобальное потепление.
- Я уже вызвала машину, можешь ехать.
- В честь чего я уеду?
Потому что нехер красть
у меня сотрудников.
- Ты сам обосрался, я ни при чём.
Бесплатный совет, Акс:
не хочешь терять
ценного человека -
не выпускай его за дверь.
- А вот и Бойд.
- Извини, что так вышло.
- "Извини"?
Рика Флэра выпускают на ринг,
как раз чтобы зажечь толпу.
Я эту панель не
просто так выбрал.
Я знал, что ты дашь огня.
Теперь весь Уолл-стрит до
конца месяца будет страдать,
что их тут не было и
обсуждать "Спартан-Айвс".
- И попасть сюда на следующий год
они смогут только через тебя.
Я - бык, а у тебя
всегда красная тряпка.
- Чак, заходи.
Я взял бургеров по дороге.
- Не сыпь мне соль на раны.
- Не будешь? А я слопаю.
- Ну да.
Я слушаю.
- Сложная ситуация. Слишком
много старых дел подняли.
Соберешь их вместе –
и кажется, что есть нарушения.
Поэтому пресса так присосалась.
Плюс дело Аксельрода.
- Мы не выдвигали обвинений.
- Хорошо. У тебя условный иммунитет.
Дело могут прекратить прямо в суде.
- От судьи зависит.
Надо найти очень...
- Чак, я всё устрою.
Поэтому ты и пришёл ко мне,
а не к государственному адвокату.
- Государство меня не защищает.
- Ишь.
Так бывает только когда...
Да вообще не бывает.
- Да.
- Гонорар не нужен.
- Айра, давай как положено.
- Тысяча четыреста в час.
- Полцены.
Как близкому другу.
- Почему тебя не защищают?
- Генпрокурор вызывает
меня в Вашингтон.
Она меня уволит.
- Охренеть.
Дэйк.
- Да много чего накопилось.
Но это расследование
подмочило мне репутацию.
Я уже не выкарабкаюсь.
- Ну так докажи ей,
что ты - верный солдат.
- Да. Я об этом думал.
Новое дело,
которое одобрит прокуратура.
Вся слава, конечно, генпрокурору,
но времени-то нет ни хера.
- У неё много врагов, Чак.
Завали одного - серьёзного,
непробиваемого.
И тебя не тронут.
- Да, надо найти подходящую цель.
Очень приметную,
с которой трудно справиться,
и заменить меня уже не получится.
- Сколько у тебя времени?
- Три дня.
- Ты не знаешь, в чём дело?
- С этого момента
у вас новое задание.
Найти дело,
прямо-таки взывающее к правосудию.
Такое, за которое никто не рискнул
бы взяться. Даже если...
Нет, особенно
если оно кажется безнадёжным.
- С чего начинать?
- С топ-менеджеров хорошо
прикрытых корпораций,
которые кидают простых
американцев по-крупному.
Никто не понёс наказание
за финансовый кризис.
Мы попёрли на Уолл-стрит, но
получили только какую-то мелочь.
Это надо исправить.
- Нам бы как-то сузить
область поисков.
- Надо снова взяться
за "Акс Кэпитал"?
Мы же знаем, что...
- Нет-нет.
"Акс Кэпитал" обходим за милю.
Это не поможет.
- С чем не поможет?
- Включите воображение.
С нетерпением жду ваших
идей, у вас ровно сутки.
- Зачем ему безнадёжное дело?
- Это подозрительно.
И лучше обходить
всё это за милю.
- Акс, какой сегодня день?
День, когда надо
поиметь Тодда Кракова.
- С чего ты взял, что мне это надо?
- Эта панель - чисто
"Годзилла против Мотры".
- Что, и план есть?
Или мы просто переломаем ему
ноги на выходе из машины?
- Ну, короче, Краков что-то
там трепал про Китай. Так?
Я...
По его речам всё понятно.
- По его речам?
- Да. В том году он сказал:
"вижу, как растут заводы".
И я подумал:
"Как же он видит?"
- Мэфи, ты серьёзно?
Думаешь, я поверю, что ты
променял записи шоу Али Джи
на выступления
Кракова про Китай?
- Ну да,
это всё мой аналитик.
- Вот. Ну так давай его сюда.
- Здравствуйте. Я Тэйлор.
Местоимение - "они", "их", и "им".
- Понял.
У тебя две минуты.
- После вашей дискуссии с
Краковым мне пришло в голову
собрать его публичные
выступления за два года.
В январе шестнадцатого его
речи о Китае изменились:
он стал уверенным, знающим.
Думаю,
всё дело в спутниковых снимках.
- И что?
Все крупные фонды их используют.
Сколько машин на
парковке у "Уолмарта" -
настолько удачным для
них будет квартал.
Сейчас прикину.
Ты знаешь, с какой спутниковой
компанией он работает.
- "Эй-Ар Метрикс".
И, если Краков -
их крупнейший клиент...
- Самые просматриваемые снимки.
Именно они ему и нужны.
- Завод микропроцессоров
в дельте Чжуцзян.
- И теперь ты знаешь то же, что и он.
И, раз ты в моём кабинете,
ты знаешь то, чего он не знает.
- Китайцы подделывают почти
всю отчётность.
- Про это все знают.
Почему Краков встал на лонг?
Время истекает,
что было в январе шестнадцатого?
- Этот китайский завод резко ожил.
- Значит, иностранные инвесторы,
а на самом деле?
- Вышла статья о несоответствиях
между официальной отчётностью
и спутниковыми снимками.
- После этого, поняв,
что за ними наблюдают,
они начали гонять грузовики.
Спектакль для спутников.
Этот завод - липа. Ширма,
чтобы доить инвесторов.
И каков следующий шаг?
- Шортить...
- Я спрашиваю Тэйлор.
- Шортить китайцев,
в которых вложился Краков.
- Этого мало.
Как говорит Чанос,
"Китай - это свинья на ЛСД.
Не угадаешь, куда она кинется".
И кого же снабжает
эта липовая фабрика?
В чей пруд брошен камешек?
Узнаешь это - узнаешь, во что
реально вложился Краков.
Ты давно у нас?
- Три месяца.
Через две недели ухожу
в магистратуру.
Я стажёр.
- Ну как дела?
- Приветствую, дорогая.
- Привет.
Вроде бы,
Чак сегодня на работе.
- Я хочу поговорить с тобой.
Па дэван.
- Увидимся завтра.
- Я знаю, что такое "па дэван".
- Я искал свои запонки,
Чак брал их поносить,
но в спальне их не было.
- Вы заходили в мою спальню?
- Похоже, большая часть
костюмов Чака исчезла из шкафа.
- Вы не ради запонок
приехали из Бруклина.
- Чак живёт в клубе "Йель"?
В бухгалтерии кто-то накосячил,
прислал мне счёт за завтрак в тот
день, когда меня там не было.
Я попросил чеки и увидел подпись Чака,
поставленную в полседьмого утра.
- Да, мы разошлись.
Пока.
- И ты мне ничего не сказала.
Я спросил Чака прямо,
но он всё отрицал.
- Он врёт лучше, чем я.
- Это идиотизм.
- Да уж, странно,
что мы вам не сообщили.
- Потому что я бы сказал вам правду.
Это эгоизм
и плохо для детей.
- Дети никуда не уедут.
Они живут в родном доме.
Чак проводит с ними
три вечера в неделю.
- Я не об этом.
Я говорю об их наследии.
Как думаешь, проще или сложнее
будет для Кевина найти
своё место в обществе?
- Вы же хотели сказать:
"стать счастливее"?
- Они - будущее моей фамилии.
И твоей.
Думаешь, вы с Чаком единственные,
у кого был бардак в семейной жизни?
Если вы не начали бить
посуду и махать ножами,
значит, разберётесь.
Если кто-сто смотрит налево,
надо разбираться.
А не разъезжаться.
- Никто не смотрит налево.
- Ну а ты?
Неужели ты предпочитаешь
свои три вечера в неделю
положению первой
леди штата Нью-Йорк?
- Может быть.
А вы, если хотите продолжать,
идите к своему сыну.
- И пойду.
- Бобби.
Твой заказ готов.
С соусом из моллюсков.
- Спасибо, Бруно.
- Это мой племянник, Марко.
Его выбрали в администрацию
округа в Сэндикоте.
- Я Марк. Рад знакомству,
мистер Аксельрод.
- Садись, выпьем вина.
- Твоё?
- Собственными ногами давил.
- Слушай, мне надо бежать.
Дети голодные.
- Ладно. Чао, Бобби. Приятного.
- Рад знакомству.
- Занятой человек.
- Да.
- Ещё успеется. Успеется.
- Ты рассказала отцу.
- Он такой же, как ты, сам догадался.
- Ну него была теория.
Ты её подтвердила.
А он мне мозг выносит.
- Что там с судебными исками?
Почему я узнаю из газет?
- Показушные иски. Ничего не значат,
и обсуждать не стоит.
- Этот следователь, Оливер Дэйк.
- Я тебе про него говорил.
- Он меня сегодня допрашивает.
- Прошу, заходите.
Начнём. Чак,
вам всё ещё кажется,
что на вас нападают
некие незримые силы?
- Кэролин, вы не оставите
нас на пять минут?
Я не знаю, что ему говорить.
Он знает, что ты слил дело. Думает,
что я с этим связана.
Если он прочтёт мои заметки...
- Моей карьере конец. Я в курсе.
- Ты же эксперт в таких вещах.
Как мне себя вести, на каком
языке говорить?
Мне надо вызвать адвоката?
- Нет. Будет только хуже.
Не выкручивайся.
Отвечай на вопросы правдиво и ни в
коем случае не ври на протокол.
Не надо врать ради меня.
Я вряд ли выкручусь,
не хочу тащить тебя за собой.
Детям нужен хоть один
родитель на воле.
Ну что, позовём её?
- Ваши отношения с мужем
были здоровыми,
по вашему мнению?
- Всякое бывало.
- Когда вы перестали жить вместе?
- А это важно?
- До или после получения
пяти миллионов от объекта
его расследования?
- Мы разошлись прямо перед этим.
- Время вы выбрали подходящее.
- Вы женаты, мистер Дэйк?
- Это вас не касается.
- Значит, женаты.
Но недавно. Два года?
Надеюсь, вы не испытаете это на себе,
но развод не бывает подходящим.
- Если вы разошлись обоснованно...
- Вполне обоснованно.
- Да? Или вы притворились,
что разошлись, чтобы получить
деньги от Аксельрода?
- Это не связанные вещи.
- Получив деньги, как скоро
вы уволились из "Акс Кэпитал"?
- В тот же день.
- Какой насыщенный день.
Как бы Аксельрод
объяснил эту выплату?
- Это компенсация.
Бонус за предоставленную услугу,
очень сложный сеанс с самим Аксом.
- О чём же вы говорили?
- Я доктор медицины,
а это - частная информация.
Хотите меня запутать -
старайтесь получше.
Можете прийти с ордером,
арестовать меня,
но я вам ничего не
расскажу о моих пациентах.
- Мне просто интересно,
что можно сказать,
чтобы заплатить за
это такую сумму.
- Это общая сумма нескольких
бонусов от "Акс Кэпитал".
- Так пять миллионов -
это не большой бонус?
В каком запутанном мире
вы живёте, миссис Роудс.
Почему же Аксельрод стал
ценить вас ещё больше?
- В каком смысле?
- Вы
снабдили его информацией?
- Не уверена, что понимаю вас.
- Подробности расследования,
его статус - прошлый,
настоящий или будущий.
- Нет, ничего такого.
- Ясно.
Как вы думаете, ваш муж
действительно отказался от дела
Аксельрода, как сам уверял?
- Он сказал,
что да, я поверила на слово.
- Вы слышали, чтобы он обсуждал дело
с коллегами или по телефону?
- Не могу сказать точно.
- То есть, могли слышать.
- Да, могла.
- Потребуется ещё одна
формальная беседа.
- Слушайте, мне больше
нечего добавить.
- Подтвердите, что Чак
Роудс тайно руководил
расследованием дела Аксельрода.
Он ведь не отказался от него?
- Так мы всё решаем по телефону?
- Нет. В вашем кабинете.
И вы скажете всё, что мне нужно.
Или можно поесть
пепперони в Йонкерс.
И шефа пригласите.
Я могу изменить вектор вашего
будущего, мистер Коннерти.
Не забывайте об этом.
- Новая инфа по Кракову.
- Нет. Зови сюда умницу.
- "Аната-Тэк".
Производство носимых компьютеров.
- Я в курсе.
Групповуха из ведущих фондов,
Краков рулит вечеринкой.
- Да.
Два года назад дела
"Аната-Тэк" шли плохо,
но сейчас они растут
перед релизом флагмана.
- Он называется "Кольцо".
- Я в курсе про "Кольцо", Мэфи.
Отличный прототип.
Но смогут ли они
организовать поставки?
- Нет, если процессоры
поставляет липовый завод.
- Опаньки!
- Шорт два миллиона.
Разбудите, когда их акции
упадут на десять процентов.
Тогда и закрываем.
Будет весело.
Так.
Когда они все провернут, напиши в моём
твиттере: "Кто поставщик "Аната-Тэк"?
Очередные "Ламбер-Ликвидэйторс?"
Знак вопроса.
- В твоём твиттере?
Не слишком
ли это неприкрыто?
- Да. Не хочу тихариться,
пусть знают, что это я.
- Доктор Гас прибыл.
- Хорошо. Давай к нему всех
на обязательные сеансы.
- Вы упёртый, крутой,
тупой или нормальный?
- Простите?
- Это
одна из трёх стандартных
реплик в моём кабинете.
Вопрос, на который не ответить.
Если вы извиняетесь,
когда я сказал то, что вас смутило,
вы сами виноваты, мой друг.
- Как скажете.
- Я скажу так:
раньше мы жили в мире,
где вознаграждали тех,
кто хорош в своём деле.
А знаете, что за это
полагается теперь?
Вас дрючат.
Вы хотите, чтобы вас вздрючили, Бен?
- Нет.
Я чуть снова не извинился,
потому что почти ничего....
- И мы над этим поработаем.
Вместо "простите" скажите:
"Что за херню ты тут несёшь?"
- Ну мне как-то неудобно.
- Меня ваше удобство не интересует.
И "Акс Кэпитал" это не интересует.
Меня интересует, как сделать
из вас убийцу великанов.
Вы хотите стать убийцей
великанов, Бен?
- Можно.
- Что за херню ты тут несёшь?!
- Да. Я хочу убивать великанов.
- Молодец!
Мо-ло-дец.
- Я думал, мы обсудим, как аналитику
стать управляющим портфелем.
- Мы как раз об этом и говорим,
и вам до этого ещё очень далеко.
Твою мать,
да я вам тут просто необходим.
Свободны!
Скажите Гейл, пусть запишет
вас на будущую неделю.
- Вы подали судебный иск
против мистера Роудса.
- Да.
- Вы подозреваете его
в иных нарушениях,
не включённых в
официальное заявление?
- Подозреваю? Конечно.
Подозрений у меня полно.
Мне подозрительны
шведские столы.
Каждая форма Десять-Ка.
Мне подозрительно, что те,
на кого вы работаете, -
федеральное правительство -
садятся в лужу.
Да.
Этак выяснится, что мне и боксёрские
матчи кажутся подозрительными,
а Уоррен Баффетт и Билл Гейтс на самом
деле не так уж и любят друг друга.
Я даже подозреваю,
что на самом деле
вам не нужны очки.
- Нужны.
- По-моему, вы и так всё видите.
Но все это – подозрения, которыми я
готов делиться с вами, специалистом.
- Вы знали, что прокурор штата хотел
выдвинуть против вас обвинения
в связи со стрельбой,
устроенной вашим сотрудников?
- Да.
- Мистер Аксельрод находит
ваш вопрос неуместным.
Теперь он в курсе.
- В тот же день прокурор штата
отказался от этих обвинений,
а его жена получила от этой компании
пять миллионов долларов.
Весьма необычно.
- В вашем мире. Не в этом.
- Вряд ли судья или присяжные
сделают на это скидку.
- Мой клиент впустил
вас в порядке вежливости.
Никто в "Акс Кэпитал" не
работает по контракту.
Каждого из них мой клиент выбрал в
соответствии с их ценностью для фирмы.
- Кажется, вы неверно поняли
мои намерения, мистер Бах.
Минюст уполномочил меня
предложить максимум возможностей.
Мы готовы дать мистеру Аксельроду
юридическую неприкосновенность,
если он подтвердит, что эти
пять миллионов на самом деле
были взяткой прокурору штата.
В конце концов,
хеджевый фонд есть хеджевый фонд,
но мистер Роудс отвечает перед
высшей властью - правосудием.
- Затаили дыхание.
- Мы с вами свяжемся.
- Излагай.
- Если ты согласишься,
скажешь, что это была взятка,
твоя репутация пострадает, но
Чаку Роудсу придёт конец.
Потому что, хоть
это и не взятка,
факты красноречивы.
Он будет опозорен.
Уволен из прокуратуры, осуждён.
Но под суд пойдёт и Венди Роудс.
- Индонезийская.
- Боже, да.
Ты прямо услышала глас моего желудка.
Спасибо.
- Ну как дела?
Нашёл Чаку серьёзное дело?
- Не. Пока нет.
- Может, объединим усилия?
У меня есть кое-что.
Но из твоих уст
эффект будет лучше.
- Нет. Я думаю,
ты и сама прекрасно справишься.
- Я знаю, о чём ты подумал.
Мы все об этом думаем.
Тут что-то нечисто, и никто из нас не
хочет попасть Чаку Роудсу в паутину.
- Понятия не имею, о чём ты.
- Я вижу так: кто найдёт безнадёжное
дело, возглавит уголовный отдел.
- Вариант:
тот, кто найдёт безнадёжное дело,
это самое дело должен выиграть.
А если проиграет -
окажется в жопе.
- Вот и Коннерти так думает.
Поэтому я сижу здесь.
- Коннерти так думает или делает вид?
- Несколько бывших помощников
прокурора собирается
выступить против тебя.
- Твою мать. Кто?
- Пока без имён. Заявляют,
что ты своенравный и требовал, чтобы
они угрозами выбивали признания.
- Херня какая.
- Это серьёзный минус, теперь
судья уже не скинет дело.
Как твой адвокат,
я рекомендую хотя бы
подумать о соглашении.
- Нет.
Никогда. Не могу.
Любое признание вины
поставит под удар всё.
Каждое выигранное нами дело
окажется под вопросом. Нет.
- Нельзя мыслить так радикально.
- Я буду отбиваться вплоть
до самого суда.
- Старик,
да пойми ты,
сто двадцать семь дел.
Если проиграешь хоть несколько,
станешь банкротом.
При плохом исходе сколько денег
в твоем трасте хорошо ли он защищен?
Может,
лучше выведешь его за границу?
- Это "слепой" траст,
и я публично заявил,
что, пока я прокурор, не могу ни
брать деньги, ни управлять ими.
- Хоть какой-то плюс, если уволят.
- Да, быть юристом намного лучше.
После работы идёшь домой,
ложишься спать.
А когда ты клиент -
попробуй засни.
А я-то думал, почему
стол на четверых.
- Тайга. Из спортзала.
А тебе - её подруга.
- Нет. Я же тебе говорил.
- Да она классная. Художница,
у неё выставка в Сохо.
Или в Квинсе.
Нет, в Хобокене. Она клёвая.
- Привет.
- Привет.
- Чак.
- Очень приятно.
- Привет. Айра.
- Николь.
- Тайга.
- Очень приятно.
- Попробуйте "Зелёную мечту".
Здешний бармен
делает её на воде.
У них открылся новый фитобар -
ничего лучше в мире просто нет.
- Хозяин этой компании - мой клиент.
У меня есть подарочные карты.
- "Аната-Тэк" поползли вниз.
Мы закрылись.
- Открывай шорт опять.
Если их так подкосил один
твит, значит, они в ужасе.
Бросим камушек - вообще рассыплются.
- Понял.
- Потом дохлая кошка отскочит.
Как поднимутся на один процент,
снова начинай торги.
Свалятся где-то на половину.
- Ясно.
- Где Вагс?
- Пришёл.
- Давай, пусть Вагс послушает.
- Наезд на Кракова,
твоя к нему враждебность -
что всем этим движет?
Ты так обозначаешь стратегию?
Если ты будешь посдержаннее...
- Посдержаннее?
Глянь-ка себе под ноги, а то
ты не врубаешься, куда попала.
- Это моя работа.
- Твоя работа - следить, чтобы
вестготы не проникли за стены,
а не критиковать Цезаря.
- Да нет, это умный вопрос.
- Краков в курсе твоей неприязни.
Он может рассчитывать на
поспешный экономический ответ.
Возможно, это ловушка.
- Скажи Мэфи.
Не трогайте "Аната-Тэк",
пока Доллар не даст отмашку.
Это твоя тема - знать,
что у меня на душе. Что с тобой?
- Всё отлично.
- Хорошо. Для тебя
как раз есть работа.
Нужна диверсификация.
И я не про портфели.
Мне нужны фундаментальные изменения.
Мы не можем вечно жить за стенами.
Грядут перемены.
Будь в курсе.
Ищи.
- Я не чувствую в ваших
идеях оригинальности.
Чем ещё порадуете?
- Мы изучили Ай-Ти-компании,
любимчиков прессы, косящих под Гугл.
Они лицемеры.
Скрывают от налогов миллиарды.
- Нет.
Будьте умнее, думайте шире.
Мне нужна история с
жертвами и злодеями.
- А если заняться "Спартан-Айвс"?
Самая крупная рыба.
- Нет, спасибо.
Это же пансион для
министров финансов.
Если мы там хоть как-то накосячим -
пойдём в бармены по кабакам на отшибе.
- Он прав. Нам как раз нужно
прямо противоположное.
Слушайте, я понимаю.
Понимаю. Нас всех растили
в культуре безупречности.
Отличники, "Фи-Бета-Каппа",
уголовный отдел.
У тебя были четвёрки, Кейт?
- В третьем классе, по рисованию.
Но я потом исправила.
- Да.
Никто не хочет рисковать
и оказаться в лузерах.
Но поймите, что это -
не азартная игра.
Это просчитываемый риск.
Так что выпрыгивайте
из штанов,
но найдите мне мощное,
сногсшибательное и охеренное дело,
потому что никто из вас
ничего не достигнет,
пока не вывернется наизнанку.
В чём дело, Брайан?
- Мы делаем всё, что можем
в данных условиях.
- А по-моему, вы еле ползёте.
Это сложная задача.
Развитие нашей моральной миссии.
Ты ведь обычно задницу
рвёшь ради подобных дел.
- Нужно время.
Завтра что-нибудь уже будет.
- К концу сегодняшнего дня.
- Точно.
Тебе же завтра в Вашингтон.
- Лонни.
Не хочешь работать вместе -
ну и ладно.
Но не сливай мои идеи, пока я...
- Я оказал тебе услугу.
"Спартан-Айвс" не годится, потому
что Чак кое-что скрывает.
- Слушаю.
- "Спартан-Айвс"
дружит с прокуратурой.
Лоренс Бойд и генпрокурор
вместе учились в "Хорас Манн".
А Чак пытается найти...
- Врага.
Хочет принести трофей.
- И я нашёл.
Слитая из прокуратуры
электронная переписка.
Вот такое дело ему нужно.
- А почему не отдашь Чаку сам?
- Из твоих уст эффект будет сильнее.
- Ты и правда думаешь,
что поиски дела - это ловушка.
Но, если нет,
ты не хочешь, чтобы все
почести ушли Коннерти.
- Может быть.
А, может быть, всё будет хорошо.
Для тебя.
- Или плохо.
Мне всё равно.
Я всё равно отдам это Чаку.
Потому что так правильно.
- Так хочет Чак.
Но правильно ли это?
- Так. Перерыв.
- Я подумала о твоих словах.
Насчёт следующего этапа.
Давай начнём вместе. Бизнес.
- Интересно.
Какой?
- Не знаю.
Что-то уникальное.
То, что нам подходит.
- На складе ничего. Грузовик пустой.
Обычная липа.
Если надо, могу ещё накопать.
Китайская экономика
так и работает.
Мой человечек любит...
- Давай по теме.
- "Аната-Тэк" ничего не производит.
- Тэйлор правильно думает.
- Она засекла это из космоса?
- Не "она".
Они.
- Сделай так, чтоб стоял, и применяй!
Он свою бабу полгода не трахал.
- А разве
можно об этом рассказывать?
- Мне чхать, что "можно".
- Добро пожаловать на борт.
- Спасибо. Я тут благодаря тебе,
а память у меня - как болт у слона.
А когда твоя очередь? Хочешь, сейчас?
- Меня это распоряжение не касается.
- Точно?
Тут многое меняется.
А там - ещё больше.
И до тебя дойдёт.
Такие, как мы, не молодеют.
Приходится драться за ошмётки того,
что было нашим по праву.
- Нет.
- Тогда я угощу тебя стейком.
- Не стоит.
- Меню "омакасэ" в "Наказава".
- А ты хорош.
- Ты общалась с тем,
кто слил переписку?
- Час назад. Говорит,
это ещё не самое худшее.
Гендиректор Уильямс был в курсе, мог
остановить, но велел продолжать.
- Журналистика факта.
Это дело, конечно, не выставочный
экземпляр, но хороший старт.
Запроси бумаги компании.
- Сделаю.
- Высший класс.
- Мистер Роудс, я знаю хороший бар
неподалеку от генпрокуратуры.
Открыт с утра.
- Нет нужды. Соедини меня
с новым заместителем.
- Буду рад свести тебя с
Фредом Рэйесом. А причина?
- У меня есть кое-что
для генпрокурора.
- Значит, я своё дело сделал.
Не волнуйся.
Рэйес знает, кто ему помог.
- Адам.
- Фредди, Чак Роудс на линии.
- Чак.
Спасибо, что замолвил
словечко. Я это ценю.
- Я рассчитываю на гармоничное
развитие отношений.
- Чак, насчёт завтра...
- Всё нормально. Просто
передай прокурору,
что я собираюсь заняться
торговым гигантом "Гуд-стоп".
Они кинули сотрудников на
миллионы за переработки,
а следы заметали
на высшем уровне.
- И ты можешь это доказать?
- Улики на руках.
Мы только начинаем,
но Курт Уильямс грязно играет.
- Тот же самый Курт Уильямс
анонимно спонсирует активистов,
от которых у генпрокурора
пердак горит.
Вот это совпадение, Чак.
Она много лет мечтает
их завалить.
- Я с ней переговорю.
Думаю, она согласится
пообщаться.
- Весьма благодарен.
- "Аната-Тэк" задыхается.
Цена упала вдвое.
Краков уволил гендиректора.
Сделаешь заявление?
- Нет. Я уже всё сказал.
Поздравляю с отличной работой.
У нас сегодня хороший день.
- Спасибо, что поддержали
идею. Я это ценю.
- С чего это?
Ты же не хочешь тут работать.
Рисковать тебе нечем.
Так с чего бы?
- Не люблю ошибаться.
- Нет.
Тут что-то другое.
Ты меня испытываешь.
Даже сейчас.
Тебе интересно,
замечу ли я тебя,
увижу ли то, что видишь ты.
- Мне интересно, правду
ли про вас говорят.
- Правду. Так почему ты уходишь?
- Хотелось пообщаться с вами.
- Бесплатный совет:
одного раза мало.
Семьсот пятьдесят в год.
Двойная стартовая для аналитика.
- Я иду в магистратуру к Юджину Фама,
нобелевскому лауреату.
- Да брось, Фама яйцеголовый.
Получишь образование у меня.
Зарплата миллион в год.
Что?
Триста пятьдесят, семьсот
пятьдесят, миллион, тебе всё рано?
Тебя это лишь отвлекает?
- Не знаю, поймёте ли вы,
может, это лишь моя
особенность, но
даже здешний воздух
выбивает из колеи.
- Воздух разреженный.
Да.
Тебе тут не место.
Ты вне всего этого.
Иногда ты замечаешь,
что наблюдаешь за людьми как
за каким-то иным видом.
Ты отступаешь
за стенки
аквариума и наблюдаешь.
Но ты не понимаешь, Тэйлор:
это стекло - не барьер.
Это линза.
Это плюс.
Это преимущество.
Ты всё видишь по-другому.
Это козырь.
- Оплата по неделям.
- Хорошо.
Распределим миллион.
Девятнадцать...
- Девятнадцать двести тридцать
и семьдесят семь.
- В час?
Двести сорок и тридцать восемь.
- Сто четырнадцать и сорок семь.
- Восемьдесят часов?
- В неделе сто шестьдесят
восемь часов.
Вот за что вы платите. За всё.
Круглые сутки.
- Ладно, Вагс, позвони завтра,
получишь остальное.
- Кажется, я придумал.
Ты как с футболом?
- Какая команда?
- Не знаю, но с банкирами общаются
насчёт продажи франшизы.
- Хорошо.
Копай дальше.
- Спасибо.
- Акс?
- Чего-то хотел, Тодд?
- Сколько часов ты потратил,
изучая мои позиции?
- Оно того стоило. Особенно тебе.
- Ты меня сделал, Акс. Признаю.
Но ничего, мы ещё поквитаемся.
- Я не на работу пришёл наниматься.
- Судя по твоему лицу, ты вообще
не знаешь, зачем пришёл.
- Не могу торчать в офисе.
До чего дожил, единственный,
к кому могу обратиться, -
это вы.
- Таковы последствия игры.
Хорошо, что ты позвонил.
- Всё стало каким-то запутанным.
Почти неузнаваемым.
Когда я учился у вас на юрфаке,
мы очень мало говорили...
- Об изменениях?
- Да.
- Я хотел сказать: "Когда вы покинете
эти стены, то, что вы будете делать,
ничем не напомнит вам идеалы,
что о которых мы говорили
и читали в учебниках".
- Среди сотрудников в
офисе у меня нет друзей.
Была одна женщина,
коллега.
У нас что-то начиналось.
Но
она увидела, какой я, во что
превращаюсь, и всё закончилось.
- Ты думал, что в таком гадюшнике
возможны настоящие отношения...
- Я ни на что не рассчитывал. Кроме,
наверное, общей миссии.
- Но ты остался.
Ты остался верен Роудсу.
- Я уже не могу говорить о морали.
Уголовный отдел. Если меня
сейчас так раздирает...
- Всех лидеров всегда
терзают такие сомнения.
Но тебе нельзя останавливаться.
Ты должен понять, что значит занимать
этот кабинет, принимать решение.
И разрешить конфликт между тобой
внутренним и тобой в кабинете.
- Может, я и продержусь
до этого момента.
- Да хер ему, а не работа.
Потому что не умеет ничего!
Лох какой-то.
- Сраные мобилы. В этом храме.
- Ни хера не умеет. Слышь.
- На рыбу имбирь не кладут.
Он должен очищать вкус,
а не забивать его.
И соуса там уже вполне достаточно.
Можно не топить в соевом.
- Отвянь, мистер Мияги.
- Нет.
Не отвяну, безбожники херовы.
Этот человек - художник.
Он десять лет учился,
как готовить тамаго.
Яйцо.
Яйцо!
Толщина кошельков не даёт вам права
срать на произведение искусства!
- Так, ну всё.
- Тихо-тихо! Спокойно! Тихо, Вагс!
- Сука. Отбой.
Это Майк Вагнер.
"Акс Кэпитал".
- Приношу свои извинения.
- Извини, что так вышло.
Я как-то слишком раскрылся.
- Да, есть такое.
Мне понравилось.
Это настоящая страсть.
Может, нам с тобой
помахать кулачишками?
Я тебе открою секрет Полишинеля.
Трейдеры, с которыми я вожусь, -
это подростки какие-то.
А ты -
ты Майк Вагнер.
Только ты спросил бы себя:
где ты сейчас?
Почему у тебя внутри такой смерч,
что ты потерял берега
из-за такого щенка?
- Не так уж всё и плохо, раз ты не
снял со стенки фото генпрокурора.
- Папа,
насчёт нас с Венди.
- Ты хотел это утаить.
Нет.
Такие вещи всегда
становятся явными.
- Суть нашего разрыва в том,
что нам нужна свобода.
И я думаю,
это касается и тебя.
Поэтому я прошу тебя...
- Я тебе кое-что принёс.
До меня дошло, что твоя
проблема - в деньгах.
Так было всегда.
- Не согласен.
- У неё их больше,
чем у тебя, а это неестественно,
но лишь потому, что у тебя всё
завязано на траст, которым
нельзя пользоваться.
Короче говоря, ты калека.
- Я получаю иные плюсы.
- Но у меня есть решение.
Моя подпись как
доверенного лица –
и траст работает на нас.
- Уже?
- Я купил кольцо.
- Я же на работе.
- Это не подарок.
Я купил его на твои деньги.
Отдай его Венди.
Покажи, что ты настроен
сохранить ваш союз.
- Нет. Нет.
Не годится, она не такая.
- Кольцо стоило
шестизначную сумму.
Они все такие.
- Когда там у тебя начало?
- Стаки Браун говорил, что, когда у
него в спальне наверху была женщина,
в дом вошла его жена.
- Папа, мне надо...
- Стаки позвал её и сказал:
"Элизабет,
если твоя нога не
коснётся ступеньки,
я переведу на твой
счёт два миллиона".
- Ясно.
- И что она сделала?
- Не знаю.
- Она вышла из дома на улицу.
Возьми кольцо. Это бальзам.
Это способ...
- Спасибо, папа.
Я очень ценю твой поступок.
Правда.
И прости, что я
тебе не рассказал.
Я знаю, тебе обидно.
- Да нет, не обидно.
- Но я не могу взять кольцо.
Я никак не могу касаться траста.
В этой жизни или в следующей.
Это было бы
неэтично.
Придётся его вернуть.
- Ты говоришь как смертельно больной.
- Наслаждайся спектаклем.
Посади его в машину.
Да.
Слушаю, Фред.
- Я недооценил ситуацию, Чак.
Ей это не интересно.
Говорит, дело Уильямса
будет большой удачей
для того, кто займёт твоё место.
- Понял.
- Увидимся завтра.
Хотел бы я сделать больше.
- Прости, что я пропустил концерт.
День просто жесть.
- Ты не передо мной извиняйся.
Перед дочерью.
Я поговорила с Оливером Дэйком.
Ни в чём таком опасном
признаваться не пришлось.
Но дальше у него по
плану твой самоотвод.
И он не остановится.
У тебя опять такое лицо.
- Что, так заметно?
- У меня есть упражнение
для пациентов, называется "Разворот".
Когда они совсем теряются,
так зацикливаются, что не способны
разглядеть, что их драгоценные акции –
полное фуфло.
Кто-то может сократить потери,
но лишь немногие способны
осознать проблему,
развернуться и понять,
что надо открывать шорт.
Ты на это дело претендент,
потому что, какие бы
решения ты ни принимал,
они явно не работают.
Разворот, Чак.
Разворот, Чак.
- А если заняться "Спартан-Айвс"?
Самая крупная рыба.
- Ари Спирос.
- Окажи мне одну услугу.
- Корнблут.
- Я хочу заявить, что
комиссия по ценным бумагам
не планирует расследовать дела
"Спартан-Айвс" или Лоренса Бойда.
А вот за прокурора
штата не ручаюсь.
- Нет, я не могу подтвердить.
- Вы отрицаете, что Лоренс Бойд стал
объектом расследования?
- Прокуратура штата могла
взяться за такое расследование
против серьёзной компании,
находящейся в дружеских отношениях
с администрацией,только при полной
поддержке генеральной прокуратуры.
Но нет.
Я не подтверждаю.
- У вас нет никаких комментариев?
- Поздравляю.
Если я уволю вас сейчас, получится,
что прокуратура защищает Бойда,
мешает следствию.
- Под следствие можете
попасть даже вы.
- Считаете себя лихим игроком?
Копать под "Спартан-Айвс"
просто глупо.
- Тот, кого хотят уволить,
может либо смириться с этим,
либо отбросить
всякие ограничения.
А я ни с чем не смирился.
- Вы много работали.
А теперь вы на линии огня
и тащите меня за собой.
- Вовсе нет.
Если я выиграю,
Бойду конец, и мы
вместе это отпразднуем.
А если я проиграю -
провал будет только моим.
- "Бойду конец".
Думаешь, это так просто?
Не зря ведь никто не пытался.
- Давайте, развлекайтесь на здоровье.
Уволю вас через пару месяцев,
когда всё поутихнет.
Вы всего лишь выиграли время.
- Мне вчера сообщили то,
чего мне так не хотелось:
под меня копает Чак Роудс.
Я всю жизнь был образцом честности,
именно чтобы избежать этого.
Но
он копает.
Ты с ним столкнулся.
Столкнулся с ним и вышел сухим.
Поделись опытом,
научи, как выиграть.
Ты поможешь?
- Что-то я не помню твоей
надёжной руки на моём плече,
когда в беду попал я.
Зато я помню, что ты,
образец честности на Уолл-стрит,
обходил меня за версту, чтобы
моя вонь до тебя не долетала
и тем более - не липла.
Пока я не решил:
пора ответить.
Ты сволочь?
Ведь, чтобы сразиться с
Роудсом, надо ей быть.
Да, конечно, будут адвокаты.
Но правил не будет.
Если ты хочешь выиграть.
Придётся проползти
через реку говна
и рисковать тем, что сдохнешь
в ста метрах от победы.
Придётся быть готовым делать то,
что решительно выходит за
пределы общепринятой морали.
- А как, по-твоему, я забрался
на самый верх "Спартан-Айвс"?
3 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Роудс попал под
расследование за свои фокусы.
- Мне скрывать нечего.
Окажу полное содействие.
- Так или иначе,
но я узнаю правду.
Запомните.
- Ты залез в мой компьютер,
открыл мои файлы и
прочитал мои заметки.
Ты украл нужные улики.
- Я подумывал взять вас на полную
ставку, но, раз вам можно доверять,
я точно этого хочу.
- Я объявляю войну Кракову
и мне нужна пехота.
Покончим с этой хренью.
Стекло -
не барьер.
Это линза.
Это преимущество.
Ты всё видишь по-другому.
Это козырь.
- Генеральный прокурор.
Вызывает меня в Вашингтон.
Она меня уволит.
- Завали её врага -
серьёзного, непробиваемого.
И тебя не тронут.
- Научи, как выиграть.
Ты поможешь?
- Придётся быть
готовым делать то,
что решительно выходит за
пределы общепринятой морали.
Когда я впервые пришёл сюда,
я сидел на твоём месте.
- Так ты в детстве
футболом не увлекался?
- Увлекался,
но исключительно по телевизору.
- Телевизор - это прекрасно,
но здесь ты становишься
частью чего-то особенного.
- Это правда.
Вот я и думаю почаще
выбираться на футбол.
- Бобби, я не знаю,
кто твои источники,
но они мастера.
- Значит, франшиза продаётся.
- Об этом объявят в ближайшие дни.
- Ну когда я вступлю в торги,
надеюсь на твою поддержку.
- Конечно.
Они прогонят тебя через огонь и воду,
и плевать, сколько у тебя денег.
- Это понятно. Пытаюсь прикинуть,
где будет моё место.
- Точно не здесь. Моя команда
не продаётся, Бобби.
- Ну да.
- И как дети реагируют,
что вы живете с ними по очереди?
- Нормально.
- Не очень.
Кевин постоянно
твердит про клятвы.
- Он опять об этом?
- Не напрямую, но да.
Когда мы разошлись,
Кевин разозлился,
повернулся ко мне и сказал:
"Я думал, клятва -
это обязательство".
- Мы записали его к психологу
и сами стали ходить к вам.
- Вчера он залез ко мне в кровать
и попросил поклясться ему.
- Он имел в виду что-то конкретное?
- Много чего.
Сначала он попросил поклясться,
что я его не брошу.
А потом попросил поклясться, что
мы снова будем вместе.
- Что ты ответил?
- Что мама с папой
пытаются всё решить,
и не факт, что это получится,
но я обещаю,
что мы всегда будем любить их с Эммой
и что они для нас важнее всего.
Это моя самая священная клятва.
- Он прекрасный отец.
- Скажите ему об этом.
- Чак, ты замечательный отец.
- А ты замечательная мать.
- Не каждая пара способна
сказать такое друг другу,
испытывая гнев и
неопределённость.
Это и есть близость.
Попробуем её сохранить.
Что ещё вас беспокоит?
- Деньги.
Клуб "Йель" - не самый дешёвый.
Можно снять дом с
раздельными квартирами.
- Мне и у сестры неплохо, но, думаю,
тебе лучше найти своё жильё.
- Ну да.
Слушайте, трудно не заметить,
что вы как бы взглядами
переговариваетесь.
- Чак, это не заговор.
Я не хочу говорить за Венди,
но есть ощущение, что вы хотели
как-то среагировать, но не стали.
- Договор аренды -
это обязательство.
- В смысле, финансовое? То есть...
- Я надеялся, что мы расстаёмся не
на такой длительный срок, чтобы
нам потребовались реквизиты, кредитная
история и гарантии платежей,
но ничего.
Я просто
что-нибудь продам.
- Чак,
тебе придётся смириться
с реальностью.
Проблема серьёзная.
Очень глубокая.
- Я понимаю.
- И это тоже близость.
Но это сложнее принять.
- Ты в твиттер заходил?
- Представим, что нет.
- Краков твитнул:
"Не терпится снова надавать
пинков "Акс Кэпитал"
завтра вечером на покере.
Хэштег "кубок альфа".
В трендах по всему Нью-Йорку.
- Не отвечай.
Хочет встать на табуретку и просраться
на всю сеть - вперёд и с песней.
А мы своё скажем за столом.
- Его команда рвала нашу
четыре года подряд.
Он круто шпилится в карты.
Очень круто. Фил Лак
называет его волшебником,
мол, в ГТО-покере
уделает всех.
- Так иди к нему работать.
- Нет, спасибо.
Со всем уважением, деликатностью
и сожалением:
он лучше тебя.
- Это я вижу.
Лицом к лицу он лучше.
- Так что, не играем?
- Нет.
Мы лишим его козырей.
Это вчерашний прикид или новый?
- А, может, я не хочу отвечать.
- Тогда хоть душ прими
перед работой.
- Уже принял.
- Значит, прими ещё разок.
- Говорят, Тиш тебя поддержит.
- Похоже на то.
- Жаль, я не могу
за это взяться.
Две последние проданные
команды – наша работа.
- Да. Вот что делает с людьми
Чак Роудс. Лишает их дела всей жизни.
- Он сталинист.
Сначала приговор, потом суд.
Он не обвинил никого из моей
фирмы, даже повесток не было.
Просто одними
инсинуациями и намёками
поселил в головах людей
мысль о том, что мы жулики.
Как тактик
я в восхищении.
Как мишень...
- В старые времена, когда
облечённый властью
использовал власть ради
собственной выгоды...
- ...он попадал прямо в петлю.
- Да.
- Но
он и сам успевал
перевешать полгорода.
- Значит,
надо спалить виселицу, пока
он до тебя не добрался.
- Он готов?
- Да.
Сделает всё, что потребуется.
- Скорее бы с ним познакомиться.
- По наблюдению что-нибудь есть?
- Роудс не дает
повода прицепиться.
Никаких лазеек.
- А ты найди.
Холл,
его имя преследует меня во сне,
онзанимает все мои мысли.
Я постоянно о нём думаю, прямо
как молитва, мать её. Найди лазейку.
- Вы тут что, поспорили
друг с другом?
Первый, кто упомянет Лоренса Бойда,
угощает всех сахарной ватой?
- Просто сказать нечего, шеф.
- Да ну?
- Всё, что есть, теории.
- Настал решающий момент Коннерти
лажает как Скотти Пиппен.
У тебя мигрень, что ли?
- Чак, ты несправедлив
к Пиппену.
Он пережил личную утрату.
- Мне насрать. Лонни,
что скажешь?
- Я решил покопаться
в их инверсиях.
Они столько наличных
хранят за бугром,
что наверняка есть
проблемы с налогами.
- И как?
Так что, никаких следов
манипуляций со счетами?
Пенсионеры не получали
ложных консультаций,
не брали завышенную ипотеку? А может,
шлюхи для клиентов-иностранцев?
Хотите сказать, нет вообще ничего?
- Пока ничего.
- Я кое-что нашла.
- Прошу.
- Стюардесса с частного
самолёта "Спартан-Айвс"
продала немного акций
перед самым поглощением.
Заработала двадцать
четыре тысячи.
- Ну подслушала что-то.
Это не взаимная выгода,
нет преступления.
- Я знаю.
И ты знаешь.
Мы оба с юрфака.
А она - нет.
- Работай.
А ты ей помоги.
- Чак! Сколько ступенек отделяет
стюардессу от Лоренса Бойда?
- Вот ты мне и скажешь.
Или не скажешь.
- Ты на что-то намекаешь?
- Да.
Намекаю.
- Что такое "Кубок Альфа"?
- Благотворительный турнир по покеру.
Победитель решает, какому
фонду отдать выигрыш.
Там пятнадцать лямов.
- А почему ты спрашиваешь?
- Потому что Акс позвал
меня играть вместе с ним.
- Ну ни хера себе!
Нехер пялиться.
Это моё место.
- А по-моему, это моё место.
Я за него заплатил и отдаю тому,
кому захочу.
- Акс, мы же играем
вместе три года.
Я каждый раз почти попадал
за финальный стол.
- Да, что переводится как "я три
года подряд не попадаю в финал".
Знаешь, чем мне нравится
национальная футбольная лига?
- Чирлидершами?
- Ну да, когда мне было лет
двенадцать. Но я уже взрослый,
поэтому - контрактами.
В НФЛ самые
низкие гарантии.
Подписываешься на семь лет
за сто двадцать лямов,
но один раз обосрался - получаешь
пинка и снова обиваешь пороги.
- Ты меня выгоняешь.
- Ну я бы так не сказал, но да.
- Меняешь на эту...
- Тихо.
- На Тэйлор?
Теперь все мои
достижения под вопросом.
- Тодд.
- Это вам.
В качестве извинений за то, что
поставил вас в неловкое положение.
- Я так плохо выгляжу, что меня нужно
отправить в спа на пять тысяч?
- Так, будто никогда сами не пойдете.
Поэтому вот.
- Так вы - мой личный Далай-лама?
- Прошлым летом я побывал у ринпоче.
Могу вас познакомить, если хотите.
- Зачем вы пришли?
- Завтра я участвую в кубке "Альфа".
- Вон оно что.
- Да, и я бы хотел пригласить
вас в качестве коуча.
За хорошее вознаграждение.
- Нет.
Мы это уже проходили.
Вам нужны сведения об Аксе...
- На турнире будет много
злодеев, Акс лишь один из них.
Я хочу быть в наилучшей форме.
Вы были правы, страшно, когда
на тебя давят. Признаю.
- Я подумаю.
- Я предлагаю вам реальный шанс
проявить себя в индустрии
как во всех смыслах
независимую от Акса единицу.
Топовые хеджеры
увидят в вас ресурс,
а не его свиту.
- Если бы вы так считали,
то не пришли бы сюда.
- Я и не считаю.
Но я - это я,
а мы с вами знаем, что в
этот бизнес лишён мудрости.
- Вы не принимаете отказ, да?
- Периодически я его слышу,
но меня это никогда не касается.
- Для меня очевидно, что ни к
каким этическим нарушениям
вы не были причастны.
- Мне лестно, разумеется,
но откуда вы знаете?
- Во-первых, мне ещё
никогда не попадались
насколько скрупулёзно составленные
юридические отчёты, как у вас.
Даже
не знаю, как вы успеваете.
- У меня нет личной жизни.
- И во-вторых,
вы единственный человек
в этом офисе, кто обнаружил
скомпрометированного сотрудника.
Вы член почётного комитета Принстона.
Вы здесь не для того, чтобы угодить
в скандальную ситуацию.
- Иными словами, рыбак рыбака.
- Но настолько
чувствующий человек
не мог не заметить
какие-то вибрации,
если не грохот,
сигнализирующий о нарушениях.
- Не заметила.
Если что-то и было,
я не в курсе.
- Спасибо, мисс Сэкер.
- Спасибо за предложение,
но я не могу.
- Что именно не можешь?
- Предпочитаю не играть.
- Но ты же умеешь?
Какой у тебя ник?
- Думаете, он у меня есть?
- Твой возраст. Навыки.
Здесь у каждого есть ник.
И в старших классах,
когда все
ковырялись с домашкой
или курили под мостом,
у тебя была куча
свободного времени.
- Зак-Коди-Восемь-Девять-Два.
Играю онлайн с двенадцати лет.
- Небось, ещё и не за одним столом.
- За шестнадцатью одновременно.
Но с покером покончено.
- После поступления?
В чёрную пятницу?
- Начались игры в реале.
Против однокурсников,
выпускников, профессоров.
- Пришлось адаптироваться к темпу.
К новым информационным полям.
- Да.
Дела шли неплохо,
но появились новые интересы.
- Интересы?
- Мериться длиной хоботов -
это не для меня.
Вы ведь
всё это уже знаете.
Вы не угадывали.
- Слушай,
мне очень надо победить.
