Банши (4 сезон, 2016 год). Цитаты и фразы из сериала

«Ба́нши» (англ. Banshee) — американский телесериал, премьера которого состоялась 11 января 2013 года на кабельном премиум-канале Cinemax. В феврале 2015 года сериал был продлён на четвёртый и финальный сезон, премьера которого состоялась 1 апреля 2016 года

Все фразы и цитаты

Серия 1

- Это Брок.
Здесь охотничья хижина,
пойду проверю.
- Вас поняла.
Подкрепление прислать?
- Нет.
Она заброшенная.
Твою мать.
Худ.
БАНШИ
- Как ты меня нашел?
- Случайно.
То есть, я тебя не искал.
Я думал, ты уехал.
Сделай одолжение,
убери пушку.
Ну дела.
Тебя два года не было.
И ты все это время
жил в хижине,
как какой-нибудь зверобой?
Ты здесь один?
- Да.
- Тогда едем со мной.
- Нет.
- Это не просьба.
- Шериф Лотус.
- Да.
- И как работа?
- Сплошной геморрой.
- Не объяснишь, в чем дело?
- В участке расскажу.
- Значит, в Кади.
- Нет.
Не в Кади.
Как тебе?
Бронированное стекло.
Сорокамиллиметровый поликарбонат.
Знал, что тебе понравится.
Придут отпечатки - сразу ко мне.
- Ясно.
- Спасибо.
Напомни про пресс-конференцию.
Банкер,
помнишь мистера Худа?
Помощница шерифа Круз.
Рейвен теперь начальник
полиции Кинахо.
- Шериф?
- Сообщения есть?
- На столе.
- Есть новости от ФБР?
- Пока нет.
- Неплохо тут.
- Да.
Выпьешь чего-нибудь?
Вода, кофе. У меня тут кофеварка.
Садись.
Прежде всего, хочу сказать.
Когда я туда ехал,
меньше всего ожидал найти тебя.
Ты там был позавчера вечером?
- Да.
- Еще кто-то был?
- Нет.
Кто умер?
Кто это?
Ребекка.
- Тело нашли вчера.
Возле реки.
Но убили ее в другом месте,
труп перемещали.
- Господи.
- За год уже третье подобное
убийство.
- ФБР вызвали?
- Да.
Еще после второго убийства.
Приехал какой-то
придурок, полистал дело
и укатил обратно в Куантико,
только его и видели.
Дескать, будут еще трупы - звоните.
Может, хоть теперь соизволят.
- А при чем тут я?
- Когда ты ее в последний раз видел?
- Я вообще никого не видел.
Года полтора.
- Видишь ли, вот что странно.
Последние координаты
на ее навигаторе
привели меня к твоей хижине.
Ты ее не видел.
- Нет.
- Зачем ты мог ей понадобиться?
Откуда она могла знать, что ты там?
Я просто хочу понять.
- Это земля ее дяди.
- Что?
- Это земля Проктора.
- Ты живешь на его земле?
- Он не в курсе.
- Что с тобой стряслось?
- Ушел в отставку.
- Мы нашли следы крови,
не принадлежащей Ребекке.
Я хочу, чтобы ты добровольно
предоставил нам образец крови.
- Я, по-твоему, маньяк-убийца?
- Ты себя вообще видел?
Живешь в лесу,
выглядишь, как Унабомбер.
- Да сдам я кровь.
- Да, и еще.
Если тебе есть, что сказать,
говори.
- Занялся бы ты Проктором.
- Ну, теперь
это не так просто. Он...
Да?
- Пресс-конференция...
- Черт. Да, иду.
- Шериф Худ.
- Он не шериф.
В общем,
сейчас Круз возьмет у тебя кровь,
а потом отвезет тебя обратно.
Береги себя.
- А вас зовут?..
- Что-то не так?
- Извините, вы мне просто
кое-кого напомнили.
- Помощницу шерифа?
Которой сломали шею?
- Вы мне нравились больше
когда молчали.
- Сэр.
Сэр?
Пора.
- Господин мэр, в этом году убили
уже третью девушку.
Это серийный убийца?
- Правда ли, что она ваша племянница?
- Почему не обнародуют отчеты?
- Так. Вот, что нам известно.
Послушайте меня.
Вчера возле устья Деллвуда было
найдено тело Ребекки Боуман.
Она была убита.
И наверняка сказать нельзя,
но есть сходства между нынешним
и двумя другими произошедшими
за этот год убийствами девушек.
Департамент шерифа
оповестил ФБР.
Их агенты окажут помощь
в расследовании.
И да, Ребекка была
моей племянницей.
Так что, смею вас
заверить, ни я,
ни шериф Лотус и его
подчиненные не успокоимся,
пока не найдем этого
отмороженного ублюдка.
- Так это здесь?
- Да, здесь.
- Красиво.
- Ну, я стану мэром,
а ты все больше берешь на
себя руководство делами.
Решил, нам нужно что-то
более надежное.
Нравится?
- Очень.
- Валите.
- В чем дело?
- Прокурор отклонил обвинения.
Вы свободны.
- Хорош издеваться.
- Значит так, десять секунд -
и я закрываю дверь.
- Херня эти ваши обвинения.
- Что на этот раз?
- Вещественные доказательства.
- Они его чуть не задушили.
- Я в курсе.
Прокурор - та еще сволочь.
- Он марионетка.
Проктор его держит за яйца.
Но об этом не здесь.
И у стен есть уши.
- В каком-то смысле
я всегда о нем думаю.
Как он выглядел перед смертью.
Как на меня смотрел.
Иногда я от этого взгляда
не могу дышать.
А иногда мне удается
себя отвлечь...
- Заблудилась, детка?
- ...удается выключить мысли...
- Помочь тебе найти дорогу?
- Будьте так добры.
...и просто делать то, что нужно.
Тогда мне хорошо.
Так вы, значит,
любите избивать людей?
- Это не мы. Нас отпустили.
- Ну и зря.
Когда я просыпаюсь, мне на
какой-то момент кажется,
что я по-прежнему
в нашем старом доме.
Что я сейчас повернусь,
а рядом лежит Гордон.
Слышу, как дети играют
в своих комнатах.
- Как вы с этим справляетесь?
- Тренируюсь.
Ем что-нибудь.
Делаю ремонт.
- И как идет ремонт?
- Когда я работаю руками,
меня это успокаивает.
- Что еще
вас успокаивает?
- Немногое.
- Наши сеансы помогают?
- Я к вам хожу по
предписанию суда.
Без обид.
- Я не обижаюсь.
Если я напишу на вас положительную
характеристику в службу опеки,
вы продолжите ходить?
- Если я соглашусь,
вы это сделаете?
- Так не пойдет.
- Они не имели права забирать детей.
- Вы нарушили режим.
- Меня похитили.
Расследование
нас полностью оправдало.
- Достаточно было
любой связи с преступными
элементами...
- Я знаю!
Знаю.
- Хватит уже рушить наши жизни.
- Отныне ты просто кретин,
трахнувший мою мать.
- Зачем ты пришла?
- Управляющий сказал, наш
бывший шериф ушел в запой.
Громит номер.
Балуется с оружием.
- А тебе какое дело?
- Это мотель моего дяди.
- Оставь меня в покое.
Да уйди ты на хер! Вали.
Прошу тебя.
- Тебе нельзя здесь оставаться.
Я отвезу тебя домой.
- Я не могу там больше жить.
Там призраки.
- Тут и до твоего погрома
была та ещё хибара.
Пошли.
Прокатимся.
Охотничья хижина.
Пустует уже много лет, но
вода в кране есть.
- Чья она?
- Сам как думаешь?
- И твой дядя разрешит
мне здесь жить?
- Не знаю.
Нравится?
- Да.
- Так я и думала.
Никаких призраков.
- Больно?
- Уже нет.
- Какие же они мерзавцы.
- Я эту татуировку все равно
хотел свести.
- Вот бы так было всегда.
- Все в наших руках.
Все хорошо?
- Нет.
- Он сейчас подойдет.
- Твою мать!
- У нас был уговор с краснолицыми.
Вы не высовываетесь
из резервации,
а мы туда не лезем.
Ты этот уговор нарушаешь.
- Да.
Твою мать, я только
на работу пришел.
Кто там?
Черт.
Нет. Ладно.
Да ни хера не надо делать.
Ждите меня.
- Дела идут просто супер.
На сей раз точно? Хорошо.
Да, понял. Отлично.
Передай привет Кэрол.
Привет, Келвин.
Чем могу помочь?
- Я плохо себя чувствую.
Мне надо домой.
- На вид здоров.
- Расстройство желудка.
Думал, высижу, но нет.
- Ты ведь занимаешься
отчетностью?
- Да.
- Она готова?
- Пока нет.
- Она мне нужна сегодня.
- Закончу дома,
сдам завтра утром.
- Ты ведь и в прошлом квартале
задержал, так?
- Да вроде нет.
- А, по-моему, да.
- Ублюдок!
Завтра утром сдам.
Этот какого хера тут?
- Когда мы пришли,
они уже оба были здесь.
- Он торговал на нашей территории.
Которую ты и твои
люди должны были защищать.
Считай, что я
вам оказал услугу.
- То есть, моих налогов
твоему сраному племени мало.
Решили и мой бизнес
прибрать к рукам.
- Пошёл в жопу.
- Это вряд ли.
Мы платим за ваши дома,
за ваши паршивые резервации,
за образование,
медобслуживание.
А вы там наживаетесь
на своих сраных казино.
Что за бесхребетная нация.
Всё раздают этим выродкам,
а хорошему, чистокровному
американцу есть нечего.
Прямо не страна, а бесплатная
столовая, твою мать.
Но знаешь что?
Жратва на хер кончилась!
Спасибо, что сообщил.
Передай Проктору,
все под контролем.
- Не называй его имени
при посторонних.
- Ты о нём?
По-моему,
ему малость не до того.
- Надеюсь, я здесь в последний раз.
- Здравствуй.
- Исчезаешь на полтора года,
теперь появляешься, весь из себя
библейский старец,
и все, что можешь
мне сказать, это
"здравствуй"?
- Как жизнь?
- Светская беседа?
Издеваешься?
- Ребекку Боуман убили.
- Я в курсе.
Здесь об этом все знают.
А тебе-то кто доложил?
- Ну...
Я подозреваемый.
- Ты ее убил?
- Нет.
- Слушай, без обид.
Ты посмотрел бы на себя.
Где тебя только носило?
- Надо было исчезнуть.
Развеяться.
- "Развеяться" - это пара дней.
Ну, может, неделя.
В твоем случае,
ладно, месяц.
Но ты взял и пропал с концами,
бросил своих друзей, бросил...
- О Джобе я не забыл.
- Твою мать, ну,
и как ты ему этим помог?
За деньгами пришел?
- Нет.
Мне нужна машина.
- У меня только эта.
Решил, пригодится,
если надо будет
быстро свалить.
И что теперь?
- Не знаю.
- Но что-то ты будешь делать?
- Да.
Буду.
- Худ, не забудь,
ты больше не шериф.
- Я им и не был.
- Ты знаешь, о чем я!
- Ты, небось, легко отделался.
- Смешно до усрачки.
- Я, вообще-то, не шучу.
Кто тебя так?
- Один сраный мудак, который сделал
из моей руки отбивную.
- То есть он тебя отутюжил,
как на праздник,
а ты его даже не разглядел?
- Было темно.
- Не волнуйся.
Я не тороплюсь.
- Вернулся.
- Прими мои соболезнования.
- А тебе какое дело?
- Никакого.
- И все-таки ты здесь.
Я чего-то не знаю?
- Твой дядя
плохой человек.
- Давай я буду жить у тебя.
- Я тоже плохой человек.
Я у тебя то же хотел спросить.
- Считаешь, я имею
отношение к ее смерти?
- Даже если ты не убийца,
то всё равно виноват.
С тех пор, как она с тобой,
это был вопрос времени.
- Да.
Может, ты и прав.
Я найду этого сукина сына.
Но я теперь мэр,
и определенные моменты
это несколько усложняет.
- Как ты это провернул?
- Других кандидатов не было.
- Разумеется.
С чего бы ты начал?
- C холмов.
Боудикеры.
- Говорят, они погорели.
- Да.
Но Аарон Боудикер жив.
- Ребят, вы что,
ленту не видите?
- Шериф.
- Ничего.
Мы уже закончили.
- Ты за мной следишь?
- Я? Нет.
Для этого есть помощники.
- Худ - подозреваемый?
- Будь это так,
ты бы об этом узнал первым.
Но его имя фигурирует
в этом деле.
Как, впрочем, и ваше.
- Осторожнее, шериф.
- Я всегда осторожен.
Прямо как в старые времена.
Только кровью никто не истекает.
Пока.
- Привет, Курт.
Да ну, брат, сколько можно?
Я спас тебе жизнь, мать твою.
Уоттс бы тебя порешил.
Я всего лишь действовал
на опережение.
Не более того.
- Я в ожоговом пролежал два месяца.
- Я знаю, мне очень жаль.
Но я был в безвыходном положении,
я должен был доказать свою верность.
Ты же знаешь.
Заезжай как-нибудь на ужин.
Мэгги будет рада.
И все наладится.
Братья важнее братства,
ты же сам говорил.
- Ты мне не брат.
- Что?
Какого хера ты несешь?
Идиот. Я же тебя от них защищаю.
Ясно тебе, твою мать?!
- Привет, Кэрри.
- Привет.
- Дом обретает новый облик.
- Спасибо.
- Нет,
правда хорошо.
Как дети?
- Да как всегда.
Родители Гордона их бесят.
Ты что-то хотел?
- Слушай, Кэрри.
Я не знаю, в курсе ли ты, но
Худ вернулся.
Похоже, ты не в курсе.
Отсиживался
на холмах, в хижине.
Видок
у него тот еще.
Решил тебе сказать.
Вот.
Ты звони, если что.
- Ладно.
- Всего хорошего!
- Спасибо.
- Льюис, все в порядке?
Льюис, прием.
- А ну не двигаться.
Чего ржешь?
- Сейчас узнаешь.
- Брось оружие!
- Ты.
- Я.
Давно не виделись.
Присаживайся.
- Ты меня все-так выследил.
Через столько лет.
- Кто ты?
- Меня зовут Далтон.
- Ты военный?
- Был.
Теперь вербую
парней вроде тебя. Готовлю их
для элитного подразделения.
- Что за подразделение?
Какие войска?
- Именно.
Итак?
Ты пришел мстить?
- Мстить?
Да нет.
Где Джоб?
- Мне-то откуда знать?
- Нет, погоди. Ты же знаешь,
как все будет, ты сам научил.
Локти, ступни, колени.
Я так могу не один день.
- Знаю. Поэтому сказал бы.
Если бы что-то знал.
- Врешь.
- Я его не похищал.
Но похититель знал,
что он мне нужен.
Я ему заплатил,
он передал мне Джоба.
- Дальше?
- Я его сдал.
Рассчитался с сильными мира сего.
- С кем же?
- Да ладно, не будь идиотом.
Ты знаешь, как всё устроено.
Безымянные лица, безликие имена.
Ну, давай, вперед, прострели
мне второе колено.
Того, о чем я сказал, это не изменит.
Я понятия не имею, где он.
- Да, но ты можешь его найти.
Секретные тюрьмы, изоляторы,
у тебя есть доступ к информации.
- Больше нет. После слушаний в
Конгрессе круг посвященных сузили,
я в него не вхожу.
- Врешь. Всюду ты входишь.
- Раньше входил.
Двадцать лет назад.
Все меняется.
К чему вообще этот разговор?
Ты же знаешь,
что Джоб уже мертв.
- Нет, у него информация.
Он им нужен.
- У него информация
двадцатилетней давности.
Он теперь просто чей-то трофей.
Чучело на стене.
- На чьей стене?
- Это не важно.
Он мертв.
Ты это знаешь.
И я знаю.
- Надо уходить.
Быстро!
- В какие-то круги я еще вхожу.
- Он к тебе приходил?
- Да.
Но он уже не тот
человек, что прежде.
Уже не тот.
- Он сказал, где был?
- Нет.
- Он что-нибудь сказал?
- Надеешься, он что-то
узнал про Джоба?
Послушай.
С тех пор, как он тогда ушел,
от него больше никаких решений
и ответов ждать не стоит.
- Думаешь, Джоб жив?
- Не знаю.
Иногда я надеюсь, что нет.
- Почему?
- Потому что, если он жив,
то получается, что мы еще большие
мудаки, чем думали.
То есть ничего не узнали.
- Ничего.
Он или не знал,
или не сказал.
- Он не знал.
- Этого уже не проверишь.
Убивать было обязательно?
- Он не знал.
- Ладно.
Наш следующий ход?
- Их не осталось.
Все кончено.
- Нет.
Нам нельзя опускать руки.
- У нас нет выбора.
- И что?
Ты сдался?
- У нас нет зацепок.
- Так найдем.
- У нас их нет!
- Я не брошу его умирать!
- Думаешь, я этого хочу?!
Я ради него на все готов.
Далтон прав.
С тех пор, как он сдал им
Джоба, тот, считай, мертвец.
- Ты куда собрался?
- Он мертвец.
- Есть кто-нибудь?
Привет...
- Папа!
- Как дела, пацан?
Где мама?
- Наверху.
- Да?
Зайка, я дома!
- Иду.
- А ты вырос.
Сколько ты весишь, тонну?
- Нет.
- И три метра ростом?
- Нет.
- Еще не вечер.
Привет.
- Привет.
Ты рано.
- Да, мы сегодня сдали отчетность.
Узкоглазый всех опустил.
- Здорово.
- Вкусно пахнет.
- Да просто суп
и тушеное мясо.
- Мяч покидаем?
- Да.
- Да?
А к ужину мама нас позовет.
Только чур не обыгрывать меня,
как в прошлый раз.
- Ладно.
- В этот раз выиграю я.
- С чего бы ты начал?
- C холмов.
Боудикеры.
- Говорят, они погорели.
- Аарон Боудикер жив.
- Ну, здравствуй.
Помнишь меня?
Где ты был четыре ночи назад?
- Иди на хер.
- Я повторять не буду!
- Не знаю, какого
хера тебе надо,
но я тебе ничего не скажу.
Я из-за тебя без руки!
- Четыре дня назад убили
Ребекку Боуман.
- Допрыгалась сучка.
- Что-то мне начинает казаться,
что ты в этом замешан.
- Можешь меня пытать сколько влезет,
садист хренов.
Но вот все, что я тебе скажу.
Я ее не убивал,
и мне насрать, что она мертва.
- Ты что-то знаешь.
- Я многое знаю.
- А как без рук жопу подтирать,
знаешь?
- У меня есть племянник.
Элджей.
Думает, он типа рок-звезда.
Он ее трахал.
- Где его найти?
- Где он живет, я не знаю.
Но по вечерам он играет в этой
дыре у шоссе, "Снэйк Айз".
- Узнаю, что ты соврал,
приду за второй рукой.
- Тебе тут не рады.
- Тогда я уже пойду.
- Никуда ты не пойдешь, Худ.
Похоже, из тебя сделают дуршлаг.
- Сначала я продырявлю башку тебе.
- А ну прекратили!
Быстро.
- Смышленый коп
на холмы не сунется.
- А смышленое мудачье
не станет мне хамить.
Мне кажется,
или тут попахивает ордерами на арест?
- Все-таки ты за мной следишь.
- Очевидно. Скажи спасибо,
что успел спасти твою жопу.
Что ты здесь делаешь?
- Приятеля навещал.
- Что, работаешь над версией,
что ее убил кто-то
из врагов ее дяди?
- У меня нет версий.
Ты шериф,
тебе с этой херней возиться.
- Да.
И ты в этой херне фигурируешь.
- И ты теперь везде
за мной будешь ездить?
- Представь себе, Худ,
у меня есть дела поважнее.
- Отлично.
- И не стоит благодарности!
БАНШИ


