Пропавшая грамота (1972 год). Цитаты и фразы из фильма

«Пропа́вшая гра́мота» (укр. Пропала грамота) — советский комедийный художественный фильм, поставленный в 1972 году режиссёром Борисом Ивченко на киностудии имени Довженко по мотивам ранних произведений Н. В. Гоголя (повесть «Пропавшая грамота»).

Все фразы и цитаты

Заходите, заходите, люди добрые.
Так вы хотите, чтобы я вам
про деда своего рассказал?
Пожалуй. Отчего же
не потешить людей прибаутками?
А кто из вас, лодыри,
сможет моего деда изобразить?
Вот он.
О, этот в самом деле сможет,
потому что дед мой, казак Василь,
иль саблей, иль языком
так бывало отбреет,
если рубит - так до пупа,
а если врет - так еще ниже.
А ты - побратима верного.
А ты - дьявола.
И пятерых братьев разбойников.
А ты - жену Василя.
И ведьму, и царицу-императрицу.
- Поняла?
- Ну, это уж...
- А ты - черта, но доброго.
- Ага.
А вы - казаков, что в огне
не горят и в воде не тонут.
Что это он делает?
Тут кровь будет.
Ведь мы с боя начинаем.
А-а-а.
Танцевала рыба з раком,
рыба з раком,
А петрушка с пастернаком,
с пастернаком.
А цыбуля - с чесноком,
а дивчина - с казаком.
Ти-рам, ти-рам, пам-пам-пам,
Ти-рам, ти-рам, ра-та-там.
Пора.
Ай-да, брат, на коней.
Вперед, братцы!
Видишь, Иван,
опять чертовы басурманы
шапку мою в решето превратили.
И опять моя баба
будет меня пилить.
Говорит, видно, что
я не для чего не гожусь.
Только для приплода.
А ты когда жениться думаешь?
А?
Уже женился.
( Поют )
Так это ты, янычар,
нам шапки портишь.
Это ты, Иван...
- Ты знаешь, кого ты убил?
- Я убил раба,
которому не суждено
было стать паном,
как и вашему роду мерзкому,
который я истребляю.
( смеются )
Дурень, ты, дурень...
( поют )
- Ты чего не поешь?
- А чего вы горилку пьете?
- Это не горилка, это молоко.
- Какое это молоко!
Чего ты в окно уставился?
Да чтоб тебе повылазило,
целыми днями на девок пялишься!
А ну, садитесь к столу, дармоеды!
Чтоб вы подавились!
Поклон тебе, брат Василь.
Здорово, казаки.
Ну, что?
Полковой писарь
велел тебе передать...
Какой такой полковой писарь?!
А?!
А нечистый его возьми,
как же его зовут?
- Вискряк?
- Ви-скряк.
Нет, не Вискряк.
Может, Матузочка?
- Матузочка?
- Не-е, не Матузочка.
- Может, горилка поможет.
Может...
Какое-то такое
заковыристое прозвище...
...такое смешное...
Так что же он велел передать,
матери вашей переколито?
Гетман велел
передать тебе грамоту.
И еще велел передать...
Говорит, грамота очень важная,
самой царице в Петербург.
Важнее десяти пудов золота.
Говорит, один ты ее можешь
отвезти, больше некому.
Потому что черти всякие...
И, между прочим, говорит,
сам дьявол за ней охотится.
А не доставишь,
сказал гетман, грамоту...
то не сносить тебе
головы вместе с чубом...
Где моя шапка?
Шапка? Да вот она, сынок.
Да нет, батько,
мне нужна моя новая шапка.
Куда она к черту
запропастилась, эта новая шапка?
На голове ваша шапка.
Ой, спасибо, соколики, я вам
от царицы медовиков привезу.
- Жинка.
- Чего?
Зашей гетманскую грамоту в шапку.
Все ж к голове ближе...
Благословите, отец.
Благословляю тебя, сынку,
и благословит тебя Господь.
На большое дело идешь,
сынку, помни.