Я поручил кое-кому поискать.
Когда я взял твоё резюме,
то увидел знакомство
с теорией игр.
Копнул поглубже.
А чем я себя выдал?
- Тем, как слушали мои ответы,
как кивали головой.
Это не было новой информацией.
- Я могу убедить тебя
попробовать ещё разок сыграть?
- Предпочитаю не играть.
Меня тошнит от таких
соревнований.
Я в буквальном смысле
плохо себя чувствую.
- Хорошо.
Ладно.
- Итак, Микаэла,
мы выяснили следующее.
Вы и раньше приобретали
ценные бумаги,
но восьмого апреля вы вложили
все свои сбережения,
сто семнадцать тысяч долларов,
в акции "Дассан
Интернэшнл Поташ" -
за два дня до поглощения и
последовавшего роста цен.
Вы разбираетесь в поташе?
- Нет.
- Просто интересуетесь?
- Что?..
- Ах да. Вы же
стюардесса на самолёте,
принадлежащем банку, который
профинансировал поглощение.
- Вы так говорите, как будто...
Она так говорит, будто я
сделала что-то плохое.
Я думала,
что наконец-то поступаю разумно.
- Вы знаете, что извлечение
выгоды из внутренней информации -
это преступление?
- Вы намекаете на тюрьму?
Полагаю,
мне может понадобиться адвокат.
- Пора выводить Сэкер.
- Если вы не считаете,
что сделали что-то плохое...
- Простите, что помешала.
Мисс Сэкер, вас вызывает мистер Роудс.
Это срочно.
- Я просто хотела купить квартиру.
- Поверьте, я вас понимаю.
В большом городе всё против нас.
- Вы говорите, что всё будет хорошо?
- Микаэла, я знаю, вы
ничего плохого не хотели.
Моя коллега, мисс Сэкер,
очень однобоко подходит
к работе, не видит
других факторов.
Хорошие люди тоже ошибаются.
Думаю,
я могу вам помочь.
- А она разве...
- Нет. Я её начальник.
Если вы будете сотрудничать,
я смогу вас защитить.
- Прямо как Эрл Энтони выбивает
сплит "семь-десять".
- Сможете?
- Смогу.
- Это реальный шанс.
Если Бойд где и чувствует себя
спокойно, то на самолёте,
в своём летучем коконе.
Когда он расслабится,
надо быть там.
Сэкер, за главного
будет Коннерти,
не потому, что я в
тебе не уверен.
У Брайана есть
определённые навыки,
приобретённые с большим опытом.
Они делают его...
- Объектом
стюардесскиной страсти.
Поздравляю. Где поженитесь?
Подарю вам лопатку для торта.
Я принесу документы.
- Привет.
Обалдеть.
Дети просто ошалеют.
- Да.
Бах. Отлично.
Мне нужны имена, для друга.
Да. И адвокат, настоящий убийца,
из таких, кого бы
ты взял для себя.
Уже. Спасибо.
- Это насчёт Бойда?
- Да.
- Зачем ты за это взялся?
- Он попросил.
- Тебя каждый день просят что-то
для кого-то сделать.
Ты не всегда соглашаешься.
- Я не хочу, чтобы Бойда завалили.
Мне
это не подходит.
- Хороший ответ.
Я даже верю, но это не всё.
Ты ни с кем не делишься идеями.
Как бы ни болел за человека.
- Дело вот в чём:
Роудс накинулся на Бойда
очень вызывающе, напоказ.
Если он выиграет, то станет сильнее.
Проиграет - лишится зубов.
- Понимаю.
Если бы я тебя не знала,
поверила бы, что дело только в этом.
- Остальное - стратегия.
Тактика.
Если Бойд пойдёт под суд,
я буду знать подноготную.
Пойму,
что работает, а что нет.
Он как солдат,
отправленный на разведку.
Либо всё узнает,
либо станет пушечным мясом.
И мы получим другие данные:
что можно делать, а что нельзя.
- Лоренс Бойд - не пушечное мясо.
- Милая,
все на свете, кроме нас
с тобой и детей, -
пушечное мясо.
Прости, возникли дела.
Иди наверх, я скоро.
- Хорошо.
- Ты участвуешь в кубке "Альфа".
Это пойдёт на пользу нам обоим.
Считай, это входит в твои сто
шестьдесят восемь часов.
- За результат не ручаюсь.
В соревнованиях я не очень.
- Запишись к доктору Гасу.
Может, он тебе с этим поможет.
- Хорошо.
- Если Брайан выиграет дело,
получит должность.
Но это дело может его сломать.
Лонни идёт более
спокойным путём.
- Я хотел спросить про твой путь,
но ты, кажется, колеблешься.
- Брайан всегда этого ждал
и работал ради этого и ради Чака
так, будто это самое главное.
Мне
уже кажется, что,
если ничего не выйдет
и он не получит место, то
начнёт сомневаться во всём.
А Лонни успели и сплавить,
и вернуть, но он не сдавался.
Он упорный.
- И это не имеет отношения к твоей
привязанности к Брайану?
- Это в прошлом.
Мне нужен совет по
работе, а не про любовь.
- Ну тогда подумай о себе
и о том, что ты можешь сделать,
если получишь больше
влияния, власти
и возможностей
принимать решения.
Ты права. Роудс не
отдаст тебе должность,
но его преемник - может.
Ему будет нужен помощник.
- Это правда.
- Говорят, за двумя зайцами
погонишься - ни одного не поймаешь,
но в современном бизнесе это разумно,
если всё продумать так, чтобы
тебя сочли умной, а не вероломной.
- Для старика ты еще ого-го.
Спасибо, пап.
- Так вы говорите, что почти
всё время побеждали,
но вас не радовали
победы над студентами
в колледже?
- Да.
- Но они же лузеры.
- У меня в активе девятьсот
двадцать семь часов терапии.
- Я должен аж брякнуться
от неожиданности?
- Вовсе нет.
Это полезная информация,
чтобы сеанс был более продуктивным.
Не придётся применять
уже пройденные методы.
- Во-первых: это не терапия.
Во-вторых: у меня было
намного больше часов.
И в-третьих:
каждый раз, когда ты отказываешься от
чего-то, что может тебя обрадовать,
пусть даже одновременно
и расстроить,
в твоей душе что-то умирает.
- Это правда.
- Поэтому,
когда у тебя эмоциональный раздрай,
иди туда, где ты ясно видишь границы.
Это эффективно.
Для этого придумали проституток.
- Ясно.
Спасибо за науку.
- Ты уверен, Чак?
- Куда деваться.
- "Вторая Мировая война" Черчилля -
прекрасные книги.
Не подумай дурного, я рад
их получить и буду беречь,
но я помню, как ты
ради них пахал.
- Ну вдруг я их успею выкупить.
- Если будет покупатель, я их продам.
Но такой уникальный товар
и за такую цену скорее уйдёт в
апреле на антикварной ярмарке,
так что,
если успеешь,
я отдам их по стоимости хранения.
Хорошо?
- "Дорогой Монти,
никогда не сдавайся,
никогда не сдавайся,
никогда, никогда, ни
по какой причине,
малой или великой,
жалкой или весомой.
Никогда не сдавайся,
разве что ради защиты
чести и здравомыслия.
Не склоняйся перед силой.
И не склоняйся перед
превосходящей мощью противника".
Получив допуск к
юридической практике,
я повторял себе эти слова в
первый день каждого слушания.
- Продолжай это делать.
- Спасибо, Гарри.
- Вот задачка.
Его просто некуда спрятать.
- Что ты предлагаешь?
- Ленту на бедре, наверное.
- Давай.
- Ну что,
левая нога или правая?
Есть предпочтения?
- Извините, это очень...
Дайте мне минутку.
- Хорошо.
- Вы не могли бы остаться?
- Да.
- Извините. Мне просто неудобно...
- Я понимаю.
- Вы знаете, как это надевать?
- Иногда в моей работе
помогает интуиция.
- Дальше я могу сама.
Как смотрится?
- Приемлемо.
Вы готовы?
- Как дела?
Это смело - прийти сюда.
- Я подумал: "Что бы сделал Акс?"
Хотя, может, и рановато.
- Ты этим уродам миллионы
заработал, а они морды воротят.
Когда разберёмся,
всё им припомнишь.
- Однозначно.
А пока похожу тут, поотмечаю,
кто с кем тут обнимается.
А потом уеду из города.
В Джексон-Хоул.
- Правильно. Проветрись. Поговорим,
когда вернёшься.
- Рад тебя видеть, старик.
- Вечно ты мои ходы воруешь.
- Когда ты кого-то
обнимаешь, это ход.
А когда я обнимаю,
то выражаю свои чувства.
Ты же знаком с моим коучем, да?
- Рад, что ты с нами.
Ему нужна любая помощь.
- Я выиграл уже три турнира.
А ты сколько? Ноль, по-моему?
- Для меня это просто игра, Тодд.
Ты так серьёзно всё воспринимаешь.
- Леди и джентльмены,
добро пожаловать на благотворительный
турнир "Кубок "Альфа"".
Занимайте ваши места.
- Прошу прощения.
- Мы начинаем.
- Пора в бой!
- Акс.
- Значит, ты всё-таки
работаешь на слизняка.
- Я работаю на себя.
- Наверняка его массажистка
и маникюрша говорят так же.
- Мы здесь, чтобы заработать много
денег на благотворительность.
- И выяснить, у кого шланг длиннее.
- Уж точно не у него.
Занимайте свои места.
- Холл, это мой друг Лоренс Бойд.
Веди себя с ним как со мной.
- Хорошо.
- Ларри,
слушайся его советов и
обретёшь землю обетованную.
- Спасибо.
Значит, дело такое.
- Ни слова о проблемах,
пока не познакомимся
как следует.
- Вот поэтому он лучший.
Ну ладно, вы дружите, а я пошёл.
- У каждого есть слабое место.
Я тот, кто это понимает.
- С большим удовольствием объявляю:
тасуем колоды и сдаём.
- Я раньше всегда доходил до финала.
- А я раньше не оказывался прав,
называя лидеров
энергоотрасли жуликами. Мы квиты.
- Да?
- Долго же ты.
Есть новости?
- Они скоро взлетают,
на борту только Бойд.
- А вдруг позвонит кому,
а она подслушает.
- Я сообщу.
- Ладно.
- Город миллиардеров, ребята.
- Привет, Тодд. Как делишки?
- Моя стопка чуть побольше твоей,
но это ни хера не новости.
- Придадим игре веса.
Пятьсот тысяч. Что скажешь, Краков?
- Да, давай.
- Биржа закрыта, что ты там смотришь?
- Она скоро придёт. Девица из "Райа".
- Примешь для храбрости?
- Обязательно. Плесните
"Миктер Селебрейшн".
- Восемьсот долларов порция.
- Одну, пожалуйста.
- Он имеет в виду бутылку.
- Я веду.
- Вы не моргаете.
- Что?
- Вы не моргаете.
- Может, он занервничает.
- Или вы заморгаете как
псих при хорошем раскладе.
Вдох.
Расслабьте мышцы.
- Сто пятьдесят.
- Колл.
- Сто пятьдесят.
- Колл.
- Тянуть будешь?
- Против тебя?
Ни за что.
- Триста тысяч.
- Семьсот.
- На все.
- Колл.
- У нас два олл-ина.
Один из игроков уйдёт
домой богатым,
а другой уйдёт домой
богатым, но злым.
Господа,
откройте ваши карты.
- Две пары.
К несчастью,
у меня вот это.
- Решил уделать меня сетом.
- Я знал, что почувствую,
если ты уверен.
Ты недооцениваешь мою силу.
Такой уж ты человек.
- Отличная партия, Тодд.
- Теперь ты хочешь мне накаркать,
что ли?
- Проверим ривер.
- Есть!
Вот так это делается!
Да!
С тебя пол-лимона.
Красота.
- Что, всё?
Турнир продолжается.
Предлагаю
удвоить ставку на то,
что моя фирма уделает твою.
- Ну против Доллара Билла -
даже не раздумывал бы, но он вон
там ковыряет пальцем в жопе.
Кто твой партнёр?
Серьёзно?
Да?
И ты хочешь удвоить?
- Всё или ничего.
- Идёт.
- Как только Приянка вернётся из
дамской комнаты, мы отсюда свалим.
Позаботься о малыше.
Обычно я сам вызываюсь ему в
телохранители, но я же тоже человек.
Со слабостями.
Это на дорожку.
- Как ты утром встаёшь на работу?
- Принимаю с утреца "ленокс".
Есть один кекс, мой
личный медбрат,
находит мне укромное
место и шприц.
Сорок пять минут - и я как новенький.
- Мы так делали
в медицинской школе.
Но я не думала, что...
- Привет.
- Привет.
- Ну ладно. Отдыхай.
- Обязательно.
- Начинаем игру один на один,
мано-а-мано,
победитель получает всё.
- И их осталось двое.
Ты и я, красотка.
- Перерыв пять минут.
- Красава!
- Ещё скажи, что тебе не в кайф.
- Мне не в кайф.
- Ты убийца.
И если кого и надо тут убить...
- Ему больно.
В душе.
Посмотрите на него.
Его же в детстве все дразнили.
- Нет...
Но, думаю,
он и в детстве был сам виноват.
- Можно мартини "Столи Элит"
с цедрой лайма.
- Венди.
- Лара.
- Привет.
Ты здесь с самого начала?
- Я пришла перед самой раздачей.
- Как твои дела?
- Нормально.
- Со мной не нужно храбриться.
Разводиться тяжело.
- Жить в браке - тоже.
- Да. Мне такое уже говорили.
- Прости, не хочу пропустить финал.
- Доктор Гас рассказал мне
о вашем разговоре.
- Терапия - это частное дело.
- Это не терапия.
Он считает, ты не видишь
в победе ничего хорошего.
Хотел, чтобы я вывел
тебя из турнира.
- А вы не послушали.
- Он не очень хороший психолог.
Ты любишь побеждать.
- Да?
- Да.
Я все время думаю о твоём уходе
из покера в реале.
- Просто...
- Думаю,
тебя бесило то, что две самые до
усрачки важные для тебя вещи -
победа и признание со стороны -
вступали в противоречие.
- Финал кубка "Альфа"
начнётся через две минуты.
- Дело не в этом.
Меня выгнали, и это меня задело.
Мне не было равных,
поэтому меня выгнали,
и меня стало переполнять
презрение, даже ненависть.
- Ненависть - лучший источник
энергии, он постоянно возобновляется.
- Я не хочу погружаться
в это чувство.
Знаете, как велосипедист в кино,
завидя финиш,
снимает руки с руля,
держит их вот так, обнимая солнце,
и скользит, а остальные гонщики
его обгоняют, ибо нефиг?
- Нет, не знаю.
Что это за кино такое?
- Я хочу быть этим велосипедистом.
- Да, но ты - не он.
Мы с тобой не скользим,
мы пашем.
Мы не дружим с теми,
с кем играем в покер,
но это плата за то, чтобы
видеть то, что мы видим.
- Я знаю, что вы так думаете,
но я выбираю другие выводы.
- Это не вопрос выбора.
А теперь иди за стол.
И если при виде Кракова ты решишь,
что с ним можно дружить, - валяй.
Снимай руки с руля
и пусть он тебя обгоняет.
- Хочешь, открою секрет?
Твой шеф поставил миллион баксов,
что ты у меня выиграешь.
Если обосрёшься,
то сразу на миллион.
- Буду знать.
- Как по-твоему, что
он будет чувствовать,
зная, что он потратил
на тебя лишний миллион?
Но не парься.
Не давай мне запудрить тебе мозги.
- Вы понятия не имеете,
какие у меня мозги.
И я точно знаю, миллион что для
мистера Аксельрода, что для вас, -
сумма несущественная.
А в перспективе
десяти тысяч лет
человеческой истории,
этой партии и кубка
"Альфа" какая разница?
К две тысячи девяностому
нас уже не будет,
никого из нас,
если мы не достигнем сингулярности.
Но тогда кому будут
нужны деньги?
- Да, я тоже смотрел "Космос".
Ход твой.
- Я в курсе.
Четыреста тысяч.
- Колл.
- Отстойный флоп.
- Семьсот тысяч.
- Как думаешь, что у них?
- Вижу ставку, коллирую.
- Он и за пару может держаться,
так что либо у него всё отлично,
либо он в жопе.
- Чек.
- Миллион семьсот.
- Не въезжаю.
- Сейчас будет
либо стоп-энд-гоу,
либо пас.
- Колл.
Чек.
- Ну чего?
- Думаю, Тэйлор впереди
и идет к победе.
- Время!
Можно вас на минуту?
Извините.
Я плохо понимаю это.
Советы?
- Проблема не в этом.
- Правда?
А по-моему, в этом, я ведь
поэтому всё ещё не выиграл.
- Нет, не поэтому, а
потому что злитесь.
Вы неспособны деперсонализировать
этот турнир, и в результате...
- Я неспособен? Я плачу вам не за
то, чтобы вы меня критиковали.
Я хочу...
- Вы хотите, чтобы из-за
меня Акс растерялся.
Но я знала это и
пришла всё равно,
потому что отчасти тоже этого
хочу, но я над этим поработаю.
- Считайте, вам удалось.
А теперь прошу прощения,
мне пора обратно за стол,
вогнать меч в ручную
зверушку Акса.
Слушайте,
вы так-то уж не волнуйтесь.
Всё будет прекрасно.
Сегодня ещё отпразднуем.
- Да?
А нам будет что праздновать?
- Что?
- Вы меня перебили, но ваш
оппонент вас так сбил с толку,
что вас стало легко читать.
- Херня.
Я постоянно наблюдаю за этим, потому и
сюда ушёл - чтобы смотреть незаметно.
Я прекрасно знаю, что делаю.
Кротким тут не место, зайчик.
На все.
- У вас нет короля.
Вы бы подняли на префлопе.
Даму вы бы не стали держать,
вдруг король у меня.
Значит, у вас гатшот,
четыре-пять или пять-шесть.
Вы пытаетесь меня задеть, а задира
сдувается, когда ему даёшь отпор.
Извините.
Колл.
У меня тэн-хай.
- Твою мать!
Такой риск на тэн-хай?!
Доходяга бритая!
- Молодцом!
- Да ты просто гений.
- Ты мне подал идею.
Давай сюда руку.
Мо.
- Ну я и думаю:
"Что это за безымянный человек,
который пробрался на
самолёт посреди ночи?"
А потом думаю:
"Наверное, Шайлин".
Маккиннон.
Жена Тома Маккиннона,
важного сотрудника компании.
- Томас Маккиннон, директор
по бумагам с фиксированным доходом.
- Наверняка это обычное дело.
Ну примазалась жена
директора к рейсу.
- Да, но необычно тут то, что они
пошли в спальную кабинку вместе.
Тогда-то я и поняла,
что надо бежать к вам.
Попросила коллегу
подменить меня.
- Качество
не самое лучшее.
- Бесполезняк.
- Наверное, микрофон
слишком далеко.
Так что
я слегка
сымпровизировала.
- ...ну, знаешь, напряжение.
- Да? Поможешь мне?
- Понимаю. Да.
- Хорошо.
- Хочу показать тебе,
как я там всё оформил.
- Это пригодится?
- Качество приемлемое.
- Да, с этим можно работать.
- Микаэла, вы молодец.
Выше всяких похвал.
- Это значит, я свободна?
- Да. Идём.
- Так это конец?
- Для вас - да, но не для дела.
- То есть, вы мне не позвоните.
- Я не могу допустить,
чтобы в суде против
меня могли...
- Я ведь всё проверила.
Моя сделка была законной,
но я все равно
согласилась вам помочь.
Удачи вам с делом.
- Да. Секунду. Лара?
- Чего ларкаешь?
- У меня тут чувак из "Виммершофт
Кэпитал Менеджмент".
Они все там воют
после вчерашнего.
Ты же на дом выезжаешь?
- Пятьсот за капельницу.
- Тысяча.
Вот и бизнес, Мо.
- Это ваше.
- Это твоя победа.
- У меня на столе нет места.
И потом, все приходят
пить из его пиво.
- Хорошо.
Но твоё имя останется
на кубке навсегда.
- Вы не хотите, чтобы у меня были
привязанности, мешающие побеждать.
Но у вас они есть.
Та женщина, коуч Кракова, -
вы всё время на неё смотрели.
Мне казалось, вы хотите понять,
не подсказывает ли она ему.
- Не подсказывала.
- Знаю.
Потом до меня дошло, что дело
вовсе не в победе над Краковым,
а в том, чтобы сломать
его у неё на глазах.
- Другого способа победить не было.
- Разве?
- Мистер Маккиннон,
заранее прошу у вас прощения.
- Это же Шайлин.
Выключите.
Выключите.
Эти стоны...
- Да.
Понимаю.
Хотите выпить, мистер Маккиннон?
- Нет.
- Вы сильный человек. Я бы выпил.
- Я хочу развестись жёстко.
Заберу и детей,
и наш грёбаный дом.
- Не спешите, Том.
Вам больно, да.
Вы злитесь на Шайлин.
Она проявила слабость.
Но лучше злитесь на Бойда.
Это его рук дело.
- Мы были друзьями.
Часто ездили на выходные
в его поместье.
- Лоренс Бойд не
умеет быть другом.
Он продажная тварь
высшего класса.
Ему нужно демонстрировать,
что он - альфа-самец.
Доминировать над вами -
в его же представлении, -
роняя своё семя в вашу самку.
- Твою мать.
Он не надел резинку?
- Конечно, вы хотите убить его.
Я бы точно хотел.
Душил бы его, пока не сдохнет.
Подобные вещи превращают
мужчину в дикаря.
Вы так не сделаете,
но хотите этого. Я прав?
- Да, убил бы падлу.
- Но не можете.
Так говорит закон - не можете.
Но это не значит, что вы
должны дать ему спокойно уйти.
- Что я могу сделать?
- Опозорить его.
Унизить.
Поставить его на колени и оттрахать
его в рот, пока не задохнётся.
- Я готов.
Бойд мухлюет с казначейскими
векселями, я помогу.
Завалю его любой ценой.
- Я тут пообщался с другом,
адвокатом из НФЛ. Он закинул
удочку и получил жёлтый свет.
В Лиге считают, что твоё неучастие
в торгах будет лучше для всех.
- А причины?
- Общественное мнение,
проблемы с законом,
одиннадцатое сентября.
- Сука!
- Но им приятен твой интерес.
- Да неужели?
Ничего, увидят моё предложение -
и сразу меня полюбят.
Ты же знаешь, сколько
мы предлагали.
- На сотню больше,
чем когда-либо в истории.
- Добавь ещё сотню и
отправь в офис НФЛ.
- Сделаю.
- Вот книги, ты просил.
- О, отлично. Спасибо.
- Они много для него значили.
Мистер Г просил сказать вам об этом.
- Хорошо.
- Велел заплатить наличными.
Имя покупателя нигде не указано.
- Спасибо.
Тут дарственная
надпись для Монти.
- Генерал Монтгомери?
- Да. Монти.
- Оставишь их тут или домой заберёшь?
- Нет, отнеси их на склад.
Знаешь, что?
Найди все подписанные первые
издания в США и Англии -
да похер, вообще везде.
И скупай все,
чтоб ни одного не осталось.
- Это будет дорого.
- Ну, значит, хорошо,
что я богат до усрачки.
4 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- В Лиге считают, что твоё неучастие
в торгах будет лучше для всех.
- А причины?
- Общественное мнение.
- Давай начнём вместе. Бизнес.
- Я уже открыла свою практику,
принимаю клиентов.
- Это насовсем?
- Я не знаю.
Пока.
Сохраняю свободу манёвра.
- Это мой племянник, Марко.
Его выбрали в администрацию
округа в Сэндикоте.
- Я Марк. Рад знакомству,
мистер Аксельрод.
- Вы скажете всё, что мне нужно.
Или можно поесть пепперони в Йонкерс.
И шефа пригласите.
- Спокойный сон стал
важным фактором.
И чтобы дочь, глядя на меня,
видела хорошего человека.
- Поздравляю.
Если я уволю вас сейчас, получится,
что прокуратура защищает Бойда.
- Не зря ведь никто не пытался.
- Уволю вас через пару месяцев.
Вы лишь выиграли время.
- Мне вчера сообщили то,
чего мне так не хотелось:
под меня копает Чак Роудс.
Ты столкнулся с ним и вышел сухим.
Поделись опытом, научи, как выиграть.
- Лоренс Бойд не умеет быть другом.
Доминировать над вами -
в его же представлении, -
роняя своё семя в вашу самку.
- Выключите.
- Надо его опозорить. Унизить.
- Бойд мухлюет с казначейскими
векселями, я помогу.
Завалю его любой ценой.
- Я дал стартовый капитал более
чем ста двадцати пяти компаниям.
И вовсе не ради денег.
Конечно, это приносит деньги и
всегда приносило, не спорю.
Но это не главное.
Я делаю это по той же причине,
по которой Эдисон придумал телефон,
Оппенгеймер открыл расщепление атома,
а Ди-Джей Кул-Хёрк запилил
две вертушки и микрофон
на Сэджвик-Авеню в Бронксе.
Для того,
чтобы устремиться в светлое будущее.
Вокруг нас -
кульминация всего этого.
"Фарпойнт" не просто
объединит жителей Земли,
она приблизит нас
к неизведанному.
- Это для первого полёта на орбиту?
- Да.
Два поколения после "Мантикоры".
"Мантикора-Три"...
- Первый корабль для
пилотируемой миссии на Марс.
- Вы меня передразниваете?
- Вы часто это повторяли.
- Иначе не получится.
- Элена Габриэль.
- Главный кандидат на этот полёт.
- Через два дня у вас будет
полный отчет.
- Переговорная готова.
- Спасибо, но, раз уж
мы с ней не знакомы...
- Работайте как вам удобно.
Но помните,
что я не ключи от
школьного автобуса отдаю.
Это судно стоимостью
в миллиард двести.
- И ваше наследие. Я понимаю.
Вам надо знать, что она
психологически надёжна.
- Идёт.
Минута в минуту.
Это что-то значит?
- Да.
У неё точные часы.
- Элена Габриэль.
- Уверенное рукопожатие.
Вы нарочно?
- Вам лучше знать.
- Элена вам всё тут покажет.
- Я знаю, зачем тебе этот иск.
- И зачем мне этот иск?
- Акс, я потратил семь лет
и не скажу сколько денег,
сражаясь с КЦБ, просто
чтобы очистить своё имя.
- Ты справился.
- Ещё бы не справился.
Но за эти семь лет
я пытался купить две
бейсбольные команды.
Как ты заметил,
у меня нет ни одной.
- Думаешь, КЦБ постаралась?
- Да уж не помогала точно.
Мы не такие как все.
Мы не богатые наследники.
Мы заработали бабки,
называя вещи своими именами,
часто и во всеуслышание.
НФЛ этого не любит.
Они боятся, что ты нарушишь
этикет и попрёшь, как танк.
Будешь Марком
Кьюбаном от НФЛ.
- Так я заранее в жопе?
- Тебе надо объяснить им,
что ты закончил бой
и движешься дальше.
И ещё кое-что.
Прекрати дрючить прокурора.
- Ни в коем случае.
- Да брось, Акс.
Когда они решают?
- На этой неделе.
- Твоя грызня с прокурором –
это долгая игра.
Если тебе нужна команда,
подумай,
как ты изменишь их
мнение о себе сейчас?
- Японцы бы тобой гордились.
Ты дождался готовности блюда.
Но на данном этапе лучше скажи, как
есть, и каждый займётся своим делом.
- Что там со "Спартан-Айвс"?
- Вопрос времени.
- И сколько именно?
- А сколько у меня есть?
- Не много.
Генпрокурор не в восторге,
что ты слил данные о расследовании.
- Я не сливал. Наоборот, всё отрицал.
- Ясно. Это идёт вразрез
с моим заявлением.
- Говори, что собирался.
- Ты жив, пока у тебя есть прогресс.
Если генпрокурор решит,
что ты застрял,
она устроит тебе отставку
имени Ганса Грубера.
- Приятно знать, что ты так серьёзно
настроен на окончание моей карьеры.
- Не знаю, смеяться или плакать.
- Плясать.
- Дай мне Бэнсингера.
- Мало что может выманить
из дома такого, как вы.
Пара-тройка экономических
конференций
и то, как миллиардеры
приносят присягу.
Но конференций сейчас
нет, мистер Бэнсингер.
- Браво, юноша.
Если повремените со статьей
двое суток, я вам все расскажу.
- Конечно.
- К нам присоединится Ричард Уинстэд
и принесёт восемьдесят
процентов своих активов.
Это щедрый
благотворительный жест.
Прошу прощения.
Роберт.
Какая честь.
- Мы можем увидеться,
пока ты в городе?
- В городе очень шумно.
Хочешь пообщаться -
приходи в особняк
в Шэйкер-Хайтс.
- Щедрое предложение, но это долго.
Ты занят вечером?
- Играю в бридж, ем хот-доги.
- То есть, как обычно?
Я же тебя знаю, ты пойдёшь
в автозакусочную. Или ещё хуже -
закажешь в номер.
- Нью-Йорк местами прекрасный город,
но не тогда, когда речь о сосисках.
- Есть одно местечко.
Запросто составит конкуренцию
заведениям в Кливленде.
- Вызов принят.
Увидимся вечером.
- Неважно, что я делаю.
Воды в кране нет.
- В каком смысле?
- Нельзя доказать, что
"Спартан-Айвс" мухлюют с векселями,
потому что "Спартан-Айвс"
с ними не мухлюют.
- Что за чушь?
Мы все знаем, что это правда.
- Ну да,
пока вы не взяли их на
мушку, и теперь они...
- Змея заползла обратно в норку.
- Я не знаю, что мне делать.
Я не могу спать в одной
постели с женой.
Не могу съехать,
иначе она догадается.
Дома я по полдня торчу в сортире,
она думает, у меня понос.
Вряд ли я смогу
помочь вам с Бойдом.
То есть, я хочу, но...
- Ваш шеф
залез в вашу
супружескую кровать,
а вы не можете собраться и...
- Брайан,
ты неправ.
Он как Джон Уэйн в фильме
про Либерти Вэланса.
Другой бы на его месте
удрал и спрятался.
А он решил бороться.
Не знаю, смог бы я сам
спокойно спать рядом с женой,
зная то, что известно ему.
Мистер Маккиннон,
потерпите, и ваша
стойкость принесёт плоды.
Когда все вернется на круги своя,
мы будем готовы.
Работайте как работали и
сохраняйте спокойствие.
Мы найдём другой способ прижать
Лоренса Бойда. И когда найдём,
вы нам понадобитесь.
Это передышка, а не поражение.
Обещаю.
- Я могу заняться
панамскими документами,
посмотреть, что скрывает
оффшорная фирма.
- Бойд не хранит там деньги.
Прямой связи нет.
- Может, найдём другое
связующее звено.
- Проблема не в отсутствии
прямой связи с верхушкой,
а в самой верхушке.
- Твой друг Лоренс Бойд.
Он сказал, что готов.
- Твою мать.
- Я разработал кое-какую методику,
чтобы избежать
неподходящих результатов.
Но он не даёт мне
делать то, что нужно.
Ты разрешишь предпринимать необходимые
действия без его одобрения?
- Нет. Предлагай ему помощь,
а если он слишком щепетильный -
ничего не поделаешь.
- Кто тут папа?
Кто папа?
- Лонни - папа.
- Молодцом.
Кто папа?
- Я такую херню нести не буду.
- Ты разбиваешь мне сердце.
Но согласен ты или нет,
Лонни - самый натуральный папа.
- Неужели ещё кого-то закрыл?
- Маньяка на этой неделе,
наркобарона из Панамы - на прошлой,
но у нас же не соревнование.
Кстати, как там со
"Спартан-Айвс"?
- Всё путём.
- Супер.
Привет.
- Стиль сменил?
- Жена.
- Понимаю.
- Ходатайство Роудса отклонено.
- Бум! В яблочко.
- Дача показаний - в четверг.
Но
надо бы отложить.
- Да, я знаю. Будь я адвокатом,
сказал бы так же.
- Но мы не сдаемся.
- Пока я не дам показания,
то и он не даст.
А с этим тянуть нельзя.
- НФЛ.
Ты, вроде, был в
финальной тройке.
- Даже для меня такие шансы...
- Понимаю. Конечно.
- Большинство, получая первую работу -
например,
обзвон по справочнику,
думают, что главное
- услышать "да".
Но я считаю, - и поэтому
в первый же год
смог купить себе "порш", -
надо не давать повода сказать "нет".
Если убрать
из словаря слово "нет"...
- Останется только "да".
- А сейчас обвинения Чака Роудса,
его инсинуации -
это и есть слово "нет".
Если только
я не дам им понять, что это
он перешёл все границы.
- Должен предупредить,
дача показаний -
штука непредсказуемая.
Я там такое видал,
что тебе и не снилось.
- Штурмовые корабли в огне?
- Да.
Самые крепкие дела растворялись
во времени, как слёзы в дожде.
- Ни репликанты,
ни адвокаты меня не испугают.
- Мистер Аксельрод,
вы сказали, что прокурор штата угрожал
вам, что он злоупотребил полномочиями.
Вы уверены,
что у него не было правомерного
повода являться к вам в офис?
- В такой час - нет.
- Его жена работала на вас.
Он мог прийти к ней.
- Тогда она уже уволилась.
Может узнал, что
денежки иссякли?
- Попрошу без острот.
Если вы хотите очистить своё имя,
обойдёмся без насмешек.
А как насчёт Мика Данцига?
Вы отрицаете,
что дали взятку полицейским?
- Естественно. Я бы никогда...
Сука.
- Да.
Не давай ему повод обвинить
тебя в даче ложных показаний.
Я знаю, что тебя не испугать,
но если ты занервничаешь
хоть на секунду -
не отвечай.
Сразу проси перерыв.
Ну что,
прервёмся?
- Продолжим.
- А это виброкамера.
- Смотрю, тут и пыточная своя есть?
- Смешно.
Люблю юмор.
Нет.
Здесь проверяют металлы на
прочность при той же нагрузке,
что и в космосе,
когда всё ломается.
- Зачем вам в космос?
- Там безвестный край.
- Это из "Гамлета".
Он так описывал смерть.
- Последний рубеж.
- А если своими словами?
- Все, с кем я училась,
или занимаются физикой
элементарных частиц,
или придумывают
очередной стартап.
- А вам это неинтересно.
- Для науки я слишком себя уважаю,
поэтому вычёркиваем.
А гоняться за деньгами,
хоть это и пьянит в теории,
по факту не приносит больше
счастья, чем в тот миг,
когда у тебя родилась
блестящая идея.
Потому что они всё равно торчат здесь,
как привязанные.
Здесь не хватает топлива
и пространства,
здесь - классовая борьба.
Давайте признаем,
Земля - это дыра.
- И что же остается?
- Я хочу сделать невозможное.
Хочу ткнуть пальцем в небо,
в другую планету, и сказать,
что я там была.
Впервые говорю об этом вслух.
Это глупо звучит?
- Нет.
- Следить за Аксельродом
не получится.
- Почему?
- У него везде агенты.
Профи. С ним и вокруг него.
Его прикрывают.
Даже его сотрудники
могут не знать о них.
С одним парнем я работал в ФБР,
отличный агент.
Хорошо,
что он меня не видел.
Вашему сыну проще...
- Нет. Нет.
Он здесь вообще ни при чём.
Он и знать-то не должен.
- Понял.
- А если ты не будешь следить лично?
- Нет.
Они всё равно вычислят.
Они настороже.
- Тогда забудь про него.
Следи за его людьми.
- Хорошо.
А это
вам.
Данные по другому объекту.
Слежка за федеральным служащим -
преступление класса А,
так что, если надо продолжать,
придётся повысить плату.
- Надо - значит, надо.
- Да?
- Это принёс водитель вашего отца.
- Спасибо.
- Всегда пожалуйста, Брайан.
- Отвратительный кофе.
Как вы его пьёте?
- Закрываю глаза
и думаю об Англии.
- Лучше бы, закрывая глаза,
вы думали обо мне.
Ведь я приду за вами.
- Мой персональный Антон Чигур?
- Ну что вы.
Я же не сюрреалистический кошмар.
Я из плоти и крови.
- У вас неверное представление
о деятельности органов власти.
- Дело "Спартан-Айвс" буксует.
И Чаку оно не поможет
сохранить место.
- Кто это сказал?
- Не пускайте под откос свою карьеру
из-за ошибочной и
избирательной преданности.
Вашему шефу конец.
Вы могли бы добить Чака сами
и получить призовые очки.
- Ну что, мы, наконец, поговорим?
- Ты добивался этого целых пять лет.
- Предпочитаю другую обстановку.
- У себя дома?
- Там поинтимнее.
- Для соблазнения?
- Когда просишь кого-то вложить
в тебя деньги, это соблазнение.
А когда просишь его отдать все...
- Это разорение деревни монголами.
- Я бы сказал, это женитьба.
- Монголы это так и называли.
- Я понимаю, зачем ты меня вызвал.
Людям не нравится
отдавать свои деньги.
Они боятся, что сразу умрут.
Но можешь не сомневаться,
ты точно умрёшь.
- Да.
- Мужчина многое может.
Оттрахать, зачать...
Вырезать свое имя на двери, которую
иначе и открывать бы не стал.
Тебе это знакомо?
- Как тебе хот-дог?
- Дичайше вкусный.
Зачем ты столько зарабатываешь?
- Затем, что могу.
- Гонишь.
Ты много чего можешь, но не делаешь:
лаять как тюлень,
ездить в метро.
Ты зарабатываешь,
потому что тебе в кайф.
Но представь себе:
отдавать -
ещё больший кайф.
Ты помнишь, что почувствовал,
сделав первый миллион?
Мне не было так хорошо, пока я не
отдал в двадцать тысяч раз больше.
Это исцеляет.
Тупо копить деньги -
это чревоугодие.
Это болезнь.
- Я думал, это грех.
- В жопу грехи. В жопу благочестие.
Я говорю о полезных вещах.
Чревоугодие выедает изнутри,
а если отдавать - наоборот.
Ясен хрен, это парадокс,
но я его понял.
Причина, по которой, отдавая,
ты становишься счастливее,
в том, что ты снова контролируешь
то единственное,
что тебя реально волнует.
Себя.
Поэтому я и основал "Обет".
- И поэтому я сижу здесь.
- Так...
- Мне очень нравится ваш напор.
Но вы сами сунулись в захват.
Вам надо понять разницу
между безыскусной агрессией
и эффективной агрессией.
- Да.
- Да?
- На работу ты так не одеваешься.
- Да.
- Я нашёл кое-что
в панамских документах.
- Какую-то ниточку к Бойду?
- Нет, он не хранит там деньги.
Твой отец - хранит.
- Мог бы и утром это рассказать.
- Он прячет на оффшорном счёте
двенадцать миллионов.
- Знаю.
- Так ты в курсе?
- Он не нарушал закон.
И деньги не прятал.
Выведение средств -
не преступление.
Просто минус к репутации.
Что тебя на самом
деле волнует, Брайан?
То, что он спрятал деньги,
или то, что у него их так много?
- Вот.
Нет, не этот.
В каролинском слишком много уксуса,
а я хочу остренького.
Соус барбекю надоел.
Ну что,
Вагс?
- Подсел по полной.
Каждое утро как по часам.
Даже личную капельницу приобрёл.
- Да. Он сейчас в раздрае.
Но я с этим разберусь.
- Он показал мне письмо.
Получил на рабочую почту.
- Компания Дэна Вулфа.
Частный инвестор, работает с
медициной, серьёзно упакованный.
- Они переманивают
у нас клиентов
и сбивают цены.
Я
подумала, может, займёмся
фирмами поменьше, например,
в Нью-Джерси...
- Да, пускай раздавят нас и превратят
в чудную маленькую лавочку.
Откроем мотель и будем подавать
гостям кленовый сироп внутривенно.
- Будем бороться?
- Это наш район, подруга.
"Йеллоубёрд".
- Вам надо получить ордер и устроить
обыск в офисе "Спартан-Айвс".
- Основания для обыска?
- Манипуляции котировками.
- Год назад я это предложил
и ты сказал, что я дурачок.
- Ты сам сказал, высокочастотный
трейдинг для присяжных хуже матана.
- Это и есть матан.
Это первая волна в Нормандии.
А вы знаете, что с ней стало.
- Всех убили.
- Точно.
Чтобы у второй волны
был шанс прорваться.
Судья Вэйланд вас ждёт, так что
идите и будьте дурачками.
Сегодня.
- Привет.
- Привет.
- Неужели соскучилась?
- Да.
И ещё хотела пообщаться с твоими
сотрудниками - моими клиентами.
- Ясно. А зачем?
- Узнать, всем ли они довольны.
- А я
думал, ты хочешь проверить, не
подбирается ли к ним или к тебе
"Отряд милосердия" Дэна Вулфа.
- Значит, подбирается?
Твою мать.
- Ничего. Я звякну Вулфу и попрошу
его оставить вас в покое.
- Не звякнешь.
Сама разберусь.
- Как?
- Я не вчера родилась, разберусь.
- Ты будешь работать с "Обетом"?
Слабак. Сколько отдаёшь?
- Никому не надо знать,
что он делает или не делает.
Отдавать - это потом,
а заголовки - сейчас.
- Так это ширма. Чтобы все думали,
что ты щедрый дядя, которому можно
доверить, скажем, футбольную команду.
- Ну так не ждать же манны небесной.
- Сработало. Я поверил.
- Да.
Но ты последнее время слишком
подсел на капельницу.
- Да что ты выдумываешь.
- Каждый день.
- Чак знает, что делает?
- Либо да, либо ему конец.
Ты в любом случае в плюсе,
улыбнись. Радуйся.
- И вы не против покинуть Землю?
Расстаться с родными,
возможно - навсегда?
- Я - единственный ребёнок.
- Вам одиноко или...
- Это было идеально.
В истинном смысле слова.
Я очень рано начала осваивать язык,
и мы привыкли разговаривать.
- Здорово, наверное.
В моей семье мы
тоже общались, но
нас было так много, что мы скорее
перебрасывались парой слов.
- Трудно, наверное,
найти тех, с кем...
Скажите, наверное, это очень странный
вопрос, но вам нравится "Уилко"?
- Да,
особенно тот альбом,
где "Джизус Донт Край".
- Да. Мне тоже.
Как раз там
Джефф Твиди и Джей Беннет
наконец-то добились друг от друга
полного единения.
Они общались на недостижимом
для многих уровне.
Но беда "Уилко" в том,
что это был их пик.
Беннет ушёл из группы.
Почему-то, даже зная, что они
делают друг друга лучше,
они не смогли остаться вместе.
- Группа распалась?
- Нет. Даже без Беннета
"Уилко" есть "Уилко".
Я за ними следила.
- А Беннет?
- Умер.
Через пару лет после ухода.
От передоза.
В одиночку
он так и не смог справиться.
Та ещё задача - найти
хорошего партнёра
и не потерять.
- А кто был вашим партнёром?
Вы его так и не нашли.
И не искали.
- Всё пошло наперекосяк.
Я не смогла продолжать поиски.
- Вы не хотели, чтобы вас что-то
удерживало от мечты.
- Да.
Всё так.
- Спасибо вам за разговор.
- Это всё?
- Всё.
- Папа научил.
Он знал, что я буду
соревноваться с мужчинами.
Хотел,
чтобы я научилась контролю.
- Вы многого добьётесь.
- Вы услышали нечто такое,
что вас шокировало.
Вы знаете, что такое
Роудс, Брайан.
Знаете, что он должен уйти.
А я знаю, что мне звонили вы.
- Вызывали, шеф?
- Свяжись с Бойдом и назначь
нам встречу.
- Тет-а-тет?
Это следующий этап высадки.
Вторая волна.
Где будет встреча?
Не у нас, мы ещё не готовы.
- Место выберет он.
Я приду к нему.
Даже попрошу кое о чём.
- Чтобы
он сам попался?
- Неважно, о чём я попрошу.
Лучший способ с
кем-то подружиться -
не оказать ему услугу,
а попросить о ней.
Эффект Франклина.
Заставить человека ощутить свою
значимость, будто ты дал ему силу
и не сможешь ему навредить.
Вот что должен чувствовать Бойд.
Это ведь литературный клуб?
- Я написал книгу.
"Держи штурвал крепче".
- Точно.
Я её проглотил
за один присест.
- Девиз клуба взят из стихотворения.
И в сумерки они к чужой
стране пристали.
- И, на спину улегшись споро,
друг дружке отсосали.
Это же Теннисон?
- Более-менее.
Чего хотел, Чак?
- Поговорить о нашей войне.
И о том,
как тебе с ней покончить.
- Я не пишу вежливых писем
и не хочу идти на сделку.
Я хочу драться.
- Ты точно хочешь
следовать заветам Роя?
- Он знает своё дело.
И он щедрый человек.
Помогал Трампу,
помогал мне.
А ты что вырастил подле себя?
- А у меня за плечами
вся королевская рать.
- И всё же
твоя позиция под угрозой.
- Да, генпрокурор мной
не очень довольна.
Зато тебя она почему-то
очень любит.
- Может, потому
что я не переворачиваю вверх
дном чужой дом без причины,
лишь бы на меня
обратили внимание.
- Ты прав.
На "Спартан-Айвс" у
меня ничего нет.
Я пришёл к тебе с просьбой.
У тебя хороший отдел надзора.
Я подумал, может, ты начнёшь
внутреннее расследование?
Со стороны будет как ответ
на мои действия.
- И зачем мне это?
- Примерно
через год, когда
расследование завершится,
прокуратура его завизирует.
Я заявлю,
что навёл на Уолл-стрит порядок,
а ты всем расскажешь,
как выгнал всё жульё
из своей конторы.
Как ни крути, для всех - победа.
- Нет - если надо
ждать целый год.
Эту тему надо срочно закрыть.
Не хочу думать об этом во время
летнего отпуска в Антибе.
- Тогда какие есть варианты?
- Давай так:
у меня есть пара человек, которых
отдел надзора уже заприметил.
Могу принести их в жертву.
- Хороший повод
оставить тебя в покое.
А для тебя
шанс их выгнать и оставить
без увольнительных.
- Шесть.
- Ты очень щедр.
Спасибо тебе.
- Пусть твои люди звякнут моим.
Скоординируют пресс-релизы.
- Отдых полторы минуты.
- Давай.
- Рокман выбыл из гонки.
- Слишком дорого. Кто же знал,
что так будет?
- Кое-кто в лиге в курсе его
проблем по части коррупции.
А после ваших с Бэнсингером фоточек
он побоялся, что ты его затопчешь.
Остался один конкурент -
точнее, группа.
Одному там не потянуть.
Не сыграть ли нам в футбольчик?
- Сыграть ли.
Пора с этим кончать.
Напишешь черновик письма?
- О чём писать?
- Да как всегда.
Ради народа и общества.
- Ясно.
- Напишешь - отдай Биллу,
пусть выступит.
- Гейтсу или Клинтону?
- Любому.
Обоим.
- Ты всегда была засранкой, Лара.
- Крошка Лара Бенджамин, мать её так.
- Она уже не Бенджамин.
Она теперь аристократка.
- Нет, я уже не крошка.
Я уже взрослая.
- Так ты серьёзно?
- А ты сможешь?
- Конечно.
Знаю подходящую девчонку.
Вроде, даже с образованием и вообще.
- Экзамены, кажется, не сдала.
- Да всё равно
подходящая.
"Отряд милосердия"?
- Да. Так они называются.
Но всё надо сделать тихо.
- Нет-нет.
Ты своя.
- Это для девушки.
- Ладно.
- Сестрёнке Дина мы всегда поможем.
- За Дина.
- Ко мне приходил Роудс.
- Ты оттяпал ему руку?
Или наоборот?
- А ты бы оттяпал ему руку?
- Я такой.
- У меня
есть способ всё перепроверить.
Буду начеку.
- Надеюсь.
- Я благодарен за совет.
И ты был прав.
Но спроси парикмахера,
пора ли стричься, он скажет "да".
Я спросил воина.
Но не все вокруг дикари.
Роудс стал смотреть
на вещи шире.
- Мы слишком осторожны.
- Это только первые вопросы,
для затравки.
Устрим Аксу небольшую встряску.
- Прикончи его.
- Непременно. Обязательно.
На даче показаний.
Но повторяю: ты - не приходи.
Всё должно быть беспристрастно.
- Ты боишься, что я ляпну.
- Да, боюсь.
Любая импровизация может
завалить тебя ещё сильнее.
- Буду нем как рыба.
- Тогда зачем приходить?
- Поверь, в этом есть смысл.
Одно моё присутствие заставит
Аксельрода занервничать.
- Слишком рискованно.
Я не хочу, чтобы всё
превратилось в цирк.
Давай я сам ему
надоем до усрачки.
- Войдите.
- Извините, не хотела мешать.
- Ничего, я пойду возьму кофе.
- Что такое?
- Мой отец.
- А что с ним?
- Он не такой, как я думала.
- Это можно сказать о любом отце.
- Я не наивна.
