Карточный домик (2 сезон, 2014 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

 

 

Карточный домик (2 сезон, 2014 год). Цитаты и фразы из сериала

 

«Ка́рточный до́мик» (англ. House of Cards) — американский веб-сериал в жанре политического триллера, созданный Бо Уиллимоном. Адаптация одноимённого мини-сериала BBC по одноимённому роману Майкла Доббса


Все фразы и цитаты

есть мат

1 серия

- Может, сядем в машину?
- Подождём.
- Ты что-нибудь купил конгрессмену
на день рождения?
- Нет.
- А я купил запонки.
Серебряные, с его…
- Мы не говорим о днях рождения.
И не делаем подарков.
- Почему?
- Верни запонки в магазин.
- Даг?
- Я вам звонил.
- Я оставил телефон в…
- Надо поговорить.
- Что случилось?
- Кристина.
Я только что с ней общался.
- Зои…?
- Да. Но это еще не всё.
Они вычислили Рейчел.
- Фрэнсис?
- Расскажи о Рейчел…
Где она?
- Всё под контролем.
- Я не это спросил.
- Я отвез её домой. О ней
можно не волноваться.
- Про Скорски ты то
же самое говорил.
Еще кто-нибудь в курсе?
- Только Джанин и Зои.
Они спрашивали об аресте Руссо, и им
известно, что он ездил к Капеньяку.
Полагаю, больше они
ничего не знают.
- Не надо полагать.
- Я сообщу Барни Халлу.
Что будем делать с Зои?
- С Зои я разберусь…
- Берись за работу.
- Да, сэр.
- Это я её опустошила…
Во вторник ты станешь на год старше...
И вице-президент не должен курить.
- Ты скоро кончишь?
- Что?
- Я уже всё.
- Что случилось?
- Ничего. Просто
кончай поскорее.
- Не обязательно. Если ты…
- Ладно, хорошо… Как скажешь.
- Зои, я что-то не так сделал?
- Нет.
- Не верится, если ты просишь
скорее кончить и сразу уходишь.
Успокойся, Зои…
Я не он.
- Доброе утро, Джэки.
- Доброе утро.
Ричард Расселл.
- Акт о Гражданских
правах, 63-ий год.
- Не всем дано повернуть ход
истории в нужное русло.
- Даже Линдону это
не сразу удалось.
Но без Рассела он бы
не стал президентом.
- Но здания сената
имени Джонсона нет.
- Да, ему пришлось довольствоваться
библиотекой…
Давно у нас не было
возможности поболтать, Джэки.
Ты была отличным заместителем,
работала эффективнее, чем
твои более опытные коллеги.
Ты – объединяющее звено
и боец, когда нужно…
Скажи, кем ты себя
видишь в будущем?
- Надеюсь на должность
в вооруженных силах.
Или в национальной безопасности.
- А в партийном руководстве
оказаться не хочешь?
- Возможно – лет через
8 или 10.
- А если я предложу сделать
это в ближайшее время?
Заменить меня.
Стать партийным организатором?
- Вас назначают вице-президентом?
- Допустим, это так.
- Разумный шаг. Но я
– парторганизатор?
- Да.
- Член конгресса трёх созывов?
- Всеобщая любимица, к
тому же – ветеран войны.
- Следующий в очереди Уэбб.
Или Бакуолтер.
- Но ты все же подумай об этом.
- Они будут отбирать
голоса друг у друга.
- Я не говорю, что тебе не придётся
побороться, но я дам тебе оружие.
Иди сюда.
- Что это?
- Мои досье на Уэбба и Бакуолтера.
Можешь взглянуть.
Поговорим через несколько дней…
Да, а чуть пониже – на тебя.
Советую начать с него.
- Что сказала Джанин?
- Стрип-клуб еще закрыт…
Ты займешься Капеньяком?
- Если он где-то
засветился, я его найду.
- Высади меня у метро.
- В офис не поедешь?
- Мне надо поговорить с Рейчел.
- Она все будет
отрицать, как вчера.
- Она не сможет отрицать, что была
в машине Стэмпера. Ты её видел.
- Может, тебе отправить
статью о её отце?
- Ее никто не напечатает.
- Рейчел этого не знает.
- Я уже ей этим грозила,
а она меня послала.
Это не работает. Мне
надо с ней увидеться.
- Поздравляю.
- Мы очень рады за вас.
- Спасибо.
- Я решил лично сообщить Бобу и Терри.
А теперь за дело.
Когда мне надо
отправляться в Питтсбург?
- Через 20 минут.
- Лечу с Джимом.
Агитационная кампания.
- Шансы хорошие.
- Весьма. Но мы не
хотим рисковать.
Поговорим о вашей замене, Фрэнсис.
Боб уже поделился своими мыслями.
- Мне нравится Уэбб.
- Уэбб – надежный выбор.
А вы думали о Бакуолтере?
- Бакуолтер – горячая голова.
- Может, всё же Уэбб?
- Уэбб – хороший тактик. Но ему
не хватает последовательности.
- Беда Бакуолтера в том,
что он слишком резок.
У него много врагов.
- Есть еще варианты?
- Они – старейшие члены партии.
Сейчас их очередь.
- Господин президент, пусть
выберет верхушка партии.
Проведем открытые выборы.
Они оба подходят.
- Руководство должно
иметь единое мнение.
Мы не можем поддерживать
разных кандидатов.
- А мы воздержимся, не будем
поддерживать ни одного.
- Я - за. В партии будут уважать
того, кто действует по старинке.
- Джентльмены, решать вам.
Договаривайтесь, а меня
поставите в известность.
- Спасибо, господин президент.
- Соедините меня с
секретарем Льюисом.
- Фрэнк, я не хочу с тобой
спорить: мы это уже проходили.
- Полностью согласен.
- Но меня беспокоят открытые выборы.
- Это просто предложение.
- Ладно, я подумаю.
- Спасибо.
- Я попробую его убедить.
- Удачи.
- Что вы тут делаете?
- Прими у меня заказ.
- Вы что-то выбрали, сэр?
- Ты должна уйти с работы. Скажи
Леону, что сегодня последний день.
- Почему?
- Веди себя естественно.
- Гарнир будете?
- Один раз тебя нашли.
Мы не можем рисковать.
- А что мне делать с деньгами?
- Делай, как я говорю…
Иди домой, собирай вещи.
Я заеду около десяти.
- А моё мнение хоть что-то…?
- Прекрати.
Один чемодан…
И всё.
- Вы можете хотя бы…?
- Я возьму мясной пирог
и брюссельскую капусту.
С собой.
- Нам суд не нужен.
Её адвокатам – тоже.
Но мисс Коул к голосу
разума не прислушивается.
Впрочем, если вы
дадите мне время…
- Если она хочет
судиться – пожалуйста.
- То, что она поступает
нелогично, не значит, что…
- Вопрос решён.
- Не горячитесь. Вы никогда
не действовали необдуманно.
Я свяжусь с ее адвокатами,
возможно, нам удастся…
- Через какое время
состоится суд?
- Клэр...
- Обозначьте временные рамки.
- Полгода – самое раннее.
- Сообщите её людям и
прекратите все контакты.
- Как ваш адвокат, я обязан
предостеречь вас от этого шага.
- Я всё поняла, спасибо, Оливер.
Спасибо.
Итак?
- Индивидуальную контактную
информацию мне не дали,
но здесь список всех врачей, служивших
в восточной Африке в последние 3 года.
- А полис страхования?
- Нужна форма согласия.
Она в пакете.
ПРАКТИКУЮЩИЕ ВРАЧИ,
ВОСТОЧНАЯ АФРИКА.
- Вы что-то хотели?
- Да. Мне нужна Рэйчел Познер.
- Ее нет.
- Но она придет?
- А что?
- Я ее знакомая.
- Ваша подруга меня
здорово подставила.
- Что случилось?
- Она ушла, прямо посреди смены.
Мне пришлось срочно
искать ей замену.
- Слушайте, я волнуюсь.
Рейчел в большой беде.
- Мне плевать на её личные дела.
- Мне надо знать, где она живет.
- Вы же с ней знакомы.
- Да. Но давно не виделись.
Она прислала сообщение, написала, что
собирается что-то с собой сделать.
А теперь не отвечает на звонки…
У неё психическое расстройство…
Помогите мне.
- Слушайте, я не могу.
Её справка о доходах и
адрес в абонентском ящике.
- Мне нужна любая информация.
- Гляну – может в офисе что-то есть.
- Спасибо.
- Если найдете её, скажите,
пусть не возвращается…
Мне не нравится
работать с психами.
- Нэнси?
- Да, сэр?
- Даг уже вернулся?
- Он у себя в кабинете…
Сэр?
Начали приходить открытки и
подарки ко дню рождения.
- Отправьте записки с благодарностью.
Подарки рассортируйте: ценные…
- В конференц-зал.
- Дешевые…
- Раздать стажёрам.
- Что делать с открытками, вы знаете.
- Да, сэр.
- Сегодня я ее заберу и
отвезу в городок Джаппа.
- Где это?
- Штат Мэриленд. В
получасе от Балтимора.
- Слишком близко.
- Мы хотим, чтобы она
исчезла – но не от нас.
- Хорошо. Телефон есть?
- Да.
С днём рождения.
Уже оплаченный. Надо лишь
включить и набрать код.
Есть ещё история звонков…
- Тем более нужно действовать осторожно.
Что у нас с Кристиной?
- Я ею занимаюсь. Она сейчас
в офисе Линды. Я звонил ей утром.
- Вы Джиллиан Коул?
- Да… Мы знакомы?
- Нет, не знакомы. Вы
знаете моего мужа.
- Вашего мужа?
- Дэвид Эпплбаум.
Значит, это правда.
- Это была ошибка.
- Хотите посмотреть на наших детей?
Я покажу фото.
- Миссис Эпплбаум, я…
- Кем вы себя возомнили?
- Мне очень жаль.
- Вам жаль? Я так не думаю.
И даже не рассчитывайте, что с помощью
ребёнка будете тянуть из нас деньги.
- Он даже не знает,
что я беременна.
- Но вы-то знали, что он женат…
Как вы могли? Он говорил о нас?
- Нет.
- Лживая тварь…
Я ставлю вас в
неловкое положение?
А вы подумали, как унизили
меня и моих детей?
В следующий раз, ложась в постель
с чужим мужем, предохраняйтесь.
- Прошло меньше суток. Она
сбегает с работы посреди смены?
Она напугана. Я бы тоже удрала.
Это Андервуд. Он
действует быстрее нас.
- Что со стриптизёршей?
- Отказывается говорить.
- А Капеньяк?
- Адреса нет, родители умерли…
- Рейчел – последняя надежда.
Видимо, она что-то знает.
И речь не о вождении
в пьяном виде.
- Куда она могла уехать?
- У неё абонентский ящик в Дюпон,
но никто из служащих ее не видел.
Можно установить наблюдение, но…
- Ты уже говорил со
своим человеком?
- Через пару дней он принесёт
мне полицейский протокол
по самоубийству Руссо.
Я нажму на него.
- И каков следующий шаг?
- Пытаюсь понять,
как реагировать.
ПОНЕДЕЛЬНИК, В 3 ДНЯ.
СКАЖИ, ГДЕ.
- Я получила это
пару часов назад.
- По-моему, это подстава.
- Я с ним справлюсь.
- Чем меньше он
знает, тем лучше.
- Вдруг мы что-то выясним.
- Пока он всё решает – вряд ли.
- Место выбираю я.
- Что это меняет?
- Я не собираюсь с ним спать.
Хочу просто поговорить.
- Мне надо в туалет.
- Прости, я…
- Ерунда.
- Не ерунда.
- Не хочу, чтоб ты играла с огнём.
- Я не буду.
- Хотите отказаться от жизни?...
Хотите работать за троих?
Согласны с тем, что вас в
первый же месяц могут уволить?
Если для вас это
звучит соблазнительно.
Продолжим разговор.
- Меня всё это не пугает.
Последние 9 недель
я управляла избирательным
округом без чьей-либо помощи.
Меня никто не выбирал и не учил.
Я делала это, потому что
кто-то должен был это делать.
- То, что случилось – трагедия.
Но сочувствия от меня не ждите.
У меня на это нет времени.
- Если бы мне была нужна
жилетка, я бы тут не сидела.
- Рейчел?
- Уходи.
Я сказала, уходите.
- Ты собралась?
- Я никуда не поеду.
- Значит, ты не уволилась.
- Уволилась, но я передумала.
- Это не тебе решать.
- Я останусь на работе и
останусь в этой квартире.
- Нет, не останешься.
- Вы обещали всё уладить.
- Для этого надо начать с нуля.
- Я уже начинала с нуля и
не хочу делать это снова.
- Жаль, что этого
нельзя избежать.
- Убирайся!
Проваливай!
- Потише.
- Я убью тебя.
- Валяй.
Я единственный, кто может тебя
защитить, неужели не ясно?
Ты не представляешь, в
какой ты опасности.
Всё. Собирайся.
- Я спрашиваю каждый год.
- Ничего, как обычно.
- Я думала, мы можем поужинать.
- Только там, где нас никто не узнает.
Я не хочу, чтобы кто-нибудь…
- Нет, дома. Я
что-нибудь приготовлю.
- Никакого торта.
- Никакого торта.
- И подарков.
- И подарков.
- Тогда согласен. Как
идёт разбирательство?
- Мы справимся.
- Мы хотим усилить вашу
охрану как главы государства
уже с завтрашнего дня.
- Нет, этого не будет.
- Лучше сделать это до
официального объявления…
- Скоро я потеряю право
на личную свободу.
Я намерен сполна насладиться
последними днями.
- Но, сэр, в целях безопасности…
- До вступления в
должность вице-президента
я сам распоряжаюсь своей
безопасностью, верно?
- Формально, да. Но…
- Тогда вопрос решён.
- Хорошо, подождем
официального объявления.
А пока нам нужно разработать
план вашего переезда
в военно-морскую обсерваторию.
- Этого тоже не будет.
- Конгрессмен останется
жить в своем доме.
- Но там нет необходимой
охранной инфраструктуры.
- Значит, вам
придется ее создать.
- Речь идёт о взрывобезопасных
коммуникационных сетях,
круглосуточно поддерживаемых…
- Было бы желание –
способ найдется.
- По поводу плана работ я
свяжусь непосредственно с вами.
- Да, и ещё кое-что. Я хочу, чтобы в
моей охране работал Эдвард Мичем.
- Он из полиции Капитолия.
- Пока да. Но вы возьмете
его в секретную службу.
- Ему придется пройти
ускоренную программу обучения.
У нас полно квалифицированных
агентов с огромным опытом.
- И я с радостью буду с ними работать,
если среди них будет Эдвард Мичем.
Спасибо, что зашли.
- Благодарю, сэр.
- ПАРК РОК-КРИК.
- Я ВЫЕЗЖАЮ.
- Нэнси, пусть Мичем
подгонит машину.
- Последний раз –
значит последний раз.
- Знаю. Но это важно.
- Ты твердишь это постоянно.
Я больше не куплюсь…
Хватит.
- Сокрытие. Ты говорил, что
замешан даже Барни Халл.
- Я говорил не это.
- По поводу Рейчел Познер…
- Я сказал, что бумаги
просто так не исчезают.
Но это не доказательство.
- Мы думаем, тут замешаны
лидеры Конгресса.
- Мне плевать.
- Неправда. Я не верю.
- Поверь, это так.
- Когда ты помог мне
разоблачить нарко…
- Это были просто
коррумпированные полицейские,
тут – совсем другое. Люди,
облечённые властью.
- Грязные копы есть грязные копы.
Ты их защищаешь?
- У меня семья.
- Я понимаю. Но…
- Больше мне не звони.
ИНФОРМАЦИЯ: ТЕЛО БЫЛО ОБНАРУЖЕНО НА
ПАССАЖИРСКОМ СИДЕНИИ АВТОМОБИЛЯ…
- В ПОЛИЦЕЙСКОМ РАПОРТЕ СКАЗАНО, ЧТО
РУССО НАШЛИ НА ПАССАЖИРСКОМ СИДЕНИИ.
- ЧТО ЕЩЁ?
- ЭТО ВСЁ.
- ЭТО НИЧЕГО НЕ ДОКАЗЫВАЕТ.
- ПОЧЕМУ НЕ НА
СИДЕНИИ ВОДИТЕЛЯ?
- МНЕ ПОРА.
- Где твой сотовый?
- Вот. Разговор не записывается.
- Я должен попросить тебя стереть
всю нашу историю звонков.
- Зачем это?
- Я пытаюсь защитить
тебя и себя.
- Мне тюрьма не угрожает.
Ты ведь спас его
от ареста, верно?
Потому, что хотел, чтобы
он стал губернатором?
- Нет. Он был в беде, я помог.
Позже он пожелал
участвовать в выборах,
я предложил свои консультации.
- Алкоголику?
- Излечившемуся алкоголику.
- Ты хотел, чтобы он сорвался?
- Разумеется, нет.
- Теперь Мэттьюс
целит на его место.
- Мне нравится поддерживать
людей, стремящихся к успеху.
Взять, к примеру, тебя.
- Ты просто
воспользовался ситуацией.
- Это Мэттьюс ею воспользовался.
Ведь не я же выдвигался.
- Руссо был на пассажирском
сидении в момент гибели.
- Это не совсем так.
- Я видела полицейский протокол.
- А я лично общался
с комиссаром.
Питер был мне дорог, я хотел
знать всю информацию.
- Так он был не на
пассажирском сидении?
- Пассажирская дверца была открыта,
а он наполовину высунулся…
Они считают,
что, возможно, он передумал.
- И Барни Халл может
это подтвердить?
- К чему ты клонишь, Зои?
- Возможно, смерть
была насильственной.
- Если бы был хоть намек на это,
полиция занялась бы расследованием.
- Полиция, скрывшая факт
вождения в пьяном виде?
- И ты думаешь, я
в этом замешан?
- Между вами есть связь.
- Что ты несёшь! Это же смешно.
- Я просто задаю вопросы.
- Нет, ты пытаешься найти
связи, которых нет.
- Ты хочешь, чтобы я забыла обо всём?
Будто ничего не знаю?
- Да, я выручил Питера
в сложной ситуации.
Да, я отправил его к Капеньяку.
Помимо этого знать нечего.
- Ты уж извини, но в
это трудно поверить.
- Хочешь верь, хочешь нет…
Но меня скоро утвердят в
должности вице-президента,
и наши отношения теперь
простираются до Овального кабинета.
Не манкируй этим из-за
надуманных причин.
Давай начнем новую
главу с чистого листа.
Подумай над этим.
Я позвоню.
- Начнём с анализов
крови и гормонограммы.
Результаты будут через
несколько дней.
Если всё в норме, мы возьмем
материал для генетического анализа
у вас и вашего мужа.
Вы с ним уже говорили?
- Пока нет. Сначала
хочу сделать анализы.
- В любое время на этой неделе.
- Моя секретарша вам позвонит.
Да, чуть не забыла. Я искала
информацию в интернете...
- Будьте осторожны с интернетом.
- Я читала, какие проблемы
могут быть с беременностью
после сорока лет и наткнулась
на название лекарства.
Но информации мало. Крувене…
- Крувене-тенуэстрин…
Данных мало, потому что
исследования еще не закончены.
- Так что это такое?
- Препарат увеличивает
приток крови к плаценте.
Аналогов у него пока нет.
И медикамент еще не одобрен.
Знаете, плацентарная недостаточность
встречается у женщин любого возраста.
Пока я бы не стала
об этом волноваться.
Не нужно бежать впереди повозки.
- Хотя Мэттьюс это не афиширует,
однако консерваторы на холме считают,
что он пытается вернуться на
должность губернатора в Гаррисберг,
штат Пенсильвания.
Возникает вопрос - кто же
заменит Джима Мэттьюса
на посту вице-президента, если он
победит на губернаторских выборах?
- Я могу выключить верхний свет?
- Конечно.
Хочешь, я поработаю внизу?
- Нет. Не надо. Просто
убери бумаги...
Ты не сказал ни слова.
- Верно.
- Так как у нас дела?
- Я полностью готов…
И причём уже давно.
- Я знаю, ты сделаешь
всё как нужно.
- Андервуд это подтвердил: его
назначают вице-президентом.
- Мы совсем не продвинулись.
- Ну, мы знаем, что Руссо
расчистил дорогу Мэттьюсу.
- Это поддерживает версию,
но не дает доказательств.
- Да, он играет нечестно,
но это не новость:
половина Конгресса
ведёт грязную игру.
- Он поддерживал липового кандидата,
только чтобы потом его уничтожить.
- Никто не заставлял
Руссо пить в ту ночь.
Он был алкоголиком.
- Мы не знаем, что
случилось в ту ночь.
Знаем лишь, что 3 дня
спустя он покончил с собой.
- Ты снова с ним встретишься?
- Не знаю.
- Надо притормозить
и всё обдумать.
- Мы уже упустили Рейчел.
- В этом нет смысла, пока
мы не узнали больше.
Пусть теряется в догадках…
- Как узнать больше? От кого?
- Не знаю. Но Зои не стоит
опять бежать к Андервуду.
Это выглядит жестом отчаяния.
У нас нет выбора. Мы
уперлись в стену.
- И если Андервуд…
- Зои?..
Эй, эй!
Эй!
- Мне нужно подумать.
- Давай подумаем вместе.
- Я позвоню завтра.
- Фредди?
- Да, Фрэнк?
- Сегодня ребрышки были
приготовлены как-то иначе.
- Лучше или хуже?
- Я думал, лучше не бывает, но
сегодня они просто волшебные.
- Ну…
У нас новый мясник…
Он пускает свиньям кровь.
Это незаконно, но…
- Я никому не скажу.
- Не знаю, обращусь ли я к нему снова.
Я был у него.
Там есть специальная
комната, где он это делает.
Звуконепроницаемая.
- Звуконепроницаемая? Зачем?
- Они же визжат...
Чувствуют приближение смерти…
Ты втыкаешь трубку им в глотку,
и следующие 10 минут
превращаются в ад.
Барабанные перепонки лопаются.
Обычно это делают гуманно, быстро…
Приносят ведро с пойлом –
будто для кормежки, и…
Бам!
Лопатой по затылку…
И никакого визга.
- Бёрч согласен на выборы,
но ясно дал понять:
если он не может поддержать кого-то
из кандидатов, то не можешь и ты.
- Справедливо.
- Ты правда хочешь, чтобы
победил Бакуолтер?
- Я хочу, чтобы победил лучший.
- По-моему, ответ
слишком уклончивый.
- Я буду держаться
в стороне, Терри.
- Ты никогда не держишься
в стороне, Фрэнк.
- Увидимся.
- ТАК МЫ МОЖЕМ НАЧАТЬ
С ЧИСТОГО ЛИСТА?
- Клэр…
Ты не отвечала на мои звонки.
- Я на минутку...
Мой адвокат говорит, что я не
должна с тобой разговаривать.
- Мне перестали
выплачивать страховку.
- Да?
- В рамках выходного пособия мне была
выдана медицинская страховка на год.
- Всё верно.
- Видимо, это какая-то ошибка.
- Тебе надо обратиться
в страховую компанию.
- Обращалась.
Мне сказали, что они не
могут возобновить страховку
без одобрения работодателя.
- Ты хочешь, чтобы я вмешалась?
- Некоторые необходимые медикаменты
я не могу получить без страховки.
- О, я в курсе. Я
видела твои документы.
- Что?
- Ты подписала бланк согласия.
- Нет, я, я не подписывала.
Ты подделала мою подпись?
- К тебе заходила
миссис Эпплбаум?
- Ты понимаешь, что
всё, что делаешь…
- В рамках закона…
Не преступление.
- Ты всё продумала? Когда
мы встретимся в суде…
- То есть через шесть месяцев?
Рожать тебе через четыре, верно?
То есть четыре месяца без
нужных медикаментов.
Я готова к тому, что твой ребенок умрет,
не родившись, если это потребуется…
Но никто из нас этого не хочет.
Скажи мне, ты действительно
хочешь такого врага, как я.
Ведь есть альтернатива.
Этот офис, персонал, 22 миллиона в
год – всё это может стать твоим.
Группа «Клин Уотер» тоже. И мы
расходимся как в море корабли.
- Ты пытаешься купить меня.
- Нет. Когда мы познакомились, я обещала
дать тебе власть. Я выполняю обещание.
- И в чем подвох?
- Его нет. Я ухожу. Ты
занимаешь моё место.
- Без обязательств?
- Без.
- По данным опросов
избирателей Джим Мэттьюс
побеждает на выборах с отрывом
от 9 до 12 процентов.
- Алло?
- Миссис Андервуд?
- Да.
- Здравствуйте. Я звоню
из офиса доктора Ларсон,
чтобы подтвердить вашу
завтрашнюю запись на анализы.
- Я не смогу.
- Если завтра не можете, можем
перенести на четверг или другой день…
- Нет, не надо
ничего переносить.
Пожалуйста, скажите
доктору Ларсон,
что я признательна
ей за консультации,
но поразмыслив, решила,
что не буду сдавать анализы
и проходить тесты… Спасибо.
- Ты подумала над тем,
о чём мы говорили?
- Думаю, ты прав. Надо
начать с чистого листа.
- Что насчет наших смс?
Ф. АНДЕРВУД.
ОЧИСТИТЬ ВСЕ.
- И контакт…
ОЧИСТИТЬ?
Мы договорились?
- Да.
- И мы оставим позади всю эту ерунду,
будем доверять и помогать друг другу?
- Я бы этого хотела.
- Итак, чистый лист.
- Ответь на один вопрос…
Пассажирское сидение.
Ты сказал, Руссо пытался выбраться.
Значит, не было ничего…
- Мы же договорились…
- Я хочу тебе верить, но
мне нужны подробности.
А ты отказываешься делиться.
- В чём вопрос?
- В тот вечер, когда
Руссо сорвался,
он был в отеле на благотворительной
акции ракового центра МакНили…
- Всё есть в полицейском отчете.
- В отеле, где проходила акция,
в тот вечер была Рейчел Познер.
- Кто это?
- Девица, которая была с
Руссо, когда его арестовали.
- Я не знал ее имени.
- Она исчезла, Френсис.
- Когда?
- Не изображай удивление. Я
показала портье ее фото.
Один из них её вспомнил.
- Она проститутка. Наверняка,
она бывает во многих отелях.
- Но именно в том, в тот вечер?
- Ты сейчас звучишь,
как мисс Скорски.
- Я ни с кем это не обсуждала…
Хотела сначала спросить тебя.
- Я понятия не имею, что
случилось в тот вечер.
Только то, что Питер снова запил.
Я не знаю, кто там был, а кто не был.
О чём сожалею: возможно,
я мог бы его остановить.
- Ты знаешь, где Рейчел?
- Послушай меня…
- Я пытаюсь защитить нас обоих.
Эти вопросы может
задать кто угодно.
- Но не задает
никто, кроме тебя...
Не представляю даже,
к чему ты клонишь.
- Я сама сделала ход.
Пришла к тебе в дом,
пала тебе в ноги…
Нарушила профессиональную
этику и нормы морали…
Я готова за это отвечать…
Это был мой выбор,
и мне с ним жить.
Я хочу идти вперед,
но я должна понимать,
во что я оказалась втянута…
Я хочу быть уверена, что
не замешана в чьём-то…
- Договаривай.
- В чьём-то убийстве.
- Боже.
Я хочу верить тебе, Френсис…
Я знаю тебя…
- Джанин!
- Входи.
- Я звонил тебе.
- Проходи...
Садись…
Тебе что-нибудь предложить?
Может воды или… сока?
- Ты куда-то собираешься?
Эй. Ты куда-то уезжаешь?
- К маме. В Итаку.
- Что?
- Я сматываюсь.
- Нет… Нет-нет-нет.
Нет… Не вздумай.
- У нас ничего нет.
- Ты что, сдалась?
- Лишь 3 человека в мире
знали, что он сделал.
И один из них погиб. Будь
у нас хоть что-то, Лукас,
хоть какие-то доказательства,
свидетели, готовые дать показания –
было бы другое дело. Но мы хватаемся
за соломинку, а он не шутит.
- Это ведь ты велела
Зои этим заняться…
Она передала мне твои слова:
важны лишь те сюжеты,
что пугают тебя до смерти.
- Это уже не угрозы…
Это реальность…
О тебе он не знает,
но он знает обо мне…
Это было в моём почтовом ящике.
Без обратного адреса.
- Это он снял?
- А кто же еще?
Можешь оставить себе.
Но не думаю, что они помогут.
- Мы должны остановить его.
- Больной урод.
- Джанин, ты не можешь
сбежать от этого!
- Всю свою карьеру, я
выбирала непростые сюжеты…
Я ничего не боялась.
Но знаешь?...
На этот раз мне
чертовски страшно…
У него власть. Ему есть что терять.
И сейчас он побеждает.
- Мне нужна твоя помощь.
Не делай этого!
- Да очнись, наконец, Лукас!
- Инцидент произошел
вчера около 8 вечера
на северной платформе станции
метро Катедрал-Хайтс.
Полиция квалифицировала
происшествие как несчастный случай.
Зои Барнс была старшим
сотрудником «Слаглайн-ком».
Ранее она работала репортером
и политическим журналистом
в газете «Вашингтон Геральд».
Барнс автор нескольких
нашумевших материалов.
Она участвовала в публикации
проекта образовательной реформы,
кроме того, благодаря ей всплыла
статья из университетской газеты,
из-за которой сенатор Майкл Кёрн
лишился должности госсекретаря…
- Что ты думаешь о досье?
- Есть, с чем поработать.
- А своё смотрела?
- Там ничего нет.
- А должно быть?
- Нет.
- Даже если ты лжёшь, тот факт,
что я не сумел ничего раскопать,
говорит о том, что ты
хорошо заметаешь следы.
Ценное качество.
Вот наше поле боя.
- 113 голосов.
- Как минимум.
- Если я проиграю…
Меня сожрут.
- Это необходимый риск.
- Откуда мне знать, что
ты не используешь меня?
Чтобы ставить палки в
колеса кому-то еще?
- Это тоже риск. Есть
альтернатива – ждать 10 лет.
- Ты не просто так меня выбрал…
Я хочу знать, почему.
- Ладно.
Сколько ракетных
ударов ты нанесла?
- Достаточно, чтобы
не спать по ночам.
- Но ты все равно это делала.
- Да, делала.
- Сколько женщин и детей?
- Слишком много.
- И ты запускала ракеты, зная,
что погибнут невинные люди.
- Мне отдавали приказы
– уничтожить врага.
- И ты выполняла их –
чётко и эффективно.
- Ты когда-нибудь убивал?
- Нет.
- Я видела, как дома и целые
деревни уничтожались –
будто их никогда и не было...
Я бы предпочла об этом не
говорить, если ты не против.
- Ты делала то, что было нужно,
поэтому я и выбрал тебя, Джеки.
Служба в армии. Чистая биография.
Ты фотогенична. Полный комплект…
Но самое главное…
Твой железный прагматизм…
Так мы работаем вместе или нет?
- Если ты хоть как-то выскажешься
за Бакуолтера, я выступлю за Уэбба.
- Я не буду
вмешиваться, даю слово.
- То же касается тебя, Терри.
- Спасибо, Кристина.
Джентльмены.
- Господин президент. Как
всё прошло в Пенсильвании?
- Любишь индийскую кухню?
- Сэр? Я видел новости…
Знаю, вы были близко знакомы…
- Ужасная трагедия.
- Я сегодня говорил со
спецагентом Роклэндом, сэр.
На следующей неделе
начинаю обучение.
- Отлично.
- Я знаю, что опоздал на день.
Надеюсь, это всё же уместно…
Хочу вам подарить.
- Спасибо, Мичем.
- Эдвард так мил.
- Не стоило тратить
на меня такие деньги.
- Я открыла вино, жду внизу.
- Я сейчас спущусь.
Вы думали, я забыл о вас?
Возможно, вы на это
даже надеялись.
Не тратьте слёзы,
оплакивая мисс Барнс.
Каждый котёнок рано или
поздно становится кошкой.
Сначала они кажутся
такими безобидными:
маленькие, тихие, лакают
молоко из блюдца.
Но отрастив когти,
они пускают кровь.
Иногда из той руки,
что их кормит.
Для тех из нас, кто находится
на вершине пищевой цепи,
милосердия не существует.
Есть лишь одно правило:
ты либо охотник, либо добыча.
С возвращением.
Ф(РЭНСИС) А(НДЕРВУД)
 

2 серия

- Не особенно вдохновляет кандидатура
на пост вице-президента.
Конечно, он весьма авторитетен,
прагматичен, но давайте начистоту:
возможно, это просто
реверанс в адрес Конгресса,
который проталкивает "своего".
Это всего лишь "прикрытие
пустующего места" до 16-го года.
Не удивляет кулуарное
принятие присяги.
Думаю, президент не хочет
привлекать к этому лишнее внимание.
- Кристина справляется?
- Привыкает к "морской качке",
но я пока довольна.
- Она старается.
- Она меня здорово разгрузила, когда
стала сопровождать президента.
На месте я успеваю
сделать куда больше.
- Президент высказывал
свои предпочтения?
- Ситуация с новым
партийным организатором
выглядит довольно неутешительно.
- Это верно.
- Надеюсь, не помешал.
- Ничуть.
- Это нечто.
- Требования безопасности.
Пришлось работать быстро.
- Прямо военная зона.
- Главное - не допустить здесь войну.
- Как выборы, конгрессмен?
Вы с Говардом идёте впритирку.
- Спросите у Говарда, не побуждает ли
его это к содомскому греху.
- Передай привет.
- Ради бога, не заставляй
меня с ним разговаривать.
Рад встрече, Говард.
- Я тоже, Уэс.
- Не сомневаюсь.
- Боб.
- Фрэнк.
- Спасибо за приглашение.
- Что?
- Спасибо, что пригласил!
- Не за что.
Судья!...
Рад вас видеть.
- Можно где-нибудь переодеться?
- Да, в конце коридора есть комната.
Даг, проводишь судью?
Как только он будет
готов, сразу начнём.
- Я всех соберу.
- Что приношу эту присягу
без принуждения,
без тайных мыслей или
скрытых намерений,
- Что приношу эту присягу
без принуждения,
без тайных мыслей или
скрытых намерений.
- И что буду добросовестно...
- В одном вздохе от президентства,
без единого голоса в поддержку.
Демократию сильно переоценивают.
- На вверенном мне посту,
и да поможет мне бог.
- И что буду
добросовестно выполнять
свои обязанности на
вверенном мне посту.
И да поможет мне бог.
- Поздравляю, господин вице-президент.
- Приступим к управлению страной.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
САКИНА ДЖЕФФРИ
СЕБАСТЬЯН АРКЕЛУС
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
КАРЛ ФРАНКЛИН
- Один из вас заменит меня на
посту партийного организатора.
Вы оба этого хотите.
- Но ведёте себя не как руководители.
- Необходимо смягчить риторику.
- Вы вредите своей партии.
- Я лишь отвечаю
на измышления Говарда.
- Пикники за госсчёт я не выдумал.
- Семейственность не лучше.
- Ты знаешь, что это неправда.
- А муж твоей сестры случайно
стал госказначеем.
- Бывший муж. И случайно.
- Да бред всё это, Говард.
- Господа, Боб прав,
если ваши склоки
просочатся в прессу,
то победа любого из
вас будет с душком.
Давайте обойдёмся без грязи и
будем вести себя цивилизованно.
Вы согласны?
Буду признателен, если вы
пожмете друг другу руки.
Спасибо.
- Я сейчас с ним, Кристина.
- Я поехал,
потом заскочу к тебе в офис.
- Он ещё не готов,
я буду работать здесь.
- Таск в городе. Кристина сообщила,
что он встречается с президентом.
- Переговоры объединенной комиссии.
- Так она и сказала.
- Она полезна.
- Будем на связи.
- Соедини меня с Дюран.
Твои люди заходят?
- Только новый начальник штаба.
Мы пока больше никого не наняли.
- Каково быть замужем
за вице-президентом?
- Никаких перемен...
Только шума больше.
- Госпожа госсекретарь.
- Слушаю?
Рэймонд.
- Поздравляю, господин вице-президент.
- Большое спасибо.
Позвольте представить
- госсекретарь Дюран.
- Очень рад познакомиться.
- Здравствуйте.
- Приятный сюрприз,
не знал, что вы в городе.
- Доброе утро, сэр.
- Господин президент.
- Кэтрин.
- Мы тут случайно встретили Рэймонда.
- Прекрасно.
Проходите.
- Записи разговоров докажут,
что я прав.
- Не было никаких записей.
- Есть же носители информации.
- Даже если дело возобновят,
что маловероятно,
вы представляете, как будет
сложно получить ордер?
- Оснований достаточно.
Вызовите его на допрос,
формально это ваша юрисдикция.
- Вице-президента.
- Да, это кажется абсурдным,
но если вы прочтёте мои записи.
- Мы читали.
- Вы меня выслушали,
но не услышали.
Улики косвенные, но
вполне убедительные.
Вы возобновляли дела и
при меньших основаниях.
- Пора остановиться.
Мы уже не раз это обсуждали.
- Это не был несчастный случай.
- Хорошо.
Я вам кое-что покажу.
Си-Эн-Эн пыталась заполучить это,
но мы изъяли из уважения к семье.
- Пленку?
- Зрелище тяжелое.
- Я хочу увидеть.
- Она оступилась
или прыгнула.
- Она не прыгала.
- Вот, кадр за кадром.
Было два свидетеля.
Семидесятилетняя женщина с глаукомой,
она видела только пятно.
И проводник поезда - ему
показалось, что она упала сама.
Кроме двух свидетелей и этого
видео больше ничего нет.
Можете посмотреть его хоть
миллион раз, но дело закрыто.
- На повестке дня надо оставить
только пару ключевых вопросов:
тарифы на импорт промышленных товаров
и квоты на экспорт редкозёмов.
Оба используются в качестве
политических рычагов.
- Согласна, здесь мы сможем
добиться значительных успехов.
Но меня беспокоит
всплеск кибератак.
- Это проблема.
- И когда-нибудь ею придётся заняться.
- Но хотим ли мы заниматься ею сейчас?
- Китайцам не нравятся сюрпризы.
Я предлагаю на переговорах
осторожно поднять
эту тему и подготовить почву
для следующего раунда.
- Я бизнесмен, а не дипломат.
Но я 35 лет работаю
с китайцами и знаю,
что на переговорах с ними
ненасытность неуместна.
- Вы работаете над проектом
нефтеперегонного завода в Фу Цзяне.
- Который станет
единственным в своём роде,
откроет дорогу инвестициям.
- Кибератаки таким
предприятиям и угрожают.
Они станут не нужны,
если китайцы добудут
новые технологии с
помощью шпионажа.
- Фрэнк, что скажешь?
- Я поддержу Рэймонда.
Антагонизм с китайцами сведёт
на нет многолетние усилия.
- Позвольте мне сделать это тихо,
деликатно, без антагонизма, сэр.
- Меньше всего нам нужно
раскачивать лодку.
- Как ты это преподнесешь?
- Как предложение.
Не требование. Никакого напряжения,
меня и близко не будет.
- Рэймонд?
- Я озвучил свои опасения.
- Очень деликатно.
- Даю вам слово, сэр.
- Хорошо.
Рэймонд? Не хочешь пообедать?
- С удовольствием.
- Спасибо, Фрэнк.
Добро пожаловать в западное крыло.
- Благодарю, сэр.
Президент – как одинокое
дерево на пустом поле,
склоняется туда,
куда дует ветер.
И сейчас Рэймонд Таск слишком
сильно дует с запада.
- Это парик?
- Нет, он не один
месяц их отращивал.
Дайен говорит, что
любит длинные волосы.
Я сказал, что
она их разлюбит,
как только увидит
первый колтун или
почует его.
- В прошлые выходные
я навещала твою дочь.
- Как она?
- Показать фотографию?
- Давай.
Её мать была дома?
- Да.
- Им хватает денег?
- С января в Гринвуде
вырастут тарифы,
Каталина боится, что
будет не хватать.
- Я положу ей на счёт большую сумму.
- Мы можем не
говорить о ней, если...
- Нет, всё в порядке, спасибо,
что ты её навещаешь.
- Прости, Тэд, я думала,
ты пригласил меня на обед.
- Нет, то есть,
да, я хотел убедиться, что у
них есть всё необходимое. Но
я хотел поговорить.
О Лорри Тейт.
- Лорри - моя подруга.
Что с ней такое?
- Ты действительно проявляешь
интерес к выборам парторганизатора?
- О боже...
Лучше б она помалкивала.
- Почему?
- Потому что это нелепо.
- Разве?
- Я ляпнула, не подумав.
Эта борьба Уэбба и Бакуолтера.
- Полный бред.
- Но я не подхожу.
- Зря ты так думаешь.
Ты этого хочешь?
- Тэд, у меня совсем
нет опыта, и я...
- Да или нет?
- Конечно, да.
Когда-нибудь. Но сейчас у
меня даже денег таких нет.
- Зато у меня есть.
- Ты не можешь
выбрасывать деньги.
- Если я направлю деньги тем,
кто соблюдает нейтралитет,
набросаю пару десятков
предвыборных обещаний,
то ты моментально станешь
главной претенденткой.
А ты говоришь,
выбрасывать деньги.
- Речь идёт о сотнях тысяч.
- Это не рождественский
подарок, Джэки.
Если ты займешь этот пост, у меня
будет сильный союзник в руководстве.
Я окажусь в выигрыше, как и ты.
Подожди секунду, я не знаю, где...
- Ну как он, клюнул?
- Ты глубоко в уши
загнала ему эту идею.
- Это было легко. Он обожает
тебя, как родную дочь.
За это ты сделаешь
меня своим замом.
- Сначала надо набрать голоса.
- Кроме нас с Тэдом,
осталось всего 111.
- Хорошо, когда зам знает арифметику.
- Заткнись. И пошли по списку.
- Вот этот обнадеживает.
- Коннор Эллис, солидный,
богатый опыт.
- Это он вытащил сенатора Джонса
из той истории с опросами.
- Да, спас от комитета по этике.
- Назначьте ему собеседование.
- Посмотрю график.
- Поговорим о графике.
Думаю, надо более
избирательно относиться
к мероприятиям с моим участием.
- Некоторые остались от миссис
Мэтьюс, любые можем отменить.
- Это что?
- Ваш муж будет награждать
двух генералов ВМФ.
Полагаю, вам надо там быть.
- Давайте детали.
- Генералы Алиша Хэмптон и
Далтон МакГиннис, прибывают в 6.50.
- Далтон МакГиннис?
- Да. Вы его знаете?
- Вместе учились в университете,
извините, во сколько
они прибудут?
- В 6.50.
- Отлично. Мне нужен список всех,
кто будет присутствовать.
- То, что моё мнение не учитывают,
не страшно, но ты госсекретарь,
не Таск должен
определять политику,
только президент может указывать
тебе, каким курсом следовать.
- В каких они отношениях?
- Многолетняя дружба.
- Советник.
- Скорее, наставник, к чьим
советам прислушиваются.
Он будет откладывать
вопрос о кибервойне.
- Если я не внесу его в повестку дня.
- Особенно если
внесёшь в повестку...
Таск не станет рисковать
перед следующим раундом
переговоров
объединённой комиссии.
- На встрече ты с ним согласился.
- А иначе он бы занял
более жёсткую позицию.
Насколько нам известно,
сейчас он убеждает президента
изменить своё решение.
Мы должны исключить
эту возможность.
- Как?
- Заставим китайцев рассмотреть
вопрос в этом раунде переговоров.
- Я обещала действовать деликатно.
И не могу намеренно нарушить обещание.
- А не намеренно?
Кэти, если тебе не нравится,
как накрыт стол,
опрокинь его.
- Ты жульничаешь.
- Нет, это не дым, а пар.
- Всё равно.
- Попробуй,
эта привычка без последствий.
- Обойдусь.
- Пошла спать?
- Завтрашняя церемония.
- Не хочешь идти.
- Если это не обязательно.
- Я тоже ненавижу
такие мероприятия,
но это моё первое появление
в новой должности.
- Хорошо.
- Спасибо.
- Может, сделаем здесь настоящий офис?
- Хорошая мысль,
внизу негде уединиться.
- Я поговорю с подрядчиком,
спокойной ночи, Фрэнсис.
- Спокойной ночи.
- Сэр! "Вестник Конгресса".
Разве переговоры
планировались не до 6?
- Нас не слушают.
- Китайцы ушли?
- Мы предложили включить в
повестку разговор о кибератаках.
Видимо, они хотели
услышать что-то другое.
- Что вы сказали китайской
делегации перед уходом?
- У нас там никого не было.
Объединённая комиссия вгоняет в сон.
- Сегодня было не так.
- Я поручил это Гриру.
- А это не твоя епархия?
- В разговорах о кибервойне должен
участвовать спец по технологиям.
- Он уже что-нибудь записал?
- Китайцы хранят молчание,
американцы повторили пресс-релиз.
- Через 2 часа в сети
должно быть сообщение,
а на неделе – более
подробный материал.
Лукас,
у тебя всё нормально?
- Да, а что?
- Ты в той же одежде, что и вчера.
- Да?
- "Не знаю, что у тебя с личной
жизнью, но она явно мешает работе.
Внешний вид важен; недопустимо,
чтобы редактор выглядел еще
неопрятнее, чем его репортёры."
- Через 2 часа всё будет.
- Ты знал, что Джэки Шарп
выставила свою кандидатуру?
- Впервые слышу.
- Уэбб получил письмо
от Лорри Тейт про меня.
А я - письмо от Дейва
Холланда про него.
- Для меня это неважно.
- Тейт и Шарп подруги, Холланд
работает с ней в одном комитете.
Она подстраховалась
голосованием по доверенности.
- Думаешь, она слила
им компромат?
- Да, она играет против нас.
- Сколько у неё предвыборных обещаний?
- Около 20.
- Значит,
она пока третья.
- Она лишает нас голосов.
Мне нужна твоя помощь.
- У тебя есть моя поддержка.
- Но не публичная.
- Если я поддержу тебя,
Бёрч поддержит Уэбба.
Это навредит тебе, а не поможет.
- Это серьёзно, её
финансирует Тэд Хэвмайер.
- Ты не хочешь поговорить с Джэки?
- Нет, не буду из принципа.
- Почему?
- Я не работаю с теми,
кого спонсирует Хэвмайер.
Он провернул то же самое, когда
я баллотировался в Сенат -
финансировал моего
главного соперника.
- Если ты позволишь старой
обиде встать на пути прогресса.
- Я не могу, Фрэнк.
Хэвмайер много лет пытается
скинуть меня с тотемного столба,
я не доставлю ему радости.
- Я уважаю это,
но у меня связаны руки.
- Это деликатная тема,
мы обсуждаем с китайским
правительством наши дальнейшие шаги.
- США откажется от
обсуждения кибератак?
- США никогда не отказываются
обсуждать вопросы,
имеющие для нас
первоочередное значение.
- Спасибо.
- Что вы сказали главе делегации?
- Делегация превысила
полномочия,
но Кэти не могла бросить
своих людей под автобус.
- Она могла проконсультироваться,
прежде чем выступать публично.
- Репортёры были у неё на пороге,
а президент – в другом полушарии.
Я не оправдываю ее поступок,
но надо было что-то делать:
она приняла решение и
стала действовать.
- Мы должны дистанцироваться от этого.
- Когда приезжает президент?
- Завтра.
- Мы можем назначить встречу?
- Кэти должна публично извиниться.
- Разве нам не стоит сначала
договориться между собой?
- Попробую устроить.
- Спасибо. Ты задала мне вопрос
перед тем, как я отошёл.
- Господин вице-президент,
генерал МакГиннис.
- Это большая честь.
Надеюсь, вы не против.
Президент просил
меня заменить его.
- Почту за честь, сэр.
- Это моя жена Клэр.
- Рад встрече, Клэр
Давно не виделись.
- Да.
- Гарвард, сокурсники.
- Клэр ни слова не говорила.
- Мы встречались какое-то
время, минут пять.
Не буду отвлекать вас.
- Спасибо. Я вспомнил.
Интересно, что в Южной
Каролине собирают
самый большой урожай не хлопка,
а табака. А на третьем
месте конопля,
не будем об этом
распространяться,
прошу меня извинить,
она одна?
- Да.
- Прошу, оставьте
нас на пару минут.
Что случилось?
- Это был он.
- Кто?
- На первом курсе.
- Ты имеешь в виду
МакГиннис?
- Фрэнсис.
Фрэнсис, умоляю, не надо!
Не делай ничего.
- Я не буду вешать медаль.
- Ты должен.
- Минутку, пожалуйста! Этот...
- Пора начинать церемонию.
- Одну минуту!
Он не заслуживает награды. Он
заслуживает, чтоб его пристрелили!
- Пожалуйста!
- Нет.
- Не устраивай.
- Я сказал, минуту!
- Не устраивай сцен, пожалуйста.
- Том,
спасибо, что зашёл.
- Знаешь, когда вошёл, подумал,
что буду ностальгировать,
но нет.
Надеюсь, "Стелла" нравится.
- Выпьем.
- Твоё здоровье.
- Как дела?
- Хорошо.
Хорошо.
- Ты счастлив?
- Я ни дня в своей
жизни не был счастлив.
Но сейчас у меня есть время.
Думать, писать.
Вот работаю над романом.
- Да?
- Полное дерьмо. Но ничего.
- Отлично, Том. Просто отлично.
- Говори причину.
Ты же не поболтать меня пригласил.
- Фрэнк Андервуд.
- Мне выпала большая честь
от имени президента
вручить высокие государственные
награды генералу Алише Хэмптон,
командующему объединённым
командованием ВС США в Европе
и генералу Далтону МакГиннису,
командующему стратегическим
командованием США.
Корпус морской пехоты
США может гордиться
достойными командирами.
Мы с президентом благодарим
их за верную службу.
Поздравляю.
- Благодарю вас, сэр.
- Считаешь меня психом?
- Я не считаю тебя психом,
я думаю, что ты многое пережил
и пытаешься всё это осмыслить.
- Я знаю, что прав.
- Не сомневаюсь, что ты в это веришь.
- Он замял факт пьяного вождения.
- Представь,
что один из твоих репортёров
принёс такую историю.
Ты бы хоть слово напечатал?
- Нет, но заставил бы копать дальше.
- Неужели? Признайся, ты бы сказал,
что она высосана из пальца.
Твои записи неубедительны.
Отчеты полиции бездоказательны,
а твои предположения...
- Знаю.
- Придерживайся по отношению
к себе тех же стандартов,
как к своим сотрудникам.
Вы с Зои встречались,
я предполагаю. Могу ошибаться.
- Встречались.
- Когда я потерял первую
жену, всё не мог понять:
как можно умереть от рака
груди в 31 год?
Я хотел проверить -
врачей, больницу, всё.
Думал, они что-то скрывают.
Нет,
горе требует ответа,
но иногда его нет,
её нельзя было спасти.
Точка.
- Что мне делать?
- Может, походишь к специалисту?
Когда умерла Синтия, мне очень
помог один врач, могу вас свести.
- Нет, мне он не нужен.
- Лукас.
- Я признателен,
что ты зашёл, Том,
спасибо за пиво.
- Звони в любое время
и береги себя, Лукас
я серьёзно.
- Есть ещё планы на сегодня, сэр?
- Нет, на сегодня всё. Спасибо.
- Да, сэр.
- Я устала.
- Вам что-нибудь нужно, сэр?
- Где мой пульт? Хочу поиграть.
- Вон там.
- Спасибо.
А что с интернетом? Нет связи.
- В целях безопасности
доступ пришлось отключить.
- Вы не оставите меня на минутку?
- Когда вы здесь, кто-то
должен быть с вами.
- Я не могу побыть
один у себя во дворе?
- По-моему, можете,
сэр, но решаю не я.
- Ладно, Мичем.
- Думаешь, мне не хочется
рвать и метать?...
Я лучше, чем ты представляешь,
знаю, что такое ярость.
Когда он был на мне...
- Нам необязательно.
- Нет, я хочу.
Когда он был на
мне, я сжала кулак.
И со всей силы
ударила его по лицу
да так, что сломала ему нос.
Это его не остановило.
Он заткнул мне рот простынёй,
я едва могла дышать.
Каждый раз, когда я вспоминаю
эту ярость,
я душу её, Фрэнсис,
чтобы она не задушила меня.
Я должна...
Мы должны...
Иначе жить
невозможно.
Ложись спать.
- Не уверен, что засну.
- Тогда иди вниз.
Утром ты всё ещё будешь
чувствовать ненависть
выплесни её,
но не на него.
- Что вы предложили? Конкретно?
- Включить вопрос
в повестку дня,
набросать тезисы по экспорту,
но не выдвигать требований.
- Как это превратилось
в ультиматум?
- Порой мои делегаты
читают между строк.
Дают мне возможность
дезавуировать действия
подчинённых в
дипломатических целях.
- Почему вы сразу
это не сделали?
- По мнению китайцев,
дать задний ход -
значит проявить слабость.
Мне оставалось потерять лицо
или проявить силу. Я выбрала второе.
- Я свяжусь с вами, Кэтрин.
- Спасибо, сэр.
- Соедините с Рэймондом
по частной линии.
Думаете, она нарочно
это сделала?
- Кэти никогда бы не
нарушила ваш приказ.
Тем более нарочно.
- Рэймонд, у меня тут Фрэнк.
- Нас только трое?
- Только трое. Доброе
утро, Рэймонд.
- Мои люди в Пекине говорят, что
министр торговли в негодовании.
Хочет использовать это
как повод сжать кулаки.
- Я могу отвернуться от
Кэти или поддержать её.
- Лучше первое.
- Согласен. Без извинений получится,
что вы не взъерошиваете перья,
а выщипываете их. Китайцы
этого не потерпят.
- А это не воспримут, как
недопонимание между мной и кабинетом?
- Сейчас наша цель –
продолжение переговоров.
Об остальном не
стоит тревожиться.
- Фрэнк прав, мы должны
быть прагматиками.
О впечатлении подумаем позже.
- Хорошо, пусть Кэтрин
принесёт извинения.
- Их должны принести вы,
господин президент.
Чтобы это не казалось формальностью,
извиниться должен Белый Дом.
- Это, несомненно,
лучший вариант.
- Хорошо, я так и сделаю.
Спасибо, Рэймонд.
- Тебе спасибо.
- Вы слышали, как он
фамильярничает с президентом?
И Уокера не напрягает
подобное неуважение.
Сэр, простите, если это не так,
но ощущение, что вы нерешительны.
- С чего вы взяли?
- Вы подняли важный вопрос
об общественном восприятии.
Не думайте, что я нивелирую
вашу озабоченность.
- Вас это тоже беспокоит?
- Кэти интуитивно
выбрала верный путь.
- Задний ход – это слабость.
- С китайцами это
всегда игра в орлянку.
Но порой стоять на своём
лучше, чем уступать.
Вас будут уважать больше,
если вы проявите силу.
- Вы изменили своё
мнение, Фрэнк?
- На мой взгляд, важно,
чтоб вы руководствовались
своими соображениями.
Американский народ избрал президентом
вас, а не меня, и не Рэймонда Таска.
- Я сообщу о своём решении.
- Спасибо, сэр.
- Считаешь, её выбрал Андервуд?
- Он передумал, это возможно.
- Нам с тобой...
Надо действовать сообща, Уэс,
пока мы оба не попали впросак.
- Согласен.
- Пусть тот из нас, кто выйдет
из борьбы, поддержит другого.
Это сильно сократит её свиту.
- Ты хочешь, чтобы это был я.
- Я гарантирую тебе
свою должность
председателя комитета
по ассигнованиям.
Ты можешь мне предложить
только комитет по этике,
который никому не нужен.
Давай покончим с этим, Уэс.
- Уэбб предложил ему сделку.
- Предложим более выгодную.
- Комитет по ассигнованиям
ничто не переплюнет.
- Разве что бюджетная комиссия.
- Я не позволю тебе отдать
своё кресло козлу Бакуолтера.
- Парторганизатор по
рангу выше их всех.
К чёрту комитеты, у меня будет
прямая связь со спикером.
Не упрямься, Джэки.
- Думаешь, он согласится?
- Он был готов на
сделку с Уэббом.
- Но тебя он ненавидит больше.
- Он скотина. Но не идиот.
- Знаю, вы отказываетесь
не из-за лояльности.
- Точно.
- Значит, из-за Тэда.
- Ты считаешь себя самой умной?
- Может, спрячем свое эго и поговорим
о деле, как взрослые люди?
- Мне мало бюджетной комиссии.
- Слушаю.
- Я хочу, чтобы Хэвмайер ушёл.
И подразумеваю не пенсию,
а политическую смерть.
- Те выборы были
12 лет назад.
- Которые я мог
провести в Сенате.
- Месть?...
Серьёзно?
- Не месть,
справедливость.
- И что будешь делать?
- Бакуолтер не уступит.
- Ничего в жизни я не презираю
больше, чем мелочность.
- К сожалению, Уэббу
мне нечего предложить.
- Он никогда не уступит,
слишком гордый.
- Я не знаю, что делать.
- У меня есть досье на Тэда.
Незаконнорождённая дочь, -
от няни, естественно, -
зовут Эмили Родригес,
19 лет,
церебральный паралич.
- Я знаю про Эмили.
- Тогда к чему этот разговор?
- Это непросто.
- С дочерью? По-моему,
всё очевидно.
- Тэд знает меня с пеленок,
он был другом моего отца.
- Я в курсе.
- Он всегда опекал меня. Отправил в
Уэст-Пойнт, оплатил мои первые выборы.
- Мне нравится Тэд, он
сильный командный игрок,
жаль, что у него есть тайна.
- Он оступился и
всегда об этом жалел.
После рождения он попросил меня
навещать её, потому что сам не мог.
Он доверял мне.
- Ясно.
Ты знаешь, что надо делать,
но пришла сюда в надежде,
что я вытащу из шляпы кролика
и спасительный выход.
- Я знаю девочку.
Знаю её мать, они
не заслужили этого.
- Я дал тебе всё, что мог.
Решать - твоё право.
Но, возможно, я тебя недооценил.
- Тэд - член моей семьи.
- Приёмная дочь вместо родной.
- Сэр, пришла госсекретарь.
- Спасибо, пригласите.
Прошу прощения.
- Неплохо.
- Не слишком длинно?
- Длинновато, но ничего...
Вот эта часть, три абзаца.
- О телефонных компаниях?
- Уточни.
- Это одна из главных
проблем нацбезопасности.
Кибератаки могли затронуть
телефонные носители,
а это доступ к данным
миллионов людей.
- Типа, кто кому звонил?
- Кто кому звонил, писал, что
писал, когда, где был – всё.
- А это возможно?
- Пока о серьёзных
проникновениях не сообщалось.
Но, похоже, китайцы начали вербовать
хакеров в "глубокой паутине"
для организации партизанских
атак, которые нельзя отследить.
- Постой, "глубокая
паутина", что-то я слышал.
- Да. 96 процентов
интернет-страниц
скрыты от стандартных
поисковых систем,
большинство из них бесполезны,
но зато там можно найти
всё, что угодно:
детское порно, отмывку биткойнов,
наркотики по почте, наёмных хакеров.
- Как туда попасть?
- Довольно просто. Могу
показать, если хочешь.
- Да, мне интересно.
- Можно мне?
- Пожалуйста.
- Итак, первым
делом нужен Т-О-Р.
Некоторые предпочитают 12-Пи,
но я считаю, Т-О-Р лучше.
- Что за Т-О-Р?
- Сеть, которая защищает через
прокси-сервер, сохраняет анонимность.
Потом покажу, как выходить на
доски объявлений и инфо-ресурсы.
Но кликай осторожно.
Там куча безумного дерьма.
- Мы слишком долго осторожничали и
обходили стороной обсуждение кибератак
госсекретарь Дюран действовала по
инструкции, полученной лично от меня.
Если китайцы не хотят вступать
в содержательный диалог
об интеллектуальной собственности
американских корпораций
и намеренных атаках на оперативную
инфраструктуру нашего правительства,
то это доказательство
политики двойных стандартов,
которую мы больше
терпеть не намерены.
- Наша делегация в
объединённой комиссии
по торговле и предпринимательству
была несправедливо обвинена
представителями правительства
Соединённых Штатов.
Китайскую народную
республику не запугать
надуманными и
необоснованными обвинениями.
До тех пор, пока Белый Дом будет
вести себя подобным образом,
дальнейшие двусторонние торговые
переговоры будут невозможны.
- Я и сам удивился.
- Ты что-то сказал ему после
того, как я повесил трубку?
- Нет. А ты говорил с ним?
- Пару минут назад. Он считает,
что поступил правильно.
- Тогда ничего не поделаешь.
- Обычно он не пренебрегает моими
советами, не предупредив меня.
- У тебя какие-то
подозрения, Рэймонд?
- Им нетрудно манипулировать.
- Явно не в этот раз.
- Это нужно исправить, и я
рассчитываю на тебя, Фрэнк.
- Позволь освежить твою
память: я тебе ничего должен.
Я обещал работать с
тобой, а не на тебя.
В отношении Китая наши планы сходятся,
мы можем действовать сообща.
- Убедить Гаррета
отменить решение.
- Поддержать выбранный
курс президента.
- Пока он продолжает публично
им противоборствовать.
- Пока он продолжает извлекать выгоду
от колебаний уровня поддержки.
Жёсткая позиция по
Китаю популярна.
И мы можем использовать
это в своих интересах.
Запасёмся терпением и попробуем
смягчить ситуацию неофициально.
- Без видимых результатов надолго
моего терпения не хватит.
- Это понятно.
- Дай мне знать о реакции Дюран.
- Обязательно.
- Спасибо, господин вице-президент.
- Я думал, он откажется
брать мою подачку.
- Это больше, чем подачка.
- Он всегда был человеком,
которого можно купить,
хоть и недёшево.
- Он запросил куда больше
предложенного, Тед.
- То есть?
- Я хочу, чтоб у тебя было
время позвонить жене и
подготовить заявление.
- Он добивается моей отставки?
- Не только. Еще и
твоих страданий.
- Ты сказала ему.
- Лишь пообещала при
необходимости это сделать.
- Ты не можешь так
поступить, Джэки.
- История откроется завтра.
- Какая её часть?
- Без имён. Только
наличие дочери.
- Ты представляешь, что будет с Дайен?
С нашими сыновьями?
- Я ненавижу себя за это,
но я переживу.
- А как же она?
- Эмили.
Ты даже имя назвать не можешь?
- Не учи меня.
- Ты ни разу не был с
ней в одной комнате.
- Она получала самое
лучшее лечение.
- Одна, пристёгнутая
к аппаратам,
в окружении медсестёр,
работающих до обеда.
- Ты не знаешь,
через что я прошёл.
- А она?
- Я не могу сделать
больше, чем сделал.
- Вранье. Ты мог
бы найти способ.
- Я не буду перед
тобой оправдываться.
- И не надо, оставь
это для своей жены.
Тэд, это не наказание.
Всё куда проще.
- Когда-то я сам предложил
тебе пойти во власть,
потому что почувствовал,
как ты неукротима.
Но я никогда не думал, что мне
самому придётся лечь на рельсы.
Одна просьба: когда будешь
затягивать петлю на моей шее,
смотри мне в глаза.
- Я очень благодарна тебе за
всё, что ты для меня сделал.
- Ты будешь прекрасным
партийным организатором.
А теперь вон из моего кабинета.
- Что ты делаешь?
- Наконец-то тихо.
- И правда.
- Теперь у нас есть крепость.
Где ты была?
- В своём новом офисе.
Там сегодня закончили отделку.
- Тебе нравится?
- Для офиса сойдёт.
ХАКНУТЬ ЗАПИСИ ТЕЛЕФОННЫХ РАЗГОВОРОВ
ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТ
СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ
 

