Двадцать восемь панфиловцев (2016 год). Цитаты и фразы из фильма

«Двадцать восемь панфиловцев» — российский художественный фильм Андрея Шальопы и Кима Дружинина о легендарном подвиге советских бойцов при обороне Москвы в 1941 году.

Все фразы и цитаты

...Психологический настрой, понятно, самое первое.
Сила большая тут не нужна. Храбрость-то - да... Но тоже...
Не всякая, она...
Я вот уже теперь сразу прошу, чтобы трактористов или машинистов дали.
Чтоб, у людей к технике понятие было.
Вот, трактористы есть кто?
- Есть.
- Хм, всё?
- Слышь.
- Ну, хорош уже.
- Да, чё ты!
- Извините, товарищ лейтенант.
- Да, чё ты встал в фигуру?
- Пихнёшь ещё...
- Ты слышал, что тебе товарищ лейтенант сказал?
- Ну, слышал.
- Не остывай.
Ты ж тракторист?
- Машинист. Про то, что, вопрос был?
- Ну не доярка же. Вопрос он выжидает.
- Дурак ты, Москаленко.
Машинист. "ЭСки" и "ОВэ" неплохо знаю.
Из тракторов только "Коммунар". И то, так... Издалека.
- Подойдёт.
- Ну так, чтоб починить с ходу это.. врятли.
- Чинить и не надо. Поломать бы управиться.
Бронетехники разной у них полно.
Но я про основные типы расскажу.
Про те, что сам дело имел.
Значит, первый лёгенький. Меньше 10 тонн.
Если с боку посмотреть, примерно так будет.
Значит, здесь, 4 полноразмерных катка.
Потому узнать легко...
Башня... Командирская башенька... Пушка.
- Миллиметров небось.. Сколько?
- 37.
- Ха. Экономят.
- И 2 пулемёта.
7,92. Здесь. И здесь.
- О! "МГ".
Знамо дело.
Он у них там на все случаи жизни.
Добрый пулемёт, только до чистоты шипко строгий.
После сортира руки не вымыл, так может не стрельнуть.
Не, ну а чего? Правда. Добрый пулемёт,
только им нужно воевать где-то там, возле парикмахерской.
А в остальном нормально!
- Красноармеец.
Москаленко, я так понял.
- Так точно. Красноармеец Москаленко.
- Много пару боец. Гудеть - гудим, а ехать, не едим.
У вас может времени изрядно есть,
а у меня в обрез, почему-то.
- Виноват! Хотел моральный дух бойцов поддержать, там.
- Моральный дух не ваша забота.
На то политработники есть. Вы что политрук*?
[*Политрук - политический руководитель]
- Да нет, зачем же? Вот вам и политрук.
- Так точно. Клочков, политрук.
- Клочков - это не тот, что Диев?
- Да, тот самый.
- Слыхал.
- Да, сказки всё. Не верь.
Ты не серчай, лейтенант.
У нас Москаленко хоть и трепачь, ещё тот.
Но под огнём, как выяснилось,
тоже шутить не забывает.
Потому и не одёргиваю.
- Это он молодец, что под огнём.
Там это сильно на пользу.
А здесь, всё равно, мне кажется,
помолчать правильнее будет.
- Это верно. Слышь, Иван Василич,
действительно, давай потише.
У товарища лейтенанта ещё
помимо нас забот выше горла.
Ты извини.
- И пулемёты на том не "МГ",
а чешские. Только патрон такой же.
- Броня клёпанная. Считай, что нет.
Метров с трёхсот-четырёхсот можно
и в лоб, и под углом, если из ПТРа*.
[*ПТР - противотанковое ружьё]
Так что эти горят на ура.
Только.. врятли они этим горохом
куда на штурм пойдут.
Для дела у них по серьёзнее танчики есть.
Но знать всё надо.
(по тел.) Да, товарищ полковник!
(по тел.) Так точно!
[Шум падающих дров]
Не совсем ещё.
Н.. Но кое-что показать смогу.
Так точно!
Так точно, товарищ полковник!
Конечно успеем!
Есть.
Стасенко! Лошадь готова?
- Так точно. Готова, товарищ комбат*.
[*комбат - командир батальона]
- Вооо!
- Знакомый предмет?
- А, то!
Только я больше коньяк предпочитаю.
Портвейн так, для опохмела.
- Раньше их по-другому делали.
Видали, наверное.
Вот так вот.
Теперь ни спичек, ни ампул никаких не нужно.
Всё готово к бою.
Но, минус есть.
Разобьётся в руках - сгоришь.
Потому аккуратно. Предельно.
- Это ж какой в ней градус, а?
- Хорошо б, Москаленко, пустых бутыло поискать.
- А трофейных можно?
- Да, желательно с пробками.
- Понял.
- И желательно побыстрей.
- Сделаем!
- Всё, возьмите с собой кого-нибудь.
- Пойдём, Петруха.
- Подходите, хлопцы.
- Слышь, Петруха! А, если такую
бутылку на ведро воды развести?
Ну, или на 2? Ну, чтоб во внутрь.
- Ну, що, хлопцы? Поотдыхали. И будет нам.
Пётр Василич!
- Да!
- Собери мне, наверное к 18, всех ротных*.
[*ротный - командир роты]
- Хорошо, товарищ комбат, сделаем.
- ...Смотровые приборы и вот... щели.
- Правильно.
А ну-ка, Сенгирбаев, толщина броневого листа лба корпуса?
- Корпуса? 30 миллиметров.
- Правильно.
А вот здесь, Натаров?
- Тоже 30. На этом везде броня такая.
Тоньше только здесь.. и здесь.
Туда бы и надо гранатку ложить.
- Правильно. В теории всё так.
Переходим к практике.
Давай, Москаленко. Опять твой выход.
Дуй до сапёров, добывай стройматериал.
- Есть, товарищ лейтенант.
А на что стройматериалы?
- На макет среднего немецкого
танка в натуральную величину.
Так что пусть не скупятся там.
- А чё брать-то?
- Сейчас всё напишу.
И давайте в темпе, сегодня с вами закончить хочу.
