Сын отца народов (1 сезон, 2013 год). Цитаты и фразы из сериала

«Сын отца́ наро́дов» — многосерийный телевизионный фильм совместного производства России, Украины и Белоруссии о судьбе Василия Сталина, сына И. В. Сталина.

Все фразы и цитаты

Серия 1

- Товарищи, здравствуйте.
- У товарища Сталина очень мало времени,
- поэтому на съемку вам отводится всего час.
- Прогулка по аллее с детьми и женой.
- Чтение книги.
- Совместное семейное чаепитие.
- Все.
- Это понятно?
- Понятно.
- Но мы хотели бы подойти поближе.
- Снять крупный план.
- Всей семьи.
- Это исключено.
- Будете снимать там, где вам укажут.
- А пока подождите, пожалуйста, вас вызовут.
- Спасибо.
- Товарищ Сталин, разрешите начать съемку?
- Пускай снимают.
- Начали.
- Васька-красный - человек опасный.
- А ты пупок.
- Васька-красный - человек опасный.
- Пупок.
- Мам, она дразнится.
- Ну и как она дразнится?
- Васька-красный - человек опасный.
- А он меня Пупком дразнит.
- Ну, какой же ты Пупок? Ты у нас.
- Сладкий сдобный пирожок.
- А ты, Васька, не дуйся.
- Потому что на обиженный.
- Я первая.
- Воду возят, понял?
- Ведешь себя как малолетняя, позоришь меня.
- Иосиф, ты что, а что я сделала? Я ж с детьми просто играю.
- Ты мать.
- А не девчонка сопливая.
- Тема, давай быстрее.
- Темка.
-Пап.
- Ну что, Вася, любишь папу?
- Люблю.
- Молодец.
- Вася.
- Ну что? Трудно быть красным?
- Да папа.
- Вот и мне тоже трудно, но я терплю.
- Красным всегда трудно.
- Я тоже.
- Вот.
- Ой, Вася.
- Не следишь за детьми.
- Ну а что следить за ними. Они уже.
- Большие. Правда, Вась?
- И потом на мне дом.
- Ой, дом.
- Ты любишь, вон, разъезжать по санаториям.
- Лечишься, лечишься. От чего ты лечишься?
- Что у тебя может болеть?
- Одни удовольствия на уме. Ладно
- Потом поговорим.
- Дети, идите сюда. Дети.
- Идите. Так.
- Иди, Вася, сюда.
- Улыбайся.
- И ты улыбайся.
- У нас семья счастливая.
- Мы - семья.
- Мы - семья.
СЫН ОТЦА НАРОДОВ
- Мужайся, Василий, Мы с тобой.
- Ах, Василий, горе то, какое. Горе.
- Где он?
- Там.
- Здравствуй, дорогой.
- Где он?
- Там, у себя.
- Подожди.
- Вась, пускай сначала с ним врачи поработают.
- Вася, Вася.
- Пошли.
- Никита, на ножи идем.
- Молчи.
- Никаких газет.
- Не надо создавать панику.
- Пока я не скажу.
- И не выпускать никого.
- Слушаюсь.
- Задержать его надо.
- Охрана ему подчиняется, только дернись.
- Значит так, товарищи.
- Если какая-нибудь собака.
- Без моего разрешения.
- Позвонит в любую газету.
- Васенька.
- Езжай домой.
- Не надо тебе быть здесь.
- Что с ним?
- Инсульт?
- Врачи сказали - да.
- Потом пассатижи.
- Везде прокатимся.
- С ветерком.
- Только.
- Я сначала в школу сгоняю.
- Кончай, Вась.
- Отец узнает.
- Крику будет.
- А слабо со мной на пару заехать?
- Да ну тебя.
- Нашел, кого на слабо брать,
- Какой же ты правильный, Томи.
- Аж тошнит.
- Ну что? Садись.
- Нет.
- Эй, толкни.
= Моя партия.
= Красный, привет.
- Моща какая, красный.
- Твой, да?
- Или погонять дали?
- Мой, мой.
Директор в школе? не видели его?
- Нет, директора нет.
- Только завуч в школе.
- Открывай двери.
- Пошли.
- Что такое. Безобразие-то, какое.
- Василий.
- Василий, что это за безобразие?
- Это же школа, немедленно давай назад.
- Я не могу.
- Почему?
- Я Сталин.
- А Сталин не может назад.
- Только вперед.
- Ну что? Ты поедешь со мной кататься?
- Трусиха, или как?
- Не трусливее тебя.
- Держись.
- Держись крепче.
- А пойдем в кино?
- Не, не пойду. Я "Волгу-Волгу" уже пять раз смотрел.
- А я семь раз смотрела, и еще раз пойду.
- Я актрисой буду, как Орлова.
- Да ладно, актрисой.
- Вот увидишь - стану.
- Я не могу больше, Лазарь Соломонович.
- Я отказываюсь работать в классе Василия Сталина.
- Голубушка. Выпейте, выпейте.
- Право, не знаю что сказать.
- За какие такие грехи?
- Нам такое наказание.
- Протокол.
- В педагогическом совете.
- Я напишу письмо товарищу Сталину.
- С ума сошла?
- У товарища Сталина.
- Других дел нет.
- Как твои письма читать.
- Людмила Михайловна.
- Да.
- Что там у нас?
- А что делать?
- Вы думаете, он только мне так хамит?
- Он всем учителям хамит.
- Да вы хоть знаете.
- Что он сегодня въехал на мотоцикле в вестибюль школы.
- А потом поднялся на нем на второй этаж.
- Всю школу переполошил.
- Нет.
- Мне не докладывали.
- Ну, значит побоялись.
- У вас ведь есть телефоны всех родителей.
- И приемной Сталина есть.
- Татьяна Андреевна.
- Ну, есть, есть
- Как я позвоню?
- Что скажу?
- В конце концов.
- Мы тоже члены партии.
- И имеем право обратиться к товарищу Сталину.
- Лично.
- Нашли себе.
- Товарища.
- Вы что все?
- С ума посходили?
- Дайте мне телефон - я сама ему позвоню.
- Что еще у тебя, товарищ Поскребышев?
- Из школы звонили.
- Где Василий учится.
- Что?
- Опять хулиганит?
- Да, все время.
- Учителя плачут.
- Просят о встрече, Иосиф Виссарионович.
- Зачем просят?
- Это я.
- Должен просить.
- Увидеться с ними.
- Я родитель.
- Я такого.
- Балбеса вырастил.
- Позвони в школу.
- Скажи завтра.
- Я приеду.
- Слушаюсь, Иосиф Виссарионович.
- Смирно.
- Товарищ Сталин.
- Разрешите доложить.
- Не надо ничего этого.
- Не надо.
- Здравствуйте, товарищи.
- Здравствуйте.
- Товарищ Сталин.
- Скажите.
- А кто.
- Занимается с моим Василием?
- Я, товарищ Сталин.
- Татьяна Андреевна Сотник.
- Здравствуйте, Татьяна Андреевна.
- Здравствуйте, товарищи.
- Здравствуйте, товарищ Сталин.
- Не надо делать торжественные встречи.
- Не надо. Зачем?
- Пойдемте.
- Прошу вас, товарищ Сталин, прощу вас.
- Разве праздник сегодня какой-нибудь?
- Меня директор школы вызвал.
- Сейчас ругать будет.
- Плохо сына воспитываю.
- А вы.
- Займитесь своими делами, товарищи.
- Прошу вас. Не теряйте понапрасну время.
- Да.
- Лазарь Соломонович.
- Куда нам идти?
- Прошу вас.
- В кабинет, товарищ Сталин.
- Прошу вас. Вот сюда.
- На второй этаж. Ага.
- Здарова, красный.
- Здарова.
- Васе красному - физкульт привет.
- Ну, привет
- Привет.
- Чего такой напуганный? на базаре семки тырил?
- Да отвали ты.
- Да ну его, пошли, ребята.
- Вот это машина.
- Вот это техника.
- Эй, ану отошли от машины.
- Я вам должен сказать большое спасибо, Татьяна Андреевна.
- И вам спасибо, Лазарь Соломонович.
- Вы правы.
- Мало.
- Уделяю времени сыну.
- Мало.
- Работы много.
- А вот за то, что позвонили мне.
- Спасибо.
- Это что?
- Отец из-за нас приехал?
- Из-за нас.
- Они на меня бочку катят.
- Ты у них на хорошем счету.
- Отличник.
- Ты это, Васька, держись.
- До свидания, товарищ Сталин.
- Спасибо, товарищ Сталин.
- До свидания.
- Товарищ Сталин.
- Скажи.
- Как тебя зовут, а?
- Как это? Ты чего, пап?
- Василием зовут.
- Сталин.
- Сталин.
- Это я.
- А ты рыжий паршивый щенок.
- Всем в школу.
- Занятия продолжаются.
- Ну ка быстро.
- Ты как, Вась?
- Коленями, коленями держись.
- Ноги вперед не вытягивай, Сталин.
- Только попробуй его еще раз Сталиным назвать.
- Я тебе в зубы дам.
- Волков его фамилия здесь, Волков.
- Черт, забываю всегда.
- Вот я тебе в зубы и дам, чтобы не забывал.
- Ну ладно, ладно.
- Хорошо, Волков, идешь.
- Ну, тихо, тихо, тихо.
- Хороша кобылка, хороша.
- Ты на ней кубок Москвы возьмешь.
- А чего?
- Через пол года глядишь, и мастером спорта стану.
- А самолет на коньков-горбунков поход, да? Смотри, как крутит?
- Красиво.
-- Две мертвые петли подряд.
- Вот это да.
- Хороши.
- Да.
- А ты зараза.
- Ану-ка стоять.
- Ты что?
- Стой, я тебе говорю.
- Стой.
- Ты что делаешь, гад?
- Стой.
- Прекрати.
- Совсем ошалел?
- Василий, Василий уйди.
- Отошел быстро, Василий.
- А ну стоять.
- Все, успокойся.
- Ты на кого попер?
- Все, успокойся.
- Я тебя сгною в карцере. Ты пожалеешь, что родился на свет.
- Все нормально.
- Понял. А ну сгинь отсюда.
- Все нормально, а?
- Ты гляди, Витек.
- Найдешь на свою голову приключений.
- Все-таки - сын Сталина.
- Да кто тебе сказал?
- Я у него спрашивал.
- Волков его фамилия.
- Мне сам начальник клуба говорил.
- Да какой он Сталин?
- Я знаю, что у товарища Сталина.
- Приемный сын есть.
- Артемом зовут.
- Так Васька этот приблудный, я тебе говорю. Ну, какой он Сталин?
- Рыжий, конопатый. Он.
- На грузина совсем не похож.
- А что грузины рыжие не бывают?
- Ну, много ты грузинов рыжих видел, а?
- Грузин. Да я же с ним разговаривал.
- Он говорит без акцента.
- Акает, как коренной москвич.
- Понимаешь?
- А ты говоришь - грузин.
- Не, ну вообще он.
- Парень ничего.
- Нормальный.
- Ты ему тоже.
- Вот так в ухо заехал.
- Да?
- Парфенович?
- Скажи этому конюху.
- Если еще раз лошадей бить будет - я его точно посажу.
- Нажалуюсь, он его загонит.
- Куда Макар.
- Телят не гонял.
- Да сделаем, сделаем.
- Время, Василий Иосифович.
- Нам пора.
- Ладно, поехали.
- На заседании ЦК.
- Товарищ Ленин.
- Заявил, что.
- Выступать надо немедленно.
- Сегодня - рано.
- А завтра будет.
- Поздно. Сказал Владимир Ильич.
- И это заявление было.
- Гениальным.
- Ленин видел ситуацию до конца.
- А вы, почему не записываете?
- Я трачу время.
- Рассказываю историю революции.
- А эти два обормота сидят, как истуканы.
- Двоишники.
- Позор.
- Ты.
- Хоть знаешь, кем ты хочешь стать, Василий?
- Я летчиком хочу стать, отец.
- В летное буду поступать.
- А ты?
- Артем?
- Я артиллеристом хочу стать.
- А почему артиллеристом?
- Мне большие пушки нравятся.
- Пушки.
- Чтобы.
- Стать хорошим летчиком.
- Или артиллеристом.
- Нужно.
- Знать какое государство вы будете защищать.
- Нужно знать хорошо.
- Свою историю.
- Какую власть вы будете.
- Защищать.
- Ну, ясное дело, пап.
- Конечно советскую.
- Вась, дай папироску.
- Ну, хорошо, хорошо, все, хватит.
- Дармовщины больше не будет.
- На.
- Оппаньки, какие у тебя часы.
- Закачаешься.
- Да это Ланжин.
- Комбриг один подогнал.
- На, смотри.
- Ничего себе.
- Во всей школе ни у кого таких нет.
- Ну, дай ка.
- Ну-ка.
- Смотри.
- Написано чего-то.
- По английски.
- Ватер.
- Резистант.
- Водозащитные.
- Да в них купаться можно.
- Сколько же они стоят?
- А я чего знаю что ли?
- Серег, Я же тебе говорю - подарили.
- Ну, значит стоят каких-нибудь денег.
- А у начальника школы часы какие?
- Да у него наши.
- Звезда, наверное.
- У начальника.
- Будильник паршивенький, по сравнению с этими.
- Да, котлы что надо.
- Моща.
- Ладно, давай, все, хватит.
- Полундра, мужики, Волчук идет.
- Здравия желаю.
- Вольно.
- Косаренко.
- Волчук.
- Товарищи курсанты.
- Я не поняв.
- Мы шо, забулы де мы курим?
- Направо.
- На курилку.
- Шагом.
- Марш.
- Держи, держи его.
- Назад отыграй.
- Давай, давай, пас влево.
- Вась, Вась, пас.
- А Сталин и правда хорошо играет.
- Обожает футбол.
- Ну, это я с первого дня, как он нам на голову свалился.
- Сразу понял, что обожает.
- Жалко раньше не видел.
- Со мной.
- Давай, давай, давай, Вася.
- Я же тебе говорил - Сталина держи.
- Что?
- Настоящий талант, Василий Иванович.
- А команду какую сколотил. А?
- Смело можем на первенство.
- Округа посылать.
- В учебе только ни в зуб ногой.
- Хоть кол ему на голове чеши.
- Но зато футболист какой.
- Ну, мы же не футболистов, мы.
- Военных летчиков выпускаем. Так - нет?
- Мой.
- Ну да, теорию он не любит.
- Но летает он хорошо.
- Ну, ведь, правда.
- По пилотажу то у него одни пятерки.
- Ну да, по пилотажу пятерки.
- Отдай.
- Закрой.
- Гол!
- Эскадрилья.
- Подъем.
- На утреннюю зарядку в колону подвое.
- Становись.
- Бегом.
- Марш.
- Веселее.
- Дихаэмо в дви ноздри с оптимизмом.
- Держим темп, сталинские соколы.
- Разрешите доложить.
- Старшина Волчук, провожу утреннюю зарядку.
- Здравия желаю.
- Разрешите продолжать?
- Продолжайте.
- Товарищи курсанты.
- Грудь вперед, живот втянуть.
- Веселей, ребята, веселей.
- Подтянись.
- Анискин.
- Я.
- Борзак.
-Я.
- Бобков.
- Я.
- Вишняков.
- Я.
- Долгошев.
- Я.
- Дорошенков.
-Серег.
- Еремин.
- Я.
- Ты часы мои не видел?
- Глущев.
- Жигунов.
- Я.
- Калугин.
- Где?
- На руке у тебя вчера видел.
- Да на руке, то это понятно, а сегодня их нет.
- Я.
- Куда же я их мог засунуть?
- Мухарин.
- Я.
- Ливанков.
- Я.
- Может я их потерял, когда кросс бежал?
- Прошкин.
- Я.
- Романцев.
- Я.
- Ты у пацанов поспрашивай.
- Может кто-нибудь видел.
- Я.
- Таиров.
- Конечно, поспрашиваю.
- Федоров.
- Я.
- Ты не переживай.
- Товарищ капитан.
- В первой учебной эскадрильи проверка проведена.
- Больных и отсутствующих нет.
- Старшина эскадрильи Волчук.
- Вольно.
- О, Толь.
- Ты чего тут забыл?
- Да ничего.
- Я.
- Чего тебе надо-то?
- Ничего мне от тебя не надо.
- Покажи, что там у тебя, Толян.
- Ничего.
- Дай пройти.
- Погоди, погоди, Толь.
- Пусти.
- Что такое-то, дай посмотреть.
- Чего ты дергаешь?
- Чего вы дергаете-то, а?
- Смотри, Серега.
- Пусти, чего ты.
- Да это же.
- Это мои.
- Я нашел.
- Ах ты, крыса.
- Я нашел.
- В общем вот.
- Держи.
- Это он украл.
- Я его сразу расколол.
- Всех нас опозорил.
- Завтра же напишешь рапорт об увольнении и бегом из школы,
- а не то изобьем досмерти. Понял меня?
- Серега.
- Ребят, станьте на шухере - там и там. Если что - свиснете.
- Давайте.
- Ну.
- Ну и что с этим гадом будем делать?
- Я с ним в одной школе учиться не буду.
- Судить его надо ночью.
- И все.
- Да погоди ты судить.
- Надо его командирам отдать, пускай они сами.
- Так с ворьем мы сами разберемся.
- Из комсомола его гнать в три шеи.
- И из школы тоже гнать.
- Из школы.
- Это вон командиры пусть решают, Вась.
- Вась, погоди, мы ему такую житуху устроим, он сам сбежит.
- Ну что ты голову то опустил, корешок?
- Посмотри в глаза всем.
- Рощин
- Я.
- Тебя мама как в детстве называла?
- Тосик.
- Ты хоть понимаешь, что ты сделал?
- Понимаю.
- Зачем взял?
- Думал, не найдем?
- Дрова возьмите, на кухню отнесите. Бегом.
- Не знаю.
- Бегом.
- Наваждение какое-то.
- Они на тумбочке лежали.
- Я думал.
- Да у нас в деревне никогда.
- Ни у кого таких не было, даже у председателя.
- Я просто поносить хотел.
- Потом испужался.
- Сам не соображал, что делаю.
- Дарю.
- Бери, бери.
- От чистого сердца.
- Честное комсомольское.
- Вася, я не могу.
- Друзья.
- Я подарил Толе часы.
- Мы все ему эти часы дарим.
- От всего коллектива.
- Будущих командиров-летчиков.
- Пусть он носит и помнит.
- Кто за - поднимите руки.
- Наряд по кухне - за мной.
- Ну, все, Толян.
- Носи и помни.
- А то, что было - забыли.
- Ничего не было.
- Прости.
- Пойдемте.
- Прости.
- И кем же мы трудимся на трудовом фронте,
- дорогая Дуняша?
- Мы трудимся на молокозаводе.
- То есть, обеспечиваем детишкам молочишко?
- Да?
- Ну отчего же только детишкам?
- Вы его, небось, побольше всех детишек лакаете?
- Ну, какой же сталинский сокол не любит молочишко?
- Ты чего это? Сразу в губы лезет, нахал.
- Ну почему же сразу, Дуняш?
- Я, между прочим, уже второй раз тебя на танец приглашаю.
- Мое сердце тает и замирает.
- Вот только попробуй еще раз. Я тебе - во.
- Видал?
- Неужели рука поднимется ударить сталинского сокола?
- Еще как поднимется, а что вы думаете - приехали тут.
- Столичные-отличные, и мы все под вас ложись?
- Ну, вообще-то было бы неплохо.
- Дуня, ну я же пошутил. Ну, я же от чистого сердца.
- Шустрый какой. Ну что, Вась?
- Сбежала? Сорвалась? Не горюй.
- Ты чего?
- Что стряслось? Ты сама не своя.
- Да ничего.
- Москвичек вон стоит, рыжий.
- И что?
- Наглый гад.
- При всех целоваться.
- Вась, скажи.
- Да ладно тебе, Дунь.
- С Витькой-то Косым
- в клубе и целовались, и обнимались и ничего.
- Ну, ты сравнила. Витька - свой.
- Он за мной с зимы ухаживал.
- Ну, этот тоже ничего.
- Ребята, я туточки.
- Уже работаем.
- Ну, все, ребята, я пошел.
- Смотри - опять к тебе москвичек твой идет.
- Дорогая Дуняша.
- Разрешите пригласить вас на танец.
- Какая я тебе Дуняша? Отдзынь ты от меня.
- Дуняша, ну я же от чистого сердца.
- Ну, хотя бы один танец.
- Всего лишь один.
- Посторонись.
- Слышь ты, летунок?
- Отойдем на пару слов?
- Вить, да перестань.
- Я ж тебя везде выглядываю, с ним только один танец,
- а он руки распускает.
- Ну не надо.
- С тобой потом поговорим.
- Ну чего? Отойдем?
- Или в штаны наложил?
- Ну, давай отойдем, коль не шутишь.
- Дуняш, наш танец откладывается.
- Пойдем.
- Отойдем.
- Ребята, за ним.
- Может нужно пойти?
- Девчонка моя - понял, нет?
- Поналетели тут, летуны вшивые.
- Думаете все ваше? Дак вот выкуси.
- А что мы разве виноваты, что.
- Прилетели и ваши бабы на вас смотреть-то не хотят, а?
- В Москве потанцуете.
- С москвичками.
- Ты это своей Дуняше будешь говорить,
- куда ей молоко наливать, понял?
- Бей летунов.
- Наших бьют.
- Витя.
- Поубивают друг друга.
- Стыд и позор.
- Будущие командиры.
- Сталинские соколы.
- Драку затеяли?
- Ну что?
- Надавали вам по шеям? Довольны?
- Я вам школу позорить.
- Не дам.
- Кто зачинщик?
- Что? За товарищей решил пострадать?
- Вину на себя взять?
- Геройствуешь?
- Курсант Сталин.
- Налево.
- Марш в казарму.
- Остальные на гауптвахту.
- Трое суток ареста.
- Есть.
- Но ведь я зачинщик драки.
- Ты что?
- Приказа не слышал?
- Марш в казарму, я сказал.
- Чего ты стоишь?
- Веди их на гауптвахту.
- Есть.
- Направо.
- Шагом марш.
- Становись.
- Подтянись.
- Смирно.
- К ноге.
- Волчук.
- Ребята-то сидят?
- Сыдять.
- Куды ж воны денуться?
- У старшины Волчука.
- Не то шо.
- С губы.
- Портянка не размотается без спросу.
- Меня пусти.
- Куды?
- Куды, куды? К ним в камеру.
- Ты шо, з глузду зьехав?
- Слушай, Волчук.
- Ну ты же сам знаешь.
- Ну, я был зачинщик драки.
- И меня надо было сажать, а посадили невиноватых.
- Невинуватых.
- Неможна невинуватых.
- Так билися, шо аж за вагонами свыстило.
- Ну вот.
- Ну, вот скажи мени.
- Як?
- Тебе.
- С такою хвамилиэю.
- Садити?
- От оно як.
- У тебя совесть имеется?
- Совесть завжды при мени.
- Ну не можу я тебе посадыть.
- Не маю права.
- Что? Не пустишь?
- Ни.
- Не пущу.
- Ну, хорошо.
- Волчук.
- Ну, чого тоби?
- Я письмо отцу буду писать.
- Молодец.
- Ридного батька забувать не можна.
- И про тебя напишу.
- Что есть у нас такой.
- Такой. Что у нас такая сволочь.
- По фамилии Волчук.
- Настоящий враг народа.
- Ты что думаешь? товарищ Сталин.
- Сыну родному не поверит?
- Еще как поверит. И вот тогда.
- Тебе точно хана. Уразумил?
- Поняв.
- Ну что? Пустишь меня?
- Иди.
- Спасибо.
- Товарищ Сталин, товарищ Сталин.
- Товарищ Сталин.
- Сейчас.
- Вы тильки батькови ничого не кажить.
- Да не скажу я, не скажу.
- Давай открывай.
- На.
- Ну что, здорово, орлы.
- Жрать охота.
- В животе все бурчит и бурчит.
- Сейчас организуем.
- Волчук.
- Ну?
- Шо вам ще трэба?
- Слушай, Волчук, у тебя же сало есть?
- Яке сало?
- Хто мэни його привозе?
- А самогонка?
- Да знаю, знаю, сам видел.
- Товарищ Сталин.
-Самогонку начальство все выжрало геть.
- Ну, ничого нема.
- Ну, богом клянусь.
- Волчук.
- Нет бога.
- Чеснэ красноармейське.
- Я то думал, Волчук, что мы с тобой договорились.
- Да. Видимо поедешь ты служить на границу.
- На Халхин-Гол. Там, кстати, пока еще японцев лупят.
- Вот и думай.
- Знаешь, вот.
- Копеечку зажмешь.
- Рублем расплатишься.
-Зараз.
- Почекайте.
- Ну что, друзья, следующая остановка - социализм?
- Давай, мужики.
- Давай.
- Василий, я тебе друг?
- До гроба.
- Вась.
- Я за тебя кому хочешь, кого хочешь.
- Вася, я.
- Можешь на меня положиться, всегда.
- Всегда и во всем.
- И на меня.
- Вась.
- И я, Василий, я тебя люблю.
- Как брата.
- Вызывали, товарищ комбриг?
- Вызывал.
- Курсант Сталин как?
- На занятия вовремя является?
- Так на гауптвахте он, Василий Иванович.
- На какой еще гауптвахте?
- Где все драчуны сидят.
- Курсант Сталин пошел на гауптвахту и сам сел.
- Что значит сам сел?
- У нас там что - караула нет?
- А что караул-то может сделать?
- Старшина Волчук его боится.
- Понимаете, Василий Иванович.
- От послал бог курсанта.
- У меня от нервов.
- Язва разыгралась, хоть в госпиталь ложись.
- Ну и что он? Вот так вот со всеми в камере и сидит?
- Ну да.
- Вообще-то.
- Парень поступил честно.
- Да в управлении ВВС о драке уже знают.
- Мне вон сейчас Лактионов звонил.
- Расспрашивал.
- А если до самого дойдет?
- Там разбираться не станут.
- Враз башку снесут.
- И все дела.
- Ничего, Василий Иванович.
- Авось как-нибудь пронесет.
- Семь месяцев и девять дней осталось.
- Как-нибудь дотерпим.