- Я с этим и не спорю.
- Но,
когда он дает мне совет,
я отношусь к нему однозначно.
Считая, что он честен.
А теперь
я узнала, что у него
куча денег в оффшоре.
Легальное уклонение от налогов.
А он всегда
уверял меня,
что не из тех, кто уклонялся.
- Будь к нему снисходительна.
- Поговори с ним.
Не держи в себе разочарование.
Пусть он знает, в чём дело.
- Значит,
тебе отдали на заклание пару
придурков из "Спартан-Айвс".
О которых никто не знал вчера
и о ком все забудут завтра.
Ты уверен,
что этого достаточно?
- Но будь осторожна, с твоей прямотой
можно сказать лишнего.
Я сделал всё что мог.
Добился максимума.
Тебе с ним еще жить.
- Надо продолжать давить на Бойда.
- Нет. До главного там не добраться.
Если уйду из прокуратуры -
наконец-то заработаю те деньги,
о которых все столько говорят.
- Ладно, сынок.
Уверен,
ты знаешь, что делаешь.
- Отношения отцов и
детей надо беречь.
Потому что все остальные
будут тебя кидать.
Друзья, любимые,
начальство.
Но на отца ты всегда сможешь
рассчитывать в нужный момент.
- Ну что, шестерку?
- Нет.
Замаху ничто не мешает.
- Да, замаху ничто не мешает.
И не только здесь.
Чак не обманывал.
- Расследование закрыто.
- А ты замолвишь за него словечко?
- Ты, похоже, знаешь всё до мелочей.
Гордишься, наверное.
- Я всегда им гордился.
А теперь ещё и рад за него.
- Элена - просто находка,
идеальный объект изучения.
Но для программы не годится.
- Почему?
- Она не боец.
Тень.
Не сталкивалась с
реальной бедой,
с ужасными последствиями,
какие бывают
после ошибки в космосе, что
случается регулярно. Она
сломается.
- И что же вы советуете?
- Ей нужно побывать в виброкамере.
- Всем нужна встряска.
- Откажите ей.
Если приползёт обратно,
откажите снова.
Если через полгода она
опять к вам придёт,
устройте ещё одну встряску.
- Мне уже не терпится устроить
повторный сеанс.
- Не уверена, что буду свободна.
Мне больше нравится работать с
людьми, а не давать им оценку.
- Дело не только в этом.
Слушайте,
все мы хотим
найти своё истинное призвание.
Моё -
сделать вселенную
открытой для всех
и сотворить из этой компании живой
организм, который будет цвести
и после того, как я улечу
на "Мантикоре-Девять".
Но для этого
мне нужны наместники.
- Я вам нужна совсем не для этого.
Вы хотите, чтобы я сортировала
людей по коробкам, как
второсортный Фрейд, хотя
он такой и есть.
Это может любой дурак со
справочником и машинкой для ярлыков.
Мне не нужна отстранённость.
Я люблю копаться в бардаке.
Сила мгновения.
Вот что мне нравится.
Смотреть как лед превращается в пар.
- Это проверка?
Не приползу ли я обратно?
- Нет.
Я не устраиваю таких проверок.
Но
если вы решите выяснить,
почему вы счастливы
только в дальнем космосе
или в компании гладеньких
двадцатилеток, -
приходите.
Мы быстро с этим разберёмся.
- Ё-моё.
- Офигеть.
- Вы чего это?
- Дэна Вулфа прижали
за злостное сутенёрство.
Его медсёстры трахали клиентов.
- Одна из них оприходовала чувака
из "Виста Вэрде".
- Привет.
- Как ты это устроила?
- Я же сказала, не вчера родилась.
- Браво.
Целую, пока.
- Организуй тут площадку для бочче,
пол такой ровный, что самое то.
- А мне и в голову не приходило.
- Спасибо, что согласился.
- Для Бруно - всё, что угодно.
Да, да, да, да.
Спасибо, Бруно.
- На здоровье.
Не подкачай. Вперёд.
- Пицца нереальная, в чем секрет?
- Ну, тесто, соус, сыр.
- Офигеть. А секретный ингредиент?
- Сначала делаю тесто.
Потом добавляю соус.
А потом сыр.
- Огонь.
Так держать.
- Он тебя называет "Марко".
- За пределами семьи я - Марк.
Да.
Сократил имя.
- Ну да, я понял.
Я горжусь
своим происхождением.
- Я очень горжусь своим
народом, потому и пришёл.
Мы кого-то ждём?
- Нет.
Садись.
Ну
рассказывай.
Помимо того, что ты гордишься,
почему я должен вложить свои
деньги в твой уголок штата.
- Центр Сэндикота
нуждается в перестройке.
Здания надо снести
и поставить многоквартирники.
А городской совет, куда я вхожу,
очень хочет...
- Стоп.
То, что ты описал,
только не обижайся,
я знаю, это твой дом,
но ты мне описал какую-то жопу.
Весь округ - на пороге дефолта.
- Стрессовый долг
и не означает процветания.
Покупаем по дешёвке.
За бесценок.
- Хорош бесценок, счёт на миллионы.
- Зато какой потенциал.
- Слушай,
мне каждый день
такое предлагают.
Ты сюда попал только потому...
- Я знаю, и не жду,
что вы согласитесь только по дружбе.
Я жду, что вы согласитесь,
из-за казино.
- С этого бы и начинал, ты чего.
Рассказывай про казино.
- Это будет рай.
Монте-Карло.
- Ты ведь не был в Монте-Карло, да?
Это Сэндикот, только на Ривьере.
- Слушаю.
Да мне всё рано,
сплюнете или прожуёте,
только не тяните.
- Из крана пошла вода.
- Получилось?
- Мгновенно.
Что мне надо делать теперь?
Микрофон ко мне подключите?
- Вы станете героем. Ждите.
- "Спартан-Айвс" опять мухлюет
с казначейскими векселями.
Надо опередить Чэда.
- Иногда надо просто дать людям быть
самими собой.
- Каждый раз, как только
я начинаю соображать...
- Я не первый день замужем.
- Всё равно впечатляет.
Совершим-ка
набег на автозакусочную.
- Я не буду смотреть,
как ты лопаешь дрянь.
Лук и всё такое.
Лучше возьми салатик.
Пожалуйста.
Будь другом.
- Думаете, у них есть шанс получить
лицензию на азартные игры?
- Не хочу гадать.
Ты узнай и сообщи мне.
- Хорошо.
- И если всё правда,
подобное вложение меня обрадует.
Именно в этом смысл
благотворительности.
- Чтобы вам было выгоднее,
чем остальным?
- Так же. Не больше.
- Люди заметили,
что у тебя новый фаворит.
Им это не нравится.
- Кто приносит деньги -
тот и фаворит.
- Слушай, Акс,
прости, опоздал.
- Садись. Ты пропустил
встречу по Сэндикоту.
- Извини.
- Мы и без тебя справились.
- Клади жопу на стул.
- Не могу.
- Ты почему в трениках?
- Ты не могла бы...
- Стеф,
выйди, пожалуйста.
- Я сегодня проснулся в отеле.
- Так ты и живёшь в "Пьере".
- А проснулся в "Американе".
Какая-то дыра возле
Портового управления.
Жопа горела огнём.
И
оказалось,
у меня татуировка.
- На жопе?
- Да.
- Ты набил на жопе татуху?
- Все улики указывают на это.
- Я должен увидеть.
- Ты хочешь...
- Нет, не хочу. Нет. Но я должен.
Что это за херотень?
Йосемити Сэм?
- Кажется, да.
Я его обожал.
- Сейчас ты кое-куда поедешь.
- Только не в клинику.
- Нет.
Не в клинику.
- Знаете, что говорит о
такой боли доктор Сарма?
Прошу прощения.
Да?
Сейчас открою.
Прошу прощения, я на секунду.
- Хочешь прикол?
- Не хочу.
- Мне нужна помощь.
- Это он тебя прислал?
- Да,
но не ради себя,
мне правда нужна помощь.
- Так было всегда.
Что изменилось?
- Я даже не помню, откуда она.
- Хорошо.
Нет. Не сегодня.
Я больше не работаю
только для вас.
- Мне позвонить и
записаться на приём?
- Да.
Как взрослый человек.
- А что, я могу.
- Я знал, что вы позвоните.
Содействие - всегда разумный выход.
- Думаете, это я вам стуканул?
Докажите.
Думаете, на меня вдруг накатило
и я забыл, что я делаю и зачем?
Докажите.
Думаете, Чак облажался?
Отрабатывайте свою зарплату.
- Вы совершаете ошибку.
- Опять же: докажите.
Чак Роудс доказывал такое,
что никому не под силу.
Если бы он был на вашем месте,
то объекту расследования
пришёл бы конец, но
Чаку повезло,
что за ним гоняется не он сам,
а всего лишь вы.
- Ближе, Господь, к Тебе.
- Отвали от меня на хер.
- Это последняя песня,
которую оркестр сыграл на "Титанике".
Безрадостная песня.
Я предложил вам место в шлюпке,
а вы схватились за скрипку.
Удачно попиликать, Брайан.
- Не стесняйтесь.
- Мистер Аксельрод, добрый день.
Я
Айра Ширмер, адвокат
Чарльза Роудса-младшего.
Я
задам вам несколько вопросов.
- Оррин Бах,
адвокат Роберта Аксельрода.
- Вы готовы?
- Рок-н-ролл.
- Начнём запись.
Вы заявили, что мистер Роудс
вас преследовал...
- Прошу прощения,
остановимся на секунду?
Я просто хотел сказать:
ты очень здорово всё отремонтировал.
Иногда я перед сном ухохатываюсь,
вспоминая, как ты тут всё разносил.
- Чак.
- А я об этом не вспоминаю.
Но я и засыпаю не один.
- Давайте включим запись.
- Вы заявили, что мистер Роудс вас...
- Выключите.
А где ты теперь спишь?
- Бобби.
- В подходящем помещении.
- А кто за него платит? Я или папуля?
От Дяди Сэм-то хер что получишь.
- Я сам плачу.
Нашёл заначку
под матрацем.
- Мы делом займёмся или нет?
- Включите запись.
Вы заявили, что мистер Роудс
вас преследовал. Вы уверены,
что у него не было правомерной
причины прийти к вам?
- Он пришёл посреди ночи.
С ним не было ни спецназа,
ни даже повестки, он пришёл один,
чтобы меня запугать.
- Его жена работает на вас,
он мог прийти к ней.
- Его жена уже уволилась.
- Так вы подкупали полицейских,
чтобы выгородить вашего
сотрудника Мика Данцига, или нет?
- Я...
- Протестую.
- На даче показаний протестов
быть не может.
- Речь о форме.
Это альтернативный вопрос.
- Я могу ответить.
- Умный бы послушался адвоката.
- Я перефразирую.
Вы подкупили полицию, чтобы
освободить Мика Данцига?
- Слушайте,
мы тут обсуждаем то, что сделал он.
Вопрос не по теме.
- Вы отказываетесь отвечать?
- Да.
- Вы упоминали нанесённый ущерб.
Вы готовы открыть бухгалтерию
и назвать конкретную сумму
материального ущерба?
- Да, ущерб имелся. Нет, я не готов
сейчас открывать бухгалтерию.
- Значит, вы говорите не
о фактическом ущербе.
Вы говорите, что
ущерб можно оценить
по действиям мистера Роудса.
- Да.
- Да.
Это называется психологический
или моральный вред.
Итак,
Чак нанёс вам психологический
или моральный вред?
- Сделаем перерыв.
- Вы не хотите заявить на всю
Уолл-стрит, что Чак вас обидел?
Запудрил вам мозги? Сбил с панталыку?
- Выключите камеру. Перерыв.
- Что?
- Звонит Сэнфорд Бэнсингер.
- Сэнди.
- Мы называемся "Обет",
потому что даём клятву.
Ты знаешь, что такое "Обет"?
- Конечно.
Понимаю.
И я уже взялся за то,
что мы обсуждали,
и даже собирался тебе звонить,
пообщаться насчёт создания траста.
- В смысле, фотосессию?
Можно в костюмах.
Я - Иоанн Креститель,
а ты - Сын Человеческий.
- Слушай, Сэнди, я не
меньше твоего расстроен,
что наша встреча
попала в прессу...
- Сделай мне одолжение,
перестань врать.
Я не люблю, когда
меня используют.
Я добился того, чего добился,
потому что умею делать выводы.
Собирать разбросанные фрагменты.
НФЛ
отвергает твоё предложение.
Я попросил разрешения
сообщить тебе лично.
- Они
откажутся от самой
крупной суммы?
- Спортивные клубы -
это рыцарские ордены Америки.
А ты не дворянин.
Ты простой разбойник.
- Так вот, насчёт ущерба.
Он совершенно конкретный
и доказуемый.
Я потерял из-за
тебя футбольную команду.
Давайте включим запись?
- Теперь перерыв нужен нам.
- Нет. Продолжим.
- Умный бы послушался адвоката.
- Я сам себе советник. Продолжаем.
- Да как нехер делать.
Погнали.
5 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Это на дорожку.
- Как ты утром встаёшь на работу?
- Мой личный медбрат, находит мне
укромное место и капельницу.
Сорок пять минут -
и я как новенький.
- Ты кое-куда поедешь.
- Только не в клинику.
- Нет.
- Мне нужна помощь.
- Центр Сэндикота нуждается
в перестройке.
- Почему я должен вложить свои
деньги в твой уголок штата?
- Я и не жду, что вы
согласитесь только по дружбе.
Я жду, что вы согласитесь,
из-за казино.
- Вряд ли я смогу
помочь вам с Бойдом.
Я хочу, но...
Микрофон ко мне подключите?
- Мистер Маккиннон,
вы станете героем.
- Стивен Бёрч?
- Либо он, либо ты.
- Проведи вскрытие сделки,
и в трупе найдёшь Пулицера.
- Вас ждёт тюремное
заключение сроком
в одиннадцать лет.
- Я не хочу в тюрьму.
- Мудрое решение, мистер Бёрч.
- Эту тему надо срочно закрыть.
- Тогда какие есть варианты?
- У меня есть пара человек.
Могу принести их в жертву.
У меня есть способ
всё перепроверить.
Буду начеку.
- Надеюсь.
- Не все вокруг дикари.
Роудс стал смотреть
на вещи шире.
- Я не хочу, чтобы Бойда завалили.
Мне это не подходит.
- Ты ни с кем не делишься идеями.
Как бы ни болел за человека.
- Я отгоню машину, мистер Вагнер.
- Пускай стоит тут.
Мы с ней очень скоро уедем.
- Какие люди!
- Привет, Вагс.
- Это же Вагс.
- Вагс, где пропадал?
- Вагс, я тебе звонила.
- Я перезвоню.
Ты не пил. Глаза ясные.
Дай-ка.
Не дрожит.
- Хочу выговориться.
Когда я сюда устроился,
то дал тебе слово, а ты дал мне.
И мы держали слово,
несмотря ни на что.
- Судя по зачину, ты явно хочешь
сказать что-то важное.
- Да.
- Даже судьбоносное.
- Да.
- Но сейчас не твоя очередь говорить.
- Почему это?
- Пока ты там изучал духовные
практики индейцев яки
и учился бегать как тараумара,
я тут рвал жопу в
битве при Фермопилах!
- Отличная работа, Сунг.
Боссы не верили, что мы сможем создать
сверхтонкое сапфировое стекло.
А я такой: "Хрен.
Вы не знаете Сунга".
- Акс, мы в жопе.
- Горди, это мистер Бубловски.
- Да ну на хер. Просто Ники, малыш.
- Здрасьте.
- Знаешь, я всем обязан
твоему папе.
Мы тут просто загибались, я
ни цента не мог заработать,
а потом твой папа придумал, как одной
ставкой срубить пятьдесят штук.
Понимаешь...
- Ну всё, всё, отложим
лекцию на будущее.
Он уже знает самое главное:
кто победит, если не знать,
чем всё кончится?
- Лохи.
- Пофоткай чего-нибудь.
- Телефон сел.
- Держи.
- Ты же не за наводкой на скачки
пришёл?
- Слышал что-нибудь про новое казино
на севере штата?
- Слухи. Слышал слухи.
- Мне очень надо знать,
где именно оно строится.
- Про город неясно.
Я слышал про одного крутого
воротилу, Дональда Тэйера.
Он собирается что-то мутить на севере.
- Я знаю Тэйера.
- Ну ещё бы.
- Пап, у тебя телефон аж разрывается.
- Да?
Хочешь рассказать про херню
в "Сансомик"? Я уже в курсе.
- Да, отзывают четыреста
тысяч смартфонов.
Поставщик стекла заявил, что
новые супертонкие экраны
уже при сборке трескаются
под горячим воздухом.
Кто-то там даже в окно
сиганул из-за этого.
Но я звоню не только поэтому.
- Что?
- Сэм Брандт, журналистка,
вышла на охоту. Знает,
что ты на этом погорел
и в этом квартале
выходишь в минус.
Хочет затащить тебя в своё шоу.
- Твою мать. Уймёшь шумиху?
- Нет. Но если ты не откажешься,
то выгадаешь последние три
дня месяца.
- Ладно, соглашусь.
Спасибо, что сказал.
Сука.
- Мы всё ещё о том же самом?
- Да.
- Мы ведь выше этого.
- Не будем рассматривать
под таким углом.
Венди?
- Я просила его не
наряжаться для ужина.
Восемь человек на веранде,
он соглашается, а потом выходит
в костюме.
- Я же с работы пришёл.
- Эрик живёт в трёх кварталах от нас.
- Ну ладно, я хотел надеть костюм.
Мы же не сплавляться по
реке Колорадо собирались,
а есть этот сраный раковый суп.
Во дворе таунхауса
за семь миллионов.
- Венди?
Вы можете сказать Чаку, почему вас
так расстроило, что он надел костюм?
- Да. Он постоянно напоминает
окружающим, что он - прокурор
штата от Южного округа, поэтому -
костюм.
Мало того, что он считает,
будто у него призвание,
а у остальных просто работа.
Ему надо всё время доказывать...
- Думаешь, я не знаю,
как люди смотрят на нас?
Думаешь, я не понимаю, что
ты найдёшь и получше меня?
А мне, может, хочется одеться так,
чтобы никому в голову не пришло:
"Боже, да что она
в нём-то нашла?"
- Я не знала, что ты так думаешь.
- Если бы квартал кончался сегодня,
нам бы всем тут
наступил полный кирдык.
Из-за "Сансомик" мы рухнули к
отметке минус два и три процента,
но у нас есть три дня,
чтобы всё исправить.
Итак.
Я вас слушаю.
- Я навожу мосты с
"Тэрритори Петролеум".
У них крепкие позиции,
кое-что отыграем.
- Поздняк. Когда обнародуют
цифры, нам хана.
Разве сделка по Сэндикоту не на тебе?
Ты почему здесь?
- Мне показалось, у нас аврал.
- Да, всё так, но великие не
жертвуют важным ради срочного.
Они решают насущные проблемы,
чтобы обеспечить будущее.
Фергюссон?
- Лонги ликвидных активов.
В запасе есть пара
готовых позиций,
можно будет внести в отчет
инвесторам пару красивых имён.
- Это сраная показуха. Раф?
- Давайте вложимся в
самые надежные акции.
Это небыстро,
но мы хотя бы покажем инвесторам...
- Думаете, я не вижу, в чём дело?
Вы все осторожничаете,
чтобы иметь шанс по итогам
квартала обойти остальных.
Вы все - эгоистичные гондоны,
которым лишь бы бонусы не
урезали да премии не лишили!
В этой фирме есть только одна валюта,
как и в любой другой фирме, -
беспроигрышные серии,
броня в виде правильных решений!
Пробьёшь броню - рухнет всё.
Никто не уйдёт отсюда,
пока мне не предложат
такую идею,
чтобы через пару дней
весь мир содрогнулся.
- В жопу.
- Ну наконец-то кто-то что-то родил.
- Я считаю, нам нужно быстрое решение
на тормозящем рынке.
- Да.
- Есть идея.
Я пообщался с Виктором.
- Чего ты общался с Виктором?
- Сам знаешь, чего.
Она может выйти?
- Да хрен там.
- Это изменит мое предложение.
- Так и задумано.
- Одну проблему ты решил, но другую,
более насущную, усложнил.
- То есть, идей нет?
- Нет. Как раз наоборот.
Но рассказать тебе, видимо, не могу.
- Ты имеешь право на промах.
Ты не алгоритм,
не машина, ты - человек.
Убыточный квартал - не так страшно.
У всех бывает.
Доверие можно строить и на ошибках.
Есть такие исследования.
Ты сказал, чтобы я даже не
подпускала тебя к грани.
Для этого я здесь, так что будь готов
к подобным результатам.
Иначе никак.
Если ты с ними не согласен,
постарайся их принять.
- Оставь меня одного.
И куда всрался Вагс? Найди его.
- Мистер Уотли,
задержитесь, пожалуйста.
- У меня очень важное совещание.
Я к вам зайду,
как только будет окно.
- Я видел ваше расписание.
Найдите время
или я вас заставлю.
- Деб, ты нашла Вагса?
- Нет.
Но у меня есть идея.
- Правда?
- Часть идеи. И не у меня.
Я её подслушала. У Мэфи.
Ещё вчера.
- Ясно.
- Только не выдавай.
Дело деликатное.
Он от тебя прячется.
- Это здесь рождаются идеи?
- Я уже
заканчиваю.
- Я тебя знаю, Мэфи.
Знаю, когда ты что-то скрываешь.
Мы здесь одни, расскажи.
- Есть одна идейка с валютой.
- Подробности телепатически
передаешь?
- Ну ладно. Есть
один мужик,
Эверетт Райт, мы друганы
ещё с колледжа,
играли в лакросс.
Кликуха у него - "Всегда Готов".
Всегда был лучше меня.
Работает с валютой в "Ричардсе",
с самого выпуска по этой теме.
Короче,
он классный парень. Я его люблю.
Когда меня взяли сюда,
я подумал: "Ну наконец-то!
Я его сделал".
Но если я тебе всё расскажу,
ты его тоже полюбишь.
- Мэфи,
ты навсегда в моём сердце.
- Ты не знаешь Эверетта.
Возьмёшь его к себе -
он увидит Деб.
Твою мать.
- Я хотела обсудить дальнейшие
шаги в деле Лоренса Бойда.
Раз теперь с нами Маккиннон,
может, надо быть поактивнее?
- Ты бывала на охоте, Сэкер?
- Нет, я чёрная.
- Не знал, что это проблема.
- Проблема.
- Понимаешь,
когда я перешёл в старшую школу,
мой отец отвёз меня
в Канаду охотиться на волков.
Чтобы я стал мужчиной.
Это было
ужасно.
Помню, мы испробовали всё,
чтобы взять волка.
Следы искали,
оставляли оленье мясо. Выли.
Он дул в манок, который
имитировал умирающего кролика.
Но мы так ни разу и не
увидели ни одного волка.
Три жутких дня спустя мы
набрели на охотника, старика.
Слишком старого,
чтобы охотиться.
И он дал нам совет.
На следующий день мы
нашли трёх волков
и одного завалили.
- Что он сказал?
- Он сказал отцу,
что надо использовать такую ловушку,
которой не избежит ни зверь,
ни человек, ни Лоренс Бойд.
Он сказал...
- Звонил Маккиннон.
- Привет.
- Привет.
Шеф Райан всё приготовил
для твоего нового друга.
Он во дворе.
- Всё лучшее – гостю.
- Мне нужна твоя помощь.
Хочу вывести бизнес на уровень выше.
Привлечь капитал.
- Раньше ты не спрашивала,
можно ли выписать чек.
- Да нет.
Я не хочу просто взять деньги.
Мне надо, чтобы у бизнеса
была внешняя поддержка.
Реальный капитал.
- Ты точно готова?
Потому что, если
не готова, то...
- Я готова.
- Хорошо.
Я позвоню Бойду, он найдёт, с кем
тебе пообщаться в "Спартан-Айвс".
- Лобстер?
- Хотел тебя впечатлить.
Получилось?
Короче, Мэфи
сказал, тебе не
нравится в "Ричардс".
- Мэфи.
Ну даёт.
Меня уволят уже за
то, что я пришёл.
- Если мы договоримся,
пускай увольняют на здоровье.
- Ну да.
Фирма выбрасывает на
ветер кучу денег.
У меня с этим
философская проблема.
- Да? И что же именно
они боятся сделать?
- Одной фирмы тут мало.
Нужно, чтоб вся банда собралась.
- Слушаю.
- Правительство Нигерии
девальвирует найру.
- Откуда знаешь?
- От управляющего Центробанком.
- Серьёзно?
- Нефтяная промышленность Нигерии
слабее, чем сообщается официально.
Её запросто сдует ветром.
Девальвация необходима.
- И когда это случится?
- В том-то и дело.
Может быть, через месяц.
А может быть,
прямо завтра,
если кто-то демонстративно
выступит против.
- Скинь все данные мне на почту.
Зашифруй.
Как только мы закончим обед.
Если мне всё понравится,
мы ещё не раз преломим лобстера.
- Есть прекрасный твил
из шерсти и шёлка.
Когда будете готовы,
подберём подкладку.
- Я прочёл его исследование. Сильно,
но очень по-крупному,
за пределами моих параметров риска.
Вложить в это три
миллиарда – и озолотимся.
- Не могу, Бобби. Я регулярно
работаю с Нигерией.
И не только я. Все сними работают.
Мы не можем выступать против
их правительства.
- Если оно такое слабое,
кто же тут виноват?
- Это неважно. Тогда заемный капитал?
- Если я пойду по банкам,
пойдут сплетни и они все просекут.
- Конечно.
Обратись к таким же, как ты,
кто может себе это позволить.
Серьёзным игрокам
с большими деньгами.
Краков, Мэлверн,
даже Бёрч,
у него был удачный год.
Его это заинтересует.
- Вряд ли они готовы стать
на мою сторону.
- Я в курсе ваших отношений.
Но, если я скажу им, где золото,
они возьмутся за лопаты.
Галстук не нужен?
- Нет, в другой раз.
Я буду ждать твоего звонка.
- Это Вагс.
Давайте повеселее.
- Вагс, твою мать, где тебя носит?
- Я чуть не раскололся.
В мужском туалете, когда
болтал с Майклом Арэндтом.
- Управляющий директор
по фиксированному доходу.
- Всё плохо.
Майк, привет.
- Том, а можно не так близко?
- Конечно.
Смотрел вчера игру "Никс"?
- "Никс" вчера не играли.
- Я хотел сказать "Мэтс".
Надо нам как-нибудь
глянуть игру,
поговорить, как мы вертим рынок
государственных векселей
как праздничную индейку.
- Ты охренел?
У меня куча работы.
Пока.
- Простите.
- Ну-ка, дайте ручку.
Давайте.
Да, вам тяжело приходится.
Конечно, хотелось бы
большего прогресса.
- Вернуть его?
- Пускай попсихует.
Сам потом попросит
вернуть ручку.
- Когда люди видят, как я
тренируюсь для Коль-дю-Турмале,
это вдохновляет их на свершения.
Устрою передышку.
- Да не надо, я на секунду,
потом продолжишь.
- Нет.
Ты здесь.
Давай будем здесь
вместе.
- Я хотел спросить,
от Вагса ничего не слышно?
- Нет.
Знаю, что он пропал и что по нему
скучают, чему я очень удивился.
- Что он пропал или
что по нему скучают?
- Все же видят, что он несётся прямо
в стену, как Титаник на свой айсберг.
- И как ты ему помешал?
- Э нет, сэр,
если грозит столкновение,
пусть оно состоится.
Только так и можно выбраться.
- Если выживешь.
- Слушай,
ты нанял меня не холить сотрудников,
а ради максимальных результатов.
- Нанял тебя он, а я просто одобрил.
- И ты всегда с ним соглашаешься?
- Ты удивился, что по нему скучают?
- Ну о нём говорят так, будто
ненавидят его до усрачки.
- Зато меня - нет.
Он добровольно занял
такую позицию.
- Значит, тебя волнует
только его преданность.
- Дело не во мне.
- Чтобы спросить, не
знаю ли я, где Вагс,
можно было просто
позвонить, братец.
Ты пришёл,
потому что на самом деле речь о тебе,
потому что тебе это необходимо.
И я здесь именно для этого.
- Правда?
- Впусти меня к себе на кухню.
Какую роль Вагс играет для тебя?
- Он мой личный детектор херни
и он меня веселит.
- Что ж,
я могу его заменить.
- Будешь детектором херни?
- Конечно, как двойная порция геля
после бритья на лице.
- Тогда вот тебе ответная услуга.
Первое: я впущу тебя к себе на кухню,
только если мой повар
будет в отпуске.
Второе:
я не доверяю тому, кто хочет подсидеть
того, кто взял его на работу.
Третье:
когда люди заглядывают
к тебе и видят,
как ты готовишься к
Тур-де-Франс в одних трусах
в офисе Венди Роудс,
это не вдохновляет.
Они просто удивляются,
почему она больше не с нами.
- Крепкое предложение.
Хороший бизнес.
- Спасибо.
- Зачем вам деньги на самом деле?
- Нам нужно обгонять
конкурентов.
Уже сейчас.
Быстро нарастить долю на рынке
и вытеснить их подальше.
Мы берем препараты в розницу.
Их надо закупать оптом.
Наш следующий рубеж -
кампусы при колледжах.
"Похмелью бой".
А, поскольку наш продукт -
это стимулятор,
логично заняться и
фитнес-индустрией.
- Я могу устроить вам встречу с рядом
других инвесторов.
Они вас с руками оторвут.
- Спасибо, что уделили время.
Мы
будем на связи.
- Всегда к услугам Лоренса Бойда.
Он лично просил за вас.
И всегда
к услугам вашего мужа.
- Спасибо.
- Брайан?
- Извини, я на секунду.
- Давай.
- Мне сказали, ты здесь.
Это "Клуб Го"?
- Да.
Сегодня я - хозяин,
а у меня дома тесновато.
- Я звонил...
- Мы
кладём телефоны в корзину
перед игрой, потому что
у древних игроков в
го не было трубок.
- Ясно. Понял.
А обет безбрачия вы не даёте?
- Нет, оно само получается.
- Звонил Маккиннон. Они с
Бойдом ужинают вместе с жёнами
завтра вечером.
- Ты был прав, быстро.
- Отдельная кабинка в "Аи Фьори".
- Уютно.
- Договорись с ФБР о наблюдении,
мы будем там.
- Сделаю.
- Кстати, чуть не забыл,
не проворонь "прыжок обезьяны".
- Я бы сюда не попёрся, если бы
Лоренс Бойд не попросил.
- Зачем звал?
- Здравствуйте, слушаю вас.
- Принесите три ламберджека.
- Конечно.
- Нигерия девальвирует валюту.
- Да ты гонишь.
- С чего ты взял?
- Мы сами это устроим.
- Копать-хоронить.
- Все данные уже готовы.
- Курсы валют завязаны на время.
Если опоздать, останешься с носом.
А поспешишь – Центробанк изменит
ставки и прощай позиция.
- Согласен. Поспешить - всё равно,
что ошибиться, поэтому я здесь.
Если каждый из нас займёт жёсткую
позицию относительно найры,
время будет в наших руках.
Мои трейдеры сейчас сидят
на шорте в "Оскар Лэджер",
в Европе тоже всё готово.
Я и один неплохо заработаю.
- Так ты просто возжелал поделиться?
- Да хрен там.
Одному тебе силёнок не хватит.
Тебе нужны мы.
- Мы все видели календарь.
Тебя шваркнул "Сансомик".
Наверняка от этой
сделки зависит,
будет ли "Акс Кэпитал"
в минусе по кварталу.
Нам бы тебя слить.
- Ладно, угадал.
Это сработает, только
если действовать вместе.
Нам нужны пять миллиардов.
Моя доля - два, тогда
с вас по одному.
Итак,
что вам больше интересно -
опрокинуть меня или заработать?
- Твою мать.
- Согласен.
- И я.
- Это Эверетт.
Он введёт вас в курс дела.
Я угощаю.
- Мама сегодня отвезёт нас в школу?
- Нет, солнышко, я же тебе говорил,
мама с папой поживут какое-то
время раздельно, так что
сейчас дома я,
а мама придёт вечером.
- Мама даже приходить не хочет.
- Это неправда, Кевин.
Посмотри на меня.
Даже думать об этом не смей.
Это папа виноват,
что мама не живёт больше с нами.
В твоём возрасте
кажется, что родители знают всё,
но это не так. Мы не идеальны.
Мы просто обыкновенные люди,
у которых не всегда
всё выходит так,
как хотелось бы.
Вот и я совершил
несколько ошибок,
за которые нам теперь
приходится платить.
Если хочешь кого-то винить,
вини меня, а не маму.
- Европейский автопром применяет
тонны цинка, не в буквальном смысле,
это гипербола, просто
очень много цинка.
- Доброе утро.
- Не для тебя, Бобби.
Кто-то слил инфу. Банки в курсе,
и Нигерия теперь тоже.
Они отвечают.
- Они что,
решили поднять свою сраную найру?
- Похоже на то. Вот,
решил предупредить.
- Бобби?
- Бёрч!
- Ларри в жопе, да?
- Не слышу паники в голосе.
- Ну да. Как Роудс явился ко мне
в том году, так и не паникую.
- Могу себе представить.
- Я долго пытался понять,
как эта история попала в газеты,
как этого хватило, чтобы
уделать прокуратуру штата.
- Да уж, было жёстко.
- С тех пор у меня было
достаточно времени,
чтобы посидеть, подумать,
и вот до меня дошло.
Если я проиграл,
то кто-то другой выиграл.
Я проигрывал в голове по
тысяче сценариев в день,
и всегда получалось
одно и то же, Бобби.
Я был твоей ширмой.
- Это ты совершил сделку.
Дал слабину.
- Забавно, я хотел то же сказать тебе.
Ты меня ослабил.
Из-за тебя я потерял бизнес. Эту затею
ты подогнал в качестве извинений?
Нет.
Этого мало.
Так что я не буду играть против
найры, а строго наоборот.
И кое-кому сообщил,
что происходит.
- Сильный ход.
Я бы на твоём месте
поступил так же.
- Не сомневаюсь, Бобби.
- Деб!
- Да?
- Ты Вагса нашла?
- Пока нет.
- Чисто для справки: я про того
мужика, из кабинета напротив.
Майкл Вагнер, Вагс.
- Я знаю. Прости. ищу.
- Я знаю, что мои данные точны.
И знаю, что это уже неважно,
игра изменилась.
- У Нигерии сильная защита?
- Для них это как миссия Аламо.
Краков и Мэлверн думают,
как отвертеться. Тебе тоже надо.
Я не хочу, чтобы мой второй рабочий
день лишил тебя пяти миллиардов.
- Ладно, предположим, я удержался.
- Начнётся международный
петушиный бой.
Нужны те,
кто будет ставить на тебя.
- Мне нужна серьёзная огласка.
- Да. Тебе нужен сторонник,
кто-то успешный, экономист,
человек объективный
и проверенный.
Который убедит их
девальвировать.
- Кто-то типа Лоренса Бойда?
- Да.
Да, кто-то типа.
- Со мной можно и пожёстче.
- Поднимай, поднимай.
- Прошу прощения.
У вас швейцарский акцент?
- Да ладно. Никто не угадывает.
Большинство считает, что я немка.
- Просто они не ездили на лето
в Цюрих, учась на юрфаке.
- Так вот почему вы в костюме.
Вы юрист.
- Сказала она с лёгкой насмешкой.
А чем таким интересным
занимаетесь вы?
- В данный момент я что-то
вроде скульптора.
- Вот бы увидеть ваши работы.
- Когда-нибудь покажу.
- Да.
- Акс, я не собирался терять в той
столовке миллиард баксов.
- Хочешь выйти?
Я заберу себе твои
позиции хоть сейчас.
То, что отводилось Бёрчу,
я уже выкупил, могу взять и ваши.
Только скажите.
- Ты рискнёшь половиной своей
компании ради одной сделки?
Это безумие.
- Я уже в это вписался.
И никакая страна третьего мира
с дохнущей промышленностью
и едва живой валютой
меня не подвинет.
Я сровняю их с землей
и без Бёрча, и без вас обоих.
- Ишь ты.
Сильно сказано.
Я тебе даже верю.
- Ну?
- На хер. Я в деле.
- Я тоже.
- Акс, если это хитрость,
если ты затеял какой-то трюк,
мы накинемся на тебя всей толпой
и обглодаем до костей.
- Здравствуйте, мистер Аллэрд.
- Здесь?
- Они сюда не придут. Поверьте.
- Выкладывайте.
- Прокуратурой управляет страх,
амбиции и карьерный рост.
- Наверное, поэтому она так успешна.
- Верность ослабевает,
по фундаменту пошли трещины.
К этому моменту я опросил почти всех,
кроме Роудса. Он будет последним.
Это было
весьма любопытно.
У него есть слабые, но неподходящие,
а есть подходящие, но сильные.
Я выделил одного подходящего,
скоро начнём.
Уотли
пытается меня избегать, но
скоро я его прижму.
- Если это поможет,
я добьюсь его отстранения.
У нас хорошая поддержка.
Генпрокурор настаивает
на срочности.
- Я всё сделаю.
- Я тебе верю.
- Спасибо, сэр.
- Работая с Мондэйлом,
я кое-чему научился.
Возьми часть себя
и спрячь подальше в подвал.
Всё, что осталось,
посвяти работе,
но эту частичку сохрани.
Поверь моему опыту.
- Я запомню.
- Иногда я думаю вашими словами.
Сейчас вспомнилась "какая-то жопа".
- Сэндикот?
- Без казино придётся
отказаться от бондов.
- Даже если сработает вся эта херня
про возрождение города?
- Прирост будет, но поэтапный,
слишком долго и слишком мало.
Без казино он из потенциального
объекта превратится в ненужный.
- Понятно. Твою мать.
- Сейчас я начну продуктовую
ковровую бомбардировку.
- Спасибо, Дэвид.
- Не благодари. Поддержи нас,
когда мы выпустим акции.
- Естественно.
- Я сразу вижу, когда
меня обрабатывают.
Что за тема?
- Бонды.
Если твоё казино окажется
в нужном мне городе.
- И, раз мы друзья,
я сразу все тебе расскажу.
- Я на это надеялся.
- "Додж-челленджер"
шестьдесят девятого.
- Который я у тебя отбил на
аукционе в "Баррет-Джексон"?
Он стоит на улице. Держи.
- Машина -
это чудный жест,
я возьму.
Но этого
мало, чтобы всё получилось.
Моё казино поднимет
город, так что
будем партнёрами,
твоя личная гарантия,
пять процентов мимо кассы.
- Лады.
Только скажи, где.
- В Сэндикоте.
Официального решения
комитета пока не было, но
мне уже намекнули,
что вопрос решённый.
- Все казиношники - лживые засранцы.
- Зато мы этого не скрываем.
- Берем муниципальные бонды.
Казино будет в
Сэндикоте, наверняка.
Мы участвуем в игре.
- Опиши мне вкус.
- Попробуете?
- Попробовать -
это как в луже утонуть.
- В столовой наверняка могут
сделать и для вас.
- Нет. Он на здоровом питании.
Сейчас придёт Маккиннон.
- Ну что?
Вы готовы, Том?
- Да, да, готов.
Надо бы двигать в бар. Уже пора.
- У нас только один шанс.
И помните:
как только выпадет возможность
поговорить с Бойдом приватно, -
действуйте.
Обсудите нечестные торги,
дайте понять, что
вы в курсе дела
и что волнуетесь из-за
нападок Майкла Арэндта.
Он сразу начнёт вас успокаивать.
- Да я могу наброситься
на этого пидора.
- Спокойно, Том.
От этого ему будет куда
больнее, чем от удара по морде.
Не оплошайте.
Как там связь?
- Всё готово.
- Хорошо.
- Сэндвич с тунцом -
сорок пять долларов.
Я вам скажу, что напитки...
- Два стакана за стойкой, это третий.
- Это остров. Туда всё
привозят на катере.
- Я знаю, что Мистик - это остров.
- Хорошо.
- И что ты сделал, Ларри?
- Спросил, в какую цену
лимоны, выжимать буду сам.
Либо так, либо надо брать
с собой золото в слитках.
- Ларри, не строй из себя нищего.
Сколько ты уже поднял в этом году?
Ну скажи.
Двадцать три - двадцать
четыре миллиона?
- Тому больше не наливать. Принесите
ему чёрный кофе, пожалуйста.
- Да на хер мне твой кофе.
- Он напился, даём отбой.
Официант - наш агент,
ущерб будет минимальный.
- Ждём.
- Тайский массаж - он в одежде.
- И что же тут хорошего?
- Вот именно.
- Ларри.
Ларри, ты мудак.
- Было плохо - теперь вообще жопа.
- Дорогая, сходите в уборную.
- Да, припудрите носики.
- Том, кончай страдать хернёй,
не позорься.
- Думаешь, я не знаю, в чём дело?
- И в чём же, Том?
- Арэндт угрожает нам всем.
С этими гособлигациями
он всех нас пересажает.
- Гарантии.
Вот чего ты хочешь.
Майк собирает старую банду,
как я ему и сказал.
- Охереть.
Это ты ему велел?
Я думал, он сам.
- Условия опять подходящие.
Сделаем заяву на аукционе,
сраной пятнашки
федералы не хватятся.
А потом обсудим и
двадцать шесть недель.
Но сейчас надо разогнаться.
Успокойся.
- Годится.
- Когда я сюда устроился,
то дал тебе слово,
а ты дал мне.
И мы держали слово,
несмотря ни на что.
- Но сейчас не твоя очередь говорить.
- Почему это?
- Пока ты там изучал духовные
практики индейцев яки
и учился бегать как тараумара,
я тут рвал жопу в
битве при Фермопилах!
- Я ходил к Венди.
Мы разбирались.
- Так.
Вот об этом я бы послушал.
- Как бы объяснить...
- Вагс, проснись.
Вставай.
- Зайка, не надо.
- Я тебе не зайка.
Это Венди. Вставай.
- Зачем?
- Затем, что ты напросился на сеанс,
а сам не пришёл.
- Ой. Вы ещё не ушли.
- Нет,
не ушла.
Я тут, но не в этом смысле.
- Мистер Вагнер, я могу зайти в
полдвенадцатого, в два или после пяти.
- У неё есть ключ?
Действительно.
У тебя стоит капельница
прямо в номере.
У вас внезапный выходной.
С оплатой.
Это твой третий развод,
но первая тату на заднице.
Есть идеи?
- Идея была - пьющие бабы
и наркотики. Полное равновесие.
Внутренний Дзэн-сад.
- Простота, гармония стихий,
чистота, - вот что такое Дзэн-сад.
Думаю,
ты спутал с порно-"Оскаром".
- Допустим.
- Вот твои варианты.
Мы можем заниматься интенсивным
психоанализом два года
пять раз в неделю,
снимать твои барьеры, пройти
через все твои защитные реакции
или ты можешь сам рассказать,
что за херня.
- Как?
Разве не для этого
нужен психоанализ?
- Потому я им и не занимаюсь.
У нас нет такой прорвы времени.
Больше нет.
- Времени точно нет.
У меня же капельница в
гостиничном номере.
- Хорошо.
Что бы ни было причиной,
ты не ушёл в себя,
не стал впадать в депрессию,
ты решил отвлечься.
- Мне грустно.
Одиноко.
- Отвечай быстро,
пускай и неправильно,
только сразу.
Когда это началось?
- Я был в сортире.
Это было в клубе в
нижнем Ист-Сайде.
Я спустил кучу бабла на
якобы настоящий метаквалон.
- Что ты делал в нижнем Ист-Сайде?
- Пил с одним козлом, бывшим
коллегой. Как же я его ненавидел.
Ненавидел, когда вместе работали,
и ещё сильнее - в тот вечер.
- Зачем ты пил с тем,
кого ненавидишь?
- Я всё время пью с теми,
кого ненавижу. Работа такая.
А с кем не пью,
те просто великие люди.
Ё-моё.
Ё-моё, Фил!..
Как же я проворонил?
- Фил?
- Филип Кэрол.
- Тоже козёл?
- Нет,
он наоборот.
Он был моим учителем,
когда я начинал в "Лэймане".
Главный придворный
на Уолл-стрит,
оплачивал коллективные
отпуска, когда был на пике,
и вот он рухнул на самое дно.
Я встретил его на улице.
Привет, Фил!
Он посмотрел на меня, я помахал.
Он прошёл мимо меня, вообще
не среагировал, будто я призрак.
Оказалось, у него
синдром Альцгеймера.
Даже гулять
один уже не может.
- У него Альцгеймер.
- Жена его бросила.
Дети тоже не навещают.
Полная жопа.
Он как бы и здесь, и не здесь.
Оболочка,
лишённая каких-либо целей.
- Эта встреча заставила тебя
задуматься о том, что все мы смертны
и однажды станем бесполезны.
Ты увидел своего героя,
лучшего человека,
чем ты сам, на самом дне.
Это эмпатия.
Почему его беда так
тебя зацепила?
Почему ты стал так чувствителен
к этим размышлениям?
- Акс завёл себе
директора по персоналу.
Её зовут Стеф Рид.
- То есть, ты ему больше не нужен.
А если ты не нужен ему,
то никому не нужен.
Ты стал бесполезен.
И тебе остаётся только одно -
умереть.
Но ты не умер,
а значит, пора идти дальше,
развиваться.
Становиться новым человеком.
- На этой самой скамейке
Венди собрала меня
по кусочкам.
- Она умеет.
- И я решил дать тебе шанс изменить
то, что требует перемен.
Модернизировать,
оптимизировать,
убрать старую клячу с пашни.
- Нет, я, конечно, сочувствую Филу,
но без тебя здесь всё
к херам развалится.
Ты мне нужен,
тем более, что я уволил Стеф Рид.
- Уволил?
- Ты ошиблась.
Я не человек.
Я машина.
Я, сука, просто терминатор.
Так что твоя отставка отменяется.
Выпей кофе. Мы тут едва держимся.
Я только что дал
отмашку по Сэндикоту
и мы в одном шаге от того,
чтобы выйти в плюс по кварталу.
- Кофе!!!
- Чак.
Ты так и не дорассказал.
Какую ловушку вы с отцом
поставили, чтобы поймать волка?
- Это было
время, Сэкер.
Мы проторчали на одном
месте целый день.
Ловушкой было время.
- Заработался?
- Да.
И не останусь. Через пару часов
мне надо выступать по телеку.
- По дороге позвони от меня
Лоренсу Бойду.
- Мы едем вместе. А что?
- От женщины, с которой он меня свёл,
никакого толку.
- Не понял.
- Не встреча, а херня.
- Ты же вела себя как деловой
человек?
- Ещё бы.
- А она что, была
невежлива, грубила?
- Нет, она вела себя, словно
я жёнушка папика,
словно мой бизнес не готов.
- Я же говорил,
что ты не готова,
но меня ты не послушала.
- Ты же сам свёл меня
со "Спартан-Айвс".
Сказал: "Действуй".
- Давай не будем. У меня сейчас нет
времени на серьёзный разговор.
Ты не готова.
На том и сойдёмся.
- С хера ли не готова?
- Что ты умеешь делать
лучше всех в мире?
Ты предлагаешь услугу,
изобретённую другими, препарат,
изобретённый другими и
метод, изобретённый другими.
Это нельзя запатентовать и
нельзя назвать уникальным.
Ты не определила
нужный сегмент рынка,
не обозначила до конца свою концепцию.
Мне продолжать?
Так зачем банку вкладывать
в это серьёзные деньги?
Я предупреждал тебя, но ты меня не
слушала, а теперь уже слишком поздно.
Ты не была готова.
А теперь я поехал
в город спасать этот квартал.
- Мистер Аксельрод,
через две минуты выходим в эфир.
- Спасибо.
И тебе спасибо, Ларри.
- Ты уже решил,
как будешь действовать?
- Да.
- Когда меня вызовут,
я тебя поддержу.
- Моя бывшая ассистентка теперь
помощник федерального судьи.
- Так.
- Она мне сказала, что судья пописал
ордер на арест Лоренса Бойда.
За ним уже выехали.
Через час он будет в наручниках.
- Спасибо.
- Готовы?
- Да.
- Сделай их.
- Обязательно.
- Акс. Давай как-нибудь пообедаем
в "Саванна энд Майк".
- Что?
- Когда выйдем в эфир, мне понадобится
реакция против тебя насчёт Нигерии.
Что с тобой?
- Ничего.
Спросишь меня про браслет?
- Хорошее начало.
У нас в гостях Бобби Аксельрод,
основатель и директор "Акс Кэпитал".
Бобби, спасибо, что пришёл.
- Всегда рад, Сэм.
- Пока мы не начали: я заметила
у тебя на руке любопытный браслет.
Он что-то значит?
- Этот?
Я ношу браслет юруба в знак
солидарности с народом Нигерии.
Эти люди полны надежд и стремлений,
но сегодня меня беспокоит их будущее.
Их экономика - на грани коллапса,
запасы нефти запредельно переоценены,
а валюте угрожает опасность.