Спасибо, отец.
Подыщи, сынку, верного друга,
и никакая людская сила
тебя не возьмет.
А от нечистой силы вот тебе
старинное казацкое зелье.
Что это, батько?
Это, сынку, завороженный табачок.
Случись тебе в пути ведьма
или дьявол в человеческом обличье,
сыпни-ка ему этого табачку,
чихнет оно, дьявольское отродье,
и колдовская сила его исчезнет.
Славный табак.
Да ты бы хоть со мной
попрощался, Василь.
Да ты что, жинки,
да меня царица заждалась.
- Стригун?
- Нет, не Стригун.
( поют )
Василь, очень прошу,
передай царице, чтобы дала
ржаной соломы хату перекрыть,
ведь разваливается уже.
Василечка, у меня такая просьба.
мой муж с изъяном,
а я хочу ребеночка,
будешь у царицы - попроси,
может, какие лекарства...
или сам уж...
- Хорошо?
- Угу.
- Ты что ему велела передать?
- Не сообразишь.
Сын мой духовный,
если прибудешь в столицу,
разузнай, не прислали ли там
на меня ябеду от отца дьякона.
- Прими там власть придержащих...
- Хорошо.
Василь, спроси там у царицы,
нет ли службы для сироты,
мне не добиться,
а он так уж тянется к грамоте.
А ты хотел бы к царице на службу?
Не хочу на службу,
я хочу саблю и коня.
Хорошо, тетка Марина, передам.
Василь, чего же
ты ко мне не заедешь?
Разве я уже не староста?
Чего ты хочешь, староста?
Сойди с коня,
не подобает со мной так.
Василь, у меня маловато имущества.
А я ведь староста...
Так ты передай царице...
Это ты моего брата убил...
Да, я.
Правильно поступил,
раз уж он принял
басурманскую веру...
Ну, счастливо тебе.
Да поможет тебе Бог.
Это он был.
Убьешь где-то в пути.
Убьешь.
Если же нет,
направь к кому-то
из моих братьев.
Прощайте.
Василь, Василь!
Василечко!
- Что скажете, бабушка?
- Пока добежала, забыла.
- Езжай здоровый.
- Спасибо.
Добрый день, сударь.
Слушай, ты спишь,
или, может, ты сдох?
А ты сойдешь с коня
или будем так продолжать?
Кто ты такой, что тебя
так мухами облепило?
Сейчас поговорю с самим.
Так, так, так...
Поедешь прямо - плохая дорога.
Туда - тоже.
А туда... ой...
Вон туда.
Я оттуда приехал, ты мне
объясни, как ближе к Петербургу.
К Петербургу?
В том-то и дело, что туда.
Ну, туда, так туда.
- Но, но, но...
- Значит, поедешь?
- Доберешься к переправе...
- Так.
- Потом - вдовье поле.
- Так.
- Далее корчма.
- Так.
За корчмой - озеро,
а за ним и Петербург.
- Ну, спасибо.
- Постой!
Давай по черепушке.
На коня.
За поводом не пью.
Счастливого пути.
Ой. Вот чертова работа.
Вода - моя,
пшено - твое.
Дед, неси сало.
То ли казак, то ли цыган,
кто ты такой?
Я - черт.
Правда, добрый черт.
Ага, так выходит,
если я тебя перекрещу,
то ты исчезнешь с глаз моих
к чертовой матери?!
Не надо, не надо,
я сейчас тарани достану!
- Стой, у тебя тарань есть?
- Нету.
Стой!
- Брат Василь!
- Брат Василь!
- Вспомнили!
- Вспомнили!
- Переверникрученко его прозвище.
- Чье прозвище?
Да писаря, что гетманскую
грамоту тебе передал.
Неважно, кто передал,
важно, что я везу.
Ты уж извини, брат, что мы
не сможем сопровождать тебя.
Мы плоты подготовили,
так к туркам двинем.
Развеселиться хочется.
- Как, вдвоем?
- Нет, нас семеро.