Серия 2

- Яш, да ты же знаешь, у нас лучшая артиллерия в мире.
- Да Гитлер к нам даже и не сунется.
- Мы - стена.
- Точно.
- Ну да, побоится.
- О, кого это принесло?
- Сейчас увидим.
- Яшка, Томик.
- Васька.
- Васька, здорово.
- Здорово.
- Ну, ты красавец, какой.
- Дай ка я тебя обниму. Васька.
- Два года тебя не видел.
- Томик, а ты прям как слоник.
- Ладно, за то глаз-алмаз.
- А вы чего это? На каток, что ли, собрались?
- Да вот Артем тащит меня.
- Давай покатаемся. Ну, давай покатаемся.
- Не могу ему отказать.
- Эх, я бы с вами.
- Так давай с нами.
- Ждите тогда меня здесь, я только с отцом поздороваюсь.
- Подождем, конечно, беги.
- Ага.
- Витя.
- Давай, поехали.
- Товарищ секретарь центрального комитета ВКПБ.
- Иосиф Виссарионович Сталин, разрешите доложить.
- Хорошо, докладывай.
- Курсант Кальчинской Краснознаменной
Военной авиационной школы Василий Иосифович.
Сталин представляется по случаю окончания школы.
- Молодец.
- Вовремя прибыл.
- Присаживайся.
- Обедать будешь?
- Я скажу, чтоб накрыли.
- Да нет, спасибо, пап, я лучше с братьями на каток.
- Погоди, погоди.
- Ты что, отца родного хочешь обидеть?
- Дай я на тебя погляжу.
- Сынок.
- Да, пап.
- А ты уже.
- Летаешь на самолетах?
- Ну конечно. Все выше, и выше, и выше.
- А уже знаешь?
- Где служить будешь.
- Ну да.
- Шестнадцатый истребительный авиаполк.
- Пятьдесят седьмой авиабригады. Это здесь, недалеко, в Липецке.
- Вот как звание-то получу.
- Сразу выезжаю по месту службы.
- Это хорошо.
- Выпей.
- За семью нашу выпей.
- За тебя, пап.
- За Светку-пупка.
- За Яшку.
- За Артема.
- Ну и за маму нашу покойную.
- Я сказал.
- За семью. Зачем ее вспоминаешь?
- А я ее всегда помню, пап.
- Что - пить за нее не хочешь?
- Сам заставлял, а теперь не хочешь?
- Ты хотел на каток?
- Ну да.
- Ну, иди, конечно.
- Скучно со стариком.
- Иди.
- Спасибо, пап.
- Иди.
- Спасибо.
- С Ворошиловым соедините.
- Клим.
- Позвони в Липецк.
- В шестнадцатый.
- Истребительный полк.
- И скажи.
- Мое распоряжение.
- Личное.
- Никаких поблажек.
- Для Василия не делать.
- Никаких послаблений.
- За все спрашивать по всей строгости.
- Все.
- Васька, да брось.
- Ну что ты на отца обижаешься?
- Он же такой - ты его знаешь.
- Суровый.
- Эх, брат.
- Одичал я в своей артиллерийской школе.
- Девчонок совсем не вижу.
- А здесь - посмотри, какие красавицы, а.
- Яш, какие девушки?
- Ну, я даже не знаю.
- Может быть вон та черненькая?
- Черненькая?
- Больно пухленькая.
- И кулачки тяжелые.
- Не поцеловать.
- А вон, вон смотри - рыженькая.
- Как тебе? А?
- Хороша.
- Ну, ты в девушках понимаешь, я смотрю.
- А Васька наш ни бельмеса не понимает.
- Дуется, как мышь на крупу.
- А вот эта моя будет, смотри.
- Ну что, готов?
- Готов.
- Вы что хулиганите? Отпустите немедленно.
- Не тормозите, а то упадете.
- Меня Вася зовут. А вас?
- Вы знаете, когда мы остановимся - вы получите по физиономии.
- Ну, значит, тогда мы не будем останавливаться.
- Вас ведь Галя зовут?
- Я угадал?
- А вы что - меня знаете?
- Значит угадал.
-Галя.
- А давайте.
- Чайку попьем?
- С пирожками.
- Я вас угощаю.
- Давайте.
- Да? Пойдемте туда.
- Два чая сделайте, пожалуйста.
- Сейчас сделаем.
- Да это я вину свою заглаживаю.
- Ну, чтоб по физиономии не получить.
- Все готово, молодые люди.
- Спасибо.
- Спасибо.
- Держите.
- Горячий.
- Да.
- Галя, а вы студентка?
- Угадал?
- А вы что?
- Из цыган?
- У меня папа грузин, а мама русская.
- И какую же профессию мы осваиваем?
- Я учусь в полиграфическом.
- На редакционно-издательском.
- Ух, ты.
- Наверное, много книжек читаете?
- А я вот как-то.
- Спорт больше люблю. Хоккей, футбол.
- Вон он, смотри.
- А мы его ищем.
- А он с девицей чаи гоняет.
- Ну, вот и отлично, повеселел наш Васька.
- А вы где учитесь?
- А я уже закончил.
- Я летчик.
- Да.
- Вот скоро должен получить звание младшего лейтенанта.
- Каждая девушка мечтает, чтоб у нее кавалер.
- Был летчиком.
- Галя, а может, прокатимся еще кружочек?
- Галя, я.
- Галя.
- Галя, стойте.
-Галя.
- Галя, а где вы живете?
- Я живу на Кирова, это.
- Бывшая Мясницкая. Знаете?
- А дом какой?
- Ну, мало ли - я захочу прийти к вам в гости? Неужели прогоните?
- Нет, почему же.
- Чаем всегда напою.
- Дом одиннадцать.
- Галя, а давайте сбежим?
- А давайте.
- Яш, как думаешь, война скоро будет?
- А тебе повоевать хочется?
- Да все только про войну и говорят.
- И я теперь только про нее и думаю.
- О девушках лучше думай, чучело.
- Прошу вас.
- Проходите, присаживайтесь.
- Вкусно?
- Да.
- Сумасшедший сегодня день, правда?
- Ты ешь, давай. Ешь, ешь, ешь, ну-ка.
- С катка и сразу в ресторан.
- Слушай, а откуда у тебя столько денег?
- Таксисту ты червонец заплатил.
- Ресторан.
- Ты, правда, летчик-курсант, или прикидываешься?
- Прикидываюсь.
- Я московский озорной гуляка.
- В переулке каждая собака знает мою легкую походку.
- Каждая задрипаная лошадь.
- Головой кивает мне навстречу.
- Для зверей приятель я хороший.
- Каждый стих мой душу зверю лечит.
- Официант - еще нам принеси.
- Есенина ты знаешь.
- Курсанты совсем распустились.
- А я думала, что летчики только Маяковского изучают.
- А я кого хочу, того и учу.
- Ну-ка пошли.
- Пойдем танцевать, давай.
- Ну и зачем ты меня сюда притащил?
- Здесь все такие расфуфыреные, а я в свитере, рейтузах.
- Они смотрят на меня, как на пугало.
- Кто?
- Все.
- Галя, ты здесь самая красивая.
- И пусть они вообще задавятся от зависти.
- О, сейчас фокстрот закажу и станцуем.
- Простите, товарищ капитан, простите.
- Курсант, ко мне.
- Смирно.
- Почему в это время.
- Вы находитесь в ресторане?
- А?
- Кто разрешил? А?
- Устав не знаете?
- Не жмет?
- Я напомню.
- Курсант должен находиться в казарме.
- Кругом марш. Пойдем.
- Чего не ясно, орел?
- Капитан, чего ты нарываешься? За бабой лучше своей смотри.
- Ты что, сопляк.
- Патруль.
- Вызовите патруль.
- Чего стоим-то - бежим.
- Безобразие.
- Метрдотель.
- Быстрее, Галь.
- Быстро вызывай.
-Отставить.
- Толик, Толик.
- Держи его.
- Держите, держите.
- Ах ты, говнюк. Ты узнаешь, что я такой.
- Я тебя под трибунал.
- Капитан.
- Галифе свои держи, сейчас ты в них наложишь.
- Отставить, капитан.
- Отставить.
- А ты заткнись, щенок.
- Проверьте у него документы, они наверняка фальшивые.
- Руки убери свои.
- Спокойно, граждане.
- Что тут стряслось?
- Кто порядок нарушает?
- Капитан, можно вас?
- На секунду?
- Да отпустите вы его.
- Ну и какие документы?
- Есть у вас, курсант?
- Курсант Качинской.
- Военно-авиационной школы Сталин Василий.
- Иосифович.
- Это какой Сталин?
- А у тебя их много, что ли?
- Если там написано, что мое отчество Иосифович.
- Та ты?
- Так вы?
- Сын?
- Товарища.
- Иосифа Виссарионовича Сталина?
- Это аферист.
- Дети товарища Сталина по ресторанам не шляются.
- Слушай, капитан, позвони, пожалуйста, по этому номеру.
- За мной приедут.
- Василий Иосифович.
- Василий Иосифович.
- Прошу садиться.
- В ногах правды нет.
- Спасибо.
- Садись.
- Ну, все, все.
- Товарищ
- Что?
- Василий Иосифович.
- Я.
- Зачем ты мне подножку сделал, майор?
- А?
- Падлючий ты человек, выходит.
- Извините, Василий Иосифович.
- Виноват.
- С каждым случается.
- Слушай, капитан, пусть они сваливают отсюда.
- Кто - они?
- Ну, капитан-летчик и майор этот толстопузый.
- Плохо им придется.
- А я им зла не хочу.
- Вообще-то это верно.
- Жизнь человеку сломать легко, а вот.
- Склеить трудно.
- Так, собрались, взяли своих подруг.
- По норам забились, чтобы вас видно и слышно не было.
- Быстро отсюда.
- Быстро.
- Одевайся.
- Леночка, бегом.
- Здравствуйте, Николай Сидорович.
- Что случилось?
- Да ничего страшного.
- Где они?
- Ну, я попросил, чтобы их отпустили.
- Ну, сам виноват.
- Ну, нельзя курсанту ходить по ресторанам.
- Товарищ комиссар государственной безопасности
- третьего ранга.
- Разрешите доложить.
- Проваливай отсюда и держи язык за зубами,
- и моли бога, чтоб больше я тебя никогда не видел.
- Быстро.
- Есть, товарищ комиссар.
- За мной.
- Поехали.
- Сам тебя отвезу домой.
- Иначе спокойно не буду.
- Николай Сидорович.
- Тут такое дело, я, в общем, не один.
- Я с девушкой.
- С какой девушкой?
- Ну.
- Галя.
- Мы только сегодня познакомились.
- На катке.
- На катке, говоришь.
- Ну ладно, поехали.
- Галя, поехали.
- Проходи.
- Давай мне.
- Ты.
- Когда улетаешь?
- Завтра.
-Во сколько?
- В четырнадцать ноль ноль.
- Здравия желаю.
- Понятно.
- Ну ладно.
- Отправляйся спать.
- А девушку Галю мы с почетом отвезем домой.
- Не волнуйся.
- Чуть не забыл, держи.
- Галя, я обязательно тебя найду.
- Все поезжай.
- А кто родители?
- Галя?
- И сама чем занимаешься?
- Папа в кремлевском гараже работает.
- А я в полиграфическом учусь.
- Сколько тебе лет, дочка?
- Девятнадцать.
- Ну и где ты этого.
- Обормота подцепила?
- Почему я?
- Это он.
- Ну, в смысле познакомился со мной.
- Ну конечно он.
- Понятно, что он.
- На катке.
- На катке, говоришь.
- Да вот.
- Сегодня?
- Да, сегодня.
- И ты сразу с ним в ресторан,
- и к нему на ночь глядя, домой собралась? Да?
- Эх, Галя, где же твоя девичья гордость?
- Ты, наверное, комсомолка?
- Что?
- Комсомолка.
- Ну, конечно, узнала, что Василий сын товарища Сталина,
- и решила сразу брать быка за рога.
- Я не знала, что.
- Вася сын товарища Сталина.
- Только в ресторане узнала, когда документы проверяли.
- Ты.
- Девушка симпатичная.
- Я вижу, порядочная.
- Я не хочу тебе неприятностей.
- Забудь про этого.
- Рыжего обормота и не вспоминай.
- Для твоего же спокойствия и благополучия.
- Он поматросит и бросит. И будут тебе.
- Соломенные страдания.
- Он.
- Не такой.
- Дочка.
- Ты с ним познакомилась только сегодня. Я его знаю.
- Когда он еще сопли на кулак мотал.
- Поэтому слушай, что говорю.
- Забудь про него навсегда, это приказ.
- А если он сам тебя разыщет.
- Он адрес знает твой?
- Нет. Не знает.
- Ну, найдет.
- Я его знаю, он может.
- Тогда дашь ему решительный и.
- Окончательный от ворот поворот.
- Договорились?
- Не обижайся.
- И не вздумай нас обманывать. Мы за тобой приглядываем.
- Видишь какой.
- Добрый комиссар госбезопасности Власик,
- а ведь мог бы и по-другому.
- Я мог бы.
- Ну да ладно, лучше тебе этого не знать,
- будем считать, что ты все поняла правильно.
-Да?
- Ну и хорошо.
-Поехали.
- Преднамеренный штопор.
- Это фигура высшего пилотажа.
- Но вам еще об этом.
- Рано думать.
- А если случится непреднамеренный штопор,
- товарищ майор?
- Младший лейтенант Луньков.
- Специально для вас.
- И для вашего одаренного друга Гущина.
- Запомните.
- Самолет срывается в непреднамеренный штопор.
- Только при грубейших ошибках летчика.
- Не будет ошибок.
- Не будет и штопора.
- А все-таки.
- Как лучше выводить самолет из штопора?
- Для выхода самолета из штопора необходимо.
- Быстро и до отказа.
- Отклонить педали в сторону,
- противоположную вращению самолета.
- А ручку удерживать в нейтральном положении.
- Через пол витка отдать ее от себя.
- И после замедления вращения и выхода самолета из штопора
- вернуть ее в нейтральное положение.
- Только учтите.
- Если самолет находится в штопоре более пятисот метров.
- Все, кранты.
- Из штопора вывести его невозможно.
- Даже и не пытайтесь.
- Ну, ты же говоришь, что этого ни кто не сделает.
- Говоришь или нет?
- Ну, говорю.
- А ты слышал, что майор Прутков сказал?
- Что из штопора выйти после пятисот метров невозможно.
- Уж он полетал - дай бог каждому.
- А я тебе говорю, что я выйду из штопора после пятисот метров.
- На что спорим?
- Ну, хочешь на месячное жалование?
- Жизнь свою в месячное жалование оценил?
- Толь, подожди.
- Давай по гуссарски
- А?
- На литр коньяка, армянского?
- Пять звездей. И я этот коньяк при вас из горла выпью.
- Идет?
Серег, ну чего он к тебе пристал?
- Ну, скажи ты ему, чего молчишь?
- Вась, с тобой точно чокнешься.
- А если ты разобьешься?
- А я что до конца дней буду жить с виной за твою смерть?
- Нет. Я с тобой спорить не буду. Все закончили.
- Серега.
- Ты меня хвастуном назвал?
- А я за свои слова привык отвечать.
- Я вот выйду перед строем полка и назову тебя балаболом и трусом.
- Сто лет потом отмываться будешь.
- И не отмоешься.
- Ну ладно, спорим, черт с тобой.
- Спорим.
- Толя, разбей.
- Нет, я в этом не участвую. Нет.
- Толя.
- Толя, стой.
- Да ну вас.
- Толя.
- Что он делает?
- Он что пьяный что ли?
- Не могу знать, товарищ майор, в машину садился трезвый.
- Что он выделывает, гад.
- Он же сейчас в землю врежется.
- Дурак.
- Выйдет, выйдет.
- Он выйдет.
- Еще чуть-чуть.
- Еще.
- Давай взлет.
- Пускай садятся.
- Младшему лейтенанту Сталину.
- Трое суток гауптвахты.
- Да ему эта гауптвахта.
- Как с гуся вода.
- Я бы на месте командира поостерегся.
- Отчего это?
- Младший лейтенант Василий Сталин
- пожалуется самому товарищу Сталину?
- Да он-то может и не пожалуется.
- А вот в штабе бригады и округа.
- Доброхоты сигнал подать найдутся.
- Командир полка.
- Майор Прутков.
- Самодурствует.
- Ладно, все.
- Вы тут философствуйте без меня.
- А я пошел разбираться.
- Проверь еще раз.
- Васька, черт, ну что - живой?
- Да жив я. Куда я денусь?
- Хана тебе, Василий.
- Еще секунда и хана тебе.
- Я же сказал, что я сделаю.
- Я сделал.
- Я тоже, как ни ка, Сталин.
- Ну что?
- Гони коньяк, деятель.
- Ну, безбашенный совсем.
- А ты видел, как я взлетел?
- Да ты когда вот.
- Так вот пошел, я совсем.
- Думал, разобьешься.
- Хана бы тебе было.
-Небыло бы вообще бы тебя.
- Да нормально все.
- А ведь скажут, скажут.
- Что командир полка.
- Майор Прутков ради собственного самоутверждения.
- Придирками преследует младшего лейтенанта Сталина.
- Для того чтобы командование знало, что он.
- Ничего не боится, и ни кого не боится.
- А так же для не го нет авторитетов.
- А в результате.
- Страдает молодой.
- Талантливый летчик.
- Который к тому же.
- Является сыном вождя всех трудящихся.
- Товарища Сталина.
- Что ты скажешь комбригу, когда он тебя вызовет?
- Или командующему округом?
- А ведь вызовут.
- Федор Максимович.
- Ей богу вызовут.
- Сам ведь знаешь, в какое время живем.
- Людей из-за ерунды из партии гонят, или еще хуже.
- А тут сам сын.
- Иосифа Виссарионовича, соображаешь?
- Да тебя из-за одной только перестраховки по стенке размажут.
- А тебя не размажут.
- Ты комиссар,
- Тебя первого спросят за моральную атмосферу в полку.
- И меня спросят. И меня размажут.
- Мы теперь с тобой в одной упряжке.
- Уже ничего не соображаю.
- Послал господь подчиненного.
- Что ж делать теперь?
- А ничего не надо делать.
- Ничего не случилось.
- Тебе не доложили. Ты ничего не знаешь, ничего не видел.
- А если он опять какой-нибудь номер выкинет?
- Мне что полком с закрытыми глазами командовать?
- Придется.
- Федор Максимович.
- Никуда не денешься.
- Если б он разбился сейчас.
- Тогда бы нам всем хана.
- Ты вот что.
- Федор Максимович.
- Отправь в бригаду представление.
- На досрочное представление младшему лейтенанту Сталину.
- Звания лейтенанта.
- За что ему?
- За какие такие подвиги?
- А вот тебе доложили на плановых полетах.
- Что машина.
- Самопроизвольно вошла в штопор.
- Он нет, чтоб выбросится с парашютом.
- А изо всех сил, рискуя жизнью.
- Стал спасать машину.
- И спас.
- Как-то рановато ему еще в лейтенанты.
- Да ты представь, представь.
- А я поддержу.
- Молодой, перспективный летчик.
- Подвиг совершил.
- Пора ему двигаться дальше.
- Интриган ты, товарищ комиссар.
- Ух, интриган.
- Да нет.
- Скорее дипломат, товарищ командир полка.
- Дипломат.
- Вась.
- А?
- Слышишь, тут такое дело, в общем.
- Ну, приземляйтесь, чего вы?
- Выиграл.
- Серега.
- Мы ж с тобой толком не спорили. Толя же не разбил.
- Мы с Толей так решили.
- Выиграл - получай.
- А вы чего это - обижаетесь?
- Да чего на тебя обижаться?
- Твой папа Сталин.
- Тебе-то за это ничего не будет.
- А нас бы за такое под трибунал.
- А тебя еще и по головке погладят.
- Интересно кто это погладит?
- Младший лейтенант Сталин. К комиссару полка.
- А ты говоришь сынок.
- Товарищ комиссар, младший лейтенант Василий Сталин,
- по вашему приказанию прибыл.
- Хочу сообщить вам.
- Василий Иосифович.
- Что мы посоветовались с командиром полка.
- И решили.
- Направить в штаб бригады представление.
- О досрочном присвоении вам звания лейтенанта.
- Как перспективному летчику.
- Обязанному идти на повышение.
- А ребята?
- Какие еще ребята?*
- Ну как? Звено мое.
- Младшие лейтенанты Гущин и Луньков.
- Они же мне тоже помогали, морально поддерживали меня.
- Они тоже заслуживают поощрения.
- А то как-то.
- Несправедливо получается, товарищ комиссар.
- Что несправедливо?
-Ну, несправедливо поощрять одного Василия Сталина.
- Сразу подумают, что подхалимничают
- батальонный комиссар Полукарпов и майор Прутков.
- А вот если поощрить группу летчиков.
- Молодых, перспективных - это ж совсем другой коленкор.
- Понимаете?
- Свободен.
- Младший лейтенант.
- Есть свободен.
- Умный.
- Соображает.
- Ребята, вы Галину Бурдонскую не знаете?
- С редакционно-издательского?
- Галка-то? Да она с Анькой только что тут была.
- Да вот же они.
- Люб, ну не расстраивайся.
- Мы сейчас что-нибудь придумаем.
- Спасибо ребята.
- Не за что.
- Ну что - готов?
- Полетели.
- Ну, мы придумаем что-нибудь.
- Ну, я же не виновата.
- Обязательно придумаем.
- Что теперь делать?
- Толян, смотри.
- Девчонки на третьем курсе, а все равно из-за двоек плачут.
- Опять ты?
- Да не из-за двоек.
- И вообще не знаете - так и говорить нечего.
- Да что у вас случилось-то?
- Да у Любы документы не приняли.
- Какие документы, Галь?
- Да какие? Вот Люба пришла документы подавать.
- Она хочет на экономический.
- На экономический.
- А документы не приняли, говорят без аттестата.
- Мы не берем.
- А где аттестат?
- Она что, десять классов не закончила?
- Закончила на одни пятерки.
- Да. Ну а где аттестат-то?
- Та не выдали. Вот справку.
- Только дали.
- А сказали аттестат, потом выпишут,
- когда они в школу поступят.
- Они еще.
- Почему-то не привезли их.
- Ну откуда привезти-то должны?
- Из РОНО.
- Вот только справку выдали, а здесь говорят
- мы справки не принимаем. Требуют аттестат зрелости.
- И все, а завтра последний день сдачи документов.
- Целый год пропадает.
- Так, так, так. Тихо, тихо.
- К декану ходили?
- Да ходили мы туда, не пускают нас.
- К декану.
- И вообще, говорят, что этими делами
- только приемная комиссия занимается.
- Так, ладно, ладно, ладно.
- Фамилия как?
- Суздалева Люба.
- А отчество?
- Отчество, Люб.
- Какое?
- Ефремовна.
- Любовь Ефремовна.
- Хорошо, ладно. Вы тут пока.
- Лясы с Толяном поточите а мы с Любой сходим кое-куда.
- Иди, иди.
- Все будет хорошо.
- Давай, давай.
- Бегом, Люба.
- Меня Анатолий зовут.
- Галина.
- А как зовут прекрасную незнакомку?
- Аня.
- Очень приятно.
- Прогуляемся?
- Товарищ декан.
- Подождите, подождите, товарищ, нельзя сюда.
- Видите, совещание идет?
- Товарищ декан, мне нужно с вами поговорить.
- Вам же сказали - я занят.
- Ничего, отвлечешься.
- - Я сын товарища Сталина. Сообщите ему, пожалуйста.
- Так, слушай меня внимательно.
- Люба иди сюда.
- Здравствуйте.
- Фамилия абитуриентки.
- Суздалева.
- Суздалева Любовь.
- Ефремовна.
- Запомнил?
- Да я что? Мне никто не доложил.
- А кто я - тебе доложили?
- - Так точно, Василий Иосифович.
- Да сядь уже.
- Вот паспорт.
- Справка.
- И справка.
- И смотри.
- Не дай бог она, отличница, не поступит в институт.
- Лично позвоню и узнаю.
- Пожалуйста.
- Бюрократы хреновы.
- За мной, Люба.
- Сейчас все сделаем, Сейчас все сделаем.
- Девчонки.
- Любаш.
- Люб, ну что?
- Представляете. Меня.
- Секретарша декана.
- Проводила в саму приемную комиссию.
- И что?
- И сказала взять мою справку и заявление.
- Спасибо вам большое.
- Да ладно.
- Ну, когда с деканом по-человечески.
- Тогда и он по-человечески.
- А вы всегда такой решительный?
- Или только когда за девушками ухаживаете?
- С деканом разговариваете?
- А?
- Его зовут Василий по кличке красный.
- Так точно.
- Ну и куда мы теперь все?
- А мы с Галей собирались к моему брату на день рождения.
- Нс Салтыковку.
- Хотите - поедем с нами?
- У вас что?
- Кавалеров нет?
- Ни за что не поверю.
- А мы их не позвали.
- Мы их в другой раз позовем.
- А вы не хотите прогуляться?
- С удовольствием.
- Любаша.
- Ну что, думала Вася-красный забыл тебя?
- Думала, не найду?
- Думала найдешь.
- Вася.
- На Салтыковку.
- Порежь, пожалуйста.
- Надо порезать и вот на тарелку. Бери тарелку.
- И на нее вот сейчас все будем складывать.
- Давай, давай, давай.
- Петька, я тебе так скажу.
- Ты отличный мужик.
- И, так сказать, друг.
- Спасибо, что вы с Аней нас пригласили сюда.
- Еще я хочу тебе сказать, что.
- Да ладно, Толь, угомонись, слишком много болтаешь.
- Петь, ты действительно хороший парень,
- но я хочу выпить за наших девушек.
- За настоящий, боевых.
- Подруг.
- Верно, я говорю?
- Правильно ты, Вась, говоришь.
- Петь, ну ты не обижайся.
- Чего мне обижаться?
- Я за девчонок всегда рад выпить.
- Ну что? Троекратное ура?
- Ура! Ура! Ура!
- Ну что у нас тут?
- Тебе помочь?
- Нет, спасибо.
- Что? Не доверяешь.
- Летчику-герою?
- Очень доверяю.
- Только все уже готово.
- Ребята.
- Ну что, давайте к столу.
- К столу.
- Я не понял. Мы сюда есть пришли, что ли?
- Танцевать-то будем?
- Я хочу танцевать.
- И я.
- А то патефон стоит, скучает.
- Толик, заводи.
- Петя.
- А пригласите меня танцевать.
- Прошу.
- Анечка.
- Разрешите?
- С радостью.
- Анечка, а вы знаете, какая у вас важная и опасная профессия?
- Ты такая красивая у меня.
- Вот так бы и танцевал с тобой сто лет.
- Вот так просто.
- Вот заявление.
- Почему это Сталин?
- Да потому что я Сталин.
- Как это вы Сталин?
- Вы соображаете, что вы говорите?
- Ну конечно я соображаю.
- Я же не говорю, что я Ворошилов. Я говорю, что я Сталин.
- По-моему это логично.
- Тоже мне шутники.
- Документы покажите, пожалуйста.
- Держите.
- А. Вы?
- Прямо сейчас хотите?
- Да, прямо сейчас хотим.
- А товарищ папа?
- Простите.
-Товарищ Сталин?
- Он.
- Знает? Он не против?
- Подождите. А зачем ему вообще об этом знать?
- Я что несовершеннолетний?
- Ну как?
- Ну, это же товарищ Сталин. Ну как же вот?
- Вы не понимаете?
- Я вот вас распишу и.
- Меня потом.
- Послушайте.
- Да?
- Если вот вы.
- Нас сейчас не распишете.
- То вы точно больше здесь работать не будете.
- Вы сейчас себя ведете, как настоящий враг народа.
- Препятствуете образованию советской семьи.
- Вот я сейчас позвоню куда надо.
- Нет.
- Пожалуйста, никуда не надо звонить, товарищ Сталин.
- Гражданка.
- Я.
- Ваш паспорт, пожалуйста.
- Паспорт давай.
- Спасибо.
- Спасибо.
- Вот, пожалуйста.
- Ну вот.
- Ловко вы.
- Можем и вам помочь.
- Да.
- Нет, не надо.
- Мы с Анечкой как-нибудь сами разберемся.
- Женился наш Василий.
- Иосиф Виссарионович.
- Бросил академию.
- И уехал в Липецк.
- На курсы комсков.
- Ты знал, что у него появилась девушка?
- Знал, Иосиф Виссарионович.
- Беседу с ней провел.
- Какую беседу?
- Чтобы.
- Забыла.
- Я думаю.
- Дурь в голове.
- Была не у нее.
- А.
- У нашего Василия.
- Что за девушка?
- Галина Николаевна Бурдонская.
- Студентка полиграфического института.
- На третьем курсе учится.
- Девушка приличная.
- Я посмотрел за ней некоторое время. Ни в чем.
- Предосудительном замечена не была.
- В деканате факультета.
- Дали очень хорошую характеристику.
- Красивая?
- На мой вкус, Иосиф Виссарионович, я бы не сказал.
- Ну, красивая?
- Нет, ну красивая, конечно красивая.
- Русская?
- Русская.
- Вот это хорошо.
- Только русская.
- Может вытерпеть.
- Нашего.
- Ваську-красного.
- Где теперь живут?
- Они сразу в Липецк уехали.
- Даже свадьбы не было.
- Я уже думал обижаться.
- Почему?
- Отца не позвал.
- На свадьбу.
- Ты поручи там.
- Чтоб присматривали за молодой женой.
- Чтобы она.
- Не нуждалась ни в чем.
- Конечно, Иосиф Виссарионович.
- Ладно, ступай.
- Скажи Поскребышеву.
- Чтобы зашел.
- Слушаю, Иосиф Виссарионович.
- Пиши.
- Телеграмму моему Ваське.
- Ты не спрашивал.
- Разрешения у меня.
- Женился.
- Ну и черт с тобой.
- Жалею ее.
- Что вышла замуж.
- За такого дурака.