- Так что - да, я
ничуть не сомневаюсь,
что мой добрый друг Бобби
Аксельрод совершенно прав:
нигерийскую валюту, найру,
однозначно ждёт девальвация.
Это единственный выход,
как бы это ни отразилось на народе.
- Понимаю.
- Мы молодцы.
Двойной удар - двойной Ван Дамм.
Рынок уже зашевелился.
Дело сделано.
- Это точно.
Ларри,
через пару минут здесь
появится ФБР и арестует тебя.
Бежать нельзя.
Поздно.
- Роудс меня кинул,
как ты и предполагал.
А тебе об этом
сообщили до эфира, так?
Ты мгновенно изменился.
И не предупредил.
- Я не мог.
- Потому что тебе была
нужна моя поддержка,
чтобы тебя услышали и
ты не ушёл в минус.
Понимаю. Умно.
- В каком же говённом
мире мы с тобой живём.
Чем я могу помочь?
- Сбереги вот это.
И свяжись с моим адвокатом.
- А Линда?
- Пусть сообщит детям раньше,
чем об этом скажут в новостях.
- Сделаю.
Ларри.
- Я знаю.
- Лоренс Бойд, вы арестованы.
Вы имеете права хранить молчание.
Всё, что вы скажете, может быть
использовано против вас в суде.
- Я думал, ты готов
выйти на новый уровень.
Думал,
ты понял правила игры.
- Думаю, что понял, сэр.
Думаю, что понял.
Привет, Боб.
Я, конечно, не доверяю
знамениям и предсказателям,
но нет ли ощущения, что
это твоё будущее? Нет?
- В смысле, ты кого-то
арестовываешь, а я иду домой?
Да, ощущение есть.
6 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Слышал что-нибудь про новое
казино на севере штата?
- Слышал слухи.
- Центр Сэндикота нуждается
в перестройке.
- Весь округ - на пороге дефолта.
- Покупаем по дешёвке. За бесценок.
- Венди была в "Краков Кэпитал".
- Ты должна вернуться
в "Акс Кэпитал".
- Этого никогда не будет.
- Я пришёл к тебе с просьбой.
- Ко мне приходил Роудс.
Буду начеку.
- У нас только один шанс.
Обсудите нечестные торги,
дайте понять, что вы в курсе дела...
- Арэндт угрожает нам всем.
Он всех нас пересажает.
- Майк собирает старую
банду, как я ему и сказал.
- Лоренс Бойд, вы арестованы.
- Я думал, ты понял правила игры.
- Думаю, что понял.
- Мы найдём всех,
кому он насрал в душу, и купим их.
- Это почти равнозначно
коллективному иску.
- Вам повестки.
- В суд.
- Сто двадцать семь штук.
- Недолго музыка играла.
- Быстрое правосудие меня не
прельщает, но я рад оттуда выйти.
Не будь у меня пяти миллионов
на залог, остался бы до утра.
- Всё было бы нормально.
- Да нет, вряд ли.
Поехали отсюда.
- Все эти обвинения беспочвенны...
- Роудс завербует кого-то из твоих.
- Когда всё закончится,
вы сможете гордиться тем,
что поступили правильно.
- Он уже. Я все знаю.
- Где надо подписать?
- Что мне делать?
- Перевербуй.
- Как?
- Я познакомил тебя с
мастером по этой части.
- Холл не отвечает на звонки.
- Ты мешал ему работать.
- Больше не буду.
Пусть делает всё, что нужно.
- Конечно, не будешь.
Я хочу, чтобы ты уделал
эту падлу Роудса.
Ради нас обоих.
- Уделаю.
- Я выйду здесь.
Когда вернёшься в загородный дом,
хорошенько попарься в сауне.
И соберись.
Это приказ.
- Обычно
я веду себя как Вудро Вильсон,
когда выставляю счёт за сотни
часов консультаций в неделю,
но после каждого часа с тобой
я понимаю, что у тебя пустеют карманы,
несмотря на серьёзную скидку.
Потом я подписываю
квитки своих коллег,
потративших время на твои
дела, и мне аж плохо.
- Ты, главное, продолжай.
Я разберусь.
- Может, дом продать?
Не думал об этом?
- Конечно.
Это решило бы кучу проблем.
Финансовых.
- Боишься, Венди будет против?
- Нет.
Я боюсь, что ей наплевать.
- Вы растите здесь своих детей.
Ей это так же важно, как и тебе.
Но это не значит,
что она не пожелает продавать.
- Наши отношения такие хрупкие,
я боюсь вообще что-либо делать.
И потом, если я решу продать дом,
придётся объяснить, почему.
А ей лучше
не знать масштабов бедствия.
- Как там ваш семейный психолог?
Такой же ад, как было у меня?
- Ты знаешь,
самые лучшие моменты часто
случаются после самых худших.
Понимаешь?
Периодически по какой-то причине
напряжение вдруг исчезает и
мы становимся прежними.
- Только длится это недолго.
- Как вспышка молнии.
- Ты воюешь на несколько фронтов:
работа, семья.
Может, подумать о том, что
ничто не вечно
и это не худший выход - дать
чему-то в жизни измениться
или исчезнуть,
когда придёт время.
- Твою мать.
- Я пришёл по просьбе
нашего общего друга.
- Знаю.
- Он сказал, что вы стали яснее
осознавать своё положение.
- Да.
Что будет дальше?
- Ваши счета, конечно, заморожены.
Обратитесь к резервному фонду.
Вам потребуются два с
половиной миллиона долларов
и канал, чтобы перевести их сюда
к завтрашнему утру.
Это первый платёж вашему бывшему
коллеге Майклу Лоренту,
чтобы он прекратил
сотрудничество.
Откроете холдинговую компанию,
например, на острове Мэн,
чтобы выплачивать его жене
два с половиной миллиона
долларов ежеквартально.
- Давайте без подробностей.
- Это нужно понять сейчас.
Если хоть один платёж
хоть на минуту опоздает,
он сможет сказать всё, что захочет,
кому пожелает.
- Я понимаю.
Нужны только деньги?
- Ещё есть вот это.
- Дети Лорента?
- Он знает, что я каждый день слежу
за ними, пока он в тюрьме.
- Вы же не посмеете обидеть детей?
- Представьте себе человека,
способного на это.
Какой психологический груз
придется взять на себя,
на всю жизнь.
Конечно, нет.
Заплатите.
Всё остальное - на мне.
Хорошо попариться.
- Свяжись с людьми Бойда.
Пора ему к нам.
- Сколько мы можем потребовать?
- Какой там максимум, десять лет?
Запросим пять. Самый минимум -
полтора года.
- В тюрьме?
При таких условиях он и
договариваться не станет.
- Ну нет - так нет.
- Хочешь рискнуть и пойти в суд?
- Я хочу, чтобы весь мир знал:
если надо, я могу быть
упрямым говнюком.
- Речь идёт от мошенничестве
с казначейскими облигациями.
Да любые присяжные в кому впадут,
пока мы объясняем, что это за херня.
- А это твоя работа -
не дать им заснуть.
Это дело может серьёзно
тебя возвысить.
- Или погубить.
- Поскорей бы увидеть рожу Бойда.
Мистер Бойд не почтит
нас присутствием?
- Мистер Бойд уверен,
что его присутствие не потребуется.
Мой клиент просил передать вам,
что "Спартан-Айвс"
готовы к уплате небольшого штрафа,
но признания вины со стороны
мистера Бойда не последует
и, конечно, не будет соглашения.
- У нас есть подлинная аудиозапись,
на которой он подтверждает свою вину,
и есть свидетель.
- Передайте своему клиенту,
что его неуважение к прокуратуре
не останется незамеченным.
- Сделку предложите?
- Пас.
- Подождите.
Чак.
Чак,
ты чего?
- Лорент соскочил.
- В каком смысле?
Вот сука.
- Бойд абсолютно спокоен.
Свидетеля кто-то обработал.
- Так у нас есть только запись
и больше ни хрена?
- Нет. У нас есть виновный ответчик.
Не забывай об этом.
- Ты хотел суд с присяжными.
Значит, будет.
- Он всё равно решил сделать ремонт,
вот я и решил сам заняться мясом.
- Ничего так.
- Не стесняйтесь,
выбирайте на свой вкус,
и Вэлери всё приготовит.
У нас есть вагю,
Томагавк рибай,
сочная вырезка.
Естественно, травяной откорм.
Пять кусков кобе. Отличное мясо.
Хорошо вызревает.
Слушайте,
у нас беда со временем.
- Совсем беда?
- Мы договорились со всеми
собственниками недвижимости, но...
- Кто-то передумал?
- Мужик по имени Хэнк Флэг.
Вчера звонил моим адвокатам.
Вроде,
он не придурок, но ясно дал понять,
что хочет сделку на лучших условиях.
- Он знает про казино?
- Я все сделки проводил через ООО,
никто не знает, что я в теме.
- А без него никак?
- У него восемьсот квадратов
говна в ключевом месте.
Там будет проходить
дорога к магистрали.
- Сколько ты предложил?
- Полтора лимона.
- За восемьсот квадратов в жопе мира?
- Значит, очень нужно.
- Да.
Мы привлечём
правительственную службу,
агентство по местным
строительным реинвестициям,
и его заставят
освободить участок.
- Сразу начнётся форменный ад.
Подтянутся всякие психи,
защитники природы...
- Это всё быстро утихнет,
и я его измотаю.
Он примет мою цену.
Как и все.
Пара лет - и он исчезнет.
- Слушай,
я бы туда сгонял,
поглядел, чем могу...
- Ради Бога.
Может, уболтаешь его.
Я пойду проверю гриль.
Выбирайте.
- Два года?
Чего нам это будет стоить?
- Почек.
Флэгу назвали цену.
Он отказался.
Понял, что дело нечисто.
- Что возьмёшь?
- Да мне похер. Сам решай.
- Привет.
- Привет. Я тут.
Привет.
Сегодня же моя очередь?
- Я на минутку.
Кевин рассказал мне,
как ты объяснил ему наш разрыв.
- И что же он сказал?
- Что ты взял
ответственность на себя.
И
защищал меня.
Это очень важно
для детей. Ты показал им,
что мы не воюем друг с другом,
это им очень поможет.
Для меня это тоже важно.
- Хорошо.
- Как ты?
- Хорошо, очень хорошо.
- Точно?
- Да.
Много дел, но
в остальном супер-пупер.
Как раз хотел отпраздновать
это бутылочкой розового.
Не желаешь?
- "Вольфер"?
- Да, последняя бутылка.
- Давай.
С чего ты взял,
что дети будут есть капусту?
- Я её подам в виде чипсов,
практически "Принглс".
- Хитрый.
Одобряю,
надо тоже так сделать.
- Это - антрэ.
Лосось с имбирём и шалфеем.
- Кто ты такой?
- Слушай, лосося хватит и на четверых,
если решишь к нам присоединиться.
Ева будет счастлива
съесть поменьше.
- Ладно.
- Твою мать.
Извини.
- Всё нормально?
- Айра?
Да?
- Тук-тук.
- Да, кто там?
- Аллигатор.
- Какой аллигатор?
- Аллигатор с ремнём
и большой бородой.
- Что?
- Полная бессмыслица.
Здорово.
- Можно я пойду?
- Я тоже.
- Можно.
Уберите тарелки и идите.
- Я зайду к вам перед уходом.
Интересно получилось.
- Да.
Невозмутимость
Кевина впечатляет.
- А вот Евы - не очень.
- Да. Глаза просто как блюдца.
- Ловила каждое слово,
каждый жест.
И Кевин тоже.
- Да,
аналитические умы
в поисках правды.
Интересно,
в кого они такие?
- Нам повезло,
они взяли от нас самое лучшее.
- И этого никто не отнимет.
Я сам уберу.
- Точно?
- Да.
Конечно. Хорошего тебе вечера.
- Я рада, что осталась.
Спасибо, что пригласил.
- Да. Всё было
хорошо.
Мне надо ответить.
До свидания, Венди.
- До свидания.
- Айра? Да.
Да, могу.
- Привет.
- Привет.
- Заходи.
- Спасибо, что согласился.
- Хочешь чего-нибудь?
- Нет, спасибо.
- Тайга, это Венди. Венди - Тайга.
- Здравствуйте.
- Привет. Красивая сумка.
- Спасибо.
- Я пойду туда, ладно?
- Да.
Она тебе понравится. Интересная
девочка, многого добилась.
- Не сомневаюсь в её навыках.
Я знаю, что мой приход тебя удивил.
- Такие времена.
- Мне нужно беспокоиться за Чака?
- Тебе ли не знать,
что я не могу ответить.
- Я понимаю, что ты его адвокат,
но ведь вы ещё и друзья.
Если у Чака кризис,
скрывать это из-за каких-то
правил вредно для всех.
- Правила тут ни при чём.
Да, у него кризис.
Дела очень плохи.
- Зря он мне не сказал.
- Не хочет рисковать
вашими отношениям, боится,
что это их разрушит.
Его стойкость поражает,
жаль, я не был таким же, когда
мы с Элизабет разводились.
Ирония в том,
что ты ему нужна как никогда.
- Господи.
Айра, насколько всё плохо?
Он сможет выбраться?
- Если честно,
я не знаю.
Я и раньше видел его в бою,
но это уже форменная осада.
И, скажу тебе, гражданский иск
Аскельрода - одна из причин.
- То есть?
Он сказал, что,
пока он прокурор, всё в порядке.
- Это просто слова.
Мы подали заявление о
необоснованности иска,
но через неделю его
будут допрашивать.
Его так прижали,
что это может
круто подпортить ему репутацию,
не говоря уже о банковском счёте.
И твоём.
Следствие, судебные иски и ты -
удивительно, как
он ещё держится.
- Любопытный выбор.
- У Евы урок.
- Плюс общественная территория.
У тебя все козыри.
- Нет, никаких козырей, это будет
максимально прямой разговор.
- Решила бить прямой наводкой?
Хорошо.
- Я пересмотрела твоё предложение.
- Поздно. Я уже взял человека.
- Если бы он справлялся,
ты бы не пришёл.
- Почему ты передумала? Из-за Вагса?
- Я ещё не совсем передумала,
но Вагс - одна из причин.
- Непросто будет избавиться
от татухи на жопе.
- У меня есть условия.
- Ложиться под лазер
придётся раз десять.
- Одно из них -
я не говорю о своих клиентах.
То, что происходит
в моём кабинете,
я не обсуждаю ни с тобой,
ни с кем-то ещё.
- Даже с мужем?
- Мои файлы будут храниться
отключённом от сети компьютере.
- Разумно.
Это всё?
- Плюс двадцать процентов к зарплате
и два - доля в компании.
- Шарах. Ну ты мужик.
Прибавка - да, доля - нет.
Компанией владею только я.
Но выплата в один процент от
прибыли в случае продажи.
В прошлый раз ты была
упёртая как баран.
Злилась на меня.
- Злилась.
- Что изменилось?
- Когда ты ко мне пришёл,
я попросила тебя
отстать и ты отстал.
Я провела границу и
ты её не нарушил.
- Ты готова опять мне поверить?
- Это начало.
- Ладно.
Ну что, всё?
- Мне нужно ещё кое-что.
- Послушаем.
- Ты откажешься от гражданского
иска против Чака.
- Ну и запросы у вас, миссис Роудс.
Восхищаюсь вашей дерзостью,
но на это я пойти не могу.
- Значит, ничего не получится,
это необходимое условие.
- Твой муж навредил моей компании.
Лично мне.
Ладно.
Я отзову иск.
- Спасибо.
- Мои юристы
пришлют тебе официальное
письмо вместе с гарантиями,
конкретными датами и пенями.
- Хорошо.
- Ну всё. Увидимся завтра на работе.
- Ах ты гондон.
Так вот зачем ты
затеял всю эту тяжбу -
чтобы я сама пришла
к тебе с предложением!
- Не будем начинать
сотрудничество с вранья:
это не единственная причина, но да –
этот сценарий был у меня в голове.
Всё в силе?
- Да,
но не для тебя. Хочешь на приём? Найди
кого-нибудь другого, я тебя не приму.
- Ладно.
Привет.
Пускай шеф Райан накормит ребят,
у нас с тобой свидание.
Да.
Встретимся на вертолётной площадке.
- Нарыл что-то интересное?
- Возможно.
Люди Аксельрода
постоянно ездят на север.
В один и тот же город.
Он называется Сэндикот.
- И?
- Это закономерность.
- А что в этом городе?
- Ничего.
Это дыра.
- Я в смысле, зачем они туда ездят?
- Вы просили проследить
их передвижения,
а не найти смысл в каждой встрече
и каждом посещённом месте.
- От шеф-повара.
"Шато Дюкэм" тысяча девятьсот
семьдесят пятого года.
- Передайте шефу спасибо.
- Разумеется.
- Мы застряли на одном месте.
- Согласна.
- Поверь, ты нужна мне как напарник.
Мне нужны твои советы,
твоя точка зрения.
Я никому не доверяю
так, как тебе.
И сейчас
мне нужна твоя оценка.
- Ладно.
- Короче, квартал,
как ты знаешь, был сложный.
Всем по башке дало.
Сама видишь,
ребята с трудом
держатся на плаву,
и поэтому
я думаю вернуть
в компанию Венди Роудс.
- Ты что, издеваешься?
Я думала,
ты хотел извиниться, но это...
- Знаю. Знаю.
Просто ребята своими
результатами дали понять,
что без неё никак.
- Ты же кого-то нанял.
- Да, Вагс меня уговорил,
но он и сам тогда был в полной жопе.
- Ты не "думаешь" вернуть Венди,
ты её уже вернул, так ведь?
А сейчас ты мне просто врёшь.
- Мне нужно благословение.
- Ответь.
Ответь на звонок, Бобби.
- Я ненадолго.
Люблю тебя.
- Не желаете заказать десерт?
- Счёт, пожалуйста.
- Конечно.
- Слушаю.
- У Флэга восемьсот
квадратов земли.
Может и ждёт другого предложения,
но вариантов у него мало.
Но у него есть маленькая
компания-перевозчик.
Значит, вряд ли нищий.
- Значит, он не псих,
который ляжет перед бульдозером,
сможем договориться.
- Верно.
- Его надо обработать сейчас же.
Уже пошли слухи и девять других
землевладельцев тоже начинают бычить.
Приплыли.
Я вообще не спал.
Вот эта ссора -
на нас не похоже.
На работу уйду пораньше,
потом смотаюсь на север,
а когда вернусь, я хочу
обо всём поговорить
и разобраться.
Хорошо?
- Эл.
Привет.
- Мы бедные овечки,
никто нас не пасёт.
- Слушай, а ты чего
к Виффу не пришёл?
- Да времени не было.
Можем поговорить?
- Да.
- Ходят кое-какие слухи про
маленький городок на севере.
Я подумал, может,
ты что-то подскажешь.
- Ты же знаешь,
у меня ушки на макушке.
- Что можешь сказать про Сэндикот?
- Игорная лицензия.
- Об этом и говорят.
- Если хочешь купить, поторопись.
После официального заявления
цены подскочат.
- Это ведь между нами?
- Что за вопрос.
- Вот и славно.
Блэкджек Фоли.
- Ещё живы те, кто меня так называет.
Как жизнь, Чарльз?
- Станет лучше, если ты мне
кое с чем поможешь.
- А это в моей компетенции?
- В твоёй компетенции - всё.
- Почти.
- Например, потенциальное
место для казино.
- Ты, видно, говоришь о Сэндикоте.
- О нём.
Вопрос такой:
его обязательно открывать там?
- Ничто на свете не обязательно.
- Составь для неё контракт.
- Единственный в компании.
- Это необходимо. Нужна защита.
Она получает большую прибавку,
а я её привязываю.
- Теперь её муж к тебе не полезет,
особенно после разрыва с ней.
Однозначный конфликт интересов.
- Свяжись с Оливером Дэйком.
Скажи, мы не подтвердим,
что пять миллионов были взяткой.
- Лучше бы это придержать
на чёрный день, пригодится.
- Я не стремлюсь
посадить Венди в тюрьму.
И от иска против
её мужа мы откажемся.
- Значит, разрядка.
- Как тебе новый вестибюль?
- Параноидальный.
- Я повысил уровень безопасности.
Я и надзирателей новых нанял.
- Что дальше -
чипирование сотрудников?
- Браслета достаточно.
- Твой адвокат посмотрел бумаги?
- Говорит, всё чисто. Есть ручка?
- Пожалуйста.
- Спасибо.
- Ты нас не оставишь?
- Это необязательно.
- Всего на минуту.
Оррин,
отзови собак.
Мы откажемся от иска против
мистера Чака Роудса.
От всех исков.
Поэтапно, как и обсуждали,
чтобы не попасть в новости.
- Отыграл спектакль?
- Хочу вернуть твоё доверие.
- В широких жестах нет нужды.
В твоём случае, Бобби,
я предпочитаю приятные мелочи.
- Поговорим сейчас.
- Я снимаю показания.
- Тогда назначьте время. Но сегодня -
и никаких увёрток,
мне эта игра надоела.
- Мне надо...
- В два часа дня.
Если не придёте,
вас отстранят от работы,
если вообще не уволят.
- Я уже ухожу.
Избрание присяжных. Так что...
- Тогда буду краток.
Я вдруг вспомнил
слова Гарри Гудини.
Старый, но удачный фокус куда лучше,
чем новый и неудачный.
- А больше Гудини ничего не говорил?
Как снять под водой
смирительную рубашку?
Я буду искать
способ выкрутиться.
А когда всё кончится,
мы поговорим о моём будущем.
- Знаешь, почему я взял тебя?
- Раньше знал.
- Из-за твоей ярости.
Да.
У нас тут много таких -
я, Сэкер, - кому застолбили
место ещё при рождении.
Но ты пришёл сюда,
зная, что такое быть чужаком,
поэтому ты такой яростный.
Но ярость по-прежнему главенствует
над тобой, а не ты над ней.
Сейчас она направлена на меня,
и пользы от этого - ноль.
Направь её на другую цель,
и она станет оружием,
а не проблемой.
Заходи.
- Вот и всё.
В два часа меня вызывает Дэйк.
Прости.
- Нет.
Ты был мне предан.
Изо всех сил пытался
меня защитить.
Ты сотрудничай. Поступай правильно.
Это твой долг перед семьёй.
- Что будешь делать?
- Ждать.
- Внушительная коллекция.
Бобби Аксельрод.
- Хэнк Флэг.
- Байкерский клуб?
- Если хочешь быть бунтарём,
на хера тебе клуб с логотипом?
У тебя хеджевый фонд?
- Да.
Логотип у нас есть.
- Зачем вам моя земля?
- На кону проект,
под который она необходима.
Тебе, наверное, надоело
говорить с юристами.
Господи.
Это "Индиан-Четыре"?
- Да.
Восстанавливаю педаль сцепления.
- Да, педаль самоубийцы.
Середина тридцатых?
- Угадали. Тридцатый.
- Четырёхцилиндровый.
В прежние времена это
был образец мощи.
Надо было и деньги иметь,
чтобы купить, и силу, чтобы управлять.
- Пошли в дом, поговорим.
- Полтора миллиона - отличная цена
за эту землю.
- Полтора – это полная херня.
- Почему же?
- Тут будет казино. Вот что я думаю.
Скажешь, приехал сюда лично,
чтобы сказать, что я неправ?
Нет.
Ты приехал, чтобы навязать сделку.
- Слушай, я уважаю твою твёрдость.
Восхищаюсь стойкостью.
Но
проблема в том, что мой
друг больше не даст.
Он тебя просто измотает.
- Или я его измотаю. Я не спешу.
- Тогда он задействует государственные
органы, им-то будет похер.
Они скажут, что казино
принесёт пользу,
и тупо вышвырнут тебя отсюда.
Ну, может, подкинут пару
сотен тысяч за беспокойство.
- Сначала я тут устрою
грёбаный Руби-Ридж.
- Мой друг вручает
вам золотой билет.
Хватайте и бегите.
Что ж...
Я готов подсластить пилюлю.
Добавлю ещё пол-лимона.
- Давай-ка я тебе объясню.
Моя женщина работает с недвижимостью.
Она заметила, что Сэндикот
вызывает большой интерес, что
как минимум неожиданно.
На той же неделе
мой друг замечает двух мужиков,
жрущих бургеры у Мёрдока.
Стрижечки. Дорогая обувь.
Я решил сгонять в
мэрию и поспрашивать.
И выяснил, что ты выкупил весь
городской долг буквально за бесценок.
Это всё открытая информация.
Я знаю, что тыс этого поимеешь.
И понимаю, сколько потеряешь,
если выплаты по
бондам просрочат.
Ждать тебе нельзя.
Тебе нужно казино так быстро,
как только это возможно.
- Жаль, мои люди не
такие инициативные.
Удваиваю предложение.
- Семь.
Да, семь - и я буду счастлив.
- С переговоров
счастливыми не уходят.
Пять.
И "Индиан-Четыре" в придачу.
- Вы готовы принимать решение
вне зависимости от личных убеждений?
- Да, конечно.
- Спасибо.
Потенциальный
присяжный номер два.
- Ваша честь, у меня
есть дополнительные вопросы.
- Хорошо, только быстро.
- Понял.
Вам известно, какая часть
всех денег в стране
находится в руках двадцати
процентов богачей?
- До хера.
- Ваша честь.
- Извините.
Почти все.
- Я прошу отвода присяжного.
- Ваше личное отношение к
самым богатым людям страны
повлияют на ваши суждения?
- Нет.
Я понимаю свой долг гражданина.
Любой американец, богатый или
нет, может быть честным.
- В отводе отказано.
- Отвод без указания причины.
- Спасибо, присяжный, вы свободны.
- Вы потеряли образцового
присяжного. Обидно.
- Вы сказали, что строили метро.
Работали над станцией
"Вторая Авеню".
Вы подземный рабочий.
- И горжусь этим.
- Мой дед тоже гордился.
В тридцать четвёртом
строил Тоннель Линкольна.
И никаких премий не получал.
Что-нибудь изменилось?
- Нет, какие уж там премии.
- Как думаете, вы сможете
быть беспристрастным
и справедливым, зная, что в среднем
бонусы в "Спартан-Айвс" в прошлом году
превысили триста шестьдесят
шесть тысяч долларов?
- Ни хера себе.
- Это чисто гипотетически, но...
- Он дрючит этого присяжного
как флаффершу на съёмках порнухи.
- Это ненадолго, они успокоятся.
- ...если бы знали, что
бонусы самого мистера Бойда -
в пятьдесят раз больше.
Это не повлияло бы
на вашу беспристрастность?
- Не повлияло бы.
- Рабочим надо верить.
- У вас запутанное резюме.
Что это за танцы такие -
из Южного округа в
Восточный и обратно?
- Ну так. Бывает.
- Вам не приходило в голову,
что Роудс просто использует вас, когда
понимает, что на руках одни фоски?
- Я в бридже не разбираюсь.
- Присяжный тридцать два,
вы свободны.
- Сколько у них осталось отводов?
- Ни одного.
- Если вы так относитесь к банкирам,
то, наверное, заметите,
когда у свидетеля есть личная
неприязнь к ответчику,
и сможете быть беспристрастным?
- Конечно, смогу. Я думаю, что этого
человека ненавидят абсолютно все.
Это не повлияет на моё мнение.
- Они меня замочат,
как Людовика Шестнадцатого.
- Я работаю.
- Я хочу, чтобы ты
начал договариваться.
- Брайан, на два слова.
Это совершенно необязательно.
Их главный свидетель - Том Маккиннон,
мы выставим его обиженным рогоносцем.
Велики шансы, что мы выиграем.
- Что значит "выиграем"?
И что значит "велики"?
Когда мне было восемнадцать,
я работал летом в отделе
мужской одежды в магазине,
который уже закрылся.
Ходил на работу в костюме,
а в последний день надел под
него три других и ушёл.
Продал их,
чтобы заплатить за колледж.
Тогда игра стоила
свеч, потому что
мне нечего было терять.
Сейчас - другое дело.
Мне грозит десятка в
федеральной тюрьме.
На этот риск я идти не хочу.
- Ларри.
Говорят, было тяжко.
- Я уже за столом, Чак.
Не будь козлом.
- Мы готовы договориться.
Признание вины, пять лет условно
и штраф в шестьдесят миллионов.
Хорошее предложение.
- Забавно, как мне порой кажется
неправильным идти на соглашение.
Мошенничество с
облигациями казначейства
на мой взгляд, это преступление,
нарушающее веру общества
в нашу финансовую систему.
Мне кажется правильным продолжить
разбирательство, а народ пусть решает.
Не пойдёт.
- Вы что, издеваетесь?
Он издевается?
Вот гондон.
- Вы уверены в своих словах?
Я ведь могу лишить вас
лицензии за обман.
- Звонит генеральный прокурор.
- Слушаю.
- Чак.
Говорят, вы прижали
Бойда и его команду. Поздравляю.
- Ваш звонок для меня очень важен.
Спасибо, мэм.
- Да.
Вы объяснили им, что особого
отношения можно не ждать?
- Я решил, что это разумно.
Они хотят пойти на соглашение.
Но мне нужен суд.
Серьёзное разбирательство.
- Хочу, чтоб вы знали,
я не буду вмешиваться.
Я не стану вас просить
пойти на сделку,
если выне считаете, что
это на пользу правосудию.
- Благодарю.
У нас с вами,
как всегда, общие интересы,
и хочу сказать вам,
что я не откажусь от сделки,
если она вдруг
окажется справедливой.
Надеюсь так же что
ваше невмешательство
относится и ко мне,
и ко всей моей работе в Южном округе.
- Даю вамполную свободу.
Действуйте.
- Что ж, как сказал
великий Брюс Баффер:
"Приступаем".
Вы считаете, что
прокурор штата Роудс
продолжал заниматься делом
Аксельрода даже после самоотвода.
- Да.
- Да.
Конечно.
Откуда вы знаете?
Подробности.
- Он сообщил мне
информацию, ясно
говорившую об этом.
Он дал мне понять, что я должен
добыть эти же сведения,
но таким образом, чтобы...
- Госпожа прокурор.
Но...
Я понимаю, да, да, мэм, но я
только что получил
реальные доказательства.
Если мне дадут ещё немного...
Нет, нет.
Конечно.
Как скажете.
Вы свободны.
- Что?
- Мы закончили.
- Да?
- Всё.
Бойд обделался.
Пошёл на соглашение.
- Сука.
- Выкинул белый флаг,
как французский солдат.
Роудс на коне.
- Как вам наверняка известно,
генеральный прокурор
свернула моё расследование
и приказала возвращаться
в Вашингтон.
- Что ж, надеюсь,
вам у нас понравилось.
- Знаете, за что
я больше всего люблю свою
работу, мистер Роудс?
- За блеск нарядов?
- Я дал присягу.
Присягнул в том же, в чём и вы,
перед народом Соединённых Штатов.
И, когда я вижу, как некто
ставит свои интересы
выше этой присяги,
больше всего на
свете мне хочется,
чтобы они больше не
могли работать в юридической системе
до конца жизни.
Запомните:
я взял вас
на мушку.
Но сегодня
вы - тот, кто повязал
Лоренса Бойда.
Вы -
Элвис.
Так что...
Сегодня
вы пока ещё в безопасности.
Но
расслабляться однозначно рано.
- Как съездил?
- Выкупил землю Флэга за пять
и сдал её в аренду Тэйеру
на десять лет за семьсот пятьдесят
с половиной тысяч в год.
- Автоботы, трансформируемся.
Начальник, ты спас рукопись из огня.
Явная и однозначная победа.
Теперь мамуля много лет сможет
покупать себе новые туфли.
Готовьте бульдозеры.
- Да?
- Поздравляю.
Вырвали победу из когтей.
- Бывает, играешь ты в го,
потом глядишь на гобан и видишь,
что ки-ай у противника нулевой.
- Слова незнакомые, но, по-моему,
ты назвал Лоренса Бойда лузером.
- Ну, виновный признал вину.
- Ты очень близок к цели, Брайан.
- К которой?
- Вот это тебе и предстоит
для себя прояснить.
- Счастливо.
- Намастэ.
- Привет.
- Привет.
Я слышала про Бойда.
- Да, жесть.
Но наше дело важнее. Прости.
Я должен был сначала
поговорить о Венди с тобой.
- Думаешь, дело в ней?
Бобби,
ты делаешь вид, что мы - команда.
Но серьёзные, даже жизненно
важные решения принимаешь
всегда без моего участия.
Помнишь про яхту? Про Галапагосы?
Ты строишь планы, реализуешь их,
а потом сообщаешь
мне уже по факту.
Не на такой брак я рассчитывала и
не в таком браке хочу жить дальше.
Я рисковала отношениями
с родственниками,
я отказалась от всего,
что мне было очень дорого.
- Я знаю.
- Я пошла на это, потому что понимаю:
когда нечто становится
непосильной ношей,
от этого отказываются
ради высшего блага.
На мой взгляд, Венди Роудс -
непосильная ноша,
и я не буду спокойно относиться
к тому, что вы общаетесь.
- Хорошо.
Ты права.
Права во всём.
А если мы договоримся,
что я не буду
с ней видеться?
Я проведу границу.
Не буду посещать её как психолога,
и тогда у неё ничего на меня не будет.
На это ты пойдёшь?
- Попробую.
- Всё!
- Это просто игра!
- Неважно!
- Да тихо ты!
- Прошу, господа.
- Молодцом, Чак, поздравляю.
- Дорогой.
- Я угощаю, приятель, наслаждайся.
Я очень за тебя рад.
- Выпьем за усталых триумфаторов.
- Выпьем.
- Сын, одно время я думал, тебе конец.
Жутко за тебя боялся. И не раз.
Но ты выстоял.
Теперь вопрос в том,
в какой дом переедешь,
Грэйси или губернаторский.
- Спокойно, папа.
Я дрался, чтобы не уволили, и пока
хочу просто получать удовольствие.
- Только не упускай момент.
Кто знает, всё так мимолётно.
- У меня тоже есть новости.
- Вот уж чего не хочется
слышать из уст адвоката.
- Не бойся, новости хорошие.
Пока я сюда ехал, мне
позвонил адвокат Аксельрода,
на следующей неделе
всё отменяется.
Показания давать не придётся.
- А как же они будут
раскручивать дело?
Не будут, что ли?
- Они отзовут все иски.
По-тихому,
за пару месяцев.
- А я что говорил? Ты просто мужик.
Даже Аксельрода напугал.
- Когда это случилось?
- Позвонили, пока я ехал.
Твой отец прав, ты напугал их.
- В чём проблема?
Ты абсолютно свободен.
- Демонстрацией силы
Акса не напугать.
- Что с тобой?
- Не знаю.
Спасибо за всё.
Я очень ценю, что мы
празднуем именно втроём.
Мне пора.
Отдыхайте.
- Холл!
- Сэндикот не получит
игровую лицензию.
Комиссия решила выдать её
городу в горах Катскилл.
Я пытаюсь выяснить,
в чём дело, но это конец.
Ты слушаешь?
- Я так за тебя рада.
Что-то не так?
- Как ты заставила
Аксельрода отозвать иск?
- Это долгий разговор,
его лучше отложить.
Не будем портить
такой хороший для тебя день.
- Запоздалое предложение.
- Я вернулась в "Акс Кэпитал".
- И ты
будешь настаивать,
что это всё ради меня?
- Нет.
Я хотела вернуться.
Чак,
это моя работа.
И, потеряв её,
я ощутила пустоту, которую ничем
не заполнить, хоть я и старалась.
Да, я вернулась ради себя,
но заодно нашла способ помочь тебе.
- Что ж, я рад,
что у тебя всё хорошо.
Но у нас, боюсь, отныне всё плохо.
7 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Сегодня вы - тот,
кто повязал Лоренса Бойда.
- Вы арестованы.
- Сегодня вы - Элвис.
- Теперь вопрос в том, в какой дом
переедешь, Грэйси или губернаторский.
- Уголовный прокурор. Да уж.
Теплое местечко.
- Взлётная полоса в частный сектор.
Дорвался - и ты в шоколаде.
- Тогда у меня пока всё.
- Да какого хера?
- Задержись на минуту, Брайан.
Послушай, что скажет Бобби.
- Переходи в фирму Баха.
Ко мне.
- Вы знаете,
что такое Роудс, Брайан.
А я знаю,
что мне звонили вы.
- Как ты заставила Аксельрода
отозвать иск?
- Я вернулась в "Акс Кэпитал".
- Что ж, я рад,
что у тебя всё хорошо.
Но у нас, боюсь, отныне всё плохо.
- Если вы решите выяснить,
почему вы счастливы только в компании
гладеньких двадцатилеток, - приходите.
Мы быстро с этим
разберёмся.
- Спасибо, что приняли.
- Для Бруно - всё, что угодно.
- Центр Сэндикота нуждается
в перестройке.
- Весь округ - на пороге дефолта.
- Без казино он из потенциального
объекта превратится в ненужный.
- Берем бонды.
Казино будет в Сэндикоте,
наверняка.
Мы участвуем в игре.
- Сэндикот не получит
игровую лицензию.
Это конец.
- Почему я в жопе?
С казино всё было уже на мази.
- Когда операция проваливается,
надо искать корни проблемы.
- Бобби!
- Убери биту.
Игровая лицензия ушла
в другой город.
- О нет...
- Надо поболтать с Марко.
Кто тебе заплатил?
- Дело не в этом.
Марко,
дело ведь ни хера не в этом?
- Конечно, нет, дядя.
Всё не так, мистер Аксельрод.
И вы, сэр.
Меня сейчас стошнит.
- Вот и хорошо.
Ты ведь знаешь, кому
навредил этим трюком.
- Это не трюк.
- Ты говорил так,
будто всё уже решено.
Это приманка или ты
сам был приманкой?
- Клянусь.
- Если не ты кинул мистера Аксельрода,
кто кинул тебя?
- Никто.
Просто так вышло.
Никто ничего не делал.
- Я бы тоже так сказал.
- Вы же сами всё проверили.
- Проверил.
Значит, тот, кто тебя обработал,
сработал чисто и прицельно.
- Открой кейс. Ты меня понял?
- Поверьте,
Богом клянусь.
- Ну ещё бы. Говори,
кто тебе заплатил?
- Никто даже не знал,
что я искал инвесторов.
Сначала - никто.
Это в Олбани кто-то химичит,
там такое уже лет сто,
а мы попались.
Вас нахлобучили за то, что чей-то
кузен нахамил чьему-то шефу
на другом конце штата.
- "Нахлобучили" - в смысле, кинули.
- Я догадался по контексту.
Вернуть свои деньги я могу
только одним способом.
- Длинная передача!
Ой. Пардон,
надо было слабее.
- Неужели у тебя выходной?
- Спасибо, что пришёл.
Из-за дела Бойда я
буквально жил на работе,
вот и пообещал Кевину, что, когда
закончу, мы погуляем.
Но и тебе я всегда рад.
Кевин, подойди-ка на минутку.
Хочу тебя познакомить:
это Майк Димонда,
талантливый и очень влиятельный
молодой журналист.
Майк - мой сын Кевин.
- Очень приятно, сэр.
- Ничего хватка, Кевин.
- Он молодец.
Так.
Давай аут.
Скинни-пост.
Омаха! Омаха!
- Настолько чистая победа -
явление редкое.
Трудно представить лучший
способ поднять авторитет.
Палата общин, Сенат или ты метишь
в губернаторы?
- С чего ты взял?
- Говорят, после круга почёта
тебя ждёт мэрия, Конгресс или Олбани.
- Пока я в прокуратуре,
об этом и речи нет.
Но, если вдруг что,
ты узнаешь первым.
- Ничего, если я вас немного
поснимаю? Или это частная жизнь?
- Частная.
Но, если в этом есть
какая-то ценность,
мы сделаем исключение.
- Было бы здорово.
- Давай, Кев.
Так.
Нормально?
- Райан,
когда ты мне покажешь
не только бассейн?
- Скоро, малыш. Скоро, ты давай.
Я сейчас кончу.
- А подогрев работает?
- Ну вы же справитесь.
- Готовы?
- Быстро в дом.
- Ну-ка, на хер отсюда.
- Я не самый строгий начальник,
но ты совсем охерел?
- Я думал, вы завтра приедете.
Вы же не позвонили...
- А я и не обязан звонить.
- Ну да.
Извините. Конечно.
Извините.
- Я к тебе хорошо отношусь, Райан,
но мне так и хочется тебя вышвырнуть.
- В нашу спальню не лазил?
- Нет-нет. Я её и в дом-то не пускал.
- Хоть тут молодец.
Полотенца - в мусорку.
- Кажется, ты прощён.
У нас военный совет.
Готовишь на восьмерых.
- Спасибо, Акс.
Я страшно виноват.
- Руки помой, казанова.
- Ну да.
- Привет.
- Быстро вы.
Я думала, позже придёте.
- Ну
поиграли на пятёрочку.
- А потом папа дал
интервью и мы пошли домой.
Пока, пап.
- Ты же хотел провести
с ним весь день.
- Да, я хотел провести с ним
время и провёл.
- Ты использовал его как реквизит,
хотя обещал не поступать с ним
так же, как твой отец - с тобой.
- Мы играли утром в парке,
но откуда-то выскочил журналист,
ведь я у всех на устах -
и наконец-то в хорошем смысле.
- Отличный урок для Кевина о том,
что на самом деле важно.
- Это точно.
Мы немного побегали,
а потом он узнал, как надо налаживать
отношения с четвёртой властью.
- Именно такая вот
полуправда и привела нас
к текущей ситуации.
- Как и то, что ты не сказала
о намерении вернуться к Аксельроду.
- О, господи.
- Нет, мне пришлось
шерлокхолмсить самому.
Хотя я почему-то обязан докладывать
тебе о своих действиях.
- Ничего подобного.
Когда речь о детях -
да, будь любезен,
но остальным ты со мной
делиться не обязан.
Делай, что хочешь,
и мне не мешай.
- Ну вот, началось.
Началось.
Уже оправдываешься.
Тонко намекаешь, чтобы
потом я сам осознал, но -
началось.
Ты хочешь встречаться с другими.
- Да.
Я вообще
хочу свободы.
- И я тоже буду свободен.
- Я тебя не сдерживаю.
- То есть, ты серьёзно?
- Да, серьёзно.
Это нужно нам обоим.
- Венди.
- Что?
- До завтра.
- Короче, вам предстоит придумать,
как нам вылезти из жопы.
- Игровая лицензия гарантировала
Сэндикоту возможность выплатить долги.
Лицензии больше нет.
Теперь им грозит дефолт,
и мы потеряем полмиллиарда,
включая сотню миллионов в бондах.
- Есть идеи?
- Налоговые поступления не увеличить.
- Да похер мне на то, что нельзя.
Я хочу знать, что можно или как
сделать так, чтобы было можно.
- А продать это болото некому?
- Только с девятизначной скидкой.
Реструктуризация - то же самое.
- Дело воняет, как труп Билли Батса.
- Закрутим гайки.
- Не надо шептать, чёрт не придёт,
если даже если его вслух помянешь.
- А может, и придёт.
- Да.
Потому что других вариантов нет.
Надо их давить.
- Хорошо. Объясни для всех.
- Ну
условия сделки, что сначала
город рассчитывается с тобой,
а потом - с остальными.
Долги профсоюзам,
зарплаты и прочее.
Нам просто нужно это
проконтролировать.
- Да.
Точно, захватим их активы,
как Сингер натянул Аргентину.
- Какие активы?
Сэндикот -
это не южноамериканская страна.
- Точно. Мы не будем
снимать сливки ложечкой.
Мы его выпотрошим,
как в корейских ужастиках.
- Нас интересует в основном
земля, здания и коммуналка.
Также в городе есть
оригинал Ремингтона,
стоит примерно девятьсот тысяч.
- Ремингтон - это что?
- Фредерик, американский
художник девятнадцатого века.
В основном изображал
Дикий Запад.
У меня был курс по
истории искусства.
Кое-что запомнил.
- Если вынудить их платить,
округу придётся резко
сократить штат служащих,
откатить договоры найма и
разорить пенсионные фонды.
Им придется прикрыть часть школ,
что приведёт к переполненным
классам и вынужденным каникулам,
уровень образования упадёт,
преступность вырастет.
Начнётся слияние больниц,
пожарных частей,
сократится число полицейских.
- А это приведёт к новым проблемам.
- Вирусный эффект.
Это заденет бизнесы,
обслуживающие город,
другие вообще начнут закрываться,
безработица вырастет.
- С точки зрения пиара это жесть.
- Потеря таких денег -
жесть не меньшая,
а деньги мы потеряем.
- Ваши идеи мне не нравятся.
Должен быть способ всё решить,
не убивая город.
Соберите мне варианты.
Все, какие найдёте.
- Сын,
я сегодня такое провернул,
что ты просто упадёшь.
- Я думал, у тебя сегодня гольф.
- Был. Восемнадцать лунок.
А потом отказался от членства
в клубе "Гарден-сити".
- Это же
твой дом родной.
- Не так много мест в
мире где так комфортно.
Но время пришло.
Туда не допускают женщин,
а я не могу состоять в
таком отсталом клубе.
- Благородно.
- Прозорливо.
- Ясно.
- Ради будущего.
- Это кто бы сомневался.
- Твоего будущего.
Которое начнётся прямо сейчас.
- Для меня будет неэтично пытаться...
- Институт Аспена
провёл опрос.
- А, твои дружки совершено
случайно озаботились.
- Независимо.
Я ни при чём.
Но результаты весьма...
- Я не хочу ничего об этом знать.
Я же только что был в опале.
Если узнают об опросе,
пока я в прокуратуре,
станет ещё хуже, чем было.
- Зачем тогда это?
Это же дорога в Камелот.
Не выкручивайся. Это фото
человека,
который метит наверх.
Ты не просто об этом думаешь.
Я скину тебе результаты опроса.
Думаю, они тебя мотивируют.
Но тебе придётся решить
проблемы с Венди.
Нельзя быть хорошим кандидатом,
если брак в полной жопе.
- Времена изменились, папа,
мне не нужна женщина, стоящая
у меня за плечом, это архаика.
- Сын, ты же знаешь, зачем
она тебе нужна, правда?
Она - настоящая прирождённая
убийца.
И она создаёт таких же
убийц.
Ты хороший кандидат.
А с ней тебя не остановить.
- Не слишком надейся.
- А у тебя, смотрю, есть ещё порох.
- В четырнадцать лет
я работала в Бронксе.
- Предупреждаю, я это есть не буду.
- Узнал что-нибудь?
- В процессе.
Марк однозначно тебя не кидал.
Ни денежных переводов,
ни доказательств
поступления наличных,
и он, и жена, и родные вели
себя как обычно.
- Его кинули вместе со мной?
- Комиссия по расположению игорных
заведений передала лицензию Кингсфорду
в последний момент.
Это точно.
Решение принял человек по имени
Джо Сколари.
- Причины установил?
- Трудно определить, когда
зародилась эта идея
или кого он хотел порадовать,
но я знаю, что такое случается
только по прямому указанию.
- Ясно. Копай дальше.
А я пообщаюсь со Сколари,
может, что узнаю.
Спасибо, что приняли,
сенатор Сколари.
- Просто Джо.
Чем обязан визиту?
Нужно разрешение на очередную уличную
душевую для дома в Хэпмтонс?
- Раз уж вы потрудились столько
обо мне узнать, то уже знаете.
Я пришёл как инвестор штата Нью-Йорк
к лучшему из его представителей.
- Разумеется.
Я знаю о ситуации с Сэндикотом
и хочу заверить,
что мы весьма серьёзно
относимся к игорным лицензиям.
Комиссия выбрала
местоположение,
благодаря которому
наибольшее число людей
получит наибольшую выгоду.
И это Кингсфорд.
- Я не сомневаюсь,
что члены комиссии,
лично выбранные губернатором,
относятся к работе серьёзно.
Просто
надёжный источник заверил меня,
что лицензия уйдёт Сэндикоту,
и такая перемена кажется странной.
- Посторонним это всегда
кажется странным.
Этот процесс
мало кто способен понять.
Но я вас ещё раз уверяю:
здесь нет ничего необычного.
Комиссия выбрала местоположение,
благодаря которому наибольшее число
людей получит наибольшую выгоду.
И это Кингсфорд.
- Да, вы уже говорили.
Но мне хочется
узнать конкретную причину принятия
такого решения.
- Так вам нужна конкретика,
подробности, механизмы
нашей работы,
закулисье и так далее.
- Я был бы признателен.
- Конечно.
Я могу рассказать.
Комиссия выбрала местоположение,
благодаря которому наибольшее число
людей получит наибольшую выгоду.
И это Кингсфорд.
Ведь и вы, я уверен,
взяли на себя
обязательства Сэндикота
ради блага жителей города.
- Надеюсь, вам было так
же интересно, как и мне.
- Естественно.
- Он не принимает никаких решений.
Он просто чья-то марионетка.
- Марионетка губернатора.
Попробую что-нибудь узнать.
- Я совсем не спал.
- У тебя всё равно крепкие
показатели.
- Есть такое.
- Что тебе мешало спать?
- Русские хакеры.