Голобородько, Нагнибида,
Панибудьласка, Перевернигорба,
Старый Охрин и нас двое.
А-а, весело, наверное,
с ними, хлопцы, будет.
И хорошо.
Вот если бы и мне
подобрали товарища,
чтоб в лютую годину
было кому спину прикрыть.
Это можно.
- Здравствуйте, хлопцы.
- Здорово.
- Берете?
- Берем.
( поет )
- Ты казака Василя знаешь?
- А кто ж его не знает?
А в Петербург с ним поедешь?
А почему бы и нет.
Почему бы и нет...
Сейчас увидим.
А ну-ка, дерни.
О, славный казак.
Славный казак.
А ну, ударь меня.
Это можно.
Но я бью с левой.
С левой, так с левой. Давай.
А теперь - я тебя. Стой.
А-ну, вставай. Дерни.
Ого!
Э-э-э!
Ишь задурнел. Теперь стой.
Опа!
Ну, идите ж отсюда.
Идите. Ой, что сейчас будет.
Ой, что будет!
Ой, да ну идите же.
Хочешь ему что-то сказать?
Можешь его спросить, чего
он тут дыбится, как муха на сметане.
Посоветуй ему -
пусть убирается отсюда к черту.
Я здесь гулять буду.
- Не люблю, когда мешают.
- Ладно.
Тогда еще спроси его,
не хочет ли он по морде.
( поет )
Ой, да ты, казачок, в печали.
С таким драться не пристало.
Прости.
Видать, хороший ты человек,
если понимаешь, что казак гуляет,
а душа его плачет.
О, хлопцы уже сердятся.
Нам пора ехать.
- Петро, собирайся.
- Да.
Прощай, брат Василь.
Хороший у тебя попутчик.
Нам бы теперь
фузею раздобыть.
Купи коня.
- Покупаю.
- А что дашь?
Все, что имею.
Душу?
Плюй дураку в очи.
Конь твой.
( Женский голос
причитает на украинском )
Остап! Остап!
Нет ли там казаков,
чтобы в горе помогли?
Нет! Нет казаков. Перевелись.
Разъехались своими путями.
А что за беда у вас случилась?
Да опять охоту
на перепелов устраивают.
Нет. Нет казаков!
Ты что это, дед, нарочно обижаешь
мою саблю, пистолю и мой оселедец?
Не обижайся, казак.
Я же вижу, что вас только трое.
А там - двадцать, тридцать!
Это казачье панство наше
каждый год набегает
на перепелиную охоту.
и чтоб им сто колючек в печень,
они перетаптывают конским
копытом все наши убогие земли,
чтоб настрелять перепелов.
Коней... им!
А ну, панове братья,
разгоните баб!
Слушай, а как же
мы будем с ними драться?
Птички им захотелось,
сучьи дети.
Да уж как-то будем.
Где это вы так долго ездите?
Они все поле вытоптали.
- Ты смотри-ка.
- Что за кони у вас?
Не кони, а коровы.
А вы свистните,
поднимите птицу.
Но!
( свистят )
Это вы, голодранцы,
перепелов спугнули?
- Это мы.
- Плетей ему!
Сломай ему хребет.
Слушай, кого ты мне,
казак, напоминаешь?
- Казак Василь! Казак Василь!
- Так это же казак Василь!
Ага. Так выходит, вы все со мной
встречались, панство?
И ты, седая голова,
пришел топтать материн хлеб?
- Срам!
- Я не подниму на него руку, пан.
Он освободил нашу сотню
с турецкой неволи.
Спрашиваю еще раз - все
со мной встречались, панство?
Я с тобой пока что не встречался.
А-а. Если не встречался,
то прошу на луг.
Не потому что брата моего убил,
а потому что перепелов разогнал.
А ну, рубайте его!
Прошу.
Я же просил вас -
не топчите хлеб.
- Будь ты проклят.
- Брось!
Ой, мама!
Чертовы дети!
- Берешь крайнего.