Серия 3

- Приступить к разгрузке.
- Собственно говоря, моя инспекция, товарищ комбриг,
больше формальность.
- Командующий уверен, что у вас все в порядке.
- Ну как у вас тут?
- Тихо?
- Появляются в пределах видимости
Мессеры. И уходят.
- Василий Иосифович.
- Что слышно в Москве?
- Нет. Ты глянь.
- Все начальство приехало.
- Это что за хрен такой, возле которого все крутятся?
- Перебежчики сообщают о том, что немцы.
- Готовы начать военные действия со дня на день.
- Разные сроки называют.
- Но командование уверенно, что все это провокация.
- Хотел бы я знать.
- Что думает по этому поводу товарищ Сталин.
- Я тоже хотел бы знать.
- Важная птица.
- Проверяющий.
- Да уж больно соплив он для проверяющего-то.
- Бойцы говорили.
- Что это сын товарища Сталина.
- О как. Тогда понятно.
- Василий Иосифович, завтра воскресенье и я.
- Большинство личного состава отпустил по домам.
- До понедельника.
- Ну, у многих здесь семьи.
- Семьи?
- Семья - это хорошо. Я вот тоже недавно женился.
- Пацана ждем.
- Да? Василий Иосифович, поздравляю.
- От души поздравляю.
- Спасибо.
- Ну, пока еще рано что-либо говорить, но все равно спасибо.
- Вот жену дома оставил.
- Скучает без меня.
- Понятно, у нас тоже развлечений не много.
- Городок-то не большой.
- Зато могу предложить рыбалку.
- Василий Иосифович, как вы к рыбалке относитесь?
- Не любитель?
- Любитель. И даже большой.
- Вот и порешили.
- Сейчас на ужин.
- А завтра.
- Утречком, до зоречки, да на рыбалочку. Эх.
- Хорошо тут у вас.
- Да, тихо.
- Хорошо.
- Только, вот, не клюет.
- Не волнуйтесь, Василий Иосифович.
- Сейчас будет клев.
- Мать честная, что же это делается, а?
- Товарищ комбриг.
- А может быть это у них учения, какие?
- Какие, нахрен, учения на нашей территории?
- Да они же на аэродром идут.
- Все за мной на аэродром, быстро.
- Быстрей. Заводи машину.
- Заводи.
- Гони.
- Почему наши самолеты не взлетают?
- Потому что у меня приказ был - огонь не открывать.
- Не поддаваться на провокации.
- А это что - провокация, по-твоему, а?
- Все-таки подловили они нас, суки рваные.
- Ты можешь ехать быстрее? Давай гони.
- Быстрее.
- Вам, Василий Иосифович, уезжать отсюда надо.
- Едем на вокзал.
- Никаких вокзалов. На аэродром.
- Как?
- Я сказал на аэродром.
- На аэродром гони.
- Азимут два шестьсот. Удаление шестьсот тридцать.
- Беглый огонь.
- Огонь.
- Заряжай.
- Огонь.
- Товарищ комбриг, товарищ комбриг, товарищ комбриг.
- Старший лейтенант Пушников.
- Отставить панику.
- Доложите обстановку.
- Целы три машины.
- Летчиков не собрать.
- Много погибших, раненых, личный состав в увольнении.
- Я полечу. Какая машина целая?
- Здесь рядом. Есть.
- Никуда вы не полетите, товарищ старший лейтенант.
- Я лично отвечаю за вашу жизнь.
- Я сказал - я полечу.
- А вы поднимайте остальных. Показывай.
- Разрешите?
- Исполнять.
- Давай быстрей.
- За мной.
- В штаб.
- Контакт.
- Есть контакт.
- От винта.
- Уходи.
- Уходи, говорю.
- У всех потери большие. Я приказываю.
- Поднимайте в воздух все, что можно.
- И бейте врага, бейте врага.
- Ответьте.
- Соедини меня с Воронцовым.
- Андрей Николаевич?
- Да.
- У Петренко ни один самолет.
- Не взлетел. Уничтожены до взлета.
- Что с в
- Что с Воронцовым?
- Есть.
- Товарищ старший лейтенант даже комбинезон не надел.
- Ничего.
- Там сейчас жарко будет, не замерзнет.
- Ковалев - за мной.
- Давай, давай быстрее.
- Уходи оттуда скорее.
- Живей сюда. Скорее.
- Товарищ старший лейтенант.
- Товарищ старший лейтенант.
- Вы живы?
- Товарищ старший.
- Да жив я, жив.
- Не ранены. Осторожно.
- Осторожно.
- Вот так.
- Вот так.
- Давайте.
- Вот и первый мой боевой вылет.
- Товарищ старший лейтенант.
- А что? Получается так что.
- Война началась?
- Получается, что так.
- Закурить есть?
- Закурить.
- Вот.
- Что об этом.
- Говорят в мире?
- Ну, здравомыслящие люди.
- Не сомневаются нашей победе.
- Поскольку.
- Людские.
- И материальные ресурсы.
- У нас оцениваются гораздо выше, чем у Гитлера.
- Мне полуправда не нужна.
- Товарищ Молотов.
- Говорит правду.
- Коба.
- Ну что смотреть эти немецкие агитки?
- Давай нашу хронику посмотрим.
- Почему молчишь?
- Товарищ Сталин.
- В мире у нас друзей нет.
- Злопыхатели говорят о нашей слабости.
- А люди серьезные.
- Вспоминают Наполеона.
- Вот.
- Кому надо вспоминать.
- Наполеона.
- Куда идут?
- Или они надеются.
- До тихого океана дойти? А?
- Ничему их Наполеон не научил.
- Это все Троцкий.
- Наделал, сволочь.
- Отдал им в восемнадцатом году.
- Пол страны.
- Просто так.
- Думают, что и мы.
- Пол страны отдадим.
- Ни за что не поверю.
- Что у нас столько пленных, Коба.
- Врет вражина.
- В расплох застали.
- Василий Иосифович.
- Любушка.
- Глазам своим не верю.
- С приездом.
- А ты на месте. Не прокис, не запылился?
- Да что мне.
- Инвалиду сделается.
- Хожу и сижу.
- И как?
- Что?
- Шпионов много отыскал?
- Ну, вы и скажете.
- Да я больной, старый.
- Кого я могу обнаружить-то?
- Хотя.
- Доложу я вам.
- Время наступило тяжелое.
- Война.
- Сами понимаете.
- Надо смотреть в оба.
- Пацан будет - Сашкой назовем.
- Да? Почему ты так уверен?
- А я вообще уверен в том, что я делаю.
- А если будет девочка?
- Надей.
- Почему Надей?
- Да в честь мамы.
- Папа-то не звонил?
- Нет, не звонил.
- Нет?
- Зато приезжал генерал Власик.
- Два раза.
- Оп.
- И спрашивал, не нужно ли чего. А я говорила - нет, спасибо.
- Нам ничего не нужно.
- Ну и дура.
- Чего? Богатая стала?
- Ну, мы же с тобой договаривались.
- Если тебе будет нужна одежда, еда, деньги - позвонить ему.
- Ну, говорил я тебе или нет?
- Говорил.
- Ну, все, сделал.
- Меня рядом с тобой не будет, понимаешь. Я ж на фронт уеду.
- Выпить-то есть?
- Есть.
- Давай, неси.
- Вася.
- Ой, все, все.
- Все.
- Да.
- Здравствуй, Василий.
- Здравствуй, отец.
- Ты сегодня приехал?
- Да.
- Два раза бомбили аэродром и порт.
- Вот. Сделал два боевых вылета.
- Дрался с мессерами.
- Но, ни одного не сбил.
- Отец - я хочу на фронт.
- Не спеши, Василий.
- Война будет долгой.
- Главное - не падай духом. Жена здорова?
- Жена?
- Да, все хорошо, отец, спасибо.
- Вот и хорошо.
- Это сейчас главное.
- Позвонил.
- Угу.
- А чего тут думать-то?
- Надо садиться и летать.
- Да, летать.
- А ты летал на нем когда-нибудь?
- Один раз можно взлететь на чем угодно.
- Но вот попробуй сесть.
- Прежде, чем летать, нужны тренировки на спарках.
- с инструкторами.
- А пока их нет.
- До самостоятельных полетов на яках никого не допускаю.
- Чем он конкретно отличается от ил шестнадцать?
- Скоростью.
- Значит взлет и посадка у них совсем другие.
- Спарки-то еще неизвестно когда будут.
- Война-то идет, поэтому надо взлететь и посмотреть то там и как.
- Я русским языком говорю.
- Яки не трогать.
- Это приказ. Выполняйте.
- Есть выполнять.
- Левой, левой, раз, два, три.
- Сокол, сокол, немедленно заходите на посадку.
- Сокол, сокол, выполняйте приказ.
- Садитесь же, сокол.
- Сокол, сокол, я гнездо.
- Выполняйте приказ.
- Кто дал команду на взлет?
- Кто в воздухе?
- Командир третьей эскадрильи Василий Сталин.
- Решил выполнить тренировочный полет.
- А ты куда смотрел.
- Я предлагал доложить о его выходках уже.
- Пока я командир полка, я буду решать.
- Докладывать тебе или нет. Ясно?
-Так точно. Ясно.
- Сокол.
- Немедленно заходите на посадку.
- Давай, давай, давай, давай.
- Ты что ж вытворяешь, а?
- Если свою голову не жалко.
- То зачем другие головы.
- Под трибунал подводить?
- Федор Иванович, ты же прав был.
- Посадочная дистанция у них намного длиннее.
- Я тебя отстраняю от полетов. Все.
- Ну, ты палку не перегибай.
- А машина действительно во! Класс!
- Федор Иванович.
- Говорит Москва.
- От Советского Информбюро.
- В последнее время еще более усилились связи.
- Между фронтом и тылом.
- Ярким подтверждением единства фронта и тыла.
- Стало соревнование между трудовым коллективом
- завода УралСельМаш.
- И Энской воинской частью.
- Сражающейся под Сталинградом.
- Держи, давай.
- Никто не встречает.
- Три самолета потеряли зазря. Три
- Почему только сейчас разбираемся?
- Пол года сюда.
- Телеграммы слали.
- Комиссию.
- Так и не собрали.
- На фронте ж все.
- Ну, ничего, мы им всыплем.
- Разберемся.
- Отсиживаются в тылу.
- А работать не хотят.
- Расстреливать надо за такую работу.
- Я разберусь.
- А потом пускай.
- Суд разбирается, Василий Иосифович.
- Нет, нет, нет, Шукаренко.
- Хоть ты и старше меня по званию.
- Но позволь я с этими вредителями сам поговорю.
- Ну, объясню им, что не будет никаких поблажек.
- Я - Сталин, все-таки.
- Пожалуйста.
- Но я буду с тобой рядом.
- Если что - помогу.
- Ну, где этот чертов капитан со своими людьми?
- Да вот он.
- Вот.
- На смотри.
- Это заводской брак с твоего завода.
- И только за последнюю неделю
- только с двух полков калининского фронта.
- Которые получили новые самолеты.
- Ну.
- И что ты мне на это скажешь?
- Товарищ директор?
Наш недосмотр.
Наша вина.
- Мы реагировали.
- С рабочими говорили. Мы наказывали.
- Охрана.
- Там у вас товарищи из НКВД сидят.
- Дайте ка капитану Жилину трубочку.
- Жилин, ты?
- А ну быстро в кабинет директора с конвоем.
- Жду.
- Всем оставаться на своих местах.
- Директор завода - Гаврилюк Иван Афанасьевич?
- Я.
- Вы арестованы. Вот ордер на ваш арест.
- Слепцов Андрей Сергеевич?
- Главный инженер.
- Вы арестованы. Ознакомьтесь с ордером.
- Глушаков Владимир Степанович?
- Главный технолог.
- Ознакомьтесь с ордером на арест.
- Разрешите войти, товарищ капитан?
- Разрешаю.
- Товарищ майор.
- Товарищ майор?
- Разрешите обратиться?
- Ну, обращайся.
- Мы ведь.
- Вредителей.
- Нашли.
- Бракоделов то есть.
- А твоя хата с краю, хочешь сказать?
- Нет, нет.
- Нет.
- Мы с себя вины не снимаем.
- Но.
- Может вам.
- Кое-что ясно станет?
- Если вы сами.
- На них посмотрите?
- На кого?
- Ну, я же говорю.
- На бракоделов-то.
- Слушай, я не понимаю, чего он нам тут лепит-то?
- Василий Иосифович.
- С этим надо заканчивать.
- Где ваши бракоделы? Давайте их сюда.
- Они там.
- В цеху. Работают.
- Ну, пойдем, посмотрим.
- Как они у тебя работают.
- За мной.
- Жилин, за мной.
- Товарищ майор.
- Вот кто вместо нас работать будет?
- Кто у вас нарком авиационной промышленности?
- Кокурин?
- Так точно.
- Вот пусть он и решает.
- Главное, чтоб без брака.
- Чтоб мои летчики из-за вас не погибали. Ясно?
- Ясно.
- Вот эти.
- Наши бракоделы.
- Работают.
- Это бракоделы?
- Да это же дети.
- А ну прекратить работу.
- Вам сколько лет?
- Мне десять.
- А мне двенадцать.
- И мне двенадцать.
- А мне девять.
- Тринадцать.
- Мне десять.
- И много вас таких на заводе? Две полные бригады.
- А что делать?
- Квалифицированных работников не хватает.
- А нам каждый месяц план поднимают.
- Да.
- Вот она война.
- Получается, зря мы сюда прилетели.
- Нет здесь никаких вредителей.
- Есть только чудовищное перенапряжение всей страны.
- Да, война.
- По каждой семье прокатилась, и еще прокатится.
- Так уж по каждой?
- Ты вот за себя говори.
- А не за каждую семью.
- Могу и за себя.
- У меня недавно брат погиб.
- Он был танкистом, батальоном командовал.
- От матери телеграмма пришла.
- А ты теперь не один похоронки получаешь.
- Это ты точно заметил.
- Только это у меня.
- Третий брат погиб.
- Как третий?
- Первый Игорь.
- Он окончил пехотное училище.
- Служил на границе.
- Погиб в первые дни войны.
- Потом Володя.
- Он старше Игоря был на полтора года.
- Учился в ленинградском политехе.
- И добровольцем ушел на фронт.
- Их даже до фронта не довезли.
- Немец их.
- Разбомбил.
- Теперь вот Алексей.
- Я последний остался.
- Помянем.
- Помянем.
- У братьев у всех семьи были?
- Да, как положено.
- И девочки и мальчики остались.
- Да я больше за мать боюсь.
- Это страшно, когда родители.
- Детей хоронят.
- А отец?
- Отец умер перед войной.
- От воспаления легких.
- Ты, Федор Иванович.
- Береги себя.
- Ты у матери один остался.
- Я, Василий Иосифович.
- Последнее время.
- Воевать стал бояться.
- А я вот наоборот.
- Каждую неделю прошусь на фронт.
- А меня не отпускают.
- Понимаешь?
- Слушай, Шукаренко.
- А что теперь с ними будет-то?
- Ну, с директором, главным инженером и технологом?
- Не знаю.
- Расстреляют, наверное.
- Нет.
- Этим говном я больше заниматься не буду.
- Главный инспектор трибунальных дел.
- Ездит и людей.
- Под вышку подводит.
- Нет.
- Палачей ищите в другом месте.
- Я тебе не буду говорить.
- Какую ты сейчас дурь сморозил.
- Но когда-нибудь ты это поймешь.
- А я тебя и не спрашивал.
- Я вот, что думаю, то и говорю.
- Не за что их расстреливать, получается.
- Это если за каждым рабочим так уследить.
- Это сто глаз нужно.
- А где их взять-то?
- Эх, Шукаренко, на фронт я хочу, на фронт.
- Стыдно мне по тылам-то ошиваться.
- Начальник.
- Да какой я начальник?
- Я летчик.
- Я боевой летчик.
- Вон мои друзья.
- Давно воюют.
- Фрицев.
- У каждого сбитых не по одному на счету.
- А я лычки собираю.
- Как мне им в глаза-то смотреть? С лычками-то с этими?
- Но так тоже нельзя, Василий Иосифович.
-Лычки просто так у нас не дают.
- Получил? Носи. Носи с гордостью.
- А если стыдно.
- Я тебя прекрасно понимаю.
- Вот сейчас ты будешь в Москве.
- Поговори с отцом.
- С товарищем Сталиным.
- Посоветуйся.
- Может что скажет.
- Кто скажет?
- Да меня к нему не пускают, когда говорить-то не хотят.
- Начальники кругом везде.
- Генералы.
- Да плевать на этих генералов.
- Ты раз скажи, два, три.
- С товарищем Берия поговори.
- Они увидят твою настойчивость.
- И доложат товарищу Сталину.
- А ты с ним по-родственному. Вот и все.
- Спасибо тебе, Шукаренко.
- Одна настойчивость мне и остается.
- Ну, я.
- Вот так под него сбоку захожу.
- А он от меня наверх пошел.
- Я ухожу на вираж.
- И по короткой траектории.
- Бью его.
- Галь.
- Не давай ему пить, ты же знаешь.
- А что я могу сделать?
- Каждый день его однокашники на войну идут.
- А его не отправляют.
- Дня не проходит, чтоб он чего-то не учудил.
- Глядя на этот стол, я начинаю верить в победу социализма.
- В одной отдельно взятой стране.
- Скорее в одном отдельно взятом доме.
- Ребята, я не понял.
- Что за дела? Давай за стол.
- Давай.
- Галка.
- Ну, ты чего?
- Зачем ты их сюда притащил?
- Я же их хотел с тобой познакомить.
- Ну, это же писатели, как ни как.
- Вон посмотри, лысый, видишь?
- Это Гришка.
- А рядом Алексей Каплер.
- Ну, фильм видела "Ленин в октябре"?
- Ну. Так это он написал.
- Или ты, Галка, чего-то против Ленина имеешь, а?
- Ну, вез бы их в "Забаву"
- Ты же знаешь, как я ненавижу эти гулянки твои.
- Хорошо было.
- В эвакуации.
- Галка, нельзя жить как мышка-норушка, надо жить.
- Понимаешь - жить.
- Вася, Вася.
- А ты чего такая грустная-то, пупок?
- Вася.
- Отстань.
- Ну что ты говоришь?
- Давай, мужики, разливай.
- Давай
- Тост есть.
- Вася.
- Да?
- К телефону.
- Алло.
- Не слышу.
- Ну что? За летчиков?
- За нашу победу.
- Ты что ли? А ты где?
- Не тарахти так быстро, подожди, не понимаю ни черта.
- Откуда?
- Луньков, давай, перезвони мне через десять минут.
- Сейчас я им хвост накручу.
- Давай, все.
- Попробуйте еще.
- Сталин.
- Василий Сталин.
- Так, слушай меня внимательно.
- Мне сейчас Луньков звонил.
- Если ты.
- К завтрашнему утру не отправишь.
- Туда топливо.
- Я вас всех в бараний рог загну.
- А тебя, как главного интенданта.
- В первую очередь. Ты меня понял?
- Что случилось, Вася?
- Ты представляешь?
- Луньков звонил. Их бомбят на аэродроме.
- Они взлететь не могут. Горючего нет.
- Опять, твою мать, тыловые крысы напортачили.
- А у нас, Василий Иосифович, часто.
- Сам, порой, не знаешь, с кем воюешь.
- Толи с немцами.
- То ли со своими тыловыми.
- А нам завтра снова на фронт.
- Давайте за это выпьем.
- Вам на фронт.
- Все друзья у меня там.
- А здесь, как дерьмо в проруби.
- Вась.
- Не спать.
- Греешь?
- Заканчивай ты жрать.
- Ну ка дай ка нам.
- Цыганочку с выходом.
- Гриш, ну, я тебя прошу.
- Чего ты пристал?
- А вы еще в школе учитесь?
- В десятом.
- Боже мой.
- Вы что-то сказали?
- Сказал.
- Увяданья золотом охваченный.
- Я не буду больше молодым.
- Все. Я эту потрясуху слушать.
- Не желаю.
- Давай нашу, Гриш.
- Гриш.
- Ну, давай цыганочку.
- Золотые.
- Вечно молодые.
- Вы знаете, Светлана.
- Я таких златовласых никогда не встречал.
- Давай.
- Григорий Огнивцев.
- Цыганочка с выходом.
- Здрасте.
- Здрасте.
- Здравия желаю, Василий Иосифович.
- Поздравляю с получением звания полковника.
- Семдесятпервый год.
- Парижской комунне.
- Давай, проходи.
- Да здравствует.
- Парижская комунна.
- Здрасте.
- Здрасте.
- Верный спутник.
- Советской власти.
- Ну, давай, проходи.
- С чувством юмора у тебя все хорошо.
- Вечная слава расстрелянным комуннарам.
- Ура.
- Давайте.
- Наливай.
- Штрафную ему наливай.
- Знаете что. А давайте сбежим?
- Они еще долго будут пьянствовать.
- Прогуляемся.
- Я с радостью.
- Хочу выпить за наших боевых офицеров.
- Позвольте я поухаживаю?
- Спасибо.
- Ура, товарищи.
- Ура.
- Ты куда?
- К ребенку.
- Он спит, останься.
- Мне здесь нечего делать, я устала и хочу спать, пусти.
- А я тебе говорю - ты останешься, и будешь танцевать со всеми.
- Да веселись ты, как хочешь и с кем хочешь.
- Я не желаю здесь оставаться. Понимаешь? Я иду к ребенку.
- Что? Тебе тоже нечего здесь делать?
- Дурак ты, Вася. Галь, пойдем ко мне?
- Идите, идите, кумушки.
- Ну что смотрим-то?
- Музыка играет - танцуем.
- Не переживай. Ну, ты же знаешь его ситуацию.
- Ну, хватит плакать.
- Галя, возьмите, пожалуйста.
- Галочка, Светка.
- Здрасте.
- Здравствуйте.
- А вы куда?
- Мы ко мне пойдем с Галей.
- Спать. Сашка уже у меня с няней.
- А что случилось?
- А Ваське полковника дали.
- Теперь до утра гулять будет.
- Галь, ты что, плачешь?
- Опять Васька.
- Галя.
- Извините, что так получилось.
- Да ничего, я все понимаю.
- Знаете, я все равно сейчас не усну.
- Так, может быть, тогда, все-таки, сбежим?
- Давайте.
- Прошу вас. Осторожнее.
- Вы что же творите, сволочи?
- Эй, друг, ты.
- Ты чего тут расстрелялся? В тире, что ли?
- А не сдай оружие, стрелок ворошиловский.
- Ты кто такой вообще?
- Я тебя сейчас.
- Толя. Все.
- Брат мой.
- Тома.
- Томочка.
- А мы это.
- Празднуем, вот, Томочка.
- Ну, я поздравляю.
- Да ты.
- Вася.
- А ну ка.
- Сдай-ка оружие, товарищ старший лейтенант.
- Или мы вас будем.
- Разоружать.
- Попробуй.
- Ребят, вы чего?
- Отставить.
- Том.
- Ну чего ты?
- Рассвирепел-то, а?
- Давай выпьем с нами?
- Ты, наверное, забыл, да?
- Война идет.
- Не надо мне, Тома, о больном. Ладно?
- Поздравь меня, лучше.
- Да я тебя уже поздравил.
- Включай музыку и будем танцевать.
- Пошли вон.
- Что, Вась?
- Пошли вон.
- Вась, ну, мы же тут ради тебя собрались.
- Ты чего?
- Уходи.
- Ужасы пленили юный дух.
- Как рвался на небо к облакам.
- Готов лобзать уста друзей был я.
- Не посмотрев.
- Не скрыта ль в них змея.
- Это Лермонтов.
- Не понравилось?
- Я больше Пушкина люблю.
- Сейчас все больше Пушкина любят.
- Та безопаснее.
- О чем вы?
- А Цветаеву? Ахматову?
- Пастернака вы читали?
- Их нет в школьной программе.
- А вы читаете только то, что есть в школьной программе?
- Нет, ну почему же?
- Этих книг в библиотеках нет.
- Я просила отца достать, но.
- Он так разозлился.
- Сказал, что они болтуны и моральные разложенцы.
- Нет, товарищ Сталин, конечно, прав.
- Но я могу достать все эти книги.
- И, если мы еще раз увидимся,
- я обязательно их принесу, и всегда буду приносить.
- Какой вы хитрый.
- Я буду очень благодарна.
- У меня такое чувство, Светлана,
- что мы можем стать добрыми друзьями.
- И у меня такое чувство.
- По-моему за нами кто-то идет.
- А это мой дядька-охранник.
- Климов Василий Никитич.
- Он всегда за мной ходит.
- Я даже удивилась, думаю.
- Где это мой дядька Климов?
- Может, заболел?
- Такие люди не болеют. Они железные.
- А может быть перейдем на ты?
- Хотя я, конечно, понимаю, что такой девушке, как вы,
- трудно звать такого старика, как я, на ты.
- Нет, нет. Вы совсем не старый.
- Вы, просто, старше меня.
- Тогда на ты?
- Леша.
- Света.
- Пойми, Вася, дорогой.
- Ты просто обязан.
- Понять.
- Я тебе ка друг говорю.
- Папа очень переживает.
- Яков в плену, понимаешь?
- Что ж тут непонятного-то?
- Тимур Фрунзе погиб.
- Сын Микояна сбит.
- Поэтому вы с отцом решили теперь меня в клетке держать?
- Ты посмотри, как она хинкали кушает.
- Сколько раз тебе надо рассказывать,
- как это надо делать, слушай.
- Нет, посмотри еще раз.
- Вот так вот берешь.
- За этот хвостик, да.
- Вот.
- Потом.
- Надо немножко откусить, чтобы сок вышел. Вот так.
- Вот так вот.
- Кусаешь.
- Вот так вот.
- Значит.
- Буду спать с утра до вечера?
- Или, вон, водку жрать.
- Да по бабам.
- Алиса, солнце мое, извини моего друга.
- Василия.
- За такие грубые слова. Он больше не будет.
- Правда, Вася?
- Правда.
- Вы.
- Извините меня.
- Лаврентий Павлович.
- Слушай.
- А, по-моему, Вася очень фотогеничный, как считаешь?
- Может быть, он с тобой снимется? А что?
- Ну.
- Вполне.
- Он мог бы сыграть.
- Положительного героя.
- Да?
- Не хуже Олейникова.
-Артист.
- Что-то у вас подозрительная улыбка, Лаврентий Павлович.
- Да?
- Забыл тебя поздравить.
- Полковник.
- Сколько тебе лет?
- Двадцать один.
- Почти как Наполеон.
- Ну, будь здоров.
- Спасибо.
- Вы всегда самое приятное напоследок оставляете.
- Да. Это.
- Особенности грузинского застолья.
- Да.
- Как Яша любил говорить.
- А вы?
- Почему о нем в прошедшем времени говорите?
- Он же еще живой.
- А для него.
- Яши больше нет. Да.
- Не хотел тебя расстраивать, Вася.
- Немцы распространяют листовки.
- От имени Якова.
- Где предлагают переходить всем на их сторону.
- На фотографии Яков.
- В обнимку с немецкими офицерами.
- Стоит.
- Улыбается.
- Тяжело отцу.
- Понимать, что человек, которого ты всю жизнь любишь.
- Так сказать, твоя.
- Родная кровинушка.
- Вдруг.
- И оказался предателем.
- Не надо так говорить, Лаврентий Павлович.
- Это не я так говорю. Это он.
- А вы не имеете права.
- Я знаю его. Я его люблю, понимаете.
- И я никогда не поверю.
- Вам понятно?
- Получил?
- Справедливо.
- Молодец.
- Хороший парень.


