Бедная Маша (1981 год). Цитаты и фразы из фильма

«Бедная Маша» — советский музыкальный художественный телефильм (1981), комедия (2 серии). Премьера на ЦТ — 2 января 1982 года (новогодняя программа телефильмов). Экранизация пьесы В. В. Шкваркина «Чужой ребёнок».

Все фразы и цитаты

 БЕДНАЯ МАША
- Меня зовут Семен Перчаткин.
- Можно просто Сеня.
- Сенечка!
- Наша вокально-инструментальная группа
существует уже третий год.
Совсем недавно мы объединились
с хореографическим
кружком нашего Дома культуры.
- Мы долго искали
подходящее название для нашего коллектива.
Наконец нашли.
Скромно, но со вкусом.
Теперь мы называемся Вокально-инструментальный
ансамбль "Кинескопы".
- Но мы снова в поиске.
Сейчас мы ищем свое
оригинальное творческое лицо.
Главное, конечно, репертуар.
В данный момент мы
мы работаем над нововой лирической песней.
Валера, делай.
- Кстати, эта песня родилась здесь,
в нашем городе на берегу теплого моря.
Ты любишь необычное,
Чтоб все наоборот?
Чтоб белый-белый парусник
Отправился в полет?
Чтоб в небе белый парусник,
Как облако парил?
Чтоб ты бы мне, как сказочник,
Как старый добрый сказочник
Про небыль говорил?
Понятен мой вопрос?
Понятен мой вопрос?
Понятен мой вопрос?
Понятен мой вопрос?
Ты любишь необычное?
Я отвечать велю.
- Конечно же, конечно же,
Ведь я тебя люблю,
Ведь я тебя люблю, Тебя люблю.
- Маша,
я давно тебе хотел сказать. Вернее...
предложить. То есть, спросить у тебя.
А любишь ты спокойствие,
За печкою сверчок?
Чтоб тишина вечерняя,
Чтоб терся кот у ног?
Чтоб на диване стареньком
За книжкой помечтать?
Чтоб утром встать и на реку,
Да, рано утром на реку
Купаться побежать?
Понятен мой вопрос?
Понятен мой вопрос?
А любишь ты спокойствие?
Я отвечать велю.
- Конечно же, конечно же,
Ведь я тебя люблю,
Ведь я тебя люблю,
Тебя люблю.
Понятен мой вопрос?
Понятен мой вопрос?
Ты любишь необычное?
Я отвечать велю.
Конечно же, конечно же,
Ведь я тебя люблю,
Ведь я тебя люблю,
Тебя люблю.
- Лирическую песню
"Ты любишь необычное"
"Кинескопы" посвящают некой М.К.
из театра "Наш
современник". Пусть ее имя
останется пока загадкой.
- Тоже мне загадка: М.К.
Эта М.К.
Машка Караулова.
Моя лучшая подруга.
Чего вы в ней все нашли? Не понимаю.
Ну, фигура, глаза. Всё в норме.
А что с ума сходить? Правильно говорю?
Они все как сговорились.
Костя этот... Два очка, который.
Наш Сенечка Перчаткин.
Федор Федорович и
тот, по-моему, тоже...
Федор Федорович - это начальник Костин.
Они у нас в городе недавно. По
распределению. Молодые специалисты.
Почему они? А их двое друзей.
Костя и Яков. Дорогу строят.
От города до железнодорожной станции.
- Зина!
- Ой, я заболталась. А
мне еще переодеваться.
- Меня зовут Сергей Петрович Караулов.
Ну, как видите, я музыкант.
- Серьезный музыкант.
Первая скрипка.
Ладно... Первая виолончель в городе.
К сожалению, дочь не
пошла по моим стопам.
Но хоть Маша и не музыкант,
но натура вполне артистическая.
- Сережа...
- Да? - Скромнее.
- Неудобно. Ведь ты же отец.
- Познакомьтесь, пожалуйста. Моя жена.
- Ольга Павловна.
- Извините. Только я...
- Она у меня йог.
- Кроме этого, мы оба регулярно
занимаемся бегом.
- Бег - радость жизни.
- Трусцой, Сережа.
- Да, да. Трусцой.
- Ну, а что касается дочери,
побывайте в нашем "Современнике"
и вы всё поймете.
- Я не верю! Не верю!
- Во что ты не веришь?
- Ни во что не верю.
- Оригинальничаешь!
- Кто?
- Ты!
- Оригинальничаешь?
- Да! И умничаешь!
- Я не умничаю.
- А что?
- Я не верю.
- Во что?
- Ни во что не верю.
- Тише, тише...
- Успокойтесь, пожалуйста.
- Прибылёв Федор Федорович.
как очевидно, вы успели заметить,
я руковожу этим молодежным коллективом.
Нет, нет. Я не режиссер.
Я инженер-строитель. Дорожник.
Наш трест будет сооружать
автомагистраль между городом
и железнодорожной станцией.
Знаете, "Дорпроект" настаивает
на одном варианте трассы,
"Дор-113" на другом, а в
Облтрансе не нравятся оба.
- Так вот. Мне и моим помощникам...
Кстати, познакомьтесь.. Вот они.
Это Костя. А это Яков.
- Так вот. Нам поручено
еще раз внимательно изучить все
сложности и предложить оптимальное
решение. Это, так сказать,
всё касается моей основной профессии.
- Ну, а театр... Театр - это, так сказать,
мое второе я. Как говорится, "альтер эго".
- Сейчас мы работаем над новой
пьесой "Чужой ребенок".
Эта пьеса в свое время имела довольно
шумный успех. Главную роль Маши играет
наша замечательная Маша.
Машеньке могут позавидовать
многие профессиональные актрисы.
Такие разные роли
ей довелось у нас играть.
Ну, афишу вы нашу видели.
Вот и сейчас ей предстоит новая работа.
Так что, если вы не возражаете,
мы продолжим репетиции.
- Так что же вас не устраивает,
Костя? Кому вы не верите?
- Автору не верю. Послушайте,
что он пишет.
- О, одной ногой в сумасшедшем доме.
Ведь Маша встречалась с этим...
Каким-то там гражданином. Вот что?
Так говорит молодой
интеллигентный человек? Да?
- Или вот еще. Ага.
Вот. Прошедшему.
Это пошло, феодально!
Феодально... Или
это. О, я убить его хочу!
Что это такое? А вся эта история.
Это же выдумано от начала до конца.
Парень любит девушку.
Вдруг он узнает, что до него она
любила другого человека. Ну и что?
Любила и любила. Дальше.
У нее оказывается
должен родиться ребенок.
Да тоже ничего сверхъестественного.
- А он ни с того ни сего начинает
комплексовать. Мечется. Страдает.
Три акта страдает.
Из-за чего спрашивается?
Дальше. Знакомые
отвернулись от девушки.
Поклонники разбежались.
Подумаешь, трагедия!
Да скатертью дорожка! Родители,
узнав о ребенке, тоже чуть не умирают.
Да не правда это!
Сегодня родители
и не такое переживают.
- Ну, хорошо, Костя.
Вы не верите автору.
Но хотя бы мне вы можете поверить?
Ведь на то я и режиссер.
- Извините, Федор Федорович,
но в этом вопросе я и вам
не могу поверить.
- То есть? Как это понимать?
- Видите ли, Федор Федорович.
Вы замечательный режиссер.
Как говорится, большой художник.
Но... Как бы это объяснить?
Вы представитель другого поколения
и ваши взгляды на жизнь,
на взаимоотношения
молодых людей,
они несколько...
- Старомодны.
- Нет. Я этого не говорю. Но вообще...
Несколько традиционны. Что ли?
И, поэтому...
- Так?
- Дождался.
- Нет. Я знал, что этим
должно когда-нибудь кончиться.
- Благодарю вас, Костя.
- Спасибо всем,
товарищи. Более того,
большое спасибо.
- Репетиция окончена.
- Ну, не надо, Федор Федорович.
Не надо так расстраиваться.
Костя не хотел
вас обидеть.
- Не надо меня утешать.
Я же всё вижу.
Вы чуткая, добрая девушка. Спасибо вам.
Увы, время делает свое
дело. И с этим приходится
считаться. Да. Как это не печально,
я уже старик.
- Да что вы такое говорите?
Какой же вы старик?
- Вы еще...
- Благодарю.
- Благодарю, Маша.
- Я тронут вашим вниманием.
Вы даже не представляете
себе как важны для меня ваши слова.
- Как я благодарен вам.
- Боитесь меня?
- Нет...
- Просто я...
- Неужели вам не хочется
заглянуть в мое сердце?
Хотя бы из-за артистического
любопытства.
- Ведь не познав истинной любви вы просто
не имеете права выйти на сцену. Машенька,
вы же актриса.
- Я не актриса.
Я медицинская сестра.
- Да. Костя прав.
Еще раз прав. Мы уже не
можем понять друг друга.
- Между нами пропасть,
называемая некоммуникабельность.