Серия 2

- Господи.
- Помогите.
- Прошу вас.
Не надо.
Не надо, пожалуйста.
Пожалуйста!
Умоляю... Нет. Нет.
Прошу вас...
Пожалуйста.
Умоляю, не надо!
- Снято.
Поехали дальше,
на крупные планы. - Полиция.
- Че за херня?
- Вы все арестованы.
- Да идите вы, у нас лицензия.
- На это лицензий не бывает.
Господи,
надень штаны.
Ты как?
Посмотри на меня.
Сколько тебе лет?
- Не отвечай.
Вы совершаете ошибку...
- Руки убери.
Банкер! Арестуй всех.
- Не отвечай!
- Давай, окажи сопротивление.
- Бегите!
- Ах ты сука!
- Пони Джо.
Ты в курсе, что ты арестован?
- Иди в жопу, предатель.
- Показания будут давать поодиночке.
- Режиссера куда?
- В допросный кабинет.
И включи отопление.
- Я требую адвоката.
- Конечно.
- Доброе утро, шериф.
- Господин мэр, это мое кресло.
- Слышал, утро выдалось хлопотное.
- Если прокурор не добьется
приговора, все к чертям.
- Проблем не будет.
- Надо полагать.
Я же не идиот.
Я понимаю - когда твоя Круз
получает анонимный донос,
мы делаем за тебя
грязную работу.
- Тебе ведь не надо напоминать,
что ты на этом месте благодаря мне,
правда?
- Чем могу быть полезен?
- Как идет расследование убийства
моей племянницы?
- Есть пара зацепок.
- Дело я читал.
- Это закрытая информация.
И, если не забыл,
ты фигурируешь в деле.
И, если бы я не был занят
всякими вшивыми порностудиями,
то уже раскрыл бы
все три убийства.
- Мне нужны ежедневные отчеты.
- Правда? Я думал, это работа Круз.
- Мне нужны твои отчеты,
Брок.
- Будет сделано в первую очередь.
- Благодарю.
- Не за что.
- Привет.
- Отлично выглядишь.
- Да иди ты.
- Тут сколько, гектара четыре?
- Десять.
Лес тоже мой.
- Тут тихо.
- Людей нет.
- Спасибо.
Отличный дом.
- Еще ничего нет.
Где ты был?
- Я хотел побыть один.
- Мне бы так.
- Не надо было тебя бросать.
- Ты бросил не только меня.
- Джоб мертв.
- Да?
Потому что Далтон так сказал?
- Потому что таких людей убивают.
- Это не факт.
- Мы везде искали.
Ты продолжала поиски.
- Да.
- И ничего?
- А Дэва?
Ты даже ее не хотел видеть?
- Мы виделись.
- Она не сказала.
- Ты бы тогда захотела приехать.
- Вам кажется, что Дэва
вас так предала?
- Я хочу
её защитить.
- От него?
- От всего.
- Но это невозможно.
- Было возможно.
- Ана.
- Пока он не приехал
и снова не вторгся в вашу жизнь?
- Я не так сказала.
- Но почувствовали...
Верно?
- Прости.
- За что?
- За всё.
- Ваши потери, ваша боль – это выбор,
который сделал другой человек.
И теперь он взялся за старое,
как два года назад.
- Если вас так беспокоят
мои потери, почему вы
не вернете мне детей?
- Мы это обсуждали.
- Обсудим еще.
- Я даю рекомендации, больше ничего.
- Тогда какого хрена я здесь?
Скажите, кто это решает,
я поговорю с ними.
Полный бред.
- Поговорим про Гордона.
- В каком смысле?
- Вы начали разбирать его вещи?
- Нет.
- Чем дольше тянете...
- Что?
Тем труднее будет?
Поверьте, хреновее уже некуда.
- Грузите скорее,
мы опаздываем с отправкой.
Твою мать.
Мистер Проктор, я вас не ждал.
Соболезную вашей утрате.
- Заткнись.
- Условия договора были
предельно ясными.
Ваше Братство ведет мои дела,
а я позволяю вам вести ваши,
за часть прибыли.
- Так и есть, я лично проверяю цифры.
- И поэтому ты несешь
ответственность.
За ошибки.
И упущения, раз на то пошло.
Ты скрывал прибыль.
- Мистер Проктор...
- То, что случилось утром,
было моим единственным
предупреждением.
Мистер Банкер.
Отныне моя доля на
десять процентов выше.
Мне объяснить новые
условия Уоттсу?
- С этим я справлюсь.
- Сомневаюсь.
- А что по поводу арестов?
- Мне какое дело.
- За своих людей я ручаюсь,
а режиссер со стороны.
Мало ли, кого он сдаст,
чтобы спасти свою шкуру.
- Вы как будто нарочно мне
доказываете свою профнепригодность.
Я им займусь.
- Соберите это дерьмо.
- Привет.
Что-то ты мне не рад.
Как ты?
- Лучше всех.
- Отлично.
Мне нужна помощь.
- С чем?
- Знаешь Аарона Боудикера?
- Да.
Торгует метом.
- Они раньше варили для местных,
а теперь стали продавать в городе.
- Наверно, для Проктора это проблема.
- Нет, это проблема для меня.
Я хотела начать свое собственное
дело, а они варщики со стажем.
Я говорила Боудикеру,
чтобы в Банши - ни ногой.
- Дай угадаю.
Опытный наркодилер не
послушал зелёную девчонку.
- Помоги с этим разобраться.
Если дядя узнает,
он меня убьет.
Пожалуйста.
- Не мои проблемы.
- Когда ты там спивался
в дрянном мотеле -
это тоже были не мои проблемы.
Я всё равно
поеду к Боудикеру.
Просто с тобой у меня
был бы хоть какой-то шанс.
Стоять!
- Брось пушку, сука.
- Сам брось, мудила.
- С какой на хрен радости?
- Потому что иначе я снесу твою
сраную башку.
- Какая вежливая девочка.
Опусти,
я сам разберусь.
Убери его.
Это что,
дружеский визит?
Потому что я как-то не припоминаю,
чтобы я тебя сюда приглашал.
- Не приглашал.
- Это незаконное проникновение.
- У нас был уговор.
- Ты получала долю.
- Ты обещал не продавать мет в Банши.
Ты в курсе, что с тобой сделает дядя,
если узнает?
- Не люблю, когда мне
указывают, что делать.
- Что, если мне прикрыть
твою лавочку?
- Нет, девочка.
Этому не бывать никогда.
Лэм, тащи ее в дом.
Надо с ней чуток
побеседовать.
Ты, кажется, не понимаешь,
насколько серьезно ты влипла.
- Пусть только попробует
меня тронуть.
- О чем я только думал, когда
согласился с тобой связаться.
- Ты сам нарушил уговор.
- Проблема красивых девчонок в том,
что они считают, будто они
могут говорить или делать все,
что взбредет в их тупую башку.
Я окажу тебе услугу.
Сниму с тебя
тяжкое бремя красоты.
Хэшер недавно поймал
бешеного опоссума.
С тех пор сам не свой.
Боже! Господи!
Ах ты стерва.
Господи, нет.
- Ты цела?
Ну как?
Уходим.
Пошли.
Ребекка!
Ребекка!
Ребекка!
На это нет времени.
Ребекка!
Ложись!
Банкер.
- Не думал, что вы ходите
в такие бары.
- Ты многого обо
мне не знаешь.
- Это уж наверняка, сэр.
- Ходить в этот бар - преступление?
- Шериф просил вас подождать.
- Чего подождать?
- Он сам скажет.
- Клевая тачка.
- Спасибо.
- Что ты здесь делаешь?
- Да просто выпить захотелось.
- Ты не расследуешь
убийство Боуман.
- Никак нет.
Сказал же, я в отставке.
- Ну, да.
Послушай.
Кто-то убивает девушек,
и на меня с этим делом давят,
так что спрошу еще раз.
Что ты здесь делаешь?
- У одного из ребят в группе
был роман с Ребеккой.
Решил послушать выступление,
познакомиться...
- Нет.
Жди здесь. Мы пойдем.
- Он из деревенских наркодилеров.
Убежит, едва завидит копов.
- Значит, мы его сразу узнаем.
Пошли.
- Извините.
- С дороги!
Пропустите! Банкер!
- Заткнись.
- Худ!
Твою мать!
- Войдите.
Фрэнклин.
Садись.
- Вызывали?
- Да.
Я тут изучал материалы
по арестам за порнографию.
- Доказательств хватает.
Всех без труда признают виновными.
- Отзови обвинения.
- Что?
Почему?
- На то есть причины.
- Сэр, вы просили добиться
максимального срока...
- А теперь прошу отпустить.
- Мистер Проктор, рано или поздно
люди начнут задавать вопросы.
- Это мои заботы.
- Сэр, поймите...
- А твои заботы - это я.
Еще вопросы?
- Нет, сэр.
Спасибо,
что уделили время.
- С ним проблем не будет.
- Садись.
- За каким хреном я тут?
- Садись, твою мать.
Что случилось с Ребеккой?
- Мне почем знать? Что это за херня,
ты ведь даже больше не коп?
- Верно.
Так что я могу дать тебе
в морду, и меня не уволят.
- Знаешь, иди-ка ты в жопу,
а не то...
- Что?
- Ладно,
ладно.
Ребекка мне нравилась.
И у нас все было хорошо...
- Но она тебя бросила?
- Она меня не бросила.
Просто все усложнилось.
- В каком смысле?
- А пива можно?
- Нет.
Что значит "усложнилось"?
- Я ей сказал про
моего сраного дядю.
- Аарон Боудикер.
У них было общее дело?
- Это было ее дело. До ее появления он
просто варил эту свою херню в ванне.
Она дала ему денег на условиях,
что он не будет торговать в Банши.
Я предупреждал, что он ее кинет.
- Так и вышло.
- Она стала, как ненормальная,
от тени шарахалась.
Я думал, она наших боится,
но она сказала, что они - это ерунда.
Вот Проктора она боялась до смерти.
Она мне рассказывала
о его делишках,
и ты даже не представляешь,
какой это отморозок.
Хочешь знать, что с ней случилось?
Спроси этого ублюдка.
- Все, иди.
Пошел отсюда на хрен.
- Похоже, из-за
убийства этой девчонки
ты стал сам не свой.
- Я перед ней в долгу.
- Видимо, это очень большой долг.
- Хочешь что-то сказать - говори.
- По-моему, твой долг перед Джобом
был куда как больше,
чем перед ней.
Все.
Я все сказал.
- Сеньор Проктор.
- Добро пожаловать в Пенсильванию,
мистер Лоэра.
- Слышал о вашем горе.
Мои глубочайшие соболезнования.
Вам надо прийти в себя,
дела подождут.
- Напротив.
Ее жизнь оборвалась,
но дело должно продолжаться.
С нашей последней встречи наши объемы
выросли на порядок.
И мне необходимо расширить
сеть распространения.
- Мне какая выгода?
- Доминирование на рынке.
Мы в курсе, что сотрудничество Синалоа
с китайцами серьезно вас подкосило.
Выйдя на рынок таблеток,
вы больше не можете
контролировать цены,
как было с кокаином и героином.
Они перевозят товар
через границу
в два раза быстрее и
куда дешевле, чем вы.
Да и сам рост наркотрафика
добавляет вам проблем.
Я вам обеспечу местное производство,
без риска и лишних трат
на импортирование товара из Колумбии.
- При всем уважении,
я работаю с куда большими
объемами, чем вы здесь
в Пенсильвании.
Ваши амбиции меня впечатляют, но я
сомневаюсь, что вы мне подходите.
- Позвольте мне это доказать.
- Хорошо.
Через две недели мне нужны три
тонны товара, готового к погрузке.
- По рукам.
Когда мы выполним поставку,
я хочу стать вашим эксклюзивным
поставщиком на восточном побережье.
Вы согласны?
- Сеньор Проктор,
я о вас наслышан.
Вы опасный человек.
Но опасный человек в Банши -
для картеля не более,
чем назойливый комар.
Сорвете поставку - пеняйте на себя.
- До встречи через две недели.
- Я рассмотрел иск.
Похоже, все в порядке.
Мистер Фрэнклин,
вы готовы рекомендовать сумму залога?
- Ваша честь,
в настоящий момент обвинение хочет
отозвать исковое заявление.
- Мы с вами говорим об
одном и том же деле?
По-моему, оснований здесь
более чем достаточно.
- Да, ваша честь.
Однако обвинение обнаружило
противоречивость улик и,
возможно, нарушение правила
Миранды со стороны полиции.
В свете этих обстоятельств,
у нас, увы, нет выбора, кроме
как прекратить преследование.
- Хорошо.
Полагаю, у защиты
возражений не будет?
- Нет, ваша честь.
- Просьба удовлетворена.
Все обвинения сняты. Освободите этих
людей из-под стражи.
- Да здравствует страна свободы.
- Господин прокурор,
можно с вами поговорить?
- Привет, Банкер. Как дела?
- Не могу поверить,
что его отпустили.
Большинство его актрис
несовершеннолетние,
и он их не просто снимал,
он им давал наркоту и насиловал.
Рад был встрече, миссис Хоупвелл.
- Что случилось?
- Выношу свои вещи.
Ты же захочешь сама оформить
свой кабинет.
- Спасибо, дядя.
- Не за что.
- Аарон Боудикер ее не убивал.
- Ты уверен?
- Уверен.
Она трахалась с его племянником.
Ты был в курсе?
- С кем она трахалась, не мое дело.
Надеюсь, ты будешь сообщать
обо всем, что узнаешь.
- А если я узнаю,
что это ты?
- Мне скрывать нечего.
- Да?
- Пришел отчет из лаборатории.
Нашли совпадение по образцу крови
из машины Ребекки Боуман.
- Помогите.
- Худ.
Сукин сын.
- Вины это не доказывает.
- Зато доказывает, что он лгал.
- Теперь ты в безопасности.
Все будет хорошо.
Я сейчас вернусь.
- Но вы же не думаете, что это он?
- Не хочу думать.
Но они с Проктором
не особо ладили.
Ребекка могла оказаться меж
двух огней.
- Это не мотив для убийства.
А без мотива нет обвинения.
- Я знаю.
- И с другими жертвами
его ничто не связывает.
- Знаю, знаю.
- И, кроме того, вы знаете Худа.
- Я о нем знаю только то,
что я о нем ничего не знаю.
- Мне его задержать?
- Нет, подождем.
Посмотрим, куда это выведет.
Спасибо.
- Проходите, девоньки.
Добро пожаловать
на мою киностудию.
Здесь и творится волшебство.
Так, садитесь на диван,
располагайтесь поудобнее.
Можете пока посмотреть
постеры или DVD,
а я сделаю коктейли
и начнем пробы, да?
Будем пить водку.
Отлично.
Ты меня напугала, красотка.
Ты кто, блин, такая?
- Сознательная гражданка.
- Ты пожалеешь,
если со мной свяжешься.
- Не пожалею.
- Уоттс что, слепой, твою мать?
Проктор нас гоняет, как
негров на плантации,
а сам только денежки
стрижет, ублюдок.
Может, Уоттс на зоне и привык
жопу подставлять, а я нет.
Я шестеркой больше не буду.
- Что ты будешь делать?
- Я дождусь
подходящего момента -
и прекращу это всё на хрен.
Я напомню всему нашему Братству,
кто они такие.
Иногда мне кажется, я один вижу,
какое безумие здесь творится.
- Только не убивай.
- Уоттс потерял чутье.
В жопу Уоттса.
Ему плевать, что наши семьи,
наше будущее под угрозой, а мне нет.
Смелым сопутствует удача.
Власть дается тем, кто
ради нее готов на всё.
- Убивать - это слишком просто.
- Справедливость любой ценой.
- Я слежу за тобой.
- Эй?
Кто здесь?
Кто здесь?
Я не хочу неприятностей.
Я не убивал Ребекку, богом клянусь.
- Вот сам богу и расскажешь.
- Прошу вас.
- Доброе утро, Джоб.