Серия 4

- Обедать буду.
- Пойдем, посидишь со мной.
- Ты извини, я не могу.
- Я к подруге поеду.
- Мы с ней заниматься будем. Можно?
- Сколько тебе лет?
- Шестнадцать.
- Губы накрасила. Зачем?
- Мужиков завлекать?
- Пап, что ты говоришь?
- Я знаю, что я говорю.
- А ты знаешь, как таких девок называют?
- Нэпманские шлюхи.
- Вот ка. Ты этого хочешь?
- Сейчас все губы красят.
- Ты моя дочь.
- И должна помнить об этом.
- Все. Кто это все?
- Александра.
- Александра.
- Здесь я, Иосиф Виссарионович.
- Куда она идет?
- К какой такой подружке?
- К Тосе.
- Морозовой.
- Ты знаешь эту Морозову?
- Нет. Собирайся, пойдешь с ней.
- Не надо со мной.
- А. К нему идешь?
- Твоему еврею?
- К этому старому коту?
- Не смей о нем так говорить.
- Ты моя дочь.
- Моя.
- Запри ее.
- Пусть
дурь вылетит под замком.
- Иди.
- Да, Иосиф Виссарионович.
- Может чайку?
- Бедная моя девочка.
- Василий Иосифович.
- Мне тут ребята в гараже анекдот про Гитлера рассказали.
- Хотите, расскажу?
- Ну.
- Приезжает, значит, Гитлер в сумасшедший дом.
- Ну, его.
- Все, значит, пациенты выстраиваются.
- В шеренгу, приветствуют, "Хайль Гитлер", правую руку.
- Вот так, знаете, как обычно.
- Он проходит вдоль шеренги.
- И видит.
- Последний человек его не приветствует.
- Подходит к нему и говорит - а почему вы меня не приветствуете?
- А он и отвечает.
- Я же, говорит, не псих.
- Я санитар.
- Точно, санитар.
- Смурной вы какой-то.
- Василий Иосифович.
- Случилось чего?
- А что со мной может случиться?
- Ну, вот что здесь со мной может случиться?
- Да меня так охраняют, что со мной.
- даже насморк не может случиться.
- Ну вот почему я здесь в тепле, в сытости ошиваюсь.
- А не на фронте с друзьями моими?
- Ты можешь мне сказать?
-Ну?
- Кому-то надо быть.
- И в тылу.
- А кому?
- А вот пусть тыловые крысы и сидят.
- В тылу. А я летчик, а не канцелярская скрепка.
- Понятно?
- Чего я на тебя так взъелся?
- Ты-то тут при чем?
- Извини.
- Я, знаете.
- Тоже три раза на фронт просился.
- Не пускают.
- Крути, говорят, вон,
- Свою баранку, без тебя войну.
- Закончим.
- Вот еще, а меня кто возить будет?
- И вообще.
- Поперек батьки в пекло не суйся.
- Вот, когда меня отпустят, тогда и ты со мной.
- Понял?
- Так точно, Василий Иосифович.
- Может войну еще без нас и не закончат.
- Входи.
- Товарищ Сталин.
- Полковник Сталин по вашему приказанию прибыл.
- Не кричи.
- И так целый день голова трещит.
- Погода, наверное, меняется.
- А я чувствую.
- Старею.
- Обижаешься на меня?
- Никак нет.
- Садись.
- Мне Лаврентий доложил.
- О вашем разговоре.
- А почему ты ко мне не пришел?
- А к нему?
- Ты постоянно занят.
- И меня к тебе не пускают.
-Отец.
- Отпусти меня на фронт.
- На фронт?
- А тебе Лаврентий.
- Показывал газету?
- Ту газету.
- Где Яков с немцами?
- Но ты же не веришь что яков мог?
- Я не верю.
- Ты не веришь.
- А весь мир смотрит.
- И верит.
- Я тебя на цепи не держу.
- Но если тебя как.
- Якова.
- В плен возьмут.
- Ты пойми, Василий.
- Какой это позор для меня будет,
- Для всей страны нашей позор.
- В Сталинград полетишь.
- С инспекцией.
- А вернешься.
- Сам решишь, как тебе быть.
- Иди.
- А куда едем-то, Василий Иосифович?
- Вы не сказали.
- На аэродром.
- Да вы что?
-- Иосиф Виссарионович отпустил на фронт?
- Отпустил, да не совсем.
- С инспекцией, вот, лечу. Ну, ничего, ничего.
- Это уже совсем другое дело.
- Это же не инспектор.
- Расстрельных дел-то.
- Это точно.
- Ну, вы это.
- Береги там себя. Будьте осторожны, Василий Иосифович.
- Это дураку только на войне не страшно.
- Всем страшно.
- И мне страшно.
- А страшнее знаешь что?
- Если потом мне скажут - вот когда твои друзья фрицев били.
- Я за свою фамилию прятался.
- Понятно?
- Это понятно.
- Ну, раз понятно.
- Чего мы еле тащимся? Гони давай.
- Есть, Василий Иосифович.
- Василий Иосифович.
- О.
- Писатель. Какими судьбами в Сталинграде?
- Да вот. Корреспондент "Красной звезды".
- "Красной звезды", говоришь?
- А что - хорошее дело. Правильно. Пиши про нас.
- Ну как же писать, если меня на правый берег
- пускать никто не хочет?
- Как не пускают?
- Да ерунда какая-то.
- Говорят, что под ногами путаться буду, мешать буду.
- Я что - дитя малое?
- Читатели должны знать,
- как выглядят их отцы, братья, сыновья.
- Хорошо говоришь, красиво.
- Ну, вам же, писателям, приврать-то не грех?
- Что небыло такого?
- Ну, ты вот.
- Сценарий пишешь не про все, про то, что было.
- Ну при чем здесь сценарий?
- Это же совсем другое дело, здесь настоящая жизнь.
- Здесь нужна правда, борьба.
- Ну, иначе мне совесть не позволит.
- Ну что ж я приехал на фронт и буду за чужими спинами.
- Прятаться?
- Ладно, ладно, помогу тебе.
- Пустят.
- Спасибо.
- Ну, пока еще не за что, ты главное.
- Береги себя.
- Ну, чтоб Светке мне не пришлось слезы вытирать, понимаешь?
- Утопит, ведь.
- Ладно.
- Рад был повидаться.
- Взаимно.
- Говорит.
- Москва.
- От советского Информбюро.
- В течении ночи на третье декабря.
- Северо-западнее Сталинграда.
- Энская часть.
- В результате упорного боя.
- Заняла укрепленную высоту.
- Разрушено двадцатьсемь вражеских.
- Дзотов и блиндажей.
- Разгромлен батальон немецкой пехоты.
- Захвачено четыре орудия.
- Семь пулеметов.
- Тридцатьпяь автоматов.
- И много винтовок.
- На другом участке.
- Отбиты три контратаки противника.
- На поле боя осталось.
- До шестисот вражеских трупов.
- В четырнадцать пятнадцать в районе Верхокриевской.
- Летчиками пятьсотдвадцатого авиаполка.
- Сбит разведывательный самолет Фокивульф.
- А экипаж?
- А экипаж в составе трех человек.
- Захвачен в плен.
- Молодцы.
- Отлично воюете.
- Я думаю, фрицам это не понравится.
- А кому это понравится?
- Отвечали?
- В течении.
- Суток противник никаких активных действий не проявлял.
- Во второй половине дня.
- Усилил огонь.
- Артиллерией.
- По частям - стодевяносто седьмой.
- Стодевяносто восьмой стрелковых дивизий.
- На следующий день.
- Проводили разведывательные полеты.
- Ни одного самолета сбить не удалось.
- Близко не подходили.
- Боялись.
- Ну, кружили все.
- Готовят что-то.
- Что говорит разведка?
- Ждем.
- Наступления.
- Понятно.
- По всем вопросам подготовьте мне справку.
- И я приложу это к своему докладу. И вот еще что.
- Созвонитесь с волжской флотилией.
- И путь они попробуют переправить одного военкора.
- Фамилия Каплин.
- Запомнили?
- Запомнил, но.
- Там.
- Очень сильные бои.
- Выдержит ли?
- Ничего, ничего, выдержит.
- Он парень боевой.
- Эх, мне бы туда.
- Ну что, военком.
- Материал собрал?
- Когда тебя обратно отправлять?
- Ты знаешь, думаю, на днях. Собрал.
- Ну, почти собрал.
- В редакции уже ждут статью.
- О чем пишешь-то?
- Ну как статья-то называться будет?
- Небось.
- Русские богатыри.
- Бьют фашистов и в хвост и в загривок?
- Ну, зачем же так шикарно?
- Называться будет просто.
- Письмо лейтенанта.
- Про героизм защитников Сталинграда.
- Ну а про что еще писать?
- Про трусость чтили?
- Ну, со стороны, конечно, видней.
- Но без трусости и храбрости-то не было.
- Как тебя понимать, капитан?
- Да вот так и понимай.
- У меня в батальоне одни трусы остались.
- Храбрецы давно в земле лежат.
- Храбрец - он, о чем думает?
- Уж кого-кого.
- А его-то пуля не тронет.
- Он такой необыкновенный, исключительный в этом.
- Что смерть обязательно мимо пройдет.
- Вот и делает, что хочет.
- Что нужно и что не нужно.
- А трус.
- Он о чем думает?
- Как бы ему живым остаться.
- Что он такой слабенький, беззащитный.
- Перед пулей и осколками.
- И смерть ему.
- В ухо дышит.
- На плече сидит.
- Немца убить - это, конечно, хорошо.
- Но главное живым из боя выйти.
- Нецев-то все равно придется убивать.
- Тут как крути не крути.
- А себя.
- Поберечь.
- А?
- Хитрая теория получается.
- Прямо целая философия.
- А ты, в какую газету пишешь?
- Девушке пишу.
- Любимой.
- Понятно.
- Пиши.
- Моя любимая.
- Кто знает.
- Дойдет-ли до тебя это письмо.
- Ему предстоит очень сложный путь.
- Я буду, все-таки, надеяться, что это письмо дойдет до тебя.
- Что оно пронесет под огнем врага через Волгу.
- Через степи, сквозь вьюгу и бураны.
- В милую нашу Москву мою нежность.
- Моя родная.
- Сегодня выпал снег. В Сталинграде зима.
- Небо опустилось и стало низким, как потолок в избе.
- Хмурая погода особенно остра.
- В такой день думается о близком человеке.
- Я буду, как только появится свободная минутка, писать.
- Хочется, чтобы ты знала о нашей жизни, о нашей борьбе.
- О том, что мы чувствуем, что мы думаем здесь, в Сталинграде.
- Я хочу рассказать тебе о судьбе одного маленького друга.
- Он участвовал в нашем наступлении, и звали его Воля.
- Это был простой Сталинградский мальчик.
- Он остался сиротой и прибился к нашей части.
- Не прибился.
- Мы его сами взяли.
- Он угрюмый был мальчишка, молчаливый, резкий.
- Просто никто из нас не знал, что творится в душе этого мальчика.
- Мы только могли догадываться о его состоянии.
- Не думаю, что он всегда был таким.
- Скорее всего, на него так подействовала.
- Гибель родных.
- Через амбразуру отсюда, из подвала, видна широкая площадь.
- Вся она превратилась в сплошные руины.
- Пробежать по площади нельзя.
- Каждый ее сантиметр простреливается и нами
- и противником.
- Укрепившимся в развалинах соседнего с нами здания.
- По ту сторону площади виден красный дом.
- Без крыши, без окон, без дверей. С черными следами копоти.
- На кирпиче.
- Красный дом этот нужно было, во что бы то ни стало, занять.
- Отряд. За мной.
- Не отставать.
- Этой ночью капитан Сантов с восьмью бойцами.
- Должен был прорваться в красный дом.
- Выбить немцев и, во что бы то ни стало, занять оборону
- Бойцы несколько часов пробирались к красному дому.
- Через сплошные завалы и груды черных обломков.
- Которыми была завалена площадь.
- Город превратился в руины.
- Небо было все в дыму.
- И непрерывно освещалось заревом от далеких взрывов.
- И частого огня сигнальных немецких ракет.
- С каждым шагом.
- Приближаясь к своей цели, они понимали.
- Обратной дороги нет.
- Как потом оказалось.
- За отрядом Сантова пошел Воля.
- Сначала его никто не заметил, а когда увидели.
- То было уже поздно.
- Та он и прорвался в красный дом вместе с бойцами Сантова.
- Прикрой.
- За мной.
- Давай гранату.
- Пошли ребята.
- Синицын, давай туда. Они на чердаке.
- Ребята, поднажми.
- Тот, кто не побывал здесь.
- Никогда не поймет до конца, что значит две улицы пройти.
- Которые можно было в былое время за несколько минут пройти.
- Боевая обстановка сложилась так, что в течение пяти дней.
- Совершенно невозможно было наладить связь с группой Сантова.
- Только по тому, что немцы
- не переставали вести огонь по красному дому.
- Мы знали, что наши там.
- Что они заняли дом.
- Что они держатся.
- Много, очень много раз за эти дни.
- Фашисты пытались обратно ворваться в красный дом.
- Со стороны площади все подходы были под нашим огнем.
- С противоположной стороны оборонялись ребята.
-говорят по-немецки
- Не давай высунуться.
- Молодец.
- Назад, Волька.
- Волька.
- Кричите "Ура!", чтоб немцы думали, что нас много.
- Кричите "Ура!", чтоб немцы думали, что нас много.
-Ура!
Ура!
- На шестой день только мне удалось с несколькими бойцами.
- проникнуть в красный дом.
- Мы нашли восемь трупов, тяжелораненого Сантова.
- Воля лежал у окна.
- Сжимая в руке холодный ствол автомата.
- На его лице запеклась кровь.
- В Волиных руках автомат казался детским.
- Игрушечным ружьем.
- Из под грязной шапки выбивались детские светлые волосы.
- Глаза мальчика были открыты.
- И в них отражались разрушенные
- сожженные дома его родного города.
- И зимнее небо Сталинграда.
- Каждый человек за чем-нибудь на свет родился.
- Один для того, чтобы всю жизнь
- какое-нибудь полезное дело делать.
- Может быть, хотя бы, марки клеить на конверты.
- Другой.
- За тем, чтобы один раз только встать и крикнуть.
- Вперед!
- И ничего не значит, что он коротко прожил.
- Важно, что он сделал что-то, что в общечеловеческую книгу ляжет.
- Хотя бы только запятой или точкой.
-Или одной буквочкой.
- Сейчас идет та глава истории.
- Где написано, как советский народ
- боролся с нашествием варваров.
- И Воля поставил свою запятую.
- Ты потерпи, капитан.
- Сейчас в госпиталь отвезут и там подлатают.
- Что, корреспондент?
- Втянул я тебя в драку?
- Досталось тебе.
- Ерунда.
- Чуть-чуть зацепило.
- А ты когда уходишь?
- Думаю через пол часа за мной разведчики придут.
- Жаль.
- Не выпьем на посошок.
- Я обязательно тебя еще раз увижу.
- Ты только выздоравливай, хорошо?
- Как мне про тебя написать?
- Ну, кто ты по твоей теории?
- Храбрец или трус?
- Да какой я храбрец?
- Там, за домом, котельная была.
- Мы ж там двумя батальонами мылись.
- Все бельишко стирали.
- А потом.
- Ради тебя постарались.
- Чтоб тебе было о чем написать.
- Я обязательно.
- Обязательно.
- Любимая, я буду писать тебе, и буду ждать твоих писем.
- Если бы ты знала, как они нужны мне здесь.
- Скоро вечер. И в Москве скоро вечер.
- Из твоих окон.
- Видна зубчатая стена Кремля.
- И над ней небо Москвы.
- Может быть, у вас там сейчас тоже падает снег?
- Твой Л.
- Что это?
- Что ты имеешь в виду, папа?
- Это ты меня спрашиваешь, что я имею ввиду?
- Ах ты, сучка рыжая.
- Что у тебя с ним было?
- Говори.
- Ничего небыло.
- Тогда почему он тебе такие письма пишет?
- Этот наглец.
- Почему ты решил, что это письмо написано мне?
- Много в Кремле живет Светлан?
- Он тебя по имени называет.
- Еврейская хитрость.
- Он по-русски писать не умеет.
- Если тебе приспичило замуж.
- Почему русского себе не нашла?
- Что ты говоришь, папа?
- Как тебе не стыдно?
- Да как тебе не стыдно, сопливая девчонка?
- Едва семнадцать исполнилось.
- Она себе мужика завела.
- Ну, маме было меньше лет.
- Когда она за тебя замуж выходила.
- Ты думаешь?
- Мама была бы рада?
- Узнав про твои похождения.
- Была бы рада узнать, что ее дочь.
- Спуталась с мужиком.
- Который ей.
- В отцы годится.
- На двадцать лет старше тебя.
- Ты об этом подумала?
- Мне все.
- Про него доложили.
- Все бабы вокруг него вертятся.
- Нет.
- Что нет?
- Нет.
- Дурочка. Что нет? Все писатели развратники.
- И пьяницы.
- Так, хорошо, пиши дальше.
- Вот-вот.
- Труженикам пера и блокнота пламенный боевой привет.
- Ой, Леша, с приездом.
- Спасибо, дорогой.
- Привет, привет, дорогой.
- Ну как Сталинград?
- Все расскажу, все расскажу.
- А с рукой-то что?
- А.
- Фашистский осколок.
- Ирина, солнце мое.
- Леш, я по тебе скучала.
- А мы тут без конца читаем твои любовные письма.
- Это вы о чем?
- О чем.
- Он такой скромный.
- Что тиража "Красной звезды" ему уже мало.
- Трибуну "Правды" подавай, никак не меньше.
- Слушай, тут начальник.
- Передал тебе подарочек.
- Сейчас.
- Держи.
- Я же этот материал.
- В "Правду" не давал.
- Все правильно.
- Тут к нашему.
- Кореш один забежал.
- Из "Правды".
- Увидел твой материал и выцыганил его,
- как последний цыган.
- Наш-то, консерватор, никогда бы такое не напечатал.
- А в "Правде" - пожалуйста.
- Ну, давайте.
- За встречу.
- Ну, сейчас, секундочку.
- Да, сейчас.
- Ларочка, все записала?
- Да, Марк Сергеевич.
- Да.
- Алло, Светлана?
- Здравствуй.
- Здравствуй. Узнала?
- Конечно.
- Я прилетел сегодня.
- Да. Газету уже видел.
- Как ты?
- Нормально.
- Я приеду?
- Нет. Я приеду.
- Сейчас только вещи заброшу в гостиницу и сразу приеду.
- Я буду ждать.
- До встречи.
- Отличная статейка получилась.
- Ну что?
- Сергеевич.
- Спасибо.
- За встречу.
- Давайте.
- Гражданин Каплер?
- Да, это я.
- Вы арестованы.
- Вот ваш ордер.
- Ознакомьтесь.
- За что?
- Подозреваетесь в шпионаже в пользу Великобритании.
- Все подробности вам сообщит следователь.
- Прошу сдать оружие.
- Гражданин Каплер, следуйте за нами.
- Алло - это редакция?
- Скажите, а Алексей Каплер уже ушел?
- Я звонила в гостиницу, а его там нет.
- Как арестовали?
- Да, я.
- Слушаю.
- Здравствуй. Это я.
- Здравствуй, Светлана.
- Сердишься на меня?
- Да? Не надо на папу сердиться.
- Папке сейчас очень трудно.
- Война сейчас, Светланка.
- Папка.
- Одинокий.
- Ты слышишь меня?
- Светлана?
- Слышу.
- За что его арестовали?
- А ты у Берии спроси.
- Он мне сказал, что этот твой Каплер.
- Оказался английским шпионом.
- Мне тоже было неприятно.
- Об этом слышать.
- Что с ним теперь будет?
- По закону военного времени.
- Его должны расстрелять.
- Ну чем я могу тут помочь?
- Ничем не могу.
- Я его люблю.
- Неужели ты этого не можешь понять?
- Я его люблю.
- Прекрати истерики, Светлана.
- Если его расстреляют.
- Я застрелюсь, как мать застрелюсь, слышишь?
- Слушаю.
- Вась, это я.
- Что мне делать, Вась.
- Он мне такое устроил из-за Каплера.
- Такими словами называл.
- Свет, а ты что опять с ним встречалась?
- Ты что газету "Правда" не читаешь?
- Ну, читаю. Не каждый день, но читаю.
- Там напечатали статью Каплера.
- О Сталинградском мальчике.
- Ну и что, Свет.
- Ну читал я, хорошая статья, ты-то тут при чем?
- А то.
- Что он сказал, что это.
- Специальное любовное послание для меня.
- И что теперь меня, его дочь.
- Ославили на всю страну.
- Что мне делать, Вась?
- Мне жить не хочется.
- Света. Света, успокойся.
- Что отца нашего не знаешь?
- Ну, покричит, покричит и успокоится.
- Выпей валерианки.
- Вась, застрелюсь, как мать.
- Света.
- Света.
- Света, не бросай рубку, слышишь, Света.
- Эй, ты, эй, а ну выпей.
- Пей, давай.
- Эй.
- Кому я сказал?
- Я тебе не эй.
- За кавказским столом.
- Много говорят.
- Мало пьют.
- Сиди.
- За русским столом.
- Мало говорят, но много пьют.
- Вот поэтому я больше люблю русский стол.
- Из всех Сванидзе.
- Только.
- Наш Яков мало говорит.
- Но разве я не Джугашвили, отец?
- Ну, какой же ты Джугашвили?
- Джугашвили, когда.
- Стреляются.
- Попадают.
- А ты стрелялся.
- И.
- Мимо.
- Иосиф, хватит.
- Что ты делаешь? Как не стыдно только?
- Заткнись.
- Ненавижу тебя.
- Садист.
- Не обижайся на отца, Яков.
- Я пошутил.
- Потерпи.
- Скоро нас впустят?
- Я замерз.
- Ну что там?
- Меня к нему не пустили.
- Даже письмо не стали брать, сказали, что не положено.
- Давай письмо.
- Передам как-нибудь. Что-нибудь придумаю.
- Все будет хорошо.
- Слышишь, меня, Свет.
- С ним все будет нормально.
- Я тебе обещаю.
- Поехали.
- Что там Василий?
- Служит, товарищ Сталин.
- Пьет?
- Не больше других.
-Что значит не больше других?
- Это летчики.
- Они все выпивают.
- А как это сказывается на их.
- Боевые и летные качества?
- Да, как будто, в лучшую сторону.
- Почему как-будто?
- В лучшую сторону, товарищ Сталин.
- Не везет мне с детьми.
- Один пьет.
- Не больше других.
- У другой.
- Совсем ветер в голове гуляет.
- Василий и Светлана рано остались сиротами.
- Они сироты?
- А я? Кто я?
- Они не только их - она меня бросила.
- Дети. Они на третий день.
- Забыли ее.
- Меня она покалечила на всю жизнь.
- Она не только в себя.
- Она мне в спину выстрелила.
- А Василий о ней и думать не думает.
- Что ты молчишь, Николай?
- Ведь ты мне не чужой.
- Ты воспитывал моих детей, когда не стало Нади.
- Ты все время выгораживаешь.
- Василия.
- А ведь ему ни в чем не отказано.
- Чего же он еще хочет?
- Иосиф Виссарионович.
- Света и Вася дети. Глупые.
- Когда-нибудь поймут.
- Ты сам-то веришь в это?
- Ладно.
- Может и поймут.
- Спасибо тебе.
- За то, что опекаешь Василия.
- Иди.