Они нас отпердолят как детей,
а мы и не заметим.
Нажмут пару кнопок -
и все авиалинии встанут.
Люди застрянут в аэропортах.
- Так ты боишься,
что целью этих хакеров стал
ты сам или весь рынок?
- Моё портфолио может просто сгинуть,
а у меня семья.
- Когда ты начал терять сон?
- Только вчера.
- Вчера что-то случилось?
- Я ездил к Аксу домой в
Хэмптонс на спецсовещание.
Акс выкупил долг одного
города, а там дефолт.
Денег просто до хера.
- Какое ты видишь решение?
Какие есть варианты?
- Закрутить гайки.
Или потерять деньги.
- Не замечаешь связи?
- С хакерами?
То есть,
мы такие же, как они?
- Они - агенты хаоса, способные
дестабилизировать нашу жизнь,
потому что им так хочется.
А кто ты для этого города?
- Хаос.
- Да.
"Акс Кэпитал" - агент хаоса.
Ты знаешь, что значит
"закрутить гайки".
Вы всегда
заходите в зону неясности,
морально и юридически,
но не мучаетесь, потому что не
знаете, кто страдает из-за этого.
А сейчас
ты прекрасно понимаешь,
кто пострадает и как именно,
как повлияют на их жизнь решения,
принятые в твоём присутствии в этом
сраном хэмптонском особняке.
- Я даже не знаю,
что плохого в его действиях.
Знаю только, что сам
при этом чувствую.
- Это всё связано.
Если ситуация
начинает так сильно влиять
на тебя, что ты теряешь сон,
надо что-то делать.
Бороться за этих людей и
бороться за себя - одно и то же.
- Я преподавала в начальной
школе тридцать лет,
и откладывала себе на пенсию.
Это были мои сбережения
на старость.
А потом я вложила
эти сбережения,
но город, в который я вложилась,
неумело управлял финансами.
И теперь он не хочет
возвращать долги,
и моя пенсия под угрозой.
- Так мы начнём нашу
кампанию "Астро-Тёрф".
Вместо смертного приговора город
получит шанс на спасение.
Подобные ролики,
ориентированные на Сэндикот,
внедрят идею о том, что именно
наши инвесторы, учителя, работающие,
ответственные люди
со Среднего запада,
пострадают больше всех
в результате дефолта.
- Дадим понять, что мы готовы к
переговорам, а упрямится именно город.
- Конечно, Сэндикот не идёт
на контакт. Мы об этом скажем.
- Вопросы есть?
Данциг,
ты чего-то притих.
- Вот это всё - серьёзно?
Мы ведь
можем поколдовать на рынке
и восполнить часть потерь
в следующем квартале.
А то получается, что нашим
инвесторам вообще жрать нечего.
- Город сто процентов обратится
в прессу и будет плакаться,
изображать из себя жертву.
Вполне разумно будет показать,
что есть и другие пострадавшие.
- Вот именно.
- Но
пострадавшие-то не мы.
Горожане.
- По-моему, он прав.
- Можем придержать долг,
понести краткосрочный убыток,
а потом встать во главе
восстановления Сэндикота,
перестроить центр,
фудкорт запилить,
привезти им команду
из низшей лиги.
- Тэйлор,
хочешь что-то добавить?
- Да.
Это очень плохо,
даже оскорбительно,
что мы говорим об этом и что
людям фактически грозит нищета.
Но во многих смыслах
город похож на бизнес.
И когда бизнес работает в убыток,
когда показатели не растут,
а начальники продолжают
это игнорировать, уверенные,
что некий папик,
обычно, в лице правительства,
который берёт их под крыло
и покрывает их долги,
это меня оскорбляет.
Кто-то скажет, вы навредили городу.
Но, по-моему,
город сам во всём виноват.
И нужно что-то менять.
Это можно сделать.
Способ болезненный, но иначе никак.
Как говорит Талеб:
"Стань антихрупким или умри".
Таким образом город столкнётся с
препятствием и станет сильнее
или погибнет.
В обоих случаях итог
будет естественным,
как сама природа.
- Ты изменился за последнее время.
Классные галстуки, новые костюмы.
Свиданки с частным сектором?
- Так, одним глазком.
- И?
- На фотках они лучше.
- Да?
- Да. С нашей позиции получаешь
всего шестьсот тысяч на старте.
- Подомнешь уголовку –
тогда и надо двигать.
Там куда больше шестисот.
- Вдвое.
Но если победит Коннерти,
вряд ли я останусь.
На это говно меня не хватит.
- Может, не победит.
- После Бойда-то?
- Рано себя хоронишь.
Ты в последнее время хорош.
- Он обедает с Чаком в "Кинз".
- Вот падла!
- Да.
Падла.
- Баранья отбивная здесь просто блеск.
Их главное блюдо.
- Не ягнятина? Ну не знаю.
- Да брось, это традиция.
Тут своя, особая атмосфера, правда?
Прямо физически ощущаешь историю,
какие тут дела вершились.
Именно сюда меня привела
сенатор Вандервир,
когда меня назначили
прокурором штата.
И я считал, что именно
сюда поведу тебя,
когда тебя назначат
главой уголовного отдела.
Забавное слово
"баранина", правда?
Никто не говорит "овчатина",
кто же захочет есть овцу?
Вот поэтому -
баранья отбивная.
- Да, так всё же поприятнее.
- То же самое недавно хотели
сделать с кенгуру.
- Правда?
- Да.
Устроили опрос по всей стране,
чтобы выбрать слово,
и остановились на "австралусе",
но это не так, как с овцами,
нет, по совсем другой причине.
У кенгуру слишкоммного
общего с крысами,
поэтому австралус.
Элегантно, не так ли?
Но даже
под новым названием
всё равно у тебя на тарелке
будет лежать здоровенная крыса.
Прямо перед тобой.
- Вы готовы заказать?
- Ну-с, приступим.
Ему принесите баранину.
- Я пока не готов.
- Брайан,
ничего не хочешь мне сказать?
- Я не совсем понимаю.
- Нет, понимаешь.
- Ты про расследование?
- Да.
Да,
про него.
Ну вот.
Это твой шанс.
Это тот самый разговор,
который - и ты об этом знал -
должен состояться, если ты
хочешь сохранить со мной
хоть какие-то отношения.
Это разговор, которого
ты так боялся
все последние месяцы,
разговор о предательстве,
крушении иллюзий, вторых шансах
и упущенных возможностях.
Сейчас ты расскажешь мне,
как и почему ты навлёк
на меня это расследование.
- Ладно, Чак.
Ты совершенно
справедливо возмущаешься.
Это я вызвал ОПО.
- Ты не сказал "нет".
Твою мать.
Сука!
Брайан!
Ещё вопрос.
Мою фирму прослушивают?
- Официально - нет, но
я не удивлюсь, если
прослушивают втихаря.
- Я понимаю, что ты не
хочешь работать на меня.
Ты идеалист.
Но тот, на кого ты работаешь сейчас,
не просто сволочь, он ещё хуже.
Он лицемер.
И если ты, зная это,
ему все позволяешь,
то мало чем от него отличаешься.
- Да уж.
Теперь я знаю,
кого благодарить
за мартовские иды.
Но, в отличие от Цезаря,
я сумел уйти живым.
- Конечно, ты крепкий орешек.
- И конечно, ты не
будешь главой уголовки.
Ты ему поддался.
- Только потому, что он сказал правду.
Ты крутил дела как хотел.
Ты соврал, что взял самоотвод.
Ты украл улики с компьютера жены.
- Да, пару раз оплошал.
- Оплошал?
- Ну ладно,
не просто оплошал.
В своём рвении я
преступил закон так,
как и представить не мог.
Но заплатил
за это и продолжаю платить.
И в личном смысле,
и в профессиональном
я отказался от дела.
- И теперь хочешь наказать меня?
Я заслужил эту должность.
Но
она достанется Лонни.
- В обозримом будущем
должность останется вакантной.
В дальнейшем
я намерен сохранить
прозрачность наших отношений,
никаких тайн и увёрток.
Если один из нас зол или
разочарован, мы говорим об этом.
Итак,
можешь уйти сейчас
или остаться.
Доказать свою преданность.
А, когда докажешь,
ты действительно
заслужишь должность.
- Вы готовы заказать?
- Я буду баранину.
А ты, Брайан?
- Я тоже.
- Что делается. Ты - в моём кабинете.
- Вряд ли я тебя очень обрадую.
- Так.
- Я не считаю, что разорять
город в интересах фирмы.
- Мы же не виноваты.
Мы лишь возвращаем то,
что нам задолжали.
- И всё же это пятно на репутации.
- Неужели?
Или быть причастной к несчастью других
людей неприятно лично для тебя?
- В каком-то смысле
да.
- Да.
Честно говоря,
хорошо, что ты пришла,
мне ведь и самому не по себе.
- Ясно.
- И я
хотел бы поговорить.
- Нет.
Я не хочу снова в это
лезть и не буду.
Потому что ты не станешь
всерьёз разбираться в себе,
а просто воспользуешься мной,
чтобы тебя не мучала совесть.
- Это неправда.
А правда в том, что мы не только
не навредим нашей репутации,
но, имея преимущество в Сэндикоте,
отшлифуем его до блеска.
Этого и ждут инвесторы.
Но я всё ещё не решил, как
действовать, потому что
меня волнует
потенциальные проблемы
местных жителей.
Об этом я и хочу поговорить.
- Нет.
- Значит, не я один
ставлю свои интересы
выше интересов
жителей Сэндикота.
- Мой коллега видел вас
с Чаком в "Кинз".
Видимо,
тебя можно поздравить.
- Тогда в пиццерии
ты не предупредил,
что придёт Акс.
- Он мой клиент.
Попросил - я сделал.
- Нет, ты знал, что я не
стану с ним встречаться,
потому что, если кто-то пронюхает, что
я среди ночи виделся с Аксельродом,
это меня серьёзно
скомпрометирует.
Так и вышло. Так что нет,
поздравлять меня не с чем.
Счастье, что меня не уволили.
- Если тебе ещё нужна эта работа.
Мой клиент небезосновательно считает,
и я с ним согласен,
что у тебя прирождённый талант.
Он только хотел убедиться,
что ты понимаешь,
что делаешь, работая на Роудса.
Его предложение всё ещё в силе.
Можешь работать на меня
или оставаться с наставником,
которому ты не доверяешь.
- У меня нет наставников.
Ни одного.
Ты вёл себя как мой раввин,
когда меня обрабатывал,
философствовал,
пудрил мне мозги,
вставлял палки в
колеса на пути к цели!
- Работа -
это не твоя цель.
А Чак - не твой спаситель.
И если я тебе не друг,
то друзей у тебя нет.
- Пошёл твой клиент на хер,
и ты вместе с ним.
- Сегодня день наоборот,
ужинаем завтраком.
- Нет, спасибо.
- Ты всегда думал,
что мама делала вафли сама.
- Покупала, что ли?
- Да. Она разогревала
их на сковородке, а я - в тостере.
Полей сиропчиком, вкусно.
Ну,
что скажешь об опросе?
- Скажу, что я готов
подумать.
- Молодец.
- Только подумать,
я ни на что не подписываюсь.
- Я понял.
- Просто я
ещё не уверен, что
сделал всё, что надо.
- Никто не уверен, малыш.
Об этом начинают
думать ещё в яслях.
Опрос.
Что ты выяснил?
- Ну,
мне стали очевидны
мои слабые места.
На севере цифры невелики.
- Да, но с этим
можно будет поработать.
За это я не переживаю.
- И что мне надо сделать?
С чего начать?
- Сначала надо выйти на помазанников.
- Те, кого нельзя называть.
- Пора с ними познакомиться,
хотя бы с одним.
Блэк Джек Фоли.
- Давненько я не слышал это имя.
- Так и задумано.
Тебе надо пообщаться с ним
лично, чтобы он тебя оценил и
благословил.
- Он до сих пор решает вопросы?
- Ещё как.
Итак,
возьми его внучку
на стажировку.
А потом
жди звонка.
- Привет.
Доброе утро.
- Как спалось?
- Хорошо.
Знаешь,
я живу стремительно.
И стараюсь избегать связей,
которые приводят к
зависимости или
могут меня тормозить.
- Я знаю.
Твой приоритет - невесомость.
Отчасти поэтому я позвонила.
- Тебе не кажется,
что сейчас всё иначе?
- Иначе?..
- У нас.
Я человек неугомонный.
Счастлив бываю только в движении,
когда делаю семь
проектов одновременно.
Но вчера я был здесь,
да и сейчас я здесь.
Я с две тысячи первого
встаю не позже пяти утра.
Но сейчас я спокоен
и мне это нравится.
И,
раз уж я тут...
Что?
- Погоди.
Я рада,
что ты нашёл себе
новое жизненное состояние.
Но в данный момент
меня едва хватает на настоящее.
И дневной свет
для меня немного ярковат.
- Ясно.
У меня встреча, можно,
я первый в душ?
- Ради Бога.
- Дети готовы ехать?
- Чистят зубы.
- Это не няня сейчас
в такси садилась?
- Что ей тут делать с утра?
- Знаешь,
мне вчера дико захотелось
кровяной колбасы,
и я заглянул в "Бистро Грисби".
- Раньше я там часто бывала.
- Да, когда мы только
поженились.
Давно не заходили.
Его уже нет.
- Нет?
- Там теперь маникюрный салон.
Бистро уже четыре года как нет.
- Жалко.
- Слушай,
знаю, я хреново отреагировал,
когда узнал, что ты
вернулась в "Акс Кэпитал".
Прости.
Я повёл себя как эгоист.
Если ты там счастлива, значит,
всё правильно.
Я желаю тебе счастья.
- Я очень рада, Чак.
Честно.
Я позову детей.
- Шеф,
поступили тревожные новости.
Мик Данциг уволился.
- Неужели?
- Вот уж не думал, что буду
против романов на работе,
да и не был никогда.
Не знаю.
Эверетт просто всех отвлекает.
Я вижу, как она смотрит на него.
И...
- Мы, между прочим, заняты.
- Мэфи, выйди.
- Да, мы всё равно
просто так языками чешем.
- Это совершенно неприемлемо.
Как я смогу работать, если все
сюда вламываются, когда приспичит?
Ребята и так думают,
что кабинет на прослушке.
- Не получилось меня изменить,
так ты решила повлиять на других?
- Это моя работа.
- На благо фирмы!
А заставлять моих лучших работников
увольняться - это не то!
- Я никого не заставляла увольняться.
- Я знаю, что к тебе
приходил Мик Данциг.
Что ты ему сказала?
- Я не буду это обсуждать.
- Условия твоего
контракта однозначны.
Ты здесь, чтобы помогать
моим сотрудникам
работать на пиковом уровне.
- Так, как я считаю приемлемым.
Не нравится - увольняй.
Я согласилась вернуться.
Вернулась и делаю
то, что должна.
Ты меня позвал, Бобби.
Можешь передумать
в любой момент.
- Шикарный трюк ты
провернул с генпрокурором.
Никому еще не удавалось.
Я потрясён.
- Всё во имя правосудия.
- И ради Южного округа.
Мне такого триумфа не выпало,
наслаждайся.
Но вопрос в том,
что мы сделаем дальше?
- От таких амбиций я довольно далёк.
- Прямая дорога наверх.
Или ты решил сменить область?
Частный сектор - это же не твоё.
- Нет. К сожалению,
я, как и ты, по жизни - госслужащий.
И здесь я тоже как госслужащий.
Я повстречал чудную
молодую девушку
Эмму Фоли. Студента в "Кардозо".
Умна.
Любит учиться.
Стажировка у тебя...
- Настругайте нам мясца!
Спасибо.
Как оно поёт под ножом.
Прошу.
- Ладно.
- Потрескивает.
Слушай, если девушка хороший спец,
я рассмотрю её среди прочих.
Я узнал фамилию,
боюсь, если она такая,
как ты расписываешь,
то уже нашла бы себе место.
- Мы же не о должности в
Верховном суде говорим.
Обычно ведь так и делается, да?
- Не у меня. Уже нет.
Я смотрю на сам процесс.
Многое меняется,
если смотреть со стороны.
Обмен услугами, сделки,
слив информации,
покровительство.
Врать не буду, я, бывало, подыгрывал
себе, когда был на передовой,
но уже надоело.
- Настоящая объективность.
Непозволительная роскошь.
- Это разрушает, Чак.
Я ведь пошёл в юристы,
чтобы изменить систему,
а не поддаться ей.
- На тебя будто Дух Святой снизошёл.
- Впервые после
стажировки у Гинзбург,
поэтому я осторожен в
выборе практикантов.
Для меня это личная история.
Наконец-то я могу приносить пользу.
- Да, это вдохновляет.
Только твоё "наконец-то" наступило
благодаря сливам и сделкам.
- Напомнишь ещё раз -
перестанем дружить.
Угощайся.
- Ты совершенно прав.
Спасибо.
- Из тебя будет
отличный кандидат, Чак.
По-моему,
ты создан для политики.
На твоём месте
я бы не тянул.
- Сколари подчиняется губернатору,
но вопрос решал не он, а тот,
кто контролирует губернатора,
то есть, Джек Фоли.
- Знаю такого.
Металлургия
и железные дороги.
- Один из первых западных бизнесменов
в России после падения занавеса.
А ещё главный политик в Олбани.
Родословная тянется аж до Твига.
Руками Фоли были избраны три из
последних четырёх губернаторов
и половина нижней палаты.
Но сейчас он занялся казино.
- Зачем Фоли опрокидывать меня?
- Неясно. Слушай,
как и сказал Марко,
это явно не прицельный удар.
Били кого-то другого,
а нас зацепило.
Может, это вообще разборки в Олбани.
- Но уверенности нет.
- Нет.
- Я второго уровня, поэтому днём могу
выходить и могу искать работу.
Но давай не будем о тюрьме,
поговорим о мире.
- Ну,
у меня проблемы с
муниципальными бондами.
- Я в курсе.
Игорную лицензию дали другому.
Ты хочешь её вернуть.
- Уже поздно.
Надо действовать.
А единственный вариант,
который я родил,
довольно мерзкий.
- Торквемадой быть невесело.
- Я пытаюсь просечь,
почему не вышло с лицензией.
Вопрос был уже решённый.
Все следы ведут к Джеку Фоли.
- Что ты хочешь знать о Блэк Джеке?
- Что им движет.
Чем живёт.
С кем дружит.
Как к нему подобраться.
- Движет им, естественно,
собственный авторитет,
и собственное богатство,
растущее шесть поколений, и роль
серого кардинала несмотря на все это.
Советник королей и князей.
Ещё недавно я бы запросто
мог вас свести, но
теперь я выбыл из
ближнего круга,
а может, и не только.
Роберто,
если на севере ты
будешь стервятником,
запомни:
у нас все либертарианцы,
пока смерть не придёт в их город.
Тогда помощь - разумный выход.
До тюрьмы я бы сказал тебе:
хер с ним, пусть подыхают.
Расчистят место для нового.
Твоя поддержка лишь
отсрочит неизбежный конец.
- А теперь?
- Надо всё сделать правильно, иначе и
за тобой побегут с факелами и вилами.
- Только я буду
действовать по закону.
Я сделал всё возможное, чтобы этого
избежать, но итог всё равно хреновый.
- Только помни:
если тебя ненавидят, то найдут
как тебя опустить по закону.
Ты же знаешь.
- Ты не сможешь узнать то,
что мне нужно.
Мне придётся встретиться
с Фоли самому.
Он будет против.
Так что придумай, как
побороть его сопротивление.
- Придумаю.
- Да?
Нет, не жду. Но впусти.
- Вот, видишь,
как становятся стервятниками.
Знаю, всё вышло не так, как хотелось,
и ты оказался в плохой ситуации.
Но я тебя прошу, пожалуйста,
не срывай зло на городе Марко.
- Ты же всё равно получишь
плату как посредник.
- Да насрать мне на это, вложи
её в нужное дело, если надо.
Бобби, я тебя знаю с детства.
Зачем тебе надо вредить
людям, которым и так плохо?
Они ведь были такими
же детьми, как и ты.
Но у тебя есть всё,
а у них последнее отнимут.
Я не хочу такой груз
на душу, да и ты тоже.
- Я тебя понял, Бруно.
Всё верно, ты знаешь
меня с детства.
Значит, знаешь и то, что я
очень хочу этого избежать.
Стараюсь как могу.
- Я видела в окно Бруно.
Он насчёт бондов приходил?
- Лоббировал Сэндикот.
Как думаешь,
что мне делать?
- Ты, наконец,
решил узнать моё мнение?
- Ну почему "наконец".
Я пытался все это осознать.
Но теперь мне надо
знать твоё мнение.
- Я вижу, как тебя это мучает.
У тебя всё на лице написано.
- Тяжко.
Я влил херову кучу денег в город,
который никогда не вернёт мне долг.
Но, если делать по-доброму,
как просит Бруно,
я потеряю почти
пятисот миллионов.
А если
добиться выплат по бондам,
мы заработаем более
ста миллионов.
- Я вижу, в чём проблема.
Мы были такими же,
как жители города.
- Бруно тоже так сказал.
- Разве нам кто-то помогал,
заботился о нас?
Когда моя мать
задёргивала шторы,
чтобы коллекторы не
знали, что мы дома?
Нет.
Нас растили так:
либо они, либо мы.
Так и осталось.
Вот моё мнение.
Ты сам сказал, Бобби,
в итоге, все, кроме нас, -
пушечное мясо.
Моё мнение: вставай и делай
то, что надо сделать.
Отрезай там, где гангрена.
А потом договоримся с
чартерными школам,
вложим миллионов тридцать,
получим налоговые льготы,
и эти дети заживут лучше, чем
жили их родители или наши.
Пока мы дома,
не закажешь ребятам пиццу?
- Лучше китайщину.
- Их любимая - без доставки.
А Джордж ещё не пришёл.
- Я съезжу.
Арестовать все активы,
собственность, коммуналку,
производство, транспорт, здания,
всё, даже их сраную мэрию.
Заморозить все счета, даже
зарплатные, и пенсионные фонды.
Быстро.
Никуда не денутся,
выбора у них нет.
И не тормози,
пока не вернём своё.
8 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Мать твою, Дэнни Маргулис.
Ты чего вернулся?
- У меня есть идеи,
и я хочу ими поделиться.
Всё расслышали?
- Здравствуйте. Я Тэйлор.
Местоимение - "они", "их", и "им".
- Ты давно у нас?
- Я стажёр.
Даже здешний воздух
выбивает из колеи.
- Воздух разреженный.
- Это фото человека,
который метит наверх.
В какой дом переедешь,
Грэйси или губернаторский?
- Спокойно, папа.
- Тебе надо пообщаться
с Джеком Фоли.
- Ты, видно, говоришь о Сэндикоте.
- Потенциальное место для казино.
Его обязательно открывать там?
- Ты много потеряешь,
если выплаты просрочат.
Тебе нужно казино так быстро,
как только это возможно.
- Делай, что хочешь, и мне не мешай.
- Ты хочешь встречаться с другими.
- Я тебя не сдерживаю.
- Я намерен сохранить
прозрачность наших отношений.
Итак, можешь уйти сейчас
или остаться.
- Сэндикот не получит
игровую лицензию.
Это конец.
- Зачем Фоли опрокидывать меня?
- Комиссия выбрала местоположение,
где наибольшее число людей
получит наибольшую выгоду.
- Что можешь сказать про Сэндикот?
- Захватим их активы.
- Какие активы?
- В городе есть оригинал Ремингтона.
- Ремингтон - это что?
- Американский художник девятнадцатого
века, изображал Дикий Запад.
- Зачем тебе надо вредить людям,
которым и так плохо?
- Отрезай там, где гангрена.
А потом договоримся
с чартерными школам,
вложим миллионов тридцать,
получим налоговые льготы,
и эти дети заживут лучше,
чем жили их родители или наши.
- Арестовать все активы,
собственность, коммуналку,
производство, транспорт, здания,
всё, даже их сраную мэрию.
- Джек Фоли. Хорошее начало дня.
- В данный момент я не
разделяю твой энтузиазм.
- Да?
Очень жаль.
- Я ведь помог тебе, правда?
Совсем недавно и к
твоей вящей пользе.
А твой сын меня подводит.
- Стажировка.
- Меня печалят дурные манеры.
- Он не знает про Сэндикот,
не знает о твоём участии.
И не должен знать.
Ты помогал лично мне.
- Да, я сорвал планы
Аксельрода по твоей просьбе,
и пусть Чак не в курсе,
но он знает,
что я собирался помочь ему в Олбани,
и этого вполне достаточно.
Я буду протаскивать в
губернаторы Боба Суини.
- Жаль это слышать, Джек.
Надеюсь, это...
- Да не паникуй ты, Чарльз.
Между нами всё по старому.
Обязательно приходи
на вечеринку.
- Хорошо.
- Это Ремингтон из Сэндикота?
- Уже нет.
- Я такой красоты в жизни не видел.
Это Юл Бриннер?
- Ремингтон прибыл.
- Не путай этот кусок
бронзы с финишной чертой.
Я хочу знать, зачем Фоли
щёлкнул нас по носу.
- Я не нашёл, чем мы
могли ему насолить.
- Естественно. Он мог точить
на нас зуб лет десять.
- Слушай, я знаю, "почему" -
вопрос мучительный, но ты обычно
этим не заморачиваешься.
- Это не заморочки, это бдительность.
Если где-то есть человек,
который сосредоточился
на том, чтобы меня раздавить,
я должен знать.
- Таких людей - под сотню.
- Да, но все они предсказуемы, с ними
я справлюсь, а Фоли - другой.
Он доказал, что может
здорово навредить
и не оставить никаких следов.
- Легкая поступь.
Жесткая хватка.
- Да. Позвони Фоли напрямую.
Организуй нам встречу.
И я пойму,
враг он или нет.
- Ваш сейф, мистер Роудс.
- Спасибо, Доминго.
Что ж...
Некоторые выдерживают сигары, храня их
при влажности в семьдесят процентов.
Чтобы они созрели.
Мне это, конечно, не нужно.
Я храню их при восьмидесяти процентах,
потому что предпочитаю...
- Подымить.
- Совершенно верно.
Погляди.
- "Фундадорес" девяносто
восьмого года.
- Выдержаны до пиковой насыщенности.
И, если их скоро не выкурить,
они станут одномерными.
Собирался выкурить их с
тобой на вечеринке у Фоли,
но я получил приглашение,
а тебя в списки не внесли.
Ты не устроил стажировку
его внучке и она нажаловалась.
- Жаль, что Фоли разочарован.
- Он считает это неуважением.
Он мог бы сам устроить
девчонку куда надо,
но хотел, чтобы это сделал ты,
чтобы показал лояльность и,
став губернатором,
не забыл о нём.
- Он хотел, чтобы я облизал его яйца.
И, если он думает,
что во время избирательной кампании
у нас будут такие отношения...
- Сынок.
Об этом уже можно забыть.
Он нашёл себе новую лошадку.
- Кого?
- Боба Суини.
- Буффало Боб?
- Два срока в мэрии, три - в сенате,
и на каждый парад он напяливает
униформу санитара.
- Он из второго эшелона.
- Был.
А теперь он нашёл хитрый
способ влезть в список кандидатов.
- Потому что так сказал Фоли.
- Точно.
- У нас нет царей, папа.
У нас демократия.
- Ты прямо как хиппи сраный.
- Знаю, это трудно принять,
но время серого кардинала прошло.
Мне не нужен авторитетный друг.
Я сам себе авторитет.
И, когда это станет
известно всем,
Фоли придётся застегнуть штаны
и посмотреть мне в глаза.
- Фоли не будет с тобой разговаривать.
Даже со мной не стал.
- Разве так ведёт себя тот,
кто действовал непреднамеренно?
- Нет.
Но это не повод лезть в драку.
- Ещё как повод.
Причём - по старинке.
- Вздрючить его?
Я только за.
Но у него закрытая компания,
а мы не работаем с металлургией.
- Узнай, из какой жопы
он достаёт железо.
Не все же рудники - его.
- Мне надо знать,
где Джек Фоли берёт руду.
- В основном сталь делают
уже не из руды, а из отходов.
- Фоли в мусоре не роется.
У него поставщик.
Узнай, кто это, и Акс
развалит бизнес Фоли.
- Да, я тоже люблю бифштексы,
но не хочу тратить ваше время.
Мы не меняем прайм-брокеров.
Минуту.
Что? Он хочет, чтобы
мы сменили брокеров.
Хочет нас потанцевать и поужинать.
Меня.
- Мы согласны.
- В данном контексте мне не
понятно ни "мы", ни "согласны".
Ну хорошо,
давайте пообщаемся.
Сегодня в восемь?
Отлично. До скорого.
Я думал, мы верны "Спартан-Айвс".
- Мы верны прибыли.
Если это принесёт деньги...
- И хардкорную тусовку
во имя бизнеса?
Решил оторваться?
- Повторить это ты не рискнёшь.
- Я не хотел...
- Да понятно, чего ты хотел.
Ты обосрался комплексно.
Во-первых, облажался
с приглашением,
а во-вторых, держишь меня за
Кортни Лав в девяносто третьем.
Думаешь, я не способен обработать
каких-то сраных нытиков?
- Да нет, я...
- Закажи машину,
чтобы меня подвезли!
- Если сорвется - я буду виноват.
- Я не любитель
самосовершенствоваться.
- Это -
доктор Ленни Густаферсон
по кличке "Гас".
Сейчас работает по
фрилансу, но ещё недавно
был перформанс-коучем
в "Акс Кэпитал".
- Его уволили,
когда вернулась Венди Роудс?
- Да.
- Вряд ли его это порадовало.
- Да уж вряд ли.
- А как же врачебная тайна?
Даже если он согласится.
- Он, может, и доктор Гас,
но не доктор медицины.
Диплом кинестезиолога и
сертификат курсов Марты Бек.
- Нет, я не хочу ничего знать.
- Думаешь, это не то, что нужно Чаку?
- Нет. Мне надоело гадать,
чего же хочет Чак Роудс.
Теперь я буду слушать,
что он говорит вслух,
а он сказал -
не лезть к Аксельроду.
И мы не полезем.
- Тебя Марк встретит в аэропорту?
- Только архитектор.
Он хочет держать руку на пульсе.
- Знаешь, если не хочешь ехать
в Сэндикот, - то не надо.
Затем и нужны сотрудники.
- Да, но, если мы хотим
построить там школу,
лучше, если один из нас
будет участвовать.
Это меньшее, что можно сделать.
Мы же забрали у них статую.
- Я бы поехал с тобой, если бы мог.
- Нет.
Сегодня в приоритете
Сонни Бинингтон.
Хорошей поездки.
- Тебе тоже.
Привет.
- ...и понимаю, что она - это он.
Да ещё и весит килограммов
сто пятьдесят. Кое-как перевернули.
Нужна реанимация,
а электроды не работают.
Вы же знаете, что это значит?
Что придётся вручную. И...
Извините, ребята.
Продолжение следует.
- Спасибо.
- Опять гоняешься за "скорой", Чак?
- Малыш Бобби.
Занят перевязками или
найдёшь для меня минуту?
В штате есть
вице-губернатор, прокурор,
влиятельный президент
университета,
и все они на пару
шагов тебя опережают,
а некоторые - если не все -
пойдут на выборы.
Фоли думал, что ты
примешь бразды.
Через несколько месяцев,
когда и ты, и все остальные
начнут грызню за место губернатора
и будут душить друг друга
и топить в грязи,
знаешь, где буду я?
- Сидеть в углу, смотреть и дрочить?
- Парить над тобой,
встревать во все дебаты и
поддерживать каждую беседу.
- Ты провёл опрос.
- Нет, доброхоты провели.
Результаты порадовали.
Ты ведь их тоже видел.
- Я знаю, в чью пользу опрос.
- Значит, понимаешь, что на отдельных
территориях мне нужна помощь.
- На севере?
- У тебя на лужайке.
- Твою мать.
Ты хочешь,
чтобы я стал твоим замом?
- Я же пришёл к тебе.
Как мужик к мужику.
Предлагаю нормальный вариант.
- Знаешь, я занимал самые
незначительные должности в стране.
Я даже был санитарным
инспектором целый год.
И водителем грузовика тоже был.
Я работал. Я трудился.
И сейчас - моё время.
- Меня узнает
в восемь раз больше человек.
- Не стоит недооценивать
Джека Фоли.
И меня.
А узнаваемость - херня.
Джорджа Патаки тоже никто не знал,
а в итоге - трижды губернатор.
Если я пробуду губернатором
двенадцать лет, меня тоже запомнят.
- Я же тебе сказал.
- Да?
А чужими зацепками
пользоваться можно?
Ещё скажи, что ты
меня так защищаешь.
- Защищаю?
- Вот из-за такой херни я...
- Сошлась со мной? Или бросила?
- И то, и то.
- Ну, раз уж пришли...
- Я хочу убивать великанов!
- Или подождём, пока закончат.
- Ага.
- Я предлагаю купить вашу продукцию.
Продукцию со всех семи ваших свалок,
за приличные деньги,
а вы отказываетесь?
- У меня уже есть покупатель.
- Вы же не ради отказа меня приняли.
- Именно ради него.
Соблюдаю вежливость.
Не знаю, что за
проблемы у вас с Фоли,
но, видно, серьёзные.
И я не хочу вам грубить.
Вдруг вы и меня на
мушку возьмёте.
- Ладно, я пропущу реплики типа
"Кто такой Фоли" и
"А он-то тут причём".
Я просто сразу удвою сумму.
Триста семьдесят процентов
от стандартной выручки.
Буквально граблю сам себя.
- Я и рад бы воспользоваться,
но это не торг.
Волшебных цифр здесь нет.
- Они есть всегда.
- Не в данном случае.
Я работаю в этом штате.
Живу в этом штате.
Фоли может устроить так, что мне
станет хуже, чем Христу на Голгофе.
Однажды я проснусь, и окажется,
что меня задушили лицензии,
профсоюзы и налоги - помимо десятка
других способов мне нагадить.
Спасибо за предложение.
Надеюсь, мы расстаёмся
не врагами.
Но если нет...
- Вы боитесь его больше, чем меня.
Миллиард долларов.
- Вы серьёзно это предлагаете?
- Нет. Мозги я ещё не просрал.
Но вы бы согласились.
- Я занимаюсь нужным делом.
Я разбираю людей на атомы, а потом
делаю их заново из прочного камня.
Вы цените такую деятельность?
- Ценю.
- Нет! Не верю.
Если бы ценили -
не просили бы меня стучать.
- Из-за того, что Аксельрод
вас выгнал, вы стали ронином.
А он наверняка ни на
секунду не задумался,
в то время как вы думали
об этом целый день,
терзаемый тем, чего
раньше не знали:
сомнениями.
И всё потому,
что вы служили недостойному сёгуну.
Аксельроду не хватает пяти из восьми
добродетелей бусидо.
- Шести.
Он довольно часто
бывал невежлив.
- В таком случае
честь самурая не требует
молчания или самоубийства.
Она требует отмщения.
- Отомстить ему я не могу.
Я слишком редко бывал
с ним один на один.
Он привык флиртовать с Венди Роудс.
Я предложил иную методику
и потому
он не беседовал со мной настолько
откровенно, насколько надо вам.
Но есть один человек.
Шеф по персоналу,
Стеф Рид, так её зовут.
Она была на каждом совещании -
и от нее тоже избавились.
- Тэйлор, верно?
- Верно.
- Чем могу помочь?
- У меня в активе девятьсот двадцать
семь часов терапии.
- Значит, была и когнитивная,
и гуманистическая, может,
даже холистическая.
Что же вам нужно?
- Я хочу понять
Мэфи.
Ему трудно.
Он ведущий трейдер, ему надо
быть на коне, а он не может.
Его спад совпал с моим
продвижением, а значит, я...
Я - его бывший стажёр. Он мог
присвоить мою работу, но не стал.
- Вы испытываете чувство вины.
Хотите знать, нормально ли это?
- Более того:
я хочу знать, полезно ли это.
- Для вас важны отношения
с сотрудниками фирмы?
Какие у вас отношения?
- Хорошие.
- Почему, как вы думаете?
- Я знаю.
Здесь вертикальная культура.
Если я нравлюсь Аксу,
то нравлюсь всем.
Или они делают вид.
- А почему вы ему нравитесь?
- По одной из двух причин
для любой симпатии:
либо люди узнают в других себя,
либо находят что-то полезное.
В моём случае - и то, и другое.
- Есть и другая причина симпатии:
они видят то, чего им недостаёт,
и хотят быть с этим рядом.
- У вас с ним всё именно так?
Между вами
что-то есть.
- Все обычно считают,
что мы трахались.
- Я - нет.
- Нет.
Мы встретились в похожий момент,
когда оба пытались
понять, кем мы станем.
- И как?
- Что?
- Вы стали теми, кем думали?
- В чём-то - да,
а в чём-то очень важном,
возможно, обманулись.
У вас похожие обстоятельства
и похожие
безграничные возможности.
- Так.
- За годы моей работы здесь
ещё никто не приходил ко мне,
потому что переживал за кого-то.
Будь на вашем месте другой,
я бы решила, это розыгрыш.
- Я отличаюсь от них.
- Ещё как.
Что касается Мэфи, может,
вам стоит просто похвалить его?
- Хвалить не за что.
А я не люблю врать ни себе,
ни другим.
Это пройденный и забытый этап.
- Что ж.
Тогда дайте ему понять,
что вам не всё равно.
- Как?
- Купите что-нибудь.
- Ну подумайте сами,
скольких руководителей крупных
банков отправили в тюрягу?
В тюрягу!
Список-то небольшой, да?
"Спартан-Айвс" замарались.
Многие уже и слышать
о них не хотят.
- Их минусы мне понятны.
А в чём ваши плюсы?
- Лидерам индустрии,
вроде "Акс Кэпитал",
надо вырваться из
золотой клетки...
- Сколько скинете на
ближайшие два года?
- Десять процентов.
- Впечатляет. В плане денег.
Но в плане удовольствий - не катит.
В смысле,
обед.
Стандартный вечер вызовет
стандартный ответ.
Я покажу вам, как надо.
Пройдёмся по углям.
Пардон, кто-нибудь хочет?
- Вэйп-мартини. Он реально
курит алкоголь.
- Натурально, усовершенствованная
"зеленая фея".
- Может, уже хватит, Вагс?
- Помимо возможности курить напитки,
чем это отличается от нашего плана?
- Вы бы потащили нас в занюханный,
примитивный стриптиз-бар.
А это - мощнейшее кабаре,
прославляющее идеальных женщин:
днём они профессионалы с образованием,
а вечером - затейницы. Вот Марта.
Вирусный маркетолог.
- И инструктор в "Соул-Сайкл".
Ты же знаешь, здесь я не могу.
- Идея огонь.
Не хочешь поучаствовать?
- Никаких приватных танцев.
Я обещал.
- Деб?
У вас всё серьёзно?
- У неё нет. У меня - да.
- Классные у тебя усы.
- У меня есть усы?
А здесь бывают
парни из "Соул-Сайкл"?
- Постоянно.
- Надо же, как тесен мир.
- Там какой-то мужик
на вас пялится. Это...
- Томми Барко.
- "Спартан-Айвс".
- Марту он не получит! Вы оплатили
её услуги на весь вечер!
- О да, пора в отрыв.
- Ваш "белый трюфельный сон".
- Впустую тратишь лучшие
в мире грибы.
- Попробуй.
- Я пас.
Знаешь, как трудно
найти трюфели?
Боров, собака, короче, правильно
обученное животное с тонким нюхом
чёрт-те сколько бродит вслепую,
пытаясь учуять тончайший аромат,
и только потом можно копать.
А где именно их ищут, как думаешь?
В говне.
Вот о чём мы всегда
молчим, верно?
То, что для нас так ценно,
за что мы больше всего
платим в ресторане,
растёт в говне.
- Ты это про что?
- Я пообщался с Бобом Суини, и
беседа прошла не так гладко,
как "восьмёрка" у Дика Баттона.
Теперь вариант один:
мочить его на месте.
Искать компромат. Рычаги давления.
Только
я не могу.
- Подобный вид политики омерзителен.
Был у меня стажёр...
- Я не могу заниматься этим лично.
Проводить проверку.
Искать инфу.
- Хочешь поручить это мне?
Так вот в чём дело.
А с чего ты взял,
что я это умею?
- А ты умеешь?
- Конечно.
Я воспитанный, но не праведник.
Твою мать.
Ты просишь создать комитет
по перевыборам президента.
Я знал, что закончу как Джон Митчелл.
- Айра.
- Я согласен.
Хер с ним.
- Ты же знал, что я отсюда
не вылезаю.
- Видимо, забыл.
- Ты притащил сюда этих
ушлёпков из "Пэтриот Бэнк"
не для того, чтобы
с нами расстаться.
Чтобы придать
остроты отношениям.
- Уговори меня остаться.
- Вагс, ты чего тут?
- "Спартан-Айвс" снижает комиссию
на двадцать процентов на два года.
- Потрясающе.
- Верность всегда вознаграждается.
Мэфи помог.
- Ты дальше рассказывай.
Про то, почему ты пришёл,
хотя мог написать.
Двадцать процентов - хорошо.
Отлично.
Но это не повод
припираться посреди ночи.
- Не я должен добывать эти сраные
двадцать процентов.
- Нет. Именно ты. Это твоя работа.
- На бумаге.
Но когда это делаю я,
значит, не делаешь ты,
потому что думаешь о другом.
- Да.
Фоли.
- Незачем тратить столько сил,
времени и денег,
пытаясь разгадать тайные мотивы
выходца из Таммани-Холла.
- Ты прав. Незачем.
Но одна причина есть:
алюминий.
По крайней мере, его вкус.
Вкус страха у меня на языке.
Большинство людей пытается
бежать от страха,
изгнать его из своей жизни максимально
быстро, а я - я его культивирую.
Пытаюсь его распознать,
организовать и использовать.
Поэтому я выжил в юности
и поэтому до сих пор жив сейчас.
Потому что слушаю свои страхи.
- И что они говорят?
- Что это -
не просто политический ход.
Это личное.
И я не успокоюсь,
пока не узнаю, в чём дело.
- "Акс Кэпитал" -
не то, что я думала.
- Чего вы ожидали?
- Учебный полигон.
Шанс изучить индустрию досконально,
сидя рядом с лучшими в этой индустрии.
- А оказалось?
- Вы не читали "Банальность зла"?
Я вполне могла быть
могла кончить так же.
Исполнять приказы,
всё оправдывать.
В каком-то смысле хорошо,
что меня уволили.
- Можно поподробнее о приказах,
которые вам не нравились?
- Не имею права разглашать.
Если расскажу вам про "Акс Кэпител",
для меня будут последствия.
- Потеряете эти хоромы.
- Слушайте, вы же юристы.
Вы же не предлагаете мне нарушить
условия контракта, правда?
- Ваша медаль.
Мы знаем,
что вы учились в Вест-Пойнте,
но она вам дорога,
раз вы её там повесили.
Это не просто чтобы семья гордилась,
она действительно важна для вас.
- Я знаю, что обязана
предупредить их юристов,
но думаю, я смогу вам ответить.
Если мне пришлют повестку.
- Она не будет говорить без повестки,
а по-тихому её не получишь,
да я и не стану без твоего
разрешения.
- С тем же успехом ты мог
принести мне тарелку лапши.
Я бы с радостью всё слопал.
- Я знаю.
- Но сейчас у меня иные аппетиты.
- Это же не просто слабость,
это одержимость.
Или я не прав?
- Да нет, прав.
Но из-за этой одержимости
я едва не погорел.
Так что скажи мне, в чём тут плюс?
- Этот мудак пойдёт в тюрьму.
Ты же этого хочешь?
- Я хочу его закопать.
Но также я хочу попасть в Олбани.
И сдать бразды тебе.
Может быть,
однажды наступит подходящий момент,
я навыписываю повесток и ордеров,
мы соберёмся и повяжем его,
но
сейчас - нельзя.
- Я рад, что остался.
- А я - что оставил тебя.
- Помнишь меня тут звали в правление?
- В зоопарк.
- В фонд защиты животных. Кажется.
Короче, скажи, что я в деле
и даже денег пожертвую.
При одном условии: они должны
назвать Джека Фоли человеком года,
а вручать ему награду буду я.
- Вам пришёл пакет,
я на стол положила. Пахнет противно.
- Спасибо, Донна.
- Чак!
Чак Вагон.
Это ты, а я думал,
секретарша просто придуривается.
- Нет, она сказала правду.
- Я вижу. Я надеюсь,
ты не для того явился в Баффало,
чтобы проситься ко мне в замы.
Мне, видишь ли, нужно
этнокультурное многобразие.
- Ну не надо сразу отказываться.
У нас ведь так много общих интересов.
Контроль за оружием, здравоохранение.
Всё, кроме семейных ценностей.
- В каком смысле?
- Я думал о твоём сыне.
Который гей.
- Думаешь, в наше время
это будет проблемой?
- Да. Это проблема для тебя.
Потому что ты отправил его
в религиозный лагерь,
когда ему было семнадцать.
Изгонять гейство молитвами.
А какие письма бедняга
писал своим друзьям...
- Без доказательств твои
намёки будут выглядеть как...
- "Они говорят, что мы сексуализируем
отношения с мужчинами,
потому что не имели здоровой,
несексуальной связи с отцами.
Меня посадили плечом
к плечу с другим пареньком
и заставили нас
приобнять друг друга".
"Это называется
"целительный контакт",
хотя мне-то, конечно, дико
хотелось поцеловать его в плечо".
- Хватит.
- Один из психологов сделал
копии и вынес их оттуда.
Могу почитать ещё.
- Не надо.
- Я вижу, ты задумался.
Ты пытаешься придумать,
как тут поступить.
Может, политическая исповедь?
Чистосердечное признание
в объективе камеры.
Это сработает, но сначала
надо обрести популярность.
В общем, у тебя есть выбор.
Ты можешь стать известен жителям
Нью-Йорка благодаря тому,
что хотел насильно сделать
сына натуралом во имя Господа.
"Целительный контакт" отлично
сработает в этом городе.
Или
ты можешь уйти,
объяснив это тем,
что заглянул в будущее
и увидел,
что там будет нужен Роудс.
- Думаешь, победил?
Увидимся на праймериз, Чак.
Жду с нетерпением.
- Плакат "Ада в клетке"!
С автографами Гробовщика и Мэнкайнда!
Бен, это твой подарок?
- Что?
- Явно же не твой.
- Всё, что после Саммартино и Збышко,
полное говно.
- Ты назвал говном Мачо-Мэна.
А как насчёт Стэна Стэйзиака
и его харт-панча?
- Вообще-то, это от меня.
- Да?
Спасибо.
- Прямо какая-то "Горбатая гора".
"Знал бы я, как от тебя уйти".
- Да.
Да, я знаю, где это.
Я приеду.
Это Фоли.
Пригласил меня к себе.
- На вечеринку?
- Нет.
- Только что прислали.
Ручная работа.
- Мы по стольким поводам
уже расслабились.
Например, бежать к
базе при граунд-боле,
помнить, что мартини - это джин.
Приятно, что кто-то ещё
придерживается стандартов.
- Как думаешь, в чём дело?
- В том, что он оценил твой натиск.
Или бесится, что ты устранил
его союзника.
- Устранил?
- Суини ушёл.
Выбыл из гонки ещё до начала,
сразу после твоего визита.
Ну что?
Пойдем выбирать фрак.
- Машину кто-нибудь примет?
- Парковщики ещё не прибыли.
- Охренеть. Дэнни.
Дэнни Маргулис.
- А я уже не парковщик.
Начинал с этого,
дослужился до официанта.
Скоро стану помощником бармена.
- Слышал, ты попал в тюрьму.
Я расстроился.
- Да, отдал долг обществу.
Слушай,
Акс, если тебе пригодится
аналитик с мозгами, я готов...
- Ты мне всегда нравился, Дэнни.
Но ты сделал именно то,
от чего не отмыться.
- Я польщён,
что Комиссия по сохранению
североамериканских лесных волков
выбрала меня человеком года.
И немного удивлён,
поскольку до этого утра даже не знал,
как это животное выглядит.
- Оно такое, шелудивое.
- Кажется, это что-то вроде койота.
- Прекрасная организация, разве нет?
- Понятия не имею.
Но гамбит отличный.
Если бы у нас был
рядовой конфликт,
мы бы пожали руки, я принял
бы эту дурацкую награду
и вам было бы нечего опасаться.
- Так мы пожмём руки?
- Хоть мне лестно,
что меня выделили, но я пас.
Мне самому позвонить этим
волкозащитникам или...
- Я разберусь.
- Ну-с,
вы получили, что хотели.
Теперь вы знаете...
- Что вы пытались меня вздрючить
не по личным причинам.
Вас кто-то попросил,
и вы не хотите, чтобы этот кто-то
видел, как нам комфортно стоять рядом.
Не скажете, кто это был?
- Сам по себе вопрос неизящный.
Вы меня вынуждаете сказать,
что выбор локации зависит
от множества факторов.