Серия 3

- Знаешь, что такое фотокератит?
А ослепление вспышкой?
Одна фигня.
И то, и то - результат воздействия
ультрафиолетового излучения.
Из-за слишком интенсивного света
возникает ожог роговицы.
И ты на время теряешь зрение.
При этом
боль существует лишь
в твоем воображении.
В сетчатке болевые
рецепторы отсутствуют.
Конкретно эта модель
была разработана Министерством
для пыток заключенных после
одиннадцатого сентября.
К сожалению,
ее пришлось запретить.
Так как некоторые из этих ублюдков
ослепли окончательно.
БАНШИ
- Выпусти меня!
Я тебя убью!
Я тебя убью, сволочь!
- Твою мать!
- Спасибо.
Банкер.
Врач говорит, ты поправишься.
- Тихо, успокойся.
Все хорошо. Ты в безопасности.
Посмотри на меня. Все хорошо.
У тебя жар.
Организм борется
с инфекцией.
Я приподниму тебе голову.
Пей. Вот так.
Хорошо.
Молодец.
Глотай.
Я сейчас обработаю раны, ладно?
Будет щипать.
- Ты...
Ты вообще хотя бы знаешь,
что делаешь?
- Ты же до сих пор жив, правда?
- Вы.
- Войти не пригласишь?
- Полковник Стоу, может,
и был сумасшедшим,
но он вел тщательные записи.
После "Генуи" командование их изъяло.
Как я ни пыталась их раздобыть,
везде упиралась в тупик.
- А потом обратилась к тебе?
- Ты же знаешь, тупики -
это мой конек.
- И ты выкрал у командования
материалы по "Генуе".
- Зачем красть, когда
есть сила убеждения.
Времени ушло многовато,
но в итоге я вышел на
нужного парня в Пентагоне.
В обмен на обещание не
отрубать ему член он
любезно снабдил меня
копией материалов.
- Там был список тех,
кто был в тот день на базе.
- Ты сравнила его со списком
пострадавших.
- Одного имени там не было.
Лео Фицпатрик, из частной компании.
- И ты знаешь, где найти этого Лео.
- А как иначе, солдатик.
- Я раньше не оставалась одна.
- Ты не одна.
- Сэр.
Нина Круз.
- Пусть войдет.
- Господин мэр.
- В чем дело?
- Тех троих, которых
выпустил ваш прокурор,
после этого капитально
отмутузили.
- Самосуд?
- Не просто самосуд.
Все три случая связаны с вами.
Так что, кто бы это ни был, они знают,
что вы контролируете прокурора.
Вам хотят на что-то намекнуть.
- Шериф Лотус.
- А ты как думаешь?
- Брок поднимает шум,
но так бы он на вас не наехал.
- Мне нужно имя.
- Это грязная работа.
- Придется все подчистить.
- Вы меня наняли слушать и смотреть.
Я не против подчистить,
но это уже дороже.
- Так покажи, чего ты стоишь.
- Шериф.
- Хелен, этот сраный Интернет
опять не работает.
- Я посмотрю. Пришли Боуманы.
- Черт.
- Их проводить наверх?
- Нет, я сам. Попробуй починить.
Мистер и миссис Боуман.
- Шериф.
- Пройдемте в мой кабинет?
- Окружной судмедэксперт
не отдает нам тело Ребекки.
- Я знаю.
Мы не можем отдать тело,
пока не будет окончательно
установлена причина смерти.
- Ее необходимо похоронить!
- Понимаю.
- У нас так принято.
Прошла
уже неделя со смерти
нашей дочери.
- Понимаю, и, уверяю вас, мы круглые
сутки работаем над этим делом.
- Вы не имеете права
не отдавать ее.
- Миссис Боуман.
- Прошу вас.
Она должна
обрести покой.
- Я постараюсь на это повлиять.
Как-то ускорить процесс.
Хорошо?
Обещаю.
- Все, пошли.
- Еще раз, соболезную
вашей утрате.
- Технологиям неведомы
культурные границы,
чего не скажешь о
компьютерной этике.
Почему?
Культурный релятивизм не позволяет
нам установить единый стандарт.
И, говоря "нам", я
имею в виду "им",
то есть правительству
Соединенных Штатов.
Зато у них есть раздел восемнадцать
Уголовного Кодекса.
Если вы попытаетесь украсть с
помощью компьютера информацию
или повредить сеть,
вам светит тюрьма.
Зато потом станете
востребованным специалистом.
На сегодня все.
Увидимся на следующей неделе.
- Давай на следующую.
Я в поезде.
- Принято.
Я еду.
- Какого хрена?
Урод.
- Он в поезде.
- Принято.
- Ну, наконец-то.
- В машину!
- В машину, твою мать!
В машину, быстрее!
- Держи его.
- Да давайте там уже! Едем!
- Привет.
- Мэгги.
- Слышала, тебя выписали.
- Что ты здесь делаешь?
- Принесла продукты.
- Зачем?
- Не вижу, чтобы тебе кто-то помогал.
- Мне не нужна помощь.
- Да.
Разумеется.
Ты меня впустишь?
- Да.
Конечно.
Я тут
еще не успел
разобрать почту.
- Я о тебе каждую неделю спрашивала.
- Я не знал.
- Я просила не говорить.
Я знаю, что это был Келвин
и его отморозки.
Почему ты на них не заявил?
- Это Келвин просил узнать?
- Не надо так.
Узнай он, что я здесь,
он бы меня прикончил.
Убить его мало за то, что он сделал.
Удивительно,
как два брата могут быть такими
разными и одновременно
такими похожими.
Мне пора домой.
Вот телефон.
Если что-то понадобится.
Вот блин!
Твою мать!
- Келвин.
- Твою мать.
Где, блин, тебя носит?
- Курт, я так больше не могу.
- Знаю.
Когда-нибудь все изменится.
- Думаешь, еще есть надежда?
- Нет.
Я так думал.
Но после этого
для него уже нет пути назад.
Я должен понять,
как отправить его за решетку.
Для этого нужно время.
- Курт, время ничего не изменит.
- Чего ты от меня хочешь?
- Убей его.
- Я не могу убить
собственного брата.
Он же отец Хэнка.
- Знаешь,
когда я была маленькой,
мой отец отравил меня страхом.
Он сделал все возможное,
чтобы я чувствовала
себя в безопасности
только рядом с таким, как он.
И я просто приняла тот факт,
что так будет всегда.
А потом вернулся ты,
и я впервые в жизни поверила,
что все может быть иначе.
Но дело даже не во мне.
Я в ужасе,
что мой сын может вырасти
таким, как Келвин.
Таким, как мой отец, -
злым, жестоким,
полным ненависти...
- Я этого не допущу.
Доверься мне, Мэгги.
- Надеюсь, этот сукин сын не напрасно
до сих пор жив?
- Ну, Лео.
- Твою мать.
- Где Джоб?
- Что?
- Где Джоб?
- Скотина, где Джоб?
- Я таких не знаю.
- Соври мне еще.
Пожалуйста.
- Понял нашу систему?
Каждый раз, как соврешь, -
она тебя ударит.
Когда она устанет, продолжу я.
Она бьет сильно,
я - сильнее.
Понимаешь?
Ты забрал нашего друга,
мы хотим его вернуть.
- Развяжи меня.
Тогда я над этим подумаю.
- Хватит!
Он без сознания говорить не сможет.
Уведи Никиту на кухню.
Я с ним хочу пообщаться.
Идите.
- Прости.
- Ты лишь сделала
то, что хотели мы все.
- Просто все разом взяли и пропали.
Понимаешь?
Это все я виновата.
- Джоб знал, на что идет.
Мы все знали.
- Я не про Джоба.
- Я почти два года
прятался среди холмов,
винил себя во всем
том, что случилось.
Если во всем виновата ты,
получается, я зря потратил время.
- Какая же херня творится.
- Это точно.
- Мистер Фицпатрик передумал.
- Вот как?
У тебя всегда с собой ножовка?
- Это мой рабочий инструмент.
- Советую тебе сказать им
то же, что ты сказал нам.
- После "Генуи" Джоба
три месяца допрашивали.
Пытались вытянуть
из него имена, даты и прочее.
Но он ничего не сказал.
- Упрямый сукин сын.
- Тогда они отправили его на ДЗО.
- Это что за херня?
- Длительное задержание и обработка.
- Применяют к врагам государства,
которым нужен дополнительный стимул.
- Где он теперь?
Говори, сволочь!
- Его держат в секретной тюрьме,
по сравнению с которой Абу-Грейб
покажется пятизвездочным отелем.
- Как туда попасть?
- Никак.
- Говори!
- Туда невозможно попасть. Никак.
- Ответ неверный.
- Стой, стой!
Попасть туда нельзя,
но можно его выкупить!
Если есть деньги!
- Пили уже этого урода.
- Нет! Не надо! Деньги не для меня!
Слушайте, правительству,
в случае чего,
надо правдоподобно все отрицать,
эти заведения
полностью автономны.
Местные начальники ни перед
кем не отчитываются.
Они могут пойти на сделку.
- Сколько?
- Сколько у вас есть?
- Вот вам и безбедная пенсия.
Джоб будет в бешенстве,
если мы все потратим.
- Переживет.
Звони.
- Спасибо, что ты сохранил деньги.
- Я их берег на черный день.
- Договаривайся.
- Да что ты говоришь?
Точно?
Да я на деньги прямо сейчас смотрю,
но, если он сдохнет,
ты их не получишь, понял?
- И что там за херня?
- Джоба собираются гасить.
- Это что еще значит?
- Что он им больше не нужен.
Когда?
- Не знаю. Может, через два дня,
может, через час. Хотите застать
его живым, едем прямо сейчас.
- Сделаю вид, что не заметил.
- Не знаешь правило пяти секунд?
- Что с Ребеккой Боуман?
- До получения окончательных
результатов еще потребуется время.
- Увы, времени больше нет.
Я должен отдать ее тело родным.
- Торопишь меня со вскрытием жертвы
предполагаемого серийного убийцы?
- Скажи, что у тебя пока есть.
- У меня есть незаконченное вскрытие.
- Не доводи меня, твою мать.
Нашел время.
- Господи, Брок.
Расслабься.
Колотые и рваные раны получены
в результате укусов животного,
но они нанесены после смерти.
- Он ее бросил в лесу
уже мертвой, это я и так знаю.
- Да, но, когда он вскрывал ей грудь
и вырезал сердце, она была жива.
Прямо "Храм судьбы" какой-то.
- Все, как с двумя другими жертвами.
Вот ублюдок.
- Ставлю недельную зарплату,
что анализ на токсины обнаружит
следы валиума и демерола.
Она наверняка была в сознании,
но не могла сопротивляться.
- Черт, дай мне хоть какую-нибудь
зацепку. Отпечаток, ДНК, что угодно.
- Это профессионал, Брок.
Умеет заметать следы.
- Ну, и пошел ты на хрен!
- Вообще-то,
я кое-что нашел.
- Боже правый.
- По-моему, раньше
я вас тут не видела.
Такие к нам обычно не ходят.
- Мне чашечку кофе.
- А ты чего хочешь?
- Почём у вас пирог?
- Три доллара.
- Все, что есть.
- Чашечку кофе?
- Я заплачу за пирог.
- А стакан молока?
- Да.
Бери, что хочешь.
Как тебя зовут?
- Черри.
- А по-настоящему?
- Дженнифер.
- Проходи.
Располагайся.
Где твои родители?
- Не знаю.
И знать не хочу.
- Здесь отдельная ванная,
джакузи.
Там чистые полотенца.
В шкафу есть одежда.
Тебе должна подойти.
Будь, как дома.
- А трахать не будете?
- Я тебя просто хотел приютить.
Ничего больше.
Ты устала. Отдохни.
Оставайся, сколько захочешь.
- Скажите...
Чья эта комната?
- Одного дорогого мне человека.
- Боюсь, наше общение
подошло к концу.
Вставай и иди.
Быстро!
- Продолжай идти.
- Тише, тише.
Я здесь, я с тобой.
Я здесь.
Все хорошо.
- Наконец-то, мать твою.
- Едем домой.
- Это что за херня?
- А то ты прямо не знаешь.
- На будущее,
мы сделок не заключаем.
- Эй, ты.
Просто интересно.
Я похож на идиота, который
этого не понимает?
- А ну встал!
Решай, что с ним делать.
- Да, Джоб.
Что ты будешь делать?
- Теперь можем ехать?
- Куда это ты?
- А ну отвали на хрен.
- Неблагодарная сучка.
- Простите.
Пожалуйста, не надо.
- Я дал тебе свободу!
Крышу над головой!
Я дал тебе все!
Но тебе всегда было мало, да?
- Двое на входе.
- Курево просвечивают,
ты его потом получишь.
- Спасибо. Но лучше бы ты голову
из жопы вынул.
- В каком смысле?
- Какого хрена ты снимал
Банши порно?
- Ты говорил с Проктором.
- Он уже устал от твоей херни.
И я тоже.
- Я увидел шанс заработать...
- Ты должен ясно понимать,
чего ты хочешь.
А то побираешься,
как вшивый ниггер или латинос.
- Какого хрена мы этому козлу
до сих пор подчиняемся?
У нас людей
вдвое больше, чем у него.
- Потому что я так хочу.
На то есть причины, в которые я не
стану вдаваться, ради твоего же блага.
Ты меня понял?
- Я тебя понял.
- Смотри, не облажайся опять.
- Не облажаюсь.
- Отлично.
Теперь вали, а то на обед опоздаю.
Сегодня дают тако.
- Кай?
- Прости, Мириам.
По закону я не могу
заставить их выдать тело.
- По закону?
С каких пор тебя волнует закон?
- Я лично привезу вам Ребекку,
как только это будет
возможно. Обещаю.
- Когда Ребекка ушла,
я молилась, чтобы она вернулась.
Но, когда она попала к тебе,
я поняла, что Бог не
внял моим молитвам.
Ее кровь на твоих руках, Кай.
И этого
я тебе никогда не прощу.
- Вы меня спасаете
из этой дыры -
и первым делом привозите сюда?
Бессовестные гады.
- Нам всем не помешает выпить.
- У меня тут
восемнадцатилетний "Гленливет".
Берег для особого случая.
Давай, Джоб.
Выпей.
- Мне надо немного отдохнуть,
а потом я забираю свою долю
и возвращаюсь в город.
Буду там жить
в пентхаусе.
Что?
Ну, давайте уже, говорите.
- Откупиться было недешево.
Лео ушел с деньгами.
- Сколько?
- Все.
- То есть теперь я еще
и остался ни с чем?
- Твоя комната свободна.
- Нет, здесь он жить не будет.
Я заберу его к себе.
Я о тебе позабочусь.
Детей нет, в доме тихо...
- А что Гордон?
Я же не в курсе.
Вы вместе или нет?
- Гордон не выжил.
- Спасибо вам всем, что
меня оттуда вытащили.
Расскажете потом,
почему это заняло почти два года.
- Это еще что такое?
- Лукас Худ.
Вы арестованы
за убийство Ребекки Боуман.
- Вы издеваетесь?
- Сэр, простите, но у нас ордер.
- Ты же знаешь, я этого не делал.
- Да? Тогда объясни, откуда
у нее в машине твоя кровь.
Молчишь? А как она от тебя
залетела, тоже не помнишь?
- Что?
- Да. Банкер, в наручники его.
Едем.
- Сэр.
- Постойте, это...
- Так.
Круз, отойди.
Отойди, твою мать.
Поехали. В машину его.
- Все хорошо.
- Прости.
- Итак,
что же я тут пропустил?
БАНШИ