3 серия

- Повышение пенсионного возраста
подорвёт веру в американскую мечту.
Если республиканцы не утвердят
комплексный законопроект,
настаивая на
кардинальной реформе,
правительство будет вынуждено
заморозить ассигнования.
И ответственность за это обморожение
ляжет на них, а не на нас.
Мне не нравится слово
"обморожение".
- Это президентское послание,
сэр, оно обращено ко всей нации.
В глубинке это словечко оценят.
- Мне нужно что-то посильнее.
- Кровь на руках?
- Нет.
- Отбросит нас в
ледниковый период?
- Вот это мне нравится.
Давайте попробуем. Линда
Кристина, ты тоже иди сюда.
- Есть 2 типа вице-президентов.
Половики и матадоры.
Как думаете, кем хочу быть я?
Рэймонд?
- Он зациклился на
внутренних делах
ни слова про Китай.
- У него верный нюх.
Никто не вспомнит, о чём
шла речь в послании,
если через день правительство
прекратит работу.
Нужно предотвратить замораживание.
Китай подождёт.
- Обе партии спорят несколько месяцев
по поводу социальных выплат.
С чего ты взял, что в эти
3 дня случится чудо?
- Мы дадим республиканцам
то, что они хотят.
- Пенсионный возраст?
- Да.
- По этому пункту
уступок быть не может.
- Рано или поздно мы всё равно на
них пойдём, так зачем оттягивать?
Поддержку в Cенате беру на себя.
И тогда президент в послании сможет
объявить о соглашении обеих партий.
Правительство продолжит работу,
и Белый Дом окажется в плюсе.
- Слишком большой риск,
а в случае неудачи будет конфуз.
- Конфуз будет только у меня.
Я беру на себя всю ответственность.
- Даже если так, президент
потребует веских аргументов.
- Я с ним поговорю.
- Нет, пожалуй,
я поговорю. В этом вопросе он
скорее прислушается к словам друга.
- Ты прав. Надёжный наперсник.
- Я прощупаю почву.
- Культ Таска
число поклонников – один.
Почитатель всего один,
но этот почитатель –
самый влиятельный
человек в мире.
Пока.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
САКИНА ДЖЕФФРИ
КРИСТЕН КОННОЛИ
СЕБАСТЬЯН АРКЕЛУС
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ
БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БИЛЛ КЭЙН
РЕЖИССЕР
ДЖЕЙМС ФОУЛИ
- Соцвыплаты. Повышение пенсионного
возраста до 67.
- Демократы на это не пойдут.
- Пойдут, с согласия руководства.
А оно одобрит.
- Этот конфликт возник,
когда я ещё был в пелёнках.
- Предположим, я уговорю моих людей.
Вы сможете убедить своих?
- Уломать будет трудно.
- Вы лидер большинства
в сенате, Гектор.
Вы должны не уламывать,
а диктовать.
- Что вы хотите взамен?
- Работающее правительство.
Пора растопить лёд.
- Вы выиграли по образованию,
вас сделали вице-президентом.
Республиканцам нужен реванш.
- Это я и предлагаю: вы
победите по соцвыплатам,
мы избежим перерыва в
работе правительства.
А согласие двух партий
на пользу всем.
- Вы знаете, кто меня беспокоит.
- Кёртис Хаас.
- Он скандалист.
- Контролирующий
треть вашей партии.
- И он на это не пойдёт. Он хочет
одного – чтобы демократы пострадали.
- Усадите его за стол -
я прошу лишь об этом.
- Мисс Галлахер? Меня
зовут Лукас Гудвин.
Я замредактора
"Вашингтон Геральд".
- Мистер Гудвин, пожалуйста.
- Несколько минут.
- Если б я хотела поговорить,
ответила бы на ваши звонки.
- Вы прочли мой имейл?
- Да.
Потому и не позвонила.
- Просто выслушайте меня.
- Я спешу в Белый Дом. Простите.
- Питер Руссо убит.
- Пустите.
- Как и Зои Барнс –
я с ней работал.
- Довольно.
- Их убил Фрэнк Андервуд!
- Послушайте! Это чушь.
- Он замял факт пьяного
вождения - это часть плана.
- Хватит!
- Это Андервуд велел вам
ни с кем не говорить?
- Нет.
- Даг Стэмпер?
- Что бы вы там ни напридумали,
вы не вправе меня преследовать.
- Вы единственная, кто
может что-то знать.
Поймите же, мне больше
не с кем поговорить.
- Я не понимаю. И не
хочу понимать, ясно?
Материала для статьи нет.
- Всего 5 минут.
- Что вы вытворяете!
Подстерегаете меня.
- Если бы не Андервуд,
Питер был бы жив.
- Я потратила много сил, чтобы
пережить смерть Питера,
если я увижу вас снова, я
не только сообщу полиции.
Я передам вице-президенту,
что вы о нём говорили,
и вам придётся иметь дело
с секретной службой.
- Отношения с востоком
на стандартном уровне.
Некоторая напряжённость с Китаем, но
мы считаем это торговыми проблемами.
- Секретная служба?
- Число угроз президенту и
вице-президенту на среднем уровне.
Мы передали их нашим
дорогим друзьям из ФБР.
- ФБР?
- ФБР подтверждает данные наших
дорогих друзей из секретной службы.
Мы проверяем всё -
серьёзных угроз нет.
- Нам нечего сообщить непосредственно
президенту и вице-президенту?
- Нет.
- Спасибо, господа.
- Этот имейл
кто-нибудь ещё его видел?
- Только агент, который
мне о нём сообщил.
Возможно, кто-то из других
агентств на него наткнулся,
но вряд ли придал
этому значение.
- Кто создаёт эти посты?
- Они из "глубокой
паутины", не индексируемы.
Думаю, какой-то одиночка.
- Найди его.
- Нужна прямая угроза жизни.
- Вице-президент только
что вступил в должность.
Я не стану ждать, пока
заговор наберёт силу.
- Как правило, это пустые...
- Я не могу рисковать...
Ты должен найти его и посадить.
- Он не преступник.
- Но хочет им стать.
Помоги ему.
- Для этого нужны люди.
- Люди у тебя есть.
- Я подставляюсь, Даг.
Я всегда информировал тебя,
потому что доверяю тебе,
но
тут речь о целой операции.
- Я твой друг и теперь
работаю в Белом Доме.
- По старой дружбе,
я считаю, что слишком
застрял на этой должности.
- Не могли бы вы ответить, беспокоит
ли вас массовая стрельба в школах?
Очень беспокоит, относительно, не
беспокоит, затрудняетесь ответить?
- У вас сексуальный голос?
Вы сексуальны?
- Сэр.
- Относительно?
Очень сексуальны?
РАЗЪЕДИНИТЬ
ЛИНЧБУРГСКАЯ ДЕТСКАЯ БОЛЬНИЦА
- Клиника Линчбурга,
педиатрическое отделение.
- Можно поговорить
с Черил Познер?
- Простите, она на дежурстве.
- Это её дочь.
- Подождите минутку.
- Рейчел? Рейчел...
Дорогая, ты здесь?
Пожалуйста, не...
- Алло.
- Мистер Джей? Здравствуйте,
меня зовут Рейчел,
я звоню от имени учебного
стрелкового центра.
Вы не откажетесь ответить
на несколько вопросов по поводу
закона о хранении оружия?
- Итак, вас
порекомендовала Уилла
и чем вы заинтересуете
меня и моего мужа?
- За последние 10 лет о вас двоих
было меньше материалов в прессе,
чем о помощнике
конгрессмена из Небраски.
- Мы не любим быть
в центре внимания.
- Я вам и не предлагаю.
Но как мне кажется,
ваш муж будет инициативным
вице-президентом?
В любом случае, вице-президенту
трудно не попасть в газеты,
но мы, по-возможности, будем
давать прессе ровно столько,
чтобы они не голодали.
- Где вы выросли, Коннор?
- В Техасе, как и вы.
- Даллас?
- Лаббок. Мне пришлось избавляться от
более сильного акцента, чем у вас.
- Откуда вы знаете?
- Из вашего интервью в 86-ом, когда
ваш муж впервые баллотировался.
- Это есть в интернете?
- Нет, я связался с местной
компанией в Гринвилле.
Они бы не прислали запись, я
съездил туда и посмотрел у них.
- В Южную Каролину?
- Когда я заинтересован
в работе, я готовлюсь.
- Мне не терпится увидеть,
что вы подготовили.
- Спасибо, миссис Андервуд.
До четверга.
- Не понимаю, что мы
при этом выиграем?
- Какой у нас выбор?
Либо заморозить ассигнование,
в чём обвинят демократов.
- Не факт. Республи...
- Нет, обвинят точно нас.
Либо мы предложим.
- Соцвыплаты, Фрэнк? Мы заняли
позицию, нельзя отступать.
- Лучше уж приостановить
работу правительства.
- Представьте заголовок:
"Демократы предлагают
реформу соцобеспечения,
чтобы предотвратить кризис".
Мы за единство и за прогресс.
Давайте обратим закоренелых
консерваторов в свою веру.
- И Мендоза подтвердил,
что нас поддержит?
- Точно.
- Не хочется подставлять
наши шеи под гильотину.
- Не вы одни. Моя шея
будет вместе с вашими.
- Фрэнсису дурно от вида крови.
Гильотины он не допустит.
- За единство?
- Только не это. Ну же, давай.
Ларри, ты можешь зайти?
Что-то странное с компьютером,
спасибо.
Ну же!
Давай!
- Что случилось?
- Ничего. Порядок. Я исправил.
- Ладно. Хорошо.
РАССЛАБЬСЯ.
ВДОХНИ И УСПОКОЙСЯ.
Я МОГУ ДАТЬ ТЕБЕ ТО, ЧТО
ТЫ ХОЧЕШЬ, ДОРОГОЙ.
- Не слишком прогрессивный шаг.
- В смысле, радикальный?
- Повышение пенсионного
возраста до 67
решает проблему соцвыплат
до 2055-го года.
Мы экономим триллион долларов,
не повышая налогов.
- Я настаиваю на 68
и упразднении досрочной отставки.
- Полностью?
- Забудьте.
- А как насчёт 68 и 64?
- Я обещал своим избирателям, что
не буду колебаться, когда дойдёт...
- Неужели мы позволим "чайной
партии" определять бюджет?
- Я никогда не был
в "чайной партии".
- Брось, Кёртис. Ты
бы не выиграл выборы,
если б они не подбросили
тебе 10 миллионов.
- То, что их представление о
бюджетной политике совпадает
с моей, не значит..
- Кёртис. Проявим добрую волю.
Ты согласен на 68 и 64?
- С момента принятия?
- Через 5 лет.
- Исключено.
- Такие вещи нельзя делать
без предупреждения.
Народу нужно это переварить.
- Простите, я на это не пойду.
- Ладно. Посоветуйтесь со своими
коллегами, а я – со своими.
Завтра встретимся и поговорим.
- На это я согласен.
- Что ж, для начала неплохо.
Но где гарантия, что Кёртис не
забуксует, когда поправка пройдёт?
- Если она пройдёт.
- Я уверен, его можно обработать.
Просто хочу подстраховаться.
- Мы это обеспечим:
утверждение поправки будет
означать принятие закона.
- Как мы договорились.
- Да, примем поправку,
и дело в шляпе.
- Можно в письменном виде?
- Пусть Эриксон ко мне подойдёт.
- Мучас грасиас.
- Лукас Гудвин?
ВРУБИ МЕНЯ, МИЛЫЙ.
- Добрый вечер, Лукас.
Говори в микрофон.
- Кто вы?
- Открой другое приложение
на рабочем столе.
- Скажите, кто вы.
- Ты провёл исследование,
ты знаешь, кто я.
- Я знаю, кем вы
себя объявляете.
- Если ты до сих пор
не уверен – прощай.
- Постойте.
Ладно, я на рабочем столе.
- Открой нотариат.
- Что это?
- Я должен убедиться,
что ты не полицейский.
- Точно нет.
- Распишись.
- Как?
- Приложи палец к
камере и нажми ввод.
- Откуда мне знать,
что вы не коп?
- Подпиши документ или уходи.
- Готово.
- Нажми послать.
- Куда это пошло?
- У меня виртуальная частная
сеть через Иран и ещё 12 стран.
Не волнуйся, всё надёжно.
Теперь последнее.
Мне нужен двухшаговый
код подтверждения
к внутренним серверам "Геральд".
- Я, я даже не знаю,
как это сделать.
- Нет, знаешь. Проверь почту.
Уничтожь айпэд –
особенно серийник -
и сотри сообщение,
только сначала запомни.
Удачи.
- Алло!
Рэймонд, ты там?
- Да.
Прости, Фрэнк, я...
Мне показалось, что я
увидел голубя-инка.
Наверное, сбился с
пути из-за ветра.
- Да, сегодня ветрено. Ты где?
- На крыше. У меня
здесь кормушка.
- Ты отлично поработал: я слышал,
президент дал зелёный свет.
- Поначалу он упирался, но, да -
сейчас спичрайтеры
переделывают его речь.
- Я тоже близок к цели:
68/64 через 5 лет.
Плюс сокращение расходов.
- Это надёжно?
- Ждём рукопожатия.
- В чём задержка?
- Кёртис Хаас упирается,
как и ожидалось.
Скоро у нас встреча.
Он - последний барьер.
- А если сорвётся, Фрэнк?
- Вряд ли - это шанс
войти в историю.
Республиканцы боролись за реформу
соцобеспечения со времён Джонсона.
Кёртис уступит. Можно смело вносить
в речь новый пенсионный возраст.
- Я бы с этим не торопился. Даже если
всё получится, есть ещё Конгресс.
- Я знаю Конгресс лучше,
чем ты – птиц, Рэймонд.
Поверь, если я говорю,
то Сенат всё утвердит.
- Я поговорю с президентом.
Чтобы убедиться,
что всё в порядке.
- Спасибо.
В чём дело?
- Лукас Гудвин.
- Из "Геральд".
- Очевидно, работал с Зои.
- Он много знает?
- Не больше, чем она.
- Она знала достаточно.
- Я им занимаюсь.
- Улики?
- Пока нет.
- Господи, Даг.
- Всё под контролем.
Я просто предупредил.
- Я жонглирую президентом,
республиканцами, Таском.
- И можете на этом
сосредоточиться.
Гудвин — моя забота, не ваша.
- Только в 20-м веке стали делать упор
на таком понятии, как объективность.
- Да, но факты есть факты.
- 92-ой год. Факт – телерепортаж:
Джордж Буш-старший интересуется,
как работает сканер на кассе в
магазине - и его осмеивают.
Другая сторона факта: ему
показали новую модель,
и вопрос был о том, чем
она отличается от старой.
Любознательность,
а не невежество.
Но вырванный из контекста
эпизод получил иную окраску.
Только полный набор фактов даёт
настоящую объективность.
- Наконец-то есть
возможность что-то сделать.
- Какой-то прыщавый хакер.
- Это изощрённое проникновение.
Действовал не ребёнок. Смотри.
Вот его имейл.
Иеронимус Бот. ФБР
давно за ним охотится.
- Лукас, слушай.
- Если мы получим записи,
мне нужна твоя помощь,
чтобы составить
хронологию событий.
- Нет. Ты просто
хочешь, чтобы кто-то
поддержал тебя в этой
бессмысленной погоне.
- Ты не должна тратить
себя на эту ерунду.
Ты классный журналист.
Твоё место...
- Моё место здесь.
- Чтобы молоть языком
перед кучкой переростков?
- Точно.
- Ты сейчас говорила о правде
- вот объективная правда -
он убил её.
Ты знаешь – это факт.
- Вот факт. Моей маме
осталось жить лет 10-15.
В этом месяце я видела её
больше, чем за все годы,
с тех пор, как
поступила в колледж.
Здесь всё просто. Здесь тихо.
Мне это нужно. А я нужна ей.
Прости меня, Лукас, за то, что
я наговорила тебе в тот вечер.
Мне очень жаль, что
ты потерял девушку
мне жаль, что мир такой
безнадёжно поганый.
Но я не могу помочь.
- Где остальные?
- Вчера я вас подвёл.
Не следовало требовать от вас ответа
в присутствии руководителей партии.
- Садись, Кёртис.
- Мы знаем, что вы обязаны
держаться твёрдой линии.
Но вы всегда стремились
к пенсионной реформе
и вот она у вас в руках.
Так чего вы боитесь?
- Что демократы снова
окажутся в выигрыше.
Это ударит по нам на выборах, а
новый Конгресс отменит соглашение.
- Полагаете, мы
ведём двойную игру?
- Мои избиратели не
верят администрации.
Не хочу, чтоб они подумали,
что нас обвели вокруг пальца.
- Как я и предполагал.
Гектор?
- Мы с Фрэнком предлагаем
включить в поправку положение,
запрещающее пересмотр этого
вопроса в течение 10 лет.
- Всё чёрным по белому:
долгосрочное обязательство
без возможности пересмотра.
- При этом расходы на ветеранов и
агентство по чрезвычайным ситуациям
остаются на прежнем уровне.
- Все остальные статьи расходов
сокращены от 80 до 100 процентов.
Вы в выигрыше, Кёртис.
И мы избежим катастрофы.
- Может, стране полезно
пережить катастрофу.
- У "чайной партии" сильный
голос, и вы её рупор.
Покажите людям, что этот голос может
быть услышан и претворён в закон.
- 15 лет без права
пересмотра, а не 10.
- Ладно.
- И если Конгресс не
утвердит закон после того,
как мы за него
проголосуем, вы признаете,
что виновата в этом ваша партия.
- Думаю, мы договорились.
- Что ты слушаешь?
- Сделать потише?
- Нет, мне нравится.
Можно послушать?
У меня чистые уши. Клянусь.
- Ладно.
- Спасибо.
Красиво.
- Да.
- Так печально.
- Помогает расслабиться.
- Трудный день?
- Я работаю в кол-центре, так что
– да: 200 незнакомцев за час.
- Тогда не буду тебя трогать: ты,
наверно, устала от разговоров.
- Ничего,
только не бросай резко трубку.
- А ты болтаешь с
ними о том, о сём?
С незнакомцами?
- Нам не положено.
- А я бы не удержалась,
расспросила, кто они, да что.
- Ну а ты чем занимаешься?
- Я работаю
в одном книжном и
ещё в детском саду.
У меня было такое же лицо,
когда мне это дали впервые.
- Да нет, просто я,
я не религиозна.
- Оставь себе, захочешь
– заглянешь, нет - нет.
У нас там отличная музыка.
- Ясно, спасибо.
- Конгресс уже направил
законопроект в Cенат,
а вариант Фрэнка даже
рядом с ним не лежал.
- Он поддержан обеими партиями.
- Я как будто с
Фрэнком разговариваю.
- Я не Фрэнк.
- У него есть стол
в твоём офисе.
- Если закон пройдёт в Сенате...
- Не пройдёт.
- Нужно быть готовыми, Боб.
- Что ж, как говорится,
подождём-посмотрим,
всего хорошего,
дамы.
- "Дамы"?
- Погрозил пальцем.
- Свинья.
- Просто привык работать с
двумя белыми его возраста,
теперь рядом с ним чернокожий
и женщина сильно моложе его.
- Как он ещё себя проявит.
- Свыкнется-слюбится.
Да?
- Каталина Родригес
на 4-й линии.
- Дашь мне минутку?
Каталина.
- Тед сказал, это
твоих рук дело.
Ты здесь?
- Да, я слушаю.
- Пресса не отцепится от
нас несколько недель,
они пытаются сфотографировать
меня и Эмили.
- Я ни при чём.
- Знала только ты.
- Да. Но я не знаю,
как всё просочилось.
- Зачем Теду врать?
- Не знаю. Может,
ему стыдно.
- И что мне делать? Когда
нас оставят в покое?
- Я не знаю, Каталина.
- Я не могу так жить.
- Прости, не знаю, что сказать.
- Как, как там Эмили?
Каталина?
- Держится он уверенно.
- Да, но есть ли у
него на то основания?
- Посмотрим, когда я
получу его медиа-план.
- А внешние впечатления?
- Обаятельный,
непосредственный.
Дотошный,
он нашёл наше интервью 86-го.
- Хотелось бы увидеть.
У него есть копия?
- Не думаю. Ему пришлось
ехать к ним на телестудию.
- Нужно достать и показать
президенту и первой леди.
Пусть увидят, как это делается.
- Кристина.
- Что Кристина?
- Ты ничего не замечал
между ней и президентом?
- Ты о чём?
- Они прошли вчера мимо по коридору,
и мне показалось, между ними есть
какая-то близость.
- Я и во время подготовки
речи это заметил.
Ты думаешь?
- Нет,
не обязательно.
- Но мысль интересная.
- Прошу прощения.
- Мы завтракаем.
- Республиканцы дали отбой. Меня
предупредил глава аппарата Мендозы.
- Звони Мендозе.
- Это Кёртис Хаас.
Он струсил.
- Это довольно
примитивный приём,
но люди смотрят, им
нравится, это забавно.
- Я получил имейл.
- Есть минутка?
- Да, конечно,
я перезвоню.
Что ты хотел спросить?
- Мы делаем материал
о кибероружии.
Я в этом профан, хотел уточнить, как
китайцам удаётся пробить файервол.
- Это сложно, но я могу
показать в общих чертах.
- Это мне и нужно.
- Мы пользуемся стандартной
Н-уровневой архитектурой.
Представь сэндвич:
несколько ломтиков хлеба,
а между ними салат, помидоры,
ростбиф - что угодно.
Теперь смотри: я ввожу код,
который делит базу данных.
- Чёрт, забыл, у меня же
через пару минут встреча.
- Зайдёшь после неё?
- Нет. Я им только скажу, что
освобожусь попозже – и вернусь к тебе.
- Ладно, я здесь.
ТЕЛЕФОН У МЕНЯ.
ХОРОШО. ЗАПРОСИ КОД.
- Так.
ЗАБЛОКИРОВАН. НОМЕР КОДА.
- Ну же, давай.
Я ВОШЕЛ. ОТЛИЧНАЯ РАБОТА. ЖДУ ТЕБЯ
В 9 ВЕЧЕРА НА КОЛАМБИЯ СТРИТ 66-97
- Отлично.
НАПОМИНАЮ, УДАЛИ ТЕКСТ.
- Есть.
Что-то не так?
- Не могу найти телефон. Странно,
он был здесь минуту назад.
- Вот он. Прошу прощения.
- Ничего.
- Итак, Н-уровневая архитектура.
Сэндвич, о котором я говорил.
- Я полагал, Мендоза
хочет сотрудничать.
- Так и есть. Проблема
в Кёртисе Хаасе.
- Вы с ним говорили?
- Он не отвечает на
звонки, как и Мендоза.
- Я должен был стоять на своём.
- Голосование завтра днём.
Я достану Мендозу рано или...
- Речь о послании
к нации, Фрэнк!
Я не могу быть в
подвешенном состоянии,
если придётся всё переписывать,
нельзя терять ни минуты.
- Я могу всё исправить, сэр.
- Рэймонд сказал, что это ваша идея.
Пойти на компромисс.
- Я предложил это как вариант.
- Он говорит, вы настояли на этом.
Он считал это ошибкой.
- Если он убеждён в этом, то
должен был вас отговорить.
- Рэймонд не политик.
Он полагается на наш опыт, как
мы — на его деловое чутьё.
- Может, лучше не виноватого
искать, а решать проблему?
- Вы не считали это проблемой.
- Если всё быстро уладить,
проблемы и не будет.
- Мне был нужен вице-президент,
который способен
управлять Конгрессом,
а не тот, кто откусывает
больше, чем может прожевать.
- Тогда вы сделали
верный выбор, сэр.
- Моя вера в вас
быстро испаряется...
Не унижайте администрацию, Фрэнк.
Вы теперь её часть.
- Да, сэр.
- Это всё.
- Спасибо, господин президент.
- Пожалуйста, частная линия.
- Таск стоит у меня на пути.
Гудвин наступает на пятки.
Теперь нельзя делать неверных шагов.
Чем выше гора, тем опаснее тропы.
- Лукас Гудвин
приходил к его девушке.
Возможно, тебя тоже ищут.
- Со мной никто не говорил. Вряд
ли кто-то знает, что я здесь.
- И не должны узнать.
Ни с кем не говори и никуда
не ходи без необходимости.
Ты слышишь, что я сказал?
- Слышу, я поняла.
Всё в порядке.
- Приложи лёд.
- Я сказала, всё в норме.
- Что это?
- Ты теперь в моём
мусоре роешься?
Мне это дали в автобусе.
- Сообщай о любой попытке
с тобой заговорить.
- Привет.
- Привет.
Прости, что опоздала.
- Ничего.
Сколько сделать сейчас?
Заполнить этот участок?
- Да. И ещё один мак вот здесь.
- Много для одного сеанса.
- Я знаю.
- Ладно.
- Фрэнсис.
Уже уходишь?
- Мендоза встаёт рано.
- Ты найдёшь решение.
- Нужно доказать, на что
способен вице-президент.
- Не доказывай это им.
Докажи мне.
- Кёртис взял меня
за горло, Фрэнк.
Без него не будет
рабочего большинства.
- Не он избранный лидер.
- Верно. Но я должен
с ним считаться.
- Если ты не в состоянии
его контролировать...
- Он не один. За ним
стоят ещё 15 сенаторов.
Без их поддержки, я
перестану быть лидером.
- Он любит, когда его обхаживают.
Усади его...
- Я пытался - он непреклонен.
- Поговорим с ним вместе.
- Он чётко высказался.
- Мы жали руки за этим столом.
- Максимум, что я могу — предложить
для обсуждения другую поправку.
Можете поливать нас
во всех газетах,
мы будем голосовать
против поправки.
- Мне не нужны
символические жесты.
- Я могу предложить только это.
- Где твоё мужество?
- Моя власть
небезгранична, Фрэнк.
- Нам нужны голоса всего
5 республиканцев.
Но сомневаюсь, что они
проголосуют против своей партии.
- Они могут воздержаться.
- Тогда нужно 10.
- Реформа соцобеспечения
– их идея фикс.
Двоих я смогу перетянуть.
- Тогда нужно 6 воздержавшихся.
- Эриксон уже звонит.
- Доннер?
- И Пуласки.
- Дай мне список
телефонов, начну давить.
- Вот он.
- Нужно действовать жёстко.
- Я знаю все нюансы
парламентских процедур, сэр.
- Найди тех, кто
может прогнуться.
Марк, ты же
здравомыслящий человек.
Да, я,
я знаю,
я понимаю.
Что если
послушай. Что если оба
госпиталя для ветеранов
да, оба. Минутку.
Кто?
- Мориарти.
Я ему пообещал поддержать
его животноводческий центр.
- Итого 6.
- Марк, если я найду деньги для
обоих госпиталей, ты с нами?
Отлично. Зайди как-нибудь в Белый
Дом, позавтракаем вместе. Пока.
Голоса наши.
- Чтобы обеспечить
кворум, есть один нюанс.
- Расскажешь по пути.
- Сэр,
сэр. Похоже, у нас
нет большинства.
- Что?
- Демократы переманили людей.
Доннера, Пуласки. Может, больше.
- Они проголосуют за поправку?
- Часть. Другие воздержатся.
Я пытаюсь узнать, кто...
- Нужна отсрочка, чтобы
что-то придумать.
- Сорвём кворум.
До парламентских
каникул 49 часов.
Будем называть по фамилии в час.
- Да.
- Мистер Эвендейл?
- Здесь.
- Прошу прощения, по-моему,
вы заняли моё кресло.
Мистер Друри, как у
нас обстоят дела?
- Мы ведём перекличку, сэр.
- Тогда почему вы
не читаете список?
- Читаем, сэр. В
размеренном порядке.
- Давайте ускорим.
- Мистер Браун.
- Здесь.
- Ещё быстрее.
- Мистер Бэрр?
- Здесь.
- Мистер Кантвелл.
- Здесь.
- Мистер Серини?
- Здесь.
- Корнуолл?
- Здесь.
- Колсон?
- Здесь.
- Мисс Даспер?
- Они соберут кворум.
А у нас мало голосов.
- Выведем всех наших людей.
- Мисс Дэнерал. Мистер Дарлинг.
Мистер Дасвани. Мистер Доннер.
- Быстрее.
- Мистер Доббинс, мистер
Дуайер, мистер Эдисон,
мистер Энгл, мисс
Эриксон, мистер Джэймс,
мисс Джефферсон, мистер Дженфри.
Мисс Макс.
Мисс Уайтхаус. Мистер
Уикер, мистер Уайден.
Господин председатель,
кворума нет.
- Слово имеет лидер
меньшинства, мистер Эриксон.
- Господин председатель,
я требую,
чтобы парламентский пристав обеспечил
явку отсутствующих сенаторов.
Вот ордера на арест сенаторов,
не явившихся сегодня без
уважительной причины,
подписанные
председательствующим лицом.
- Ставлю вопрос на голосование.
Кто за, скажите да.
- Да.
- Кто против, скажите нет.
- Нет.
- Большинство за,
ходатайство удовлетворено.
Приставу приказывается
обеспечить явку сенаторов.
Приятно вернуться в Конгресс.
- Демократы уполномочили полицию
арестовать отсутствующих сенаторов.
Сенатор от республиканцев
Кёртис Хаас,
один из оппонентов поправки о
соцвыплатах, заявил следующее:
"Вице-президент заменил
демократию тиранией,
превратив Сенат в полицейское
государство в стенах Капитолия. Но...
- Становится всё труднее
не попасть в новости.
- Так зачем это
совместное интервью?
- Я ещё раз посмотрел
то, старое интервью.
Уговорил сделать мне копию.
Прошу.
Я подумал, вам будет интересно.
Там есть момент, когда вы
запускаете пальцы ему в волосы.
Очень интимный и
человечный жест.
Одно это заставило бы меня
проголосовать за вашего мужа.
Такая запись может подарить
вам месяцы спокойной жизни.
- И кого вы выбрали ведущим
для будущего интервью?
- Это означает, у
меня есть работа?
- Это означает, что
пока вас не отклонили.
- Что ж, это обнадёживает.
- Это комната демократов, Гектор.
Ваша с другой стороны.
- Ваши действия не сработают.
- Могут сработать. Поэтому
ты сюда и заглянул.
Воды со льдом?
- Мои люди уже в самолётах,
поездах и автомобилях.
- Мне для кворума
нужны лишь 6.
Подумай, что я могу с 26 голосами,
а у меня их 45.
Ты не сможешь быстро пригнать
обратно свои самолёты и поезда.
- Я постараюсь.
- Пристав работает отлично.
И это хороший способ показать
Кёртисе, кто главный.
Я оказываю тебе услугу, Гектор.
- Скажи, что ты хочешь.
- То же, что и раньше: договор,
который мы скрепили рукопожатием
и я верну тебе Сенат.
- Они не вернутся добровольно.
- Выбери 6 лучших актёров.
- Мы не можем уступить, Гектор.
- Этого бы не случилось, если
бы ты соблюдал линию партии.
- Мистер Мендоза присутствует.
- Против своей воли!
- Мисс Корнуолл присутствует.
- Против своей воли!
- Мистер Ульман присутствует,
мистер Уолш присутствует,
мисс Галластер присутствует.
И мистер Хаас присутствует, господин
председатель. Кворум в наличии.
- Можете принимать поправку.
Я блокирую основной закон.
- Не выйдет.
- Увидите.
- Хотелось бы посмотреть, как
вы сидите 2 дня взаперти,
но мы заключили
сделку с Гектором.
- Принятие
альтернативной поправки
приравнивается к принятию
основного закона.
- Меня не проинформировали.
- Нужно внимательней
читать мелкий шрифт,
Кёртис, там много ценного.
Начали.
Быстро читайте поимённый список
голосования, без задержек.
- Есть, сэр.
- Кворум в наличии.
Вопрос — принятие альтернативной
поправки к закону HR-934.
Голосуем: "Да" и "Нет", и
клерк зачитает список.
- Мистер Эбнер?
- Да.
- Мистер Эвендейл?
- Да.
- Мистер Браун?
- Я хочу предложить поправку
к HR-934...
- Мистер Хаас, по очереди. Сейчас
читается список. Клерк продолжайте.
- Мистер Браун. Мистер Бэрр.
- Да.
- Мисс Кантвелл.
- Да.
- Мистер Серини.
- Да.
- Мистер Чесс.
- Да.
- Мистер Корнуолл.
- Нет.
- Мистер Колсон.
- Привет.
- Привет.
- Я рада, что ты пришла.
- Да, я тоже.
- Ну, как тебе?
- Музыка была
просто прекрасной.
- Не то, чего ты ждала?
- Я не знала, чего можно ждать.
- Я Лиза.
- Рейчел. Прости.
- Ну что ты!
Там есть печенье и
пирог, если ты...
- Пожалуй, я пойду.
- Хочешь познакомиться
с моими друзьями?
- Да.
Хорошо. Да.
- Тогда пойдём.
- В твоё резюме нужно
добавить чудотворец, Фрэнк.
- Без Лазаря не было бы чуда,
но жизнь была бы проще, если
бы он вообще не умирал.
- Президент немного
побушевал, но я его успокоил.
Я сказал, не волнуйтесь,
Фрэнк всё провернёт.
- Неужели? Я не виню тебя
за двуличие, Рэймонд.
Это хорошая политика, если
ты на этом не попался.
- Фрэнк, если ты думаешь,
что я...
- Ничего, Рэймонд, бог простит тебя.
До свидания.
- Есть кто?
Есть кто?
- Вина хочешь?
- Нет.
- Заходи.
Ближе,
ближе.
Назови имя и дату.
- Зачем? Я...
- Пожалуйста, назови имя и дату.
- Лукас Гудвин, 13 февраля.
- Год.
- 2014.
- Ты был или являешься сотру..?
- Что за?
- Ты был или являешься
сотрудником силового ведомства?
- Я уже говорил — нет.
- Двухшаговая проверка.
- Нет, не являюсь. И не был.
- Ты был или являешься
информатором полиции?
- Нет.
- Как думаешь, за тобой могли следить?
Что-нибудь странное замечал?
- Слушайте, мне от
этого не по себе.
- Мы здесь не шутим.
Если думаешь, что ФБР не вычислило
твои посты, то ты наивен.
- Думаете, они знают, кто я?
- Нет.
Ты хорошо спрятался.
- Что ты намерен делать с "Геральд"?
- Ничего.
- Тогда зачем тебе доступ?
- У меня уже есть доступ.
Так я тебя проверял.
Хотел убедиться,
что ты не шутник.
Это кэшью.
- Зачем ты со мной связался?
- Ты в отчаянии.
А я не поклонник
властных структур.
- Сегодня, под председательством
вице-президента Андервуд,
Сенат проголосовал за
принятие закона HR-934
и исторической поправки
о социальных пособиях.
Повышая пенсионный возраст до 68-и
лет и 65-и для досрочной пенсии,
мы сохраняем гарантию пенсионных
выплат на многие поколения вперёд.
И когда через
несколько недель этот
законопроект будет
утверждён в Конгрессе,
на что у меня есть все
основания надеяться,
угроза замораживания
ассигнований
и остановки работы правительства
окончательно отпадёт.
Американский народ заслуживает
полноценной жизни.
Мы стоим у алтаря демократии
так будем же держаться заодно.
- Я говорил с Джеки.
Я поддержу тебя в палате.
- Билль ещё не
прошёл в Конгрессе.
Ему предстоит долгий путь
до стола президента.
Что касается меня, раньше я был от
него на почтительном расстоянии.
А теперь
всего в одном метре.
 