- Какие люди гибнут. Ай-ай-ай!
Сними его с седла.
О-па!
- Ну что, познакомился со мной?
- Ты - дьявол.
Что ж мне, свинья, с тобой сделать?
Я казак!
Ах, ты казак...
Тогда не позорь оселедца.
- Отгони лошадей вдовам.
- А не жалко?
Делай, как сказано.
- Послушай, у тебя не было брата?
- Да был, такой же дурень, как и я.
- Не Иваном звали?
- Да Иваном.
Корчма, брат! Корчма!
Ей-богу, корчма!
Ага, у тебя горилка на уме,
а у меня - грамота.
Да нет.
Видишь, можно переночевать,
перекусить... и только.
Разве что только.
Милости просим!
Прошу.
Вас давно ждут.
Что, сучьи дети, мучаетесь?
- Страдаем.
- Не притомились?
Нет, но я не уйду отсюда,
пока у проклятого корчмаря
не выпью всей горилки.
Пей, Петро, пей.
И этого проклятого корчмаря - пусти
его по ветру, как он меня пустил.
Эй, гуляй, хлопцы, гуляй!
Я все пропил, что имел!
Отпусти меня. Отпусти, говорю.
Не держи меня, я домой хочу, к маме.
Вина, горилки хлопцам славным.
Это же они.
Эй, и гульба славная!
Горилку все равно пить не будем.
- Чего, казаки, пожелаете?
- Колбасы побольше.
Сала много, селедки много,
вареников много, ветчины много,
тарани много...
Горилки не пьем.
Пампушек с чесноком.
Слушай, Василь,
а может, выпьем немножко, а?
Нету сил отказаться.
Немножко, но ведро.
- Два ведра.
- Хорошо.
Ой, ой...
И бочонок пива.
Так это ты моего
брата-разбойника проучил?
Угу.
Молодец.
Прости меня, жинку, прости.
Давай по последней.
- О, уже потеплело.
- Это не к добру, Василь.
Неужели мы этой горилки не выпьем?
( поют )
- П ока не идет.
- Да, не идет.
Ну, что?
Грамота в серой шапке,
можешь взять.
А заодно деньги,
что брат дал, забирай.
Это такие хлопцы,
что и в аду не погибнут.
Иди...
...в пекло.
( поют )
- Еще не идет.
- Не идет.
Сейчас пойдет. Сейчас пойдет.
( поют )
- Желтый конек.
- Серый конек. Серый.
Твоему серому коню
подойдет серая шапка.
А твоему буланому коню
подойдет мой куртасик.
А твоему серому коню
подойдет...
Иди спать, пьяница проклятый! Иди!
( Пение )
Какие странные голоса.
Да, чудные голоса.
Давай поглядим на нее с берега.
Пошли.
- Зачем ты звал меня?
- И ты спрашиваешь?
Знаешь ведь, как люблю тебя.
Без тебя мне ад не мил.
Это я уже слышала.
Будь моей.
Все, чего пожелаешь, сделаю.
Все, чего твоя душа желает.
Не сделаешь ты того,
чего моя душа желает.
Сделаю, клянусь пеклом,
Сатаною, самим Фернагием.
Да чтоб мне не загубить
ни единой христианской души!
Чтоб мне провалиться в полынью
возле Иордана, если не сделаю!
Ишь, аспид, как чудно клянется.
- Не веришь?
- Не верю.
Поверь! Поверь!
Скажи мне, моя Одарочка,
чего желает твоя душа?
Не скажу, не скажу,
пока не присягнешь, и то адовым
словом, сделать все, что пожелаю.
И долго будешь моей,
если поклянусь?
- Десять лет.
- Все сделаю.
Согласен.
Вот моя рука и адовое слово.
А кто же свидетелем будет?
Надо, чтоб христианская
душа была, и чистая.
Есть свидетели.
Казаки, идите сюда!
Разве у запорожцев чистые души?
Они же пьяницы и разбойники.
Не скажи. Нет души чище,
чем у этих аспидских детей.