Серия 4

- Всё было очень вкусно.
- Спасибо.
Как дела на работе?
- Тоска смертная.
Как всегда.
Вот разве
что повысили до начальника смены.
- Я так и знал!
Это надо отметить.
- У тебя есть идеи?
- Еще как есть.
- Иди. Готовься. Я уберу со стола.
- Точно?
- Ну, конечно.
Красота, правда?
Так, секундочку.
Не хочу
запачкать.
- Нет.
Прошу вас.
Пожалуйста.
Нет!
Прошу вас.
Нет!
БАНШИ
- Тише.
- Не стоит благодарить за спасение.
- Я первый тебя спас.
- Что?
- Что ты тут делаешь?
- Пытаюсь тебе помочь.
- Да я не об этом.
Что ты делаешь?
- То, что должна.
- Нет.
Это вранье.
Ты так жить не обязана.
- А что мне остается?
Спрятаться, как ты?
- Ты не такая, как я.
Ты можешь уехать.
Тебе открыт весь мир.
Твой нынешний путь
ведет к одному.
- Возможно.
Но его я выбрала сама.
- Твою мать.
Уходи.
Уйди, пожалуйста.
- Нет.
- Уходи.
Не надо.
- Ты знал, что Ребекка была
беременна?
- Ты уже три раза спросил.
- И буду спрашивать, сколько нужно.
Ты знал?
- Нет.
- В каких вы были отношениях?
- У нас их не было.
- А что было?
Типа
дружеский секс,
а потом ты ее убил?
- Иди в жопу.
- Сам иди.
Слушай.
Я не думаю, что ты убийца.
Но и обратное не доказано.
Зато я точно знаю, что ты с
самого приезда мне врал.
И с меня хватит.
Когда ты видел ее живой?
- Не знаю.
Я...
- Ты не мог бы точнее?
- Я дневник не веду.
- В вечер убийства она приезжала
к твоей хижине.
- Я же сказал, мы не виделись.
- Откуда знаешь?
Ты же дневник не ведешь.
Я думаю, вы все-таки виделись.
Она тебе сказала, что беременна.
Ты этому не обрадовался,
вы поссорились.
Дошло до рукоприкладства...
- Нет.
- Откуда в машине твоя кровь?
- Не знаю. Спроси у Проктора.
- Отвечай.
- Я не помню.
- А как ты вот у них вырезал сердца,
помнишь?
- Брок, ты меня знаешь.
- Не знаю.
Я тебя не знаю.
Я только знаю, что после смерти
Шивон ты слетел с катушек.
Как знать,
может ты проигрываешь ее смерть,
раз за разом, этакую жуткую пьесу.
- Да, блин, открой ты глаза!
Это был не порыв!
Убийца должен был это спланировать!
Думай!
А их я тоже обрюхатил?
Ты знаешь, что это не я!
- Я ничего не знаю!
- Вот в этом ты прав.
- Тед, Шерил, Мартин. Как жизнь?
- Садитесь, мистер Уоттс.
Назовите свое имя.
- Рэндэлл Коуди Уоттс.
- Доброе утро, мистер Уоттс.
Я комиссар Тед Смит. Со мной сегодня
комиссары Шерил Голден и Мартин Дэвис.
- Мы знакомы.
- Сегодня ваше
шестое слушание по
условно-досрочному освобождению.
- Верю тебе на слово,
я сбился со счета.
Шерил, вижу, ребенка
ты уже родила?
- Да.
- Надеюсь, вы назвали
его, как белого человека.
- Мистер Уоттс,
слушание - это не шутки.
- Как по твоему, эта жидовка
тоже так думает?
- Мистер Уоттс!
- Завали хлебало!
- Мистер Уоттс.
- Сценарий известен.
Вы отклоните прошение
и пойдете домой довольные, что
стоите на страже порядка.
Но вот чего вам,
бюджетные уродцы,
не понять, - что какой бы
мерзостью я не казался,
тьма, поглощающая эту страну
и ваши вырождающиеся семейки,
в миллион гребанных раз хуже.
- Слушание окончено. Мистер Уоттс.
- Отымей себя в жопу.
Да, Шерил.
Поцелуй малышку Шошанну
за ее арийского дядю.
Передай, я о ней часто думаю.
- Боль в твоем воображении.
- Шериф дал вам пять минут.
- Всё-таки навестила меня в тюрьме.
- Лучше поздно, чем никогда.
- Я невиновен.
- Знаю.
У тебя есть версии?
- Пока нет.
- Не знаю, разрешат ли залог.
Но, если что, заложим мой дом.
- Спасибо.
Как Джоб?
- Ему там крепко досталось.
- Он отойдет.
- А ты как?
- Мне надо выбираться на хрен.
- Привет, Тед.
- Как он?
- Невиновен, и Брок это знает.
- Ну, улики говорят о другом,
шериф должен с ними считаться.
- Для меня что-нибудь есть?
- Есть.
Это подождет.
- Нет.
Надо отвлечься.
- База по изготовлению
и распределению наркотиков.
- Проктора?
Спасибо.
- Осторожнее, миссис Хоупвелл.
- Отпустили под залог.
- Я ее не убивал.
- Убивал – не убивал. Неважно.
- Что за херня? А ну отойди! Проктор!
Какого хрена?
- Я внес залог.
- Залог?
Да как же.
- Он идет со мной.
- Вот еще.
- Впусти его.
- Нет.
- Отойди.
- Нет.
- Я тут на хер мэр!
- А я шериф на хер!
- Я сказал, отойди.
- Не отдашь ключи,
я буду стрелять.
- Ничего себе.
Какие тут кипят страсти.
- Мэм, сюда нельзя.
- Остальным-то можно.
- Банкер, уведи ее.
- Банкер, ни с места.
Спецагент Вероника Доусон.
Отдел по особо тяжким.
Да, после этого всегда
все как-то напрягаются.
Вы, как я понимаю, шериф Лотус.
А вы?
- Кай Проктор.
- Мистер Проктор.
Примите мои соболезнования.
- Пошли.
- Постойте.
- А ну убери руки!
- Шериф, я разберусь.
Мистер Проктор.
Я могу себе только представить,
как вы расстроены текущим положением
дел, но теперь расследование веду я.
И, хотя мне придется
наверстывать упущенное,
уверяю вас, я в итоге
непременно докопаюсь до сути.
Прошу вас.
Дайте мне время во всем разобраться.
Обещаю,
вы будете обо всем
узнавать первым.
- У вас двадцать четыре часа.
- А что потом?
Веселая компания.
- По-твоему, она красивая?
- Ему понравится.
- Лукас Худ.
Некогда шериф.
Немного дикарь.
А ныне главный подозреваемый
в трех убийствах.
Отличный послужной список.
Шериф говорил, что вы неразговорчивы.
- Да, с шерифом я неразговорчив.
- Он рассказал про Шивон Келли.
Вы же на момент ее
смерти были парой?
Надо же.
Одним махом потерять
и девушку, и помощника.
Тяжело, наверное.
Я понимаю.
Мой муж.
Пол.
Он проводил
тактическую операцию.
Брали мелкого террориста, через
него хотели выйти на крупную рыбу.
Вломились, арестовали,
преступник лежит в наручниках,
тут входит его тринадцатилетний
племянник, в руках "Глок".
Пол мог его легко уложить.
Кто же не справится с ребенком?
Но вместо этого решил его урезонить.
А пацан говорить не захотел.
Пуля попала в шею.
Пол умер сразу.
- Вы этим давно занимаетесь.
- Достаточно.
- Достаточно, чтобы понимать,
что такого, как я, не провести
липовой историей про мужа.
Или вы считаете меня идиотом,
или вы хотели, чтобы
я вас разоблачил.
Зачем? Чтобы я думал, что
контролирую ситуацию?
Мы же оба знаем, что это не так.
Давайте без этой херни, просто
задавайте свои вопросы.
- Ладно.
Вы убили Ребекку Боуман?
- Нет.
- Это было легко.
Благодарю за сотрудничество,
мистер Худ.
- Не за что.
- До встречи.
- У вас, наверное,
в конторе мало друзей?
- Вы так хорошо знаете ФБР?
- Ну что вы.
Зато я кое-что
знаю про изгоев.
- Да.
Не сомневаюсь.
Он невиновен.
- Вот как?
За пять минут поняли?
- Нет, примерно за две.
- Улики...
- Улики - дерьмо, и вы это знаете.
- Улики не дерьмо.
Они косвенные.
Я его выпущу.
- Не сейчас.
- Почему?
- Потому что, как
только мы его отпустим,
он попытается сам найти убийцу.
А я хотела бы иметь фору.
- Чтобы вы знали.
Я тоже не поверил
в историю про мужа.
- В курсе, что твои экс-друзья
работают с Проктором?
- О чем это ты?
- У него вся база кишит неонацистами.
- Откуда ты знаешь?
- Я сейчас на них смотрю.
Курт, ты знал?
- Если бы я знал,
то сказал бы тебе.
Надо взять паузу и все обдумать.
Это меняет дело.
- Но не для меня.
- Кэрри.
Кэрри.
- Почему не сказал?
- Хотел, чтобы это было сюрпризом.
- Когда тут все заработает?
- В конце недели, может, раньше.
- Можем работать в две смены,
утроим выпуск продукции.
Я найму бригадира...
- Ребекка.
Этим я поручил
заниматься Братству.
- Что?
- Да.
- Почему?
- Это мне как мэру обеспечит должную
дистанцию и обособленность.
- Отдай это мне.
- Я все понимаю, но доверься мне.
На тебя у меня планы куда серьезней.
- Конечно, серьезные планы.
Что-то я их не вижу, а ты тем
временем доверяешь бизнес нацистам?
- Знаю, с твоей позиции так и
выглядит, но это в наших интересах.
- Нет, в твоих интересах.
Только они тебя и волнуют.
Не обращайся со мной,
как с ребенком.
- А ты не веди себя, как ребенок.
- Ты в моем возрасте уже всем
руководил, никто тебя не ограничивал.
- Но и не защищал тоже.
- Меня не надо защищать.
- Нет, надо!
Это опасное дело.
- Я сама, твою мать, опасная!
Ты даже не представляешь, насколько.
- Дорогая, бабушка хочет,
как лучше. Она за тебя волнуется.
Дай ей, пожалуйста, шанс.
Хоть ради Макса притворись.
Потому что ты должна подавать пример.
Погоди.
Джоб?
Дэва, я тебе перезвоню.
Твою мать!
Чуть не выстрелила.
- Вот было бы облегчение.
- Ты почему не в постели?
- А ты почему хранишь
свои АК в гардеробе?
- Как ты это открыл?
- Да он пальцем открывается.
У тебя столько оружия,
можно войну начать.
- Не начать.
Закончить.
- Аминь.
Лукавого от нас избавь но...
- Нашим должникам прощаем мы и как...
Небе на как земле на и...
Твое имя святится да.
Небесах на сущий.
Наш Отче.
- Свидание?
- Ты должен поспать.
- Для этого надо закрыть глаза.
- Все наладится.
- Твою мать. Я с тобой.
- Плохая мысль.
- Не плохая. Самая хреновая
из возможных.
- Ты не едешь.
- Ни ты, ни кто-то другой
мне больше не указ.
Ты меня в этом сраном доме
не оставишь. Просто...
Не
оставляй
меня.
- Посидишь в машине.
- Но кто-то же должен
тебя прикрывать. Кто-то...
- Я не шучу.
- Ладно.
- Ты звал. В чем дело?
- Выпьем.
- Да ну тебя.
Я все бросил, думал, ты в беде.
Пойду обратно на базу.
- В жопу Прокторову базу.
А теперь сядь
и прояви, твою мать, уважение.
Ну, нет.
Нехер тут пить, как баба.
Вот.
Пей.
- Все хорошо?
- Не надо было Уоттсу
идти на сделку с Проктором.
Он так занят
обеспечением своей
сраной пенсии,
что наплевал на все,
за что мы столько лет боролись.
Может, его и ослепили
деньги Проктора.
Но меня нет.
И больше я об этом
молчать не буду.
- Дружище, ты пьян.
Что бы ты ни думал...
- Нет, нет.
Хватит уже думать, Джо.
Хватит быть на
побегушках у Уоттса.
Пора наконец стать мужиком.
Уоттса надо кончать.
- Мы этим уже так давно занимаемся.
Тебе не наскучило?
Давай разнообразим
наш досуг.
- Джоб.
Джоб!
Ты как?
- Нормально.
А ты?
- Тоже.
- Я так и подумал.
- Не сейчас.
- На случай, если мне
придется ехать домой одному,
не скажешь, зачем мы здесь?
Для чего ты это делаешь?
Думаешь, вся эта
херня в духе Женщины-кошки -
то, чего он бы хотел?
- Сиди здесь.
- И что он сказал?
- Он сказал: "Ты умрешь".
А это что за херня?
Это частная собственность.
Ты кто такая?
Я задал, твою мать, вопрос.
Сучка,
ты глухая что ли?
- Я тебя слышу.
Сучонок.
- Твою мать!
- Ну же, возвращайся.
- Джоб!
- Помогите!
Ну, давай! Быстрей! Быстрей!
Как прошло?
- Как по маслу.
- До скорой встречи.
- Иди трахни свою мамочку.
Ты за мной?
Крутая тачка.
Фрицы свое дело знают.
Мы в Банши?
- Мистер Проктор просил вас заехать,
как только сможете.
- Тогда какого хера мы ждем?
- Твою мать.
- ФБР, уроды.
А ну положи.
Что ты делаешь?
Вали отсюда на хер! Давай!
Доусон.
Еду.
- Рейвен, это агент Доусон, ФБР.
- Что у нас?
- Предполагаемое время смерти -
девять - десять часов назад.
Судя по температуре
и трупным пятнам.
- Почерк тот же?
- Да.
- Симпатичная девушка
в районе двадцати.
- Сукин сын, опять вырезал сердце.
- Разрез не хирургический, но точный.
Он это делает в безопасном
месте. Не торопится.
- Другие раны?
- Здесь полосы.
Как у остальных жертв.
Она была связана.
Очевидно, грубой веревкой.
- Но такие синяки?
- Ее держали долго.
Он убивает не сразу.
- Сексуального насилия не было.
- Для него это не сексуальный объект.
Вот.
Он ее накачал.
Как и остальных.
Разделал заживо.
Уже опознали?
- Нет, пока нет.
- А что свидетель?
- Он мельком видел, как тело тащили
в лес в районе пяти утра.
- А почему сообщил только
через четыре часа?
- Его мама решила, что он выдумывает.
- Как зовут мальчика?
- Токо.
- Токо.
- Накрывай.
- Ты же Токо? Верно?
Расскажешь, кого ты видел?
Мужчину или женщину?
Старый или молодой?
- Все, хватит.
Довольно вопросов.
Пойдем.
- Так, я тебе сейчас порежу,
и ты все это съешь.
И только потом сладкое.
- Ладно.
- Но только овощи тоже.
Ладно? Обещаешь?
Как картошка?
- Сухая.
- Прости,
я ее передержала.
- Сидите здесь.
Какого хрена?
- Я тоже очень рад тебя видеть.
И да, зайду с удовольствием.
Чую дух стряпни Мэг.
- Как ты вышел?
- Долгая история.
Я тебе потом расскажу.
- Папа.
Ты на свободе?
- Так-то, милая.
Я теперь перевоспитан.
А это
кто у нас такой?
- Хэнк, это твой дедушка.
- Зови меня просто дедом.
- Так, нам уже пора купаться.
- Знаешь что. К черту сердце мужчины.
Путь к нему
лежит через желудок.
- Поздравляю.
Вы не серийный убийца.
- Ты должен заполнить документы.
- Подбросить?
А по тебе не скажешь,
что ты обидчивый.
- Ты нарочно меня задержала.
- Я только приехала.
Хотела сориентироваться.
- Рад был помочь.
Заперла невинного человека.
- "Невинного" - это все-таки
преувеличение, тебе не кажется?
- Да пошла ты.
- Кстати, за алиби —
не стоит благодарности.
Я знаю, где ты живешь.
Пешком до хижины
ой как далеко.
Я хочу выпить.
И тебе уж
точно не помешает.
БАНШИ