4 серия

ОФИС ПАРТИЙНОГО ОРГАНИЗАТОРА
ДЖЭКЛИН А. ШАРП
- Странно видеть
здесь чужую фамилию.
- "Совершенствоваться
- значит меняться".
- "Быть совершенным
- меняться часто".
- Ты знаешь Черчилля.
- Ты подарил мне часы
с этой надписью.
- Правда? Подарки
подбирает Нэнси.
- Она хорошо тебя знает.
- Мне больше нравится...
- Я добыл тебе 2 голоса.
Партриджа и Краусса.
- Способ Рэймонда протянуть
оливковую ветвь?
- Это начало.
- 2 голоса – прутик, а не ветвь.
- Поэтому я здесь.
- Голосование в 5. У
нас меньше трёх часов.
- 2.49.
Нам и меньшего времени хватало.
- Те самые часы?
- Нет, эти лучше.
- И почему же Рэймонд передумал?
- Если правительство "зависнет",
пользы не будет никому.
Мы хотим, чтобы президент занимался
Китаем, а не протестами.
- Получи указания у Джэклин.
- Ей это не понравится.
- Указывать тебе?
- Указывать мне.
- Я её не виню.
- В начале интервью
Эшли спросит,
как вы познакомились, как
началась ваша семейная жизнь.
- Хорошо.
- Потом она перейдёт к вопросам
о вашем недавнем переводе.
- Понятно.
- Она спросит, почему нет детей.
- Мы условились не
говорить об этом.
- Да, но они настояли. Я
могу предупредить Эшли.
- Ничего. Мне задавали этот
вопрос, я знаю, что ответить.
- Затронем это мимоходом.
С Эшли я договорюсь.
Мне нравится.
- Уж слишком нейтральное.
- Вы прекрасно смотритесь в любом.
Я пойду вниз.
- Дизори обязан вам за
финансовую поддержку.
- Это верно.
- Я позвоню ему.
- Где Даг?
- Ходит, проверяет, что
работа по-прежнему кипит.
- Как Бёрч и Уомэк. Но 15-и
голосов ещё не хватает.
- К большинству есть подход.
- Денег мало. Я чем
только не заманивала.
- Пенсия — главная загвоздка?
- Старики голосуют.
- Я займусь ассоциацией
пенсионеров.
- Теряем время. Мне
нужно работать.
- Возьми с собой Реми.
- А принцип "разделяй
и властвуй"?
- Отказать дважды
тяжелее, чем единожды.
- Я не буду тебе мешать.
- Как с водоразделами?
- На сей раз мы заодно.
- Ты опоздал на праздник.
- Считай, что Реми принёс ящик
пива после закрытия магазина.
- Кто на очереди?
- Дональд Блайт.
- Полагаешь, это наилучший
расход времени?
- Мне нужны его люди.
- Много яиц сложим
в одну корзину.
- У нас всего одна и есть.
Джэклин, можно по старой
памяти занять твой кабинет?
- Всё для удовольствия
вице-президента.
- Осталось 2 часа 17 минут.
Чтобы перетянуть на свою
сторону Дональда Блайта,
нужны терпение и время. Сейчас
нет ни того, ни другого.
Тик-так.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
СЕБАСТЬЯН АРКЕЛУС
НЭЙТАН ДАРРОУ
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ
БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
ЛОРА ИЗОН
РЕЖИССЕР
ДЖЕЙМС ФОУЛИ
- Дональд
рад видеть тебя.
- Господин вице-президент.
- Брось, для тебя всегда Фрэнк.
- Я пришёл по твоей просьбе,
но не питай ложных иллюзий.
Обрабатывай других.
- 10 минут.
- Они ничего не изменят.
- Ну хоть выпей бесплатный кофе.
- Избегаю кофеина.
- Выпей без него.
- Кофеин везде есть.
- Так вдохни
бесплатный кислород.
Здесь везде такая духота.
Кофе для меня и...
- Сельтерскую, если есть.
- Наверняка есть.
- Я понимаю,
возможно, ты на меня
затаил обиду.
- Никакой обиды, Фрэнк. Но я не веду
переговоры с людьми, насквозь лживыми.
- Я никогда не лгал
тебе, Дональд.
- Ты обещал советоваться
со мной, этого не было.
- Тебе не понравилось
бы, как мы проводили
закон об образовании,
я не хотел...
- Ты растоптал профсоюзы,
пересмотрел нормы выработки.
- Если бы мы не сделали
это, закон не прошёл бы.
- А теперь хочешь сократить и
жалкий уровень финансирования,
которого добился.
- Мало денег лучше, чем ничего.
- Смерть заявляет о себе
громче, чем вялотекущая жизнь.
- Слушай, я впечатлён собранной
тобою маленькой коалицией, но мы...
- Не маленькая. 28 голосов.
И тебе нужны все.
- Строго говоря, половина.
- Половина ноля — ноль.
- Я приложил все силы, чтобы
поправка прошла Сенат.
Если она провалится в
Палате представителей,
второго раунда не будет.
- Прежде всего, она
не пройдёт в Сенате.
- Давай начнём заново.
Прими мои извинения.
- Не принимаю, Фрэнк.
Я вышел из драки за закон об
образовании, мне нести этот крест.
Но будь я проклят, если
повторю эту ошибку.
- Такое упрямство не отличает
тебя от "чайной партии".
- За исключением факта,
что мы были правы.
- Не уходи, Дональд, ты ещё
не выпил свою сельтерскую.
- На северо-востоке ещё 7
центров обработки данных.
- Шансов маловато.
- Получив доступ в один,
я бы проник в остальные.
А они все выглядят так —
Форт-Нокс в ядерном бункере.
- Как мы туда влезем?
- Не мы.
Ты.
- Как?
Зачем мне?
- Ты пишешь статью
о кибертерроризме.
- Но при такой защите...
- Они устраивают туры
для возможных клиентов.
- А почему ты этого не сделаешь?
- У меня хакерская фирма, если я
сунусь к ним до взлома, будет тревога.
- Ладно
вот я вошёл?
- Так выглядят серверы.
Ты зайдёшь в одну из этих
клеток, вот с этой штучкой.
И засунешь её сюда.
Вуаля.
- Всё так просто?
- Твоя задача, а не моя.
Код крайне сложный.
- Как пройти незамеченным?
- Как и в любом деле,
совершенство в практике.
- У нас проблема.
- Всем оставить работу, зайти в
ближайший кабинет и закрыть дверь.
Вы оставайтесь на месте.
- С пенсионным возрастом решено, но я
смогу перераспределить ассигнования.
- Мне нужно не это. Нельзя
исправить машину, заменив колпаки.
- А дополнительный закон, полностью
связанный с образованием?
- Моя коалиция борется
за целостность партии.
Нам нужно не только.
- Прости, Дональд. Одну минуту.
Нэнси, я просил не мешать.
Когда?
До голосования меньше часа,
мне плевать на протокол.
Карантин. В почте белый порошок.
- Нас блокировали?
- Сэр. Закройте дверь.
- Слушайте, я...
- Срочно! Пожалуйста!
- Я позвоню жене.
- А я позвоню Клер.
- Сказать Коннору?
- Нет, прессе лучше не знать.
Результаты будут до голосования.
Потом я приду домой.
- Как ситуация?
- Шаткая. Можем проиграть.
- Настроюсь на жёсткое интервью.
- Я изначально был против.
- Теперь его не избежать.
- Я лучше вернусь к крестоносцу.
- Сообщи, как только
будет готов результат.
- Если повезёт, найдут сибирскую
язву, и закон не провалится.
- Не говори так.
- Всё будет хорошо. Сколько
карантинов мы пережили?
- Я сбилась со счёта.
- Пожелай удачи с Дональдом.
- Скрестила ноги.
- Перерыв в совещании.
- Конечно.
- Мы выработали единодушное
решение по биллю.
Некоторых вынуждают колебаться.
- Речь о единстве партии.
- Речь об отказе от
нашего принципа.
- Нет, о замораживании.
От бряцания оружием бывает не
польза, а только кровь на поле боя.
- Мой округ - третий в
стране по числу стариков.
Если поднять пенсионный возраст,
ассоциация поднимет вой.
- Утром я говорил с
президентом ассоциации.
На следующей неделе он
получит 45 миллионов.
- Избиратели возмутятся.
Последствия будут ужасные.
КАПИТОЛИЙ ЗАКРЫТ.
Я ЗАСТРЯЛ ЗДЕСЬ.
- Выбор между немедленным прекращением
деятельности и буфером в 5 лет.
Вы сравниваете теоретический
дискомфорт и неизбежную боль.
- Я чувствую, как теряется
связь с главными ценностями.
Пример — закон об образовании.
Мы следовали за Фрэнком, надеялись
на поддержку республиканцев.
- Прошу прощения.
Один момент.
Пресса знает?
- Пока нет.
- Ты можешь держать с ним связь?
Я должна "додавить" наших гостей.
- Они почти готовы. Прислушайся.
Им нужна поддержка, а не нажим.
- Я знаю, как выбивать голоса.
- Лучшая икра в Вашингтоне.
- Мы не можем позволить
вам платить.
- Тогда не ешьте. Но если
что, я никому не скажу.
Вы говорили про закон
об образовании.
- Нет, Марджори. Дорогая...
Помнишь, мы говорили об этом.
Я говорил...
Да. Не о чем беспокоиться...
Если есть вопросы, задай их Молли.
Она знает, в чем дело.
Я позвоню, как только
всё прояснится,
я люблю тебя.
- Как Марджори?
- Всё в порядке.
- Долго говорил.
- Она очень
впечатлительна.
Молли взяла академический
отпуск, но я сказал,
что весной она должна вернуться.
Не хочу, чтобы мать тянула её назад.
- Наверное, тебе тяжело.
- Думаю, девочке тяжелее.
- Она в памяти?
- Примерно половину времени.
Достаточно, чтобы
осознавать ухудшение.
- Печально.
- Ужасно говорить это, но я
отчасти жду моментов помрачения.
Тогда она не понимает,
что происходит.
- Нужно было подумать об этом раньше.
Обращаться к сердцу, а не к разуму.
Прости моё невежество,
в исследованиях есть
новейшие наработки?
- Есть. Генетические
тесты, сосудистая терапия.
Но прогресс медленный. Помочь
Марджори уже не успеют.
Мы сосредоточились на качестве жизни.
Я знаю, у тебя много дел.
- Парторганизатор уже не я, а Джэклин.
Я встретился с тобой по старой дружбе.
- Ей было бы труднее отказать.
- Всё равно отказал бы.
- Да.
- Я восхищаюсь твоей
твёрдостью, Дональд.
Сейчас таких мало.
- Раньше ты сравнивал
нас с "чайной партией".
- Я был несправедлив.
Ты не реакционер, а прогрессист.
- Я вижу, к чему ты клонишь.
- Ты о чём?
- Пробыв с "моё" в глуши, и ты
перестал бы поддаваться лести.
- Ты считаешь меня
закоренелым лжецом,
но и я способен на
искренний комплимент.
- Тогда я принимаю его,
но он меня не смягчит.
- Иначе ты не заслуживал
бы комплимента.
- Если вы проголосуете против,
я не буду в претензии.
Мы все в одной лодке
до окончания срока.
Но если мы будем вместе — сможем
показать республиканцам и народу,
что мы способны не
только на стагнацию.
И это кое-чего стоит,
даже ценой обид.
На кого рассчитывать?
- Принято.
- То, что между нами дверь, я
воспринимаю как плохой знак.
- Один тест отрицательный,
один неопределённый.
Мы отправим образцы
в лабораторию.
- Сколько ещё ждать?
- Часа 3 – 4.
- Сегодня голосование, мне нужно
поговорить со своими людьми.
- Сэр, голосование отложено. Мы
эвакуировали эту часть здания.
- Не будет голосования?
- Сначала получим результаты.
- Добрым людям – добрые вести.
- И ещё, сэр. Мобильная, телефонная,
интернет-связь заблокированы,
чтобы исключить
угрозу безопасности.
- Мне нужно звонить жене.
- Простите, сэр.
Мы можем известить её.
- Я должен сам. Услышав чужой
голос, она начнёт волноваться.
- Конгрессмен, у меня
строгие инструкции.
- Найдите выход, если не
хотите неприятностей.
- Найду, сэр.
- В вице-президентстве
есть кое-какая выгода.
- Мэм. Мы просим вас
задержаться здесь.
- Из-за карантина?
- Капитолий эвакуируется.
Мы надеемся, всё хорошо.
Это стандартная процедура.
Позвонить не удастся. Связи нет.
- И я не могу
поговорить с Фрэнсисом?
- Пока нет.
- Как долго?
- Приблизительно 4 часа.
- Интервью через 25 минут.
- Ничем не могу помочь.
- Всё в порядке?
- Да.
- Я поговорю с Эммой.
- Не нужно. Спасибо!
- Эмма
у нас некоторые сложности.
- Слышала в новостях.
- Это надолго.
- Есть связь с вице-президентом?
- Нет и не будет до конца эвакуации.
Ты говорила с Эшли?
- Она считает, нужно выйти
в эфир через спутник.
- Неизвестно, когда это будет.
- Вице-президент закрыт в
Капитолии, у нас эксклюзив.
Сеть начнёт вещание,
когда мы прикажем.
- Отложили до твоего прихода.
- Ты должна дать интервью одна.
- Я подожду.
- Кто знает, выиграем ли мы?
Если проиграем, я не хочу
появляться на телеэкране.
Может, карантин к лучшему.
- Ну не знаю, Фрэнсис.
- Ты будешь на высоте.
- Я поговорю с Коннором.
- Хорошо. Спасибо, мы закончили.
- Сэр, мы связались
с миссис Блайт.
- Дональд.
- Марджори.
- Дорогая, это я.
- Тебя плохо слышно.
- Нас заперли в кабинете.
- В каком?
- В Капитолии. Мы здесь
немного задержимся.
- А почему ты там?
В воскресенье.
- Нет, дорогая, сегодня пятница.
- Дональд.
- Слушаю.
- А кто это со мной?
- Полицейский. Он принёс тебе
рацию, чтобы мы поговорили.
- С кем я говорю?
- Это ваш муж, мэм.
- Я не замужем.
- Это я, Дональд.
- Выключите, я не знаю его.
- Марджори!
- Она ушла в другую комнату.
- Ясно.
Спасибо!...
Пожалуйста, останьтесь с ней.
- Хорошо, сэр.
- Выпьешь?
- Давай. Почему бы нет?
- Он выйдет лишь к полуночи.
А потом - голосование.
- Мы можем и в 2 ночи.
- Когда все спят?
- Ради этого не уснут.
- Смысл лишь в прайм-тайме.
- Тогда пустим завтра.
- Мы ждём уже полдня. Вице-президент
не пересмотрит график ради интервью.
- Я не вижу других вариантов.
- Мы говорили с Фрэнсисом по рации.
Я дам интервью одна.
- Одна?
- Миссис Андервуд и
Эшли, один на один.
- Может, его голос...
- Фрэнсис не хочет, чтобы в
интервью упоминали о карантине.
Я тоже. Это же спектакль.
- Карантин — это
уникальная возможность...
- Довольно.
- Что?
- Отмените интервью.
- Перестань, Коннор.
- Всё, сворачивайтесь и уходите.
- Ладно. Я позвоню Эшли.
- Я думал, что привык. Но нет.
Каждый раз больно.
Прожил с женщиной 30 лет, и
вдруг она не узнаёт тебя.
Мне не следует...
- Если б мы не совершали дурных
поступков, не радовались бы хорошим.
- Отлично сказано.
- И если близок наш конец
— не знаю, как ты,
но я предпочёл бы
встретить его навеселе.
За Марджори.
Ты горячо любишь её.
- Больше всего на свете.
- Не представляю, что бы делал,
если б Клэр не стало, или если бы
она забыла меня.
- Пусть тебя это не коснётся.
- Меня злит, что
коснулось тебя и других.
- Нет смысла злиться на
то, что не изменишь.
- Сколько стоят исследования
болезни Альцгеймера?
- Чуть меньше пятисот миллионов.
- Я не эксперт, но,
по-моему, многовато.
- Да. Каждые 100
долларов на исследования
сопровождают 30 тысяч на уход.
- Нужно изменить это.
- Пытался. Мой законопроект
не ушёл из комитета.
- Кто противился?
- Говард Уэбб.
- Ассигнования.
- Он даже не ставил
на голосование.
- Говард мне никогда
не нравился.
- Значит, нас двое.
- Чем он аргументировал?
- Ему это и в голову не пришло. Заявил
— финансовая безответственность.
- Освети подробнее суть
своего законопроекта.
- Я вижу тебя насквозь.
- В смысле?
- Ты отвратителен, Фрэнк.
- Что-что?
- Используешь мою жену.
- Дональд, что ты говоришь?
- Думаешь, я сдамся, если ты
профинансируешь исследования?
- Я это вовсе не предлагаю.
- Враньё, Фрэнк.
- Думай обо мне что хочешь, но
я не торгую здоровьем людей.
- А что ж повышаешь
пенсионный возраст?
- Нам по карману
медисследования, а уход - нет.
Такова реальность, Дональд.
- Не говори со мной о реальности.
Моя жена умирает.
Это реальность. Другие люди
умрут, если твой закон пройдёт.
Вот реальность. Чёрт подери. Жаль,
что я застрял в кабинете с тобой.
- Дональд.
- Я не разговариваю!
- Ещё раз.
- Я справлюсь.
- Должно звучать естественнее.
- Мы с Фрэнсисом хотели посвятить
себя служению обществу.
И чувствовали, что не можем
одновременно быть и родителями...
Этот выбор позволил нам больше
времени посвящать другим.
- Вот. Так хорошо.
- Мы готовы, миссис Андервуд.
- Отправьте Дерека в Капитолий.
Мне нужны интервью
эвакуированных и агентов.
Пусть Сара закончит
статью о биоугрозе.
Я скоро приеду.
Мне пора.
- Мы ещё не закончили.
- У нас серьёзный материал.
Вернусь завтра.
- Через 2 дня у нас
появится образец.
ФБР любит образцы, а мы не
даём ФБР то, что ему нравится.
- Я не могу пропасть на весь день.
У меня 8 репортёров на выезде.
- Хватит!
Зачем я купил кэшью?
- Я не знаю.
- Для общения?
Да,
а главное — для напоминания,
что от жизни в клетке меня
отделяет один неверный шаг.
Останься
я объясню тебе код, который
напишу, как пробью файервол.
Если попадёмся, ты не
отговоришься незнанием.
Утонем вместе.
- Я не играю в Бонни и Клайда.
Я нужен тебе для одного
дела, как и ты мне.
А твои прежние...
- Ты знаешь, где я
живу, и знаешь, кто я.
Садись. Закончим пораньше.
- Капитолий перекрыт,
команда биохимической защиты
продолжает осматривать здание.
Напомним, что утром в посылке,
адресованной лидеру
большинства Джэклин Шарп,
был найден белый порошок.
- Можно выходить?
- Скоро, сэр. Осталось меньше часа.
Сообщение от вашей жены.
- Какое?
- Она даёт интервью
в прямом эфире.
- Конгрессмен Дональд
Блайт и 14 человек.
- Миссис Андервуд, я вам
крайне признательна за то,
что вы нашли время поговорить с нами
в такой очень непростой ситуации.
- Спасибо, Эшли.
- Вы говорили сегодня с мужем?
- Да, говорила. Он не пал духом и
его охраняет секретная служба.
Конечно, он расстроен,
что не смог прийти.
- Мысленно мы с ним и со всеми,
кто остался в Капитолии.
- Спасибо!
- Я хочу вернуться к Клэр Андервуд
до её знакомства с мужем, в Техас.
У меня есть пара фотографий.
- О, боже.
- Да.
- Господи. Это Рэд.
- Профессиональный жокей?
- Энтузиаст.
- А это спустя пару лет.
- Господи.
Вам нравятся туфли?
Прелесть, да?
- Две совершенно разные девушки.
Какая вам больше нравится?
- На семейном ранчо.
Там был дом. Мой.
- А в школе не нравилось?
- Пожалуй, я предпочитаю
месить грязь.
- Вы росли в Далласе.
В Хайлэнд-парке.
- Да. Мой отец был
бизнесменом, мы жили в городе,
но владели и ранчо. 3
поколения нашей семьи.
- Ваши родители
были очень богаты.
- Да, мы были состоятельны.
Родители заботились, чтобы
я ни в чём не нуждалась.
Детство было счастливым.
- Ваше самое яркое
воспоминание детства?
- Самое яркое воспоминание. Ого.
Наверное, лет в 9-10 отец отвёз меня
в Дили Плазу, где убили Кеннеди.
Он сказал: "Клэр, здесь
погиб великий человек".
Я помню, тогда не совсем
осознавала, что такое смерть.
Я спросила, как он
погиб, отец рассказал,
помню, я почувствовала
печаль и злость.
Мне казалось, это
так несправедливо...
Я начала плакать, папа
поднял меня, обнял и сказал:
"Не печалься, солнышко".
Он сделал мир лучше, но иногда
за это приходится платить...
Пожалуй, это самое
яркое воспоминание.
- Осталось 8 голосов.
- Простите, я передумал.
- И я. Я буду отстаивать это.
- Вы предпочтёте
распустить правительство.
- Не валите всё на нас, только
потому что мы в меньшинстве.
- Поймите нас правильно,
мы уважаем вас, Джэки.
После ухода Фрэнка вы
работаете отлично.
В другом стиле, но отлично.
- Прошу прощения.
- Несерьёзное отношение.
- Ты не Фрэнк.
- То есть я не мужчина.
- Нет, не Фрэнк. Они
привыкли к предложениям.
Спроси, что они хотят. Полу
нужен завод для утилизации.
- Ты так же
снисходителен, как и они.
- Слушай хорошие советы.
Ведь раньше я не ошибался?
- Пол. Реми сказал, что вам нужен
завод для переработки отходов.
- У нас сложности с получением
федеральных средств.
- Бэн, вы хотели в своём
округе открыть музей вина.
- Мы делаем лучшее
вино на Лонг-Айленде.
- Я знаю. Пробовала.
На вкус как моча, место этому вину
на заводе по переработке отходов.
- Джэки.
- У нас перспектива
террористической угрозы,
а вы хотите урвать ещё кусок пирога.
Постыдились бы.
В моей партии людей награждают
за хорошие поступки,
а не за "правильное"
голосование.
Когда вы войдёте, то оба
проголосуете "За", без колебаний.
Спасибо, что передумали.
Осталось ещё 6.
- Вы уехали из Техаса и 2 года учились
в престижной академии Филлипс.
А потом в Рэдклиффе.
- Да.
- Там и встретили
будущего вице-президента.
- В то время привлекательного
студента юрфака.
Я не думала, что он
станет вице-президентом.
- Кое-кто предполагает
в вашем браке расчёт:
жениху понадобились
деньги вашей семьи.
- Это не так.
- Ваш отец много
вложил в его кампанию.
- Да, потому что он
верит во Фрэнсиса.
- Он победил бы,
если б не деньги
вашего отца?
- Не знаю. Наверняка
помогли и деньги,
но хочется думать, что избирателей
убедили идеи Фрэнсиса,
а не телереклама.
- Вы женаты 27 лет.
- Верно.
- Вы поженились студентами.
Были так молоды.
- Да. Но когда находишь
единственного.
Фрэнсис был таким.
- Вы зовёте его Фрэнсис?
- Домашние зовут его Фрэнк.
Но ему нравится, когда я называю его
Фрэнсис, говорит, так изысканнее.
- Трудно быть женой политика?
- Волнующе...
И не без трудностей, конечно.
- Всегда быть в тени,
подчинять свои цели
его целям.
- Я думаю иначе.
Мы двое независимых людей,
решивших жить вместе.
Я поддерживаю его, он — меня.
- Это ведёт к политическому
партнёрству.
- Мой муж политик, и я
работала в политике,
но наше партнёрство
намного шире этого.
- Дети.
Это жертва?
Ведь у вас их нет.
- Мы с Фрэнсисом хотели посвятить
себя служению обществу.
И чувствовали, что не можем
одновременно быть и родителями.
Это наш выбор.
- Мы уже слышали этот ответ.
- То есть?
- То же самое вы говорили
в предыдущих интервью.
- Потому что это правда.
- Простите, но "карьера" и
"сроки" часто лишь
удобные отговорки.
- Это так, но в отличие
от других людей,
я никогда не выбирала
между "возможно" и "да".
- Не чувствовали давления?
Материнский инстинкт?
- Нет.
- И это был выбор?
Причина не в бесплодии?
- Мы поступили, как
считали нужным.
- Даже сейчас не совсем типично
для политиков и чиновников
не заводить детей.
- Да, верно.
- Во время второй кампании
вашего мужа один республиканец,
консервативный кандидат, бросал
довольно неприятные обвинения.
- Фрэнсис демократ и южанин,
у нас толстая шкура.
- Он предложил вашему мужу
для продолжения карьеры...
- Дети — смысл жизни
многих людей.
И я думаю, эти люди хотят,
чтобы их представители
боролись за мечты их детей.
И Фрэнсис снова и снова
доказывал, что будет бороться.
И став вице-президентом,
продолжает бороться.
- Во время избирательной кампании он
заявил, что вы, возможно, беременны.
Вы были беременны?...
Вы когда-нибудь
были беременны?
- Перерыв. Живо.
- Этого не будет.
- Да.
- Во время кампании?
- Раньше.
- Был выкидыш?
- Нет.
- Вы
прервали беременность?
- Если я скажу "да",
политическая карьера моего
мужа окажется под угрозой,
доверие ко мне - под вопросом,
моя жизнь будет в опасности.
Но я не стыжусь.
Да, была беременность.
И да, был аборт.
Можно прерваться на минуту?
- Конечно.
Мы скоро продолжим
интервью с Клэр Андервуд.
- Реклама на канале...
- Понадобилось мужество.
- Это точно.
- Нет. Звучит так, словно мне стыдно.
Нет и не будет.
- Ваши слова уже
ничего не исправят.
- Я не отказываюсь от них.
- Она спросит, почему был аборт.
- Был не один. А три.
- Три? Говорите об одном.
- Ладно, хорошо.
- Что вы скажете?
- Истинные причины называть нельзя.
Первые два я сделала подростком.
- А третий?
- Она показала статью, там правда.
Я принимала таблетки,
не помогло. Мы хотели
ребёнка, потом передумали.
- Почему?
- Сосредоточились на кампании.
- Сколько было недель?
- 16.
- Нельзя это говорить.
Поднимайтесь, я разберусь с Эшли.
- Продолжим через 20 секунд.
- Коннор, я...
- Прошу, поверьте мне.
Вы совершите ошибку.
- Вы хотите обсудить
обстоятельства.
- Я забеременела в
результате нападения.
- Вы хотите сказать, что вас...
- Изнасиловали.
- Вы не говорили об этом раньше.
- Никто не спрашивал.
- Можете сказать, что случилось?
- Это было в колледже.
Я встречалась с сокурсником.
Как-то
мы поссорились, и он
изнасиловал меня.
- Вы сказали кому-нибудь? Его
осудили?
- Нет. В то время я отчасти
чувствовала свою вину.
Это было не так, но
я не хотела, чтобы
на меня пялились,
чтоб меня знали, как "девушку,
которую изнасиловали".
Когда я обнаружила,
что беременна
то не хотела бросать учёбу.
Не хотела, чтобы тот тип
разрушил мою жизнь.
Я сделала выбор. И аборт.
- Но если вы никому не сказали,
насильник может быть на свободе.
Вы можете сказать
что-нибудь о нём?
- Я увидела его почти 30 лет
спустя, несколько месяцев назад.
- Где?
- На официальной церемонии,
где были мы с Фрэнком.
- Вы говорили с ним?
- Чуть-чуть. Фрэнсис
приколол ему звезды.
- Его повысили?
- Это генерал Далтон мак-Гиннис.
И для протокола, Фрэнсис
знал о нападении,
но не знал имени насильника.
И все эти годы он
поддерживал меня.
- Мы свяжемся с генералом.
Послушаем, что он ответит.
- Давайте сделаем перерыв?
- Конечно.
Мы вернёмся в эфир с
миссис Клэр Андервуд.
Отдыхайте сколько нужно.
- Результаты отрицательные, сэр.
- Что это было?
- Тальк с мукой. Положительный
результат был из-за пестицида во ржи.
- Так мы можем идти?
- Да, сэр.
- Нэнси, скажи, что я спускаюсь.
- Уже сказала.
- Можно позвонить?
- Конечно. И кстати, Дональд, я добуду
деньги, как бы ты ни голосовал.
- Твоё дело, но я буду
голосовать против.
- Я понимаю.
- У тебя смелая жена, Фрэнк.
- Как и ты, Дональд.
- Френк!
- Как дела?
- Не хватает четырёх. Как Блайт?
- Не согласен.
- Что ты предложил?
- Медисследования. Он оскорбился.
- Осталось меньше часа.
- Мне нужно к Клэр. Кому
позвонить из машины?
- Больше некому. Или люди
Блайта, или всему конец.
- Они преданы ему.
- Ясно. Иди.
- Если нужно, я останусь.
- Нет. Иди к жене.
Если что, я найду.
Нэнси, мне нужна вся бумага.
И вези тележки.
- Ещё чуть-чуть. 20 минут.
- Ненавижу ложь.
- Он сделал это?
- Да.
- Тогда не жалейте.
- А если он не подтвердит?
- Мы перейдём этот мост.
- Коннор.
- Дайте ещё минуту.
- Звонит молодая женщина,
по личному делу.
Говорит, генерал изнасиловал и её.
2 года назад.
Она хочет рассказать, но
не называет своё имя.
Анонимно подключать её нельзя.
- Хотите, чтобы я уговорила?
- Она боится.
- Она на телефоне?
- Я никому не говорила.
- Мне понадобилось полжизни,
чтобы сказать об этом.
Но вы можете говорить сейчас.
- Я не знаю.
- Подумайте, сколько
ещё может быть жертв.
- Но говорить должна я...
- Вы позвонили, не
желая говорить?
- Я не думала, что
придётся назваться.
- Я понимаю, вы
боитесь последствий.
- Я рядовая, он генерал.
- А мой муж вице-президент США.
Мы защитим вас, я обещаю.
Как вас зовут?
- Рядовая Мэган Хеннесси.
- Что это?
- Имена всех американцев,
которые в случае "замораживания"
закона лишатся домашнего ухода,
которых уволят, которые
потеряют стипендии,
транспортные услуги,
лечение по ранениям. Продолжать?
- Речь о перспективе, Джэклин.
- Это перспектива.
- Я не могу голосовать за закон.
- Не голосуйте. Пусть
проголосуют четверо ваших.
И потом, когда избежим
"замораживания", работайте со мной.
Я не Фрэнк Андервуд.
- 2 девушки в этом же году.
Если такое продолжалось
всю службу.
- Это ужасает.
- Я чувствую себя беззащитной.
А его всё повышают.
Его система защищает.
- Почему, вы думаете,
о нём не докладывали?
- Хотите присоединиться?
- Нет.
- Мы знаем, это бесполезно.
Субординация.
- Это непростительно — вы рискуете
жизнью, чтобы защитить нашу свободу,
и не можете свободно
защитить себя.
- Я люблю свою страну, и мне
нравится служить морпехом.
Но не так.
- Рядовая Хеннесси, спасибо за
смелость, проявленную сегодня.
- Смелость придала
мне миссис Андервуд.
- Миссис Андервуд, спасибо
за вашу честность.
- Сэр, звонит ваша жена.
- Вы заставили нас задуматься.
- Спасибо, Эшли.
- Мы завершили эксклюзивное
интервью с Клэр Андервуд.
Вы можете посмотреть его
полностью на нашем сайте
и оставить свои комментарии
в фэйсбуке и твиттере.
А пока — спасибо, что были с нами.
И доброй ночи!
- Отключаемся.
- Это поднимет волны,
невообразимые.
- Спасибо!
- Где Картер?
- Теперь вы подчиняетесь мне.
- А вы кто?
- Босс Картера.
Вы хорошо работаете, Гэвин.
Но нельзя атаковать объект.
Это грозит компрометацией.
- Не знаю, зачем он
вам нужен, он винтик.
- Это не ваше дело.
- Он не напишет ни строчки кода.
- Он должен стать
кибертеррористом.
- Это намерение, а не способность.
Он не опасен.
- Может, Картер и
обсуждал с вами дела.
Я не буду.
- Сколько ещё?
- До чего?
- Когда всё закончится?
- Предпочитаете тюрьму?
- Я сдал 8 порнографов,
троих хакеров.
- Но вы не сдали ячейку AV.
- Я сказал, что
не знаю, где она.
- Нет, знаете.
- Не знаю. Никто не знает.
- А ваши друзья в "Дек-Сек"?
- Я не сдам вам друзей.
- Так продолжайте
заниматься этим.
Вы ценный сотрудник, Гэвин,
но как только потеряете ценность,
никакой адвокат не спасёт вас.
- Хотелось бы настоящей травки.
- Всегда наготове.
- Мне не хватало этого.
- Мне тоже.
- Разве ты не должен
обзванивать сторонников?
- Подождёт до завтра.
- Спой мне что-нибудь.
- Что?
- Что угодно.
- Полли, милая Полли,
будешь ли ко мне жестока?
Позволь присесть рядышком,
рассказать, что я надумал.
Я надумал жениться и
не разлучаться вовек.
С первого взгляда и
ты ранила моё сердце.
Полли, милая Полли,
поедем со мной.
Прежде чем пожениться,
познаем радости жизни.
 

5 серия

- Вперёд!
- Войдите!
- Мистер Фэн, пора.
- 10 тысяч.
Пошли.
- Здесь начинался последний
поход к Аппоматтоксу,
в котором впервые встретились армии
генерала Гранта и генерала Ли.
Эти отважные люди, проливая
кровь, творили историю.
Для меня большая честь присутствовать
здесь в сто пятидесятую годовщину
начала Оверлендской кампании.
Благодарю администратора
округа Робертса,
всех участников
исторической реконструкции,
конечно, губернатора О’Кифи,
за организацию этого
замечательного трёхдневного шоу.
- Вы закончили, сэр?
- Да. Коротко и ясно.
Как минимум коротко.
У нас в Гаффни эту войну
называли "Агрессией Севера".
Лично я, хоть и южанин,
не горжусь Конфедерацией.
Глупо вступать в войну, в
которой вы не можете победить,
да ещё в защиту такой
нелепости, как рабство.
- Он уже едет.
- Хорошо.
- Об этом скоро забудут.
- Вряд ли. Чем меньше
сказано, тем больше копают.
- Ну и пусть.
- Уилла, дашь нам минутку?
- Я буду рядом.
- С МакГиннисом всё
произошло в колледже.
А аборт был через 5 лет.
- Никаких записей не осталось.
- Ни одной?
- Мы всё проверили.
- Сестра? Люди в приёмном покое?
- Там был только врач.
- А где он сейчас?
- Это было давно, он уже умер. Если
я не волнуюсь, то и вам не стоит.
- А я волнуюсь.
Речь идёт о сексуальном насилии. О
вас сейчас пишут во всех газетах.
Если им ничего не дать, мы
не создадим нужный образ.
- Я же ясно сказала:
минимум публичности.
Когда будет что-то
новое, мы сообщим.
Уилла, что с комитетом
начальников штабов?
- Председатель по-прежнему
не выходит на связь.
Они предлагают завтра к
11 прислать его зама.
- Соглашайся. Я приму
их в кабинете Фрэнсиса,
в западном крыле.
Что-нибудь еще?
- Нет, мне пора на самолёт.
- Спасибо, Коннор.
Соедини меня с членом
Конгресса Брукс.
И узнай, свободна ли
днём первая леди.
- Нужна информация по
всей китайской делегации?
- Нет. То, что делает Дюран в
Вашингтоне – это лишь видимость.
Настоящие переговоры здесь.
Что у тебя есть на Фэна?
- Ксандр Фэн. Глубокие
семейные связи с партией,
дед сражался бок о бок с Мао.
Крупная шишка в
телекоммуникациях.
Чистое состояние – более
50 миллиардов.
- Больше, чем у Рэймонда.
- На пару миллиардов.
Но кто считает?
- У них есть другие совместные
проекты, кроме переработки редкозёмов?
- Я не нашел.
- Ясно. Узнай у
Дюран, что нового.
Скажи ей, что как только узнаем
о планах Фэна, я позвоню.
Когда такой человек,
как Рэймонд Таск,
лезет в дипломатию, ему явно нужна
не нобелевская премия мира.
Он оппортунист
как и я.
Может, так мне удастся вырвать
президента из его лап.
- Господин вице-президент, когда
вы возвращаетесь в Вашингтон?
- Сколько вы пробудете
в Спотсильвейни?
- Вы готовы прокомментировать
ход переговоров с китайцами?
- Вице-президент до конца дня
будет работать у себя в номере.
- Мистер Фэн,
рад встрече.
- Взаимно, господин
вице-президент.
- Кофе? Чай?
- Мне уже предлагали, спасибо.
- Спасибо, Мичем.
Из Пекина лететь долго.
Наверное, устали?
- Я живу по западному времени.
Моя полночь совпадает с вашей.
- Вы успели ознакомиться
с предложением?
- Успел.
- И что же?
- Страница 4.
- Завод?
- С мистером Таском.
- С тем, кто больше платит.
- Мы готовы предложить завод
по переработке редкозёма
компании "Клэйтон Уэст"
в аренду на 40 лет.
И завод должен носить моё имя.
- Как я понимаю,
вы с Рэймондом –
деловые партнеры, но вы
готовы объявить конкурс.
- Мистер Таск обойдет
всех конкурентов.
- Тем не менее,
создадим видимость.
- Да, видимость
если угодно.
- Значит, здесь вопросов нет?
- Можем продолжить.
- Страница 6.
- Мост.
- Комитет по иностранным инвестициям
утвердит пилотный проект
по строительству моста
через пролив Лонг-Айленд,
от Порт-Джефферсона до Милфорда
в обмен на двадцатипятилетний
контракт на платный проезд.
- Перед тем как мы рассмотрим вопрос о
мосте, я хочу обсудить один момент.
- Рассмотрим? Я думал,
с ним всё решено.
- Пока не решено.
- Мост – приоритет номер один.
- Он нужен вашему
президенту, я понимаю.
- И что же вы хотите обсудить?
- Иск по делу о валютных манипуляциях,
который вы подали на нас в ВТО.
- И который готовы отозвать, если
все другие условия будут выполнены.
- Смысл этой встречи
– сказать то,
что не может быть сказано на
официальных переговорах, верно?
- Да, конечно.
- Мы не хотим, чтобы
вы отзывали иск.
- Извините, я
я не понимаю.
- Не идите на попятный в ВТО.
- Но вы годами спорите с нами
по поводу валютных манипуляций.
- Плавающий валютный
курс неизбежен.
- Теперь мне есть,
с чем работать.
Что за внезапная перемена?
- Не внезапная. Наиболее
продвинутым из нас
потребовались годы, чтобы
убедить своих противников.
- Но Китай может сам это решить.
Я имею в виду, ему не
нужно разрешение ВТО.
- "Видимость", как
вы сами сказали.
Пусть все думают, что это
Америка нас заставила.
- Мне нужно некоторое время, чтобы
обсудить это с президентом.
- Я пробуду здесь,
сколько нужно.
Сообщите, когда будете
готовы со мной встретиться.
Спасибо, господин
вице-президент.
- Спасибо, мистер Фэн.
В Гаффни у нас был
свой стиль дипломатии:
рукопожатие правой рукой
- и камень в левой.
- Вижу, в рядах прессы уныние.
- Мы вызвались, от
полной безнадёги.
- Как дела на южном фронте?
- Без перемен.
- Брось, я слышал, у
них есть мушкеты.
- Когда подкинешь
нам что-то стоящее?
- Наслаждайтесь красотами
Спотсильвейни.
- Маскарад для взрослых
с игрушечными ружьями.
- На 500 слов потянет.
- Передай Дюран, что Китай
не будет обсуждать мост,
пока мы не отзовем иск.
- Он же просил не отзывать иск.
- Это желание Фэна, а значит Таска.
Но мы не знаем, чего хочет Пекин.
- Думаете, Фэн лжёт?
- Плавающий курс отпустит
процентные ставки,
в Китае сократится
инфляция – оба в выигрыше.
- Если они или мы будем давить
на Пекин, саммит провалится.
- Именно. За Фэном
может кто-то стоять,
но, по моему мнению, в
постоянном комитете раскол.
В любом случае, мы нарушим равновесие.
Пустим слух, что мы отзываем иск.
- Только про иск? Больше ничего?
- Намек на Фэна, но никаких имён.
Пусть всё развивается само.
- Ну как?
- Гораздо лучше.
- Я думаю, что готов.
Что скажешь?
- Пожалуй.
- А что с кодом?
- Осталось убрать пару ошибок.
- Я им сказал
завтра или в среду.
- Я не закончил.
- Если я снова перенесу,
это привлечёт внимание.
- Когда закончу, тогда закончу. Сообщу
по имейлу место и время встречи.
Ты точно этого хочешь?
- Я знаю, чем рискую.
- Это ты так думаешь.
- Я не первый раз в опасности.
- Резался бумагой в "Геральде"?
- Меня грозили убить. Я
разоблачил сеть наркодилеров.
- Я читал статьи. Мелочёвка.
- Я работал под прикрытием.
- Это ФБР,
а не пара уличных копов.
- Думаешь, ты крутой,
анархист-одиночка,
борец с преступностью?
Я хотя бы не боюсь
подписывать то, что пишу.
- Тебе никогда не светило
100 лет тюрьмы, придурок!
Большинство моих друзей
гниют за решёткой за то,
что слишком часто
дразнили медведя.
Спросишь, зачем?
Чтобы рассказать правду о
государственной слежке,
хищениях, злоупотреблениях,
пытках, лжи!...
Ты журналист, кому ты на хрен нужен?
Солдаты тут мы!
Для меня это дело личное...
У меня нет выбора,
а у тебя есть.
- У меня нет выбора.
- Откуда сведения?
- Источник, близкий к
китайской делегации.
- Мне нужно имя.
- Знаю только, что это
китайский бизнесмен,
имеющий связи в
постоянном комитете.
- В Вашингтоне?
- Не знаю.
- С кем?
- Тоже не знаю.
- Если я позвоню в
USGR, они подтвердят?
- Я сказал то, что знаю.
- И с какой целью?
- Завтра это станет известно всем.
Дашь эксклюзив.
- Но почему именно я?
- Это лучше, чем шоу
времен гражданской войны.
- Только не строй из
себя Санта-Клауса.
- Я тебе помог, может,
ты не забудешь.
Инвестиции на будущее.
- Я не любитель
оказывать услуги.
- Я сказал – "может быть".
- Соедини меня с USGR,
без пресс-секретаря.
По поводу иска в ВТО.
- С кем говорил?
- С Коннором. Он
передал Эйле Сайад.
- Что ты ему сказал?
- Самый минимум.
- Мне было бы спокойнее,
если бы ты сам это сделал.
- Чем дальше от меня,
тем дальше от вас.
- Вечером встретишься с Фэном.
И без посредников.
- Понял.
- Что у нас с мистером Гудвином?
- Со дня на день.
От 35 до пожизненного.
Кибертерроризм. С этим жёстко.
- Всё должно быть чисто, Даг.
- Сделаем.
- Одним ударом топора...
Держи меня в курсе.
- Да, сэр.
- Я считаю, вы поступили
очень мужественно.
Выступить перед всей страной
и рассказать такое...
- Спасибо, это важно для меня.
- И я восхищаюсь тем, что вы вместе
собираетесь выступить в защиту
жертв.
- Женщин. Таких, как вы и я.
Всех женщин.
- И мужчин тоже,
пол тут не важен.
- Да, конечно.
- Вы не хотите нас поддержать?
- Как?
- Наше послание прозвучит более
веско, если с нами будет первая леди.
- Если я могу помочь.
- Мнение главы женского комитета
и жён двух главных людей страны.
- Такое замолчать не удастся.
- Завтрашняя встреча с
зам председателя КНШ –
важный факт, но мы хотим, чтобы
наши слова были услышаны.
- Просто
у меня ещё не было
подобного опыта.
- Разве это имеет значение?
- Я не знаю, есть ли у меня
право говорить об этом.
- Вы первая леди и имеете
право говорить обо всём,
что считаете важным.
- Мистер Уайт?
- Миссис Марбери.
- Просто Сюзан.
- Рад познакомиться.
- Знаю, я живу несколько на отшибе.
Вы долго меня искали?
- Нет. Вы дали мне
весьма точные указания.
- Чудесно...
Проходите же!
Признаться, я сегодня
весь день как на крыльях
не ожидала, что вы так
быстро примете это решение.
- Нам повезло с пожертвованиями.
- Увы, при жизни муж так и не
получил должного признания.
Так приятно, что федерация
"Планирование семьи"
предложила назвать
фонд его именем.
- А нам приятно, что
вы согласились.
- Вы сказали, у вас
есть какие-то вопросы?
- Довольно деликатные.
Поэтому я приехал лично.
- Деликатные?
- Многие выступают против идеи
регулирования деторождения.
Мы должны быть уверены, что у них
не будет повода для клеветы.
- Моего мужа часто
пытались оклеветать.
Но это не мешало ему честно
выполнять свою работу.
- Делал ли он когда-нибудь
подпольные аборты?
Пожалуйста, ответьте,
миссис Марбери.
Ваш муж никогда не делал
подпольные аборты?
- Я не буду это обсуждать.
- Ничего незаконного?
- Юноша,
вы слишком молоды и не помните.
Это было время, когда любые...
- Не обращались ли к
нему известные личности,
которые могут стать мишенью
противников абортов?
- Нет.
- Доктор Марбери делал
аборт Клэр Андервуд?
- Нет, не делал.
- Мне точно известно, что делал.
- Это неправда. Я должна
попросить вас уйти.
- Извините, миссис Марбери. Я
был не совсем честен с вами.
Меня зовут Сет Грэйсон, я
не из "Планирования семьи".
- Господин Фэн?
На родине поползли слухи,
что вы являетесь источником
секретной информации.
В Гонконге вышли две
статьи, в них ваше имя.
Мне связаться с
вице-президентом?
- Не надо,
пусть сам ко мне придёт.
Соедини меня с мистером Таском.
- Вам должно быть стыдно.
- Я делаю это ради вашего
блага, миссис Марбери.
Представьте истерику в прессе.
Наследие вашего
мужа пойдет прахом.
Днем и ночью вас будут
одолевать репортеры.
И фонду планирования семьи
конец.
- Откуда мне знать, что
вы работаете на неё?
А не один из этих правых фанатиков,
которые хотят уничтожить..?
- Иначе я не взял
бы на себя труд
наносить вам визит.
Вместо меня тут были бы трейлеры
со спутниковыми антеннами.
- Я никому не скажу,
если вас это беспокоит.
- Я вам верю.
Ваш муж вёл учёт тех,
кому он помогал на дому?
Вообще ничего? Пометки?
Неофициальные записи?
- Он вёл дневник.
- Он сохранился?
Вы позволите?
- Прошу.
- Я должен его забрать.
- А нельзя просто
вырвать страницу?
- Если кто-то заметит, что страница
вырвана, начнутся расспросы.
- Там 60 лет его жизни
с момента нашей встречи
до его смерти.
- И вы хотите разрушить
шесть десятилетий
из-за одного августовского вечера
двадцатипятилетней давности?
- Представьте эту картину:
край горного хребта был
покрыт густыми зарослями,
что позволило северянам
укрепить свои войска на выступе
под названием "Подкова мула".
А здесь, наверху,
были траншеи южан.
Рельеф местности вынудил противников
буквально столкнуться друг с другом.
- Это тот самый "Кровавый угол"?
- Верно.
- Я читал об этом сегодня ночью.
- Ближний бой, рукопашная.
Около 15 тысяч солдат обеих армий
погибли здесь, в "Кровавом углу",
на поле боя шириной
меньше километра.
А теперь, господин вице-президент,
наш сюрприз специально для вас.
Позвольте вам представить капрала
Огастеса Элайджу Андервуда,
двенадцатый полк, бригада
Макгована, - ваш прапрапрадед.
- Я погиб в этой битве.
- Думаю, это ошибка.
Дед никогда не говорил, что его
прадед участвовал в той войне.
- Мы проверили: он точно
воевал и погиб в этом месте.
- Мне было 24.
А моему сыну, вашему прапрадеду, было
2 года, я его никогда не видел.
- И это произошло здесь,
в "Кровавом углу"?
- Вон на той опушке. Мне
пробили голову камнем.
- Да, спасибо. А теперь идёмте сюда,
мы покажем вам ещё кое-что интересное.
- Минутку!
Расскажите подробней.
- Это случилось ночью,
у нас кончились мушкетные
пули, остались только штыки.
Да и то не у всех.
У меня вообще не было
оружия, только пара рук.
Темно, ничего не видно.
Только слышно, как на нас бегут янки.
Мы чувствовали их запах.
Первого, который на
меня набросился,
я схватил за горло и
повалил на землю.
Я бил его так сильно, что
слышал, как трещат кости.
А потом он схватил камень
и ударил вот сюда.
Вот и всё. Меня похоронили в
братской могиле, без надгробия.
- Можно вас сфотографировать
с Огастесом?
- Да.
Спасибо.
Он очень серьёзно к
этому относится.
- Да, как и все они.
Так вот, там мы восстанавливаем
укрепления конфедератов.
Вы сможете увидеть, как
валят лес и копают траншеи.
В ходе боя траншеи много раз
переходили из рук в руки...
- У вас ключи.
- У нас ты. И да - твои ключи.
- Пойду оденусь.
- Обойдёшься...
Чьи слова: "Ты точно
этого хочешь?"
А это чьи слова: "У меня нет
выбора, а у тебя есть"?...
Ты что же это творишь?
- Он должен знать,
вот что лезет.
- Шелковая пижама?
Вживую выглядит ещё смешнее.
Кэшью.
- Нет. Не трогайте ее.
- Привет, малышка!
Я видел тебя раньше,
через камеру.
- Пожалуйста, оставьте её.
- Даже не думай.
Я купил эти ботинки за
72 доллара, с налогом.
Резиновая подошва. Их
можно мыть шлангом.
- Пожалуйста, ей больно.
- У меня тоже есть питомец.
Зовут Гэвин Орсей.
Сидеть!
Я сказал, сидеть.
Молодец, хороший мальчик, Гэвин.
- Вы хотите, чтобы я это делал?
- Тихо.
Я буду говорить "апорт", а ты
будешь приносить то, что мне нужно.
Сейчас мне нужен Лукас,
и ты его притащишь.
А попытаешься меня укусить,
я тебя усыплю.
Я возьму парочку?
- Я Даг Стэмпер, глава
администрации вице-президента.
- Я знаю, садитесь.
Мой дед воевал в годы революции
Китай тогда был бедным.
Сахара не достать,
а теперь в Китае сахар везде.
Вы любите "олд фешнд"?
- Нет, спасибо.
- Я смотрел новости.
- Ваше правительство с восторгом
восприняло отзыв иска -
это расценивается как победа.
- Это победа. Но не
та, что мы хотели.
- Нам в это сложно поверить.
- "Нам" – это вице-президенту?
- Правительству США.
- Которое он представляет.
- Именно... А я представляю его.
- Не раздувайте свой
статус, мистер Стампер.
Вы просто мальчик на побегушках.
- Вам есть, что передать
вице-президенту?
- Если он представляет правительство
США, почему он не передал мою просьбу?
- Мы сомневаемся в ваших
полномочиях, мистер Фэн.
Действия и заявления вашей делегации
не подтверждают вашу просьбу.
- Понюхайте...
Я пью "МакКаллан Файн-энд-Рэр" 1926.
40 тысяч бутылка.
Вы же были алкоголиком?
- Нет, не был. Я и сейчас алкоголик.
Непьющий.
- Скучаете по выпивке?
Вы вылили пять тысяч долларов.
- Я пришлю чек.
- Вы мне нравитесь,
мистер Стэмпер.
Хоть вы всего лишь
мальчик на побегушках.
- Спрошу еще раз: что
передать вице-президенту?
- Никакого моста не будет, пока
иск снова не окажется в ВТО.
Кто-то из постоянного комитета
будет против, но это я улажу.
Большинству нужны реформы.
- Я передам вице-президенту.
- Мистер Стэмпер, ещё кое-что
напомните ему, что мы
оба находимся здесь
по указанию нашего общего
друга, мистера Таска.
Если вице-президент будет
мешать, я обойдусь без него.
- Да?
- Это Даг.
- Отлично.
- Я поговорил с Фэном.
Ваши луковые кольца.
- Ты знал, что генерал
Лонгстрит был ранен
по ошибке своим же собственным
солдатом, в темноте?
- Нет, не знал.
- Ладно, рассказывай.
Как у нас дела с Фэном?
- Он хочет, чтобы мы
снова подали иск.
- То есть не отступает.
- Если не будет иска,
не будет моста.
- Президент будет
очень расстроен.
- Передать ему слова Фэна?
- Ни в коем случае...
Нам нужно, чтобы
президент разозлился.
Главная задача, чтобы
он злился не на меня.
- Так что мне делать?
- Свяжись с людьми Кэти...
Про иск даже не упоминай.
Пусть обсуждают проект моста.
Посмотрим, не блефует ли Фэн?
- Да, сэр.
- Нужно извлечь урок
из ошибки Лонгстрита.
Он слишком высоко сидел в седле.
Если завтра в меня полетит пуля,
я должен успеть пригнуться.
- Господа, спасибо, что пришли.
- Вице-президент будет позже?
- Нет, он в отъезде.
Я воспользовалась его кабинетом,
потому что он больше моего.
Прошу, присаживайтесь.
Я знаю, это не первая ваша
беседа о сексуальном насилии.
- Недавно у нас был открытый
диалог с миссис Брукс.
- Открытый с вашей точки зрения.
Я считаю, что комитет
просто принял мои опасения.
- Нельзя утверждать,
что мы не реагируем.
За последние 2 года...
- Член Конгресса разочарована,
поскольку ситуация всё ещё
оставляет желать лучшего.
- Миссис Андервуд, вы позволите?
- Прошу.
- Мы очень серьёзно
подходим к этому вопросу:
ведём разъяснительную работу,
принимаем превентивные меры,
следим за тем, чтобы военные
трибуналы не злоупотребляли властью.
- Этого недостаточно.
- Гражданских судов
допустить мы не можем.
Мы знаем, что член Конгресса
ведёт именно к этому,
но мы не позволим нашим...
- Я опоздала?
- Это моя вина, мы раньше начали.
Не успела вам написать.
- Не страшно. Прошу
вас, садитесь.
- Мы не знали, что вы
придёте, миссис Уокер.
- Простите, что прервала.
Продолжайте.
- Я говорил о том,
что, передача дел о сексуальном
насилии в гражданский суд
в корне противоречит способности
армии к самодисциплине.
- А как насчёт гражданского надзора,
если вы против гражданского суда?
- Это скользкий путь.
- То же самое говорили
о расовой интеграции.
- Интеграция не затрагивала
ключевую суть.
- Но она доказала, что
армия может развиваться.
- Безусловно. Но в данном случае
гражданский надзор – это не выход.
- Мой муж – гражданское лицо, и при
этом главнокомандующий армии и флота.
Вы полагаете, что гражданские не могут
осуществлять руководство армией?
- Простите, миссис Уокер.
Я совсем не это имел в виду.
- Тогда, возможно, вам
стоит прислушаться
к штатским, которые
здесь собрались.
- Да, мэм.
- Это выпущенные вами брошюры по
предупреждению сексуального насилия.
Здесь сказано, что в ряде
случаев разумнее подчиниться,
чем сопротивляться.
По-моему, очевидно, что вам
есть, над чем поработать.
- Ты слышал о Ксандре Фэне?
- Пока не увидел его
в новостях – нет.
- Его дважды обвиняли в коррупции.
И оба раза обвинения снимались.
А знаешь, что ждёт в Китае
за такие преступления?
- Думаю, ничего хорошего.
- Смерть.
- Надо же.
- Перед нами человек, который был
в шаге от камеры смертников.
Он жутко богат и явно коррумпирован.
Другого у китайцев не было?
- Вопрос не по адресу.
- Не финти!
- Я просто передал,
что знал – и всё.
- Мы рассчитывали на вас, Фрэнк.
- У нас ещё есть полтора
дня, господин президент.
- Мне нужен этот мост.
Иначе инфраструктурная
программа будет сорвана.
Не будет ни иностранных инвестиций,
ни сокращения дефицита.
- Китайцы это знают
и пользуются.
- Да, но зачем?
- Я пока не понял.
- Тогда зачем мы вас
туда отправили, Фрэнк?
Вы должны были получить
ответы на все вопросы.
- Я час назад говорил
с мистером Фэном.
- И что он сказал?
- А вот и пуля.
- Он заявил, что Фрэнк
неточно передал его слова.
- Я передал его
требования слово в слово.
- А он говорит, что
как раз наоборот.
- Кто отвечает за параллельные
переговоры, я или Рэймонд?
- Ты, Фрэнк. Я просто
помогаю, не участвую.
- Тем не менее, ты продолжаешь
вести частные разговоры
с эмиссаром из Пекина.
- Послушай, Фрэнк.
- Вы верите мистеру
Фэну и не верите мне?
- Никто не сомневается
в ваших словах.
- Если Фэн представляет
интересы своего правительства,
почему он говорит мне одно,
а Рэймонду – другое?
- А как ты объяснишь
провал сделки с мостом?
- Лично ему выгодна
плавающая валюта.
Как и всем его бизнес-партнерам.
Например, тебе Рэймонд.
- Завод и мост – две
совершенно разных темы.
- Вернёмся к главному:
вопрос с мостом должен быть
решён положительно. Кэтрин?
- Завтра утром мы
с него и начнём.
- Фрэнк, пока прекратите
общение с Фэном.
Вас это тоже касается, Рэймонд.
Никаких параллельных переговоров,
пока мы не разберемся с мостом.
Кэтрин, докладывайте лично мне.
- Да, сэр.
- Хорошо. Закончили.
- Пролилась первая кровь.
Пуля оцарапала мне щёку, но я не упал.
Даг, организуй мне встречу с Фэном.
- Сначала нужно
кое-что обсудить.
- Что такое?
- Мне звонил человек
по имени Сет Грейсон.
- Я поговорила с мужем.
- Даг мне сказал...
Спасибо, что нашли
для меня время.
- Это оно?
- Август 1986.
- Почему мы должны вам верить?
- Это улика, которую
Коннор не нашел.
Я мог отнести ее в журнал "Ас Уикли" и
купить новый дом. Но я пришел к вам.
- А почему не пришли, когда я
интервьюировала кандидатов?
- Бессмысленно. Уилла меня не любит.
Я ее пугаю.
Этот дневник – мое резюме.
- Или вымогательство.
- Я не занимаюсь вымогательством,
миссис Андервуд.
Я просто подчеркиваю разницу межу
хорошим выбором и правильным выбором.
- А какие будут последствия,
если я уволю директора
по коммуникациям
через 3 месяца после
приема на работу?
- Не увольняйте его.
Скажите, что берёте меня
помочь ему с текущей работой.
Он будет работать с вами,
я буду при вашем муже.
Коннор будет этим недоволен.
Через несколько месяцев я
подыщу ему подходящую работу.
К этому времени он
будет готов уйти.
- Коннор в курсе.
Что помешает ему заговорить?
- Коннора Эллиса я беру на себя. Вам
придётся поверить мне на слово.
И вот, что я знаю:
вам намного проще
уничтожить меня,
чем наоборот.
- Мне надо поговорить с мужем.
- Разумеется.
Я не снимал копии,
это единственная.
- Черный "Джонни
Уокер", пожалуйста.
Где?
- У меня в кармане.
- Давай.
Что-то не так?
- Нет, все нормально.
- Ты нервничаешь.
- Если я уже 20
лет нарушаю закон,
это не значит, что
у меня нет нервов.
- Гэвин.
- Не называй меня по имени.
- Посмотри на меня.
Всё будет хорошо. Мы подготовились.
Я уверен, всё получится.
- Я заплачу.
- Он очень квалифицированный.
- А что тебе
подсказывает интуиция?
- Что я больше не
хочу подставляться.
- Что ж, Грейсон уже в курсе.
Если мы не проявим некоторую...
- Пусть Даг им займется. Вдруг
есть, за что зацепиться.
- Да, но мы не знаем, что он найдёт,
и когда, и что успеет сделать.
Мы вступаем на
неизведанную территорию.
- Коннор тоже нас сдаст,
если мы его уволим.
- Если уйдёт
по-хорошему, то нет.
А если откажем Грейсону,
ситуация непредсказуема.
И не забудь: ему терять
намного меньше, чем нам.
- Хорошо.
Но не думаю, что ему
стоит доверять.
- Если бы Коннор выполнил свою
работу, этого бы не было.
Лучше иметь дело с тем, кому не
доверяешь, чем с беспечным человеком.
- Ладно. И что дальше?
- Сначала я хочу сам
встретиться с Грейсоном.
А потом Даг поговорит
с Коннором.
- Как у тебя дела?
- Новости смотришь?
- Это плохо для нас или хорошо?
- Смотря, как обернётся.
- Если что, я здесь.
- Завтра я возвращаюсь,
люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю.
- Все готово?
- Да, сэр.
- Пошли.
Нет-нет, выключите это!
Выключите!...
Где он?
- Вон там, сэр.
- А Огастес играл?
- Надеюсь, что да.
- Как вас зовут?
- Здесь я Огастес Андервуд.
- А настоящее имя?
- Вам это кажется ненастоящим?
- Вы покажете мне, где он погиб?
Точное место.
- Да, сэр.
- Я собираюсь почтить память предка.
Если не возражаете, без свидетелей.
- Мы подождем здесь.
- Маленький Джон отойдёт.
- За теми деревьями.
- Спасибо. Дальше я сам.
Всё нормально.
Надеюсь, вы недолго ждали.
- Здесь спокойно,
я не против.
- Это сейчас спокойно.
В этих лесах погибли 15 тысяч человек.
На этом месте убили деда моего деда.
- Мой дед погиб в революцию.
- Я слышал.
- Вы боитесь смерти,
господин вице-президент?
- Не больше и не
меньше, чем другие.
- А меня она стимулирует.
Всё попробовать, всё успеть,
прежде чем всё исчезнет.
- Думаю, в этом
мы с вами похожи.
- Тогда почему мы работаем
на встречных курсах?
- Хотите сказать, почему я не
подчиняюсь вам и мистер Таску?
- Вы срываете переговоры.
- А вы используете
их в личных целях.
- Нет.
Мне потребовалось 7 лет,
чтобы убедить комитет,
что это правильный
план действий.
- План действий, который
принесёт вам с Таском миллиарды.
- Зачем вы просили о встрече?
Чтобы препираться?
- Передать кое-что Рэймонду.
Президент США и я – не его куклы.
Можете так и сказать.
- Отлично.
Сделки с мостом не
будет, назад дороги нет.
- Проткните ему сердце ножом и
суньте в рот яблоко, я не заплачу.
- Президент обвинит
в провале вас.
- Я готов рискнуть.
- Попробуйте мыслить стратегически. Вы
толкаете нас на очень опасный путь.
- Вы знаете, как генерал
Грант победил генерала Ли?
У него было больше
людей, вот и всё.
И он был готов отправить
их на смерть.
Победила не стратегия,
а пушечное мясо.
- У нас с мистером
Таском огромные ресурсы.
- Сложите вместе ваши миллиарды,
получите ВВП Словакии,
а за мной – федеральное
правительство США.
Ваши деньги меня не пугают.
Максимум, что вы можете купить,
это влияние. А у меня есть
конституционная власть.
- Самая сильная армия
не всегда побеждает.
У Мао вначале было всего
несколько тысяч человек.
А потом он покорил
полконтинента.
- Мао мёртв. И его Китай – тоже.
- Но я жив.
- Пока.
- Не забывайте,
ваш предок воевал
за побеждённых...
У завоёванных нет
священной земли.
- Здесь больше 10
тысяч серверов,
их используют несколько
сотен клиентов,
от малых предприятий
до крупных корпораций.
- А какие самые крупные?
- Самая крупная – "AT&T".
Их серверы занимают
половину этажа.
- Можно посмотреть?
- Да.
Сюда, пожалуйста.
- Ты встречался вчера
вечером с Фэном или нет?
- С чего ты это взял?
- Ответьте на вопрос, Фрэнк.
- Я не общался с ним
после нашего разговора.
Как вы и велели,
господин президент.
- Фэн говорит другое.
- Тебе, вроде, тоже не
велели с ним контактировать.
- Он сам мне позвонил,
я просто ответил.
- У нас было всё подготовлено,
Фрэнк, месяцы переговоров!
- Я на передовой,
господин президент.
И скажу вам то, что
видел своими глазами:
мы имеем дело с ненадёжным режимом,
который может вильнуть куда угодно.
Это проверка: сколько на нас можно
давить, пока мы не сломаемся.
Не играйте по их правилам,
заканчивайте переговоры.
- Мы не должны горячиться.
- Они вышли из объединённой комиссии,
мы можем отказаться от саммита.
- Экономические последствия
будут катастрофическими! Рынок...
- Или мы можем подчиниться
новой сверхдержаве.
- Не преувеличивайте, Фрэнк.
- Всё-таки это четверть
населения земли.
- Господин президент, вы
совершите ужасную ошибку.
- Кому вы преданы, Рэймонд?
Ксандру Фэну или США?
- Не смей задавать мне такие.
- Так, тихо!
Было две ошибки. И обе – мои.
Первая – позволить вам, Рэймонд,
привлечь к переговорам
вашего делового партнера.
- Я просто пытался...
- И вторая –
привлечь вас, Фрэнк.
Вместо ясности у нас недопонимание.
Это плохая дипломатия.
- Господин президент,
послушайте...
- Нет, я уже слушал вас
обоих, и не услышал ничего,
кроме взаимных обвинений.
Если никто не берёт на себя
ответственность, то это сделаю я.
Мы выходим. Не потому, что
вы это предлагаете, Фрэнк.
А потому, что вы так всё запутали,
что у меня нет другого выхода,
кроме демонстрации силы.
Вы оба меня разочаровали. Очень.
- Господин президент?
- Президент положил трубку.
- Рэймонд, ты здесь?
- Он впервые бросил трубку
за 20 лет.
- Сочувствую.
- До свидания, Фрэнк.
- Вперёд, пушечное мясо.
- Весь этот ряд и
следующие 7 рядов...
Вы хотите
просмотреть внутри?
- Да, было бы здорово.
- Прошу...
Тут не так много всего. Куча
жестких дисков и провода.
- А как насчёт
резервного дублирования,
если вдруг отключат электричество, или
природный катаклизм, ураган, например.
- На пол!
- Не двигаться!
- Нет-нет, я...
- На пол! Лежать!
- Давай вернемся в Вашингтон вместе.
Надо кое-что обсудить.
- А в чём дело?
- Поговорим в машине.
- Сегодня
мы начинаем строительство
Оверлендского музея
под открытым небом,
чтобы будущие поколения
могли в полной мере
ощутить значимость
этой священной земли,
где начиналась та
историческая кампания.
Огастес,
окажи нам честь.
А теперь –
минута молчания в
память о павших.
Спасибо.
Господи, благослови
Соединенные Штаты Америки!
- Сэр. Мы взяли Лукаса Гудвина.
 