Если бы вы знали... как я одинок...
- Маша, может покатаемся на машине?
- Спасибо, Федор Федорович.
- А на моторной лодке?
- В другой раз.
- Машенька...
- Время матча подходит к концу.
Время в поединке достигает предела.
Хозяева поля во что бы то ни стало
хотят вырвать победу. Ничейный счет.
А он не открыт. Их не устраивает.
Гости отчаянно
защищаются и при этом
частенько нарушают правила.
- Что тебе от меня нужно?
- Маша, я давно
собираюсь тебе сказать.
Вернее, предложить.
То есть, спросить у тебя. Маша,
я люблю тебя...
- А я тебя ненавижу.
- Ненавидишь?
- За что?
- Ты злой и жестокий человек.
Как ты мог сказать
такое Федор Федоровичу?
По-твоему, он ни в чем не разбирается?
Ничего не смыслит в современности?
- А чего он обнимается?
- Кто?
- Федор Федорович.
- С кем?
- С тобой.
- Что-то не помню.
- Зато я помню.
- Конечно, тебе же так хочется
сыграть эту главную роль,
что ты готова идти на любые жертвы.
- Ничего, что я старый хлыщ вас обнимаю?
Что вы? Не беспокойтесь.
Мы ведь на глазах у всех.
Не обращайте внимания.
- Да как ты смеешь?
- Чего он ручки тебе целует?
- Так значит, ты шпионил?
- Ты подсматривал.
- Ты подло и низко шпионил.
- Да, если ты сейчас же...
- Я? Нет уж. Если ты!
Попросим режиссера показать
повтор этого момента.
И нам с вами пристальней вглядеться
в острую ситуацию.
- Да, если ты сейчас же...
- Я? Нет уж! Если ты!
Если в милом разговоре
Вдруг возникло напряженье,
Если твой соперник в споре
Допускает выраженья.
Если шея багровеет,
Начинает вас трясти,
Начинает вас трясти,
Постарайтесь поскорее,
Постарайтесь поскорее,
Сосчитать до десяти.
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
В это самое мгновенье
Вдруг закончится волненье,
Станет ровным настроенье
И придет успокоенье,
Успокоенье, успокоенье...
В жизни всякое бывает,
Хоть с обрыва прыгай в омут,
Вас любимая бросает
И уходит в дом к другому.
Через две минуты ровно
Нервы могут подвести,
Значит, надо хладнокровно,
Значит, надо хладнокровно,
Сосчитать до десяти.
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
В это самое мгновенье
Вдруг закончится волненье,
Станет ровным настроенье
И придет успокоенье,
Успокоенье, успокоенье
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
Ну а если, тем не менее,
Вас опять начнет трясти,
Набирайтесь-ка терпенья
Устный счет произвести,
Произвести, произвести.
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
- И после того, что ты тут наговорил,
ты смеешь утверждать, что пьеса
которую мы репетируем, устарела?
- Устарела.
- Герои ее отжили свой век?
- Отжили.
- А ты у нас такой современный.
- Современный.
- Свободный от предрассудков?
- Свободный.
- Широкие взгляды?
- Широкие. - Что же? Хорошо.
- Посмотрим.
- Здравствуйте, Сенечка.
- Маша.
- Какая неожиданная встреча.
- Нет, Маша. Только не для меня.
- Я всегда жду встречи с вами.
- Маша, поговорим без дураков?
- Говорите, Сеня. Мы здесь одни.
- Маша,
чего мне не хватает?
- Откуда мне знать?
- На ваш взгляд.
- Откровенно?
- Ага...
- Мне кажется,
вам, Сенечка, надо побольше читать.
Ходить в музей. Вот например,
вам когда-нибудь
доводилось видеть картину
"Иван Грозный убивает своего сына"?
- Нет.
- Маша, я видел
"В моей смерти прошу винить Клаву К."
- Но это же кино.
- Ну, а на ваш взгляд
чего вам не хватает?
- Фирменного блейзера.
- Чего?
- Ну, блейзер - это такой
пиджак темно-синего цвета
с такими золотыми пуговицами.
- А еще чего же?
- Еще? Настоящего успеха.
- Это у меня спланировано.
Сначала по телевизору "Шире круг".
"С песней по жизни".
Потом Сан-Ремо. А потом
какой-нибудь Акапулько.
- Чудесный план.
- Маша, мне не хватает главного.
- Чего?
- Вас. - Меня?
- Вы знаете, Маша.
Когда я вижу вас, у меня такое ощущение,
как-будто я стою на эстраде
огромного Дворца спорта.
У меня в руках микрофон.
Валера рубит на ударных.
Оркестр Крещенко.
В зале 20 тысяч зрителей.
И я даю по ушам 120 децибел.
Сильней, чем ураганный ветер,
Сильнее самых бурных рек,
На нашей голубой планете
Конечно, только человек.
Человек покоряет моря,
Покоряет пространство и время.
Человек - это звание не зря
Прославляют в высокой поэме.
Но любовь, но любовь,
Человека любовь сильнее,
Но любовь, но любовь,
Человека гораздо сильнее.
Подчинись ей и не прекословь.
Знай, что если приходит любовь,
Ничего не поделаешь с нею,
С любовью, с любовью...
Но любовь, но любовь,
Человека любого сильнее,
Но любовь, но любовь,
Человека гораздо сильнее.
Подчинись ей и не прекословь.
Знай, что если приходит любовь,
Ничего не поделаешь с нею,
С любовью, с любовью...
- Теперь моя творческая биография
в ваших руках.
- Сенечка,
вы очень хороший. Вы мне очень нравитесь.
- Нравлюсь?
- А!!!
- Она меня никогда не простит.
- Она сказала, - посмотрим.
- Это серьезно....
- Она шушукается с Перчаткиным.
- Это очень серьезно...
- Ты смеешься потому что
сам никогда не был влюблен.
- Слушай, дорогой.
Что ты понимаешь в любви?
- А, если я люблю так
как сорок тысяч братьев любит не могут?
- Кого?
- Самую прекрасную женщину на земле.
- Где же она эта самая
прекрасная женщина?
- Если бы я знал где она.
- Мы встретились в студенческом
стройотряде два года назад.
И полюбили друг друга.
С одного короткого взгляда
на всю длинную жизнь.
- И вдруг получаю телеграмму.
Яков, срочно выезжай.
Дедушка сломал ногу,
танцуя на дне рождения
своей бабушки. Я поклялся своей любимой
что вернусь через два дня.
Она сказала, - посмотрим.
- Как?
- Посмотрим.
- Я сдержал свое слово. Я вернулся.
Ну, не через два, а
через четыре-шесть дней.
Но моей любимой не было в стройотряде.
Ее вообще нигде не было.
И вот уже два года нигде нет.
Я простить себе этого не могу.
Как последний ишак я все
время в глаза ей смотрел.
Вместо того, чтобы один раз
в паспорт заглянуть, адрес узнать.
Все справочные бюро телеграммами забросал.
Никто ничего не знает!
- Она сказала тебе, - посмотрим?
- Да...
- Сказала, - посмотрим.
- Все-таки грандиозный план пришел
мне в голову. Завтра
же весь город узнает,
что у меня будет скоро ребенок.
Вот тогда и посмотрим кто чего стоит.
Жребий брошен. Рубикон перейден.
Мосты сожжены.
- Когда-нибудь
я эту тетрадку покажу Косте.
Но сейчас ему ни слова. Договорились?
- С чего начнем?
- Пожалуй начнем
с родителей. А то ведь это такой народ.
Никогда не знаешь чего от них ожидать.
Итак. Пусть скорее минет ночь...
- Мама, доброе утро.
- Доброе утро.
- Скажи, только
откровенно. У тебя были
любовники?
- Ты, Маша, на грубость нарываешься.
- Ну, а родители тебя выгоняли из дома?
- Как тебе нравится
это небольшое интервью
по личным вопросам?
- Нет такого вопроса,
на который нельзя было
дать исчерпывающий ответ.
- Да?
- Ну, так и ответь своей дочери.
- Да, папа. Ответь. А у тебя были
любовницы? - В смысле?
- Ну, ты артист.
Музыкант. Неужели
ты никогда не погубил ни
одной своей поклонницы?
- Ну, как? Да их чуть не погубил.
- Интересно.
- При помощи твоей
овощной диеты.
- Ну, да.
- Но вы мне весь план срываете.
И почему вы у меня такие не яркие?
- Слышь, Сережа?
- Да?
- Мы у нее не яркие. Тусклые мы у нее.
- Мама,
а что, если бы я вам сказала
свою страшную
тайну? Я горько рыдала
и ищу вашего участия.
А вы мне на это "вон!".
- Какая у тебя может
быть страшная тайна?
- Ну и куда это "вон"?
- А просто.
- На улице ночь,
мороз. Я ухожу босяком.
Без шубы.
Кутаюсь в старенький мамин платок.
