Граф Монте-Кристо (1998 год). Цитаты и фразы из телесериала
«Граф Монте-Кристо» (фр. Le Comte de Monte-Cristo) — мини-сериал
совместного производства Франции, Италии и Германии, режиссёра Жозе
Дайана, снятый в 1998 году по одноимённому роману Александра Дюма.
Главные роли исполнили Жерар Депардьё и Орнелла Мути.
Все фразы и цитаты
1 серия
Неужели ты думаешь, что мне
нравится быть графом Монте-Кристо?
Он человек ужасный,
безжалостный и холодный.
Но не я сам захотел
стать этим человеком,
мне достаточно было быть
Эдмоном Дантесом,
я не хотел ничего другого
от жизни, но мне помешали
Вильфор, Морсерф, Данглар
и даже это ничтожество Кадрус,
который знал всё и ничего не сказал.
Решив убить молодого моряка,
которому ничего ни от кого
не было нужно,
они породили мстителя,
который пришел спросить с них долги,
и тем хуже для них.
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ
В фильме "ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО"
ОРНЕЛЛА МУТИ
ЖАН РОШФОР
ПЬЕР АРДИТИ
СЕРДЖО РУБИНИ (в роли Бертуччо)
МИШЕЛЬ ОМОН
ФЛОРАНС ДАРЕЛЬ
ЖАН-МАРК ТИБО
ЖЮЛИ ДЕПАРДЬЕ
КРИСТОФЕР ТОМПСОН
РОЛАН БЛАНШ
ЖОРЖ МУСТАКИ
ЭЛЕН ВЕНСАН
СТАНИСЛАС МЕРАР
СТЕФАН ГЕРЕН-ТИЛЛИ
ЗАКЛЮЧЕННЫЙ: Мы есть хотим!
Где вы там ходите?
При участии ГИЙОМА ДЕПАРДЬЕ
Тихо вы там! Тихо, или на неделю
останетесь без пищи! Поняли?
ПАТРИК БУШИТЕ в роли Бошана
КОНСТАНС АНЖЕЛЬБРЕШТ
в роли Эрмины Данглар
МИШЛИН ПРЕЛЬ
ЖАН-КЛОД БРИАЛИ
Автор сценария и диалогов
ДИДЬЕ ДЕКУЭН
по мотивам одноименного романа
Александра Дюма
Композитор
БРЮНО КУЛЕ
Оператор
ВИЛЛИ СТАССЕН
Продюсер
ЖАН-ПЬЕР ГЕРЕН
Режиссер
ЖОЗЕ ДАЙАН
Не хочу я вашей похлебки!
Не приносите мне больше еды!
Не надо мне ее!
Я не хочу больше есть!
Я хочу умереть, я хочу умереть,
я хочу умереть!
Не бойтесь. Помогите мне.
Кто вы?
Аббат Фариа. А вы?
Я номер 34-ый.
Но раньше меня звали Дантесом.
Эдмоном Дантесом.
Давно вы здесь?
Уже не помню.
Сначала я считал дни,
но теперь уже не знаю...
Сегодня 11 февраля.
11 февраля...
Да, сейчас февраль,
вот почему мне холодно.
Февраль какого года?
1833-его.
1833-его?
Я здесь 18 лет.
18 лет.
У меня отобрали солнечный свет,
украли любовь,
молодость,
будущее...
Эдмон Дантес?
Эдмон Дантес!
Я пришел с мандатом на ваш арест,
выданным господином Вильфором,
королевским прокурором.
Именем закона, Дантес,
следуйте за мной!
Друзья, продолжайте веселиться,
я скоро вернусь!
Тише!
Тише!
Письмо с доносом на вас анонимно.
Естественно.
Вы хотя бы представляете,
в чем вас там обвиняют?
Совершенно нет, господин прокурор!
Сколько бы я ни гадал,
не могу представить,
какое зло я мог совершить!
К тому же я только что вернулся
во Францию после долгого путешествия
в Восточную Индию, на "Фараоне",
корабле судовладельца Морреля.
На котором вы служите в качестве
помощника капитана, верно?
Да, месье.
При каких обстоятельствах вы
взяли на себя командование кораблем?
Как я сообщал в своем последнем
рапорте, капитан "Фараона"
умер от лихорадки,
когда мы проходили через
Гибралтарский пролив, и...
Надеюсь, меня не обвиняют
в том, что я убил его?
Нет, Дантес.
В письме пишут, что вы
заезжали на остров Эльба.
Это правда?
Да, правда.
Что в этом плохого?
Когда вы там оказались,
адъютант бывшего императора
передал вам письмо?
Да.
Почему?
Разве вы не знали, что любое общение
с бывшим тираном запрещено?
Месье, я действовал
по приказу капитана "Фараона".
Когда он еще боролся
со злочастной лихорадкой,
которая и погубила его,
он заставил меня поклясться,
что я заберу это письмо.
Так вы не бонапартист?
Я моряк, и только моряк.
Слишком часто и слишком долго
далеко от Франции,
чтобы интересоваться политикой.
Но как я мог отказать в
последней просьбе умирающего?
Тем более, что этот умирающий
был единственным, после Бога,
хозяином корабля,
на котором я служил.
А морской устав требует
неукоснительного подчинения.
Вы хорошо защищаетесь.
Я не защищаюсь, господин прокурор.
Меня защищает правда.
Я вам верю, мой мальчик.
Дело закрыто.
К тому же мы сами знаем,
что такое анонимные письма:
я получаю их десятками ежедневно.
Снимите с него цепи.
Я свободен?
Лучше: вы невиновны.
Я не вижу, в чем правосудие
может вас упрекнуть,
разве только в сочувствии
и подчинении старшему по званию.
Это только делает вам честь.
Прощайте, капитан Дантес.
Возвращаю вас вашей невесте.
А я возвращаюсь к своей, потому что
у меня тоже сегодня помолвка.
Какое странное совпадение.
Что ж, желаю вам счастья,
господин прокурор.
И кто знает, вдруг наши невесты
станут лучшими в мире подругами?
Да, они объединятся, чтобы
разорить нас у одних и тех же
портних и модисток!
Прощайте.
Еще одну минуту, капитан Дантес.
Последний вопрос:
это пресловутое письмо
с острова Эльба еще при вас?
Конечно.
Вот оно.
Вы прочли имя получателя?
Запомнили его адрес?
Конечно.
Я даже сам лично
хотел его отнести.
Это некий месье
Нуартье, живет в Париже
на улице Кок-Эрон, 13.
"Я готовлюсь к побегу
с острова Эльба,
чтобы высадиться во Франции
и вернуть себе трон.
Вы должны создать
благоприятные условия для этого,
для чего надо убить генерала Кенеля,
моего самого опасного противника.
Я полностью вам доверяю. Наполеон."
Эдмон Дантес, именем закона
я должен арестовать вас.
Что?
Но вы только что сказали...
И проследите, чтобы он
ни с кем не мог общаться.
Вы не имеете права!
Замолчите, Дантес.
Больше ни слова.
Вы обвиняетесь
в тяжких преступлениях.
Отпустите меня!
Вы не имеете права!
Отпустите! Вильфор,
будьте вы прокляты, Вильфор!
Однажды я найду вас!
Однажды я убью вас!
Такое резкое изменение
поведения и решения
прокурора Вильфора было вызвано...
именем человека, которому я должен
был передать письмо с острова Эльба:
Нуартье, улица Кок-Эрон, Париж.
Это имя вам ничего не говорит?
Нет. Я ходил вдоль берегов Африки,
огибал мыс Доброй Надежды,
останавливался в портах
Коломбо и Бомбея,
но никогда не был в Париже,
я никого там не знаю.
Вашего Нуартье на самом деле
зовут Нуартье Вильфор.
Он отец прокурора,
который засадил вас сюда.
Добавлю, что он всегда был известен
своей симпатией к Бонапарту.
Это письмо, вероятно,
содержало послание,
которое рисковало
скомпрометировать отца Вильфора.
Да, похоже, похоже.
Это объясняет, почему меня
бросили сюда гнить безо всякого суда.
Но Наполеон тоже умер!
Эти истории с бонапартистскими
заговорами уже потеряли смысл!
Для Вильфора одна
опасность порождает другую:
если бы вы предстали перед судом,
вы бы сказали о письме.
Значит, чтобы защитить
своего отца и свою карьеру,
Вильфор спокойно
принес меня в жертву?
Приговорил быть заживо
погребенным здесь.
Не забывайте о другом письме.
Анонимном.
Где писалось, что я
курьер императора.
С тех пор, как я нахожусь
в этой вонючей тюрьме,
я только и думаю об этом,
рассматривая события с разных сторон.
Мне тяжело в этом признаться,
но сейчас для меня
это письмо уже перестало
быть анонимным.
Не надо стыдиться.
Когда Христа схватили,
он тоже плакал.
Все думают, что те слезы Христа
были слезами страха.
Страха пыток.
Но я спрашиваю себя,
не плакал ли он от того,
что Иуда предал его.
Иуда был его другом,
и вы знаете, что он сделал.
Но Иисус не мстил Иуде.
Нет, потому что он был Богом,
у него другие обязанности.
Но вы всего лишь человек,
и это дает вам право.
Лучше сообщим о его смерти
в конце дежурства.
Тогда на кладбище его
понесет ночной караул.
Пошли.
Всё же зашьем его в мешок,
иначе его оглодают крысы.
Я искал и нашел, Фариа.
Лучшее из сокровищ,
Фариа
свободу.
Фариа, я нашел свободу.
Тяжеловат он для старика,
у которого были кожа да кости.
Это из-за ядра.
Нужно было привязать его потом,
на кладбище.
Это тебя ищут?
Я могу спрятать тебя.
Мы можем пока хорошо
провести время.
Что на это скажешь?
У меня нет денег.
Я словно вдыхаю морской ветер.
Ноги мои уже колыхаются,
как у русалки.
Тебе, как моряку,
это должно нравиться...
У меня вообще нет денег.
Я возьму совсем мало.
И у меня есть женщина,
она ждет меня.
Отец! Отец, Открой! Это Эдмон.
Умоляю, окрой мне,
я в опасности. Отец!
Извините, мадам, что,
месье Дантеса нет дома?
Нет, и уже давно.
Он уехал в другое место?
Да, именно. В другое.
Далеко отсюда?
Очень далеко. Он умер.
Его сына арестовали,
бросили в тюрьму.
И тогда старик Дантес умер.
От голода.
От голода? Это невозможно!
У него здесь были только друзья,
его не могли бросить!
Когда он узнал, что у него
забрали сына, он отказался есть.
Он хотел только одного: умереть...
Не может быть...
чтобы встретиться со своим любимым
Эдмоном там, на небе, у Господа.
Но Эдмон Дантес не умер!
Боюсь, что все же умер.
Многие пытались узнать о его судьбе.
Им отвечали, что о нем
ничего не известно.
И потом, это такая давняя история.
Зачем ворошить прошлое?
Похоже, ты моряк?
Покажи свою книжку моряка.
Да, конечно.
Так где она?
Сейчас...
Извините, меня уже в третий
раз просят ее показать.
Я уже забыл, в какой
карман ее положил.
Что вам нужно от моего внука?
Это хороший мальчик, никому
никогда не делал ничего плохого.
Он ваш внук?
Без него я бы уже давно умерла.
Может, так оно было бы и лучше!
Не говорите такие вещи, мадам.
Извините, мы просто не знали.
Мы ищем беглеца,
вы уж поймите нас.
Вот У нас вы его
точно не найдете.
Мы здесь прячем
только свою нищету.
Спасибо.
Скажите, почему вы это сделали?
Я не знаю, кто ты, мой мальчик,
и не хочу знать.
Я сделала это потому,
что только что
ты с теплом вспоминал
о бедном старике Дантесе.
Я ищу сеньориту Мерседес.
Я постучался в ее дом,
но мне никто не открыл.
Вы наверняка ее знаете:
Мерседес Игуалада,
дочь Фелиу и Росады.
Она каталонка.
Друг, с какой луны ты упал?
Она уже лет двадцать
как уехала отсюда.
Уехала? Уехала? Куда?
Ходили слухи о Париже.
Мне так кажется.
В любом случае,
она сюда больше не возвращалась.
А Фернан Мондего?
Кажется, он был ее кузеном.
Может, он знает, где она?
Фернан Мондего? Тоже уехал.
Он поступил на военную службу.
Я смотрю, приятель,
ты ешь зерно, как крыса.
Ты на какое судно нанялся?
Ни на какое.
Но мы потерпели кораблекрушение.
Такое случается.
Но "Юная Амели" прекрасное судно,
оно выдержит любые бури.
А я хороший капитан,
который держит свое слово.
Это предложение?
Одного из моих матросов арестовали
в таверне за драку.
Очень досадно, поскольку у меня
этой ночью встреча в открытом море.
Да еще этот чертов мистраль
при нехватке экипажа.
Так что я не откажусь от помощи.
Контрабанда?
Не будешь соваться в мои дела -
я не буду соваться в твои.
Так согласен?
И куда мы идем?
В сторону Италии. Больше тебе
ничего знать не надо.
Ветер попутный, капитан,
так что надо поднять прямой парус,
чтобы у судна была устойчивость.
Прямой парус?
Да. И немного ослабить треугольный,
он недостаточно надувается.
Зубатка средиземноморская
с прованскими пряностями,
фаршированная мясом лангустина
и морского ежа. Каково?
И всё поджарено на стеблях укропа,
пропитанных анисовым ликером,
и залито мякотью помидоров,
тушеных в шафране.
Этот негодяй Бертуччо
ничего не смыслит в навигации,
но как главный кок
он не имеет равных.
Кстати, перед тем,
как наняться на "Юную Амели",
он был поваром у графа Фарлатти,
одного из самых богатых
людей в Тоскане.
А этим людям всегда кажется,
что их обирают, грабят, обворовывают
Ваш повар - вор?
А ты,
кто ты?
Наблюдатель заметил сигнальные огни
справа по борту, капитан.
Какой сигнальный огонь,
постоянный?
Мигающий: то видно, то не видно.
Это сигнал нам.
Все на мостик, я уже чувствую
запах турецкого табака!
Это ведь остров Монте-Кристо?
Остров, говоришь?
Большая честь для этой груды камней.
Вы можете меня там высадить?
Высадить тебя на Монте-Кристо?
Вы пройдете в нескольких
кабельтовых от него,
вы ненамного отклонитесь от курса.
Мне не хочется расставаться
с таким хорошим моряком, как ты.
Да и глупо покидать нас так рано:
я не продал табак, который
погрузил сегодня ночью,
так что мне нечем
с тобой расплачиваться.
Вместо платы я прошу
высадить меня на этом острове,
а на обратном пути из Италии
забрать меня. Через неделю.
Что такому человеку, как ты,
делать на этом никчемном камне?
Когда Лазарь вышел из могилы,
никто не задавал ему вопросов.
Нужно уважать молчание
мертвых, капитан.
Да простит меня Богза то,
что я превратил его Сына в нож!
Вот, это придаст вам силы.
Нет, слишком поздно.
Но перед тем, как умереть,
я хочу тебе кое-что дать.
Это секрет, в который никто
никогда не верил.
Но ты в него поверишь,
как ты веришь в Бога.
Разве я верю в Бога?
Это как мой секрет:
пока ты его не видел,
ты сомневаешься.
Когда ты его увидишь,
ты будешь ослеплен.
Это сокровище, ибо я богат,
мой сын, безмерно богат.
Оно там, на острове.
На острове?
О каком острове вы говорите?
Монте-Кристо.
Остров Монте-Кристо.
Здесь повсюду рифы.
Ближе нельзя, я не могу рисковать.
Ничего. Я хороший пловец.
До свидания!
Увидимся через неделю!
Вы еще пожалеете
о моей вкусной еде!
Он пожалеет не только о ней.
Ты что, не понял, кто он?
Ты помнишь, мы слышали
вестовую пушку замка Иф?
Допустим. И что?
Беглец - это такой же товар,
как и тюк с табаком, даже лучше.
Вот почему я сначала хотел
оставить его на борту.
Но это был неправильный расчет:
он мог воспользоваться остановкой
в Италии, чтобы там раствориться.
Тогда как с Монте-Кристо
у него нет никаких шансов сбежать.
Да, но в Италии меня
могут схватить карабинеры.
Успокойся, ты не стоишь
и веревки висельника.
Вот он другое дело:
постояльцы замка Иф - это тебе
не какой-то мелкий воришка.
Это жирные сливки!
Они стоят многого!
Пещера...
Фариа, один только жест, знак,
дай знак, остальное я сделаю сам!
Фариа, не бросай меня.
Покажи мне его. Фариа...
Это сокровище принадлежало
графу Спаде,
отравленному Цезарем Борджиа.
Помоги мне.
Я потомок рода Спада.
А сокровище было очень хорошо
спрятано, даже для Борджиа.
Бедный старик, он уже не знал,
что говорил.
Это нормально.
Я тоже бредил.
И потом,
что бы я делал с этим сокровищем?
Фариа,
Фариа,
мой старый Фариа,
что бы я делал с этим сокровищем?
В этой пещере ночь
погребла драгоценные камни.
Но ты вырвешь их у ночи.
Ты заставишь их
блестеть ярче солнца.
Они будут принадлежать тебе.
Всё это твоё.
Точно? Ты в этом уверен?
Вон он.
Ты уверен, что это
остров Монте-Кристо?
Месье! Месье!
Месье, это Бертуччо!
Месье, не прячьтесь,
не прячьтесь! Я пришел
спасти вам жизнь! Месье!
Спасти мне жизнь?
О чем ты болтаешь, Бертуччо?
Клянусь, это правда.
Капитан "Юной Амели" хотел
сдать вас французским властям,
чтобы получить за вас награду.
И ты решил сам
получить эту награду!
Сколько вас прибыло для этого?
Да нет, вы ошибаетесь.
Не подходи!
Не подходи!
Посмотрите, я один.
Не считая рыбака Джеппе,
который доставил меня сюда.
Скажи этому Джеппе,
чтобы он плыл сюда:
я заберу его лодку и возьму тебя
с собой в качестве моряка.
Но на этой лодке он зарабатывает
себе на хлеб: Джеппе бедняк.
Нет.
Держи, теперь он богатый человек.
Почему вы не взяли
с собой старика Джеппе?
Двое против одного, вы легко
могли бы избавиться от меня.
Я знаю, кто ты.
И кто же я?
Повар, у которого даже
нет с собой ножа!
Вор, который ограбил
своего хозяина.
Но со мной это не пройдет!
Да у вас это навязчивая идея,
что на вас нападут!
Из-за богатств,
которые вы там спрятали?
В любом случае,
нет смысла играть в прятки.
Ваша история ясна, как день:
зачем узнику, едва
сбежавшему из тюрьмы,
отправляться на заброшенный остров,
если только не забрать свою добычу,
которую он успел хорошо спрятать
перед тем, как его арестовали?
Это не добыча, а наследство.
Как бы там ни было,
ты сам себя выдал:
ты пришел за мной
не из милосердия, а из корысти.
У тебя нет ножа, а у меня есть.
И я умею им пользоваться.
Так что приятного плавания.
Вы заблуждаетесь!
И даже если ваш чертов сундук
полон таких же больших камней,
что вы дали старику Джеппе,
повторяю вам,
они меня не интересуют.
Вот так.
Слово Бертуччо!
Единственное, о чем я прошу вас
это взять меня с собой
в качестве слуги.
Мне никто не нужен!
Уверен, мы направляемся
не к французским берегам.
Верно, мы едем в Италию.
Извините, однако боюсь,
я вас не понял:
от чьего имени вы действуете?
Месье, я имею честь
быть собственным хозяином
... и жить на свои деньги.
51 процент капитала вашего
банка, именно так.
Почему 51 процент?
Чтобы иметь свободу действовать так,
как мне заблагорассудится.
Следуя причудам своей
фантазии, вы понимаете?
Нет, он не понимает.
Извините, но мне кажется,
что эта шутка слишком затянулась.
Послушайте, друг мой...
Господин граф.
Простите?
Вы назвали меня "друг мой",
что само по себе не оскорбительно.
Но вы должны говорить
"господин граф".
Господин граф?
Да, господин граф Монте-Кристо.
И это вы?
Это я.
Дорогой месье, не хочу
показаться грубым, но я спешу.
Так что, если вы не хотите
иметь со мной дело,
будьте любезны сказать это прямо
сейчас, и я пойду в другое место.
В другое место?
В другое место...
чтобы купить другой банк?
Что ж, прошу меня извинить...
Перед тем, как встретиться с вами,
я поместил свой сундук
в сейф вашего банка.
Я охотно разрешаю
вам открыть его.
Это уже сделано.
Вы осмотрели содержимое сундука,
который этот господин поместил у нас?
Да, господин директор,
в том-то и дело...
В чем же дело?
Там много денег, золота,
драгоценностей, ожерелий...
Хорошо, спасибо. Оставьте нас.
То, что мне сообщили,
просто невероятно.
Поразительно!
Как получилось, что мы
никогда не слышали о...
О Монте-Кристо? Просто потому,
что я практически не выходил
из своего... замка.
Вашего замка?
Ну конечно. Представляю его
великолепие. И где он находится?
На острове, там, на Востоке.
Могу ли я поинтересоваться,
чем мы заслужили такую честь,
что ваш выбор пал именно на нас?
Одним из ваших акционеров является
судовладелец Моррель из Марселя.
Для меня это лучшая рекомендация.
Похоже, что господин Моррель
в последнее время стал жертвой
весьма плохих обстоятельств.
Он потерял все корабли,
кроме одного: "Фараона".
На днях он отправился
в Восточную Индию.
Будущее, или вернее, выживание
торгового дома Морреля
зависит целиком от того, насколько
успешным будет это плавание.
Это будет долгое плавание
Во время которого вы не будете
представлять судовладельцу
Морреля никакие векселя для оплаты.
Это желание кажется мне
опрометчивым, господин граф.
Самая большая опрометчивость,
мой дорогой - спорить со мной.
Живо в Марсель!
Да.
До свидания, господин граф.
Господин аббат, могу ли я...
Что может сделать
для вас аббат Бузони?
Я не хотела вас беспокоить,
пока вы устраивались.
Наверное, привести в порядок
этот старый дом стоило
вам целого состояния!
С Божьей помощью всего
можно добиться.
Мои бедные старые ноги
не донесут меня до церкви,
а мне так хотелось
бы исповедоваться.
Отпускаю тебе грехи во имя
Отца и Сына, и Святого Духа...
Отпускаете мне грехи?
Но я вам их даже не сказала!
"То, что делаете для самого
малого из нас, вы Мне делаете".
Слова Господа.
Это Бог в долгу у вас.
Получилось, Бертуччо, получилось!
Старуха ничего не поняла!
Она даже хотела мне исповедоваться.
Возможно, я в последний раз сказал
"Я вас прощаю".
Над аббатом Бузони надо
еще немного потрудиться.
С носом всё в порядке,
с голосом - более или менее.
Осталось найти нечто
особенное во взгляде.
Ты заметил, что я тебе говорю всё?
Возможно, даже слишком много.
Надеюсь, я прав, доверяя тебе.
В конечном счете, ты лишь один
из мелких воришек, по которым
плачет тюрьма.
Или, возможно, каторга.
Так что даже не думай меня
предать, иначе месть моя...
...будет ужасной, я знаю.
Но позвольте сказать
вам одну вещь:
если вы решили опять жить среди
свободных людей, вы должны
заново научиться доверять.
По крайней мере, мне.
Без задней мысли.
К тому же я признаюсь вам
кое в чем, чтобы доказать вам,
что ваше доверие оправдано
и чтобы полностью отдать
себя в вашу власть:
я скажу, как меня зовут.
Того, кого разыскивает
полиция, зовут Висколи.
Мое настоящее имя
Бенедетто Франческо Висколи.
Спасибо, Бертуччо.
Полагаю, что ты ожидаешь,
что я отвечу тем же?
О, я повар, который хранит
в секрете свои рецепты,
так что вы имеете право быть
хозяином, который не раскрывает
своих маленьких секретов.
В таком случае, я предоставляю
тебе нечто вроде кредита:
в тот день, когда ты меня об этом
спросишь, я скажу тебе,
кто такой граф Монте-Кристо.
Бог вам в помощь. Скажите мне,
добрейший, далеко ли еще
до гостиницы у Гарского моста?
Чуть меньше одного лье, мой отец.
Но на вашем месте я бы остановился
в другом месте.
Вот как? Это отчего же?
Не хочу злословить, но говорят,
что хозяин и его служанка
- отъявленные мошенники.
Я смотрю, вы оживились!
К нам едут люди, и не бедные!
Я аббат Бузони.
А вы ведь Кадрус, не так ли?
Так вы меня знаете,
господин аббат?
Только понаслышке.
Это ведь вы содержали когда-то
корчму "Ля Позада" возле
каталанской деревни?
Верно, отец мой.
Но я предпочел уехать из Марселя.
Да. Это ведь опасный город, да?
Там очень просто связаться
с дурной компанией.
Карконта, ты что, не видишь,
что господин аббат умирает с голоду?
Не выпьет ли месье аббат со мной
бутылку этого отменного "Бокэра"?
Охотно, месье Кадрус.
Присаживайтесь.
Хотя я остановился у вас
ни ради вашей еды,
ни ради вашего вина.
Тогда для чего?
Чтобы обратиться к вашей
памяти, месье Кадрус.
Вы помните некоего
Эдмона Дантеса?
Эдмона Дантеса, вы сказали?
Да.
Знал ли я Эдмона Дантеса!
Да, немного, он иногда
заходил в "Ля Позаду",
выпить бутылочку молодого
Бандольского вина.
Но я уже давно его не видел.
И никогда не увидите: он умер.
умер?
Я его причащал и выслушал
его последнюю исповедь.
Голос "из бездны",
как говорят у вас.
Хотя бедному юноше особенно
не в чем было исповедоваться:
он был лучшим из всех,
кого когда-либо носила земля.
Вижу, что вы любили его.
Он тоже вас любил, Кадрус.
Перед самой своей смертью он
умолял меня разыскать своих
единственных настоящих друзей,
которые у него были, и которых
он никогда не забывал:
Фернана Мондего, Эжена Данглара
и вас, дорогой мой Кадрус.
Разыскать нас?
Но зачем, раз он умер?
Чтобы обогатить вас.
Как это - обогатить нас?
Не спрашивайте меня,
как этот бриллиант попал к нему,
это относится к тайне исповеди.
Но камень этот оценивается
в 50 тысяч франков,
и Дантес отдал мне его, чтобы я
продал его и разделил эту сумму
между его друзьями,
в число которых входите и вы,
мой дорогой Кадрус.
Даже разделенная на три,
сумма остается внушительной.
Конечно, господин аббат, конечно,
однако нужно трижды подумать,
чем делить камень.
Однако откуда он мог
знать, бедняга...
Знать что?
Фернан Мондего и Эжен Данглар,
которых Дантес считал
своими друзьями...
но вы обвините меня
в клевете, господин аббат!
Говорите, мой друг,
мне вы можете всё сказать.
Из-за них-то Дантеса и арестовали.
Это они написали и
отправили анонимное письмо,
из-за которого его
бросили в тюрьму.
Я смотрю, вам многое
известно, месье Кадрус.
Вы же знаете, когда обслуживаешь
людей, поневоле слышишь,
о чем они говорят.
В любом случае, я не участвовал
в их грязном заговоре,
ни вблизи, ни издали!
Впрочем, вы сами видите:
я-то остался в нищете...
А они?
Они, господин аббат?
Выслушайте Кадруса, и вы решите,
что нет справедливости
в этом подлом мире!
После ареста Дантеса
они недолго там оставались.
Данглар уехал в Париж,
нажил миллионы, основал банк!
И даже купил себе титул барона.
Он - барон?
А Фернану еще больше повезло:
он поступил в армию,
служил в Греции у некого Али-паши,
который произвел его в генералы
и наградил значительной суммой.
Он тоже теперь живет в Париже
под именем графа Морсерфа.
Он пэр Франции.
Понимаю...
Надеюсь, теперь вы видите,
что несправедливо делить
этот бриллиант с ними,
они его не заслужили.
Не то, что мы и
моя бедная служанка.
Вам плохо, господин аббат?
Нет, нет, всё в порядке,
но мне надо уже отправляться.
Сколько я вам должен, Кадрус?
Да ничего, господин аббат, ничего!
Вы принесли бриллиант стоимостью
в 50 тысяч, не буду же
я заставлять вас платить!
Нет, бриллиант от Эдмона Дантеса.
А аббат Бузони пил ваше вино
и ел вашу курицу.
В таком случае,
два франка сорок...
Вот вам три франка.
Сдачи не надо.
У Эдмона Дантеса, как он думал,
были друзья, но у него еще
была и любовь.
Мерседес Игуалада.
Такая красотка!
Мне сказали, что она
уехала из Марселя.
Естественно, раз она вышла
замуж за Фернана!
Так что в данный момент
она графиня Морсерф.
Прощайте, Кадрус.
Прощайте, мадам.
Закрой дверь на задвижку,
не ровен час, он пожалеет,
что оставил мне камень.
Нам оставил.
Я никого не предавал:
ни людей, ни богов.
Поэтому я пришел
предупредить тебя:
раз ты не счел нужным осуществить
свое божественное правосудие,
я сам это сделаю.
По-своему.
И месть моя будет
безжалостной и оглушающей.
Я брат Барнабэ из ордена
францисканцев.
Я веду отшельническую жизнь там,
на вершине холмов,
и эта часовня - моя молельня.
Меня удивляет, что священник
на такой великолепной лошади
остановился в таком жалком месте,
чтобы найти здесь Бога.
Я не ищу Бога, брат Барнабэ,
я пришел предупредить его,
что решил занять его место.
