«Вы́зов» — российский драматический фильм, срежиссированный Климом
Шипенко. Первый в мире полнометражный художественный фильм, сцены для
которого снимались в космосе профессиональными кинематографистами.
Все фразы и цитаты
(Симонов, по рации)
-Ребята, как состояние?
(Олег)
-Работаем.
(Пётр)
-В порядке.
-Хорошо. Пётр, можешь сделать
снимки МЛМ и ПХО?
-Да, конечно.
-Олег, у тебя как дела?
(Олег)
-Работаю.
Только что завершил открытие
последнего замка.
-Принято. Проведите визуальный осмотр
места крепления.
-Принято.
-Фотографии сделал.
Жду дальнейших указаний.
(Симонов)
-Спасибо.
Можете начинать транспортировку?
-Да.
Радиатор зафиксирован.
Последний замок открыт.
Петь, давай поднимать.
-Принято.
(Симонов) -Пётр, подъём по тангажу
не более 2-3 оборотов в секунду.
После подъёма на 15 градусов
приступай к движению стрелы.
-Выполняю.
(Олег)
-Ни хрена себе аттракцион.
(Пётр)
-Олег, это тебе награда за мучения.
Немногие могут похвастаться,
что катались на стреле.
-Это точно.
(Симонов)
-ЦУП всё слышит.
-ЦУП всегда всё слышит.
-Когда это стало известно?
Есть вероятность вхождения
в красный коридор?
Минимальное расстояние сближения?
Во сколько произойдёт
максимальное сближение?
Понятно.
Константин Андреевич, звонили из АСПОС.
Ступень ракеты задела старый спутник.
Скоро обломки столкнутся со станцией.
-Поднимаем орбиту.
-Сколько времени на экстренный уход?
-Две минуты.
-Они не успеют вернуться.
-Олег, Петя, слышите меня?
-Слышу.
-Да, слышу.
-К вам летят обломки спутника.
Будем делать манёвр уклонения.
-Услышали.
-Принято.
-В течение 1,5 минут дадим импульс
на подъём орбиты станции.
Вернуться вы не успеете.
Олег, постарайся добраться до Петра,
закрепитесь там.
-Вас поняли.
-На разворот в заданную ориентацию.
-Подтверждаю. КПУ из сеанса Регул-2...
-Петь, складывай стрелу.
-Принято.
(оператор)
-Выбрано. Задаю. Команда выдана.
-50 секунд до импульса!
-45 секунд. Олег, ты не успеешь
добраться до Петра.
Закрепись на основной части стрелы.
Олег, приём.
-Скоро там буду.
(напряжённая музыка)
-15 секунд до импульса.
-Импульс через 10 секунд.
Олег, ты закрепился?
Олег, как понял?
-Один фал закрепил.
Остался второй.
-Олег, быстро крепи второй фал.
-Надо давать импульс, иначе столкновение.
-Делайте.
-Петя, останови движение крана.
(кричит)
-Остановил.
(удар)
(удар)
(Волин)
-Олег, слышишь меня?
(тяжёлое дыхание)
Олег!
Олег!
(звонок будильника)
-Эх, чёрт...
Маня, блин!
Маш! Маш, ты скоро? Я проспала.
Маня!
Маруся.
Ёлки-палки.
Ты чего? Ты не слышишь, что ли?
Давай-давай!
-Я тоже опаздываю!
-Я говорю, проспала!
-Треш, мам!
-На час перепутала.
Мань, кофе сделай, пожалуйста.
-Угу.
-А что с ним такое? Я же его чинила.
-После этого я ещё его чинила.
Его менять надо.
-Маня, где лифчики все?
Я ни одного найти не могу.
Где они все?
-На.
-Это чей?
-Мой. Твои в стирке все.
-Откуда у тебя такие нескромные лифчики?
-Бабушка подарила.
-Бабушка?
-Я тебя тоже люблю.
(сигнал сообщения)
-А что это меня в школу вызывают?
-А?
-У меня сегодня три операции.
-Ну, забей.
(кашляет)
-У него напряжённый пневмоторакс.
Необходимо дренирование.
-Что это значит?
-Нужно выпустить воздух
из плевральной полости, иначе не выживет.
-Нужно посмотреть, что есть в укладке.
-Готовим срочный спуск?
Готовим срочный спуск.
-Вы же видите, он не может дышать.
Без срочного хирургического вмешательства
он просто сейчас умрёт.
-Значит, вмешивайтесь.
-У нас инструкция.
Если сейчас, при этом вмешательстве,
он умрёт, мы все пойдём по статье.
-Делайте.
-Есть.
(хрипы Олега)
(врачи) -В нашей укладке
мало что подходит для такой операции.
-Есть набор для мини-трахеостомии.
Нужно поставить расширитель.
-Но куда именно его ставить?
-Мы же точно знаем, что делать?
-В нашей практике не было таких случаев.
На Земле воздух в грудной клетке
поднимается наверх,
но где он находится в невесомости,
трудно сказать.
-Но это воздух,
он должен выйти так или иначе.
-Пётр, подготовь набор
для мини-трахеостомии,
дренажную трубку, зажим...
салфетки, пластырь.
Сейчас будем делать надрез
в грудной клетке.
-Надо же обезболить.
-Нет новокаина.
-Обезболивающий гель не поможет.
-Что ж у вас ничего нет?
-Простите, но мы отправляем здоровых
космонавтов после тройной проверки,
а эта ситуация нештатная.
-Да в курсе я.
-Петя, продезинфицируй руки.
Действуй быстро и аккуратно.
-Есть.
-Возьми дезинфицирующую салфетку.
(хрипы Олега)
-Он задыхается.
-Спокойно.
Обработай кожу под правой ключицей,
как следует.
Вскрывай набор.
Надевай перчатки.
(Женя)
-Вроде всё неплохо.
Так?
-Ниже. Чуть-чуть ниже. Хорошо.
Евгения Владимировна,
закройте мини-доступ, ставьте дренажи.
(размеренные сигналы кардиомонитора)
-Владислав Николаевич.
-Да?
-Отпустите меня пораньше? Мне бежать надо.
-А что случилось, Жень?
-Да к Машке в школу вызывают.
-Проблема какая-то?
-Не знаю.
-Передай привет от меня.
-Хорошо.
Ножницы.
-Хорошо. Сами закроем. Спасибо.
Свободны, Евгения Владимировна.
(частые сигналы)
-Оля, вводи амиодарон!
-Что там у нас?
-Нарушение ритма, экстрасистолия.
Оль, вводи ещё.
-Давай, Тань, ты волшебница, ты справишься.
-Не получается пока.
И давление не держит. Секундочку.
Фибрилляция. Асистолия!
Непрямой массаж сердца.
Оля, вводи 1 миллиграмм атропина,
1 кубик адреналина.
(Пётр)
-Он задыхается!
-Олег, потерпи минутку.
Сейчас тебе будет легче.
Петя, отступи от ключицы
на два пальца вниз.
Нащупай ямку. Зафиксируй это место.
-Есть.
-Теперь возьми скальпель.
Нет, не так. Вспомни, как тебя учили
накладывать трахеостому на Земле.
Не как нож, как ручку.
Молодец. Теперь надо сделать
надрез в этом месте.
Примерно сантиметр.
Ты почувствуешь, как выходит воздух.
-Что с ритмом?
-Нет ритма.
Переверните его на спину.
-Нет, зачем? Там упор сзади.
Ритм появился?
-Нет ритма!
Подключайте норадреналин.
Увеличьте инфузию.
-Ритм появился?
-Нет ритма. Продолжайте массаж.
-Не получается. Что будем делать?
-Может быть, дефибрилляцию?
-Быстрее.
-При остановленном сердце? Швы разлетятся.
-Продолжить непрямой массаж?
-Он не работает. Думайте!
-Петя, нам некогда думать.
-Петя, хорошо привязанная девушка
в ласках не нуждается.
Да, Олег?
Терпи.
-Быстрее!
-Так, прямой массаж сердца.
Расширьте мини-доступ. Открывайте.
Ещё-ещё, у меня рука не пройдёт.
-Больше не могу.
-У меня пройдёт.
Раз, два, три, четыре...
(Олег хрипит)
-Режу.
(вскрикивает)
-Молодец.
Теперь вставляй расширитель - в надрез.
По самые ушки.
(Женя)
-Раз, два...
-Не заводится.
-Раз, два, три, четыре.
-Слышишь шипение?
-Да, слышу.
-Вынимай стилет.
-Раз, два, три...
-Есть!
Ритм синусовый. Завёлся.
-Слава богу.
Хорошо, Евгения Владимировна, спасибо.
Сами закроем. Вы свободны.
Что у нас с давлением?
-Низковатое, сейчас поднимем.
-Как самочувствие, Олег?
-Дышать могу.
-У него закрытая травма груди
с повреждением правого лёгкого.
-Спуск?
-Не уверен.
Нужно посоветоваться
со специалистами по этой части.
(врач)
-Возьми трубку, вставь в отверстие
и зафиксируй пластырем.
Теперь возьми ножницы и перчатки,
отрежь палец на три сантиметра...
(треск ткани)
-Ужас какой.
Ты с ума сошёл?
-Я с ума сошёл? Это ты мне роды испортила.
-Какие ещё роды?
-Я хирурга рожал.
Но не получилось.
-Там человек чуть не умер.
-Но не умер же.
И не родился.
-Извините.
-Вот, мама Маши.
-Здравствуйте, извините, пожалуйста.
-Здравствуйте.
-Евгения.
-Виталий Александрович.
Инспектор по делам несовершеннолетних.