- И то верно.
Через день в бане паримся,
того и гляди привыкнем.
Верно, Стасенко?
- Мне к тому привыкать не надобно.
Я в себе эту привычку к отдыху
постоянно чувствую.
Вон, как с комбатом нашим сослужился,
так она меня и не покидает.
- Нашёл, кого спрашивать.
- Хорошо, что не все такие бойцы, как боец Стасенко.
- Да это он треплется.
- Ну не знаю, мои уж неделю
как о наступлении треплются.
- Так и то. Наступать - не копать!
Хлопцы в ту неделю траншей столько понарыли.
Хоть метро столичное запускай.
Ясно куда рвутся. Отдохнуть от каторги!
- Ступай, Стасенко.
- Вот обернётся комбат из полка..
..и обрадуешь своих орлов.
Не знаю уж как там на счёт наступления,
но драку обещать можешь историческую.
Немец-то поди отдышался уже.
Так что впечатления нас нынче всех ждут...
незабываемые.
- 5 лопат - длинна, 1,5 - высота.
Башню его отдельно соорудим потом.
- Есть.
- А позволь спросить, товарищ лейтенант.
На какой тяге будет двигаться
этот троянский конь?
- На санной.
Благо снег.
- Подвиг красноармейца. Ребят!
Красноармеец товарищ Филин обнаружил
замаскированное германское орудие.
Бесстрашный боец незаметно подполз
к вражескому орудию..
..и несколькими гранатами уничтожил его
вместе с расчётом.
На взрывы прибежала группа фашистов.
Они окружили смельчака-красноармейца...
...и хотели захватить его живым в плен.
Когда немцы в плотную подошли к товарищу Филину,
Он бросил последнюю гранату.
Раздался взрыв, и несколько фашистских
солдат были поражены насмерть.
Герой-красноармеец погиб смертью храбрых.
А вот ещё.
- Про пулемётную роту Куренкова?
- Верно.
Что, читал уже?
- Да не, о чём вы?
Читал - не то слово.
Я вот думаю, политрук.
Может тебе признаться не ловко,
что у тебя махорка вышла...
...так ты скажи, я достану.
Только ты скури уже совсем свою прессу.
Пока меня не доканал этот товарищ Филин...
...со своей последней гранатою.
На дворе ноябрь...
...а у тебя, Василий Георгич...
...листок чуть не сентябрьский.
- Ну точно. Сентябрьский.
- Ну!
- А я вот не знаю про роту Куренкова.
- Да чё там знать?
Подобрили хлопцы с 8 "Дегтярёвок"
батальон фрицев.
Так, что те еле ноги унесли.
- Ну так, правильно.
- А я что говорю.
Обычное дело. Такая рота
нынче в каждой сводке.
- Что нам этот деревянный танк?
- Наступать будем, с собой возьмём?
- Ну куда наступать...
Гаврила Степанович?
С чего ты взял? А?
- Как с чего взял? Все говорят.
- А! Тоже мне примета.
Ты миньше слухай.
Они наступать хочуть,
потому и болтают.
Опа!
А чем наступать-то?
Ты шо, пополнение новое бачил?
Или може техники новой нагнали свижой? А?
А! Шо вы... як дети.
- Ну не знаю. Может сейчас нагонят.
А чего мы стоим?
Третья неделя уж пошла.
- Ооот.
Я про то и толкую.
С чего б то немец нам столько передыху дал?
Сюда, да?
- Ага.
- Окопы накопалы...
Для наступления шо ль? Не.
И товарища лейтенанта нам не зря прислали.
Оно може на другом участке и выступим.
А тут... не похоже.
Так что придётся потерпеть пока.
- Да потерпеть-то я могу.
Но просто, если знаешь, что где-то наши наступают...
...так оно и обороняться вроде как совсем другое дело.
- Это понятно.
Так. Где?
- А вот здесь.
- Аха. Давай.
- Быстрее, быстрее! Танк гораздо быстрее движется.
Бросай!
- Давай, Данаров, переходим на голоп.
- Поздно! Поздно ты кинул, Сенгирбаев.
Просто так она бабахнула. Для красоты.
А вы что остановились? Что, команда была?
Над окопом протащили и дальше побежали.
Я сам скажу когда останавливаться.
А ты, если не успел, над собою пропустил
и сзади атакуешь.
Кинул бутылку. А лучше 2-3. Оно горит,
а ты исчез. Нет тебя.
Всё время в окопе.
Танков много будет. Ты погибнешь, кто их остановит?
Отдыхайте.
А вы впрягайтесь.
- (за кадром) Немецкая ударная группировка..
..в этом районе на сегодняшний
день насчитывает 4 танковых..
и 3 пехотных дивизии.
Часть группировки, по видимому, предназначена..
..для действий от Волоколамска в направлении..
Клина и Дмитрова.
В обход Москвы с севера.
Другая часть готовится для нанесения удара
не посредственно с запада.
Стратегическую важность Волоколамского шоссе..
..в данном случае переоценить трудно.
Скорее всего немцы попытаются
перебросить часть сил вдоль шоссе
с тем, чтобы выйти на него восточнее Ядрово,
минуя, таким образом, наши
противотанковые районы.
Для осуществления такого манёвра,
очевидно, могут быть использованы
несколько направлений.
От Муромцево просёлком, либо полем
до развилки, затем на Ядрово или Питомник.
От Жданово через Нелидово,
между Большим Никольским и Петелино
к просёлку на станцию Матрёнино.
Сюда же можно подойти от Красиково
вдоль железной дороги
через разъезд Дубосеково.
Наша задача:
не допустить переброску сил
противника вдоль шоссе..
..и задержать его на этом участке.
[начинает звучать тихая драматичная музыка]
- У нас..
..против трёх полков - четыре роты.
[*Полк: 500-2500 чел. Рота: 45-360 чел.]
"Задержать" задача, конечно, понятная.
Только..
..знать бы на сколько.
- Пока на направлениях атак противника
не будет переброшен резерв.
К сожалению, до наступления, эти направления
мы можем только предполагать.