Это на ремонт вашей двери.
Молитесь за меня.
Наконец-то!
Я уже начал беспокоиться.
И не только из-за ужина, который,
кстати, чуть не подгорел,
что было бы жаль,
потому что я приготовил вам
превосходные помидоры с анчоусами,
спагетти с дарами моря и...
Я только что съел ужин
на 50 тысяч и три франка,
который на несколько дней вперед
отбил у меня аппетит!
К тому же у нас нет времени
на еду. Мы уезжаем.
Опять? Куда на этот раз?
На Восток.
Мне надо кое-чему научиться.
Аббат Фариа не всему меня научил,
он был слишком добр для этого.
И чему вы хотите
научиться на Востоке?
Изощренности, Бертуччо.
Изощренности во всех ее формах.
И, в частности,
изощренности мести.
МАРСЕЛЬ, ГОД СПУСТЯ.
СУДОВЛАДЕЛЕЦ ЛЕОНС МОРРЕЛЬ
Что такое, Максимильян?
Возможно, это он, отец,
это может быть "Фараон"!
Это может быть и он,
но необязательно.
Нужно... Нужно,
чтобы это был он!
Да услышит тебя Бог!
Если "Фараон" и его груз утонули,
тогда банкротство неизбежно.
Уф! Подумать только, всё это
время вы заставляли меня жить
с этим пирогом на голове!
Полагаю, вам тоже
не терпится переодеться?
Да, и быстро. У меня встреча.
И кем вы хотите сейчас быть? Вы
хотите быть графом Монте-Кристо,
аббатом Бузони, доктором
Малзенштайном, лордом Вилмором?
Лордом Вилмором.
И это сойдет за английский нос?
Я узнал англичан, ...
когда плавал на "Фараоне".
Если верить им, то их корабли
более внушительные, чем наши,
а их империя больше
нашего королевства.
Тогда пусть и нос тоже.
А ваши турки?
Что "мои турки"?
Я вам кто, Алладин? Как мне
содержать ваш караван-сарай
в таком маленьком доме?
Ты прав. Купи что-нибудь для них.
За любую цену. Что-нибудь большое
и красивое. Даже роскошное.
Как это - роскошное?
Эти же люди всего лишь рабы!
Уже нет, раз я из выкупил.
С теми, кто поступает ко мне
на службу, нужно обращаться так,
как я обращаюсь с собой.
Войдите!
Наверняка это сообщение
о прибытии "Фараона"!
Месье Моррель,
пришел некий лорд Вильмор
и просит, чтобы его приняли.
Он говорит,
что его уполномочил банк...
Да, банк "Томсон и Френч",
это было неизбежно.
Что ж, пусть войдет.
Речь пойдет об очень
щекотливом деле:
у меня в этом банке много векселей,
срок которых уже истек.
А это много, много денег.
К сожалению, наши сундуки пусты.
Отец, не отчаивайся. Если это был
"Фараон", которого я видел вдали.
Если...
Месье Моррель,
банк "Томсон энд Френч",
с которым ваш дом ведет дела...
Послушайте, не хочу показаться
невежливым, перебивая вас,
но полагаю, что этот разговор
для вас столь же тягостен,
как и для меня.
Так что, если позволите,
будем как можно более кратки.
Как пожелаете.
У меня с собой выписки
из всех счетов.
Прежде всего, у нас имеются
подписанные вами векселя
на сумму 200 тысяч франков.
Уплата по ним была
отсрочена на год
К этому нужно прибавить еще
32 тысячи 500 франков,
которые нужно выплатить
в конце текущего месяца,
и 55 тысяч - в конце следующего.
Да. Именно так.
Коль вы не оспариваете сумму
ваших долгов, как вы
собираетесь их платить?
Не буду скрывать,
что наш банк обеспокоен.
Но я всегда ручался
за свою подпись!
Я знаю, что в Марселе ходят слухи,
что торговый дом Морреля может
оказаться несостоятельным,
но как только мой корабль "Фараон"
зайдет в порт...
Я прибыл в Марсель на "Луксоре", он
подобрал на борт моряков
с потерпевшего кораблекрушение "Фараона".
"Фараона" больше нет, месье Моррель.
Макасимльян, сынок, беги в порт.
Утешь бедных моряков.
Приведи их сюда, я выйду
поговорить с ними, как только
закончу с лордом Вильмором.
Я бегу, отец!
И скольких людей удалось спасти?
Весь экипаж "Фараона"
цел и невредим.
О, спасибо, милорд.
Спасибо, это главное.
Ходят слухи, что судовладелец
Моррель ни разу не потерял
ни одного члена экипажа, правда?
О нет. Нет, это неправда.
Я потерял одного капитана, но...
но это старая история.
На каком корабле он погиб?
Он был не на корабле. Его
поглотило нечто более чудовищное,
я так никогда этого не понял.
И, чтобы почтить его память,
я назову вам его имя.
Его звали Эдмоном Дантесом.
Дантес?
Дантес, вы сказали?
Не за несчастным ли отцом этого
человека вы так великодушно
ухаживали до самой его смерти?
Великодушно, милорд?
Так говорят в Марселе.
Сочувствую вам насчет "Фараона".
Вам-то что за дело?
Что для вас, банкиров,
какой-то корабль?
Колонки цифр, стоимость товара!
Вы не можете понять: "Фараон"
был самым красивым,
самым старым кораблем.
Но теперь "Фараон" на дне моря,
и за ним на дно пойдет дом Морреля.
Я прекрасно знаю,
что вам нужно от отца.
Но что вы, банки, делаете
со всеми этими деньгами?
Мы превращаем их в корабли,
в путешествия, в свободных людей,
в кэрри, ваниль, шелк, индиго!
Мы превращаем их в мечты!
У нас деньги не лежат взаперти,
они летят на ветру, плывут по морям!
Право же, вы довольно
красиво говорите.
Ну конечно, смейтесь надо мной!
Да будет вам известно, молодой
человек, что банк "Томсон энд Френч"
предоставил вашему отцу
дополнительную отсрочку
на три месяца,
чтобы он смог оплатить векселя.
По окончанию этого срока буду рад
видеть вас здесь, ровно в полдень.
Через три месяца ситуация
будет точно такой же,
если только не случится чуда.
Тем не менее спасибо
за эту небольшую отсрочку:
многие люди считают большой
привилегией знать день
и час своей смерти.
Хорошая карета,
Бертуччо, хорошая.
Но как только мы прибудем
в Италию, достанешь мне пару
лошадей того же цвета.
Изысканность, Бетруччо,
изысканность!
Но почему Италия?
Мы возвращаемся в Италию?
Да, завтра на заре.
Будем ехать день и ночь, если надо.
Каждый час на счету.
Разве не ты говорил, что только там
можно найти умелых кораблестроителей?
Верно, но и карабинеры там не хуже.
Надеюсь, вы не собираетесь строить
там корабль? Не понимаю, зачем?
Чтобы повернуть время
вспять, Бертуччо.
И победить его.
Вот точный макет того,
что я жду от вас.
За исключением нескольких деталей.
Корма слишком приподнята,
что уменьшает элегантность линий.
Рубки тоже слишком громоздкие.
Что касается этих смешных
перекладин на перилах...
Мои перила смешны?
Слишком вычурны, если вам так
больше нравится, господин инженер.
Трехмачтовое судно -
это не парадная яхта.
А теперь перейдем к главному.
Каким деревом вы
намереваетесь обшить мостик?
Как всегда в таких
случаях: сосной.
Я хочу белый бук.
Сосну оставим
для нижней части судна.
Естественно, она будет обрамлена
дубом на медной основе.
Думаю, на это потребуется
приблизительно 100 тысяч заклепок.
Можно подумать, что всю свою жизнь
вы только и делали,
что строили корабли.
Я любил только один корабль, месье.
Я знал его наизусть,
от киля до клотика на мачтах.
Иногда ночами я строил
его в своей голове,
от шпангоута до шпангоута.
Это такое же умственное
упражнение, как все остальные,
чтобы не сойти с ума.
Перейдем теперь к срокам.
Господин граф, срок в три месяца
кажется мне слишком коротким,
чтобы я согласился.
Однако у вас нет ни дня,
ни часа более.
Удвойте, утройте,
учетверите число строителей,
я заплачу, сколько надо.
Господин граф, конечно, богатство
позволяет диктовать условия, но...
Не богатство дает мне это право,
а мое несчастье.
Белый бук,
дубовая отделка на медной основе...
Скажите, вы не граф Монте-Кристо?
К вашим услугам, месье.
Что ж, господин инженер,
рассчитываю на вас.
Месье, я ваш покорный слуга.
Виконт Альберт Морсерф,
и это я, господин граф,
ваш покорный слуга.
Простите, как ваше имя?
Морсерф. Я сын генерала Фернана
графа Морсерфа, пэра Франции.
В таком случае,
ваша мать никто иная, как...
...графиня Морсерф, да!
Мерседес Морсерф?
Вы с ней знакомы?
Вы чем-то взволнованы?
Нет, я...
это солнце Италии,
этот ужасный зной.
Да, невыносимо жарко.
Позвольте предложить
вам освежающий напиток.
Признаюсь, я хотел встретиться
с вами, чтобы попросить вас
об одной услуге.
Вы не пьете?
Пью, пью.
Итак, вот почему
я хотел вас видеть.
Вы слышали о казни?
Простите?
Да, о смертной казни, которая
должна произойти через два дня.
Должны казнить некоего Рокка Приори
по прозвищу Пеппино,
обвиненного в принадлежности
к банде Луиджи Вампы,
одного из самых
известных итальянских бандитов.
Не понимаю, какое это
имеет к вам отношение?
Мне сказали, что у итальянцев
любопытный способ казни.
Поскольку я предпринял
путешествие в Италию,
чтобы узнать страну и ее обычаи,
я сказал себе,
что должен увидеть это.
Увы, я слишком поздно узнал
о казни, чтобы приобрести места.
Но синьор Пастрини,
владелец этого особняка,
сказал мне, что граф Монте-Кристо
наверняка был менее легкомыслен.
В общем, согласитесь ли вы
принять меня на балконе,
который вы сняли,
чтобы посмотреть это зрелище?
Зрелище?
Вы называете смерть
человека зрелищем?
Боже мой, месье,
речь идет о наказании бандита.
Слово "наказание" ужасное слово,
молодой человек.
Не употребляйте его так,
словно вы говорите об опере.
Я вас не понимаю...
ведь это правосудие...
Правосудию случается ошибаться.
И когда оно ошибается,
то становится самой гнусной,
самой отвратительной вещью.
Оно позорит тех, кто его творит.
И к тому же у меня нет балкона.
Что такое?
Это я, месье, Бертуччо!
Что случилось? Пожар?
Нет, хуже!
Ужасная история, месье.
Синьор Пастрини только что
побежал в церковь поставить
свечку святой Рите,
покровительнице безнадежных случаев:
только она может спасти этого
бедного юношу, только она или же вы!
Да о ком ты говоришь?
О виконте Альбере Морсерфе:
его только что похитили!
Похитили?
Как это - похитили?
Это сделал Луиджи Вампа, бандит.
Он требует непомерный выкуп,
и я вам гарантирую,
что если ему не заплатят,
он перережет горло
несчастному юноше.
Хотите узнать,
сколько он требует?
У этого Вампы
непомерный аппетит!
Но не вижу причин беспокоиться:
пусть синьор Пастрини передаст
похитителям требуемую сумму,
а Морсерфы затем ее возместят.
У синьора Пастрини
нет таких денег.
Дай мне поспать.
Я ненавижу денежные вопросы.
Но вы можете что-то сделать!
У вас есть такие деньги!
Так ты за этим пришел ко мне?
Я был уверен,
что вы на это согласитесь!
Так вот, нет, Бертуччо, граф
Монте-Кристо на это не согласен:
извини, дорогой, но для Морсерфа
у меня не найдется ни гроша.
И, кстати, если бы я мог поступить,
как хотел бы, я бы попросил тебя
принести мне чернила, перо и бумагу,
чтобы доставить себе удовольствие
самому сообщить Фернану Морсерфу,
что он только что потерял сына.
Как вы можете говорить
такие ужасные вещи?
Не может быть!
Не могу поверить!
Я тоже, Бертуччо, не мог
поверить в некоторые вещи.
И однако, это было правдой.
Дражайший Фернан узнает,
что это такое - потерять сына!
Пусть он испытает то,
что пережил, умирая, мой отец.
Распорядись, чтобы мне принесли
вина. Я хочу выпить за здоровье
Луиджи Вампы!
Вы можете радоваться такому ужасу?
Нет, я радуюсь Божьему правосудию.
Но бедный юноша ни в чем не виноват!
И если эти бандиты решат убить его...
Юный Альбер хочет
присутствовать на казни:
что ж, он будет в первых рядах.
Нет!
Что - нет?
Только не вы! И не это!
Замолчи. Ты ничего не понимаешь.
Вы не подумали о его матери?
Что ж, поговорим о его матери!
Не стоит за нее переживать,
она быстро утешится.
Свое первое горе она забыла
через несколько месяцев.
Так вы знаете эту
несчастную женщину?
Нет.
Нет, месье, нет, вы ее знаете.
К тому же она
заставила вас страдать,
вот почему вы радуетесь при мысли,
что теперь, наконец,
и она будет страдать.
Не буду это оспаривать.
Что ж!
Вы хотите отомстить - мстите!
Но не ценой смерти невинного юноши,
который даже еще не родился,
когда вам пришлось переживать
ваши ужасные несчастья.
Я тоже был невиновен.
Вот именно!
Раз вы помните всё,
что вы пережили,
вы должны помешать тому,
чтобы несправедливость
заново поразила невиновного.
Ты хочешь, чтобы я спас
Альбера Морсерфа?
Да, хочу. И даже требую этого.
Ах, ты требуешь?
Ты позволяешь себе требовать?
И во имя чего?
Я позволяю себе это
во имя вашего долга мне.
Вы его забыли.
А я нет.
Однажды вы сказали мне, что у меня
открытый кредит в отношении вас...
Но это касалось моей истории,
я был готов раскрыть тебе свое имя.
Мне совершенно всё равно, кто вы!
Мне важно знать какой вы,
а вы добрый человек.
Откуда ты это взял?
У меня есть мозги,
и я умею думать.
Например, хотите знать,
почему вы тратите колоссальные
деньги на постройку корабля?
Потому что я был моряком
и обожаю корабли.
Нет, вы никогда не
подниметесь на этот корабль.
Я знаю для чего и, главное,
для кого вы его строите.
Ты опасный кредитор, Бертуччо.
Отлично, ты выиграл,
я верну тебе долг.
Вы хотите сказать, что заплатите
выкуп за юного Моресерфа?
Нет, я не выплачу выкупа.
Поскольку ты лишил меня
удовольствия мести,
позволь мне, по крайней мере,
немного позабавиться.
Беги в церковь, оторви синьора
от его молитв и скажи ему,
что я сегодня же ночью, до зари,
хочу встретиться с Луиджи Вампой.
Теперь я узнаю вас!
Еще одно: даю тебе время
до завтрашнего вечера,
чтобы всё узнать о судье,
приговорившего члена банды Вампы.
Здравствуйте, синьор Вампа.
Прежде всего, благодарю вас,
что согласились на эту встречу.
Скажи своим людям отойти.
Скажите это им сами, синьор Вампа.
Ладно! Ты принес выкуп?
Нет. Как вы видите,
я пришел с пустыми руками.
Ты знаешь, что это значит?
Альбер Морсерф будет казнен.
Нет, не думаю.
Хотел бы я знать,
кто этому помешает.
Рокка Приори по прозвищу Пеппино,
один из ваших друзей,
как мне кажется.
Какое тебе дело до смерти Пеппино?
Я могу помешать казни.
Вырвать его у палача?
Я думал об этом. Это невозможно.
Слишком много солдат будет вокруг.
Я берусь добиться помилования
Пеппино в обмен на жизнь
Альбера Морсерфа.
Одна жизнь за другую,
это ведь честно?
Мы заключили сделку,
синьор Вампа?
Ты уверен в этих сведениях?
Накануне смертной казни судья
Симонетти всегда ходит в оперу...
Каждый заглушает свою совесть,
как может.
...и ожидает наступление роковой
зари, своеобразно общаясь
с какой-нибудь женщиной.
Мне нужен его превосходительство
судья Симонетти.
Милое дитя, я не прошу
у вас ничего особенного.
Если бы я просил вас заняться со
мной любовью, я бы понял ваш отказ,
но единственное,
что я вас прошу, это...
...целовать мои ступни! Фу!
Лизать их, если быть точным.
Медленно, с обожанием,
а если, случайно, я плохо справлюсь
с этой смиренной обязанность,
не возражаю, чтобы вы наказали
меня несколькими ударами кнута...
Замолчите, вы мне противны.
Право же, я не понимаю вас,
милое дитя,
из нас двоих унижен,
наказан и осужден буду я,
и при этом безмерно счастлив.
Молодая дура!
Могу я с вами поговорить
о деле, господин судья?
Нет, сожалею.
Месье, только не сегодня.
Сегодня всё отвратительно:
оркестр, сопрано, хор...
И особенно это маленькая дурёха,
не так ли?
Видите ли, когда вы просите
у юного создания доставить вам
странное и упоительное удовольствие,
в обмен нужно предоставлять ей
другую форму упоения.
А в настоящее время
девушек привлекает
вот это...
Великолепный камень!
Я рад, что он вам
понравился: он ваш.
Мой?
Почему?
Кто вы такой?
Пойдемте, я вам объясню.
На самом деле, господин судья,
речь идет о сделке.
Сделке, месье?
Этот рубин в обмен
на помилование некоего Пеппино.
Этот рубин принесет вам
благодарность этого
очаровательного ребенка
с такими изящными ножками.
Замолчите!
За кого вы меня принимаете?
Но...
За судью, которого
легко подкупить?
Я не хочу вас компрометировать.
Только помочь вам утолить
свое желание.
И, право же, желание невинное,
право же по сравнению
со столькими другими...
Я искренне спрашиваю себя, месье,
что останавливает меня
дать распоряжение
арестовать вас.
Страсть, господин судья,
вас сдерживает страсть.
Вы обожаете только тех женщин,
которые вас унижают или
заставляют страдать.
Почему бы нет, хотя я
и не разделяю ваших вкусов.
Меня заставила страдать
женщина, а мужчины унизили.
Это оставило во мне
ощущение крайнего смятения.
Но у каждого свои мечты,
и я воздержусь от оценки ваших.
Подождите...
На вашем месте я сделал бы
из этого бриллианта кулон.
Чистота бриллианта
на еще юной груди...
Что касается рубина и изумруда,
девушка наверняка сможет
найти им применение.
Эти маленькие дурехи
глупы только с виду...
Эта казнь называется "мацзолата".
Она существует только
у нас, в Италии.
Видите вон ту дубинку?
Палач ею проломит череп Пеппино.
Затем ножом перережет горло,
после чего наступит ему на живот
и будет топтать его,
чтобы кровь била
из горла умирающего.
Какая дикость!
Успокойтесь:
сегодня мы увидим мацзолату
в последний раз.
Отныне итальянцы будут казнить,
как все цивилизованные люди:
просто отрубать головы.
Мне нужно передать письмо офицеру.
По приказу его превосходительства
судьи Симонетти
объявляется помилование для
Рокки Приори по прозвищу Пеппино!
Да!
Ну что, дорогой виконт?
Вам так и не удалось
присутствовать на вашей мацзолате.
Надеюсь, вы не очень расстроены?
Месье, мой отец... моя бедная мать...
и прежде всего я... все мы...
Вы живы. Погода прекрасная.
Италия - страна, полная очарования.
Пользуйтесь этим.
До встречи, виконт.
Успокойся, Максимильян,
успокойся.
Мы должны поговорить.
Англичанин сказал, что придет
в полдень. Сейчас половина
двенадцатого,
как я могу оставаться спокойным?
Твое волнение ничего не изменит.
Лорд Вильмор будет здесь
в полдень, а я...
Нет! Отец, не делайте этого!
Нельзя убивать человека
из-за денежных дел!
Успокойся, я не причиню
лорду Вилмору никакого вреда.
Но тогда значит, что это вы себя...
Да.
Дайте его мне! Дайте его мне!
Какое значение имеет,
сколько мы должны этому человеку?
Мои долги банку
"Томсон и Френч" не разорят его.
Для них мои долги -
это капля в море.
Вот видите! Подумайте обо мне!
Я только о тебе и думаю.
О твоем будущем.
О твоих шансах позже
получить доверие вкладчиков,
которые будут помогать тебе основать
новое судовладельческое общество.
Но я не хочу,
чтобы о тебе говорили:
"Видите молодого Максимильяна,
его отец оказался неспособным
быть верным слову чести,
не доверяйте этому Максимильяну".
Я не думаю о будущем. Если я не буду
судовладельцем, я пойду в матросы.
Ты пойдешь в армию.
Твое имя больше ничего не стоит!
Твой отец обесчестил его.
Ты знаешь, что такое подпись,
Максимильян?
Ты знаешь, что такое подпись?
Это продолжение руки.
Моя рука - это я.
А я - это ты.
Ладно, уйди.
Оставь меня одного,
я должен сделать то,
что должен сделать.
Но как я могу покинуть вас, зная,
что по моему возвращению я найду вас
...уснувшим.
Уснувшим насильственным способом,
конечно, но уснувшим.
Знаешь, ... я не боюсь сна,
спать приятно.
Ты это поймешь,
когда тоже станешь старым.
Каждый вечер я говорю себе:
"Ах, закрыть глаза,
наконец
закрыть глаза!".
Я люблю тебя, мой мальчик.
Я люблю тебя.
Ладно, уходи.
Оставь меня одного.
Скоро полдень.
Иди.
"Лорду Вильмору,
5-го марта сего года.
Милорд, я решил покончить
счеты с жизнью.
Если вы такой человек, каким
я вас считаю, вы меня поймете.
Моя смерть не возместит
вам мой долг, но,
совершая этот акт - который
некоторые, но не вы, сочтут
бегством, трусостью,
я рассчитываюсь с самим собой,
я сам себе возвращаю свою честь."
Вы не сын Морреля?
Да, я Максимильян Моррель.
Мне сказали передать тебе это.
До полудня.
Кто это вам передал?
Священник. Святой человек.
Аббат Бузони.
Папа остановитесь,
не делайте этого! Смотрите
смотрите... Этим можно оплатить
все наши долги сполна!
Но я знаю этот кошелек,
я его знаю.
Он принадлежит священнику, Бузони.
Нет, нет, ты ошибаешься, нет.
Это кошелек отца Эдмона Дантеса.
Каждый раз,
когда я к нему приходил,
я клал туда несколько монет,
иногда купюры,
чтобы было не так слышно.
Войдите.
Лорд Вильмор, месье.
А вот и я, месье.
Как мы договорились.
Проходите, милорд, проходите!
Как я счастлив вас видеть!
Садитесь, я хочу рассказать вам
нечто невероятное!
Чудо, милорд! Это чудо!
И вы в состоянии...
...заплатить согласно распискам,
милорд. И даже более!
Ну да. Я подозревал,
что так и будет.
А возвращение "Фараона"
тем более изменит ваше положение.
Извините, милорд, но вы,
должно быть, ошибаетесь.
Ошибаюсь? Насчет чего?
Насчет "Фараона"!
Но вы же лучше других знаете,
что мой корабль затонул.
Вы сами сообщили мне об этом
три месяца назад.
Я человек финансов,
господин Моррель.
Я привык к точности цифр,
к бесстрастности фактов.
Я могу вам сказать,
что был на борту судна,
которое присутствовало
при последних мгновениях "Фараона"
и подобрало его экипаж.
Я находился на мостике "Луксора",
я видел, как эти несчастные
с отчаянной энергией плыли
к вашему судну,
я видел, как бушующее море
поглотило то, что оставалось
от вашего несчастного корабля...
Если у вас есть Библия,
месье Моррель, дайте ее мне.
Я готов поклясться, положив
правую руку на эту святую книгу,
что я видел, как "Фараон"
погружался в глубины моря...
Но я также готов поклясться
перед Богом,
что идя сюда по набережной,
я видел толпу людей,
которые радостно приветствовали
всё тот же "Фараон
который, с вымпелом вашего дома,
величественно прибыл
на рейд в Марсель,
вернувшись из Италии, где загрузил
свои трюмы оливковым маслом,
пшеницей и цитрусовыми,
бочками вина "Кьянти",
сыром пармезан...
Это невозможно! Это было бы...
Чудом, господин Моррель, чудом.
Я сам с трудом в это верю.
Но если слово "чудо" существует
в человеческом языке,
значит, за ним
скрывается действительность.
Во всяком случае,
время от времени.
Чудо!
Ну что, хорошо развлеклись?
Клянусь да, Бертуччо.
Наш "Фараон" настолько
похож на прежний,
что сам Моррель поверил.
Мне лично кажется, что он
еще пахнет свежим лесом Италии,
но если убрать эту деталь, я думаю,
что только настоящий моряк, вроде...
...вроде Эдмона Дантеса?
Дантеса? Кто такой Дантес?
Ты знаком с Дантесом?
Нет, нет, нет. Это просто имя.
Почему-то пришло на ум.
Ну, раз оно непонятно почему
пришло, пусть быстренько выйдет.
Уже вышло, я его забыл!
Какое имя я назвал?
Вальдес? Бургес? Дублес?
Как ужасно иметь такую
короткую память!
Кстати, вот, чуть
не забыл вам это передать.
Приглашение от виконта Альбера
отобедать у Морсерфов 21-го июня,
в честь самого длинного дня года.
Папа, тебе плохо?
Пустяки, пустяки,
это наверняка от волнения.
Я счастлив,
я безмерно счастлив.
И раз корабли воскресают,
это доказательство того,
что Бог существует,
и мы тоже...
Нет! Папа! Папа! Нет!
А теперь мы едем в Париж!
Париж!
2 серия
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ
В фильме
"ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО"
В ролях:
ОРНЕЛЛА МУТИ
ЖАН РОШФОР
ПЬЕР АРДИТИ
СЕРДЖО РУБИНИ
(в роли Бертуччо)
МИШЕЛЬ ОМОН
ФЛОРАНС ДАРЕЛЬ
ЖАН-МАРК ТИБО
ЖЮЛИ ДЕПАРДЬЕ
КРИСТОФЕР ТОМПСОН
РОЛАН БЛАНШ
ЖОРЖ МУСТАКИ
ЭЛЕН ВЕНСАН
СТАНИСЛАС МЕРАР
СТЕФАН ГЕРЕН-ТИЛЛИ
При участии
ГИЙОМА ДЕПАРДЬЕ
ПАТРИК БУШИТЕ
в роли Бошана
КОНСТАНС АНЖЕЛЬБРЕШТ
в роли Эрмины Данглар
МИШЛИН ПРЕЛЬ
ЖАН-КЛОД БРИАЛИ
Автор сценария и диалогов
- ДИДЬЕ ДЕКУЭН, по мотивам
одноименного романа Александра Дюма
Композитор
БРЮНО КУЛЕ
Оператор
ВИЛЛИ СТАССЕН
Продюсер
ЖАН-ПЬЕР ГЕРЕН
Режиссер
ЖОЗЕ ДАЙАН
Добрый вечер, монсеньор,
то есть, ваше благородие,
в общем, ваша милость. Монсеньор.
Послушайте, друг мой, я
всего лишь человек. Но голодный.
ПЕРЕКЛАДНЫЕ ЛОШАДИ
Нет, нет, нет!
Вот этим!
Ты прав.
Я должен быть внимателен,
чтобы манерами не выдать
своего настоящего происхождения.
Но...
Ты ведь служил у графа,
ты научишь меня манерам
хорошего общества.
Начинай, я тебя слушаю!
Для начала вы должны знать,
что настоящий граф,
особенно, если он
богат, как вы,
никогда не должен показывать,
что он голоден.
Ясно.
Нет, нет!
Но это же вино!
Я же могу налить себе вина?
Да, но немного.
Совсем немного,
вот так, совсем чуть-чуть...
и пить с легким пренебрежением,
как будто это уксус.
А смеяться?
Смеяться можно?
Настоящий граф смеется очень сдержанно.
Словно он кашляет в платок.
Люди из высшего общества
считают жизнь смертельно скучной.
Глупцы...
Нет, нет, нет, нет, нет.
Нужно взять салфетку
за самый кончик.
И вот так, очень легко.
Вот так.
Ладно,
слушай меня внимательно, Бертуччо.
Начнем всё с начала,
ты будешь учить меня хорошим
манерам, осанке, поведению,
манерам. Научишь меня быть дураком,
то есть, выдавать себя за такового.
А, Бошан, наконец-то.
Свежий выпуск, спрашивайте свежий
выпуск! Всё о сегодняшнем суде!
Смертный приговор Жеврезе Ребюффе!
По-моему, ты поспешил:
Вильфор произнесет обвинительную речь
только во второй половине дня.
Он потребует смерти,
и он ее добьется. Как всегда.
А завтра, как ни в чем ни бывало,
его дочь Валентина будет гулять
по Булонскому лесу
с голубыми цветочками
на своей шляпке!
Почему бы нет.
Мадмуазель Вильфор восхитительна.
Я несколько раз видел
ее на авеню Канебьер.
Это было давно, когда она
отдыхала в Марселе у своей
бабушки мадам Сэн-Меран.
Альбер! Я умираю с голоду!
Не пора ли сесть за стол?
Мы ждем графа Монте-Кристо.
Кто это такой?
Его превосходительство
граф Монте-Кристо.
Друзья,
вот человек, которому
я обязан жизнью
и который даже не дал
мне времени отблагодарить его.
Я счастлив сделать это, наконец,
сегодня перед вами.