6 серия

- В стране энергетический кризис,
Фрэнк. Белому дому нужен…
- Президент занял жесткую
позицию по Китаю.
- Нет, это ты его заставил.
- Ты выбрал Фэна. Ты сам
свёл меня с ним!
Ингредиенты не виноваты в том,
что повар не умеет готовить.
- Если цены на редкоземельные металлы,
особенно на самарий, не снизятся,
рынок отреагирует.
Пострадают все,
у кого есть кондиционеры.
- Ну, так поговори с президентом.
- В последнее время он не очень
прислушивается к моим советам.
- Я в таком же положении.
- Да. Только ты сидишь
в трёх кабинетах от овального.
Послушай, давай работать вместе.
Предлагаю забыть о Спотсильвейни,
если ты не против.
- Всеми руками за.
- Ты поговоришь с ним?
- Я опаздываю на совещание.
- Да или нет?
- Не обещаю, что он выслушает.
- Это не "да".
- Но это лучше, чем "нет".
Любой боксер знает:
когда противник на канатах,
нужно провести комбинацию в корпус
и левый хук в челюсть.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
САКИНА ДЖЕФФРИ
КРИСТЕН КОННОЛИ
СЕБАСТЬЯН АРКЕЛУС
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ
БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
ДЖОН МАНКЕВИЧ
РЕЖИССЁР
ДЖОН КОУЛЗ
- Самарий – их главный козырь.
Пока цены на электроэнергию
ползут вверх, Китаю есть, чем давить.
- А если прекратить переговоры?
Обрубить все концы.
- Если Китай откажется
от покупки новых займов,
долгосрочные ставки взлетят…
- И через неделю доходность
десятилетних облигаций превысит 7%.
Такой шанс есть.
Но если мы проявим слабость,
это точно случится.
- Значит, идти в атаку?
- Хотя бы подумать об этом.
Им не нравится пряник, попробуем кнут.
- И как мы это сделаем?
- Поднимем таможенные
пошлины на продукты.
Пусть лежат в портах, пока не сгниют.
- На сколько?
- Если жёстко – на 20%.
- И ужесточить выборочные
проверки всего импорта.
- Текущую проблему это не решит.
Люди уже платят за электричество
втрое больше.
А к августу будут больше в пять раз.
- А если вам, господин президент,
издать приказ
о покупке самария через третье лицо?
Тогда китайцам придётся
поднять цены по всему миру,
либо понизить, чтобы
мы возобновили покупки.
Создадим запас, необходимый
для оборонных нужд,
а излишки самария без шума продадим
нашим ядерным союзникам.
- Со скидкой.
- Субсидии для ядерной энергетики?
И без того самой богатой?
Как мы будем выглядеть?
- Речь уже не о национальном
кризисе – тут уже не до имиджа.
- Так мы покажем Китаю,
что не в игрушки играем.
- А ресурсы у нас есть?
- Надо просмотреть цифры,
динамику цен, различные модели…
- А навскидку?
- Есть. Для небольшого запаса.
- Подготовьте запрос от минобороны.
- Да, сэр.
- Линда, составь черновик приказа.
Кэти, обдумай источник
покупки самария.
- Можно через Индию.
- Это не понравится Пакистану.
- Я предупрежу их заранее,
тогда проблем не возникнет.
Хотя, строго говоря,
мы им ничего не должны.
- Хорошо. Тогда – за работу.
- Брось! Три пункта обвинения
по разделу "Е"?
- Три – это минимум.
Тут можно и больше накрутить.
Твой клиент проник в дата-центр.
- Что предлагаешь?
- Сделки не будет.
- Я разберусь.
- Они хотят избежать суда.
Чтобы я не мог публично высказаться,
поднять вопросы…
- У нас тоже вопросы, мистер Гудвин.
Например, как вы оъясните это?
- Они не мои.
- Они были у вас в квартире.
- Это снял Андервуд.
- Думаете, присяжные поверят?
- Это правда. У неё был с ним…
- Скорее, они увидят
в них доказательство,
что вы одержимы мисс Барнс
и нелепым заговором,
который, по-вашему, причина ее смерти.
- Что ты предлагаешь?
- Признание вины по одному пункту -
проникновение в дата-центр,
плюс мошенничество – кража
секретного кода в «Геральд».
10 лет по одному пункту,
10 – по второму.
Через 7 лет сможет выйти по УДО.
- Мне нужно переговорить
с клиентом наедине.
Выключите камеры, пожалуйста.
- Я дам слово президенту,
а затем выступите вы.
- При нём мы не сможем
говорить о военных,
только о проблеме в общем масштабе.
- Конечно, я понимаю.
- Нужно ещё раз просмотреть эти речи,
убедиться, что там нет…
- Здравствуйте, миссис Андервуд.
- Здравствуй, Кристина.
- Миссис Уокер, вы меня звали?
- Нужно подтвердить поездку
президента в Новый Орлеан.
- В пятницу?
- Да.
Но сегодня утром было
заседание кабинета, и думаю, он…
- Я поговорю с Линдой.
- Спасибо.
Знаю, вы ждали, что Гаррет сможет
присутствовать, но этот кризис…
- Нет, дело не в этом.
- А в чем?
- Напрасно я начала...
- Теперь уж, говорите.
- Просто она мне не очень нравится.
Кристина.
- Почему?
- Питер Руссо…
Не люблю женщин,
которые спят с начальниками.
Впрочем, наверняка, у них
были настоящие чувства.
И вообще, это не моё дело.
Она хорошо работает, а это главное.
- Гаррет, вроде, доволен.
- Тогда я оставлю
свои ощущения при себе.
Что ж, если президент
не сможет там быть,
это развязывает нам руки в плане
упоминания о военных.
- Прослушивание, видеослежка,
проникновение с преступным умыслом…
Ты у них в руках.
- Если я пойду на сделку,
никто не услышит правду.
- А не пойдёшь, тебя вообще
никто не услышит. Лет до семидесяти.
- Ты говорил с Хаммершмидтом?
- Не думаю, что это хорошая...
- Это мое дело!
- Ты их только разозлишь.
Это неплохое предложение.
Я бы сказал, роскошное,
учитывая, что ты натворил.
Соглашайся, пока они не передумали.
- Том Хаммершмидт.
Вызови его, или пусть будет суд.
- Поднимите руки, пожалуйста.
Что у вас здесь?
- Цепочка.
- Можно?
- Вы серьезно?
Мне придется снять галстук.
- Я должен посмотреть, сэр.
- Ты добрый христианин, Реми.
- Это мамино. Она была
доброй христианкой.
- Значит, ты хороший сын.
- Спасибо, сэр.
- Жарко там?
- На термометре в машине - 36.
- В Гаффни была такая же жара, но мы
не знали, что такое кондиционер,
так что просто мирились с фактом,
что лето – это адское время.
Чистый или с водой?
- Просто воду, без бурбона.
Нужно что-то придумать, чтобы лето
не стало адом для 300 000 000 человек.
- Я уже придумал.
- Брось, Фрэнк, субсидии на самарий?
- Это твой скептицизм или Рэймонда?
- Мой. Его впереди.
- То есть ты с ним ещё не говорил.
- Я хочу предложить ему то,
что он сможет принять.
- Ну, у выбор у него не особо большой.
- Зачем загонять его в угол?
- Я снижаю цену вдвое.
Это развязывает ему руки.
- Вряд ли. Из-за этой торговой войны
Пекин не даёт ему добро
на строительство завода.
- Его бизнес с Фэном –
не главная наша забота.
- Завод по переработке редкозёма
решит проблему.
- Через три года, не сейчас.
- Субсидии, в лучшем случае,
оставят его при своих.
Какой смысл в бизнесе,
если он не приносит выгоды?
- Выгода Рэймонда волнует меня
даже меньше, чем его
совместное предприятие.
- Чего ты добиваешься, Фрэнк?
Война с Рэймондом тебе ничего не даст.
- Своего клиента спроси.
Это Таск начал войну.
- Он не любитель конфликтов.
- Я тоже.
- Тогда чего ты хочешь?
Тебе плевать на субсидии,
тут что-то большее.
- Я добрый христианин, как твоя мама.
Если бы было что-то ещё,
я бы тебе сказал.
- Пытаешься что-то до него донести?
- Возможно.
- И что же?
- Упрямство обходится намного
дороже послушания.
- Спасибо за воду.
- Ты не за тех играешь, Реми.
- Один из нас – точно не за тех.
- И когда шмелик вернулся домой,
друзья уже ждали его с ведёрками меда.
Его друг-червячок, подруга-мышка,
а еще паучок и улитка.
Они собрали целую тонну меда!
И видите, какой он теперь весёлый?
- Да!
- Да? И тогда все стали жужжать
от счастья, вот так: ж-ж-ж!
Ведь жить намного веселее,
когда у тебя есть друзья.
Правда? А вы умеете жужжать
и махать крылышками?
- Я тоже могу жужжать крылышками!
- Пожужжим вместе?
- Сейчас слишком жарко
для этого, Фрэнсис.
- Я поддерживаю водный баланс.
- Это правильное расстояние?
- Половина.
Но я не хочу тренироваться на улице,
чтоб меня видели репортеры.
- Помнишь, свою первую подачу
в Гринвилле?
- Я все думал, когда ты мне
это припомнишь?
- Ну, ту игру по телевизору
не показывали.
Удачи!
- Спасибо.
- А что было в Гринвилле?
- О, «Гринвилл-драйв»…
Дочерняя команда «Ред сокс»,
игра на своём поле.
Я встал на питчерскую горку.
- Вы подавали с горки?
- Хотел сделать настоящий
питчерский бросок.
- Но не вышло.
- Даже близко.
- Недолёт?
- Мяч выскользнул из руки в момент
броска и ушёл строго вверх.
А потом упал мне на макушку.
Стадион умирал со смеху.
- Питчер-комик.
- Очень остроумно, Мичем.
Не говори Клэр.
- Я всё слышала!
- А ты умеешь с детьми.
- Ты видела Робби, когда они рисовали?
Он спустил штаны
и покрасил себя в синий цвет.
- Нет!
- Да! Надеюсь, я всё смыла.
- Его родителям плевать.
Он у них вечно голый бегает.
- Но не с синей же попой, как смурфик.
- Думаю, нет.
- Может, поужинаем вместе? У меня
осталась курица. Или пиццу закажем.
- Пиццу, чтоб посуду не мыть!
- Да.
Извини, совсем забыла,
что за мной сегодня заедут.
Просто из головы вылетело.
- Ничего.
- Так неудобно...
- Ерунда.
Это...
твой парень?
- Нет, нет, это…
старый приятель.
- Познакомишь?
- Он…
немного застенчивый…
я не уверена…
- Не вопрос, не переживай.
Поужинаем в другой раз.
- Тогда до завтра.
- Да, ты знаешь, где меня искать.
- Давно?
- Пару месяцев.
- Почему не сказала?
- И в церковь нельзя?
- Любое твоё общение – это риск.
- Вкалывать весь день
в чёртовом колл-центре,
а потом торчать одной дома?
- Не драматизируй.
- Мне нравится братство!
И волноваться тут совершенно не о чем.
- Достаточно кому-то из родственников
приехать из Линчбурга,
кому-то из твоих одноклассников,
или клиенту, с которым ты спала.
- Они сюда не приедут.
- Ты не можешь знать...
- Могу!
- Ты же вот приехала.
- Не могу так жить…
- Что?
- Я не могу так жить.
- Можешь.
Ты сильная.
- Это всё? Всё, что есть?
- Знаю, ты это уже слышал.
- Как друг, Лукас, но не как репортёр.
Теперь начну копать.
Звонить, с кем-то встречаться…
А что у тебя?
- Всё нормально.
- Я не об этом.
- Давят, чтоб я пошёл на сделку.
- И что ты об этом думаешь?
- Посмотрим, что даст статья.
- Что адвокат говорит?
- Считает, что я неправ.
Что надо соглашаться.
- Может, есть смысл?
- Нет, я хочу, чтоб вышла статья.
Она всё решит.
- Ладно.
Тогда займусь делом.
- Спасибо.
- Хочу, чтоб ты знал:
я буду относиться к ней,
как к любой другой статье.
Исходить только из фактов.
Тебе может не понравиться.
- Я понял.
- Дам тебе прочесть, потом сам решишь.
- Я об этом и прошу.
- Ладно, держись.
- Вытрите, пожалуйста!
Прошу!
- Ядерные поставщики с нами заодно?
- Большинство. Кроме Рэймонда
и еще двух компаний -
"Лейкпорт нуклеар" и "Уолф-спрингз".
Я не могу доказать,
но абсолютно убежден, что это сговор.
- Рэймонд ставит меня
в трудное положение.
Я предлагаю решение,
ядерное лобби говорит – нет.
- Он имеет право отказаться,
господин пррезидент.
Но он не может манипулировать
энергорынком.
- Вы хотите надавить
на распространителей?
- Не просто надавить – запретить
вертикальную интеграцию.
- У нас нет таких полномочий.
- Добавим антимонопольный пункт
в законопроект об энергодифиците
и разрушим региональные монополии
по поставкам и распределению.
- И получим кучу исков.
- Нам не нужно идти до конца,
достаточно пригрозить,
вынудить его подчиниться.
- А можно сделать так, чтобы всё это
не просочилось в СМИ?
Не хочу, чтобы самые богатые люди
мира начали обрывать мне телефон.
- Есть надёжный способ
этого избежать, сэр.
- Вот, прошу.
- У вас людно для вторника.
- У нас 18 градусов. Причём бесплатно.
- 18 долларов за водку – бесплатно?
- Всё меньше, чем
счет за электричество.
- Смотря, сколько вы закажете.
- Хотите нас напоить?
- Больше выпьете – больше чаевые.
- Мне не нужно напиваться,
чтобы оценить сервис.
- Сейчас принесу сдачу.
- Сдачи не надо.
- Спасибо.
- Ну, ты шустрый.
- Потому хороший лоббист.
Твоё здоровье.
Итак, Джеки…
мощный ход, но не сработает.
- Ты знаешь, что мы легко можем
принять эту поправку.
- Да, но соблюдать её никто не будет,
и в результате отменят.
- Может и отменят. Но сперва
перемоют всем косточки.
- Рэймонду Таску всегда было плевать
на общественное мнение.
- Но не его акционерам.
- Ради него они прыгнут в змеиное
гнездо или сожгут себя заживо.
- Я просто прошу сообщить
о наших намерениях.
- Почему меня?
Фрэнк может просто позвонить.
- Все еще зовешь его Фрэнком?
- За глаза.
Лично стараюсь не общаться.
- Разве плохо иметь свои уши
в Белом доме?
- Неплохо. Но в последнее время
это не уши, а рот.
- Да...
Он не большой мастер слушать.
- Ты с ним ещё мало работала...
- Ты был в его команде?
- 8 лет, пресс-секретарь.
До твоего избрания.
- Это многое объясняет.
- Например?
- Многое.
- Звучит как оскорбление!
- Так и есть.
- Это всё? Ты меня бросаешь?
- Нет. Закажу ещё выпить.
Я не принимаю бесплатных
подарков от лоббиста.
К тому же я неплохая сводня:
я же вижу, что ты положил глаз
на официантку.
- Они у тебя уже готовы?
- Твои ребята предупредили,
что ты приедешь.
- Надеюсь, они не подняли
тебя с постели?
- Нет, с этой чёртовой жарой
все равно долго не поспишь.
- У тебя нет кондиционера?
- Да нет, есть.
Только я не намерен платить.
- Здесь у тебя ничего, терпимо.
- Это потому что мы в тени.
А выйди на улицу через пару часов,
от мостовой такой жар,
что даже заднице горячо.
- У плиты, небось, совсем пекло?
- Я уже не чувствую разницы.
Я тебе вот что скажу.
Когда термометр зашкаливает за 40,
с людьми начинает твориться неладное.
Муж, который бил жену в доме,
теперь бьет ее на улице.
- Жара будит в нас зверя.
- Это не шутки.
От чего я раньше просыпался?
От выстрелов. А теперь?
Все сношаются…
Визжат и урчат, как
чертовы коты в переулке.
Знаешь, как говорят: когда ты
горячий и потный, ты спелый и готовый.
- Привет.
- Привет.
Я слишком много выпила.
- Не ты одна...
- Вчера ничего не было.
- Знаю.
- Когда я выйду за дверь, между нами
останутся только деловые отношения.
- Не бойся, судебный запрет
не понадобится.
- Странно, что ты ушёл
не с официанткой.
- Ты сексуальней.
- Ну да.
- Она пашет за чаевые,
а ты управляешь конгрессом.
- Половиной.
- Всё равно это круче.
- Значит, тело не при чём?
- Ножки у тебя ничего…
- Какая ж ты сволочь.
- Ладно,
дело в твоём голосе.
- В голосе?
- Он меня заводит.
- Сообщи, что скажет Таск.
- Рано говорить о делах –
ты ещё не вышла.
- Смотри.
О делах: говорил с Таском.
Он встретится с тобой
в верховном суде.
Реми Дэнтон
- Спасибо, Джеки.
Едем в Белый дом.
- Едем в Белый дом.
- Увеличим прессинг, подключим
комиссию по энергетике.
- Проверка?
- Здесь не нужна санкция конгресса.
- Поиск нарушений в ценовой политике
займет месяцы.
- Повторяю – это всего лишь угроза.
- Он будет действовать нашими
методами: тянуть, подавать апелляции.
- Но по требованию коммиссии
ему придётся раскрыть бухгалтерию.
Бизнесмены этого не любят, особенно,
когда речь идёт о 43-х миллиардах.
- Это выходит из-под контроля, Фрэнк.
Не стоит так давить на Рэймонда.
Может, поговорить с ним?
- Именно этого он и хочет:
вернуться в процесс.
- А что мы выиграем, выкинув его?
- Ему нужен урок: нельзя угрожать
президенту Соединённых Штатов.
- Мы не можем опускаться
до выяснений "кто кого".
Приглашу его в Вашингтон.
- Ему нужна ваша полная капитуляция.
- Я позвоню ему.
- Не ставьте себя в такое положение!
- Я знаю, как сохранить
целостность кабинета.
Спасибо.
- Спасибо, господин президент.
Две минуты с президентом -
и Таск вернёт его расположение.
Я должен помешать брачным играм
и сорвать повторную свадьбу.
- Кристина?
- Рада вас видеть.
- Ну что ты…
прекрасно выглядишь!
- Спасибо.
- Как дела?
- Отлично.
Линда с меня семь шкур спускает,
но я была к этому готова.
- Говорят, ты хорошо справляешься.
- Приятно это слышать.
- Слушай, я хотела поговорить о Трише.
Ты наверняка заметила, она еще
не совсем привыкла к своей роли.
- Вы имеете в виду ее
неуверенность в себе?
- Будет здорово, если ты ее
немного поддержишь.
Пусть она знает, что всегда может
на тебя рассчитывать.
- Вообще-то, я не так близко
её знаю, чтобы…
- Ничего страшного.
Просто скажи ей, что ты счастлива,
что работаешь с президентом,
и готова помочь ей в любой ситуации.
- А это не будет выглядеть навязчиво?
- Что?
- Если я так ей скажу?
- Нет, нисколько.
Вице-президент оказывает
поддержку конгрессмену
- Вы позвонили в дом Скорски,
оставьте сообщение.
- Это снова Том Хаммершмидт.
Очень нужно поговорить с Джанин.
Это важно. Спасибо!
- Он целый день названивает
в нашу пресс-службу.
- Поверь, я не больше твоего
заинтересован в появлении этой статьи.
- Это можно замять из соображений
безопасности?
- Нет, раз Гудвин привлёк прессу:
первая поправка.
Обвинитель Уорд совсем не помогает.
Ей нужен трофей.
- Он у неё есть.
- Нет, не Гудвин.
Ей нужен Орсей.
Самый разыскиваемый хакер
последних лет.
- С Хаммершмидтом я улажу.
Но Гудвин должен признать вину.
- Если его не пугают 35 без УДО,
я уж и не знаю...
- Его надо не пугать.
Просто лишить надежды.
Я пытался избежать огласки,
но не предвидел Хаммершмидта.
- Мисс Скорски ему помогает?
- Он ей звонит.
По моим сведениям, они пока
не говорили. По телефону – точно.
- Если дело дойдет до суда…
- Этого не будет.
- Будет, если выйдет статья.
- Я пришел к вам, потому что не могу
контролировать Хаммершмидта.
У меня нет вариантов.
- Нужно идти в лобовую атаку.
И держаться.
- Хотите с ним поговорить?
- Вдвоём, тет-а-тет.
- Так себе идея, сэр
- У тебя есть лучше?
- Нет, сэр.
- Мы не можем избежать схватки,
но можем выбрать поле боя.
Назначь встречу в Белом доме.
Запугаем его официозом.
- Да, сэр.
Господин вице-президент...
Знаю, вы не терпите извинений,
но я сожалею, что подвёл вас.
- Сосредоточимся на деле.
- Я сообщу о времени встречи.
- И как можно быстрее.
- Да, сэр.
- Это вроде наброска
для большой статьи?
- Вопросы на следующей странице.
- Не для записи.
- Хорошо, не для записи.
- Том, понимаю, вы
беспокоитесь о парне,
и я уважаю вас как журналиста.
Но эти вопросы…
Тогда уж спросите меня,
когда я перестал душить котов?
- Сэр, смерть депутата Руссо…
- Моего друга, Питера Руссо.
Который покончил с собой,
оставив двух маленьких детей.
Я не буду отвечать на такие вопросы.
Да?
Знаю. Скажи, я перезвоню.
Через две минуты.
Госсекретарь Дюран.
- Я могу подождать...
- Нет, давайте закончим.
Так вот.
Если вы решите это напечатать
и найдёте того, кто согласится,
возможно, на один день это добавит
мне забот. Но я не буду вмешиваться.
И думаю, это лишь продемонстрирует,
насколько нелепы заявления
мистера Гудвина.
Мне его жаль. Ему нужна помощь.
- Я брал интервью у сумасшедших.
Он не такой.
- А вы ещё раз перечитайте
свою статью.
- У него стресс, это другое.
- Я понимаю. Наверное, это ужасно –
увидеть его в тюрьме. Но Том…
- Рэйчел Познер существует.
Я её пока не нашел, но доказал,
что она не плод фантазии.
Как и Рой Капеньяк. Они реальны.
У них есть номер страховки, адреса…
- Как и у всех жителей страны.
Я со всеми в сговоре?
- С задержанием Руссо за вождение
в пьяном виде кое-что настораживает.
- То же самое говорят о зоне 51.
Можно даже нафантазировать
зеленых человечков.
- Вы убили Питера Руссо?
- Том, вы ставите себя
в глупое положение.
- Вы убили Зои Барнс?
- У меня нет времени на эту ерунду.
- Я задал вам вопросы.
- У меня тоже вопрос:
подобная статья поможет
или навредит мистеру Гудвину?
Вы делаете то,
что считаете правильным.
Но, думаю, вам ясно, что я не опущусь
до того, чтобы принимать это всерьёз.
- Спасибо, что уделили время,
господин вице-президент.
- Ну что?
- Я свою часть сделал, дальше ты.
Я больше не буду так подставляться.
- Да, сэр.
- Таск уже виделся с президентом?
- Встреча в 16:30.
- Позвони Реми. Чтобы не улетел,
пока я с ним не поговорю.
- Сделаю.
- Миссис Уокер?
Я просто хотела сказать,
что для меня большая честь
и удовольствие работать здесь,
под началом вашего мужа.
- Спасибо.
Он ценит вашу старательность.
- Я провожу много времени рядом с ним,
и если я могу что-то сделать для вас,
чтобы облегчить вашу или его жизнь…
- Просто продолжайте делать своё дело.
- Правда, всё, что угодно…
вы можете на меня во всём положиться…
и вы, и он.
- Я знаю.
Спасибо, Кристина.
- Спасибо, миссис Уокер.
- Постой-ка, давай я.
- Да, опять эти руки…
- Болят?
- Да. Наверное, дождь будет.
Я открою.
- Я сама, помешивай суп.
- Агент Грин, ФБР, есть минутка,
мисс Скорски?
- Да, я...
- Можно войти?
- Я только выключу плиту.
Мам, побудь здесь.
- Кто это?
- Не выходи пока.
- Только один раз?
- Больше я его не видела.
И не отвечала на звонки.
- Сколько раз он звонил?
- Не знаю...
Раз 8-10.
Потом перестал. Через какое-то время.
- Он упоминал имена Иеронимуса Бота
или Гэвина Орсея?
- Пожалуй, я позвоню адвокату.
- Пока вы не подозреваемая,
и не соучастник.
Если позвоните адвокату,
это можно пересмотреть.
- Он говорил о каком-то хакере.
- Иеронимусе.
- Я сказала, что по-моему,
не стоит с ним связываться.
- Вы знаете, что он заявляет?
- Нет.
- Что вы работаете вместе,
что вы верите в эту теорию заговора,
что это вы получили по почте
фотографии мисс Барнс.
Это правда?
Вы должны приехать в Вашингтон
и подписать показания в присутствии
федерального прокурора.
- Хотите, чтобы я назвала его лжецом?
- А это не так?
- Я не могу это сделать.
- Еще вам нужно поговорить
с Томом Хаммершмидтом.
- Знаете, не впутывайте меня в это.
- Я не имею отношения к хакеру…
- Мисс Скорски, мы поверим вам,
если это будут письменные показания.
- Он не преступник.
Вы преследуете не того человека.
А если вы думаете, что можете
прийти и угрожать мне
в моем собственном доме,
я подам официальную жалобу.
- Вы сейчас очень похожи на него.
- Вы меня не арестуете.
Я не в чем не виновата.
Пожалуйста, уходите.
У меня есть право на адвоката,
а у вас нет ордера.
- Мы можем вас арестовать,
мисс Скорски,
за соучастие в попытке
кибертерроризма.
И кто позаботится о вашей маме
те 3 года, что будет идти следствие?
- Пожалуйста, поднимите руки.
- Не надо, Мичем.
- Сэр…
- Мичем.
Знаю, ты не будешь жать мне руку,
так что пропустим эту часть.
- Президент не упоминал об этом.
- А зачем?
Лучше застать тебя врасплох.
- Тогда зачем ты сказал?
- Во избежание ненужного конфликта.
- Гаррет не умеет врать.
- Талант лжеца в том, чтобы заставить
всех поверить, что ты не умеешь врать.
- Я знаю его намного лучше, чем ты,
и осведомлён, в чём он
талантлив, а в чём нет.
Но если предположить, что он солгал...
Меня не пугает расследование
комиссии по энергетике.
Еще до первого слушания начнутся
отключения из-за перегрузки сетей.
- Ты намеренно завышаешь тарифы
на электроэнергию, это незаконно!
- Нет.
У нас свободный рынок.
- Регулируемый свободный рынок.
- Зачем ты это делаешь, Фрэнк?
- Реми спрашивал то же самое.
- Вся причина во мне.
- Нет, ничего личного, Рэймонд.
Меня беспокоит только энергорынок.
- Конечно же, это личное.
Я лично просил тебя убедить Гаррета
помочь с Китаем.
Ты лично этого не сделал.
Ты лично сорвал саммит!
- Никогда я не ставил личные чувства
выше прагматизма!
- Ты лично посоветовал кабинету
припереть меня к стенке!
Не пытайся мною вертеть, Фрэнк,
я слишком стар для танго!
- Тогда я буду прям:
соглашайся на субсидии,
или разбирайся с комиссией.
Третьего пути нет.
- Ты сознательно стараешься
навредить президенту?
- Я пытаюсь его защитить. От тебя.
- Это всё из-за поста госсекретаря?
- Я вице-президент.
Детсадовские игры мне не интересны.
- Вице-президент, потому что
я за тебя поручился.
- У тебя не было выбора,
политическая необходимость.
Даю сутки на размышление.
- Можешь не провожать.
- Здравствуйте!
- Рэймонд,
это Клэр.
- Миссис Андервуд, большая честь.
Джин, мою жену,
очень впечатлил ваш недавний поступок.
- Нам надо как-нибудь встретиться.
- Она будет рада, я уверен.
- А как вы?
- Простите?
- Как вы отнеслись к моему поступку?
- Я поддерживаю всё, что направлено
против ненужного насилия.
Был рад встрече.
Да, и удачи вам сегодня на стадионе,
господин вице-президент.
На этот раз добросьте мяч до базы.
Мэм…
- Я в нем сварюсь!
- Таковы правила, сэр.
- Я в нём не тренировался,
даже рукой шевельнуть не могу!
- Виноват, я не предупредил.
- Если мяч не долетит, тебе конец!
А ты что здесь делаешь?
Заняться нечем?
- Никогда не был на "Кэмден ярдс".
- Дамы и господа!
Сегодня право первой подачи
предоставляется вице-президенту
Соединенных Штатов Фрэнку Андервуду!
- Босс! Мяч Мичема.
- Большое спасибо! А где талисман?
- Господин вице-президент…
- Мисс...
Добрый вечер!
Знаю, вечер жаркий,
и вы ждёте начала бейсбола.
Сейчас я брошу этот мяч,
а вы открывайте колу
и наслаждайтесь игрой.
Удачи обеим командам!
Чёрт, мы же на "Кэмден-ярдс"!
Вперед, "Ориолс"!
- Скорей! Скорей!
- Мне сказали, что отключение связано
с линией электропередачи
вашей компании "Барко".
- Да, сэр. Возникла перегрузка.
Всё исправим в кратчайшие сроки.
- Мне звонили три губернатора.
Больницы на резервном питании.
Так что поторопитесь!
- По моим данным, потребуется
два-три часа, сэр.
- Рэймонд,
это было преднамеренно?
- Сэр, знаю, я сейчас у вас
не в большом почёте,
но меня
пугает, что вы в принципе можете
допустить такую мысль.
- Это случилось в такой момент,
что в совпадение верится с трудом.
- Сейчас жара. В это время
сети всегда перегружены
- Людям нужен свет.
Докладывайте каждые полчаса.
- Я должен вам сообщить, сэр,
что завтра нам придется
остановить две электростанции
на внеплановый ремонт.
- Почему? Какие?
- В Джорджии и Теннеси.
Из-за отключений
они работают на пределе.
Наши инженеры беспокоятся за
герметичность топливных элементов.
- Значит на юго-востоке
тоже будут перебои?
- Возможно. Пару дней.
- Это недопустимо!
- Безопасность превыше всего.
Нам не нужны аварии.
- Передайте полный отчет Линде.
- Да, сэр. Спасибо, сэр.
- Он с вами играет.
- А если правда безопасность?
- Ему нужны переговоры!
Станции в порядке!
- Зачем ему это? У нас есть
разногласия, но почему так жёстко?
- Я сказал ему о возможном
расследовании.
- Что?!
- Он позвонил мне, я ответил.
- Почему немедленно не сообщили?
- Он сказал, вы хорошо поговорили
и он согласился на субсидии.
Я думал, вопрос решён.
- Он предложил возобновить
переговоры. О субсидиях речи не шло.
- Он играет с нами обоими.
- Если он согласен, зачем было
говорить про комиссию?
- Я сказал: слава богу,
не придётся принимать меры.
- Значит, это проверка нашей реакции?
- Думаю, да, сэр. Мне как-то
не верится насчет этих станций.
- Мы не можем гадать,
надо знать наверняка.
- А кто будет оценивать риск?
Рэймонд или правительство США?
- Предлагаете забрать его станции?
- Прецедент есть.
Вудро Вильсон на три года
национализировал железные дороги.
- Тогда шла война.
- Была чрезвычайная ситуация,
как и сейчас.
Стране нужен лидер,
господин президент.
Не уступайте Рэймонду Таску.
- Мне конец.
- Я говорил, что может не понравиться.
- Я здесь просто псих!
- Это самая мягкая версия.
Я старался быть
максимально непредвзятым.
Вряд ли ты захочешь,
чтобы это напечатали.
- Я могу поговорить с Джанин?
Пусть он уйдет.
- Он просит тебя уйти.
- Ты солгала.
- Лукас…
- Обманула его, обманула прокурора.
- Я не знала, что делать.
- Сказать правду!
- Меня арестуют.
Извратят каждое моё слово. И никто
мне не поверит, как не верят тебе.
- Но из этого можно сделать материал.
Возникнут вопросы!
- Нет. Просто будут два психа
вместо одного.
- Значит, ты спасаешь себя?
- Я пытаюсь спасти нас обоих.
Прошу,
пойди на сделку.
- Я не виновен.
- Виновен!
Ты совершил преступление.
Несколько преступлений.
- Но не убийство!
- Соглашайся.
Наверняка,
выйдешь досрочно.
- Все,
все меня поимели!
- Если бы так, я бы сюда не пришла.
- А ему все сойдет с рук, верно?
- Да.
Сойдёт.
- Чай со льдом, если есть.
- Нету.
- Не очень люблю входить
через черный ход.
- Ну, мы же не хотим, чтобы
наши друзья-журналисты
узнали о твоём приходе.
Тем более с тех пор, как ты удалился
от политических баталий.
- Вы не сможете забрать станции.
- Мы еще ничего не забрали.
Мы готовы, но ты ещё можешь уступить.
- Это незаконно.
- Законно, и ты это знаешь.
Президент может издать
экстренный указ.
- Я обращусь в суд.
- Он займет еще больше времени,
чем расследование комиссии.
Но ты перестанешь получать прибыль.
- Мы же договорились,
в этой самой комнате –
работать вместе! Как люди слова.
- И я держал слово, пока ты
не кинул меня с поправкой.
- Я прислал Реми!
- После того как я сам провёл
поправку через сенат.
- Я отстаивал свои взаимоотношения
с президентом.
- А потом решил использовать
меня в Спотсильвейни!
- Я никогда в жизни не собирался
становиться твоим лучшим другом
или делиться с тобой всей информацией.
Мы договорились быть друг другу
полезными партнёрами.
И всё!
- Да.
Но сейчас мне ясно, что я не получаю
от этого партнёрства никакой пользы.
Не будем притворяться наивными.
Прежде всего, мы оба заботимся
о своих интересах.
И наше видение их перестало совпадать.
- Вы вот-вот совершите непоправимую
ошибку, господин вице-президент.
- Возможно, я совершаю ошибку.
Кто знает?
Но ты позвонишь Линде и скажешь,
что согласен на субсидии.
Возможно за тобой куча денег,
Рэймонд, но за мной парни с пушками.
Номер уже введён, она ждёт.
О! Кстати, насчет вчерашнего.
Мяч на твоей половине, как говорится.
- Господи боже, напугал меня
до смерти!
- Зачем поминать имя господа всуе?
Оставь.
- Слишком дорого.
- Ничего, я заплачу.
Гудвин согласился на сделку.
Его увезут.
- Значит всё кончено?
- Нет.
Надо быть осторожными.
- Зачем? Его нет,
никто не станет меня искать.
- Неизвестно.
Пока ничего не изменилось.
- Так ты тут, чтобы меня обнадёжить?
- Нет, чтобы убедиться,
что ты не пошла в церковь.
- Ты хочешь со мной переспать?
В этом причина?
- Нет.
- Ты это уже делал.
- Тогда всё было иначе.
Прекрати!
- Я точно знаю, когда
мужчина меня хочет.
В церкви я узнала про Рахиль.
Она была молодой и красивой.
Иаков влюбился в нее,
когда она поила ягнёнка.
Она стала его женой после того, как он
7 лет своим трудом добивался ее руки.
У Рахиль родился сын,
Иосиф.
Он стал царём.
Ты есть хочешь?
 

7 серия

- Джэки Шарп.
НЕОПЫТНА
- Терри Уомак.
СОГЛАШАТЕЛЬ
- Боб Бёрч.
- ОТСТАЛ ОТ ЖИЗНИ
- Президент Уокер окружил
себя членами Конгресса...
а одного из них даже
привёл в Белый Дом...
Они подорвали экономику и довели
до обострения отношения с Китаем.
Их надо остановить,
пока не поздно.
Включайтесь в промежуточные
выборы, наведем в стране порядок!
ГОЛОСУЙ ЗА АМЕРИКУ
- Спонсор "Друзья
лучшей Америки".
- 25 миллионов? Из ниоткуда?
- Цифра приблизительная.
- Откуда идут деньги?
- От комитетов поддержки.
- Проплаченные нападки в прессе.
- Так кто даёт деньги?
- Мы не узнаем это без
квартальных отчётов.
- Провалим промежуточные
выборы, и прощай 2016-ый год.
И здравствуй республиканское
большинство и президент-республиканец.
- У нас есть комитет
по выборам в Конгресс.
- А 25 миллионов?
- Сумму можно урезать.
- Без толку.
- Наших средств всё
равно не хватит,
надо перекрыть их
денежный поток.
- Интересно, как?
- Найти "кран" и закрутить его.
При таких объёмах кто-то
играет не по правилам,
но мы не докажем это,
пока не найдём источник.
- Так найдите его.
И как можно быстрее.
- А я пока составила предложение
о создании внутренней
системы обмена сообщениями,
чуть позже я пришлю вам копии.
- Мы открыты для любых идей.
Приступайте к работе.
Фрэнк.
Вам следовало склонить
Конгресс на мою сторону.
- Никто не заинтересован
в этом больше меня.
- Надо было держать
вас на привязи,
как советовал Рэймонд. Вы
отвлекаетесь на Сенат,
послание президента Конгрессу,
вторгаетесь в сферы дипломатии...
- Вы просили меня
договориться...
- Я знаю, что просил.
И вижу, к чему это привело.
- Сэр, нападки в прессе
– это не результат...
- Вы мечетесь от пожара к пожару,
а надо предотвращать их.
- Я не волшебник, чтобы
взмахнуть палочкой и...
- Мне не нужны отговорки, Фрэнк.
Вы способны на большее.
Хотя, может, и нет.
- Если вам нужна
боксерская груша,
я буду стоять здесь и
принимать ваши удары,
как делал уже не раз с тех
пор, как принёс присягу.
Но я бы предпочёл пойти
работать, как вы и просили.
- Вы забываетесь, Фрэнк!
- Отпустите меня или бейте
дальше, господин президент.
- Свободны.
- Спасибо, сэр.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
САКИНА ДЖЕФФРИ
КРИСТЕН КОННОЛИ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МАЙКЛ ГИЛЛ
ДЖЕРАЛЬД МАКРЭЙНИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
ТЕРРИ ЧЕН
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БИЛЛ КЕННЕДИ
РЕЖИССЕР
ДЖЕЙМС ФОУЛИ
- Дэн Лэнаган переметнулся
в другой лагерь.
- Это лишено всякого смысла.
- Я не нашёл никаких нарушений у
крупных спонсоров республиканцев,
поэтому проверил наших.
В этом квартале Лэнаган
не дал ни цента.
- Это не значит, что он дал
деньги республиканцам.
- "Эрнст Энд Янг" провела
аудит его казино.
18 миллионов ушли
на пожертвования,
и явно не нам.
- Как вы это добыли?
- У меня есть друзья. Потому
вам и нужны мои услуги.
- 25 миллионов на публикации.
- Это смета на 30 июня, с тех
пор они могли пожертвовать ещё.
- Таск...
Казино Лэнагана
находится в Миссури.
- Рэймонд Таск?
- И он точит зуб на
меня и президента.
- Я никогда не видел
его имя в документах.
- Он не вкладывается в политику,
что позволяет легко
перестраиваться.
- Думаете, он как-то
перенаправляет деньги?
- Не знаю...
Езжай в Канзас Сити,
посети это казино.
- Да, сэр.
- Копну глубже.
- Соедините меня с женой.
- Где ты взял рецепт?
- У своего папаши.
- Вы были близки?
- Не. Этот козёл только и умел,
что жарить рёбрышки...
Это, наверное, нельзя печатать.
- Разберусь.
- Это, и правда, будет в газете?
- По крайней мере,
в Бостоне точно.
- Не знаю, кому это
может быть интересно.
- Ну... Частные истории
многих увлекают...
Вице-президент США
часто заходит именно сюда.
- В смысле, в эту дыру?
- Я так не говорил.
- Да что уж...
Это не Тадж-Махал.
- Давно он сюда ходит?
- Лет 20 уже.
Фрэнк - хороший человек.
- Ты зовёшь его Фрэнком?
- В этом заведении я президент,
вице-президент и Конгресс,
а он просто посетитель...
Хоть и постоянный.
- Может, ему и нравится, что
здесь он обычный человек?
- Может... Но первая
причина все же рёбрышки.
- Если безработица вырастет больше,
чем на две десятых, ФРС придётся...
ГОСПОДИНУ ПРЕЗИДЕНТУ
ЭТА ГРУША НЕ БУДЕТ ПЕРЕЧИТЬ, КАК Я.
ФРЭНК
- Что вам принести?
- Содовую с лаймом, пожалуйста.
- И всё?
- Да.
- Есть не будете?
- Нет.
- Здесь трудновато
тем, кто в завязке.
- Как ты узнала?
- Рыбак рыбака...
- Давно?
- Чуть больше года, а ты?
- Лет 15.
- Совсем не пьёшь?
- Нет. Пока...
Выбери число от
1 до 12.
- 9.
- Непоседа.
- Прямо в точку.
Несу содовую. С лаймом.
- Сидит там уже 2 часа.
- Он ни с кем не разговаривал?
- Только ставил на скачки.
Привести его сюда?
- Нет. Это руководитель
аппарата вице-президента.
- Вот как?
- Обойдёмся без сцен.
Наблюдайте за ним.
Сообщайте, что он делает, куда
ходит и с кем разговаривает.
- Хорошо, господин Лэнаган.
- Видели бы вы их.
Они не знали, что и думать.
Особенно когда я
попросил подождать.
- Вы её опробовали?
- Естественно!
Простите, что вспылил, Фрэнк.
- Нет, я проявил неуважение,
что недопустимо.
- Я в последнее время
очень несдержан.
Меня иногда...
Надо встряхивать, чтобы
вернуть в реальность.
Вы сделали доброе дело.
- Это так, для забавы.
- Триша сказала, мы ужинаем
вместе в конце недели.
- Да, мне Клэр тоже говорила.
- Буду рад выбраться
отсюда хоть на пару часов.
Она здесь со времён Кеннеди, была
написана в год его рождения.
По-моему, на ней изображён парад
победы в Первой мировой...
Я должен знать про
каждую картину.
- Про эту вы точно много знаете.
- Я стараюсь впитывать всё.
Особенно историю.
- Президенты,
зацикленные на истории,
озабочены своим местом в
ней, а не её переписыванием.
- Кто это сказал?
- Я, только что.
- Белый Дом...
Весь день гудит, как
улей, а сейчас...
Словно вымер.
- Президентство – великое
и благородное дело.
Его цена – одиночество.
- Давайте представим...
Что сидя в одном из этих кресел,
глядя на эту стену, Трумэн
решил сбросить бомбу.
И посмотрим, почувствуем
ли мы что-нибудь.
Ничего, а вы?
- Нет.
- Извини за бардак.
- Ради меня не надо убираться.
- Надо.
Не хочу, чтобы увидел вот это...
В них я была вчера...
тебе нравятся эти или
те, что на мне сейчас?
- Давно работаешь в казино?
- Даже слишком.
- Наверное, много чего видела.
- Да уж, я всё повидала.
- Пора, у меня утром встреча.
- Хорошо.
- Хочешь, чтобы я остался?
- Я не собиралась
ночевать здесь.
- Значит, опять
секс на одну ночь?
- Это нормально.
- Не для меня.
- Брось...
Ты же ходок.
- Вовсе нет.
- Ты так любишь флиртовать.
- Да, я флиртую.
Но сплю только с той,
к кому расположен.
И предпочитаю быть с ней рядом.
- Реми Дантон -
серийный однолюб.
- Это шутка?
- Извини, я не хотела...
Прости.
- Раз это ни к чему не ведёт,
значит, больше не повторится.
Я откровенен в своих
пристрастиях.
Любых. Не только политических.
- Три-четыре раза в год
прилетает десяток китайцев,
с бешеными деньгами.
Целый этаж резервируется
только для них.
Они тратят в казино миллионы.
- Это ещё ничего не значит,
китайцы любят играть на
деньги, особенно богатые.
- В Вегасе. А до Миссури
лететь намного дольше.
- Мне нужно...
Мне нужно выяснить,
чьи это самолёты.
Кого мы знаем в
агенстве авиации?
- Я – никого, а
вот Дойл – знает.
Я его уже озадачил.
- Я должен идти.
- Уходишь?
- Да. Спасибо за ночь.
Было хорошо.
- Неправда. Ты думал
о ком-то другом.
- Я купил это на десятый
год трезвости...
Пусть он принесёт тебе удачу.
- Законопроект
подготовила Элейн Брукс,
первая леди одобрила
черновой вариант.
- Джэки, подумай, кто мог
бы включиться, помимо тебя.
- Хорошо. Уверена, найдется
много видных фигур,
мы с Лорри займёмся этим.
- Нужно обсудить медиаплан.
- Пока ещё рано.
- Разве не следует
усиливать поддержку?
Мероприятия, интервью...
- А что-то более эффективное?
- Медийная атака не сработает.
Нужен один мощный ход, приуроченный
к моменту внесения законопроекта.
- Нам нужна широкая поддержка...
- Это расшевелит как
противников, так и сторонников.
- Если идея будет
сформулирована...
- Нужно привлечь
целевую аудиторию...
- Дай закончить.
- ...А потом подключить прессу.
Предлагаю Мэтта Бая.
- Мне нравится эта
идея, даже очень.
- Мне тоже. Поговоришь с Мэттом?
Без обещаний, просто
прощупай почву.
- Я могу...
- Мы с ним знакомы,
я позвоню ему.
- Отлично. Сэт,
держи меня в курсе.
До встречи в конце недели.
- Спасибо, Джэки.
- Прочти и напиши
краткий анализ.
И ни в коем случае не показывай
никому, пока не обсудим.
- Может, сначала по
списку пройдешься...?
- Не сейчас.
- Есть что-нибудь про аборт?
- Ничего. Всё сходится.
- На все сто?
- Я всё перелопатил.
Она сказала правду.
- Нужно хоть что-нибудь,
время идёт.
- Андервуды осторожны. Если у
них и есть скелеты, то они...
- Никаких "если", у Фрэнка
их не может не быть.
- Тогда я их найду.
- Если нет, это будет означать,
что я не смог. А я всегда могу.
- Ты предъявляешь
завышенные требования.
Я выполню задание,
но не в одночасье.
Так что не лезь ко мне.
Я вольный стрелок,
а не твой слуга.
- До тех пор, пока
попадаешь в цель.
- Мне нужна услуга.
Коннор Эллис.
- В чем услуга?
- Без него у меня
будет больше свободы.
Организуешь ему где-нибудь
непыльную работёнку?
- В частном или госсекторе?
- В частном. Больше денег.
Чтобы он не смог отказаться.
- Я постараюсь.
Вот, тут половина.
- Заплатишь, когда
выполню задание.
Я не беру полгонорара
за полработы.
- Интересное предложение.
- Нам не хватает
связующего звена.
Если мы согласуем
публикации по стране,
организуем мероприятия и кампании по
привлечению средств, то, думаю...
- Вряд ли руководство
на это пойдёт.
- Поэтому ты мне и нужен.
Я устрою встречу, если ты
поддержишь мою позицию...
- Нам скажут: нельзя тратить средства
фондов на национальную стратегию.
Работайте на местах,
добивайтесь явки на выборы.
- Но можно хоть поставить
вопрос на обсуждение...
- Ты знаешь, Линда,
я – за смелые идеи.
Но Бёрч и Уомак никогда не изменяют
своим взглядам, сильно сомневаюсь.
САМОЛЁТЫ ПРИНАДЛЕЖАТ КОМПАНИИ
НАШЕГО КИТАЙСКОГО ДРУГА
СКОЛЬКО ПЕРЕЛЁТОВ?
38 В КАНЗАС СИТИ С 2005 ГОДА.
- Фрэнк, я лишь прошу тебя
поддержать мою точку зрения...
- Извини, Линда, одну
минутку, это важно.
- Я не хочу затягивать...
- Мне надо отправить сообщение.
- Я тоже занята.
МНЕ НУЖНО ЛИЧНОЕ
ПОДТВЕРЖДЕНИЕ.
ЕМУ БУДЕТ ТРУДНЕЕ
ВРАТЬ ТЕБЕ В ГЛАЗА.
УЖЕ КУПИЛ БИЛЕТ.
- Место у прохода, пожалуйста.
- Хорошо.
- У меня чувство, что ты не
воспринимаешь это всерьёз.
- Линда, прошу прощения,
ты абсолютно права,
я не хотел показаться резким.
Это действительно важно.
Мы с тобой должны внимательно
изучить твоё предложение
и обсудить его по пунктам.
- Я не прошу изучать
его постранично,
просто помоги инициировать
конструктивный диалог.
- Можешь рассчитывать
на мою помощь, Линда.
- Спасибо, я согласую
наши графики.
- Спасибо, Линда.
Соедините меня по секретной
связи, пожалуйста.
- Звонит Вице-президент.
- Господин вице-президент...
Я бы проигнорировал ваш звонок, но
у меня сегодня хорошее настроение.
И даже вам его не испортить.
- Ты направляешь
деньги республиканцам?
- Что за чертовщина?
- В их комитеты
поступили 20 миллионов.
- Я не финансирую политику -
это верный способ
разочаровать инвесторов.
- Деньги поступают из казино в
Миссури, а конкретно от Фэна.
- Наше совместное предприятие не
имеет отношения к игорному бизнесу.
- Его самолёт регулярно
летает в казино Лэнагана.
- Я не касаюсь его
личного досуга.
- Ты пытаешься посеять
хаос в наших рядах?
- Похоже, республиканцы неплохо
справляются с этим и без моей помощи.
- Не выйдет, Рэймонд, нас,
демократов, это сплотит ещё крепче.
- Вас сплачивали
последние 10 лет
лишь средства для получения
большинства голосов.
Как мне кажется.
- Он подкупил Конгресс,
собранное мной большинство.
Так за деньгами Лэнагана
стоял ты, Рэймонд,
даже когда они шли нам.
- Ты продолжаешь
предполагать, а я отрицать.
- Когда появятся квартальные отчёты,
любой увидит, что происходит.
- Конец сентября ещё не скоро.
Но я и сам с нетерпением
жду эти отчёты,
весьма занятное будет чтиво за 2
недели до промежуточных выборов.
- Тебе не удастся вернуться
за стол переговоров, Рэймонд,
так же, как и купить
ключи от Конгресса.
- Надеюсь, ты сумеешь удержать
большинство в Белом Доме.
Я знаю, как много это
для тебя значит.
- Когда деньги идут вам,
вы не задаете вопросов.
Но теперь всё ясно: Лэнаган
был не более чем прикрытием.
Сказать президенту?
Нет, он решит, что я
не владею информацией,
сделает из меня "стрелочника", и
получится, что я плохо работаю...
Нет, это ловушка, лучше
держать всё при себе.
- От чьего имени
вы ведёте торги.
- От Хедж-фонда «Меркьюри
Кэпитал», его нет на бирже.
- Им нужны имена
основных инвесторов.
- Я не вправе раскрывать имена.
- Брокеру нужен полный
список инвесторов.
- Скажите...
Что у главного инвестора
тесные связи с Белым Домом.
- Он хочет знать, не представляете
ли вы "Клейтон Уэст".
- "Клейтон Уэст"?
- Он ждёт.
- Секунду.
Что здесь написано?
- Это сайт...
Китайского завода по
переработке редкозёмов.
- Скажите ему, что главный
инвестор – Рэймонд Таск.
- Рэймонд Таск.
- Это Даг Стэмпер...
- Чем будем кормить Уокеров?
- Цианидом?
- Это на десерт.
А основное блюдо?
- Какое-нибудь мясо...
Овощи, я в этом
не особо силён.
- Может, закажем у Фредди?
- Рёбрышки.
- Или не стоит?
- Нет.
Мне нравится эта идея.
- Закажем выпивку и закуски,
а рёбрышки будут блюдом
от личного шеф-повара.
- Я позвоню ему.
- Долгожданного
звонка еще не было?
- Нет. Думаю, он ещё не долетел.
- А у тебя неплохо получается.
- Думаешь, я впал в детство.
- Всё лучше, чем видеоигры.
- Вы получили чек на
5 тысяч долларов?
- В следующий раз
запрошу больше.
- Проигрались в казино?
- Таск знает, что я здесь?
- Дэниэл Лэнаган знает.
- Таск причастен?
- Зачем мне это признавать?
- У вас с таском общий бизнес.
Вы отправляете деньги Лэнагану,
чье казино – вотчина Таска.
- Вы прилетели на другой край земли,
чтоб подтвердить свои подозрения?
Чего вы хотите?
- Чтоб деньги перестали
уходить республиканцам.
- А мне что с этого?
- Я сказал, чего мы хотим.
Ваша очередь.
- Ведь опять обманете.
- Ситуация изменилась, нам
невыгодно вас обманывать.
- Как вам мой сад?
- Очень красивый.
- Погружаясь в бизнес,
перестаёшь ценить красоту.
- У меня на красоту нет времени.
- Очень жаль.
- Чтоб одни могли нюхать цветы,
другие должны выдергивать сорняки.
- Когда улетаете?
- Я ещё не купил обратный билет.
- Хорошо...
Мне надо подумать до утра.
Да и вы наверняка устали. Окажите
честь, будьте моим гостем.
- С большим удовольствием.
- Прекрасно...
Отдыхайте.
А хотите, наслаждайтесь
окружающей красотой.
Прошу.
ВСТРЕТИЛИСЬ.
ФЭН ТЯНЕТ.
НЕ УЕЗЖАЙ ПОКА НЕ
ПОЛУЧИШЬ ОТВЕТ.
КСТАТИ, НАШИ ДРУЗЬЯ ИЗ САНТ-ЛУИСА
И КАНЗАС-СИТИ ЗНАЮТ, ЧТО Я ЗДЕСЬ.
ПРИШЛИ ДРУГА-ИНДЕЙЦА В ВАШИНГТОН.
ХОЧУ СТРЕТИТЬСЯ С НИМ ЛИЧНО.
ЗВОНЮ В КАНЗАС-СИТИ.
СРОЧНО!
- Сэр, пришёл господин Грэйсон.
- Сэт!
С тех пор, как
ты пришёл к нам,
у нас не было возможности
посидеть и поговорить.
- У вас есть какие-то
замечания, сэр?
- Нет, я впечатлён.
Ты умный, старательный...
Но, что важнее, весьма
наблюдательный.
- В информации – сила.
- Как раз в этой самой
комнате моя жена
раскрыла массу информации
большому кругу людей, миллионам.
- Сэр, если вас беспокоит
моя осведомленность
о каких-либо разногласиях...
- Мы с Клэр очень закрытые люди.
- Я понимаю, чем вызвано
ваше недоверие.
- Я тоже наблюдательный, Сэт,
но всё же у меня
есть "белые пятна".
Мне бы в голову не пришло
обращаться к миссис Марбери...
Её муж умер, записей он не вёл.
И вдруг – пожалуйста,
всё чёрным по белому...
Я очень ценю, что ты
принёс нам дневник,
за это и остался здесь.
Но если хочешь задержаться,
этого недостаточно.
Тебе есть что сказать?
- Меня нанял Реми Дантон.
Попросил найти
дискредитирующую информацию.
- У него есть копия дневника?
- Копий нет. Я отдал
оригинал вашей жене,
а ему сказал, что её
слова подтвердились.
- А ему ты что отдал?
- У меня больше ничего нет.
А было бы, не отдал.
- Почему я слышу
это только сейчас?
- Вы вице-президент, Реми
работает на Рэймонда Таска.
Я оказался между двумя
влиятельными людьми.
Соблюдал осторожность.
- Я уверен, что Реми
предлагает хорошие деньги.
- Но не более того.
Когда я увидел, как вы протащили
через Сенат реформу здравоохранения,
то понял, кто имеет реальную
власть в Белом Доме.
Я хочу работать на
такого человека как вы.
Мне не нужна яхта, деньги
меня не интересуют.
Мне прекратить контакты с Реми?
- Нет...
Найди его «белые пятна».
- Он свободен?
- Вот-вот.
- Спасибо.
- Встреча с президентом в Мехико,
испанским займёмся в самолёте.
- Привет.
- Что это?
- Подарок Фрэнка.
- Есть минутка?
- Что-то важное? У меня встреча...
Когда?
- Он уже ждёт.
- Архиепископ Нью-Йорка.
- Я лишь хотела спросить, надо
ли принести что-то к ужину?
- Он неофициальный,
можно бутылку вина.
Ты хорошо их знаешь,
какое вино они пьют?
- Не так хорошо, но у них
работает моя подруга...
- Я разберусь.
- Я могу позвонить.
- Я беседую с мужем,
но всё равно спасибо.
- Хорошо, извините.
- Увидимся дома, в 7.30?
- Нет...
Нет, не сейчас...
Уходите.
- Уходите. Пожалуйста.
Рэйчел...
это я...
Подходи, когда я звоню,
не люблю оставлять сообщения.
- Сэт!
- Эйла, у меня 15
минут, чтобы поесть.
- Ксандр Фэн.
- Не знаю такого.
- Коннор рассказал
про канал с Китаем,
за которым стоит Ксандр Фэн.
- 14 минут 52 секунды.
- У них с Рэймондом
Таском совместный бизнес,
у Таска связи в Белом доме.
- 14 минут 37...
- Крупнейший воротила
Америки ведёт бизнес
с неофициальным
китайским дипломатом.
В разгар энергетического
кризиса Белый Дом
вдруг выделяет субсидии
на редкозёмы...
- У тебя есть
конкретные вопросы?
- Я хочу спросить об
этом вице-президента.
- Конкретные вопросы,
а не просьба о встрече.
- Вице-президент знаком
с Рэймондом Таском?
- Мне это неизвестно.
- Ты что-то скрываешь, Сэт.
- Ничего я не скрываю. Просто
у меня низкий гемоглобин.
- Гаррет.
- Что такое?
- Кристина...
Не даёт мне покоя.
Она уж слишком
навязывает свою помощь.
- Попрошу Линду
поговорить с ней.
- Дело не в этом...
Мне кажется, это ширма, за
которой прячется что-то другое.
- Например?
- Бывает, я вхожу к тебе в кабинет
и вижу, как вы разговариваете...
И вы много ездите вместе.
- Боже, Триша.
- Речь не о тебе. О ней...
Мне кажется, она тебя клеит.
И у неё уже была связь...
- Даже не верится, что
мы об этом говорим.
- Я хочу, чтобы ты перевёл
её куда-нибудь...
- Исключено.
- Я понимаю, что прошу...
- Линда её ценит. А значит,
она ценна для администрации.
- Я твоя жена. Я для
тебя ценнее всех.
- Триша...
- Почему ты не хочешь устранить
причину моего беспокойства?
- Через 2 минуты
мы будем у Фрэнка.
Бесподобно, Фрэдди,
могу честно сказать:
в жизни не ел рёбрышек вкуснее.
- Рад, что вам понравилось.
- Я читал статью в «Сан» про
то, что ты ходишь к Фрэдди.
- Надеюсь, ты не против, что я
говорил с репортёром, Фрэнк.
- Нисколько.
- Чёрт, забыл, что не
должен тебя так звать.
- Я не позволю тебе
звать меня иначе,
и я совсем не против -
мне статья понравилась.
- После неё бизнес резко пошёл
в гору, даже очереди бывают.
Теперь ты не единственный
белый, кто ко мне заходит.
Ладно, я пойду, мне
завтра рано вставать.
Было приятно познакомиться,
господин президент.
Миссис Уокер.
- Мне тоже, правда.
- Спасибо, Фредди.
- Всегда пожалуйста.
- Нет-нет, я - пас, спасибо.
- Господин президент,
кусочек пирога – для души.
- Я объелся.
- Один кусочек осилишь.
- Не могу, правда,
спасибо, Фрэнк.
- А я съем.
- Нам тоже, пожалуйста.
- Теперь она устроит мне забег
на 5 миль, чтобы согнать жир.
- Издеваешься? Я за тобой не
успеваю, ты куда быстрее меня.
- Вы бегаете вместе?
- Времени нет, но
мы его выкраиваем.
- И оно принадлежит
только нам двоим.
- Да, только нам, и ещё
восьми телохранителям.
- Прекрасно, что у вас
есть общее занятие.
Вот бы у нас с Гарретом
было на это время.
Однажды мы вместе занимались
на велотренажёрах,
и Гаррет так вцепился в руль...
- Перестань.
- Хотите ещё вина?
- Не откажусь, спасибо.
Я видела грушу, которую
вы ему подарили...
- Знаете, я всё же
съем кусок пирога.
- Пирог президенту!
- Спасибо.
ЗАКОНОПРОЕКТ О ПРОТИВОДЕЙСТВИИ
СЕКСУАЛЬНЫМ ПРЕСТУПЛЕНИЯМ
В ВООРУЖЕННЫХ СИЛАХ 2014 ГОДА.
- Вызовет бучу, но
нам это на руку.
- Не на промежуточных выборах.
- Не вижу повода для критики.
Мы пытаемся искоренить насилие.
Конечно, консерваторы затянут
свою старую песню...
- Я хочу прочесть всё сама.
- Мы обещали составить
список соавторов...
- Да, мы обещали, и мы повременим.
Проект ещё сырой.
- Ты знаешь его суть, почему...
- Лорри.
- Хорошо.
Оставлю его тебе...
Что-то ещё?
- Нет, это всё.
- Тогда я пошла...
Свидание с мужем...
Будь он неладен...
Ты тоже не засиживайся.
Капитолий до завтра
никуда не денется.
- Это и впрямь нечто!
- Работы ещё навалом.
- Кто выиграл битву:
север или юг?
- Тяжёлые потери с обеих
сторон, явного победителя нет.
- Как вы находите время?
- Выкраиваю по полчасика, это
помогает мне расслабиться.
- Я уже забыл, что это такое.
- Для этого и нужна груша.
- Правильно.
Чуть-чуть, мы с
Тришей скоро пойдём.
- Так вы и один срок не
продержитесь, господин президент.
- В смысле?
- Если постоянно будете
в таком напряжении.
Вам нужно бежать
марафон, а не спринт...
Наслаждайтесь редкими
моментами отдыха.
- Тогда добавьте.
Спасибо.
Союз или Конфедерация?
- Союз, сэр.
- Хватит "сэра" и
"господина президента".
Зовите меня по имени.
- Я слишком дорожу
своей должностью.
- Наедине – можно. Сегодня мне
не нужно быть президентом.
- Я не хочу лезть в
вашу личную жизнь.
- Ну что вы...
Я сама завела разговор.
- Дело только в Кристине?
Или это симптом чего-то ещё?
- Чего?
- Не знаю.
- Я почти совсем не вижу его.
Он поглощён внешней политикой,
выборами, экономикой...
И при губернаторстве
было непросто,
но не настолько...
Как вы с Фрэнком справляетесь?
Похоже, вы очень близки.
- Мы честны друг с другом. Ничего
друг от друга не скрываем.
Триша, если вас это
мучит, поговорите с ним.
Белый Дом не навсегда,
а ваш брак – на всю жизнь.
- Доброе утро.
- Доброе.
- Вам не нравится суп?
- Не умею есть суп палочками.
- Надеюсь, суп вам
понравится больше,
чем две вчерашние красавицы.
- Я был уставшим.
Вы обдумали моё предложение?
- В Китае принято
отклонять первый подарок.
Возможно, и мне стоит.
- Мы еще не знаем, какой
подарок вы хотите.
- Мост в "Порт Джефферсон".
- Вы же отказались,
когда мы связывались...
- Я передумал.
- Почему?
- Моим союзникам нужен мост, без
него они станут моими врагами.
Меня уже дважды судили.
- По обвинению в коррупции.
- В Китае каждый, кто работает на
таком уровне, платит кому нужно.
И убивает кого нужно.
Люди постоянно пропадают, господин
Стэмпер, я могу пропасть, и вы тоже.
- Прекратите свои полёты,
и будет вам мост.
- Сначала мост...
Вице-президент уже
обманывал меня.
Мне нужны его гарантии,
тогда я прекращу платежи.
Прошу, господин Стэмпер...
Ешьте.
Вам предстоит долгий перелёт.
- Если ты считаешь
это необходимым...
- Я приобрёл здесь большой
опыт, Миссис Аандервуд,
но не могу упустить
такую возможность.
- Полагаю, там выше зарплата.
- Да. Но это не главное.
Там есть потенциал для роста.
- Если ты всё решил, не
буду тебя уговаривать.
- Если честно,
придя сюда, я думал,
что буду работать на
вас и вашего мужа...
Но я не предполагал, что мне
придётся работать с Сэтом.
- Вы не ладите друг с другом.
- Не ладим. Это ничего,
мы профессионалы.
Но, думаю, так будет лучше.
- Хороший сотрудник плох тем,
что его все пытаются сманить.
- Благодарю вас за понимание.
- Тебя будет не хватать, Коннор.
- Спасибо.
- Сэт, это я, он ушёл.
Поговори с ним и напиши
пресс-релиз, никакого лишнего шума.
- Меня интересуют
два направления:
сеть ресторанов для всей семьи и
розничная продажа соуса барбекю.
- И как всё это выглядит?
- Мы даём вам предоплату за
право использовать ваш бренд.
Если одна или обе затеи прогорят,
деньги останутся у вас.
- О какой сумме идёт речь?
- 95 тысяч за
подписание контракта.
А если преуспеем, будете
получать долю прибыли.
- И какова она будет?
- Давайте так:
я завезу бумаги, вы их посмотрите,
покажете своему адвокату.
- У меня нет адвоката.
- А вот это зря.
Только не подумайте, что
я пытаюсь вас надуть...
Вы скептик.
- Послушайте...
обычно люди с деньгами приходят
сюда разве что за порцией рёбрышек.
- Мы будем продавать тысячи порций,
миллионы, если получим франшизу.
Статья в "Сан" сделала
вас известным.
Давайте раскрутим
"Барбекю от Фрэдди".
- Что вы всё смотрите?
- Прошу прощения?
- Ножи на кухне. У вас пистолет.
Хватит таращиться.
- Он здесь? Дэн!...
Как ты?
- Хорошо.
- Выпьешь?
- Обойдусь.
- Пойдём в гостиную,
там удобней.
- Мне и здесь хорошо.
- Ладно, спасибо!
- Да, сэр.
- Уверен, ты сказал
Рэймонду, куда идёшь.
- Какому Рэймонду?
- Не прикидывайся, Дэн, Фэн
подтвердил, что ты ловчишь.
- Мне незнакомо это имя.
- Я знаю, что его самолёт
регулярно летает в Канзас Сити.
Продолжим играть?
- Я приехал сюда, считая, что
у тебя есть предложения.
Давай сразу перейдём к делу.
- Ты исправно жертвовал
нам деньги, Дэн,
привлекал для нас средства,
есть фотографии, где мы
с тобой пожимаем руки.
Я готов забыть всё, что ты
натворил в этом квартале,
но должен убедиться, что деньги
перестали утекать в сторону.
- Я всё ещё жду предложения.
- Ты бизнесмен, Дэн, и, прежде
всего, тебя волнует выгода.
- Это правда.
- Но я предлагаю тебе нечто
куда более ценное, чем деньги:
прямую связь с Белым Домом.
- Слишком неопределённо.
- Я имею влияние на бюро по делам
индейцев и игорные законы.
- Своими взносами я давно
купил это влияние.
- При моём непосредственном участии
и покровительстве президента.
- Знаешь, за что я люблю деньги?
Их можно сложить в
стопку на таком вот столе.
Можно мерить их линейкой,
смотреть на них, нюхать,
покупать на них вещи - дома,
машины, одежду. Реальные вещи.
Ты должен предложить мне
что-то посерьёзнее бус.
- Дэн,
я пригласил тебя в свой
дом, потому что...
- С чёрного хода.
- Что, прости?
- С чёрного хода, как прислугу.
- Спецслужба всех заставляет
так входить, это мера...
- Если ты не предложишь
мне больше, чем Таск –
а это вряд ли возможно – то
нам больше не о чем говорить.
- Я предлагаю тебе
союз с человеком,
который каждый день работает по
адресу: Пенсильвания-Авеню, 1600!
- Я не доверяю бледнолицым.
Особенно тем, кто работает на
федеральное правительство.
- Я такой же, как ты, Дэн.
Я знаю, каково это
начинать с нуля...
- Ты не можешь знать,
каково быть мной!
Твоё "с нуля" и рядом не стояло
с тем, с чего начинал я.
- Я тебя уважаю, Дэн, и
воспринимаю всерьёз...
- Я дам знать, когда мне понадобится
твоё паршивое уважение!
- Холидей! Проводите Лэнагана.
- Я знаю, где чёрный ход.
- Фрэнсис?
- Стол не сломан...
Я починю.
Оставь, я потом уберу.
- Давай пробежимся.
Выпустим пар.
- Сэр?
- Я сейчас выйду.
- Я побегу, догоняй.
- Почему ты не позвонил
перед вылетом?
- Боялся, что нас
прослушивают...
Как дела с Лэнаганом?
- Никак. А с Фэном?
- Есть варианты,
но будет трудно.
 