Серия 5

- И где твой дом?
- Километра полтора через лес.
- Живешь на природе.
Далеко ты забрался.
- Да, люблю тишину.
- Терпеть не могу.
- Мешают голоса в голове?
- Даже не представляешь.
- Поговори об этом с кем-нибудь.
- Ты думаешь, зачем я тебя подвезла?
- Какая же ты честная.
- Я честная, ты скрытный.
У каждого свои фишки.
Так что
же с тобой случилось?
Ты ведь
точно себя за
что-то наказываешь.
Слушай, у каждого есть дерьмо,
о котором он сожалеет.
- И о каком дерьме сожалеешь ты?
- Нет, для таких вещей мы еще
определенно недостаточно выпили.
- И что, дальше ты мне
скажешь простить себя
и двигаться дальше?
- Я не знаю, что ты сделал.
Простить можно не всё.
- А ты себя прощаешь?
- Нет.
Но я себя и не наказываю.
Потому что думаю, что мир с этим
справится и без меня.
Хочешь поговорить
про Ребекку Боуман?
Я не осуждаю.
- Нет.
- Рано или поздно...
- Я сказал -
нет.
Чего ты хочешь?
- Я пытаюсь понять, часто ли мне
придется с тобой сталкиваться.
Запретить тебе лезть в
это дело я не могу, но
ты упростишь мне жизнь, если
будешь держать в курсе.
- Ладно.
Спасибо, что подвезла.
- Не пропадай.
- Слушай, у меня были тяжелые дни.
- Я думал, у нас уговор.
Ты не должен был спать с Ребеккой.
- Ты знал, что я здесь.
- Я думал, ты ее охраняешь.
- Я на это не подписывался.
- А она - да?
Тебя надо убить.
- Ну давай, мать твою.
- Найди того, кто ее убил.
- На это есть ФБР.
- ФБР его арестует.
Скорее всего, убьет.
А ты доставишь его ко мне.
И придется тебе найти новый дом.
БАНШИ
- Ну же.
- Мисс Боуман, нам
следует подождать...
- Доставай уже, давай.
Феликс.
Где мои деньги?
- Мисс Боуман...
- Где, твою мать, деньги?!
- Ваш дядя.
Он их забрал.
- Что?
Это моя ячейка. Он не может.
Есть правила!
- Ребекка.
Опусти пистолет.
Опусти пистолет.
Все в порядке. Дайте нам пару минут.
- Да.
- Ты с ума сошла?
- Ты забрал мои деньги?
- То, что ты украла их
из моего стриптиз-клуба,
еще не означает, что они твои.
- Может, ты и не
заплатил мне эти деньги.
Но я их заработала.
Каждый паршивый доллар.
- Раз уж целишься, будь
готова стрелять.
Стреляй!
Обсудим это позже.
- Уоттс, это полная херня.
- Заткнись и делай, что тебе говорят.
Чудесное сегодня утро.
Какой это все-таки
бесценный дар - свобода.
- Ты хотел мне что-то показать.
- Вот именно.
Следуйте за мной, господа.
Фатальный провал моего зятя мог
создать неверное впечатление,
что Братство не в состоянии
удовлетворить твоим требованиям.
Но я хотел наглядно показать тебе,
что со мной твое предприятие будет
в надежных руках.
В ночь, когда подожгли фабрику,
дежурил Пони Джо.
- Уоттс.
- Давай.
Быстро.
- Ты же знаешь, я не виноват!
Келвин!
Келвин!
Не вздумай!
Не делай этого!
Не надо!
Келвин!
Келвин!
Не надо! Келвин!
- Ну, давай, Келвин.
Жми на газ!
- Не надо!
Нет!
- Я не прощаю ошибок.
- А задержки поставок?
- Мы начали оборудовать...
- Мне нужно три тонны
через восемь дней.
- Раз такие объемы, значит,
замешаны латиносы.
А это привлечет
массу враждебного внимания.
Яйца у тебя стальные,
этого не отнять.
- Банши станет главным поставщиком
Восточного побережья.
Будете работать надежно -
компенсация будет щедрой.
- Работа - это хорошо.
Но речь идет о картелях.
А с такими рисками
"компенсации" недостаточно.
Я хочу долю.
- Так, Уоттс.
Если товар будет готов к сроку,
уверен, мы придем к
соглашению насчет твоей доли.
- Рад слышать.
Ну, мистер Бабочка?
Будем корешами.
Что же.
Все даже лучше, чем я ожидал.
- Мы ради сраного голландца
убили своего.
- Могли убить тебя.
Я об этом думал.
Убери тут все дерьмо.
- Мои поздравления, Джоб.
Двадцать восемь часов.
Это новый рекорд.
Конечно,
в играх с надзирателями
ты был так себе, но
я в тебе не сомневался.
- Почему
ты меня просто не убьешь?
- Я бы мог.
Правда.
Но, если честно,
я бы скучал по нашим встречам.
До завтра.
Да, это способ оттуда слезть.
Молодец, Джоб.
- Привет.
Все хорошо?
- Да.
- Кошмары?
Если захочешь поговорить...
- Нет.
- Ладно.
Вот, сделай полезное дело.
- Что за хрень?
- Список дел на день.
Бесплатно не кормлю.
- Что за херня.
Я еще не поправился.
- Я в город, пока.
- Я не мойщик окон!
- Однако. Тебя выпустили.
- Ты удивлен.
- Нет.
Что касается
тебя, меня уже ничем не удивить.
Но, раз уж на то пошло,
я был почти уверен,
что ты ее не убивал.
- Ну спасибо.
- Да брось.
От людей никогда
не знаешь, чего ждать.
- Как Джоб?
- Вот ты бы его сам об этом
и спросил.
- Спрошу.
- Воняешь, как пепельница.
- У меня был пожар.
Проктор.
- Да, его разозлили
твои отношения с его племянницей.
- Это еще не значит, что я убийца.
- И что он - тоже.
В данном конкретном случае.
- Не против, если я пойду приму душ?
- Придется воспользоваться моим.
В твоем сарае поселились термиты.
Дезинсекторы велели его сжечь,
иначе они и сюда бы добрались.
- Наверно, оно и к лучшему.
- Тебе есть где жить?
- Уходи.
- Не надо нам это делать.
Мы навсегда такими рождаемся?
Или можно себя изменить?
- Ты про таких, как ты?
- Расскажите об отце.
- Издеваетесь?
- Понимаю, это клише, но
в данном случае, вы
должны согласиться,
отец оказал на вас влияние.
- Да что рассказывать?
Мой отец был чудовищем
и получил по заслугам.
- Вы правда так считаете?
- Он мне на днях снился.
Мы гуляли на Кони-Айленд,
по променаду.
В детстве он летом возил меня
туда каждое воскресенье.
После аттракционов мы обычно ели
попкорн и тянучки.
Мы садились на скамейку -
и он рассказывал мне про маму.
А потом мы макали босые ноги
в прибой.
- И что случилось во сне?
- Ничего.
То есть просто...
Мы там были и все.
- Вы по нему скучаете.
- Бред, правда?
- Смотрите-ка, кто
вышел из тюрьмы.
Опять.
- Как дела?
На вид неплохо.
- Хоть на обложку журнала.
А ты что?
- А что я?
- Говорят, ты без меня играл
в индейца.
- Да. Можно сказать и так.
- А как еще можно?
- Слушай, я пытался тебя найти.
Все пытались.
Но Далтон умер...
- Точнее, ты его убил.
- Я думал, ты мертв.
Я в это верил.
А потом что-то...
Во мне просто...
Я сдался.
Прости.
- Ну, могло быть и хуже.
Могло быть пятнадцать лет.
Ты меня в этом не обвиняешь.
- Нас поимел Рэббит.
- Ну, да.
В мою вахту.
Вся эта наша херня.
Всё в прошлом.
Нам с тобой
ничто этого времени не вернет.
Так что
по-настоящему нас должно волновать
то, что происходит здесь и сейчас.
- О чем ты?
- Наша подруга строит крепость
и вооружена до зубов.
- Зачем?
- Похоже, она видит один
способ почтить память своего мужа.
Довершить войну
с Проктором за него.
- Мистер Уоттс обещал, что все пять
точек будут работать крулые сутки.
Проследи за этим.
- Я ему не верю.
- Не организуем
поставку колумбийцам -
Уоттс будет наименьшей
из наших проблем.
Остановись. Остановись.
- Господин мэр. Господин мэр,
как вы это прокомментируете?
- Мириам, какого черта?
- Отдай Ребекку.
Ты не можешь ее держать.
- Я ее не держу.
- Так разберись.
- Ребекка не единственная жертва.
- Но нам нужно похоронить
только ее.
- Так нельзя - не отдавать
тело. Это неуважение.
- У тебя две минуты,
чтобы убрать отсюда людей.
- Мы без Ребекки не уйдем.
- Ты потерял права на Ребекку!
Когда изгнал ее.
Если вы сейчас же не уйдете, я велю
вас схватить и отправить за решетку!
- Мы тебя теперь не боимся, Кай.
Ты нам больше ничего не сделаешь.
- С этим я бы поспорил.
- Господин мэр. Ответьте на вопрос.
- Сэр, сэр.
Пойдемте внутрь.
- И чтобы здесь немедленно
стало пусто.
- У них разрешение.
- А мне насрать.
- Привет.
- Господи, Худ.
- Господин шериф.
- Знаешь, сколько ты законов нарушил?
- Опять арестуешь?
- Извинений от меня не жди.
- Что ты, я бы поступил так же.
- Ты бы меня застрелил.
- Возможно.
- Чего ты хочешь?
- Была еще одна жертва?
- Да. Студентка, двадцать лет.
- Улики?
- Кроме шестилетнего свидетеля, едва
говорящего по-английски, - нет.
Ничего.
Ты все равно в это полезешь, да?
Я все же спрошу.
Ты правда не знал
про беременность?
- Нет.
- Ты, наверное, был в шоке.
Соболезную.
Мисс Фрэнсис.
- Да.
- Шериф Лотус, округ Банши.
Мы общались, когда
нашли вашу сестру.
- Я помню.
Я уже ответила на ваши вопросы.
И на вопросы ФБР тоже.
- Я знаю. И спасибо вам.
Это личные вещи Джилл.
Хотим их вам вернуть.
Я не представляю,
как вам сейчас тяжело.
- Он убил троих женщин - и при
этом на свободе? До сих пор?
Искал новую жертву и нашел Джилл?
То есть…
Вы шериф!
Защищать её - ваша работа.
- Я знаю.
- Здорово, Курт.
- Вышел.
- Меня отпустили.
И я вот что подумал.
Каждый заслуживает
второго шанса.
Возвращайся в лоно
семьи, ты нам нужен.
Больше, чем когда-либо.
Келвин много болтает,
но он не из того же каленого
железа, что мы с тобой.
- Ты мне
предлагаешь вернуться
в Братство?
- Ты теперь знаешь полицию изнутри,
ты нам стал еще ценнее.
Давай.
Что скажешь?
- Рэндэл.
Не знаю, как тебе удалось выйти.
Но, явившись сюда,
ты совершил ошибку.
- То есть?
- Потому что теперь
я буду знать,
что ты вышел.
И сделаю все возможное,
чтобы упрятать тебя обратно.
- Да...
Ну я и не ждал, что
ты клюнешь сразу.
Тогда бы это был не ты, верно?
Сегодня я праздную.
Отмечаю свое освобождение.
А завтра примусь за работу.
Если до тех пор не согласишься,
станешь первым пунктом
повестки дня.
- Хелен.
Скажи всем, через час у
меня пресс-конференция.
- Что будете делать?
- То, что должен был сделать давно.
- Что это все значит?
- Вы больше не будете
торговать в Банши.
Вы больше не будете
торговать нигде.
- Кай!
- Для Банши настали опасные
и печальные времена.
Четыре девушки
были жестоко и бессмысленно убиты
извращенным трусом,
который охотится на тех,
кто меньше и слабее.
- Ты Токо?
Можно я порисую?
- Весь наш департамент, а также ФБР,
круглые сутки работали, чтобы
опознать и задержать убийцу.
Пока нам это не удалось.
За это всю
ответственность несу я.
- Я раньше тоже был полицейским.
И, хотя я больше там не работаю,
иногда я им помогаю.
Ловить злодеев.
- И я хочу пообещать.
Поклясться.
Что я не остановлюсь.
Пока убийца Джилл
Фрэнсис, Мередит Кобл,
Аманды Кроули
и Ребекки Боуман
не получит справедливого
возмездия.
- Это его ты тогда видел,
в лесу?
А что это у него на голове?
На нем была шляпа?
Это рога?
- А теперь
я хочу обратиться лично к тебе.
Жалкий,
ничтожный трус.
Я не знаю, кем ты там себя возомнил.
Но ты навсегда останешься не более
чем жалким извращенцем.
Я тебя найду. Найду.
И упрячу тебя за решетку, чтобы ты
больше никогда никого не тронул.
- Выпьешь что-нибудь?
- Виски со льдом.
Мне так хвалили
этот клуб.
Но где же самое интересное?
- Без понятия, о чем ты говоришь.
- Ты меня понял.
- Иди домой, девочка.
- Только когда найду, что ищу.
- Спасибо за чаевые.
- Какая гадость.
- Какого хрена?
- Тебя здесь не должно быть.
- Да, дурные решения - это мой конек.
Но уж тебе-то об этом известно.
- Я не знаю, кто ты.
Но правила тут простые.
Никто не выйдет таким, каким вошел.
- Я, пожалуй, откажусь.
Я думала, я извращенка, но вы,
ребят, совсем крезанутые.
- И ты тут.
- Как ты меня нашел?
- Я не искал.
Тот индейский пацан нарисовал.
Это единственное место в
городе, где мудаки с рогами.
Ты почему здесь?
- Эти убийства оказались похожи
на ритуальные убийства из нашей базы,
характерные для приверженцев
сатанизма.
Ты, ублюдок.
Ты у кого тело уродовал?
Ты у кого тело уродовал?
- Отвали.
- Ответ неверный.
- Ладно, ладно.
Его зовут Доктор Куик.
- Он хирург?
- Да. То есть бывший.
- Где его найти?
- Химчистка на Суонсон,
с черного хода.
- Найдите себе новое хобби.
- Это ты.
- Привет, Гейл.
- Привет.
- Ты нервничаешь.
- Да нет.
Я просто не ожидала тебя тут увидеть.
- Прости.
Не хотел тебя напугать.
Я следил за тобой, Гейл.
Ты тихая,
не стремишься выделяться,
как другие послушники.
Но твое служение
так искренно.
Меня это привлекает.
- Спасибо.
- Мы во многом похожи, Гейл.
Твоя вера крепка, так ведь?
- Да.
Да.
- Это хорошо.
Потому что
я избрал тебя
для очень почетной задачи.
Ты готова послужить Ему?
- Да.
Да.
- Спасибо.
- Какие-то проблемы?
- Поступил звонок, что тут бродяга.
- Мы полицию не вызывали.
- Видимо, это ваши соседи.
- Наверняка.
Правда, у нас их нет.
- Да.
У вас их нет.
- Что же вы так далеко
поставили машину?
Столько пришлось идти.
- Вы здесь живете?
- Я в гостях.
- Тут столько средств наблюдения.
- Знаете, как говорят.
Если у вас нет паранойи, это еще
не значит, что вами не следят.
- Золотые слова.
Хорошей ночи.
- Будем надеяться.
- Я вам тут хочу кое-что сказать!
Спасибо вам за этот праздник! Рад
вас видеть!
Я смотрю вокруг и думаю,
сколько же всего изменилось, пока
меня не было. Столько всего.
Но за эти восемь лет за решеткой
одно не изменилось точно -
моя преданность всем вам.
Потому что вы, придурки, - моя семья.
А семья держится вместе.
Независимо ни от чего.
А, что касается меня лично,
я свое отбыл.
Заплатил по счетам.
И я устал жить
в грязи во имя высокой цели.
Мы многим жертвуем
ради наших убеждений.
И потому мы имеем
право брать трофеи!
У меня есть большие планы.
Которые позволят нам
заполучить эти самые трофеи.
У нас будут деньги -
и с ними безопасность.
А с нею
и власть.
Сегодня мы пьем.
Занимаемся любовью.
А завтра
начинается новая
арийская революция!
- Что это была за херня?
- Это новое начало, Келвин.
- Деньги? Вот, значит, как?
С каких пор Братство преследует
цель нажиться?
- Да повзрослей уже. Убеждения
на хлеб не намажешь.
Не все могут напялить галстук
и просиживать штаны в офисе.
- Ты продал Братство.
Все то, ради чего мы работали,
ради чего ты сидел в тюрьме.
- Я сидел ради семьи, ради тебя,
ублюдок неблагодарный.
А ты тут просираешь мои соглашения
и теперь смотришь на меня так,
будто я тебе мешаю?
Не того брата выбрала моя Мэгги.
Курт запутался,
но у него хоть яйца есть.
- Ясно.
Ясно.
- Зажигаем!
- Банкер.
Ну ты даешь!
- Вы здесь откуда?
- Ты в курсе, что у тебя
навигатор с обратной связью?
Какого хера?
- Оставьте меня. Это Рэндэл Уоттс,
он у них главный.
Он только вышел из тюрьмы.
Один выстрел - и все кончено.
- Один выстрел - и все Братство
будет здесь. Вставай.
Твою мать, Банкер, не дури!
Надо быть умнее их.
Нельзя играть по их правилам,
надо играть по своим.
Ты в форме, на нашей машине.
Ты чем думал?
- Простите.
- В жопу "простите".
Город совсем рехнулся.
Серийный убийца
гуляет на свободе,
мэр - гангстер, а ты хочешь
воевать с неонацистами.
На меня смотри.
Меня в жизни уже почти
ничего не волнует.
Только Банши. И все.
И будь я проклят, если
сдам город без боя.
Так что решай немедленно,
будешь ли ты биться
на моей стороне
или станешь очередной
моей головной болью.
- Ладно.
- Что - ладно?
- Ладно.
- Сваливаем.
- Это была
хорошая речь.
- Черт.
Пару раз всё-таки получила.
- И надавала тоже.
- Не волнуйся.
Под кроватью
я проверяла.
- Тебе надо отдохнуть.
- Надо.
Но столько
виски я одна не выпью.
- Мы оба знаем, что это неправда.
- Давай, скажи, что
тебе не надо выпить
после того безумия, которое
мы только что видели.
- С этим не поспоришь.
- Господи.
Ну, что.
Пойдем общаться с хирургом?
- Я больше не коп.
А даже, когда им был,
не любил работать в команде.
- Да, я тоже.
Но мы ищем одного и
того же человека.
Почему бы друг
друга не прикрыть.
Я знаю, ты можешь
это сделать один.
Я тоже, меня потому и послали.
Но с таким противником
сталкиваешься не каждый день.
И это твой город.
Ты здесь все знаешь.
Помощь будет очень кстати.
- Ладно.
- Мэгги.
- Не могла до тебя дозвониться.
Папу выпустили.
- Знаю. Он ко мне приезжал.
- Сделай что-нибудь.
Больше ждать нельзя.
- Я пытаюсь. Но тут дело не только
в Келвине и твоем отце.
- Ты про наркотики.
- Ты откуда знаешь?
- Это было на столе у Келвина.
- Мэгги, если бы он увидел...
- Я пытаюсь тебе помочь, ясно?
Это расписание поставок
или что-то такое.
Кажется, у них какой-то
крупный заказ.
- Это было на его столе?
- Да, а что?
- Здесь очень большие объемы.
Это
не торговля местного масштаба.
Здесь...
Такие цифры.
Обещаю тебе, скоро это закончится.
Но ты должна пойти домой и сделать
вид, что все в порядке.
- Курт, я...
Так долго не смогу.
Я постоянно живу в страхе.
- Знаю.
Я вытащу тебя оттуда.
Обещаю.
- А мне нальешь?
- Убирайся.
Это мой дом, тебе здесь не рады.
- Как мило.
Но яйца отращивать поздновато.
Давай уже заткнись и
налей мне выпить.
Что ж, налью себе сам.
БАНШИ