Слезы замерзают у меня на глазах
и ветер гонит меня
по пустынным улицам...
Воет в поле голодная вьюга,
За холмами родимый порог,
А со мной вместо милого друга,
Только светло-лиловый платок.
Ну а с ней никого, ну а с ней никого,
Ну а с ней никого нету рядом,
Только светло-лиловый,
Только светло-лиловый,
Только светло-лиловый платок.
Безнадежность, тоска вековая,
Мрачных дум бесконечный поток,
Замерзает меня согревая,
Добрый светло-лиловый платок.
Согревает ее, согревает ее,
Согревает ее на морозе,
Добрый светло-лиловый,
Добрый светло-лиловый,
Добрый светло-лиловый платок.
Жизнь моя - роковая ошибка,
Видно мир этот слишком жесток,
Золотая не выручит рыбка
И тем более этот платок.
Рыбка здесь ни при чем,
Рыбка здесь ни при чем,
Рыбка здесь ни при чем золотая,
И тем более этот, и тем более этот,
И тем более этот платок.
Рыбка здесь ни при чем,
Рыбка здесь ни при чем,
Рыбка здесь ни при чем золотая,
И тем более этот, и тем более этот,
И тем более этот платок.
- Что с ней?
- Замуж ей пора.
- Влюбилась в кого-нибудь?
- Конечно.
- А ты разве не видишь?
- В кого?
- Ну, я думаю, в какого-нибудь мужчину.
- Благодарю за исчерпывающий ответ.
- Пожалуйста.
- А поточнее нельзя?
- Поточнее, Сережа, я и сама не знаю.
- Как же так? Ты мать.
Мать - и не знаешь таких
элементарных вещей.
- Кто за ней ухаживает?
- Эх, Сережа...
По-моему, сейчас
никто ни за кем не ухаживает.
- Сейчас самый нужный для меня человек -
это Зина.
Но надо сделать так, чтобы все было
естественно и правдоподобно.
Как это у нас там в пьесе?
- Ага... Вот. Что же делать? Что делать?
Рассказать своей маме? Но она не поверит.
Она не выдержит этого.
Уехать? Уйти? Но куда?
И что будет с моим ребенком?
Какая жизнь ожидает его?
Прекрасно.
- А вот и моя лучшая подруга.
- Привет.
- Зина, я везде ищу тебя.
- Что такое? Что случилось?
- Зина, у меня беда.
- Ой... На тебе и правда лица нет.
- Что мне делать? Что делать?
Сказать матери? Но она не переживет.
Уехать? Уйти? Но куда?
И что будет с ребенком?
- С каким ребенком?
- С моим ребенком.
- Какая жизнь ожидает его?
Моего ребенка....
- Так, так, так... Я
ничего не спрашиваю.
- Только скажи,
это Костя? Да?
- Какая разница кто?
- Тоже верно.
- Зина, помоги мне.
- Спокойно. Но ты же
меня знаешь. Значит так.
- Конечно, родителям ни слова.
А то завертится пластинка: кто да что?
Но, все-таки, это кто? Это Костя? Да?
- Не надо сейчас об этом.
- Ладно. Главное - не
отчаиваться. Там сейчас приехала
одна моя подруга. Тебе будет
кстати с ней познакомиться.
У нее тоже сын растет без отца. Пашка.
Прекрасный парень. Ему скоро год.
Но только между нами. Это Костя?
- Зина, я только
тебя прошу. Никому.
- Могила.
Вы слыхали? Ужас прямо!
Что поделаешь? Кошмар!
Да, конечно, скоро мама!
Для родителей - удар!
Новость такая ужасная,
Бедная Маша, несчастная.
Новость такая,
Новость такая ужасная.
Бедная Маша, несчастная.
И не скажешь... Это точно!
Да, такой уж нынче век.
Все такие! Одиночка...
Встреча, клятвы и вовек...
Новость такая ужасная,
Бедная Маша, несчастная.
Новость такая,
Новость такая ужасная.
Бедная Маша, несчастная.
Быть не может! Просто враки!
В положении? Ну так что ж...
Да уж, это знает всякий,
Может... Ну и молодежь!
Новость такая ужасная,
Бедная Маша, несчастная.
Новость такая,
Новость такая ужасная.
Бедная Маша, несчастная.
Вы слыхали? Вы
слыхали? Вы слыхали?
Вы слыхали?
Вы слыхали?
- Маша... Маша?
- Ну, что ты там застрял, дорогой?
- Все понятно. Перерыв.
- Беги, дорогой.
- Ни за что. - Беги...
- Я тоже гордый. Но
для друга. Маша! Маша!
- Очень занят человек.
- Здравствуй, Костя.
- А, это ты.
- Привет.
- Видите ли, Маша.
Мы как раз уточняем вариант проекта,
по которому ваша дорога может
пройти минуя ваш дом
прямо через заворот к лесу.
Потом по берегу моря...
- Я знаю. Мне Федор
Федорович рассказывал.
- Опять Федор Федорович! Он мне надоел!
- Что с тобой?
- Дорогой?
- Вот. Взгляните, Яша, на этого
современного человека,
лишенного предрассудков.
Взгляните и скажите, что мне с ним делать?
Выйти за него замуж, что ли?
- Выходите, Маша.
Сделайте меня счастливым.
А то мне уже жизни от него никакой нет.
- Серьезно? Да?
- Да.
- Маша, я давно тебе собираюсь сказать.
Вернее предложить.
То есть, спросить у тебя.
- Ой...
- Дорогой, ничего
не нужно спрашивать. Свадьбу будем играть
у нас на Кавказе.
Там питье возьмем, лошадей игривых.
На хомутах гортензий...
Жениху волосы завьем.
Совсем баран будешь.
Вина возьмем немного.
Ведро белого, ведро красного.
А ночью молодых
провожать пойдем.
Спать с музыкой.
Большой оркестр сделаем.
Зурна, барабан, флинт.
Оглянешься... Горы
зеленые. Море синее.
Природы много. Но только ее
не видно. Потому что ночь.
Вообще ничего не видно.
Одни собаки лают
и на душе хорошо. Поехали.
- Иди бери билеты.
- Веселитесь?
- Веселитесь...
- В показательных выступлениях
Семен Перчаткин не участвует.
Он свою короткую программу откатал.
Его песенка спета.
Занавес закрывается.
Свечи гаснут. Поезд ушел.
- Что это с ним?
- Это от жары.
- Молчи, кавказский пленник.
- А в чем собственно дело?
- Спокойно, папа.
Дуэта не будет.
- Я в этом конкурсе
не участвую.
- Сенечка, что вы такое говорите?
- Маша, падают листья
с промокших деревьев.
Падают листья.
В пожухлые травы. Я
оживаю. Тобою болея.
Обида, обида, обида...
Обида, обида, обида...
Падают листья с промокших деревьев,
Падают листья в пожухлые травы...
Я оживаю, я оживаю, тобой отболев,
Май для тебя оказался забавой.
Снова сердце для счастья открыто,
Осень - будто живая вода.
Но, осталась на сердце обида,
Навсегда, навсегда, навсегда,
Навсегда осталась на сердце обида.
Навсегда, навсегда, навсегда...
Обида, обида, обида...
Обида, обида, обида...
Спрятали листья следы каблучков,
Спрятали листья следы на аллее.
Так было все, так было все
Среди долгих веков...
Я ни о чем, ни о чем не жалею.
Снова сердце для счастья открыто,
Осень - будто живая вода.
Но, осталась на сердце обида,
Навсегда, навсегда, навсегда,
Навсегда осталась на сердце обида.
Навсегда, навсегда, навсегда...
Обида, обида, обида...
Обида, обида, обида...
Кружатся листья, как будто во сне,
А ведь когда-то они зеленели...
Осень приходит, на смену весне,
Лишь зеленеют по-прежнему ели...
Но, осталась на сердце обида,
Навсегда, навсегда, навсегда,
Навсегда осталась на сердце обида.
Навсегда, навсегда, навсегда...
Обида, обида, обида...
Обида, обида, обида...
- И, все-таки, Сенечка,
я ничего не понимаю.
- Бедная Маша.
Полюбил вас без
дураков. А вы... Прощайте.
- Если у вас родится девочка,
то не учите ее лгать!
- Папа, я тебе все
объясню со временем.
Поверь, все это только смешно.
- Смешно?
Тебе смешно?
- Отойди от меня.
- Пять минут назад все было так хорошо.
И вдруг все стало так плохо.
Костя, я тебе друг.
Ты понимаешь?
- Но я сам ничего не понимаю.
- Что?
- Что все это значит?
- Что значит?
Этот Перчаткин
сказал про тебя такое...
- Какое такое?
- Тогда... Тогда что же?
- Выходит что? Что это правда?
- Ну, а, если правда, разве
от этого что-нибудь меняется?
- Как?
- Ведь ты же говорила,
что у меня... Что для меня...
Что до меня... И что за меня...