Серия 5

- Здравствуй, Нина.
- Я вас не знаю, товарищ полковник.
- Да отойдите, вы мне свет загораживаете.
- Нин.
- Ну, ты что - обижаешься, что я на твою премьеру не пришел?
- Ну, прости, не смог.
- Ты что, Вась.
- Ну что.
- Между прочим, мой муж здесь.
- Да ты что?
- И где же твой гениальный муж?
- Мой гениальный муж сейчас в зале.
- Он может вернуться.
- Что я ему скажу?
- Ну, скажешь, что встретила одноклассника.
- И это будет чистейшей правдой.
- Иди ко мне.
- Ну, Вася.
- Тихо.
- Ну, ты что. Подожди.
- Не сейчас.
- А когда?
- Подожди, он хотя бы выпьет.
- Когда он выпьет, он таким разговорчивым становится.
- Подожди немножко. Хорошо?
- Хорошо.
- Ну, что, еще по одной?
- Давайте.
- Я сейчас.
- Товарищи.
- Предлагаю тост.
- За нашу победу.
- За наших славных соколов.
- За здоровье.
- Василия Иосифовича Сталина.
- Ура!
- Ура!
- Нин.
- Давай уедем отсюда?
- А куда?
- На мотоцикле меня увезешь, как тогда в школе?
- Да хоть на танке.
- Ну, хорошо, я что-нибудь придумаю.
- Я жду.
- Приятного вечера.
- Извините, я скоро приду.
- Васька, ты сумасшедший.
- Гони.
- Простите, Виктор Анатольевич, вы случайно жену мою не видели?
- Только что здесь была.
- С Василием Сталиным общалась.
- Странно, я его тоже не вижу.
- Не знаю, старик, не знаю.
- За такой женою следить надо.
- Володь, ты Нинку мою не видел?
- Подожди, так она только что здесь мелькала.
- Вроде с Василием Сталиным танцевала.
- Давай за нашу победу.
- Давай.
- Какое горе заливаешь?
- Ерунда.
- Устал на съемках, как собака.
- Из Ленинграда только вчера прилетел.
- Нинка моя.
- Подевалась куда-то.
- Не хочу расстраивать тебя, Рома.
- Но мне кажется она.
- С Василием Сталиным уехала.
- Я случайно видел, как они отсюда убегали.
- Убегали?
- Куда убегали?
- Гена, подожди. Ты сам видел? Сам?
- Видел, видел.
- Чудак ты, Роман.
- Я бы на твоем месте рожу ей начистил.
- И начищу.
- И ему начищу. Ты думаешь, я Василия Сталина испугался?
- Что ты орешь-то?
- Все вы, летчики, одним миром мазаны.
- Убью.
- Обоих пристрелю.
- Мне нужно немедленно позвонить.
- Я всесоюзно-известный кинооператор Роман Карманов.
- Мне надо немедленно позвонить.
- Успокойтесь, товарищ.
- Вот в вашем распоряжении телефон, пожалуйста.
- Алло, простите. Это приемная товарища Сталина?
- Да.
- Это кинооператор Роман Карманов
- Телефон мне дал товарищ Сталин.
- Он мне разрешил звонить в случае особой надобности.
- Хорошо, я доложу.
- Сталин слушает.
- Товарищ Сталин.
- С вами говорит
кинооператор Роман Карманов.
- Вы, наверное, меня не помните.
- Почему не помню? Очень хорошо помню, товарищ Карманов.
- Когда мы встречались в Кремле после премьеры
вашего замечательного фильма об Испании.
- Я дал вам свой номер.
- Иначе откуда он у вас?
- Да, товарищ Сталин.
- Вы дали номер, и сказали, что я могу позвонить, если будет.
- Серьезная необходимость.
- Что у вас случилось?
- Чем я могу помочь?
- Товарищ Сталин.
- У меня.
- У меня жену украли.
- Даже не знаю.
- Что вам сказать, товарищ Карманов.
- Кто украл?
- Кто мог совершить такое преступление?
- Надо немедленно заявить в милицию.
- Что за средневековый обычай?
- Это ваш сын, товарищ Сталин.
- Ваш сын мою жену с собой увез.
- Я не знаю.
- Товарищ Сталин, я не знаю, что делать.
- Поезжайте домой, товарищ Карманов.
- Ваша жена сегодня тоже.
- Приедет домой.
- Благодарю вас от всего сердца, товарищ Сталин.
- Желаю вам успехов, товарищ Карманов.
- Вообще-то она сама проявила инициативу.
- Во всяком случае, была непротив.
- Нет времени.
- Заниматься детьми. Воспитывать.
- Надо вернуть эту дуру Карманову.
- Полковника Сталина - арестовать.
- Но сначала ко мне на разговор.
- Вася, подожди, я пить хочу.
- Вася.
- Телефон.
- Вась.
- Телефон.
- Вот, сволочи. Ни минуты покоя.
- Да черт с ними.
- Кто там?
- Разрешите.
- Входите.
- Дядь Коль, ну в чем дело-то?
- Вы арестованы.
- Что?
- Василий Иосифович.
- Это приказ.
- Товарища Сталина.
- Плохо дело, да?
- Твою ж дивизию.
- Дядь Коль.
- А кто стуканул-то?
- Я слышал.
- Карманов.
- Позвонил лично самому.
- Вот сволочь, а.
- Одевайтесь.
- Поедете си мной.
- Прошу поторопиться.
- Я готова.
- Лифчик забыли.
- Гражданочка.
- Десятой дорогой обходите Василия.
- Иначе в следующий раз.
- Повезу не домой.
- А прямиком в Лефортово.
- Знаменитая артистка.
- В таких кино играет.
- Таких положительных женщин.
- А на деле что?
- Сплошная аморалка.
- Мужа позорите.
- Знаменитый оператор, орденоносец.
- Фронтовик.
- С товарищем Сталиным знаком.
- А вы такие номера откалываете.
- Ну что это такое?
- Советская власть все дала.
- Вон. Артисткой стали.
- Бриллианты.
- Вешать некуда.
- Так нет же. Вам буржуазного разврату подавай.
- Свинья грязь всегда найдет.
- Вы и член партии, наверное.
- Ну, что? Отвечайте, когда спрашивают.
- Нет.
- Ты все сказал?
- Что значит все?
- Если мне надо.
- Надо, надо.
- Это мне тебе сказать надо.
- Советская власть мне все дала, а что ты мне дал, солдафон?
- Всего сама добилась.
- Я на хлебе и воде жила, когда училась.
- Понимаешь?
- А ты мне аморалку.
- Клеишь? Напугал.
- Да я на тебя чихать хотела.
- С любовью воюете? Не смешно?
- Вам что - больше делать нечего?
- Ты сам-то хоть раз влюблялся?
- Небось, давно забыл, как это делается?
- Пусти.
- Нина Владимировна.
- Да пусти.
- Я вас не отпускал. Вернитесь.
- Пусти, я сказала.
- А если мужа попробуете тронуть.
- Я про тебя такого наплету - потом век не отмоешься.
- Что б ты провалилась. Чистая ведьма.
- Ну что стоишь? Поехали.
- Полковник.
- Мальчишка шалопутный.
- Тебе доверили.
- Эти погоны носить.
- А ты.
- Позоришь.
- Звание полковника.
- Я не ворую и не предаю. Что ты называешь позором?
- Паршивец.
- Для тебя нет ничего святого.
- Я каждый день.
-- Слышу про твоих новых баб.
- Интересно, когда это было позором для мужчины?
- Мужчина.
- Мужчина умеет отвечать за свои поступки, а ты.
- Нагадишь.
- и дальше продолжаешь.
- Слишком легко ты живешь.
- Ты позоришь не только себя.
- Негодник, ты позоришь меня.
- Фамилию позоришь.
- Да я тебя разжалую.
- В штрафные роты отправлю.
- Простым рядовым.
- А давай. Ты еще скажи, что у тебя сына нет.
- Ну, давай - разжалуй меня.
- Может быть, ты тогда свое обещание исполнишь?
- Вся Москва уже говорит,
- что Василий Сталин на особом положении.
- Да в меня скоро пальцем начнут тыкать.
- Лучше уж быть простым рядовым,
- чем липовым полковником Сталиным.
- Что?
- Василия привезли?
- Так точно. У товарища Сталина.
- Васенька, дорогой. Ты куда?
- А на фронт.
- Я на фронт еду.
- Добился своего.
- Ух, холодная.
- Вот и хорошо.
- Товарищ гвардии полковник.
- Разрешите обратиться.
- Обращайтесь.
- Гвардии капитан Луньков
- прибыл для дальнейшего прохождения воинской службы.
- Гвардии старший лейтенант Гущин.
- Прибыл для дальнейшего прохождения воинской службы.
- Ну что, орелики, здарова.
- Здарова.
- Василий.
- Смотрю - ранены были?
- Был ранен в бедро.
- Но все обошлось.
- Правое легкое было прострелено.
- Теперь ничего - оклемался.
- Ко мне в полк - так карта выпала? Или сами напросились?
- Конечно сами, товарищ гвардии полковник.
- Как услышали, что вы командир полка,
- сразу стали к вам проситься.
- Ну, давайте - сдайте документы в штаб.
- И готовьтесь к вылету.
- Есть.
- Есть.
- Знаешь, Серег.
- А признаться, я до конца не верил, что наш рапорты подпишут.
- Думал.
- Придется дальше с другим командиром воевать.
- А тут, поди, ж ты.
- Перевели.
- Так начальство они же тоже люди.
- Они же понимают, что мы лучше воевать будем.
- Точно.
- Вот ты.
- Вот ты, Серег, что хочешь говори.
- А я думаю, что мы везучие с тобой.
- Ты о чем это?
- Ну, сам посуди. Война кругом.
- А у нас профессия.
- с тобой в этом деле.
- Самая, что ни на есть, опасная.
- Тебя подбили, меня подбили.
- А мы с тобой живы-живехоньки.
- И опять же, скажи.
- Хорошо отдохнули в госпитале.
- Ну, это ты отдыхал.
- Что?
- Я.
- Лечился.
- Вот что.
- Да я и не спорю, не спорю.
- Хорошо тебя лечили, Серега.
- Как ни проснусь ночью.
- Твоя койка ни разу не смята.
- Да ладно. Когда это?
- Ой, мне только не заливай, ладно.
- Ну, признайся, честно.
- С кем гулял?
- С поварихой?
- Откуда знаешь?
- Чего?
- Ну да.
- Ох, и знатная, я тебе скажу, женщина.
- Ну и что ж ты терялся?
- Взял бы и женился.
- А я женюсь.
- Война закончится, после победы сразу женюсь.
- Ой, долго думаешь, летчик-герой.
- Отобьют ее у тебя до победы.
- Да кто это?
- А вот хотя бы и я.
- Хочешь, пойду и напишу ей письмо?
- Так, мол, и так, Лизавета Ивановна.
- Был влюблен в вас издали.
- А теперь понял, что.
- Жить без вас не могу.
- И в прицел смотреть не могу,
- так как слезы на глаза наворачиваются.
- А ночами снятся мне.
- Борщи ваши.
- И глаза ваши чудесные.
- Я тебе сейчас покажу глаза чудесные,
- я тебе покажу голубые глаза.
- Так. Что здесь происходит?
- Кто такие? Откуда?
- Капитан, отвечайте на вопрос.
- Капитан Луньков и старший лейтенант Гущин.
- Прибыли для прохождения дальнейшей службы.
- Ах, так вы прибыли?
- Только что-то не понял, куда вы прибыли.
- Вам здесь что - цирк или детский сад?
- Вы что себе позволяете, капитан?
- Хотите службы начать с гауптвахты?
- Да за что, товарищ майор?
- За неуважение к старшему по званию, для начала.
- Я не знаю, как вы там водите свои самолеты.
- Но вот за такое поведение.
- Это собак водят на поводке.
- Что?
- Капитан.
- Вы понимаете, что разговариваете
- с заместителем командира по полит части.
- Я доложу командиру полка.
- Слушай, майор, ну что ты шумишь?
- Мы только приехали, еще не освоились.
- Да я.
- Если вам что-то не нравится.
- Вы можете доложить.
- Полковнику Сталину.
- А я доложу.
- Серег, не успели приехать, ты уже себе.
- Врага нажил.
- Серега, как ты?
- В норме.
- Толя, у тебя все в порядке?
- Нормально.
- Приготовились.
- Через пять минут будем у цели.
- Есть приготовится.
- Есть.
- Все, на месте.
- Приступить к выполнению задания.
- Прикрываем колонну сверху.
- Командир, вижу противника.
- Раз, два, три. Семь восемь.
- Откуда вы взялись-то?
- Ладно, пободаемся.
- Внимание.
- Будем атаковать. Повторяю.
- Будем атаковать. Давай, ребята.
- Прикрой. Атакую.
- Уходи к облакам. Уходи.
- Леша, Леша, мессер на хвосте. Держись, Леша.
- Что мне делать?
- Уходи.
- Сокол, сокол, меня подбили. Буду прыгать.
- Леша, возьми правее, я его плохо вижу.
- Командир, не отрывайся.
Толя, я пустой, прикрой.
- Есть. Спекся, гадина.
- Командир, тебе в хвост Ганс заходит.
- Да я вижу.
- Толя, командира зажали.
- Да вижу я, вижу.
- Иду к нему.
- Мессер, мессер на хвосте.
- Сокол, уходи.
- Товарищ гвардии полковник, разрешите обратиться.
- Обращайся.
- Т что делаешь, Вась, куда ты попер без нас? Совсем голову потерял?
- Серег.
- Что Серега?
- Серега, ну не надо. Ты чего? Не заводись.
- Товарищ командир, так нельзя, мы же могли вас потерять.
- Что ты доказал кому-то?
- Ты что не понимаешь, что в бою главное вернуться живым?
- Серега.
- Ну, ребят, ну хорош.
- Ну, я понял, больше не буду.
- Да тебя чуть не сбили, дурака.
- Сереж, я же сказал, больше не буду.
- Охолонись.
- Товарищи летчики.
- Я скажу по-простому.
- Сегодня мы поздравляем нашего командира,
- Василия Иосифовича, с первым сбитым мессером.
- Ура.
- С почином тебя, Василий Иосифович.
-И пусть и счет растет и растет. Ура.
- Ура!
- Ура!
- Может, пропустишь?
- Пропускать после победы будем.
- За командира я обязан выпить.
- За дюжину пьем, товарищ полковник.
- За дюжину.
- Разделал ты этот мессер, как.
- Бух черепаху.
- Конечно, я сам видел.
- Вася сначала налево нырнул, потом взял на разворот.
- Ас. Настоящий ас наш командир.
- Чкалов. Стрельнул прям в точку.
- Да, командир-то в точку.
- А вот ты, Серега, мазилой оказался.
- Куда стрелял-то, а?
- Кто мазила?
- Я - мазила?
- Ты.
- А давай на спор, майор?
- Да ладно, Серег. Да успокойся.
- Слушай, Василий Иосифович.
- Угомони своего ведомого.
- Серег, да угомонись ты, елки-палки.
- Серег, давай баиньки, не заводись.
- Да, не заводись, Серега.
- Меня оскорбили, товарищ лейтенант.
- Да ладно, Серег, успокойся.
- Кто зюзя? Я не зюзя.
- Это ты, полковой.
- Прилипала - зюзя.
- Да хорош, Серег, ну чего ты?
- Подожди.
- Прям в крест.
- С первого выстрела с десяти шагов.
- Пойдем.
- Во дает.
- Да успокойся.
- Пойдем.
- Ну не заводись ты.
- Сейчас покажу.
- Ну, пойдем, посмотрим.
- Ладно, Толя.
- Ну что? Есть десять шагов?
- Толик, посмотри.
- Что? Попал?
- Ребята, попал.
- Попал.
- Ай, молодец.
- Молодец, попал.
- Красавец. Давай за стол.
- Давай, наливай.
- Ой, красава.
- Я же говорил, он попадет.
- Красавец.
- Смотри.
- Давай, разливай.
- Давай, давай, давай.
- Это надо отметить, мужики.
- Хорошо стреляешь.
- Метко.
- Луньков.
- Серега.
- Пойдем-ка.
- Погуляли и хватит.
- Давай, давай, давай, мужики, расходимся.
- Чего сидим-то? Все, уходим. Давай, расходимся.
- Давай живее, живее.
- Николай Тихонович.
- А давай-ка выпьем?
- Давай.
- Закуришь?
- Нет.
- Николай Тихонович.
- Я тебя, как человека прошу.
- Я в первую очередь коммунист.
- А уж потом - человек.
- Василий Иосифович.
- А если б в этой газетке портрет Сталина был?
- Что тогда?
- Я его на месте расстрелять должен?
- Да не говори ты ерунды.
- Смотри.
- Видишь?
- В самолет он стрелял.
- Это же просто бумага.
- Бумага, говоришь?
- Это для тебя бумага.
- А для всего советского народа
- это Председатель Президиума Верховного Совета.
- Один из руководителей советского государства.
- Странно это все.
- Василий Иосифович.
- Ты вот.
- Командир полка.
- А простых вещей осознать не хочешь.
- Да не понимал Луньков, что он делает.
- Не соображал нихрена.
- Что - он плохо воюет?
- А?
- У него пять сбитых фрицев, орден Красного знамени.
- А теперь что с ним будет?
- А вот что трибунал решит.
- То и будет.
- Спокойной ночи.
- Василий Иосифович.
- Товарищ гвардии полковник.
- Товарищ гвардии полковник.
- Что случилось?
- Из штаба дивизии.
- Особисты.
- Спозаранку нагрянули. Капитана Лунькова арестовали.
- Твою налево, Горбатка.
- Как ошпаренный.
- Ну что? Завтра позвоню.
- Добро.
- Серега, Серег, ты в порядке?
- Так.
- Почему без меня?
- Я командир полка или кто?
- Нам вашего разрешения не требуется,
- товарищ гвардии полковник.
- Нам достаточно приказа
- начальника особого отдела.
- Подполковника Лубенцова,
- утвержденного командиром дивизии.
- Приказ я передал вашему замполиту.
- гвардии майору Горбатка.
- Передал.
- Серег, ты держись там.
- Разберемся.
- Ты что это? Прям ночью в штаб дивизии позвонил?
- Случай вопиющий. Я был вынужден.
- И телегу успел накатать?
- Успел.
- Сволочь.
- Что - бдительный, да?
- А? За дедушку Калинина вступился?
- Сволочь.
- За Сталина, за Родину, убью.
- Сволочь.
- Василий Иосифович.
- Успокойтесь.
- Руки отпустил.
- Стоять.
- Гони.
- Жди.
- Где мой капитан Луньков?
- Его только что привезли. Давай его сюда.
- Минуточку, товарищ гвардии полковник, вы куда врываетесь?
- Вы что себе позволяете?
- Немедленно покиньте кабинет.
- Ты что меня не знаешь?
- Я гвардии полковник Василий Сталин.
- Сын Иосифа Виссарионовича Сталина.
- Узнаю, Василий Иосифович.
- А я начальник особого отдела дивизии,
- гвардии полковник Лубенцов Михаил Иванович.
- Ну, раз узнал, Михаил Иванович.
- То скажи своим людям, чтоб они привели моего Лунькова.
- Это невозможно.
- Капитан Луньков находится под следствием по делу.
- О надругательстве над изображением личности.
- Председателя Президиума Верховного Совета.
- Товарища Калинина.
- Какое надругательство, товарищ полковник?
- Чушь это собачья.
- Он в самолет стрелял и случайно попал в Калинина. Вот и все.
- Мы считаем иначе.
- Товарищ гвардии полковник.
- Это надругательство.
-Попадает под статью пятьдесят восемь, часть восьмая.
- Покушение на руководителя.
- Советского государства.
- Что? Хочешь угробить еще одного человека?
- А ты знаешь, что он боевой офицер?
- Что у него пять сбитых фрицев?
- Что у него семьдесят шесть боевых вылетов?
- Что у него орден Красной Звезды? Это ты знаешь?
- Это может рассматриваться, как смягчающие.
- Обстоятельство, но сути дела.
- Не меняет, извините, мне нужно идти.
- Тогда пойдем к комдиву.
- Командир дивизии в курсе.
- Здравия желаю.
- Арест с ним согласован. Вы же знаете порядок?
- Значит у вас человеческая жизнь дешевле бумажного портретика.
- Подполковник, ты же его погубишь.
- А я тебя сам лично под монастырь подведу. Я прямиком.
- Берии на тебя напишу, опричник.
- Ты хренов.
- Молчать, товарищ полковник.
- Охрана.
- Бросить оружие.
- Оружие на землю.
- Встать.
- Наряду с положительными качествами, полковник Сталин В.И.
- Имеет ряд больших недостатков.
- По характеру горяч и вспыльчив.
- Допускает несдержанность.
- Имели место случаи рукоприкладства к подчиненным.
- Избил начальника особого отдела полка, майора Горбатко.
- На виду у подчиненных.
- Также имела место попытка рукоприкладства по отношению.
- К начальнику особого отдела дивизии,
- подполковнику Лубенцову.
- Все эти перечисленные недостатки значительно снижают
- его авторитет, как командира полка.
- Командир третьей гвардейской
- истребительной авиационной дивизии, гвардии полковник Ухов.
- Командир первого гвардейского
- истребительного корпуса, гвардии генерал-майор авиации Белецкий.
- Дурак ты.
- Генерал Белецкий.
- Берия говорит.
- Товарищ Авакумов?
- Здравствуй, дорогой, раз слышать тебя в добром здравии.
- Да.
- О твоих успехах уже все знают. Очередную награду жди.
- Да. Молодец.
- Молодец.
- Слушай, дорогой, вот что хотел у тебя спросить.
- Что там твои бандиты с Василием Сталиным натворили?
- Арестовать пришлось?
- Понимаю, понимаю.
- Слушай, они хотя бы соображали?
- Кого они арестовывают?
- Соображали, да? А - выпустили уже?
- Извинились даже?
- Молодцы.
- А ты, кстати, извинился?
- Нет?
- А почему ты не извинился, дорогой мой?
- Или тебе, комиссару госбезопасности третьего ранга,
- нельзя извиниться перед полковником?
- А? Субординация не позволяет?
- Я тебе, мразь, лично морду разобью.
- Чтобы ты и твои особисты, наконец, знали,
- кого можно арестовывать.
- А кого нельзя. На кого можно заводить дело, а на кого не можно.
- Что ты будешь делать? Завтра он пойдет своему отцу пожалуется?
- Что ты будешь делать?
- Ты мне ответь, очень хочется знать. Что ты будешь делать?
- Телогрейку в Магадане будешь греть.
- Вот что ты будешь делать, и я тебе не помогу.
- Потому что дуракам не помогают.
- Потому что сам дураком станешь.
- Да.
- Хорошо, хорошо.
- Я тебе помогу.
- Рискну, я буду у него.
- Замолвлю словечко.
- Я знаю, ты человек хороший.
- Благодарный.
- В долгу не останешься.
- Все?
- А.
- С этим летчиком, который в Калинина стрелял?
- В штрафники его отправьте, пускай кровью.
- Смоет свой позор и свою вину.
- А вот этого дурака, которому Вася.
- Морду набил - вот этого в штрафбат.
- Вот его, милого, его.
- Все.
- Работай.
- Василий Сталин.
- За всем следить надо.
- Характеристика.
- На Василия Сталина.
- Написано Уховым и Белецким.
- Пристрастно и необъективно.
- Вся эта история, Иосиф Виссарионович,
- яйца выеденного не стоит.
- Более того.
- Лично мое мнение.
- Василий Сталин поступил правильно.
- Он защищал честь.
- Боевого летчика, своего друга.
- В полку.
- Василия очень уважают и любят.
- Прежде всего, как.
- Военного летчика.
- Неоднократно.
- Руководил боевыми операциями в воздухе лично.
- Награды его ты знаешь.
- Я тут подумал.
- И решил предложить тебе.
- Поставить его на дивизию.
- Он справиться.
- Я уверен.
- Лаврентий.
- Ты же знаешь, я.
- Не люблю, когда мне приносят готовые решения.
- Ты прав.
- Нельзя бросать друга.
- В беде.
- Но, как защищать друга.
- Если он стреляет портрет Калинина?
- Ты говоришь он боевой летчик?
- Капитан. Сбил пять немецких самолетов.
- Трибунал определил его.
- В штрафную эскадрилью.
- Ну, собьет еще пару фрицев.
- Искупит свою вину.
- До сих пор не могу понять.
- Чем ему наш дедушка Калинин.
- Не понравился.
- На самом деле.
- Он стрелял.
- В немецкий крест.
- Дедушка Калинин был на другой стороне газеты.
- Ты это сам видел?
- Понимаешь.
- После того, что произошло с Яковом.
- Я не могу допустить.
- Чтобы с Василием.
- Случилось нечто похожее.
- Летчиков сбивают.
- И они часто попадают в плен.
- Командиру дивизии.
- Не обязательно.
- Летать на боевые задания?
- Я правильно рассуждаю?
- Правильно, Коба, правильно.
- Совершенно необязательно.
- Но ведь ты знаешь характер Василия.
- Знаю.
- Поэтому.
- Тебе говорю об этом.
- Василий Иосифович.
- Слава богу, мы и не думали, что вас так быстро выпустят.
- С гауптвахты.
- Как посадили, так и выпустили.
- Сан Саныч, вещи мои собери.
- Понял.
- Товарищ гвардии полковник.
- Разрешите?
- Толя, чего ты хочешь?
- Про Лунькова спросить?
- И про него тоже.
- А ты спроси, Толя.
- Чего ты мнешься-то?
- Давай, спроси, почему командир не смог спасти Лунькова?
- А я не смог, Толя.
- Вася Сталин не смог, понимаешь?
- Вась, ты чего?
- Ты понимаешь, что его в штрафную.
- А меня переводят.
- Вот так-то, Толя.
- Серегу? В штрафную?
- Устал я, Толя.
- А ты? Сегодня уезжаешь?
- Почему сегодня?
- Толь.
- А давай ребят соберем, а?
- Давай в последний раз проставлюсь?
- Ну, там.
- На рыбалку съездим, уху сварим? А?
- Водочки выпьем? Как ты думаешь?
- Как же?
- На что рыбу ловить-то будем?
- Ну как на что, Толь, как обычно.
- К Красину беги.
- Я понял.
- Действуй, Толя.
- Хорошо.
- Толя.
- Да, Вася.
- А с утра, по зорьке, и рванем.
- Ну?
- Вот это молодцы.
- Вот это рыбалка будет.
- Ну что, Красин, снаряд-то проверил?
- Вся рыбка наша будет, не сомневайтесь,
- товарищ гвардии полковник.
- Начнем?
- Давай, валяй.
- Детонатор ставлю на максимум - восемь секунд.
- Всем отойти подальше от воды.
- Толь.
- И ты отойди.
- Да ладно, я рядом постою.
- Чего?
- Старший лейтенант Гущин, иди отсюда.
- Толь, давай иди сюда, выпьем.
- Толя, давай к нам.
- Оппа.
- Ну.
- Красин, давай.
- Начальник вооружения полка.
- Рыбу глушить не умеет.
- Красин, я чего-то не понял.
- Что, бомбардировщиков вызывать, что-ли?
- Не получилось, товарищ полковник.
- Может вода детонатор заливает?
- Да мы его сейчас руками заставим рыбу ловить.
- Ну и чего вы ржете?
- Лучше б поддержали человека, а они ржут.
- Сейчас, товарищ полковник, будет у нас рыбка.
- Обожремся.
- Толь, ну куда ты пошел-то.
- Я сам.
- Сам хотел.
- Ермаков, Кузаков.
- Еще давайте снаряд.
- Давай, давай, давай.
- Сейчас мы матушку природу на дыбы поставим.
- Вот это я понимаю, Красин, давай.
- Ставлю на пять секунд. Всем отойти.
- Да что ж такое?
- Я чувствую, ухи мы сегодня не поедим.
- Товарищи офицеры.
- Поэтому предлагаю.
- Снять товарища Красина с занимаемой должности.
- Кто за - поднимите руки.
- Сейчас.
- Все будет.
- Сейчас. Еще давай.
- Толя.
- Сейчас.
- Да все, Красин, хватит.
- Давай выпьем, Красин, иди сюда.
- Отошли все.
- Ставлю на две секунды.
- Жень, не надо.
- Жень, две секунды мало.
- Толя стой.