-Пройдёмте ко мне.
-А что случилось?
-Вчера ваша дочь
ударила Оксану Семёнову в глаз.
Отец подал заявление в полицию.
Вот заявление и заключение медэкспертизы.
-Маша сейчас в школе,
мы можем с ней это всё обсудить.
-У Маши урок. Позвать?
-Ваш разговор ситуацию не решит.
Вы потом поговорите.
-А что решит?
-Дело осложняется тем, что отец Оксаны -
прокурор нашего района.
И он намерен наказать по всей строгости.
В лучшем случае вашей дочери инкриминируют
статью 6.1.1 КоАП РФ "Побои".
Это административное правонарушение.
-В худшем?
-А в худшем - Уголовный кодекс. Статья 111.
Поэтому я рекомендую вам
решить этот вопрос с ним лично.
-И ещё. Маша и этот её Тимофеев
из параллельного класса
меня тоже очень беспокоят.
-А кто такой Тимофеев?
-Вы не в курсе?
Вы вообще контролируете
её сексуальную жизнь?
(звонок на перемену)
-Что? Какую сексуальную жизнь?
-Я понимаю, непросто растить ребёнка одной,
с вашей работой.
Но так вы можете её упустить, понимаете?
Возраст критический. Поговорите с ней.
-Маша!
Ты что? Ты за что Семёнову в глаз ударила?
-Она заслужила.
-Ты знаешь, что на тебя
заявление в полицию написали?
Ты ни в один вуз не поступишь.
-И фиг с ним.
-Ты в ПТУ пойдёшь!
Оксан, привет. Ты как?
Можно я посмотрю? Болит?
-Не надо.
На дочь свою сумасшедшую смотрите.
-Тебе доктор прописал лекарства.
Ты пропила два курса?
Мам!
Давай я тебе переведу денег,
ты купишь себе лекарства,
пропьёшь, как там написано.
Ты уверен, что получится сделать
только верхнюю лобэктомию?
А если здесь прорастает нижнедолевой бронх?
-Мы к этому готовы.
Больного я предупредил.
-Он вытянет на правом лёгком?
-Вытянет.
Лиза, звезда моя!
-Я Катя.
-Заполнишь? Я реально зашиваюсь.
-Владислав Николаевич, я же не умею.
-А я по телефону надиктую.
Будем тренироваться. А что делать?
-Может, тебе охранник на проходной
документы заполнит?
-Хорошая мысль.
Мне ещё одна ассистентка нужна.
-У тебя уже полбольницы ассистенток.
Кстати, в институте так же было.
-Так не было.
-Помню твои назидательные речи
первокурсницам.
-Они были третьекурсницами.
-Ладно, Николаев, ты всё понял.
-Может, я с Борисычем поговорю,
тебе тоже ассистента взять?
Он бы тебя подразгрузил. Ты бы смогла
больше времени с Машкой проводить,
себе уделять...
-Ты совсем охренел, Николаев?
Ты на что намекаешь,
что я мало времени дочери уделяю?
-Нет...
-Да пошёл ты в жопу!
Ты себя возомнил Суперменом с бандурой?
Ты ещё меня жизни будешь учить?
-Евгения Владимировна,
вас Валентин Борисович вызывает.
-Иду.
Справишься без меня?
-Какая бандура у Супермена?
-Валентин Борисович, это я, здравствуйте.
-Отлично.
-Вызывали?
-Вызывал.
Поехали со мной.
-Куда?
-В Роскосмос.
-Зачем?
-У них что-то в космосе произошло.
-Я не могу, у меня операция.
-Вася тебя подменит.
-Валентин Борисович, я не могу поехать.
Я штаны порвала. Как я так поеду?
-Нормально. Поехали, поехали.
-Прямо отсюда ракеты в космос взлетают?
-Ракеты взлетают с Байконура и Восточного.
Ну ты даёшь.
-Да я знаю. Так, шучу.
-Скажите,
а какая нагрузка у космонавтов
при приземлении?
-Примерно 4-кратная при штатном спуске.
-А теперь представьте.
У вас не работает одно лёгкое,
сломано ребро, в груди дырка от дренажа.
И вот по всему этому
вас изо всей силы бьют поленом в грудь.
-Космонавт, тем не менее, говорит,
что готов к спуску.
-Ему сейчас очень больно,
что бы он вам ни говорил.
Нужно как минимум подождать
консолидации рёбер.
-Сколько времени займёт этот процесс?
-Всё не так просто, к сожалению.
Нужно, чтобы прошла острая фаза боли,
понаблюдать динамику несколько дней,
тогда сможем сказать точнее.
Но есть опасность начала воспаления.
-Можете конкретно сказать,
какая вероятность,
что космонавт при спуске погибнет?
-Без операции - стопроцентная.
-Простите, вы кто?
-Евгения Беляева, торакальный хирург.
-Извините, не представил. Наш сотрудник.
-Он не долетит до Земли.
При таких перегрузках
он умрёт от болевого шока.
-Мы же не можем оставить Богданова
умирать на орбите.
-Ну вот чтобы он не умер, и нужна операция.
А что делать - решать вам.
-За сегодня решим.
Валентин Борисович, скажите,
сложная операция?
-Средней сложности.
В принципе, любой мой ученик её сделает.
Но на Земле.
В операционной,
с анестезиологами, ассистентами.
Всего шесть человек в бригаде.
-А в космосе можно сделать?
-В невесомости, без притяжения?
Трудно сказать.
Слишком много
неизвестных факторов в космосе.
Шанс есть.
-Сколько у нас времени?
-Недели две-три. Максимум месяц.
И я так понимаю, всю операционную бригаду
туда не послать?
-В лучшем случае, одного врача.
(Женя)
-Здравствуйте, я Евгения, я мама Маши.
Мне сообщили, что между нашими девочками
произошёл конфликт.
Мне очень неудобно и стыдно
за поведение моей дочери.
-И чего вы хотите?
-Решить это всё мирным путём.
Не доводить это до судов.
-Это как?
-Я бы хотела извиниться перед вами.
-Ну, извиняйтесь.
-Извините меня, пожалуйста,
такого впредь не повторится.
Я сама за этим прослежу.
-Хорошо.
-Спасибо.
Без суда тогда?
-Как же без суда-то?
Вы что думали, вы извинитесь, и всё?
Факт избиения был? Был.
Значит, будем решать.
И действовать в рамках правового поля.
-Пап, я хочу начать с Комнаты страха.
-Ты же в прошлый раз там кричала.
Может, с чего-то другого начнём?
-Да, но я ещё хочу.
А ещё попкорн хочу, сладкий, большое ведро.
-Так ты же его просыпешь в Комнате страха.
Тебе эти серёжки очень идут.
-Серёжки от Серёжки? Они и мне нравятся.
-А я тут прикинул - может, немного ужмёмся
и месяцев через семь-восемь поменяем тачку?
"Форда", например, посвежее? Что скажешь?
(учащённое биение сердца)
(открываются двери)
-Нельзя вам кофе пить.
-Костя, давай уже решать.
Я бы рискнул, спустил его.
-Ты же слышал - он не долетит.
Чуда не будет.
-Смерть при спуске - это несчастный случай.
Смерть на станции -
это прокуратура.
-Что-то же делали серьёзное
по медицинской части в невесомости?
-Делали.
Хвост у крысы отрезали.
Или полхвоста, я точно не помню.
-Успешно?
-Мне уточнить?
-Уточни.
(шум у двери)
-Слушай, я перепутала.
У неё нет сегодня дежурства.
Прячься!
Привет.
-Ну, привет.
Что происходит?
Это чей скейт?
-Дали покататься.
-Ты подралась из-за парня?
-Откуда ты знаешь?
-Завуч настучала. Маня!
У вас что-то серьёзное?
-Как бы...
-Я спрашиваю тебя, что-то было?
-Не было ничего.
-Не было?
Не было и не будет.
-Мам, да я люблю его!
Ты не смотри на то, что он маленький.
Он сейчас резко пошёл в рост.
Он был ещё меньше.
(звонок телефона)
-Да?
-Валентин Борисович?
Это Волин из Роскосмоса.
-Да, я вас слушаю.
-Простите, что поздно. У меня один вопрос.
Когда вы сможете дать людей,
готовых лететь и делать операцию в космосе?
-Я готов лететь.
Меня на этой земле ничто не держит.
-Медкомиссию вы не пройдёте.
Нужны помоложе, со здоровьем.
-Ну да, я понимаю.
Я завтра же поговорю с ребятами.
-До завтра.
-Тебя совсем ничего не держит?
-Держит, конечно, но вот видишь -
в космос предлагают лететь.
-На Марс, я надеюсь?
-Пошли спать.
-Третью звезду Героя хочешь?
В этом вопрос?
Хочешь, чтобы тебя похоронили
в Кремлёвской стене?
Рядом с Гагариным, да?
-Пиши приказ.
-Давай его завтра утром?
Утро вечера мудренее.
-С утра мне нужно,
чтобы приказ был во всех отделах.
-Ну как я тебе его подготовлю?
Помощников нет. Ночь на дворе.
-Давай сам пиши.
(шум входной двери)
-Операцию делать -
там, где нет земного притяжения!
-Сегодняшним числом подписывай.
-Ты бы ещё под водой операцию затеял.
-Летать в космос
раньше тоже было невозможно.
Королёва за сумасшедшего принимали.
Смеялись все над ним.
А в итоге что?
До сих пор на его кораблях летаем.
-"Ответственным назначен
Волин К. А."
А если твоя авантюра не выгорит,
что будешь делать?
Застрелишься из именного?