- Нужно шире смотреть на вещи.
- И после этого!
После! А еще до этого!
Ты! Ты с каким-то!
Негодяем! Террористом!
- Почему ты считаешь, что он террорист?
- А потому что!
- Кто он?
- Ты хочешь знать его имя или профессию?
- Нет!
Я убить его хочу!
- Извините.
Нервничает немного. Пойдем, дорогой.
- Пойдем.
- Все хорошо.
- Пойдем.
- Жребий брошен.
Рубикон перейден.
Мосты сожжены.
- Дурная девчонка!
- Видеть тебя не хочу!
- Меня только
случайно удар не хватил.
- Ой...
- Да. Но что я матери скажу?
- А что она мне скажет?
Вы слыхали? Ужас прямо!
Что поделаешь? Кошмар!
Да, конечно, скоро мама!
Для родителей - удар!
Новость такая ужасная,
Бедная Маша, несчастная.
Новость такая,
Новость такая ужасная.
Бедная Маша, несчастная.
Вы слыхали? Вы
слыхали? Вы слыхали?
- Ой. Сережа. Какое место я нашла!
- Да?
- Завтра буду писать пейзаж.
- Как бы это ей
сказать поделикатнее?
- Олечка...
- Оленька...
- О чем я сейчас подумал.
- Ты обратила внимание
какие парадоксальные явления
наблюдаются в современном мире?
- В одних регионах происходит
демографический взрыв.
А в других уменьшается
рождаемость...
- Тебе простоквашу пора пить.
- Не до простокваши.
- Вот возьмем к примеру Швецию.
Богатая, развитая
страна. А детей мало.
Все больше с собаками гуляют.
- Гримасы капитализма.
- Нация гибнет. - Да.
- А мы не ценим.
- Чего не ценим?
- Детей.
- Я хоть и не швед,
но не возражал бы, если бы у нас
был ребенок.
- Глупеешь ты летом, Сережа.
- О, нет. Ты меня не правильно поняла.
Ты меня не правильно
поняла. Я хотел сказать,
что не возражал бы, если бы Маша
подарила бы нам
внука.
- Ага. Ну, до этого нам еще
далеко.
- Ну, не так уж далеко,
как ты думаешь. Приготовься
к большой радости.
- Так, Сережа.
Что случилось?
- А ничего собственно не случилось.
У Маши будет ребенок.
- У нашей Маши ребенок?
- Ага...
- Какой ребенок?
- Ну, как тебе сказать?
- Маленький ребенок.
- Что?
- Совсем маленький.
- От кого?
- Какой же ты отец, если не знаешь?
- Ты не разбираешься в самых
элементарных вещах. Все!
- Пошли.
- Подожди.
- Идем, идем.
- Подожди.
- Идем. Сейчас я сама все выясню.
- Мама?
- Маша...
- Мамочка...
- Посмотри, что ты натворила.
- Мама... Мамочка... Мамочка...
- Отойди от меня.
- Мама, нельзя так
волноваться из-за пустяков.
- Пустяки? Но другая бы девушка смогла б
добиться, обязала бы.
- У тебя беда. Беда!
- Да какая беда?
- Никакой беды не было и нет.
Вы можете мне поверить, что никакой беды
не было и нет.
- Не говори! - Ах, так?
- Да.
- Ну, дорогие мои,
хотела вам все объяснить,
но раз вы себя так плохо ведете,
вообще от меня ни
одного слова не услышите.
- И ты терпишь?
- Да, папа. Терпишь?
- Терпишь?
- Не потерплю.
- Да, не потерплю!
- Вон.
- Что, что? - Куда? Куда?
- Вон из моего дома.
- Из нашего!
- Вон из нашего дома!
- Наконец-то, молодец ты мой.
- Я пошла.
- Ухожу.
- Что? Куда?
- Прощайте!
- Сережа, лови ее!
- Машка, стой!
- Ты куда?
- К морю. Топиться.
Как все порядочные девушки.
- Да, утопиться
порядочной девушке здесь нет никакой
возможности.
- Знакомьтесь. Это Маша.
- А это Рая. Моя приятельница.
Та самая. Я тебе о ней говорила.
- Ну, что же, девушки?
Беда у вас одинакова.
Так что же стесняться?
- Правильно говорю?
- Не правильно.
- Какая же это беда?
Это счастье. Правда, Маша?
- Не знаю. Наверное.
- Но ведь я не замужем.
- Я тоже.
- Но, когда рядом с тобой существо,
дороже которого нет на свете,
разве можно быть не счастливой?
Ты не представляешь, какое чудо мой Паша.
Я его всего неделю
не видела, а уже так соскучилась.
Передать не могу. Ты скоро меня поймешь.
- Я тебя понимаю, Рая.
- И кто только выдумал это
"мать-одиночка"? Какая же она одиночка?
- Да ты что? Тише.
- Люди же вокруг.
- Правильно. Люди кругом.
- Люди помогут.
- Чокнутая.
- Еще вчера чуть не
рыдала. Как маме скажу?
Как папе скажу? Что будет?
- Будь что будет. В конце концов,
именно в детях высокое предназначение
женщины.
- Верно.
- Верно! Черт подери, верно!
- Сядь.
- Да ну вас, девчонки. Я
думала, мы купаться пришли,
а вы диспут на моральную тему устроили.
- Правильно я говорю?
- Мы не слушали.
- А ты его очень любила?
- Очень.
- А сейчас?
- И сейчас, к сожалению.
- Ничего. Это пройдет.
- А как он относится к сыну?
Он даже не знает,
что у меня родился сын.
Как?
- Мы расстались как-то нелепо.
Не простившись даже.
- Не понимаю...
- Я ему и сказать не успела, что у нас
будет ребенок.
- Ну, ты бы его нашла.
Написала бы, в конце концов.
- У нас в роду все женщины гордые.
Нет, о влюбленном человеке
Еще не все сказал поэт.
Не победить любовь вовеки,
Не разгадать ее секрет.
И на помощь зови, не зови,
От нее вам спасенья не будет.
Испытавшие силу любви, -
Это счастье познавшие люди.
Но любовь, но любовь,
Человека любого сильнее.
Но любовь, но любовь
Человека гораздо сильнее.
Подчинись ей и не прекословь.
Знай, что если приходит любовь,
Ничего не поделаешь с нею,
С любовью, с любовью,
С любовью, с любовью,
С любовью, с любовью...
- Нет проблем.
- Извините. Я в таком виде.
Прямо, знаете ли, с работы.
Увидел, что Мария Сергеевна
вышла из дома... И
решил зайти к вам.
Поговорить, так
сказать, с глазу на глаз.
- Но я вижу, вы чем-то расстроены.
- Нет, нет. Наоборот.
- Видите ли? В настоящее время
родителей принято игнорировать.
- Да, но только не в нашей семье.
- Машенька относится к нам с большим
уважением и ничего
от нас не скрывает. Я правильно говорю?
- Да, совершенно справедливо.
- Это наша семейная традиция.
- Я тоже придерживаюсь
в таких вопросах, так сказать,
традиционных взглядов. Поэтому
я решил обратиться прямо
к родителям. Поскольку
речь пойдет о вашей дочери.
Дело в том,
что мы с Машей знакомы...
Я бы даже сказал, близко знакомы.
- Так.
- Так, так, так.
- Я люблю Машу.
- Но наши отношения складываются
как-то необычно.
- Ну, что же тут необычного?
- Кто из нас в молодости не ошибался?
Но вы не беспокойтесь.
Мы уже не сердимся.
- Правда, Оленька?
- Да, да.
- Совершенно справедливо.
- А на что сердиться?
Я готов жениться хоть завтра.
- Вы? Жениться на Маше?
- Но я как-то совсем по-другому
представляла это, Федор Федорович.
- А почему, Федор Федорович?
Он теперь для нас просто Федя.
- Федюша!
- Да,
но у Марии Сергеевны...
- У Маши.
- У Маши несколько
иное отношение к браку.
Она почему-то капризничает.
- В ее положении это
понятно.
- Ой, какой ты молодец. Не глуп.
- Пришел и честно во всем сознался.
Ведь важно теперь
здоровье Маши и его.
- Его? Простите. Кого его?
- Ну его или ее
здоровья, если родится девочка.
- Какая девочка?
- Ну, девочка или мальчик.
Какая разница?
- Главное,
что у Маши будет ребенок.
- Чей ребенок?
- Чей ребенок?!
- Эх, Федя, Федя...
Да неужели ты не знаешь до сих пор?
Неужели тебе Маша ничего не сказала?
- Чей ребенок?
- Да твой ребенок.
- Твой ребенок.
- Мой ребенок? - Твой.
- И Машкин.
- Ну, вы знаете ли, товарищи?
Ну... Но уж это, извините.
- Полный назад.
- Нет проблем.
- Я уже одной ногой в сумасшедшем доме.
- Слушай, ведь Маша
встречалась с этим...