Они живут по Писанию, не водятся
с бабами, сражаются с басурманами,
защищают веру православную.
- Ну, и что?
- С кем ты разговариваешь?
Говори, чего желает твоя душа!
- Спасенья хочу.
- Этого никак нельзя, этого не будет.
Почему не будет? Непременно будет!
Ты же знаешь,
не по своей воле я стала ведьмой!
Я за тебя душу отдам!
Согласен.
Вот тебе первый. И второй будет.
А ты не настоящий казак.
П очему душу не отдаешь?
Отдай мне свою душу. Отдай.
Отдай мне свою душу. Отдай.
Отдай, отдай.
Отдай мне свою душу.
Отдай мне свою душу.
Ты мне только покажись,
я тебе такую душу дам,
что мать родная не узнает.
Где грамота?
Извините, отец!
Ты смотри - сухой и дома.
Дед, а, дед!
Ты умер или жив еще?
- Не знаю.
- Если не знаешь, значит, умер.
Идем с нами. Пойдем, пойдем.
- Петро!
- Да?
- Куда это нас несут?
- Не знаю.
- И я не знаю.
- Наверное, в ад.
А-а, наверное.
Скажи, пусть поют.
Я очень люблю народные песни.
( поют )
Что дальше?
Что же это творится?
Сейчас достанем.
Куц, Куц, достань пороха.
- Да побольше.
- Наш главный шума не любит.
- Смотри, какая фузея.
- Достань, а то кости переломаем.
- Ладно.
- Ей-богу, поломаем!
О-па! Искал коня, а нашел девку.
А-а-а.
Это им снится.
Женщины, вы не бойтесь.
Это вам все снится.
Я эту морду действительно знаю,
но вам это снится.
Дед, это снится вам все.
И ему снится.
А-ну, брысь, разойдитесь!
С глаз долой!
Да разойдитесь, чертенята!
Проснитесь, люди, проснитесь!
Это вам снится и вам снится.
Опомнитесь, безумные.
Это вам все снится!
Ну, хоть ты, пьяница, понимаешь,
что ты перепил,
и теперь тебе все снится?
- Ты что пьешь?
- Смолу. Видишь, втянулся.
Одарка здесь.
Я за нее душу продал.
Вот ты сейчас увидишь,
что и тебе все это снится.
Ты погляди, как,
проклятая, смотрит.
Где моя шапка?
Василечко, иди сюда.
У меня все есть.
И ты, голубушка, тут?
Я так и знал,
что ты меня тут найдешь.
Ах вы, чертово отродье!
Так вы потешиться надо мной решили?
Если вы сейчас не вернете мою
казацкую шапку вместе с грамотой,
то душу побратима моего верного и
души всех людей, которых вы истязаете...
- И душу Одарки!
- И мою...
...и душу Одарки...
Да быть мне католиком,
если я не сверну ваши свиные рыла
вам на затылок.
Согласен.
- Где моя шапка?
- Все отдам тебе.
Но прежде сыграй
с нами трижды в дурака.
Это я с тобой?
Чтоб я с чертовой бабой
сел в дурака играть!
Мне послышалось.
А ну, повтори еще раз.
Ты слушай.
Если хоть раз выиграешь,
твои души.
Ну, конечно! Они хоть и грешники,
но все же крещеные души!
- Это моя баба.
- Ты что, одурел?
Я тебе говорю.
Сдавай, проклятая ведьма.
Грамота того стоит. Сдавай, говорю!
Если же трижды в дураках
останешься,
не гневайся -
не только шапки,
но и души своей не вынесешь.
Давай, голубушка, давай, давай.
- Принимай!
- Крестом, крестом бей!
Да нет креста.
Принимай.
Принимай.
Принял.
Прошу.
Дурень! Дурень! Дурень!
Так, теперь я буду сдавать.
- Ну что, видишь туретчину?
- П ока не вижу.
- А сейчас?
- О, вижу!
А-ну, ходи, проклятая.