Но, граф, вы так и не сказали мне,
как вам удалось вырвать меня
из когтей похитителей?
Я с ними договорился, виконт.
Что я вам говорил! Всё покупается и
продается, даже человеческая жизнь.
Это Максимильян Моррель,
дорогой граф, он прибыл...
...из Марселя, не так ли?
Месье, вы колдун?
Мне говорил о вас один мой друг:
лорд Вильмор.
Месье, если лорд Вильмор ваш друг...
О, меня связывают с Вилмором
деловые отношения.
Он иногда дает мне хорошие советы
по управлению моим состоянием,
а поскольку оно значительное,
у нас установились отношения.
Какой неприятный этот
твой Монте-Кристо!
Его интересуют только деньги?
...мои слуги и я преследовали их,
размахивая саблями,
пока, наконец, их верблюды
не исчезли за песчаными дюнами.
Нам оставалось только
вернуться в свой лагерь,
где, под ночным небом пустыни,
сверкающим миллионами звезд,
мы съели самое отменное мешуи,
которое мне когда-либо
приводилось пробовать!
Вы удивительный рассказчик.
А что случилось бы с вами,
если бы этот ужасный шейх
Эль-Хаджира взял вас в плен?
Думаю, он бросил бы меня в тюрьму.
И вы так спокойно об этом говорите!
Сразу видно, граф, что вы не знаете,
что такое тюрьма!
А вы что, месье, знаете?
Дело в том, что во время знаменитых
июльских событий я был...
Июльских событий?
Извините мое невежество,
я так давно не был во Франции...
Он говорит о трех днях восстания,
которые привели Луи-Филиппа на трон.
Наш друг Бошан, который в своей газете
защищал мятежников, был арестован.
Как обыкновенный преступник,
господин граф!
Я три дня провел в камере.
Три дня и три ночи, сами можете
представить, что я пережил
в течение семидесяти двух часов!
Безо всякой мысли преуменьшить
ваши страдания, дорогой Бошан,
я лично знал человека, который
оставался в темных застенках
в течение ста семидесяти
пяти тысяч двухсот часов.
Вот это да!
Расскажите нам об этом,
я напишу статью в своей газете!
Да, граф? расскажите, расскажите!
Заставьте нас ужаснуться!
Нет, нет. Вы слишком молоды
и беззаботны, чтобы понять,
что такое отчаяние.
Вы так думаете?
А что вы скажет о двух молодых людях,
которые любят друг друга
и которым хотят
помешать быть вместе?
Ладно.
Ладно.
Я лучше расскажу вам историю
о трех погонщиках верблюдов из Бенгази.
Однажды мне в голову пришла мысль
приобрести белую верблюдицу...
можете себе представить...
Вы их всех покорили!
Вы им кажетесь невероятным,
неслыханным, необычайным!
Даже злой на язык
Бошан предрек мне,
что очень скоро весь Париж
будет у ваших ног.
Я был очень рад видеть вас, виконт.
Теперь позвольте мне тоже удалиться.
Вот уж нет, пока я не представлю
вас своим родителям.
Они горят желанием
высказать свою благодарность.
Особенно моя мать.
Вы говорили обо мне своей матери?
И что она сказала?
Что ей не терпится
познакомиться с вами.
Мне тоже.
Мой отец одержим скачками.
Может быть, вы тоже выставите лошадь
на скачках в Жокей-клубе?
Это неизбежно, если вы
хотите блеснуть в Париже.
Честно говоря, я не представляю,
кто может обойти такого
великолепного скакуна.
Если только...
Если только?
Нет, ничего.
Позвольте представить вам
графа Монте-Кристо.
Господин граф!
Наконец-то!
Я уже потеряла надежду
когда-нибудь познакомиться с вами.
Мы вам обязаны...
Да ничем, мадам. В моем поступке
нет ничего необычного,
любой бы на моем месте...
Подойдите поближе, месье!
Мы задернули занавески из-за жары,
но я хочу разглядеть вас
при ярком свете.
Помилуйте, мадам,
оставьте в покое ваши занавески.
Так им гораздо лучше.
Слишком яркий свет
причиняет мне боль в глазах.
Я превратился в своего рода
ночную птицу.
Отражение солнца в пустынях Аравии
несколько испортило мое зрение.
Вы бывали на Востоке?
Я жил там.
Долго?
Чуть более 20-ти лет.
Какие там чарующие страны!
Да, но жестокие.
Вы правы. Там практикуются
изощренно жестокие пытки...
Заметьте - во Франции тоже.
Слава Богу, мы отменили пытки!
Существуют другие способы
заставить человека страдать,
безусловно, гораздо менее жестокие,
но куда более чудовищные,
потому что страдание
может длиться годами.
Что за разговор!
Ведь мы собрались отметить
радостное событие.
Месье Монте-Кристо,
не хотите выпить кофе?
Дорогая, что с вами?
Вам нехорошо, мама?
Боже, как вы вдруг побледнели!
Ничего страшного.
Следствие жары.
Этим летом просто нечем дышать.
Надеюсь, что вы приобрели себе особняк
на берегу Сены, месье Монте-Кристо.
С реки веет такой свежестью,
по крайней мере тогда, когда
Да, действительно,
где вы проживаете?
В особняке Монте-Кристо.
Естественно, но по какому адресу?
Это прекрасный адрес,
но я его еще не знаю.
Не поправляйте, месье.
В любом случае, я проигрывала,
как всегда.
Я играю, чтобы сделать
приятное Фернану.
Вы не любите шахматы?
Моей жене партии
кажутся бесконечными!
В чем-то она права.
Знаете, я начал одну партию
20 лет назад.
И она до сих пор не завершена?
Это скоро случится.
На самом деле у моего
противника шах и мат.
Но он еще об этом не знает.
Это самый великолепный момент
во всей партии.
Да, войдите!
Срочное письмо
для графа Монте-Кристо.
От некоего синьора Бертуччо.
Это мой управляющий.
Прошу меня извинить.
Равнина Монсо.
Простите?
Да.
Вы спрашивали меня об адресе,
так вот, мой адрес - равнина Монсо.
Это почти за городом.
Одиночество...
Я к нему привык.
Только вы, мадам, могли бы его
скрасить, навещая меня иногда.
Дорогой граф, извините,
что должен оставить вас,
но мне нужно во дворец правосудия:
я обещал прокурору Вильфору пойти
послушать его обвинительную речь.
Прокурор Вильфор?
Разве он уже не в Марселе?
О, нет, нет.
Его перевели в Париж лет, лет...
Сколько лет назад, Мерседес?
Почти двадцать, друг мой.
Уже двадцать лет!
Вы хотели бы его послушать?
Я не осмелился просить вас.
Надеюсь, мадам,
что ваше недомогание прошло.
Господи, да, я...
да...
В чем обвиняют эту Жервэзу Ребюффе,
которую судят сегодня?
Делала аборты.
Но ее преступление здесь ни при чем.
Знаете, правосудие чем-то похоже
на испанскую корриду:
бык нужен только для того,
чтобы прославить тореро.
Извините.
Эта женщина...
Да что я говорю -женщина!
Разве она заслуживает,
чтобы носить прекрасное имя женщины,
эта убийца детей?
Вы не можете говорить так!
Слово "дети" здесь неуместно!
Напоминаю суду, что женщина Ребюффе
обвиняется не в детоубийстве, а в...
..."сотворении ангелов", да,
это слишком красивое определение
для слишком дьявольского
из всех преступлений.
Ибо говорю вам,
Жервэза Ребуффе убивала детей.
И делала она это самым ужасным,
самым отвратительным способом,
потому что она убивала их,
поражая их еще в животе матери.
Она надругалась
над этим храмом жизни,
этим самым священным
из всех убежищ!
Сколько раз вы зверски
уничтожали то, что является,
самым дорогим на свете: ребенком?
О, не имеет значения, сколько
- даже один раз - это слишком много!
Одно точно: когда лезвие гильотины
поразит вас, Жервэза Ребюффе,
то оно не превратит вас в ангела,
ибо ваше место в аду!
Если вам интересно присутствовать
на казни, я постараюсь достать
для вас пропуск.
К несчастью, придется
вставать рано, но...
Наверное, это впечатляющее зрелище:
видеть правосудие в действии.
Дорогой друг, в очередной раз
вы оправдали вашу репутацию.
Мне даже не пришлось напрягать
свой талант, речь шла
о неприкосновенном: детях...
Его превосходительство
граф Монте-Кристо.
Господин Вильфор,
королевский прокурор.
Месье...
Извините, я вас покину на минуту.
Я должен зайти к секретарю,
чтобы забрать один важный
для меня документ.
Конечно...
Кто здесь убирает?
Простите?
Кто убирает зал суда?
Кто его моет?
Господи, полагаю, прислуга суда.
Почему вдруг такой вопрос, граф?
Вы не заметили,
как плакала обвиняемая?
Да. Чтобы разжалобить присяжных.
Но эта стратегия
оказалась бесполезной!
Не имеет значения.
Мне жаль ту женщину, которая
должна будет вытирать эти слезы.
Знаете, они быстро испаряются.
Прошу вас со мною.
Замок Иф.
Самая страшная тюрьма королевства.
Когда я служил в Марселе, мне
приходилось отправлять туда людей...
Почему вы уехали из Марселя?
Вам там не нравилось?
Затруднительный вопрос, граф,
но поскольку вы мне его задали,
я забуду скромность и отвечу:
я удостоился повышения по службе.
За оказанные услуги?
Но... Да, конечно.
Кому?
Кому?
Правосудию, граф,
делу правосудия!
Кому еще я могу служить?
Не обижайтесь,
если я покажусь нескромным,
но я впервые стою перед прокурором.
И вас это впечатляет,
что вполне естественно.
Интригует.
Вы подвергаете себе подобных
ужасающим наказаниям,
неужели вы никогда не испытывали ...
сомнений?
Сомнений?
Да.
Нет.
А угрызений совести?
Это обвиняемый должен испытывать
угрызения совести, а не я.
Значит, никаких угрызений?
Никогда.
Это значит, вы не испытываете страха
предстать перед судом Божьим,
на котором будут судить уже вас?
Ну...
Да нет. Я чист перед собой.
Заметьте,
я тоже не боюсь смерти.
Если только, придя
за мной слишком рано,
она не помешает мне
завершить грандиозный проект,
который я поклялся осуществить.
Грандиозный проект?
Вас это позабавит:
свершить правосудие.
Свершить правосудие?
Самому?
Но вы этого не можете, месье.
Если бы кто угодно
брался свершать правосудие,
это породило бы
неуправляемое состояние хаоса.
Я не говорю, что вы кто угодно,
но для свершения правосудия
существует судья.
Не беспокойтесь, я не собирался
заменять собой человеческое правосудие.
Но другого нет.
Есть, господин прокурор, есть.
То, которое мы только что упоминали:
Божье правосудие.
Прошу извинить.
Моя дочь Валентина -
граф Монте-Кристо.
Дорогая, чем я обязан счастью
видеть тебя здесь?
Мой дорогой отец, я только что
узнала неожиданную новость, что...
даже не знаю, могу ли я...
Ты можешь смело говорить при графе:
он только что сообщил мне,
что хочет занять место Бога,
а поскольку Богу известно всё,
это не может удивить графа!
Это верно, что Франц д'Эпинэ,
который еще год должен
находиться на службе в Алжире,
скоро вернется в Париж?
По правде говоря, я пустил в ход
свои связи, чтобы добиться
досрочного возвращения.
Граф, вы первый, кому я сообщаю,
что моя дочь Валентина и виконт
Франц д'Эпинэ скоро обручатся.
Я не хочу, чтобы мое присутствие
мешало мадмуазель Вильфор
выразить свою радость.
Передайте мои извинения
графу Морсерфу.
Решительно, вы вездесущи!
Но какого черта вы здесь делаете,
дорогой мой Моррель?
В вашем возрасте люди ходят по кабаре
а не во дворцы правосудия.
У вас какие-то неприятности?
Никаких, месье, никаких.
Прошу меня извинить, граф!
Что случилось?
Худшее из того,
что могло с нами произойти.
Франц д'Эпинэ возвращается из Алжира.
Уходи, уходи!
Осторожнее!
Господин прокурор!
Умоляю вас, кроме него
у меня никого нет.
Не убивайте его!
Пощадите его, прошу вас, пощадите!
Чего она хотела?
Помилования своего сына,
которого казнят завтра.
Но ты же не будешь
расстраиваться из-за этого?
Добро пожаловать
в свой дом, господин!
Ты будешь доволен,
твой новый дом прекрасен,
Бертуччо постарался.
Ты и твои люди хорошо устроились?
За нас не волнуйся.
Я тебя привез издалека, Мухаммад.
Не хочу, чтобы ты сожалел.
На беспокойся о нас,
только малыш Хасан грустит.
Почему он грустит?
Потому что отсюда
ему не видно моря.
...прямо завтра наймешь землекопов,
пусть выкопают бассейн.
Я хочу, чтобы он был
насколько можно большим.
Вокруг него посади папирусы не хуже
тех, что мы видели в Александрии.
И чтобы вода была голубая,
и в ней плавали рыбы.
Прямо как по Библии:
"И произвел Бог твердь и воду".
Я хочу быть Богом для маленького
Хасана: он скучает по морю.
Да, здесь не так как в Марселе,
господин граф.
Тут у вас более сотни комнат,
на кухне шеф повар,
специалист по соусам,
кондитер и семеро поварят.
И еще:
у всех моих слуг должен быть
один свободный день в неделю.
Целый день?
Но это слишком много для Парижа.
Принято слугам
предоставлять только...
Это мой дом, и мои люди будут
жить здесь по моим правилам.
Да, но это вызовет недоумение.
Надеюсь.
Именно для того, чтобы поразить,
удивить, ошеломить, очаровать
и окончательно всех запутать,
я и прибыл в Париж.
Закрой дверь.
Ведь ты, Бертуччо,
знаешь, кто я?
Если вы хотите, чтобы я это знал,
то да, я знаю.
Но если вы предпочитаете,
чтобы я не знал -то я не знаю.
Произнеси мое имя, мое настоящее имя.
Давно я его не слышал.
Произнеси Бертуччо
Вы уверены?
Не пожалеете?
Прошу тебя.
Скажи его.
Капитан Эдмон Дантес.
К вашим услугам.
Капитан Эдмон Дантес.
Как приятно это слышать.
Да, но опасно.
Вдруг кто-то узнает вас.
Невозможно.
Моя маска безупречна.
Сам Вильфор меня не узнал.
Да, внешне вы изменились,
но как насчет вашего голоса?
Вильфор не слышал криков ни в чем
не виновного Эдмона Дантеса,
так что он нет риска,
что он узнает его голос.
Вильфор - согласен, но она?
Она?
Она, господин граф, она.
Бывшая невеста капитана Дантеса.
Мерседес всё так же прекрасна.
Может быть, даже еще больше.
Я слышал о таких вещах.
Страдание иногда делает
человека красивым.
Но страдала ли она, хоть немного?
Она так свободно чувствует себя
в этом блестящем мире,
для которого она
не была предназначена.
Если бы ты видел ее,
бегущую по берегу моря,
босоногую, с развевающимися волосами.
Настоящая дикарка!
Куда делось это солнце над морем?
Как темна ночь над Парижем.
Здесь вместо звезд люстры театров,
а фонари перед трактирами и
огоньки фиакров освещают улицы.
Бертуччо,
мне нужна женщина.
Вы хотите, чтобы
я нашел вам женщину?
Да, с которой я мог бы
появиться в театре,
ужинать в трактире и подавать руку,
когда она будет садиться в фиакр.
Ты мне сам подсказал эту мысль,
и я загорелся желанием.
Да, знаю, я много болтаю.
Чисто итальянский недостаток.
Но разве при богатом иностранце
в Париже не должна находиться
красивая женщина?
Буду ли я заслуживать доверия,
показываясь без женщины?
Но я не знаю ваших вкусов.
Единственное требование - чтобы она
не напоминала Мерседес Морсерф.
Итак, нам нужна блондинка,
и скорее куколка, чем дикарка.
Глаза голубые.
Если и акцент -
то только не испанский.
В довершение всего
она не должна быть графиней.
Здравствуйте.
Хороший денек, правда?
Позвольте представиться: Бертуччо.
Мы можем поговорить?
О чем?
Я тут присмотрел себе
очень интересную натурщицу.
Натурщица?
Баронесса Каролина Жуи-Мобер?
И ты называешь
баронессу "натурщицей"?
И к тому же она баронесса.
Но это отлично, потому что будь
она графиней, она бы не понадобилась.
Баронесса меня вполне устраивает.
Она моя хозяйка!
Наглец, бездельник,
немедленно слезай.
Слезай, слезай!
Потише ты, лошадей распугаешь.
Мое почтение, баронесса,
и примите мои извинения.
Жаль, баронесса вполне бы подошла,
вполне-вполне.
Но как вы, блестящий банкир,
можете быть таким боязливым?
Поймите, Данглар,
железная дорога - это будущее!
Все вам это скажут!
Месье Араго говорит
противоположное.
А он самый великий
ученый нашего времени.
И что говорит месье Араго?
Что когда по вашим железным
дорогам будут мчаться
со скоростью 30 километров в час,
несчастные пассажиры задохнутся
из-за невыносимого давления.
Так что извините, но я основал
банк Данглара не для того,
чтобы участвовать
в подобных злодеяниях.
Я горжусь тем, что я человек честный,
щепетильный и ответственный, господа!
Кто говорит о такой безумной скорости?
17 километров в час - вот наибольшая
скорость железных дорог.
Да и то при спуске, Данглар,
только при спуске!
Вы что, не видите,
что у меня совещание?
Господин барон, этот человек говорит,
что больше десяти минут
он ждать не будет.
Черт возьми, пусть уходит!
Граф Монте-Кристо?
Никогда не слышал об этой птице!
А я слышал.
Насколько мне известно, это какой-то
итальянский аристократ или в этом роде,
он недавно в Париже.
Понятно!
Еще один нищий
оборванец из иммигрантов!
Наполеон хотел захватить Европу,
а в результате захватили нас!
Ошибка, барон:
состояние этого Монте-Кристо
оценивается как колоссальное.
Абсолютно колоссальное.
И вы думаете, что он решил доверить
управление им банку Даглара?
Но тогда это всё меняет!
Господа, прошу меня извинить,
мы продолжим чуть позже.
Естественно, слухи
о вас дошли и до меня,
и для нашего банка честь
и удовольствие принять вас.
Ну, а теперь
поговорим о делах.
Итак, граф, какую сумму
вы хотите нам доверить?
Никакую, месье.
Никакую?
Я не принес вам денег,
я пришел их взять у вас.
У меня?
Ну да. Вы разве не банкир?
Да, месье, но...
У меня письмо от банка
"Томсон энд Френч",
которое открывает мне
неограниченный кредит в вашем банке.
Вот, прочтите.
Неограниченный кредит?
Но что это значит:
неограниченный кредит?
По-моему, всё ясно:
это значит, что во время
всего моего пребывания в Париже,
которое продлится примерно год,
я могу у вас брать столько денег,
сколько захочу.
Впервые с таким сталкиваюсь!
Полагаю, что когда банкирский дом
"Томсон и Френч" рекомендовали мне вас,
они ручались за ваш банк.
Но, месье, если банк Данглара
не в состоянии обеспечить такой кредит,
я сообщу дому "Томсон и Френч"
и обращусь в другой банк.
Нет, нет, подождите, не сердитесь!
Мы не в коем случае не хотим вызвать
недовольство дома "Томсон энд Френч",
одному из самых крупных
наших партнеров в Европе.
Но это слово "неограниченный"...
ладно, там посмотрим.
Сколько вам сейчас нужно?
Прямо сейчас мне, пожалуй, нужно...
Я докажу вам свою щедрость:
миллион?
Миллион?
Да, это значительная сумма, но раз
вас рекомендует "Томсон энд Фрнеч"...
Один миллион?
Не благодарите меня.
Это огромная сумма,
но банк Данглара был основан недавно,
и мы должны поддерживать репутацию...
Шесть.
Шесть чего?
Шесть миллионов.
Вы хотите шесть миллионов франков?
Для начала.
Шесть миллионов...
Из которых 500 тысяч франков
предоставить немедленно
в мое распоряжение.
Половину золотом,
половину в банкнотах.
500 тысяч? Вот так, прямо сейчас?
Месье,
как и слова "неограниченный кредит"
имеют только один смысл,
так и у слова "немедленно"
он тоже один.
Вы принимаете одного
из самых богатых людей в мире,
но вместо того, чтобы наполнить
свои сундуки, вы их опустошаете.
Над вами будут смеяться!
Вы ничего не понимаете
в финансах, друг мой.
Я знаю,
вы считаете меня
ни на что ни годной,
даже родить вам сына,
вы меня не раз в этом упрекали!
Я никогда не просил у вас сына,
я просто хотел ребенка, всё равно,
девочку или мальчика.
Не будьте лицемерны:
я прекрасно знаю, что вам нужен сын,
как преемник вашего дела.
Естественно, что меня огорчает мысль,
что после моей смерти
банк Данглара перейдет
в руки незнакомцев.
Успокойтесь: ваш банк
перекупит молодой Морсерф.
Его отец достаточно богат,
чтобы подарить ему такую игрушку.
А Морсерфы не такие уж незнакомцы.
Что вы хотите этим сказать?
Что банкиру всегда выгодно иметь
в своем окружении пэра Франции.
Пэр Франции, с которым вы
имели похождения в Марселе.
Похождения?
Какие еще похождения?
Идите спать, Эрмина. Мы завтра
должны быть в Жокей-клубе.
Ваш пресловутый
Монте-Кристо там будет?
Полагаю, что да.
Он выставит свою лошадь?
Я только что дал ему 6 миллионов.
Но одного дня недостаточно, чтобы
купить породистую лошадь,
подготовить ее и нанять жокея.
Нет, Монте-Кристо, конечно,
богат, но он не Бог!
Это ваш аббат Фариа
обучил вас химии?
Что тем более достойно уважения,
поскольку там у нас
не было возможности
проверить правильность наших формул.
Наша лаборатория находилась здесь!
И что вы хотите с этим делать?
Прежде всего, унизить графа Морсерфа,
не дав ему выиграть
на скачках в Жокей-клубе.
Какую лошадь вы представите?
Нуаро.
Нуаро?
Ты запишешь его под именем Фараон.
Новое имя не заставит
лошадь бежать быстрее.
Нуаро отличный конь,
но он уже старый,
через десять метров
он просто рухнет.
Ты подольешь ему в воду
содержимое этого флакона.
Это что-то укрепляющее?
У тебя в руках эликсир, который
может превратить простую искру
в сверкающую звезду.
Известно, кому принадлежит
этот Фараон?
Англичанину, месье.
Некому лорду Вилмору.
Ты видел его?
Как он выглядит?
Насколько мне известно,
он не присутствовал на скачках.
Потрясающе! Меня победил
какой-то призрачный англичанин,
который выставил лошадь, которая была
больше похожа на лошадиный скелет,
а не на лошадь!
Но, месье, лошадь
в этом не виновата!
Сочувствую тебе, Фернан.
Я знаю, насколько важны
были для тебя эти скачки.
Не только для меня.
Наш Друг Данглар поставил
три тысячи франков на мою лошадь.
Вильфор тоже ставил на нее.
Я был унижен.
Ладно, хватит ее чистить.
Ее придется убить.
Но, господин граф...
Именно.
Позволить себя обойти какой-то лошади,
которая больше походила на клячу.
Жанина не стоит того овса,
которого я ей даю.
Отведешь ее завтра на скотобойню.
Месье, это несправедливо!
Ваша лошадь не бежала плохо,
просто другая была лучше.
Не отведешь -я сам ее пристрелю.
Запрягите мою карету.
Мне надо уехать.
Куда это?
Почему ты уезжаешь?
Скоро уже будет обед.
Ты испортил мне аппетит.
Невероятно!
Здесь остановить, графиня?
Да.
Поехали.
Куда вас отвезти, графиня?
Куда хочешь, мне всё равно.
Но пусть лошади скачут быстро.
Мне сегодня почему-то трудно дышать.
Несомненно, графиня Морсерф
действительно красивая женщина.
Да.
Раз ваш отец способствовал досрочному
возвращению Франца д'Эпинэ в Париж,
то явно для того,
чтобы ускорить ваш брак.
Успокойтесь, Максимилиан,
этой свадьбы не будет.
Я выйду замуж за вас.
Ваш отец на это не согласится.
У него свои расчеты на вас, а я
слишком беден для его амбиций.
Беден?
Не так уж вы и бедны.
Разве вы не судовладелец,
у вас должны быть корабли.
Нашему дому не везло,
все корабли один
за одним потонули,
остался только
один корабль: "Фараон".
Купите другие.
На какие деньги?
Я только что был у барона Данглара,
чтобы изложить ему свой проект...
Забудьте о Дангларе.
У нас есть союзник: мой дедушка.
Для него фамилия д'Эпинэ -
проклятое имя.
Он сделает всё, чтобы я никогда
не носила фамилию д'Эпинэ.
Но что он может сделать, Валентина?
Ваша любовь к месье Нуартье Вильфору
заставляет вас забывать,
в каком он состоянии после удара:
он парализован, не может говорить...
Мне достаточно его морганий,
чтобы понять,
о чем он хочет сказать.
Нет, мой последний козырь -
это граф Монте-Кристо.
Он очень богат и,
говорят, благороден.
Не знаю почему, но мне кажется,
что я ему нравлюсь.
Может, он одолжит мне
необходимую сумму.
Только не он!
Его богатство слишком огромно,
чтобы быть честно нажитым.
В любом случае, мой отец поручил
сыщику навести о нем справки.
Будьте осторожны, Максимильян,
не скомпрометируйте себя с человеком,
которого со дня на день
могут арестовать.
Ну что?
Если вам нужно что-то совсем другое,
то мадам Ришардэ вполне подходит.
Кто такая мадам Ришардэ?
Вы дали мне поручение найти вам э...
Любовницу.
Назовем вещи своими именами.
Итак, вашей будущей любовнице,
скорее следует сказать - вашей
возможной будущей любовнице 31 год,
ее зовут Камилла Ришардэ. Она
блондинка и невероятно добродетельна.
Знаешь, женская добродетель...
Нет, нет, эта женщина
невероятно верная.
В таком случае что мы
будем делать с ее мужем?
Нет, нет, она верна
памяти своего мужа.
Мадам Камилла Ришардэ вдова.
Вот как, в 31 год?
Неудачная дуэль.
Эта женщина - ангел. Она живет
замкнуто в своем доме в Отёе
и выходит только по пятницам,
чтобы исповедоваться
Что ж, посмотрим на твоего ангела.
Господь с вами, мой дорогой собрат.
Кто вы? Как вы сюда вошли?
Через дверь, она была открыта,
как и полагается дому Божьему
Честно говоря, она открыта потому,
что я жду кое-кого.
Вашу прихожанку, которая исповедуется
у вас по пятницам: мадам Ришардэ.
Откуда вам это известно?
Я ее дядя.
Вы? У этого дитя есть дядя священник?
Иезуит.
Поразительно.
Позвольте мне заменить вас,
чтобы услышать ее исповедь.
Меня это очень устраивает.
Тем более, что никогда не знаешь,
в котором часу ваша племянница
придет просить прощения у Господа.
А я со своим ревматизмом и бронхитом
должен ждать ее в этой сырой церкви.
Значит, договорились. Идите домой.
Вам приятно будет почитать
требник возле камина.
Спасибо, дорогой мой
собрат, спасибо.
Чтобы вам не было скучно ждать
племянницу, вы можете
что-нибудь почитать.
Я уже не знаю,
куда класть свои книги.
Особенно я вам рекомендую
свою монографию о кабане вараа,
обитающего в Индии и куда он
попал из северных стран.
Очень любопытно, вы увидите.
Я вижу, у вас подшивки
газеты "Вестник".
Я бы с удовольствием просмотрел
подшивку 1815 года,
это год моего рукоположения.
"Тайна, касающаяся убийства
в Париже генерала д'Эпинэ.
Подозрение, правда,
не подтвержденное,
сначала пало на господина Нуартье,
проживающего на улице Кок-Эрон,
известного своими
бонапартистскими убеждениями,
в отличие от генерала д'Эпинэ.
Генерал, как мы знаем,
поклялся сделать всё возможное,
чтобы бывший император Наполеон
никогда больше вернулся во Францию."
Господи! Фариа был прав!
В этом всё дело!
Письмо с острова Эльбы.
Вильфор думал,
что я прочел это письмо.
Бросив меня в тюрьму,
он убивал сразу двух зайцев:
оградил своего отца
и оказал услугу монархии.
Услугу, за которую, судя по всему,
его хорошо отблагодарили.
Простите меня, мой отец,
ибо я много грешила.
Не вы одна!
Мое почтение, господин прокурор.
Ну что, Бовиль?
Как продвигается ваше расследование?
Потихоньку, господин прокурор.
Нельзя, чтобы Монте-Кристо
о чем-то догадался.
Прежде всего я хочу собрать
о нем максимум сведений.
От кого?
Мои агенты выяснили, что есть человек,
который, похоже, хорошо его знает.
Это священник-иезуит
по фамилии Бузони.
Он живет за Сэн-Сюплис,
я пойду к нему сегодня вечером.
Священник?
Осторожнее со священниками.
У королевского прокурора
главный только король,
а у священников - Бог.
В наше время все знают,
что Бог - это всего лишь идея.
Смотрите, как бы однажды мы
не стали жертвами своих идей, Бовиль.
Идите.
Вы ведь не откажете мне в
отпущении грехов, да, мой отец?
Я знаю, этот грех чревоугодия,
который я совершаю каждую ночь
во сне, ужасен,
но я ничего не могу поделать.