-Подписывай.
-Любишь ты, Кость, под пули лезть.
-Ты же знаешь, Игорь.
Если бы я смог чем-то помочь,
сам бы полетел.
-Соедините меня с президентом.
-Ну что, ребят, Героем России пахнет?
-С детства хотел стать космонавтом.
Сейчас, что ли, попробовать?
-Ростиславыч, ты меня извини,
но там возрастное ограничение.
-Ты меня извини, но иди в жопу.
-Ну какой космос? Развод какой-то.
-Нет, там всё серьёзно.
Но как они решать это будут?
-Так, коллеги, что тут у нас за симпозиум?
Ты готов?
-Готов. -Ты?
-У меня же Маруся. Она рожает скоро.
-Не ты же рожаешь.
-Я присутствовать хотел.
-Уверяю тебя, ничего интересного.
А Марусю положим на сохранение,
всё будет в порядке.
-Анестезиолог разве не должен лететь?
-Должен хирург.
-Как же операцию без анестезиолога делать?
-Они ребята сообразительные,
что-нибудь придумают.
Ты тоже собралась лететь?
-Я? Нет.
У меня на Земле проблем выше крыши.
-Что за проблемы?
-Машка моя однокласснице фингал поставила,
папаша её заявление в полицию написал.
-И кто у нас папаша?
-Прокурор.
А вы хотели, чтобы я полетела?
-Нет, я хочу, чтобы ты
в космический центр поехала и занялась
разработкой операции в невесомости,
пока парни проходят медкомиссию.
-Я не могу.
У меня сейчас
судебные разбирательства начнутся...
-Ты мне скинь ФИО и телефончик
этого прокурора. А сама собирайся.
И, коллеги, пожалуйста:
это дело секретное - только ближайшим
родственникам, никому больше.
-Ты вот это ищешь?
-Извини.
-Да ладно, брось.
-Что бы я без тебя делала?
-Всё хорошо.
Ещё чем-то помочь?
Хочешь, я этому прокурору морду набью?
-Если что, я скажу.
-А что ты не говоришь, куда ты едешь-то?
-Что не говорю?
-Ну.
-Так, давай.
Пиши: "Подписка о неразглашении".
Что? Ты спрашиваешь - зачем, куда.
Пиши. Но имей в виду:
разглашение государственной тайны
преследуется по закону.
-Зачем подписка-то? Я же мать твоя.
-Мам, с меня такую же взяли.
-А на чьё имя писать?
-На чьё имя?
Пиши на имя президента.
Так, Манюня...
Так, это, кстати, взять.
Следи за бабушкой, чтобы не забывала
принимать свои лекарства.
-Да-да.
-Там на кухне посмотри сразу,
где они лежат.
-Подожди ты с лекарствами.
Ты вон потрогай пульс у меня.
У меня что-то в последнее время
с пульсом не очень.
-Сейчас, давай. Ну что там с пульсом?
-Мам, ты что, так поедешь?
-Что у тебя там?
-Мам!
-Тушью испачкалась.
-Нормальный пульс.
-Нитевидный.
-Во.
На, мам, надевай.
-В таком нарядном я не пойду. Люблю тебя.
Мамуль! Не волнуйся.
-Давай.
-Мама, там будет куча мужиков -
врачей и космонавтов.
-Космонавтов?
Жень, а я в молодости
была влюблена в Джанибекова.
Надо переодеться.
-Константин Андреевич,
у меня к вам вопрос по личному делу.
У вас нет ли связей в прокуратуре?
-Есть. А что случилось?
-Ну...
Ничего не случилось, но может случиться.
-Генпрокурор подойдёт?
-Генпрокурор подойдёт.
-Офигеть время летит!
Сейчас маме отправлю, так обрадуется.
-Да, всего-то...
17 лет, чувак!
-Для космоса, конечно, это фигня,
но всё-таки.
Женя, привет!
-Рафик! Привет!
В костюме такой.
-Да!
-Как там Краснодар?
-Скучает без вас.
Когда приедете?
-Вот из космоса как вернёмся, прямо к тебе.
-В космос здесь отправляют?
-Уважаемые кандидаты,
внутрь проходите, пожалуйста.
-Ты что, с бодуна?
-Как ты всегда это определяешь?
-Много как-то кандидатов.
Я думал, меня одного позвали.
Что-то связь не ловит.
-Здесь ловит только "Мегафон".
-Итак, что мы имеем. Закрытая травма груди,
перелом рёбер с повреждением
правого лёгкого
и как следствие - пневмоторакс
и, возможно, гемоторакс.
Пожалуйста, ваши вопросы.
-Там может быть что угодно.
Без рентгена не увидеть полную картину.
-А рентгена на МКС нет?
-Нет, рентгена на МКС нет.
Как и КТ, к сожалению.
-Как мы определим, сколько рёбер сломано?
Какова каркасность грудной клетки?
-По этим снимкам вообще мало что понятно.
-Температура держится у него?
-Скачет от 37,9 до 38,5.
-И откуда гипертермия?
-Может, кровь лизируется,
а может, эмпиема начинается.
-Ну вот это тогда что?
Вот здесь и вот здесь?
-Это легко может быть погрешность УЗИ.
-Или свернувшийся гемоторакс.
-Это невесомость,
по УЗИ ничего не определишь.
-Это сгустки крови.
Они могут так себя вести в невесомости.
-А много вы видели сгустков крови
в плевральной полости?
-Мы предполагаем.
-На Земле жидкость скапливалась бы внизу.
А в невесомости и органы могут смещаться,
и кровь, и жидкость. И потом, где там верх?
-Его так отбросило,
почему не пробило скафандр?
-Пробить скафандр очень сложно,
он как броня.
-Хотелось бы узнать, был удар такой...
или такой?
-Олег, как себя чувствуешь?
-Чувствую себя лучше.
-Олег, тут рядом со мной семь хирургов,
которые вызвались полететь на станцию.
-Вы что, серьёзно?
Собираетесь меня оперировать здесь?
-Посмотрим, если будешь хорошо себя вести.
В общем, у них есть вопросы к тебе. Хорошо?
Пожалуйста, начинайте.
-Олег Викторович, здравствуйте.
-Валентин Борисович, вот так, пожалуйста.
-Олег Викторович, здравствуйте.
Я Вершинин Валентин Борисович,
главный хирург торакального центра.
Нас интересует механизм травмы.
Не могли бы вы...
-Я в норме.
-Вам кажется, что вы в норме.
Но, если судить по снимкам и анализам,
которые есть у нас, это не так.
-Слушай, Костя.
Спускай меня.
Не надо ничего менять.
-Кожный покров бледный.
-Испарина.
-Да вы просто не долетите.
-Если коротко, это так.
-Вы там, а я тут.
Я в норме.
Что вы за меня всё решаете?
(сильно кашляет)
-Скажите, а семья знает о его самочувствии?
-Решили пока не говорить.
-Один из вас полетит на МКС -
Международную космическую станцию.
МКС - самый технически сложный объект,
когда-либо созданный человечеством.
И, кстати, пока самый дорогой в мире.
Его стоимость - 150 миллиардов долларов.
Это тренировочный макет
российской части МКС.
Всё то же самое, только без невесомости.
Слева - грузовой модуль.
Справа - лабораторный модуль, новый.
Недавно отправлен на станцию.
Перед вами - стыковочный узел.
Здесь космонавты отрабатывают то,
что потом будут делать на станции.
И вам, ребята, предстоит то же самое.
А вот, кстати - Антон Николаевич.
Антон Шкаплеров, космонавт, герой России.
Антон Николаевич покажет,
как устроен служебный модуль.
На какие кнопки можно нажимать,
на какие нельзя.
Что можно трогать, что лучше не трогать.
Учтите, всю операционную отправить с вами
не сможем, только самое необходимое.
Подождите здесь,
пусть кандидаты осмотрятся.
Там тесно.
-Это самый просторный модуль
российского сегмента.
-Вот это - самый просторный?
-Да.
Остальные модули меньше размером
и завалены грузами.
В этом модуле космонавты отдыхают в каютах.
Занимаются спортом на беговой дорожке.
Принимают пищу за этим столом.
Это сердце МКС.
Отсюда производится контроль
и управление всеми системами.
-А это туалет?
-Да.
-А как он устроен?
А правда, что мочу в воду перерабатывают?
Надо все эти вопросы на Земле обсудить.
-Туалет работает по принципу пылесоса.
А переработка из урины в воду -
это на американском сегменте.
-Ну слава богу.
-Здрасте.
-Здрасте.
Здесь всё, что вы просили.
-Отлично.
-Это барокамера. На ней мы имитируем
подъём на высоту до 20 000 метров.
С помощью её мы проверяем переносимость
организма к гипоксии - горной болезни.
Четыре тысячи.
-Здесь у нас вода. Нагревательный элемент.
-Четыре пятьсот.
-Здесь можно закрепить,
но, наверное, это опасно?
-Там центральный пост.
-Тогда куда можно закрепить больного,
чтобы было жёсткое крепление?
-Самое жёсткое крепление - велотренажёр.
-А он где?
-Прямо под вами.
-Давайте посмотрим.
-Всё, спасибо большое.
-Спасибо.
-Пять тысяч.
-Как самочувствие?
-Пять пятьсот.
-Нам нужна плоскость,
на которую можно пациента
положить, зафиксировать,
и так, чтобы врач тоже мог пристроиться.
-Шесть тысяч.
-А вы Гагарина видели?
-Нет, не видел.
-Все говорят, что я на него похож. Поехали!
-Шесть пятьсот.
-Можно попробовать пол, можно потолок.