Каким-то там типом,
когда я с ней даже не был знаком.
- Так.
- Хорошо.
- Пока хорошо мало.
- Подожди. Ты проанализируй.
Потом она меня полюбила. Ты же знаешь.
- Ревновать да еще и к прошедшему -
это пошло. - Феодально.
- Да. Феодально,
если хочешь.
- Яков, ты пойми.
Да эта ее любовь...
Да и не любовь, а увлечение.
И даже не увлечение,
а мимолетный туман, это
уже кончилось. Правда?
- Это прошлое. Согласен?
- Нет. Я не согласен.
Маша не такая девушка, чтобы из-за
минутного увлечения...
Нет. Там было большое
настоящее чувство. Я думаю,
что она его...
- Кого его?
- Я его найду этого его. Я его узнаю.
Я ему...
Вколочу.
- Молодец. Расскажи, как будешь мстить.
- Я не знаю, что сделаю.
- Правильно.
Не знаешь. Я знаю. Я тебе скажу.
Бери кинжал. Иди к ней.
Вырви признание силой. Узнай роковое имя.
Найди врага. Окликни его один раз.
И, когда обернется, застрели его
шесть раз.
- В глубокой древности на почве ревности
дома крушили и людей душили.
И в современности у нас
однако, на почве
ревности бывало всяко.
Ах, люди слишком ветрены, -
Они страстей невольники.
Не только в геометрии
Случались треугольники...
А если треугольники
Случаются в любви,
Ты помощь очень скорую
Заранее зови.
В глубокой древности
На почве ревности
Дома крушили,
Людей душили.
И в современности
У нас, однако,
На почве ревности
Бывало всяко.
И в современности
У нас, однако,
На почве ревности
Бывало всяко.
Двадцатый век не вяжется
С такими пережитками.
Что кажется - окажется
Из глупых сплетен вытканным.
Что кажется - окажется
Нелепым и смешным,
Игрой воображения
И вымыслом сплошным.
В глубокой древности
На почве ревности
Дома крушили,
Людей душили.
И в современности
У нас, однако,
На почве ревности
Бывало всяко.
И в современности
У нас, однако,
На почве ревности
Бывало всяко. Бывало всяко.
- К черту твои нравоучения.
Нашел время для песенок.
- Слушай, дорогой. Ты не замечаешь,
что я говорю тихо, как
ручеек, а ты шумишь
как горный водопад?
- Да пойми ты.
Двое интеллигентных людей...
- Кто интеллигентный?
- Ты интеллигент? Да ты ведешь себя как
неандерталец. Слава богу, когда у Маши
родиться мальчик он будет
умный, красивый. То есть,
абсолютно никакого сходства
с тобой.
- А!!!
- Почему здесь доски валяются?
Убрать, что ли, некому?
- Почему здесь нашу дорогу
дважды пересекает ручей?
- Ручей извивается.
Делает петлю.
- Чего нам лезть в эту петлю?
- Почему нам не поступить
так как предлагает Дорпроект?
- Верно.
- Повернуть
вот сюда.
- Да, так лучше.
- Только ДРСУ-13 против.
- Но ведь не надо строить мосты
и к станции ближе.
- Правда, при этом городской участок
дороги пройдет вот тут.
А это значит...
- Здрасьте.
- Привет.
- Здрасьте.
- Что значит?
- Это значит,
придется сносить дом Карауловых.
- Нет. Скверно.
- Мне тоже жаль этот домик.
Но ведь один из вас, судя по всему,
должен быть огорчен еще больше?
Ведь он кажется намерен
в ближайшее время поселиться там?
- Где поселиться?
- Зачем поселиться? Куда поселиться?
- К тестю поселиться.
- У нас нет тестей. Мы холостые.
- Погодите, погодите. У меня идея.
- А, если вести дорогу
не так, как предлагает ДСУ-13,
а вот с этой стороны? На прямую города.
Я уверен, что Дорпроект будет за.
- Вы полагаете?
- Конечно.
- Но ведь это значит,
тут... Нет, не годится.
- Облтранс будет против.
- Очень даже годиться, Федор
Федорович. Если вы не возражаете,
мы проверим этот вариант
на местности. Пойдем.
- Пойдем.
- Это не они, Федор Федорович.
- Кто не они?
- Отцы не они.
- Чьи отцы?
- Ребенка Маши Карауловой.
- Я все слышала. Вы, что подумали,
скажу им, что дом Карауловых надо снести
и порядок. Увижу кто
первым в защиту кинется?
Правильно я говорю?
- Правильно.
- Но, если не один из них, то кто же?
- Я была уверена, что
вы, Федор Федорович.
- Я?
- Ошиблась.
- Вот теперь я вижу, что ошиблась.
- Но, если это не вы, Федор Федорович,
значит Сеня Перчаткин...
- Перчаткин?
- Ух. Он.
- Да. Но почему
вы так думаете?
- А я не думаю, я точно знаю.
- Здравствуйте, молодой человек.
- Привет, папаша.
- Как вы сказали?
- Папаша?
- Да. А что?
- Простите. Но по моим
сведениям... При чем,
более достоверным, папаша не я, а вы.
- Папаша?
- Ну, ну. Только без дураков.
- Вернее, будущий папаша.
- Чей?
- Будущий папаша будущего ребенка
Маши Карауловой.
- Я пришел выяснить насколько
серьезные ваши намерения.
И собираетесь ли вы официально
оформить ваши отношения с Марией
- Сергеевной?
- Валера!
Валера, ты только погляди
на этого долгожителя!
Крутился, крутился
вокруг Маши Карауловой,
мозги ей пудрил, ручки целовал,
а как до ребенка дело дошло, ищет на кого
бы дело повесить.
- Слушай, отец.
Я не отец. - Отец.
- Ты бы гулял отсюда.
А то вот штука серьезная.
Задену нечаянно и звук
и изображение пропадет.
- А я повторяю, я не отец.
- Отец.
- Вот кто отец.
- Во дает старикашка!
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
Если в милом разговоре
Вдруг возникло напряжение
Если твой соперник в споре
Допускает выражения.
Если шея багровеет,
Начинает вас трясти
Начинает вас трясти,
Постарайтесь поскорее,
Постарайтесь поскорее
Сосчитать до десяти.
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
В это самое мгновенье
Вдруг закончится волнение,
Станет ровным настроение
И придет успокоение,
Успокоение, успокоение...
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
Если шея багровеет,
Начинает вас трясти,
Набирайтесь-ка терпенья
Устный счет произвести,
Произвести, произвести...
Раз, два, три,
Четыре, пять, шесть,
Семь, восемь, девять, десять.
- Сорок семь, сорок
восемь, сорок десять...
- Сейчас главное для
нас, Оленька, оптимизм.
Мы должны поговорить с Машей спокойно.
- Я вообще не желаю с ней разговаривать.
- Ты не права. Мы должны помочь дочери.
- Она у нас такая впечатлительная.
- Ну, конечно. Вся в тебя.
- Да. Молодость
молодости.
- Дыхание сбилось.
- Подтянись. - Да.
- Я все беру на себя.
С этой минуты мы ни в коем
случае не показываем Машке
нашего настроения.
- Что же мы плясать и петь должны?
- Ну, не перегибай.
Все идет прекрасно и изумительно.
Ничего не произошло.
- Так. Последний круг.
За мной.
- Пошли.
- И, так, Оленька.
- Идем ко дну,
но все исключительно замечательно.
- Да.
- Оптимизм и спокойствие.
- Спокойствие и...
- Оптимизм.
- Машенька... Можно к тебе?
- На минуточку.
- Да, конечно.
- Ну, вот, Машенька.
- Мы сейчас не родители.
- Да.
Как твои лучшие подруги.
- С тобой случилась большая...
- Радость.
- Да. И мы хотим
тебе в этой...
- Радости.
- Помочь. - Да...
- Большое спасибо.
- Ну, видишь?
- Ничего особенного.
- Да. Все исключительно замечательно.
- Только, доченька,
нам хотелось бы знать
кто все-таки виновник
этой нашей радости?
- Да. - Никто.
- Во всем виновата я одна.
- Ага...
- Одна?
- Угу.
- Но так все-таки не бывает. - Да.
- Но согласись и поставь
нас в известность.
- Кто он? Где он?
- Да...
- Этот твой...
- Любовник?
- Да, да. Любовник.
- Где он? - Он уехал.
- Уехал. А куда уехал?
- Куда-куда?
- Ну, предположим, в Арктику.
Батюшки, на Северный полюс!
- Ну, а ты все-таки ему пишешь?
- Нет.
- Он переехал в Антарктиду.
- На край света. Этого еще
не доставало! На край света!
- Сережа, ничего не случилось.
Южный полюс. Там тепло.
- А когда он вернется, Маша?
- А он вообще не вернется.
- Он тебя бросил?
- Нет.
Это я его бросила.
- Нет, все хорошо. Все
исключительно замечательно.