Серия 6

- Товарищ гвардии полковник.
- Гвардии майор Орехин по вашему приказанию прибыл.
- Гвардии капитан Сангаджиев по вашему приказанию прибыл.
- Это хорошо, что прибыли. Присаживайтесь.
- Ну. Как вам служится в нашем полку?
- Ну как.
- Хорошо служится.
- Всё в порядке?
- И у вас всё в порядке?
- Так точно.
- Товарищ гвардии полковник.
- Я знаю, Сангаджиев.
- Что вы на прошлой неделе одного фрица сбили.
- Какой он у вас по счету?
- Восьмой.
- Восьмой.
- А у вас какой?
- Одиннадцатый.
- Одиннадцатый.
- Хорошо. И мне хорошо и вам хорошо.
- А рапортов.
- Писем разных вы не писали?
- Мы рапортов?
- Да нет. Мы бы напрямую вам писали,
- а письма мы только домой пишем.
- Верю, верю. Значит, кто-то другой писал.
- Ну что ж, товарищи герои.
- Будем с вами расставаться.
- Так кто писал? Зачем расставаться?
- А потому.
- Товарищ Сангаджиев.
- Что вы переводитесь в другую дивизию.
- И вы тоже.
- Впрочем, чего разговоры разговаривать?
- Вот.
- Прочитайте.
- Распишитесь.
- И собирайтесь.
- Так это же.
- Полковнику Сталину.
- Что?
- Здорово я вас разыграл? Поверили? Знал, что обрадуетесь.
- Видно, только я да буфетчица Маруся расстроимся,
- что не увидим ваши героические физиономии.
- Была б моя воля - не отпустил бы таких орлов.
- А может не отпускать?
- Товарищ гвардии полковник.
- Мы ж с Василием Сталиным с авиашколы вместе.
- Да знаю, знаю.
- Слышал, какой хороший ваш командир.
- Слушайте.
- А это правда, что Василий Иосифович
- на товарища Сталина очень похож?
- Ну, как.
- Решительный.
- Правильный командир.
- Бесстрашный.
- Иногда, даже слишком.
- Справедливый он.
- Товарищ настоящий.
- Ну, вот и хорошо.
- С такими командирами и немца гоним.
- Ну, война, глядишь, скоро закончится.
- А там мирное время.
- Вы то, что думаете? Как?
- Я в авиашколе преподавать буду.
- Летчики всегда нужны.
- Я про мирную авиацию думаю.
- Вот людей буду возить. Грузы всякие.
- Страну нужно восстанавливать после войны.
- Правильно, товарищ Сангаджиев.
- Я думаю, за мирной авиацией будущее.
- Ну, я сам скорость люблю
- Ну, вот к примеру. От Москвы.
- До Владивостока.
- На поезде же.
- Суток десять трястись?
- А на самолете сел.
- И через день уже на месте.
- Ладно.
- Берегите себя там, парни.
- После войны в мирное время, ох как вы нужны будете.
- Ладно, привет мой Василию Иосифовичу передавайте.
- Подписывайте и свободны.
- Давай, подавай.
- Давай.
- Забивай уже.
- Ну, так вот, Шукаренко.
- Значит, в ангаре нужно оборудовать волейбольную
- и баскетбольную площадку.
- Совмещенную. Скоро осень, дожди пойдут.
- Для тренировки отлично будет. А по кромке песок,
- для прыжков в длину и турники.
- Так что давай сюда своих строителей и приступайте.
- Чтоб через две недели все было готово.
- За две недели не успеем, товарищ гвардии полковник.
- Ну не успеешь, значит, в штрафбат пойдешь.
- Ты понимаешь, что спорт для летчика необходим?
- Особенно регулярный спорт.
- Да ты не бойся, Шукаренко, инвентарь я.
- В штабе армии выбью, а потом футбольную форму пошьем.
- И будет у нас настоящая футбольная команда.
- Ну, фронт в двадцати километрах. Какая футбольная команда?
- Шукаренко, я тебе сказал, что футбол и волейбол будет.
- Ты меня, между прочим, не первый год знаешь.
- Ты, кстати, моих ребят когда ко мне приведешь?
- Не волнуйтесь. Документы я все оформил.
- Подписали неделю назад. Не сегодня - завтра будут.
- Ну, спасибо.
- Здравия желаю, товарищ гвардии полковник.
- Ну что, как поиграли-то?
- Вас не хватало, Василий Иосифович.
- Мы бы им тогда еще больше наваляли.
- Ничего, сейчас я скоро закончу и присоединюсь к вам.
- Шивалов.
- Твои-то все вернулись? Чья это эскадрилья?
- Гвардии капитана Сорокина.
- Троих не хватает.
- Какое задание выполняли?
- Штурмовали железнодорожную станцию Мажикяй.
- Там много техники скопилось.
- Танковая дивизия "Великая Германия".
- Может, вернутся еще?
- Ну, надеяться.
- Всегда можно.
- Но что-то мне не верится.
- Ничего, ничего, бывает и чудеса случаются.
- Правда?
- Да, бывает.
- Все, свободен.
- Есть.
- Товарищ полковник.
- Посмотри. Явление?
- Да это же Галка моя.
- Это же моя Галя.
- Галя.
- Вася.
- Галя.
- Тихо, тихо.
- Галя.
- Ну вот, Шукаренко, жена моя.
- Вот чудеса. Здрасте.
- Здрасте.
- Ну, это дело отметить надо.
- Обязательно.
- Товарищи.
- Предлагаю выпить.
- За новое пополнение.
- За летчиков асов.
- Это они выходили.
- На боевые задания.
- Вместе с Василием Иосифовичем.
- Громили врага.
- И прикрывали ему спину.
- За вас.
-Да, друзья.
- Теперь небо будет нашим.
- Да.
- Да, Василий Иосифович.
- Мы тоже очень рады, что мы снова будем вместе летать.
- Да, Сангаджиев?
- Да.
- Не подведем, товарищ полковник.
- Ну.
- За товарища Сталина.
- За нашу победу.
- Ура.
- Ура!
- Ну, давай.
- Ну, что, давай, давай, наливай, наливай, ну.
- Давай, давай.
- Дай огурчик.
- Вася.
- Может, хватит уже?
- Ну, ты что, Галочка.
-Ну, ты посмотри, какой стол ребята накрыли.
- У меня же сюрприз есть.
- Какой?
- Люба.
- Люб, ну, давай, водку неси.
- Несу, несу, Василий Иосифович.
- Любаша.
- Галка?
- Какая встреча.
- Как ты здесь оказалась? Ты почему не сказала?
- Дак меня только вчера прислали.
-Я на фронт просилась очень, вот хотя бы буфетчицей.
- Ну, все, все, все, давай, садись.
- Ой, нет.
- Нет, нет, нет.
- Давай, давай, давай.
- Давай садись с нами.
- Садись.
- Товарищи.
- Друзья.
- Товарищи друзья.
- Ну, рассказывай.
- Тихо. Предлагаю.
- Выпить, за красавицу жену.
- Галину.
- Жену товарища Сталина Василия Иосифовича.
- Друзья.
- Давайте выпьем за мою жену, которая ко мне сегодня приехала.
- За ребят, которые прилетели.
- Ну и за Любку, конечно же.
- Ура.
- Ура!
- Ура!
- А что сидим?
- Ребят, чего не танцуем?
- Заводи музыку, чего в тишине-то сидеть?
- Ну, давай, заводи шарманку там.
- Поздравляю, слышишь.
- Спасибо.
- Ну что? Пойдемте, потанцуем?
- Василий Иосифович, разрешите вашу жену пригласить на танец?
- А что? Разрешаю.
- Прошу.
- Давай, давай.
- Вас можно поздравить, Василий Иосифович?
- А я и не знала.
- Может, выпьем?
- За что?
- А за нас.
- А давай станцуем?
- А жена не заревнует?
- Нет.
- Станцуем.
- Разрешите?
- А откуда ты знаешь Любашу?
- Мы в институте вместе учились.
- Она на курс младше меня была.
- А Вася, даже, помогал ей поступить. К декану ходил, просил.
- Вольно.
- Здравия желаю.
- Галина Александровна, ну.
- А что вы здесь стоите?
- Озябнете.
- Я.
- Душно стало.
- Душно.
- А что?
- Они еще танцуют?
- Вы близко к сердцу не допускайте.
- Это война.
- Сегодня танцуем, а завтра.
- в землю ляжем.
- Здесь другая жизнь.
- Это не Москва.
- Вы лучше домой возвращайтесь.
- К ребятишкам.
- Расскажете, как.
- Папку-героя встретили, они будут рады.
- И ждите дома.
- Все будет хорошо.
- Я сейчас вернусь.
- Вы думаете?
- Конечно.
- Галка.
- Галь, ты чего от меня сбежала-то?
- Вась.
- Я завтра уеду.
- Знаешь, ты права.
- Нечего тебе здесь делать.
- Шукаренко.
- Шукаренко.
- Ну, все, все, все. Долгие проводы - лишние слезы.
- Война закончится, я приеду, слышишь?
- Давай, поезжай.
- Здравия желаю, товарищ полковник.
- Можно?
- Василий Иосифович.
- Вы на завтрак не пришли.
- Так я вам принесла.
- А где Галина?
- Я ее с утра не видела.
- Галя в Москву уехала.
- Каше ешьте, остынет.
- Ты хорошо танцуешь.
- Правда?
- Выто же.
- Да?
- Василий Иосифович.
- Товарищ гвардии полковник.
- В сторону аэродрома двигаются немецкие танки.
- Быть такого не может. Откуда они взялись-то?
- Разведка докладывает, что они прорвались в районе Куршенай.
- Пехота и танки.
- Так, слушай мой приказ.
- Поднять весь личный состав.
- Все на аэродром, все по машинам, и еще.
- Передай начальнику штаба, чтоб немедленно связался с.
- пехотой и с артиллеристами, ясно.
- Так точно.
- Выполнять.
- Есть.
- Прости, Любаш, видимо, не судьба.
- Тревога.
- Тревога.
- Быстрее, давай, давай.
- Ты-то куда?
- А что не нужна?
- Я тоже стрелять могу.
- Тогда держись.
- Люба перелезай сюда.
- Изменился мой ординарец-то.
- А что, не взяли бы?
- Я вас нигде не брошу.
- А ты отчаянная, я смотрю.
- Мое пузо как арбузы.
- Дожили, женщины воюют.
- Куда? Куда пошел? Давай назад.
- Куда? Назад, я сказал.
- Назад.
- Трусы, мать вашу.
- Куда?
- Назад, кому сказано.
- Под трибунал все пойдете, стоять.
- Там же танки.
- Да я вижу, что там танки, но они нам самолеты подавят.
- А кто вы без самолетов-то?
- Трусы.
- Стадо баранов, мать вашу.
- Давай, дуй за гранатами, быстро.
- Назад давай.
- Занять оборону, вместе.
- Вместе, я сказал.
- Танки на подходе, вот-вот будут.
- И два батальона пехоты.
- Ну, где на подходе, ну где?
- Что? Проморгали немцев-то, а?
-Ты видишь, что твориться?
- Танки самолеты наши жгут.
- А что нам делать?
- С пистолетами на танки бросаться?
- С гранатой, Федор, с гранатой.
- Федор, прикрывай.
- Все за мной.
- Давай, опускай.
- Давай, шевелись.
- Ниже.
- Ниже, ниже, ниже.
- Стоп.
- Выстрел.
- Выстрел.
- Утром в расположение третьей авиадивизии
- прорвались немецкие танки.
- Что?
- Откуда они взялись?
- Немогу знать, товарищ генерал-лейтенант.
- Разведка докладывала.
- Что в радиусе двухсот километров
- ни одного танка не наблюдается.
- Откуда они взялись?
- Черт побери.
- Может отступающие?
- Случайно?
- Огрызаются, сволочи.
- Огрызаются отступающие?
- Тогда какого черта они нападают?
- полковник Коровайко?
- Вы не соображаете, что вы говорите.
- Это спланированное.
- Нападение.
- Куда глядела разведка?
- Я вас предупреждаю.
- Что если с полковником Сталиным что-нибудь случится.
- То полетят наши головы.
- А не полетят.
- Так я лично вас расстреляю.
- Понятно?
- Так точно.
- Что стоишь?
- Посылай подкрепление.
- Как угодно. Быстро.
- Так уже отправил, товарищ генерал-лейтенант.
- Соседи.
- Танкисты и пехота уже выдвинулись к месту боя.
- Когда доберутся?
- Примерно через пол часа.
- Когда точно?
- Через пол часа.
- Товарищ генерал, они продержатся.
- с полковником Сталиным все будет в порядке.
- Ну, ты у меня прямо гадалка баба Маня.
- Может ты.
- На кофейной гуще гадал?
- Коровайко?
- Или в картишки?
- Раскинул?
- Ты отдаешь себе отчет?
- Что там.
- Сын товарища Сталина.
- Так точно.
- Отдаю отчет.
- Товарищ генерал-лейтенант.
- Разрешите, товарищ генерал - лейтенант?
- Разрешаю.
- Товарищ генерал-лейтенант, получено донесение.
- По наступающим танкам открыт огонь
- со стороны деревни Кавалеровка.
- Наступление встало.
- Захлебнулось.
- Ты мне за Левитана не пой.
- Захлебнулось у него наступление.
- Вот когда у меня будет донесение.
- Что оно остановлено.
- И что ни одного целого танка не наблюдается.
- Когда я точно буду знать.
- Что жизнь полковника Сталина.
- Вы что на меня смотрите?
- Пошли, командуйте.
- Не то я вам погоны вместе с головами поотрываю.
- Есть.
- Есть.
- Вот вломили Гансам, так вломили. А, мужики?
- Они его думали? Что летчики в рукопашную пойти не могут.
- А вон пусть выкусят.
- Слушай, Федорович, поезжай-ка в штаб армии.
- И скомандуй, чтоб они дали новые самолеты.
- Не волнуйся, не уеду, пока не выбью.
- Василий Иосифович.
- Чего еще?
- Там девушку в живот ранило.
- Врачи говорят, не выживет. Вас требует.
- Какая девушка?
- Ну, буфетчица у нас.
- В столовой работает.
- А где она?
- Да вот, вот лежит.
- Люба.
- Люба.
- Люба.
- Что ж ты? Тебе холодно?
- Вот так вот, все.
- Жалко.
- Что?
- Ты что?
- Какой жалко?
-Ты что? Тебя в больнице быстро на ноги поставят.
- Мы еще с тобой фокстрот будем танцевать.
- Всем на зависть, слышишь?
- Люба.
- А ты в Москве где живешь?
- В Замоскворечье.
- А в Замоскворечье где?
- Старомонетный переулок.
- Тю, так это ж рядом с моим жильем, Люба.
- А кинотеатр "Ударник" знаешь?
- Да. Сколько раз туда в кино бегала.
- Ну вот, Люба.
- Там-то мы с тобой и увидимся в Москве, слышишь?
- Боюсь, не увидимся.
- Так, ну ка перестань-ка мне.
-Я сказал, что повидаемся, значит, повидаемся, слышишь?
- Люба.
- Все, все, все, уноси, уноси.
- Уноси давай.
- Пошла, гнида.
- Пошла.
- Пошел.
- Пошел, я тебе говорю. Пошел, скотина упрямая.
- Чего делаешь, гад?
- Ты чего делаешь, отставить.
- Отставить, я сказал.
- Отставить, я сказал. Смирно.
- Фамилия.
- Кожунов я,
- товарищ гвардии полковник.
- Лошадь как звать?
- Рыжик, товарищ гвардии полковник.
- Рыжик? Почему Рыжик?
- Ну, он сам светло гнедой, с рыжинкой.
- Маленький совсем рыжий был, товарищ гвардии полковник.
- Видать поэтому рыжиком и прозвали.
- Ты почему ж гад животное-то не кормишь?
- Что есть, тем и кормлю.
- Бывает и самому пожрать нечего.
- Что ж мне с тобой делать-то?
- Так, слушай мой приказ.
- Ага.
- Отведешь его к зам по тылу, подполковнику Припытко.
- Скажешь, полковник Василий Сталин приказал.
- Пусть немедленно готовят его к отправке в Москву
- на мою дачу. Приказ понял?
- Так точно, товарищ гвардии полковник.
- Эх, Рыжик, Рыжик.
- Нас на свете мало.
- Должны помогать друг другу.
- Выполнять.
- Есть.
- О влип.
- Черт.
- В заключение могу сказать.
- В сложившихся исключительных обстоятельствах.
- Гвардии полковник Сталин.
- Проявил настоящее мужество.
- Организаторские способности.
- Храбрость командира. И мы просим
- дать новые самолеты, взамен уничтоженных.
- А не много просите?
- Никак нет.
- Полковник.
- Сидите.
- А почему не написал про то,
- что он лошадь хочет на самолете в Москву везти?
- Вот и напиши.
- В своем отчете про это самодурство.
- Товарищ генерал.
- А что я могу сделать?
- Я его приказы не могу отменять.
- Вот и напиши про все это, напиши, ну.
- Ну это относится совсем к другому.
- Это относится.
- К тому же.
- К личности.
- Гвардии полковника Сталина.
- Достоин ли такой командир командовать дивизией.
- А эту?
- Эту, лошадь.
- Отвези обратно.
- Будь она неладна.
- Я не могу это сделать, товарищ генерал.
- Это почему это?
- Гвардии полковник Сталин, лично.
- При мне.
- Разговаривал по телефону с товарищем Берия.
- И тот обещал ему помочь.
- Прислать на аэродром специальную машину
- для перевозки лошадей.
- Со своими людьми.
- Что? Ты сам это слышал, что.
- Товарищ Берия обещал машину и людей?
- Так точно, слышал.
- Ладно.
- Давай свой отчет.
- Я Сокол, прикрой, атакую.
- Принял, командир.
- Не отрывайся, заходим от солнца.
- Тля, мессер справа.
- Сокол, Сокол.
- У тебя фриц на хвосте.
- Вижу, пытаюсь уйти.
- Сокол, я его взял.
- Ну, сейчас я тебя, гада.
- Командир, как ты?
- Нормально, дотяну.
- Живо, давай быстрее.
- Давай, давай.
- Да что ж это такое.
- Товарищ гвардии полковник, вам нельзя вставать.
- Идите в палату, в кровать ложитесь.
- Да уйди ты от меня, дай покурить спокойно.
- Лежать вам надо, товарищ гвардии полковник.
- Вот ну как ребенок, честное слово.
- Ты чего язва-то такая?
- Ну, тебе же сказано - уйди ты от меня.
- А то застрелю ведь к едрене фене.
- Господи, да что ж вы такое говорите,
- товарищ гвардии полковник?
- Слушай.
- Ты действуешь мне на нервы, уходи.
- Боже мой. Ну, где справедливость?
- Целыми днями бегаешь, ноги болят.
- А тебя еще и застрелить хотят.
- Ну, все, все, хватит.
- Что значит хватит?
- Это что значит хватит-то, а?
- Это как?
- Товарищ гвардии полковник, ну, сколько можно говорить?
- Ну, нельзя же.
- Здравия желаю, товарищ гвардии полковник.
- Гущин? Ты, что ли?
- Так точно.
- Товарищ гвардии полковник.
- Да все, видишь, не курю уже.
- Дай мне поговорить нормально с боевым товарищем.
- Гущин.
- Да ну вас.
- Пойдем, пойдем.
- Пойдем.
- Ходите, но только не долго.
- Что лет тебя не видел.
- Никифоров, а ты тут чего?
- Покурить вышел.
- Я тебе сейчас дам покурить, иди в палату.
- Да мне же можно?
- Ну, что, рассказывай, что нового?
- Шукаренко звонили из штаба армии.
- Ну?
- Командующий.
- Справлялся о твоем здоровье. Разнос ему устроил.
- За что разнос-то?
- За невыполнение его распоряжения.
- Не допускать тебя к боевым вылетам.
- А ты же не просто полетел. Ты еще.
- Грабонулся на посадке.
- А еще какие новости?
- Ребята так думают.
- Что ждет тебя, Василий Иосифович.
- Новое назначение.
- Ну не живется им спокойно.
- А кто Берлин-то штурмовать будет?
- Толь, я ж всю войну об этом мечтал.
- А знаешь, Вась.
- Я так думаю, что это правильно.
- Тебя с фронта отзовут.
- Толь, ты чего такое говоришь-то?
- Товарищ Сталин переживает.
- Нет, оно конечно понятно, ты родной сын.
- Но товарищ Сталин не должен переживать.
- По пустякам, хочешь сказать?
- Да иди ты.
- У товарища Сталина огромная ответственность на плечах.
- Ему за миллионы людей думать надо, за весь народ.
- Вот Шукаренко говорит.
- Да.
- Шукаренко говорит, что.
- Ему нужно принимать важные решения.
- А если он еще за детей будет думать.
- То в важном решении можно.
- Допустить ошибку. Вот.
- Так-то вот.
- Толь, ты прям, как птица поешь, молодец.
- Вот ты мне скажи.
- Тебя что Шукаренко ко мне прислал?
- Подговорить меня хотите, да?
- Да ладно.
- Не говори, и так понятно.
- Вы меня отправите, а сами воевать будете.
- А ты знаешь, Толь, как я тебе завидую.
- У тебя еще три сбитых фрица.
- А всего их сколько?
- Девять.
- Правильно, Толя, девять.
- Не дают мне летать, сволочи.
- Ненавидят они меня.
- Случись со мной что-нибудь.
- Им же придется отвечать, вот и крутятся, как ужи на сковородке.
- Вот так-то вот, Толя.
- Да уж, ситуация у них.
- Не позавидуешь.
- А моя ситуация?
- Лучше, что ли?
- Мне позавидуешь?
- Да, ладно, Вась.
- Вот тебе сейчас сколько?
- Двадцать три.
- А ты уже командир дивизии.
- Эт не я, это он.
- Кто?
- Ты сам знаешь кто.
- Хрен бы я чего сам.
- Добился бы.
- Не согласен я с тобой, Вася.
- Ты.
- Ты отличный летчик.
- Я тебе, как на духу говорю, и все ребята в полку знают.
- Я кому хочешь в глаза это скажу.
- Вась - ты отличный летчик.
- И друг.
- Каких еще.
- Поискать.
- Да ладно, Толь.
- Выпить-то есть?
- Я что к тебе.
- С пустыми руками, что ли пришел?
- Но только чисто символически, Толя.
- Как скажешь.
- На, держи.
- За тебя.
- За тебя.
- А что ты хотел - спиртяга.
- Левым указательным пальцем
- до кончика носа дотроньтесь, пожалуйста.
- Теперь правым.
- Отойдите, пожалуйста, к стене.
- Закройте глаза, вытяните обе руки вперед.
- И пройдите ко мне три шага.
- Хорошо, спасибо. Снимите халат, прилягте на топчан, на спину.
- Так. Здесь болит?
- Нет.
- А здесь?
- Болит, ты же сам знаешь.
- К сожалению, знаю.
- Как в сорок третьем ранило.
- Теперь с тех пор и болит.
- И позвоночник ваш по-прежнему болит?
- Ну, побаливает немного.
- Да ерунда это все, доктор.
- Нога, позвоночник.
- Дорогой Василий Иосифович,
- у вас из-за этого повышенная утомляемость.
- И потеря внимания.
- В вашем деле это очень опасно, товарищ гвардии полковник.
- Доктор.
- Я эту чушь собачью от тебя слышу уже не в первый раз.
- Товарищ гвардии полковник, обращайтесь ко мне.
- На вы, пожалуйста, я вам в отцы гожусь.
- Ой, да ладно тебе, доктор.
- Лучше подпишите мне бумагу, и я пойду.
- Засиделся я у вас.
- Я заключение не подпишу.
- Я не могу разрешить вам полеты.
- Не имею права.
- Значит, не подпишешь?
- Я должен собрать комиссию.
-\ Я один заключения не подписываю.
- Ладно.
- Ты это свое заключение в задницу себе засунь, понял.
- Товарищ гвардии подполковник медицинской службы.
- Так, что вы обсуждаете без своего командира?
- Вольно.
- Василий Иосифович, говорят, что тебя.
- Комиссовали подчистую.
- Не дождетесь. И там не дождутся.
- Ну что, рассказывайте, что нового?
- Получен приказ.
- Ну, понятно, что получен приказ,
- а что мы каждый день что-то новое получаем?
- Да, только этот приказ невыполним.
- Кто сказал невыполним?
- Орехин.
- Ну, смотри.
- Вот мы.
- Так.
- А вот цель.
- Туда и обратно триста км.
- И еще в воздухе нужно поработать минут сорок.
- Я боюсь, что дивизия.
- Врядли сможет обратно вернуться.
- Это кто такой умный распорядился?
- Ну как кто?
- Гвардии генерал-лейтенант Белецкий.
- Пытались договориться?
- Конечно, пытались.
- Только орет и все. Слушать не желает.
- Говорит - будете садиться на другие аэродромы.
- А на какие другие?
- Что предлагаешь?
- Есть предложение.
- Вот здесь базируется четвертый.
- Гвардейский авиационный полк.
- Так.
- Ей лететь вот сюда.
- Вот если бы нам.
- Поменяться с ней заданием.
- Было бы совсем другое дело.
- Гуськов.
- Я.
- Срочно свяжи меня с Белецким.
- Есть.
- Василий Иосифович.
- Через сорок минут.
- Дивизия должна быть в воздухе.
- Есть связь, товарищ гвардии полковник.
- Алло.
- Товарищ восьмой?
- Слушаю вас.
- Василий Сталин беспокоит.
- Моя дивизия не может выполнить ваш приказ. Слишком далеко.
- Поэтому предлагаю поменять задание.
- С четвертой гвардейской дивизией.
- Что за глупости, гвардии полковник?
- Это приказ.
- Делайте, что приказано.
- Не надо на меня глотку рвать.
- Можно ж по-человечески договориться.
- Выполняйте приказ.
- Или я вас.
- Отстраняю от командования дивизией.
- Хорошо.
- Вы меня поняли?
- Дивизия выполнит ваш приказ.
- Только я полечу вместе с ними.
- Понятно, командующий?
- Что?
- Василий Иосифович.
- У тебя категорический запрет на все полеты.
- А теперь будет категорическое разрешение. За мной.
- Ну, это полное самоубийство.
- Ну, давай свяжемся с командующим фронтом.
- Он генерала Белецкого уговорит.
- Давай, ребят, поднимайте полки.
- Луньков, Сангаджиев - вы со мной.
- Закидывай.
- Давайте, приступайте.
- Ну, хоть парашют-то надень, Василий Иосифович.
- Ну, войне скоро конец, не ровен час собьют.
- Ну, ты же знаешь, я всегда летаю без парашюта.
- Давай.
- Да я-то знаю.
- Ну, в виде исключения.
- Да не будет никаких исключений.
- Не боись. Вася Сталин в плен не попадет.
- От винта.
-Держи. Ну что стоишь? Готовь самолет.
- Он сам полетел.
- Да, без парашюта.
- А я не мог его остановить.
- Его бы никто не смог остановить.
- Да. Да.
- Да. Понял. Есть.
- Кажется, пронесло.
- Давай связь с комдивом.
- Сокол.
- Сокол - я Калуга.
- Я - Калуга.
- Полетное задание меняется.
- Полетное задание меняется.
- Внимание - я Сокол.
- Через пять минут выходим на объект.
- Приготовиться к атаке.
- Идут, как на параде.
- Приготовились к атаке.
- Сейчас мы им покажем.
- Спокойно, спокойно ребятки.
- Приготовились.
- Девятка, прикрой, атакуют.
- Леша, только не отрывайся.
- Леша, тебе в хвост мессер заходит.
- Вижу.
- Уходи в облака. Маневрируй, маневрируй.
- Ты куда, полковник?
- Полковник? Немец же сверху.
- Толя, хвост прикрой.
- Да уже прикрываю.
- В тебя боюсь попасть, он, гад, к тебе слишком близко.
- Толя, прыгай, тебя подбили.
- Сейчас, сейчас, я его почти взял, Вася.
- Гущин, выполняй приказ, прыгай.
- Сейчас, сейчас.
- Есть.
- Толя, прыгай, прыгай, сгоришь, дурак.
- Толя, прыгай.
- Прощай.
- Командир.
- Это сорок четвертый, а не сорок первый.
- А у вас потери - шесть машин.
- В одном бою.
- Вы что - охренели?
- Пол эскадрильи.
- Позор гвардейской дивизии.
- Какие вы гвардейцы?
- Дети-недоучки.
- Я все знаю.
- Что гвардии полковник Сталин.
- Пренебрег всеми запретами.
- Знаю, что наплевал на медкомиссию.
- Да все знаю.
- Я также знаю, что за все это будешь отвечать ты.
- Понимаешь?
- Что он получил новое назначение на место новой службы?
- Тебе ясно, о чем я говорю?
- Гвардии полковник.
- Так точно, товарищ командующий.
- За потери в бою.
- Буду отвечать.
- В боях за владение Берлином.
- Отличились летчики главного маршала авиации Новикова.
- Главного маршала авиации Голованова.
- Генерал полковника авиации Руденко.
- Генерал полковника авиации Красовского.
- Генерал лейтенанта авиации Савицкого.
- Генерал лейтенанта авиации Белецкого.
- Генерал лейтенанта авиации Логинова.
- Генерал майора авиации Архангелького.
- Полковника Сталина.