Для космоса это непринципиально.
-Семь тысяч.
-Это получается,
что врач должен быть вниз головой?
-Восемь пятьсот.
-Нет, это слишком экстремальный вариант.
Давайте попробуем на стол.
Головой сюда, лицом ко мне,
ноги в эту сторону.
Ноги висят. Он короткий очень.
-Да ноги не проблема. Гравитации там нет.
-Да, но врачу нужно жёсткое крепление.
-Что-нибудь придумаем.
-Девять тысяч.
-Давай-давай!
-Девять пятьсот.
-Всё отлично.
-Десять тысяч. Плато.
-Останавливайте, кости ломит.
-Спуск 20 метров в секунду.
-Понял.
-У Рафика обнаружен лишний вес.
Сделайте ему, пожалуйста,
анализ брюшной полости.
-Втягивай не втягивай,
пять килограмм не сбросишь -
в космос не полетишь.
-Раф!
-Милые дамы, здравствуйте.
-Слушай,
а вы с Женькой не вместе?
А как так?
Вы за столько лет так и не сошлись?
-Там всё сложно.
-Вы находитесь пред тренажёром
корабля "Союз".
Здесь представлены только бытовой отсек
и спускаемый аппарат.
В первом космонавты отдыхают,
в спускаемом аппарате работают
и возвращаются на Землю.
Длительность автономного полёта - 5 суток,
вы же долетите до станции за 3 часа.
-Потребуется хирургический халат
и перчатки.
Здесь мы могли бы это хранить?
Там примерно всё так же?
-Обратите внимание,
вы полетите в правом кресле,
в левом полетит
ваше медицинское оборудование.
-Мне кажется, правое кресло
как будто немножко теснее левого.
Нельзя его как-то...
-Нет, нельзя.
-А мне нормально.
-Многовато.
-Это одежда!
-В основном на станции всё обито тканью.
Велкро - это, по-вашему, липучка.
А вот эту ответную часть
мы можем наклеить на сам прибор,
как скотч.
Так как он ничего весить не будет,
он будет находиться в любом месте.
-И он будет держаться?
-Да.
-Так, у вас тут проблема есть с глазами.
Там катаракта зреет.
-Первый армянский космонавт.
-Как тебе такое, Илон Маск?
-Сколько скафандр стоит?
-Девять.
-Тысяч долларов?
-Миллионов рублей.
-А перчатки сколько стоят?
-Перчатки только со скафандром.
(сообщение)
-Жень, смотри. Костюмчик-то сидит.
-Тебе идёт.
-Спасибо.
А вы что, всё?
-Всё. Глазное давление.
-Гипоксия типа.
-Удачи, ребята.
-Счастливо. Рафик, удачи в космосе.
-Спасибо, парни.
Будете в Краснодаре - звоните.
-Обязательно. До свидания.
-Привет.
-Как дела?
-Спасибо. Думаю.
К чему крепить хирурга.
Больного закрепила
головой туда, лицом к себе.
Ремнями закрепила, монитор повесила,
инструменты развесила.
Что думаешь?
Вроде как привычные ощущения?
-Тесновато.
А если встану туда?
Ну вот, места больше.
А изображение надо вывести на этот монитор.
-Тогда врач не будет видеть лица больного.
-А мне так удобнее.
-Я тебя обожаю, Николаев,
за самоуверенность.
Тебя ещё не утвердили.
-Утвердят.
-И нобелевскую речь приготовил?
-Приготовил.
Ты думаешь, мне могут не дать,
если всё получится?
-Я думаю, что Серёга тобой бы гордился.
Мой карандаш! Он у меня единственный.
Николаев, ты ещё и фокусник.
Ладно, с больным понятно.
Тебя к чему будем крепить?
-К полу.
-Понятно.
(музыкальная заставка)
-Российский космонавт Олег Богданов,
рекордсмен по суммарному времени
пребывания в космосе - 914 дней.
Герой Российской Федерации.
Счастливо женат, в перерывах между полётами
воспитывает дочь.
-Вот так и летаем здесь, на пылесосе.
(Женя)
-Давай-ка ты лучше мне решишь задачку.
У Бори было три яблока, а у Яны четыре.
-А у Серёжи?
-Нисколько.
-У Серёжи тоже были.
Сколько яблок было у них вместе?
-Девять.
-Девять?
-Сколько?
-Семь.
-Так девять или семь?
-Семь. Девять. Семь. Девять. Семь.
-Люблю тебя.
-Маруся!
-Да.
(звонок телефона)
-Да?
А чего там?
Понятно.
Ладно, хорошо, буду.
Из больницы позвонили, надо возвращаться.
-Может, хоть часок погуляешь?
-Серёж!
-Позже поедем.
-Ну чего ты? Надо срочно.
Маруся, с меня попкорн.
Хочешь - два.
-Ладно.
-Серёжа, ну ты можешь побыстрее?
Правда надо.
-Ещё нашли незаконное удержание НДФЛ
главврачом поликлиники
с премий сотрудников.
(звонок телефона)
-Слушаю.
Это я.
(энергичная музыка)
-Это проверка вашего
вестибулярного аппарата.
Вас сейчас будут раскручивать.
Вы должны сидеть с закрытыми глазами,
наклоняя голову в одну и другую сторону,
представляя себя на аттракционах.
Вы же любите кататься на аттракционах?
-Нет.
-Температура до сих пор держится.
Антибиотики не справляются.
-Тогда сразу вопрос:
сколько у нас есть времени.
-Главное, чтобы не начался
необратимый процесс воспаления.
-Как его протянуть? Полёт через две недели.
-Он упрямый. Дотянет.
-Понимаете, столько забот в жизни,
переживаний разных, стресса.
Жена беременная. Курс доллара, опять же.
Я в этом живу каждый день.
У меня совершенно нет необходимости,
чтобы меня ещё на аттракционах раскручивали
до потери сознания. Понимаете?
-Понимаем.
-Тут не развернёшься. Как тут оперировать?
Ладно. Какой доступ у нас?
Сколько портов будем ставить? Один, три?
-Как вы себя чувствуете?
-Нужно работать как обычно, с трёх.
В один ставим камеру, с двух работаем сами.
-А давай знаешь что сделаем?
Инструмент положим на него.
Они же там ничего не весят?
-Я бы чуть пониже опустил.
-А инжектор тогда на место инструмента.
-Может, всё-таки через один порт?
Меньше доступов - меньше риск кровотечения.
-Василий, как самочувствие?
-Подташнивает.
-При необходимости я через один сделаю.
-А как ты собираешься гемоторакс
размыть через один порт?
-Я же говорю: при необходимости.
Зачем лишние разрезы делать?
Хорошенько я подзарядился!
-Меня на выходных не будет в городе.
Я не смогу на твоей свадьбе.
Нет-нет, не могу я тебе говорить.
Слушай, я бумагу подписывал.
-Как ваше самочувствие?
-Нормально.
-Ну ты как?
-Как с бодуна на американских горках.
Короче, русскому человеку не привыкать.
-Ну, тогда мне тоже.
Мы с моей бывшей женой
столько крови друг у друга выпили,
что я теперь тоже наполовину русский.
Это я Довлатова перефразировал.
-Коллеги, ставите один порт
под местной анестезией,
вводите камеру и смотрите.
При необходимости даёте наркоз
и ставите столько портов, сколько нужно.
-Нормально тебе по высоте?
-Можно было бы стол пониже...
-А у тебя сколько рост?
-73.
А, 78.
Да нет там дьюти фри, слушай!
У нас по две руки,
а кто камеру будет держать?
Кто лёгкие вентилировать?
-Как вы себя чувствуете?
-Голова кружится.
Слушай, не могу я говорить.
Потом все будете гордиться мной.
Да потом я приеду и отпразднуем.
-Ты всё?
-Как ваше самочувствие?
-Не очень. Можно остановить, пожалуйста?
-Четыре из пяти.
-На вентиляции будет космонавт Пётр,
а на камере - космонавт,
который полетит, Антон.
-Я бы не доверил.
-А какие варианты?
Смотрите, Антон.
Это грудная клетка нашего пациента.
Делаем первый разрез - здесь.
Ставим порт.
Это будет основной доступ для работы.
При необходимости делаем ещё два разреза:
здесь и здесь.
Также ставим порты.
В результате получается три доступа.
Три порта.
Сюда поставим камеру,
которую вы, Антон, будете держать.
В двух других - инструменты,
которыми работает хирург.
Чтобы иметь прямой доступ к лёгкому,
мы раздвигаем рёбра
и получаем прямой доступ к лёгкому.
Кажется, я увлеклась.
-Нет-нет.
Всё очень даже наглядно.
-Скажите, а правда,
что Олег является рекордсменом
по пребыванию в открытом космосе?
-Да. Он легенда.
Многих ребят вдохновил стать космонавтами.
Но иногда ведёт себя как маленький ребёнок.
-Вы ешьте. Приятного аппетита.
-Спасибо.
Вы тоже продолжайте уничтожать свою курицу.
-В невесомости у вас не будет задействовано
большинство мышц. К этому надо привыкнуть.
Простейшие движения, на которые на Земле
вы не обращаете внимания,
в невесомости могут стоить вам травмы.
Циркуляция крови будет нарушена.
Из-за отсутствия гравитации будет ощущение,
что вы находитесь головой вниз.
Это повлияет на вашу способность
ориентироваться в пространстве.
В космосе вам понадобится несколько дней,
а то и неделя, чтобы научиться двигаться.
Сейчас у вас будет 10 раз по 25 секунд,
чтобы примерно понять,
что такое невесомость
и как в ней действовать.