8 серия

- Эвелин.
- Мистер Дэнтон.
- Реми. Как вы?
- Ничего...
Хорошо.
- Давно не виделись.
- Да, верно.
- Доброе утро.
- Господин вице-президент.
- Вождь Уайтхол.
- Эндрю Джэксон к
нам присоединится?
- Нет, простите. Это по недосмотру.
Даг, пожалуйста, убери.
Давайте для начала
сфотографируемся.
Спасибо. Прошу, садитесь...
Поговорим о федеральном признании.
Ваше племя давно его ждет.
- Кто там?
- Это я... Лиза...
Можно войти?
- В основном – временная работа.
С бумажками.
Сейчас работаю на полставки
у дантиста. В приемной.
- Вы заслуживаете лучшего.
- Что уж там...
Впервые за долгое время
зашла в «Старбакс».
Теперь для меня это роскошь.
- Возможно, есть
работа в Глэндон-Хилл.
- Вы очень добры, но я
сейчас не в той форме...
- Да бросьте. 20 лет опыта
в некоммерческой области.
Мы постоянно взаимодействуем с
общественными организациями –
вы для нас находка...
Напрасно Клэр вас отпустила.
- Да. Ну...
Я промолчу.
- Мы не общаемся. Рассорились.
- Преданность – не её конёк.
- Это точно. Не хранит
верность никому...
Кроме, разве что, мужа.
- Может быть.
А может, и нет.
- В каком смысле?
- Ничего не знаю наверняка.
Но...
Проработав на кого-то 10 лет...
- Она угрожала тебе?
- Нет.
Просто не желала уходить.
Я не собиралась звать копов.
Она не злодейка.
- Нет, но...
- Я пыталась поговорить с ней.
Потом она закурила.
- Дурь?
- Да.
Когда мы жили
вместе, покуривали.
Я тогда плотно подсела.
И на героин тоже...
А потом нашла это братство.
- Что мне сделать?
- Прости. Зря я..
- Я рада, что ты здесь.
- Тебе надо на работу.
- Скажусь больной.
- Нет. Я пойду.
- Останься...
Не возвращайся туда.
- Уверена?
- Ключи...
Вдруг надо будет выйти...
Я приду в 7.30.
- Спасибо.
- Не благодари.
У МЕНЯ ПАРУ ДНЕЙ
ПОЖИВЕТ ПОДРУГА.
ВОЛНОВАТЬСЯ НЕ О ЧЕМ.
ЕЙ НУЖНО ГДЕ-ТО ПЕРЕКАНТОВАТЬСЯ.
ОТПРАВЛЕНО ДРАГУ СТЭМПЕРУ.
- Президенту нужно лишь снять
трубку – и мост одобрят.
- Если б он хотел
вмешаться, уже позвонил бы.
- Это его инициатива...
- Была. У нас торговая война.
- Не надо уходить
с верного курса.
- Это противоречит его позиции.
- У комитета было 30
дней на одобрение.
Осталось всего 6.
Они не станут действовать без
распоряжения президента США.
- Я запуталась.
Ты был ярым поборником
усиления санкций против Китая.
- Это неправда. Я сразу
выступал за обратное.
- Ты зациклился на нём.
Тут что-то еще?
- Уровень безработицы – 9,2.
Инфляция зашкаливает.
Мы вот-вот потеряем большинство.
Президент должен принести
хорошие новости.
- Мост? Это капля в море.
- Работа, инфраструктура,
снижение дефицита...
- Ты не откровенен со мной.
- Скрытых мотивов у меня нет. Но
если вам с президентом кажется,
что есть, я отступлюсь.
И больше об этом не заговорю.
- Мудрое решение. Надо
выступать единым фронтом.
- Совершенно согласен.
- Спасибо.
- Почему всегда
приходится воевать?
Неужели нельзя хоть
раз сказать "Да"?
- Сэр.
- Расписание президента
на ближайшие 2 дня.
- Она передумала?
- А ты как считаешь?
- Наш следующий шаг?
- Я займусь мостом. Ты -
бюро по делам индейцев.
Чем быстрее признают
племя Уайтхолла,
тем быстрее решится
вопрос с казино.
- Да, сэр.
- Возможно, мне станет легче.
Если я начну больше
говорить об этом, открыто.
Ваше интервью мне помогло.
Я позвонила и произнесла
всё это вслух.
- Не думайте, что вы
обязаны это делать...
Я знаю, пресса от
вас не отстала.
- Если меня и дальше
будут снимать,
придется хоть что-то сказать.
- По мере приближения трибунала над
МакГиннисом будет только хуже.
- Я знаю.
И готова.
- Если вы выступите перед
комитетом по делам ВС,
расскажете всё, мы доведем
дело до голосования.
Игнорировать нас
уже не получится.
- Думаете, выйдет?
- Первым делом - комитет.
- Будем откровенны, Мэган.
Показаниями дело не ограничится.
Дальше вам придется
общаться с прессой.
Фотосессии, заявление.
- Хорошо.
- Вы не будете одиноки.
Я рядом с вами.
- Я тоже.
- Хорошо.
- Думаешь, мы
поступаем правильно,
вытаскивая ее к объективам?
- Доверимся ей – она
говорит, что готова.
Но нам крайне важно получить
поддержку Белого Дома,
не только твою.
- Не уверена, что Гарретт
согласится вмешаться, публично.
- Ты можешь с ним поговорить?
- Мы в последнее время
вообще мало разговариваем.
- Дела не наладились?
- За неделю даже словом
не перекинулись.
- У нас так было. Ужас.
- с Фрэнком?
- Конечно.
- Что вы сделали?
- Обратились за помощью.
- То есть – к психологу...
А огласки вы не боялись?
- Не совсем к психологу.
К священнику.
Это было скорее
духовное наставление...
Хотя у него была степень...
Могу дать контакты.
- Рискованно.
- Это лишь предложение...
Скажи, если надумаешь.
- Спасибо.
- А пока попытайся
поговорить с Гарреттом?
Нам очень нужна его поддержка.
- Хорошо.
- Да?
Впустите его.
Реми.
- Так формально.
- Присаживайся.
- Не держи стажеров так долго.
Это у нас с тобой жизни
нет, у них – есть.
- Когда надо работать – работаем.
Они понимают.
- Зачем я тебе в 10 вечера?
- Откуда республиканцы
берут деньги?
- Вопрос на 25 миллионов.
- Ты должен знать.
- С чего ты взяла?
- Ты всё знаешь.
Потому и стал партнером
в Глэндон Хилл.
- Большинство
клиентов – демократы.
Я знаю ничуть не больше, чем ты.
- Я проигрываю в
своем округе, Реми.
- Жаль, не могу помочь.
- Да и победа ничего не даст...
Если республиканцы
получат Белый Дом,
я потеряю место в верхушке партии,
этот офис, всё, ради чего работала.
- Сочувствую...
Но у меня нет
нужной информации.
- И ты расстроен из-за
нашей последней встречи?
- Вовсе нет. Я всё тогда сказал.
- Поговорим? Без
работы, без политики.
- О чем угодно.
- У меня...
Никого не было уже
больше полугода.
В армии нас постоянно
перебрасывали.
А работа в Конгрессе
отнимает всё время.
- Я же не замужество
тебе предлагал...
Просто компанию на ночь.
- Предложение еще в силе?
- Я же здесь.
- Но придется
установить границы.
Наша частная жизнь не должна влиять
на профессиональные отношения.
- Тогда не надо говорить
об этом в твоем офисе...
Я рад, что мы встретились.
Надумаешь увидеться – позвони...
Секретарей посвящать
не обязательно.
- Я просмотрю,
и Линда вам позвонит.
- Спасибо, сэр.
- Доброе утро,
господин президент.
- Привет, Фрэнк.
- Бурбон я оставил дома. Но...
Есть минутка на кофе?
- Я пас. Угощайтесь.
- Хочу обсудить мост
в Порт Джефферсон.
- Линда говорила,
что вы общались.
- Вы передумали?
- Пока не время, Фрэнк.
Мы найдем другой проект
для нашей программы,
когда напряжение спадет.
- Перед выборами вы обещали
заняться инфраструктурой...
Пошел второй год.
Проект готов. Не придется
начинать с нуля.
- Я думаю о
промежуточных выборах.
Нужно быть последовательным.
- Но люди голосуют не
за последовательность.
А за конкретный прогресс.
- Линда говорила, что вы
одержимы этим мостом.
И мне кажется, она права.
- Подлая мерзопакостная дрянь.
- Она права, Фрэнк?
Почему вы так хлопочете
об этом мосте?
- Я хотел оградить вас...
- От чего?
- Вы просили меня наладить
неофициальный канал связи с китайцами.
- Нет. Я велел прекратить
общение с ними.
Вы продолжили? За моей спиной?
Фрэнк.
- Я намеренно не посвящал вас...
Есть вещи, о которых
президент не должен знать.
- Какие?
- Но я могу сказать вам...
Что строительство моста
даст реальный шанс
обойти республиканцев на
промежуточных выборах.
- Китайцы...
- Господин президент,
вы задаете вопросы,
ответы на которые
знать не должны.
- Так велика опасность?
- Нет, если мы немедленно
завершим разговор.
- Порой мне кажется,
что я теряю контроль над
собственной администрацией.
- Вы в затруднении, сэр,
но контроль не теряете.
Вас всегда готовы прикрыть
- я, Линда, ваша жена.
- Над ней я тоже
теряю контроль...
Не стоило говорить...
Разумеется, она
хочет, как лучше...
Клэр что-то сказала?
Они ведь общались.
- Почти ничего.
Лишь то, что у вас сложности.
- Это мягко сказано.
- У вас самая трудная
работа на земле.
Это скажется на любом браке...
Поэтому советую изменить
решение по мосту.
Я говорю не как
вице-президент,
а как добрый друг.
Который волнуется за вас.
- Хорошо. Я еще раз взгляну.
- Спасибо, господин...
Спасибо, Гарретт.
- Мистер Фрост.
- Доброе утро.
Мы подали бумаги еще в 2006-ом.
Всё было урегулировано.
- У нас 317 заявок.
Каждой приходится
заниматься не меньше года.
- Вам нужны люди.
- Речь не только о персонале.
Поездки, утверждения, утряски.
- Назовите сумму.
- 12-13 миллионов. Для этого
нужны ассигнования Конгресса.
- Вице-президент это уладит.
Но для начала вы должны
признать племя Угайа.
- В порядке очереди. Есть другие
заявки, которые мы должны...
- Дэниэл Лэнаган исключил нас.
Мы потеряли право на привилегии.
- Речь не только о казино?
- Речь о несправедливости.
- Я не могу лезть
в межплеменные конфликты.
- Можете. Если хотите
получить ассигнования.
2 месяца. Может, меньше, если
происхождение подтвердится.
Лэнаган в курсе.
- И что он сказал?
- Хочет встретиться.
Но на его территории.
- Мне нужно доехать до Миссури,
не привлекая внимания.
- Округ Тэрри Уомэка в Канзас-Сити.
Недалеко от казино.
- Узнай, не планирует ли он
мероприятий. Съездов, митингов...
Как дела со
спонсорством для Клэр?
- Прекрасно. У нас
большой прогресс.
- Одна речь.
Как сигнал Конгрессу...
- И объединенному комитету
штабов, что я наплевал...
- 24 тысячи случаев в год.
И лишь 3 тысячи...
- Я знаю цифры.
- И знаешь число
суицидов в результате...
- Речь не о статистике, Триша.
- А о спасении жизни.
- Обсудим позже.
- Мы договорились, Гаррет!
- Сейчас середина дня, Триш.
Ты отлично знаешь...
- Не вынуждай меня
обсуждать это дома.
- Простите, господин президент.
Пришел генеральный секретарь.
- Еще 2 минуты.
- 12:30. Ему назначено на 12:15.
- Я пойду.
Ты должен был попросить
меня остаться.
Приятно знать, что стоишь
хотя бы две минуты.
- Привет, Триша...
Нет, что ты, не волнуйся...
Ужасно.
Да, конечно. Сейчас
найду его номер...
Так...
Его зовут доктор Томас Ларкин.
202-251-62-58.
Если хочешь, я
позвоню ему заранее,
предупрежу о твоем звонке...
Дай мне знать, если
что-то понадобится.
Доброй ночи, Триша.
- Что думаешь?
- Посмотрим.
- Суть в том, чтобы
взять теорию цвета...
И поставить с ног на голову...
Сломать правила.
- Шикарно.
- Кто, говоришь, твой клиент?
- Я не говорил.
- Я подумала, вдруг знаю его.
- Не знаешь...
Он коллекционирует
новые таланты...
Как я понял, ты работала
на Адама Галлоуэя.
- Да...
Чтобы оплачивать счета.
Адам хороший фотограф,
если тебе такое нравится...
Меня больше интересует форма.
- Сколько за все?
- Что?
- Я хочу купить все.
- Миссури не зря прозвали
"Штатом скептиков".
Именно здесь мы должны
показать всей Америке,
что нам можно доверять. Приятно,
оглядываясь, встречать ваши улыбки.
В Вашингтоне такое
видишь не каждый день.
- Что говорит редактор?
- 5 тысяч слов.
- Нужно вдвое больше.
- Могу уговорить на 8 –
но тогда и с первой леди.
Отдельные интервью.
- Поговорю с миссис Андервуд.
- Почему ты обращаешься
не к Коннору?
- Между нами: он ушел.
На другую работу.
- Сам ушел или помогли?
- Коллеги меня не выносят. Ты
– единственное исключение.
- Я тоже не выношу. Но
обеспечь мне первую леди.
- Они завтра выступают
перед военными,
вместе с Мэган Хеннесси.
- Это той, что с генералом...
- Да. Я устрою интервью
для твоего выпуска.
- Будем на связи.
- Что угодно для "Таймз", Мэтт.
- Что угодно для "Таймз", да?
А на собрания спонсоров
нас не пустили.
- Для журнала. И да.
- Рэймонд Таск. Ваш босс был
у него в прошлом октябре...
Как видно из его расписания.
- Это было до меня.
- Вы говорили, у них разлад.
- Насколько я знаю.
- И мы в Миссури.
- Он - не спонсор.
- Сошлюсь на вас?
- Только имя
напишите без ошибок.
- Обычно я не цитирую
писателей севера.
Но время от времени кто-то из
них высказывает здравые мысли.
И вот некий Эмерсон – возможно
вы о нем слышали - написал,
что единственный способ завести
друга – это стать другом.
Я думаю, вы все знаете, каким
другом был Тэрри для этого округа.
Для меня честь представлять его
сегодня и называть своим другом.
Поприветствуйте лидера большинства,
конгрессмена Тэрри Уомэка.
- Спасибо, господин вице-президент...
Спасибо.
Благодарю всех собравшихся.
- Все готово?
- Я сказал прессе, что у вас
частные встречи со спонсорами.
- Спасибо...
Кто-то возмущался?
- В общем, нет. Разве
что Эйла Сайяд.
- Спасибо.
- Спасибо. Есть новости?
- Наметилось «белое пятно».
- Расскажешь по дороге.
- Господин вице-президент.
- Спасибо.
- Тихо! Лежать...
Добро пожаловать.
- Какой приятный
сюрприз, Рэймонд.
- Господин вице-президент.
- Я надеялся увидеться с
тобой наедине, Дэниэл.
- Вопрос серьезный, я
расширил круг участников.
- Красивый бассейн.
- Никогда в нем не плавал.
От хлорки глаза болят.
Если хочешь – можешь нырнуть.
- В другой раз.
- Рэймонд говорил,
ты любишь ребрышки.
Готов предложить тебе лучшее
мясо, что ты пробовал в жизни.
Ты же не откажешься?
- Я ненадолго.
- Итак, группа Угайя.
- Верхушка айсберга.
- Не признанное племя.
- Скоро таким станет.
- Нет. Это лишь кучка смутьянов
с призрачными надеждами.
- Когда их признают, у них
будет собственное казино.
- Через 2 года?
В лучшем случае.
- Поплавай. Пока
есть возможность.
Вряд ли твоё казино
выдержит такую конкуренцию.
- Кому, по-твоему, позвонил Уайтхолл,
выйдя из бюро по делам индейцев?
Вы обещаете им казино через 2 года.
Мы предложили то, что им нужно.
Присоединение к моему племени.
- Верхушка твоего
айсберга тает, Фрэнк.
И время работает против тебя.
Итак, мое предложение.
Ты способствуешь восстановлению
наших отношений с Гарреттом.
А мы с Дэном направляем
финансы в нужное русло.
- А если так?
Я натравлю на вас обоих
бюро по делам индейцев.
Связи с Фэном, отмывание...
- Ты можешь. Но не станешь...
Не посмеешь.
- Мои деньги 9 лет
утекали к демократам.
И ты был их партийным
организатором.
- Запачкав нас, запачкаешь себя.
И остальную партийную верхушку.
- А вот и стэйк.
- Он тебе очень
понравится, Фрэнк.
Прошу.
- Спасибо.
- Угощайся, Фрэнк.
Пока не остыл.
- Не надо, спасибо.
- Точно? Мясо коров,
откормленных соей в Мацусаке.
- Мои предки молились
бы духу этой коровы.
А я покупаю её мясо по
сотне баксов за кило...
К черту традиции.
- Приступай.
Не стесняйся, Фрэнк.
- Господин вице-президент.
- Не мой вице-президент...
Ты на суверенной земле.
- Псы так предсказуемы, правда?
Устрой встречу с Уокером. Сегодня же.
К 6 вернусь.
- С Лэнаганом не вышло?
- Нет. Нужно решать с мостом.
Немедленно.
- Позвоню Линде.
- Она мне на встрече не нужна.
- Я понял.
- Спасибо...
Мичем, свяжись с самолетом.
Пусть захватят ребрышки
на обратный путь.
- Да, сэр.
- Господин вице-президент,
на минутку.
- Президент хотел меня видеть.
- Нет. Это ты попросил о
встрече, и я ее отменила.
- Что ты сделала?
- Пройдем к тебе в кабинет.
Ты солгал, Фрэнк...
Обещал забыть про мост, и стал
действовать за моей спиной...
- Мне не нужно твоё разрешение.
- Нет, но я должна быть в курсе.
- У президента и вице-президента
есть частные вопросы.
- Подобные тайны мешают мне
выполнять свою работу.
- Когда ты отменяешь встречи,
я не могу выполнять свою.
- Поэтому я и хотела
всё уладить...
- У меня нет времени подпитывать
твоё больное самомнение!
- Что такое?
- Сколько побед на
выборах ты одержала?
Сколько комитетов возглавила?
И получила бы ты работу в Белом
Доме, если б не мои рекомендации?
- Я сполна отплатила за услугу.
Вон где теперь твой стол.
- Значит мы квиты.
Но ты выбрала неверный путь,
чтоб заслужить моё уважение.
- Я попросила тебя зайти сюда...
- Ты не просила, а требовала.
- Я не дам себя игнорировать.
Я глава администрации
президента.
- И это называется
глава администрации?
Ты занимаешься его расписанием?
Да ты скорее
почетная секретарша.
- Без меня в Белом
Доме начался бы хаос.
- Ты уверена?
- Безусловно. Я круглосуточно
пекусь об интересах президента.
Информирую его.
Расставляю приоритеты.
Мы отлично справлялись
до твоего появления...
- Идем в Овальный кабинет,
попросим президента выбрать.
Глава администрации
или вице-президент.
Я знаю, каков будет ответ.
Идёшь?...
Я так и думал.
Я увижусь с президентом завтра
утром – по записи или без неё.
Пожалуйста, уходя, погаси свет.
- Я думал, вы ушли домой.
- Пока нет. Есть минутка?
- Что-то случилось?
- Я знаю, вы пересматриваете
проект моста. И хотела...
- Скоро я вынесу решение.
- Вы ведь его уже вынесли, сэр.
Вы уделяете проекту слишком
много внимания. Если вспомнить...
- Я неясно выразился?
- Я лишь пытаюсь
дать совет, сэр.
- Я его выслушал, нет нужды повторять.
Спасибо.
- Вице-президент говорил с вами вчера.
И справедливости ради...
- Я очень ценю ваш вклад, Линда.
И действительно услышал вас.
- Разумеется, сэр.
- Что-нибудь еще?
- Нет, сэр.
Доброй ночи.
- Доброй ночи.
- Ты разочаровал меня.
- Я говорил – нужно время.
- Есть зацепки?
- Я изучаю информацию о его
работе в Сенате штата.
Процесс медленный. Скрупулезный.
- Я за 2 дня нашел больше,
чем ты за 2 месяца.
- В смысле?
- Пришлось заняться
твоей работой.
- Что-то нарыл?
- Этот мой вопрос.
- Расскажи. Может, я помогу?
- Ты работаешь на Фрэнка?
- Да. Директором по
связям с общественностью.
- Нет. Ты работаешь на него?
- Перестань. Он не заплатил
бы мне столько, сколько ты.
- Не ври мне.
- Если ты мне больше
не доверяешь...
- Хватит юлить...
Ты сделал неверный выбор, Сет.
- Не думаю.
- Ты ничто. Паразит.
- Ты тоже, Дэнтон. Только
в хорошем костюме.
- Ты знаешь, о чем речь?
Держи ушки на макушке...
Сэт звонил...
Сказал, у Рэми на
нас что-то есть.
- Что?
- Он не знает.
- Ты думаешь, это...
- Нет...
В любом случае, это мелочи.
Мы с легкостью отобьемся...
И я уверен, что они блефуют.
Чтобы нас попугать.
- Но он ведь очень опасен, да?
Рэймонд.
- Мы тоже можем быть опасны...
При необходимости.
- Боже, порою мне
слез не сдержать.
Боже, порою мне
слез не сдержать.
Когда мир полон грусти,
Мне так трудно летать,
Боже, порою мне
слез не сдержать.
- Не молчи.
- Я была девушкой по вызову...
Должна была покончить с этим.
Так и оказалась здесь...
Ты многого обо мне не знаешь.
- Не рассказывай то,
чего не хочешь.
- Когда ты хлопнула меня
по плечу в автобусе,
было что-то...
Твои глаза...
Говорю, как идиотка.
- Нет.
- Мне вдруг захотелось...
Всё тебе рассказать...
Я...
Почувствовала, что тебе можно
верить, хоть я тебя не знаю.
- Можно.
- Я никогда никому не верила.
- А ты кого-нибудь любила?
- Нет.
- Я не жду от мира ничего хорошего.
Он уродлив...
Несправедлив.
Я рада тому, что имею...
Рада, что у меня это есть.
- Я все обдумала.
Есть способ все сделать,
избежав публичной огласки.
- Обязательно
обсуждать это сейчас?
Я устал...
У меня мозги...
- Обязательно...
Речь о нашем браке.
Если мы хотим выжить в
ближайшие 2 года...
Или 6...
Мы должны что-то предпринять.
Мы должны быть поддержкой
друг для друга,
а не источником стресса.
Основа Белого Дома –
не кирпичи и не пушки.
А мы, Гарретт.
Для меня это важно...
Я хочу, чтобы было
важно и для тебя.
- Я должен быть уверен: то,
о чем я не информирован,
не ставит меня под угрозу,
и не делает слепым соучастником
чего-то незаконного.
- Риск я беру на себя.
И вас не смогут обвинить в
том, о чем вы не знали.
- Неведение столь же опасно.
- Не в этом случае. Я увожу
корабль от рифов, не наоборот.
- Я созываю комитет.
- Вы приняли верное
решение, сэр.
- Мне нужно принять еще
одно трудное решение...
Линда подала прошение
об отставке...
Я очень сердит на нее.
Это похоже на манипулирование.
- Я догадываюсь о
причинах этого.
- Ее жалобы обоснованы?
- Меня могут обвинить
в предвзятости.
- Ее я выслушал. Ваша очередь.
- Мы с Линдой часто
расходимся во мнениях.
Но она крайне предана вам,
и весьма компетентна.
- То есть ее нужно оставить?
- Переходит ли она границы? Да.
Противопоставляет свои советы моим?
Часто. Но...
Сейчас речь даже не о Линде...
Допустим, вы не
примете её отставку.
Если об этом узнают
– а это возможно –
вы дадите понять всем,
кто на вас работает,
что на вас можно давить.
Она подала прошение об отставке. Она
уже потеряна, даже если останется.
- Мэган? Все готовы.
- Не знаю. Руки трясутся.
- Вы справитесь, Мэган.
Я буду рядом.
- У меня бывают
приступы паники.
- Боитесь, что не справитесь?
- Да.
- Ничего, попросим
отсрочку на пару минут.
- Дело не в этом.
Эти приступы...
Я не контролирую...
Я не хочу этого делать.
- Так, Мэган, там собрались самые
уважаемые члены Конгресса, пресса.
Они пришли, чтобы услышать вас.
- Знаю.
- Я не хочу на вас давить,
но мы долго планировали
эту встречу.
- Не заставляйте меня.
- Мы вас ни к чему
не принуждаем.
- Тогда можно мне домой?
В Чикаго?
- Это просто нервы.
Всё объяснимо.
- Да не хочу я...
- Я понимаю. Но если вы
отступитесь, Мэган...
- Речь вообще не обо мне, да?
- Мы покажемся
безответственными.
- Это ваш звездный час!
Вам вообще плевать...
- Не плевать. Не плевать.
Да, речь обо мне.
Но и о вас...
Так или иначе, мы обе
решили поделиться тем,
что с нами произошло.
И это важно, и нас слушали.
Завершим начатое.
- Я не гожусь.
- Идемте, Мэган.
- Знаете, что я вчера делала?
Сняла парня в баре.
Незнакомого. И трахалась
с ним в отеле.
Накануне – то же самое.
Не могу остановиться.
Это мой единственный способ...
Боже, ненавижу, когда
так трясутся руки...
- Ничего.
- Я не стану образцом
для подражания.
- И не надо. Не надо.
- Простите, я подвожу вас.
- Вы не подводите меня.
Успокойтесь.
- Когда объявят официально?
- Президент примет
решение сегодня днем.
Официальное объявление
будет утром.
- Без пересмотра соглашения?
- Без. Всё, как
обозначено в условиях.
- Я выполню свою часть сделки.
Денежный поток будет перекрыт.
- Вы требовали доказательства.
Теперь они нужны нам.
- Какие?
- Откажитесь...
От совместного бизнеса с Таском.
- Это не входило в условия.
- Теперь входит.
- Завод не сможет работать,
пока идет торговая война.
- Вам следует всё прекратить.
И сделать это сегодня.
Звоните Таску.
- Рабочий день.
Это рабочий звонок?
- Нет.
- Я надеялся на это.
- Что делаешь вечером?
- Я сейчас в аэропорту.
- Куда летишь?
- Границы - помнишь?
- По работе.
- У меня отпуска не бывает.
- А когда возвращаешься?
- Завтра. Туда и обратно.
- Хочешь поужинать?
- С радостью.
- Захвати вещи. Потом
сможешь остаться.
- Да?
- Есть минутка?
- Конечно.
- Час назад президент
подписал мою отставку.
- Да, я знаю.
- Я чуть не пошла на
попятную, но поняла,
что это ничего не изменит.
- Как бы то ни было, я отметил
твою преданность и компетентность.
Хотя он знает это и без меня.
- Я всегда буду благодарна
тебе за рекомендации.
Это был настоящий взлет. Хоть
и короче, чем я надеялась,
но всё еще впереди.
- Без сомнений.
- Имей в виду: я не буду
устраивать шумиху в прессе.
- Мои отзывы о тебе будут
только положительными.
- У меня для тебя подарок...
Пару недель назад
президент рассказал мне
о твоих моделях времен
гражданской войны.
О том, как было весело вместе
раскрашивать солдатиков.
Это подарил мне директор
музея Смит Сониан.
Первая медаль Конгресса, врученная
испаноязычному американцу.
Капралу Джозефу Де Кастро.
Он воевал за союз.
- Линда, у меня просто нет слов.
- Ясно, что президент
видит в тебе друга.
Я ему другом не была.
Но его работа – превыше дружбы.
Превыше тебя и меня.
Надеюсь, ты будешь помогать
ему, как старалась помогать я.
- Непременно. И буду беречь это.
- До свидания, господин
вице-президент.
- В этот момент я
зауважал ее как никогда.
Она проиграла.
Но боролась до конца.
- Андервуд добрался до Фэна.
Завод закрыли.
Грэйсон переметнулся...
Варианты кончаются.
- Что думаешь, Джин?
- К черту его...
Действуй.
- Спасибо.
Спасибо за участие, Сандра...
Ричард.
- Как вы, Ричард?
- Бывают дни получше и похуже.
Сегодня хороший.
Он с удовольствием посидел бы
с вами после вашей встречи.
- Разумеется.
- Его преподобие здесь.
- Миссис Уокер.
- Здравствуйте.
- Господин президент.
- Преподобный.
- Чем я могу помочь?
- Надо поставить здесь
вентилятор, Фрэнсис.
- Кондиционер работает
на полную мощность.
- От испарений, от клея.
- Без них неинтересно.
- Мэган Хеннеси
сегодня нас подвела.
- Почему?
- Нервы не выдержали. И она решила,
что публично выступать не будет.
- Что ж. Можно лишь
посочувствовать...
Это Даг...
Да?
- Сэт.
- Я перезвоню.
- Когда?
МИССИС АНДЕРВУД
ПОД ПРОСТЫНЯМИ.
 