Это уже не по-казацки.
Чем ты бьешь, Василий?
Козырем.
Может быть, по-вашему, это козырь,
а по-нашему...
...нет.
Дурень! Дурень! Дурень!
Андрей, может, покаемся?
Иди ты ко всем чертям.
Вон человек в карты проигрывает.
Ой, боже мой, боже мой!
Козырем, проклятая, бей, козырем!
- Ты чем бьешь?
- То, что ты положил.
Как это?
Плюнь в карты.
Проклятый казак.
А-а-а. Так я, оказывается,
действительно был дурнем.
- А ну-ка, принимай - раз!
- Выигрывает!
Чертовы души!
- Два!
- Выигрывает, выигрывает!
Три, четыре, пять...
- Выигрывает.
- Да ну?
- Давай.
- Даю.
- Иван
- Петро!
Смотри, сколько мы их тут уложили.
Ты представляешь,
что в туретчине творится?!
- Василь!
- Давай!
Горилки!
Тот, кто на том свете пил горилку,
здесь пьет смолу.
Давай смолу.
Принимай, ты, чертова баба!
Ну, и гадость дают
честным пьяницам тут у вас!
Рассола!
Течет, течет!
Поднимайтесь, поднимайтесь,
пьянчуги несносные!
Солнце взошло.
Ой, голова раскалывается.
О, господи, ты боже мой!
Дайте рассол.
- Ты что напялил мой жупан?
- Черт его маму знает.
Где моя шапка? Где моя шапка?!
Странный человек просил сказать,
что шапку и крестик украл корчмарь.
Крестик я выкрала.
А-а-а. Мухи.
Ой. Так вот он чем кормил нас.
Поэтому, наверное,
и голова стала, как колода.
И всю ночь на мне черти плясали.
Ты чем нас накормил,
паршивец вонючий?!
Может быть, псиной?
Ворюга!
Вот тебе за шапку! А это за грамоту!
Это за крестик!
И за все остальное!
Василь, я больше не буду.
Слышишь, не буду.
Дивчина, я тебя знаю?
Может быть.
- А ну-ка, ты спроси что-нибудь.
- Я близко с девчатами не
разговаривал.
Да брось ты...
Пойдешь за него замуж?
Если освободите.
Маму турки полонили.
А меня отдали корчмарю.
Дядька, довезите ее в Диканьку.
Хорошо, отвезу.
Будет, как у Христа за пазухой.
Жди меня.
Я только к царице и обратно.
О, господи!
- Хлопцы, царица дома?
- Никак нет!
- Хлопцы, так царица в хате?
- Так точно!
Передайте царице, что к ней сам
казак Василий с Диканьки приехал!
Ох, и несет от тебя. Дай пожевать
ячменя, а то так неудобно.
Угу, да и переодеться надо.
Ай-да.
- Хм.
- Ого.
- Здравствуйте вашей хате.
- Хозяева дома есть?
Смотри, и тут моя баба.
Что такое?
- Узнать.
- Сию минуту.
- Что надо?
- А-ну, уйди с дороги.
А ты что на себя напялил, а?
- Жена, это ты или не ты?
- Что такое?
Узнать!
- Так что там такое?
- Да так.
- Пустяк.
- Абсолютный пустяк.
Из-за пустяка он так долго ехал?
Славный казак.
Ступай, любезный, ступай.
Пан, на вас села мушка.
- Одарка?
- Баронесса фон Лихтенберг!
- Аудиенция окончена.
- Как окончена?
- А наша грамота?
- Какая грамота?
Это же искусство.
- И тут проклятые мухи.
- Баронесса фон шер-пэр-мэр...
Что ж мне заказать ей?
Значит так, брат.
Нам осталось только одно:
пустить друг другу пулю в лоб.
Как скажешь, брат.
И место красивое...
Приготовим пистоли.
Прости, брат, за все.
Нет.
Я буду говорить молитву,
а как дойду до слов
"и жизнь будущего века",
приготовиться обоим,
ибо на слове "аминь"
выстрелим друг в друга.