[звучит драматично-патриотичная музыка]
[звучат барабаны]
- Товарищи красноармейцы!
В минувших боях вы все неоднократно
проявили отвагу и мужество.
Фашистские захватчики, вторгшиеся
на нашу территорию,
всеми силами стремились к Москве.
К самому сердцу нашей родины.
Но здесь..
Здесь они..
..в первые почувствовали на зубах
вкус собственной крови.
Здесь они впервые усомнились
в несокрушимости "великой" германской армии.
И здесь впервые им пришлось остановиться.
Потому что здесь ВЫ встали у них на пути.
Враг впервые испытал ярость бессилия.
Его план молниеносной войны дал осечку.
И в этой ярости, он стянул огромные
силы для нового удара.
Он снова мечтает прорваться к нашей столице.
Но теперь, он знает...
что его ждёт.
Теперь он знает, как русские любят свою родину.
Он знает, как мы будем за неё драться.
И теперь ему не избавиться от страха.
Воины красной армии...
враг рвется к Москве.
Он будет стараться смешать
нас с землёй авиацией.
Разметать нас артиллерией.
Опрокинуть нас танками и пехотой.
Но, враг не пройдёт.
Потому что здесь будем стоять МЫ.
Братья...
история знает не мало доблестных воинов.
Но никто из них не был удостоен
такой великой судьбы.
Сегодня, за нами не только Москва.
Не только вся наша необъятная Родина.
Сегодня...
затаив дыхание, на нас смотрит весь мир.
Потому что здесь, на этих рубежах...
МЫ встаём на его защиту.
Будем достойны этой чести.
- ...Так тот рассказывал, как где-то в Японии,
что ли, давно уже, в прошлом веке, кажется.
Вот. Собралась, будь-то бы, банда.
Ну и терзала та банда всю округу.
Ну, никому жизни не было.
А одну деревеньку и вовсе довели
уже до полного изнеможения.
Так вот, селяне той деревеньки и решили,
с бандитами биться в другой раз.
Всё одно помирать.
- Ну так, правильно.
Ну!
- Вот.
А.. в военном деле они разбирались не слишком,
потому решили нанять,
ну как бы сказать, специалиста.
Ну, вроде нашего лейтенанта, что ли.
Только из.. знатных.. Вот.
- За счёт чего.. наняли-то?
- Не зззнаю! Ммможет в долг.
Не помню уже.
Так.. вобщем, тот обстановку оценил.
Провёл, так сказать, регоносцировку.
Ну и нанял ещё шестярых.
Не то из знатных, не то из дворян.
- Самураев, что ли?
- Я же говорю, дело в Японии было.
Так, в общем взялись они
ту деревеньку защищать.
Так что вы думаете?
Бандитов человек 40 оказалось,
и то их больше даже.
- А тех семеро?!
- Ну, да!
- Ага.
- За деньги?!
- Да может и не за деньги уже!
Я не помню сейчас.
- Тоже в долг?!
- Д..!
- Дай ты ему сказать. Что ты всё
поперёк со своими вопросами?
Ну!
- Ладно. Чем кончилось-то?
- "Чем кончилось".
Воины те.. дело своё хорошо знали.
Там, укрепления построили,
дозорных расставили. Ну, из крестьян.
Связь..
Ну, всё, в общем.
Подготовились, в общем.
Ну, а когда бандиты-то в деревню хлынули..
- Ну!
- То, не то, чтобы без потерь,
но банду порубали-таки.
- Всю?!
- Всю. Не, ну, может кто и ушёл,
но с бандитами покончили, в общем.
- Ну, так правильно.
- Уху.
- Да я эту историю тоже слыхал.
Только дело то не в Японии было,
а чуть ли даже не в Америке.
И были то не дворяне,
а, вообще, чуть ли, даже, не постухи.
Только стреляли метко!
А так всё то же.
7 тех, 40 этих.
- То, хлопцы, называется - народна сказка.
Токо у вас, что-то она не складно получается.
З чёго то вдруг, пастухи
и метко стрелялы? А?!
- Ну, я не знаю. У нас в Мунгате
пастухи тоже не просто так.
- Ах, ты!
А у нас в Перекопе пастухи всё бильше
вот таки бесята.
- "Воот таки бесята".
- Значит, до утра обустраивайтесь.
А в 8, чтобы у меня был доклад.
И постоянно докладывайте
о любых изменениях. Ясно?
- Так точно!
- Значит.. триста шестнадцатая
стрелковая у тебя вся справа.
А слева всё.. Пятидесятая кавалерийская.
Так что у тебя самый стык. Внимательно очень.
- Я пригляжу.
Всё по науке будет.
- Очень надеюсь. Потому-то вас и ставлю.
- Не волнуйтесь, товарищ комбат.
Это мы возле Спаса в лесу заплутали..
..во то ребус был.
Дурное получилось бы геройство.
А тут всё ясно: немец там, Москва там.
- Чего?
- Да ни чего, товарищ комбат.
- Даа.. вопрос-то простой, товарищ комбат..
Немец кулак готовит. Знаем где, знаем когда.
А чего ждём-то, непонятно.
Чего бы нам.. прямо сейчас-то
ему не врезать? Покуда замахивается.
- Ишь ты. А есть чем врезать?
- Да вы только скажите,
у меня ребята, знаете как?
- Да вот я и говорю. Сил у меня таких нет.
Что бы и там ударить, и здесь прикрыть.
Так что, вгрызаемся в землю
и стоим как вкопанные. Ясно?
- Так точно, товарищ комбат.
Вы не сомневайтесь.
На смерть стоять будем.
- Так. Мне насмерть не надо.
Мне надо НАМЕРТВО.
Слышите разницу?
Что бы намертво стоять живыми надо быть.
Вот такое вот противоречие.
Понятно всё?
- Так точно.
- Есть жить, товарищ комбат.
- Вот это другое дело.
Ну, всё.
- Хе-хе-хе.
А вот это точно не правда.
- Не правда про пастухов.
А про то, в учебнике по истории писали.
- Банда? Десять тысяч?
Это ж уже войско.