Сэндикот выдвинул предложение,
его рассмотрели,
как и многие другие
заявки, и в итоге...
- Выбрали местоположение,
где наибольшее число людей получит
наибольшую выгоду, помню.
Могли бы написать и поизящнее.
- Это не должно быть изящным,
это должно вызывать дурноту.
Как просроченная устрица.
Вы сейчас здесь, мистер Аксельрод,
потому что я оценил
вашу тактическую маневренность.
- Спасибо.
- Но на этом наши
отношения закончатся.
При иных обстоятельствах,
уверен, мы могли бы стать кем-то вроде
друзей, но теперь это невозможно,
невзирая на вашу одарённость.
Я придерживаюсь
кодекса верности:
может быть, это старомодно,
но мне помогает.
И мне нравится,
что я испытываю,
когда принимаю чью-то сторону.
- Это я вполне могу понять.
- Тогда поймите и это:
я знаю, вам мало того,
что вы узнали.
Ваши поиски продолжатся
и приведут нас на
множество разных дорог.
Но на эту дорогу не возвращайтесь.
Здесь вас ничто не ждёт.
А теперь - прошу прощения.
- Да, конечно.
Вам же надо готовиться.
Если позволите,
последний вопрос.
Вы любите вечеринки?
- Обожаю до усрачки.
- Слышь, Маргулис.
Кажется, у меня есть
для тебя работа.
- Здорово. Мне зайти к тебе в офис?
- Туда ты не вернешься.
Это не второй шанс.
Ты мне нужен тем, кто
ты сейчас, Дэнни,
и, если будешь полезен,
я выплачу твой долг за дом.
- Спасибо, что смогла подменить.
Я этого сам не ожидал.
Знаю, знаю.
Если уж я на обед "разоделся",
то сейчас тем более смешно выгляжу.
- Нет, нет, что ты.
Я думала про нашу ссору.
- Про которую?
- Когда ты сфотографировался
с Кевином.
Это было ошибкой.
- Мы уже поссорились из-за этих
твоих слов.
- Нет, я о том, что сказала,
когда разозлилась.
Это ещё большая ошибка.
Я закрылась.
Личное пространство - это одно,
но нельзя запрещать друг другу
говорить откровенно;
честность - основа основ,
если мы хотим разрешить
ситуацию, сойдёмся мы снова
или же...
- Я и сам очень жалею
об этом разговоре.
Я не всерьёз говорил
про встречи с другими.
Я исказил твои слова, потому что
чувствовал себя незащищённым
и, наверное,
виноватым.
Я, вроде, даже
ходил на свидание.
Ну да. На свидание.
С женщиной из спортзала.
Но ничего не было.
Поцеловались.
Я это прекратил,
потому что,
несмотря ни на что,
это показалось мне изменой.
- Ничего страшного.
- Правда?
- Да. Да.
- Прости. Я стянул разговор на себя.
- Да нет, нет, я...
Думаю, мне тоже надо, честности
ради, кое-что открыть.
- У тебя тоже что-то было?
- Да.
Мне тоже есть в чём признаться.
Ты не выглядишь смешным,
ты красавчик.
- Алло?
- Это Венди Роудс, извините, что так
поздно, я решила, вы на работе.
- Да.
- Ваш первый вопрос:
полезны ли ваши
переживания из-за Мэфи.
Полезнее, чем победы на бирже
и чем ваша правота
в важных вопросах.
Вы ещё не поняли, но обычно,
когда это замечаешь, уже поздно.
Это место запутывает вас,
разъедает, пожирает изнутри.
А у вас есть редкий шанс выжить.
Вы настолько обогнали меня
и Акса в вашем возрасте.
Нам не приходилось выбирать.
Вы лучше знаете себя.
А ваши чувства - это артерия,
соединяющая вас с этим местом,
кричащая на вас:
"Не забудь обо мне, не забудь.
Я не люблю врать".
- Не люблю.
- Если вы заметите,
что не чувствуете,
поступите так же -
приходите ко мне.
Пока ещё не поздно.
Для нас обоих.
Мне пора.
- Вот это я понимаю.
Да он просто ссыт по ляжкам
от злости.
- Сыграю одну песню. Может, две.
- Фоли хернёй не страдает.
Это же Бен Фолдс.
- Да. А если и страдает хернёй,
то всё равно ради дела.
- Мистер Роудс.
- Да?
- Мистер Фоли ждёт вас в библиотеке.
- Спасибо.
- Твой отец рассказывал про тебя с тех
пор, как ты носил штаны на лямках.
- Кажется, я таких не носил.
- Он мне показывал фотографии.
Наверняка твои.
Он не не стал бы носить
с собой фото бастардов.
Он вложил в тебя много времени.
Мои дети - не такие, как ты. Может,
я их слишком баловал.
Пришлось искать другие варианты.
Но к данному моменту
система сложилась накрепко.
Я тридцать лет прикармливаю самых
лучших, успешных и перспективных.
Зачем мне нужен
человек со стороны?
- Вы всё неправильно поняли.
Я не пытаюсь к вам напроситься.
- Ты не просто устранил Суини,
ты его раздавил.
Значит, ты явно хотел мне
что-то сообщить о себе.
- Может, я просто не сдержался.
Или знал, что вам была интересна
только моя на него реакция.
- Чему быть, тому не миновать.
Я всё чую нутром.
Так и делаю дела.
Все, без исключения.
- Ну и в чём фокус?
- Фокус?
Как и всегда,
всё удивительно просто.
Выбираешь нужного человека,
и не даешь ему себе мешать,
пока его не заметят все.
Выборы - это не про идеи.
Выборы - это про кандидатов.
А кандидаты - это про то,
что вот здесь.
- Я подходящий человек.
- Я не стану тебя просить.
Ты же знаешь, тут всё по-другому.
- Джек.
Ты сделаешь меня
губернатором?
- Да.
Хорошо.
Мои друзья будут
твоими друзьями,
а твои враги - моими врагами,
некоторые уже стали.
А насчёт стажировки -
об этом уже можешь не думать.
- Спасибо.
- Моя внучка наверняка
об этом уже забыла.
- Это ещё не конец.
Есть и другие судьи,
старше и авторитетнее.
Я устрою ей стажировку.
- Чему быть - того не миновать.
- Понимаю, понимаю,
начинаешь осознавать.
"Не знает сна лишь
государь один".
Ты всё ещё
колеблешься из-за Аксельрода.
- Да.
- Знаешь такой анекдот про двух быков
на холме и коров у подножия?
- Молодой хочет срочно
трахнуть корову.
- А старый говорит: не будем
спешить и трахнем всех.
Его повторяли столько раз,
в кино, в сериалах,
это стало народной мудростью,
но суть в том,
что не получится.
Невозможно трахнуть их всех.
Надо выбрать одну подходящую
и её
отодрать на "отлично".
- Вот сука.
- Добро пожаловать в "Йель".
Простите, вы член клуба?
- Я что, похож на члена?
- У нас дресс-код.
- Поздравляю.
- ...и наступила на бильярдный шар.
- Роудс!
Роудс!
Хорёк сраный!
Роудс!
Высунь свою харю, колбасос!
Чак.
- Однако. Бобби.
Если хотел сыграть в сквош,
позвонил бы сначала.
- Я знаю, что ты со своими папулями
провернул в Сэндикоте.
- Что-то я не понимаю, о чём ты.
- Ты решил, что, потеряв казино,
я останусь с голой жопой?
Продам свой самолёт?
Угадай, что я делаю сейчас.
- Слетаешь с катушек в клубе "Йель"?
- Замешиваю весь этот город
в молочный коктейль.
Всё, что у них
было, станет моим.
Продам, переработаю, поставлю
на постамент в офисе, неважно.
Но я точно не потеряю ни
единого цента на Сэндикоте.
Более того, я на нём
ещё и хорошенько заработаю,
а вот ты свой политический капитал
потратил впустую.
- Могу повторить: я понятия не имею,
о чём ты говоришь.
Папа, разве в подобных клубах
не существует дресс-код?
- Морган на ресепшне не предложил
тебе гостевой блейзер?
Мы извиняемся за него.
Подобная грубость просто неприемлема.
- Знаешь,
говорят, мальчик не станет
мужчиной по-настоящему,
пока не похоронит отца.
Мой умер для меня, как только
ушёл, мне тогда было двенадцать.
Не помню, плакал ли я, но помню, что
мне срочно пришлось повзрослеть.
Поэтому у меня теплеет на душе,
когда я вижу мальчика, который всё
ещё может опереться на руку отца.
Пользоваться его связями.
Привесить папины яйца
вместо своих собственных,
которые ещё не опустились.
Держись за папашу, Чак.
Ведь однажды его не станет.
И тогда тебе наконец-то
придётся действовать самому.
- Папа.
Пройдёмся.
- Сын, всё это я делал только
ради тебя.
- Почему?
Рано родился и поздно начал?
- Если ты хочешь наорать
на меня, не сдерживайся.
- Папа.
Я на тебя не сержусь.
Не сейчас.
- Это ты наконец-то
говоришь мне "спасибо"?
- Аксельрод на пределе.
Я вижу это, потому что сам
недавно был таким же,
а в таком состоянии
совершаются ошибки.
- Одну он уже совершил, да?
- Да.
Не знаю, часть ли это твоего
плана или удачное совпадение,
но Аксельрод убивает ту часть штата,
где я наименее популярен.
- Он сам подставил тебе шею.
- Да.
- И ты станешь народным защитником.
И
получишь в награду
особняк губернатора.
- Пусть Коннерти начинает.
Ты сигары не взял?
- Фундадорес. Да, взял.
Может быть,
именно
ты и будешь тем,
кто всё-таки трахнет всех.
9 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Сэндикот не получит
игровую лицензию.
- Комиссия выбрала местоположение,
где наибольшее число людей получит
наибольшую выгоду.
- Лицензия гарантировала,
что Сэндикот выплатит долги.
- Короче, вам предстоит придумать,
как нам вылезти из жопы.
- Закрутим гайки.
Других вариантов нет.
- "Акс Кэпитал" -
не то, что я думала.
- Можно поподробнее?
- Я знаю, что обязана
предупредить их юристов,
но думаю, я смогу вам ответить.
Если мне пришлют повестку.
- "Вторая Мировая" Черчилля.
Ты уверен, Чак?
- "Никогда не сдавайся,
никогда не сдавайся".
Получив допуск к
юридической практике,
я повторял себе эти слова в
первый день каждого слушания.
- Продолжай это делать.
- Здравствуйте. Я Тэйлор.
Местоимение - "они", "их", и "им".
- Ты всё видишь по-другому.
Это козырь.
- Это же дорога в Камелот.
Это фото человека,
который метит наверх.
- Всё в силе?
- Да, но не для тебя.
Хочешь на приём? Найди кого-нибудь
другого, я тебя не приму.
- Я должен был сначала
поговорить о Венди с тобой.
А если я не буду с ней видеться?
Я проведу границу.
- Блэкджек Фоли.
- Как жизнь, Чарльз?
- Станет лучше, если ты мне
кое с чем поможешь.
- Я знаю, что вы втроём
провернули в Сэндикоте.
Спасибо, Вагс. Нет, серьёзно?
Очки виртуальной реальности?
Мне что, стукнуло тринадцать?
- Если бы. Тогда дядя Вагси подарил
бы тебе самую красивую путану,
но ты уже взрослый мужик.
Подарок соответствует,
просто ты пока не въехал.
Это называется "Ковчег",
передовой и самый роскошный
бункер для конца света.
Гарантия против человечества.
Запасы непортящейся еды, оборудование
для очистки воды. Запас семян.
Холодильники для хранения ДНКа,
медикаменты, хирургическое
оборудование,
всё что нужно,
хэфе, даже оружие.
- Зачем?
- Не знаю.
Против террористов, каннибалов.
С днём рождения.
Эта монета - знак того, что
тебе зарезервировано место,
я уже всё оплатил.
Я тебе даже скажу, что это стоило
мне триста шестьдесят тысяч.
- Сик транзит империум.
- Так уходит империя.
- Спасибо, Вагс.
Я вижу,
подарок от души.
А себе-то место забил?
- Если человечество
придётся восстанавливать,
то уж точно не по моему подобию.
И потом,
ты же знаешь, я буду снаружи,
тусить с мародёрами.
- Поехали.
- Ты всё-таки заказал парусину.
- Что?
- Тент.
- Да. Лара выбрала.
- Аксельрод ещё никогда не
действовал так беспардонно
и так публично против
рабочего класса.
- Да, он теперь как злодей
из песни Спрингстина.
- Вот именно.
Он - начальник, который закрыл завод и
выставил за дверь Джонни Найнти-Найна.
Мы будем атаковать. Брайан.
- Его сделка по бондам и по выкупу
долга - это закручивание гаек.
- Закручивание гаек.
Иными словами, он закопает сто
восемьдесят тысяч жизней.
- Да.
Сама сделка хоть и неблаговидная,
но совершенно законная.
А вот время выбрано
подозрительно.
- Акс выбрал его, обладая
некой информацией.
- Сосредоточимся на том,
как он её получил, кто участвовал
и кто сколько денег получил.
- Такая информация дорого стоит,
должны быть и взятки, и подкупы.
- Как в песне "Митин
экросс зе ривер".
Что? Только белым можно
слушать Спрингстина?
- Нет. Что вы. Более того,
будучи главным героем этой
пьески, Акс не может выиграть.
Какие-то следы он оставил.
- Это же комитет по азартным играм.
И - Олбани.
Детский праздник
без откатов не бывает.
- Тогда по коням.
Команде Сэндикота
предстоит долгий путь. Кейт?
Ты выписала повестку Стеф Рид?
- Полчаса назад.
Придёт ко мне сегодня днём.
- Дело серьёзное. Будь начеку.
Я тебе полностью доверяю.
- А я думала, Коннерти.
- У меня большой запас доверия.
- Апарицио Родригес, третья база,
он у нас новый Сэл Бандо.
В июне пойдёт на драфт
в первых рядах.
Я оплачивал ему частные
тренировки с тринадцати лет
в обмен на долю с его
будущего бонуса.
Пришёл час расплаты.
Две тысячи процентов прибыли,
даже с учётом десятка других ребят,
которые не оправдали надежды.
Так, парни, перерыв!
- Стоп, ребята. Перекур.
- У меня для тебя подарок.
- Он?
- Нет. "Клаксон".
Бельгийский автозавод.
- Машины?
Лучше уж бейсболист.
Он хоть что-то умеет.
- Это лучше.
Просто это разговор
не для офиса.
- Ты знал об этом?
- Без подробностей.
Знал,
что есть хорошая тема.
- До меня дошли слухи.
Я покопался в
неофициальных данных.
Их ждёт отзыв продукции,
штрафы, санкции, короче, кризис.
- Когда?
- Неизвестно. Но надо действовать
быстро, скоро об этом узнают все.
- Насколько ты в этом уверен?
- Достаточно уверен.
- Есть что-то, что мне надо знать?
- Нет.
- Я подумаю.
- Погоди, это автоматический процесс.
Корову забивают, вешают на крюк,
а ты режешь и ешь.
- Времена не те.
Ты, может, и достаточно уверен,
но сейчас я каждую сделку буду
разглядывать под микроскопом.
- Мужчины, разрешите встрять:
а в чём выгода?
Сто миллионов - это капля в море,
не стоит давать властям повод.
- Прекрасно сказано, Вагс.
- Он учит тебя бояться Роудса?
Как ссыкло, придумывает оправдания?
Ты в натуре так боишься?
- Рот прикрой.
- Почему?
Он может меня закопать,
лишить связей и оставить себе мою
премию? Поэтому я должен молчать?
- А то.
- Вагс, вот поэтому ты
и не можешь быть трейдером.
А вот я, когда знаю,
что прав, становлюсь ещё наглее.
- Всё нормально, Вагс. Не надо.
Иди сюда.
Я бы на твоём месте
был ещё более напористым,
но я - на своём месте,
поэтому веду себя иначе.
Спокойно, вдумчиво. Взвешенно.
Вот именно сейчас, в этот отрезок
времени я - такой.
- Мы в каком бизнесе работаем?
Я думал, мы занимаемся прибылью.
Свободные
от всего против чиновников
и их убогих законов.
- Да. Всё так. Мы против всех.
- Слушай, я богатый человек,
ты - очень богатый.
Если мы не можем жить, как хочется,
значит, террористы победили.
По местам!
- Что за херня?
- Человек задаёт правильные вопросы.
- Полиция работает вполсилы.
Библиотека работает двенадцать
часов в неделю.
- Это
возмутительно.
Я вижу, что здесь происходит.
Вас не игнорируют.
К вам прислушиваются.
- За решетку его!
- Да!
- Если закон мне позволит,
отправлю за решетку.
Ну а если не позволит,
значит, кому-то надо
изменить закон.
- Да.
- Роберт Кеннеди сказал:
"Общество получает таких
преступников, каких заслуживает".
Сэндикот совершенно не
заслужил Бобби Аксельрода,
но вы заслужили защиту,
которую я предоставлю.
Всё будет хорошо.
- Мистер Роудс! Ваш комментарий!
- Не пойдёшь к журналистам?
- Нет.
Не буду сам себя хвалить.
Пусть меня славят жители Сэндикота.
- Сэр.
Пройдёмте со мной.
- Так-так.
- Впечатляет.
Доказываете, что у вас рука
в каждом уголке штата.
- Да нет, я сюда и собирался.
- Конечно.
Ну как?
Вашей внучке
нравится в Вашингтоне?
- Устраивается потихоньку.
Нас с ней очень тронула
твоя щедрость.
- Хорошо. Приятно слышать.
- Я хочу, чтобы ты
кое с кем повидался.
Джордж Минчак.
- Так.
- Она проверяет всех моих кандидатов.
Расскажи ей обо всём.
Это стресс-тест, проверка,
на что пойдут наши противники.
- Я не уверен, что мне это по душе.
- Последним, кто к ней не пошёл,
был Спитцер.
- Я найду для неё время.
- Это надо сделать быстро,
потому что твой сегодняшний
неофициальный визит
привлечёт большое внимание.
- Я бы вам сказал,
если бы решил, что...
- Нет-нет, ты не должен ничего мне
рассказывать. Расскажешь всё Минчак,
а она расскажет мне.
Я пошутил.
- Ясно.
- Твои сегодняшние действия,
проявление сочувствия,
это старая добрая традиция.
И то, что ты отказался
от комментариев,
доказав, что репортёры будут бегать
за тобой хвостом, - это радует.
- Да. Я решил, что сейчас
интервью не пойдут на пользу.
- Да, это так же бесполезно,
как купюра в сто долларов
для возбуждённого петуха.
Если хочешь перекусить
перед уходом,
закажи мешанину.
Это местный деликатес.
- Выглядит аппетитно.
- Невозможно отказаться.
Лопай за обе щёки.
- Я хотела попасть в отдел связи
с инвесторами за полтора года.
- Я об этом не знала.
- Я была недостаточно настойчива?
- Может быть, но не факт.
Можем поговорить о способах и
нацеленности на результат,
если нужно именно это.
- Я просто не знаю,
что бы я продавала.
Сэндикот -
сложно принять.
Отвечать на звонки и говорить, что
мы возродимся за счёт города, -
мне от этого
грустно
и одиноко.
- Здесь у многих похожие проблемы.
- А у вас такое бывает?
Не кажется,
что наши действия нас подставляют?
- Мы говорим не обо мне.
А почему вы так себя чувствуете?
Дело только в Сэндикоте?
- Нет.
Тут много чего
такого, что я вижу,
а мне ещё в детстве священник
говорил: "Тот, кто взглянет..."
- Да, на этом пока остановимся.
Не уверена,
что отзывчивая совесть поможет вам
попасть в отдел связи с инвесторами.
Понимаете?
- Спасибо.
- Знаешь, что меня бесит?
- Рыба, птица или зверь?
- Узнавать о себе новое.
Когда эта херотень прекратится?
- Доллар Билл?
- Ну да. Он же прав.
Я стал ссыкливым.
- Нет.
Просто мы решили перестать
ходить по краю.
- Да?
- Чего сказала?
- Чтобы я не ныла. И что муки совести
мне ничем не помогут.
- Так и сказала? Ясно.
Значит, просекла.
- Акс,
я думала насчёт своей должности
и решила, что было бы...
- Это сценарий, Деб, закатай губу.
- Гляди, кто шустрит в Сэндикоте.
Опять начинается?
- И не заканчивалось.
Скажи Биллу,
по "Клаксону" - нет.
- Что подарить миллиардеру?
- Жаль, не хватит духу прогулять.
Ненавижу это всё.
- Ты же любишь вечеринки.
- Я прошёл тест личности
по Майерсу Бриггсу.
Оказалось, я интроверт.
- Тест может и ошибаться.
- Я думал, что люблю тусить, но нет.
Это нарушает внутреннее равновесие.
- И поэтому после
пьянки на Рождество
ты проснулся в желтом
сугробе у стрип-клуба?
- Вот именно.
- "Смелость, достойная
центуриона" или
"режет штормовые волны
как боевой корабль"?
- Что?
- Поздравительная речь. Ты шаришь?
- Нет. Вообще. Но насчёт
праздника есть проблема.
Хочу знать,
явка обязательна?
- Акс за этим не следит.
Но знает, кто пришёл.
Такие дела.
- Жопа.
- Я услышал слово "жопа"?
- Да.
- Теперь ты наш человек.
- Как вы понимаете суть своей работы
в "Акс Кэпитал"?
- Я была рядом с Аксом
на каждом совещании
в качестве файервола
на каждой сделке.
Я была свидетелем и следила,
чтобы всё делалось без обмана.
- Расскажите об Аксе.
- Он непроницаем.
В три часа дня он выписывает
чеки для помощи жертвам
землетрясения на Карибах.
В три тридцать пять
он рушит рынок
первых изданий Черчилля,
только чтобы позлить врага.
А потом он меня
взял и уволил.
Я этого не ожидала.
- Чем он это объяснил?
- Нет.
Видимо, отпала
нужда в свидетеле.
Он сказал, что он - терминатор.
- И что это значит?
- Запрограммированный убивать
кибернетический организм.
Живая плоть поверх
металлического эндоскелета.
- Я смотрела кино. Я имею в виду...
- У него в программе
есть некая миссия,
а я ему мешала.
За день до моего увольнения
Билл Стерн предложил ему
какой-то нехороший вариант,
ссылался на человека
по имени Виктор.
- Он сказал, что...
- Он замолчал,
потому что я была в комнате.
Но без меня они наверняка
к этому вернулись.
Я уверена. Иначе Акс взял
бы кого-то вместо меня.
Нет, ему не нужны были препятствия
перед незаконными операциями,
и теперь их нет.
- Доллар Билл.
Можно что-то найти.
А другие?
- Возможно, Тэйлор Мэйсон.
Что-то вроде его протеже.
Доверенное лицо.
Что бы ни затевал сам Акс,
Тэйлор всегда крутится рядом.
- Полагаю, уже пора, даже давно пора,
изменить твоё
благотворительное направление
и создать постоянный фонд.
При правильном управлении он надолго
сделает тебе хорошую репутацию,
как у Карнеги, Вандербильта,
придаст тебе значимости.
- Потому что иначе
зачем всё это, правильно же?
- Не буду притворяться, что знаю.
Об этом лучше знать теологам.
- И ты чисто случайно пришёл ко мне
в день рождения?
- Случайности не случайны.
В такие времена людям вроде тебя
рефлексия помогает действовать.
- Он считает, что управлять этим
фондом должен он сам.
- Это необязательно.
Но я гожусь для такой работы.
- Сколько ты зарабатываешь?
- Я предпочёл бы это не обсуждать.
- Это публичная информация.
Имей совесть,
не заставляй нас выяснять.
- Двести двадцать пять тысяч.
- Так. А если будешь
правильным управляющим
миллиардным благотворительным фондом,
сколько я потрачу на это, Вагс?
- В пределах от трёхсот пятидесяти
до пятисот тысяч в год.
- Да. Понимаешь? Я уже
изучал этот вопрос
и ты - не первый, кто хочет
удвоить себе зарплату.
Но сегодня тебе повезло,
потому что я все-таки хочу создать
постоянный фонд под твоим управлением.
- Я согласен.
Но есть одна
важная рекомендация.
Отмени свою вечеринку.
- Какая прямота.
- Потому что ты готов хорошо платить.
Нельзя закатывать пышный
праздник в тот самый момент,
когда ты собираешься высосать досуха
целую деревню несчастных сироток.
- Вечеринку запланировали задолго
до истории с Сэндикотом.
Резкая смена курса
покажет мою слабость.
А я тебя беру не слабый чай
подносить.
- Ты реально берёшь его? Зачем?
- Уже взял. Мы пожали руки.
Я прокладываю курс,
который в будущем должен всем
объяснить наши следующие действия.
Эйлс, конечно, тот еще тип,
но он говорит на гнусавом
языке культуры и авторитета.
- И ты повелся.
- Так поступали все
великие филантропы:
вписывали свои имена в историю и
в процессе отмывали репутацию.
Мне не терпится начать.
- Привет. Мне нужно подменить Венди.
Что случилось?
- "Айс-Джус".
Производитель натуральных напитков с
технологией моментальной пастеризации.
Я их акционер и адвокат
основателя с древних времён.
Он устал.
Хочет уйти. Я могу получить
контрольный пакет акций.
Причём запросто.
Но нужны бабки.
- А твой
срок ограничения заканчивается?
- Ты же хотел что-нибудь
для меня сделать.
Вот я и пришёл.
- Я от своих слов не отказываюсь.
Я тебе обязан, но ты же знаешь,
мои деньги в трастовом фонде.
- Знаю. Мне не нужны твои деньги.
- Ясно, понимаю.
Тебе нужны деньги моего отца.
Только
я в его бизнесе никогда не участвовал
по этическим и личным причинам.
- Чак, это мой шанс.
Этот первичный выпуск -
просто бомба.
Это тот самый прыжок,
о котором я говорил.
Прыжок, которого я
ждал всю жизнь.
- Ты же с ним знаком.
Позвони ему сам.
- Если попросишь
ты, он отнесётся серьёзнее.
- Если попрошу я, это всё равно,
что брать для себя, а на это
я сейчас пойти не могу.
- Слушай, ты же знаешь, сколько
сделок в день я изучаю изнутри.
А такой сделки я ждал, чтобы
наконец-то свалить из своего кабинета.
- Я понимаю, что ты не пришёл бы,
если бы не был уверен в успехе.
Дай мне подумать.
- Конечно.
Конечно.
- Это Вагс подарил.
- Ковчег.
- Элитный бункер. Разводка.
- Почему у тебя всё всегда разводка?
- Когда грянет Армагеддон,
двери будут на замке.
- А, по-моему, хорошая идея.
Страховка.
Конец света может
случиться раньше, чем мы думаем.
- Может, уже наступил,
просто мы не в курсе.
Что случится,
если жопа таки настанет?
- Ну, пробраться в горы
будет непросто. Придётся взять
в ковчег пилота с семьёй.
- Да, лучше уж построить самим
и самим же нанять охрану,
чтобы точно никто не предал.
- И секретности ради. Никакой
виртуальной рекламы. Надо, чтоб
хватило места для моей семьи, Мэдди,
Мэри, Нэда, Конни, Лу, Мо, Шона.
- Вот тут я сомневаюсь, Лара.
- Не поняла.
- Умирать мы их, конечно, не бросим.
Купим два ковчега. Один
наш, в канадских горах, а другой -
для твоих родных в Джерси.
- Какая щедрость.
- Или на хер. Может, лучше пойти
на дно со всем кораблём. С тентом
этим сраным, с фондами, со всем.
Я уже полжизни параною, наблюдая,
как мудак, за всем подряд,
от вечеринок до опционов.
Я потратил пол-лимона на какого-то
пафосного хрена, лишь бы
имидж поправить. Давай свалим
на выходные? Прямо сейчас.
Пока ковчег не понадобился.
- И забьём на вечеринку?
- Только ты и я.
И отпразднуем по-своему.
- Нет. Такое событие должно
быть заметным. Запоминающимся.
Ради потомков. И ради веселья.
Ты заслужил поздравления. И пускай
тебя поздравляет вся твоя банда.
- Они мои подчинённые. Не друзья.
- А как же Вагс и Доллар Билл?
Если они не друзья,
то что-то типа братьев. Они-то имеют
право выразить свои чувства.
- Я не скажу, на кого
ты сейчас похожа.
- И Венди тоже.
- Ты же знаешь, я с ней не вижусь.
Как сказал, так и сделал.
Так что не знаю про неё.
- То, что ты не пользуешься
её услугами, не запрещает тебе один
раз отметить важность ваших
отношений. Она - фундамент
"Акс Кэпитал". Твой фундамент.
- Привет. Прости, опоздал.
- Да ничего, я всё равно устала.
Ты уезжал?
- Да, не знаю, слышала
ли ты, я ездил в Сэндикот.
Там просто кошмар. Хочу
наказать виноватых.
- Меня пригласили на день
рождения Акса. Я отказалась.
- Почему вдруг?
- Возвращение в "Акс Кэпитал"
оказалось сложнее,
чем я предполагала.
- Что такое?
- Мной манипулируют. Да и сама
я, наверное, тоже. Я делала вид,
что очень рада вернуться,
да, может, так и окажется.
Но, если честно, мне трудно.
- Так почему ты не уходишь?
Ты не обязана отвечать.
- Я и сама себя спрашиваю.
Я что-то создала. Я вложила
часть себя, а теперь...
- Это не то, что ты помнишь.
Не то, во что влюбилась.
- Наверное, я вернулась, чтобы
проверить себя. Я иногда говорю
пациентам, которые не могут решиться
на что-то: порой, если не рискнёшь
и не попробуешь - то ничего
не узнаешь.
- Им повезло, что ты с ними.
- О других легко говорить.
- Да.
- А когда речь о тебе,
трудно понять. Когда продолжать
работать, когда сдаться?..
- Я не знаю.
- Доллар Билл сказалмправду.
Всё чисто. Даже если проследят
его телефон и вскроют его ноутбук,
как я, к тебе
не подобраться, если никто не вякнет.
- Например, информатор?
- Скажем так, ты был прав.
- Сука. Дело непростое, Виктор всегда
идёт туда, где маячат бабки,
как правило - грязные.
- Значит, потенциально он -
слабое звено. Либо он хочет к тебе
подмазаться, либо пытается
подобраться поближе и убить
уколом зонтика.
- Алло?
- Ой. Я звонила Венди.
- Она не может ответить. Кто звонит?
- Лара Аксельрод.
А вы, наверное, Чак.
- Всё верно. Хотите что-нибудь
ей передать?
- Насчёт дня рождения моего мужа.
Она отказалась приходить, но я хотела
сказать ей, что мы с Бобби будем
очень рады её видеть у нас дома.
- Что ж, я обязательно ей передам.
Но я знаю, что у неё есть сомнения
насчёт вечеринки.
- Кажется, ситуация сейчас довольно
напряжённая, и это сыграло роль.
- Вам не кажется.
- Я знаю, это странно.
Я просто хотела сказать,
что она вернулась в компанию,
все сотрудники придут
и ей тоже следует. Если не отмечать
вехи, то время проходит зря.
- Хорошо сказано.
- Я бы и вас тоже пригласила,
но, учитывая обстоятельства...
- Да. Это было бы слишком странно
даже для всех нас. В общем,
я ей всё передам. Доброй ночи.
- Чак.
- Привет, Чак.
- Привет. Слушай, ты, по-моему,
не идёшь на вечеринку из-за меня,
и это мне, конечно,
неприлично приятно.
- Чак.
- Венди, думаю, тебе надо пойти. Либо
всё будет хорошо, либо
нет, но не попробуешь - не узнаешь.
- Как там Виктор?
- Слушай, я бы тебе сказал,
что это его работа,
но в прошлый раз ты...
- Был нехеровый повод.
- Потому что там была Стеф Рид.
- Да. И потому что я его уволил.
И заплатил ему, чтоб успокоился,
но он всё ещё хочет меня нажарить.
- Ты же мне доверяешь?
- Всей душой.
- Некоторых людей
просто видишь насквозь. Посмотришь
в глаза - и всё. Других
знаешь по делам. Виктор -
и то, и другое, я его знаю.
Но знаю и его дела.
И, пока я это знаю, он мне
не страшен. И тебе тоже.
- Тебе этого, может, и хватит,
я понимаю, но мне этого мало.
Теперь - мало.
- Знаешь, пока стрелки Дикого Запада
не превратились в героев дешёвых
книжек и мультиков, слово
"беззаконник" кое-что значило.
Что закон тебе нипочём.
Никакой защиты. Встретишь такого
на лесной дороге,
он тебя убьёт, и никаких последствий.
Ты же любил Виктора, доверял
ему, раньше-то. Он ведь
ничем не заслужил такой судьбы.
- Вот поэтому и решение было трудным.
Он в своем праве точить
на меня зуб. Только не знаю,
угомонился он или нет.
- Спроси его сам. Посмотри
в глаза. Это мой подарок. И, может
быть, он окажется дороже ста
миллионов.
- Итак, Стеф Рид.
- Помощи от неё немного. Аксельрод
был очень осторожен. Я сделала
кое-какие пометки.
- Терминатор?
- "Сайбердайн Системс",
"Тэ-Восемьсот", инфильтратор.
- Я понял.
- В целом - мимо. Поэтому я вернулась
к делу Сэндикота и нашла вот это.
Старая машина, перерегистрирована
на владельца казино Дональда Тэйера
Бобби Аксельродом.
- Господа, заводите моторы.
- Я думал, ты забыла дорогу сюда.
- И вслепую дойду. Пара моментов.
- Давай. Слушаю.
- Деб Кави.
- Я знал, что ты её расколешь. Когда
ты кому говорила забить на совесть.
- Не подсылай ко мне людей.
- Зато ты пришла.
- Нет. Я пришла по другой причине.
Твой день рождения.
- Так. Что именно тебя интересует?
- Твоя жена меня позвала, сказала,
что ты этого хочешь. Это правда?
- Мы хорошо знакомы,
ты же знаешь ответ.
- Потом разберёмся, ладно?
- Ничего себе вы яму выкопали посреди
Кингсфорда, Тэйер.
- Бывало и получше. И похуже тоже.
- У меня один вопрос. Единственный
важный вопрос.
Кто вы Бобби Аксельроду?
- Мы друзья. Иначе зачем ему дарить
мне свой "додж"? Раз уж спрашиваете,
то, наверное, в курсе.
- Я в курсе и про раздутую аренду
на землю Сэндикота.
- Ну переплатил я, подумаешь.
Жена мне за это только благодарна.
Когда мне что-то нравится...
- В это никто не поверит. Особенно
когда я покажу всем длинный перечень
ваших деловых операций, самое мягкое
описание которых - "сомнительные",
а самое точное - "преступные".
Мошеннические заявки на кредит,
откаты по профсоюзам, обманутые
вендоры, а все расходы списаны
с ваших счетов. Да вы удавитесь,
чтобы сэкономить.
- Прижать меня пытаетесь? И не такие
наезжали, и ничего.
- Но вам бы хотелось кинуть меня
в яму, как раньше, и залить бетоном.
Попробуй найди, верно?
Никто же не будет сносить
целое здание. Но нельзя,
вы теперь уважаемый. Как бы.
Вы поменяли концепцию, так разрешите
предложить новую главу вашей повести.
Ту, в которой вы неподсудный
соучастник, а не обвиняемый.
- И что это за повесть?
- Повесть о Сэндикоте. Давайте
я начну, а вы продолжите.
Если это правда, а это - правда.
Вы с Аксельродом вступили
в преступный сговор с целью купить
у Марка Каппарелло инсайдерскую
информацию о планах комитета
касательно местоположения
вашего казино.
- Вы мне угрожаете,
как какой-то сраный гангстер.
- "Сраный гангстер" звучит
как комплимент.
- Это вам показалось.
- Аксельрод вам не друг. Я помогу вам
придерживаться правильной линии.
- Вам очень хочется узнать
подноготоную. Беда в том, что мне
ваши предложения и защита не нужны,
у меня уже есть зонтик. Я - грёбаный
поющий под дождём. А вы -
вы просто стоите и мокнете.
Увидимся на Перл-стрит, в суде.
Если духу хватит.
- Три и два считаются победой.
Я с детства играю в стикбол.
Не хочешь взять палку
и поучаствовать?
- Я слишком увлекаюсь.
- Ясно.
- Все говорят, мне
надо прийти на праздник.
- Это потому, что они считают
следование правилам единственной
дорогой наверх. Они не врубаются,
почему мы делаем то, что делаем.
- Я не считаю себя лучше их.
- Считаешь. Местами
даже знаешь точно.
Не волнуйся, это не обязаловка.
- Хорошо.
- А ты что,
не хочешь потусить со мной?
- У моей сестры свадьба. Репетиция
приёма в Мэкино-Айленд,
на Верхнем Полуострове. В Мичигане.
- Да, понимаю.
- Туда мало рейсов.
- Есть такая штука - частные
самолёты.
- Была такая мысль. Но не знаю,
рискну ли я. Одних только
выбросов углерода...
- Тебя так волнует конец света?
- Да.
- А своя собственная жизнь?
- Не особенно.
- Пока тебя не шарахнуло ужасами
экзистенциализма, откупись. Сделай
взнос в Альянс по защите лесов.
Сделаешь - я попрошу Деб
забронировать тебе билет.
Ладно? Давай.
- Дело не в этом. В мои планы никогда
не входила такая жизнь.
- Ты ей уже живёшь. По твоему,
я думал, что окажусь здесь? Я был
уверен, что буду
зарабатывать на скачках.
- "Акведакт"?
- Нет, "Троттерс". И так бы и было,
если б не один человек. Игрок.
Он умел видеть потенциал и решил,
что из меня выйдет толк. Он взял меня
во "Всемирный торговый центр "
- и я увидел.
Я читал котировки
так же, как таблицу на ипподроме.
Казино и монетный двор
в одном лице. Я купил себе место
на бирже за шестьдесят четыре тысячи
- и началось.
- Это популярный карьерный путь?
- Уже нет. Да и тогда тоже нет.
- И вы рады, что так сложилось?
- Да. А почему нет?
- Так, пока вы не вспомнили детство,
мораль истории была - садись в этот
сраный самолёт?
- Нет. Мораль этой истории
такая: жизнь одна,
не упускай ничего.
- Почему, когда я нажал на Тэйера,
он даже не занервничал?
- А зачем ты вообще потащился
к Тэйеру? Как это поможет тебе
с заголовками, заметками,
общественными лидерами?
- Значит, вы не просто так мне советы
давали, вы защищали одного из своих.
Вы его лично для этого выбрали?
- Я что, ошибся в тебе? Ты хочешь
выиграть битву или войну?
- Я вот-вот прижму Акса. На этом
можно баллотироваться, можно
победить. Мы оба этого хотим.
- Если я в тебе не ошибся,
а я на это надеюсь, ты его прижмёшь.
В другой раз. Аксельрод ведь
не впервые замазался в дерьме.
- Что вам Тэйер дал такого
прекрасного?
- Я тебя не держу, если хочешь,
займись Тэйером. Но сначала
доиграй партию. И не только с Аксом.
- Если свалить Тэйера,
не будет и казино. И, значит,
исчезнут рабочие места. Всю эту возню
с Сэндикотом начал мой отец,
а убирать за ним придётся мне.
- Чак, Сэндикот - это круг.
Тут с чего ни начни, а в итоге
всё всегда упирается в тебя. В нас.
- И сейчас никто не в курсе,
что вы и мой отец нагадили городу
не меньше, чем Акс.
- Да. Давай всё так и останется?
- Знаешь, что, Джек? Я найду другой
повод прижать Акса.
- Смотри, как тебе лучше.
- Для "Акс Кэпитал" это нормально.
- Ты какой-то тихий сегодня.
- Против природы не попрёшь.
- Достал ты со своим тестом, Мэфи.
- Выпьем.
- Выпьем.
- "Сам" ещё не прибыл?
- Пока не видать.
- Выпьем.
- Что? Странно.
- Да?
- Привет.
- Присядь-ка.
- Твою мать. С Тэйером обломилось.
- Не буду ничего скрывать, Брайан.
Я решил не преследовать Тэйера
и Сэндикот из стратегических
соображений.
- Политика.
- Да, проще и не скажешь.
Скажи остальным.
- Добро пожаловать
в мой боулинг-клуб.
Сегодня он открыт только для нас.
- Неплохо. Как жизнь, Виктор?
- Я много раз представлял
себе нашу встречу.
Что я скажу. Что сделаю.
- Ну вот он я, валяй. Я выдержу.
- Это в прошлом. Иди в жопу, Акс.
Ты думаешь, каждое твоё совещание
и поход в сортир наполнены мудростью.
Но ты ошибся, когда уволил меня.
Ты меня кинул,
но себе сделал ещё хуже.
- Ты прав, Виктор. Ты был
случайным пострадавшим.
Я об этом жалел.
- Правда?
- Поначалу. И ещё некоторое время,
что меня удивило.
- Ты что, размяк?
- Я приехал в такую даль, Виктор,
потому что мой друг
посоветовал на тебя посмотреть.
- И что ты видишь?
- Мужика, который застрял
в мелкой фирме. Трейдер
только на словах. С хорошей отдачей,
но раньше была лучше. Но главное
- не это. Ты не можешь быть самим
собой и это рвёт тебя на части.
- Каждую секунду.
- Что расскажешь? И чего ты хочешь?
- Хочу вернуться. Не в основной фонд,
я понимаю,
что это невозможно, и не прошу.
Я хочу свой филиал, сателлит. Первые
несколько лет условия для тебя будут
щедрыми, и я отдам тебе самое жирное.
Всё, что я знаю про "Клаксон".
Докладные записки,
внутренние документы.
Это не просто отзыв товара. Если эту
слить, их задавят исками.
Их можно купить за гроши.
- Начинай подыскивать офис.
С возвращением.
В 3 часа дня он выписывает
чеки... <...> Рушит рынок первых
изданий Черчилля.
- Донна! Срочно позови Сэкер.
Вот это что за херня? Стеф Рид
сказала, что Акс скупил книги врага?
- Да. Купил все, что было на рынке,
чтобы позлить соперника.
- Она не сказала, какие книги?
- "Вторая Мировая" Черчилля.
- Вот пидор. Вот так они и работают.
Как же, на хер, можно победить
могучего хищника, который целыми
днями плавает вокруг и ждёт, когда
услышит запах крови, чтобы напасть
без предупреждения?
Если в тебе нет столько же ярости
и совести, сколько в голодной белой
акуле, никак.
Если только не предугадать,
где именно он нападёт, и к моменту
удара уравнять силы. Что невозможно.
- Я вижу, эти книги тебя задели...
- Спасибо, Сэкер. Папа, я тебе
сейчас кое-что перешлю и скоро
зайду это обсудить. Хорошо.
- Сын, скажу как на духу, Этот
"Айс-Джус" - верное дело.
Я уже поговорил с Айрой,
он мне ещё кое-что рассказал.
- Да, если Айра сказал,
значит, так и есть.
- А ещё он сказал, что ты почти
отказался идти с этим ко мне из-за
какого-то конфликта? Это было
бы недальновидно.
- Согласен. И сейчас я, разумеется,
смотрю максимально далеко.
- Боже. Мы не можем упустить
такой шанс. Этот первичный выпуск
акций принесет миллиарды
долларов прибыли. Да и для него
это - новая жизнь.
- Ты всё время говоришь "мы".
- Мне одному силёнок не хватит.
- Что-то верится с трудом.
- Моя кассовая наличность
завязана на пару-тройку сделок
по недвижимости, а продавать
сейчас не время.
- Дай угадаю. Кингсфорд?
- Учитывая твою ситуацию, лучше эту
тему не поднимать. Это будет
неэтично. Но решение есть. Бабки,
которые мне нужны, - на счёте,
открытом на твоё имя. Твой траст.
- А мне-то ты зачем рассказываешь?
Разве суть слепых трастовых фондов
не в том, что я не должен знать?
- На этот раз - нет. Траст был
открыт для тебя и детей.
Но даже самый безопасный первичный
выпуск акций сопряжён
с нехарактерными для обычных
инвестиций рисками, о которых тебе
надо знать заранее.
- Ты хочешь, чтобы я нарушил присягу
сразу после того, как меня изберут?
- Это опасно только
если кто-то узнает. Я буду
действовать втихую.
Ты останешься в тени. Мы всё вернём,
как только продадим часть
акций. Никто не догадается.
- Ну, если помочь вам с Айрой можно
только так...
- Так ты...
- Да, вскрывай. Поддержи
своё начинание. Доверюсь
твоей мудрости. Как всегда.
- Прошу прощения. Венди.
- Лара.
- Добро пожаловать.
- Спасибо.
- А ведь ты почти не бывала
у нас дома.
- Спасибо за приглашение. Мне
приятно, что ты сама позвонила.
Чака очень удивил твой звонок.
- Я рада, что ты пришла.
Для Бобби это очень важно.
- А на работе так не казалось.
- А я думала, вы на работе
не общаетесь. Тебе, наверное, трудно
не иметь возможности видеться,
но мы думаем, так будет лучше.
Теперь хотя бы чёткие границы.
- Да. Поэтому я и выдвинула
эти условия. Иначе я бы не смогла там
работать, у нас уже не отношения
"врач-пациент" или "тренер-атлет",
скорее "Ганнибал-Кларисса".
- Не видеться с ним - это было
твоим условием.
- Я решила,
что это к лучшему для нас обоих.
Спасибо ещё раз, что позвала.
Я бы сейчас выпила.
- Ты где?
- Подъехал к воротам, встреть меня.
Поехали отсюда. На хер
это всё. Это ошибка. Мы её совершили,
потому что забыли. Я забыл. Откуда я.
Забыл, что мне на всё это насрать.
Это всего лишь тент на палках,
сегодня там дизайнерский свет,
а завтра ничего уже не будет. Я хочу
быть с тобой. Уедем туда,
где есть что-то важное.
- Тебя все ждут. Вагс собрался
толкнуть речь.
- Мне пришлось туговато. Я складывал
слова, обыкновенные слова, чтобы
описать самого необыкновенного
человека на свете. Он крепче римского
центуриона, круче Жана-Поля
Бельмондо. Он - тигровая акула,
американский снайпер.
Он принимает такие решения,
что, если с ними столкнёшься,
вся вселенная к херам
взрывается.
Но это всё преувеличения.
Производные. Ими не описать
неописуемой истины.
И не выразить того, что я чувствую.
Не совру, если скажу, что Бобби
Аксельрод - тот, кто дал мне жизнь.
Ну или сохранил её. И более того:
он одарил меня дружбой.
Такая дружба - важнее денег,
важнее таланта. Это почти семья.
Он из тех, кто никогда не отвернётся.
Он один по-настоящему знает
меня и не осуждает. Он принимает меня
таким, какой
я есть, а подобная дружба - бесценна.
Это и есть сама жизнь. Так что -
спасибо за мою жизнь. Трейдеры
торгуют, любовники любят, а машины
должны ездить. С днём рождения,
Акс, где бы ты ни был.
- Акс не пришёл? На свой же день
рождения, разве так можно.
- Просто охерительно.
- Может, он тоже интроверт.
- Он не интроверт. Просто вспомнил,
что он - беззаконник.
Грёбаный дэсперадо.
- Привет. Акс велел тебе передать.
Я НИКОГДА НА ЭТО НЕ ПОЙДУ
10 серия
- В предыдущих сериях.
- Я хочу, чтобы ты кое с кем
повидался. Джордж Минчак.
Она проверяет всех моих кандидатов.
Расскажи ей обо всём.
- Я не уверен, что
мне это по душе.
Красный!
- Простите.
Я неправильно вас поняла?
- Я не получил разрешение.
- "Клаксон". Бельгийский автозавод.
Их ждёт отзыв продукции.
Короче, кризис.
- Мне вчера дико захотелось кровяной
колбасы в бистро "Крисби".
- Раньше я там часто бывала.
- Их уже четыре года как нет.
- Жалко.
- Слежка за федеральным служащим -
преступление класса А,
так что придётся повысить плату.
- Надо - значит, надо.
- Тэйлор Мэйсон.
Что бы ни затевал сам Акс,
Тэйлор всегда крутится рядом.
- Разводиться тяжело.
- Жить в браке - тоже.
- Да. Мне такое уже говорили.
Венди Роудс - непосильная ноша,
и я не буду спокойно относиться
к тому, что вы общаетесь.
- Я не буду
с ней видеться.
- Тебе, наверное, трудно не
иметь возможности видеться,
но мы думаем, так будет лучше.
- Поэтому я и выдвинула эти условия.
- Твою мать.
Лара?
Ребята.
- Это Лара, оставьте сообщение.
- Привет.
Это я.
Позвони мне.
Нельзя же вот так...
Позвони.
Пожалуйста.
- Садитесь.
- Может, в твоём браке
враньё считалось терпимым,
допустимым
или вообще какой-нибудь
извращённой прелюдией к сексу,
но я за пятнадцать
лет семейной жизни
соврал своей жене
лишь один раз.
И только о том, о чём мы
с тобой договорились.