9 серия

- Привет, Фредди. Как сам?
- Привет!
- "Лучше всех" - вот,
что я хочу услышать.
- Так и есть!
- Попозже увидимся!
ПОРОЧНОСТЬ ЖЕНЫ ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТА
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
ДЖОДИ ФОСТЕР
- Мои знакомые из "Дейли" источник
не выдают, но я думаю, это Реми.
- Галлоуэй даст интервью?
- Только после наших инструкций.
- Надо в этом убедиться.
- Я поговорю с Адамом.
- Может, лучше избегать контактов?
- Выступить перед СМИ
нужно и ему, и вам.
- Главное скоординироваться.
- Я позабочусь об этом.
- Надо всё обдумать.
- Я разберусь, Фрэнсис.
- Ладно.
А что мне? Возвращаться в офис?
- Лучше поработать здесь,
не то пресса вас достанет.
- Ладно, держите оборону.
- Да, сэр.
- И слушайтесь Клэр.
- Мы остановим это, сэр.
- Другого варианта нет.
- Мне нужна хроника событий.
Когда вы познакомились?
- На биеннале Уитни.
- Пострадали мы оба, но не мне
накладывать швы на рану.
Хирургом должна стать Клэр.
Лишь она остановит кровь.
- Нужны ещё тарелки.
- Я внёс изменения,
о которых вы просили,
добавил 5% после компенсации,
одобрение маркетинговых материалов,
одобрение персонала для
главного отделения в Силвер-Спринг.
- И что дальше?
- Расписаться.
- И я получу 95 000?
- К концу недели переведем средства
на счет компании,
бухгалтер выдаст вам чек.
Да, хочу кое-что показать.
Образец нового дизайна бутылки и
примерный эскиз
интерьера
заведения в Силвер-Спрингс.
- Почему тут отходит линолеум?
- Для подлинности.
- Я хотел, чтобы всё было аккуратно.
- От линолеума можно отказаться.
Но слишком хорошо – тоже плохо.
- Хотите, чтоб белым казалось,
будто они в гетто?
- Чтоб атмосфера была аутентичной.
- И я там в роли ниггера.
- Так, Фредди. Вы же понимаете.
Им нужны не только рёбрышки,
они хотят получить ощущения.
При этом – не выезжая из города.
Тут же не об ужинах
при свечах идёт речь.
Но обещаю,
без вашей подписи
ничего делать не будем.
- Что я должен делать?
- Всё отрицать.
- Наш роман?
- Роман, то, что снимок твой – всё.
- Но нас часто видели вместе.
Я сделал пожертвование для…
- Скажешь, что это были
деловые отношения.
Но что в постели ты меня
сфотографировать не мог.
Что это фотошоп...
В общем, придумай что-нибудь.
- Мне очень жаль, Клэр. У меня
всего одна копия. Она здесь.
- Уничтожь ее.
И еще файл с компьютера.
Но сначала отправь его нам.
- Зачем?
- Надо убедиться, что на фото
невозможно рассмотреть твою студию.
- Хорошо, как скажешь.
- Спасибо, Адам.
- Я видел
твоё интервью для CNN.
Обещал себе, что не буду
смотреть, но не смог.
Жаль, что мы общаемся
по такому поводу.
- А как в остальном – всё хорошо?
- Да. После твоего ухода я на три
месяца уехал работать в Колумбию -
хотелось сбежать подальше.
И там я встретил женщину...
Она из Боготы. Работала там
в неправительственной организации.
Зовут Инэс.
Теперь мы живем вместе.
- Жизнь не стоит на месте.
- Да.
Точно.
- Ну, мне пора.
- Я не буду говорить с прессой
без ваших инструкций.
- Правильно.
- Рад был тебя слышать.
- Я тоже.
- Закончил?
- Да.
- Герыч, крэк, кокс…
- Нет, спасибо.
- Да ладно, старик. У нас всё есть.
- Мне не нужно.
- Хочешь войти – должен что-то купить.
- Уйди с дороги.
- Что?
- Я серьёзно.
Тебе лучше посторониться.
- Да я просто прикалываюсь.
Остынь!
- Вы кто?
- Твой дед.
Открывай.
- Что будете делать?
- Поработаю здесь. Ни к чему тащить
весь этот цирк в Белый дом.
- Я имею в виду ваше заявление.
- Готовим. Короткое и чёткое.
- Простите, Фрэнк, но должен спросить…
- Будь это правдой, я бы сказал, сэр.
- Хотите, чтобы я выступил?
Поддержал вас?
- Нет-нет-нет. Благодарю,
господин президент,
вы не должны пачкать
руки в этой грязи.
Если пресса прицепится, скажите,
что подобные сплетни не поддерживаете.
Сэр, сейчас мистер Гэллоуэй
появится в новостях…
- Да-да. Если что - обращайтесь.
- Спасибо, сэр.
- Добрый день.
Сказать мне, особо, нечего.
Кроме того, что романтических
отношений с Клэр Андервуд
у меня не было, и что того снимка
из "Дейли", я не делал.
Мне жаль, что вице-президенту
и его жене
приходится пройти через
такое испытание.
И я прошу журналистов оставить
в покое меня и мою невесту.
Спасибо.
- Через час будете готовы?
- Да, будем.
- Вам лучше надеть что-то более…
- Консервативное?
- Да.
Пойду, брошу собакам кость.
- Я знаю, это унизительно.
- Больше ни слова.
- Мне следовало быть осторожнее.
- Мы это переживём,
как и всё остальное,
- Какая-то часть меня хочет…
- Чего?
- Чтобы тебя это больше разозлило.
- Таск взялся за тебя из-за меня.
Это ты должна быть зла.
- Пустая трата сил, да?
Для нас обоих.
- Порепетируем?
- Мне не нужна помощь.
- Это не подачка. Со временем
расплатишься. Отработаешь.
- Работать на тебя?
- Я так и так получу этот дом.
А будешь ли ты там жить – решай сам.
- То, что нужно! Будешь сидеть
в кресле-качалке
и грызть меня целыми днями.
- Дом – для тебя и Дешоуна.
Я буду жить в своей квартире
- Ты уверен, что тот тип
не водит тебя за нос?
- Он говорит, это в контракте.
95 штук при любом раскладе.
- Ну, не знаю…
5 лет ты носу не казал, а тут
приходишь, говоришь про 95 штук…
- Это твой выбор. Ты и в тюрьму
мне приходить не велел,
и когда вышел, не хотел меня видеть.
- Я и щас не хочу.
- Но я здесь.
- Шёл бы ты отсюда, старик.
- Слушай меня, парень.
Мне нечего было тебе дать -
денег не было,
да ты ничего от меня и не хотел…
Но сейчас речь о доме.
Дешоун
заслуживает жильё получше, чем это.
- Речь не о нем! Речь о тебе!
- Ты знаешь, где меня искать.
Пока, малыш.
- Через полчаса.
- Они будут отрицать?
- Вице-президент и его жена
всё скажут сами.
- Они связывались
с мистером Галлоуэем?
- Нет, не связывались.
- Почему они до сих пор
не отреагировали?
- Потому что сначала хотели
проконсультироваться
с юристом по вопросу о клевете.
- Значит, они будут всё отрицать?
- Через полчаса они выйдут,
и вы всё услышите от них.
Спасибо всем за терпение.
- До чего мерзко...
- Что? Ждать?
- Да нет, заниматься этим бредом.
Чувствую себя "желтой прессой".
- Предпочитаешь торчать
целый день в Белом доме?
- К черту всё.
- Куда ты?
- Тратить время на что-то полезное.
Привет, забронируй мне билет
на Сент-Луис. На сегодня.
- Никаких вопросов, даже не пытайтесь.
Правила вы знаете.
- Мне крайне обидно,
что кто-то может предположить,
что я способна изменить своему мужу,
которого очень люблю.
Я много лет знакома
с Адамом Галлоуэем.
Как и мой муж.
Когда я управляла
компанией "Клин Уотер",
я попросила его сделать серию снимков
для маркетинговой компании.
И он прявил тогда большую щедрость,
пожертвовав работы
для наших аукционов.
Я не знаю, почему он отрицает
авторство этого снимка.
Мне нравятся работы Адама.
Это я попросила его сделать портрет.
Он был сделан здесь, дома.
Фрэнсис при этом присутствовал.
- Это подарок на день рождения.
Клэр спросила, какой портрет
я хочу, и я сказал,
что мечтаю о фотографии её спящей:
она так красива, когда спит.
Снимок висит в моём офисе
на втором этаже.
- Они же всё врут.
- Могу лишь предположить, что Адама
смутило внимание прессы,
поэтому он предпочёл дистанцироваться.
- Что?!
- Так что на самом деле речь идет
об очень талантливом фотографе
и любимом снимке.
Спасибо всем за внимание.
- Спасибо.
- Иначе всё выглядело бы
слишком гладко, как будто…
- Ты выставила меня идиотом!
- Если б мы держались одной версии,
пресса сделала бы вывод,
что мы сговорились.
А так всё выглядит естественно.
- Не знаю, как оно выглядит,
но сейчас у моего дома
вдвое больше прессы!
- Адам...
- Я даже свет включить не могу:
они на крыше соседнего дома,
пытаются нас снимать.
- Тебе просто нужно подтвердить,
что ты сделал этот снимок для нас.
Придерживайся нашей версии -
солгал, потому что был напуган.
- Но почему ты сразу не сказала,
что планируешь так поступить?
- Я ведь знаю тебя, ты бы отказался.
Ты слишком гордый.
- Я не желаю общаться с прессой.
- Послушай...
Если будешь молчать,
они от тебя не отстанут,
будут торчать там неделями.
- Это...
Всё это как-то неправильно, Клэр...
- Прости, что солгала.
Поверь, я не пыталась
манипулировать тобой, просто…
- Мне пора.
- Адам?
Адам?
Думаю, он поступит правильно.
Очень надеюсь.
- Сигарету?
- Нет, я, пожалуй, спать.
Разбуди, если его покажут.
- Сэр?
- Даг.
Зайдите с Сетом ко мне.
- Да, сэр.
- Наверно, надо возбудить иск
против газеты?
Показать, что мы не потерпим
таких сплетен.
- Они не пойдут на сделку.
Доведут до суда –
это информационный повод.
- А президент? Он предлагал помощь.
- Это лишняя шумиха.
- Президент – неплохая идея,
это поставит точку.
- Скорей привлечёт внимание.
И выйдет из-под нашего контроля.
- Если мы скоординируемся…
- Координация заметна.
- Твоя задача её скрыть.
- Если Сэт считает, что президенту
лучше не вмешиваться,
надо ему довериться.
Возьму еще пива.
- Я принесу, сэр.
- Нет-нет, надо размять ноги.
Даг, тебе колу?
- Нет, спасибо, сэр.
- Сэт, пива?
- Мне за руль, спасибо.
- Я сейчас.
- Осторожней.
- В смысле?
- С Коннором было просто.
Со мной такое не пройдёт.
- Даг, я счастлив просто быть здесь…
- Будь я слепым, продержался бы я
так долго в штате вице-президента?
У Андервудов продвижение вверх
по лестнице имеет пределы.
Я и есть предел.
- Ясно.
- Что ещё у тебя на них?
- Ничего.
- Ты бросил всё, не имея запасного
плана на черный день? Вряд ли.
- У меня был козырь – я его разыграл.
Удачу испытывать не буду.
- Ты же не ждёшь, что я поверю.
- Нет.
Я бы и сам не поверил.
Но это правда.
- Братская ревность –
не такая плохая штука,
особенно, если мальчики приёмные:
либо это подтолкнёт их
к самосовершенствованию,
либо одного из них
снова сдадут в приют.
Вы в моем доме: я пью – и вы пьёте.
Диетическая кола - тебе,
и пиво - тебе.
- Спасибо, сэр.
- Боже, какой скандал!
Дорогая,
как вы держитесь?
- Пресса наседает на нас уже два дня.
- Еле из дома выбрались,
нас чуть не растоптали.
- Какой ужас.
- Ты говорила, меня хотят видеть.
- Он в моем кабинете.
- Как он представился?
- Я не стала спрашивать по телефону.
Знаешь, в наши дни…
Говорит, что работал на Андервудов.
- Кто?
- Ваша ассистентка.
- Нет, она не могла…
- Могла и сделала.
- Зачем это вам?
- Не мне, тому, на кого я работаю.
- А кто он?
- Вас не касается.
- Вы играете с моей жизнью.
- Мы с вами лишь пешки,
мистер Галлоуэй.
- Вам лучше уйти.
- Нужно что-то еще.
Доказательство вашей связи.
Еще одно фото.
- Через секунду вы - за дверью.
- Я никуда не уйду.
Узнаёте этот код?
Да, это код города Богота.
Продолжаете звонить?
- Маршалл!
- Привет, пап!
Я такого раньше не видел.
Очередь через весь квартал.
- Что-то с чем-то, да?
- Тебе, небось, помощь нужна?
- У меня в подсобке есть фартук...
Заходите!
- Она отказывается уходить.
- Как зовут?
- Эйла Сайад. "Уолл-стрит-телеграф".
Работает в корпусе вице-президента.
- Да, да...
Пусть поднимется.
- Спасибо, Триша, но я в порядке.
Через пару дней все это забудется, и…
Можешь секунду подождать?
- Звонят из "Дейли",
просят прокомментировать.
- А Адам говорил с ними?
- Да. Но сказал не то, что велели.
Он отправил им это.
- Триша, я перезвоню.
- Это вы?
- Нет.
- Он говорит, что вы.
- Возможно.
- Миссис Андервуд…
- Ну да, возможно, да…
Скорее всего.
- Я же спрашивал,
нет ли уязвимых мест.
- Я не знала, что он это снял.
- У вас тут короткая стрижка,
а говорили, это было два года назад.
- Я была у него прошлой осенью.
- Кто-нибудь видел вас?
- Его друзья приходили.
К нему в квартиру.
- Боже...
- Мы же сказали, что он друг.
Что плохого в том, что я была
у него на вечеринке?
- То, что это фото –
на первой странице "Дейли".
- Как вы знаете, в Китае политика
и бизнес тесно переплетены.
Чаще всего в партнеры привлекают тех,
кто может обеспечить одобрение
со стороны Пекина.
- Вы рассчитывали на его
политическое влияние.
- Всё это неактуально.
Предприятие провалилось.
- Но после этого проект моста
в Порт-Джефферсон был одобрен.
- Я к этому проекту отношения не имею.
Как и Фэн, насколько я знаю.
- Да, но…
Ву Бин Ян имел.
А он крупнейший конкурент Фэна.
- Похоже, нет смысла рассказывать
вам о политике Китая.
Вы знаете больше, чем я.
- Вы сказали "политика и бизнес
тесно переплетены".
Именно такое впечатление и возникло:
дотации на самарий, завод в Китае,
мост, ваша дружба с президентом…
- Кто вас прислал?
- Кто меня прислал?
- Когда человек так богат, как я,
он всегда является мишенью.
- Меня никто не присылал.
- Вы здесь.
В Сент-Луисе.
Вместо того, чтобы писать
о вице-президенте и его жене.
- Интуиция подсказывает, что
история Фэна куда сложнее, чем пишут.
- Да...
- Предпочитаю тратить время на такое,
чем на таблоидные секс-сандалы.
Это не настоящие новости.
- Скучаете по Тегерану.
Я просмотрел ваши статьи,
пока вы ждали.
- Там стало слишком опасно.
- Да.
- Не лучшее место для девушки,
которая подумывает завести семью.
- Или для евреев.
- Верно.
- Жена привезла мне оттуда.
Ездила туда еще до революции.
- Красивая.
- 16-й век.
И...
по дороге разбилась
на тысячу осколков.
Реставраторы
восстанавливали ее больше года.
Вот, возьмите.
- Я не могу это принять.
- Нет, это не подарок. Нет.
Это напоминание
о том, как сложно восстановить то,
что было однажды разбито вдребезги.
- Если вы мне угрожаете,
не пытайтесь это завуалировать.
- Я предпочитаю не иметь дела
с репортёрами - они паразиты.
Обычно их вопросы сводятся лишь
к тому, чтобы прижать меня к стене.
Да ещё неизменно искажают информацию.
И когда это случается,
я вынужден отвечать.
В Америке может быть столь же опасно,
как в Иране, мисс Сайад.
- Спасибо за ваше время, мистер Таск.
- Счастливого пути в Вашингтон.
Соедини меня с Реми.
- Реми на второй линии.
- Реми, не будем мешкать
по второму вопросу.
Наноси новый удар. Немедленно.
- Отличный день.
- Тебе надо завести сейф.
Или нанимать инкассаторов.
Слишком большая сумма.
- Сам справлюсь.
- Никто не справится,
когда в лицо ткнут пушку.
Если у самого нет.
- Я уже давно перестал
ходить с оружием.
- Вот,
возьми мой.
У меня есть ещё.
- Какого черта ты его носишь?
- Да это ж для самообороны.
- Да какая разница, для чего?
Ты же на досрочном.
- Меня больше волнуют бандиты,
чем надзиратель.
- Ну-ка, присядь.
- Вот видишь! Об этом я и говорил!
Вечно будешь ко мне цепляться
и учить, как жить!.
- Сделай одолжение, сядь! Живо!
Слушай меня.
По всему выходит,
нам вроде как попёрло.
Может, ничего и не выйдет,
а может и получится.
Если всё выгорит,
однажды ты станешь менеджером.
А там, глядишь, и всей франшизой
будешь управлять.
Но это значит, что ты
должен быть осторожен.
Тебе нельзя снова угодить за решётку.
Надо соблюдать правила.
Понял?
- Понял.
- Избавишься от него?
- Да.
- Хорошо.
Это уже звучит по-мужски.
- Их надо обрезать.
- Коротко?
- Вот так.
- У меня карьера модели.
Если я обрежу….
- Будь у тебя действительно карьера,
я бы говорил с твоим агентством,
а не сидел у тебя.
Тебе нужна эта работа?
- Хорошо,
обрежу.
- Ладно.
Прежде, чем мы пойдем в студию,
мне надо знать,
насколько хорошо ты говоришь.
- Зачем это нужно?
- Затем, что тебя покажут
во всех новостях Америки.
- С чего бы это?
- Прочти.
Вот эти самые слова.
Читай!
А потом заучи.
- Меня зовут Стефани Далдри.
Я профессиональная модель.
- Фрэдди Хэйес был осужден в 82-м
за ограбление ночного магазина
в Коламбии-Хайтс.
Во время преследования,
Хэйес потерял управление
и врезался в другой автомобиль.
Погибла пожилая пара.
Обвинения в убийстве избежал,
признав свою вину в ограблении.
Отсидел 9 лет.
В 92-м открыл заведение
"Барбекю у Фредди",
ресторанчик, специализирующийся
на рёбрышках,
куда часто заходит вице-президент
Фрэнк Андервуд…
Ты знал?
- Не знал.
- Думаешь, это Таск?
- Кто же еще.
- Кому ты пишешь?
- Сэту.
ГДЕ ТЫ?
НА ФОТОСЕССИИ.
ПРИЕЗЖАЙ В РЕЗИДЕНЦИЮ.
- Я просто хочу сделать
короткое заявление.
Фредди своё отсидел.
Он уже 20 лет чист.
- У него судимость,
он убил двух пожилых людей.
- Случайно!
- Не важно.
- Я его не брошу.
- Если бы не история с Галлоуэем,
я бы согласился.
Но сейчас это большой риск -
подумайте, как всё выглядит.
Вице-президент,
которому изменяет жена,
водит дружбу с бывшим уголовником!
Вы не победите на выборах,
если вступитесь за него.
- Он собирается открыть франшизу.
Я не дам его погубить,
лишь потому, что Таск…
- Дело не только во Фредди, сэр.
Его сын сидел -
за наркотики, перевозку,
распространение…
- Я не знаком с его сыном.
- Давайте подождём…
- Нет. Завтра я хочу собрать
пресс-конференцию.
Пусть Фредди привезут сюда.
- Да, сэр.
- Я не бросаю своих
истекать кровью на поле боя.
- Если хочешь посмотреть вживую
игру "Вашингтон Редскинс", придётся…
- Па, ладно, чего щас об этом.
Так, отвали. Стоп-стоп-стоп!
Пошли отсюда!
- Дарнел, бог с ними.
- Ты думаешь, я шучу? Отвали!
- Дарнел! Хватит.
- Он не может меня снимать,
если я не хочу!
- Еще как могу.
- Чего?!
- Первая поправка, чувак.
- Ты мне щас конституцию
зачитывать будешь?
- Брось, Дарнел, пацан дома ждёт.
- Нет, погоди...
- Не трогай меня!
- То есть ты меня трогать можешь,
а я тебя - нет?
- Слушайся папу.
- Дарнел, пошли.
- Да я тебя раздавлю!
- Думаешь, напугал?
- А так?
- Дарнелл! Твоё досрочное!
- Представьтесь, пожалуйста.
- Стефани Далдри.
Я профессиональная модель.
- И на фото справа – это вы?
- Да, это я.
- Этот снимок мисс Далдри
мы сделали вчера.
- Вы полагаете, что фото
мистера Галлоуэя - подделка?
- Я ничего не смыслю в
профессиональной фотографии.
Я пресс-агент. Но если мы смогли
создать фальшивку за сутки,
то такой эксперт как Адам Галлоуэй…
- Это серьезное обвинение.
Тем более, что мистер Галлоуэй
это упорно отрицает.
- Это меня не удивляет.
- В конечном счете –
ваше слово против его.
- Это не моё слово,
а вице-президента США.
Его слово – против слова, возможно,
нездорового человека.
- Нездорового?
- Либо так, либо у него есть мотив.
- Какой мотив мог заставить
мистера Галлоуэя сделать это фото?
Какая ему от этого выгода?
- Не знаю.
Моя работа – отделять факты
от вымысла, как и ваша, Кэнди.
Но, возможно, факты и вымысел
не так уж важны
для творческой личности,
и у него эти границы размыты.
- Он не похож на того, кто
разыгрывает вымышленные сценарии.
- Я мало что в этом понимаю,
возможно, вы правы.
Но мне было бы неприятно думать,
что мистер Галлоуэй делает это
ради саморекламы.
- Считаете, это рекламный трюк?
- Войдите!
- Сэр.
- Фредди уже едет?
- Инцидент с его сыном.
- Что такое?
- Он взят под стражу.
Угрожал фотографу пистолетом.
- Боже...
Где сейчас Фредди?
- Дома.
- Я должен его увидеть.
- У вас встреча...
- Плевать. Разберись сам.
Пресса знать не должна.
- Да, сэр.
- Фрэнсис, ты знаешь, я люблю Фредди…
- Я поеду.
- Фредди – это риск. Он тебе
слишком дорог. Эмоции ослепляют нас.
- Таск поступил низко.
- Ты даешь играть на своих
чувствах, чего ему и нужно.
- Если я спущу ему это,
ничего не сделаю…
- Это не "ничего".
Для сдержанности нужны силы.
- Что-нибудь приготовить?
- Ты поешь. Я не голоден.
- Нельзя совсем не есть.
- Прости. Ты этого не заслужила.
Это несправедливо.
- Я хочу покончить с этим.
И чтобы отец не пострадал.
- Если бы я видел другой выход…
Я не мог допустить, чтобы он…
- Знаю.
- Ну, люди!..
Я знал, что они безжалостны…
Мы загнаны в угол, как животные.
Они выставляют меня каким-то…
И твоя семья!..
Это бесчеловечно!
Нелюди!
- Изводя себя, ты ничего не изменишь.
- Я подойду.
Алло?
- Привет, Фрэнк.
- Все в порядке.
- Спасибо, что зашел.
- Как ты тут?
- Бывало и лучше.
Никогда не видел тебя без костюма.
- Это чтоб не привлекать внимания.
- Ну, вот она -
моя крепость.
Не такая большая, как твоя, но сойдет.
- Слепой Вилли.
- Любишь блюз?
- "Ночь была темна" - любимая песня.
- Что ж ты раньше не говорил?
Я про блюз могу сутками говорить.
Вот, смотри.
Оригинал 78-го!
- Что будешь? Воду? Чай со льдом?
- Чай со льдом, спасибо.
Как сын?
- Назначили залог.
60 000.
- Боже!
- Как жена?
- У Клэр броня в три дюйма.
Мы разгребем этот мусор.
- Кто-то пытается тебя скинуть.
- Похоже на то.
- Кто бы это ни был, ему не стоило
наступать на гремучую змею.
- Я потому и пришел, Фредди.
Придётся держаться
от тебя на расстоянии.
И должен быть уверен, что ты не будешь
спекулировать на нашей дружбе.
Не скажешь, что был в моем офисе.
Что готовил ужин у меня дома.
Что там был президент.
Мы не можем втягивать его в это.
И я не буду приходить за рёбрышками.
В такой ситуации нельзя
подливать масла в огонь.
- У тебя и так не выйдет.
Я продаю его.
- Продаешь заведение?
- Точно.
- Но как же так?
- Эта франшиза с ресторанами...
Мой партнер с неё соскакивает.
- Говорит, белые не пойдут
в заведение, которое держит уголовник.
- Но зачем продавать то, что есть?
- Залог за Дарнелла.
- А разве тот парень не обещал
тебе сотню тысяч?
- Ни черта я не получу.
В контракте есть пункт
о моральных аспектах.
Но он даст мне 45 штук за помещение.
Я добавлю свои накопления
и заплачу за Дарнелла.
- Ты не можешь продать ресторан.
- Он готовит бумаги.
- Я помогу деньгами.
- Нет, Фрэнк.
- Не навсегда, в долг. Потом отдашь.
- Не надо.
- Не будь гордым.
- Фрэнк…
- Пожалуйста, позволь помочь.
- Я не возьму твои "отступные"!
В дни бурной юности
мы имели по 60 штук в месяц.
Я видел, как парней убивали.
Расстреливали.
Мне было плевать.
Потом меня взяли.
Дарнелл родился, когда
я отсиживал первый год.
Я его не видел, даже фото.
Я не могу вернуть
всё дерьмо, которое натворил.
Всё, что я могу – продолжить
собственный путь, как раньше.
Понимаешь?
Это не гордость, Фрэнк.
- Если передумаешь, дай знать.
- Ты был хорошим клиентом - и всё.
Не надо притворяться другом.
- Береги себя, Фредди.
- И ты, Фрэнк.
- Считаете меня лицемером?
Понимаю.
Не стану с вами спорить.
Путь к власти вымощен лицемерием.
И жертвами.
Никаких сожалений.
- Сюда.
- Садитесь, Адам.
Вы оставили телефон дома,
как вас просили?
- Да.
- Что конкретно вы сказали
своей невесте?
- Что ухожу. Она не знает, куда.
- Что она скажет, если ее спросят?
- Какого…
- Что она скажет?
- Фрэнсис!
Нам надо быть заодно.
- Я пытался. Ты солгала мне.
- И объяснила, почему это
было необходимо.
Ты не выполнил инструкций.
- Вы знаете, кто такой Реми Дэнтон?
- Он приходил к вам.
- Отец Инэс – активист движения
за права человека в Боготе.
Правительство обвинило его
в пособничестве повстанцам.
Ему могут дать высшую меру.
Он говорит, что судья – их марионетка.
- Обратился бы к нам.
- Я и собирался. Дэнтон сказал,
вы ничего не сделаете.
- Он ошибается.
- Я не мог рисковать.
- Выдвинутые обвинения обоснованы?
- Нет. Их сфабриковали.
Он просто журналист...
Пишет о злодеяниях
в дарьенском пробеле.
- Все обвинения снимут.
- Почему я должен верить?
- Потому что госсекретарь
мой хороший друг,
и потому что у вас нет выбора.
- Мы не шахматные пешки!
- И это не партия, мистер Галлоуэй.
- Так почему вы играете?
- Мы пытаемся помочь.
- Ты издеваешься, Клэр?!
- Не смейте так говорить с моей женой.
- С женой!
Это хоть что-то для вас значит?
- Не путайте историю,
которая была между вами,
с тем, что представляет
собой наш брак.
В сравнении с ним
вы совершенно ничтожны.
- Дай нам пару минут.
- Я позвоню Кэти.
- Плевать на карьеру и репутацию.
Я хочу жениться на ней.
- Мы собираемся всё это уладить.
- Из-за вас я всегда буду тем,
кто подверг опасности ее отца.
Этого не исправишь.
- Мне жаль, что так вышло.
- А мне жаль, что я встретил тебя!
Ты всегда причиняла мне боль!
А теперь играешь моей жизнью
и жизнью той,
кого я люблю больше, чем любил тебя!
- Тебя сегодня же отвезут
обратно в Нью-Йорк.
Утром сделаешь заявление -
мол, всё это было ради рекламы.
Что к твоим работам потеряли
интерес, и ты хотел…
- Нет, я этого не сделаю!
- Сделаешь.
- Расскажу прессе, как меня
привезли сюда…
- Помолчи!
Ты хотел привлечь внимание,
затем струсил,
стал всё отрицать,
затем передумал снова.
И фото в душе ты подделал. Это ясно?
- Я не из вашего мира.
Я не подписывался на это,
мне это не интересно.
- Мы даем тебе выход, Адам.
Если ты откажешься,
я похороню тебя.
- Никогда в жизни
не испытывал ненависти.
Теперь знаю что это.
- Это ужасно, верно?
- Завершить вызов.
- Вызов завершен.
- Вызвать Рэймонда Таска.
У него никто не отвечает.
- Это вопрос денег?
- Госсекретарь Дюран уже звонила
президенту Морено.
- Нужно действовать быстро.
- В дело уже вовлечен
министр иностранных дел.
Судья не станет торопиться
с приговором.
- Кто может надавить на госсекретаря?
- Никто не может взять верх
над президентом.
А он чувствителен к позиции Дюран
насчет прав человека.
- Ты решил сдаться?
- Нет. Но я реалист.
- Работай с Морено.
- Мы начинаем оставлять следы.
- Тихо!
- Простите?
- Я не тебе. Птицам.
- Нужно быть готовыми к тому,
что свою угрозу мы не выполним.
- Я слышу отговорки, а не решения.
- У меня связаны руки.
Я не могу обойти весь госдеп США.
- Я нанял тебя, чтобы уничтожить
Фрэнка. Ты не справляешься.
- Рэймонд,
я ваш лоббист, а не прихвостень.
- Я нанимаю не лоббистов,
а тех, кто мне полезен.
А ты меня подводишь. Да заткнитесь вы!
- Я что-нибудь придумаю.
- И побыстрей.
- Так, хорошо.
- Ты не обязан это делать.
- Нет. Обязан.
- Обвинения уже сняли.
Они тебя обманули. Обмани их.
- Обвинения могут предъявить снова.
Нельзя рисковать.
- Ладно.
- Я тебя разочаровал?
- Давай покончим с этим.
- Ладно, поехали.
Я хочу сделать заявление.
- Понадобится небольшая зачистка.
Кто-то захочет раскрутить историю.
Но главное позади.
- Можно выходить из дома?
- Чем быстрее вернетесь к работе,
тем лучше.
- Я отменил кучу встреч,
верни их в расписание.
- Да, сэр.
- Мне нужно заняться
документами о насилии.
- На завтра запланировано
интервью с Мэттом Бэйем, но…
- Может, повременить,
пока страсти не улягутся?
- Это я и хотел предложить. Даг прав.
- Хорошо. Вперед.
- Я жду в машине.
- Он хорошо справляется с ситуацией.
- Согласен.
- Нас что-то еще должно беспокоить?
- Он говорит, больше ничего нет.
- Ты веришь ему?
- Я так далеко не захожу.
- Присматривай за ним.
- Разумеется.
- Что до Рэймонда – нужен
ответный удар, сильный и быстрый.
Я хочу его уничтожить.
- Этого мало.
Он должен страдать.
- Не знаю, гордиться ею или ужасаться…
И то, и другое, пожалуй.
- Это всё, что я могу.
- Что ты с ним сделаешь?
- Пока не знаю.
Наверное, придется снести.
Пустое место дороже.
Ничего не хочешь забрать? На память.
- Нет.
Я назад не смотрю.
Только вперед.
- Удачи, Фредди!
 

10 серия

ВАШИНГТОН
- Посмотри, Кешью.
Кое-кто плохо себя вел.
- "И не оскорбляйте
святого духа божия,
которым вы запечатлены
в день искупления,
всякое раздражение и
ярость, и гнев, и крик,
и злоречие со всякою злобою
да будут удалены от вас,
но будьте друг ко другу добры,
сострадательны, прощайте друг друга".
Это читать дальше или
что-нибудь другое?
- Да всё равно,
мне нравится слушать тебя.
- Даг, мне надо с
тобой поговорить.
- Ты же сказала,
что это ненадолго.
- Ее выгнала соседка.
Ей больше некуда идти.
- Нас это не касается.
- Я же не могу
выгнать ее на улицу.
- Как ее зовут?
- Лиза.
- А дальше?
- Тебе не о чем беспокоиться.
- А где она сейчас?
- В братстве. Осталась ночевать
с теми, кому нужна помощь.
- Она знает про меня?
- Нет. Я ей не говорила.
- Я дал тебе свободу.
Я доверял тебе, Рейчел, а ты...
- Я не могу выгнать ее.
БЕЛЫЙ ДОМ. СРОЧНО.
КРИЗИС. КИТАЙ.
- Я могла бы всё
скрыть, но не стала.
- Мне пора...
Надеюсь, в следующий раз
ее здесь уже не будет.
- Сэр.
- Что так долго?
- Через 5 минут
соберу совещание.
- Я поручил это Сэту.
- У него нет доступа.
- Теперь есть. Господин президент,
после вас. До встречи в офисе.
- Японский суверенитет
– суть прецедента.
- Меня тревожит возможное
обострение ситуации.
- Я прошу лишь небольшую
часть седьмого флота.
Мы должны заставить
Китай подчиниться,
должны показать, что США
и Япония сотрудничают.
- Вы обсуждали это с Пекином?
- Там не признали, что
остров принадлежит Японии.
- Мы это обсудим и
выработаем план.
- Спасибо, господин президент.
- Благодарю, господин премьер-министр.
Адмирал, введите в курс дела.
- 2 китайских эсминца
нарушили трехмильную зону
в пределах острова
Йонагуни, вот здесь,
примерно 6 часов назад. Остров
расположен очень близко к Тайваню.
- Ситуация не похожа на
спор по островам Сенкаку.
- Речь о морских путях.
- Или о торговой войне.
Крупную добычу им не ухватить,
вот и отщипывают по кусочкам.
- Ты видел?
- Что?
- На аллее. Камера 2.
Всем постам.
Белый мужчина, свитер с
капюшоном, спортивная сумка.
Юго-восточная
сторона Фэйр стрит.
- Поставьте сумку на землю,
сумку на землю, и
руки за голову.
- Оставайтесь на месте!
- Миссис Андервуд?...
Вы не могли бы спуститься?
- Где Фрэнсис?
- Он задержался в Белом Доме.
Срочное совещание.
- В чем дело?
- Всё объясню в убежище.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МАЙКЛ ГИЛЛ
ДЖЕРАЛЬД МАКРЭЙНИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
НЭЙТАН ДАРРОУ
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОРЫ СЦЕНАРИЯ
ЛОРА ИЗОН И БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
РОБИН РАЙТ
- Седьмой флот рядом с Гуамом?
- В 160 километрах к северу.
Через неделю корабли могут
подойти к Йонагуни.
- Если мы направим их туда,
китайские спутники это засекут.
- Мы должны оказывать
поддержку своим союзникам.
- А что, если не
отправлять корабли?
Ограничиться заявлением, осуждающим
вторжение на японскую территорию.
- Мы должны убедить китайцев
отвести свои эсминцы.
В любом случае, я бы хотел рассмотреть
все возможные последствия.
- Мы уже работаем, сэр.
- Кэти, уточните по
дипканалу с Пекином,
есть ли у них
конкретные требования.
Если нет, составьте список
возможных вариантов.
- Да, сэр.
- Согласовывать ли нам свои
действия с японскими ВМС?
- Идите.
ВМС пока не привлекать.
Сначала я поговорю с премьером Оширо
и сообщу ему о наших намерениях.
- Бывший морпех. Обнаружен на
внешнем периметре со взрывчаткой,
сложенной в сумку, а также
прикрепленной к телу.
- Господи.
- Мы задержали его.
Пресса не в курсе.
- Пусть так и остается.
- По его заявлению именно он послал
конверт с белым порошком в Капитолий.
- То есть, теперь он решил
наверняка избавиться от меня.
- Не совсем,
его жена сделала аборт,
не сказав ему ни слова.
- Боже. Мишенью была я.
- Да, это так...
Вам следует оставаться
здесь, миссис Андервуд,
пока мы не убедимся, что
он действовал один.
- И я останусь.
- Нет. Возвращайся в Белый Дом.
- Я могу работать и отсюда.
- Фрэнсис, со мной все в порядке.
Я буду рядом.
- Ни на шаг от нее не отходите.
Сообщать мне обо всем.
- Его смена закончилась, сэр.
Я вызову другого...
- Нет, только Мичем.
- Я останусь, сэр. Столько,
сколько потребуется.
- Я вернусь, как только смогу.
- Хорошо.
- Не уезжай в Калифорнию.
- Хотелось бы, чтоб
меня переизбрали.
- Ты победишь.
- Для этого нужно чаще
встречаться с избирателями.
- Откуда у тебя это?...
Из армии?
- Да.
С тех пор она увеличилась.
- Расскажи.
- Нет.
- Почему?
- Не хочу...
Что ты делаешь?
- Расскажи о татуировке.
- Это нечестно.
- Ну так что?
- Думаешь, возбудишь меня,
и я все тебе выложу?
- Именно так и думаю...
Даже уверен...
Расскажи.
- Люблю боль.
- Иглы?
- Да.
- Насколько это больно?
- Очень больно.
- Любишь, когда больно?
- Я много убивала.
- Что?
- В армии,
а боль,
помогает...
Завершай.
- У него был конфликт с экологами,
когда он открывал свой первый завод.
Почти 40 лет назад.
- Этого мало. Таска
надо уничтожить.
- Мы продолжим поиски.
- До сих пор ничего не нашли,
какой смысл продолжать?
- Может, мы что-то упустили.
Сомнительно, но вдруг.
- Пока мы тут рассуждаем, Таск
планирует следующий выпад.
- Мы все тщательно проверили.
Он не оставляет следов,
хотите изменить тактику?
- Казино. Привлечь общественность,
как можно скорее.
- Вы же говорили,
это крайняя мера.
- Сэт, надо найти
способ обезопасить нас.
- Взорвав бомбу, мы сами
можем взлететь на воздух.
- Не факт. Если всё
правильно рассчитать...
- Сэт, ты здесь, чтоб
слушать, а не говорить.
- Его бы здесь не было, не
интересуй меня его мнение.
- Сэр, он включился 3 часа назад, а
я уже 3 месяца над этим работаю.
- И ничего не добился. Пора
переходить в наступление. Говори.
- Айла Сайяд уже копает
под Таска и Фэна.
- И как успехи?
- О казино не упоминает.
Но, судя по тому, как продвигается
дело, думаю, она скоро выйдет на него.
- Пентагон пока не
сделал заявления.
Полагаю, там ждут реакцию
из Белого Дома...
Да, я слышала, что
со вчерашнего вечера
прошло уже несколько
совещаний...
Я перезвоню.
- Линн, это Айла.
Я послала тебе фотографию.
- Получила.
- Что это значит?
- Странная надпись.
Какая-то бессмыслица.
- То есть?
- "Гнаться за валютой", - это
буквальный перевод. Может,
гнаться за деньгами.
- "Следовать" или "следить"?
- Тоже вариант.
- Спасибо, Линн.
- Мне нравится, как вы всё обустроили.
Новый диван, лампы.
- Да, я кое-что поменяла.
- В знакомой обстановке малейшее
изменение бросается в глаза.
- Простите, что не приняла вас раньше.
Была занята промежуточными выборами.
- Не надо ничего объяснять.
- Миссис Андервуд,
вам известно, как я
уважаю ваши замыслы.
Но серьезно всё обдумав,
я поняла, что не могу поддержать
законопроект в таком виде.
Общественный контроль
- чрезывайный шаг.
Но я буду рада рассмотреть другие,
менее экстремальные предложения.
- Вы считаете нас экстремистами?
- Я бы хотела помочь вам, но
ваш проект идет вразрез...
- Он касается вооруженных сил.
Уже назначена дата чтения в палате.
Почти все женщины в
Конгрессе поддерживают его.
- А я не поддержу.
- Значит, вы нас обманули.
- Это не так. Я вас
не обманывала,
я хочу помочь. Если мы
кое-что подправим...
- Вы хотите дистанцироваться от
нас из-за скандала с Галлоуэем?
- Нет.
- Может, вы думаете, что
уменьшаете шансы на переизбрание,
объединившись со мной.
- Дело не в этом. А в том, что я
действительно не верю в такое решение.
- Вы осознаете, что
это значит?...
Единственная женщина в
руководстве Конгресса -
обеих партий - устраняется?
- Если законопроект будет
представлен в таком виде,
я не просто не поддержу
его, но буду противостоять.
Вы не узнали мою позицию.
Вы всё решили сами.
- Не представляю, что
именно вас не устраивает?
- Я была в зонах
военных действий.
И из первых рук знаю
роль командования...
- Речь идет не о зонах военных
действий, а о сексуальных насилиях.
- Может быть, военная комиссия
пересмотрит внутреннюю структуру...
- Нужны не пересмотры,
а реформа.
- Давайте продолжим этот разговор,
когда я вернусь из Калифорнии,
приходите послезавтра, если
вдруг измените свое мнение.
- Не изменю. Но надеюсь,
вы это сделаете.
- Китай оскорблен. Там
решили, что это подкуп.
- Мне следует связаться
с президентом?
- Вряд ли он станет
противоречить министрам.
- Прощупайте возможность
личной встречи.
- Сэр, вы должны знать, что Япония
намеревается перебросить туда
3 эсминца и легкие крейсеры.
- Они поднимают планку.
- Пусть посол Хайнс свяжется
с премьер-министром.
Выясните, готова ли Япония
подождать, пока я свяжусь с Пекином.
- Да, сэр.
- Вы хоть немного отдохнули?
- Нет. А вы?
- Пока нет.
- Как Клэр?
- Спецслужбы полагают, что это
была "одиночная" попытка.
Но они наготове...
После скандала с Галлоуэем и
интервью, полстраны полагает,
что она детоубийца, либо
изменница, либо и то, и другое.
Но Клэр справляется.
И мы в надежных руках.
- Это ужасно.
Понимаю, почему вы не спите.
- Кое-кому всё же стоит. И
лучше тому, кто на линии огня.
- Я еще могу продержаться.
- Отправляйтесь домой.
Побудьте с женой.
Вернётесь совсем
другим человеком.
- Честно говоря,
здесь мне спокойнее.
- Консультации не помогли.
- Помогли. Чуть-чуть...
Я уволил Кристину,
когда Линда ушла.
- Я слышал.
- Что-то улучшилось. Но
что-то еще нужно исправить. Я
устаю при одной мысли об этом.
- Полагаю, вы будете не
единственным президентом,
который вздремнул
на этом диване.
- Я пошутил.
- А я нет. Уважьте страны свободного
мира и отдохните. Я вас оставлю.
- Не уходите. Вы должны быть рядом,
если позвонит президент Цянь.
- Я всегда питал отвращение
к необходимости сна.
Подобно смерти, он сражает
даже самых сильных людей.
- "Прокат лимузинов
и автобусов".
- Это отдел по туризму казино "Адохи",
вашего корпоративного клиента.
- Секунду. Сожалею,
но вы не наш клиент.
- Я, должно быть, позвонила
не в тот прокат. Спасибо.
- "Автобусы и лимузины Миссури".
- Это отдел по туризму
казино Адохи.
- Вы не Дарлин.
- Нет. Дарлин заболела. Я её подменяю.
Меня зовут Пэм.
- Чем могу помочь, Пэм?
- Завтра к нам из Китая
прилетают туристы.
Необходим транспорт.
- На сколько человек?
- У меня нет списка
перед глазами.
- Тогда, как обычно?
- Да.
- Автобус категории люкс.
- На сколько пассажиров?
- На 55. Обычно бывает человек 20.
Нужен простор.
- Отлично. Спасибо.
- Думаешь, это она упёрлась или
закон действительно небесспорный?
- Вряд ли она стала бы грозить,
что выступит против него, только
из-за противоречий в законе.
- Я поговорю с ней.
- Я очень хочу,
чтоб закон прошел.
- Знаю. Я тоже хочу.
- Нам нужна Джэки,
как никогда, Фрэнсис...
История с Адамом
запятнала мою репутацию.
- Ерунда. Всё уже позади.
- Многие еще верят,
что это правда.
- Мы справимся. Обещаю...
Нет, спасибо.
- Затянись. Одной
курить невесело.
- Мы могли бы пробежаться.
- Никаких пробежек,
пока мы в опасности.
Это новое правило.
- В офис-то тебя отпускают?
- В машине с
пуленепробиваемыми стеклами.
- Это значит, никаких
официальных мероприятий?
- Да мы никуда
особенно и не ходили.
- Сэр, миссис Андервуд,
простите, что прерываю.
Я собирался домой, но, если
хотите, могу остаться.
- Нет, ваше дежурство
и так затянулось. Отдохните.
- Я вернусь рано утром.
- Спасибо, что были
со мной сегодня.
- Не за что, мэм. Сэр.
Миссис Андервуд.
- Он очень предан долгу.
- Да. Такие, как
Эдвард, редкость.
Что?
- Ты никогда не
называл его по имени.
- Правда?
- Мне неловко говорить о ней такое.
Она же
юридически моя начальница.
Существуют определенные правила.
- Указания получены
непосредственно от Дага,
а значит, напрямую
от вице-президента.
- Время от времени я встречала
здесь мистера Дэнтона.
- Вы не знаете, о
чем они беседовал?
- Нет, это были частные встречи.
- У вас осталось расписание?
Я бы хотел посмотреть даты.
- Это были неофициальные встречи.
Он просто заскакивал на минутку,
часто поздно вечером.
- Деньги пришли из Китая?
УОКЕР – ФЭН – ТАСК –
АНДЕРВУД – ЛЭНАГАН
- Деньги поступили из семейных фондов,
как ясно указано в наших документах.
- Перефразирую вопрос.
Деньги получены от китайских туристов,
которые играли в вашем казино?
- К нам приезжают
туристы со всего мира.
- Я подразумеваю конкретного
бизнесмена Ксандра Фэна.
- Я понятия не имею, кто это.
- На частном самолете он
прилетает в Канзас Сити.
Из аэропорта, -
это подтверждают в компании
"Автобусы и лимузины Миссури", -
мистера Фэна доставляют
в ваше казино.
- Мисс Саид...
- Сайяд.
- Мисс Сайяд, я перезвонил вам только
потому, что вы работаете в "Телеграф".
Не каждый день мне звонят
из такой крупной газеты.
Но я не могу понять, что вам
надо, так что прошу извинить...
- Поговорим о Рэймонде Таске.
- А что с ним?
- Фэн связан с Таском.
Таск связан с президентом.
Вы связаны с Фэном.
Похоже, иностранные деньги могли
быть задействованы в политической...
- Ваши намёки - не просто
ошибочны, это клевета.
- Докажите.
- Я только глазом моргну,
как соберутся мои адвокаты.
- Таск тоже мне угрожал.
Если меня не запугали
его 40 миллиардов,
вам и подавно это не удастся...
Повесил трубку.
- Я не имею к этому отношения.
- Враньем несет
даже по телефону.
- Думаешь, я бы
стал так рисковать?
- Тот, кто загнан в
угол, способен на все.
- Я бы тоже хотел
это прекратить.
- Так останови ее.
- Я не контролирую
прессу, Рэймонд.
- Не рой яму другому.
Сам угодишь...
- Спасибо за непрошенный совет.
Проверьте с Дойлом, нет
ли у нас слабых мест.
- Сейчас позвоню.
- Что сказала Нэнси?
- Вполне возможно, что
Джэки спит с врагом.
- Лэнаган прав, говоря,
что есть риск диффамации.
- Всё основано на фактах.
- Всё по отдельности. А
цельной картины нет.
- Я не говорю, что мы
должны написать заголовок
"Схема отмывания денег" с
восклицательным знаком.
Просто представим то,
что нам пока известно.
- Мы ведущая финансовая газета. Многие
наши читатели боготворят Таска.
- И что ж теперь защищать его?
- Нет, просто писать
только то, в чем уверены.
- Если дать хоть малейший повод для
иска, его команда набросится на нас.
- Они уже разорили
не одну газету.
- Успокойся и повремени со статьей.
Когда появится что-то.
- Мистер Максфилд?
Рэймонд Таск на линии.
- Ты звонила ему?
- Вчера.
- Он просит именно вас, сэр.
- Полчаса назад мы
говорили с Лэнаганом.
Значит, тот сразу
же позвонил Таску.
- Я ему перезвоню.
Связалась с Белым Домом?
- Они ни с кем не говорят до
завтрашней пресс-конференции.
- Хорошо. Пройдемся еще
раз, пункт за пунктом.
МОРСКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ
МЕЖДУ ЯПОНИЕЙ И КИТАЕМ.
БЕЛЫЙ ДОМ РАССМАТРИВАЕТ
ВОЗМОЖНЫЕ ВАРИАНТЫ.
КИТАЙСКИЕ ДЕНЬГИ. КАЗИНО "АДОХИ"
ПОИСК
- Мичем.
- Можем поговорить завтра, сэр.
- Нет. В чем дело?
- Я бы хотел сделать запрос, чтоб
быть при вашей жене постоянно.
По крайней мере, пока мы не
перестанем получать угрозы.
- Весьма осмотрительно.
- Только если вы не против, сэр.
- Ты говорил с Клэр?
- Сразу по возвращении.
Она одобрила.
- Тогда так и поступим.
- Я доложу агенту Рокланду,
простите, что помешал, сэр.
- Ты вовсе не помешал.
- Спокойной ночи, сэр.
- Спокойной ночи, Мичем.
Привет.
- Привет.
- Ни за что не поверишь,
что сейчас было.
- Что?
- Мичем зашел ко мне в
кабинет, когда я смотрел
отнюдь не новости.
- Не может быть...
- Он повел себя профессионально.
- А ты?
- Нет, нет. Просто смотрел.
- Очень смешно.
- А ты что смотришь?
- Коннор дал мне запись.
Наша первая гонка в Сенат.
- Я о ней совсем забыл.
- Я тоже, но вот
сегодня утром нашла.
- Запускай...
"Был, как я.
Конечно, ничего нет страшного в
том, что Техас сбит с толку."
Боже, какие молодые.
- Да уж.
"Все здесь были так
добры, так радушны".
- "Скоро ей придется
болеть за "Клемсон".
- "Вот здесь мне надо
провести черту".
- Тебе не хватает Адама?
- С чего ты взял?...
Я не скучаю по нему.
- Скучаешь. Иногда.
- Какое-то время он
много для меня значил.
Но теперь все прошло,
а ты?
- А что я?
- Тебе чего-то не хватает?
- Теперь ставки слишком высоки.
Никому нельзя доверять.
Мы потеряли прежнюю свободу.
- Может, это и к лучшему,
ничто не отвлекает.
- Я не считаю это жертвой.
Мы сами сделали выбор.
"Мы можем смело утверждать,
что грудинка здесь лучше".
- "Видите, он нарочно
дразнит меня".
- "Это даже не обсуждается".
- Как Калифорния?
- Утомительно.
12 мероприятий за 2 дня.
- Это Золотые ворота?
- Да.
- У меня здесь была гравюра
Капитолия, еще не достроенного.
На это ушло 85 лет. А
сколько возводили мост?
- Около четырех лет.
Его открыли вскоре после
второй инаугурации Рузвельта.
- Этот человек всё
доводил до конца.
- И никогда не отрекался
от своих убеждений.
- Но порой допускал компромиссы.
- Вы пришли поговорить
о законопроекте Клэр.
- Это не игрушка.
Над ним работали три
десятка соавторов.
Это серьезный проект.
- Не могу не согласиться.
- Ни с чем, кроме содержания.
- Я могу объяснить вам свою позицию,
но вряд ли наши мнения изменятся.
- Если отбросить воинскую честь,
субординацию, - всё,
что тебе так дорого,
останется один очевидный факт.
Тебя бы здесь не
было, если б не я.
- Я сразу предупредила,
что не стану марионеткой.
- Я и не пытаюсь
тянуть за ниточки.
Но ты могла бы проявить
чуть больше благодарности.
- В чем-то другом, безусловно,
господин вице-президент,
но не в этом.
- Ты просто усложняешь путь
к тому, что неизбежно.
- Почему же неизбежно? У
Клер пока нет голосов.
- Ты, и правда, хочешь
воевать с нами?
- Я не хочу воевать. Именно поэтому
я предложила Клер сесть...
- У меня нет ни времени, ни
желания вести с тобой переговоры.
Поддержи законопроект. Собери голоса.
Больше я просить не стану.
- А я больше не стану слушать.
- Тебе следует меня поблагодарить
не только за этот кабинет.
А еще за возможную
победу на перевыборах.
Нападки сами собой
не прекращаются.
- О чем вы?
- Узнай об этом у Реми Дэнтона?
Заодно спроси его о Рэймонде Таске.
Вот будет увлекательный
разговор в постели.
Продолжайте прилежно
трудиться, Нэнси.
- Буду, господин вице-президент.
- Мне вас не хватает. Но
теперь вы мои глаза и уши.
Иначе вернетесь
на прежнее место.
- Спасибо, сэр.
Для меня ваши слова
много значат.
- Даг.
- Я занят.
- Завертелось,
приурочили к пресс-
конференции президента.
- Соедините меня с
вице-президентом.
- Седьмой флот сейчас
дислоцирован около Гуама.
Там он и останется, если Китай выведет
свои суда из суверенных вод Японии.
Я связался с
премьер-министром Оширо,
а также лично переговорил
с президентом Цянем,
предложив ему найти
компромиссное решение.
Я настроен весьма оптимистично.
Теперь я готов ответить
на ваши вопросы.
Генри, вы первый.
- Не могли бы вы прокомментировать
статью в "Уолл Стрит Телеграф".
- Меня уведомили о ней до
начала пресс-конференции.
Однако я не успел прочесть ее.
Джейн?
- Господин президент,
что вы думаете обо всей этой
истории с Рэймондом Таском?
- Я жду вопросов, касающихся
китайско-японских отношений. Марк?
- В статье упоминается Ксандр Фэн,
влиятельный китайский бизнесмен.
- Кажется, я уже
высказался на эту тему.
- Разумеется. Фэн связан с
работой объединенной комиссии.
В настоящее время у нас
напряженные отношения с Китаем...
- Всем большое спасибо.
- Меня пугает не то, что
начнется заварушка.
Страшно, что мы не знаем,
чем всё закончится.
Теперь все – объекты охоты.
Включая меня.
- Мы уже привыкли, что от президента
Уокера не дождешься объяснений.
Каждый раз, продавая новенькую машину,
он не может толком рассказать о ней.
Двигатель барахлит, или
передачу заклинило.
Он хитрит, игнорирует гарантии.
Я вот что вам скажу.
Наша гарантия – конституция США.
Ему следует перечитать все,
что написано мелким шрифтом и начать
уже отвечать на наши вопросы.
- Если хоть что-то из этого –
правда, то речь идет и о Конгрессе,
и о Белом Доме, и об обеих партиях.
Заметьте, я сказала "если".
Но при появлении
грязных деньжат,
у кого-то наверняка находят
грязь под ногтями.
- Мы не можем даже
предполагать отмывание...
- Но круг "участников" настораживает.
Возьмите Андервуда.
Он направлял денежные потоки,
шедшие к демократам.
А теперь работает бок
о бок с президентом.
- Значит, все дороги
ведут в Белый Дом?
- Возможно.
- Это лишь гипотеза.
Которую иллюстрируют "удачно
подобранные" факты.
- Я ничего не подбирала.
Мой заголовок "Комитет в поддержку
партии – деньги вызывают вопросы".
И это так. Я не нашла ответы на них,
но разве американцы их не заслуживают?
- Вы готовы поставить
последний доллар,
что генеральный прокурор
начнет расследование?
Учитывая "бурю",
поднятую в прессе...
- Так что будем делать?
- Как ваш советник,
я бы предложил не общаться с
прессой без нужной информации.
Как обыватель, я бы сказал:
чем дольше вы молчите, тем
подозрительнее это выглядит.
- Если и были нарушения,
я ни при чем.
- Дружба с Таском делает
вас его сообщником.
- Значит, вы допускаете,
скорее, вину?
- Я адвокат.
Я ничего не допускаю.
Но у общественного мнения
нет диплома юриста.
- Оставьте нас на пару минут.
- Я бы посоветовал вам не отвечать ни
на какие вопросы в мое отсутствие.
- Я учту ваше
предостережение.
- Я буду прямо за дверью.
- Вы это скрывали от меня?
- Нам надо следовать
советам вашего юриста...
- Это правда или нет?
Насчет денег.
- Когда Билла нет рядом,
мы подвергаем себя...
- Хватит, Фрэнк. Я слишком
долго был в неведении.
Пора положить этому конец.
- Детали мне не известны.
Фэн сказал, что если
примут проект моста,
республиканцы больше
не получат денег.
Проект принят. Денег больше нет.
- Это же напрямую связывает
Белый Дом с деньгами.
- Нет, сэр.
Вы ничего не знали. И
сейчас ничего не знаете.
- Если минюст обнаружит
иностранные вливания.
- Тогда слетит голова Рэймонда Таска.
Не ваша.
- Я виновен, как сообщник, Фрэнк.
Вы же слышали.
- Если минюст начнет расследование,
это лишь докажет вашу невиновность.
- Из такого дела никто
не выходит без синяков.
- Синяки можно пережить. Я просто
не знаю, как совсем их избежать.
Разве что ускорить процесс
и отделаться от него.
Привлечь, к примеру, гособвинителя
по особо важным преступлениям.
- Идея ужасная.
- Может, и так.
- В данной ситуации, Фрэнк, я
не склонен слушать ваши советы.
- Я не сказал, что это необходимо.
Просто есть такая возможность.
Нет, вообще-то я не думаю,
что стоит это делать.
Пожалуй, лучше потянуть. Публика
скоро сама устанет от этого.
- Чтоб это висело у
нас над головой?
- Страсти утихнут.
- А что если нет?
Пентагон предлагает
направить беспилотник
в сторону южно-китайского моря.
Я не могу тянуть с
этим месяцы напролет.
- Может, вы и правы.
Гособвинитель – подходит.
- Это не мои слова. А ваши.
- Я просто предложил
выход из ситуации.
- В которую я бы не попал,
будь лучше информирован.
- Я лишь пытался избавить
вас от сложностей, сэр.
- Вы думаете, меня
ждет кампания нападок?
- Я торжественно обещаю
вам, господин президент,
что приму удар на себя,
если понадобится.
Но этого не случится.
Что бы вы ни решили,
чутье вас не подведет
возможно, не стоит
втягивать гособвинителя.
- Позовите Билла.
- Ты знал об этом.
- Таск – наш клиент. Это не
значит, что мне известно.
- Чушь.
Ты партнер в Глэндон Хилл,
именно потому, что знаешь
то, чего другие не знают.
- Что ты хочешь услышать?
- Это правда?
- Мы не говорим о работе.
- Мы не в постели.
Мы в чертовом офисе!
- И здесь ты
работаешь на Фрэнка.
- Я работаю только на себя.
- Не забывай об этом.
- В отличие от тебя, я не продаюсь
любому, кто заплатит больше.
- Я "обслуживаю"
многих псов наверху.
Сознательно и охотно.
Но ты хуже меня.
Ты шлюха Фрэнка, но не
хочешь в это верить.
- Это не так.
- Зависит от ракурса.
- Не уходи от темы.
Ты знал о деньгах и ничего не сказал
мне, хотя я рискую своим местом.
- Допустим, деньги были.
И допустим, я знал.
Какой прок для тебя?
- Это значит, ты хотел,
чтобы я проиграла.
- Это значит, я соблюдал
установленные тобой границы.
Никакого обмена информацией.
- Это не одно и то же.
- То есть, появились исключения?
- Если информация важная - да.
- Нельзя иметь все сразу.
- Ты...
- Что я?
- Трахал меня ради
информации о Фрэнке?
- Ты так думаешь?
- Я не знаю, что думать.
- Я привязан к тебе
больше, чем следует.
Но мне уже надоело
это повторять.
- Его перевели в
специальное учреждение
для психиатрической экспертизы,
затем отправят в камеру
предварительного заключения
до вынесения приговора.
- Рада это слышать.
- Однако пока мы не рекомендуем
вам появляться на публике.
- Мой законопроект скоро
уйдет в Конгресс.
Мне необходимо
появляться на публике.
- Угроза еще остается. Мы
не можем так рисковать.
- Ну хоть из дома
можно выходить?
- Разумеется,
но избегайте толпы, где
возможность защитить вас...
Господин вице-президент.
- Что-то случилось?
- Мы просто уведомляем миссис
Андервуд о новых мерах безопасности.
- Давайте закончим позднее.
- Хорошо.
- Как все прошло?
- Он в сомнениях.
- Позвонить Троше?
- Нет.
Это будет выглядеть, словно
я действую за его спиной.
Надо просто выждать. Я взрыхлил почву.
Надеюсь, он не бросит в нее семена,
возможно, я перемудрил.
- Не сомневайся в себе.
- Сэт получил больше
3000 имэйлов за 6 часов.
Телефон раскалился.
- Наплюй.
- На минюст я
наплевать не смогу.
- Что от меня требуется?
- Навещать меня в тюрьме.
Тебе не обязательно
стоять возле двери,
отдохни.
- Спасибо, сэр, но
я должен стоять.
- Я никому не скажу,
а если кто-то сделает
тебе замечание
или вообще станет досаждать,
отправляй ко мне...
Прекрасная ночь.
- Да, сэр.
- Как-то странно не видеть
тебя в последние дни.
- Хотите, чтоб я снова
работал с вами?
- Нет. Я рад, что ты с Клер.
Просто
не видя тебя рядом,
я понял, как привык к тебе.
- Охранять ее - для меня
то же, что защищать вас.
- Брось...
Почему ты занимаешься этим?
- Чем, сэр?
- Я всегда преклонялся
перед людьми, готовыми
поймать чужую пулю.
- Я служу своей стране.
- Есть много способов
служить стране.
- Я выбрал именно этот.
- Я еще эту не допил.
- Это и не тебе.
- Я не должен пить
при исполнении, мэм.
- И не тебе тоже.
- Присоединяйся к нам.
- Я тебе еще не осточертела?
- Нисколько, мэм.
- За Мичема,
за его преданность и его службу.
- За Эдварда.
- Я еду к своему адвокату, Реми,
хотя обычно в это время
нахожусь в постели.
- Я не могу заставить
Фрэнка замолчать.
- Нет. Но ты можешь заставить
его страдать больше нас.
Я говорю "нас", Реми, потому что
твою шкуру тоже могут подпалить.
- Вы будете всё опровергать?
- Разумеется, опровергать.
Каждый шаг был законным.
Они не найдут никаких связей.
- А что Лэнаган?
- Он будет с нами.
А вот Фэн беспокоит.
- Я найду способ
связаться с ним.
- У нас одно большое преимущество –
общественность может меня ненавидеть,
но пока "Клейтон вест"
остается прибыльной компанией,
мои акционеры будут спокойны.
У Фрэнка нет такого козыря.
Его общественное мнение может убить.
И ты должен этому
посодействовать.
- Я мог бы привлечь
республиканцев.
- Они тоже будут под лупой.
Начнется охота на ведьм.
- Тогда я прослежу, чтоб
попали в нужные мишени.
- Тебе надо нацелиться
на руководство.
Пусть их ранит. Тогда они
все спрячутся за Фрэнка.
Бёрч, Уомак, Шарп,
особенно Джэки Шарп.
Она его ставленница.
Реми?
- Всё понял. Приступаю
к действиям.
- Рассчитываю на тебя.
- Я не подведу.
- Поговорим утром.
- Мне больше нравятся Джастин
Гейнц и Хизер Данбар.
- У Гейнца лучшие рекомендации.
- Но он близок к администрации.
И был бы федеральным судьей,
не помешай республиканцы.
- У Данбар хорошая хватка
и высокая квалификация.
- И багажа нет.
- Но она непредсказуема.
- Генпрокурор не внес бы ее в список,
если б считал темной лошадкой.
- Сэр, я должен сказать, что
считаю этот шаг преждевременным.
Нам стоит подождать
реакции минюста.
- Я не хочу, Билл. Дождавшись,
когда вода закипит,
придется принимать радикальные меры.
Я предпочитаю упреждающие.
- Упреждение может
показаться защитой.
Это словно заявлять о
своей невиновности,
раньше, чем задан вопрос.
- Помимо прочего, мы еще
не успели подготовиться.
- Может, подождать пару недель?
- Тогда не будет смысла.
- Пару дней?
- Я бы поставил на Данбар.
- Сэр...
- Я принял решение.
Билл, передай мои пожелания
генеральному прокурору.
- Окончательное решение за ним.
Мы никак не можем
на него повлиять.
- Разумеется.
- Спасибо, сэр.
- Приятно убедить кого-то
поступить по моему.
Но еще приятнее -
убедить "ненароком".
Это когда вы делаете кому-то
знак, что входить не надо,
и человек чувствует себя
просто обязанным войти.
- Дойл уже проверил
половину наших документов.
Каждый взнос, каждое мероприятие.
Всё, что может заинтересовать Данбар.
- Хорошо. Сэт?
- Мы избегаем
официальных заявлений.
Ждем сигнала от президента.
А пока не помешает пара
неофициальных звонков.
Поддержать расследование
– правильный шаг.
Демонстрация личного участия.
- Это хорошо, пока
не надо защищаться.
- Я должен знать,
кому ты звонишь.
- Это я буду решать
по ходу дела.
- Оставь его. У тебя
с Дойлом полно дел.
- Я сообщу, кому звоню.
- За работу.
- Сэр?
- Что такое?
- Сэр, противореча мне в присутствии
Сэта, вы подрываете мой авторитет.
- Ты не можешь
контролировать все детали.
- Сэт еще новичок в команде.
Я должен быть уверен,
что он не ошибается.
- Он всё делает верно.
- Я ваш "предохранитель" , сэр,
но при условии, что
мне не мешают.
- Правда, Даг?...
Ты мой предохранитель?
- А вы сомневаетесь?
- Мы на всех парусах несемся
прямо в эпицентр урагана,
а тебя беспокоит твой авторитет,
а не факт, что нас может
разорвать в клочья.
- Вы правы, сэр.
Зря я это сказал.
Она все еще там?
- Да. Я сказала, что
выйду прогуляться...
Даг, знаю, ты хочешь, чтоб она
ушла, но пойми, я просто...
- Пусть остается.
- Что?
- Ей не обязательно уходить,
уверен, ты знаешь,
что делаешь...
Почитаешь мне?
- Библия осталась дома.
- Не обязательно библию.
Найди что-нибудь в телефоне.
- Что, например?
- "Повесть о двух городах".
Мама раньше мне читала.
- "Это было лучшее
изо всех времен,
это было худшее изо всех времен,
это был век мудрости...
Это был век глупости...
Это была эпоха веры, это
была эпоха безверия,
это были годы света,
это были годы мрака,
это была весна надежд,
это была зима отчаяния,
у нас было все впереди, у
нас не было ничего впереди,
мы то витали на небесах, то
обрушивались в преисподнюю..."
Даг, это ты?...
Алло?
Алло...
Даг...
- Да, Даг. Это ты.
 