Но это не грех, мадам!
Вы любите окорок,
обожаете кролика в белом вине,
вы таете при виде морского угря,
не можете устоять перед
дюжиной устриц из Зеландии,
рыдаете от счастья,
поедая жареные сосиски,
теряете рассудок от вишенного
пирога, ну и что?
За кого, черт, позвольте так
выразиться, вы принимаете Бога?
Перестаньте думать,
что Бог - это какой-то брюзга.
Творец, создавший
столько прекрасных вещей в мире,
не может быть мрачным и унылым.
Да, его интересует ваша душа,
но то, что вы засовываете себе в рот,
ему совершенно безразлично.
Тем более, что у вас
красивый рот, мадам.
Отец мой!
Мне неловко досаждать вам,
но поймите меня, граф,
я пришел не просить денег.
Я лишь прошу вас поговорить
с бароном Дангларом
и убедить его пересмотреть
мое предложение.
Он его пересмотрит, мой мальчик,
уверяю вас,
он его пересмотрит!
Мы заставим многое пересмотреть
нашего дорогого Данглара.
Уже поздно, месье,
вам надо переодеться.
Извините. Я вас оставляю. Я забыл,
что для вас каждый вечер как праздник.
Какая прекрасная у вас жизнь!
Где вы будете блистать сегодня?
В Опере? В Итальянском театре?
Сегодня я играю.
Ладно, вы хотите играть по-крупному,
но если Бовиль арестует вас?
Чтобы меня арестовать,
ему надо знать, кто я.
А если он вас узнает?
Потому что он был управляющим
тюрем и несколько раз
приезжал с инспекцией в замок Иф?
Если Мерседес меня не узнала,
то Бовиль и подавно.
Влюбленная женщина - это одно.
Полицейский - это другое.
О какой влюбленной женщине ты говоришь?
Если бы Мерседес любила Эдмона Дантеса,
она бы не вышла замуж за Фернана.
Вы хотите знать,
кто такой этот граф Монте-Кристо?
Кто он на самом деле?
Если это вам известно, отец мой.
Граф у меня исповедуется.
Это интересно,
крайне интересно.
Но дело в том,
что я связан тайной исповеди.
Досадно, крайне досадно.
Однако я могу вам
кое-что сообщить.
Прекрасно, прекрасно.
Достаточно одного слова: этот человек
дьявол.
Как вы это понимаете?
Как вы.
Я не очень-то верю в дьявола!
Я вас, надеюсь, не шокирую этим?
Нет, вы меня удивляете.
Я думал, что вы с ним встречались.
С дьяволом?
Во всяком случае, с проклятыми.
Разве вы никогда не
спускались в ад, месье Бовиль?
Когда, например,
вы объезжали свои тюрьмы,
вы не помните крики, стоны,
жалобы, крики отчаяния?
Или у вас, как у многих,
короткая память?
Но откуда вам известны такие вещи?
Я был одним из этих проклятых.
Ваше имя?
Я аббат Фариа.
Фария? Фариа, Фариа...
Это мне что-то говорит.
Замок Иф, Бовиль.
Вам придется расплачиваться
за замок Иф.
За ваше равнодушие к страданиям
вам однажды придется платить.
Не мне, а Богу!
Бога не существует.
Я уверен, что он не существует.
Да?
Кушать подано.
Что у нас сегодня в меню?
Мы хотели подать
кресс-салат со сметаной,
затем небольшое фрикасэ
из куропатки с капустой
и компот из фруктов.
Но поскольку куропатки
дорого стоят на рынке в Отёе,
мадам придется довольствоваться
салатом и фруктами.
вот и всё.
Что ж, я представлю,
что сейчас пост.
Граф Монте-Кристо
умоляет вас простить его
за невероятно дерзкий способ
представиться вам.
Но с тех пор, как он в Париже,
нет дня, чтобы он не слышал о вас.
И потеряв надежду встретиться
с вами в Опере,
или в Итальянском театре,
или у Его Величества короля...
Как я могу выйти свет, месье?
Смерть мужа сделала меня нищей,
я вынуждена была продать все
свои драгоценности, все свои платья.
Всё тот же несчастный граф
Монте-Кристо, возмутившись,
что никак не может
с вами познакомиться,
решил сделать то, что очень
часто практикуется на Востоке,
когда, чтобы приблизиться
к недоступному человеку,
к его дому приходят
со своим караван-сараем.
Это мой караван-сарай, мадам,
простите за то, что он так мал.
Честно говоря,
я в этом ничего не понимаю.
Но поскольку эти вкусные вещи
ждут только нас,
может быть, сядем за стол?
Софи, ты будешь прислуживать нам.
Не надо, мадам, я позаботился
и об обслуживании.
Что это?
Мне не терпится это попробовать.
Дайте мне немного этого чего-то
черного в металлической чаше.
Это икра, мадам.
А чаша из позолоченного серебра.
Что же вы ничего не едите, месье?
Некоторые блюда сначала кажутся
несколько странными на вкус,
но в целом всё очень вкусно!
Я пожираю вас глазами, этого
достаточно для моего насыщения.
Подумать только, я была уверена,
что сегодня обречена есть
только салат и фрукты.
Но всё же, позвольте спросить,
почему вы всё это делаете?
Я уже сказал вам:
чтобы лучше узнать вас.
Но я слишком бедна,
чтобы быть интересной!
Когда вы узнаете, какая я,
вы будете страшно разочарованы.
Меня огорчает только то, мадам,
что вы еще не отведали перепелок...
Бертуччо!
Бертуччо!
Давай, Бертуччо, вставай.
Но еще ночь.
Быстро вставай.
У тебя будет очень насыщенное утро:
я хочу, чтобы ты послал в Отёй
лучшего портного Парижа,
самого изысканного парикмахера,
самого известного ювелира.
И не заботься о том,
сколько это будет стоить:
я открываю неограниченный кредит.
Вот как, месье?
Да.
Значит ли всё это,
что ужин в Отёе был вкусным?
Восхитительным, Бертуччо,
Восхитительным!
И она тоже была восхитительна.
Скорее, давайте скорее!
Телеграфная сеть Шаппа
включает теперь в себя 534 станции,
башни, голубятни, старые крепости
или церковные колокольни,
что позволяет связать между собой
24 главных городов Франции.
Как вы видите, я обеспечиваю
последний этап перед Парижем.
Прогресс - это прекрасно!
Вы, наверное, гордитесь,
что здесь работаете?
Конечно. Вот только
приходится лазать наверх.
Когда-нибудь я сломаю себе шею.
Не говоря уже о том, что зимой
здесь в башне гуляет ветер,
очень просто застудить себе грудь.
ТЕЛЕГРАФ
Могу себе представить, но, взамен
вам, наверное хорошо платят?
Сколько вы получаете в год?
Тысячу франков, месье.
Конечно, мне предоставили жилье
и даже маленький кусочек земли,
чтобы сажать свои овощи!
Но тысяча франков!
Нищета!
А когда я не смогу залезать наверх,
на что я буду жить?
Я полагаю, что администрация
телеграфа будет платить вам пенсию!
Знаем мы эту пенсию.
А если я предложу вам
25 тысяч франков?
Это целое состояние!
Но что вы попросите у меня взамен?
Послать депешу,
которую я вам продиктую.
Невозможно.
Я могу послать только то сообщение,
которое получил от другого телеграфа.
30 тысяч?
35?
Подумайте,
никаких больше ступеней,
никакого ледяного ветра.
По крайней мере, в вашей депеше
нет ничего аморального?
Речь идет о правосудии,
а не о морали.
Мое почтение, мадам Севне,
вы довольны, что смогли купить
шляпный магазин на улице Клиньянкур?
Я вам говорил, что это
очень выгодное дело!
Смотрите-ка, ведь это
наш дорогой месье Тюшерер?
Ну что, сколотили себе состояние
на обручах и прыгалках?
А, Бошан!
В мою газету пришла только что
депеша по телеграфу.
Пройдемте.
И я сразу сказал себе:
"Это будет интересно
барону Данглару".
Сколько вы хотите
на этот раз, Бошан?
Дело в том, что с некоторых пор
я посещаю одну прелестную танцовщицу,
но она немного...
На двести франков вы вполне сможете
накормить свою танцовщицу.
Она само совершенство,
за исключением только аппетита:
он у нее ненасытный.
Может быть,
вы увеличите сумму до пятисот?
Триста.
За такой тариф бедняжке
придется пойти на панель.
Они все это делают.
А теперь давайте
скорее вашу депешу.
"Король Дон Карлос, высланный в Бурж,
возвращается в Испанию.
Каталония уже в огне и крови.
Такие города, как Барселона...
восстали и поддержали Дона Карлоса.
Испания скоро будет
охвачена хаосом."
А у меня на 500 тысяч
испанских акций.
А завтра, когда моя газета опубликует
новость об испанской революции,
ваши купоны будут стоить,
меньше простой бумаги.
Вот только к завтрашнему
дню я всё продам.
Спасибо, Бошан.
Решительно, дорогой Данглар,
вы делаете погоду на бирже!
Скажите лучше, что барон
вызвал настоящую бурю,
продав все свои испанские акции.
Но какая интуиция!
Кто бы мог предвидеть
этот переворот в Испании?
А что, если король Испании
зажеглишь слабое пламя?
Может, ему не удастся отобрать
корону у королевы Изабеллы II-ой?
Сведения, которые я получил,
не оставляют никакого места
для сомнений:
еще до наступления вечера Дон Карлос
торжественно вступит во дворец.
А, граф!
Поздравляю, барон.
Право же, браво!
Надеюсь, в этой спешке вы
не продали с ущербом для вас
все испанские акции?
Конечно, ущерб есть,
но минимальный.
Правда?
Не сравнить с жуткими потерями,
которые понесут те несчастные,
у которых в бумажниках
еще лежат испанские акции!
Граф...
Месье Данглар, мне нужно
обязательно с вами поговорить.
Бошан, мой дорогой Бошан.
Ну что ваша маленькая
танцовщица довольна?
Да какая там танцовщица.
Только что вышел
свежий номер "Вестника".
С опровержением:
король Дон Карлос не покидал Буржа.
Не покидал Буржа?
Как это - не покидал Буржа?
Тогда что же...?
Тогда ничего.
Дон Карлос в Бурже,
Изабелла II в Мадриде,
а Испания продолжает
щелкать кастаньетами,
счастливая и спокойная
под своим прекрасным солнцем.
Это что, шутка?
Только вчера вы показывали
мне депешу, которая...
Это была ложная новость.
Похоже, у телеграфиста
случился приступ бреда.
Вот так!
Он сбежал, оставив телеграф пустым.
Но читайте, читайте.
Испанские акции поднимаются!
Что-то случилось, барон?
Через час, испанские акции вернут или
даже удвоят вчерашнюю стоимость.
Это означает, что если взять то,
что я потерял на их продаже
и потеряю в прибыли
из-за увеличения их стоимости,
то в общем эти проклятые
испанские акции лишили меня
миллиона долларов!
Это тот самый богатый
итальянский граф?
Итальянский? Но он не итальянец.
Он родом с острова Мальта!
Вы уверены?
Мне говорили, что он турок.
А кто эта женщина рядом с ним?
Подумать только, мой отец
приглашен в королевскую ложу!
Мне бы тоже хотелось там быть.
А вам нет, мадам?
Помилуйте, Валентина, я же
просила не называть меня "мадам".
Я уже достаточно давно супруга
вашего отца, чтобы вы и я...
...делали вид, что мы самые
лучшие подруги в мире. Да, знаю.
Я заметила графа Монте-Кристо.
У него уже своя ложа в Опере?
Нет, и поэтому я счел
себя обязанным, ввиду того,
что он сделал для нашего сына,
попросить его разделить ложу с нами.
"Гугеноты", музыка Мейербера,
либретто Скриба.
Да, "Гугеноты".
Я чувствую, что мы опять
весело проведем время.
У вас нет для меня какой-нибудь
пикантной истории, господин прокурор?
Сир, я занимаюсь вашим правосудием,
а не вашими развлечениями.
В правление моих предшественников,
больше думали о забавах.
Сегодня во Франции
только одна мания: обогатиться.
Я не правлю французами,
я выращиваю толстых телят:
всё те же тяжелые затылки,
все те же толстые плечи.
А нет, есть что-то новенькое!
Кто этот мужчина
в ложе графа Морсерфа?
Кажется, я его никогда не видел.
Сир, он иностранец,
в Париже недавно.
Я охотно представлю его
Вашему Величеству,
но предпочел бы дождаться
выводов расследования.
Расследования?
Простая формальность.
Но мы хотим знать, откуда у него
такое непомерное богатство, так что...
Мне не кажется, что большое состояние
несовместимо с добродетелью.
Что это за новая мода
с подозрением смотреть на человека,
если он хоть чуть-чуть богат?
Если уж на то пошло,
у меня тоже есть состояние!
Да, сир, но вы король.
Это говорили и Людовику 16-ому.
Так что оставьте в покое
этого графа Монте-Кристо.
Кстати, тот факт, что граф Морсерф
пригласил его в свою ложу,
не кажется вам моральной гарантией?
Мне -да.
Так значит, король знает вас?
Не ревнуйте, мадам,
вы меня знаете лучше, чем он.
Я?
Я вас вижу всего в третий раз.
Потом, спектакль начинается.
Спасибо, месье.
Я так счастлива оказаться здесь.
И вы лишаете меня Оперы
именно тот вечер,
когда объявлено,
что там будет король.
Друг мой, когда
теряешь миллион на бирже,
это всё равно,
что потерять близкого:
какое-то время
приличествует оставаться дома.
Вы преувеличиваете степень
своей значимости:
кому какое дело,
что вы потеряли миллион?
В любом случае,
я скоро всё себе верну.
Лорд Вильмор прислал мне письмо,
где предлагает мне вложить
деньги в золотые рудники.
Это в Мексике,
у истоков реки Агуанаваль.
Вы знакомы с этим лордом Вильмором?
Лично нет.
Но по его вине я потерял три раза
по тысяче франков на скачках,
так что он обязан мне
небольшую компенсацию.
Но вы не волнуйтесь:
этот Вильмор является одним из главных
акционеров банка "Томсон энд Френч",
которому можно абсолютно доверять.
В антракте, когда вы
представили меня Его Величеству,
я думала, что умру от смущения.
Почему, мадам?
Короли такие же люди,
как все остальные.
Вы не такой, как все остальные.
Вы всех очаровываете.
А вы как на меня смотрите?
С бесконечной признательностью.
Но возьмите это обратно.
Я была счастлива и горда
носить его сегодня,
но оно слишком прекрасно для меня.
Это колье ваше, мадам.
Если оно вам не нравится,
продайте его
и на эти деньги почините
крышу вашего дома.
О нет, я ничего не хочу
вкладывать в этот дом!
Напротив, я бы с радостью
рассталась с ним!
Я никогда не понимала, почему моему
бедному мужу он настолько нравился,
что он влез в долги,
чтобы купить его.
Я думаю, он просто
был горд жить в доме,
который принадлежал Сен-Меранам.
Сен-Меранам?
Сен-Меранам из Марселя?
Вы их знаете?
Только по имени.
Это старая и большая семья, которая
верно служила французской короне.
Элен, одна из дочерей Сен-Мерана,
была первой женой прокурора Вильфора,
вы его знаете, это тот
человек с холодным взглядом,
который был сегодня в ложе короля.
Тогда, значит,
Вильфор жил в этом доме?
Да, но изредка,
это был его загородный дом.
Вы не хотите зайти на минутку
и согреться перед тем,
как вернуться в Париж?
Софи, наверное,
уже разожгла огонь.
Пожалуй, еще слишком рано
играть с огнем, мадам.
Вы правы.
Тем более, что сегодня четверг и,
следовательно, завтра у нас пятница.
А по пятницам я исповедуюсь.
Ваша исповедь будет намного легче,
если я храбро перенесу ночной холод,
не поддавшись искушению войти.
Ты хотел нас ограбить.
Но я тебя застал
на месте преступления, вор!
Дай-ка я на тебя посмотрю,
может, ты даже хотел убить!
Ваше превосходительство ошибается,
я не настолько глуп, чтобы душить
курицу, приносящую золотые яйца.
Я пришел просто поговорить о делах.
С кем? С кем?
С тем типом, что здесь живет.
Что ты болтаешь?
Ты явно ошибся адресом.
Я знаю один секрет, один из тех
секретов, за которые платят золотом.
Кто ты такой?
Тебя следует проучить.
Оставь его в покое, Бертуччо.
Вот видите!
Встань, не люблю,
когда люди лежат на земле.
Итак, ты хочешь продать секрет?
Вы хотите быть покупателем?
Приходи завтра по адресу,
который я тебе дам.
Расскажешь свою историю, и я клянусь,
что тебе заплатят больше,
чем ты надеялся.
Адрес?
Надеюсь, это не полиция?
Это дом священника.
Бузони!
Аббат Бузони.
Я так и знал,
что мне устроят ловушку.
Сжальтесь, господин аббат!
Во имя Христа и Девы Марии,
не отсылайте меня обратно на...
...на каторгу, да? Однако, когда
мы виделись в последний раз,
я вас обогатил бриллиантом
стоимостью в 50 тысяч франков.
Сокровище, которое
могло позволить вам
вам вести честное
и даже счастливое существование.
Да, но это моя служанка.
Всё из-за нее.
Она обезумела от этого бриллианта,
захотела отобрать его у меня.
А поскольку в тот момент
у меня под рукой оказался нож...
Замолчи!
В любом случае, это всё та же песня:
низость, вероломство, преступления!
Меня тошнит, глядя на вас.
Ладно, Кадрус, давай к делу:
кажется, ты хотел мне
что-то рассказать?
Это не для вас, господин аббат.
Этот секрет нужен только для того,
чтобы шантажировать одного человека.
Говори, пока я не отдал тебя людскому
правосудию в ожидании Божественного!
Мне придется обвинить судью...
в общем, прокурора.
Вильфора?
Откуда вы знаете?
Не имеет значения.
Продолжай.
Через родственников жены
Вильфор имел дом в Отёе.
Там можно было делать всё,
не попадаясь на глаза любопытных.
И чем там занимался Вильфор?
Тем, чем священники не занимаются:
любовью.
С кем?
С Эрминой Данглар, женой банкира.
От этой связи у них был ребенок.
Инкогнито.
Как это - инкогнито?
Данглар не знал об этом?
Нет.
Он не заметил, что его жена...
Когда она стала полнеть,
Данглар отправил ее лечиться на воды.
Когда ребенок родился, Вильфор
и мадам Данглар подумали,
что он родился мертвым.
Сами понимаете,
что это их очень устраивало:
нет ребенка - нет скандала.
Вильфор поместил ребенка в сундук
и ночью закопал его в саду.
Всё шито-крыто, как думал он.
К несчастью,
в эту ночь там оказался бродяга.
Он решил, что закопали сокровище.
И когда Вильфор ушел,
наш бродяга...
...нашел ребенка, отогрел, оживил,
оставил у себя и воспитывал,
как своего сына.
Но откуда тебе всё
это известно, Кадрус?
Этот ребенок был скован со мной
одной цепью на каторге в Тулоне.
Его приемный отец рассказал
ему тайну его рождения,
а Туссен - мне.
Ну да, его назвали Туссеном, потому
что он родился в праздник всех святых.
Но как он оказался на каторге?
Он стал каторжником по причине того,
что наведывался в богатые дома,
куда его не приглашали.
Забавно для сына прокурора.
Мы вместе с ним бежали.
Сколько?
Такой секрет стоит золота!
Вильфор и мадам Данглар
всё отдали бы за молчание.
Да, но я всего лишь бедный священник.
Я не покупаю у тебя эту историю,
я ее беру в наем.
Как это - в наем?
На полгода, за 500 франков в месяц.
За это время ни ты, ни Туссен
никому ничего не рассказываете.
После этого срока
можете делать, что хотите.
Скажите, дорогая, вы в курсе?
Я получила такое же
приглашение час назад:
"Мадам Ришардэ просит оказать ей
честь принять приглашение
на загородный обед,
который она устраивает
в своем доме в Отёе..."
и так далее и тому подобное.
То, что она приглашает вас,
вполне естественно:
она бедна, вы жена банкира.
Возможно, она ждет поддержки.
Но меня-то она не знает.
Она никого не знает.
Возможно, она составляла
список приглашенных наугад.
Это деревенская дама, которую
ее муж не успел ни обтесать,
сделать ей ребенка.
Положите пиковую даму
на короля червей, дорогая.
Вот уж нет!
Я никогда не играю пиковой дамой,
эта карта символизирует смерть.
В любом случае,
я не пойду на этот обед.
Возвращаться туда, в этот
проклятый дом выше моих сил.
Полагаю, вы меня понимаете?
Тем не менее придется там
показаться, дорогая Эрмина.
Никогда!
Кто знает, может
нам устраивают ловушку?
Как у какой-то Ришардэ могла появиться
мысль расставить нам ловушку?
Она просто гусыня!
Загородный обед,
по-моему, это очаровательно.
Где будет куча людей,
которых мы не знаем:
эта Камилла Ришардэ
ничего собой не представляет.
Я наводила справки.
У ее мужа не было даже
Ордена почетного легиона!
Напротив, дорогая,
мы там всех знаем.
Потому что пригласили только нас!
Что значит "только нас", барон?
Нас, дорогой прокурор, нашу в прошлом
веселую марсельскую ватагу.
Единственным человеком со стороны
будет граф Монте-Кристо.
Столики накроете здесь, под тентом.
Тент какого цвета?
Белого, конечно.
Цвет невинности.
А меню?
Я хочу такой же, абсолютно такой же
стол, какой был в день обручения
Эдмона Дантеса и Мерседес Игуалады.
Те же блюда, те же вина,
те же цветы.
Я даже помню, какие это
были цветы: мимоза.
Во что вы играете?
Они вас узнают.
Как они могут допустить,
что я Эдмон Дантес?
Даже я сам иногда в этом сомневаюсь.
Мне кажется, что это было во сне.
Или в какой-то книге.
Короче, в другой жизни.
В любом случае, Бертуччо,
такой день настанет.
И тот день, когда они меня узнают,
для них будет ужаснее, чем для меня.
Представьте себе, мне пришла
в голову удивительная мысль!
Какая же, мадам?
Я даже не знаю вашего имени.
Моего имени, мадам?
Господи, ну да!
Анатоль, Шарль, Эдуар или Поль.
У всех людей есть имена.
Но какое же имя у графа Монте-Кристо?
Вы мне его ни разу не сказали!
Правда?
Правда.
Так какое же?
Я мог бы вам сказать, что меня зовут
Атаназ или Кризанд, или...
так и быть,
сказать правду: похоже, родители
мои были легкомысленные люди.
Они забыли дать мне имя.
Но это ужасно!
Да нет, мадам, напротив,
это чудесно.
Вы можете называть меня так,
как вам нравится.
Вы хотите сказать,
что я могу вас окрестить...
Да!
И какое имя вы мне выбрали?
Угадайте!
Оно начинается на "Э".
Почему на "Э"?
Потому что с нее начинаются слова,
которые походят к вам:
э - элегантный,
э - экспрессивный,
э - эрудированный,
эпикурейский,
эстетский,
эфемерный...
Или как Эрик, Эрнест, Этьен.
Или Эдмон.
Или Эдмон.
Это имя я и выбрала.
Нет, на меня нельзя смотреть!
Ну что, ты ничего не говоришь?
Ты ослепительна, дорогая.
Даже немного слишком для загородного
обеда у малышки Ришардэ.
Малышки?
Она кажется тебе настолько
очаровательной,
что ты называешь
ее фамильярно малышкой?
Мерседес, какая муха тебя укусила?
Я сказал "малышка", только чтобы
подчеркнуть ее незначительность.
Однако говорят, что недавно мадам
Ришардэ была в восхитительном платье.
Я, конечно, не видела его,
но газета "Девушки и дамы"
поместила его рисунок, и я...
Оно сидело на ней,
как на вешалке!
Если тебе не хочется ехать, не поедем.
Я отправлю лакея, который
передаст записку с извинениями.
Нет, нет, мы поедем.
Присутствие графа Монте-Кристо
поможет проглотить эту пилюлю.
Он нас наверняка позабавит,
он такой... оригинальный!
Однако!
Орденская лента Ордена
Святого Людовика!
Но вы мне не говорили...
...что Его Величество вручило
его мне два дня назад.
Я просто не придаю
большого значения таким вещам.
А я да. Я ужасно горд за вас.
Поражен, да?
Скажи матери,
чтобы она поторопилась.
Коляска уже запряжена и ждет нас.
Вы великолепны, мама.
Разве жизнь не чудесна?
Ты выбрал неудачный день
устраивать мне сцену!
Я не устраиваю тебе сцену, Эрмина.
Если ты хочешь играть на бирже,
играй на свои деньги,
а не на наши общие деньги.
Знаешь, сколько мне стоили
твои спекуляции акциями Триеста?
Можно подумать,
что ты не спекулируешь!
Конечно.
Но я, моя дорогая, не импровизирую.
Я более ловок,
я более осведомлен,
чем остальные.
Благодаря графу Монте-Кристо
я единственный французский банкир,
который вложил деньги
в золотые прииски в Закатекасе.
Пока что там не нашли ни одной жилы.
Все вы такие, женщины!
Всегда нетерпеливы. Дай им время
выкопать глубже, и ты увидишь!
Впрочем, Закатекас -
это только закуска.
Монте-Кристо убедил меня вложить
миллион на разведение осетра
в Санкт-Петербурге.
Россия будет нашим основным блюдом,
и я тебе гарантирую,
мы еще попируем!
Поторопитесь, они уже едут.
Они едут!
Господи, я так волнуюсь.
Нет причин.
Если бы мой муж меня видел.
Я, его бедная Камилла,
принимает таких важных персон.
Кстати, я вижу, у вас тоже сейчас
серьезное лицо, которое я иногда...
У меня серьезное лицо?
С чего мне быть серьезным?
Загородный обед очень веселая вещь,
вы увидите,
нам всем будет очень весело.
Поверьте мне, Камилла.
Полюбуйтесь, господин прокурор.
По виду вы скажете, что это сосиска,
но это не так, это икра тунца,
то есть рыбьи яйца, спрессованные,
подсоленные, с пряностями,
политые тонкой струйкой оливкового
масла и посыпанные перцем.
Намажьте это на поджаренную тартинку
и получите настоящий деликатес.
Графиня, посмотрите на другое чудо
рядом, специально для гурманов:
угорь с сельдереем, свежими помидорами
и кусочками горьких апельсинов.
А, вижу, что барона заинтересовало
наше рыбное блюдо
из сардин и барабулек в маринаде.
Попробуйте, барон,
попробуйте, вы не пожалеете.
Это просто удивительно.
Какая странная идея -
устроить обед по-марсельски.
Это идея графа Монте-Кристо.
Вам не нравится?
Я хотел предложить нечто более
ординарное, чем надоевший
запеченный паштет
и лосось под чесночным соусом.
А я решила, что это вызвано...
ностальгией.
Ностальгией?
Какой?
Чтобы ее испытывать,
я должен знать Марсель.
А это не так?
Я знаю о Марселе только то,
что знает любой путешественник,
приехавший туда за несколько часов
перед отплытием на Восток.
Приглашаю вас полюбоваться
моим прудом, графиня.
Месье Монте-Кристо подарил мне
удивительные кувшинки из Японии,
точнее, из императорских садов Киото.
Нет, спасибо, я никогда не хожу
к прудам: я боюсь комаров.
Но прошу вас, не лишайте из-за этого
моих друзей столь чудесного зрелища.
Наверное, ваше детство было ужасным.
Почему?
Из-за комаров.
Говорят, на юге они особенно злые.
Вы из-за этого уехали из Марселя?
Я покинула Марсель,
потому что последовала за мужем.
Думаю, мадам Ришардэ тоже
последует за вами в любое место.
Не возражайте.
Не возражайте, месье.
Тогда в Опере мы все поняли,
что вы испытываете к ней.
Я одобряю ваш выбор:
вы не найдете более чудесной женщины.
Так что вы правильно сделали,
что долго ждали своей любви.
Потому что в 20 лет
делаешь только глупости.
Выпьем за ваше счастье.
Спасибо, нет, мадам.
Вы не хотите счастья?
Хочу.
Я имею на него право, как все.
Возможно, даже больше.
Значит, вы отказываетесь от вина?
Если чего-нибудь захочу,
я сам себе подам.
Вы жили на Востоке.
Разве там не считается традицией,
что люди, разделившие вместе пищу,
становятся друзьями на всю жизнь.
Отказываясь от предложенного
мною вина,
вы хотите дать мне понять,
что отказываетесь от моей дружбы?
Отчего же, мадам?
Разве на это есть причины?
Только благодаря месье Монте-Кристо
я смогла сделать
этот бедный и мрачный дом
более радостным:
картины, драпировка, мебель -
всё поменялось...
Кроме одной комнаты.
Нет, месье! Вы же не собираетесь
показывать вашим друзьям...
Напротив, я уверен,
что их это заинтересует.
Пойдемте за мной.
Эта комната пропитана чем-то ужасным.
Мне удалось убедить Камиллу
не трогать ее, ведь так?
Зачем прятать прошлое
за какими-то картинками?
Оно всё равно проявится, особенно,
если оно отмечено ужасными событиями.
Пожалуй, я не пойду с вами
осматривать комнату.
Вам дурно, мадам?
Наверное, из-за жары.
Пойду в сад выпить воды,
уверена, мне станет лучше.
Позвольте, я сопровожу мадам Данглар.
Мой дорогой Вильфор, ваш долг
прокурора обгоняет вашу галантность!
Не бойтесь,
моя жена сама найдет сад.