- Это войско и было.
То же, Москаленко, война была.
- "Война". А чё же греков так мало?
Больше не нашлось, что ль?
- "Мало". Тем сначала тоже
показалось, что мало.
А потом показалось, что в самый раз.
- Так, а что, греки те, десять тысяч
закололи, а самим, хоть бы что?
- Нет, не "хоть бы что".
Они, в отличие от ваших пастухов, все полегли.
- Тьфу ты! Ни куда твоя история не годится.
Брехня!
Брехня!
Дрянь твоя история!
[звучит лирическая музыка]
- ...темно так уже было..
..мамаша, видать, услыхала,
что солдаты идут.
Вышла глянуть.
"Свои?", - спрашивает.
"А то чьи же, - говорю - мамаша?"
Она: "Ой, слава тебе,
Господи",- и давай креститься.
"Немец, ребятушки,- говорит, -
совсем близко видать."
"Вчерась весь день бомбил."
"Вон,- говорит, - даже
церковь не пощадили."
"Безбожники проклятые,- говорит - басурмане."
Слышь? Говорит: "Басурмане"!
Хи-хи. И опять крестится.
А Мусамбек мне по-казахски..
..говорит: "Невдомёк старухе, что у нас
здесь две трети потомки мусульман".
Мамаша, аж в сторону отскочила.
"Ой, - говорит, - ребятушки,
а вы точно свои-то?"
А Мусамбек наклонился,
и на чистом русском ей:
"Свои,- говорит - мамаш.
Видишь рожи какие?"
"Не признала что ли?
Казахи да киргизы..
..уйгуры да дунгане."
Хи-хи.
А мамашка: "Неужто, -
говорит, - и такие есть?"
"А что ль, - говорит, -
русские-то кончились уже?"
- Ха-ха.
Вот дурни, напугали бабку.
Она уже и так всяко перевидалась.
А тут ещё ваши рожи.
Да ещё и в темноте.
Вот уж точно, Не приведи Господи...
"Басурмане".
- "Басурмане".
- Давай пошустрее, хлопцы.
Всё.
А то, вон, скоро...
светать начнёть.
А нам ещё треба всё тут прикрыть.
Всё почистить. Ну шо б зверху видно не було.
Ну, а тоди можно пару часикив покимарить.
- А потом что, обед?
- Потом.. ложную позицию пойдём копать.
- Ты гляди ка! Поверить не могу.
А я уж думал, как денёк скоротать.
Ну не спать же, в самом деле
после бессонной ночи.
- Да там не богато. Ну, шо вы
хлопцы? Ну, ей богу, ну.
Разговору только больше.
Нам же там.. начипто. Ну..
вроде бы как подмаскироваться.
Потому шо.. фриц, он же ж не дурак.
Ладно, хлопцы. Закругляемся.
- С обедом-то что?
- Обед по меню.
- Чего он сказал?
- "Помнит" говорит.
- Аха.
- Если здесь пойдут, тогда, похоже..
хороший кусок цепляем.
- А где же им ещё идти?
В лес не сунутся. А там уже
Нелидово. Вторая рота.
А ну для тех кто не знает, что там
вторая рота, и всё-таки, решит в обход..
..ещё площадочку сделаем.
- Да мне, как скажешь.
Только чё им тебя обходить?
Ахнут разочек из башенного.. и заткнут точку.
- Это ещё надо поглядеть.
Кто кого заткнёт.
Берись, спрячем зверя в нору.
- Вольно.
Ну, что?
Давай посмотрим, что у тебя.
- Продолжайте.
- Вольно.
Так. А это что такое?
А, если повернуть надо будет?
- Надо будет, повернём,
товарищ капитан.
Зато как в крепости. Танком
точно не подавит. А угол есть.
Ещё пристреляем сегодня.
- Так. А запасная где?
- Вот.
И ещё одну подготовим.
- И лучше не одну.
Ну, а в целом...
В целом ладно.
- Помню, как-то, политрук наш..
..зачитал нам вслух немецкую листовочку.
- Ух ты!
Так это ж трибунал.
- Хе, да там к этому близко было.
Едва отползли. На силу они с капитаном,
объяснялись как то. Но я сейчас не о том...
А о том, что, в той листовочке,
значит, сказано было:
Что если к немцу сдаваться идти..
..то надо, стало быть, для надёжности,
белым платочком помахивать.
Ну, а Чёсов, у нас с первой роты..
..хороший мужик, но.. тугой, -
Это где же её взять-то?
Я: "Так, ты возьми сапоги сними,
да портянкой размахивай."
Он: "Так она у меня не белая."
Я говорю: "Как не белая? А ну, пока ж."
И он, дурак, давай сапоги
снимать да показывать.
Ну там, мать чесная.. ну какой там белый,
ну натурально пиратский флаг, как с картинки.
Я говорю: "Всё, Чёсов, престрелят тебя."
"Как пить дать, престрелят."
"Если немец успеет...
противогаз нацепить."
"Так что, - говорю, - придётся тебе,
Чёсов, воевать в Красной армии."
"Ну и сапоги, - говорю, - сымай
только в крайних случаях."
Ну, все хохочат.
А он даже не понял о чём я.
Ну, говорю, тугой же.
- А это ты к чему вспомнил-то?
- Да вот к этим... белым тряпочкам.
Я это к тому, хлопцы.. Не сильно ли
мы тщательно её маскируем, а?
- Так, должно же, ведь, быть, вроде,
что "спрятали как могли".
Чтоб им разбомбить хотелось.
- Так уже хочется,
я думаю.
А издалека, так вообще грозно.
Аж до мурашек.
- Хорошо бы.
Может.. десяток таких вкопать,
так он и вовсе не сунется?
- Да прям.
- А что? Немец - он осторожный.
Я вот слыхал на "горбачах"* наших,
стрелка сзади нет.
[*Горбатый - советский самолёт ИЛ-2]
Так вот, мессер* в хвост бить и повадился.
[*Мессер - немецкий самолёт Ме-109]
Ну, а наша ж голь на выдумки,
известное дело, лучшая в мире.