Серия 6

- Шериф на месте?
- У него совещание. Что вы хотели?
- У меня для него информация.
- Я вас слушаю?
- Он просил передать,
что не остановится.
Эти девушки - только начало.
- Что это?
- Он хочет, чтобы вы видели.
Вы все увидите.
- В чем дело? Нет! Нет! Не надо!
БАНШИ
- Келвин?
Где ты был?
Что произошло?
Это кровь?
Келвин.
- Тихо.
- Перестань. Пожалуйста. Стой!
- В чем, твою мать, дело?
- Только давай не так грубо.
Пожалуйста.
- Господи.
И кто он?
С кем ты ещё трахаешься?
- Что? Нет.
Что ты.
- У нас несколько месяцев
не было секса.
- Просто ты
меня напугал.
Ты меня напугал.
В чем дело? Что происходит?
Что с тобой? Что случилось?
Келвин, нет.
Не надо.
- Душ свободен.
Угощайся.
- Я это не люблю.
- Я сначала работала под прикрытием.
А белым телкам бывает сложнее
втереться в доверие.
Так что приходилось
или трахаться,
или курить эту хрень.
Иногда и то, и другое.
- Ты не обязана объяснять.
- Я собиралась бросить.
Но, когда круглые сутки
сидишь по уши в этом дерьме,
иногда хочется отвлечься.
- За тебя следует волноваться?
- Нет.
Но было бы приятно.
Ну, дела.
А ты, оказывается,
застенчивый.
- Спасибо, что приютила.
- Я и в постели бы приютила.
Шучу.
- Ты, блин, кто такой?
- Мэгги.
- Курт.
- В чем дело?
- Слушай...
- Присядешь?
- Да нет. Я не хочу сидеть.
- Хелен. Не угостите Хэнка
вкусняшками из своих запасов?
- Конечно.
Привет.
Пойдешь со мной?
- Спасибо.
Иди сюда.
В чем дело?
Он тебя обидел?
Вот скотина.
- Я ушла.
Я больше не могу там оставаться.
- Он тебя отпустил?
- Он еще не знает.
Я просто
взяла Хэнка, собрала вещи и...
Я даже не знаю, где жить.
- У меня.
- К тебе он пойдет первым делом.
- Я найду его раньше.
- Нет.
Я должна думать о Хэнке.
Курт.
Кажется, он убил моего отца.
- Рэндэл мертв?
- Я не знаю. Они ушли вместе, а потом
пришел Келвин, весь в крови.
И это было так ужасно. Я...
- Так.
Все хорошо.
- Это мамина кофта?
- Да.
- Она ее не носит.
Тебе идет.
- Мне почти все идет.
Убери стекло,
пока она не вернулась.
- Немедленно займусь.
И какую роль ты играешь в этом
балагане?
- У нас твоей матерью
и твоим отцом
давняя дружба.
- Да? С которым отцом?
- С тем, в которого
ты такая дерзкая.
- Ясно.
Ты ее зовешь Кэрри или Ана?
- Кэрри вообще-то придумал я.
- Мне вот тоже новая жизнь
не помешает. Не устроишь?
За тобой должок.
- Ах ты маленькая оторва.
- Надо хоть что-то извлечь из того,
что дала судьба.
- Судьба, милая моя,
дала тебе родителей,
готовых за тебя умереть.
Поверь, немногим такое дается.
- Дэва.
Почему ты здесь?
- Я тоже скучала.
- Да просто неожиданно.
- Ты опять поменяла замки.
- Прости, забыла сказать.
Бабушка знает, где ты?
- Я оставила записку.
По мне скучать не будут.
- Дэва.
- Я туда не вернусь.
Там нет вай-фая и воняет, как в жопе.
- Если опека узнает...
- Не узнает.
- Я им не скажу.
- А ты не лезь.
- Если тебе так легче,
выбора у тебя нет.
- Так давай арестуем Келвина.
- Она не даст против него показания.
Она напугана.
Говорит,
Келвин убил ее отца.
- Келвин в курсе?
- О чем именно?
- О вас двоих.
- Нет.
- Точно?
- Да.
- Ты же не думал, что я в курсе,
а мне потребовалось десять секунд.
Я не самый глупый коп, но он-то...
- Келвин не в курсе.
- Пусть поживут у меня.
- Правда?
- Да.
Пока не найдешь управу
на брата.
- Спасибо.
- Не за что.
Ты, кстати, как, в порядке?
Это самосожжение сегодня утром.
Тебя, наверное, задело?
- Все хорошо.
- Мне
запах до сих пор мерещится.
- Это пройдет.
- Вам помочь?
- Спасибо, не надо.
- Вам туда нельзя.
Вам туда нельзя!
- Знаю.
- ...теперь посмотрим здесь...
- Господи.
- Сюда нельзя.
- И тем не менее. ФБР.
Милая, вали отсюда.
Доктор Дэвид Куик?
Вы-то мне и нужны.
- Привет, док.
А ну присядь.
- Попытка номер два?
Подпольное увеличение груди?
Без лицензии?
Уголовное преступление.
- Я не делаю операций.
Тиффани моя подруга,
я смотрел, как ей сделали грудь.
- А зачем бежать?
- Не люблю копов.
Парень, туда нельзя.
У тебя есть ордер?
- Мне он не нужен.
Я не коп.
- Мы, конечно, можем разработать
эту версию, но это будет долго,
скучно, и вы все
равно проиграете.
Или вы ответите на пару вопросов -
и я забуду о нашей встрече.
Я здесь.
- Ладно.
Что вы хотите знать?
- Модификации тела.
- То есть?
- Делаете их?
- Иногда. Это сейчас в моде.
- Потакаете извращениям.
- Порой даже отказываюсь потакать.
Люди иногда хотят такого...
Осторожнее! Это дорогие вещи!
- Я ищу мужчину с имплантами
в виде рогов. Вы такое делаете?
- Да.
- Тогда выкладывайте записи.
- Вы же не думаете, что я их веду.
- Не думаю, что рога -
это рядовой запрос.
- Более рядовой, чем кажется.
У нас тут земля Сатаны.
- И тем не менее.
Запрос неординарный. Даже для вас.
Кому последнему вы их делали?
Вы наверняка помните.
- Люди, которые
такое заказывают, -
не самые образцовые граждане.
Я беру наличными.
И не спрашиваю имен.
- Надо же, как удобно.
- Да что за херня.
Я звоню адвокату.
- Пошли.
Он ничего не знает.
- Меня
наш разговор не
удовлетворил, доктор Куик.
На вашем месте
я бы позвонила.
- Благодарю.
- Я только начала обрабатывать.
- Он бы ничего не сказал.
А это скажет.
- Он лежал на столе.
Да у тебя крутые навыки.
Он за тобой следил. Я тоже.
Как тебе удалось?
- В том-то весь и фокус.
А я думал,
меня не удивишь.
- До чего доводит социопатов
комплекс неполноценности.
- Я тебе звонил.
- Была занята.
- У нас какие-то проблемы?
- Что вы.
Кстати о проблемах, помните,
с чем вы просили разобраться?
- Да.
- Я разобралась.
- И кто он?
- Не он. Она.
- Доказательство номер четыре
было также предоставлено эксперту
за пять дней до слушания.
Итак, если позволите, на фотографии
мы видим останки разрушенной
задней двери.
- Миссис Хоупвелл.
Вас в последнее
время часто можно встретить в суде.
Интересуетесь правом?
- Вроде того.
- Мне до сих пор
не представился случай выразить вам
соболезнования в связи с утратой мужа.
- Вы его ненавидели.
- Что вы. Вовсе нет.
Я его уважал.
Не принимал близко к сердцу.
Надеюсь, что и он тоже.
- Ошибаетесь.
- Что же.
Так или иначе,
это было печальное известие.
- И вам мои соболезнования.
- Мы оба понесли утрату.
А большая утрата иногда
затуманивает рассудок.
Заставляет действовать импульсивно.
А после жалеть об этом.
Понимаете?
- Нет.
Не очень.
- Нет? Ну,
так задумайтесь об этом.
Вам есть, что терять.
- Как и всем нам.
- Нам обоим надо быть осторожнее.
- Помнишь меня, сладкий?
- Стерва, которая задает
лишние вопросы.
- Ты меня помнишь! Как приятно.
Но у этой сучки есть жетон.
Я разве об этом не упоминала?
- Я не хочу неприятностей.
- Это правильно.
- Мы ищем мужчину с рогами.
Сюда заходят такие?
- Да, с имплантами.
- В общем, он убивает девушек.
Просмотри и скажи,
есть ли знакомые лица.
- Большинство сатанистов,
которые тут бывают, туристы.
Так они пытаются
казаться круче, чем есть.
Кроме вот этого парня.
- Кто это?
- Это Боуди.
Деклан Боуди.
Матёрый ритуальщик.
- Он часто приходит?
- Раньше приходил, присматривался,
может, вербовал
последователей. Не знаю.
Все его сторонились,
он слишком идейный.
- Хочешь сказать, он
настолько двинутый,
что его боятся даже сатанисты.
Ясно.
- Где его найти?
- Чтоб я знал.
- Ты знал его имя.
- Вот и хватит с вас.
- Говори, где его найти.
- Твою мать, не знаю.
- Где?!
- Да не знаю я! Этот урод думает,
будто он орудие дьявола. Так?
Он как-то пришел и говорит,
мол, я общался с Люцифером.
Я говорю, ври больше.
А он берет у меня из рук ножик
и начинает отгибать себе ногти,
один за другим. С улыбочкой.
И заказывает выпить.
Что за человек такой?
- С ним стоит поговорить.
- Видишь?
Сотрудничай -
все будет хорошо.
Да?
Интересно. Ясно.
Да, спасибо.
О Деклане Боуди особо
ничего неизвестно.
Ни адреса,
ни родственников.
Но он ранее привлекался.
Пятнадцать лет назад, статутное
изнасилование, соседний округ.
Имя жертвы засекречено.
- Можем рассекретить?
- Да, но для этого нужен ордер.
Так что только завтра.
- Да что ж такое.
А нельзя никакого
судью разбудить?
- Ты удивишься, но федеральные судьи
меня не особо жалуют.
- Ладно. Что теперь?
- Будем ждать.
- И все?
- Да.
- Супер.
- А ты не выносишь простоя, да?
То, как ты двигаешься, как ходишь.
Как хочешь проломиться через стену,
даже не думая поискать дверь
или ключ от нее.
- Ты это к чему?
- Склад характера, неподходящий
для успешного полицейского.
Если честно, ты больше похож
на преступника, чем на копа.
- Ты меня не знаешь.
- Ты не можешь сидеть на месте.
Как будто тебя долгое время насильно
заставляли это делать.
Входя в комнату, ты
всегда проверяешь углы.
Этому в полиции не учат,
это школа выживания.
Со мной ты себя ведешь
неоднозначно.
Ты избегаешь смотреть
в глаза.
И это не от неуверенности.
У тебя есть тайна.
А может, и не одна.
- Может, ты мне просто не нравишься.
- Нравлюсь.
Так ведь?
- Вот как.
Думаешь, ты меня знаешь.
Только вот ни хера ты не знаешь.
Я проверяю углы,
потому что, сколько я себя помню,
меня там всегда кто-то поджидает.
А когда я бездействую, то умирают,
твою мать, те, кто рядом!
- Мне жаль.
- Неправда.
- Да.
Неправда.
- Да ничего.
- В чем дело?
- Прости.
- Я в патруль.
- Моя смена.
- Я должен сбежать из этого бедлама.
- Ладно.
- Кто здесь?
Черт.
- Ну, что, не спится?
- Здесь не место обсуждать дела.
- Так нам больше обсуждать нечего.
Братство на тебя не работает.
- Неужели?
- Да.
Представь себе.
- Что ж.
Очень жаль.
- А мне нет.
- Вот только что обо всем
этом скажет Уоттс?
- А мы его спросим.
Что скажешь, Рэндэл?
Похоже,
он язык проглотил.
- Смелый шаг.
- Да.
Знал, что тебе понравится.
Итак, слушай внимательно.
Что было твое, теперь наше.
Склады, поставки,
клиенты, я забираю все.
Можешь уйти по-хорошему,
можешь нет.
Но уйдешь
в любом случае.
Голову оставь на память.
- Привет.
Я видел тебя по телеку.
Это был не мой выбор.
Я избранный.
Понимаешь?
Он меня избрал.
Меня не остановишь.
Я был
послан,
чтобы кормить зверя.
Я стал
иным, я стал чем-то большим.
А ты? Ты букашка.
Ничтожное насекомое
перед лицом его мощи.
- Да пошел ты.
- Закрой глаза, коп.
Закрой глаза.
Радуйся тьме.
Ибо тебе суждено стать
свидетелем его воли.
И лишь после
этого я прекращу
твою жалкую жизнь.
- Где они?
- Вали на хер из моего дома.
- Где моя жена?!
- В безопасности.
Она пока не готова общаться.
- Руки прочь от
моей семьи, Курт.
От моей жены, моего сына.
Ты хоть знаешь, твою мать,
что я с тобой сделаю?
- Где Уоттс?
- Уоттс мертв.
Где Мэгги?
- Она не хочет тебя видеть.
- Да пошел ты!
Какого хера
это говоришь ты?
- Хочу и говорю.
Я иду в дом.
Если через две минуты
ты еще будешь здесь,
то я выйду опять.
И, поверь мне,
тебе это не понравится.
- Курт.
Помнишь,
папа нас с тобой водил
на собачьи бои?
- Да.
- И как-то раз я его спросил,
бывает ли в этих боях ничья.
А он
засмеялся
и сказал:
"У собачьего боя
исход всегда один".
Ты помнишь?
- Помню.
- Исход один, Курт.
- Знаю.
- Дэва!
- Ты ранена?
- Нет!
- Пошли. Пошли! Вылезай на крышу!
Быстро!
Держи. Предохранитель снят.
Двумя руками.
Направишь и нажмешь.
Спрячься.
И не высовывайся.
Иди.
Быстро!
Как же я устал.
Бороться
за свою
сраную жизнь.
- Где Дэва?!
Ты цела?
Прости.
Прости меня.
Прости.
- Дэва?
Так, не торопись.
Ты в цела? Не ранена?
Так.
- Я просто хотела домой.
- Знаю.
- Но я не знаю, где мой дом.
- Иди ко мне.
- Надеюсь, у тебя хорошие новости.
- Судья дал добро. Жертву
изнасилования зовут Ким Ньютон.
Она с тех пор не переезжала.
- Адрес есть?
- Проверь почту.
- Обожаю тебя.
За мной должок.
- Должок-то копится.
- Ох, уж этот гребанный город.
Недели не проходит, чтобы
кто-нибудь не обстрелял.
- Ты отлично справился.
- Потому что это вошло в привычку,
твою мать.
- Спасибо.
- Слушай, есть много других мест.
- Ну да, рассказывай.
Что это была за херня?
- Проктор.
- А ты что к нему полезла?
- Ты издеваешься?
Являешься раз в несколько
лет и устраиваешь допрос.
- Чтоб тебя! Дэву могли убить.
- Пошёл вон.
- Ана. Послушай.
- Убирайся на хер!
Да кто ты такой, чтобы
мне об этом говорить?!
Думаешь, я сама ничего не знаю?!
- Не надо.
Все хорошо.
Все хорошо.
Все хорошо.
Все в порядке.
- Здравствуйте. Чем обязана?
- Ким Ньютон?
- Да.
Полицию вызвали мои родители.
Мне было пятнадцать.
Деклану было двадцать пять.
Я тогда была тихоней.
В школе у меня друзей
почти не было.
Я всегда оставалась в стороне.
На меня никто не обращал внимания.
А потом появился Деклан.
Он сказал, что я красивая,
и сказал это искренне.
Меня до того даже ни
разу не целовали.
А тут красивый парень, старше
меня, по уши в меня влюбился...
Я понимаю, я была юная,
впечатлительная, он
мной воспользовался,
но я
до сих пор думаю,
что он меня любил.
А уж я-то как любила.
- И что случилось?
- Папа обо всем узнал.
Он схватился было за монтировку,
но мама
уговорила его
позвонить в полицию.
Как я тогда ревела.
- А что секс?
Были
какие-то
извращения?
- Секс был активный,
но нет, извращений не было.
У Деклана что, неприятности?
- Он фигурирует по делу.
Когда вы общались
с ним в последний раз?
- Когда его арестовали.
После этого я его не видела.
- Хороший у вас дом.
- Спасибо.
Достался от родителей.
- Если что вспомните, позвоните.
Спасибо.
Привет, это Вероника.
Ты утром от меня сбежал.
Но, в общем, я нашла
жертву изнасилования.
Она говорит правильные вещи,
но что-то с ней нечисто.
Я сейчас возвращаюсь в гостиницу.
Позвони, и мы все обсудим.
БАНШИ
Черт.
- Ты меня искала?