Тем более, если здесь произошло
преступление, вы должны увидеть место.
Слова бессильны,
чтобы описать эту сцену:
на которой она так часто
отдавалась своему любовнику,
теперь лежала изможденная женщина
со слипшимися от пота волосами,
с лицом, искаженным
от боли из-за родов.
Рядом с ней лежит
неподвижно ребенок,
вы только представьте себе
он не шевелится, он не кричит...
Вы хотите сказать,
что ребенок умер?
Кто знает?
Нельзя было позвать ни врача,
ни даже акушерки,
роды происходили в глубокой тайне.
В любом случае, отец принял гипотезу,
которая его вполне устраивала.
Если ребенок умер при родах,
скандала можно было легко избежать.
Он берет неподвижного ребенка,
ищет глазами какой-нибудь предмет,
который может служить тому гробом,
видит небольшой походный сундук,
кладет туда ребенка,
закрывает крышку,
и этому бесчеловечному отцу
остается только спуститься в сад:
всю ночь шел дождь,
земля податлива,
копать могилу легко...
Что скажете на это, Вильфор?
Что я могу сказать...
Господин прокурор потрясен
таким ужасом, и его можно понять!
Разве такое чудовище
не заслуживает того,
чтобы предстать перед судом
и быть сурово наказанным?
Если бы это было обделенное
и грубое существо,
подобный поступок еще
можно было бы понять.
Но месье Монте-Кристо утверждает,
что речь идет о дворянине.
В этом случае такой
поступок непростителен.
Друзья, да простит меня
граф Монте-Кристо,
но я не верю ни слову этой басни,
которую он, признаюсь,
с большим талантом нам изложил.
Как я была бы рада,
если бы вы оказались правы!
Мадам, но это же очевидно.
У всех старых домов свои легенды,
придуманные слугами,
выгнанными за пьянство
и которые мстят
своим прежним хозяевам,
придумывая всяческие небылицы.
Заблуждаетесь, господин прокурор.
Эта история правдива,
и я могу вам это доказать.
Что ж, принимаю ваш вызов!
Дорогая, уверяю, ты многое теряешь.
Граф рассказал нам
леденящую кровь историю.
Пошли.
Нет, пошли,
ты хотя бы послушаешь конец!
Пошли.
Береги голову!
Да что с тобой?
Идем!
Я распорядился раскопать весь сад,
пока, наконец,
не наткнулся на это место.
Вы не имели права этого делать:
это осквернение могилы.
Нет, господин прокурор,
я ничего не осквернял.
Ибо мы не нашли тела ребенка.
Что я говорил!
Это всего лишь басня!
Однако...
Лучше посмотрите.
Повар теперь изображает могильщика.
Мы в театре?
Дело в том, господин прокурор,
что я счел правильным
опять закопать этот сундук.
Я знаю, что правосудие не любит,
чтобы уничтожали или сжигали улики.
Ведь так, господин прокурор?
Но он пуст!
Действительно пуст.
Пуст сегодня.
Но был ли он пустым в ту ночь,
когда его закапывали?
Наверняка нет!
Как-то нелепо предположить, что
кто-то решил закопать пустой сундук.
Я думаю точно так же, барон.
Я тоже думаю,
что в сундуке находился ребенок.
Вы так думаете?
Но можете ли вы это доказать?
Я - нет.
А вы?
Я? Почему я?
Потому что это ваша профессия -
доказывать.
Даже если у вас ничего нет
или совсем немного,
что позволило бы это сделать.
В любом случае,
если ребенок не умер...
...то значит,
его похоронили живым.
И возможно, он в настоящее время жив.
Рядом с этой дьявольской парой
эта Жервеза Ребюффэ,
смертной казни которой вы потребовали,
кажется ангелом!
Вам остается только
начать расследование,
найти и наказать этих чудовищ,
совершивших такое ужасное деяние.
Осторожно, мадам, это цикута!
Да, я знаю.
Это растение ядовито.
Выбросьте его
и тщательно помойте руки.
Не беспокойтесь, граф, я привыкла.
Яды, как и всё остальное,
можно приручить.
Например, если ту же цикуту
смешать с глиной и уксусом,
то она делает волосы
шелковыми и пышными.
А если добавить ее в спирт с солью,
то она прекрасно отчищает
потемневшие серебряные вещи.
Я вижу, вы в этом разбираетесь.
Мой муж часто вел процессы
против отравителей.
Можно узнать массу захватывающих
вещей, читая судебные дела.
А это вы знаете?
Дигиталис пурпурэа.
В его листья содержится дигиталин,
который замедляет биение сердца
и при определенных дозах
может даже вызвать
смертельную интоксикацию.
Особенно сильнодействующими считаются
листья двухлетних растений.
Цветы и смерть всегда
шли рука об руку.
Говорят, что слово сад
идет от древнего слова,
означающего "рай",
то есть потусторонний мир.
По правде говоря,
я ужасно боюсь смерти.
Тогда почему вы играете с ней?
В том-то и дело, граф,
что это не игра.
Это лекарство,
средство против страха.
Скажем, я успокаиваюсь,
добавляя смерть в бокал,
делая из нее порошки, мази.
Это дает мне ощущение,
что я управляю ею.
Что она у меня на службе.
Но только смерть не посадишь
в клетку, как льва.
Вы уверены, что всегда
сможете управлять ею?
Абсолютно!
К тому же я время от времени
проверяю, что она мне повинуется:
я проверяю на улитках, гусеницах,
бездомных кошках, голубях.
Благодаря чему у нас самый чистый
и ухоженный сад во всем Париже.
Помилуйте, дитя мое,
перестаньте суетиться,
как неугомонная маленькая девочка,
думайте о том, что еще до начала
осени вы уже будете замужем.
Я получил утром письмо
от мадам Сен-Меран:
несмотря на свой преклонный возраст,
твоя бабушка приедет из Марселя,
чтобы присутствовать на твоей свадьбе.
Я буду рада видеть бабушку,
но вдруг свадьба не состоится?
Успокойся, нет никаких препятствий:
Франц д'Эпинэ и я, наконец,
обо всем договорились.
Мы долго обсуждали твое приданое.
Но я дал ему понять,
что он входит в самую
честную семью в Париже.
А в наши дни честность
ценнее любого состояния.
Вы похожи на меня:
на свадьбах я всегда плакала больше,
чем на похоронах.
Меня не беспокоить
ни под каким предлогом.
Всю ночь я только об этом и думала:
о его посиневшем лице,
его маленькой груди,
которая не дышала...
Господи! Значит, он не умер?
Приходится думать, что нет.
Как вы это объясните?
Откуда мне знать, я не врач.
Я думаю, что он был в том состоянии,
которое называют "глубокой летаргией".
Что-то вроде сна,
когда все жизненные функции
словно приостанавливаются.
Кто-то видел,
как вы закапывали сундук,
и поскорее побежал его откапывать?
А вы ничего не видели?
Что я должен был видеть?
После этой ужасной процедуры
я поспешил подняться к вам.
Вы были в ужасном состоянии.
Кто-то взял нашего ребенка,
привел его в чувство,
прижал к себе и унес с собой -
так всё было?
Да, вероятно так и было.
А теперь что вы будете делать?
Вы о чем?
Как это - о чем?
Но это же мой ребенок, мой сын.
Вы должны отыскать его.
Подумайте. Если он еще жив,
ему должно быть около двадцати лет.
И по этому единственному признаку
вы просите меня найти его,
протянуть ему руку.
Бедная моя Эрмина,
Франция кишит двадцатилетними
молодыми людьми!
Думаю, только чудо
позволит мне найти его.
И как по вашему мнению,
он себя поведет?
Он обрадуется,
узнав своих настоящих родителей!
Вы жена богатого человека.
Я тоже человек со средствами.
Могу поспорить, что этот милый
мальчик быстро оценит стоимость
радостной встречи.
Он представит мне счет.
Вы действительно готовы
признаться барону Данглару,
что вы подарили другому сына,
о котором он просил вас всю свою жизнь?
Вы готовы сказать своему мужу:
"Дорогой, дай два или три миллиона
этому милому мальчику,
который тебе не сын,
чтобы он не кричал на весь свет,
что я сделала вас рогоносцем?"
Что для вас люди?
То, чем они являются:
выдвижные ящики.
Поверьте мне, Эрмина:
точно так же,
как мы забыли друг друга,
забудьте эту историю.
И если искушение толкнет
вас войти в церковь,
главное не молитесь,
чтобы увидеть привидение..
Вы говорите такое матери?
Не будем преувеличивать, дорогая:
вы стали матерью так же,
как я отцом:
случайно.
Как же вы стали равнодушны ко мне.
Почему вы так относитесь ко мне?
Потому что мой глупый муж оказался в,
скажем, деликатной ситуации?
Вам стыдно, что у вас была
связь с женой барона Данглара?
Деликатная ситуация -
это эвфемизм, моя дорогая.
Ваш муж на грани банкротства.
Будем надеяться,
что оно не мошенничество.
Мне было бы бесконечно неприятно
однажды обвинить его.
Так что
прощайте.
Подумайте о вашем браке.
Каком браке?
Он был разрушен сначала
вашим настойчивым желанием
сделать меня вашей любовницей,
а вчера
его добили, когда откопали
этот маленький сундук,
весь покрытый грязью,
у меня ничего не осталось.
Да нет, осталось, дорогая.
Много денег.
Во всяком случае, пока.
В нашем возрасте это главное.
3 серия
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ
В фильме "ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО"
В ролях: ОРНЕЛЛА МУТИ
ЖАН РОШФОР
ПЬЕР АРДИТИ
СЕРДЖО РУБИНИ
(в роли Бертуччо)
МИШЕЛЬ ОМОН
ФЛОРАНС ДАРЕЛЬ
ИНЕС САСТРЕ
ЖАН-МАРК ТИБО
ЖЮЛИ ДЕПАРДЬЕ
КРИСТОФЕР ТОМПСОН
РОЛАН БЛАНШ
ЖОРЖ МУСТАКИ
ЭЛЕН ВЕНСАН
СТАНИСЛАС МЕРАР
СТЕФАН ГЕРЕН-ТИЛЛИ
При участии ГИЙОМА ДЕПАРДЬЕ
ПАТРИК БУШИТЕ
в роли Бошана
КОНСТАНС АНЖЕЛЬБРЕШТ
в роли Эрмины Данглар
МИШЛИН ПРЕЛЬ
ЖАН-КЛОД БРИАЛИ
Автор сценария и диалогов
- ДИДЬЕ ДЕКУЭН
по мотивам одноименного
романа Александра Дюма
Композитор - БРЮНО КУЛЕ
Оператор - ВИЛЛИ СТАССЕН
Никого не пропускайте!
Вы всё проверили?
Ручаюсь, что всё в порядке.
Продюсер -ЖАН-ПЬЕР ГЕРЕН
Пожалуйста, попробуйте.
Режиссер -ЖОЗЕ ДАЙАН
Что тут происходит?
Проезд закрыт, месье. Здесь место
казни. Бульвар везде перекрыт.
Разворачивайтесь или
поезжайте боковыми улицами.
Ждать долго придется?
Нет, не думаю. Фургон с осужденной
только что выехал из тюрьмы.
Говорят, она убила много детей,
Что были у матерей в животах
Говорят, из-за нее умирали дети,
И Бог на земле ей мстит!
Она помешала стольким детям
Матерям в глаза взглянуть,
И свет для нее навсегда погаснет -
Бог на земле ей мстит!
Никто не оплачет Жервэзу,
Она была слишком плохой
В аду ее место навечно
Дьявол теперь будет с ней
Дьявол теперь будет с ней.
Посторонитесь! Посторонитесь!
Нельзя нам здесь оставаться,
тут полно жандармов.
Как раз наоборот, приятель.
Они никогда не подумают, что двое
сбежавших с каторги настолько глупы,
что находятся в таких местах.
Вон, посмотри на своего отца.
Никто не оплачет Жервэзу,
Она была слишком плохой
В аду ее место навечно
Дьявол теперь будет с ней
Я подложила вам три подушки, дедушка.
Так вы сможете сидеть прямо
и смотреть в окно на небо.
Может быть, вам удастся увидеть
эту комету, о которой все говорят.
Спасибо за него, мадмуазель,
но месье Нуартье предпочитает
видеть рождение дня, зарю.
Это напоминает ему солнце Аустерлица.
Милое дитя, что вы
здесь опять делаете?
Сколько раз вам повторять,
что юной девушке
не место возле больного.
Я помогала Барруа уложить месье
Нуартье. У него был тяжелый день.
Зная его состояние, поневоле задаешь
себе вопрос, чем этот день
отличается от остальных.
Помилуйте, Элоиза,
дедушка всё слышит и понимает!
Спасибо, Барруа:
мы должны поговорить с моим отцом.
Валентине, наверное, надо тоже уйти.
Почему? Ведь это касается ее.
А вы, Барруа, смените, наконец, костюм.
Я сотни раз просил сменить эти лохмотья,
которые вы упорно не снимаете, и которые
вызывают у всех раздражают.
Эти лохмотья, господин прокурор,
видели все поля сражений в Европе,
а эти поля сражений сделали Францию
более великой, чем когда-либо.
К тому же вы ничем не рискуете: мы с
месье Нуартье никогда отсюда не выходим.
Дорогой отец, мы пришли сообщить
вам приятную новость:
скоро из Марселя к нам
приедет мадам Сен-Меран.
Вы понимаете, что это значит?
Мы сможем готовиться к свадьбе
Валентины с лейтенантом Францем д'Эпине.
Барруа, мой отец хочет
нам что-то сказать?
Да. Месье Нуартье
против этого брака.
Мой друг, Барруа
выдумывает невесть что!
Вы ошибаетесь, Элоиза,
у него есть свой способ разговаривать.
Правый глаз отвечает за гласные:
одно моргание - "а", два моргания - "е",
три моргания - "и" и так далее.
Левый глаз делает то же
самое с согласными.
У вашего бедного отца
просто нервный тик.
И еще месье говорит, что если свадьба
состоится, он лишит мадмуазель
Валентину наследства.
Что? Дорогой мой отец...
Ничего, друг мой! Если он лишит
ее наследства, все деньги будут ваши.
То есть наши, за неимением
других наследников.
И всё его состояние перейдет
в женский приют Святого Павла.
Он лишился рассудка. Я всегда говорила,
его надо поместить в дом душевнобольных.
Это его решение доказывает,
что я была права.
Успокойтесь, Валентина!
Бедная девочка каждый день навещала
его, и в знак благодарности
он лишает ее наследства!
Я попрошу доктора Авриньи
осмотреть отца.
Пожалуй, его рассудок
действительно начинает...
Месье говорит, что прекрасно знает,
почему вы плачете, мадмуазель.
И он сделает всё, чтобы вы никогда
не вышли замуж за Франца д'Эпинэ.
Вы выдадите ее замуж?
Конечно!
Несмотря на угрозы вашего отца?
Какие это угрозы! Мне безразлично,
что он передает деньги бедным.
Я никогда не гонялся за деньгами,
тем более не начну это сейчас.
Деньгами, дорогая Элоиза,
пусть занимается Данглар!
Да, знаю, вам интересна только слава.
Да нет, дорогая, нет,
слава меня тоже не волнует,
слава - это игрушка, она может
удовлетворить только любителей
погремушек, Морсерфа, например.
То, чем я обладаю, куда более пьяняще -
это власть приговаривать к смерти
или забвению в каменных застенках.
Что, приблизительно, одно и то же.
Мне довольно оставаться прокурором,
то есть сохранять расположение короля.
Семья д'Эпинэ близка к Его величеству.
Так что Валентина выйдет замуж за
Франца д'Эпинэ, нравится ей это или нет.
Да, со мной 17 сундуков,
11 корзин и 8 шляпных коробок!
Начинайте разгружать и не говорите,
что вам тяжело: там всего лишь ткани:
шелк, перкаль, атлас.
Поднимите всё это в мою комнату,
и пусть горничная поскорее достанет
их и погладит!
Ах, дорогой Вильфор, эти кучера
дилижансов просто невыносимы!
Начиная с Марселя они вели со мной
непримиримую войну под предлогом,
что у меня слишком много багажа.
Что за времена, скажу я вам!
С каких это пор кучера диктуют
женщине, что она должна везти
на свадьбу своей внучки?
Вы помните, какой я была красивой
в день вашей свадьбы на Элен?
Какой был прекрасный день...
Разве? Мне казалось, что шел дождь.
Ведь вы так мне говорили, мой друг?
Конечно, шел дождь. Проливной. Потоп.
Но как мы все смеялись под этим
дождем. Господи, как мы смеялись!
Прошу меня извинить. Надо дать
распоряжения на кухне.
Ужин будет в десять.
Ваша новая жена всё
такая же неприветливая.
Что значит новая... не будем
преувеличивать. Мы с Элоизой
уже много лет вместе.
Возможно. Но я никогда к ней
не привыкну. Что вы в ней нашли?
Боже мой, ну она...
в общем, мне кажется...
Вы мямлите, это доказывает, что
сделали ошибку, женившись на ней.
Я вам всегда это говорила. Но у вас
нет мужества признаться в этом.
Забудем вашу мегеру.
А как мой ангел? Валентина?
Валентина? С ней всё
в порядке, спасибо.
Нет, я имела в виду,
как ладят мегера и Валентина?
Прекрасно, мадам, прекрасно!
Что значит: они ненавидят друг друга.
Ладно, оставим это, мой друг.
Это не имеет никакого значения,
поскольку Валентина выходит замуж,
а следовательно, скоро покинет этот дом.
Лишь бы она была счастлива
со своим Францем д'Эпинэ,
это мое единственное желание.
И мое тоже, мадам, и она будет
счастлива. Я всё для этого сделаю.
Надеюсь.
Иначе мой призрак
будет приходить драть вам уши.
Лестница не лучшее место
для такого рода признаний, но знайте,
что эта свадьба - последний праздник,
на котором я буду присутствовать.
Последняя же церемония, на которой
я буду присутствовать, поверьте,
не по своей воле - это мои похороны.
Почему вы так говорите?
Потому что это правда. Так что,
Вильфор, я хочу, чтобы свадьба
была красивой и пышной.
Чтобы она была великолепной и
незабываемой. Я хочу плакать,
да, плакать.
Я так давно не плакала.
Точнее, со смерти Элен.
Если вам понадобятся деньги,
чтобы сделать свадьбу еще
великолепнее, скажите мне.
Так что когда граф Монте-Кристо
попросил меня оказать ему услугу
и встретиться с вами,
я чуть не расцеловал ему руки:
это не услуга, а вознаграждение.
Потому что наконец я вас увидел
и могу поблагодарить за...
Не за что благодарить, май бой,
вы мне ничем не обязаны!
Обязан. Вы спасли моего отца
от разорения и позора.
Увы, он умер слишком рано, чтобы
лично выразить свою признательность,
позвольте теперь сыну сделать это.
Одним словом, милорд,
требуйте от меня чего угодно.
Что ж, молодой человек, сообщаю вам,
что банк "Томсон энд Френч" решил
открыть новые финансовые
рынки на Востоке,
а точнее в Греции, в городе Янина.
В Янине? Да.
Это был один из самых важных портов
для наших кораблей на пути в Индию.
К сожалению, несмотря на героическое
сопротивление под командованием
генерала Морсерфа,
город попал в руки турок.
Я знаю, я спрашивал графа Морсерфа
о его службе султану Янины.
Полная загадка! Непонятно,
как турки смогли захватить город.
Удивительно просто
Говорят, султана Али-пашу предали.
Предательство? Тем более надо всё
выяснить, перед тем, как открыть
там наш филиал.
Не могу ли я, месье Моррель,
встретиться с одним из ваших капитанов,
которые заходили в порт Янины?
Этого человека зовут Коклес,
капитан Коклес.
Он 27 лет служил у Морреля,
а теперь живет в Фекане.
Что ж, поедем в Фекан. Хоть
отдохнем от этих вонючих испарений,
которые вынуждены здесь вдыхать.
Можно подумать, что мы на кладбище,
где вскрыли все могилы.
Ты недалек от истины:
это эликсир глубокого сна.
У того, кто его выпьет,
он вызывает такое глубокое оцепенение,
что его принимают за мертвеца.
Еще один из рецептов
вашего аббата Фариа?
Да. Но он не был уверен
в правильности формулы.
Бедняга, он был так стар!
Что ж, проверим.
Я знаю один рецепт, о котором ваш Фариа,
судя по всему, никогда не говорил.
Это рецепт счастья.
Он никогда не удавался.
Это зависит от повара. Мне кажется,
что с мадам Ришардэ вы могли
бы быть счастливы.
С вашим состоянием вы
могли бы вести чудесную жизнь.
Всё плохое быстро бы забылось.
Я уже вижу, как мы с вами едем
в Лондон, Будапешт, Санкт-Петербург,
а может даже и в Америку.
Америку? Ты хочешь, чтобы океан
отделял меня от правосудия?
То, что вы называете правосудием,
на самом деле ни что иное, как месть.
Неужели ты думаешь, что мне
нравится быть графом Монте-Кристо?
Честно говоря, Бертуччо,
я бы поостерегся быть его другом.
Это ужасный, безжалостный
и холодный человек.
Но не я сам захотел стать им, мне
достаточно было быть Эдмоном Дантесом,
я не хотел ничего другого от жизни.
Но мне помешали Вильфор, Морсерф,
Данглар и даже это ничтожество Кадрус,
который знал всё и ничего не сказал.
Решив убить молодого моряка, которому
ничего ни от кого не было нужно,
они породили мстителя, который пришел
спросить с них долги, тем хуже для них.
Вели запрягать лошадей.
Через час мы выезжаем.
Моррели всегда были
ко мне добры, месье.
Как отец, царство ему небесное,
так и сын.
Я это говорю потому, что если бы вас
не прислал Максимильян,
я бы вам ничего не рассказал.
Да, но ваше молчание
защищало виновного.
Я знаю, но я сам в этом деле
повел себя не лучшим образом!
Не могу понять, как генерал,
граф Морсерф, пэр Франции...
Забудьте эти трескучие титулы.
Морсерф-подлец не имел их,
когда служил в Янине.
Там его звали Фернаном Мондего,
и он был всего лишь подполковником.
Али-паша сделал его генералом,
а турки сделали богатым
за его предательство.
Этот негодяй Мондего не только
сдал туркам крепость Янины,
но он еще и виновен в том,
что вся семья Али-паши была вырезана.
Но вас же там не было,
капитан Коклес!
Я прибыл туда к концу событий.
Но, главное,
мне рассказал всё свидетель.
- Свидетель?
Да, месье:
Гайде, дочь Али-паши.
Но вы только что сказали,
что вся семья Али-паши была убита.
Все, кроме Гайде.
Турки сделали из нее то, что обычно
делают с красивыми пленницами:
ее продали в рабство,
в гарем, где ее превратили
в кусок мяса для удовольствия.
Тогда послушайте:
раз турки считают Гайде товаром,
мы ее у них выкупим.
Невозможно. Придется заплатить
по крайней мере в 20 раз большую цену.
А ее цена тогда, в виду ее положения,
молодости и красоты,
уже была значительной.
И помимо выкупа, надо ведь снарядить
корабль, оплатить эту экспедицию...
Это целое состояние, месье!
Предположим, что я найду вам человека,
который сможет собрать такие деньги?
Несмотря на свой возраст,
я немедленно отправлюсь туда.
Мне холодно.
Однако совсем не холодно.
Иногда ты обвиняешь меня в том,
что я не умею прощать.
Если бы ты слышал рассказ Коклеса,
ты бы тоже не простил.
Бошан, вы здесь?
Мне казалось, что журналистам
слишком мало платят, чтобы они
могли играть на бирже.
Я здесь не играю, а работаю,
господин граф.
Мне поручено расспросить барона
о его последних неудачах.
Неудачи? У барона Данглара?
Это невозможно!
И тем не менее это так.
Очень странно,
но в последнее время удача отвернулась
от него, и его состояние словно
рухнуло в пропасть!
О чем вы говорите!
Данглар блестящий финансист.
Он потерял 5 миллионов на рискованном
вложении капитала в золотые
прииски в Мексике,
а желая поправить дело, потерял
примерно столько же на разведении
осетра в Санкт-Петербурге.
Похоже, что вам это доставляет
удовольствие? У вас вид кота
перед большой миской сливок.
Боже мой, граф, в наше время
журналисты живут в основном
за счет несчастья людей.
Тогда удачи вам, господин кот:
скоро вам предстоит настоящее
пиршество: Янина.
Яни... как?
Я-ни-на.
Но предупреждаю: эти сливки невероятно
отвратительные. От них даже тошнит.
Привидение!
В моей комнате было привидение.
Успокойтесь, бабушка. Привидений
не существует. Это просто ветер
колышет шторы.
Я не сумасшедшая. Я знаю, что я видела!
Это было привидение, говорю тебе.
Привидение моего бедного мужа, которое
пришло предупредить меня, что скоро
и мне придется покинуть мир живых.
Что это были за крики?
Что случилось?
Ничего. Бабушке приснился дурной сон.
Ну конечно, скажите сразу,
что я истеричка!
Но кто, кроме привидения, осмелится
войти в дом королевского прокурора?
Все знают, мой дорогой Вильфор,
что вы не боитесь живых:
вы неприкосновенны.
Но мертвые - это другое дело.
Она не бредит: я выглянула
в окно и увидела...
Умоляю вас! Девушкам
свойственна истерия...
Тем не менее...
Он хотел подать мне воды.
Если вы хотите пить,
я вам приготовлю напиток.
Я не хочу никаких напитков!
Я не хочу спать!
Я хочу, чтобы поскорее рассвело
и ускорить события!
Какие события, бабушка?
Твою свадьбу, дорогая. Я хочу
увидеть тебя невестой до своей смерти.
Нет, это невозможно!
Почему невозможно?
Из-за того, что ничего не готово?
Тем хуже. Да, я хотела пышной свадьбы,
нечто великолепное, ну да ладно.
Пусть твоя свадьба произойдет
в тесном кругу, лишь бы она состоялась.
Нужны только нотариус для удостоверения
подписей и кюре, который пробормочет
несколько слов на латыни,и дело сделано!
Не беспокойся, я оговорю в своем
завещании, что я освобождаю вас
всех от траура после моей смерти.
В этом случае ничего не сможет помешать
тебе устроить праздник, как только
меня предадут земле.
Почему ты плачешь?
Ты не хочешь, чтобы я умерла?
Не хочу! И замуж тоже не хочу!
Не хочу! Не хочу!
Да что это с вашей дочерью?
Откуда мне знать?
То, что мир вырождается, еще
не причина отказываться от традиций.
А у Сен-Меранов традицией было
устраивать прекрасные
и благородные свадьбы.
Франц д'Эпинэ - разве не прекрасная
и благородная партия?
О такой партии можно только мечтать.
Тогда перестанем мечтать.
Сегодня вторник.
Скажем, не позднее субботы наша милая
Валентина станет баронессой д'Эпинэ.
Ваш билет, молодой человек!
Купите сначала билет!
Можно вас на минуту, месье Моррель?
Не задерживайте меня! Меня там ждут!
Это быстро.
Вы не опоздаете на представление.
Мне нет дела до представления,
я его видел раз двадцать!
Теперь прошу меня отпустить,
у меня свидание с...
...мадмуазель Вильфор.
О ней я и хочу поговорить. Вы ее любите?
А ваше какое дело?
Я должен вам отчитываться?
Мне нужно знать правду. Только
правду, и я вас тотчас же отпущу.
Отпустите меня или я закричу!
Кричите. Я скажу, что схватил вас
за руку,когда вы хотели меня обворовать.
Вы возразите, что это ложь, и нас обоих
отведут в участок, и тогда ваше
свидание наверняка не состоится.
Прежде всего отпустите меня.
Ответ на ваш вопрос:
да, я люблю Валентину!
А она? Она вас тоже любит,
месье Моррель?
О да!
Как вы можете ее любить?
Вы знаете, кто ее отец?
Прокурор Вильфор.
Мало кто на свете столь безжалостен
к людям, как прокурор Вильфор.
Какое мне до этого дело?
Для меня главное - Валентина,
а ее отец пусть катится к черту!
Да, есть большая вероятность,
что он к нему попадет.
Нет, ты выслушаешь меня до конца.
Ты любишь Валентину, потому что
она кажется тебе красивой, ведь так?
Бедное дитя, не доверяй внешности!
Что священник может знать
о красоте женщин?
Я не всегда был священником.
Но речь идет не обо мне.
Мне важен ты. То есть, ты уверен,
что не сможешь любить никого,
кроме Валентины Вильфор?
Что же.
Тогда иди к ней.
Дамы и господа, поторопитесь,
представление скоро начнется!
Поторопитесь, маг не будет ждать!
Поверь, Максимильен, у меня нет никаких
возможностей избежать этого брака.
Я уже два дня плачу в своей комнате,
я обдумала все возможные решения.
Но я несовершеннолетняя,
и по закону я...
А если я скажу, что есть страна,
где нет законов или их совсем мало?
Это Алжир!
Это далеко.
У дома Морреля есть только один
корабль, но, к счастью, он сейчас
в Марселе и заканчивает ремонт.
Уже через неделю "Фараон" может
отправиться к Алжиру...
Похищение? Ты об этом думаешь?
Ты сошел с ума!
Скажи "да".
Нет, я говорю нет. Это будет таким
горем для отца и бабушки!
Ты предпочитаешь,
чтобы я был в отчаянии?
Хорошо! Я знаю,
что мне остается делать.
Да. Забыть меня.
Выйдя отсюда, я пройдусь под арками
Пале-Руаяля, где можно найти
торговца оружием.
Я куплю пистолет,
заряжу его и сяду возле фонтана.