-Поехали!
-Режим!
Пять секунд.
Десять секунд.
Пятнадцать секунд.
Двадцать секунд.
Заканчиваем.
Режим!
Пять секунд.
Десять секунд.
Пятнадцать секунд.
Двадцать секунд.
Заканчиваем.
-Здравствуйте.
-Здрасте.
Я к Евгении Владимировне.
-А её дома нету.
-А вы её мама?
-Старшая сестра.
Проходите.
А вы лётчик?
-Здравствуйте, я хотела поблагодарить вас
за помощь с прокурором.
-Угу. Осторожно.
-И ещё мне надо с вами согласовать идею
жёсткого крепление хирурга
ногами вот так вот к полу.
-С помощью горных лыж?
-Да. Секунду.
Смотрите. Вот эти крепления -
и здесь соответственно.
Мы снимаем крепления с лыж
и присверливаем их к полу на станции.
-Нет, на станции к полу
мы ничего присверливать не будем.
-Ну хорошо, там, ну...
-Я принцип понял.
Попробуйте в самолёте.
-Хорошо.
Здравствуйте!
А космонавтов дайвингу тренируют -
чтобы они, упав в воду,
могли под водой плыть?
-Ну, в целом, да.
-Всё продумано.
-Режим!
Пять секунд.
Десять секунд.
Пятнадцать секунд.
Двадцать секунд.
Заканчиваем.
-Нас такому в институте не учили.
-Это точно.
-Режим!
Заканчиваем.
-Надо ещё.
-Да, ребят, если так
на самом деле в космосе,
то я не удивляюсь, почему там до сих пор
операции не делали.
-Аппендицит там не удалишь.
-Говорим Борисычу, что у нас не получилось,
пусть он там умирает?
-Не-не, так делать не надо. Думаем, думаем.
-А лыжные ботинки
точно в космос надо брать.
-Ребята молодцы, это прогресс.
-Вы что, из семи кандидатов
с двумя меня оставляете?
-Вестибулярка, гипоксия.
У третьего - зрение. Слепым вернётся.
-Ну а девушка, которая с нами летала?
-А что с ней?
-Может, присмотришься к ней?
-Что ты хочешь сказать, Михалыч?
-Крепкая она.
(Женя) -Я читала,
что вы семь раз выходили в открытый космос.
Первый раз было страшно?
(Олег)
-Было.
-Так, теперь вниз.
Спускаемся, теперь снизу вверх. Вот так.
-Конечно, страшно.
Выходишь из люка - а там бесконечность.
-Ну а кроме страха что ещё?
-Не знаю.
Себя начинаешь чувствовать.
Только ты и космос.
Это не передать словами, это надо пережить.
-Остаётся о таком только мечтать.
Так, теперь с другой стороны.
Олег!
Олег?
А что вас беспокоит на самом деле?
-Кроме того, что похож
на стакан лимонада с трубочкой?
-Это смешно.
А если серьёзно?
-Хотелось бы увидеть,
как дочка в первый класс пойдёт.
Неудобно перед всеми
из-за всей этой истории.
Скажите, а операция сложная?
-Средней сложности.
Но это на Земле.
А в космосе она экспериментальная.
Другие законы, другие правила.
Но вы это лучше меня знаете.
(кашляет)
-Конец сеанса связи.
-Константин Андреевич,
его жена должна знать,
что с ним происходит.
Вы поймите, рядом с ним сейчас должны быть
близкие родные люди,
ради которых он будет держаться.
Наша цель - чтобы он дождался врача.
Позовите жену.
-Вы психолог?
-Нет, я хирург.
-Психологией буду заниматься я. Хорошо?
-Простите, я мало понимаю в космонавтах,
но я неплохо разбираюсь в своих пациентах
и неплохо знаю, что такое - жить,
когда ты с человеком не успел договорить.
(всхлипывает)
У него дочка.
Ей шесть лет.
(вздыхает)
-Ландыши...
...Светлого мая привет!
(врач)
-4 Ж. Как самочувствие?
-Преподнёс огромный хрен под самый нос...
-5 Ж.
-Ты сказала, это ландыши!
-6 Ж.
(смеётся)
-Давит-то как!
-8 Ж, площадка.
-Остановка центрифуги.
-Как самочувствие?
(кашляет)
-Допелся.
-Певец не прошёл.
(напряжённая музыка)
(техник)
-Начало движения.
1 Ж.
-1 Ж.
-Два.
-2 Ж.
-3 Ж.
-3 Ж.
-4 Ж.
-4 Ж.
-Пять.
-5 Ж.
Как самочувствие?
-Хорошо.
-Шесть.
-6 Ж.
-Семь.
-7 Ж.
-8 Ж, площадка.
-8 Ж, площадка.
Дышим животом.
Как самочувствие?
-Хорошо.
-Конец площадки, спуск.
-Заканчиваем, Владислав Николаевич,
всё хорошо.
Вы молодец.
-Что, это всё?
Я только начал получать удовольствие.
-Я так и думал, что он пройдёт.
Поеду.
(техник)
-Три.
Единица.
-Как самочувствие?
-Да нормально.
-Ну и хорошо.
-Хотите прокатиться?
-Да, крест.
-Угу.
-Камера здесь.
Лампочки горят по периметру.
Обязательно. Теперь серёжки снимаем.
Лампочки когда зажигаются...
Тангенту сейчас дадут ребята.
-Разгоняем до трёх.
-Принял.
Идём на три.
Две единицы.
Три, площадка.
-Подержи три.
Евгения Владимировна, как самочувствие?
-Голова немного тяжёлая стала.
А так нормально.
(Волин)
-Давай до четырёх.
(техник)
-Принял.
Четыре единицы.
(Волин)
-Как самочувствие, Евгения Владимировна?
-Всё хорошо.
-Попробуем до шести.
-Она сейчас сознание потеряет.
-Идём на шесть.
Шесть, площадка.
-Спортом занимались, Женя?
-В школе в вышибалы играла.
И в волейбол на пляже.
-Как дышится?
-Тяжело.
Но терпимо.
(вспоминает)
Из больницы позвонили.
-Может, хоть часок погуляешь?
Попозже поедем?
-Серёжа, ну ты можешь побыстрее?
Правда надо.
-Останавливаем?
-Евгения Владимировна, всё в порядке?
(Маша)
-Мама!
(плачет)
(Женя)
-Маша!
-Мама!
Мама!
Мама...
-Серёжа, Серёжа! Помогите!
Помогите!
-Евгения Владимировна, всё в порядке?
-Да, всё в порядке.
-Добавляем до восьми?
-Не надо, останавливай.
(техник)
-Стоп центрифуги.
-Покатали и хватит.
-Пока мы тут спокойно себе живём, ты...
Я тебе хочу сказать,
что мы очень ждём тебя.
Скоро лето, а мы так и не решили,
куда поедем в отпуск.
(задумчивая музыка)
-Ну что?
Все нюансы продумала?
-Мне кажется, да.
По крайней мере, всё,
что можно было продумать на Земле.
-Отлично.
-Влад!
Давай я тебе покажу...
-Зачем люди стремятся в космос?
Тратят жизни на изучение, полёты.
Лишают себя нормальной жизни на Земле.
За 60 лет полётов
человек отлетел от Земли
всего на 400 километров.
Ты знала об этом?
-Нет.
-Это всего лишь как полпути до Питера.
Вот на Земле мы ни с чем
не можем толком разобраться,
а нам в космос надо.
Мы не можем понять, как двум людям
ужиться в двухкомнатной квартире,
но в космос летим.
Как ты думаешь,
почему человеку так надо в космос?
-Может, потому, что человек надеется
в космосе найти ответы на вопросы,
на которые он не может
найти ответы на Земле?
Я не знаю.
Помнишь нашего преподавателя?
Он рассказывал про первого человека,
который решил покорить Эверест.
Николаев, ты помнишь
или спал после своих клубов?
(Николаев)
-Ты забыла в центрифуге.
(Женя)
-Ну вот, что я буду без тебя делать.
-Ты справишься.
-У меня только один вопрос.
Вы готовы лететь в космос?
-Прямо сейчас нет, а завтра полетела бы.
-Я вам хотела сказать.
Он если там командира включит,
вы его не слушайте.
Делайте так, как вам нужно.
-А я его ремнями к столу привяжу,
если что.
-Евгения Владимировна, нам пора.
-Да.
-С богом.
-Спасибо.
-Я провожу тебя до самолёта?
-Угу.
-Барса с собой возьмёшь.
-Традиция такая. Сейчас вернусь.
-Вам нужно будет с мамой
связь поддерживать?
-Если это можно, то хотелось бы.
У неё сердце, нельзя волноваться.
-Организуем.
(рёв верблюдов)
(взволнованная музыка)
-Ну давайте и мне,
раз такая традиция.
-С богом!
-В космос случайных людей не отправляют.
Значит, так надо.
И тебе это надо.
Ты отличный хирург.
На его месте я бы тоже тебя выбрал.
А за Машку не волнуйся. Я присмотрю.
-Маш, ты не спишь?
-Только проснулась.
-О, ракеты опять пускают.
Деньги тратят.
Лучше бы пенсию увеличили.
Или стипендию вон.
Знаешь, какая стипендия у тебя будет?
Три тысячи в месяц.
Женьке надо позвонить.
(по рации)
-Руководство пуском принял. Первый.
-Заслонки открыты. На брусьях всё включено.
К старту готовы.
-Евгения Владимировна, вам мама звонит.
Будете разговаривать?
-Да. Да, давайте.