Кто-то взял да и выставил
вместо пулемёта жердь наружу.
Для страху. Вроде, мол, как пулемёт.
- Аха. И чего?
- И всё. Сработало.
Теперь чуть ли не патент.
- ...Тут она в неравном положении.
Мы ж её предать можем.
А она нас - нет.
- А она почему нет?
- Да потому, что это просто
земля и больше ничего.
- Как ничего?
- А вот так.
Земля, где живут. Вот и всё.
Что думаешь, того мало?
Это так много, что считай всё.
Народ без земли жить не может.
Сколько народов - столько и земель.
- Оно так.
Но, кроме земли ещё что-то есть.
Те, что под.. под немцем теперь,
не за землю воюют. Нее.
Другое.
- Это ты верно говоришь.
Не за землю.
Потому как помимо Родины,
ещё есть.
Отечество, Муса.
- Ага.
- Родина, она и под игом жить будет.
Её топтать будут, резать, жечь.
Годами, а то и веками. Она слезами и кровью
умоется, а всё равно Родиной будет.
А Отечество не так.
Отечество там лишь, где живут,
что называется, по праву.
Как испокон веков отцы завели.
Поэтому и называется Отечество.
Родина - это земля ГДЕ живут,
а Отечество, - то КАК... живут.
- А народ?
- А что народ?
Народ - это люди. Люди, которые
хотят говорить на одном языке.
И жить в одной земле.
- Да брось ты, Василий Георгич.
Ну не всё же может быть так просто.
Ну вот, если француз, какой,
ну или немец..
..русский язык выучит и здесь жить захочет.
Что, он теперь русский что ли?
- Немец - не знаю. А француз...
Поглядим, как этот француз вместе с нами
фашиста бить будет. Может, и станет.
Как знать.
- О-о. Давно надо было его помянуть.
- Сюда-то полетит?
- Да не. У него бинокль, знаешь какой...
Что всех твоих вшей разгядит.
- Что-то раньше они ближе подлетали.
Не было что-ли биноклей?
- Ну так раньше они нас за дикарей считали.
Как десяток сшибли, так сразу вспомнили,
что у них оптика лучшая в мире.
- Так он же видит, что тут зениток нема.
- Так их с винтовок бьют.
- Да неее, это ерунда.
- Шо "да не"? В соседнем полку
такого сняли винтовочным залпом.
Потом даже сводка была.
- Чё-то не слыхал.
- Было, было.
А чё? Он же жестянка.
Считай как бумага.
Так что ничего удивительного.
- Еже ли так просто.
Чего, мы не собьём что ль?
- Э-э-э-э, Шадрин, ты чего?
А ну-ка, опусти винтовку!
Ты что, Шадрин?
Я смотрю, ты на мозги тоже
не шипко прыток.
- Чего это?
- "Чего это?" - Ничего это!
Я, между прочим, спать мог.
А я здесь корячусь, декорацию эту строю.
Полено это украшаю. Для кого по-твоему? А?
Я его, между прочим, с утра жду.
Слышь! Ну, пусть хотя б всё зарисует.
- Да пускай шмальнёт разок другой.
Всё равно промажет.
Надо ж немцу дать понять,
что мы здесь не для показа.
- А ну как попадёт с дуру?
- Попал?
Ха-ха-ха-ха.
- Ладно.
[Вдали слышны выстрелы
из винтовок по самолёту]
[говорят по-казахски]
- Фух. Вот!
Два центнера. Не меньше.
Ху.
- А где це вы стащили, хлопцы?
- Да у сапёров сторговали.
- Да? Дорого?
- Ага. За так.
- А мин у сапёров не було?
- Чего?
- Я кажу МИН у сапёров не було?
- Да не, откуда у них?
Колючка только.
"Колючки, - говорит, - берите
сколько хотите." Ну.. мы и ухватились.
- Ох, и жадные же вы, хлопцы, я бачу.
- Да мы можем и ещё сбегать.
Только маток всё-таки надо..
по меньше брать.
- Ну, зараз глянем.
Може.. и пошлём кого.
- Ой, доложу вам, братцы, какой нынче
зажиточный крестьянин обетает в Подмосковье.
- Ну, похвастай.
- Да?
Ну, слушай.
Я Даниле говорю: "Если у них
здесь колючки без счёта."
"Может один другой маток
у сельчан на картошку махнём?"
А, Данила что?
Ой, ему.. и то, и то - всё хорошо.
Я говорю: "Неее! Ну-ка пойдём."
Постучались там к одному.
Дедок такой открывает.
Дряхлый.
Посмотрел.
"А на чёрта оно мне?"
Во даёт. А?!
Тьфу! Мы - к другому.
Смотрит.
"А что я с ней буду делать?"
Я говорю: "Вы что?!
С ума сошли здесь, что ли?"
"Да делай ты с ней что хочешь!
У тебя вон, глянь, забор!"
"Не забор, а...
пригласительный билет!"
Он говорит: "Нет...
Спасибо, конечно, за заботу, служивые."
"Но я... через эту проволочку
на свет белый глядеть-то не стремлюсь."
Ага.
Картинка, стало быть, не интересная.
Понимаешь?
Вот так.
- Нууу?
- А, ну я к тому, что..
..деликатесов к ужину
раздобыть не удалось.
Жрать будем, что дадут.
- Ха-ха-ха-ха.
- Товарищ капитан. Вас комбат.
- Капитан Гундилович.
- Доброе утро, Павел Михайлович.
Какие новости?
- Всё в порядке, товарищ майор.
Днём поднажали. Нынче отдыхаем.
- Молодцы. Отдыхайте.
Здесь тоже, всё по графику.
Завтра побудка затемно будет.
Бодрости потребуется много.
Старайтесь чтоб была связь.
- Постараемся.
- Ладно.
Сегодня, к вам прибудет командир
батареи артполка. Пособите ему.
Если завтра тесно станет -
поддержит нас огоньком подполковник.
- Так точно, товарищ майор.
- Ну, всё. А сейчас задача поспать.
Клочков далеко там?
- Тут, рядом.