Почему возле фонтана?
Чтобы звук воды
заглушил звук выстрела.
Я умру, но никого не потревожу,
даже голубей Пале-Руаяля.
Хорошо.
Что хорошо? Хорошо насчет пистолета?
Хорошо насчет фонтана?
Хорошо, что я убью себя?
Хорошо насчет Алжира.
Это правда? Это правда,
ты не передумаешь?
Нет, а ты? Когда мы туда прибудем,
ты женишься на мне?
Нет. Как это - нет?
Нет, потому что мы
не будем ждать Алжира!
Как только мы покинем Марсель,
нас поженит капитан "Фараона".
Вот что мы сделаем: сегодня же вечером,
в 11 часов, ты подойдешь к воротам.
Я буду ждать тебя уже с коляской.
Не бери никакого багажа, мы купим всё,
что надо, по дороге.
Болван! Какой же болван
этот Максимильян!
Он влюбился именно в ту,
в которую было нельзя.
Что такого в этой девушке,
что она ему так нравится?
Тебе она тоже кажется красивой?
Конечно.
Она обескураживающе пресна,
слишком светлая, слишком белая...
Именно, граф. Ведь так
выглядит сдобная булочка.
Мадмуазель Валентина - сдобная булочка.
Булочка!
Мадам Ришардэ к его превосходительству
графу Монте-Кристо.
Вы собираетесь на бал-маскарад?
Я могу вас сопровождать?
Я так давно не гримировалась.
Не подскажете,
какой костюм мне придумать?
Сдобную булочку, мадам!
Сдобную булочку? Как оригинально!
У вас всегда необычайные идеи!
Я уже вижу на голове круглую и озорную
шапочку цвета поджаренного хлебца,
а платье еще более объемное,
чем шляпа, с пышными воланами,
словно щечки булочки.
Она зовет себя Камиллой
А он зовет ее Сдобной булочкой
Ее губы пахнут ванилью
Он считает себя неприступным.
Но вот они оказались в беседке
О Боже, счастье совсем уже близко!
Для капитана Коклеса,
для его путешествия в Янину.
Ну что?
Настоящая пещера Али-бабы! Там золота
и драгоценностей девать некуда.
Пойдем, нельзя здесь оставаться.
Да, лучше дождемся ночи.
Мадам, не следует приходить сюда
без предупреждения.
Если я вас потревожила,
извините меня.
Но как я могла вас потревожить?
Насколько мне известно, вы не работаете.
Нет, мадам, я работаю.
Над чем же?
Над получением долгов
с задолжавших мне людей.
Я пришла без предупреждения только
потому, месье, что скучала без вас:
я не видела вас 53 часа.
53 часа? Так вы их считаете?
Я считаю даже минуты.
А секунды?
У меня нет для этого
достаточно точного секундомера.
Завтра я вам такой подарю.
Погодите немного с подарками.
Мне нужно ваше присутствие.
Для чего?
Скажем, для этого.
Извините, если я сделаю это неловко,
но я никогда не умела хорошо
целоваться. Но вы ведь всё знаете,
вы научите меня этому...
Песня не лгала, мадам:
от вас пахнет ванилью.
А вы любите ваниль?
Пожалуй да. Но если вы не против,
я бы хотел точно быть в этом уверенным.
Одно только содержимое ящиков бюро
в прихожей стоит того.
Есть одна хитрость, как его открыть,
но я подсмотрел, как он это делает.
Видеть - это одно,
проникнуть - совсем другое.
Это просто: темнота, прочная лестница,
хорошо заточенный алмаз,
чтобы разрезать окно.
А если нас застигнут на месте?
Ну знаешь, убийство... ты бы осмелился?
Если нас поймают, ты знаешь,
что делают со сбежавшими с каторги?
Эй, друг мой... Что?
На колокольне Сен-Жермен пробило
уже полночь. Я так понимаю,
мы уже час ждем...
Ладно, я пойду узнаю,
ждите меня здесь!
Умерла! Умерла!
Не могу поверить в такое несчастье.
К тому же такая ужасная смерть.
Вы думаете, она мучилась?
И боюсь, что жестоко. Достаточно
посмотреть на ее искаженное лицо.
Мне кажется, яд, который унес ее
жизнь, был неправильно дозирован.
Отсюда эти невыносимые боли,
непрекращающиеся удушья.
Отравление? Мне кажется, ваше
заключение слишком поспешно, Авриньи!
Кто мог так ее ненавидеть, чтобы...
Я не говорю, что ей подсыпали яд.
Нет, я вполне допускаю самоубийство.
Но почему она это сделала?
Особенно в ее возрасте?
Мой бедный друг,
у жеста отчаяния нет возраста.
Где комната мадмуазель Валентины?
На втором этаже, месье.
Но бедная барышня...
Максимильян Моррель, мадам. Я друг...
Спасибо, месье. Кто бы вы ни были,
спасибо, что пришли так быстро.
Мы не ждали визитов раньше
завтрашнего утра.
Но как вы узнали об этом
несчастье, поразившем нас?
Это здесь... здесь она...
Покоится? Да, месье.
Если хотите, можете ненадолго войти
и предаться размышлениям у ее тела.
Но предупреждаю,
мы еще не совершали обмывания.
Я думал, что...
Ты!
Я так испугался, ты бы знала...
У нее начались приступы боли
в тот самый момент,
когда я собиралась выходить.
Я не могла бежать
при таких обстоятельствах.
Да, понимаю, ты правильно сделала.
Но... Ты не обидишься,
если я подумаю сначала о нас двоих?
Ее смерть, конечно, трагична,
но возможно, это чудо!
Чудо?
Ты же сама говорила, что мадам
Сен-Меран хотела ускорить твою
свадьбу с Францем д'Эпинэ?
Она умерла, это печально,
но теперь мы можем вздохнуть.
Это чудесно, Валентина!
Увы, Максимильян! Перед смертью
бабушка попросила, как свою
последнюю волю, чтобы...
Что? Что она попросила?
Чтобы эта свадьба всё равно состоялась
и чтобы это произошло в день ее похорон.
Завтра, любовь моя,
завтра я буду замужем!
Нет!
Да. Она говорила о каком-то долге,
о чем-то, чем наша семья обязана
семье д'Эпинэ.
И мой отец поклялся, а клятву
у изголовья умирающей нарушать нельзя.
Куда я засунул этот документ?
Проклятые очки!
А, вот. Итак...
Хотя нет, это завещание маркиза Ветёйя.
А это у нас что?
Да! Купчая на особняк Жизор, нет,
это не имеет никакого
отношения к нашему делу.
Но вы не беспокойтесь,
я найду этот договор.
Вы не можете требовать от меня
подписать брачный договор
в день похорон моей бабушки.
Подписывать буду я, поскольку ты
несовершеннолетняя. От тебя требуется
только твое присутствие.
Наконец-то нашел!
Итак, если все готовы, мы можем начать.
В присутствии мэтра Деляфосса,
нижеподписавшегося нотариуса,
здесь собрались,
ввиду будущего брака между ними,
месье Франц Альфонс Кристиан д'Эпинэ,
офицер королевской армии, холостяк,
совершеннолетний, будущий супруг,
выступающий от своего имени,
и мадмуазель Валентина
Жюли Мари Вильфор,
незамужняя, несовершеннолетняя,
будущая супруга,
и оговаривается, что приданое
мадмуазель Вильфор будет составлять
50 тысяч золотых франков...
Извините, месье,
но разве речь шла не о ста тысячах?
Дорогой Франц,
мы были бы рады быть более щедрыми.
Но только вот, мой свекор выкинул
один из тех капризов, на которые
способны только старики:
он лишил всех наследства: моего мужа,
Валентину и меня.
Так что мы хотим
обеспечить свое будущее...
Тем более, Франц, мы все знаем, что вы
женитесь на Валентине не из-за денег.
Нет, конечно. Из любви, глубокой,
искренней и бескорыстной.
Чтение настоящего договора происходило
в присутствии обеих сторон,
которые одобрили все его пункты.
Договор подписан, согласно закону,
мной, мэтром Жак-Альфонсом
Деляфоссом,нотариусом.
Составлен в Париже, 21 июля 1838 года.
Будьте добры подписаться.
Вы счастливы? Я - да.
Если бы этот день не был омрачен
похоронами мадам Сен-Меран,
я бы сказал, что это самый
прекрасный день в моей жизни.
Валентина, вы ничего не скажете?
Мне нечего сказать.
Подождите, лейтенант, не подписывайте!
Барруа! Что на вас нашло?
Прошу прощения у господина прокурора,
но это месье Нуартье.
Он послал меня за лейтенантом д'Эпинэ.
Передайте отцу, что мы все
засвидетельствуем ему наше почтение,
как только закончим эти формальности.
Месье Нуартье настаивает,
чтобы это было сделано немедленно.
Он говорит, что речь идет
об особо важном деле.
Это та картина, месье?
Мы что, пришли сюда
играть в художников?
Здесь письмо.
Должен ли я прочесть его вслух?
Я должен передать его кому-то?
Кому, месье?
Месье Вильфор, ввиду признаний,
содержащихся в письме,
я вынужден немедленно и навсегда
разорвать все отношения с вашей семьей.
Мэтр Деляфосс, прошу вас оставить
нас одних. И вы, Барруа, тоже выйдите.
Что такого написано в этом письме?
Франц д'Эпинэ едва не женился
на внучке человека,
который убил его отца.
Да, Элоиза, это признание,
подписанное моим отцом
до удара, в котором он признается...
...что он убийца?
А, нет, не убийца, слава Богу.
Да, верно, мой отец убил генерала
Кенеля, барона д'Эпинэ.
Но это не было преступным действием,
в том смысле, как его трактует закон.
Нет, это была дуэль, объяснение между
двумя человеками чести.
Дуэль без свидетелей, что и объясняет
тот факт, что полиция сочла,
что д'Эпинэ убили.
Дуэль на шпагах, не так ли,
ночью, на берегу Сены.
Поединок длился около часа,
а потом шпаги сломались,
и вы продолжали на пистолетах.
Всё происходило именно
так, не так ли?
Теперь я должен сделать признание:
я об этом знал.
Откуда вы могли знать?
Двадцать лет назад, в Марселе,
вследствие анонимного письма,
мне привели молодого человека.
Это был молодой человек, которого
арестовали в разгар праздника
в честь его обручения.
Я даже помню его имя:
Эдмон Дантес.
Дантес высаживался на остров Эльба,
где адъютант Наполеона
передал ему для вас письмо.
В этом письме, отец, вам сообщали,
что свергнутый император собирается
бежать с острова Эльба,
высадиться во Франции
и вновь захватить власть.
Вам предписывалось облегчить
ему эту задачу,
убрав любыми средствами одного
из самых опасных противников Наполеона:
барона д'Эпинэ.
Да, да, знаю, вы никогда
не видели этого письма:
чтобы защитить вас, спасти вас,
я сжег его, превратил в пепел.
Но если письмо было уничтожено,
как же ваш отец...
...тем не менее выполнил поручение,
о котором он никогда не узнал?
Да.
Из-за своего внутреннего убеждения,
что в любом случае нужно убрать д'Эпинэ.
Нет так ли?
Мне тоже, Элоиза, всегда достаточно
было внутреннего убеждения,
я никогда не нуждался в приказах,
чтобы решить, что человек
заслуживает смерти.
А молодой моряк?
Я распорядился отправить его навечно
в самое надежное место:
в застенки замка Иф.
Только потому, что он был посланником?
Как я мог быть уверенным,
что он не знал содержания письма?
Я выбирал между ним и отцом.
Но теперь вы выпустите его?
Слишком поздно.
Он пытался бежать и утонул.
Какая несправедливость.
Зато он уже никогда не придет
требовать объяснений у вашего отца.
Салям алекум, Хасан!
Алекум салям, господин!
Нет, Хасан, не надо света.
Приведи немедленно Мухаммада, быстрее!
Нужно было дождаться середины ночи.
Нет. Середина ночи -
это опасность полной луны.
У меня не лежит душа к этому делу.
Слишком большой риск, мы больше получим,
шантажируя твоего отца-прокурора.
Он нам больше понадобится,
если нас поймают.
Я скажу ему, кто я, кто он,
и он нам поможет. Давай, лезь.
Лучше ты.
Нет, я буду караулить.
Если кто появится, я буду ухать совой.
Я не хуже тебя могу ухать совой.
И к тому же я боюсь высоты.
Если тебе страшно, как курице,
я пущу кровь тебе, как курице.
Так что лезь!
Я боюсь высоты! Лезь!
Тихо, Мухаммад!
Там, в парке, двое мужчин, с лестницей.
Они попытаются проникнуть
в дом через второй этаж.
не бойся, господин,
я не дам им этого сделать.
Нет, нет, пусть они приходят.
В парке два человека.
Воры?
Или убийцы. Если кто-то,
наконец, узнал, кто я,
у него есть все причины заставить
меня навсегда замолчать.
Или же донести на вас в полицию!
Слишком опасно. В полиции я могу
рассказать всё, что знаю.
А я слишком много знаю о подлых делах
Данглара, Вильфора и особенно Морсерфа.
Следи за первым этажом.
Мне предупредить других слуг? Юный
Хасан отлично умеет душить веревкой.
Никаких движений, надо
сделать вид, что дом пуст.
Наблюдай за парадной лестницей.
И главное, не стреляй первым.
Я хочу знать, кто они и кто их прислал.
Вы уверены, что их всего двое?
Здесь наверняка на миллионы.
На миллионы!
Знаешь, Кадрус,
ты меня очень разочаровал.
Аббат Бусони,
что вы здесь делаете?
А ты, Кадрус?
А я? Ну, я, господин аббат...
как вы видите, я ищу...
Ищешь? А что ты ищешь?
Ну... Средства на жизнь!
Ренты, которую я тебе назначил,
тебе недостаточно?
Всё так дорого, господин аббат,
для бедного человека без средств:
чтобы спать под крышей, есть
что-нибудь горячее, иногда даже мыться,
за всё надо платить в десять раз больше,
иначе тебе угрожают, что донесут.
К примеру, даже вы, господин аббат,
несмотря на то, что вы святой человек...
Если я вас буду умолять отпустить
меня, я знаю, что вы мне ответите:
"Хорошо, мой друг Кадрус, бери ноги
в руки, но перед тем купи мое молчание,
чтобы я не сдал тебя жандармам!"
Вот, возьмите, я отдаю вам всё,
что у меня есть, от чистого сердца,
это для ваших бедных...
Ты готов продать отца и мать, Кадрус?
Можно быть священником, не имея при
этом желания стать мучеником.
Помилуйте, пощадите, господин аббат.
Я не хотел причинять вам зла.
Конечно, нет. Убить человека не значит
причинить ему зло, поскольку
смерть приблизит его к Богу.
Ты ведь так смотришь на вещи, Кадрус?
Да, именно так я думаю.
Прекрасно!
Когда палач привяжет тебя к откидной
доске, и твоя голова окажется
в круглом отверстии
как раз под лезвием, ты будешь
чувствовать себя счастливым?
Нет, нет, только не это! Нет!
Как от тебя плохо пахнет, Кадрус.
Это от страха ты так воняешь?
Что такое? Ты наделал в штаны?
Ты хочешь поскорее уйти, Кадрус?
Я могу уйти? Вы правда хотите,
чтобы я ушел?
Это Бог может хотеть или не хотеть.
Согласен ли ты, чтобы тебя судил Бог?
Если вы меня отпустите, господин аббат,
я сделаю всё, что вы захотите.
Договорились.
Если Бог позволит тебе невредимым
добраться до своей норы,
это будет доказательством того,
что он простил тебя.
Тогда и аббат Бузони тебя
простит. Подбирай.
Нет, я же сказал,
это для ваших бедняков.
Бедняков? Но я никогда не найду
человека беднее тебя.
Подбирай
и исчезни.
Ну что? Нашел? Вот.
Извини, папаша, меня научили
выживать, а не делиться.
Позови скорее Мухаммада,
Бертуччо, быстро!
Ни шага дальше,
иначе я буду стрелять!
Эй, стой!
Не убивайте меня, я сдаюсь,
я сдаюсь. Не убивайте меня!
Хорошо, Мухаммад. Оставь нас.
Хирурга. Пошлите за хирургом.
Ни один хирург тебе теперь не поможет.
Тебе нужен священник, Кадрус.
К черту всех кюре!
Я не верю в вашего Бога!
Почему, Кадрус?
Почему ты не веришь в Бога?
Потому что он не существует.
Если бы он существовал, мир был
бы менее уродливым, бедным воздавалось
бы, а злые несли бы наказание.
Помните, аббат, мы уже говорили
с вами об этом.
Вы говорили мне о Дантесе.
Вы помните беднягу Дантеса?
Умирая, ты думаешь об Эдмоне Дантесе?
Да, потому что он наказан.
А те, кто его предали,
сейчас богатые и в чести.
Чушь всё это, ваш Бог.
И Бог ваш несправедлив.
О нет, Кадрус. Нет, Бог справедлив.
Посмотри на меня: я Эдмон Дантес.
Он умер.
Нет, он жив. Он здесь, рядом с тобой.
Он держит тебя за руку.
Посмотри на меня,
Кадрус, я жив, я жив.
Эдмон Дантес? Вы - Эдмон Дантес?
Да.
Но тогда, если вы Эдмон Дантес,
тогда... тогда...
Тогда что?
Проходи!
Он первый расплатился, но, возможно,
он не был худшим из всех.
Вы ведь были скованы одной
цепью, да ведь, Тусен?
Свяжи его, Бертуччо. Руки за спиной.
Очень крепко. А затем отведи
его в полицию.
А если меня спросят, что он сделал?
Скажешь, что он сын своего отца.
Если бы вы знали, кто мой отец,
вы бы задрожали!
Молодой человек, если бы вы знали,
кто я, вы бы знали,
что это ваш отец задрожит.
Браво, браво, браво! Браво, граф!
Первое место. Поздравляю.
Молодец, мой мальчик.
Вы отлично гребли, месье.
Спасибо, мадам.
Но эта победа немного несправедлива.
Несправедлива?
Дело в том, что я не совсем
новичок в морском деле.
Ну да, конечно. Ваше долгое путешествие
на Восток. Вам должно недоставать моря.
Мне многого чего недостает, мадам.
Несмотря на ваше состояние?
Не верю. Вы можете купить себе всё,
о чем мечтаете.
Я редко мечтаю. Мои ночи тяжелы.
Какой вы странный человек?
Вас послушать, так можно подумать,
что вы несчастный человек.
У нас еще есть время покататься?
Вы действительно,
прекрасно гребете.
Вы любите моряков?
Какой странный вопрос. Какой вопрос?
Вы хотите знать, люблю ли я моряков.
Это так, чтобы поддержать разговор.
Мне кажется, мы не знаем,
о чем нам говорить.
Как все знатные люди, которые мало
знакомы друг с другом.
В Париже это называется сдержанностью.
Хотя если бы мы обменялись здесь
признаниями, нас никто не услышал бы.
Вы хотите мне в чем-то признаться?
Я? Нет. Нет. А вы, месье?
Я тоже нет, мадам.
Что ж, никаких признаний. Я Мерседес
Морсерф, и в моей жизни нет секретов,
а вы граф Монте-Кристо,
и в вашей жизни тоже нет тайн.
Однако вы, как и я, имеете прошлое,
у нас была молодость...
Ваша
была счастливой?
До определенного момента. А ваша?
До определенного дня.
Это мадам Морсерф попросила графа
покатать ее на лодке.
Я тоже очень хотела этого.
Это ненадолго, месье скоро вернется
и покатает вас тоже.
Но я не хочу, чтобы он себя изнурял.
И потом, боюсь, что уже время уже
позднее. Передайте ему,
что я вернулась в Отёй.
А если я разрешу вам называть себя
Мерседес, по крайней мере,
когда мы наедине?
Спасибо, это очень красивое имя,
мне нравится произносить его: Мерседес.
А мне, в свою очередь,
как вас называть?
Как пожелаете.
Тогда...
почему бы не ... Эмиль?
Эмиль, давайте поплывем к солнцу,
в тени холодно.
Нет, нет, решительно Эмиль
мне не нравится.
Попробуйте другое.
Поскольку мы остановились
на букве "Э", почему бы не ...
Эдмон?
Эдмон, пожалуйста,
давайте поплывем к солнцу...
Мы на солнце, Мерседес. Мы даже
на ярком свете. Разве он не ослепляет?
Да, сейчас да, мне больно глазам!
Вы должны знать, что я не счастлива.
Мой муж не...
Мы договорились не делать признаний.
Выслушайте их.
Я никогда никому не могла открыться.
И выбрали меня? Почему?
Потому что вы в Париже проездом.
В общем, вы не считаетесь, вы облако.
Послушайте, месье облако.
Я любила другого мужчину.
Я безумно его любила.
И во время празднования нашего
обручения он вдруг исчез при странных,
неожиданных и драматических
обстоятельствах.
Исчезновений, Мерседес, не существует.
Единственное настоящее исчезновение
- это смерть.
В остальных случаях нужно рыться,
скрести, искать. И тогда находишь
или вновь находишь.
А как вы думали?
Естественно я пыталась узнать о нем!
Но сам его отец сказал мне,
что Эдмон умер.
Его тоже звали Эдмоном?
Это совпадение. Но вы правы,
я буду звать вас по-другому.
Я не хочу, чтобы вы носили имя
мертвого.
Даже если это просто игра.
Игра, да, игра. Когда я был маленьким,
я всегда боялся того момента,
когда отец высовывался в окно
и кричал: "Уже поздно, иди домой!"
Это всегда было примерно
в это же время.
Ваш отец был прав, призывая вас
к порядку. Действительно уже поздно.
Очень поздно...
Дедушка, это Масимильян.
Он хотел лично поблагодарить вас.
Месье Нуартье, я никогда не забуду,
что вы для нас сделали.
Могу представить, чего вам стоило
выдержать взгляд Франца,
когда он узнал правду.
Отныне, если вы не против, мы оба
будем заботиться о вас, Валентина и я.
И, естественно, Барруа!
Я принес месье совсем свежего лимонада,
который мадмуазель Валентина только
что для него приготовила.
Вы не хотите пить? А я хочу!
Сегодня такая жара,
можно подумать, что лето не хочет
кончаться. С вашего разрешения, месье.
Осторожно, Барруа, опасно пить
холодную воду в такую жару.
Знаете, такой старый волк, как я,
ничего уже не боится!
Когда тебя чуть не поджарили
в Москве и едва не заморозили
в Березине, ты не...
О Господи!
Что с ним?
Не знаю! Недомогание! Я позову отца,
к счастью, у него доктор Авриньи.
Но ты уходи, так будет лучше. Иди.
Ну что вы, Авриньи, это всего лишь
самые обычные лекарственные травы.
Если их принимать по отдельности.
Но некоторые соединения могут быть
в высшей степени токсичны,
и если ваша теща...
Дорогой мой, это из области романов!
Трудно вообразить, что мадам Сен-Меран
отравилась из-за того, что захотела
играть в аптекаря-любителя.
Папа! Доктор Авриньи!
Идите скорее! Скорее!
Пульс слабый, почти не прощупывается.
И глаза уже закатились.
Нужно, чтобы его вырвало.
Мадмуазель Вильфор, бегите
к ближайшему аптекарю и купите рвотное.
Спросите самое сильное.
Лимонад. Это случилось
после лимонада, который я выпил.
О, как мне больно!
Лимонад? Какой лимонад?
Лимонад... вон тот, месье.
Да, это лимонад.
Это вы его приготовили?
Нет, это...
это мадмуазель Валентина.
Кажется, он мертв.
Говорю вам, я туда не пойду.
Еще как пойдешь.
Нет, месье, я нанялся служить вам.
В этом случае вы не имеет права
заставлять меня работать на другого.
Что это значит? Что я для вас?
Какой-то товар? Раб, да?
Которого вы можете одолжить,
нанять, продать?
Да, я тебя "одалживаю" Вильфорам.
Но ты продолжаешь оставаться
у меня на службе.
Вдали от вас.
Да, рядом с Валентиной.
Ты будешь служить мне, охраняя ее.
Ну это уже слишком!
Я ничего не понимаю.
Еще несколько дней вы хотели
приготовить страшную смесь,
мерзкий эликсир,
потому что вы хотели,
чтобы ее отец умер от горя.
А теперь я должен охранять ее,
как весталка священный огонь.
Вы уж определитесь, чего вам надо.
Ты знаешь, что такое софизм?
Нет, но я из-за этого не переживаю.
Пример софизма: Сократ смертен,
все кошки смертны, значит, Сократ кошка.
Да. Очень смешно, даже изыскано,
но совершенно глупо, извините.
Еще один софизм: Я люблю Максимильяна,
Максимильян любит Валентину,
следовательно, я люблю Валентину.
А Валентина в опасности. Мне продолжать?
Ладно. Я понял.
Вы хотите, чтобы я стал ее нянькой?
Я буду ее нянькой.
Еще повезло, что девушка хорошенькая.
Что ж, а вот и твоя соска, няня.
При малейшем сомнении, при малейшем
синдроме недомогания,
ты дашь ей это выпить.
Но почему вы решили, что Вильфоры
возьмут меня в управляющие?
Я говорил с Элоизой. Все слуги
уходят от них. Тебя ждут, как мессию.
Вот посмотри
Добрый вечер, месье.
Меня пригласили управляющим.
Тебя ждут с нетерпением. Входи и будь,
как у себя дома. Твоя еда на столе.
Посвятите в дела.
Поговоришь об этом завтра с хозяевами.
А я ни минуту больше не останусь
в этом проклятом доме.
Почему в проклятом, как это -
проклятом? Вам что, здесь плохо?
За одну неделю два отравления,
один из них тоже слуга.
Это не соответствует моим
понятиям счастья.
Это точно. Лучше предупредить,
чем потом лечить.
Вот отчет об анализе лимонада,
которым был отравлен Барруа.
Вот, прочтите. Весьма красноречиво.
Отравление!
Смесь экстракта дигиталиса и настоя
цикуты. Безнадежный случай.
Вздор, доктор! Мой отец тоже пил этот
ваш так сказать отравленный лимонад,
но с ним ничего не случилось
Действительно, и признаюсь,
что меня это удивило.
Но в связи с состоянием здоровья,
месье Нуартье буквально
нашпигован лекарствами,
я это знаю, потому что сам
их ему прописывал.
Они наверняка помешали действию яда,
став в каком-то роде
постоянным противоядием.
Распорядитесь об эксгумации и аутопсии
тела мадам Сен-Меран:
я уверен, что в ее органах мы найдем
следы цикуты и дигиталиса.
Я не буду отдавать никаких распоряжений,
Авриньи, вбейте это себе в голову.
Понимаю, что правда ужасает вас.
Это Валентина приготовила лимонад,
который убил Барруа.
Замолчите, доктор, вы бредите!
Конечно, она не хотела убивать
несчастного слугу.
Нет, ее целью был Нуартье.
Но из-за трагической случайности Барруа
выпил из стакана своего хозяина.
Абсурд, Авриньи, абсурд!
Валентина обожает своего дедушку!
Разве он не лишил ее наследства?
Старческий маразм. И к тому же
Валентине это было всё равно.
Только с виду. Девушки очень
хорошо умеют притворяться.
Войдите!
Я Бертуччо, месье.
Ваш новый управляющий.
Да, я знаю, жена мне сказала.
Что вам надо?
Ничего, господин прокурор.
Это господин прокурор меня вызывал.
Неужели? Я что-то не помню.
Это правда, вы сказали,
что хотите коньяка.
Сейчас принесу.
Я выпью коньяк один, Авриньи.
Я больше ничего не хочу делить с вами.
Вы покинете этот дом и больше никогда
не переступите его порога.
Хорошо.
Я только сказал вам, что думаю.
Послушайте, Вильфор,
даже если вам это кажется
несправедливым и жестоким,
Валентина должна быть изолирована.
Под видом рассудительной девушки
скрывается одна из тех извращенных
и неуравновешенных истерических натур,
которые при малейшем противоречии им
впадают в худшее из безумий.
Я не сплю уже много ночей:
я знаю не хуже вас, что ожидает
Валентину, если вы сообщите
о ее преступлении.
Нет, вы этого не знаете!
Вы никогда не видели,
как отрубают голову! А я видел.
Сотни голов.
Я видел их вблизи,
видел их отвратительный ужас,
касался их кожи, мокрой от ледяного
пота, от которого уже исходил
сладковатый запах смерти.
Я слышал, как стучат их зубы,
порою настолько сильно,
что иногда они ломаются.
И вы хотите, чтобы это
я предуготовил своей дочери?
Да это вы чудовище, если осмеливаетесь
предложить мне такое!
Возможно, мы сможем избежать худшего
и добиться помещения в лечебницу?
К сумасшедшим?
Чтобы с ней обращались, как с бешеной
собакой и держали связанной день и ночь?
А теперь слушайте меня, Авриньи:
если вы осмелитесь повторить хоть
слово из этого кому бы то ни было,
я брошу вас в тюрьму.
В тюрьму? Меня?
Под каким предлогом?
Насчет этого можете быть уверены:
я найду.
Я привык.
Хорошо, я буду молчать.
Но мне вас жаль.
Больше всего я боюсь за вас.
Вы вполне можете быть следующей
жертвой. Любой обитатель этого
дома может быть следующей жертвой.
Уходите!
Мой друг,
я всё слышала.
Она моя дочь.
Никто не причинит ей зла, никто.
Впрочем, она больше не выйдет из дома.
Я запер ее в комнате.
Вы правы. Но, боюсь,
ей не понравится, когда она узнает,
что превратилась в пленницу.
Возможно, будет лучше, если она
выместит свое недовольство на мне,
чем на вас.
Где ключ?