-Жень, привет! Ну что, ты возвращаешься?
Алло, Жень?
-Нет, мамуль, у меня тут ещё одна
командировочка нарисовалась.
-Какая командировка? А куда?
-Чего говоришь? А, в Иркутск.
-А зачем в Иркутск?
-На две недельки.
Я уже в самолёте просто, сейчас взлетаю.
-Опять с космонавтами?
-Нет,
с водолазами.
-Понятно.
Ой, слушай, тут прокурор опять приходил.
Цветы принёс. Только уже мне.
Да, так и сказал, что мне.
Спрашивал, где ты. Я ничего не сказала.
Импозантный такой мужчина.
Так он мне нравится.
-Мама?
-В Иркутск собирается.
-Мамуль, Барс с тобой?
-Да, со мной. Привет, Машуль.
-Волнуешься?
-Да, немного.
Я люблю тебя, пока.
-Ты, главное, не переживай.
Ты же не первая женщина, которая летит в...
В Иркутск.
-Угу.
-Что-то вы мне не договариваете.
-У мамы сердце слабое.
-Угу.
-Зажигание.
Предварительная.
Промежуточная.
Главная. Подъём.
-Поехали!
-Десять.
-Прошёл контакт подъёма.
Двигатели центрального
и боковых блоков ракеты-носителя
вышли на режим главной ступени тяги.
-Двадцать.
-Параметры системы управления
ракеты-носителя в норме.
-Двадцать пять.
Тридцать.
-Двигатели первой и второй ступени
работают нормально.
-Сорок.
-Параметры конструкции
ракеты-носителя в норме.
-Пятьдесят.
-Стабилизация изделия устойчивая.
-Шестьдесят.
-Давление в камерах двигателей в норме.
-Семьдесят.
-Тангаж, рыскание и вращение в норме.
-Восемьдесят.
-Полёт нормальный.
-Ни пуха ни пера, мам.
-Сто.
-Сто десять.
-Двигатели первой и второй ступени
работают нормально.
Есть сброс ДУ-5.
-Сто двадцать.
-Есть подключение двигателей
боковых блоков.
Есть отделение боковых блоков.
-Сто тридцать.
-Есть сброс створок головного обтекателя.
Стабилизация изделия устойчивая.
-Сто сорок.
-Параметры конструкции
ракеты-носителя в норме.
(глава)
-Ну что, ребят, поздравляем! Вы на орбите.
-Дим, иди сюда.
-Евгения Владимировна, как самочувствие?
-Хорошее у неё самочувствие. Улыбайся.
(Антон)
-ЦУП Москвы, слышу вас хорошо.
Самочувствие экипажа хорошее.
-Антон, начинай разворот и иди на стыковку.
-Проверили герметичность корабля
по 30-минутному замеру.
Замечаний нет, корабль герметичен.
(Антон)
-Принято.
(лиричная музыка)
57 метров дальность.
Скорость без превышения.
Стыковочный узел чист.
-Принято. Всё в порядке.
-Наблюдаю небольшой крен влево.
-Принято.
-Наблюдаю небольшое расхождение по тангажу.
-Принято.
-Дальность 24 метра.
Дальность 7 метров. Ожидаю касания.
-Принято.
(Антон)
-Ожидаю касания.
-Есть касание.
-Есть стыковка.
-Поздравляю, ребята.
(аплодируют)
(Антон)
-Есть подвод. Есть механическое соединение.
Есть сцепка. 06:12:55.
-Готовьтесь к переходу на станцию.
(Антон)
-Рейс "Байконур - МКС" закончен.
Вылезай, ноги разомнёшь.
Давай я тебя раздену.
-Что, даже чаю не попьём?
-Чаю? Да лучше на станции попьём.
Здесь туалет вот такой.
-Ладно-ладно, уговорили.
Давайте без чая.
-Аккуратнее.
(Пётр)
-Евгения!
-Здрасте.
-Антон!
Добро пожаловать на МКС. Будьте как дома.
-Здорово, небожитель!
Здорово, космический дом.
-А где Богданов?
-Полетели со мной.
На перекрёстке направо.
-Тесно тут у вас.
-Да, есть такое.
Вот здесь мы моемся.
-А где душ?
-Здесь другой принцип.
-Знаешь, как переводится МКС?
-Нет.
-Международный космический склад.
-Нам прямо.
Нам всё время прямо.
(Антон)
-Здорово, дружище! Как дела?
-Здравствуйте.
-Здрасте.
-Сам видишь.
-Нам бы оборудование выгрузить.
Мне рентген нужен.
-Полетели, корабль разгрузим.
-Здрасте. Я Женя.
(Олег кашляет)
Я очень рада вас видеть.
(кашляет)
Скажите, давно вас так перекосило?
-Дня четыре уже.
-Мне надо вас осмотреть.
-Слушай, Антон.
Рентген, инжектор, дренажная система.
Я, конечно, доверяю врачам,
но ты же видел Олега.
Ты не думаешь, что вот в этих условиях
один врач не справится?
Даже со всем этим оборудованием.
-Но в горячих точках
условия тоже так себе.
Спасали же.
Наша с тобой задача сейчас - помогать ей.
-А это что такое?
-Часть медоборудования.
(Олег хрипло дышит)
-Я так и знал, что это будете именно вы.
Как вам невесомость?
Голова не кружится?
-Помолчите, пожалуйста.
Полежите спокойно.
Или как тут у вас это называется?
Антон, мне нужно поговорить с ЦУПом.
Не могли бы вы передать снимки,
которые я сделала, на Землю?
Могу я поговорить не здесь?
(кашляет)
(Волин)
-Женя, как там Олег?
-Поражение лёгких обширное,
буду оперировать в ближайшее время.
Тянуть опасно.
-Вы успеете подготовиться нормально?
-Да, должны.
-Как самочувствие?
-Терпимо. Мне бы поговорить
с Валентином Борисовичем.
-Сейчас соединю вас.
-Да, Женя!
-Вы снимки видели?
-Рёбра в стадии формирования
костной мозоли,
но сохраняется патологическая подвижность.
-Валентин Борисович, мне страшно.
-Ну, во-первых, успокойся.
Да, всё не так просто,
как могло бы быть. Эмпиема.
-Вы не понимаете,
я передвигаться не могу, не сшибая углы.
Не то что человека резать.
-Но придётся резать.
-Здесь ничего не лежит.
Всё летает.
-А ты что-то другое хотела там увидеть?
-Нужно будет дренировать грудную клетку.
Если реанимировать его придётся, тогда что?
-Значит, будешь реанимировать.
Не в первый раз.
Я буду с тобой, не волнуйся.
-Хорошо.
-Ты уже там, и это главное.
Вспомни свою первую операцию.
И когда тебе было страшнее?
-Евгения, мы обед приготовили.
Проголодались?
-Обед это, конечно, хорошо,
но давайте приготовим
модуль для операции, ладно?
(тяжело дышит)
Надо тщательно продезинфицировать
все поверхности.
Антон, это для тебя схема. Сейчас.
(учащённое сердцебиение)
Олег!
Сейчас замеряем температуру.
Потом посмотрю ваш дренаж.
Вот так.
Так вот ручку сможете? Отлично.
Можно ещё здесь держаться.
Так, отлично.
-Вы когда-нибудь были
в трёх миллиметрах от смерти?
-Олег, я понимаю, что вам невесело,
но я постараюсь сделать всё,
что от меня зависит,
чтобы отдалить вас от смерти
на более-менее безопасное расстояние.
-Все мы находимся на таком расстоянии.
Вы, кстати, тоже.
-Вы о чём?
-Толщина стенок станции -
около трёх миллиметров.
Тонкая стенка, правда?
-Да.
Как бы теперь об этом не думать?
Могли бы и потолще сделать.
-На толще денег не хватило.
(Женя усмехается)
-Так, что там с температурой?
Вот, отлично.
Так, вы меня ждите здесь,
я пойду проверю,
готов ли модуль к операции.
-Я смотрю, Волин вас командиром экипажа
назначил, а я не в курсе?
-Олег, я жене вашей обещала, что свяжу вас,
если вы меня не будете слушаться.
Понятно?
(тяжело дышит)
-Женя?
Это от укачивания. Тебе надо отдохнуть.
Иначе будет хуже.
-Спасибо.
-Полетели за мной.
Залезай.
Здесь час сна - как два на Земле.
Если что, мы рядом.
-Угу.
-Прямо, налево,
в конце коридора ещё раз налево.
-Спасибо.
(плавная музыка)
-Антон, вы же на Земле
операцию полностью продумали?
Всё до мельчайших подробностей?
-Не волнуйся.
Я вырублюсь на пару часов.
-Я-то в горячих точках не был.
-Не расстраивайся.
Программисты тоже космосу нужны.
Вот ты придумаешь программу для роботов,
чтобы они делали
хирургические операции в космосе.
А то робот есть, а программы нет.
(стучит по клавишам)
Не сейчас пиши.
Потом.
(плавная музыка)
-Мамочка.
Где я?
(величественная музыка)
(кашель Олега)
(сильный кашель)
Олег!
Олег, вы меня слышите? Олег!
Олег!
Антон, Пётр, просыпаемся!
Богданова срочно в служебный модуль.
Давайте!
Укладываем его сразу на стол.
Аккуратно.
Аккуратно.
Так. Укладываем.
Аккуратно. Поворачиваем.
Чуть-чуть.
Так.
Ноги фиксируем.
Руку вот так. Отлично.
Бёдра тоже фиксируем.
Отлично.
Что там с кардиограммой?
Надо крепить электроды.
Пётр, следим за давлением.