- Вот и его касается. Ясно?
- Так точно.
- Выполняйте.
- Ну, что там?
- Всё в порядке.
Сказал спать.
- И всё?
- Ну ещё.. Сказал, что завтра..
Георгий Фёдорович.. перчику подсыпит.
Если слишком густой бульон заварится.
- От одних этих слов.. уже веселей.
- Хорошо...
Хорошо.
[звучит тревожная музыка]
[звучат немецкие голоса, звук мотора
и лязг гусениц танков]
[тревожная музыка затихает]
[в дали слышны выстрелы немецкой артилерии]
- Всё. Сейчас ливанёт.
- Ооо! Аа! Это надо же,
как они точно кладут, а?
Это же.. А, если бы они
сразу расчухали, где наш муравейник...?
- Ты погляди, какой достигнут результат.
Третий час натиск сдерживаем.
И почти без потерь.
- Только оглохли немного.
- Можно сказать, не бронёй, а умением...
...копать.
- У нас хорошо получается
фальшивые рыть.
- Не спится, стрелки?
-Да, что-то да, товарищ политрук.
Уж больно мотивчик надрывный
у той колыбельной.
- Да? Ну, ничего. Сейчас "Тихий час"
кончится, можно будет размятся.
Табаком богаты?
- Не, нету друга.
- Пары пускаем.
- Сейчас подкрасим ваш парок.
- Ну чё, всё, что ли?
- Да ё!
Ах...
- Ты махорку сберёг?
- А то!
[наступила тишина]
- Даже как-то не по-немецки.
- Ну что? Теперь по-немецки?
- Да, теперь всё правильно.
Это концерт оркестра.
- Точно. Всех калибров.
- Дирижёр у них тут. Не иначе.
- Аха. Увлёкся только что-то..
дирижёр ихний.
Пора бы уже и вправду антракт.
- В антракте фриц на буфет попрёт.
- Так у нас уже всё накрыто.
Обслужим по высшему.
- Ты какого биса тут торчишь, як пидсолнух?
А ну в укрытие!
- Эту ж землю не вспахать будет.
Её терь только в мартен*.
[*Мартеновская печь]
- О, придумал.
И вспашем и засеем. Було б кому.
Ты тильки для того.. башку сховай.
[говорят по-немецки]
- Всё. Сейчас стихнет.
- Что?
-Танки!
- Где?
- Вон там.
- Не видно.
- Не видно. А они есть.
С седьмого батальона звонилы.
Прямо сюда прут.
Щас пулять закончат и всё.
Надо встречать.
- Ясно. Дуй дальше.
Я за капитаном.
- Есть.
- Не торопимся.
Не торопимся, ребята.
Огонь только по моей команде.
Как свистну - пли!
- Два винтовочных пропускаем.
Пехота прижмётся. Танки притормозят.
И сразу мы.
Пока голову никто не поднял.
[гул приближающихся немецких танков]
- Прямо сюда идут. Ты понял?
- Уху.
Куда им ещё деться-то?
- Да я к тому, что бегать за ними
не пришлось. И то хорошо.
- Повезло.
- Они сейчас, знаешь, как думают?
Что всё рассчитали.
Нашли у русских слабое место. И сейчас,
между наших частей р-раз, к шоссе и проскочат.
А я думаю, очень хорошо.
Пусть попробуют. Да?
Заодно покажем им,
если они ещё не знают,
кто такие русские, и что такое
у нас "слабое место". Точно?
- Покажем.
Вообще-то я казах.
- А казах, чё, не русский?
Что ты мне голову морочишь?
Мы же сейчас за Россию
дерёмся? Или за что?
- Да шучу я.
- "Шучу".
За Казахстан будем драться,
всем покажем, кто такие казахи.
Уж не сомневайся.
- Договорились.
- Батарея, стрелять по танкам и пехоте.
Цель - сорок седьмая.
- Батарея, стрелять по танкам и пехоте.
Цель - сорок седьмая.
- Гранаты. Взрыватель осколочный.
- Гранаты. Взрыватель осколочный.
- Заряд второй. Основное
направление правее 2-30.
- Заряд второй. Основное
направление правее 2-30.
- Основное направление 2-30!
- Уровень больше 0-0-2.
- Уровень 30-02!
- Прицел 124. Третьему
один снаряд. Огонь.
- Прицел 124! Третьему
один снаряд!
- Прицел 124! Третьему
один снаряд!
- Готов.
- Готов!
- Огонь!
- Право 25. Перелёт.
Прицел 122. Левее 0-11.
- Прицел 122. Левее 0-11.
Да!
- Веер 0-15. Четыре заряда.
Беглый. Огонь.
- Веер 0-15. Четыре заряда.
Беглый. Огонь.
Да!
- Залп!
- Залп.
- Ну, а как по-другому?
- Плохо это. Потреплят стервятники
нашу артилерию.
- Стревятники падаль едят.
А этим крови надо.
- Комбат, сигнал на перемещение.
Всё. Уходит батарея.
Дальше сами, Фёдор Иванович.
Держитесь там.
[Свист]
[Свист]
- Огонь!
- Огонь!
- Осколочный!
- В укрытие!
- К орудию!
- Здесь.
- Бронебойный заряжай!
- У того гусеница. И того,
похоже, ходовая только.
Это им ремонта, на пол часа, не больше.
Сжечь их надо обязательно.
Давай по ним бегло.
- Ща поджарим. Бронебойный!
- Ух-ты!
Чё-та.. быстро они сообразили-то. А?
- Не расстраивайся.
Не на долго убежали.
- А я вот, думаю...
...может не понравилось им чего? А?
Или ещё может что?!
- Да, не. Всё понравилось.
Сейчас друзей позовут и обратно.
- За добавкой значит? Так? Ага.
- За добавкой. За добавкой.
- Ну, ладно.
- За добавкой...
- То, що они после першего захода
ошпарятся, це и так було ясно.
Они же думали, тут кладбище уже.
А тут, конечно, така свадьба.
И пехоте ихней рады. И танкам.
Так что, понятно, що с початку отползут.