И рассказать ей об
этом могла только ты.
Пожалуйста, объясни,
что ты сказала моей жене?
- Она считала, что запрет на наши
с тобой встречи придумал ты.
Я её поправила.
- Какими словами.
Какими конкретно словами.
- Я сказала, что
выдвинула эти условия,
иначе не смола бы там работать.
Я не хотела вставать
между тобой и Ларой.
- Уж кто-кто, а ты-то
прекрасно всё понимала.
И если сделала это, значит,
собиралась.
- Мне уже можно выйти из машины?
- Я позвоню, если
возникнут вопросы,
или просто приду сам.
Я позвонил Пакуину.
Вот что он прислал с
камер безопасности.
Она взяла четыре пачки по
десять тысяч из сейфа.
А тут она уже с ребятами выходит
из дома налегке.
Они исчезли. Самолёты на земле,
вертолёты в ангаре,
и все резиденции -
в Хэмптонс, квартира в городе,
в Аспене, в Майами,
на винограднике - все пустые.
- А навигатор в машине?
- Я всё давно отключил
по твоей же просьбе.
- Точно. Твою мать!
- Все три телефона вырублены,
ни кредитки ни платные
дороги они не использовали.
- Отмени все утренние сеансы, ладно?
Мне что-то нехорошо.
Днём постараюсь прийти.
Спасибо.
- Ты принёс дань?
- Да.
- Я не велела тебе говорить.
И на твою жалкую рожу
смотреть не желаю.
Ты
ничто.
Лежать.
Мне пора готовиться.
Не вздумай шевелиться.
- Это Лара. Оставьте сообщение.
- Слушай, я не пытаюсь
оправдываться, но
я просто хотел тебя защитить.
Я знаю, что ты не в восторге
от возвращения Венди,
и я это уважаю.
Я хотел, чтобы тебе
было спокойно.
Наверное, можно было
сделать по-другому.
Не знаю, но
и ты тоже могла
поступить по-другому.
- Итак, мисс Минчак,
что будем делать?
- Моя задача - собрать компромат
раньше соперников, чтобы,
если есть потенциальный сюрприз
на октябрь, устроить его в феврале.
Аккурат на Суперкубок.
- Мне нравится ход ваших мыслей.
Очень нравится.
Как я сказал, оставайтесь тут
столько, сколько потребуется. Я знаю,
что Венди забрала дом,
а в клубе "Йель" слишком
много любопытных глаз...
- Да. Спасибо.
- Нет, точно? Не хотите кофе?
- Точно. Спасибо.
- А может, кекс?
На жирной сметане.
- Нам лучше работать вдвоём.
- Конечно. Да.
Я буду
там,
если вдруг что понадобится.
Что угодно.
- Итак...
- Как будем действовать?
- Вы меня спрашиваете?
- Так интереснее.
Я уже отработала первые этапы,
подноготную, слухи в сети про
отношения со школьными подружками.
- Эти сайты реально работают?
- Даже слишком хорошо.
Я и сама их смотрела.
Искала временные запреты, пьяную
езду, проблемы с налогами.
Тут всё в порядке.
Завтра начну копать глубже:
покупки, историю браузеров,
опросы всех, с кем у вас
были отношения ещё со школы.
- Господи.
- Полный бардак.
А вы сейчас
ходите в дельфинарий?
- Нет. Никогда не бывал.
Я против такого обращения...
- Да-да. Хочешь - не хочешь,
а дельфинов заставляют
прыгать и кувыркаться.
Но
потом их кормят рыбой.
- В общем, да.
- Сейчас этот дельфин - вы.
Сейчас мы пробежимся по списку.
Скажите, если где-то
есть проблемы.
- Давайте.
- Прерванная беременность?
- Нет.
- Сексуальные контакты
на рабочем месте?
- Нет.
- Сокрытие доходов?
- Нет.
- Работники без оформления?
- Нет. Такого не было.
- Измены?
- Нет.
- Однополые сексуальные
контакты, расистские клубы?
- Нет.
- Хорошо, теперь личные вопросы.
Какова ситуация с вашим браком?
- Ходим к психологу.
- Помогает?
- Процесс идёт.
- Процесс закончится
к началу кампании?
Нам надо знать, что мы продаём,
а процесс не продашь.
- Учту.
- С ней будут проблемы?
- Нет.
- Ни
сплетен, ни шантажа?
- Не будет.
- Да вы просто идеальная пара.
Почему тогда разводитесь?
- Мы и не разводимся.
- Ну да, конечно.
С её-то связями на Уолл-стрит
развод не станет трагедией.
- Здрасте, что закажете?
- Я знаю, что.
Двойной латте с миндальным
молоком, с собой.
- Мы что, знакомы?
- Имя на стакане - Тэйлор
Эмбер Мэйсон.
А мне макиато.
Я - Брайан Коннерти.
- Вы за мной следили.
- Тэйлор, вы меня не знаете,
но нам надо познакомиться.
- Вы говорите как коп,
а одеты как адвокат.
- Я из прокуратуры.
- Да.
Ну и зачем мне с вами
знакомиться?
- Вы работаете в "Акс Кэпитал",
и я могу помочь вам не попасть
в кошмар наяву.
- А я люблю кошмары. Просыпаясь,
я больше ценю реальность.
Но спасибо за беседу.
- Виноват. Да, мой косяк.
Я всегда считал,
что Эд Харрис слишком давил на
Митча Макдир в их первую встречу.
Надо было не угрожать, а успокаивать.
Я сделал наоборот, но
угрожать вам я не хотел.
- Так нельзя.
- То есть?
- Смешивать актёра и персонажа.
Либо Эд Харрис и Том Круз,
либо Уэйн Тэрранс и Митч Макдир.
- Да.
Согласен.
- Тэйлор?
- Попьём кофе вместе?
Расскажете последние новости, как
вы сюда попали, к чему всё идёт.
Я умею слушать.
- Не могу. Мне надо на работу.
Вот куда иду я.
Вы же знаете, когда
я туда прихожу.
Будет странно, если я опоздаю.
- В другой раз.
- Нет.
- Извини. Я тебя не брошу.
Ты тут нагулял
уже километров десять.
Что за херня с тобой творится?
- Лара забрала детей и ушла.
- Куда?
Ах, ушла.
Без предупреждения.
Почему?
- Поймала меня на вранье.
- С чего ты взял?
- Записку оставила.
"Ты мне соврал".
- Жопа.
И как ты узнаешь, о чём речь?
- Уже знаю, я соврал только раз.
- Да ты просто аномалия.
С роднёй уже разговаривал?
- Они ничего не знают.
- И ты веришь этим ушлёпкам?
Они её, небось, в подполе спрятали.
Удачи.
- Алло.
- Роберто. Это Ларри Бойд.
- Привет.
- Надо поговорить.
- Уже говорим.
- Нет, у меня важные новости.
- Слушаю.
- Серьёзный разговор,
не по телефону.
- У меня хреновый день, Ларри.
Я пришлю Вагса?
- Он, конечно, осветит сей
чертог, но мне нужен ты.
Я сейчас не в тюрьме, на работе,
Норт-Бизнес-сёркл-роуд
сто, буду здесь до вечера.
Поверь, оно того стоит.
- Приеду.
- Хорошо.
И, если привезёшь двадцатилетнего
виски, буду благодарен.
- Ну что это за херня?
- Анализ?
- Ты же должен был поддержать
шорт на "Клаксон".
- Ну да.
- Но твои данные не сходятся.
- Это всё, что получилось.
- Ладно.
- Встреча в двенадцать, да?
- Да. И не забудь кошелёк.
- Вы тратили папины деньги
на безобразия?
- Прошу прощения?
- Дебоширили, устраивали
оргии с толстухами...
- С рубенсовскими женщинами.
И - нет, ничего такого.
- Не думайте, что вы поможете папе,
Джеку Фоли и уж точно себе самому,
если будете молчать.
- Я не вру.
- Вы пытаетесь остаться у руля.
Нельзя контролировать каждую мелочь.
Когда кампания стартует,
это будет сплав по горной реке.
Даже если вы профи,
вам нужен спасательный жилет.
- Я знаю.
- Тогда сыграем в доверие.
- Вы серьёзно?
- Нет.
Мне наплевать на ваши чувства,
но, если вы хотите поскорее
покончить с этим допросом,
начинайте рассказывать о том,
что вы не произносите даже шёпотом,
то, что вы скрываете,
даже если чувствуете
себя виноватым.
Например, про священника,
который вас развращал.
Это вас, может, и не оправдает,
но я предлагаю вам
наилучшую альтернативу.
Убежище.
- Травля.
Типа дедовщины.
Раньше к этому иначе относились.
Мы ужасно быстро
привыкли к таким вещам.
Был один парнишка.
Одиночка и сволочь.
В общем,
проще говоря, стукач.
Все про всех знал.
Ну и однажды
мы ему устроили
в школе тёмную.
- Вы были главным?
- Скажем так, я участвовал.
Никак не могу об этом забыть.
- Он покончил с собой?
- Нет,
он пошёл в Лигу Плюща.
Ты чего-то хотел, папа?
- Я думал, ты меня звал. Мой сын,
вроде, сказал, что я ему нужен.
- Нет, пап, всё нормально.
- На сегодня всё.
Жду следующей встречи.
- Вроде, всё хорошо.
- Да.
- Какая стройняшка.
- Папа.
- Ну она же не со мной работает.
- Да. И слава Богу.
- Сука.
- Это Лара, оставьте сообщение.
- Знаешь, что?
Ушла сама - ладно,
но ты забрала ребят.
Что за на хер?
Я же не злюсь и не наказываю тебя.
И, что бы ты ни думала про Венди
Роудс, она полезна для компании.
А значит, полезна и для нас.
А для нас - значит, и для тебя.
Неужели не понимаешь?
Раньше
ведь понимала.
- Ну как?
- Тэйлор Мэйсон взяла мою визитку.
Есть основания думать,
что она не привык я к этим гендерным
местоимениям - что они позвонят.
- И почему ты так решил?
- У них крайне левые взгляды,
они участвовали в борьбе
за права секс-меньшинств.
- Похвально.
- В колледже участвовали
в "Оккупай Уолл-стрит".
- У этого человека могла
остаться совесть.
- Вряд ли совесть совсем уж
стёрта с жёсткого диска.
Я...
- Я нашёл Антуана Касона.
- Прекрасно.
Спасибо за помощь.
- Парни.
- Господи, да хватит
мне яйца крутить. Иду.
Тебе чего надо?
- Продолжаю поиски.
- Я же тебе сказал, её тут нет.
- Да, я слышал.
- По-твоему, я вру, что ли?
Вали из моего дома.
- Из твоего дома, который купил я?
- Он такой же твой, как и она.
- Мэтт,
всё нормально?
- Да,
это просто мой мудило-зять.
Ломится.
- Может, вызовешь полицию?
- Иногда женщины уходят.
А их мужья получают урок.
Или срываются.
А ещё чаще тот же, от кого
жена уходит из-за насилия,
пренебрежения,
хочет её вернуть.
И когда она возвращается,
становится хуже.
Он наказывает её за уход.
Мы могли бы приехать и всё
как следует проверить,
но жена слишком напугана,
чтобы снова бежать.
Поэтому иногда, если
муж совсем уж мудак,
мы берём ковёр, заворачиваем в
него мужа и херачим его от души.
Ковёр приглушает шум и
не оставляет следов,
но внутренние органы - в мясо.
- Ты хороший брат.
- Привет.
- Привет.
Ты не занят?
- Нет.
То есть, да, но...
- Если занят, то ладно.
- Да нет, нет. Что такое?
- Я буду по соседству, может,
кофе попьём?
- Слушай, а может, лучше соку?
Это называется "анэгада де грина".
С добавкой имбиря.
А это -"хэллоу, йеллоу".
В нём девять разных
антиоксидантов.
- Прости.
- Выбирай, я возьму второй.
- Давай зелёный.
- Я в курсе, что пора
платить за школу.
Если ты дашь мне месяц, я...
- Не переживай, Чак.
Денег хватает, правда.
- В смысле, у тебя?
Это дисбаланс.
Я пытаюсь это исправить.
- Ладно.
Конечно. Спасибо.
- Что такое?
Почему ты вдруг
оказалась по соседству?
- Тебе не бывает одиноко
и даже страшно?
- Мне бывает, а тебе - нет.
К счастью, у нас есть антиоксиданты.
Они точно помогут.
Да?
Дело ведь не только в
приступе одиночества, да?
Что ты скрываешь?
Когда дело касается
психического здоровья,
тебе же нет равных.
- У всех бывают свои дни.
Мне захотелось компании.
И потом, нам сегодня к психологу.
Можем обсудить...
- Да. Конечно.
Зачем распыляться
на репетиции?
- А это терраса.
Сто восемьдесят пять
квадратных метров,
обзор на триста
шестьдесят градусов
и, как видите, всё засажено и
оснащено системой орошения.
- Ух ты.
- Охренительно.
- Да. Осмотритесь.
Я отвечу на звонок.
- Это просто смешно. Ты здесь живёшь?
- На двенадцать этажей ниже, но...
- А почему не взял эту?
- Слишком светло.
Двадцать шесть за нее недорого.
- Двадцать шесть тысяч в месяц?
Моя квартира стоит тысячу двести.
- Тэйлор, ты такое чудо.
В конце года Акс выдаст тебе премию
в полтора миллиона. Как минимум.
- Правда?
- Слушай, будь другом.
Акс хочет зашортить
"Клаксон Ауто",
поручил это мне,
а я сплавил Бену Киму.
Но Бен не видит выхода на шорт.
Данные неподходящие.
Я поглядел.
И я с ним согласен.
- Так скажи это Аксу.
- Да.
Я бы рад героически
спасти деньги Акса.
Но в прошлый раз
он меня уволил.
- Хочешь показать мне?
- Посмотришь?
Я не страдаю дискалькулией, но,
если уж подставлять
жопу под удар,
не хотелось бы
что-нибудь упустить.
- Пришли мне отчёт. Я погляжу.
- Спасибо.
- Ну что?
Кому-нибудь нужна ручка?
- Я могу вам перезвонить?
- Завтра к обеду
квартира уже уйдет.
- Я позвоню сегодня.
- Да.
- Я нашёл их на картинге,
называется "Автобан",
были тут полтора часа,
ушли меньше часа назад.
Куда они могли отсюда поехать?
- Так. Там есть одно место, она туда
ходила в юности.
Это для неё как крепость.
- Мне съездить?
- Нет. Нет,
я сам.
Господа.
- Привет, Акс.
Лара говорила, что ты зайдёшь.
- Ты или кто-то из твоих.
- Так она приходила?
- Да. С мальчишками.
- Мы им продули в дартс
двадцать баксов.
А как только мы подняли
ставки, слиняли.
- Моя школа. Почуяли жуликов.
- А то.
Короче,
Лара просила её не трогать.
- Она поехала в ваш
городской дом.
Она просила
проявить уважение.
- Она сама позвонит.
- И что, я должен сидеть
на жопе ровно...
- Можешь на неё надавить.
Но ты сам ее знаешь.
Полезешь и...
- Да. И всё станет намного хуже.
Привет, это я. Заходил к Терри.
Воспоминания нахлынули.
Как у нас всё начиналось.
Как меня словно громом поразило, как
Майкла Карлеоне при виде Аполлонии.
И
я вспомнил, какое жуткое говно
мы с тобой пили, но
мы уже были пьяны друг другом,
поэтому нам было пофиг.
А потом меня вообще понесло.
В Париж.
Помнишь, там шёл дождь
и мы не вылезали из
постели, и плевать,
что айпод постоянно играл
"С тобой или без тебя",
мы так слушали её всю ночь.
А
я думал:
как же серьёзно мы
друг друга зацепили.
И мы пообещали,
что, если между нами что-то случится,
мы напомним себе о той ночи
и попробуем всё вернуть.
И сейчас я напоминаю
тебе о той ночи.
Давай попробуем всё вернуть.
Позвони мне.
Пожалуйста.
- Спасибо, что нашли время,
мистер Мартинес.
- Почему такая срочность?
- Клиент украл мой ноутбук.
- Можете сказать, кто?
- Он не называл имени,
ходил ко мне три месяца,
дождался, пока я ему поверю.
- Думаете, ему нужен был я?
- Вы или кто-то из более
заметных клиентов.
- Более заметных, чем я?
- Тут нет ничего удивительного,
это привлекает ярких людей.
С неоднозначным характером,
неоднозначными вкусами.
- Ваши данные хорошо защищены?
- У меня есть очень увлечённый
клиент из "Пало-Альто",
занимается киберугрозами.
Можете не беспокоиться.
И, если ко мне
обратятся лично...
- Знаю, вы не распространяетесь
о своих клиентах.
- Сама мысль о том,
чтобы шантажировать
такими интимными вещами,
наказывать за желания...
- Я понял,
понял.
И
спасибо.
- Поднимите.
Рада была повидаться,
мистер Мартинес.
Надо чаще встречаться.
В иных обстоятельствах.
Конечно,
при наличии у вас разрешения.
- Конечно.
- Ты нашёл её?
- Да.
Она уехала в город с ребятами,
но я не знаю, как их вернуть.
- Мне жаль.
- Чего хотела?
- Как и всегда. Помочь.
Я вспоминала,
как вы с ней познакомились.
- Я тоже.
- Ты почувствовал,
будто знаешь её всю жизнь.
- А все остальные подлизывались.
- Одно свидание -
и ты заговорил о женитьбе.
Я не верила.
Мне казалось, такое случается
только на Сицилии.
А потом познакомилась с ней
и всё поняла.
- У неё были три подруги, которые
потеряли мужей одиннадцатого сентября.
Пожарные.
И она помогла им встать на ноги,
хотя сама потеряла брата.
Помогла им расчистить шкафы.
Кажется, что тут
такого сложного, но
они так плакали, когда
находили любимую футболку,
старую куртку или
свадебный костюм.
А где-то через неделю
она что-то придумала
и все три смогли
найти в себе силы
вернуться в свои спальни.
И она забиралась под кровати,
доставала потерявшиеся тапки,
кроссовки.
Она защищала
их от этих ловушек.
- Ты редко рассказываешь
о ней такие вещи.
- Слушай,
я знаю, тебе грустно.
Но этим ничего не исправить,
я пробовал.
Сейчас мне приходится ждать.
И знаешь, в чём сложность?
- Ты ненавидишь ждать.
- Это Лара, оставьте сообщение.
- Привет, это я.
Знаешь, может, я был неправ.
Может, Венди Роудс и бесполезна.
Может, мне просто надо взять
и расхерачить всё вокруг.
Лишь бы ты вернулась домой.
Поговорила со мной.
Скажи только слово,
и я сотру Венди Роудс из
нашей жизни навсегда.
- Вот и второе свидание.
- Насчёт травли,
я про тот случай с "тёмной".
Вы были жертвой,
а не агрессором.
Вы - Сантьяго, а не Доусон.
- Под рубашкой у меня повсюду были
жуткие синяки.
- Вы их заложили?
- О нет.
Они своего добились,
я никому не сказал ни слова.
До сего дня.
Но потом,
не через пару дней,
а через два года,
я стал бэттером в бейсбольной
команде, а их главарь - кетчэром.
И на фастболе я так
размахнулся левой,
что заехал ему по морде.
- Он был в защитной маске?
- Да, поэтому голова не
оторвалась, а вот челюсти
пришлось плохо.
Это плохо для моей репутации?
- Если бы вы не сказали, это
повредило бы кампании, но
я смогу сделать из этого
манифест против травли,
и, когда мы с вами закончим,
вы будете подписывать
избирателям бейсбольные биты.
- Хорошо.
Это моя самая
большая уязвимость.
И она в ваших руках.
- Исполнитель мог скопировать
жёсткий диск ноутбука?
- Нет.
Ему можно доверять.
- Мои спецы проведут
окончательную проверку.
- Да, сообщите мне.
- А владелица?
- Ей можно доверять.
- На сто процентов?
- Так не бывает.
- Смотрю, вы учитесь.
Хорошо.
Хорошо.
- Надо поговорить.
Пожалуйста, не обижайся.
- Ладно.
- Было время, когда ты понимал
психологию каждого сотрудника
и знал, кому и что поручить,
чтобы добиться желаемого.
- Я знаю, как думают мои сотрудники.
А ты считаешь, что уже нет?
- Уже не знаешь.
Компания стала больше,
методы управления и делегации
должны измениться, иначе
будет вот так.
- Не лучший шорт-план по "Клаксон",
а я думал, Бен Ким справится.
- Не справился. И Мэфи тоже.
По их данным выходит лонг,
и другого они не видят.
- Вот жопа.
- Мэфи не глупый и не слабый.
Но он не понял
или не захотел
написать то, что
ты от него хочешь.
- А ты что думаешь?
- Обоснование на будущее.
Доказательство, что здесь
логично идти на шорт.
- Твои соображения.
- Дело не в авторынке.
Не в торговле машинами.
Нужно залезть поглубже в
их финансовую отчётность.
Задержки по выплатам на один и
два месяца, лизинг, кредит –
везде оно и то же.
Автопром подталкивает свои продажи
агрессивным кредитованием.
И когда музыка смолкает,
свободных стульев нет, но...
- Что "но"?
- Но я полагаю, есть другие
факторы, которые влияют на шорт.
- Поздравляю.
Теперь все аналитики -
твои подчинённые.
- Тогда все будут знать,
что это мои идеи.
- Да.
А что, могут быть проблемы?
- Ты же знаешь, как
думают твои сотрудники.
Ты мне скажи.
- Спасибо, что впустила.
- Значит, сессий у вас нет,
ты просто его курьер?
- Он не знает, что я здесь.
- Но он знает, где я,
и рассказал тебе о
наших проблемах.
- Я часть этих проблем.
- Да ты всегда часть проблемы.
- Ты правда думаешь, что дело в этом?
- Он думает, что его проблемы
можешь исправить только ты.
- Это не так.
- А кажется, так.
И, может, если я от тебя
избавлюсь, то смогу ему помочь.
А может, оно исправится само.
- Избавишься от меня?
- Сколько бы ты зарабатывала
в реальном мире?
- Лара,
дело совершенно не в деньгах.
- Пускай будет в них.
- Не надо.
- Не вздумай считать,
что я себя позорю.
Сколько тебе дать,
чтобы ты исчезла?
Пять,
десять,
двадцать миллионов?
- Нет.
- Почему?
- Потому что для меня
важна моя работа.
Если и это изменится, я уйду,
но деньги меня мало интересуют,
у меня их слишком много, чтобы
принимать решения вот так.
И Бобби такой же.
- Я знаю.
- И тебе это нравится.
Ты вышла
за того, кто делает всё, что захочет,
потому что у него нет других
причин поступать иначе,
кроме тебя.
- Он пробивной.
- Разве не это привлекает?
Ты испугала его.
Я ещё никогда
не видела его испуганным.
До сих пор.
- Всё должно быть проще.
- Не знаю, должно ли,
но это не так.
- Если мы всё-таки справимся,
наши отношения станут крепче?
- Пока не знаю.
Надеюсь.
Если можешь -
прости.
- Акс спрашивает насчёт
отчёта по "Клаксон".
- Отчёт готов, но ещё не подписан.
- Сказать ему, что всё будет?
- Отчёт готов, но ещё не подписан.
- Ладно.
- Спасибо, что позвонили.
Я ценю ваше участие.
- Спасибо, что сразу приняли.
- Да.
Я взял вам латте.
Не знаю, какое печенье
вы любите, взял разное.
- Спасибо.
- Мы давно подозреваем,
что "Акс Кэпитал" нарушает закон.
- Я в курсе.
- Часть нашей работы
состоит в том, чтобы найти среди
сотрудников компании партнёра.
- И я вам подхожу.
- Да.
Судя по всему, вы умный
и хороший человек, поэтому
я просто спрошу:
что-нибудь в "Акс Кэпитал"
оскорбляет ваши представления
о справедливости? О плохом и хорошем?
- Так вы о справедливости,
или о плохом и хорошем?
- Для большинства
это - одно и то же.
- Рынок - это живой организм,
типа воробья,
и мы можем создать некую
абстрактную модель,
почти тождественную
этому самому воробью,
включая миграцию, ветер,
погоду и иные переменные.
Мы можем создать модель рынка,
соединив информацию из
особых индексных фондов,
где воплощаются его
основные зависимости,
и, применив это к рынку,
мы предскажем его дельту.
Природа следует за абстракцией.
- Я запутался. Начнём сначала.
Точно не хотите печенья?
- Я не буду есть печенье.
- Хорошо.
- Эд Харрис может
давить на Тома Круза,
потому что он знает,
что Круз видел трупы.
У Харриса есть на него компромат.
- Верно.
- А вы напираете на печенье.
Уверяете, что не давите на меня,
потому что по-вашему это
более выгодный подход.
Но всё намного проще:
вам нечем давить. У вас ничего
нет на "Акс Кэпитал" и на меня.
- Стоп-стоп. Давайте просто...
- Мы закончили.
- Ну как?
- Я не Эд Харрис.
- Бруно. Присядь-ка.
- Я занят.
- А ты всё равно присядь.
- Нет, надо пирог делать.
- Да ладно, подождут пять минут.
Поболтаем.
- Ты мой бизнес-партнёр
и имеешь право на кусок
пиццы и кока-колу.
Но разговор в меню не входит.
Что-нибудь ещё?
- Нет.
- Это Лара. Оставьте сообщение.
- Ты меня наказываешь. Я понимаю.
Я тебя никогда не наказывал, ни разу.
Один раз ошибся и...
Ладно.
Ладно, мы не соревнуемся.
Думаешь, я не контролирую
ситуацию или тебя,
и поэтому преподаёшь мне урок?
Это моя прерогатива, и
сейчас урок получишь ты.
Лара, я тебя на хер
запрограммирую
и буду управлять тобой
через пульт управления
лёгким движением пальцев, Лара.
Не веришь? А ты попробуй!
Решила взять каникулы?
В отпуск пойти?
Да валяй, вперёд и с песней.
А потом вали домой!
Ларри.
- Бобби,
спасибо, что приехал.
Как ты?
- Если честно, не фонтан.
Но в сравнении с тобой
жаловаться не на что.
Как твои-то дела?
- Кто-то лучше меня превратил бы
подобный опыт в духовный поиск
и через унижение научиться
лучше понимать себя.
А я думаю о том,
когда это кончится.
- Успокоительного?
- Спасибо, но мечтать не вредно.
У меня периодически берут анализы.
- Может, стоит рискнуть.
Ну,
какие планы?
- Месть.
- Да, с духовными
поисками прям беда.
- Ребята из "Спартан-Айвс" шепнули:
Чак Роудс-старший
приобрёл долю в компании,
которая готовит
первичный выпуск акций.
"Айс Джус".
- Охренеть.
- И, раз уж ты ненавидишь
семейку Роудсов
почти так же, как я...
- Это может быть кстати.
- Было бы здорово суметь
насрать им в кашу.
- Да. Очень здорово.
Надо застолбить себе кусок.
- Чтобы все окупить?
- Да. Когда акции подрастут –
я их солью,
встану на шорт и не остановлюсь,
пока они не разорятся.
- Не зря приехал?
- Да,
не зря приехал.
- Привет.
- Привет.
- Как прошёл остаток дня?
- Лучше не стало.
- Жаль.
- И вот это мне сейчас вообще
на хрен не надо.
- Честно?
Приятно, что не я один такой. Я-то
думал, тебе до усрачки нравится.
Это же для тебя как кислород.
- Я понимаю пользу.
- Хочешь просто уйти?
Или составить тебе компанию?
Посидим вдвоём,
без участия платного рефери.
- Думаю, это нам по силам.
- Да,
когда мы с тобой днём
увиделись, мне было...
- Комфортно?
- Да.
Точно.
Угостить тебя ужином?
- Давай. Умираю с голоду.
- Я даже знаю, куда мы пойдём.
Далековато, конечно,
но оно того стоит.
- А где это?
- Доверься мне.
Пошли.
- Привет.
- Привет.
- Как дела на семейном фронте?
- Пока говорить не о чем.
- Пойдём выпьем.
- Нет.
- У меня там медицинский спирт...
- Нет.
- Гель для рук?
- В другой раз.
Премию Тэйлор, пятьсот тысяч.
- В конце года?
- Нет, сейчас. Внеочередной бонус.
Нормальная премия впереди.
- Переставить их стол
поближе к "бэхе"?
- В самый раз для начальника
отдела аналитики,
который понимает суть
работы и готов её делать.
- Будет исполнено.
- Что это за место?
- Добрый вечер.
Вы резервировали столик?
- На фамилию "Роудс".
- Да, конечно. Мистер и миссис
Роудс, мы вас ждали. Прошу сюда.
- Монсеньор прокурор. Клянусь Богом,
я так занят на кухне, мне некогда
подделывать бухгалтерию.
- Все преступники
много работают,
а ты француз.
Мне беспокоиться не о чем.
- А что за студентку
вы с собой привели?
- Антуан.
- Поглядите на это личико.
Вы затмеваете даже ангелов.
У меня есть пара идей.
- Антуан...
- Не беспокойтесь.
Вам подадут петуха в вине.
- Спасибо, друг мой.
- Как ты его нашёл?
- Выпьем за длинные руки закона.
- Жаль, что еда кончилась.
- Да уж.
Слушай, Венди,
мне о многом надо с
тобой поговорить.
- Давай.
- Пошло движение.
Кое-какие люди помогают
мне пробиться в Олбани.
- Твой отец, небось, на мыло исходит.
- Боже.
Прямо как в финале
"Старого Брехуна".
Ещё пристрелить придётся.
- Поздравляю.
- Знаешь, я тут вспомнил. Ты сегодня
днём оказалась по соседству,
мы хотели что-то обсудить
у психолога, но не обсудили.
- Есть одна женщина,
мне она в последнее
время не нравится.
Обоснованно или нет, я не знаю.
Но она знала, что у
нас с тобой проблемы,
и вела себя очень
надменно и высокомерно,
когда говорила о
святости своего брака.
А потом я узнала нечто такое,
что наверняка бы ранило её,
и просто
не смогла удержаться.
- Это естественно.
Но лучше тебе не стало.
- Да нет, стало. На секунду.
Было просто охренительно.
Но потом
я себя за это возненавидела.
- Поэтому ты - сокровище.
Ты придерживаешься высоких
стандартов из-за своей профессии,
но ты ещё и человек.
И
мы оба знаем, что твоя человечность и
делает тебя хорошим профессионалом.
Так что не будь к себе
слишком строгой.
- Спасибо.
- Эй.
- Да.
- Антуан прав.
Ты затмеваешь ангелов.
Честное слово.
Я поставлю её в гараж,
когда поеду в клуб.
- Спасибо.
Чак, всё было чудесно.
- Да, согласен.
- Это Лара. Оставьте сообщение.
- Знаешь, как поступают
другие олигархи?
Пендлтон, Краков,
эти сраные русские
со шлюхами на яхте,
которая тащится в пятистах
метрах за яхтой с семьей?
Знаешь, сколько
возможностей я имел,
но не воспользовался? Ни разу.
За пятнадцать лет!
Но это не считается.
Ни жизнь, которую я построил,
ни какой я человек.
Твою мать.
Я мог бы каждый день шляться.
Модели, певички, даже
твои типа подружки -
это мне как два пальца.
Может, и надо было.
Ты бы вела себя со
мной точно так же,
но хотя бы за дело, мол,
я шлангом махал во все стороны.
Да.
- Главные ворота, сэр. Ваша жена.
- Спасибо.
- Привет.
- Чак.
Приходи сегодня домой.
- Это приказ?
- Естественно.
- Большое спасибо, что приехали.
- Я оказываю подобные услуги,
когда клиент готов потратиться
и что-то приобрести.
Вы дома.
- Привет, пацаны.
- Поцелуйте папу
и чешите наверх.
Я сейчас.
- Спокойной ночи, пап.
- Спокойной.
- Спокойной ночи.
- Утром увидимся, ребята.
Как дела?
- Нормально.
- Я тебе звонил.
- Телефон выключен.
- Я сегодня очень много
думал о громе.
- Аполлонию взорвали прямо в машине.
Пойду уложу ребят.
- Быстро снимай, свои тряпки.
11 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- Лара?
Ребята?
- "Айс Джус". Я могу купить их.
Но нужны бабки.
- Ты же знаешь, мои деньги
в трастовом фонде.
- Поздравляю.
Теперь все аналитики -
твои подчинённые.
- Тогда все будут знать,
что это мои идеи.
- Мы давно подозреваем,
что "Акс Кэпитал" нарушает закон.
- У вас ничего нет на
"Акс Кэпитал" и на меня.
- Я тебе звонил.
- Телефон выключен.
Пойду уложу ребят.
- Я вот-вот прижму Акса.
- Ты его прижмёшь.
В другой раз.
Сэндикот - это круг.
В итоге всё упирается в тебя.
- Я найду другой
повод прижать Акса.
- Все платят.
- Да, да, да.
Я понимаю, Терри, поэтому,
если мне заплатят вовремя,
через неделю... Но когда ты
подрядчик с этим сложно.
Но потом я, естественно,
заплачу тебе, Терри.
Сразу же.
Первым делом, падла буду.
- Какое облегчение.
Правда, Джонни?
- Ещё какое.
- Некоторые, даже те, которые
с лучшими намерениями,
берут в долг, а потом
не могут найти деньги.
Из-за этого начинаются
вот такие вот разговоры.
- Терри,
я с лучшими намерениями.
- Ты хороший мужик, Слэйтон,
и, честно скажу,
я и себя не считаю
плохим человеком.
По-твоему,
я плохой?
- Нет.
- Хорошо.
- Сука!
Стой.
Нет. Нет.
- Жёны -
у них все козыри.
Поэтому надо как-то
уравнивать счёт.
Теперь у тебя есть веская
причина платить мне,
когда она решит
оплатить кредитку.
- Да.
Согласен.
Я тебе должен,
и я всё исправлю,
чего бы это ни стоило.
- А когда-то такие, как
ты, боялись брать трубку,
пока не было хороших новостей!
Если я забуду, напомни мне,
что в нашем бизнесе тебя продаст
любой, кому пообещают бабла.
- Странно, но меня это успокаивает,
устраняет возможность разочарования.
- Да.
Да.
Пускай идеалисты и романтики ходят с
разбитыми сердцами, пока прагматики...
- Ишь ты.
У тебя новости, которые
ты не хочешь сообщать.
Что случилось, Сонни
Корлеоне расстреляли?
Если нет, то и хер с ним.
- Бойд был прав. Я пообщался
с "Пэтриот-Бэнк".
Они возбудились на презентацию и
теперь собираются закупать "Айс Джус".
Уже отправляют релиз в прессу.
- Твою мать.
Они считают, это верняк?
- Да.
И ещё:
Чарльз Роудс-старший действительно
оттяпал там жирную долю.
Я прогнал инфу через всех
праймов - их, наших, чужих,
и через аналитиков, как
наших, так и Большой тройки.
Они все согласны с "Пэтриот".
- А база?
- Верняк.
Прогнозы реальные.
Первичный выпуск вот-вот.
Все уверены, что дело выгорит.
Никто не видит вариантов на шорт,
я не вижу, как атаковать.
- Персонал?
- Юрист Айра Шумер.
Адвокат Роудса-младшего,
входит в совет директоров.
- Отец Роудса и его ближайший советник
оба с головой нырнули в бизнес?
Вместе?
И ты говоришь, что им
никак не помешать?
Твою мать.
Сонни все-таки расстреляли.
- Чарльз Роудс-старший –
чрезвычайно богатый человек.
У него много вложений,
в основном в недвижимость.
Но в данный момент у него
проблемы с ликвидностью
из-за новых крупных
сделок по недвижимости.
- Все в дом ухнул?
- Не в один. В городе, в Хэмптонс,
ферма в Маунт-Кискоу, участок
океанского побережья во Флориде.
Также выкупил половину Кингсфорда,
но выгодно его продать не выйдет,
пока там не откроется казино.
- Значит, вопрос в том...
- Да. Откуда у него
средства на "Айс Джус"?
Сколько я ни смотрю,
не могу найти источник.
- Значит, деньги на покупку доли
в "Айс Джус" пришли не извне,
это должен быть личный заём.
- Так. Хорошо.
Спасибо, Тэйлор.
Значит, Роудс-старший получил деньги
на "Айс Джус" через личный заём?
- Такие бабки мог одолжить только
очень близкий человек.
- А то и слишком близкий.
Помнишь индейские стрелы с
отравленными наконечниками,
которые пробивали одного
врага и убивали другого.
Вот что нам нужно.
- Да. Яд ужасного листолаза.
Я раз взял его закурить,
так шаман, отнимая,
вигвам своротил.
- Рад, что он тебе помешал,
иначе пришлось бы начинать спектакль
без твоих добрых и мудрых советов.
- Завтра откроемся по восемнадцать
баксов за штуку.
- Ё-моё!
Я стою сто двадцать
пять миллионов.
- Да. Скоро так и будет,
но пока радоваться рано,
это помешает тебе трезво мыслить как
раз тогда, когда это будет необходимо.
- А это прочистит мне мозги?
- Ну такой скотч
любого дауна Эйнштейном сделает.
- Боже, пап. Как не стыдно.
- Мы у меня дома, сын.
Тут незачем говорить
политкорректными экивоками.
- Не настолько же.
- Да.
- Некоторые вещи недопустимы.
- Друзья, не сегодня, не перед
первичным выпуском моих акций.
- Ты прав, Айра. Поздравляю.
- За это надо выпить.
- Я очень рад за вас обоих,
ваше начинание успешно стартовало,
но советую быть осторожными.
- Это ты нас свёл. При любом
раскладе ты в теме.
- Твоя правда. Эмоционально
я привязан к вашему делу.
- Когда биржа завтра закроется
и мы окажемся на самом верху,
сто двадцать пять
миллионов будет
хорошим итогом.
- Только работу не бросай.
- Поздно.
- Уже?
- Ну не совсем, но почти.
Я продаю свою долю
фирмы партнёрам.
Это давно назревало, завтра -
день освобождения.
- Не считай цыплят, пока не кончится
запрет на перепродажу.
Но даже я не могу сдержать радости.
Ты молодец, сын.
Хорошо поступил.
- Надеюсь, это так, папа.
Очень надеюсь.
Как...
- Странно?
- Вообще-то, я спросить,
как тебе, но...
- Прости.
Просто наши супружеские
шпили-вили входят в привычку.
- Шпили-вили?
Наконец-то я соответствую
своему времени.
Как бы сварганить по чашечке кофе?
- На кухню точно идти не надо,
уходи, пока дети не встали.
Нечестно давать
им ложную надежду.
- Ложную?
Это оставит свой отпечаток.
- Как на работу попала –
что там у тебя?
- Предварительные данные по
первичному выпуску акций "Айс Джус" -
и они радуют.
- Айра будет доволен.
- Не только Айра.
Никто не в курсе,
даже Айра, но
я тоже в этом участвую.
- Участвуешь?
- Да.
- Зачем?
- Потому что это верняк.
- И откуда такая уверенность?
- Я понял,
что произойдёт с этой компанией
и какая мне от этого польза.
Я всего три раза в жизни
был в чём-то так уверен.
Например, когда я впервые начал
спорить в суде. Я знал, что был прав.
Второй - когда встретил тебя
и понял, что это судьба.
А третий -
вот это.
- Ух ты.
Сильное заявление.
Тогда удачи.
- А где мама?
- Внизу.
- Доброе утро.
- Привет.
Ты что-то хотел?
- Нет.
Нет, потом поболтаем.
- Есть!
- Дожимайте.
Вы поняли, что надо дать ему
возможность,
и использовали её против него.
Браво.
- Кому перо под ребра?
- Прошу прощения?
- Аттестация аналитиков.
- Да.
Данные по работе каждого
аналитика и рейтинг.
Если мы хотим следовать
золотым стандартам
и убрать нижние десять
процентов, к сожалению,
с кем-то придётся попрощаться,
в нижней графе указано, с кем.
Я сообщу в отдел кадров...
- Погоди. Список на увольнение?
- Так нагляднее.
- И прямо перед бонусами. Жесткач.
Даже по моим стандартам
- Да. У нас так не принято.
Мы не увольняем так просто.
Ассиметричная стратегия
инвестирования. Не только в акции,
но и в людей.
Тебе надо сесть с каждым за стол
и выяснить как сильные,
так и слабые стороны,
разобраться, кто способен
добиться большего,
а кто уже сделал всё, что мог.
- Давать им возможность
вилять и объяснять то,
что видно и так, неэффективно.
- Тэйлор, я понимаю, ты аналитик
и цифры для тебя всё, но остальному
тебе тоже надо научиться.
Очень немногие понимают цифры,
ещё меньше тех, кто
умеет их объяснять,
а те, кто умеет и то, и другое,
становятся миллиардерами.
- Он знает, что говорит. Браво, сэр.
- Хорошо. Так и сделаю.
- Там и перо им под ребра!
- Ничего такого не будет.
- Называй как хочешь,
но, чтобы уголовники тебя уважали,
кого-то придется пырнуть.
- Вы что, пересмотрели в детстве
фильмов про тюрьму?
- У нас не было компьютеров.
- Управляй отделом так,
как считаешь нужным.
- Но?
- Да.
Придётся смотреть им в глаза
и видеть, как из них уходит жизнь.
- Развлекайся!
Как сейчас помню первый
отданный поджопник.
Кайф - как от
подмышек Мата Хари.
- Вот так. Все готово.
Программа отслеживает любые
введённые вами активы,
ежесекундные апдейты, новости.
За это ведь можно не платить.
Зайдите на "Яху Файнэнс" и
обновляйте себе страницу.
- Я в курсе. Мы готовы?
- Да.
- Так.
- "Клаксон Ауто Груп".
Бельгийская компания.
Крупный производитель в Европе и Азии,
до недавнего времени ломились и к нам.
- Да. Я читал кое-что.
Внезапно дали по тормозам.
Отзывы продукции,
штрафы, дело нечистое,
но вне нашей юрисдикции.
Или нет?
- Нет.
Компания была крепкая.
Весь Уолл-стрит играл на лонг,
но Бобби Аксельрод зашортил -
перед тем, как всё началось.
- Как всегда.
Есть доказательства криминала?
- Это я оставлю
суперсыщикам из южного.
Как красиво звучит. Класс.
С виду, вроде, всё гладко, но в
глубине наверняка есть криминал.
Так что для Скуби-ду
есть новая загадка.
- Спасибо, Спирос. Мы глянем.
- Держите в курсе.
- Ну так что,
мы будем возбуждать дело?
- Конечно. Слушайте, уже полдесятого.
Звонок на урок.
- Понеслась. "Айс Джус", аббревиатура
"Айс Дэ", уже перевалили за двадцать.
- Ой. Я смотрю у меня кофе,
капучино, а у тебя нет. Если хочешь,
я сбегаю и принесу. Или,
там, зелёный чай,
гэммайтя или ещё какой...
- Все наши аналитики оценены
по десяти категориям.
Производительность, методы,
всесторонний рабочий процесс,
качество моделей,
культурное соответствие,
командный менталитет,
количество свежих идей,
упрямство в плохом
и хорошем смысле,
моральную гибкость, то есть,
ищешь ли ты сомнительные возможности
с малым риском, и инертность -
держишься ли ты за
отработавшее себя старье.
А затем появилась одиннадцатая
категория под заголовком "желание".
С этого мы и начнём
сегодняшний разговор.
Итак, предлагаю поговорить о твоём
желании остаться в "Акс Кэпитал".
- Я вырос в Айдахо. В девятом классе
у нас был бизнес-клуб.
Играли в инвесторов.
В десятом я управлял электронным
счётом нашего директора,
школьного психолога
и урода-физрука.
- Физрука?
- Да, его бабки были
на отдельном аккаунте.
Сразу после выпуска
я его обрушил.
Ненавижу козла.
- Из ненависти к вышестоящему вы пошли
на крутые меры и принесли ему убытки?
- Меня уволят за честность?
- Каковы ваши преимущества перед
другими профессионалами?
- Ум.
Обширный интеллект.
- Вы настолько впереди всех нас?
- Ну не впереди вас, конечно.
- То есть вы одновременно эгоист
и боитесь конфликтов?
- Нет.
Я спросил отца, он велел делать вид,
что меня это вообще не волнует.
- Интересный подход, Пунанцио.
- Не увольняйте меня.
- Вот из комиссии
по ценным бумагам -
анализ "Клаксона"
от "Акс Кэпитал".
Что скажешь? Сильная компания,
очень мало шорт-позиций.
И вдруг плохие новости -
и акции падают.
- Не просто плохие - катастрофа.
- И Аксельрод тут как тут.
Что само по себе
не преступление.
- А всё почему?
Потому что он вовремя
изучил вопрос.
- Продажи крепкие. Им не понравилась
финансовая сторона.
- Как "Тэсла". Они производят,
но это не гарантирует доход.
- Да. Компания
существует уже полвека -
и долгов не так много…
Ой.
- Точно.
- Отчёт подписан Тэйлор Мэйсон.
А ты хотел предупредить дитя,
которое попало в плохую компанию.
- Да. Дитя в курсе.
- Как уволить человека?
- Можете стоять, но я по
такому поводу присяду.
Чисто чтобы прояснить ситуацию,
может, скажете, кого вы увольняете?
- Ещё неясно. Пока.
Но, глядя на эффективность работы
аналитического отдела, я вижу дефекты.
Пришлось садиться и
опрашивать каждого.
Если честно, я надеюсь,
что при должной мотивации
они исправятся сами...
- Да, было бы здорово
ограничиться разговором.
Но аналитики слишком важны,
их работа встроена в систему.
Нельзя позволить себе тащить
кого-то, кто с ней не справляется.
Поэтому
окажите им долгосрочную услугу
и резко сорвите пластырь,
чтобы они оказались
на шаг ближе к тому,
что они действительно
должны делать.
- Спасибо.
Я склоняюсь к тому же решению.
- Ещё одно.
Это решение вас изменит.
- Перемены мне не впервой.
- Тут другое.
Мне кажется, это даётся вам с
таким трудом не без причины.
Вопрос,
который вы себе задаёте.
Озвучьте его.
- Мне нужна поддержка.
Моего отца уволили,
когда меня перевели
в седьмой класс.
Он был математиком в
аэрокосмической компании.
Его отдел и должность убрали
и так и не восстановили.
- Полагаю, это повлияло на семью.
- Да.
Повлияло.
- А компания?
- Компания пошла в гору.
Грэфф.
Идём.
- Все приготовления завершены.
Я жду твоей команды.
Пора?
- Нет. Пока рано.
Скоро.
- Уже двадцать пять.
- Пошёл рост. Когда ты вступишь?
- Скоро долбанём.
- Поживём. Пока.
- Тебе это в кайф?
- Нет.
- Тогда, забей пока.
Давай по кофейку.
- Вдвоём?
- Ну да.
Вдвоём.
- Это третий раз, когда ты
обратился ко мне напрямую.
- Это было раньше.
- Раньше?
- Ладно, не хочешь кофе, не надо.
Значит, потом.
- Ух ты.
- Что за цветочная атака?
- Мне кажется, что между
нами ещё не всё гладко.
И мне это не нравится.
Я так не хочу.
- Это было необязательно,
но цветы красивые.
- Закапывает свою яму?
Подходящий размер у лопаты.
- С такими цифрами я стою почти
четверть миллиарда долларов.
- Дай пять, братец.
- Возьму холодного айс-джуса,
тебе надо?
- Не подсаживайся на собственный
товар. Нет, я эту ерунду пить не буду.
Принеси мне чего-нибудь
с алкоголем.
Акции сейчас пойдут по тридцать,
удвой мою позицию на бирже.
- Это опустошит счёт.
- Было бы ещё - купил бы ещё.
Акции несутся, как Билл Роджерс в
Бостонском марафоне, быстрее некуда.
- Эти "Айс Джус" как модель
плюс-сайз, большие и упругие.
"Трэйд-Рэйт" подали заявку на почти
семьсот тысяч акций.
- "Трэйд-Рэйт"?
Это не трейдеры, а детский сад.
На хрена мелкой рыбешке
такой здоровый кусок?
- Семьсот тысяч - довольно много
для такой маленькой фирмы.
- Я это дело разъясню.
- Думаешь, он?
Роудс-старший открыл кошелёк?
- Может быть.
Его обычные трейдеры дадут знать
"Пэтриоту", что он в деле,
так что к своим он не пошел.
Чтобы пойти в мелкую контору за такой
сделкой нужная подготовка и причины.
Игра пошла за наличные.
- Значит,
всё готово?
- Да.
Пришёл час отравленных стрел.
- Какой быстрый.
- Да. И ужасный.
- Да, пару дней будет тяжко.
- Но эффект исключительно временный?
- Если здоровье в порядке,
да, только временный.
Но я бы не рекомендовал.
- Я это запомню.
- Хорошо.
Вы заберёте образец
из лаборатории?
- Нет. Избавьтесь от него сами.
Это в ваш фонд.
- Деньги на счёте.
Как ты понимаешь,
денег много.
- Сколько надо использовать?
- Немного.