- Она его бросила!
- Я бы бросил этого прохвоста! Негодяй!
- Спокойствие и оптимизм.
Оптимизм и спокойствие.
- Ну, вот. Теперь, когда мы, Маша,
все выяснили, ты можешь быть
абсолютно спокойна.
- Работай, играй в этом нашем вашем
Современнике...
- Да.
- А мы уж с бабушкой его
выкормим...
- Вынянчим, воспитаем...
- Мама, это правда?
- А ты сомневалась?
- Эх, ты, Маша, Маша...
- Дурочка ты наша.
Голубые глазки,
Розовые ушки
Едешь ты в коляске,
В ручках погремушки.
Значит вот такая штука:
Подарила дочка внука.
Спи, мой внучек, засыпай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Баю, баю, баю, бай.
Поскорее засыпай.
Спи, мой внучек, засыпай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Засыпай!
Будешь астронавтом
Или же артистом,
Ну, а лучше б стал ты
Виолончелистом.
Значит вот какая штука:
Подарила дочка внука.
Спи, мой внучек, засыпай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Баю, баю, баю, бай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Спи мой внучек, засыпай.
Мы, любимый внучек,
За тебя в ответе.
Должен быть ты лучше
Всех детей на свете!
Значит вот какая штука:
Подарила дочка внука.
Спи, мой внучек, засыпай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Баю, баю, баю, бай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Спи мой внучек, засыпай.
Значит вот какая штука:
Подарила дочка внука.
Спи, мой внучек, засыпай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Баю, баю, баю, бай.
Спи мой внучек, спи мой внучек,
Спи мой внучек, засыпай.
- Мальчишки - народ не покладистый.
- Без ремня не обойтись.
- Да, придется
разок-другой отшлепать.
Когда потребуется.
- Моего сына ремнем?
- Ну, не каждый день.
- Не позволю.
- И, вообще, я против
домашнего воспитания.
- А где же ты собираешься
его воспитывать?
На улице? Да?
- Почему на улице? Есть детские сады,
ясли. А здоровый детский
коллектив - лучший воспитатель.
- Да нет.
- А вот дедушки и бабушки
балуют своих внуков. И в конечном
итоге выращивают из
них моральных уродов.
- Не понял.
- Дожили, Сережа.
- Так что, имейте это в виду.
- Что я такое говорю?
Бедные мои родители.
- Каких уродов?
- Моральных.
- Уродов...
- Я строил этот дом
для своих внуков!
Я собрал эти книги
для них! Я создал целую
нотную библиотеку!
Здесь всё для них! А оказывается,
это всё ничего! Мы годимся только на то,
чтобы растить моральных уродов!
А раз это никому не нужно,
мне тоже не нужен этот дом!
- Что ты делаешь? Не позволю!
- Пусти!
- Вон!
- Сережа!
- Ты же интеллигентный человек!
- Брось отсюда!
- Что ты делаешь?
- На помойку!
- Зачем?
- Макулатура!
- На помойку!
- Это никому не нужно!
- Жребий брошен...
Рубикон перейден...
Мосты сожжены.
- Интересно...
- Не хорошо заглядывать в чужие тетради.
- Интеллигентный человек
никогда не позволит себе читать
не принадлежащие ему записи.
- Да.
- Дорогие мои,
меня несомненно очень интересует
ваше мнение по целому ряду вопросов.
Но в данном случае, как говорит
наша современная молодежь,
я советовал бы вам не возникать.
- Да... Не понимаю, дорогой.
Что с Федор Федоровичем?
Такой опытный инженер
и не заметить такой простой вещи.
- Конечно, вести трассу севернее
в овраг - это же просто глупо.
- Глупо, глупо...
- Что и говорить? Яша,
ты прав. Я повел себя
как дурак. Ревновать неизвестно к кому.
Что это дает?
- Во-первых, это дает экономию.
Во-вторых, путь становится более прямым.
- Да, прямым.
- Нужно быть прямым и честным.
- Прежде всего перед самим собой.
- Иначе не положишь свою дорогу.
- От города - да.
- Я ее люблю. Зачем же разрушать
дом Карауловых? Я приду к ней
и скажу, - Федор
Федорович, я тебя люблю.
- Будь моей женой.
- Да ты что?
Опять одной ногой в сумасшедшем доме?
- Нет, Яша.
Наоборот.
Ко мне только теперь вернулся разум.
Я на все смотрю
совершенно другими глазами.
Подумать только. Я готов был разыскивать
того бывшего знакомого Маши.
Был готов мстить. Теперь это прошло.
С тобой говорит совершенно новый человек.
Я окончательно лишил
себя мелкого собственника,
обывателя, Отелло...
- Всех сразу? Молодец.
- Слушай, Яков.
Я люблю машу по прежнему и
я должен... Нет. Просто обязан
жениться на ней. Я приду к ней и скажу:
Маша,
все, что было в прошлом, я зачеркиваю.
- Все.
- Замечательно скажешь.
- Яков, может, лучше сказать:
Маша, я готов забыть о твоем прошлом. А?
- Можно и так.
- Нет. По-моему, все-таки лучше:
Маша, все, что было в прошлом,
я зачеркиваю. Вот так.
- Потому что так более
решительно, мужественно.
- Согласен?
- Согласен.
- Вот только, если...
- Нет, дорогой.
- Решил что-то сказать - иди говори.
- И пойду.
- Да.
- Сейчас же пойду. Пойду и скажу.
Немедленно.
- Теперь никто и ничто не остановит меня.
- Клянусь!
- Прям испанские страсти.
- Да, да. Увидишь. Пока. Я пошел.
- Я пошел. Скажу самое главное.
Что было в прошлом, я зачеркиваю.
Или... Нет...
Бросьте колебания,
Прочь сомненья бросьте,
Будьте как тореро,
Кабальеро, Костя.
Бросьте колебания,
Прочь сомненья бросьте,
Будьте как тореро,
Кабальеро, Костя.
Нету в мире краше
Двух коротких фраз:
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
Тайну Вам открыли.
Действуйте умело.
В руки бандерильи -
И в атаку смело!
Нету в мире краше
Двух волшебных фраз:
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
На Вас, на Вас,
Только на Вас!
Не теряйте веру!
Страстно рвитесь в битву!
Это кабальеро пойте как молитву!
Нету в мире краше
Двух коротких фраз:
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
"Вы прекрасны, Маша,
Я женюсь на Вас!"
- Сережа, посмотри. По-моему,
вот тут вот сходится?
- Ну, что ты делаешь?
- Это же безе, а ты к нему птички
прикладываешь.
- Ну, разве не понятно кто тут где?
- Не надо было
на такие мелкие клочки рвать.
- А ты молчи.
Я с тобой вообще не разговариваю.
- Ты почему не на работе?
- А вы?
- Сережа... - Да? - Голову выше.
- Правее.
А взгляд левее.
- Да. Но так не удобно чистить.
- Помолчи.
- Извините.
- Ольга Павловна.
- Сережа.
- Поставьте это в вазу.
- Маша...
- Я... Я давно
собираюсь тебе сказать.
Вернее предложить.
То есть, спросить.
- Мария Сергеевна,
я решительно зачеркиваю все,
что было в прошлом.
И прошу вас быть моей женой.
- Вот тебе Антарктида...
- Ответьте хоть что-нибудь.
- Федор Федорович, я ничего не понимаю
в жизни, в людях.
Те, кому веришь, на кого надеешься,
не выдерживают элементарной проверки.
- Зато другие... Другие проявляют широту
благородства,
оказываются способными все понять.
Все простить. Федор Федорович,
на вас можно положиться.
- Ты что?
Был у Маши или так и
не решился, не пошел?
- Решился.
- Пошел. - Ну и что?
- Опередили.
- Прибылев...
- Эх! Слушай, я тебя когда-нибудь
один раз окликну и шесть раз застрелю.
Клянусь!
- Как вы себя чувствуете? Все нормально?
- Да. Хорошо, хорошо, милочка.
- Только знаете?
Мне кажется, сегодня
ультрафиолета маловато.
- Не беспокойтесь.
Ультрафиолета вполне достаточно.
- Да?
- А он знает, что у тебя будет ребенок?
- Кто?
- Ну, Федор Федорович.
- По-моему об этом весь город знает.
- И все-таки сделал тебе предложение?
- Сделал.
- Ой... - Большой души человек.
- Маша,
но это Костин? Да?
- Зина.
- Все, все. Понимаю, не тактично. Молчу.
- Но лучшей подруге можно было
бы сказать. Чего стесняться то?
- Правильно?
- Меня об этом даже Федор Федорович
не спрашивает.
- Ох, и везучая ты, Машка.
- На работе тебя уважают,
в театре главные роли, фигура что надо.
Ребенок будет. Теперь еще замуж выйдешь.
- А тут мечешься как заводная -
и ничего. Ни ребенка, ни фигуры.
- На пол кило поправилась.