Серия 7

- Здравия желаю.
- Здарова.
- Василий Иосифович.
- Василий Иосифович.
- Здарова, вертухай. Здарова, Кузьмич.
- Как ты?
- Ты еще живой?
- Ну, зачем вы так?
- Я и слов-то таких не знаю.
- Да?
- Да.
- Ну, давай я тебя еще, что-ли, обниму.
- Стукач ты наш.
- Раздавите.
- Ребра трещат.
- С приездом.
- Спасибо.
- Всегда рады видеть вашу лучезарную личность.
- Ну а я-то как рад, Кузьмич,
твою-то рожу лицезреть.
- Ну как вы тут, тыловые крысы?
- Ты мне вот что, Кузьмич, скажи.
- Ага.
- Чего нового-то?
- Кого расстреляли? Кого посадили?
- Ты знаешь, как наш дом называют?
- Допр.
- Дом предварительного заключения.
- Вон оно как.
- Понимаешь, да?
- Товарищ генерал.
- Собаку-то?
- Давай в квартиру неси ее.
- Кстати чемоданы, вещи тоже туда загружайте.
- Кузьмич.
- Ты мне вот что скажи.
- Ну и чего стоим, как невесты на выданье?
- Вещи разгружай.
- Есть.
- Ну, привет.
- Саша, кто приехал?
- Никто.
- Папа.
- Приехал.
- Ура
- Папа, папа.
- Фибровых чемоданов - семь.
- Маленьких чемоданов - четыре.
- Больших корзин - пять.
- Кто мой песик?
- Тюков.
- Шесть.
- С хрусталем там поаккуратнее.
- А?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Хорошая страна Германия.
- Богатая.
- Чего ж не поживиться?
- Только.
- Только мы должны.
- Доложить.
- Без этого никак нельзя.
- Василий Иосифович.
- Знать бы еще что там, в этих.
- Тюках и чемоданах.
- Здравствуйте.
- Радость-то какая.
- Радость.
- Какая радость?
- Василий Иосифович вернулся.
- Как красиво.
- Наденька, смотри.
- Смотри, как далеко.
- Смотри, как он едет. Видишь?
- Ну, куда ты?
- Нравится?
- Да.
- Смотри. Здорово?
- Хороший.
- Куда, куда, куда.
- Куда поехал.
- Ты не страшный.
- Давай, давай, давай.
- Надя.
- Посмотри.
- Тихо, тихо, тихо. Куда?
- Вот туда давай.
- Вася, что это?
- Трофеи, мадам.
- Ихние детишки играли, теперь пусть наши поиграют.
- А нашим зачем столько?
- Хороший.
- А это кто?
- Это?
- Это ж Ганс.
- Ганс.
- Ганс, Вася.
- А Саша с Надей в детский сад-то ходят?
- Ну, ходят.
- Ну, вот в детский сад все это и отвезем.
- А Наденька с Сашей.
- Будут.
- Детишкам игрушки раздавать, да?
- А мы по Берлину едем, значит.
- И увидели.
- В дом бомба попала, а на первом этаже магазин игрушек был.
- Галка, я столько игрушек, ну.
- Я в жизни столько не видел.
- Ну, посмотри.
- Смотри.
- Смотри.
- Все, все механические, смотри, видишь?
- Солдаты идут.
- Офицеры смеются.
- А мы четыре тюка набили.
- Набили и смеемся, представляешь?
- Да.
- Здесь на несколько детских садиков.
- Сань, Санек.
- Ну, что? Повезешь подарки в детский сад?
- Конечно, повезу, только себе сначала выберу.
- Собственник ты мой.
- А щенка мы никому не отдадим.
- Ну конечно, зайка, никому мы щенка не будем отдавать.
- Смотри, какой красивый.
- Гансик, Гансик хороший.
- А мне ты что привез?
- Себя.
- Тебе мало?
- Мне тебя всегда мало будет, Вася.
- Ганс, Ганс.
- Гансик хороший.
- Дай, я его подержу.
- Никому не отдадим.
- Ганс, иди ко мне.
- Нет, он у меня будет.
- Иди ко мне.
- Хороший Гансик.
- Эх, ребята.
- С войны не виделись.
- Васька.
- Ну что?
- Рад, что мы все.
- Эту мясорубку прошли.
- И в живых остались.
- Страшная война была, страшная.
- Да.
- Много, друзей наших.
- На этой войне полегло.
-Но мы всегда их помнить будем.
- И сыновей в их честь называть.
- За это и выпьем.
- Да.
- Не чокаясь.
- Ну-ка селедку передай.
- И огурчик.
- На, держи.
- Спасибо.
- Ребят, про Лунькова кто слышал что-нибудь?
- Ты знаешь, я десять запросов отправлял.
- На один ответ пришел.
- Мол, пропал безвести.
- Но ничего.
- Будем дальше искать.
- Обязательно найдем, найдем.
- Вась, слышал?
- Говорят, штрафники.
- На бракованных самолетах летали.
- Это правда?
- Да. Правда.
- Ты знаешь, я на одном авиационном заводе был.
- Ну, директор меня в цех повел.
- А там.
- Дети маленькие.
- На ящиках от снарядов стоят.
- Стоят и работают, совсем маленькие.
- До сих пор больно вспоминать.
- А сейчас?
- Сейчас тоже одни дети работают.
- Почему самолеты падают?
- Да ладно.
- Да чего ладно?
- Яки новые, как пирожки пекут.
- Сверхмощные двигатели они поставили,
- только три из четырех самолетов падают,
- они не могут летать.
- Алехин, да не закипай.
- Вон у нас недавно тренировочные полеты были.
- И чего? Так два самолета вернулись.
- Через десять минут, потому что у них двигатели забарахлили.
- Третий вообще в воздухе развалился.
- А почему молчите?
- Почему жалобы никто не пишет?
- Да почему не пишем? Пишем, Вась.
- Мы полковникам, полковники - генералам.
- А то, что генералы пишут - под сукно маршалу ложится.
- И на этом затихает.
- Новиков? Да?
- Новиков.
- А Шухарину писали?
- Да что Шухарину? Мимо Новикова писать?
- Ты смеешься, что-ли?
- Нет, я это дело просто так не оставлю.
- Я сам лично буду разбираться. Слышите меня?
- Я к отцу поеду.
- Я уверен, что он просто ничего не знает об этом.
- Я этого маршала.
- За товарищей наших.
- Которые погибли в мирное время.
- Ты хоть помнишь, в каком состоянии вчера был?
- Не начинай.
- Каждый день не просыхаешь.
- В войну столько побед небыло, сколько вы сейчас их празднуете.
- Галь, ну я попросил - не начинай.
- Ну что это за жизнь?
- Мы никуда не ходим.
- Ни в кино, ни на выставки.
- Я в театре два года не была.
- Хорошо, понял.
- Сегодня вечером сядем, поедем.
- Куда поедем?
- В театр.
- Обещаешь?
- Обещаю.
- Вась.
- Что?
- Пообещай, что пить не будешь.
- Мам.
- Тебя, кажется, дети зовут.
- Мама, мама.
- Смотри, что Ганс.
- Вась.
- Натворил.
- Иди скорей.
- Ну, все, все, понял, хорошо.
- Будет у тебя трезвый муж.
- Театрал.
- Жуть какая.
- Галь.
- Я к отцу еду.
- Тебя отвезут в театр, там и увидимся.
- Я успею.
- Только не надо из меня дуру делать.
- Если не хочешь ехать в театр - не надо.
- Отца приплетать.
- Галь.
- Ты понимаешь, что я здесь совсем одна?
- Что я кроме няни и дворников не вижу никого.
- Мне в зеркало страшно смотреться.
- Потому что мне кажется, я в старуху превратилась.
- Галь, ну чего ту выдумываешь?
- Какая ты старуха?
- Почему ты, тогда, на меня не смотришь?
- Даже забыла, как ты целуешься.
- Не уезжай.
- А то я скоро совсем забуду, как ты выглядишь.
- Я исправлюсь.
- Ну, все.
- Меня отец вызвал.
- Да врешь ты все.
- Не звонил сегодня телефон, понимаешь?
- Ну да, не звонил, но мне срочно нужно к отцу, Галя.
- Ты понимаешь, самолеты падают, летчики бьются.
- Какие самолеты?
- Война закончилась - это не смешно.
- Еще летчиков приплел.
- Галя, ты вообще думаешь, о чем ты говоришь?
- Соображаешь?
- Я такими вещами не шучу.
- Едь ты, куда хочешь.
- К отцу, к бабам своим иди.
- А я останусь здесь, я не поеду никуда.
- Так, все, хватит, хватит, я сказал.
- Через два часа жди меня у театра.
- Бровкин.
- Я не поеду.
- Здравствуй, отец, можно войти?
- Почему не предупредил, что приедешь?
- Ну, потому что тогда ты не сможешь сказать мне,
- что ты занят.
- Я занят.
- Отец - это очень важно.
- Вопрос жизни и смерти. Не моей, других.
- Садись.
- Что случилось.
- Я хотел бы знать.
- Знаешь ли ты, что наша авиационная техника.
- Выпускается крайне низкого качества?
- Ты что, меня допрашиваешь, что-ли?
- Да нет, я просто хочу понять, что происходит.
- Если ты хочешь поговорить.
- О твоих самолетах.
- Иди к Новикову.
- Отец, ты можешь меня просто выслушать? Это проект девять.
- По данным испытаний он показал отличные результаты, а вот отчет.
- О том, что с ним происходит в летных частях.
- Третьего марта.
- Не выполнив задания, с полета вернулся лейтенант Машков
- тряска мотора.
- Десятое марта.
- У капитана Храпова на самолете отлетел патрубок.
- Одиннадцатое марта.
- Вернулся на аэродром лейтенант Казаков.
- Задание не выполнил, на машине обнаружена течь бензина.
- Из под пробки бензобака. Пятнадцатое, шестнадцатое марта
- практически та же история.
- Двадцать шестое марта. Сразу три отказа боевой техники.
- Двадцать восьмое марта. Из-за неисправности мотора
- погиб младший лейтенант Воробьев.
- Слушай, Василий.
- Вернулся бы ты домой.
- Отдыхай.
- Воспитывай детей.
- Это дела главкома ВВС.
- А ты, пока еще, не главком.
- Зачем взваливать на свои плечи чужие обязанности?
- Не чужие - это мои обязанности.
- Помогать товарищам.
- И за последние пол года разбилось больше самолетов,
- чем в сорок третьем
- Мы либо на старье летаем, либо на сырых моторах.
- Новиков жалобы под сукно кладет, а потом зад ими подтирает.
- Ты думай, что говоришь.
- А я думаю, отец.
- Я хорошо думаю.
- Война закончилась.
- Я не допущу, чтоб мои друзья.
- Вылетали на учебные задания.
- И не знали, вернутся ли они домой живыми или нет.
- Ладно, ладно.
- Красиво говоришь.
- Иди.
- Иди, я что-нибудь придумаю.
- Иди, давай.
- Спасибо, отец.
- Соедините с Берией.
- Послушай, Лаврентий.
- Только что у меня был Василий.
- Да.
- Бумагу принес.
- Интересную, да.
- Нужно проверить маршала Новикова.
- Серьезно проверить.
- Я хочу знать.
- Почему постоянно падают наши самолеты.
- Вот пусть он нам это и объяснит.
- Галка приедет - проводи ее в ложу.
- Давай.
- Здравия желаю, товарищ генерал-майор.
- Вольно.
- А покрепче-то выпить есть что-нибудь?
- В буфете есть мадера, портвейн.
- Коньяк есть "Клим Ворошилов".
- Как ты сказал?
- Клим Ворошилов? Что это значит?
- Прошу меня извинить, товарищ генерал-майор.
- Коньяк крепкий, выдержанный.
- Клим Ворошилов - крепкий выдержанный?
- Вот сукины дети.
- Обязательно ему расскажу.
- Как тебя зовут?
- Александр.
- Василий, очень приятно.
- Владимир.
- Василий.
- Ну что? Может быть, выпьем, за победу-то? А?
- Я сейчас быстренько все организую.
- Красавица.
- А?
- Принеси нам две бутылочки.
- Клима Ворошилова.
- Ну и закусочки какой-нибудь.
- Сейчас принесу.
- Люба. Люба.
- Люба.
- Вот мы и свиделись.
- Василий Иосифович.
- Товарищи, поторопитесь - спектакль начинается.
- Я ж вспоминал тебя, честно вспоминал.
- А вы-то думали, что я померла?
- Разрешите идти, товарищ генерал.
- Что?
- Спектакль начинается.
- А, Да, да, да. Идите.
- Есть.
- Есть.
- А ты знаешь, Люб, я ребятам постоянно рассказывал.
- Как мы на Виллисе на танки поперли.
- Ты такая отчаянная была.
- А я и сейчас.
- Отчаянная.
- Ты где живешь-то
- Я же вам говорила. Забыли?
- Прости, забыл.
- В Старомонетном переулке.
- В Старомонетный гони.
- А ты где был, скотина?
- Там я был, в вестибюле сидел.
- Курить в уборную выходил. Да не проходил он.
- Скажи сразу - не видел.
- Не видел.
- Не видел.
- По твоей милости мы сейчас будем все кабаки прочесывать.
- Вот работенка-то.
- Это ж надо.
- Дома жена молодая нецелованная ждет.
- Двое пацанов маленьких.
- Я должен этого пьяного кобеля
- По всей Москве искать?
- Значит так, сейчас поедем.
- В "Аради".
- Потом в "Савой".
- А может в "Дом актера"?
- Там просто допоздна всегда пьют.
- Может там какую-нибудь актрису поймал.
- И с ней умотал.
- Ладно, в "Дом актера". В "Дом актера".
- После этого разделимся.
- Ты в "Савой".
- Я в Дом офицеров.
- Так точно, товарищ старший лейтенант.
- Держи, свободен.
- Ну что, Любаш?
- Не хочешь меня пригласить к себе?
- Хочу, но боюсь.
- Муж?
- Нет, ухажер.
- Зато любит меня, очень.
- Так он сейчас у тебя?
- Нет, но может заявиться в любой момент.
- Он у меня знаешь какой?
- Какой?
- Фронтовой разведчик.
- Капитан.
- У него медалей.
- Кило на два весом.
- Ух ты.
- Отчаянный.
- Любка, ну прям меня совсем запугала.
- Что, может мен уйти подобру-поздорову?
-Уйти?
- Так я уйду.
- Вась, Вася, ну что ты? Васенька, прости меня, слышишь?
- Ну, прости меня, Вась.
- Ты не поверишь, я, когда в госпитале подыхала.
- Я же только об одном и думала.
- Неужели тебя так близко больше никогда и не увижу.
- Ну, ты прости меня, слышишь?
- Прости меня, Вась.
- Я уже не знаю, где его искать
- Ей богу не знаю
- У него в Москве столько девиц.
- Сами знаете, неделю всех придется объезжать.
- Адреса знаешь какие-нибудь?
- Да знаю.
- Давай, поехали.
- Держись за Паккардом.
- Что это вы здесь делаете? А?
- Здрасте.
- Приперлась, потаскуха.
- Дверь закрой.
- Сейчас милицию вызову.
- И тихо мне тут.
- Васенька.
- Солнышко мое.
- Вот и все.
- Что все?
- Теперь сколько не проживу.
- Буду эту ночку вспоминать.
- Спасибо тебе, Вась.
- И я буду вспоминать.
- Да брось ты.
- Завтра все забудешь.
- И правильно.
- Таких, как я, много.
- Это он.
- Опять ночью приперся?
- А чего за дела такие, Вань?
- Сколько раз говорить можно?
- Нет, он является, как к себе домой.
- Это что?
- Что?
- Ух ты.
- Генерал-майор.
- Ха. Он что - настоящий?
- Настоящий, Вань.
- Настоящий.
- Ну, понятное дело.
- Пришел, значит, генерал в театр, культурно развлечься.
- Тут ты его и подловила.
- Чего ты делаешь-то, Вань?
- Ну, вот что ты делаешь?
- Не трогай.
- Подними китель, друг, не доводи до греха.
- Твой, что-ли?
- Да мой, мой.
- Подними китель.
- Ты, значит, генерал?
- Я.
- Подними китель.
- А то что?
- А то в глаз получишь.
- Ну, давай.
- Что, доволен?
- Вась.
- Ну что ты сделал?
- Ванечка, больно, да?
- Вася.
- Вань, ты с ума сошел?
- Хватит.
- Сейчас драку устроите? Да?
- Познакомились и будет.
- Все, я сказала, Вась, хватит.
- Уйди.
- Что - квиты?
- Нет.
- Ты что сюда пришел?
- У тебя, что, своего дома нет, что-ли?
- А у тебя?
- У меня?
- А у меня вот только она и есть. Любашка.
- Я в сорок втором году всех потерял.
- Отца, мать, жену беременную.
- Думал что все - жизнь кончена.
- Потом вот.
- Любашку встретил.
- И как-будто бы заново родился.
- Люблю я ее, понимаешь?
- Люблю.
- Ты вот сейчас пришел, ей голову задурил.
- А мне все равно, что она с тобой была.
- Я убью за нее, понял?
- Убью, хоть генерала, хоть маршала - убью. Понимаешь?
- Я жить с ней хочу, умереть с ней хочу в старости. Понял? Нет?
- Нихрена ты, генерал, не понял.
- Ты прости, Иван.
- Ошибочка вышла.
- Заигрались мы с тобой, Любаш.
- Войну вспомнили.
- А война уже прошла.
- Выходи за него замуж.
- Хороший муж тебе будет.
- На, вот.
- Держи.
- Подарок на свадьбу.
- Смотри не потеряй, именные.
- Прощай, Любаша.
- Сыну Василию от отца Сталина.
- Что-то я не пойму. Это?
- Кто написал?
- Товарищ Сталин.
- Он что - его сынок, получается?
- Как ты медленно-то соображаешь, Вань.
- О как.
- Он, значит, сын товарища Сталина, а я ему в челюсть.
- Дурак ты.
- Дурак.
- Дурак.
- Только знаешь что?
- Я ведь теперь никуда не уйду.
- Генерал сказал жениться, значит, будем жениться.
- Приказы начальства надо выполнять. Да, Люба?
- Ну ты даешь, Николай Сидорович.
- Ну, никуда от тебя, прям, не скроешься.
- Как же ты меня нашел?
- Я все-таки, не в МХТ работаю, а в МГБ СССР.
- Ну, прости, Николай Сидорович.
- Небось, опять.
- Пол ночи из-за меня не спал.
- Ну, прости ты дурака.
- Да иди ты.
- Нос вытри.
- Чего стоишь-то? Поехали.
- Галя, я дома.
- Бровкин.
- Я.
- Все, свободен.
- Есть.
- Галь. Ну, чего ты так смотришь?
- Ну, встретился я с друзьями старыми.
- Ну и выпили чуть-чуть.
- По-моему ты не только с друзьями встретился.
- Галь.
- Галя, ну перестань. Ну, что ты.
- Ты думаешь я не знаю про твои.
- Похождения.
- Мое терпение закончилось.
- Ну, перестань ты, Галь. Чего ты опять начинаешь?
- И так башка болит.
- Спать теперь будешь здесь.
- Отдыхай.
- Будьте любезны.
- Лаврентий.
- А?
- Зачем мы из машины вышли?
- Это же небезопасно.
- Здесь гораздо безопаснее.
- Не хочу, чтоб нас кто-то слушал.
- Да.
- По лезвию ножа ходим.
- Эти Новиков и.
- Шахурин и меня под монастырь подвели.
- Не могу же я за ними каждый самолет-то проверять.
- Да не волнуйся ты, Георгий.
- Повторения тридцать седьмого года не планируется.
- Я тебе ответственно заявляю.
- Хорошо бы.
- Если так.
- Вот о чем я хотел с тобой поговорить, Георгий.
- Ты все-таки.
- Хорошо кадры знаешь.
- Как думаешь?
- Кого лучше сейчас назначить главкомом ВВС.
- Мне кажется Вершинин - это временная фигура.
- Может быть, Жигарева стоит вернуть?
- Жигарева? Лаврентий, ну ты что?
- Ты ж знаешь, прекрасно, его хозяин при всех подлецом назвал.
- Ну, хорошо, назвал, но не посадил же.
- А вернуть его можно через Васю,
- потому что они с ним друзья. Понимаешь?
- Что ты конкретно предлагаешь?
- Я конкретно предлагаю назначить Жигарева.
- Главкомом ВВС, а Васю.
- Бросить на Московский округ. Вот что я конкретно предлагаю.
- Васю?
- Командующим авиацией округа?
- Да ты что? Какой он командующий?
- У него один ветер в голове.
- Ну, какой ветер?
- Какой ветер?
- Ветерок.
- А через него, зато.
- Мы сможем
- обеспечить самолетостроению безопасность. Вот.
- Вот.
- Ну да.
- Хозяин с сыном, что может сделать? Пожурит, да и все.
- На фоне Василия остальным будет легче дышать.
- Хорошо сказал.
- Хорошо-то, хорошо.
- Все равно риска много.
- Слушай, риск есть везде и всегда.
- Даже когда хинкали кушаешь.
- Ты еще скажи - лишь бы войны небыло.
- Ну.
- Знаешь, вот сейчас лучше подумать.
- О другом. Хорошо бы.
- Рядом с ним иметь своего человека.
- Найди какого-нибудь хорошего парня, летчика.
- Девушку.
- Летчицу.
- В каком смысле?
- Ну, ты же знаешь, он.
- Слабоват насчет женского пола.
- Уж я-то знаю.
- Слушай, Георгий.
- Ты просто прирожденный интриган.
- Конечно, столько лет в ЦК на кадрах.
- Это что-то значит.
- Так.
- Документацию на представление.
- Георгий.
- Пойдем, в машину сядем.
- Зачем?
- Здесь небезопасно.
- Ну, пойдем.
- Ой, красавец.
- Красавец ты мой.
- Егорыч, это он со мной или с тобой здоровается?
- А чего ему со мной здороваться?
- Он меня каждый день видит.
- Ой, красавец.
- Это он вас признал.
- Василий Иосифович.
- Вон, как радуется.
- Выпить-то есть, Егорыч?
- Ну а как же.
- Давай, неси.
- Мигом.
- Тихо, тихо, Рыжик. Ух, ты мой сладкий.
- Вот так вот.
- Эх, Рыжик, Рыжик.
- Да. Хороший.
- Как же я рад тебя видеть.
- Ты знаешь?
- Я думал с войны приеду.
- По-другому все будет.
- Думал, любить меня будут.
- Понимать.
- Нет, ошибался я, Рыжик.
- Никто меня не любит.
- Никому я не нужен.
- Там я нужен был, а здесь нет.
- Только ты меня и понимаешь.
- Ты и меня и любишь, Рыжик.
- Ничего, все будет хорошо.
- Я тебя еще Буденному покажу, вот он обзавидуется.
- Егорыч, давай выгуляем его.
- А чего ж не выгулять?
- Пойдем. Ну-ка давай.
- Давай.
- Давай.
- Давай.
- Ой, красавец ты мой, Рыжик.
- Гуляй.
- Ну, давай. Давай, давай, пошел.
- Ой, красавец ты мой. Егорыч, смотри, как идет.
- Мам, нарисуй куклу.
- Мама, ты слышишь?
- Рыжик.
- Рыжик, стой.
- Стой, окаянный.
- Саша.
- Рыжик. Стой.
- Рыжик, стой.
- Саша.
- Саша.
- Рыжик, стой.
- Стой.
- Саша, стой.
- Стой, Рыжик.
- Все, все, все.
- Саш, все хорошо?
- Ничего не болит?
- Ничего, мама.
- Да все уже хорошо, Галь.
- Ты пил.
- Да.
- Ну не плачь, мамочка.
- Зачем ты побежал? Зачем?
- Я считаю.
- Авиация Московского военного округа.
- Не должна быть самая многочисленная.
- По количеству самолетов.
- Но она должна быть.
- Знаменем.
- Авиации.
- Для всей.
- Остальной.
- Части.
- Военных округов нашей страны.
- В ней должны быть.
- Самые знаменитые.
- Наши летчики.
- Герои войны.
- Недаром наши летчики.
- Пользуются.
- Особым уважением.
- В народе. И любовью.
- Как вам кажется, товарищи?
- Не возникнут ли.
- Обиды.
- У летчиков в других военных округах?
- И принесет ли пользу передислокация.
- Кадрового состава наших ВВС?
- Несомненно, Иосиф Виссарионович, польза будет.
- Более того это поможет концентрации всех.
- Асов нашей авиации для подготовки будущих кадров.
- В академии ВВС.
- Ты что скажешь, Лаврентий Павлович?
- Военно-воздушная академия.
- У нас только одна.
- Асы нужны в Ленинграде, и в Саратове, и в Ташкенте.
- Но, я согласен с тем, что лучшие из лучших, все-таки должны.
- Обучаться в авиации Московского военного округа.
- Командующий авиацией округа у нас товарищ Збытов?
- Так точно.
- Генерал-лейтенант.
- Авиации Збытов. А начальник штаба - генерал-майор авиации.
- Воронов. Но они давно уже, с сорок первого года.
- Вот я и говорю. Засиделся у нас.
- Товарищ Збытов в одной должности.
- Может нам.
- Лучше сменить руководство?
- Авиации округа?
- Назначить туда более молодых, перспективных.
- Разве нет таких людей?
- Есть.
- Есть, Иосиф Виссарионович.
- Его все знают и уважают. Я даже больше скажу - его любят.
- Генерал-майор авиации Василий Сталин.
- Иосиф Виссарионович, твой сын будет достойным командующим
- авиации Московского военного округа.
- Молодой.
- Талантливый, перспективный.
- Генерал.
- Наполеон.
- А что?
- Я ж его еще мальчонкой помню.
- Отчаянный паренек.
- Отчаянный.
- Хулиган, самодур.
- Привык, что само.
- Все в руки идет.
- Мало наказывал.
- Любил.
- Справится.
- Справится, Иосиф Виссарионович, головой отвечаю.
- Смотри, Лаврентий Павлович.
- Голова у человека одна.
- К сожалению.
- Здравия желаю.
- Здравия желаю.
- Вот ты кто?
- Нет, ты мне скажи, ты кто?
- Председатель райисполкома или говно на палочке?
-А?
- Так. Ты мне обещал в этом квартале двадцать семь квартир
- для моих летчиков.
- Обещал или нет? Ты мне скажи?
- Да для фронтовиков, твою мать, для орденоносцев.
- Где квартиры, я тебя спрашиваю?
- Слушай, Тимофей, не доводи ты меня до белого каления.
- Первого мая.
- Я должен.
- Вручить своим летчикам.
- Двадцать семь ордеров на жилье.
- Ну как, как?
- Каком к верху. Как.
- В торжественной обстановке.
- И тебя туда приглашу.
- Что значит зачем?
- С трижды героем советского союза Кожедубом.
- Чокнешься и на брудершафт выпьешь.
- А если не будет ордеров.
- Ты мне партбилет на стол положишь.
- А то и на Лубянку повезут.
- И там.
- Ты объяснения давать будешь.
- Я ведь не шучу, Тимофей Григорьевич.
- Я ведь, что обещаю, то делаю.
- Вот прохиндеи.
- Твою ж мать.
- Бровкин.
- Бровкин, ну чего так долго-то?
- К вам зам по тылу, генерал-майор Терещенко, с докладом.
- Каким еще докладом?
- Ну как же, Василий Иосифович.
- По проекту двух крытых спортзалов.
- Ах, да, я вспомнил.
- Ну, давай его сюда.
- Есть.
- Повтори.
- Разрешите, Василий Иосифович.
- Я с докладом, по вашей просьбе.
- Заходи.
- Кстати.
- Василий оказался отличным командующим авиацией округа.
- Его все хвалят.
- Только пьет.
- Не по-генеральски этот командующий.
- Коба.
- Ну, друзей у него много.
- Все хотят угостить.
- Ему же.
- Трудно отказываться.
- Парень хороший, парень хороший. А как.
- Как спорт-то у него пошел.
- Во!
- Хочет, чтоб его ВВС.
- Во всем первыми были.
- Динамовцев моих хочет.
- Обогнать, наверное.
- Коба.
- Ну, ты ж понимаешь, когда у мужика в семье.
- Не все в порядке.
- Подожди, Семен.
- Он у меня спросил, когда женился?
- Вот теперь пусть сам.
- Получает то, что заслужил.
- Да.
- Согласен, у меня с сыном то же самое.
- Да?
- Угу.
- Я ему говорю.
- Посмотри, какая красавица дочка у маршала Тимошенко.
- Нет, говорит, даже смотреть не буду.
- Сам разберусь.
- А у маршала Тимошенко есть дочка?
- Да.
- От первого брака Катя.
- Красивая?
- Очень.
- Здрасте.
- Михалыч, открывай.
- Девушка, а будьте добры мне коньячок - пять звездей.
- Василий.
- Идите к нам.
- Алиса? Какая встреча.
- Знакомьтесь, Василий Иосифович.
- Это моя подруга Катя.
- Катя Тимошенко.
- Тимошенко? Знакомая фамилия.
- Мой папа.
- Маршал Тимошенко.
- Присаживайтесь к нам.
- Самая лучшая женщина.
- Ходит, может быть, тут рядом.
- А мужчине.
- Не суждено.
- С ней встретиться.
- Коба.
- Разреши считать это тостом?
- Хорошо.
- Давайте выпьем?
- За женщин.
- Мы уже виделись с вами.
- Простите.
- На первомайском параде.
- На мавзолее?
- Ну, на мавзолее тогда другой Сталин стоял.
- Вы стояли.
- На трибуне гостей.
- Так.
- Не далеко от моего отца.
- В общем, вы меня совсем не замечали, а я, между прочим,
- на вас часто смотрела.
- Он рядом с Буденным стоял.
- Его усы, они ж все на свете застилают.
- Да не смотрел я на его усы, Алиса.
- Да нет, Алис, просто я такая дурнушка тогда была.
- Только девушка уверенная в своей.
- Неотразимости.
- Может назвать себя дурнушкой.
- Да, да, конечно.
- Давайте выпьем за победу.
- За победу. Как хорошо, что война закончилась.
- За победу.
- Давайте на брудершафт?
- Давайте.
- Девушка, еще шампанского.
- Василий, мне пора домой.
- Кать, еще рано.
- У меня отец, Алиса, очень строгий.
- Ну, строгий.
- Ну, я думаю, что не более строгий, чем мой.
- Позвольте, вину за ваше опоздание, я возьму на себя?
- Ну, позволяю.
- Вася, Васенька, все, мы едем домой.
- Поехали ко мне на дачу?
- Ты с ума сошел.
- Я ночую только дома.
- А как же я?
- А ты со мной.
- Здрасте.
- Вась, чего?
- Ну чего?
- Доброе утро, папочка.
- Это кто?
- Это мой муж.
- Муж?
- Он в женихах-то еще не бывал.
- А уже муж.
- Не беспокойся, папочка.
- Он нашу породу не подпортит.
- Это сын Сталина.