Верую в единого бога,
отца вседержителя,
и в единого бога Иисуса Христа,
распятого Понтием Пилатом,
и страдавшего,
и погребенного...
Слушай, а если кто-то
не сразу будет убит,
тогда он сам пристрелит
себя своим пистолем.
...и воскресшего
в третий день по Писанию.
- и восшедшего на небеса...
- исповедую единокрещение...
чаю воскресенье мертвых
во оставление грехов
и жизни будущего века...
Сейчас будет "Аминь".
- Что, хлопцы, надумали стреляться?
- Надумали.
Ну-ка, глянь,
у меня за спиной никого нет?
Да нет.
- А у меня?
- Да нет.
- Кто ты?
- Где ты?
У дороги.
Ой!
Да нельзя же так, хлопцы!
- Кто это говорит?
- Это я, камень.
Так ты камень или Куц?
И камень, и Куц. А!
Меня дьявол за то, что я вам помог,
превратил в камень,
чтоб люди об меня ноги били,
а я уж не хочу.
Бросьте меня в болото, хлопцы,
а то уже осточертело людям зло делать.
- Тяжелый, стервец.
- Был...
Зато как булькнул!
- Иди.
- Не пойду.
Ну, что, хлопцы,
видели царицу?
Угу.
- Видели.
- Видели.
Ох, хлопцы, не умеете вы врать.
И уж, пожалуй, не научиться вам.
Стреляйтесь.
А я поехал дальше. Но!
Из-за этой дурацкой стрельбы
могли бы и домой не попасть.
Не говори. Могли бы.
Ой, срам какой. Что ж поделаешь.
Дышать нечем,
а есть страшно хочется.
- Хорошо, что людей нет.
- А вон люди.
Куда это их несет?
Добрые люди, куда это вас несет?
П устите меня!
От царицы казак Василь едет.
Челом тебе, Василий.
Приглашаю вас всех
к себе на подворье.
Сейчас, сейчас выйдет.
Сейчас он выйдет.
Уже идет.
О! О! О!
Вот такими глазами смотрела на меня
царица, когда я стал перед ее очи.
Родной матерью нас приняла,
ясным солнышком засияла,
когда увидела нас.
Мы пошли в одни палаты, в другие -
ее нет, в третьи, четвертые - ее нет.
Только царята бегают по полу,
как мыши, а ее нет.
В пятых стоит она сама, сидит значит,
вот такенные галушки ест с салом.
Справа такой мужчина красивый,
слева - тоже.
Музыка заиграла, она говорит:
"На бальсы приглашаю тебя,
Василечко."
Я подхожу - пахнет...
Вечером к тебе приду.
Пахнет от нее, значит. Я иду,
волнуюсь, на бальсы, как вы понимаете.
Тьфу.
Воспитанная... Вот так "тьфу" -
плюнет, вот, чтоб ты сделала?
А она вот так плюнет и разотрет.
Плюнет и тут же разотрет.
Я ее за талию.
Талия у нее - ну, вот такая талия.
Руки, скажем так,
кренделями выставила.
Я ее как в жменьку взял,
как пошел бальсы танцевать.
А она хохочет, а она хохочет...
- А что мне царица передала?
- А мне какое имущество передала?
И тебе передала, а как же.
Вот это все передала. Видишь?
Не видишь, да вот смотри!
Ах, хорошо!
Василечко, а как же
со службой для хлопца?
Твоя служба -
верный конь да чистое поле!
Людям служи!
- Да ты хоть царицу видел?
- Хороший табак был, отец.
- Правда.
- Дурень, ты дурень.
И отец дурень, и дед был дурнем, а
тебе на роду написано таким оставаться.
Танцевала рыба з раком,
рыба з раком,
А петрушка с пастернаком,
с пастернаком.
А цыбуля - с чесноком,
а дивчина - с казаком.
Ну, и брехун!
Дед мой брехун, а ты его перебрехал.
 

////////////////////////////