- Ты чего, Рая?
- Ничего.
- Не обращай внимания.
- Ты брось. Не расстраивайся.
Дождемся и мы своего часа.
Главное - не теряться.
Правильно я говорю?
- Давай я тебя с одним парнем познакомлю?
- Вот такой парень.
У нас В ДРСУ работает. Яков зовут.
Давай познакомлю.
- Спасибо, Зиночка. Но ни к чему все это.
- Ну, как это ни к чему? Ты
его еще ни разу не видела.
Обалденный парень. Познакомлю.
Он в тебя влюбится с первого взгляда.
- Давай, а?
- Не надо, Зина.
- У меня все это было.
С одного короткого взгляда
на всю длинную жизнь.
- Знаешь, Яков? Я все обдумал.
И обязан честно признать моральное
расходство с Федор Федоровичем.
Он оказался благороднее всех.
А я...
- А ты, по-моему, уже двумя
ногами в сумасшедшем доме.
- Ты зачем шел к Маше?
- Как? Я давно собирался ей сказать...
- Долго собираешься.
- Я хотел предложить...
- Плохо хотел.
- То есть, мне нужно
спросить чего-нибудь.
- Не нужно спрашивать.
- Но я же шел.
- Слишком медленно ходишь, дорогой.
- Вот они. Пойдем, пойдем.
- Привет, ребятки.
- Это Костя. Это моя подруга Рая.
А вот это Яков.
Тот самый о котором я тебе говорила.
- Знакомьтесь.
- А нас не надо знакомить.
- Интересное кино.
- Я же говорила. С первого взгляда.
- Ну, вот и все.
- Значит, эта Рая и есть
та самая девушка из стройотряда?
- Самая прекрасная женщина в мире...
- Не понимаю. Почему же ты не удержал?
- А зачем?
- Как?
- Разве ты сам не видел, не нужен я ей.
- Выходит, не случайно она
два года скрывалась от меня.
- Поздно, дорогой.
Как видно, я все упустил.
- Что значит поздно?
Что значит упустил?
Столько ждать, разыскивать
в решающий момент...
Немедленно беги за ней.
- Я не побегу.
- Ты мужчина, в конце концов?
- Я гордый мужчина.
- О... Гордый! Я сам
гордый, но для друга!
- А нас не надо знакомить...
- А нас не надо знакомить.
- А нас не надо знакомить...
- Здравствуйте, Машенька.
- Здравствуйте, Федор Федорович.
- Вчера, когда мы с моим
другом шли в поликлинику,
а мы регулярно
посещаем городскую поликлинику...
Кстати, познакомьтесь. Это мой друг.
- Здрасьте.
- Так вот вчера, Федор Федорович,
вы покупали здесь цветы.
И обронили синенькую тетрадку.
Мы с другом подняли ее и хотели сразу же
вам вернуть.
Но вы уже умчались на
своей элегантной машине.
- Я ничего не терял. Вы
меня с кем-то путаете.
- Что вы, Федор Федорович?
Разве вас можно с кем-нибудь перепутать?
- Я повторяю, что я ничего не терял
и никакую зеленую тетрадку...
- Синенькую.
Маленькую, синенькую.
- Еще раз говорю.
Ни синенькую, ни зелененькую,
ни красненькие
тетрадочки ко мне лично не имеют
ни малейшего отношения.
- Как это
не имеют ни малейшего отношения?
- Это явно какой-то важный технический
документ...
- Вы не думайте.
- ...касающийся
строительства автомагистрали.
- Мы не читали.
- Мы только взглянули одним глазком.
- Тут же ясно написано - мосты сожжены.
- Так это же мой дневник, мои записи.
- Пожалуйста.
- А они попали к вам?
- Вы прочли их...
- Какая же это низость...
- Так вот почему вы...
- Какой же вы негодяй и лицемер.
Я больше не хочу знать вас.
- Вы...
- Вы совершили подлый поступок.
- Знаете что, молодой человек?
Как выражаются сейчас
некоторые интеллигентные люди,
я бы посоветовал вам не возникать.
- Решено.
Дорогу будем вести по трассе Дорпроекта.
А дом Карауловых пойдет на снос.
- Федор Федорович, по плану
ДСУ-13, который раньше вам
так нравился, шоссе шло стороной.
Шло тихо, мирно, деликатно.
Никого не трогало. Но как только Маша
извините, вас прогнала,
шоссе почему-то покривилось.
По-моему, так порядочные
дороги не поступают.
- Глупости.
- Мы с вами обсуждали вариант
Дорпроекта еще до
того, как меня... Ну...
В общем, до того, как все это произошло.
- Яков Багратионович, неужели вы думаете,
что я мщу?
- Но даже допустим, что мщу.
Но вы то сами как считаете?
Какой вариант лучше?
Первый или второй?
- Второй. Видите?
Хороший вариант,
но третий еще лучше.
- Вести дорогу не южнее, а севернее.
До станции получается ближе
и снести придется тоже всего один дом.
Правда, это ваш дом, Федор Федорович.
- Чепуха.
- Этот план технически
неосуществим. Облтранс
даже не станет его рассматривать.
Так что, потрудитесь подготовить
вариант Дорпроекта.
Будем рекомендовать
его как окончательный.
- Сделаем, Федор
Федорович. Сделаем, дорогой.
- Сделаем как надо.
- Где ты пропадаешь?
Я тебя нигде разыскать не
могу со вчерашнего вечера.
- А что меня искать? Я
в 9:00 всегда на работе.
- Где Рая? Где ты ее скрываешь?
- Зачем она тебе?
- Не имеет значения. Где Рая, спрашиваю?
- На Капселе.
- На каком еще Капселе?
- Ну, катер такой.
Капсель. Отчаливает в 9:05.
- Рая что, уезжает?
- Уплывает.
- Чекнутый. Правильно я говорю?
- Рая!
- Товарищ капитан, остановите катер!
- Гражданин в синих брюках!
Немедленно вернитесь к берегу!
- Поднимайтесь на борт.
- Давай руку.
- Давай.
- Сейчас...
- Дайте микрофон. Ну, отдайте.
Дайте микрофон.
- Рая, послушайте!
Яков не виноват!
Он задержался, потому что
его дедушка получил серьезную травму!
Он вас любит! Он вас два года ищет!
Вернитесь, Рая!!!
- Маша...
- Маша,
на прошлой неделе я вам
говорил про свою любовь.
Но разве это были настоящие слова?
Это был жалкий
лепет. Зато теперь,
когда я узнал про этого
таинственного младенца,
я понял что такое любовь.
Вы сделали из меня
нового человека.
А сами... Сами стали еще прекрасней.
Возвратившись с концерта,
Я стою у мольберта,
Я стою у мольберта
И портрет создаю.
О, Мадонна с младенцем,
Завладевшая сердцем,
Это танго, Мария,
Лишь тебе я пою!
У моей Мадонны -
Глаза бездонны,
У моей Мадонны -
Гибкий стан.
О, моя Мадонна,
Просто примадонна,
Ей давно пора уж
На большой экран!
У его Мадонны -
Глаза бездонны,
У его Мадонны -
Гибкий стан.
Ах, его Мадонна,
Просто примадонна,
Ей давно пора уж
На большой экран!
Нету лучше модели
Даже у Ботичелли,
Даже у Рафаэля
Все же мадонна не та.
О, Мадонна с младенцем,
Завладевшая сердцем,
Ах, не снилась, Мария,
Им твоя красота!
У моей Мадонны -
Глаза бездонны,
У моей Мадонны -
Гибкий стан.
О, моя Мадонна,
Просто примадонна,
Ей давно пора уж
На большой экран!
У моей Мадонны -
Глаза бездонны,
У моей Мадонны -
Гибкий стан.
О, моя Мадонна,
Просто примадонна,
Ей давно пора уж
На большой экран!
У его Мадонны -
Глаза бездонны,
У его Мадонны -
Гибкий стан.
Ах, его Мадонна,
Просто примадонна,
Ей давно пора уж
На большой экран!
- Сенечка, милый.
Вы меня просто тронули. Спасибо вам.
Но, как другу, я вам
должна сказать кое-что.
Пойдемте.
- Ну, дорогие родители,
трудновато вы мне достались. Зато теперь
можете жить спокойно.
Со мной не пропадете. Без дураков.
- Да... С нашей доченькой
не соскучишься...
- Товарищи... Как же так?
Оказывается, нет никакого моего подвига?
Ведь я, глядя на тебя по
ночам, умилялся. Всхлипывал.
Сам себе "Вы"
говорил. И вдруг...
- Отдайте мне моего чужого ребенка!
- Вылитый... Просто вылитый.
- Кто ты?
- Дедушка...
- Жаль только усов нет.
Подумать только.
Кто я был вчера? Бездетный холостяк.
А сегодня у меня и жена, и сын.
- Не много ли сразу?
- Наоборот мало.
Мне одних мальчиков не менее трех нужно.