Ничтожно малое количество.
- Как бриолин?
"Достаточно одной капельки"?
- Добавишь ничтожно малое количество.
- Здорово, Рон.
- Как дела, Ронни?
- Привет, Рон.
- Как оно, Ронни?
- Есть один мужик.
С долгами.
- Бывает, люди находятся
в самое нужное время.
- Это точно.
- Жена поймала её на воровстве.
Убирается она отлично, но
либо так, либо её депортируют.
Ей решать.
- Главное, чтобы ты не участвовал.
Просить должен кто-то другой.
- У меня таких десяток.
И на меня через них не выйти.
- Хорошо.
- Спасибо, что оплатил.
- Если я сказал, значит, сделаю.
Ты сам-то уверен?
Кого бы ты ни нанял,
дело неприятное.
Нужны проверенные люди.
Чтобы никаких следов.
- Я понял.
Варианты есть.
- Я не могу.
- Что значит "не могу"? Надо!
Ты обещал. И ты мне должен!
- Да, должен, но я не
могу так поступить.
Даже для тебя.
- Да нет, я верю. Просто
мне нужен ваш номер.
Погодите секунду.
Эй, Бёрт. Мне надо поменять тему
статьи, тут горячий материал.
Отравления напитками "Айс Джус".
- Ну как дела?
- Нормально.
- С ума сойти.
- Поднимаю ставки.
- Проиграешь.
- Что происходит?
- Играем в шорт. В настоящий
момент фирма идёт вверх.
Они делают ставки на то,
когда она начнёт падать.
- Ставишь?
- Давай.
- Я тоже поучаствую. Кто-нибудь
ставит, что оно не упадёт?
- Нет, мэм. Шорт - верняк.
В таких позициях Акс не ошибается.
- Что за фирма?
- "Айс Джус".
- Не играю, спасибо.
Извини за внезапность.
- Да я всегда рад. Что случилось?
- Как там твои акции?
Я слышала новости.
- По-моему, всё неплохо,
вроде, поднимаются.
Хорошо так.
- Чак,
они не останутся наверху.
А новости такие:
"Акс Кэпитал" их шортит.
- Спасибо, что сказала,
я очень благодарен.
Но мне не нравится, что ты смотришь на
меня как на калечного пса в приюте.
- Выходи из игры, Чак,
скорее, тебя раздавят.
- Неужели?
Приятно знать, что ты считаешь
меня таким беззащитным.
- Моего мнения о
тебе хватило на то,
чтобы прийти сюда и нарушить
договор о неразглашении.
Твою мать, на своём
поле ты просто титан,
но ты не понимаешь,
что творится.
- Да нет. Я прекрасно понимаю,
что ты в меня совершенно не веришь.
- Давай перенесём ссору на другой раз.
Ты собираешься выходить из позиции?
- Нет.
- Не можешь или не станешь?
- А какая разница?
- Глупость и сила живут по соседству.
- Есть такое мнение.
- Алло?
- Мэфи, это Венди Роудс.
Насчет шорта "Айс Джус".
Как мне поучаствовать?
- Активы есть, могу устроить.
- Столько, сколько можно.
- Не вопрос, начальник.
- Ели что-нибудь непривычное?
- Ну я вот это выпил.
- Мы проверим.
- Это ж, вроде как, полезно!
- Готовы?
- У меня тут еще шесть отравлений.
Некоторые потерпевшие уже
вызвали юристов и готовят иски.
На складе обнаружены
следы бактерий.
- У меня врач, лечивший
пару потерпевших,
говорит, что моментальная
пастеризация "Айс Джус" -
это лженаучно и небезопасно.
- Алё!
Проверьте моментальную
пастеризацию,
вред от испорченных фруктов и овощей
и сомнительные методы отчистки!
- Приготовьте колонку про эпидемии,
начавшиеся в ресторанах, их влияние
на население, компании, полный набор.
- Прямо как в две тысячи восьмом.
Гепатит и рестораны "Чипотле".
- Нет, это хуже.
- Так. Ну что у нас?
Прошу прощения.
Привет.
- Привет. Чак, конец света.
- Спокойно, Айра. Объясни,
в чём дело.
- Пошла пресса, новости, соцсети,
все звонят, просят комментариев
насчёт отравлений.
Это какая-то эпидемия.
Не то листериоз, не то легионеллёз,
хер знает, посмотри по телеку.
- Я не буду включать
телевизор, Айра. Говори, что там.
- Людей увозят на "скорой".
Говорят, это давно началось, о чём
мой мудило-клиент, конечно, умолчал.
Акции валятся так, что
торги заморозили.
Самые шустрые уже слились, и ты
сам знаешь, что будет дальше.
Когда торги возобновят,
все рухнет.
Придется продавать ниже закупочной,
а это полная катастрофа.
- Да. Это просто
полная жопа.
Ты можешь продать хоть что-нибудь?
- Чак, акции заморожены!
- Давай без нервов, Айра. Спокойно.
Сукин сын!
- Руди,
вы пришли последним,
потому что, судя по этой модели,
основанной чисто на результатах,
вы как раз последний.
- Последний?
Серьёзно?
Самый последний...
- Судя по данным, да. Совсем.
- Меня зовут не Руди. Я Питер.
- Да? Вы предпочитаете "Питер"?
- Нет.
Мне нравится, что
меня называют Руди.
Знаете, почему?
- Нет.
- Для меня это место -
как для него "Нотр-Дам".
Для настоящего Руди.
В школе я был ушлёпком,
но впечатлил учителя,
попал в "Хофстру",
у Акса там была
лекция, и с того дня
я мечтал только об этом.
- Попасть сюда? В "Акс Кэпитал"?
- Да. Когда Акс пришёл
снова, я задал ему умный вопрос.
Я его продумал, запланировал,
и он сказал - отучишься,
заходи, я тебя возьму. И взял.
Но я думал,
он будет мне как наставник,
а оказалось, нет.
Совсем.
Пришлось разбираться самому.
- Что ж,
здесь нет добряка-дворника,
который вас подбодрит.
А в этой сфере
задержится лишь тот, кто быстрее,
сильнее и талантливее остальных.
- Знаю.
И понимаю, что мне тут не место.
Ни на бумаге,
ни вообще.
Но если я выйду из
вашего кабинета живым,
здесь не будет никого,
кто работал бы больше,
усерднее и быстрее, чем я.
Обещаю.
- Да!
- Руди! Руди!
- Руди! Руди! Руди! Руди! Руди! Руди!
- Красава!
- Руди! Руди! Руди! Руди! Руди! Руди!
Руди! Руди!
- До меня только дошло, что "Руди" -
это же Руди Руттигер!
- Руди! Руди! Руди!
- Донна!
Верни того парня, пусть удалит
программу к херам собачьим.
Она больше не нужна.
- Ну что, если старина Роудс-старший
рассчитывал подняться на этой истории,
он ужасно ошибся,
потому что теперь он без
денег и с голой задницей.
Кстати, о деньгах, может,
они решат продать Палм-Бич.
- Их радость и гордость.
- Ты бы знал, сколько раз я видел,
как этот хмырь ковыляет
вокруг Мар-А-Лаго
и хвалится, что у
него лучшие виды.
- Знаешь,
а отправь-ка туда человечка
на всякий случай.
- Добить хочешь.
- Да, захапаю по дешёвке
на распродаже.
- Торги по "Айс Джус" возобновились.
Понаблюдаешь за "Титаником"
и айсбергом?
Курс закрытия три
восемьдесят девять.
Провал.
Гляди, чего пишут: "Айс Джус
ждёт реструктуризация".
- Это называется "пошло через жопу".
Откроем-ка бутылочку.
- Надо, чтоб ты подписал отчёт.
- Мы сегодня зажгли.
Так, а это что?
- Что?
- Доля в сделке для фонда
"Новые начала". Что за херня?
- Это Венди Роудс. Попросилась в дело
как раз перед финишем.
Она неплохо в это все вложилась.
Я думал, ты знал, Акс.
- Ни хера подобного.
Если она опять что-то захочет
купить, сначала мне сообщай,
а уж потом выполняй её просьбы.
Если, конечно, ты не решил
кардинально сменить профессию.
- Понял. Твою мать. Извини.
Вот жопа.
- Что ей известно?
- Не знаю.
В любом случае, серьезный ход –
игра против семьи.
- Он окупился.
С кем прощаемся?
- Это было не для того, чтобы
указать всем их место,
а чтобы знали: те,
кто сегодня выжил,
официально в команде
и им нечего бояться.
- Да-да. Но кто-то получил кол
в сердце, и я хочу знать, кто.
- Можно было уволить Руди.
Он пока неустойчивый, но
цепкий, у него есть шанс.
Поэтому от нас ушёл Пунанцио.
Он скользкий тип.
- Нормальная причина.
Крещение кровью пройдено.
- Хочу выпить.
- По-настоящему?
- Да.
Может, даже целую бутылку.
- Недолго тебе ездить на этом фуфле.
- А мне нравится. Классная машина.
- Слушай, не хотел это
делать на работе.
Поэтому и позвал попить кофе.
- Что делать?
- Это тебе.
Открой.
Тут двести пятьдесят
тысяч долларов.
Моя личная благодарность
за "Клаксон",
и это я ещё жмот.
- Мне хорошо платят.
Более чем хорошо.
- Да, официально, по всем
ведомостям, с реквизитами и прочим.
Но я хотел дать тебе сверху.
В нашем деле надо иметь заначку.
Мало ли что будет.
Уж поверь.
- Похоже, ты говорил правду.
- Значит, поверь и этому:
будет ещё,
во всех смыслах.
Я протупил,
но теперь понимаю, что
в тебе увидел Акс.
Всего доброго.
- Мне послышалось или
там мама плачет?
- Может, это я.
- Посчитаем свои потери?
Я сегодня спустил миллионы.
Даже не верится, сколько
денег я потерял.
- Твоих денег там вообще не было.
Сначала надо их получить,
а потом уже радоваться.
Выход тут всегда один: восстановиться
за счет прироста капитала.
- Это и должен был быть мой прирост.
В любом случае, я должен перед
тобой извиниться.
- Ясен хер,
но извиняться тебе надо
перед твоим другом,
раз уж это были его вливания.
- Папа.
- О Боже.
Нет, Чак, ты что? Ты залез
в свой трастовый фонд?
- Я это разрешил.
Очень уж был уверен
и в деле, и в тебе, Айра.
Я не жалею.
Мы ловили удачу.
- Все восемь миллионов под акции?
- Да.
- С этого мы начали.
- Что?
- Папа?
- Ну дело же пошло.
Это же был адский верняк.
А если
есть преимущество,
надо им пользоваться.
- Сколько?
- Всё, что было.
- Значит, мой трастовый фонд...
- Пуст.
- Боже. Меня сейчас вырвет.
- Ну ты же пил сегодня "Айс Джус".
- Никогда
раньше не произносил
слова "пафосный",
но этот дом именно такой.
- Я этим словом тоже не пользуюсь,
но вы, пожалуй, правы.
- Приятно, наверное. Моя квартира,
наверное, в четыре
раза меньше вашей,
да и район намного хуже этого.
Зимой вечно отопление пропадает.
- Вы описали моё детство.
- Иногда я гляжу вокруг
и удивляюсь, почему я
до сих пор не уволился.
Ваш шеф предлагал мне
такие же возможности.
- Правда?
- Практически на коленях умолял
меня пойти к нему работать.
А я отказался, вернулся домой,
посмотрел на квартиру
и минут десять
чувствовал себя идиотом.
- Могу вас понять.
- А потом я заснул, потому
что совесть моя чиста.
Я на своём месте
и делаю нужное дело.
- Что ж, поздравляю.
А теперь я пойду домой.
- Да, конечно, пойдёте, но,
когда вы ляжете в постель,
я хочу, чтобы вы подумали, какую
цену вы платите, чтобы жить здесь,
работать на Акса и быть собой.
- Я думаю об этом постоянно.
- Значит, надежда ещё есть,
потому что скоро вы
перестанете об этом думать.
Вы будете жить, богатеть,
купите квартиру получше,
часы подороже и
самолёт побыстрее.
Только для вас это будет неважно.
Вечно мы не те слова говорим.
- Типа "пафосный"?
- Нет. Например, "душа".
Ваша душа.
Аксельрод всё чаще будет
требовать от вас то,
что постепенно изменит саму
вашу природу. А я здесь,
потому что могу это
предотвратить.
- Я не верю в душу.
Ни в традиционном понимании,
ни в более современном,
подразумевающем общую взаимосвязь
и духовное просвещение.
А верю я в действия, в цели,
в истинность призвания
и в препятствия, которые
этому сопутствуют,
и поэтому чувствую, что живу.
"Акс Кэпитал" даёт мне
и это, и даже больше.
Так что вы переживайте за мою душу,
а я буду работать.
- Как-то я ждал большего,
за две тысячи баксов-то.
- Остальные я отправила в больницу.
- Хорошее решение.
- Знаешь, на кого ты сейчас похож?
- На кого?
- На эту сволочь
Бобби Аксельрода.
Давно не виделись.
- У меня удачный день.
Рад, что ты заметила.
- Да, я заметила.
Это ведь не я всё воспринимаю
как само собой разумеющееся.
- Ты права.
Поэтому я и принес с помощью
цветов официальные извинения.
- Тогда я их официально принимаю.
- Значит,
можем начать сначала?
- Да.
- Так у нас первое свидание?
- Ну да.
Расскажи что-нибудь о себе.
- Работаю в финансах.
- Какая тоска.
- Нет,
только не сегодня.
Сегодня я всех порвал.
Над этим проектом
я работал долго.
- Кого именно ты порвал?
- Роудса.
На клочки. Опустил его вложение.
Помогли твои дружки из
бара, да много кто.
- Хорошо.
- Это не пицца от Бруно.
- В жопу Бруно.
Это Райан приготовил
в дровяной печи.
- Помнишь наше самое первое свидание?
- Икра.
- Я пытался тебя поразить.
- Тебе удалось.
Я тогда икру
вообще не любила.
- А потом привыкла.
- Всё лучше, чем анчоусы.
- Да уж по-любому.
Эй, ты чего?
Что с тобой?
- Я стараюсь.
Не знаю, Бобби.
Я правда стараюсь.
- Бабки, которые мне нужны, -
на счёте, открытом
на твоё имя. Твой траст.
- Ну, если помочь
вам с Айрой можно только так...
- Так ты...
- Да.
Вскрывай.
Ты бы хотел завязать мыть полы,
выйти на волю
и поехать домой с платиновыми часами
на руке вместо браслета на лодыжке?
- Когда? Как?
- Практически немедленно.
- Любой наш договор должен
быть письменным.
- Условия твоего
освобождения - да.
А то, что мы виделись
и что я тебе поручил,
навсегда останется тайной.
- Я согласен на всё.
- По моей команде ты
позвонишь Бобби Аксельроду,
скажешь, что надо увидеться,
причем срочно.
А когда он приедет,
ты скажешь ему правду.
- Какие планы?
- Что мой отец, Чак Роудс-старший,
приобрёл большую долю
в новой компании.
- ...долю в компании, которая
готовит первичный выпуск акций.
- "Айс Джус".
- "Айс Джус".
- Охренеть.
- Думаю, я справлюсь.
- Сегодня у меня горькая радость.
- Почему, сэр?
- Твоя поездка в Нью-Йорк
произвела впечатление.
Особенно на генпрокурора.
- Сэр?
- Тебя назначили И.О.
прокурора Восточного округа.
- Меня назначили?
- Генпрокурор сказала:
"Он излучает ум и амбиции как
асфальт Оклахомы - волны тепла".
Тебе пора на поезд.
Я знал, что ты будешь моим
начальником.
- Роудс?
- А вы что думали, в сказку попали,
мистер Дэйк?
- Так это вы подсказали
генеральному прокурору.
- Я никого не заставлял.
Просто сказал,
что вы излучаете ум и амбиции как
асфальт Оклахомы - волны тепла.
И она согласилась.
Даю совет:
вступив в должность,
долго не раскачивайтесь.
В вашем распоряжении будет
хренова туча агентов ФБР,
и вот как я предлагаю
их использовать:
Аксельрод.
Отследить действия Бобби
Аксельрод почти невозможно.
Поэтому надо мониторить
не только его операции,
но и следить за всеми, с кем он
контачит, и с кем контачат они.
Схема будет незаметная,
но она будет.
В одном только Нью-Йорке -
восемнадцать точек "Айс Джус",
следить придётся за всеми.
Он будет действовать со злым умыслом,
и поэтому чрезмерно рисковать.
Использует сомнительных сообщников.
Вам надо быть готовым ко всему.
- Держите.
- Спасибо.
- Пошёл рост. Когда ты вступишь?
- Скоро долбанём.
12 серия
В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
- "Айс Джус". Могу получить
контрольный пакет, нужны бабки.
- Ты же знаешь, мои деньги
в трастовом фонде.
- Траст был открыт для тебя.
- Ну, если помочь вам
с Айрой можно только так...
- Роудс-старший приобрёл
долю в компании,
которая готовит
первичный выпуск акций.
- Охренеть.
- Было бы здорово суметь насрать
им в кашу.
- Помнишь отравленные стрелы,
что пробивали одного
врага и убивали другого?
- Яд ужасного листолаза.
- Вот что нам нужно.
- Да, пару дней будет тяжко.
- Но эффект исключительно временный?
- Но я бы не рекомендовал.
- Отравления напитками "Айс Джус".
- Кто-нибудь ставит,
что оно не упадёт?
- В таких позициях Акс не ошибается.
- Выходи из игры, Чак, тебя раздавят.
- Приятно знать, что ты считаешь
меня беззащитным.
- Но ты не понимаешь, что творится.
- Да нет, я прекрасно понимаю,
что ты в меня не веришь.
- Чак, конец света.
Меня сейчас вырвет.
- Сегодня я всех порвал.
- Кого именно ты порвал?
- Роудса.
На клочки.
- Я вот-вот прижму Акса.
- Ты его прижмёшь.
- Ларри.
Тебе разрешили погулять?
- "Разрешили" для меня
уже не актуально.
Сегодня первый день новой
жизни: я свободен и чист.
А вот ты...
Считай это моей
ответной услугой.
Сегодня тебя арестуют, Роберто.
- Подробнее ты, конечно,
не расскажешь.
- Я не в настроении ковыряться в
деталях, я на воле и тороплюсь жить.
Но чисто по дружбе
буду рад сберечь твои часы.
- Кто приходил?
Бобби?
- Лоренс Бойд.
- Как?
- Видимо, договорился.
Он меня продал.
- За тобой придут?
- Говорит, меня хотят брать.
- Когда?
- Сегодня.
Надо узнать, херня
это или правда.
Если правда,
надо кое-что успеть сделать...
- Да, мы это обсуждали.
Готовились к этому.
Но я никуда не побегу.
И дети тоже.
Это нечестно.
Делай что должен,
а мы останемся.
- А кто предлагает бежать?
Я и не собираюсь.
Мы останемся и дадим бой.
- Для закоренелого бюрократа у тебя
тяга к драматизму как у Дэвида Блейна.
- Потому что я выбрал место,
куда никто из нас не ходит?
Это не драматизм, а спецподготовка.
- Ну да.
И что, мы для каждой встречи
будем искать местечко поукромнее?
- Да, если эти встречи будут.
- Ты ведь не просто с помпой получишь
место, ты сделаешь всю работу сам.
- Я знаю, что вы за человек, Роудс.
Вы хотите запустить руки в дело
Аксельрода и от души там пошуровать.
Вы думаете, я позволю вам
это в знак благодарности,
но ваше участие исключено.
- Это всё равно, что
не разрешать корове
участвовать в
приготовлении стейка.
Без неё стейка не будет.
- Я вполне способен
отправить Аксельрода в тюрьму теми
способами, которыми располагаю.
Вы мне больше не нужны.
- Я пошёл на серьёзную жертву
и не останусь с пустыми руками.
Если не дашь мне прыгнуть
в грязищу вместе с тобой,
значит, мне нужна компенсация.
- Слушаю.
- История с "Айс Джус" не
должна засветить мою семью
и участие моего отца как инвестора.
Разберись.
- Я не могу скрыть то, что узнал.
- А я не прошу тебя скрывать.
Мне надо, чтобы ты
был не в курсе дела.
- Некоторые назвали бы
это замалчиванием.
- Да. Люди без воображения.
Без огня в глазах.
- Я устрою Аксельроду последний
звонок. В этом я не сомневаюсь.
Остальное узнаете из новостей.
Я не стану выполнять
вашу просьбу,
и больше вы в этом
деле не участвуете.
Отныне
есть только я и мои люди.
- Сложно с тобой, засранец.
Хочу тебя предупредить.
Хочешь рвануть за Аксом
без моего участия?
Сделай важное дело.
- Что именно?
- Захвати мешки для трупов.
- К сожалению, набранный вами номер
не обслуживается или был отключён.
- Алло?
- Слава Богу, дозвонился.
- Я сама уже хотела звонить.
- Да?
- Не буду тянуть,
я не рада, что оказалась
права насчёт акций.
- Проехали. Всё отлично.
На это фронте - никаких проблем.
- Хорошо, что сегодня к психологу,
ты явно избегаешь этой темы.
- Нет.
Я принял решение, хватит с нас
этой семейной терапии. Серьёзно.
- Я не думала...
- К концу дня ты всё поймёшь.
Мы можем говорить об этом хоть
до бесконечности, но только вдвоём.
- Знаешь, люди - и мы с тобой -
ходят к семейному психологу, чтобы
рядом было незаинтересованное лицо.
- Знаю.
Но ещё я знаю, что
мне плохо без тебя.
А слёзы и сопли, которые мы -
ну, как минимум, я -
пускаем на сеансах, дают
противоположный эффект.
- Понятно.
- Сегодня после
работы я приду домой
и, когда мы всё открыто обсудим,
надеюсь, ты тоже вернёшься домой.
Если нет, мне придётся
с этим смириться,
но я буду ждать.
- Я получил твоё cмс. Если арест
и надвигается, то мне не сообщали.
У Холла есть какие-то сведения?
- Холл исчез. Нет никакого Холла.
- Боже.
Значит, всё серьёзно.
- Узнай, что сможешь. Поищи лазейки.
- Понял.
- Если арест неизбежен, договорись
об условиях явки с повинной.
В конце дня, без
камер и сразу залог.
А когда все провентилируешь,
будем копать.
- Ладно. Слушай, пока суть да дело...
- Я уйду в подполье.
- Не желаете ли...
- Нельзя переспать с Сашей Грэй и
ждать, что утром это будет Белоснежка.
- То есть?
- Надо знать, кого трахаешь.
- Вы застали меня врасплох.
- Это вы меня застали врасплох,
а не я - вас.
Мне сообщили, что вы стоите
за охотой на Аксельрода.
Вроде как другой округ работает,
но ваши следы там повсюду.
- Аксельрода вот-вот возьмут.
Я запустил процесс,
но на меня никому не выйти.
- Тогда почему я об этом знаю?
- А откуда вы об этом знаете?
- Я раньше трахала Фредди
Рейеса из генпрокуратуры.
В самой генпрокуратуре - только раз.
Короче,
слухи дошли до Вашингтона.
Меня это не устраивает.
Моя репутация подвязана на вашу.
А вы меня подставляете.
- Я вас подставляю?
- Да, подставляете.
Мы же изначально договорились, что вы
рассказываете мне обо всём и сразу,
то есть, моментально. Всегда.
- Хорошо. Хотите кофе? Чай?
- Давайте без этого.
- Фоли знал, что я
могу пойти на Акса.
Это нужно, чтобы
перейти на следующий этап.
- С Джеком Фоли нет никаких "могу".
Действия втихаря неприемлемы.
Если он решит, что вы
врёте ему или мне,
то будет считать себя
свободным от обязательств.
- Так убедите его, что я не вру.
- Сначала вы меня убедите.
- В настоящий момент
я прорабатываю вопрос с
прокурором от Восточного округа,
чтобы о моей роли и роли моей
семьи никогда не узнали.
- Вопрос решён?
- Я в процессе.
И, если не выйдет и участие
моего отца выплывет,
он, естественно, подтвердит, что
залез в мой траст без моего ведома.
Примет удар на себя.
- Это нужно в письменном виде.
- Не вопрос.
Не волнуйтесь, Джордж,
скоро мы все будем в Олбани
с ухмылками на рожах.
И никакой "Айс Джус"
этого не изменит.
- Я согласилась с вами работать.
Это было ошибкой?
- Никак нет.
- Попробую убедить Фоли.
- Рико!
Тут полицейских нет?
- Нет.
- Если появятся, сообщи.
- Конечно, шеф.
- Доброе утро. Кофе?
- Спецкоробку.
Забери и сожги.
- Неужели началось?
- Думаю, что да.
- Сука.
Неси шредеры. Быстро.
Займёмся бумагами.
Жёсткие диски пойдут
под плазменные резаки.
Давай обсудим, что дальше.
Инвесторы рванут на выход в
течение суток после ареста.
Назначь директора
по инвестициям.
Не знаю, кого ты хочешь,
но выбрать надо сейчас.
- Я - директор
по инвестициями, мы же "Акс Кэпитал".
- Хефе, как ты в такой ситуации
останешься в седле?
То, что мы сделаем или не сделаем
в первые секунды после ареста,
либо спасёт нам сотни
миллионов, либо их отнимет.
- Твою мать.
Да, тут ты прав.
Тэйлор!
- Доброе утро.
- Пара вопросов. Первый:
оценка рынка за месяц.
Второй: как отреагирует рынок на
следующее федеральное совещание?
Третий: если нужно быстро
ликвидировать все наши позиции
и выйти в нал, чтобы раздать
компенсации без убытков,
как это сделать?
Построй модель.
- Хорошо. Сейчас же займусь.
- Что я же мальчишкам-то скажу?
- Правду скажешь.
Правительство врёт как сука
и мальчишки могут дать по зубам кому
угодно, кто будет на тебя гнать.
- Я задержался.
Вот такая со мной теперь связь.
Жди звонка.
- Вопрос.
В настоящий момент Лоренс
Бойд: "А" - моет полы;
"Б" - чистит сортиры;
"В" - чистит картошку; или...
- Я думаю, "Г". Свой вариант ответа.
- Хорошо вас в Принстоне учат.
- Покончил с собой?
- Ну ты загнула.
Нет, в тюремном
управлении говорят,
его отпустили.
- Это что ещё за херня?
- Я же сказал, что не буду больше
с вами разговаривать.
- А я и не поболтать звоню.
Я звоню как адвокат
Роберта Аксельрода.
- Неприятно вам, наверное.
- Брайан,
как быстро вы совершите арест?
Ордер уже есть?
- Оррин, я вообще не врубаюсь,
о чём вы.
- У тебя есть вопросы? У нас - есть.
- Нам надо к Чаку.
- Он уехал.
- Я ему позвоню.
- В данный момент он недоступен.
- Никакого отравления
"Айс Джусом" не было.
- Они симулировали?
- Нет,
они отравились, просто
не твоим продуктом.
Через какое-то время станет
известно, что это был
саботаж.
Умышленное преступное деяние с целью
навредить компании, и это сделал...
- Аксельрод.
- Да.
- Он пошёл на нас.
На тебя.
- Да.
- И Айра сможет отсудить
у Аксельрода свои деньги.
А я, видимо, нет.
- Да.
- А почему?
- Потому что тогда всплывёт его имя,
показания и всё такое, а Чак
это всё затеял не для этого.
Правда,
сын?
- Да, папа.
Правда.
- Так это наживка.
Моя компания,
карьера, моё будущее.
- Мои деньги.
- И мои тоже. Да.
- Ничего себе.
Ну ты и наглец.
- Невероятно, ты
заставил меня извиняться
и никто при этом не травился.
- Ты вернёшь свои деньги.
Когда уголовное дело
дойдёт до суда, мы...
- После предъявления обвинения
и судебного процесса, который
протянется года четыре?
А то и семь? Тогда?
- Я стану губернатором...
- Губернатором?
Да ты охренел?
Когда это всплывёт...
- Не всплывёт.
Ты сам позаботишься об этом.
Чтобы о моём участии не узнали.
В твоих же интересах, чтобы
я стал губернатором.
Действуй по уму,
а не по эмоциям.
- Зачем? Ты же не стал.
- Это письменное заявление о том,
что ты по своей воле
использовал мой траст.
Я об этом ничего не знал.
Папа, ты должен подписать.
Ты ведь об этом и мечтал:
я, твой сын,
твой отпрыск - губернатор,
за рулем.
- Закрой дверь.
Меня не должны
здесь видеть.
- Ты насчёт себя или Акса?
- Я насчёт всех, но об этом не
должны узнать раньше времени.
Сядь.
- Складывай слова в предложения,
может, тогда я пойму, что тебе надо.
- Так ты не знаешь?
Мне нужна твоя помощь, но я не
уверен, что могу тебе доверять,
поэтому не знаю, с чего начать.
- Либо говори, либо нет, Вагс.
- Акса собираются арестовать.
- Чак?
- Мы не знаем.
Я хотел, чтобы он делегировал
полномочия, но не вышло.
- Если ты об этом заговорил,
то он примет решение.
- Его надо подтолкнуть.
- Так.
- И,
чтобы стать реальным лидером,
я должен проявить характер.
- Ты готов сделать всё, что нужно.
- Я в этом сомневаюсь.
- Что ты чувствуешь?
- Аритмия,
раздражающий пот по спине,
яйца втянулись дальше некуда.
- Паника?
- Она.
- Значит, ты понимаешь,
что будет тяжко.
Значит, адреналин
поступает в нейроны,
а значит, ты готов ко всему,
что тебя сегодня ждёт.
- А если мне понадобится
поддержка?
- Я здесь.
- Навсегда?
- Я здесь.
Сегодня.
- Это что за херня, Луис?
- Счёт на новый растворитель.
- Это я вижу. Почему он на сорок
процентов дороже перхлорэтилена?
- Перхлорэтилен - это плохо, шеф,
для людей, для окружающей среды.
А новый - органический.
- Нет, новый - слишком дорогой.
Бочки от него у нас теперь есть,
дальше засыпай в них перхлорэтилен.
Подожди минуту, Луис.
Ну что, началось?
Ясно. Ну что будем делать?
Как выкручиваться фирме?
Кому передашь управление?
Чисто для справки:
я буду держаться сколько нужно,
и уступлю место, как
только тебя выпустят.
- Пока рано суетиться.
Планы ещё только строятся. Когда и
если ты понадобишься, я тебя найду.
Неужели ты вложил в это свои деньги?
- Разнообразие портфеля,
наличный доход.
Но я всегда готов
заняться "Акс Кэпитал".
- Знаю, но я не за этим.
Ты через это прошёл.
Я хочу знать, что будет,
когда меня сцапают.
Всё, поминутно.
- Я бы сказал, что ничего страшного,
но масштаб личности не тот.
Тебя хотя бы предупредили.
Уже хорошо, что не сюрприз.
- Да.
А дальше?
- Перед арестом как следует поешь.
Будут морить голодом.
Или накормят помоями.
Что важнее, надо успеть посрать.
Там, это будет вообще не в тему.
Что, реальные вещи говорю.
Дальше.
Есть как минимум один охранник,
готовый на подкуп.
Найдёшь пидора и забашляешь...
- Миссис Аксельрод.
- Я пытаюсь решить,
как защитить свои интересы.
- Боюсь, не могу вам помочь.
Я работаю с вашим мужем. Дело не
только в конфиденциальности, но и
в лояльности. Есть строгие правила,
которые я не могу нарушить.
Поэтому...
- Пусть это будет
неофициальная консультация.
Что я могу сделать
сегодня, чтобы защититься?
Разумно ли прибегнуть
к крайним мерам?
Раздельное проживание, развод?
- Вынужден просить
вас забрать деньги
и положить обратно в сумку.
Я не стану обсуждать
с вами эти вопросы.
Я не могу ни официально,
ни неофициально указать,
где расходятся ваши интересы
и расходятся ли вообще.
По-человечески
я понимаю, как у вас
сейчас путаются мысли.
Но вам лучше найти
другого консультанта.
- Хотя бы скажите мне,
чисто по-человечески.
Если я останусь,
мои собственные средства...
- Поначалу все счета заморозят.
Это придётся пережить.
Но у вас нет брачного контракта.
Значит, половина - ваша.
Прокуратура не докажет, что все
получено незаконно, мы ей не дадим.
- Моё останется моим.
- Доброе утро, парни.
Кредитками
попользоваться не хотите?
- Нормально.
- Посмотри на них. Трудятся.
И даже не знают, что их ждет
залп из огнемёта.
- Надо успеть поговорить с
ними до первых заголовков.
Групповой сеанс,
пускай все выскажут свои страхи,
тех, кто слабоват, отправим домой,
в отпуск, например, а остальные
будут спасать "Акс Кэпитал".
- Да.
Я признателен тебе за поддержку.
Но нет.
Мне не нужен спортивный врач,
который не выпустит людей на
поле с диагнозом "сотрясение".
Мне нужен врач с
запасом нашатыря,
ампул с кортизоном, стероидами
и фуросемидом, мать его так,
который замотает им суставы
и выпихнет обратно в игру.
- Ясно.
Смотри,
какой ты властный.
- Я рад, что мы в одном окопе.
- Чак.
У нас в Ирландии в такие моменты
один мужик бьёт другого по морде.
- У тебя скоро будет такая
возможность, Брайан, но ты не ударишь.
- Тогда объясни-ка...
- Не сейчас. У меня в
кабинете Сэкер ждет.
Ну что у тебя?
- Это тяжело.
- Да?
- Я ухожу в "Салливан энд Кромвелл".
- Я не готов тебя потерять.
- Если честно, Чак,
ты бы это доказал,
если бы дал мне прищучить
тех, кого я хотела.
Я пришла сюда по двум причинам.
Чтобы быть рядом с лучшим
прокурором в истории,
учиться у него
и реально отправлять
злодеев на кичу.
- Ну да, всё получилось.
Если бы не я, ты бы и
слова такого не знала.
- Всё изменилось. Пора и мне.
Новая работа позволит
мне работать
с большими уголовными делами
по своему усмотрению.
- Главные победы в
моей жизни требовали
серьёзной дисциплины,
терпения и доверия.
Поэтому я прошу тебя
подождать один день.
Посмотри, что тут и как,
а там, глядишь,
у меня будет более
интересное предложение.
Подожди.
И если ты не передумаешь,
я благословлю тебя и отпущу.
- Я предвидел нашу встречу.
Но думал,
что это будет после
ареста вашего клиента
или после объявления
таких намерений.
- И всё же мы встретились.
И
мой клиент хотел бы вернуться
к нашему прежнему договору о
юридической неприкосновенности.
- От которой вы отказались?
- Именно так.
- Договора больше нет.
Он умер и лежит в гробу
под слоем земли.
И, как вам уже
почему-то известно,
сегодня я арестую вашего
клиента и предъявлю обвинение.
- Давайте организуем
явку с повинной.
Без скандалов.
Никакой прессы,
обсудим заранее залог, он
попрощается с женой и явится сам.
Без наручников.
- Вы в кабинете прокурора,
мистер Бах.
А не ковёр на рынке покупаете.
Я не торгуюсь.
Я арестую его тогда
и так, как сам пожелаю.
- Ты меня сначала найди, задрот!
- Мистер Бах, матерь божья.
Я доложу о вашем поведении
в коллегию адвокатов.
- Ну что ж,
пойду пока, обосрусь от ужаса.
- Я знаю, как это сделать.
- Перезвоню.
Отлично. Выкладывай.
- Я лучше сообщу ему лично.
Во избежание неверных трактовок.
- Это правильно. Хорошо.
Акс договорится о встрече,
когда и если будет готов.
- Вы с ним на связи?
- А если да?
- Мне надо с ним связаться. Срочно.
- Нажми повторный набор.
- Мы встречаемся здесь, потому что
ты сразу же уйдёшь в открытое море?
- Откуда ты знаешь об аресте?
- Если забыть о прочих
отвлекающих вопросах,
ты просил защитить портфолио
при наихудшем исходе,
пока об этом не узнали все.
- Когда это случится,
все полезут смотреть наши
крайние квартальные отчёты
и копать под наши
ликвидные позиции.
- Единственный выход – их опередить.
- Ну и что скажешь?
- Через наш трейдинговый терминал
я экспортирую наши активы.
Импортирую все наши данные из
программы в трейдинговую систему.
Через фантомный алгоритм защищаю
крупные ликвиды от высокочастотников.
Беру шесть брокеров с шестью
корзинами по миллиарду -
валюта, технологии,
фармацевтика.
А потом по твоему
сигналу жму кнопку.
Потеряем процентов пять,
но это же срочная распродажа.
И, если тебяарестуют,
ты назначишь меня
директором по инвестициям.
Я соглашусь.
- Не уверен, что это понадобится.
- Потому что знаешь, что,
даже работая вполсилы,
сам справишься лучше,
чем я, и это правда.
Но в долгосрочной перспективе
тебе надо полностью сосредоточиться на
том, как выбраться из этой ситуации.
Ты должен знать, что я
справлюсь с бизнесом,
чтобы переключиться
на насущные проблемы.
Я ещё слишком мало знаю,
чтобы тебя потерять.
- Приступай к работе
и жди моего сигнала.
Чисто для справки:
осадка моей яхты слишком
низкая для этой сраной лужи,
и я никуда не убегаю.
- Спасибо, что пришла.
- Ты опять куришь? На хера?
- Да насрать.
Мне нужен твой телефон.
- Да?
- Да.
- Ладно.
- И ещё я хочу немного вложиться.
В развитие бизнеса.
- Супер.
- Но запишем на твоё имя.
- Хвоста не было?
- Я был осторожен.
- В детстве это место было
моим святилищем. Всё изменилось.
Правила изменились.
Когда я сюда ходил,
противник мог взять шар в руки,
только если ты выбил его со стола.
Теперь всё не так. Хоть
чуть-чуть промазал -
он берёт шар
и ставит туда, куда ему надо.
Берёт и ставит.
Дашь хорошему шпилеру
такое преимущество -
считай, проиграл.
- Бобби,
мы ещё повоюем.
- Уверен?
Держи.
- Славно.
Сдашь паспорт -
я тебя быстрее вытащу.
- У тебя было много
таких клиентов, как я.
Что они говорят своим детям?
Я вообще без понятия, как
объяснить мальчишкам.
- У всех так. Поначалу,
по крайней мере.
Но
ты хороший отец.
Когда придёт время, скажешь.
Напомнишь им,
что они тебя знают,
кто бы что ни говорил.
- Вот наша троица.
Триумвират. Трика.
Всё на наших плечах.
- На тебе инвестиции.
- Да, если до этого дойдёт.
- Чувствуешь готовность к этому?
- А ты как считаешь?
- Да.
- Чего?
- Мне тут надо счет завизировать.
- Я их даже не смотрю, подписываю
их сразу пачкой. Повторяю: чего?
- Ну
просто вы целый день молчком.
Народ уже волнуется,
ну и меня выбрали...
Я сам вызвался
пойти узнать...
- Ладно. Мэфи,
давай прогуляемся.
- По-моему, вам тоже придётся тяжко,
если останетесь - с перспективой
судебного преследования.
Вагс думает, что останетесь.
А я ставлю семь к трём, что нет.
- Я тут единственная,
кто не занимается вычислениями.
Мой навык - помогать людям
становиться теми, кто они есть.
Фирма оказалась в
очень серьёзной жопе,
но, несмотря ни на что, я знаю точно,
в чём "Акс Кэпитал" лучше всех.
И ты поможешь этого добиться.
Со мной или без меня.
- Я не показывал документ адвокату
и ничего не менял.
- Я тебе очень благодарен, папа.
- Ты не благодарен.
Ты этого ждал и
воспринимаешь как должное.
Ты этого не замечаешь, но, когда я
перестану что-то делать, - заметишь.
Клянусь милостью Божьей.
- Суть милости Божьей,
как я её понимаю, в том, что
она ничего от тебя не ждет,
кроме любви и преданности,
в чем я тебе никогда
не отказывал.
- Нет, и то, и другое
ты от меня получил.
И сейчас получаешь
безо всяких условий.
- Так это - безусловная любовь?
- Если ты этого не видишь,
значит, я плохой отец.
- Пап.
- Вот что:
я всегда буду твоим отцом,
а ты - моим сыном.
Ты скажешь
на моих похоронах про меня много
важных слов. А до тех пор -
забудь обо мне.
- Со временем ты остынешь.
- И ещё одно.
Это тебе.
Открой здесь. Я хочу это видеть.
Мой человек проследил
за ними до отеля.
Погляди,
как они светятся с утреца.
Пока ты спасаешь свой брак,
твоя жена занимается вот этим.
Ты получил, чего на
самом деле хотел.
Теперь ты сам по себе.
- Ребята, вы, наверное, хотите
знать, зачем я приехал.
Меня сегодня арестуют.
- Что?
- Пока что вам надо знать одно.
Власти скажут, что я
сделал что-то плохое.
Но власти - это кучка
лживых мудаков.
Нет. Это не правда.
Иногда они врут.
Иногда говорят правду,
как и все люди.
Как я.
Большинство узнаёт такие вещи об отцах
намного позже, но всё равно узнаёт.
Я не безупречен.
Я не идеальный,
не всегда бываю прав.
И не всегда побеждаю.
Я облажался. Сделал кое-что плохое.
Если поэтому я - плохой человек,
вы должны решить это сами,
и не только сейчас, а много раз, пока
будете взрослеть и становиться умнее.
Но запомните:
я всё равно ваш папа.
И я буду бороться.
Я буду очень стараться
победить, но могу проиграть.
Но я не сдаюсь.
- Мы тоже не сдадимся, папа.
- Идите сюда.
Ведите себя хорошо,
вы же можете.
Слушайтесь маму.
- Мы тебя любим, папа.
- Ну всё. Бегите.
- Счастливо.
- До свидания.
- Привет.
- Началось. Это точно.
- Твою мать. Господи, Бобби.
- Это телефон сестры.
- Сегодня.
- Не зря прослушивали.
- Держи детей рядом.
В школу завтра не пускай.
Вряд ли меня оставят
на ночь, но всё-таки.
- Но ты же зайдёшь домой?
- Да. Да. Затем и звоню.
Скоро заеду, обниму тебя.
- Хорошо, я буду ждать.
- Так. Мы знаем, куда он едет,
значит, и нам надо туда же.
- Это машина Аксельрода.
Мы въезжаем. Будем брать Аксельрода.
Вперёд! Пошли, пошли!
Он в машине.
- Из машины!
- Да я её просто подогнал.
- Взять.
- Стоять. Руки на машину.
- Это что за хмырь?
- У нас ордер на арест
Роберта Аксельрода.
- Его нет.
- Проверим.
У нас ордер на обыск территории.
Посторонитесь, мэм.
- Аккуратность необязательна.
Твою мать.
А код у меня спросить
не судьба?
- Отойдите, мэм.
- Семейная реликвия.
- Аксельрода нет на территории.
- Что значит "нет на территории",
мы же перехватили звонок.
Вот зараза. Он знал.
Пошлите резервные группы в офис,
квартиру, в дом в Хэмптонс, срочно.
- Отойдите, пожалуйста, у нас ордер.
- Что я вижу, мой невезучий
подражатель из Восточного.
Что там с твоим делом?
- Машины и телефоны
Аксельрода ничего не дали.
Его кредитки засекли на
разных концах англомерации.
Он ускользает. А я
буду выглядеть мудаком
на первой же операции.
- То есть, тебе
нужна моя помощь?
Ну конечно, я помогу.
Мы же одна команда.
- Я предвидел, что
ваша деловая природа
рано или поздно заставит
вас повторить просьбу,
и решил согласиться.
Никто не узнает об участии вашего
отца. Никаких следов не останется.
- Хорошо.
Принимаю.
Но это было утреннее
предложение.
А перед самым закрытием
срочность возрастает.
- Назовите условия, а я решу,
по плечу ли мне это.
- Я помогу принять решения
по сотрудникам.
- По одному
сотруднику.
- И, конечно, с этого момента -
никаких секретов,
чтобы решать проблемы,
подобные этой, своевременно.
- Хорошо. Согласен.
Как мне найти Аксельрода?
- Поставь на прослушку телефон жены.
- Я же вам уже сказал...
- Не его жены.
Моей.
Брайан,
давай-ка сгоняем на выезд.
Твои подозрения верны. Так или иначе,
к вечеру Акс будет за решёткой.
- Но берём его не мы. А кто?
- Восточный.
- Дэйк? Дэйк получит наше дело?
- Ты же знаешь, нам
нельзя участвовать.
Дело слишком личное.
- Ты сказал, что нашёл выход.
- Да, нашёл.
- Херня это всё.
Он не придёт.
Идите, он не придёт.
- Да, вон она. Ты её знаешь.
- В данный момент - да.
- Не верится.
- И всё-таки.
- Я, бывало,
сомневался, что увижу это.
- И больше тебе видеть не надо.
Уйди, чтобы тебя не могли
вызвать свидетелем,
ведь обвинителем от
Восточного будешь ты.
- Это и есть твой выход?
Ты что, серьёзно?
- Ещё как.
- И Дэйк согласился?
- Скорее сдался, чем согласился,
но вы, я думаю, сработаетесь.
- В таком случае,
счастливо, шеф.
- И передай Сэкер, что я сделаю
её главной уголовного отдела.
Если она останется.
- Не знал, придёшь ли ты.
- Я и не собиралась.
Но, когда поняла, куда
надо идти, передумала.
- А если бы я извинился за то,
что заставил тебя уйти?
За то, как вернул тебя,
как обращался с тобой,
когда ушла Лара?
- Ты за всё это просишь прощения?
- Да.
- Тогда я тебя прощаю.
- А если я скажу,
что все решения,
принятые мной с тех пор,
как мы работаем вместе,
были неверными?
Ты поможешь мне найти выход?
- Да.
Я бы очень этого хотела.
Именно это мы с тобой и сделаем.
- Роберт Аксельрод, вы арестованы.
- Пошли. Вперёд.
- Взяли?
- Начинаем.
- Ты - директор по инвестициям?
- Да.
- Правильное решение.
Буду нужен - сразу зови.
- Надо связаться с этими инвесторами.
Свои капиталы они получат
завтра к вечеру.
Проблемы будем решать
личными средствами Акса,
а собрание созовём, как только
с Акса снимут обвинения.
А эти обвинения - полная херня.
Так и скажи.
- Приступил.
- Лицом к стене.
- Можно обернуться.
- Я всегда думал, что худшее в
тюремном заключении - это сокамерник.
Ты доказал, что я был прав.
- Худшее ещё впереди.
- Напрасно ты сюда пришёл.
- Правда?
- Да. Как только Бойд пришёл ко мне,
я понял, что это твоя работа.
Что ты подцепил меня через него.
- Да, как по нотам.
- И ты только что подтвердил,
что заманил меня в ловушку.
- Я тебя поймал.
Это очень большая разница.
- Ну я тут ненадолго.
- Нет. Такой махер, как ты,
конечно, заплатит залог.
Но ощущение свободы
будет недолгим.
Или вообще не будет.
- В каком-то смысле
я тебя недооценивал.
- Правда?
- Да.
Я не понимал, как сильно
ты хочешь почувствовать себя мужиком.
Ты спустил сколько, двадцать
семь миллионов долларов?
Потерял всё до гроша,
только чтобы поймать меня,
и в процессе почти разорил
отца и лучшего друга.
Я могу быть безжалостным в бизнесе,
но ты ведёшь себя как
Келли-автоматчик,
поливаешь всех, кто поблизости.
- Может быть, но, скажу тебе, когда
я думаю, сколько денег я потерял,
чтобы увидеть тебя в тюрьме,
у меня одна мысль:
оно того стоило.
- Надеюсь.
Потому что, когда я отсюда выйду,
то уже никогда не вернусь,
даже если придётся
просрать в сто,
даже в тысячу раз
больше бабок, чем тебе.
- Утешай себя.
Глядишь, не так тяжело будет
грядущими бессонными ночами.
Хотя, не важно.
Никакие деньги не помогут
исчезнуть видеозаписям
с твоими отравленными
приспешниками,
как не исчезнут доказательства
твоих махинаций
на рынке ценных бумаг.
Из-за ненависти ко мне ты поставил
под удар всё, что тебе дорого.
- Я найду её.
Найду ниточку,
которую ты оставил,
даже самую крошечную,
но такую невероятно опасную.
Мы оба знаем, что она есть.
Ты прекрасно знаешь, о чём я.
Ты тут задвигал про
бессонные ночи.
Вот о чём ты будешь думать,
пялясь в темноту, потому что
я её найду. Ты же знаешь.
Я потяну за эту ниточку
и буду тянуть,
пока весь твой мир к
херам не размотается.
А когда я закончу, ты
не будешь губернатором.
Не будешь прокурором.
Даже адвокатом уже не будешь.
Да, я, может, и сяду за все эти дела,
но одно я знаю точно:
ты будешь сидеть в
соседней камере.
- Ух ты.
Я же говорю, Боб.
Оно того стоит.
- Уголовка твоя.
- Да ладно! Как?