Антон, следите за сатурацией.
-Сатурация 80.
-Понятно.
Антон, надо, чтобы на Земле знали,
что я начинаю операцию.
-ЦУП Москвы, МКС в канале СГ-1.
Нам срочно нужен приватный канал связи.
И соедините с Валентином Борисовичем.
(оператор) -Принято, приступаем.
-Что там по давлению?
-Давление 130 на 90.
-Ясно. Антон, готовьте пластырь
и следите за кардиограммой.
Олег?
Вы меня слышите?
Олег, вы меня слышите?
-Я тут.
-Это хорошо, что вы тут.
Это очень хорошо, вы молодец.
Поработайте кулачком.
Вот так, отлично.
Я сейчас буду вводить вас в наркоз.
Встретимся после операции.
Начинайте считать вслух.
-Что считать?
-Не знаю. Можете стишок какой-нибудь
любимый почитать.
-"Я узнал, что у меня
Есть огромная семья.
И тропинка, и лесок,
В поле каждый колосок.
Речка, небо голубое -
Это всё моё родное.
Это Родина моя.
Всех люблю на свете я".
-Константин Андреевич!
-Да?
-Операция началась.
Видеосвязь через три минуты.
-Руководству сообщили?
-Нет ещё.
-Сообщи.
-Хорошо.
-Всё, спит. Пётр, готовимся интубировать.
Так.
Антон, придержите.
Вот так, отлично.
Трубку.
Вижу связки.
Пошла.
Готовим мешок Амбу.
Стыкую.
Отлично.
Продолжайте, Пётр, надо его раздышать.
Так.
Отключаем правое лёгкое.
Правое лёгкое отключено.
Поворачиваем на левый бок.
Давайте, аккуратно. Вот так.
Вот так.
Пётр, помогите с рукой.
Закрепляем. Антон, готовим комбинезон.
Отлично.
Готовим крепления.
Есть контакт. Нужен второй.
Так. Готово.
Можем крепить.
Пётр, Антон, надеваем маски, перчатки.
Мне тоже подготовить перчатки.
Готовимся накрываться.
(напряжённая музыка)
Готовимся накрываться.
Крепим.
-МКС, ответьте ЦУПу Москвы в канале СГ-1.
МКС, ответьте ЦУПу Москвы в канале СГ-1.
(Женя) -Меня слышно?
-Слышим вас хорошо.
-Валентин Борисович тут?
-Да, я здесь, Женя.
-Время 3 часа 43 минуты,
приступаю к операции.
-С богом, девочка!
-Антон, торакоскоп.
Валентин Борисович, вы видите?
-Вижу.
-Свернувшийся гемоторакс.
Сгустки крови остались
и инфицировались. Эмпиема.
Всё лёгкое полностью отшвартовано.
-Пока разворачивается
неблагоприятный сценарий.
Но мы это предполагали.
-Я ставлю второй порт.
(сигнал сообщения)
Готовимся промывать.
Антон, держи горизонт.
-Здравствуйте.
-Доброй ночи.
-Пётр, сатурация?
(Пётр)
-70.
-Здравствуйте, Валентин Борисович,
пройдёмте.
-Нижняя и средняя доля правого лёгкого
имеют следы разрывов.
Гнойные наслоения.
Фибрин и шварты.
-На лёгком образовался плотный налёт,
который не даёт лёгкому расправиться.
-Нужно делать плеврэктомию
с декортикацией лёгкого.
-Жень, а как ты это сделаешь
без широкого доступа?
Как ты руку просунешь?
-Валентин Борисович, что делаем?
-Ну, в этих условиях...
Ты промыла плевральную полость -
и всё, больше ты ничего там не сделаешь.
Дренируй и уходи.
-Это что значит?
У нас ничего не получилось?
-К сожалению, время сыграло против нас.
На лёгком образовалась плотная корка,
которая не даёт ему расправиться и дышать.
Воздух в лёгкое практически не поступает,
а сосуды работают.
Оно как бы в безвоздушной среде.
Для того, чтобы полностью очистить лёгкое,
на Земле мы бы разрезали грудную клетку
и очищали его вручную.
Но в невесомости это невозможно.
С этого момента я считаю,
что любые наши действия
несут больше риска для Олега,
чем его спуск на Землю.
Простите.
-Надо сворачивать операцию.
И начинать подготовку к спуску.
-Что у нас получается по времени?
-Спуск с посадкой на штатном полигоне...
-Чего ждёшь, Женя?
-Я не могу закончить операцию,
лёгкое не расправлено.
Надо придумать, как сделать декортикацию.
-Единственный способ сделать
декортикацию лёгкого - это торакотомия.
В нашем случае конверсия невозможна.
-Я знаю.
-Я не торакальный хирург, в конце концов.
-Я думаю. Сейчас что-нибудь придумаю.
-Антон, готовим срочный спуск.
-Принял.
(Женя)
-Фарцепт!
-Женя, мы должны выполнить приказ с Земли.
-Мы не можем его так бросить.
Пётр, следите за сатурацией и за дыханием.
Фарцепт!
Антон, возьмите камеру.
(Пётр)
-Сатурация 69.
(Женя)
-Шварта рыхлая, фрагментируется.
Сейчас. Сейчас-сейчас.
-Женя, ты теряешь время.
-Евгения Владимировна,
надо прекращать операцию и готовить спуск.
-Он не готов к спуску.
Я не могу так это всё оставить.
-Вы можете ей приказать?
-Женя, пойми, от нас уже мало что зависит.
-Я должна снять шварту и расправить лёгкое.
Если всё сложится удачно,
он вернётся на Землю живым.
Он не долетит так. Я вижу, какой он.
-А если не сложится удачно?
Ты в космосе.
Там нет шанса на повторную операцию.
Заканчивай.
-Я беру ответственность на себя.
-Жень... Евгения Владимировна!
Здесь это коллективная ответственность.
Заканчивайте.
Она подготовит пациента,
и вы сможете вернуть его на Землю.
Это в любом случае надёжнее,
чем если бы спускали его сразу.
Процентов 20-25 есть, что он долетит.
А дальше уповать на бога.
-Знаешь, Королёв был прав.
Космос не для женщин.
(сердцебиение)
(сердцебиение учащается)
(отголоски криков Маши в машине
после аварии)
-Мама! Мама!
(Женя, кричит)
-Дыши!
Помогите! Помогите!
Дыши! Дыши!
-Мама!
(печальная музыка)
(сигнал сообщения)
-Сколько врачей встречает?
-От нас пять человек.
-Дополнительная группа нужна?
-Да, и реанимационный вертолёт.
-Женя! Слышишь меня?
Я не знаю, как тебе это поможет,
но Николаев просит тебя вспомнить,
как вы доставали тебе карандаш в макете.
-Николаев с нами?
-Вот он пишет СМС: "Пусть Женя вспомнит,
как мы доставали ей карандаш в макете,
закатившийся между панелей".
(напряжённая музыка)
-Да. Спасибо.
На станции проволока есть?
-Сейчас что-нибудь поищем.
Петя, посмотри, что у нас там есть.
-А какой длины нужно?
-Вот такой.
-Сейчас отрежу.
-Антон, фиксируйте меня.
Валентин Борисович, я знаю,
как сделать декортикацию.
-Ну и как?
-Я сама сделаю инструменты.
Пётр, дайте вашу ложку.
Будем импровизировать.
-Валентин Борисович, что происходит?
-Она делает инструмент
из подручных материалов, из проволоки.
-У вас в больнице
тоже такой бардак творится?
-У вас в космосе не больница.
Она в полевых условиях
пытается спасти жизнь пациенту.
Делает что может. У врачей так принято.
Это, конечно, ваше решение,
но на её месте я бы тоже попытался.
-Вы понимаете, что она собирается делать?
-Думаю, что понимаю.
-По циклограмме срочного спуска
они уже через час должны
сидеть в корабле в скафандрах.
-Евгения Владимировна.
Евгения Владимировна.
-Не заставляйте меня ломать человеку жизнь,
когда есть шанс этого не делать.
-Евгения Владимировна!
-Антон, держите.
-Евгения Владимировна!
-Шанс небольшой, я прекрасно понимаю.
-Женя!
-Я это сделаю.
Я попробую это сделать.
Я не могу лишить его шанса!
Сейчас будем дезинфицировать.
-Женя!
-Вы можете мне не мешать?
-Женя!
-Да?
-Продолжайте операцию.
(Женя)
-Делаю третий доступ.
-Подожди со спуском.
-Антон, вам сейчас надо будет
держать камеру под моими руками.
-Константин Андреевич,
успокоительное. Выпейте.
(напряжённая музыка)
-Ген, что делаем с журналистами на посадке?
-Хороший вопрос. Держи их на низком старте,
только никому ни слова.
По результату сообщим.
Или не сообщим.
-Поняла.
-Валера, как бы нам сделать так,
чтобы переговоры космонавтов при спуске
не перехватили казахские радиолюбители?
-Принести вам кофе?
-Да, спасибо.
-Пётр, глаза.
Валентин Борисович, я попала в слой.
-Алло?
-Умница.
Будь аккуратна.
-Молодец.
-Лёд тронулся.
-Валентин Борисович, это надолго?
-Ну, не меньше часа.
-Ваш кофе.
(задумчивая музыка)
-Ну?
-Бить будешь?
-Есть у меня такая мысль.
-Ну давай, бей.
-Скажи, пожалуйста,
что я тебе плохого сделал?
Я почти до дома доехал.
Мне тут докладывают -
ты опять что-то придумал.
Налей мне для храбрости.
Бить же буду.