- А может думали, что
если кто живой, так побежит.
- Это с чего б им так думать?
А? Шемякин?
-Чё-то мы не разу не стрельнули.
- Успеем.
- Крючков. Максимов.
За мной, бегом.
- Зараз они по-другому..
Нынче з розумом пидуть.
Поживее трошки.
Тильки теперь все наши
слабинки выберуть.
- Только, до этого нам ещё
органной музыки послухать дадуть.
- Ага.
Тильки теперь..
дуже громко сделають.
- А, ни чё. Мы тугоухие.
Есть.
- Тихо, тихо, тихо, тихо.
Давай.
Трогай.
- Паша!
Паша, всё нормально. Всё в порядке.
Тебя подбило, но жить будешь.
Кровь остановили. Так что, всё.
Теперь самое главное - сосредоточься на себе.
Понял меня? Всё сделал правильно.
Всё хорошо.
Укрепились. Бойцы геройские.
Так что, всё.
Всё нормально, Пашечка.
Всё нормально.
Давай. Копи силы на другой раз.
Понял меня?
Везите аккуратно, но быстро!
Там ещё трое.
- Докладывает политрук Клочков.
При поддержке артполка первая
атака противника успешно отбита.
Вывели из строя 4 танка
и до взвода пехоты.
- Потери есть?
- Все живы. Шесть раненых.
Отправили в санчасть.
Пашу сильно задело. Так что...
Сами тут будем.
В целом, всё в порядке.
Ждём обстрела.
- Всё понял. Не теряйте времени.
- Есть.
Так. Сейчас прицел поправят.
Будут пытаться нас смыть.
Долго, нет, - не знаю.
- Сильно не затянуть.
День-то короткий.
А им ещё нас пройти треба.
- Короткий. Но, то они из леечки
поливали, а теперь напор дадут.
Так что дождик густой ожидается.
И атака будет другая.
- Места есть?
Эй! Сюды.
- Назаров! В укрытие! Бегом!
- Шшшш!
- Ты шо, раненый, Натаров?
Натаров?!
- Не раненый я, товарищ сержант.
Пихаться не надо только, а!
А то дичь упущу.
- Да що ти дурью маешься?
Ты мни ТАНК пидбий, Натаров!
- До танков дойдёт.
Этих, хоть одного, царапнуть надо.
А то разлетались как
у себя в курятнике.
- Молодец, Натаров. Напугал ты их
сильно. А теперь, в укрытие. Бегом!
- Видишь, вони як?
Воевать не хотят.
На Москву себя берегут.
А оно нам и хорошо, кстати.
Потому как мы, получаемся ...
... можно сказать, в выгодном положении.
- Оно конечно преимущество...
что они такие трусливые.
Но как бы они со страху-то
нас всех не перебили.
Уж больно они боеприпасом богаты.
- На вcиx у них кишка тонка,
Сенгирбаев.
Ти, главное, рандше часу
не помирай. Ладно?
С откуда им знати?
Може то уловка яка?
Може тут целая засада для
всей их танковой дивизии. А?!
- Ага. Такие они дураки.
- Они не дураки. Потому им видно..
..они, вон, полдня гвоздят, а дух
святый ихние танки жгёт и пехоту косит.
Я к чему это всё, хлопцы ...
... Я к тому, шо через час другой
нас, трохи, меньше стане.
А фрицы, другой натиск дадут.
Так вот, хлопцы. Нам для фрицев
такой занозой надо стать ...
... що яку не вийдеш - хлебнёшь
беды по самое некуда!
- Так кто ж с вами спорит-то,
товарищ сержант?
Так мы зараз за тактику погутарим
или обождём, пока нас тут всех поубывает?
- Тактика такая, шо никакого
геройства. Всё.
- Это как?
- А вот так!
Сегодня, хлопцы, за Родину
помирать не треба.
Сегодня за Родину пожить треба.
- Новость какая.
А что, туда спешит кто-то?
Горстка нас. И что теперь?
Надо будет умереть - умрём.
- Шо?
- Ты умрёшь, а кто за тебя
воевать будет? А? Шемякин?
Или шо?! Всё равно тебе?! А?!
Умер в бою и всё.
А там як-нибудь, да?
Може фриц завоюет нас,
а може, так как-нибудь обойдется.
А шо? Удобно.
Главное, кто засудит?
Умер в бою. Все старые грехи
списали и новых даже уже не нарисуешь.
И, выходит, родился, получается
не просто так, а для подвигу. Да, Шимякин?
- Что-то разошёлся, сержант.
Умирать-то никто не хочет.
Жаль, не от нас это зависит.
- Ошибаешься!
Помирать или нет, это
глубоко личное дело.
- Ага, давай.
Вот щас снаряд сюда ляжет.
Или пуля шальная тебя
скосит в лоб.
Я погляжу, как ты с этим
личным делом справишься.
- А ты меньше голову забивай этими волшебными
пулями, може их трошки меньше стане.
- ... Ерунда. Сейчас на место приладим.
Вот я у зубного был...
Вот это была прогулка.
А это. Так. Ерунда.
Сейчас. Говорить не о чем.
- Хлопцы.
Може попозже за философию погутарим? А?
А сейчас, как-то, к делу?
Хотя конечно увлекательно очень.
- Так я за дело! Тут от настроя много зависит.
А настрой должен быть таким,
що методичное истребление врага.
- Ага!
-Уху.
- Може нас и жменька*, а кому это известно?
[*Жменька - горсточка (укр.)]
Може таких жменек тут полсотни.
Нехай побачат фрицы хладнокровное
действие подразделения.
Мол всё расчитано, простая работа.
Обычное дело.
Для немцев картина такая:
Если не отступят, сгорят все.
А отступят, сегодня уже не пройдут.
И никто не геройствует,
потому как не за чем.
Спокойно жгём танки.
- Четвёртый, ответьте.
Четвёртый, ответьте.
Вторая, дай четвёртую.
Четвёртый, ответьте.
- Панорама Цела?
- Цела.
- Позицию в порядок.
Готовимся к бою.
- Живые? Сколько вас?
- Трое.