Я о девочках не говорю. Их может быть
сколько угодно.
А один сын у нас с
тобой. Этот. Космонавт.
второй - академик, а
третий - композитор.
- А композитор зачем?
- Ты чему удивляешься? Семья большая.
Ну, хоть один композитор
может родиться?
Ты любишь необычное,
Чтоб все наоборот?
Чтоб белый-белый парусник
Отправился в полет...
Чтоб в небе белый парусник
Как облако парил,
Чтоб ты бы мне как сказочник,
Как старый добрый сказочник
Про небыль говорил.
Понятен мой вопрос,
Понятен мой вопрос?
Я отвечать велю!
Конечно же,
Конечно же,
Ведь я тебя люблю!
- Олечка, ты готова?
- Да, да. Я сейчас.
- Мама, ты вяжешь?
- Пытаюсь по мере сил.
- Что это?
- Чепчик.
- Так это для моего?
- Мама... Мамочка...
Прости меня.
- Ну, доченька...
- Прости меня.
- И ты, папа, извини.
Я не знала какие вы.
- Только я сейчас я
поняла, что я натворила.
Я должна. Я обязана вам сказать,
что у меня возможно
вообще не будет ребенка.
- Что?
- Как не будет?
- Почему не будет?
- Ну, папа...
- Я прошу... Я требую...
Наконец, я приказываю,
чтобы был ребенок и немедленно!
- Оля!
- Ты слышала, что отец сказал?
- Стоп.
- За мной.
- Скорее.
- Понял.
- Сережа, опять он.
- Уважаемый Сергей Петрович,
Ольга Павловна,
мне бы хотелось знать какой
будет окончательный ответ
на мое предложение,
сделанное Марии Сергеевне.
- Ну, мы тут...
- Мы тут посоветовались.
И решили за вас не выходить.
- Да.
- Так... Хорошо. Отлично.
- Благодарю.
- Приступай.
- Нет проблем.
- Что это такое?
- Что это значит?
- Это значит, уважаемый Сергей Петрович,
что по уточненному проекту
строительства автомагистрали
ваш дом попадает
в полосу отчуждения.
И как это не прискорбно,
принадлежит сносу.
Сейчас будем производить
привязку к местности.
- Какая привязка местности?
- Как это сносить?
- Как? 30 лет прожили и вдруг сносить?
- Да вы не волнуйтесь.
Стоимость строения исполком возместит
по существующим расценкам.
А вы получите отдельную квартиру.
- В новом микрорайоне
строится отличная высотка.
- Мы не хотим высотный дом.
- Мы не хотим высотные дома!
- Ну, впрочем, если вам
не нравиться мое решение,
вы можете жаловаться.
- Сережа, надо что-то делать.
- Пошли.
- Забивай!
- А вы что же думаете?
Что я в этом домишке, что ли, нуждаюсь?
Да я с Чайковского могу зайти!
Я к Моцарту вхож. Во
дворце у самого Бетховена
бываю. Да много ли мне места?
Точка. Одна только точка,
чтобы мне шлепанцы поставить!
- Знаете, что я плевал?
Плевал на вас! И на этот домик плевал!
Я его сейчас сам под корень снесу!
- Что ты делаешь?
- Камня на камне не оставлю!
Все до основания смету!
Не мешай мне, пожалуйста!
- Капитальный ремонт
решили произвести?
- Не хорошо, молодой человек.
У людей несчастье.
А вы шутки тут всякие...
- Это что же за несчастье у вас такое?
- Что за несчастье?
- А вы разве не знаете,
что наш дом сносят?
- Вот уже рушит начали.
- Это вот он
сказал, что здесь новую дорогу
буду прокладывать.
- Оля, оптимизм и спокойствие.
- Я знаю.
- Ай-ай-ай....
- Интеллигентные люди,
а сегодняшние газеты
не читали.
- А что такое там в газете?
- Как? Федор Федорович, и вы не читали?
- Минуточку...
- Вот тут на третьей страничке.
- Каждый день
читательской почтой приносят нам
яркие примеры того,
как выросла у наших людей
социалистическая сознательность.
Инженер Ф.Ф. Прибылев...
- Дайте сюда газету.
- Инженер Ф.Ф.Прибылев,
работая над проектом
новой автомагистрали убедился,
что целесообразным направлением
дороги его собственный дом попадает
в полосу отчуждения.
Не колеблясь ни минуты,
товарищ Прибылев отбросил
личные интересы и принял решение о сносе
- своего дома...
- Угу.
- Это поступок поистине достойного
гражданина нашей эпохи.
Коллектив, где работает
Прибылев, может по праву гордиться.
Кто это написал?
- Я.
- Вы понесете ответственность.
- Я сегодня же пошлю опровержение.
- Пожалуйста. Пожалуйста,
Федор Федорович.
Посылайте опровержение.
Я не инженер Прибылев,
я не достойный гражданин
нашей эпохи. Моя
сознательность не растет.
И коллектив мной гордится не может.
- Пишите.
- Чепуха какая дурацкая.
- Федор Федорович, вам телеграмма.
- С Облтранса.
- Читайте.
- Узнали о вашем
благородном поступке. Точка.
Восхищенные. Точка.
Шлем горячий привет. Восклицание.
Коллектив гордится
тем, что воспитал такого
замечательного человека.
Друга и товарища.
- Выходит, я ему карьеру сделал?
- Убери ты отсюда эти дурацкие колышки.
- Нет проблем.
- Яков Багратионович.
- Да?
- Будьте любезны.
- Срочно подготовьте третий вариант.
Ну, тот самый, который мы с вами
договаривались.
- Готов, Федор Федорович.
- Как готов?
- А где же он?
- Одну минуточку.
- Благодарю.
- Вот здесь, пожалуйста, подпишите.
- Благодарю вас.
- Изъявляю,
дорогой Яков Багратионович.
- Как же вы могли доверить
такую важную техническую документацию
совершенно постороннему лицу?
- Это не постороннее
лицо. Это моя жена.
- Кто бы подумал, что такой прекрасный
молодой человек родился где-то
на вершине Эльбруса?
- Мы, конечно, благодарим.
Но для нас людей искусства
собственность не имеет
принципиального значения.
- Да.
- Ну, что же? Вроде бы все.
- Хотя, нет.
Еще одно дело не сделано.
- Я пришел к вам как
парламентер с миром!
- А мы разве с вами воюем?
- Нет. Не со мной.
- Но с дружественным мне
Костей. Я понял, что война
между вами приняла
слишком затяжной характер.
Обе стороны несут большие потери.
Остановка просто невыносимая.
- И что же вы хотите, парламентер?
- Я хочу, чтобы вы с
Костей стали союзниками.
- Каким образом?
- Ну, чтобы вы вступили в брачный союз.
- А Костя за меня пойдет?
- Конечно, Машенька. Побежит.
- Я его подтолкну.
- Подтолкните, пожалуйста.
- Хорошо. Ты слышал?
Маша тебе делает
предложение. Ну, что ты стоишь?
У тебя, что ноги отнялись?
Придется действительно подтолкнуть.
- А свадьбу
мы будем играть у нас на Кавказе.
Солнце, кавказское солнце,
Ярче нет солнца нигде!
Где всего лучше поется?
Здесь, на кавказском хребте!
Самые быстрые реки:
Реки Ирон и Кура.
Здесь если любят,
То любят навеки, -
Истина эта стара!
Генацвале, твердо верю я,
Вам понравится Иверия.
Генацвале, твердо верю я,
Вам понравится Иверия.
Мцхета, Тбилиси, Цхалтубо
Ухо ласкают слова:
Гиви, Зураб, Гоги, Буба…
Ой, кругом идет голова.
Доброй и нежной опеке
Гостя подвергнут с утра.
Здесь если любят,
То любят навеки, -
Истина эта стара!
Геноцвале, твердо верю я,
Вам понравится Иверия.
Геноцвале, твердо верю я,
Вам понравится Иверия. Иверия!
- Это что такое?
Что тут происходит?
- Всё уже произошло.
- Да. Но все-таки...
- Ты опять?
- Да нет, Маша.
- Просто хотел сказать,
что ты была права.
И жаль, что мы не сыграли
эту комедию про чужого ребенка.
- А ты думаешь, что мы ее не сыграли?
- Как вы считаете?
- Как сыграли? А финал?
- Да, да, да. Какая же песня без финала?
Правильно я говорю?
- Правильно.
Совершенно верно. Финал просто необходим.
- Хотя, как вы могли заметить,
я в этой истории не совсем
положительный персонаж,
но надеюсь, что в финале
и для меня найдется место.
- Ну, что же?
Финал так финал.
- Прошло несколько лет.
- Ты знаешь, у нашей
внучки отличный слух.
Надо Тамарочке купить
маленькую виолончель.
- Согласен, согласен!
- А Олежка в свои пять лет уже
прекрасно стоит на голове.
 

////////////////////////////