Что за хреновый коньяк ты пьёшь-то?
-Давно лежит, испортился.
-Глаза.
(звонок телефона)
-Да?
-Константин Андреевич,
Беляевой мама звонит. Соединять?
-Соединяй.
У неё мать сердечница,
обещал её на связи держать.
-Евгения, простите, что отвлекаю,
но вам мама звонит.
Будете говорить?
-Тут попробуй не поговорить.
-Хорошо, соединяю.
(мама)
-Жень, не спишь?
У меня к тебе короткий вопрос:
а у тебя коллаген есть?
А то тот, который я привезла с собой,
он закончился.
-Нет, мам, нету.
(мама)
-Эх! Ну как вы там?
Ты хоть отдыхаешь?
-Угу.
-А по городу гуляли уже?
-Да, немного.
-Ну хорошо.
Время будет -
обязательно поезжайте на Байкал.
Так, я тут тебе список приготовила,
что мне привезти надо.
-Да, мам.
-Слушай.
Значит, первое: сера. Это жевательная смола
сибирской лиственницы,
укрепляет зубы и дёсны.
-Угу.
-Дальше. Икра омуля.
Это вообще эликсир жизни.
Помогает работе сердца...
-Настя, ты записываешь?
-Угу.
-Записывай, доставать придётся.
(мама) -...активизирует работу мозга,
повышает активность,
поддерживает иммунную систему,
благотворно влияет на нервную систему,
выводит плохой холестерин.
-Угу.
-И препятствует образованию бляшек.
Купи баночки три.
-Угу.
-Не, лучше пять.
Так. Байкальский травяной сбор,
кедровые орешки
и буддийские амулеты.
-Что?
-Буддийские амулеты, запиши.
-Записала.
-Ой, слушай, у нас телевизор сломался.
Переведи тысячи три, а я мастера вызову.
-Хорошо.
-А у тебя там в этом твоём Иркутске
всё получится, не волнуйся.
Ой, я же в молодости тоже на Байкале была.
У меня там жених был. Кстати, тоже дайвер.
Ну, мы их водолазами называли.
Пока!
-Алло, мамуль, привет!
Мы тебя очень любим и скучаем, давай!
Возвращайся скорее.
-Я вас тоже.
-Всё, целую.
-Друзья! Кому ещё гостинцев из Иркутска -
обращайтесь к Насте.
-Антон, надо в таком положении
подержать камеру.
Так, поехали.
Пётр, включай лёгкое.
-Готово.
-Ещё подуй. Подуй.
Сатурация?
-89.
-Отлично.
-Очень хорошо. Молодец.
Теперь зашивай.
-Антон, готовим дренажную трубку,
будем шить.
Антон, готовим инспирацию.
Время 7 часов 3 минуты.
Операция завершена.
Мне впервые ассистировали космонавты.
Ребята, вы большие молодцы.
Всем спасибо.
(Антон)
-И что теперь?
(Женя)
-Теперь надо ждать.
Через несколько дней поймём,
получилось или нет.
Пройдёт воспаление и восстановится вакуум.
Шить.
-Кофе будете?
-Коньячку бы.
-Это можно. У Константина Андреевича.
(Шуберт - "Аве Мария")
-А ты икру омуля-то пробовал?
-Пробовал.
-Ну как? Помогло?
-Бляшек нет.
-Фактически операция завершена.
Зашивает.
Теперь только ждать.
-Может, коньячку?
-Пожалуй, теперь можно.
-Хороший коньяк, хороший.
-Операция - это только часть.
А дальше ожидание: вышло - не вышло.
А это самое тяжёлое.
(Маша)
-У мамы на работе такое часто бывает.
Она может по три дня домой не приходить.
А у него может начаться там нагноение,
отёк лёгких, кровотечение.
-Самое обидное - всё это может случиться,
даже если операция прошла успешно.
-Ты несколько дней просто ждёшь.
Ждёшь и надеешься.
-А там целый ворох последствий:
тромбоэмболия...
-Ателектаз, воспаление лёгких.
-Его промывают и накачивают антибиотиками.
И ждут, задышит лёгкое или не задышит.
-А если не задышит?
-Снова операция.
Но это здесь. А там - я не знаю.
(Маша)
-По статистике, до 7 процентов умирают
от последствий операций.
-7 процентов - это ведь немного.
-Немного, если это не твой пациент.
И не на твоей совести.
-Здравствуйте, Константин Львович.
Нет, никому не сообщали.
Вы первыми узнаете, когда он придёт в себя.
Да, ваших пустим на посадку. До свидания.
Откуда у Эрнста мой номер?
(дети)
-Побежали, быстрей!
-Температура держится, сатурация 92.
Хороших новостей пока нет.
-Женя? Жень!
-Да?
-Там это...
-Что?
-Олег.
-Что?
-Евгения, сюда.
-Где он?
(напряжённая музыка)
-Братцы,
что-то есть так захотелось.
Евгения Владимировна,
перекусить-то можно?
-Угу.
-Выглядит неплохо, Константин Андреевич.
-ЦУП Москвы экипажу МКС, слышите?
-ЦУП Москвы слушает.
-Лёгкое полностью расправилось.
Вакуум стойкий.
Экссудат в плевральной полости отсутствует.
-Да, Константин Андреевич.
-Богданов пришёл в себя.
-Значит, всё получилось?
-Включи трансляцию с МКС.
(Женя) -Температура в норме.
Анализы в пределах нормы.
Дренаж я убрала.
По моим наблюдениям,
вероятность рецидива минимальная.
Так что, кажется, мы скоро вернёмся домой.
-Поздравляю, Константин Андреевич.
-Мне позвонили -
Богданов пошёл на поправку.
-Так это отличная новость!
-Замечательная!
-Чуть ниже.
-Владислав Николаевич,
а Богданов - это кто?
-Это космонавт.
Всё, можем закрывать.
-Я до сих пор не пойму,
почему они выбрали её, а не вас?
-Потому что...
Она крутая.
(Валерий Леонтьев - "Полёт на дельтаплане")
-Поздравляю!
-Жень!
-А?
-Оставайся с нами на полгода?
-Да, мы тут подумали,
что с врачом как-то спокойнее.
-Ну уж нет. Нам срочно надо на Землю.
Женя мне хачапурную обещала.
-Угу.
-А что, Героям России на МКС
хачапури не доставляют?
-Вот-вот.
-Пишите список.
Оформим вам экспресс-доставку "Прогрессом".
(Женя плачет)
-Антон, я могу попросить вас?
Вы когда будете выходить в открытый космос,
оставьте их там.
(всхлипывает)
-Разберёмся. Оставь пока у себя.
(плачет)
А ты была когда-нибудь в Австралии?
А на Мадагаскаре?
Полетели за мной.
Евгения Владимировна, это приказ.
Давай-давай.
-Хорошо.
Мамочки!
(плавный вальс)
А что мы сейчас пролетаем?
-Байкал.
-Байкал!
-Но это ещё не всё, Евгения Владимировна.
Это ваша космическая карета
на сегодняшний вечер.
-Главный подарок от нас всех.
Ну что, ты готова?
-К этому можно быть готовым?
-Тогда надевайте.
Быстрее, пока ЦУП нас не видит.
-Сейчас.
Одну секундочку.
(воодушевлённая музыка)
Это моё любимое. На выход.
-Прошу.
-И ещё кое-что.
Если увидишь яркий свет,
это, скорее всего, ангелы.
(воодушевлённая музыка)
(Антон)
-Женя, руку давай.
Крепко не держись -
руки болеть будут.
А теперь - отпускай.
Давай, давай!
Никуда не денешься.
(воодушевлённая музыка)
-Машка, ты не поверишь, где я сейчас.
(лиричная музыка)
"Покроется небо пылинками звёзд,
И выгнутся ветви упруго..."
(Анна Герман - "Эхо любви")
Тебя я услышу за тысячу вёрст.
Мы - эхо,
Мы - эхо,
Мы - долгое эхо друг друга.
Мы - эхо,
Мы - эхо,
Мы - долгое эхо друг друга.
(песня продолжается)
-Почему молчат?
-Олег? Олег, вы как?
Дышите?
-Да. Дышу.
Спасибо вам.
-И вам тоже.
-А что ты без цветов-то?
-Так ты же не умер.
(гомон голосов)
-Взяли!
-Ноги, ноги.
-Не думаете расширить
свои профессиональные возможности?
Космическая хирургия.
-Это интересно, я подумаю.
-Да, и передавайте привет
и спасибо за совет Владиславу.
-Обязательно передам.
Его идея с проволокой нас всех спасла.
-И это тоже. Но главное -
совет отправить в космос именно вас.
Счастливо.
(вспоминает слова Николаева)
-Ты отличный хирург.
На его месте я бы тоже тебя выбрал.
(Ёлка - "После меня")
-Нашла себе космонавта?
-Здравствуйте.
-Здравствуйте.
Куда поедем?
-Как космос?
-Я люблю тебя.
-Я тебя люблю.
-Надо было в космос слетать,
чтобы ты это сказал.
(Ёлка - "После меня")
(шум вертолётов в телевизоре)
-С возвращением!
(репортёр по телевизору)
-Торакальный хирург Евгения Беляева
после успешного выполнения
хирургической операции на МКС
вернулась на Землю.
Космонавта удалось спасти.
Сейчас он проходит реабилитацию
и скоро вернётся к семье.
Скажите, как вы решились
отправить в космос хирурга,
да ещё женщину, делать операцию на МКС,
где нет притяжения Земли?
-Знаете, там, где есть русская женщина,
там всегда есть притяжение.