Под дверью ее комнаты.
Я пойду к ней.
Отдохните,
я всё возьму на себя.
А теперь, дорогой граф, я могу,
наконец, это отведать?
Господи, как мне нравится этот ротик,
который так вежливо произносит:
"дорогой граф", тогда как глаза умоляют:
"Поцелуй меня! Поцелуй меня, как повар!"
А как целуются повара?
Восхитительно.
Что ты здесь делаешь?
Мне очень страшно.
Страшно? Но страха не существует. Это
иллюзия, как множество других вещей.
Возвращайся туда, откуда пришел.
Я не за себя боюсь, а за нее.
Что, за Валентину?
Валентина? Какая Валентина?
Валентина Вильфор.
А, эта малышка!
Рассказывай.
Некий доктор Авриньи убежден,
что это Валентина отравила
Барруа и мадам Сен-Меран.
Он обнаружил, что в лимонаде,
приготовленном Валентиной
и который выпил Барруа,
действительно находился яд.
Но что за яд?
Смесь цикуты и дигитала.
Проклятье! Теперь, когда она
удостоверилась в эффективности
своей смеси,
можешь быть уверен,
что она на этом не остановится.
Какое несчастье! Вы тоже думаете,
что она виновата?
Я думаю, что она в смертельной
опасности! Возвращайся к Вильфорам.
Если надо, ляг перед дверью
в комнату Валентины, никого не впускай.
Особенно Элоизу. Я присоединюсь
к тебе как можно скорее.
Как я могу незаметно войти?
Я еще плохо знаю дом. Он огромный
и мрачный. Возможно,
туда можно проникнуть через крышу.
Хорошо, через крышу.
Давай иди, будешь меня поджидать.
А теперь беги! Ты должен был
быть уже рядом с Валентиной.
Беги! Я скоро приду!
У вас опять вдруг стал озабоченный вид,
который мне совсем не нравится, месье!
Досадная помеха.
Но ничего особенного. Хотя...
Хотя что?
Хотя я очень надеялся оставить
вас рядом со мной
после нашего ужина, но...
О, оставьте меня!
Если бы вы знали, как мне холодно
в моем старом доме в Отёе.
Пожалуйста, я хочу остаться
здесь с вами.
Рядом с вами. Прижавшись к вам...
Будьте разумны, мадам. Но почему?
Потому что сегодня
ночью у меня дела.
Отложите на завтра.
Завтра тоже будет ночь.
Невозможно, мадам.
Именно этой ночью меня ждут.
Кто вас ждет? Надеюсь, не женщина?
Если смерть похожа на женщину,
тогда да.
Бертуччо, что ты здесь делаешь?
Что я делаю? Я делаю то, что должны
бы делать вы: охраняю вашу Валентину.
Ты ее охраняешь? Как это - охраняешь?
Что это значит? Она в опасности?
Говори же, Бертуччо, говори!
Да нет, не волнуйтесь вы так.
Теперь мы ее охраняем.
Да, но это ничего не значит.
Ты, Бертуччо, всего лишь Бертуччо.
Конечно.
Я не это хотел сказать.
Да нет, я сам это говорю.
Но успокойтесь, месье, потому что
я не один. Со мной еще этот человек.
Какой человек?
Человек, которого, хотя он и мой хозяин,
я скоро буду считать своим другом.
Однажды я скажу ему "ты".
И обниму его. Ладно, а теперь за работу.
Проснись! Проснись, ради Бога!
Проснись, маленькое существо, проснись.
Ты мне нужна! Ты мне нужна! Проснись!
Молодец, Бертуччо, молодец.
Тихо.
Осторожно, ступени скрипят.
Спальня мадмуазель Вильфор.
Бедное дитя! Все эти волнения вас
измотали. Я приготовила вам напиток,
чтобы вам лучше спалось.
Спасибо, Элоиза,
мне ничего не надо, я хорошо сплю.
Не сомневаюсь,
но с этим вы будете спать еще лучше.
Давайте, пейте, вот так, смелее.
Пейте до последней капли.
Вот так, вот так.
Вот так дорогая, хорошо.
Спите крепко.
Спокойной ночи.
Тихо! Если вы закричите, мы пропали,
и вы никогда больше
не увидите Максимильяна.
Какой вкус был у напитка,
который она вам дала?
Какой вкус? Я не обратила внимания.
Немного горьковатый.
Прошу вас, будьте точнее,
от этого зависит ваша жизнь!
Приятный вкус... вкус трав.
Скорее, Бертуччо, где флакон,
который я тебе дал?
Флакон? О чем вы?
Противоядие, противоядие!
Его больше нет. Мне приготовили ужин.
У меня появились подозрения.
И я выпил весь флакон.
Мне трудно дышать.
Быстро в лабораторию.
У меня есть еще противоядие.
В пробирке. Седьмая на полке. Живо!
Мне очень холодно!
Скорее, вы что, уснули? Скорее, кучер.
Вы меня слышите? Ну же, скорее!
А, месье Бертуччо! Это я,
капитан Коклес. Поручение выполнено.
Месье Бертуччо, несмотря
на поздний час, будьте добры сообщить
графу Монте-Кристо,что...
Хорошо, очень хорошо, но позже.
Месье Бертуччо! Месье Бертуччо!
А где кучер? Он не захотел ждать.
О Боже. Пойдемте.
Нам надо скорее ехать.
Скорее, скорее!
Шаги, кто-то сюда идет.
Боже, нет! Это вопрос секунд.
Слава Богу, мое противоядие
действует быстрее яда.
Но оставались считанные секунды.
Слава Богу, она спасена.
Только временно.
Можешь быть уверен, что мадам
Вильфор сделает еще одну попытку.
Когда она увидит,
что сегодняшний яд не подействовал,
она может приготовить нам другой,
формулу которого я не знаю...
а значит, не будет противоядия.
Простите меня, граф.
Я хочу знать, какое мне будет наказание.
Я совершил ужасный промах.
Из-за меня она чуть не...
Я тоже не безупречен, Бертуччо.
Граф, наконец-то вы, но, клянусь,
я ничего не понимаю.
Что за ночь, что за ночь!
Сначала мы простаивали у вашего дома,
а потом нас повезли неизвестно куда.
Поверьте капитану Коклесу, даже
турки не такие взбалмошные,
как ваш месье Бертуччо.
Господи. Гайде?
Если бы вы знали, где я ее разыскал
и в каком жалком состоянии она была.
Я знаю, капитан Коклес. Могу угадать,
что она перенесла.
Нет, я сам поведу.
Я задыхаюсь, мне нужен свежий воздух!
Добро пожаловать, мадам.
Я граф Монте-Кристо.
А я ваша рабыня, поскольку
вы меня перекупили.
Я вас не перекупил,
я вас освободил.
Вы были пленницей,
а я ненавижу тюрьмы.
Я знаю, месье,
я должна была вернуться в Отёй.
Но мне было любопытно узнать,
что вы называете "свиданием со смертью".
С виду ваша смерть очень красива.
Эта женщина многое выстрадала.
Страдающие молодые женщины
и составляют ваш тайный сад?
Камилла Ришардэ. Тоже много страдала.
Вдова после всего двух лет замужества,
и представьте себе,
я имела неосторожность влюбиться
в человека, которого считала мужчиной,
но который оказался совой или летучей
мышью, в общем, одним из тех существ,
которые по ночам куда-то спешат и
никогда не ночуют в мягкой постели.
Спасибо за слово "влюбиться", мадам.
Об остальном поговорим потом.
Вы, наверное, очень устали.
Мухаммад приготовит вам комнату.
Принцессе Гайде не лучше ли было
остановиться в гостинице?
Никто не должен знать,
что мы ее разыскали и что она в Париже.
Я требую полного молчания, как ради ее
безопасности, так и ради своих планов.
Поскольку вы хорошо знаете этот дом,
мадам, надеюсь, вы постараетесь,
чтобы у нее всё было.
Спасибо, капитан Коклес.
Вы также просили меня достать
вам некоторые документы. Вот они.
Что такое, Бошан, придите в себя.
Я прошу вас написать серьезную статью:
Виктория, первый итог
первого года правления.
То, что вы написали,
это не политическая статья,
это признание в любви!
Дело в том, что ее 19 лет, миленькое
круглое личико и застенчивая улыбка
делают королеву Англии
просто очаровательной!
Месье Бошан! Очень срочно!
Спасибо.
Пусть королева Англии еще подрастет:
у меня в руках настоящая бомба.
Вот, прочтите, месье.
Если это правда, то какой будет
скандал! Вы уверены в этих сведениях?
Я уверен в человеке,
который мне ее прислал.
Будем надеяться. Иначе я потеряю
свою газету.
В любом случае, в первое время будем
осторожны: подпалим фитиль,
но бомбу пока не взорвем.
Вы уже прикинули,
какой будет заголовок?
"Нам пишут из Янины".
Слава Богу, месье, что вы никогда
не стрелялись на дуэли.
По крайней мере, со мной!
Пуля в сердце - какое здесь наказание?
Наказание, достойное этого слова,
должно продолжаться долго.
Вы когда-нибудь промахивались?
Никогда.
Тогда научите меня.
Запишитесь к учителю стрельбы.
Следующие занятия в субботу.
У меня нет времени.
Прошу вас, вы спасли мне жизнь в Риме,
не дайте мне потерять ее в Париже!
Альбер, что случилось?
У меня серьезное дело. Дуэль.
Вы - и дуэль? Меня оскорбили.
И кто оскорбитель? Бошан.
Бошан? Журналист?
Но мне казалось, что вы друзья!
Больше нет. Вот, прочтите.
Третья страница, внизу:
"Нам пишут из Янины".
И где оскорбление?
Как это - где оскорбление!
В этой статье делается намек,
что некий Фернан, французский офицер,
служивший в Греции,
виновен в вероломстве, предав
султана Али-пашу и отдав его
на растерзание турков, его и его семью.
И подпись: Бошан.
Некий Фернан, ладно.
Но как это вас касается?
Моего отца зовут Фернан.
Мой дорогой, сотни людей только
в Париже носят имя Фернан!
Это заурядное имя в наше время!
И если слово "заурядное" кажется вам
обидным, скажем, что это модное имя.
Но служил в Греции? И под знаменем
султана Янины? Право же, намек
на моего отца более, чем прозрачен!
Допустим. Но тем не менее эта
статья касается чести вашего отца,
так что не вам надо ее отстаивать,
а графу Морсерфу.
Слава Богу, отец ничего не знает
об этой гнусной клевете.
Он никогда не читает "Вестник",
он считает, что она продалась
его политическим врагам.
Что бы вы делали,
если бы оскорбили вашего отца?
Моего отца? Он испытал худшее,
чем оскорбление: его заставили
умереть от горя.
- И вы не пытались отомстить за него?
- Пытался.
Вот видите.
Как оскорбленный,
я имею право на выбор оружия.
Я хороший фехтовальщик, тогда как
Бошан ни разу не держал шпаги в руках.
Но зато он умеет стрелять.
В память нашей прежней дружбы и не
желая, чтобы это стало убийством,
я выбрал пистолет,
но стрелять я совсем не умею.
В общем, вы заменили
убийство на самоубийство.
Если только вы
не научите меня стрелять.
И я отказался: сделать из Альбера
меткого стрелка - это всё равно,
что самому целиться в грудь Бошана.
Этот бедный парень опубликовал
статью, поверив документу,
который я сам ему передал!
В таком случае, Альбер тоже
не виноват. С каких это пор дети
должны платить за ошибки родителей.
Если так рассуждать,
то наша Валентина...
Если мне удастся заставить
Фернана Морсерфа выдать себя,
то у его сына не будет
причин стреляться.
По крайней мере, я надеюсь.
А вот что касается Валентины...
Элоиза постоянно
кружится вокруг нее.
Постоянно предлагает ей то кофе,
то оранжад, то наливку.
Я всё время слежу за ней, но,
к несчастью, существуют ночи.
А время от времени надо спать.
Кстати насчет сна.
Возможно, есть средство сделать
Валентину недосягаемой для мачехи.
Ты помнишь ту лягушку, которую
я заставил принять эликсир,
после которого спящий
больше походит на мертвеца?
Мне эта идея совсем не нравится.
Мне тоже, но это единственное решение.
А пока возвращайся
скорее к нашей подопечной.
Увидимся здесь завтра, в десять.
4 серия
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ
В фильме
"ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО"
В ролях:
ОРНЕЛЛА МУТИ
ЖАН РОШФОР
ПЬЕР АРДИТИ
СЕРДЖО РУБИНИ
(в роли Бертуччо)
МИШЕЛЬ ОМОН
ФЛОРАНС ДАРЕЛЬ
ИНЕС САСТРЕ
ЖАН-МАРК ТИБО
ЖЮЛИ ДЕПАРДЬЕ
КРИСТОФЕР ТОМПСОН
РОЛАН БЛАНШ
ЖОРЖ МУСТАКИ
ЭЛЕН ВЕНСАН
СТАНИСЛАС МЕРАР
СТЕФАН ГЕРЕН-ТИЛЛИ
При участии
ГИЙОМА ДЕПАРДЬЕ
ПАТРИК БУШИТЕ
в роли Бошана
КОНСТАНС АНЖЕЛЬБРЕШТ
в роли Эрмины Данглар
МИШЛИН ПРЕЛЬ
ЖАН-КЛОД БРИАЛИ
Автор сценария и диалогов -
ДИДЬЕ ДЕКУЭН
по мотивам одноименного романа
Александра Дюма
Композитор
БРЮНО КУЛЕ
Оператор
ВИЛЛИ СТАССЕН
Продюсер
ЖАН-ПЬЕР ГЕРЕН
Режиссер
ЖОЗЕ ДАЙАН
И чтобы никто
не подходил к карете!
Альбер!
Альбер!
Прошу тебя,
нам надо поговорить.
Да, завтра в половине седьмого
в лесу Сен-Клу.
Обменяемся только одним словом:
"Готов? Готов!"
Граф, я тоже в замешательстве.
Поймите меня, я не могу
требовать от Палаты пэров,
председателем которой
имею честь быть,
возбудить дело против одного из её
членов на основании каких-то намёков.
Автор статьи предусмотрительно
не сказал, о ком именно идёт речь.
"Некий Фернан". Согласитесь,
это довольно туманно. Фернан!
У меня у самого есть внук Фернан.
Герцог, сегодня в вечернем
выпуске "Вестника"
будет названо его полное имя.
Говорить уже будут не о "неком Фернане",
а о графе Фернане Морсерфе.
Поверьте мне.
Месье, я должен вас предостеречь.
После Революции во Франции
можно критиковать всех, разумеется.
Но чтобы обвинить
такого уважаемого человека,
как граф Морсерф...
Вот гранки статьи, которая сегодня
вечером появится в газете "Вестник".
Извините меня за нескромность, месье,
но какова ваша роль в этом деле?
Я его инициатор.
И вы так спокойно об этом говорите?
Это внешнее спокойствие, герцог.
Внутри меня переполняют
гнев и отвращение.
Тогда разуверьте меня и скажите,
что речь не идёт о личной мести
месье де Морсерфу.
Не всё ли равно,
если эта месть равна правосудию.
Допуск прекращен.
Поверьте мне, уважаемые коллеги,
я бы не придал никакого
значения этим обвинениям.
Этим измышлениям!
Этим измышлениям, если так
угодно барону Мершандьеру.
Если бы под ними не подписался
ряд знатных особ, утверждающих,
что они были свидетелями этого...
Преступления, да?
Тихо, господа! Тихо!
А вам, месье Морсерф,
я не давал слова.
Но я беру его, месье.
Регламент ничто по сравнению
с нанесённым мне оскорблением.
Которое вы, месье,
повторяете с такой лёгкостью,
что меня это удивляет и ранит.
Они все на его стороне.
Этого надо было ожидать.
Если Альбер меня завтра не убьёт,
меня обвинят в покушении
на безопасность страны.
Да, попал я из-за вас
в переплёт, граф.
Морсерф уверен в победе,
так как думает,
что знает все карты,
которые здесь разыгрываются.
Но у меня есть в запасе одна,
о которой он не догадывается.
Умоляю, достаньте её скорее!
Настало время за ней сходить.
К тому же глотну свежего воздуха,
а то здесь я задыхаюсь.
И кто же те свидетели,
на которых ссылается эта газетёнка?
Старейшины города Янины.
Наверное, из тех,
что давно уже умерли.
Это не ново - взывать к мёртвым.
Меня это не удивляет.
Браво! Браво!
Если вы мне не верите, господа,
пошлите следственную комиссию в Янину.
У Палаты пэров есть дела
куда поважнее, чем ездить к туркам.
Дорогой Морсерф, никто не сомневается
в правдивости ваших слов.
Я, во всяком случае.
Я в вашем распоряжении, месье.
Я давно уже жду этого момента.
Я тоже, мадам.
Господа! Господа!
Сегодня взялись за меня.
А завтра, возможно,
настанет ваш черёд.
Ваш, ваш и ваш!
А потом и нашего судью
пригвоздят к позорному столбу.
А вслед за судьей,
может быть, и короля.
Господа, вернитесь на свои места
или я прерву заседание.
Граф Морсерф, нельзя доказать свою
невиновность, набрасываясь на прессу.
И в чём я должен оправдываться?
Что рисковал жизнью в Янине?
Что за проявленный героизм султан
Али-паша, которого я якобы предал,
признал мои заслуги,
присвоив мне звание
боевого генерала?
А потом?
После того, как он
сделал вас генералом?
Потом?
Потом...
потом город захватили турки.
Но каким образом?
Как они его захватили?
Вот в чём вопрос.
И где же ваша козырная карта?
Вот она: червовая дама.
Тихо, господа, тихо!
Я должен сделать важное сообщение.
Мне доложили, что только что
сюда прибыла особа,
предлагающая выслушать её
в качестве свидетеля по делу Янины.
Герцог, мы уже многих выслушали.
Пора оставить графа Морсерфа в покое.
Дорогой мой,
пусть наши враги
выступят с открытым забралом.
Я прошу только об этом.
Что это за маскарад?
Кто эта женщина?
Представьтесь, мадам.
Янинская принцесса Гайде,
дочь султана Али-Паши.
Этого не может быть!
Она самозванка!
Почему самозванка?
Потому что турки
вырезали всю семью султана.
Да, месье.
Они убили всех:
мою мать, отца, двоих братьев.
Я одна избежала этой бойни.
Возможно, потому что
была совсем маленькой.
Чтобы турки кого-то пожалели!
Эта женщина рассказывает небылицы.
Они бы проявили жалость,
если бы убили меня,
а не сделали рабыней.
Если вы рабыня, вы
не можете давать показания.
Она уже не рабыня, месье.
Я её выкупил.
И освободил.
На чьей вы стороне?
Мадам, раз уж граф Монте-Кристо
ручается за достоверность
ваших показаний,
вы можете говорить.
Рабыня или нет, но она должна доказать,
что она та, за кого себя выдаёт.
Скажите вы, кто я.
Истеричка, вот вы кто!
Мондего,
вы были одним из самых приближённых
к султану и его семье.
У Гайде была особая примета?
Прошло столько времени!
Как я могу помнить?
Так была у неё особая
примета или нет?
Возможно, была.
Она в те времена объедалась лакомством,
которое у них называется рахат-лукум.
Так что сейчас она должна
весить не менее двухсот фунтов.
Вот её особая примета,
А вы явно не дотягиваете
до этого веса, дорогая.
Я тоже был в Янине.
Правда, всего несколько дней.
Но я имел честь встречаться
с султаном Али-пашой.
Сейчас речь идёт о его дочери.
Вот именно.
Я встречался и с его дочерью.
И она перед вами.
Вы несёте вздор,
мой дорогой Гийон.
Впрочем, как всегда.
Не знаю, знакомы ли вы
с соколиной охотой, дорогой герцог.
Но это чрезвычайно
увлекательное занятие, которое...
Ближе к делу, месье де Гийон,
ближе к делу!
Так вот.
Однажды сокол принцессы оторвал
ей клювом мочку правого уха.
Но спешу сразу добавить,
что красота принцессы Гайде
от этого ничуть не пострадала.
Простите нас, мадам,
за унижение, которому
мы вас подвергли,
но это последнее.
Попрошу пэров Франции встать,
как это принято,
когда мы принимаем у себя
члена королевской семьи.
Она...
Она сама себя покалечила!
Выходите!
Выходите или я сам приду за вами.
Ступайте домой, Альбер.
Ваша мать ждёт вас.
Из-за вас мой отец опозорен.
Да.
Но клянусь вам, я не испытываю
злорадства по этому поводу.
Это надо было сделать.
Если вы не знаете,
что это значит, поясняю:
я вызываю вас на дуэль.
Где и когда?
Я этого не хотел, Альбер.
Отвечайте: где и когда?
Вы собирались драться с Бошаном.
Дуэль между вами потеряла смысл.
Так что предлагаю
в том же месте в тот же час.
Вот мои секунданты.
Представьте мне своих.
Максимильан Моррель и Бертуччо.
Торговец и слуга.
Опять хотите меня унизить?
Других друзей в Париже у меня нет.
Какой дождь!
Надеюсь, он упадёт на спину,
а не лицом в землю.
Он не заслуживает
такой унизительной смерти.
Хватит, Бертуччо, я сам закончу.
Иди к Валентине,
у меня неспокойно на душе.
Не волнуйтесь, граф.
Вильфоры в Сен-Луи на отпевании
мадам де Сен-Меран.
А бедного Барруа не отпевают?
Извините.
Это графиня.
Какая графиня?
Мадам Морсерф.
Оставь нас, Бертуччо.
Присаживайтесь, Мерседес.
Что вы делаете?
Умоляю вас.
О чём?
Вы сами знаете.
Встаньте!
На колени опускаются
лишь перед Богом.
Но вы, как и Он,
можете совершить чудо.
Почему чудо?
Ваш сын считает себя оскорблённым,
так что первым стрелять будет он.
Вы же знаете, он промахнётся.
Он плохо стреляет.
Я знаю.
И он будет волноваться,
у него будут дрожать руки.
Это его первая дуэль.
У меня тоже.
Но в отличие от вашего сына,
я прекрасно стреляю.
Вы хотите, чтобы я
выстрелил в сторону?
Да.
Поэтому вы и пришли?
Да.
Да, ради Бога, умоляю вас.
Обещайте мне, что вы так и сделаете.
Я этого не предполагал,
но допустим.
Итак, я стреляю в сторону
и не попадаю в вашего сына.
Но, Мерседес,
у нас будет по два пистолета,
и опять первым стрелять Альберу.
И на этот раз дистанция
будет сокращена
с шестидесяти шагов до тридцати.
Прицельтесь в меня!
И вы поймёте.
Скажите честно,
с тридцати шагов, даже не умея
стрелять, разве вы промахнётесь?
Сожалею, Мерседес,
я не позволю вашему сыну выстрелить
мне в сердце с тридцати шагов.
Тогда...
нанесите ему лёгкую рану в плечо.
Сделайте что-нибудь,
лишь бы этот кошмар прекратился.
Это дуэль не до первой крови.
Один из нас должен быть убит.
И это ваш сын так захотел.
Вы на всё говорите "нет".
За что вы нас преследуете?
Что мы вам сделали?
Я думал, вы знаете.
Откуда мне знать?
Что я знаю о вас?
Однако тогда на реке
мне показалось...
Мне тогда тоже что-то показалось.
Но я, наверное, ошиблась.
Потому что он не был таким.
Он не был таким, как вы.
Он?
На реке я назвала вас Эдмоном.
Да.
Но почему потом вы
ничего не сказали?
Я думала, ты сам скажешь.
Что ты должен это сказать.
С первого дня я жду
этого признания.
Признания, Мерседес,
должны делать виновные.
Ты хочешь, чтобы я сказала,
как тебя зовут?
Никто...
никто никогда не произносил моё
имя так, как это умела делать ты.
Я помню,
как ты писала его
на запотевших стёклах.
Я тебя любила.
А сейчас я боюсь тебя.
И всё же произнеси его, Мерседес.
Попробуй,
назови меня по имени.
Нежно, как раньше.
В последний раз.
Потому как завтра ты уже не сможешь
произнести его без содрогания.
Скажи, Мерседес.
Эдмон.
Эдмон Дантес.
Нет, Эдмон, не надо,
не трогай меня.
Я знаю, что ты меня ненавидишь.
Я же начну тебя ненавидеть
только завтра.
А твоей ненависти двадцать лет.
Ты хочешь мне отомстить,
убив моего сына?
Я? Отомстить тебе?
Нет.
Нет.
Нет.
Другим да, но не тебе.
От тебя я хочу только узнать,
что с нами произошло,
почему я остался один.
Я тебе говорила:
твой отец сказал мне,
что ты умер.
Да, я знаю, ты мне говорила.
Говорила, что ты ему поверила,
потому что он никогда не лгал.
Но выйти за Мондего...
Ты знаешь Фернана Мондего?
Ты знаешь теперь,
кто он такой?
Как я могу не знать?
Весь Париж говорит
о его предательстве в Янине.
А случилось ли бы это в Янине, если
бы он раньше не совершил предательства,
не познал вкуса лжи, клеветы, измены?
Что ты хочешь сказать?
Это из-за него меня арестовали.
Нет.
Не может быть.
Он всем говорил,
что потерял лучшего друга.
Я видела, как он плакал.
В нём всё фальшиво:
слёзы, героизм, честь.
Он хотел жениться на тебе,
а я ему мешал.
Тогда и появилось
то анонимное письмо.
Очень смелый ход,
это анонимное письмо.
Вполне в духе Фернана.
Подонок!
Да, но подонок
среди других мерзавцев.
Вильфор, Данглар, Кадрус.
Накажи их.
Накажи их всех, это твоё право.
Но только не Альбера.
Не вмешивай его во всё это.
Не убивай моего сына.
Если тебе так будет легче,
накажи и меня.
Я не сделала ничего плохого, но...
накажи меня,
если тебе будет легче.
Но только не трогай моего сына.
Ты слышишь, Эдмон Дантес?
Не трогай моего сына!
Твой отец умер у меня на руках.
На руках у Морреля.
Тебя там не было.
Нет, была.
Был бы жив Моррель,
он бы тебе сказал.
Нет, не бери в свидетели покойника.
Но это правда!
Я держала твоего отца за руку
до его последнего вздоха.
И до своего последнего вздоха
он говорил о тебе.
Нет, Мерседес.
Как он тебя любил!
Только не это, Мерседес,
только не это!
Он любил тебя так же,
как я Альбера.
Мне больше нечего добавить.
А ты?
Ты ничего не хочешь мне сказать,
пока я ещё здесь?
Завтра утром
с двадцатилетним опозданием
тебе уже не надо будет гадать,
жив ли Эдмон Дантес.
Он умрёт.
Альбер Морсерф
пустит мне пулю в сердце.
Спасибо.
Прощай, Эдмон.
Прощай,
Мерседес.
Входи, Мухаммад.
Господин, ты звал меня?
Здесь по одному для каждого из вас.
Это деньги.
Вернее, брильянты.
С ними проще иметь дело.
Брильянты?
Да, на обратную дорогу
и на достойную жизнь,
когда вернётесь домой.
Полагаю, Хассан сможет
купить себе фелуку
и станет знаменитым ловцом губок.
Он так любит море!
Но скажи ему, чтобы он
был осторожен, ладно?
Морю нельзя доверять.
Никому нельзя доверять.
Господин, ты нас прогоняешь?
Нет,
я вас не прогоняю, но...
возможно, уйду я.
Мы пойдём за тобой куда угодно.
Спасибо.
Но я уйду в такое место,
где уже никто никому не нужен.
Мне надо с тобой поговорить.
Что вы делаете?
Хочу любить вас.
Дождь.
Я люблю вкус дождя!
Небо просветлело.
Как всегда после грозы.
Если со мной что-то случится,
обещай мне одно:
никогда не заниматься
любовью в дождь.
Что с тобой может случиться?
Ты же самый сильный, самый красивый,
самый неистовый,
ты граф Монте-Кристо.
Получилось почти в рифму.
Я такая счастливая,
что непроизвольно сочиняю стихи.
Который час?
Ещё нет шести.
Можешь ещё поспать немного.
Нет.
У меня встреча.
Так рано? С кем?
Прежде всего с самим собой.
Я хочу есть.
Приготовь мне чего-нибудь.
Хлеб, масло, кофе?
И вино.
И яйца.
Немного сала.
Вернее, много сала.
И сыр.
И ещё, если найдётся
пара куриных ножек,
я не откажусь.
Ну ты и обжора!
Так до вечера?
Камилла...
Да?
Нет, ничего.
Хотя нет
Я хотел сказать,
что это была чудесная ночь.
Чудесная, но такая короткая!
Следующая будет очень долгой.
Он опаздывает больше,
чем на полчаса.
Может, он струсил?
Нет, он приедет.
Он Морсерф.
Порода предателей.
У него есть и мать.
Мерседес смелая женщина.
Моё завещание.
Но, месье...
Я отписал тебе десять миллионов.
Положишь их в банк "Томсон энд Френч"
под 18-20 процентов
и получишь неплохую ренту.
С тебя я требую только одного:
исполнить мою последнюю волю.
Это несложно.
Я был моряком и хочу,
чтобы море стало моей могилой.
Чтобы меня опустили
в море с борта "Фараона".
Договоришься об этом с Максимильяном.
Они едут!
Виконт Морсерф приносит
извинения за опоздание.
Из-за грозы размыло все дороги,
у нас сломалось колесо.
Хорошо, месье.
Всё равно стрелять с шестидесяти шагов
невозможно из-за тумана.
Если вы не возражаете,
граф Монте-Кристо предлагает
стрелять с тридцати шагов.
На таком расстоянии туман
не должен помешать.