11 серия

- Мы возле здания
министерства юстиции.
Рядом со мной Эйла Сайяд,
чья статья в "Уолл Стрит Телеграф"
активизировала расследование. Эйла.
- Вопрос стоит о причастности
Белого дома.
Оплачивались ли политические услуги,
и связано ли это с дипломатическими
отношениями?
Отмывание китайских денег
само по себе незаконно,
а если это повлияло на
политику Белого дома,
это уже уголовное преступление.
- Вы неоднократно встречались
с Дэниэлом Лэнаганом...
- Да, с 2003-го мы 11 раз
сталкивались на различных мероприятих,
но разговаривали лишь трижды.
- Эти случаи выделены.
- Что вы обсуждали?
- Это благотворительные акции.
Я там беседую с десятками людей,
как правило, ни о чём.
Я южанин, миссис Данбар,
мама приучила меня,
что разговаривать за едой
не только вежливо,
но и полезно для пищеварения.
- То есть, вы не говорили с ним
о пожертвованиях племени Адохи
каким-либо политическим комитетам?
- Конечно, нет, я никогда не обсуждаю
такие вопросы со спонсорами.
Мы оба знаем закон.
- Не припомните, во время
этих застольных бесед
мистер Лэнаган упоминал Ксандра Фэна?
- Нет.
- Вам знакомо это имя?
- Кроме того, что оно сейчас
во всех новостях?
В этом смысле я больше знаю
о Ким Кардашьян.
- Тогда я спрошу конкретней:
что вам известно
о политической активности
мистера Фэна?
- Это решение твоего мужа или…
- Моё.
Не подумай, что я не поддерживаю
законопроект, дело только в статье.
- Мы обещали Мэтту интервью.
- Может, через пару недель,
когда улягутся страсти.
- "Нью-Йорк Таймс" ждать не будет,
октябрьская обложка уже согласована…
- Тогда я не смогу в этом участвовать.
- Это из-за Адама Галлоуэя?
- Клэр, прошу...
- Всё в порядке.
Скажи, как есть, мы же подруги.
- И это тоже.
- Ты же не веришь, что я…
- Нет!
Но часть страны всё ещё верит.
Гаррет сейчас нуждается в поддержке.
- Тебя не переубедить?
- Я буду помогать, чем смогу.
Негласно.
- Ходят слухи, что у вас
с мистером Фэном
были неофициальные встречи
во время торгового саммита в мае.
- Именно. Слухи.
- Как раз в мае Фэн был в США.
- Даже если его использовали,
как неофициальный канал,
все виды дипломатической связи
обычно засекречены.
- Вы когда-нибудь обсуждали Фэна
с президентом?
- Любая ключевая фигура в Пекине
заслуживает обсуждения.
- Значит, да.
- Это общее замечание.
- Вы обсуждали его
во время энергокризиса?
- Если речь о совместном предприятии…
- Да, с Рэймондом Таском.
- Об этом разговора не было.
Ситуация была критической,
в краткосрочной перспективе
завод проблему не решал,
и, как я знаю, сделка сорвалась.
- Да, но Таск получил субсидию.
- Как и другие поставщики
атомной энергии.
- Но его связь с Фэном,
затем субсидия на самарий…
- Прибыли с этих субсидий
никто не получил.
Кстати, мы с Таском
по этому вопросу не сошлись.
- Что ж, тогда перейдём к вопросу
о мосте в Порт-Джефферсон.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МАЙКЛ ГИЛЛ
ДЖЕРАЛЬД МАКРЭЙНИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
НЭЙТАН ДАРРОУ
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОРЫ СЦЕНАРИЯ
ДЖОН МАНКЕВИЧ И БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
ДЖОН КОУЛЗ
- Я её не виню,
беспокойство обосновано.
- Скажи ему, что я не буду обсуждать
Галлоуэя, пусть и не спрашивает.
- Это Мэтт Бай, ему не укажешь,
о чём спрашивать. И он спросит.
- А я отвечу, что "бульварные темы"
не обсуждаю.
- Тема законная: "как скандал
может повлиять на выборы"?
Откажитесь. Давайте всё отменим.
- Джэки против нас.
Руководство ведёт себя уклончиво,
эта статья нужна,
чтобы переключить внимание.
- Но она может навредить.
И вашему имиджу и законопроекту.
- Но если мы отменим
второе интервью подряд,
Мэтт придёт в ярость, и напишет,
как мы его "кинули".
- Это меньшее из двух зол. Не хочу,
чтобы вы стали мишенью, и вся работа…
- А если это буду не я?
- Но первая леди отказалась…
- Не она, кое-кто другой.
- Мост был уступкой за прекращение
финансирования республиканцев?
- Насколько мне известно,
строительство моста –
это обещание президента
своим избирателям.
Мы закончили?
- Почти.
- Сколько членов конгресса
вы опросили, около двухсот?
- 194-х.
- Я хочу помочь, но вряд ли скажу
больше, чем эти 194.
- Мы получили очень полезные сведения.
- От кого?
- От одного из конгрессменов.
- Из руководства?
- Я не вправе говорить.
- Боб Бёрч, Джэки Шарп?
- Он присутствовал на встрече
в Овальном кабинете 14 июля.
- Она сказала "он", значит, Бёрч.
Уверен, Таску было
не сложно его подкупить.
- Вы тоже были на этой встрече.
- Да, был.
- Помните, что там обсуждалось?
- Проплаченная медиа-атака
республиканцев.
- Видимо, для вас было ударом,
что Лэнаган перевёл пожертвования
другой партии, хотя раньше не давал
республиканцам ни цента.
- Было бы ударом, если б мы тогда
знали, откуда идут деньги.
- Как сказал мой источник…
- Боб Бёрч.
- Мой источник сказал, что
речь шла примерно о 25 миллионах.
На что вы ответили, цитирую:
"Судя по объёму, кто-то
точно играет не по правилам".
- Вполне возможно, у Боба
память лучше, чем у меня.
- Денежный поток прекратился,
как только был одобрен мост.
- У вас есть версия или вы
хватаетесь за соломинку?
- Мост ведёт к Фэну, Фэн – к Лэнагану
и Таску, Таск – к президенту…
- Если вы проверяете
теорию шести рукопожатий,
добавьте сюда Джимми Хоффу
и Папу Римского.
- Тогда ограничимся
одним рукопожатием.
Даглас Стэмпер,
руководитель вашего аппарата,
это он в казино Лэнагана 14 июля.
Затем я запросила данные о перелётах.
На следующий день мистер Стэмпер
улетел в Пекин.
Что он делал в казино
и зачем летал в Пекин?
- Я бы хотел переговорить
со своим клиентом.
- Прошу.
- Я много работаю.
Стараюсь ничего не усложнять
и знаю свои приоритеты.
Но есть
одна особа…
Я и вижу-то её лишь время от времени,
но она всё усложняет.
У меня не возникает соблазна выпить,
но она словно чувствует,
каким я был раньше, когда пил.
Мне всё было мало.
Сколько бы я ни выпил, хотелось ещё.
Я не хочу быть с ней.
То есть, хочу...
но...
Она мне больше как дочь...
или мать…
Не знаю, запутался.
- Не спеши.
- С ней надо кончать.
Как покончил с выпивкой.
Ну вот, пожалуй, всё.
- Спасибо, что поделился.
- Мы ответим, но нам нужно время.
- Я подожду, сколько потребуется.
- Это не час-два: Андервуд должен
поговорить с советниками -
затронуты вопросы нацбезопасности.
- Вы и впрямь хотите разыграть
эту карту, Оливер?
- В его ответах может быть
секретная информация.
- Когда ожидать ответа?
- Я дам вам знать.
Можно взять эти распечатки?
- Пожалуйста.
- Мы позвоним, миссис Данбар.
- Господин вице-президент!
Не думайте, что вы неуязвимы,
наше расследование
не ограничивается Дагом Стэмпером.
- Довольно, миссис Данбар!
- Спасибо, что нашли время, сэр.
- Рад сотрудничать.
Из львиного логова в стаю волков.
Если свежее мясо – это ты, убей
и брось им что-нибудь посвежее.
- Привет, я Фитц.
- Даг.
- Слушай, дело твоё:
можешь психовать в одиночестве,
а можешь попросить о помощи…
Спонсор есть?
- Нет.
14 лет прошло… я держусь.
- Если передумаешь, вот номер.
- Я думал, у тебя есть шофёр.
- Есть.
Но нам ни к чему свидетель.
Нельзя, чтоб тебя видели в этом штате.
- А меня здесь нет.
Длительная пересадка
по пути в Калифорнию.
- Сейчас аудиторы, федеральные агенты
обшаривают мой офис,
каждую папку, каждый документ,
даже мусор перерыли.
- Если что, ссылайся на 5-ю поправку.
- Как они вышли на Стэмпера?
Они изъяли записи именно за тот день.
- Не делай поспешных выводов.
- Ты подставляешь меня.
- Цель – Андервуд, а не ты.
- Но отымеют меня.
Найдут способ, и ты это знаешь.
- В этом случае о тебе
и твоей семье позаботятся.
- Они предложили мне пойти на сделку.
- Тебя же ещё не обвинили.
- Если буду сотрудничать.
- Тебе скостят срок,
но твоя семья останется нищей.
Если ты дашь показания против
Рэймонда, его всё равно не посадят,
потому что кроме твоих слов
у них ничего нет.
А они сейчас не много значат.
- Ты бы не приехал,
если б он не боялся.
- Я здесь не потому, что он боится.
А потому что боишься ты.
И я хочу убедиться,
что ты не наделаешь глупостей.
- Мы много раз говорили с Пекином,
но они продолжают настаивать
на своей позиции.
- Утром я отдал приказ авианосной
группе передислоцироваться к Окинаве.
Так наши корабли не окажутся
в прямой конфронтации
с китайскими судами,
но создадут угрозу авиаудара.
- Чуть позже я свяжусь
с китайским послом,
а затем мы совместно с Пентагоном
составим заявление.
- Сэр, запасов самария
хватит месяца на два.
Если мы пойдём путём…
- Я выслушал ваши мнения
и принял решение.
Есть вопросы?
Спасибо.
Фрэнк.
Как всё прошло?
- Осталось решить
ещё несколько вопросов.
- Каких?
- Ничего серьёзного, мелочи,
кое-какие детали.
- Я был уверен, что всё пройдёт
быстро и легко.
- Я тоже, но Данбар очень въедлива.
- С этим нужно заканчивать.
Сейчас нельзя отвлекаться -
у нас на ходу военные корабли.
- Я уверен, мы на финишной прямой.
- А по-моему, вы пытаетесь
скрыть волнение.
- Вовсе нет.
- Вы трёте руки.
- Это из-за перстня,
никак не привыкну.
Я его закопал.
- Что?
- Это долгая история.
- Никогда не видел вас
таким напряжённым.
- А я никогда не видел вас
таким уставшим, сэр.
У вас синяки под глазами.
- Они всё больше, да?
- Почаще отдыхайте
на диванчике в овальном.
- Нам сейчас не до отдыха, Фрэнк.
Не то время.
- Вру и вру…
Сперва прокурору, теперь президенту…
Чувствую себя голым.
Как палец, на котором был перстень.
Даже у Ахиллеса было слабое место.
- Где Даг? Он не подходит к телефону.
- Он на встрече группы, сэр.
- Посреди дня?
- Думаю, он скоро вернётся.
- Лучше бы ему поторопиться!
- Сэр, это пришло вам.
Часы, которые вы подарили Реми,
когда он уезжал в Глендон Хилл.
Я узнала их по надписи сзади.
- А записка была?
- Нет, только часы.
- Найдите Дага.
- Да, сэр.
- Простите за пластик.
- Люк Тёйманс. Мощный художник.
- Что ж, верю на слово.
Это не моё, как и всё это.
В Калифорнии если хочешь продать дом,
риэлтор обставляет его сам.
По крайней мере, одну комнату.
- Куда поедете?
- У меня есть маленькое ранчо
в округе Сонома.
Жена умерла, дети со мной не общаются…
Только живопись и останется.
- Вы рисуете?
- Нет.
И ранчо нет.
Но всё остальное… остальное - правда.
Будем здоровы.
- Я пришёл по поводу Джэклин Шарп.
Мы думаем нанять её.
- Лоббистом?
- Она может проиграть перевыборы -
не лучшее время для этой должности.
Я знаю, вы с ней близки…
- И что же вам нужно, рекомендация?
- У нас самая низкая текучка кадров
среди лоббистов - и не просто так.
- И что у вас требуется,
в Глендон Хилл?
- Инстинкт убийцы.
- Это у неё точно есть.
- Простите за любопытство…
Она как-то причастна к вашему…
- Уходу?
Она сделала то, что должна была.
Никогда её не прощу.
Но понимаю, почему она это сделала.
- И что именно?
- Я купил билет за наличные.
Я был осторожен.
- Явно недостаточно.
- Сэр, в казино повсюду камеры,
их никак не избежать.
Но это тысячи часов записей,
как они узнали?!
- Я должен тебя спросить, Даг.
И прости, но мне нужен честный ответ.
Ты опять начал пить?
- Нет.
- Честно?
- И не помышлял.
- Потому что это многое бы объяснило.
- Вы имеете полное право злиться,
это моя вина.
- Я больше беспокоюсь, чем злюсь,
ты нужен мне, как никогда, Даг.
- Знаю.
- Мы уже не мальчики.
В случае провала умрём в тюрьме.
- Мне в последнее время не по себе.
- Это же ты сказал мне 14 лет назад.
Я дал тебе второй шанс, и не зря.
Ты завязал, Даг.
- Для меня нет ничего важнее
этой работы, сэр. Ничего.
- Что бы ни происходило, я должен
знать, как с этим справиться,
и если нужна моя помощь,
я готов помочь.
- Не нужно, сэр.
Я справлюсь сам, всё изменится.
- Я ещё никому не давал
третьего шанса.
До этой минуты.
- Благодарю.
Вы не пожалеете,
поверьте, сэр.
- Это Реми дал им наводку на запись.
Я подарил ему, когда он уходил.
Прочти сзади.
- Что он пытается сказать?
- Не знаю, но найди его
и устрой встречу.
- А как быть с Данбар?
- От фактов не скроешься.
- Я скажу всё, что будет нужно.
Возьму всю ответственность на себя.
- Она может отдать тебя под суд.
- Для этого и нужны сотрудники.
- У меня есть решение получше.
Ответственность возьмем на себя оба.
- Как?
- Договорись с Данбар
о встрече на послезавтра,
нам с тобой нужно время на подготовку.
- Да, сэр.
- Когда это произошло?
- Мичем его починил.
Раз мне нельзя бегать,
буду тренироваться так.
- Ты притащила его сюда?
- Для уединения. Мне помогли.
- Мичем.
- Он самый.
- Прямо мастер на все руки!
Разнорабочий, грузчик…
- Живой щит.
Насколько всё плохо?
- Плохо.
У них есть доказательства,
что Даг был там, где не следовало.
- Что будешь делать?
- Скажу правду.
- Но ты не можешь…
- Выборочно.
Не волнуйся.
Я споткнулся, а не упал.
- Когда ты спотыкаешься, ты не такой.
- А какой?
- Ты боишься, я же вижу.
- 500 метров за 1:39. Это мой рекорд.
Попробуй побить.
Аборт – это убийство!
Позор! Жена Андервуда – развратница!
Адюльтер унижает женщину!
Руки в крови!
- Как твои дела?
- Хорошо.
Лекарства помогают.
- Рада слышать.
Присаживайся.
- Эти люди на улице… это тяжело.
- Они там круглосуточно,
в выходные их вдвое больше.
Мы уже привыкли.
- Можно снять туфли?
Я нарядилась, но совсем не умею
ходить на каблуках.
- Да, конечно.
- Мама сказала, они подходят к платью.
Какое облегчение.
- Меган,
последние полгода были
для тебя непростыми,
но нужна твоя помощь.
У нас нет поддержки в руководстве,
на которую мы рассчитывали.
- Ясно, что вы позвали меня
не просто о здоровье спросить.
- Ты уже меняла своё решение,
и я понимаю, почему.
Но теперь, похоже, у тебя
всё стабилизировалось.
Ты готова?
- Трудно отказать, сидя у вас дома.
- Ты видела этих людей...
Их слышно, но нас должно
быть слышно ещё лучше.
И это не может быть мой голос,
потому что я -
детоубийца, обманщица,
это должен быть твой, чистый голос.
- Я уже даю показания на военном суде.
- Но он закрыт для СМИ.
Этого недостаточно.
- Такое со многими случалось.
Почему именно я?
- Потому что именно ты позвонила.
- Ты хочешь опубликовать это
до того, как Макгинниса осудят?
- Сэт!
Есть минутка?
- Мэтт, я перезвоню.
- Закрой дверь.
Когда вице-президент взял тебя сюда,
я был против.
Но должен признать,
ты хорошо работаешь.
- Я ценю твое мнение.
- Я отвожу удары от вице-президента.
И слишком ревностно к нему отношусь,
что приводит меня к ошибкам.
Это мой недостаток.
- Я отлично понимаю, что
доверие нужно заслужить,
а учитывая, как я получил эту работу…
- Раз тебе доверяет вице-президент,
то и я тебе доверяю.
Мы теперь команда.
Да мне и не справиться одному.
- Сделаю всё, что попросишь.
- Это может не иметь отношения к СМИ.
- Пресс-секретарь – это лишь название.
- Да.
Во-первых, нужно найти Реми Дэнтона,
только осторожно.
- Сделаю.
- И просмотреть журналы регистрации
поездок вице-президента за 10 лет.
- Что мы ищем?
- Всё, что может нам навредить.
Я начну с начала, ты – с конца.
- Хорошо.
Даг?
Спасибо.
Контакты
Рэйчел
Удалить
- Нэнси, закажи мне новый телефон.
Прослеживание сотового
Дагласа Стэмпера.
Удаленный контакт: Рейчел
- Вы сказали "мелочи",
"финишная прямая"…
- Я узнал об этом лишь
пару часов назад.
- Это грозит импичментом.
- Вовсе нет, сэр.
- Глава вашего аппарата…
- Я нутром почуял, что деньги идут
из казино, и послал Дага разобраться.
- Надо было - в минюст, как только
возникло первое подозрение.
- Я не хотел поднимать шум
раньше времени.
- Вы не можете вести собственное
расследование, Фрэнк.
- Я не мог не проверить
свои подозрения.
Если был нарушен закон,
я должен знать.
- Что вы скажете Данбар?
- Что не хотел преступать
дипломатический протокол,
беспокоился за промежуточные выборы
и хотел защитить президента страны.
Возможно, я сделал что-то не так,
но закон я не нарушал.
- Уверены?
- Я детально обсудил это с юристами.
- Данбар не похожа на человека,
который способен нажать на тормоз,
даже если мы всё признаем.
Наоборот, она копнёт ещё глубже.
- Вы правы.
Поэтому я хочу передать ей
журналы регистрации моих поездок.
И вам тоже следует это сделать.
- Добровольно?!
- Как жест сотрудничества.
- Разве мы сделали мало жестов?
- Это выбьет у неё почву из-под ног.
- Нет, я не хочу.
Не хочу, чтобы она была в курсе
всех моих поездок и визитов.
- Его беспокоят визиты к семейному
психологу - и не зря.
Вас зря беспокоят визиты к психологу.
- Представьте реакцию общественности…
- Это иголка в стоге сена,
и Данбар ищёт не её.
- Она опросила пол-конгресса,
эта дама жаждет крови.
- Но не сплетен.
А если поинтересуется, то вы навещали
больного друга, разве не так?
- Да, якобы.
- Вряд ли она сможет
к этому придраться.
- Пригласите ко мне Галиха.
- Не буду вам мешать.
- Когда встреча с Данбар?
- Завтра, ещё есть время.
- Поговорю с Биллом.
- Он будет вас отговаривать,
это его работа.
Но мой вам совет: думайте
как политик, а не как юрист.
Спасибо, сэр.
- Конгрессменша.
Почему я должен голосовать за вас?
- Всё в порядке, Марк, спокойной ночи.
- Вид усталый.
Тяжёлые предвыборные будни?
- Что ты здесь делаешь?
- Ты не рассказывала
про дочь Тэда Хэвмайера.
- Об этом знают все, весь мир.
- Но не о том, что ты её навещала.
И слила информацию.
- Ты приехал из Калифорнии,
чтобы спросить об этом?
- Я приехал в Калифорнию,
и узнал об этом.
Предложил Хэвмайеру купить
его дом, но он – ни в какую.
- Ты прав,
у меня тяжёлые предвыборные будни.
- Шансы есть.
Если избиратели не узнают,
как ты стала парторганизатором.
- Ты мне угрожаешь?
- Устрой встречу с Фрэнком.
Говори о чём угодно, главное,
чтобы встреча была официальной.
А потом пойдёшь к Данбар.
- Меня уже опрашивали.
- Скажешь, что Фрэнк на тебя давил.
- Ложные показания?
- Спасёшь своё место.
- Знаешь что? Расскажи всем.
- Подумай, чем это обернётся.
- Мне всё равно.
- Прыгнешь со скалы ради него?
- Я не присягала на верность
Фрэнку Андервуду,
и не позволю ни ему, ни, тем более
тебе, манипулировать мною.
- Я не блефую.
- Значит, я права.
- В чём?
- Как мало я значу для тебя.
- Это здесь ни при чём.
- Ещё как при чём.
Я должна
чувствовать к тебе отвращение, но нет…
Я просто очень разочарована.
- Звонили 10 минут назад.
Советник из Белого дома.
- Президент готов дать все сведения?
- С того дня, как занял пост.
- Включая визиты к своему "другу"?
- Придётся, он был там
с личной охраной.
- Великолепно…
С этим уже можно работать.
А мои журналы?
- Всё чисто.
- Готов поклясться жизнью?
- Готов.
- Я тоже, сэр.
- Проверили всё дважды,
вдоль и поперёк.
- Моё заявление?
- У вас в почте.
- Я его просмотрел.
Сэт отлично справился.
- Выйдем с ним сразу после опроса:
опередим Данбар, если она
решит что-то обнародовать.
- Я отправлю его, как только
Даг даст мне сигнал.
- Вы спали?
- Мы бодры и готовы к работе.
- Прими душ и переоденься.
- Да, сэр. Увидимся в минюсте.
У тебя есть часа три.
Можешь поспать в моём кабинете.
- Генерал Макгиннис был в зале,
когда вы давали показания?
- Да.
- Вы виделись с ним после нападения?
- Нет.
- Как это было?
- Неприятно.
- Насколько неприятно?
- Очень неприятно.
Просто ужасно.
- Меган, я согласился сместить
фокус внимания на вас,
и я понимаю, что вам сейчас трудно.
Но вы должны мне хоть немного помочь.
- Простите.
Я очень нервничаю.
- Вы были спокойнее, когда звонили
во время интервью миссис Андервуд.
- Она была рядом, на телефоне.
- Ваше нервное состояние... я знаю,
что это последствие нападения.
Защита поставила вопрос
о вашей эмоциональной
и психической нестабильности.
- Так всегда бывает.
На жертву нападения
нападают снова и снова.
- Что вы почувствовали?
- Я разозлилась.
Адвокат всё расспрашивал меня
про панические атаки,
про антидепрессанты,
а я продолжала смотреть на Макгинниса.
Хотела показать ему,
что не боюсь, что я сильная.
Чтобы он отвёл взгляд первым.
- Отвёл?
- Да.
Когда сказала, что он не просто
изнасиловал меня.
Он предал свою страну,
лишил её хорошего солдата.
- Закон о сексуальных преступлениях
сейчас обсуждается в конгрессе,
и у него много противников,
среди которых ещё одна
женщина-ветеран, Джэклин Шарп.
- Я считаю, она тоже предаёт страну.
- Миссис Данбар.
- Господин вице-президент.
- Спасибо, что дали нам
пару лишних дней.
- Ради честных ответов
я готова подождать.
- Не смею заставлять вас ждать
ни минутой дольше.
Начнём?
- А, вернулся!
Садись, мы уже заканчиваем.
- Что скажете, мистер Таск:
оставить или сбрить?
- Давай оставим.
- Хорошо, только подровняю сзади.
- Нет, Мэк, оставь нас на пару минут.
Спасибо.
Я велел открыть этот салон
лет 10 назад,
надоело каждые две недели
мотаться через весь город.
Теперь достаточно спуститься на лифте.
- Удобно.
- А знаешь, что не удобно?
Когда 8 адвокатов
набиваются в мой кабинет.
Он не рассчитан на весь
юридический состав фирмы.
Их беспокоит Лэнаган.
- Он дрогнул, но выдержит.
- Андервуд?
- Бёрч всё сделал.
- Данбар подняла вопрос о Стэмпере?
- Заседания закрытые,
но я уверен, что подняла.
- А бедняга Хэвмайер? Он чем-то
помог нам с Джеки Шарп?
Твоё молчание не сулит
ничего хорошего.
- Не хочется вас огорчать.
- У него ничего нет?
- Нет.
- Думаешь, действительно ничего нет,
или он выгораживает её?
- Ничего нет.
Я поищу другого конгрессмена…
- Нет-нет-нет.
Тут нужна заметная фигура, кто-то
из руководства, чтобы поднять волну…
- Можем привлечь Бёрча.
- Слишком явно.
Он не скрывает своей
антипатии к Фрэнку,
это будет шито белыми нитками.
Нужно бить со всех сторон.
Необходима Джэки Шарп. Мэк?
Заканчивай, мне ещё надо работать.
- Хорошо, босс.
- Тебе тоже надо работать.
Ты понял, что мне нужно?
Иди и сделай это.
- Вы отрицали тайный канал связи.
- Не отрицал, а не подтверждал,
поскольку это секретные сведения.
- Но ваш аппарат отрицал…
- Даг действовал по моему указанию,
согласованному с отделом
по коммуникациям.
Тайный канал не зря называется тайным.
- Вы ввели в заблуждение…
- Отказ от комментариев
выглядел бы подозрительно,
что поставило бы процесс под угрозу.
У меня не было выбора.
- Мистер Фэн сейчас в Дубае.
- Я знаю.
- Скрывается от обвинений
в коррупции, и уже не первый раз.
- И ваш вопрос?
- Он отмывал деньги,
господин вице-президент,
и очень скоро я смогу подкрепить
это доказательствами.
Поэтому повторяю свой вопрос:
вы знали?
- А я повторяю свой ответ: не знал.
Я почувствовал, что что-то не так,
и поделился с Дагом.
- А я решил всё выяснить.
Вице-президент был не в курсе.
- Вы не знали, что он был в казино?
- Нет.
Но это не означает,
что я не несу ответственности
за действия своих сотрудников.
Вся вина на мне.
- И что вы выяснили?
- Ничего. Никакой незаконной
деятельности.
У меня нет ваших возможностей.
- Если были подозрения,
почему сразу не обратились
в игорную комиссию и бюро
по делам индейцев?
- Нам предстоят сложные
промежуточные выборы,
я не хотел привлекать
внимание к утверждениям,
которые могли оказаться голословными.
Возможно, я был не прав,
но таково было моё решение.
Это только моя ошибка, не Дага,
и тем более не президента.
- Думаю, вас не удивит, если я скажу,
что у меня по-прежнему
нет полной картины.
- Поэтому я готов предоставить вам
полную картину. Оливер?
Белый дом верит в прозрачность.
- Здесь отчёты о поездках
вице-президента.
- И за 10 лет работы во фракции.
- А также отчёты президента
с момента вступления в должность.
- Не должно быть никаких сомнений,
с кем мы встречались и когда.
- Я скептически отношусь
к содержимому.
- Мы предвидели это,
поэтому Оливер разъяснит вам
все интересующие моменты.
- Там есть всё.
Но если возникнут вопросы
или просьбы, будем рады помочь.
- Поначалу я ужасно нервничала.
Но потом начала говорить,
изливать душу и меня буквально…
Прорвало!
Я сказала всё,
что давно хотела сказать.
- Сэт сказал, что Мэтт был впечатлён.
- А можно ещё?
- Дать интервью?
- Для газет, телевидения…
для всех, кто попросит. Я хочу помочь.
- Это прекрасно.
- Спасибо, что уговорили.
Для меня это большой шаг.
- Тебе пора в аэропорт.
- Я могу ещё остаться, если нужно.
- Думаю, тебе лучше
вернуться в Чикаго,
а когда что-то наметится,
мы тебе позвоним.
- Можно мне стакан воды?
- Из-под крана, или открыть бутылку?
- Я налью.
- Машина для мисс Хенесси готова, мэм.
- Эдвард.
Она была в порядке,
когда ты вёз её из аэропорта?
- В смысле?
- Ну, в норме?
- Вроде, да.
- Она как-то странно возбуждена.
- Наверное, нервничала.
Мы не разговаривали.
- Я схожу за ней.
- Буду на улице.
- Меган?..
- Я сама.
Правда, всё в порядке.
- Машина ждёт на улице.
- Спасибо за всё.
- Счастливого пути, созвонимся.
- У нас с миссис Данбар состоялся
очень продуктивный разговор…
- Высылай пресс-релиз.
- Большое спасибо.
- Всё в порядке, мэм?
- Да, бокал уронила…
- Я помогу.
- Ничего, я в норме.
- Позвольте, вы без туфель.
- Эдвард, не надо, правда.
Что случилось?
- Чёрт.
- Я принесу бинт.
- Не надо.
- Глупости, я сейчас.
- Отклик в СМИ пока положительный.
- Что в офисе Данбар?
- Сказали, что будут изучать отчёты.
- Интерес к Дагу есть?
- Есть. Многие просят
прокомментировать.
- Я действовал сам
и готов сотрудничать с минюстом
в полном объёме.
- Публиковать это?
- Сэр?
- Это вызовет новый интерес.
- Ко мне, а не к вице-президенту.
А я уж как-нибудь разберусь.
- Публикуй.
- Я распечатаю вам подборку, сэр.
- Какая линия поведения с Данбар?
- Пусть всё идёт своим чередом.
- Нашли Реми, он вернулся в город.
- Где он?
- Я устроил всё, как вы просили.
- Отличная работа, Даг.
- Спасибо, сэр.
Фитц
- Ну вот, другое дело.
- Спасибо, мэм.
Я пойду.
- Прости, я немного пьяна.
- Это ваш дом, можете
делать, что хотите.
- Выпей бокал вина.
- Спасибо, мэм, но…
- Ты ведь уже сдал дежурство?
- Да, я закончил.
- Тогда никаких возражений.
- Не переводите на меня хорошее вино.
Я в нём ничего не смыслю.
- А как насчёт бурбона?
Давай выпьем по глотку.
- Против бурбона я ничего не имею.
- Тогда бурбон.
- Тебя в последнее время не найти.
- Ты получил часы.
- "Совершенствоваться –
значит меняться…"
- "…быть совершенным –
меняться часто".
- Каких перемен ты ждёшь?
- Тех, что оставят мне выбор.
- В Глендон Хилл проблемы?
- Оплачиваемый отпуск
до конца расследования.
- Хорошо, хоть оплачиваемый.
- Первый шаг к разрыву
партнёрских отношений.
Ты знаешь, как это делается.
Что бы ни случилось,
это пятно мне уже не отмыть.
- Значит, тебя интересуют
карьерные перспективы.
- Я не хочу продаваться с потрохами.
Продолжу с тобой воевать,
но с меньшим усердием.
- И что это значит?
- Так, чтобы ранить, но не убить.
А взамен мне нужно будущее
за пределами Глендон Хилл,
каким бы оно ни было.
- То есть, предлагаешь нейтралитет,
но уйдёшь с победителем.
- Пусть победит сильнейший.
И если ты проиграешь,
то не из-за меня.
Это чего-то стоит.
- Откуда ноги растут?
- Подстраховка, не более.
- Это как-то связано
с Джеки?
- Это в прошлом.
- Я знаю, что Бёрч у вас в руках,
Уомак – не вариант, мы слишком близки.
А вот Джэклин…
- Речь идёт только о моём будущем,
её там не будет.
- Оставь часы,
как знак доверия.
Он это отрицает, но он защищает её.
Вот только не понимает,
что мне плевать на Джэки
ещё больше, чем Рэймонду.
Бедный Реми.
Сердце может задушить разум,
когда к нему приливает вся кровь.
- А он говорит: «не люблю брюнеток!»
- Похоже, я опоздал на вечеринку.
- Я не на службе, сэр.
- Расслабься!
Фрэнсис, я разбила бокал,
а Эдвард порезал осколком руку.
- Господи...
- Надо сменить повязку.
Разматывай, я принесу новый бинт.
- Надеюсь, вы не против, сэр,
я уже закончил…
- Она…
- Пьяна?
Немного.
- Сколько бокалов вы выпили?
- Несколько.
- По-моему, больше.
Можно?
- Пожалуйста.
- Дай взглянуть.
- Ничего страшного.
- Много крови.
- На вид хуже, чем есть.
- Болит?
- Бурбон помогает.
- Скажи, если будет больно.
- Совсем не больно, сэр.
- Как голова?
- В норме, я приняла
перед сном аспирин.
А как ты?
- Спал, как младенец.
- Хорошо.
Тебе надо было выспаться.
- В чём дело?
- Странно, всё время
выскакивает один адрес.
- Андервуд?
- Президент.
- Доброе утро, Мичем.
- Доброе утро,
господин вице-президент.
- Прекрасный день.
 

12 серия

- Вы апеллируете
к юридическому закону.
Я же говорю о законе моральном.
Конфиденциальность - это соглашение.
Не только между мной и пациентом,
но также между мной и богом.
- Доктор Ларкин,
в данный момент речь
идет об отмывании денег.
Если президент упоминал Ксандра Фэна,
Рэймонда Таска, казино Адохи...
- Неважно, о чем речь.
Я не могу обсуждать с
вами частные беседы.
Религиозное наставничество
находится под защитой.
- Но вы проводили и
профессиональную терапию.
- Я не утверждал это.
- А мистер и миссис Кит утверждали.
- Мы были в их доме.
Но они никогда не принимали участие
ни в каких беседах. Откуда им знать?
- Значит, вы ограничивались
религиозными наставлениями?
- Именно так.
- Ни президент, ни его жена
не посещали вашу церковь.
Больше того, они
исповедуют разную веру.
- Это неважно.
- Но не с точки зрения закона.
Уверена, я смогу убедить
судью вызвать вас в суд,
на том основании, что вы не были их
"легитимным" духовным наставником.
- Это ваше право.
Но я могу его оспорить. И оспорю.
- Вы проиграете.
- Я стану говорить
лишь при одном условии -
если кто-то из них
откажется от своего иммунитета.
В противном случае, в суд я не явлюсь.
Вопрос этики.
- Господин президент...
Вы снова притащили ее сюда.
- Флойд Мэйвэзер был в Белом Доме.
Я решил, он стукнет пару раз.
- И он стукнул?
- Да так, что я думал,
груша разойдется по швам.
- Было бы интересно посмотреть на это.
- Он говорил, дело не только в силе.
Многие боксеры сильнее него.
Нет, все дело в тактике,
в точности, в скорости.
Что самое важное? Контрудар.
Он "танцует" и уклоняется,
а потом выбирает самый
подходящий момент и бьет.
Вам эта тактика не знакома?
- О чем вы, сэр?
- Вы преподнесли мне её в знак дружбы.
Но глядя на неё сейчас...
я вижу не дружбу.
Я вижу расчет.
Вы подставили меня, Фрэнк.
- Что?
- Ваш неофициальный канал.
Гособвинитель...
а как подумаю о Рэймонде,
Линде, о Джиме Мэтьюсе...
- Вы ошибаетесь, сэр.
- Вопросы от Данбар.
О семейном психологе.
"Это иголка в стоге сена. Она ищет
не её" - ваши слова. Так вот.
Она нашла иголку.
- Я обескуражен, сэр.
- Черта с два!
Вы хотите дискредитировать меня.
- Дискредитировать?
- Готовите почву для выборов в 2016-м.
- Простите за бестактность, сэр,
но это просто бред.
- Вы, и правда, думаете,
что я так слеп?
- Вице-президент никогда не
противоречил действующему президенту.
- Вы сделали карьеру способом,
на который никто не способен.
- Я всегда служил вам и партии.
- Всю схему проработали вы.
Вы связали Белый Дом
с Китаем, казино...
- В эту историю
нас втянул Рэймонд Таск.
Если бы я не вмешался...
- Оставьте свои увертки.
Я раскусил вас.
- Этот офис заражен паранойей.
Не подхватите её, сэр.
- Я бы вас уволил, но это
еще больше все осложнит.
Однако с этого момента, я больше
не желаю ни видеть ваше лицо,
ни слышать ваш голос.
В противном случае, я
сверну вам шею, к чертям.
- Изгнан.
Мне удалось изолировать
президента ото всех,
включая себя.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МАЙКЛ ГИЛЛ
ДЖЕРАЛЬД МАКРЭЙНИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
НЭЙТАН ДАРРОУ
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
ДЖЭЙМС ФОУЛИ
"Конгрессмен Шарп - яркий пример того,
как военная идеологическая обработка
мешает следовать курсу партии.
Ее позорное противодействие
законопроекту
лишит тысячи мужчин и женщин
справедливости, которую
они заслуживают,
а некоторых - даже жизни".
- Это слова Мэган Хеннесси.
- Это слова Клэр.
Хеннесси просто её рупор.
Здесь сказано, что я
отказалась от комментариев.
- Ты не хотела без необходимости
"поднимать пыль".
- Это же чертов "Нью-йорк таймс".
Надо было предупредить меня.
- Это моя вина. Я ее признаю.
- Выясните, когда
Хеннесси снова появится.
Я приструню эту сучку.
- Нужно ли отвечать тем же...
- Не ее. Клэр Андервуд.
- Гаретт мог неправильно
все истолковать,
учитывая давление на него,
но скажи откровенно,
ты-то сама не веришь в это.
- Я уже не знаю, во что верить.
- Фрэнсис страшно подавлен.
Он очень хочет помочь,
но чувствует тяжесть
несправедливых обвинений.
- Я не хочу в это верить, Клер,
но Гаретт убежден.
Может, поговоришь с ним?
- Я должна сосредоточиться на
том, чтобы сохранить семью,
а не вступать в спор, который...
- Если б Фрэнсис, правда,
что-то замышлял,
разве он не рассказал бы
Данбар о визитах к психологу?
- Фактически это он и сделал,
заставив отдать расписание.
- Твой муж решил его отдать.
Если б он отказался, Фрэнсис
не стал бы настаивать.
- Я не хочу спорить с тобой, Клер.
- Триша, я лишь призываю тебя
еще раз подумать обо всем.
- Он сейчас рядом?
- Кто?
- Фрэнк.
- Нет. Разговор приватный.
- Я хочу его закончить.
- Прошу, поговори с Гареттом.
- До свидания, Клер.
- Ну что?
- Вряд ли она примет мою
сторону, а не мужа.
- Триша кому-нибудь, кроме
тебя, говорила про ксанакс?
- Вряд ли. Для нее
эта тема болезненна.
- Жаль, а то бы мы
воспользовались этим.
А так будет слишком очевидно.
- Врач.
- Он защищает их. И ничего не скажет.
- Если они не откажутся от иммунитета.
- Они ничего от этого не выиграют.
Зато мы выиграем.
- Ты встретишься с Таском.
- Он не станет говорить
с "перебежчиком".
- Как раз с ним-то и станет.
- Я не могу ехать в Сент-Луис.
- Таск приедет сюда.
Тебе надо лишь
случайно с ним столкнуться.
- Цель?
- Реми Дэнтон. Иди.
Встреча с Дюран, личная.
- Сделаю.
- А еще. Необходимо убедиться,
что мы неуязвимы.
Никакой ахиллесовой пяты.
- Да, сэр.
"Пощады нет!" - сказал
тот, кто посеял хаос,
- "и спустил псов войны" .
- Ни встреч,
ни контактов уже несколько недель.
Правила вам известны.
- Я хочу поговорить
с агентом Грином.
- С какой стати?
- Соедините меня с
Грином, черт возьми!
- Всё, что хотите сказать,
можете обсудить со мной.
- Вы не дослужились
до такого разговора.
- Как мне выключить это дерьмо?
- Посмотрите на левый экран.
- Что это?
- Это система доступа
ко всем восьми центрам
обработки данных.
Так что снимай с меня наручники
и передай агенту Грину,
что я жду его звонка.
- Я пытаюсь улучшить
отношения с Китаем.
А защиту Фэна там
воспримут, как пощечину.
- У Гаретта сложности.
Он должен проявить силу духа.
Чем сильнее президент,
тем сильнее мы.
И мы должны помочь ему.
- Откуда нам знать,
что его показания
не бросят тень на Белый Дом.
- Ему известно, где хлеб с маслом.
- Только спасать президента
должен не ты.
- А кто же.
- Мы уже проходили это, Фрэнк.
Майкл Кёрн. Адам Галлоуэй.
Я заняла пост госсекретаря,
чтобы осуществлять
эффективную дипломатию,
а не принимать антикризисные меры.
- Потому мы и должны снова
поставить Гаретта на ноги.
- Ты больше хочешь
отпрокинуть его на задницу.
- Это президент тебе сказал?...
Он настоящий параноик, Кэти.
Пытается всех настроить против меня.
- Ты и сам в этом преуспел.
Просишь меня подорвать
авторитет президента.
- Ладно.
Допустим, то,
в чем президент
обвиняет меня...
Правда.
Это так уж плохо?
Разве мы не добились цели?
Разве ты не выиграла от этого?
А страна?
- Я не желаю в этом участвовать.
- Всего один раз, Кэти.
Позволим себе
самостоятельность.
- Это однократное предложение,
мистер Фэн.
- Мне нужны гарантии.
В письменном виде, бессрочные,
а также судебный иммунитет.
- Сначала я должна знать, "проводили"
ли вы деньги через казино Лэнагана.
- Нет. Я отвечу на вопросы, когда
буду в безопасности в США.
- Если вы сейчас не предоставите
достойные основания,
генеральный прокурор не сможет
гарантировать вам иммунитет.
- Я отрицал все подобные
заявления в Китае.
Враги жаждут моей смерти. А вы
просите, чтоб я всё подтвердил.
- В обмен вам обеспечат безопасность.
- Мне обеспечат ее и в Дубае.
- Там вы получите
временное политубежище.
Мы предлагаем вам постоянное.
- Я уверен, они предложат
мне то же самое.
- Вам обещал это непосредственно
министр иностранных дел?
Я только что говорила с ним.
В настоящий момент вы
человек без паспорта.
Активы, которые не изъял Пекин,
заморожены во всех странах,
тесно связанных с США или Китаем,
то есть практически по всему миру.
Вам нужны свобода и состояние.
Нам нужна информация.
Мистер Фэн?
- Что вы хотите знать?
- Вы подтверждаете,
что существовует практика
отмывания денег.
- Да.
Казино служило прикрытием
для иностранных вливаний.
- Так.
Кто-нибудь скажет
мне, что это такое?
- Вам придется уступить.
- То есть, сознаться.
- Можно подать жалобу.
- И проиграть.
Нас не вызвали бы в суд без
достаточных оснований.
- Согласен. Поэтому вам следует пойти,
но не отвечать на вопросы.
- Думаете, у них что-то есть?
- Не хочу строить догадки.
- Черт возьми, ваш день стоит больше,
чем весь срок учебы в колледже.
И плачу я вам за то, чтоб
вы знали больше, чем я.
- Мы многое поймем по ее вопросам.
На этом основании сможем
построить защиту.
- Когда мне идти?
- Вам назначено на послезавтра.
- 48 часов?
- Пытаетесь завестись?
- Да. Думаю, аккумулятор сел.
- У меня есть пара проводочков.
- Вы не против?
- Да нет.
- Очень мило с вашей стороны.
- Сейчас подгоню машину.
- Хорошо.
- Привет.
- Это Питер. Он меня привез.
- Куда поставить?
- Я возьму. Спасибо.
- Рэйчел, верно?
- Да.
- Лиза сказала, вы соседки.
- Выпьете что-нибудь? Воды?
- Нет, спасибо. Мне пора.
- Не знаю, как вас благодарить.
- Не стоит. Удачи с машиной.
- Спасибо.
- Надеюсь, дело в аккумуляторе.
Спокойной ночи.
- Надо заплатить ему.
Питер.
- Она должна уйти.
- Ты разрешил ей остаться.
- Я передумал.
- Ты же сказал, тебе все равно.
- Я не обязан
ничего объяснять.
- Не можешь смириться, да?
Что я могу кого-то любить.
Что в моей жизни может
быть кто-то, кроме тебя.
- Если она так дорога
тебе, делай, как знаешь.
- Все хорошо?
- Скажи подруге, что
деньги я не возьму.
Я помог от чистого сердца.
Всем может понадобиться
добрый самаритянин.
- Вы считаете торжеством
правосудия факт,
что генерал приговорен к 40 годам?
- Да, поскольку
совершены преступления.
Но тысячи военнослужащих...
- Простите, что прерываю.
Продюсер говорит,
что на связи Джэклин Шарп,
парторганизатор
партии большинства.
Вы нас слышите?
- Да, Крис.
Спасибо, что ответили
на мой звонок.
- Спасибо вам.
- Здравствуйте, Мэган.
- Здравствуйте.
- В первую очередь, как ветеран,
я хочу поблагодарить вас
за службу отечеству.
- Не стоит, это мой долг.
- Рада, что вы
заговорили о долге,
потому что недавно
вы назвали его
"военной идеологической
обработкой".
- Я не это имела в виду.
- "Которая мешает
следовать курсу партии".
- Я имела в виду,
что культура и система...
- Я не хочу спорить
с вами, Мэган.
Мы не решим проблему,
пока не придем ко
взаимопониманию.
Согласны?
- Думаю, будет трудно
найти компромисс.
Военные власти должны...
- Согласитесь, что
мы обе служили,
так что можем вести
открытую дискуссию,
а это и есть основа демократии.
- Теоретически, да.
Но я говорила не об этом.
- И не только теоретически.
Храбрые мужчины и
женщины погибают,
сражаясь за эту свободу.
Смысл храбрости -
борьба за свободу тех,
с кем вы не согласны.
- Да, но вернемся на
исходную позицию.
- Не думаю,
что Клэр Андервуд
подает нам пример храбрости,
уклоняясь от дебатов
и заставляя вас
"драться" вместо нее.
- Это не так.
- Тогда почему мы
говорим с вами?
Это же ее законопроект.
- Не только ее. Он наш общий.
- Только один из вас
достаточно смел,
чтоб говорить, а у
кого-то кишка тонка.
- Миссис Андервуд была
достаточно храброй,
когда выступила по
телевидению и призналась...
- И куда она делась теперь?
Избегает скандала и
прячется от прессы.
В "Нью-Йорк Таймс" вы назвали
мои действия позорными,
Мэган, и имеете на это право.
Но и я имею право сказать
то же самое о миссис Андервуд,
потому что нет ничего позорнее
бегства с поля битвы.
- Мэган?
- Это. мы даже не...
- Мы сейчас вернемся.
- Куда вы собираетесь?
- В Капитолий.
- Фэн упоминал меня
или президента?
- Данбар не сказала бы.
Но Фэн подтвердил
факт отмывания денег,
что привлечет внимание
к Белому Дому.
- Пока нас ни в чем
не обвиняют...
- Рэймонда Таска вызвали в суд.
- Зачем ты позвал нас, Билл?
Просто проинформировать?
- Вы надоумили Дюран
предложить убежище Фэну?
- Билл, ради Бога...
- Президент и сам мог
задать мне этот вопрос.
- Моя обязанность,
как советника...
- Нет, не я.
- То есть, Дюран действовала
по собственной инициативе.
- Не знаю, чем она
руководствовалась.
Я потрясен не меньше президента,
что столь важные решения
приняты без его согласия.
- Я бы хотел обсудить
кое-что еще.
Наедине.
- Подождите пару минут...
Терапия.
- Да. Точнее, вопрос
конфиденциальности.
Признания Фэна ставят нас в
крайне затруднительное положение.
Нас вынуждают отказаться
от иммунитета.
В ином случае,
это воспримут как
признание в том,
чего президент не делал.
- Данбар давит. Не поддавайтесь.
- Я и не хочу.
- Но аргумент Ларкина о тайне
духовного наставничества
в лучшем случае неубедителен.
Мы хотели бы
контролировать ситуацию.
- Чем я могу помочь?
- Нам необходимо знать,
кто еще может проколоться.
- Я никому не
говорил, Клэр тоже.
Я бы никогда не обманул
доверие президента.
- Спасибо, что уделили время.
- Передайте президенту,
меня огорчает то,
что мы вынуждены общаться
через адвокатов.
Я готов встретиться с
ним в любое время,
когда он пожелает.
- Да, сэр.
- Слова Мэган были
оскорбительны.
Ей не следовало так поступать.
- Это было частью плана.
Тщательно разработанного
другими людьми.
- Я пришла не вести
войну, Джэки.
А закончить её.
- Скоро так и будет, когда
законопроект уйдет в Конгресс.
- Не уйдет.
Я поговорила с Элейн Брукс и...
Отзываю законопроект.
Ты была отчасти права.
Нам стоит подумать
над этим вместе
и постараться придти
к компромиссу.
Лучшее, что я могу сделать, -
это подавить свою гордость
и сесть за работу
вместе с тобой.
Если ты по-прежнему согласна,
я готова приступить.
- Вы с Фрэнком что-то задумали?
- Хороший законопроект.
- Он заставил Нэнси
следить за мной.
Вынес мою личную жизнь...
- Фрэнсис привык
получать то, что хочет.
Для него все средства хороши,
особенно если дело
касается меня.
- Не знаю, Клер.
Я сомневаюсь.
- Мы глубоко сожалеем о том,
как повели себя с тобой
и хотим вернуть
утраченное доверие.
Думаешь, это возможно?
- Прости, что нагрянула.
Я пыталась позвонить.
- Так нельзя, Клер.
Я ясно сказала,
что уважаю решения Гаретта...
- Речь не об этом.
Законопроект не будет
представлен в Конгресс.
- Спикер вычеркнул
его из списка?
- Нет, я сама так решила.
Я только что говорила с Джэки.
- Это из-за тех ее слов?
- Моя первая забота о том,
чтоб ты не стала следующей.
Вам с Гареттом хватит
и расследования.
Я хотела предупредить,
потому что
этот законопроект
важен для тебя.
- Ты столько работала над ним.
- Мы работали.
Но мы проведем вариант Джэки,
а потом на его основе
создадим новый.
- Я разочарована,
но в то же время
чувствую облегчение.
- Как ты держишься?
- Слышала, что Кэтрин
предоставила убежище Фэну?
- Это непростительно.
- Гаретт вне себя.
Он загнан в угол,
его вынуждают отказаться
от иммунитета.
- А как же лекарства?
- То-то и оно.
Я не должна делиться этим.
- Ну и не надо. Пора идти.
Я знаю, у тебя плотный график.
- Спасибо, что делаешь это.
- Я просто "поймала"
ее в коридоре.
- Я имел в виду Джэки.
- Это было важно.
- Я знаю, как непросто
отказаться от чего-то.
- Обещай мне кое-что.
- Что угодно.
- Я не могу жить
одна в этом доме.
- Я никуда не денусь.
- Всё может "прорваться"
в любой момент.
- Рэймонд воспользуется
пятой поправкой
и не будет свидетельствовать
против себя.
- Меня больше беспокоит Гаретт.
Ты создал себе сильного врага.
- Мы сильнее.
- Он, по-прежнему, президент.
- Обещаю, что ко всем
жертвам, принесенным тобой,
я не добавлю развод
с осужденным.
- Мы не можем отказаться.
- У нас нет выбора.
Фэн всё подтвердил.
- По телефону.
Это не официальное заявление.
Отправь его обратно...
- Это препятствие правосудию.
- Так сказал Галих?
- Так это воспримут.
И всё, что хоть отдаленно
напоминает это,
будет только усиливать
впечатление.
- Я не хочу выносить
на публику наш брак.
- Данбар спросит,
пособничал ли я Китаю.
Я этого не делал.
Так что Ларкин может
оправдать меня.
А если трудности нашего брака
попадут в доклады,
мы это переживем.
- Но он прописал нам лекарства.
- Строго говоря, не нам.
- О чем ты, Гаретт?
Ларкин выписал рецепт на
мое имя, но для тебя.
- Ты кому-нибудь говорила
о лекарствах?...
- Клер?
- Прости.
Она единственная,
кто действительно
понимает, что такое...
- Еще одна причина
отказаться от иммунитета.
Если они заговорят, мы не сможем
"регулировать" поток информации.
- Клер так не поступит.
- Не надо ее недооценивать.
- Если б хотели,
они бы уже давно сделали это.
Она приостановила законопроект,
чтоб облегчить наше положение.
- Это она так говорит.
- Они ничего не скажут.
Умоляю, Гаретт,
не отказывайся от иммунитета.
Мы рассказывали о
таких интимных вещах.
Подумай о детях...
- Знаю. Но Триша...
- Когда все это
началось, я знала,
что нашу жизнь будут
рассматривать под лупой.
Но я думала, что хотя бы эту
часть мы сможем спрятать.
То, что происходит здесь.
- Я смогу защитить нас.
Всё для этого сделаю.
Ты должна верить мне.
- Мы проверили флешку.
Кода, который, якобы, "заразил"
центр обработки данных, здесь нет.
- Я запрограммировал,
что код самоудалится.
Так и случилось еще до того, как
на Лукаса надели наручники.
Не веришь?
- Это самая сложная система
безопасности в мире.
Ни один код не
сможет взломать ее.
- Твоя жена пользуется ATT.
Ее любовник тоже.
- Что?
- Она сейчас с ним.
Джонатан Кемп. Он ее мануальщик.
Хочешь почитать их смс-ки?
- Нет.
- Я вижу, ты в курсе.
И понимаю, что ты не хочешь
поднимать шум из-за детей.
Но ты с помощью моего кода
влез в телефоны 32
миллионов человек.
Это на тебе. И на ФБР.
И все это дерьмо поставит бюро прямо
перед Конгрессом. Так что скажи...
Сколько стоит его "удаление"?
- Над твоей головой
висит срок в 100 лет.
Шантаж ФБР тебя не спасет.
- Это Даглас Стэмпер "заказал"
тебе Лукаса Гудвина?...
Отдел по борьбе с терроризмом.
Похоже, указания поступали
из Белого Дома.
Думаю, вам кто-то помогал.
- Неправда.
- Можешь врать. А
пока - мои условия.
Первое.
Я больше не твоя "шлюха".
Второе, с меня снимают
все обвинения.
Так же, как и с моего
"коллеги" Баретта Брауна.
- Это решает генеральный прокурор.
- Посмотрим.
- Если я правильно понял,
вы бы хотели, чтобы Ларкин дал
показания по отмыванию денег.
- В чем я никогда не участвовал,
потому что ничего не знал.
- Вас больше заботят
другие сведения.
Личного характера.
- Они вообще не имеют
никакого отношения
к расследованию.
- Я не могу помешать Данбар
задавать нужные ей вопросы.
- Разумеется, нет.
- Все, что я могу сделать,
это спросить доктора Ларкина,
как он собирается
отвечать на них.
Но он умный человек и прекрасно
поймет, к чему я веду.
- То есть, мы не
влияем на показания
и остаемся в рамках закона?
- Здесь очень тонкая грань.
Я постараюсь не нарушить ее.
- Он отстранил меня, Фрэнк.
Так же, как и тебя.
Моего зама наделили
всеми дипломатическими
полномочиями.
- Временное отступление, Кэти.
Куда я, туда и ты.
- В настоящий момент президент
находится в зале
оперативных совещаний.
Китай отреагировал так,
как я и предсказывала.
Они удвоили число кораблей
у берегов Йонагуни.
И знаешь, кого сейчас нет в том зале?
Нас с тобой, Фрэнк.
- Ты думаешь о том, где мы,
а не о том, куда движемся.
Передо мной не та Кэтрин Дюран,
с которой я вальсировал
на балу Джефферсона.
Та видела свои возможности.
Она смотрела в будущее.
я сказал той Кэтрин Дюран,
что она нужна нам в
госдепартаменте.
Она и сейчас нам нужна.
Но хотел бы я знать,
куда она делась.
Потому что не та Кэтрин Дюран
сидит сейчас передо мной.
И вот, что я скажу:
если она не появится
в ближайшее время,
мне придется
вальсировать в одиночку.
Потому что я устал
убеждать женщину,
что сидит передо мной,
принять мою руку.
Не хочу тебя задерживать.
- Я здесь. Я никуда
не делась, Фрэнк.
- У тебя есть материалы
по президентскому брифингу?
- Да, с собой.
- Найди все, что
связано с Китаем.
Фэн введен в игру,
возможно, он нам пригодится.
- Как?
- Пока не знаю. Но очевидно,
что он ценный
"игрок" для Пекина,
а значит, и для нас.
- Ни слова о Ксандре Фэне?
- Ни слова.
- Дэниэле Лэнагане?
Рэймонде Таске?
- Мы обсуждали только их брак.
Ни дела, ни Белый Дом.
- И никаких намеков,
что на работе на него
оказывают давление?
- Он только говорил,
что совсем не высыпался.
- Вы выписывали ему
какие-то лекарства?
- Повторяю,
я давал лишь духовные
наставления.
- Однако я спрашивала
вас о лекарствах.
- Как это связано?
- Я пытаюсь понять,
могло ли что-то повлиять
на его решения.
- Я думаю,
у них с женой были привычные
способы "примирения".
- Я не об этом спрашиваю,
доктор Ларкин.
И в третий раз задаю
вопрос, уточнив его.
В ходе ваших консультаций,
рекомендовали ли вы
какие-либо препараты
президенту Соединенных Штатов?
- Он в полной мере
был способен принимать решения,
если вы об этом.
- С вами говорил кто-нибудь
из администрации?
- Не понимаю?
- Кто-нибудь натаскивал вас?...
подсказывал "ответы"?...
Если вы сознаетесь прямо сейчас,
я учту это.
- Я бы хотел уйти.
- Президент отказался
от иммунитета.
- Я пришел по своей воле.
- Доктор Ларкин,
сначала вы не хотели говорить со
мной, якобы из соображений этики.
Я уважаю это...
Но позвольте спросить
вас, человека верующего,
разве умышленная ложь
не идет с ними вразрез?
Потому что именно так
можно трактовать
ваши попытки скрыть правду.
- Я не понимаю.
- Он бы не прошел.
- Но вы же говорили,
голосов достаточно.
- У нас нет стопроцентной
уверенности.
- Если закон не пройдет,
для нас это будет шагом назад.
Нам придется согласиться
на поэтапную реформу.
- Вы говорите, как Джэки Шарп.
- Я сейчас работаю с ней.
Она для нас - выгодный союзник.
- После того, что
она сделала мне?
И что сказала о вас?
- Если я буду принимать
близко к сердцу все,
что обо мне говорят,
то перестану выходить из дома.
- Вы знаете, как все будет.
Все скажут: "Здорово!
Мы чего-то добились".
Хотя на самом деле, ничего.
Сами себя погладят по
головке и забудут обо всем.
- Мы привлекли
внимание к проблеме.
- Я думала, мы делаем
настоящее дело.
Меняем жизнь людей.
Наивная, правда?...
Но по крайней мере,
я не сдалась.
Может, Джэки Шарп и права.
У вас кишка тонка.
- Я вытащила тебя из-под одеяла,
где ты пряталась.
Вместе с своими таблетками.
Так что говори, что хочешь.
Мне жаль.
Возникли обстоятельства, с
которыми нельзя не считаться.
- Знаете, почему все
ненавидят Вашингтон?
Именно из-за таких людей,
которые говорят вот такие слова.
- Рэймонд?
- Я бы включил свет, но,
когда платишь за номер
с восхитительным видом,
надо наслаждаться им.
- Я никогда не
бывал в пентхаусе.
А ты?
- Что происходит?
- Ты знаешь, почему
я в Вашингтоне?
- Не тушуйся, Реми.
Все, что ты можешь
сказать, я уже знаю.
- Фэн собирается
во всем сознаться.
- Не верьте ни
одному слову Сэта.
- И что такое он мог
сказать, чему нельзя верить?
- Ты встречался с
вице-президентом.
В церкви. Не отрицай.
- Воюешь на два фронта?
- Рэймонд...
- Я хочу услышать от тебя.
Что ты встречался с Фрэнком.
- Я поговорю с вами,
Рэймонд, но без него.
- Оставь нас.
- Подержать для тебя лифт?
- Пошел ты.
- Ладно. Спускайся по лестнице.
- Они играют с вами, Рэймонд.
- Не сомневаюсь.
Но и с тобой тоже, Реми.
- Я хотел провести
Фрэнка, дать ему ложные...
- Собираясь врать, делай
это убедительнее.
- Они хотят разорвать нас.
- Я не виню тебя за то,
что ты пытаешься
спасти свою шкуру.
Но ты купил не тот
страховой полис.
- Не рубите сук,
на котором сидите.
- Ты сидишь.
И ты держишь топор.
Иди в другом месте
истекать кровью.
- А сколько крови вы пролили
в этой войне с Фрэнком?
Я лишь пытался поддержать мир.
Дали бы ему победить.
Что вам мешало, кроме гордыни?
- Какая досада.
Ты только что приобрел врага ценой
42 миллиарда, Реми. С мелочью.
- 39 миллиардов, Рэймонд.
Ваши акции падают.
- Советник Белого Дома Билл
Галих был вызван в офис
государственного обвинителя
Хизер Данбар для дачи показаний.
Галих подозревается
в попытке повлиять
на одного из свидетелей.
Это некий доктор Томас Ларкин,
священник и психолог, который,
по неофициальным данным,
проводил семейные консультации
с президентом и первой леди.
- Советник Белого Дома не
стал бы влиять на свидетеля
без прямых указаний из
Овального кабинета.
- Смущает и тот факт,
что наш президент
консультируется
у психолога и скрывает это
от американского народа.
- Не мог ли он также скрывать
участие во всей этой истории
с отмыванием денег?
И способен ли он на
адекватное руководство?
А главное, как он может защищать
закон, когда сам нарушает его?
- Я полагаю, у Конгресса
достаточно оснований,
чтобы объявить импичмент.
За утрату доверия и
нарушение закона.
- Какое бы решение
не принял Конгресс,
вся ответственность
лежит на президенте.
- Я поддерживаю президента
и всегда принимаю его сторону.
Это основная мысль статьи.
Соедини меня с Эйлой Сайяд.
Что до Реми пусть
еще подергается.
А его лучшая половина
должна быть завтра в Белом Доме.
- Рэймонд?
- Нет, Джэки.
- Мистер Таск.
- Мисс Данбар.
За 67 лет своего существования
меня ни разу не вызывали в суд.
Теперь я могу
вычеркнуть этот пункт.
- Наша беседа будет записана
и скреплена печатью.
Я говорила с Ксандром Фэном,
который подтвердил, что с
2005 года вместе с вами
занимался отмыванием
китайских денег
в комитете
политических действий.
Как вы прокоментируете
это заявление?
- Мой клиент вправе
воспользоваться
пятой поправкой
Конституции США.
- Вы когда-нибудь прибегали
к этим средствам для получения
политических выгод?
- Мой клиент вправе
воспользоваться пятой поправкой.
- Какие отношения вас
связывают с Лэнаганом?
- Мой клиент вправе
воспользоваться пятой поправкой.
- Я даже не помню,
зачем пришла.
- То есть, в самом начале?
- Нет. На кухню.
- Прости.
Не думай, что я не люблю тебя.
- Тогда почему? Не понимаю.
- Все случилось быстро.
Я...
Трудно объяснить, но я
к этому не готова...
- Чепуха.
- Вовсе нет.
Я все еще пытаюсь привыкнуть
к новой жизни. Я сбита с толку.
- Это единственное, что очевидно.
Сама знаешь. Ты боишься,
но это же и хорошо...
- Ты должна уйти, понятно?
Для своего же блага.
Я причиню тебе боль.
- Я сильнее,
чем ты можешь себе представить.
- Не усложняй всё еще больше.
- Вчера нам было так хорошо.
И вдруг это твое
неожиданное решение.
- Не вдруг. Я уже
давно его обдумывала.
- Неправда. Я бы почувствовала.
- Прошу. Умоляю. Ты
можешь просто уйти?
- Но объясни, в чем дело.
- Я и не жду, что ты поймешь.
- Попытайся....
- Ты должна уйти. Ясно?
Я не люблю тебя так,
как ты любишь меня.
Я пользовалась тобой,
мне нужен был кто-то рядом.
Это эгоизм.
Я сказала тебе то,
что ты хотела услышать.
Но я так не чувствую.
И не хочу продолжать.
Я прогуляюсь, пока
ты собираешь вещи.
- Нет. Я не хочу брать
то, что было здесь.
- Лиза?
"Все ложбины кругом
были затянуты туманом,
он стлался по склонам,
ощупью пробираясь вверх,
словно неприкаянный дух,
нигде не находящий приюта.
Липкая, пронизывающая мгла
медленно расползалась в воздухе,
поднимаясь с земли
слой за слоем,
словно волны какого-то
тлетворного моря.
Туман был такой густой,
что за ним ничего
не было видно..."
- Я удивлена, что
вы пригласили меня.
- Я была не самым лучшим
другом администрации.
- Это ли не лучшая причина
поговорить с вами?
- Я могу включить диктофон?
- Сделайте одолжение.
- Многие политаналитики
полагают,
что юридический
комитет Конгресса
начнет "перечитывать"
статьи об импичменте.
- Остановимся прямо здесь.
Аналитики,
о которых вы сейчас упомянули,
делают свои выводы еще до того,
как Данбар вынесла
свою резолюцию.
- Это продлится месяцы.
Вряд ли юридический комитет
будет ждать так долго.
- В этом ли не главная опасность
подобных слухов?
Комитет вынужден
будет реагировать
на гипотезы,
выдвинутые в прессе
такими людьми,
как вы.
- Не знаю, как
остальные коллеги,
но лично я апеллирую
исключительно к фактам.
- Что ж.
Вы можете называть это фактами,
но, честно говоря...
- В каждой статье или интервью
я выдвигаю предположения.
- Если вы будете
"выдвигать предположения",
снова и снова, в конечном итоге,
все начнут думать,
что это правда.
Такова природа людей.
- Я проверила.
Ксандр Фэн сознался
в отмывании денег.
- Но вы же больше не
пишете о Ксандре Фэне?
Не так ли? Вы пишете
об администрации.
Правда в том, что все слухи
были инициированы прессой.
И я боюсь, что пресса
"отдаст" президента под суд.
- Вы верите в его невиновность?
- Безусловно.
Я заявил это раньше,
повторяю и сейчас.
- Советник Белого Дома отрицал
факт влияния на доктора Ларкина...
- Что бы там ни выяснилось,
это лишь докажет
невиновность президента.
И скажу вам почему.
Я не знал никого честнее,
нравственнее и патриотичнее,
чем Гаретт Уокер.
Его уважение к
конституции и законам
своей страны безгранично.
- У нас с Тришей крепкий
брак, основанный на любви.
Но даже крепкие браки
поджидают испытания.
- Как и миллионы американцев,
мы воспользовались услугами
духовного наставника,
который оказался еще и
профессиональным психологом.
Многие годы мы в трудные моменты
обращались к вере.
- Многие критиковали нас.
А вы предпочли бы президента,
который никогда не
обращается за помощью?
Я прошу жену о
помощи каждый день.
Мы опираемся друг на
друга вот уже 23 года.
Вместе мы вырастили двоих
замечательных детей.
Вместе мы пережили
политические кампании.
Путь из Дэнвера до
столицы страны,
мы прошли рука об руку.
- Я вышла замуж за этого мужчину
по тем же причинам,
что побудили многих из вас
проголосовать за него.
Потому что он верит в Бога.
Потому что он верит в семью.
Конечно, никто не идеален.
- И я не идеален.
И Триша. Хотя,
она совсем недалеко от идеала.
- Доброе утро, мистер Фэн.
- Нужно помнить, что
вы обычные люди.
Иначе останетесь слепы.
Хороший руководитель тот,
что умеет увидеть и
побороть свои недостатки.
- Неплохо для того,
кто просит иммунитет.
- Вы о том, у кого он есть.
- Устраивайтесь поудобнее.
Разговор предстоит долгий.
- Я иду на это с чистым сердцем.
Так же, как люблю.
Чистым сердцем.
Свою жену, своего создателя
и свою страну.
- Войдите.
Спасибо, Мичем.
Джэки, в подобных
обстоятельствах,
я должен был прийти к тебе, но,
учитывая обстановку,
на публике нам
лучше вместе не появляться.
- Я думала,
что мы будем обсуждать
законопроект.
- Так и есть.
- В том числе.
- Понятно.
Такова цена.
- Мы смотрим на это иначе.
- Я поддержу твой проект, что
бы ты сегодня ни сказала.
- О чем?
- Об импичменте.
- Если дело попадет
в юридический....
- Наверняка, попадет.
- Я не уверена.
Вы не слушали речь президента?
- Слушали.
- Она его спасет.
Остановит кровотечение.
Импичмент не объявят.
- Это-то нам и надо исправить.
- Вы за импичмент...
- Зачем вступать в битву,
которую проиграешь?
- У нас большинство в Конгрессе.
- Пока да.
Но если партия отступится
от проблемного президента...
Надо смотреть в будущее...
- Поэтому я и пришла к
тебе с законопроектом.
- Не стоило сжигать все мосты.
- В забеге на длинную дистанцию
мы выиграем куда больше,
действуя сообща.
- Не понимаю.
Ты заявил корреспонденту
"Тэлеграф"...
- Я должен был это сказать.
Мой кабинет по соседству
с президентским.
Не могу же открыто
высмеивать его.
- Вы хотите, чтоб это сделала я?
- Мы хотим, чтоб ты сделала то,
что так хорошо умеешь
- собрала голоса.
- Я не могу предать президента.
- Если партия поддержит его,
мы лишимся пятидесяти мест в
Конгрессе на промежуточных выборах.
Ты потеряешь свой пост
парторганизатора.
Новая борьба за избирателей
отнимет у нас кучу времени.
- Мы просто взываем к твоему
здравому смыслу.
- Клер вняла своему,
в результате вы проводите закон
о сексуальных насилиях.
- Как можно сравнивать
импичмент...
- Это просто пример, Джэки.
Так может выглядеть будущее.
Мы предлагаем прогресс.
Который сулит многое другое.
- Это только начало, Джэки.
- Безжалостный
прагматизм, помнишь?
Потому я и хотел, чтоб ты
была парторганизатором.
Мы все сделаны из одного теста.
- Господин вице-президент,
вы хотите,
чтоб я оказалась в
шаге от измены.
- Именно "в шаге".
В этом суть политики.
Аккуратнее, сломаешь.
- Что это?
- То, над чем я очень
долго работал.
И почти закончил...
Джэки.
Помоги нам завершить дело.
 