Серия 7

- Какого хрена надо?
БАНШИ
- Не расскажете, откуда у вас синяки?
- Не хочу.
- Боитесь, что вам не вернут детей?
- Может мне, наоборот, стоит бояться,
что их вернут?
Я не достойна быть их матерью.
Может, я вообще заслуживаю
только то, что у меня есть.
- Давайте сделаем так.
То, что вы сейчас скажете,
не повлияет на мои рекомендации.
Это останется между нами.
- Зачем это вам?
- Представьте себе,
я хочу вам помочь.
А для этого
нужна правда.
- Я подвергла её опасности.
- Дэву?
Она была дома?
Что случилось?
- Меня хотели убить.
- Кто хотел вас убить?
- Хотите правду?
Я лгала.
Лгала родным, лгала мужу.
Вот Гордон
никогда не лгал.
Только его правда
у меня и осталась.
Он всего себя посвятил
борьбе с местной коррупцией.
- И вы должны завершить его дело,
так как он погиб ради вас?
- Всё не так просто.
- Так помогите. Помогите мне.
Я хочу понять.
Скажите правду.
Помогите мне...
- Я все это время любила другого.
Я знаю. Я должна это прекратить.
- Нет.
Вы должны довести
дело до конца.
- Вы точно психолог?
- Я говорю не как психолог.
Я говорю как отец.
Пока эта ситуация не разрешится,
вы не сможете стать
хорошей матерью.
Доведите дело до конца.
- Где наркотики?
- Они всё забрали.
- Кто?
Ты отдал Келвину Банкеру мой товар?
Отдал Келвину Банкеру мой товар!
- Привет, это Вероника.
Ты утром от меня сбежал.
Но, в общем, я нашла
жертву изнасилования.
Она говорит правильные вещи,
но что-то с ней нечисто.
Я сейчас возвращаюсь в гостиницу.
Позвони, и мы все обсудим.
- Итак.
На камерах видно, что она уехала из
гостиницы вчера в районе полудня.
Я отрядил на поиски
всех, кого мог.
ФБР собирает группу.
- Она столько не проживет.
Искать надо сейчас.
- Как?
Худ, я не первый месяц ловлю
этого ублюдка - и никаких зацепок.
- А что девчонка?
Которая себя сожгла.
- Гейл Уэскотт.
Ее квартиру трижды обыскали.
Никакой связи с Боуди.
Я сделал запрос на
выписку с ее телефона,
но пару дней это
все равно займет.
- Телефон у тебя?
- То, что от него осталось.
- Едем.
- Узнаю этот взгляд.
- Мне нужна помощь.
- Есть в этом мире что-то неизменное.
- Как в старое доброе время.
- Ты-то по нему спец.
- Погоди.
Я тебя знаю.
- Прошу прощения?
- Мы участвовали в перестрелке.
С украинскими бандитами, на заводе.
- Поправочка.
Я участвовал в перестрелке,
а ты валялся на полу и что-то
вопил про ногу. Что у вас?
- Сотовый.
Нужна история вызовов.
За последние дни.
- Только с него нельзя
ничего считать...
- Копам, может, и нельзя.
Это как-то связано с Боуман?
- Да.
- Пятнадцать минут.
Где мой компьютер?
- Там, где ты его оставил.
- Он сам себя не принесет...
- Твою мать.
Ладно.
- Готово.
Огонь уничтожил
большую часть памяти,
но мне удалось узнать серийный
номер и взломать лог.
- Понятия не имею, о чем ты, но я
так скучал по этим твоим фразочкам.
- Когда она себя подожгла?
- В семь утра.
- Тем утром есть звонки?
- В течение двух часов до того -
пять звонков. Все на один номер.
- Боуди.
Дай номер,
я велю его отследить.
- Я его уже отследил,
ты отстал от жизни.
Это номер Ким Ньютон.
Знаешь такую?
- Нет. Видимо, она связана с Боуди.
- Адрес.
- Спасибо.
- Тебя кто, на хер, впустил?
- Я ищу Келвина.
- Ты ищешь проблем на свою задницу.
- Мистер Банкер взял то,
что ему не принадлежит.
Мой хозяин просил это вернуть.
- Вот как? Ну, так передай Проктору,
что он может идти на хер.
Он больше не у дел.
- Ясно.
- Ты агент ФБР.
- Да.
А ты - серийный убийца.
- Я убиваю не потому, что мне
это нравится.
- Да.
А потому, что ты псих.
- Все относительно.
- Я бы так не сказала.
Ты думаешь,
с тобой говорит Сатана.
Сатаны нет, стало быть,
ты сумасшедший.
- Ты меня не боишься.
- Не принимай близко к сердцу.
Я слишком много раз
заглядывала за кулисы.
- За кулисы?
- Да, как
в "Волшебнике страны Оз".
Оказывается, что
могущественный волшебник
всех одурачил.
Он просто спятивший старик,
показывающий фокусы.
- Знаешь, что?
- Что?
- Ты победила достаточно волшебников,
чтобы задуматься:
вдруг они знают то,
чего не знаешь ты?
Вдруг есть и другие истины,
кроме тех, которые ты твердишь?
И эти
истины так отымели твой мозг,
что ты даже не знаешь,
чего стоит бояться?
- Тебе не нравится, что я не боюсь.
Ты чувствуешь себя слабым.
Лишенным власти.
- Не тебе меня анализировать.
- Мне это и не нужно.
Я тебя уже поймала.
- А ты мне нравишься.
- Но ты все же вырежешь мне сердце.
- Да.
- Вот видишь?
Ты псих.
- В чем дело?
- Несколько парней Келвина были
убиты в клубе.
- Это сделал Келвин?
- Нет.
Это же его люди.
Но, кажется, Братство
ввязалось в войну.
И я должен быть уверен
в твоей безопасности,
пока разбираюсь с Келвином.
А в доме Брока теперь опасно.
Я говорил с другом из округа Дэйд,
он отставной коп.
У него есть дом в Тёрнберри-Айл.
Там вас с Хэнком
никто не найдет.
Это ненадолго.
- Ты не понимаешь.
Куда бы мы ни убежали, пока Келвин
жив, он от меня не отстанет.
- Да, это я.
Снова говорю с твоим
сраным автоответчиком.
Даю тебе последний шанс.
Говори, где ты.
Или, богом клянусь, я уничтожу...
Позвони мне.
Черт.
Думаешь, тебе это сойдет с рук?
Тупая сучка. Я этого так не оставлю.
Я тебя, твою мать, прикончу.
Вырву к херам твои
легкие и задушу.
- Келвин?
- Мартин.
- Что ты делаешь?
Господи боже.
- Получай, узкоглазый ублюдок!
- Спасибо, что согласились
встретиться.
- Раз вы не просто позвонили,
значит, это важно.
Итак,
в чем дело?
- Возникли сложности.
- Сложности недопустимы.
Только не с этими людьми.
Иначе оба с вами проснемся,
задушенные собственными языками.
- Знаю, сенатор Митчум.
Потому и приехал.
- Проблемы с производством?
- Нет, производим мы по плану.
У меня проблема
с кадрами.
- Полиция!
Есть кто?
Посмотрим со двора.
- Открыто.
- У нас будут гости?
- Чуть позже.
- А я в таком виде.
И, кстати, я бы не отказалась выпить.
- Чего ты хочешь?
- Виски.
Пожалуйста.
Я буду пить свой последний
виски через соломинку?
- Если я тебя развяжу,
ты попытаешься бежать.
И мне снова придется
тебя бить.
- Что подумают соседи.
- Ничего. Проверю наверху.
- Ладно.
- И кто же придет?
- Друзья.
- Будет ритуал.
- Да.
- Наверху чисто.
- Она здесь была.
- Твою мать.
Теперь ее тут нет.
- А нет ли тут подвала?
- Сатана не говорил меня убивать,
я сама пришла.
- Тебя надо устранить.
- Я могла бы поклоняться ему вместе
с твоими приятелями.
- Нет.
- Почему?
- Потому что Сатаны нет.
Ты сама сказала.
- Что может быть хуже психопата,
ведущего сократический диалог.
- Что теперь?
- Все хорошо? В чем дело?
- Глянь.
- Ты такая красивая.
- Прости, Ким. Девочки - это не мое.
- Мое имя -
Лилит.
- Вот и неправда.
- Ты спрашивала, какой был секс.
У меня с Декланом.
Это было трансцендентно.
Он как будто наполнял мою душу.
- Он тебя насиловал.
- Нет.
- Ты была ребенком.
- А он сделал меня женщиной.
- Ее машина.
- Что?
- Там ее машина.
Помоги.
- Вот эта?
- Да.
Тут кровь.
- Твою мать.
Худ.
- Что?
- Диприван.
Торговое название пропофола.
То, от чего умер Майкл Джексон.
- Для чего применяется?
- Общий наркоз.
Какого хера он лежит в гараже?
- Брок.
- Убийцы. Насильники.
Наркодилеры.
Благодаря тебе все они на свободе.
- Нет. Это Проктор. Это всё он.
Он мне угрожал, честное слово.
- Ты,
твою мать, окружной прокурор.
- Он угрожал моим близким.
У меня трое детей. Пожалуйста.
Не убивайте меня.
- Я хочу знать обо всех
делах Проктора.
- Меня ни во что не посвящают.
- Вранье.
- Нет, стойте. Стойте. Погодите.
На той неделе
он велел изъять все журналы из
старого муниципального аэропорта.
- Зачем? Кто прилетал?
- Эмилио Лоэра.
- Лоэра?
- Большая шишка
в колумбийском картеле.
- Проктор поставляет им товар?
- Я не знаю. Клянусь богом,
я бы вам сказал.
- Езжай домой.
- Что?
- Увольняйся.
Бери детей
и вали на хер из Банши.
- Эй.
Худ.
- Да.
- Дурнота накатывает волнами.
Нас чем-то накачали.
Ты свои наручники сдал?
- Нет.
- Я тоже.
- Где мы?
- Не знаю.
Кажется, в подвале.
- Разумеется.
- Ты его видел?
Он ко мне на днях приходил.
- Кто?
- Боуди.
- Ты его видел?
Какого хера ты никому не сказал?
- Не знаю. Он меня
напугал.
Он меня вырубил,
а когда я очнулся,
приставил нож к моему горлу.
Он мог меня убить.
Но не стал.
Я, мол, должен стать свидетелем.
- Чего?
- Я не знаю.
Но ждать нам осталось недолго.
- Видимо, Доусон тут оказали
точно такой же прием.
Возможно,
она еще здесь.
- Или она мертва.
Боевой дух похвален,
но все же стальные наручники
сломать невозможно.
- Наручники ломать и не надо.
Надо цепь.
В ней могут
быть слабые звенья.
Попробуй и свои тоже.
- Ладно.
- Правая рука уже свободнее.
Мне бы только найти упор...
- Хватит. Бесполезно.
Худ. Худ!
Перестань!
Так, посмотри на меня. Все, хватит.
Нам отсюда не выбраться.
Знаешь, что самое хреновое?
Ну, кроме того, что мы умрем.
Я так и не стал тем,
кем хотел быть.
Я так долго ждал. Ждал,
пока прежний шериф умрет.
Потом ждал, пока перегоришь ты,
и у тебя это вышло на славу.
Без обид.
- Разумеется.
- Да, я, может, не самый
приятный человек. Я часто глажу против
шерсти, и не умею лизать задницы.
Просто не могу и все, но...
Я был готов дать отпор тому,
кто угрожает благополучию города.
Понимаешь, я хотел быть тем,
с кем
людям было бы спокойно.
Но не смог.
Слушай.
Можно задать вопрос?
В последний раз.
- Что?
- Кто ты, блин, такой?
Серьезно.
Кто ты такой?
Я же не идиот, Худ. Я вижу,
ты что-то скрываешь.
- Нет, я в эту игру с предсмертной
исповедью не играю.
- Придется сыграть.
- Нет.
- Дверь в любой момент
может открыться,
и сюда войдет нечто ужасное.
Ты не хочешь встретить
его с чистой совестью?
- Нет. И заткнись.
- Слушай, Худ. Просто ответь
на вопрос, мать твою.
- Я сказал, заткнись!
- Нет, я должен знать!
Зачем ты здесь? Почему ты стал копом?
- Да я не коп!
И никогда им не был!
- Но что это значит?
- Я не Лукас Худ!
Я видел, как он погиб.
Я забрал его бумажник.
И стал им.
- Погоди, это невозможно.
- Я обманщик, Брок. Самозванец.
Я был вором.
И не просто вором,
а специалистом по взлому.
Драгоценности, предметы искусства,
я мог достать что угодно.
Мог проникнуть туда,
куда не мог никто.
И я славно поработал.
Но меня поймали,
я отсидел пятнашку.
- Нет, нет.
Ты издеваешься.
Да ну.
Ты - бывший зэк? Нет.
- Да.
- Нет.
Кто еще знал?
Шивон?
- Да, под конец.
- Но зачем?
Скажи? Для чего было
приезжать сюда и притворяться копом?
- Не знаю.
Когда я вышел,
у меня ничего не было.
Все, чем я был до того,
осталось в прошлом.
Я был никем.
И мне нужен
был тот единственный
человек, который
по-настоящему меня знал.
- Кэрри Хоупвелл.
- Ана.
Она все, что у меня осталось.
И, когда я вышел,
я узнал, где она, и приехал.
- А у нее был Гордон,
и дети, и своя жизнь.
- Да.
- Господи боже.
- И тогда я стал
шерифом.
- Ты не шериф. Ты им не был.
- Ну, я каждое утро надевал форму.
И в итоге
обман затянул меня.
Я в него поверил.
И стал шерифом.
Я был копом, и мне это нравилось.
Твою мать, мне нравилось.
Почему-то это...
Казалось чем-то правильным.
- Да не было в этом
ничего правильного.
Это ни хера не правильно,
сукин ты сын.
Я тебе верил.
Я шел за тобой.
Я ради тебя убивал.
- Нет.
Убивал ты только для себя.
Я ни при чем.
- Преступник.
- Я только указал тебе путь.
- Преступник.
Смешно.
Я был помощником вора.
Боже.
Боже.
Господи.
Теперь мне все ясно.
Всё.
Какой же я дурак.
Значит, ты не Лукас Худ.
Как тебя зовут?
- Шериф Лотус.
Рад вас снова видеть.
И вас.
Доктор Куик говорит,
вы с агентом Доусон друзья.
- Верно.
И, если ты ее хоть
пальцем тронешь,
я тебя убью.
- Вас сегодня ждет особый прием.
- Да?
Еще одну девочку заставишь
себя поджечь?
- Гейл была предана вере.
- Нет.
Она была лишь запутавшаяся,
доверчивая девочка, которой ты
манипулировал ради своих целей.
- Похоже, вы сегодня будете
нашими гостями. Но у нас
тут строгий дресс-код, так что
доктор Куик с вами немного
поработает, чтобы вы сошли за своих.
- Ты вломился в мой кабинет.
Украл фотоаппарат.
Если честно,
я надеялся на нашу встречу.
- Подтягивайтесь.
Уже почти пора начинать.
У нас сегодня
незапланированная жертва.
Думаю, он будет доволен.
- Не бойтесь, шериф.
Это совсем не больно.
Разве что
самую малость.
- Начинаем.
- Нет. Только тронь, твою мать!
Назад! А ну отойди на хер!
- Аминь.
Лукавого от нас избавь но.
Искушение во нас введи не.
Нашим должникам прощаем мы и как.
Наши долги нам прости И.
Днесь нам даждь насущный наш хлеб.
Небе на как земле на и.
Твоя воля будет да.
Твое царствие приидет да.
Твое имя святится да.
Небесах на сущий. Наш Отче.
- Ты можешь этого не делать.
- Однако
я этого хочу.
Меня нельзя убить.
Он этого не позволит.
- Да?
Тогда он не будет против,
если я сделаю так.
Что смешного?
- Ты даже не представляешь,
насколько ты ничтожен.
- Значит, нас таких двое.
- Деклан!
- Худ!
- Это он убил мою племянницу?
- Да.
- Спасибо.
- Не трудись.
- Джоб.
- Ты меня помнишь.
- У меня есть деньги, Джоб.
Много.
Ты даже не представляешь.
- Двадцать три миллиона
шестьсот тысяч,
и еще пять миллионов
швейцарских франков,
которые ты держишь на Кайманах.
Если точнее,
держал.
- Что ты сделал с моими деньгами?
- Нет, сладкий, деньги уже не твои.
- Чего ты хочешь?
- Чего же я хочу?
Хочу,
чтобы мне, твою мать, вернули
двадцать месяцев моей жизни.
- Ничего личного.
Но
ты прав.
Я тебя поимел.
Но это уже в прошлом.
Мы вместе могли бы...
- Двадцать месяцев!
Двадцать месяцев
я мечтал о том,
что я сделаю, когда
оттуда выйду.
О том, что я сделаю
с тем ублюдком, который
меня туда упрятал.
Но мой разум с тех пор прояснился.
Твоя смерть не вернет мне
времени, что ты украл.
- Ты меня не убьешь?
- Нет.
Я убью себя.
Перешел дорогу лучшим из лучших?
Теперь ты сам среди них.
Ты теперь
Джоб.
С этого момента любой, кто станет
искать меня, найдет тебя.
Каждая система, которую я взломал.
Каждая организация, каждый
украденный мной доллар,
теперь на всем этом твои следы.
Моссад,
Народная республика, Дядя Сэм,
а также террористы всех сортов,
у всех теперь к тебе большие
претензии.
Так что ты, чмо, теперь знаменитость.
И что-то мне подсказывает,
что тебя будет найти
куда проще, чем меня.
Хорошего тебе остатка жизни.
- Джоб, нет.
Ты не можешь со мной так.
Джоб!
БАНШИ