Дело в том, что
месье Морсерф желает...
в общем, он хочет сказать
кое-что графу Монте-Кристо.
Вы должны знать, месье,
что это противоречит правилам.
Говорить теперь должны
только пистолеты.
Извольте проверить наши
и показать нам свои.
Я приехал без оружия,
месье Моррель.
Без оружия?
Без оружия и с извинениями.
С извинениями? Но вас оскорбили,
вы не должны извиняться.
Месье Монте-Кристо,
прошу вас подойти.
Я хочу с вами поговорить в присутствии
моих и ваших секундантов.
Прошу вас, месье, встанем
к барьеру и покончим с этим.
Да, конечно, покончим,
но не так, как вы думаете.
Я приехал сюда не для того,
чтобы вы меня убили
и тем более не для того,
чтобы убить вас.
Если вы не настаиваете,
мы не будем драться.
Я приехал извиниться перед вами.
Сегодня ночью,
во время этой ужасной грозы,
моя мать мне всё рассказала.
Что рассказала?
Вы же не хотите,
чтобы я говорил при всех,
как далеко могло зайти
ваше великодушие.
Действительно,
но это касается только меня
и графини Морсерф.
Что касается остального,
тут всё ясно.
Вы были обязаны
разоблачить моего отца.
Да, господа.
Граф Фернан Морсерф
совершил предательство.
И не только в Янине.
А ещё задолго до того, в Марселе.
Только не это, только не это!
Вы не хотите, чтобы я рассказал?
Нет.
Хотите сами предъявить
ему это обвинение?
Возможно.
Это моё дело, а не ваше.
Хорошо.
Не бойтесь,
я умею хранить тайны,
тем более ту, в которую
меня посвятила моя мать.
Благодарю вас за то,
что вы избавили меня от позора
обвинить своего отца
ещё и в том, что...
Вы не представляете,
как я счастлив.
А я!
Устроил себе такой
роскошный завтрак.
Думал, что он последний в жизни,
и ни в чём себе не отказывал.
Всегда нужно жить так,
будто в последний раз.
Джерба!
Сделай мне массаж.
Давай.
Как хорошо.
Спой мне песню своей страны.
Граф Морсерф.
Что - граф Морсерф?
Он здесь и хочет вас видеть.
Он разъярён и говорит, что сделает то,
чего не сделал его сын.
Иначе говоря,
он хочет меня убить?
Да, он поклялся честью.
Своей честью?
Тогда мне нечего бояться.
Месье, не относитесь к этому
так легкомысленно.
Полы его сюртука оттопырены,
под каждой спрятаны пистолеты.
Хорошо, проводи его в гостиную.
Подай ему портвейна и печенье.
Скажи ему, что я скоро приду.
Проследи, чтобы у него всё было.
А сам беги к Вильфорам.
Быстро, Бертуччо!
Валентина одна. Быстро!
Вот, месье.
Ты хотел меня видеть, Мондего?
Монте-Кристо, я пришёл к вам...
Как ты сказал?
Монте-Кристо?
Граф Монте-Кристо?
Ты ошибся адресом, Мондего.
Взгляни на меня.
Посмотри как следует.
Разве я граф Монте-Кристо?
Во что вы играете?
Я не играю, Фернан.
Я никогда не играл.
То, что я испытал,
было на самом деле.
А вот ты играл.
Играл в безутешного друга,
в жениха-утешителя,
в доблестного генерала,
в достопочтенного
графа де Морсерфа.
На самом деле
ты продажный мерзавец.
Игра окончена, Фернан.
Ты проиграл.
Бесполезно, ты меня уже убил.
В общем, пытался.
Но не сумел.
Вот доказательство:
я вернулся.
Выпьешь со мной?
За здоровье
Эдмона Дантеса.
Право же, мой бедный Фернан,
ты всегда ломаешь то,
что принадлежит мне.
Бертуччо!
Бертуччо!
Я вас ищу повсюду.
Валентина!
Нужно немедленно позвать врача.
Нет, уже поздно.
Ей нужен священник.
Бегите за священником! Быстрей!
Прошу вас, держите себя в руках.
Положитесь на волю Божью.
Успокойтесь.
К счастью, это просто грязь.
Пальто не испорчено.
Мне кажется или это
был граф Морсерф?
Возможно.
Вы принимаете его у себя,
несмотря на опалу?
А вас, дорогой Данглар,
я разве не принимаю?
Да, но я не...
Не опозорен?
И всё же в финансовом мире репутация-
это что-то вроде игры на бирже:
сегодня повышение,
завтра падение.
Кстати, как сейчас ваша репутация?
Я вам признателен, граф, за то,
что вы интересуетесь моим делами.
От них, мой дорогой, в какой-то
степени зависят и мои дела.
Я решил покинуть Париж,
представьте себе.
Дорогой граф
оставит о себе
незабываемые воспоминания.
Тем более я не хочу
оставлять за собой долги.
А посему будьте любезны, выдайте мне
шесть миллионов в течение двух дней.
Шесть миллионов?
Но я уже дал вам шесть миллионов!
Мне нужно ещё шесть.
Не забывайте, банк "Томсон энд Френч"
открыл мне у вас неограниченный кредит.
Вы с "Томсон энд Френч"
смеётесь надо мной.
Что они там в Италии могут знать
о моём финансовом положении?
Мои сейфы пусты.
Досадно.
Если вы не в состоянии оплатить
мой аккредитив, боюсь,
как бы "Томсон и Френч"
не сделал вас банкротом.
Банкротом?
Меня?
Я потерял столько денег
только по вашей вине!
Все так сказать,
чудесные капиталовложения,
которые я сделал
по вашим советам, пропали!
Благодарю, Хассан.
Итак, мы договорились:
шесть миллионов через два дня.
Пожалуйста.
Передайте это письмо моему мужу.
Мадам, вы можете
сами это сделать.
Граф только что приехал.
Нет.
Я не желаю его видеть.
ФЕРНАНУ
Приехали, граф.
Утром она попросила горячего молока.
Бертуччо не было,
и жена ей принесла...
Оставьте меня наедине с ней.
Я её исповедаю.
Но, святой отец,
она без сознания.
Это дело Божье, мадам,
а не ваше.
И тогда Иисус сказал ей:
"Воскреснет брат твой Лазарь.
Верующий в меня, если и умрёт,
оживёт и не умрет вовек.
Чем вы так напуганы, маловерные?"
Вот,
я словно голая.
Какой позор!
Как я могу выйти на люди
без драгоценностей?
Куда ты собралась?
Мы должны быть завтра
на похоронах дочери Вильфора.
Наденешь чёрную накидку,
никто не заметит отсутствие украшений.
Они потянут на два миллиона.
Ещё продадим наши охотничьи угодья
в Рамбуйе и кое-что из мебели.
Нет, только не мебель!
Мебель принадлежит мне,
она досталась мне от родителей.
Предпочитаешь банкротство?
Чтобы я сел в тюрьму?
Мы были так счастливы!
Жизнь казалась прекрасной, лёгкой.
И вот, за несколько месяцев
какой-то злой рок...
Все эти смерти у Вильфоров,
бесчестье Морсерфа,
его самоубийство.
А теперь ты говоришь
о банкротстве, тюрьме.
За что на нас свалилось всё это?
За что?
Не знаю, Эрмина.
Нет, ты должен знать!
Не могже Бог вдруг
просто так разгневаться.
Мне себя не в чем упрекнуть.
А тебе?
Мне?
Тем более, не в чем.
Хотя...
Что хотя?
Я сделала нечто дурное.
И заслуживаю, чтобы ты продал
мои драгоценности и мебель.
Я должна быть наказана.
Я тебе изменила.
Много лет назад.
У меня родился ребёнок
от другого мужчины.
Ты же не можешь иметь детей.
Может быть, всё дело в тебе?
С другим ведь я смогла,
у меня родился сын.
С кем это с другим?
Почему ты не спрашиваешь:
"Что с ребёнком, где он?"
У меня есть ребёнок, которого
я не знаю, которого никто не знает.
И, похоже,
никому до него нет дела.
Наверное, с кассиром.
Она вечно ошивалась
возле кассиров.
Смотрела на них своим томным взглядом,
облизывала губы.
Женский язычок,
такой розовый, влажный!
Представляю, как тревожил душу
молодым кассирам этот язычок.
Я виноват лишь в том,
что нанимал молодых кассиров.
Но всё это в прошлом.
Молодые, старые - в любом случае
мне нечем им платить.
Так что...
Все вон!
За дверь!
Вон! Убирайтесь!
Верните наши деньги!
Вор!
Верните нам деньги!
Банк Данглар уведомляет вкладчиков
о временном прекращении выплат
Да благословит вас Господь,
матушка, за ваше гостеприимство.
Понимаю, вам было нестерпимо
ночевать в доме самоубийцы.
Это единственный грех,
который Бог не прощает.
Лишить себя жизни
из страха перед самим собой
значит усомниться в безграничном
милосердии Господа.
Если Его милосердие безгранично,
я уверена,
Он прощает и отчаяние.
Прощать -так прощать всё.
Особенно то, что непростительно.
Это вы так думаете, графиня.
Нет, матушка, не называйте
меня больше графиней.
С этим покончено.
Потому я и решила пожертвовать
своё имущество вашему монастырю.
Мы будем за вас молиться, мадам,
чтобы Господь помог вам обрести покой.
И чтобы он защитил вас, месье,
когда вы будете в Алжире.
Лучше просите, чтобы Он дал мне
возможность восстановить честь семьи,
попранную моим несчастным отцом.
Скажите родне, что я готов.
Остальных будем ждать, месье?
Кого остальных?
Тех, кто должен
присоединиться к процессии.
У покойной, наверное, были друзья.
Нет, месье.
Пойдёмте, закончим с этим поскорее.
Ну вот, они ушли.
Перейдём к нашим скорбным делам.
Вы довольны?
Как и говорили: три тысячи франков,
чтобы не очень крепко забить крышку;
две тысячи - чтобы не класть плиту, и...
Я готов дать двадцать тысяч,
но мне нужно кое-что ещё.
Однако!
И что вы за это хотите?
Чтобы вам её достали из гроба?
Вы снабжаете студентов
университета свежими трупами,
чтобы они их препарировали?
Должно быть так?
Нет, просто хочу купить катафалк.
Вместе с лошадью и
вашим молчанием, разумеется.
Хорошо.
Однако, странный у вас,
священников, промысел.
Всё, пошли.
Пошли отсюда скорее!
А теперь, Бертуччо,
за работу, живо!
Как сегодня себя чувствует жаба?
Всё спит.
Но это ничего не значит.
У жабы и у человека
разная физиология.
Конечно.
Жаба может ещё долго спать,
а вот Валентина могла уже умереть.
Всё делаем, как договорились.
Только быстро!
Она дышит, Бертуччо.
Как зверёк во время
зимней спячки, но дышит.
Да, Бертуччо.
Слезай, помоги мне!
Когда она придет в себя,
ей захочется пить,
ей будет холодно, страшно.
Она не будет знать,
кто она, где она.
Не волнуйтесь,
я обо всём позабочусь.
Когда она проснётся,
я выведу её прогуляться.
Дам ей хорошего прованского вина.
Всё будет хорошо,
не волнуйтесь.
Кстати, Максимильян
знает о вашей проделке?
Нет, конечно.
Нет? Вы говорите, что любите его,
как сына. Вы жестокий!
Нет, осторожный.
Если вдруг что-то случится,
бедный мальчик придёт в отчаяние.
Скорее!
Вы хотите сказать,
если Валентина не проснётся?
Давай же!
Видите, вы не очень-то
уверены в себе.
Скорее!
Ненавижу чёрные платья.
Элоиза, вы же сами того хотели.
Что вы имеете в виду?
В ночь, когда Валентину отравили,
нас было четверо в доме.
Валентина, мой отец, вы и я.
Полагаете, Валентина
могла покончить с собой?
Нет, я... не думаю.
Тогда кто дал ей яд?
Мой отец?
Ваш отец, при его-то немощи!
Мне это кажется
совершенно невозможным.
Тогда остаёмся мы с вами.
Что, это я убил свою дочь?
Честно говоря, не знаю.
А я знаю, что это не я.
Какой вывод?
Вы сошли с ума!
Я обвиняю вас в трёх убийствах:
Мари-Луизы Сен-Меран,
слуги Жюля Барруа
и Валентины Вильфор,
моей дочери.
Боль утраты ослепляет вас.
Для убийства должны быть мотивы.
Деньги!
Деньги?
Боже, какие деньги?
Да, деньги.
Сначала вы убили мадам де Сен-Меран,
чтобы её состояние отошло к Валентине.
А потом убили Валентину,
чтобы получить его через меня.
А Барруа?
Барруа?
Я что, и от него тоже
хотела получить наследство?
Нет,
Барруа не должен был умереть.
Вы хотели избавиться от моего отца,
чтобы остаться одной.
Но с деньгами.
Потому что, подумав,
вы бы и меня...
Подумайте.
Подумайте хорошенько,
прежде чем совершить безумие.
Если я убийца,
как вы утверждаете,
если меня арестуют
и станут судить,
вы первый пострадаете
от этого ужасного скандала.
Тогда... прощай ваша карьера!
Смерть Валентины сломала мою жизнь,
так что моя карьера, знаете...
Даю вам последний шанс, мадам.
Я согласна.
Безоговорочно.
Не увлекайтесь, дорогая.
Я предлагаю вам не путь к спасению,
а лишь не столь жуткую смерть,
которая ждёт вас на эшафоте,
когда вас делят надвое под
крики ненависти и плевки толпы.
Ваш удивительный яд
вызывает, как я вижу,
мучительную агонию.
Но ведь вы должны понести
хоть какое-то наказание,
я прав?
Даю вам час, мадам.
Мадемуазель Валентина!
Валентина, прошу вас,
постарайтесь проснуться.
Нельзя же столько спать!
Она ледяная.
А, это вы, аббат,
полагаю, вы пришли за воздаянием.
Воздаянием?
Да, священникам ведь принято подавать.
Не надо.
Кадруса зарезали,
Морсерф покончил с собой,
Данглар в бегах,
ваша дочь умерла.
Мне этого достаточно.
К тому же, я честный человек,
и я не возьму ваши грязные деньги.
Я не священник.
Не священник?
Как не священник?
Вы же аббат Бузони.
Нет.
Но как же? Я вас узнаю.
Нет, господин прокурор,
вы меня не узнаете.
Монте-Кристо.
Вы граф Монте-Кристо.
Нет, Вильфор.
Я Эдмон Дантес.
Дантес.
Я вас не узнал.
О своих преступлениях
не хочется вспоминать.
Что вам нужно?
Чего вы от меня хотите?
Чтобы вас оправдали?
Да?
Я сделаю всё возможное.
Я пойду к королю, если надо.
Правосудие восторжествует.
Правосудием я займусь сам.
Я принёс вам один адрес.
Тюрьма Шерш-Миди.
Левое крыло убийц.
Вы хотите меня туда отправить?
Но я не убивал Элоизу.
Она сама покончила с собой.
Если это так,
тем лучше для неё.
Даю вам слово, я не убийца,
я не хочу в тюрьму.
Даже если вы там
увидите своего сына?
Сына?
Как?
Вы не знали, что у вас есть сын?
Вы его сразу полюбите.
Его зовут Туссен,
потому что его нашли
в День всех святых
в саду в провинции Отёй.
Надеюсь, вам не придётся
выступать против него в суде.
Требовать смертной казни для сына -
это, естественно, совсем не то,
что отправлять Эдмона Дантеса
заживо гнить в замке Иф.
Прощайте, господин прокурор.
Позвольте мне удалиться,
как говорят в ваших кругах.
А вы
просто страдайте.
Мой дорогой мальчик!
Я ждал тебя,
чтобы попрощаться.
Я тоже уезжаю.
В Марсель?
Гораздо дальше.
В Алжир?
Ещё дальше.
Не догадываетесь?
Я вам подскажу.
В то утро после дуэли вы мне
подарили на память свой пистолет.
Нет, Максимилиан!
Отдай мне его!
Верни!
У меня его с собой нет.
Вы опытный стрелок, скажите,
куда лучше стреляться?
В висок или в рот?
Максимильян!
Поверь...
Кому?
Богу?
Вы заметили, что
после Лазаря и Христа
он никого не воскресил,
словно забыл, как это делается.
Ты говоришь,
как я в твоём возрасте.
То же отчаяние, тот же бунт,
почти те же слова.
Я тоже хотел умереть.
Почему?
У вас есть всё.
И, главное -любовь.
Тогда у меня ничего не было.
Я даже не имел права
смотреть на солнце,
так что любовь...
И вот однажды,
находясь в глубоком отчаянии,
я встретил одного человека,
который говорил со мной так же,
как я сейчас с тобой,
и который сказал мне:
"Верь, несмотря ни на что,
Эдмон Дантес,
верь".
Эдмон Дантес?
А почему Эдмон Дантес?
Потому что это я.
Эдмон Дантес умер.
Многие в это поверили,
даже твой отец.
Боже,
как я хотел сказать ему правду.
Будь вы Эдмон Дантес,
отец узнал бы вас.
Он бы не узнал Дантеса
в обличии лорда Вильмора.
Лорда Вильмора?
Это были вы?
Иллюзионисты, которые
так нравились тебе и Валентине,
ничто в сравнении с тем,
на что способен я.
Лорд Вильмор,
аббат Бузони, граф Монте-Кристо -
это один и тот же человек.
И этот человек- Эдмон Дантес.
Но как...? Почему?
Это долгая история, друг мой.
История,
к которой Валентина имеет
определённое отношение.
Хочешь послушать?
Нет.
Единственное, что я хочу услышать,
это пистолетный выстрел.
Ты ничего не услышишь,
ты будешь уже мёртв.
Выстрел - это мгновение.
Если только не промахнёшься.
Достаточно малого:
рука дрогнула, дуло отклонилось
на пару сантиметров -
и ты станешь калекой,
как старик Нуартье.
Вы можете предложить что-то другое?
Да.
Яд.
Я знаю чудесный яд.
Ты расслабляешься,
засыпаешь.
Ни тревоги,
ни страданий.
Ты видишь сон.
Но этот сон постепенно развеивается,
как туман, уносимый ветром.
Вскоре всё исчезает.
Только тьма,
небытие,
тишина.
Это конец.
Дайте его мне.
Не сегодня.
Хочу тебе кое-что предложить,
Максимильян.
Дай мне две недели и обещай,
что в течение этого времени
ты не будешь пытаться уйти из жизни.
По прошествии двух недель
мы с тобой встретимся в Марселе.
Если ты будешь в таком же отчаянии,
я обещаю принести тебе яд,
который убьет тебя.
Вы думаете, что за две недели
я забуду Валентину?
Я буду вечно её помнить!
Если вечность -
недостаточно сильное лекарство,
чтобы прогнать твою печаль,
тем более не стоит бросаться
в неё, сломя голову.
Какие-то две недели -
это всё, что я прошу от тебя.
Думаю, ты сможешь сделать
это для меня в память о том,
что лорд Вильмор
сделал для твоего отца.
Хорошо.
Две недели,
минута в минуту..
Клянёшься?
Да, клянусь.
Но вы тоже поклянитесь.
Да, Максимильян.
Я клянусь... помочь тебе умереть,
если я ошибся.
Всё готово, мой господин.
Можем отправляться,
когда захочешь.
Разве не повар должен это делать?
У меня нет больше повара.
Боюсь, я уже не смогу
позволить себе такую роскошь.
Я его уволила.
Почему вы мне ничего не сказали?
Я бы охотно взял его с собой,
продолжал бы платить ему жалованье.
Для меня не проблема.
Вы знаете новость?
Я зашёл попрощаться с Бошаном.
Представляете, Франц д'Эпинэ
влюбился в Гайде из Янины.
Уже поговаривают об их свадьбе.
Не так уж плохо всё заканчивается.
Вы не считаете?
Плохо, ведь вы уезжаете.
Мы уезжаем вместе.
Мой муж любил предсказывать погоду.
Он очень увлекался облаками.
Он говорил, что хорошая погода -
это аномалия
между дождливыми, холодными,
хмурыми периодами.
Вы были моей аномалией.
И она была прекрасна.
Что вы хотите мне сказать?
Где ваши чемоданы?
Нигде.
Что значит - нигде?
Вы не готовы?
Поторопитесь, Камилла.
Мы скоро уезжаем.
В Италии у меня встреча,
которую я не могу пропустить.
Я остаюсь со своей фасолью.
Вы едете без меня,
вы что, не поняли?
Что происходит?
Камилла,
что с вами?
Вы меня разлюбили?
Нет.
Я всегда буду любить вас.
Вы волшебник.
Я спала,
вы меня разбудили.
Я рада, что открыла глаза.
Мир прекрасен.
Особенно летом. Но...
Что "но"?
Я не женщина.
Вернее, не настоящая женщина.
Просто смешная девчонка.
Вы испытываете ко мне
нежность, но не любовь.
Вы сошли с ума.
Нет,
я люблю вас.
Вы такая чистая.
Скорее, наивная.
Со временем моя наивность
вам наскучит.
Вы отвернётесь от меня.
Я стану несчастной.
Вы отведали слишком крепкого ликёра,
чтобы довольствоваться сиропом.
Но я обожаю сироп.
Почему вы хотите меня его лишить?
Если вы когда-нибудь
приедете в Отёй,
я буду здесь.
Но ты не приедешь.
Мерседес сумеет тебя удержать.
Мерседес?
Она ждёт тебя.
Вы 20 лет ждали друг друга.
Ты плачешь?
Это всё проклятый лук.
Жил бы ты в деревне,
то знал бы, что от лука всегда плачут.
Камилла,
это же фасоль.
Значит, она с луком
из одного семейства.
Будет лучше,
если ты поскорее уедешь.
Ничего не говори.
А главное, не шуми,
дай мне спокойно уснуть.
Эдмон!
Да, Камилла?
Ты всех заставил заплатить по счетам?
Да. Сполна.
Могу я тоже выставить тебе свой счёт?
Как это - счёт?
Скажем, отступная.
Я возвращаю тебя Мерседес,
это чего-то стоит.
Тебе так не кажется,
ведь ты такой справедливый?
Я об это думал,
но не смел предложить,
боясь тебя обидеть.
Моё богатство теперь твоё.
Оно мне больше не нужно.
Мне не нужны твои деньги!
Тогда чего же?
Хочу, чтобы ты простил.
Чтобы я... простил?
Я?
Кого?
Всех и вся.
Даже дождь, под которым ты промок,
когда вышел без шляпы.
Я прошу тебя об этом,
потому что простила человека,
убившего моего мужа.
Не сразу,
но всё же я смогла это сделать.
Думаю, и ты сможешь.
Вот что я у тебя прошу.
Думаешь, это большая цена?
Очень большая.
Но обещаю, что попытаюсь.
Граф Монте-Кристо не пытается,
он всего добивается.
Я люблю тебя, люблю, люблю.
Ну же!
Просыпайся! Давай,
просыпайся, ну же!
Очнись!
Боже, она умерла.
Она действительно умерла.
Проснись!
Проснись!
Быстрее! Пошевеливайтесь!
10, 11, 12. Вся сумма целиком.
Да, вся.
Когда я вернусь в Париж,
господин директор,
весь мир финансов узнает,
что вы честный человек.
"Томсон энд Френч", не мог не оплатить
аккредитив графа Монте-Кристо.
Да уж, эти кредиты!
Знаете, вы ведь меня очень напугали.
Неограниченный кредит!
Впервые такое слышу.
Мы тоже впервые видим
такого необыкновенного человека,
как его превосходительство
граф Монте-Кристо.
Моё почтение, барон.
Я Луиджи Вампа.
Чего изволите?
По какому праву вы меня похитили?
Похитили? Ну что вы!
Вы мой гость.
Похитили, усыпили, заперли.
Какой дрянью вы меня одурманили?
Во рту всё горит.
Выпейте чего-нибудь,
вам станет лучше.
Что бы вам доставило удовольствие?
Может, Кьянти?
У нас есть отличное Кьянти.
Да, Кьянти, но только побыстрее!
Это стоит двести тысяч франков.
Двести тысяч
за стакан вина?
Почему за стакан?
За двести тысяч Луиджи Вампа
принесёт вам полную бутылку.
Да хоть за бутылку!
Да хоть за кувшин или даже за бочку!
Это безумие, это немыслимо!
Вы же банкир.
Ведь банкиры богатые люди?
Оставьте себе это Кьянти.
Дайте мне воды.
Горло пересохло.
Кувшин или стакан?
Цена - сто тысяч за кувшин
и всего
двадцать тысяч за стакан.
20 тысяч
за стакан воды?
Она же чистая.
Но вы...
вы бандит!
Как и вы, барон.
Только я, в отличие от вас,
никогда этого не скрывал.
Кто этот человек?
Что ему от меня надо?
Вы палач, да?
Сжальтесь!
Сжальтесь, прошу вас!
Пожалейте несчастного!
Вы хотя бы раскаиваетесь?
Раскаиваюсь?
В чём?
В содеянном зле.
В содеянном зле?
Не так уж много зла я сделал.
Вы уверены?
Подумайте.
Подумайте хорошенько.
Нет, месье, не знаю.
Я правду говорю, не знаю.
Я заработал немало денег, конечно,
но что в этом плохого?
А сколько я их потерял?
Золотые рудники без золота,
осетровые промыслы без осетров,
а на Украине пшеничные
поля без пшеницы.
Я вам помогу.
Марсель, 20 лет назад.
Таверна в каталанском селении.
Вино там было не такое
дорогое, как здесь,
всего несколько су.
Таверна Кадруса?
Память к вам возвращается?
А помните прекрасный летний день,
когда вы пили в беседке с
Фернаном Мондего и Кадрусом?
Помните?
Подождите, откуда вы всё это знаете?
Граф Монте-Кристо!
Нет, Данглар.
Я Эдмон Дантес.
Это невозможно!
Я должен был этого ожидать.
"Невозможно" - это
любимое слово вас всех.
У вас явно не такое богатое
воображение, как у меня, господа.
Ладно, вылезай из этой крысиной норы.
Стоит хорошая погода, мы в Италии.
Нет, нет.
Нет, я не сумасшедший, Дантес.
Ты выстрелишь мне в спину.
Или это сделают твои люди.
Это не мои люди.
Что касается меня,
я учусь прощать.
И начинаю с тебя.
Тебе крупно повезло.
Давай, быстрей! Уходи поскорее
потому что прощать всё-таки труднее,
чем мстить.
Да, но...
мои деньги?
О каких деньгах он говорит?
Понятия не имею. Когда мы его
похитили, у него были пустые карманы.
Пустые карманы?
У меня было 12 миллионов.
Дорогой Данглар, вы,
очевидно, ошибаетесь.
Во- первых, вы мне всегда
говорили, что у вас нет денег.
И потом, будьте логичны:
если бы у вас было 12 миллионов,
мой друг Вампа не стал бы вас
похищать, чтобы получить выкуп.
Я бы просто забрал
эти миллионы у месье Данглара.
Успокойтесь, Данглар!
Я тоже через это прошёл.
В заточении человек теряет рассудок.
Не забудьте,
о чём мы договорились.
Я сдержу слово: миллионы,
отобранные у месье Данглара,
будут розданы бедным,
сиротам, вдовам, больным...
И заключённым.
Купите для них одеяла,
лекарства, еды.
Не забывайте о заключённых.
У меня встреча
с графом Монте-Кристо.
Вам было сказано: ровно через
две недели. Но вы пришли раньше.
Я знаю.
Но я не могу больше
так мучиться, Бертуччо.
Я хочу положить этому конец.
Я сдержал слово, пусть ваш
хозяин выполнит свое обещание.
Ну что, Максимильян?
Всё так же в отчаянии?
Да, я же вам говорил.
Я готов.
А вы?
Бертуччо?
Да, месье?
Сделай, как я тебе сказал.
Это он даст мне яд?
Так даже лучше.
Вы не запачкаете свои руки.
Предупреждаю тебя, Максимильян:
ты испытаешь огромное потрясение.
Ты даже не представляешь, какое.
Вы боитесь, что моя смерть
будет слишком жалким зрелищем?
Хотя, действительно, кто знает,
умирать, может, не так легко.
Я хочу выпить яд прямо сейчас.
Что бы ты ни чувствовал - не кричи.
У нас соседка -
очень пожилая дама.
Не будем её пугать.
Я умею держать себя в руках.
Не волнуйтесь, я не боюсь боли.
Если ты такой храбрый,
пора это доказать.
Пойдём со мной.
"Булочнику. Мне нужна
только одна буханка хлеба,
мой сын уехал. Мерседес Игуалада."
"Две.
Эдмон
Дантес
вернулся"!
Надеюсь, ты не плачешь.
Вспомни:
я был младше твоего сына,
когда впервые вышел в море.
Ты здесь!
Что ты тут делаешь?
То же, что и ты.
Я здесь живу.
На всем этом пляже.
А твой дом на равнине Монсо?
Продал.
Вернее, нет,
не продал.
Отдал монахам под монастырь.
Я сделала то же самое:
всё отдала монахиням.
А домик наверху по-прежнему твой?
Он всегда был моим.
А сейчас он единственное,
что у меня осталось.
В таком случае я спасён.
Мне хоть есть, где ночевать.
Пошли.
Перестань, ты меня уронишь!
Ты встанешь.
Мы всегда встаем.
Я чувствую себя таким грязным!
От тебя пахнет Парижем,
деньгами,
дилижансами,
взмыленными лошадьми,
курицей в трактире.
Тебе надо выкупаться.
Пошли. Пошли!
Ты забыл,
что я не умею плавать?
Идём, я тебя научу.
Нет!
Я тебя научу...
Фильм озвучен по заказу
линии "Другое кино"