- Хорошо.
Так. Хлопцы, давайте бегом
за мной. Нужно раненых оттащить.
- Много?
- Порядком.
- А убитые?
- И тех хватает.
- Ух ты.
Сейчас, сейчас.
- Орудие!
Ну что, проголодался, хищник?
Потерпи. Сейчас спущу тебя с привези.
- Петруха!
Дутов Петруха? Пробежишь по проводу.
Связь надо починить.
Тильки шустренько!
Якщо связь не починим, нехай
шлют ещё две подводы.
- Ага.
- А то и три.
- Шо, е?
Молодец, Петруха.
- Докладывает, Клочков.
- Так.
- В четвёртой роте большие потери.
Много убитых и раненых.
В строю осталось двадцать восемь бойцов.
Одна пушка, два ПТРД, пулемёт,
автоматы, винтовки... Ну...
... этого теперь полно.
Подкрепления бы, товарищ майор.
- Нет, Василий Георгиевич.
Нет у меня для тебя подкрепления.
Ты уж постарайся продержаться.
Постарайся, дорогой мой.
- Постараемся, товарищ майор.
- Расчёты, к орудиям.
Остальным разбиться на звенья по трое.
Задача звена - один танк.
Задача орудия - один танк.
Так что, девять танков должны пылать.
Посмотрим, что они на это скажут.
Это для начала. Там посмотрим.
Лучше конечно сразу по два брать.
Ну так уж сложилось братцы,
что выбор у нас не велик.
Хотя, казалось бы, Родина необъятна.
И умереть за неё мы готовы.
Но вот, отступать нам нынче
оказалось некуда. И помереть нельзя ...
... покуда немца не остановим.
Потому как, такой уж выпал нам рубеж.
Дальше всё ...
Дальше Москва.
- А що ты замер, Гриша?
Що, белый танец? Давай до нас.
- Яков Саныч, а правда говорят, что..
вас в блиндаже фашисты ...
... гранатами закидать пытались, а вы им
обратно четырнадцать штук выкинули?
- Сколько?!
Четырнадцать уже?!
Тьфу. Твою мать.
Да, враньё. Слушай больше.
Что ж они тупые, что ли? Господи прости..
- А сколько?
- Пять! "Сколько?"
"Четырнадцать!"
- Пять?
- Пять. А потом смекнули,
и чуть погодя ещё кинули.
Шестую.
Чтобы я им вернуть её не успел.
Думали я не соображу.
- А вы чего?
- Ничего. "Чего?"
Потом расскажу.
- А когда потом-то?
- На ночь, перед сном.
И не в блиндаже это было. Тьфу!
- На сей раз...
задача у нас ювелирная, командир.
Так шо, я бы подпустил их по довше.
Ну так, шо б наверняка.
А до того, нехай думают,
шо мы все вмерли.
- Ну давай, командуй,
Иван Евстафьевич.
- Аха.
- Вот им весело сейчас,
наверно, в танке. А?
То ли богу своему молиться ...
... то ли беса того поминать,
что их к русским привёл.
Славно, что я не танкист.
Верная смерть.
- Спаси, Господи, люди Твоя,
и благослови достояние Твое ...
... победы на сопротивныя даруя ...
... и Твое сохраняя Крестом
Твоим жительство.
- Чего?
- Ни чего.
- Ты сказал сейчас чего-то.
- "За Родину" говорю.
- Аа.
Это правильно.
- Многовато, конечно.
- Да что ж вы братцы мои дорогие?
Ничего.
Ничего. Это ничего.
Всё братцы,
отдыхайте спокойно.
- На рекорд решил.
- Тякай, герой! Поляжешь на хрен!
- Гриша! Патрон!
Ааа! Знаменьем он крестовым
будет размахивать! Падла!
[слышны немецкие голоса]
- Ну что, Петя, пуганём шпану?
- Давай, Ваня.
Делай красиво.
- Готов?!
Давай!
- У меня нет больше.
- И у меня нема.
- Карасей пусть придётся.
Пехотой добрать надо.
- Стрелять сможешь?
Только не мажь.
- Ну что, поймаешь?
Снаряд!
Снаряяяд!
- Патрон!
- На!
- Грейтесь, хлопцы!
- Василий Григорьевич!
- Тихо ты.
Горит он, нет?
Не вижу я ни черта.
- Нет. Не горит.
Ходовую вы ему.
- Так жги, Шемякин!
Бегом! Да не дёргай ты меня.
Давай, сам, Гриша, давай.
- Шемякин! Патроны е?
- Есть ещё.
- Приймай!
Давай за мной! По-шустрому.
- А ну, Гриня ...
... шмальни по пешим.
- Ваня! Живой?
- Даа. Живой, живой.
Шо со мной станется?
Я же не танкетка.
Ух, и щедры же они до тэхники.
Гранат не напасёшься.
Так. Давай, беги.
Диев где?
Давай, давай.
[немецкие солдаты: Granate!]
- Ничего, политрук.
Не так вже их и богато.
- Дивись, Вася.
А, Данила-то фокусник.
- Всё или еще кто живой есть?
- Може и есть. Я не бачив покуда.
А ты молодец, Даня.
Приберёг жменьку козырей.
Всех растревожил.
- Да где там?
- Немцам особо глянулся,
я думаю. "Где?"
- Да то случайно.
- Хорош брехать! "Случайно".
- Металолом-то посчитал кто?
- Нууу ...
... Богато в общем.
- С полсотни-то наберётся?
- Нуу!
Для внуков можно
и больше сбрехать.
А для фрицев на сегодня,
я думаю и четырнадцати хвате.
Це, если те четыре,
что до обеда, в расчёт не брать.
- Чё ж не брать-то?
- Не, ну брать-то надо.
Просто я к тому, что..
до обеда нас.. рота была.
А на тот заход, що после,
меньше взвода пришлось.
На тот заход, что после, уж больно
густо упрямых хлопцев выпало.
Геройских.
- Зараз усе герои.
Нынче так воюют, Даня.
Скоро других не буде.
Это потому шо ...
... така война.
 

////////////////////////////