Серия 8

- Здравствуйте.
- Ну, Проктор, как дела?
- Пока не знаю.
Ты с очередной головой?
- Нет.
Я скорее за головой.
Ты убил моих людей.
- Ты украл наркотики.
- Как же раздражают старики,
мнящие себя у власти.
- Банкер, ну ты ублюдок.
- Полагаю, ты знаком
с сенатором Митчумом.
- Убери нож, пока я тебе глаза
им не выколол.
- Господин Митчум.
Что вы здесь делаете?
- Что я здесь делаю?
Ты убил моего человека,
и поэтому я здесь.
- Сэр, он нас продал.
- Он действовал согласно приказу.
- Вы с Проктором?
Сэр, я не понимаю.
- Потому что ты идиот.
Чтобы больше никаких
бунтовщиков.
Ясно?
Вы меня поняли?!
- Да, сэр!
- Этот кретин
сбил вас с толку.
Он убил одного из наших,
вы должны были его прикончить!
Возможно, пора напомнить вам,
что Братство существует не только
в пенсильванском городке Банши.
Вы - часть национального движения.
Которое разделяет ваши убеждения
и готово подкрепить это делом.
Это Монти.
Теперь он здесь главный.
Надеюсь, проблем не будет...
- Вы не можете...
- Лучшее, что ты сейчас
можешь сделать, - заткнуться.
Ясно?
Ваша первоочередная задача -
обеспечить Проктору поставку.
После этого Монти реорганизует
ячейку и выберет руководителя.
Вопросы есть?
Вы свободны.
Убирайтесь!
- С ним проблем не будет?
- Если будут, можете его застрелить.
БАНШИ
- Думала, не приедешь.
- Решил заехать попрощаться.
- Похоже, мы только это и делаем.
- Какая-то дурная привычка.
Значит, колледж?
- Да.
Месяца три продержусь.
После всего, что случилось,
не понимаю, как я могу
вписаться в какое-то настолько
нормальное место.
- У тебя отлично получится.
- Не знаю.
Мне кажется,
я больше никогда не
буду нормальной.
- Знаешь, чем замечателен
твой возраст?
У тебя дохрена времени,
чтобы со всем разобраться.
Серьезно.
И ты разберешься.
Ты сильная.
И умеешь бороться.
Как твоя мать.
И твой отец.
У тебя все получится.
Теперь я буду знать, где тебя найти.
- И что?
Ты меня найдешь?
- Обещаю.
- Хорошо.
Отец ты хреновый,
но других у меня не осталось.
- Итак, Деклан
верил, что с ним говорит дьявол.
- Сатана правда
с ним говорил.
- Ясно.
Вы тоже в это верили.
- Правда не нуждается в том,
чтобы в нее верили.
- Да, с этим тяжело поспорить.
- Поймите, он не
выбирал этот путь.
Это его избрали.
- А как он выбирал жертв?
- Он выбирал тех девушек,
что были непорочны.
Благословенные, так он говорил.
Благословенные.
- Меня он тоже хотел
принести в жертву.
Но едва ли я ему
казалась непорочной.
- Вы были неожиданностью.
- Но я была не единственной
неожиданностью.
- В каком смысле?
- Деклан убивал их по
лунному календарю.
Не каждый месяц,
но всегда в новолуние.
- Самая темная ночь.
- Да.
Исключением была
она.
Ее убили двадцать первого.
Не в новолуние,
не в полнолуние...
В самую обыкновенную ночь.
- У нас были причины.
- Вы в этом участвовали.
- Разумеется.
Мы все делали вместе.
- Тогда расскажите.
Почему вы ее выбрали?
Ребекка Боуман.
Что в ней было такого, что
заставило вас с Декланом
отклониться от лунного цикла?
Она тоже была неожиданностью?
- Я больше говорить не стану.
- Ты все пересчитал?
- Да. Всё на месте.
- Хорошо.
Доставь грузовик на место
и жди звонка.
- Понял.
- Куча мертвых скинхедов.
- Как будто бомба взорвалась.
- А где твой брат?
- Не знаю.
Пока не нашел.
- Тебе не кажется,
что мы что-то не знаем?
- Я отвечу.
- Да.
- Банкер слушает.
- Проктор проводит свою сделку века.
- Сейчас неподходящее время.
- Ну извини.
Мне попросить колумбийцев на
частном самолете подождать?
- Картель?
- Не знаю, похоже на то.
- Господи. Где ты?
- В старом аэропорту.
- Ясно. Сейчас буду.
- Можно на секунду?
Миссис Хоупвелл, я угадал?
- Брок?
- Привет.
- Привет.
Ну, как допрос?
- Продолжается.
- Ты в порядке?
- Да. Как-то просто
работаю и все.
Кстати,
из тебя вышел отличный помощник.
- Я-то думал, это ты мне помогаешь.
- Ну, нет.
- Я зашел попрощаться.
- Стой.
Боуди не убивал Ребекку.
- Что?
- Он убивал по
лунному календарю.
И только Ребекка была убита
не в новолуние.
Я спросила об этом Лилит,
она наплела ерунды, но,
похоже, на самом деле
она ничего не знает.
- Может, он ей не сказал?
- Зачем ему менять
заведенный порядок.
- То есть, по-твоему, тут есть кто-то
еще, кто вырезает сердца девушкам?
- Я к тому, что кто-то убил Ребекку
так, чтобы заподозрили Боуди.
- Для этого надо было знать детали
других убийств.
Их держали в секрете.
- Да.
Это был кто-то, кто имел
доступ к материалам дела
и при этом способен на такое
жестокое, ритуальное убийство.
Ты таких знаешь?
Может, говорить лучше мне?
- Да.
Никого нет.
Пойдем посмотрим.
- Мистер Проктор.
- Сеньор Лоэра.
Рад вас видеть.
- Должен признать,
я несколько удивлен,
что вы смогли это провернуть.
- Я не даю пустых обещаний.
- Везите.
- Откройте.
- Привет.
- Раз уж вы все похватались
за пушки...
- Эмилио Лоэра, правильно?
- Твою ж мать, а ты кто такая?
- Никто.
- Ты знаешь мое имя,
значит, знаешь, кто я.
И понимаешь, какой большой
ошибкой было бы у меня украсть.
- Я вовсе не собираюсь
у вас красть.
Я пришла, чтобы оказать вам
ценную услугу.
- Да?
Какую же?
- Я пришла показать, что мистер
Проктор ошибался, когда говорил,
что Банши - безопасное место
для производственной базы.
Очень ошибался.
Если у него все под контролем, то
как я смогла угнать этот грузовик?
- Да я тебя сейчас на хрен...
- Хватит.
Полагаю, ты хочешь
какую-то плату за свою услугу.
- Нет.
Иногда услуга -
сама по себе плата.
Просто разрешите мне и
моему другу отсюда уйти -
и мы квиты.
- Идите.
- Вы же не позволите ей уйти.
- Заткнись.
Мисс Никто.
Ты правда думала,
что я позволю тебе уйти?
- Вообще-то, нет.
Не думала.
- Вот так-то.
Ваши сраные
наркотики взорвались.
- Отличный выстрел.
- Спасибо.
Но с этой фигней
пора завязывать.
- Ты сам напросился.
- Я серьезно.
У тебя уже дурная привычка.
- Я больше не буду.
- Я это уже слышал.
- Крутая тачка.
- Сукин ты сын.
- Только не говори,
что ты это умеешь.
- Сначала одно верное движение,
а потом немного покрутить.
Сарай.
- Ишь ты какой.
- Ну, кое-чему я научился.
Всегда ищи
подвал.
- Вот свет.
Здесь кровь.
- Да.
Что скажешь?
- В подвалах ничего хорошего
не происходит.
- Господи.
- Что-то еще нашел?
- Нет.
Ничего.
- Тогда можем идти.
Через пару часов приедут криминалисты,
надо узнать, чья это кровь.
- Да.
Я же тебе для этого не нужен?
Нужно кое-кого проведать.
- Кое-кого проведать?
- Да.
- Может, тебе надо составить
компанию?
- В другой раз.
- Картель еще вернется.
- Знаю.
- И что тогда?
- Попробуем договориться.
Но для начала...
Ты.
- Похоже, перелом.
- Что ты делаешь?
Твою мать.
Это кулон Ребекки.
- Именно.
- Я не понимаю.
- Боуди ее не убивал.
- Это ты? Ты ее убил?
- Это было в твоем сарае.
- Ты думаешь, это я ее убил?
- Да.
- Да ты в своем уме? Я ее любил,
я бы жизнь за неё отдал.
- Ты слишком сильной её любил.
- Что?
- Ты узнал, что она беременна, понял,
что она больше тебе не принадлежит,
и зарезал ее в этом своем подземелье.
- В подземелье?
- Ты ее убил.
- Да о чем ты?
- Ты узнал, что она беременна,
и убил ее!
- Нет! Неправда!
Я не убивал.
- Черт.
- Ты.
Сучье отродье.
Он тебя за это убьет.
- И что?
Ты меня найдешь?
- Обещаю.
- Все, что я сделал...
Я сделал ради вас.
- Развяжи меня!
Развяжи меня, скотина!
- Ты его погубишь.
Я не могу
этого допустить.
- Он меня любит.
Тебе этого не понять.
Не надо.
- Он тебя не видит.
А я вижу.
Насквозь.
- Пожалуйста.
- Я! Тебя! Вижу!
- Пожалуйста.
Прости меня.
- Простите.
- Прости меня.
- Простите. Простите меня.
Простите. Простите. Простите.
Простите меня.
- Все в порядке.
Бартон. Все хорошо.
- Простите.
- Все хорошо.
- Что-нибудь слышно?
- Пока ничего.
- Курт.
- Понимаю.
- Курт!
- Господи боже.
- Мэгги, иди в дом.
- Так, значит, ты и Мэгги?
Мог бы и догадаться, она всегда
жалела раненых птичек.
- Келвин, уходи.
- Нет.
Я не уйду, Курт.
Не могу уйти.
Человек может долго
глотать дерьмо,
но наступает момент, когда
надо с этим что-то сделать.
- Мне жаль.
Я всего этого не хотел.
- Тебе жаль? Жаль, что
ты пришел в Братство?
Что привел меня?
Что трахал мою жену?!
Само сожаление во плоти.
- Я буду стрелять.
- Ну, давай.
Стреляй.
Сможешь жить с Мэгги в моем доме.
Растить моего сына.
Ну, давай же.
Своей жизни нет -
так укради мою.
- Замолчи.
- Стреляй.
- Заткнись.
- Стреляй!
- Пожалуйста, уходи.
- Ну, давай. Вперед.
Дай сюда пушку.
Черт.
Твою мать.
Мэгги!
Вам от меня не убежать.
Никому из вас.
Я вас найду, и вы мне
за все заплатите!
Даже если ты меня посадишь,
Братство до тебя доберется.
Они перережут тебе
горло у нее на глазах,
а потом порвут ей к херам жопу!
И вы от нас нигде не спрячетесь!
Я скорее убью своего сына,
чем позволю тебе его воспитать!
И тебя тоже убью, сучка!
До тех пор, пока я жив, я буду...
- Да, не стоило отпускать
тебя одного.
- Что говорят криминалисты?
- Нашли образцы кожи.
Вероятно, Проктора.
- Как оказалось, это был не он.
Это Бартон.
- Бартон?
- Да.
Странный тип в очках.
Такой, типа дворецкого.
- Убийца - дворецкий.
Да ладно!
Тогда, видимо, я должна пойти
арестовать этого дворецкого Бартона?
Ясно.
Как и следовало ожидать.
Моя работа здесь закончена.
- Да уж.
И моя тоже.
Пора мне двигаться дальше.
И уже давно пора, честно говоря.
- Что же.
Будешь в Вашингтоне,
найди меня.
- Хорошо.
- Здравствуйте.
- Ура. Настоящий кофе.
- Да.
- Как Мэгги?
- Хорошо.
Они сегодня же съедут.
- Это не горит.
Давай-ка разберемся.
Келвин на тебя напал, избил,
потом ты вспомнил про пушку и
застрелил его с шести метров. Так?
- Да.
- Врешь.
- Сэр?
Не пойму, на что вы намекаете.
- Я не намекаю, я говорю.
Ты избил Келвина,
а потом еще и застрелил.
Так, Банкер.
Расслабься.
Тут только мы с тобой.
Садись.
Я не знаю, что с этим городом,
каким магнитом сюда
притягивает всех преступников и
мерзавцев к востоку от Миссисипи.
Но я точно знаю,
что иногда тут приходится снять
жетон и искупаться в крови.
Такое было и будет впредь.
И я должен тебе доверять.
А ты мне. Ясно?
- Да, сэр.
- Хорошо.
Немного доверия
тут не помешает.
Курт Банкер - это
твое настоящее имя?
Забудь.
- А что с Проктором?
Мы можем доказать,
что он участвовал в сделке.
- Да, мы можем арестовать Проктора.
Но что-то мне подсказывает,
что картель еще захочет
с ним пообщаться.
И в этот момент ему лучше находиться
от нашего участка как можно дальше.
- Разумно.
- Да. Со временем приходит опыт.
А ты иди пиши мне
свой липовый отчет.
- Да, сэр.
Спасибо.
- Спасибо за кофе.
- Что у тебя с лицом?
Ты в своем репертуаре, да?
- Это же я.
- Знаю.
Завтра вернется Макс.
- Отлично.
- Да.
Джоб сказал, вы едете в Нью-Йорк.
- Да.
Точнее, он едет. Я поеду
живописной дорогой.
Догоню его после.
- Куда поедешь?
- Не знаю.
Просто поеду,
а там посмотрим.
Ты со мной?
Да.
- Береги себя.
- Да.
Обязательно.
Все то время...
Все эти годы в тюрьме,
ты всегда была со мной.
- Я и сейчас с тобой.
И всегда буду.
- Больше никто...
Больше никто
меня так не знает.
- Да.
Только не забывай обо мне.
- Не забуду.
Никогда.
Пока, Ана.
- Кэрри.
- Я эту машину долго искал.
- Извини.
- Ну, шансы получить ее от тебя
обратно в целости были невелики.
И как ты планируешь уезжать?
- Так же, как приехал.
- Тихо же здесь станет.
- Не притворяйся, что будешь
по мне скучать.
- Я говорил с Худом.
- А я буду скучать по этому месту.
- А я нет.
Шугар, у тебя тут
был просто рай.
- Ты же так не думаешь.
- Не думаю.
- Торопишься?
- Да.
Каждый раз, когда я пытаюсь отсюда
уехать, случается какое-нибудь дерьмо.
Так что поеду, пока едется.
Но сначала
надо оплатить счет.
- Откуда ты их взял?
- Какие неприличные вопросы.
Ты же отдал свой пенсионный
фонд, чтобы меня освободить.
А за стойкой ты стоять
староват, так что...
- Спасибо.
- Как связаться, ты знаешь.
- Никто не знает, как с тобой связаться.
- Он знает.
- Знаю.
- Засим вас оставляю.
Банши, Пенсильвания.
А ну отсоси у меня.
- Что?
- Да я просто вспомнил, как ты вошел
сюда в первый раз.
Кто бы мог подумать.
Знаешь, кому-то, наверное, кажется,
что ты неплохо справился
с ролью шерифа.
- Да. А кто-то сказал бы,
что я - худшее,
что случалось с этим городом.
- Жить есть где?
После того, как ты надел этот жетон,
я не думал, что ты отсюда
когда-нибудь выйдешь на своих двоих.
- Я тоже не думал.
Да и не вышел бы, если бы не ты.
- Ты же спрятался тогда в холмах,
потому что хотел что-то там искупить.
И, если бы Брок тебя оттуда не
вытащил, ты сидел бы там до сих пор.
Мы зэки.
Нас заставили поверить, что искупить
грех можно только, будучи запертым.
Но, возможно, путь к искуплению -
это не хижина на холме.
Возможно, для этого надо
выбрать иную дорогу,
здесь внизу, среди людей.
- Возможно.
- Прошлое так долго держало
тебя взаперти.
И сегодня
тебе остается задать
себе лишь один вопрос.
Что ты будешь делать теперь?
БАНШИ
 

////////////////////////////