13 серия

- Наш президент принимает
психотропные препараты.
И это человек, который
держит палец на кнопке,
в то время как у США
обострение с Китаем.
По его указке адвокат
Белого Дома "натаскивал"...
- Якобы. Это не доказано.
- Натаскивал свидетеля...
Подобное поведение либо результат
воздействия лекарств, либо,
что ещё хуже –
осознанная попытка
воспрепятствовать правосудию.
Разве это не причина для импичмента?
- Это должен решать
Конгресс США, сэр. Не я.
- Вы были в курсе, что
президент принимает лекарства?
- Нет, не была.
- Вы замечали в его поведении
что-то необычное? Непонятное?
- Нет, сэр.
- Вам ничто не казалось странным?
- Нет, сэр.
- Даже то, что он уволил
главу администрации
в разгар торговой войны?
- Он меня не увольнял. Я ушла сама.
- Не скажете, почему?
- Я ушла в отставку,
потому что чувствовала,
что не могу помогать
президенту как раньше.
- Что изменилось?
Откуда такой вывод?
- У меня были серьезные разногласия
с определенными людьми
в Белом Доме.
- С кем? С президентом?
- Нет, сэр.
- Тогда кто эти люди?
- Вообще-то, это один человек -
вице-президент Фрэнк Андервуд.
- Он хотел вашей отставки?
- Я не могу знать, что хотел или
чего не хотел вице-президент.
- Может, он пытался что-то скрыть
и боялся, что вы выдадите информацию?
- Вы должны спросить его, сэр.
- То, что происходит
в юридическом комитете – фарс.
Республиканцы воспользовались
ситуацией...
- Простите, господин вице-президент,
но речь не только о республиканцах.
Некоторые демократы тоже готовы
поддержать импичмент.
В том числе партийный организатор
большинства, Джэки Шарп.
- Что возмутительно,
поскольку комитет
еще не выслушал всех свидетелей,
а гособвинитель не закончила
своё расследование...
- Вы отчаянно защищаете президента,
но ходят слухи о ваших разногласиях,
вы уже несколько
недель не разговаривали.
- Это не правда.
- Один из представителей
Белого Дома утверждает,
что президента
беспокоил тот факт,
что вы собираетесь
баллотироваться в 2016.
И сегодня Линда Васкес заявила, что...
- Я уверен,
что президент вновь выдвинет
свою кандидатуру в
2016 году и надеюсь,
что oн пригласит
меня в свою команду.
- Импичмент.
Допустим, это всё-таки случится.
- Исключено: президент невиновен.
- Просто допустим.
Тогда вы станете президентом.
- Я не рассматриваю такой сценарий.
- Но эта мысль не могла не
приходить вам в голову.
И совершенно очевидно,
что президент оказался
в подобном положении из-за вас.
Ваши люди занимались Фэном
и Лэнаганом, что
повлекло за собой
расследование, и в результате
- Журнал поездок...
Слушания по импичменту –
это результат
политических маневров...
- Ваших маневров или республиканцев?
- Морли, вы всегда мне нравились.
Вы задаете жёсткие вопросы.
Разумеется, вы можете
сомневаться в моих суждениях.
Но не в моем патриотизме.
Я служу нации и президенту, а не себе.
- Врёт на каждом шагу.
- Наш план работает.
Мы поддерживаем слухи,
позиционируя его жадным до власти
и двуличным типом.
Внимание сфокусировано
на нём, а не на вас.
- Сколько сейчас? 20 процентов?
- Ваша речь сыграла роль.
Показатели явно улучшаются.
- Надо не просто
перевернуть ситуацию...
Надо уничтожить Фрэнка...
Отдать его голову вместо моей.
Используем Рэймонда Таска.
- Как?
- Когда он будет давать показания
перед юридическим комитетом.
- Сэр, вас и так обвиняют
в натаскивании свидетелей.
Если вы попытаетесь...
- Никакого натаскивания.
Только правда.
Рэймонд признается
в отмывании денег,
втянет Фрэнка в скандал, заявит,
что я ничего не знал.
А мы наградим его за честность.
- Вы имеете в виду помилование.
- Вы должны поговорить с ним.
- И поставить себя под удар?
- Вы уже не член администрации.
Закон не запрещает вам
нанести визит Рэймонду Таску.
А взамен...
Отставку всегда
можно отменить, Линда.
- Если я это сделаю,
вы должны быть за миллион
километров отсюда.
- Мы с Тришей
уезжаем в Кэмп-Дэвид.
Это не миллион километров,
но всё-таки.
- Я займусь Линдой.
Покопаюсь в прошлом...
- Убрать ее – не значит
избавиться от проблемы.
Крови хочет президент.
- И что он сделает?
- Он не может попросить меня уйти...
Ему придётся от меня избавиться.
А для этого, я бы на его месте,
обратился к тому,
кто меня ему сосватал.
- К Таску?
- Именно.
- Чтобы очернить вас, ему
придется очернить себя.
- Ему дадут помилование.
А гарантировать его
может только президент.
- Таск – ручная граната. Если он...
- Верно. Таск – граната.
И мы должны выдернуть чеку
и кинуть её в Уокера,
прежде чем Уокер швырнет её в нас...
Я хочу встретиться с Рэймондом,
один на один.
- Позвольте мне. Если кто-то узнает...
- Я знаю Рэймонда.
Он будет говорить только со мной.
Когда его вызывают
для показаний?
- Послезавтра...
В 2.
- Значит, у нас есть 40 часов.
- Да, сэр.
КЕВИН СПЕЙСИ
РОБИН РАЙТ
МАЙКЛ КЕЛЛИ
САКИНА ДЖЕФФРИ
МАЙЕРШАЛА АЛИ
МАЙКЛ ГИЛЛ
ДЖЕРАЛЬД МАКРЭЙНИ
МОЛЛИ ПАРКЕР
КОМПОЗИТОР
ДЖЕФФ БИЛ
ОПЕРАТОР
ИГОРЬ МАРТИНОВИЧ
ПРОДЮСЕР ИЭН ПАТЕРСОН
ПО МОТИВАМ РОМАНА МАЙКЛА ДОББСА
И МИНИ-СЕРИАЛА ЭНДРЮ ДЭВИСА
АВТОР ТЕЛЕПОСТАНОВКИ БО УИЛЛИМОН
КАРТОЧНЫЙ ДОМИК
АВТОР СЦЕНАРИЯ
БО УИЛЛИМОН
РЕЖИССЕР
ДЖЕЙМС ФОУЛИ
- Кажется, это мой.
Сэт, четыре часа утра...
Когда?
- Ты поедешь с ней.
- Я договорюсь с Роклэндом.
- Спасибо...
Мичэм говорит, самолет
будет готов через полчаса.
- Хорошо.
- Это просто приступ
паники или она пыталась?
- Не знаю. Ей было так плохо, что
ее ночь продержали в больнице.
Позвоню в медслужбу белого дома,
может, кого-то порекомендуют.
- Стоп, телефон.
- В руке.
Я вернусь вечером.
- Импичмент – наш
единственный шанс.
За эти места на промежуточных
выборах всё ещё идёт спор.
Эти 13 мы
потеряем в любом случае.
Но даже если все остальные наши,
перевес будет всего в 5 мест...
Мы спасём либо партию,
либо президента.
Все, кто проголосует
против импичмента,
будут подвергаться постоянным
нападкам в прессе вплоть до выборов.
- Сколько уже есть?
- Нужно 18.
У меня есть 6.
- Значит...
Еще 12.
- Дональд, я знаю,
это серьезный шаг,
вы предпочитаете заниматься
политикой, а не...
- Джэки, довольно...
Я с вами.
- Правда?
- Сто процентов.
- Должна сказать, я удивлена.
Помню наш давнишний
разговор, когда вы сказали:
"Работайте со мной, я
не Фрэнк Андервуд".
А потом помогли протащить
программу экономического
стимулирования - как обещали.
- Чего вы хотите на этот раз?
- Чтобы вы не стали
Фрэнком Фндервудом.
- Вы должны понимать, если мы
преуспеем, он заменит Уокера.
- Мне не нравится Фрэнк.
Но меньшинство мне
нравится ещё меньше.
Мы не можем позволить республиканцам
контролировать обе палаты Конгресса.
- Вы изменились с тех
пор, как я пришла сюда.
- Просто лучше изучил правила игры.
- Даже старого либерала можно
научить новым трюкам.
- Пожалуй...
Скажите, кто ещё вам нужен.
- Адвокаты говорят, мои шансы в
суде – 50 на 50.
Я не в восторге от
такого расклада,
но готов рискнуть.
- Если ваши адвокаты
подбрасывают монетку,
вы слишком много платите
им за оптимизм.
- Почему я должен верить Гаррету?
Он предал 20 лет дружбы.
- То же он может сказать о вас.
- Никто на планете не хочет
засадить Фрэнка Андервуда
за решетку больше, чем я...
Но я не хочу составить
ему компанию.
- Этого не будет.
- Единственная гарантия –
слово Гарретта.
- Он просит вас сказать правду.
Тех, кто поступает по
совести, ждёт награда.
- Вы думаете, Фрэнк сдастся,
вывесит белый флаг?
Мы не дадим ему шанса.
Ваши показания уничтожат его.
- Простите...
Да? Спасибо.
Минутку...
Вот, держите...
КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ
ПУЧЧИНИ «МАДАМ БАТТЕРФЛЯЙ»
Посылка от моей жены.
Итак, о чем мы?
- Хочу предупредить, она
сейчас не в себе...
Ей ввели большие дозы.
- Чего?
- В основном, лития...
Либо так – либо 30
дней в больнице.
Она только что приняла
таблетки, возможно она...
- Меган?
- Не надо.
- Твоя мама сказала, что
тебя нашли в озере.
- Вам какое дело?
- Мне есть дело.
- Неправда.
Когда до человека есть дело
– его не используют...
"Подстилка...
тварь...
стерва...
предатель".
Так меня называют.
В почте...
В интернете...
жалею, что тогда позвонила...
жалею, что встретила вас...
какая я дура, что
поверила вашим словам.
Думала, мы заодно...
Я шла на поправку...
Вы со мной это сделали.
Каждый раз, глотая таблетки,
я вспоминаю его...
а потом всплывает
следующее лицо...
ваше.
Ты думаешь, тебя использовали...
Это не так.
Я...
Я говорила тебе, политическая
ситуация изменилась, и мы...
решили...
Меган?
- Алло?
- Я получила сообщение.
Наверно, не стоило
писать, но я подумала...
- Нет, я рада, что ты написала...
Как она?
- Плохо.
Удивлена, что ее выпустили
из больницы, если честно.
- Я могу что-то сделать?
Может, связаться с ее
родными или приехать?
- Пожалуй, лучше оставить ее в покое.
- А ты как?
- Нормально...
А ты?
- Держусь.
Целый день общалась
с адвокатами.
Детям тяжело.
Они растеряны и напуганы...
Но мы прорвёмся.
- Ваша с Гарретом речь
была очень трогательной.
- Кажется, она помогла...
Кстати, меня вдохновила ты...
когда призналась по
телевиденью, что делала аборт.
Правда – сильная штука.
- Триша, я хочу...
Извиниться.
- За что?
- Я чувствую себя виноватой в том,
что вам приходится
через это пройти...
Это же я предложила обратиться
за помощью к психологу.
Если бы я знала, к чему это
приведёт, я бы и слова не сказала.
- Клэр, прошу тебя...
Нам это было необходимо...
Нам с Гарретом была нужна помощь,
сейчас всё гораздо лучше.
Я должна благодарить тебя.
И спасибо, что держишь
в курсе насчёт Меган.
- Молодец, что поехала...
Ты хороший человек, Клэр...
Береги себя.
- Полагаю, это насчет показаний.
- Уокер добрался до тебя раньше?
- Слегка...
Но порой и этого достаточно.
- Наверняка он предложил помилование.
- Всегда нужно предлагать то, что
не может предложить конкурент.
- Но я могу.
- Я тут сверялся с конституцией.
Самое большее, на что
способен вице-президент –
это улыбнуться и подмигнуть.
- Кажется, я доказал, что я не
совсем обычный вице-президент.
Обычный или нет – ты
проиграл, Фрэнк...
У меня выход есть, у тебя – нет.
- Гарретт не избежит импичмента.
В одном ты мне не откажешь – в
способности манипулировать голосами.
В Конгрессе...
Не в Сенате.
- Председателем которого я
являюсь по конституции.
А ты видел, как я
протолкнул поправку.
- У тебя мания величия, Фрэнк.
Допустим, Уокер проскочит...
Да, ты получишь амнистию.
Но свяжешь себя с человеком, у
которого нулевой политический капитал.
А если его признают виновным,
мы все отправимся в тюрьму.
Оправдания не будет ни для кого.
- Я рискну.
- Рэймонд, ты должен
мыслить как бизнесмен.
Разве своё состояние ты сколотил
не на минимизации риска?
Не потому ли все эти
годы ты скупал Конгресс,
не потому ли ввёл Гаррета
в Овальный кабинет,
не потому ли держал
меня парторганизатором?
Уокер - бросовая облигация,
быстро теряющая в цене.
А я могу завершить конфликт с
Китаем и сохранить тебе прибыль.
- Ты не можешь обещать
наладить отношения с Китаем.
- Я их испортил – я и налажу...
Давай сотрудничать, как
планировали с самого начала.
Когда тебя засунут в камеру
размером чуть больше гроба,
вспоминай, какая прекрасная
музыка звучала сегодня.
Возможно, это будет
служить тебе утешением.
- Пуччини депрессивен.
Я предпочитаю что-то
более оптимистичное.
- Брауна не отпустят.
Уже назначен суд.
- Добейтесь условного.
- В Далласе это не пройдёт.
Если я буду давить, это
вызовет подозрения.
Всё, что я могу –
это сделать так,
что тебя не будут преследовать.
- И я перестану работать на вас.
- Не совсем.
Я сказал федеральному прокурору,
что мы хотим тебя завербовать.
Отдел по борьбе с
интернет-терроризмом.
Получишь чистую биографию и...
- Ни за что.
- Они не закроют твоё дело,
если мы не дадим им
убедительных причин.
- Я полжизни боролся с бюро.
- Это единственный вариант.
Хватайся за возможность,
Гэвин, пока они не передумали.
- Я хочу встретиться
с Дагласом Стэмпером.
- Нет...
Договор был, что я тебя вытащу.
- Договор был, что вы вытащите
Брауна, а от меня отвяжетесь.
Для Брауна вы ни черта не сделали,
а меня хотите держать на поводке.
Встреча со Стэмпером,
или всё отменяется.
- Рэймонд сказал "Нет".
- Не сказал ни "нет", ни "да".
Буду давить дальше.
- Значит, он может тебя утопить.
- Может. Всё возможно.
- Ты должен остановить его.
- Я пытаюсь.
- Этого не достаточно, Фрэнсис.
- Я не могу сидеть на допросе,
наведя на него пистолет.
- Это просто отговорки.
- Это реальность.
- Ты обещал, что мне не придётся
готовиться к худшему.
- И я сдержу своё слово.
- Я хочу быть уверена. Мы
оба должны быть уверены.
- Единственный надёжный вариант –
это если Уокер сам это отменит.
- Так заставь его.
- Я не могу заставить человека,
считающего меня врагом,
назвать меня другом.
- Я свою задачу выполнила.
Выполняй свою...
Обольсти его.
Отдай ему своё сердце.
Вырежи его и подай ему на блюде.
- "Господин президент.
Я пишу вам на печатной
машинке «Андервуд»,
которую подарил мне отец,
когда я уезжал в "Цитадель".
Слова, которые он
при этом произнёс,
прозвучали для меня громче,
чем щёлканье этой
семидесятилетней машинки...
"Этот Андервуд построил
империю," - сказал он.
"Теперь иди и построй свою"...
Во многом эти слова стали
моей мотивацией на всю жизнь.
До этого я напечатал на
ней лишь одно письмо.
Тогда она меня не подвела.
Надеюсь, не подведет и сейчас...
Вы сказали, что я хочу
вас дискредитировать.
Но это не так.
Вы сказали, что я готовлю почву для
выборов в 2016.
И это не так.
Вы сказали, что я сам
хочу стать президентом.
И это...
Это так.
Какой политик не мечтает дать присягу
на высшем посту государства?
Я смотрел на ваш стол в Овальном
кабинете и мечтал о нём.
Власть, престиж.
Подобные вещи влекут
таких людей, как я.
Людей, приехавших из
маленького городка
в Южной Каролине с
пустыми руками.
Но с тех пор как вы
вступили в должность,
моей единственной целью было
сражаться за вас и рядом с вами –
будь то в Конгрессе, или как сейчас
– когда вам грозит импичмент.
Возможно, когда-нибудь я попытаю
шанс стать президентом –
но не в тот момент, когда
лидер нашей нации вы.
В вас, сэр, я вижу
человека отважного,
справедливого...
Президента, за которым я
готов пойти куда угодно,
каким бы сильным ни
был встречный ветер.
Я хочу рассказать вам то,
чего не говорил никому.
Когда мне было 13 лет,
я застал отца в сарае.
С дробовиком во рту.
Он подозвал меня: "Подойди,
Фрэнсис" - сказал он...
"Нажми на курок"...
У него не хватало сил
сделать это самому.
Я ответил: "Нет, папа" - и ушёл, зная,
что у него не хватит на это мужества.
Следующие 7 лет стали
для моего отца адом.
Но ещё хуже пришлось
моей матери и мне.
Он превратил наше
существование в кошмар:
пьянство, отчаяние, насилие.
Единственное, о чем
я жалею в жизни –
что не нажал на курок.
Ему было бы лучше в могиле, а
нам было бы лучше без него.
Я не хочу ставить вас
в то же положение,
в какое отец поставил меня.
На отдельном листе бумаги вы найдете
мое признание в преступлениях,
в которых обвиняют вас.
Слова ложные, но моя подпись
делает их правдивыми.
Используйте это по
своему усмотрению...
Если вы действительно верите, что
я думал лишь о себе, значит,
я потерял ваше доверие навсегда.
Единственное, что я могу – отдать
свою свободу взамен вашей.
Я говорил, что всегда готов
принять удар на себя,
и сейчас даю вам для
этого все средства.
Я спускаю курок сам.
Мы все идем на жертвы,
чтобы достичь своей мечты.
Но иногда приходится жертвовать
собой ради общего блага.
Для меня честь принести
такую жертву...
Ваш верный друг,
пусть лишь в моем
сердце, а не в вашем...
Фрэнсис.
Конституция устанавливает
четыре основных принципа...
- Сэр? Звонит президент.
- Господин президент.
- Я получил ваше письмо...
Триша тоже его прочла...
Я разрываюсь, Фрэнк...
часть меня думает,
что вы искренни.
Другая не верит
ни единому слову.
- Триша думает так же?
- Она верит Клэр,
что заставляет ее верить вам.
Я искренен в каждой букве...
я хотел, чтобы не осталось
и тени сомнений в том,
что я сделаю всё,
что потребуется.
- Почему же я не могу
избавиться от этой тени?
- Потому что я лжец, сэр.
Мне чужды угрызения совести, а
кое-кто считает, что и сострадание.
Но это лишь маска, которую
я показываю миру –
она вызывает страх и уважение...
Но я не таков...
Я надеялся, что письмо
станет тому доказательством.
- Даже если вы искренни,
мне это мало что даёт.
Импичмент не перестанет
быть угрозой лишь потому,
что я наладил отношения
с вице-президентом.
- Да, согласен, одних
добрых намерений мало.
- Доказательства.
Вот что мне нужно, Фрэнк...
и речь не о жертвоприношении...
Покажите мне результаты.
И тогда я решу – стоит
вам верить или нет.
- Вы о голосах.
- Да.
Собирать голоса – это ваш конёк.
Я хочу увидеть вас
именно с этой стороны.
- Я уже начал, сэр.
- Да? И есть цифры?
- Примерные. Мы на зыбких песках.
Но мы удержим палату или нет?
Возможно. Но Джеки Шарп
усложняет задачу.
- Какие цифры?
- Больше половины из нужных ей 18,
поэтому я бы перенёс
внимание на Сенат.
- А не рановато?
- Нужно быть готовыми.
Главная задача – уберечь вас
от обвинительного приговора.
- Что ж, продолжайте
собирать голоса
и держите меня курсе –
я буду отвечать на ваши звонки.
Но не считайте это
примирением, Фрэнк.
- Предпочитаю платить
за ужин, сэр.
Я не сторонник дармовщины.
- Поговорим завтра.
- Спасибо, господин президент.
- Ты хотел, чтобы был выбор.
Фрэнк не дал мне его.
Он меня "кинул".
- Ты кинул его первым, когда
объединился с Таском.
Но какая разница, что
было в каждом гейме?
Важен финальный счет.
- 8 лет я просиживал
штаны в этом офисе...
Похоже, отсюда не смыться.
- Ты поможешь или нет?
- Смотря, что я получу.
- О тебе позаботятся.
- Конкретнее.
- Это мы решим, после того
как будет сделано дело.
- Ты хочешь, чтобы я прыгнул со скалы,
надеясь, что внизу будет мягко?
- Теперь рядом с тобой
нет никого, кроме нас.
Мягче, чем мы, не
постелет никто.
- Пост в Белом Доме?
- Не обещаю...
Но награда будет соответствовать
твоей преданности и твоему опыту.
- Я могу вообще уйти,
начать новую жизнь.
- Не можешь.
И ты сам это знаешь...
Ты зачахнешь вдали
от политики...
и дело не в деньгах, что
бы ты себе ни говорил.
- Когда я уходил, Фрэнк
умолял меня остаться...
"Власть важнее денег",
- говорил он.
Не впихивай меня
в рамки налогов.
- Он был прав.
И сомневаюсь, что он умолял.
- Наполовину прав.
Власть лучше денег,
пока она есть...
Но она не навсегда.
Каков твой ответ?
- Ты стала холоднее с тех пор,
как взялась за эту работу.
- Это делает всё проще.
- Снаружи.
- И внутри.
Я скучаю, Джеки.
- Скажи, если
надумаешь сотрудничать.
- Одну минутку...
Господин президент.
- Позвоните Таску.
Скажите, сделка отменяется.
- Что?
- Вы были правы.
Я не хочу рисковать.
- Но я дала ему слово.
- Возьмите его назад.
Помилования не будет.
- Сэр, я сразу скептически
отнеслась к этой стратегии,
но раз уж мы встали на этот
путь, нужно его придерживаться.
Линда, вы хотите вернуть должность?
- Разумеется, сэр.
- Тогда звоните.
- Я хочу посмотреть, что
будет происходить в палате,
прежде чем на что-то соглашусь.
- Если бы вы ясно высказались
в защиту президента,
это убедило бы
юридический комитет...
- По правде говоря, у меня нет особого
желания оказывать услуги Уокеру.
- Майкл, я знаю, он отменил
ваше назначение.
- Он за меня не боролся.
- Его тогда только избрали.
Он был не в том положении...
- Ерунда.
У него были все полномочия и
средства, чтобы защитить меня.
- Вы правы...
Если б я был президентом, я
бы так просто не сдался.
Я бы защищал вас после
выхода в свет той статьи...
И, кстати, если бы
госсекретарём были вы,
а не Дюран, у нас бы не было
таких осложнений с Китаем.
Но если честно, я бы вообще не
выдвигал вас на пост госсекретаря.
Я бы назначил вас
министром финансов.
Ваши познания в экономике
даже обширнее,
чем опыт в международной
политике.
Будь я президентом, вы были
бы министром финансов.
- Будь вы президентом...
- Именно.
- Вы так не поступите...
А что случилось?
Это Фрэнк?
Линда, послушайте...
Я понимаю...
Спасибо.
Сделка отменяется.
- Она сказала, почему?
- Нет. Якобы он передумал.
Видимо, это Фрэнк.
- Возвращаемся к
первоначальному плану.
- Да. Ссылайтесь на
пятую поправку,
как уже делали. Это
политический театр...
- Боже.
- Что ещё?
- Реми Дэнтон вызвался дать
показания Данбар. Только что.
- Сам? Его не вызывали?
- Похоже, сам.
- Он меня сдаст.
- И сам попадет под следствие.
- Если ему не обещали защиту.
Где Дэнтон?
- Позвоню его секретарю.
- Оказывали ли вы
содействие притоку
иностранных средств в комитеты
политических действий?
- По совету моего адвоката я использую
право данное мне пятой поправкой.
- Ксандр Фэн заявляет,
что вы не только содействовали –
вы организовали эту схему. Что
вы можете на это ответить?
- По совету моего адвоката...
я использую право...
- Можете использовать его
сколько угодно, мистер Таск.
Но когда вы предстанете
перед судом присяжных, -
а минюст непременно
этого добьется, -
ваше молчание
обернется против вас.
- У конгрессмена есть вопросы?
- Можете юлить, сколько
хотите, сэр.
- Но с жюри у вас это не пройдет.
- Господин председатель.
- Всё, я закончил.
Я отказываюсь от
предоставленного времени.
- Комитет вызывает члена
конгресса от Теннеси.
У вас 12 минут, мэм.
- Мистер Таск,
нация втянута в торговую
войну с Китаем.
Эта война подрывает
нашу экономику,
флот США подвергается опасности.
Если президент несёт
ответственность...
- Он знал.
- Простите?
- Мой клиент прибегает...
- Он знал. Вы ведь
это хотели спросить?
- Прошу тишины!
- Что именно он знал?
- Существовал некий механизм,
с помощью которого
за последние 10 лет
были переведены большие суммы.
Суть этого механизма, я уверен,
не противоречит
действующим законам.
Что касается самой схемы –
тут мистер Фэн прав.
Её создал я.
И руководил ею тоже я.
И президент об этом знал.
- Дэнтон всё отменил.
- К черту Дэнтона.
У нас есть Таск.
- Вызовите генерального прокурора.
В этом нет необходимости,
мистер Таск.
Просто пройдите с нами.
- Как жаль...
Всегда мечтал походить
в наручниках.
- Прошу вас, сэр.
Вы имеете право
хранить молчание.
Всё, что вы скажете, может
быть использовано против вас.
- Мы будем требовать освобождения
под залог за его сотрудничество.
- Об этом поговорим, если
будет признание вины.
- Реакция на показания
мистера Таска
последовала быстро:
со вчерашнего дня возле Белого
Дома собираются протестующие,
которые требуют отставки
президента Уокера.
За прошедшие сутки петиция в интернете
собрала более двухсот тысяч подписей.
Список конгрессменов,
осуждающих президента,
вырос в обеих партиях.
Посол Китая также высказал
недовольство администрацией Уокера,
заявив, что Китай не станет
вести переговоры с президентом,
который вёл дела с коррумпированным
бизнесменом за спиной у Пекина.
Тем временем морские
суда обеих стран...
- Президент и первая леди по-прежнему
остаются в Кэмп-Дэвиде
и не дают комментариев на
последние события в Вашингтоне.
- У нас в студии Эйла Сайад
из "Уолл-стрит телеграф".
Эйла, по нашим сведениям, юридический
комитет готов отказаться от дебатов.
- Никто из комитета это
пока не прокомментировал.
Но слухи упорно циркулируют.
Не значит ли это, что
парламенту будет
рекомендовано рассмотреть
статьи об импичменте.
- Многие поддерживают импичмент.
Судя по опросам, этого хочет
подавляющее большинство американцев.
Политики не смогут
это игнорировать.
- Я переговорил с некоторыми
коллегами и заручился их поддержкой.
- Сколько у вас голосов?
- 5, включая мой.
- Итого 60. Нужно еще 7.
- Вы видели результаты опросов.
Его показатели скатились
к однозначным числам.
- Не хотите сделать
с нами заявление?
Я думаю, стране
сейчас необходимо
межпартийное сотрудничество, верно?
- Думаете, они блефуют?
Это трюк, чтобы перетащить на свою
сторону не определившихся сенаторов?
- Майкл Кёрн человек
желчный и недалёкий.
Но он бы не появился публично с
Мендозой, если бы не знал расклада.
- Полагаю, ситуация в
палате хуже, чем была.
- У меня был продуктивный
разговор с Джэки Шарп.
Она согласилась
прекратить атаку,
если мы гарантируем ей поддержку
на выборах лидера большинства.
Но после показаний Рэймонда
она отменила сделку.
- Рэймонд действительно нас погубил.
- Не понимаю, зачем он солгал.
- Это месть.
- За что?
За энергетический кризис?
- Нет.
- Вы что-то ему предложили?
Показания Рэймонда нам
мешают, но это еще не конец.
Невозможно доказать ложь.
- Импичмент неизбежен...
- Сейчас наш противник
– общественное мнение.
Факты уже не важны.
- Вам стоит позвонить Кёрну.
Лично.
Если он вернется к нам,
другие демократы задумаются.
- И с Китаем всё неясно.
Президент Цянь не
отвечает на звонки.
Пекин почуял запах смерти.
- Они используют ситуацию
для давления...
Забудем пока о Китае.
Будем действовать
последовательно.
- Похоже, это конец, Фрэнк...
Наверно, пора смириться с
тем, что мне не удержаться.
- Господин президент,
я знаю, вы устали.
Всё это - настоящий ад.
И, конечно, импичмент
стал бы ужасным ударом.
Нам придется биться
в Сенате насмерть.
И искать компромиссы,
чтобы восстановить
политический капитал.
Но у нас пока есть силы.
Не важно, сколько
шрамов потом останется.
- Речь не только о нас, Фрэнк...
Триша. Мои дети...
Я ночами не сплю,
думая о том, каково
им будет видеть,
как их отца выгоняют с позором.
- Сэр, этого не будет,
я не допущу...
Если ситуация накалится, я сделаю
так, что за решетку вы не попадете.
Даю вам слово.
Он блуждает впотьмах.
Я – единственный луч света...
Теперь аккуратно
направим его на скалы.
Господин президент, у вас
по-прежнему есть мое письмо.
Еще не поздно
воспользоваться им.
Вы более полезны в Конгрессе,
чем в наручниках...
Я позвоню Кёрну.
- Доброй ночи, сэр.
- Да.
- Что вам рассказал Грин?
- Достаточно, чтобы я пришёл.
- Думаю, о Рэйчел Познер
он не упомянул?
Не волнуйтесь, он не знает...
Знаю я.
Вы держите её в тайной
квартире в Джаппе...
Мне известны все
ваши передвижения.
Я перехватывал ваши смс, пока
вы не уничтожили телефон.
Этого более, чем достаточно.
Многие хотели бы узнать
то, что знает она.
- Слушай меня очень внимательно.
Неважно, что у тебя есть...
и что ты планируешь делать...
Я не ведусь на шантаж.
Я не Грин, со мной это не пройдёт.
И кстати, что бы Грин ни обещал,
это можно отменить в секунду.
- Поэтому вы здесь: чтобы
этого не случилось.
- Ты хочешь моей защиты.
- Я не верю грину и людям из бюро.
- Кто еще об этом знает?
- Никто.
- Почему я должен тебе верить?
- Нам обоим есть что терять.
- Одевайся.
- Что ты тут делаешь?
- Надень что-нибудь.
- Какого чёрта?
- Живо...
Поехали.
С тобой кто-то связывался?
- Куда ты меня везешь?
- Ответь на вопрос.
- Нет. Никто.
- Кое-кто о нас знает...
Он знает, где ты...
И как мы встретились.
- Что ты со мной сделаешь?
- Ничего не случится,
если ты скажешь правду.
- Это правда, со мной
никто не связывался.
- Хватит врать, Рэйчел.
- Я сделаю всё, что хочешь,
только не трогай меня.
- Я хочу, чтобы ты
ответила на вопросы,
чтобы я мог помочь.
- Пока ты делал только одно
- разрушал мою жизнь.
Из-за тебя я бросила братство.
Ты уничтожил то, что
у нас было с Лизой.
Хотя я делала всё,
о чем ты просил.
Терпела твои чёртовы визиты,
читала тебе, как ребенку.
Что с тобой не так?
Почему ты от меня не отвяжешься?
Почему ты такой...
- Хватит!
Рэйчел? Не дури.
Рэйчел?
Всё будет хорошо.
Я хочу одного - защитить тебя...
Я и сейчас пытаюсь это сделать.
Ты должна мне верить...
Всё было ради тебя...
Мне было проще
этого не делать...
но я не мог. Не
мог, потому что...
Что ты делаешь?
- Вчера мы завершили слушания
по делу об импичменте президента США.
Мы готовы выслушать
ходатайство комитета.
- Господин председатель.
- Слово имеет
конгрессмен от Алабамы.
Предлагаю вынести вопрос
сразу на голосование.
Столь важная проблема
должна рассматриваться
в рамках Палаты представителей,
открытой для 435 членов.
- Есть возражения против того, чтобы
пропустить дебаты в комитете?
Выносим на голосование вопрос
о выдвижении импичмента
на обсуждение в Палате
представителей.
Кто за, скажите "Да".
- Да.
Кто против, скажите "Нет".
- Нет.
- Большинство за.
Комитет официально выносит
вопрос об импичменте
на голосование в
Палату представителей.
- Он здесь.
- Только что сюда, в Кэмп-Дэвид,
прибыл вице-президент.
Мы ожидаем, что в течение часа
президент Уокер выступит с официальным
отречением от должности
главы соединенных штатов.
- Как вы?
- Нормально.
Господин президент.
- У меня на кухне
горячий кофе. Хотите?
- Нет, спасибо.
- Итак,
скоро вы станете самым влиятельным
человеком свободного мира.
- Вы не обязаны
этого делать, сэр.
Я вчера говорил с Кёрном...
Он не отступится.
- Мы его заставим.
Нет, Фрэнк...
У меня всего 8 процентов.
Даже если удастся избежать
приговора, избирателей я потерял.
Лучше уйти с достоинством,
чтобы нация начала
процесс исцеления.
- Я никогда не смогу
заменить вас, сэр.
- У вас теперь нет выбора.
Ваше письмо.
Что ж...
Пора представить сорок шестого
президента США.
С этого момента...
Я отказываюсь от должности
президента США...
Мы с Тришей считаем,
что так будет лучше – не
только для нас и наших детей,
но и для страны...
Для нас это печальный день -
не буду отрицать...
Меня утешает одно:
Фрэнк Андервуд принесёт
добродетель, опыт... и отвагу...
в Овальный кабинет...
Я счастлив, что этот человек
был моим вице-президентом.
Но ещё больше я счастлив оттого,
что могу назвать его другом...
Для меня было...
Величайшей честью...
Служить своей стране
на посту президента...
Я благодарю свою семью,
свой персонал и всех,
кто меня поддерживал.
Несмотря на трудные
последние месяцы,
моя вера в нашу страну никогда
не была сильнее, чем теперь...
Храни вас бог...
И да хранит бог США.
- Спасибо за эти слова,
господин президент. Удачи вам, сэр.
Сэр, пожалуйста,
поднимите правую руку
и повторяйте за мной.
Я, Фрэнсис джей Андервуд...
- Я, Фрэнсис джей Андервуд...
Торжественно клянусь...
- Торжественно клянусь...
- Господин президент
- Господин президент.
- Госпожа госсекретарь.
Остальные члены кабинета
ждут в Белом Доме.
- Мы хотим провести брифинг
по нацбезопасности, сэр.
- Я знаю процедуру.
Соедините меня с Пекином.
- Цянь не отвечал на звонки
президента два дня.
- Теперь в стране
новый президент...
Пожалуйста, вызовите его.
Два часа назад
президент Андервуд,
в качестве первого распоряжения
на посту главнокомандующего,
отдал приказ семнадцатой флотилии
покинуть воды Японского моря.
Решение стало результатом
переговоров с президентом Цянем.
Последний отдал такой же
приказ военным кораблям КНР.
- Быстро он.
- С китайцами или с Уокером?
- Мистер Фэн?
- Что такое?
- Министерство юстиции США.
Пройдемте с нами.
Куда?
Вы возвращаетесь в Китай.
- Мне дали убежище.
- Нет, сэр. В убежище вам отказано.
- У меня безоговорочное
письменное подтверждение...
- Сэр, говорю вам, в
предоставлении убежища отказано.
Пожалуйста, собирайтесь
и пройдемте с нами.
- Отказ в предоставлении убежища
будет иметь последствия.
- Но юридически всё в порядке?
- Юридически – да.
Его документы ещё не до конца
оформлены, и мы можем заявить,
что он представляет угрозу
национальным интересам.
Но это подрывает репутацию
госдепартамента.
- Что важнее, Кэти?
Репутация или мир?
- Вы знаете – его казнят.
- В одном китайцы правы.
Иногда нужно пожертвовать
одним ради большинства...
Возвращаемся в Вашингтон.
- Хорошо.
Дайте мне знать. Спасибо.
- Есть что-то?
- Пока нет.
- Позвоните в общество
анонимных алкоголиков.
- Я говорила с модератором. Он не
видел Дага несколько недель.
Я звонила в больницы,
домовладельцу...
- Сэр, все собрались.
- Когда всё закончится, помоги
Нэнси в поисках Дага.
- Полиция уже в курсе. Они разослали
ориентировку на машину.
- Мы найдём его, сэр.
- Клэр?
- Ждёт вас.
- Идемте, Нэнси.
- Леди и джентльмены,
президент и первая леди.
- Фрэнсис,
твой день рождения через пару
недель, но у меня уже есть подарок.
- Что это?
- Открой.
Я заказала новый.
- Я люблю тебя.
- И я тебя...
Ступай.
- Пойдем...
Мы оба это заслужили.
Побудь там один
несколько минут...
Я подожду здесь.
 

 

 

 

////////////////////////////