Серия 8

- Казачка.
- Да, Семен Михайлович.
- Это хорошо.
- Объявляем первый турнирный день,
посвященный всесоюзным гладким скачкам.
- Разыгрывается главный приз.
- В честь четвертой годовщины победы.
- Среди участников заезда.
- Наши прославленные наездники.
- На кого ты поставил, Вася?
- На четвертый номер, Семен Михайлович.
- В ординаре сто билетов.
- Четыре и пять, в паре подыграл полсоточкой.
- Ну и дурак.
- Девятый первым придет.
- Да, его тоже играют, но мало.
- Васька, кто в конях лучше понимает, ты или я?
- Я лошади в душу заглядываю.
- Ты посмотри, настоящий.
- Дончак. Чистых кровей.
- Красавец.
- На кого поставил?
- Приятель.
- Дохляк.
- Против Громобоя.
- Дохляк.
- А мне здается, ничего жеребчик.
- Паршив
- С двух и десяти не даст.
- А Громобой.
- Три и семь.
- Сделает.
- О. Поглядишь.
- А побачиш.
- Побач, побач.
- Какой красавец.
- В коляске был бы хорош.
- Семен Михайлович.
- А вы ж в коляске.
- Чего?
- Ну, я имею в виду - вы же в седле.
- А ты не видал я как с коляской управляюсь?
- Да как-то нет.
- Я на рысистых столько призов брал.
- Перед самой войною.
- В Пятигорске.
- Главный всесоюзный приз наспор взял.
- Нет.
- у, конечно, мы все больше самолетами увлекаемся.
- Эх.
- Коняшечки вы мои.
- Уходит наше время, коняшечки вы мои бриллиантовые.
- Чего не начинают?
- Овес доедают, Семен Михайлович.
- Ну. Начинайте.
- Чего кобылу за хвост тянете? Начинайте.
- Давай, давай, давай, давай.
- Не подведи, давай.
- Давай вперед.
- Давай, родимый.
- Тихо, тихо, тихо.
- Он возьмет.
- Вторую четверть лошади прошли за сорок две секунды.
- Не балуйся с едой.
- Я тебе говорила - это не красиво.
- Саш.
- Мам, в зоопарк сегодня пойдем?
- Нет, не пойдем.
- Ну, мам, ты же обещала.
- Обещала. Ты мне тоже много чего обещал.
- Обещал двоек не носить - вчера две штуки принес.
- Так что никакого зоопарка.
- Понял? Ешь котлету нормально.
- Мам, а папа сегодня придет?
- Я не знаю, Надюш.
- А ты почему не ешь суп?
- Ну, ка быстро.
- Все, я все съела.
- Молодец, теперь помидор ешь.
- Третья четверть пути пройдена за тридцать семь секунд.
- Лидирует Громобой.
- А. Что я говорил.
- Вторым идет Приятель.
- Громобой идет первым.
- И первым придет.
- Нада было слухать старого кавалериста.
- Все муки Приятеля псу под хвост.
- Форсирует заезд номер девять,
- Громобой, уверенно несется к финишу. За ним Приятель.
- Эти двое чуть впереди остальной группы.
- Но посмотрите, какое ускорение совершает Приятель
- Это чего ты делаешь?
- Не отстает от лидера и настигает. Настигает Сорокина.
- Вот уже поравнялись номер девять и номер четыре,
- буквально ноздря в ноздрю.
- Ты что делаешь?
- Давай, давай, давай.
- Что происходит? По внутренней траектории Приятель
- обходит Громобоя и выходит на финишный отрезок.
- Давай.
- Я все вижу, собака.
- Такое ощущение, что Сорокин сбавляет темп.
- Давай, пошел. Давай.
- Вот это концовка, неожиданно, но Приятеля уже не остановить.
- Да, товарищи.
-Вот это развязка. Громобой только второй,
- а первый Приятель и Алексей Сиряев.
- Я этого Сорокина застрелю.
- Сволочь.
- Он же убьет его сейчас.
- Обманывать меня.
- Сорокин, скройся отсюда, он сюда идет.
- От него не скроешься.
- Ты чего? Контуженый?
- Вздумал при Буденном мухлевать?
- Да он же лошадей насквозь видит.
- Семен Михайлович.
- Уйди.
- Подожди. Это что, спортсмен?
- Семен Михайлович.
- Лошадь держал?
- Курва. Ты что?
- Совесть на рубли.
- Променял. Сволочь.
- Семен Михайлович.
- Семен Михайлович.
- Ну, прости ты его, ради меня прости.
- Я тебя как отца родного люблю.
- Ну, обмишурился мужик.
- Семен Михайлович, ну вы же понимаете.
- Спортсмены. Совесть.
- Ну, бывает, обмишурился.
- Потерял.
- Семен Михайлович.
-Стой.
- Ну ка иди-ка покури.
- Ну, Вась, ну, все, хватит.
- Ну, смотрят же.
- Что ж ты со мной делаешь.
- Мы не одни.
- Что?
- Кать, ты что? Не любишь, что-ли меня?
- Не любишь?
- Ну что ты как припадошный, честное слово.
- Не любишь.
- Ладно, пойдем.
- Куда?
- Пойдем, пойдем.
- В гости.
- Какие гости?
- Вася, куда ты меня тащишь?
- Вася.
- К брату.
- К какому брату? Ты сумасшедший? Уже поздно, Вася.
- Я никогда не слышала, что у тебя есть брат.
- Да есть у меня брат.
- Да какой брат?
- Артем. Названый брат.
- Пойдем.
- Вась, я никуда не пойду.
- Стой.
- Вася.
- Попалась?
- Ну ладно.
- Стой.
- Ай.
- Прошу.
- Катька.
- Вась.
- Вася, ну мы же к брату идем.
- Ненасытный.
- Ну, тихо.
- Ну что?
- Давай.
- Привет, том
- Здрасте.
- Узнаю милого по походке.
- Ты прости нас, Том.
- А мы тут.
- Гуляли.
- Гуляли, гуляли, а.
- Зайти-то не к кому, вот и.
- Ну и решили ко мне?
- Ну да. И решили к тебе.
- А не пошли бы вы.
-Лесом.
- Какой у тебя вежливый брат.
- Том, ну чего ты ругаешься?
- Ну, будь ты человеком.
- Да я и не ругаюсь.
- Я жалею, что у меня брат такой.
- Ладно, заходите.
- Что на лестнице стоять.
- Ишь, какой?
- То зайти не давал.
- А то такой радушный, чего на лестнице стоим,
- Давай.
- Заходи, заходи.
- Проходите на кухню, только тихо, детей не разбудите.
- Томочка.
- Томка.
- Все, все, давай.
- Катюха, Том, дочь Тимошенко.
- Какого еще Тимошенко?
- Того самого, Том, того самого.
- Между прочим, моя невеста.
- Невеста?
- Угу.
- Вася, ты не боишься, что маршал Тимошенко тебя расстреляет?
- Не посмеет.
- У нас любовь с первого взгляда.
- У нас любовь до гроба.
- Любовь до гроба - дураки оба.
- Вот так вот, Том.
- Ну, то, что дураки - это видно невооруженным глазом.
- Вась, здесь колбаса есть.
- Вчерашняя, но вроде есть можно. Будете?
- Да ладно, Том, что есть в печи на стол мечи.
- Иди сюда.
- Ну как она тебе?
- А что с Галей будет?
- Ты подумал?
- Что с Галей, что с Галей.
- Разведусь, а что еще-то?
- Ну, люблю я ее, понимаешь, люблю.
- Что мне теперь влюбиться нельзя?
- Не имею права?
- Да имеешь, имеешь.
- На все право имеешь.
- Опять ты за свое.
- Ты мне лучше скажи как она тебе?
- Тома.
- Меня обсуждали?
- Артем сказал, что.
- Таких красавиц он прежде не встречал.
- Ну, Том.
- Давай.
- За твое большое счастье.
- и за наше маленькое.
- Алло, вас слушают.
- А ты знаешь, где сейчас твой муженек?
- Алло. Кто это говорит?
- Ты с детьми сидишь.
- А твой муженек с Катькой Тимошенко в постели.
- Мама, а ты плачешь, потому что папа не ночевал?
- Он ведь часто не ночует, зачем плакать?
- Давай лучше поедем на дачу, и там будем жить?
- Не плачь, мамочка.
- Солнышко мое.
- Ты меня любишь?
- Конечно, люблю.
- Да?
- Я ухожу, Галь.
- Прости.
- Это я от тебя ухожу.
- Сегодня.
- Наденьку и Сашеньку я заберу завтра.
- Саша и Надя останутся со мной.
- Это даже не обсуждается.
- Какой же ты подлый.
- Хорошо.
- Я уйду одна.
- Но запомни - это я от тебя ушла. Это мое решение.
- Ты думаешь, что ты рыцарь, благородный, бесстрашный.
- На самом деле ты мелкий подлый самодур.
- Ты говоришь надо жить, а сам жить не умеешь.
- Прости меня.
- Папа, папа, где ты был? Мы тебя заждались.
- А почему мама плакала?
- Ничего, ребятки.
- Вот мы поедем в Зубалово.
- И там заживем, как боги.
- Там ваша нянька.
- Конюх Егорыч.
- Там рыжик и собачки
- Что? Помнишь Рыжика? Да?
- Ой, молодец.
- С нами еще тетя одна поедет.
- Она хорошая
- Я ее тоже люблю, как и вас.
- Тетя Катя?
- Давай. Иди сюда.
- Ну чего ты стал, Бровкин? Давай дуй вперед,
- чтоб там было все готово, понял?
- Слушаюсь.
- Давай.
- Вася.
- Я тоже цветы хочу.
- Сейчас все будет, Катенька.
- Сейчас все будет.
- Василий Иосифович.
- Простите, но еще.
- Месяца не прошло, как вы развелись.
- Ну.
- Ну, я.
- Честный человек - влюбился - женюсь.
- Понимаете?
- Вам нужно подать заявление.
- Потом ждать месяц.
- Что?
- Ну, я не имею права регистрировать вас прямо сейчас.
- Вы толкаете меня на преступление, товарищ Сталин.
- Послушайте, никуда я вас не толкаю.
- Просто маленькая просьба.
- Неужели нельзя уважить просьбу таких людей, как товарищ Сталин?
- И маршал Тимошенко.
- Это вам.
- Спасибо.
- Ой, мамочки.
- Да вы не волнуйтесь так.
- Он же вот сказал, что на пушечный выстрел к детям не подпустит.
- И не подпускает.
- Я приезжаю, останавливают и назад воротят.
- Да я знаю, Галя, мне докладывали.
- Ты прости, девочка, но, я подчиняюсь приказам.
- Ну, вы же.
- Николай Сидорович.
- Не был же он таким жестоким.
- Зачем он так со мной?
- Я же.
- Я же мать.
- Я же его не обманывала.
- И детей хорошо воспитывала.
- Вы же про меня все знаете.
- Все знаете.
- Ты подожди, потерпи.
- Он отойдет.
- У него дел. Развод, понимаешь.
- Подобреет.
- Пустит тебя к детям.
- А я чуть позже переговорю с ним.
- Может тебе надо что-нибудь?
- Ты скажи.
- Не стесняйся, я помогу.
- Нет, ничего не надо, спасибо.
- С Василием поговорите?
- А она?
- Она?
- Ну, жена его.
- Она их не обижает?
- Вы шепните Сашеньке и Наденьке на ушко.
- Что я их заберу скоро.
- Обязательно.
- Ты не прав, Василий Иосифович.
- Не прав.
-Карцев - это же виртуоз.
- Высшего класса, ей богу, он, когда в ударе - это сказка.
- Это сказка - ей богу.
- А когда еще Орешкин в ударе - все - кранты.
- Голы, как гвозди, вколачивают.
- Как Динамо.
- Англичан в Англии.
- В Англии сделало?
- А ты видел?
- Да все матчи.
- Все, понимаешь?
- Я одного знакомого генерала упросил, так он меня.
- В члены делегации включил. Я тебе честно скажу.
- Василий Иосифович, ты знаешь.
- Я таким счастливым был.
- Ну, Здрасте.
- Здрасте.
- Я таким счастливым никогда.
- Не был.
- Да, ведь.
- Дали прикурить родоначальникам.
- Футбола.
- Ну, я читал в газетах, радовался, конечно.
- Ну, ведь это родоначальники.
- Футбола.
- Неужели они так плохо играли?
- Да ты что?
- Ну, разве могут англичане играть плохо?
- Они играли великолепно, но наши.
- Василий Иосифович, наши играли лучше.
- Ты знаешь, они играли.
- Они играли.
- Как, как под Сталинградом Гитлеру.
- А тренером Михаил Якушин был?
- Ну, да Якушин.
- А Семичасный - какой красавец.
- А Женька Архангельский - это.
- Ну, вот я и хочу всех в свою команду.
- А главное мне Боброва заполучить.
- Ну, ты знаешь, это же.
- Это же вообще гений.
- Гений, Василий Иосифович.
- Это Давид Ойстрах.
- В футболе, да и в хоккее тоже.
- Вы бы присели, товарищ старший лейтенант,
- ну чего вы ходите без толку?
- С чего вы взяли, что я.
- Без толку хожу?
- Всегда хожу с толком.
- А от вот так.
- Присядешь у вас тут.
- Расслабишься.
- А мне расслабляться никак нельзя.
- Думаете товарищ Сталин ненадолго к нашему директору?
- Мой командующий все вопросы решает.
- Стремительно быстро.
- По-сталински.
- Да, он производит впечатление решительного человека.
- А на самом деле?
- Ураган.
- Девятый вал.
- Страшнее атомной бомбы.
- А вы знаете, что я.
- Тоже кое-что могу.
- Ой, да что вы.
- Ну да.
- Василий Иосифович, все для тебя сделаю, все.
- Спортивные снаряды, гири, блины для штанги.
- Да я тебе лесные домики для.
- Спортлагеря сооружу, понимаешь?
- Для меня это плевое дело.
- У меня пять бригад плотников, знаешь какие?
- Виртуозы.
- Танечка, сообрази нам кое-что. Коньячок, бутербродики.
- ты мне список составь - чего и сколько.
- А за мной дело не станет. Держи.
- Да ты что.
- Ну, ты молоток. Молоток, Василий Иосифович.
- Давай, проходи, проходи, дорогой.
- Ну, коньячок, быстренько, быстренько, давай.
- Василий Иосифович.
- За последние две недели встречался.
- С директорами трех заводов и одной фабрики.
- Он все о своих спортсменах радеет.
- Разве это плохо?
- Он ответственно подходит к делу.
- Хорошо.
- К делу ли?
- Знаете, Иосиф Виссарионович, после этих встреч.
- Его привозят.
- Домой под утро, а то и позже, чаще всего.
- В совершенно непотребном виде.
- Какие уж тут дела?
- Похоже все эти встречи.
- С директорами просто предлог,
- чтобы весело провести время за казенный счет.
- Так думаешь?
- Это факт, Иосиф Виссарионович.
- Я факты излагаю.
- Факты.
- А мне другие.
- Факты докладывают.
- О том, что Василий.
- Наш спорт.
- На высокий уровень поднимает.
- На международный.
-Можно сказать.
- Ты об этом знаешь?
- Да, Иосиф Виссарионович.
- Нет, ты говори, говори, не стесняйся.
- Ну, да.
- Его хоккейная команда, на сегодняшний день,
- лучшая в нашей стране.
- Вот.
- Если бы он только пил.
- Разве он.
- Создал бы такую команду?
- Любят его спортсмены.
- Любят, любят, Иосиф Виссарионович.
- Простого гуляку.
- И пьяницу.
- Не будут любить.
- Пить - да.
- Будут с ним пить.
-Пить.
- Любовь, Георгий.
- Не купишь.
- Любовь.
-Заслужить надо.
- Среди товарищей.
- Только делом.
- Но ты прав.
- Если он пьет.
- Я разберусь.
- Накажу.
- Он.
- Не меня - себя позорит.
- Не надо давать ему спуску.
- Хоть он и.
- Генерал-майор.
-Приемная командующего МВО генерал-майора Сталина.
- Здравствуйте, Сталин говорит, я с кем разговариваю?
- Адъютант командующего.
- Старший лейтенант Бровкин.
- Я могу поговорить с командующим авиацией?
- Извините, товарищ Сталин.
- Но в данный момент командующего на месте нет.
- А когда будет командующий на своем рабочем месте?
- Не могу знать, товарищ Сталин.
- Ну, что ж, запишите мой приказ.
- За нарушение воинской дисциплины.
- Командующего авиацией Московского военного округа,
- генерал-майора Сталина.
- Арестовать на трое суток.
- Отстранить его на это время от должности.
- Верховный главнокомандующий
- вооруженными силами Сталин. Записали?
- Так точно, товарищ Сталин.
- Передайте, пожалуйста, генерал-майору,
- что я лично проверю.
- Как ему там сидится.
- Всего хорошего, товарищ Бровкин.
- Здравия желаю.
- Газетные и книжные киоски, театральную кассу.
- В вестибюле штаба армии поставить.
- Записал?
- Книги читать будете и в театры ходить.
- И в первую субботу каждого месяца
- коллективный поход в театр.
- А то сидите тут, как брянские волки.
- Все матчи команды ВВС.
- Тоже коллективно посещать.
- ЦДС и в Доме офицеров.
- Концерты знаменитостей будут.
- Ойстрах.
- Грихтер и Гмыря, Георг Отц.
- Я, кстати, недавно с ним познакомился
- первокласнй мужик.
- В общем.
- Культурными надо становиться.
- Товарищи командиры военно-воздушных сил.
- Элита армии, аристократы.
- А что ты ухмыляешься?
- Я что-то смешное сказал?
- Да как-то.
- Виноват, товарищ командующий.
- А я сейчас не командующий.
- Я сейчас генерал-майор.
- Так что я смешное сказал?
- Тебе смешно в театр ходить?
- Смешно книги читать?
- Никак нет, товарищ генерал-майор.
- В театр хожу.
- Книги читаю.
- И что же ты последнее прочитал?
- "Повесть о настоящем человеке" Бориса Полевого.
- Молодец.
- Учитесь, товарищи.
- Садись.
- И учтите, на каждом совещании с вас буду спрашивать.
- В общем, работу на аэродроме в Чкаловском
- начнем с понедельника.
- Все.
- Заканчиваем совещание - у меня обед.
- Завтра чтобы зам по тылу со строителями был у меня.
- Все свободны.
- Ну, все, заходи.
- Здравствуй, урка-генерал.
- Я тебе гостинцев принесла.
- Сашенька, ты куда бежишь, Сашенька?
- Сашенька.
- Подожди.
- Папа, папа.
- Сашенька.
- А ты куда глядишь?
- Папа.
- Вася.
- Черт.
- Вася.
- Ну что ты так плохо себя ведешь?
- Что такое?
- Ты куда?
- Как куда? В штаб.
- А потом улетаю на четыре дня, ну, может на пять.
- Я с тобой.
- Заберите ребенка.
- Подожди, ну мы же с тобой договаривались.
- Что ты останешься здесь, с моими.
- Мне нечего здесь делать без тебя.
- Я хочу домой.
- Ладно, поехали.
- Папа, папа, пока.
- Что ты с детьми-то так?
- Как так?
- Нормально я с детьми.
- них есть няньки-мамки.
- Пусть ими и занимаются.
- Что, так и будешь теперь, как мачеха?
- Васенька, я выходила замуж за тебя.
- Ты мне тогда ничего про детей не говорил.
- Ну ты же знала, что у меня двое детей.
- Давай сменим тему?
- Хорошо, давай.
- На какую?
- У меня кончились деньги.
- Я же тебе четыре дня тому назад три тысячи давал.
- Что такое сейчас три тысячи?
- Полковник столько в месяц получает.
- Ну, ты же, Васенька, не полковник.
- Ты сам в ресторанах, сколько денег оставляешь, а?
- Ну, конечно я могу и.
- У отца своего занять.
- Так, чтоб не смела занимать у отца.
- Поняла?
- Хорошо.
- Тогда я у подруг займу.
- А у них язычки, знаешь какие, Васенька, длинные?
- Да они по всей Москве разнесут,
- что невестка товарища Сталина побирается.
- Хорошо, я что-нибудь придумаю.
- Придумай.
- Вот эту картину забирайте.
- Эту?
- Нет, не эту.
- Вот эту?
- Вот эту.
- Слушаюсь.
- У нас двенадцать таких.
- Нахрен они здесь не нужны.
- Вот эту статуэтку.
- Есть.
- Коня заберите.
- Есть.
- Вот эту вот скульптуру.
- Есть.
- Катерина Семеновна, простите, пожалуйста.
- Там в коридоре большая корзина стоит.
- Можно мы в нее все складывать будем и сразу вынесем?
- Можно, можно.
- Есть. Давай.
- Катя.
- Отец приедет - скандал будет.
- Ничего, переживет.
- Вот нахрен ему все это нужно?
- Он с Германии вагонами привозил,
- говорил Катюшке приданое.
- Вот она Катюшка.
- У Катюшки денег ни копейки
- муженек все прогуливает и пропивает.
- Я что - голодная должна ходить?
- Я даже туфли себе купить не могу.
- Вы не можете быстрее то делать?
- Есть.
- Здравствуй, пап.
- Садись.
- И жди, пока я закончу.
- Пап, мне деньги нужны.
- Сколько?
- Десять тысяч.
- Десять тысяч - это большая сумма.
- Для чего тебе?
- Ну, ты понимаешь - Катя.
- Взяла много долгов, а мне нужно отдать.
- Александр Николаевич.
- Выдайте.
- Генерал-лейтенанту.
- Василию Сталину.
- Десять тысяч рублей.
- Получишь у него.
- Спасибо.
- И больше за деньгами не приходи.
- Эх, Васька, Васька.
- Генерал.
- А просишь деньги у отца.
- Я тебя понимаю, Кать, я тебя понимаю.
- Ну, ты бы с Василием поговорила.
- Да без толку с ним говорить.
- Прощения попросит, в постель затащит и как с гуся.
- Вода.
- Ну, ведь,
- Так жить нельзя.
- А мы и не живем.
- Мы победу празднуем.
- Ну.
- Ну, что? Все приняли?
- Еще бы.
- Но по тому, как я деньги.
- Потребовал сразу - они с каждой.
- Вещи почти половину стоимости скинули, сволочи.
- Ты отказался?
- Да нет. Я согласился. Вы же сказали деньги срочно.
- Хорошо.
- Вот здесь все
- квитанции, печати, сумма.
- Давай сюда.
- Пятьдесят шесть тысяч, Екатерина Семеновна,
- все точно, можете проверить.
- Пятьдесят шесть.
- Пятьдесят шесть.
- Это много или мало?
- Да это же страшенная сумма.
- А вообще-то я не знаю, Екатерина Семеновна.
- Кому много, а кому мало.
- Спасибо.
- Идите.
- Есть.
- Идите.
- Катя.
- Катя.
- Вася?
- Вася, ты дома? почему ты не на службе? Смотри.
- Смотри, что я купила, смотри.
- Сядь.
- Что это?
- Ты рылся в моей сумке?
- Я достал деньги, хотел положить тебе.
- И еще раз спрашиваю, что это?
-Ну?
- Что-что. Разовый пропуск.
- Разовый пропуск к Берии.
- Ну.
- Что, ну?
- Он просто интересовался, как у нас складывается личная жизнь.
- И для этого он вызвал тебя к себе, правильно?
- Ну, ты и тварь.
- Вася.
- Васенька.
- Ничего не случилось.
- Ну.
- Лаврентий Павлович, он.
- Он очень доброжелательно.
- К тебе относится.
- Вася.
- Васенька.
- Руки убери.
- Пошла вон.
- Приемная товарища Берии.
- Это генерал-лейтенант Василий Сталин.
- Мне срочно нужен Лаврентий Павлович.
- Его нет.
- Он в Кунцево на приеме у товарища Сталина.
- Ладно.
- Оно просто готовится.
- Рубишь труп курицы.
- Только потом.
- Здравствуй отец.
- Лаврентий Павлович, можно тебя на минуту?
- У тебя что - вопрос государственной важности?
- Нет, личное дело.
- Завтра приходи, поговорим.
- Мне нужно сейчас.
- Что с тобой?
- Ты пьян?
- Нет.
- Я просто очень устал, отец.
- И часто ты так.
- Устаешь?
- К сожалению.
- Часто, Иосиф Виссарионович.
- Не перегибай, Георгий.
- Да нет, отец.
- Пошел вон.
- Пошел вон.
- Хорошо, посмотрим.


Серия 9

- Да что ж это такое?
- Здарова, Егорыч.
- Здравия желаю, Василий Иосифович.
- Здарова, Рыжик.
- Ух, ты.
- Егорыч, слушай.
- Ему пролеточку, ладно?
- Я с ребятами тут прокачусь.
- Сделаем, Василий Иосифович.
- Мигом сделаем.
- Егорыч.
- Выпить есть?
- Только самогон. Будете?
- Давай.
- Рыжик мой.
- Сам, что-ли, самогонку-то гонишь?
- Сам.
- Без помощника управляюсь.
- В сельмаге.
- Водочка кусается, а выпить надобно.
- Как тут быть трудящему человеку?
- Ну, давай.
- Галя сюда часто приезжает?
- Не чаще вашего.
- Растут детишки.
- При живых родителях сиротами.
- Я б с этой матери.
- Вон, взял бы кнут.
- Да три шкуры бы и спустил.
- А с отца?
- Да и с отца тоже.
- Ты меня знаешь.
- Василий Иосифович.
- Я душой кривить не умею.
- Много работы, Егорыч, много.
- Папа, папа.
- О!
- Тяжелые-то, какие стали.
- Папочка, курочка или петушок?
- Угадай. А?
- Петушок.
- Смотри, ромашки, вон их сколько.
- Голова кругом идет.
- Кто-то, что-то тебе наговорил, ты сразу поверил.
- Катя переживает.
- Папа переживает.
- Все переживают.
- А я, вот, отпереживал уже.
- Что это?
-Ну, что, ну, что, пропуск, и что?
- Ну, пригласил я ее один раз к себе.
- Что мне, самому, что-ли, на трамвае по гостям ездить?
- Что тут такого?
- Пригласили, поговорили, как дела, как чего и все.
- Странные эти люди.
- Когда кто-нибудь, кого-нибудь спрашивает
- как дела, как жизнь - все нормально.
- Как только Берия спрашивает как дела, как жизнь
- все, кровавый палач.
- А я, между прочим, больше людей освободил, чем посадил.
- Это так, для информации.
- Даже не скрываете, что следили за мной.
- Что я должен скрывать, слушай?
- Я просто спросил.
- Поинтересовался как дела, как живет.
- Все.
- А потом?
- Что потом?
- Что потом?
- Отцу докладываете?
- Слушай, ты знаешь, Вася.
- Твой отец такой человек, ему не надо ничего докладывать.
- Он сам всех насквозь видит.
- Вы хоть понимаете, что теперь я с ней, как с женой, жить не смогу.
- Почему?
- Слушай, что она тебе такое сделала?
- Она что - тебе изменила?
- Она что - с тобой грубо разговаривала?
- Она с подружками о тебе может такое сказать.
- Мало не покажется. Что мужчина.
- Должен на такое вещи обращать внимание?
- А?
- С подругами да.
- Но не с вами.
- До свидания, Лаврентий Павлович.
- Вот тебе и пожалуйста.
- Делай людям добрые дела, все равно будешь виноватым.
- Ну, что, Михалыч?
- Отдашь мне Джеджелаву?
- Ну, никак не могу, Василий Иосифович.
- И сам знаешь почему.
- Лаврентия боишься?
- Есть только один человек в Советском союзе,
- который его не боится, и то ты, Василий.
- Ну, вот я, поэтому и говорю, что Джеджелава будет в ВВС играть.
- Василий Иосифович.
- Ну.
- Я вот о чем хотел попросить.
- Ну, проси, чем смогу - помогу.
- Кого вытащить-то надо?
- Ты про братьев Старостиных-то слышал?
- Конечно, слышал. Кто про них не слышал?
- Вот если.
- Старшего Старостина сможешь
- из Лефортово вытащить - я твой должник.
- По глупости парень попал.
- Дал в морду кому не надо.
- Ну, а дальше знаешь, как бывает?
- Понятно.
- По гроб буду тебе обязан.
- Да что я.
- Тебе вся страна спасибо скажет.
- Ладно, Михалыч, я попробую.
- Ну и ты попробуешь написать бумагу о том,
- что Джеджелава в команде больше не нужен.
- Напишешь, что у тебя и других тренеров хватает, намного лучше.
- Что ты не против,
- чтоб Джеджелава перешел в команду ВВС.
- Тогда я вытащу Старостина.
- Да ты что, Василий Иосифович.
- Да меня же Берия, если он узнает.
- Да ничего тебе Берия не сделает.
- Да он же в футболе валенок.
- Ну, да.
- Ему напели, что Джеджелава.
- Гениальный тренер, вот он и поверил.
- Но он и вправду тренер, каких поискать надо.
- Вот сколько я начальником команды?
- С сорок пятого года я стольких тренеров перевидал.
- А Гиви гений.
- Ну а завтра скажешь, что говно.
- Что игру перестал видеть.
- Да он и сам будет рад, если уйдет из команды.
- Короче.
- Михалыч, я тебя понял, ты меня тоже. Все.
- Разговор окончен.
- Джеджелава.
- Продолжаем.
- Иди сюда.
- Давай поговорим.
- Ну что - готов ко мне переходить?
- На днях направлю в Министерство представление
- о присвоении тебе звания инженера майора авиации.
- Ну, а если кубок возьмешь, то я тебя подполковником сделаю.
- Как только оформят твои документы в отделе кадров,
- так тут-же получим комнату для тебя.
- Ну, сначала, правда, будет комната в коммуналке
- на Верхней масловке, рядом со стадионом.
- Динамо?
- Ну, конечно, Динамо.
- Ну а на следующий год я тебе квартиру сделаю, обещаю.
- Ну, что еще душеньке твоей-то угодно?
- А Берия? Он же.
- Да ничего Берия тебе не сделает.
- Ты ж свободный человек.
- Можешь работать, где хочешь. Играть за ту команду,
- за какую хочешь.
- Ну, ты ж его знаешь.
- А ты меня знаешь.
- Я своих друзей не бросаю.
- Отец будет вечно. Понял?
- Да.
- Спасибо тебе за твою веру.
- В общем, бассейн будет высшего класса. Гораздо лучше этого.
- Благодаря вашим радениям, Василий Иосифович,
- закончим раньше срока.
- И наша команда ВВС будет тренироваться,
- и команда профсоюзов.
- И ЦДК.
- Что - пускать будем?
- Да больше им негде.
- На Москву и Ленинград всего четыре крытых бассейна.
- Ну, что, правильно сделаем.
- Как закончим.
- Сразу планируем провести всесоюзные соревнования.
- Эх, нам бы таких лоханок штук пятьдесят построить,
- тогда бы точно дело пошло.
- Это да.
- Василий Иосифович.
- Нам бы на другой объект пора, боюсь, до вечера не успеем.
- Ну, что ж, поезжайте без меня, осмотрите там все,
- потом доложишь мне.
- Или тебе нянька нужна?
- Никак нет, справимся.
- Смотри, как в оранжевом плывет. Ну, все, поезжайте, давайте.
- Есть, товарищ генерал-лейтенант.
- Держи темп.
- Резче руками работай.
- Ну, все, Капонька, иди, отдыхай.
- На сегодня хватит.
- Девочки, ну что, мои хорошие.
- Где ваш рывок?
- Ну, что?
- Здравствуй, красавица. Будем знакомиться?
- Меня Василием зовут, а вас?
- Капитолина меня зовут.
- Хорошее имя.
- А вы, что, новый помощник тренера?
- С чего вы это взяли?
- Давайте я вам помогу.
- Всем помогаете из воды выбраться?
- Да нет, только особо одаренным. Я, просто, видел, как вы плаваете
- Поэтому не смог пройти мимо.
- Извините, мне переодеваться пора.
- Васильева.
- Очень талантливая спортсменка.
- Неоднократная чемпионка страны.
- Девятнадцать абсолютных рекордов СССР.
- Интересная.
- Ну-ка, притормози.
- Девушка.
- Хотите, подвезем?
- Смотри, стрекоза.
- Стрекоза.
- Молчание.
- Оп.
- Ай, Вася.
- Все, хватит, Капа.
- Все, мир.
- Ну, что?
- Клубничный напиток.
- Натуральный. Высшего качества.
- Держи.
- Неа.
- Я буду кое-что покрепче.
- Вась, Ты можешь хотя бы один день без водки?
- Да, а что люди про меня скажут?
- Какой же ты генерал.
- Если думаешь, что о тебе скажут люди.
- Ну, слабо?
- Мне?
- Да, пожалуйста.
- И что я это огурцом буду закусывать?
- А что? Обязательно закусывать?
- Смотри на природу.
- Дыши свежим воздухом.
- Хороший ты человек, Василий.
- Только охраны у тебя многовато.
- Чего-то языкастая ты стала у меня, Капочка.
- Распустил я тебя.
- Ой, вот возьму и уйду от тебя, Василий Иосифович.
- Никуда ты не уйдешь, ясно?
- Капа, ты чего делаешь?
- Капа, стой.
- Капа.
- Вот, сумасшедшая.
- Догоню кого-то.
- Товарищ генерал.
- Догоню, ведь, Капа.
- Сейчас догонит.
- Не, не догоним. Она же чемпион СССР по плаванию.
- Не догонишь.
- Капа, стой.
- Подожди ты меня, Капа.
- Догоняй.
- Ну, ты сумасшедшая.
- Что?
- Ну что, вытащить тебя?
- Ну, вытащи.
- Не вытащу, пока не поцелуешь.
- Ну ладно.
- Ой, холодно, Капа.
- Скажи, что любишь.
- Ты же знаешь.
- Ну, скажи.
- Ну, люблю.
- Любишь?
- Люблю.
- Ох, холодно.
- Васька-красный.
- Человек опасный.
- Угадал.
- Потрясающе.
- Здорово, правда?
- Как у него получается?
- Браво, Вольф Мессинг.
- Девятьсот шестнадцать.
- Триста одиннадцать.
- Сорок шесть.
- Браво
- Потрясающе.
- Товарищ Мессинг.
- Товарищ Мессинг, а можно я напишу?
- Пожалуйста.
- Да, конечно.
- Спасибо большое.
- Спасибо.
- Так.
- Вы написали дробь.
- Наверху.
- Девятнадцать.
- А внизу стопятнадцать. Так?
- Так.
- Товарищ Мессинг, браво.
- Спокойно, товарищи.
- Спокойнее. А вот.
- Товарищ Мессинг.
- Да.
- Можете мне сказать - сколько у меня в кармане мелочи.
- Если я сам об этом не знаю.
- Попробую.
- Не угадает.
- У вас в кармане три рубля.
- Шестьдесят пять копеек.
- Так. Да. Три шестьдесят пять. Проверяйте.
- Три шестьдесят. А где пятачок?
- Так. Не может быть.
- Этого не может быть.
- Там должно быть три шестьдесят пять.
- Смотрите в другом кармане.
- Точно.
- Браво, товарищи.
- Браво.
- Браво, Вольф Мессинг.
- Браво.
- Обождите.
- Теперь ответьте, пожалуйста, на мои вопросы.
- Назовите мне, пожалуйста, любое число.
- Ну, пять.
- Хорошо.
- А еще одно?
- Десять.
- Спасибо. Я хочу попросить зрителя,
- который сидит в пятом ряду на десятом месте.
- Подняться к нам на сцену.
- Прошу вас.
- Капочка, это же твое место.
- Не пойду я.
- Прошу вас. Ничего не бойтесь, проходите.
- Смелее.
- Спасибо.
- Скажите мне, а что бы вы хотели узнать.
- Об этой красивой молодой женщине?
- Всю ее биографию.
- А захочет ли эта женщина, чтобы.
- Весь зал узнал всю ее биографию.
- Не захочу.
- А что бы вы хотели.
- Сами узнать у маэстро?
- Что у меня будет через три дня?
- Через три дня у вас будут очень крупные соревнования, на которых.
- Вы победите. Да.
- Это так.
- А в личной жизни?
- У меня будут хорошие или плохие перемены?
- В вашей личной жизни.
- Личной жизни будет очень много ярких событий.
- Очень. И хороших, и не очень хороших.
- А поконкретнее нельзя?
- Ну, про вас можно конкретно. Да.
- Вы сегодня вечером будете пить водку с вашим шурином.
- А потом вы с ним подеретесь.
- Товарищ Мессинг.
- К вам можно?
- Ну, конечно.
- Василий Иосифович.
- Можно, заходите.
- Проходите.
- Проходите.
- Здравствуйте еще раз.
- Прошу.
- Спасибо.
- Садись, Капа. Ну вы даете, Вольф Григорьевич.
- Сразу и опознали?
- Удивлен. Честно.
- А е как зовут - можете сказать?
- Конечно.
- У нее прекрасное русское имя.
- Капитолина. Так?
- Правда.
- Аида Михайловна.
- Это мо жена.
- Очень приятно.
- Вам надо в МГБ работать.
- Сразу про всех будете все знать.
- Вась, ну ты же видишь,
- что они и так про всех все знают.
- Ну, в принципе да.
- Вы простите меня, пожалуйста, но.
- Вольф Григорьевич очень устал после концерта.
- Да, конечно.
- Такое напряжение.
- Аида.
- Ну, нехорошо. Ну.
- Не надо. Извините, я слушаю вас.
- Вольф Григорьевич,
- а вы что, правда, и будущее можете предсказать?
- Ну, так.
- Иногда.
- Получается.
- Что? И мне можете предсказать?
- Ваше будущее находится в ваших руках.
- Это, простите, я не понял, это как? Хорошо или плохо?
- Ну, тебе же сказали. Ты сам для себя определишь.
- А она? Что с ней будет?
- А она.
- Будет ваша последняя любовь.
- Ты слышала?
- Ты у меня будешь последняя, Капа.
- Ну, Вась.
- Ну, прекрати, ты что,
- Вольф Григорьевич, вы что пьете? Коньяк?
- Водку? Я сейчас мигом сгоняю.
- Ой, нет, я прошу вас, пожалуйста, никакого алкоголя.
- Василий Иосифович.
- Не переубедишь. Давайте мы.
- С вами как-нибудь.
- Вдвоем встретимся.
- И поговорим, как следует. А?
- Хорошо, ловлю вас на слове.
- Договорились?
- Встретимся обязательно, и вы мне расскажете.
- Как я должен буду распорядиться своей судьбой.
- Кстати, у нас послезавтра футбол.
- ВВС - Динамо - приходите, я вас приглашаю.
- Будете рядом со мной сидеть.
- А?
- Я, кстати, как и мой отец, отказов не принимаю.
- Чтобы обязательно были, Вольф Григорьевич.
- Это когда.
- Будут бегать за одним мячом все?
- Совершенно верно.
- Ой, не люблю я.
- Но приду.
- Ну, давайте.
- Договорились.
- Да. Бобров-то красавец.
- Если бы видели, Вольф Григорьевич, как он в прошлый раз.
- Гол забил. Ух!.
- А кокой Шувалов ему пас отдал сказочный.
- Да, хорошая была тогда игра.
- Но сегодня, я думаю, Вольф Григорьевич,
- будет что-то поинтереснее, я вам обещаю.
- Ну, что, давайте?
- Давайте выпьем.
- За Боброва.
- За футбол и за Севку.
- А какое звание у Боброва?
- Капитан.
- Боброву за игру-то майора пора давать.
- Не спеши, дорогой, не надо баловать.
- Ты ему звание.
- Он играет, ты ему квартиру - он играет.
- А когда подарочки кончатся, он за что играть будет?
- Не будет он играть.
- Я своих в ежовых рукавицах держу.
- У меня все знают.
- За проигрыш я могу лишить.
- И звания, и квартиры.
- И головы - шутка.
- Они у меня из-за страха играют лучше.
- Чем за совесть.
- Так, что забираю я у тебя Боброва. Да, генацвали?
- Такой бриллиант должен быть в моей короне, Василий.
- Давайте выпьем.
- Давайте.
- Как тебя зовут, красавица?
- Капитолина.
- Капитолина.
- Это жена моя, Лаврентий Павлович.
- Слушай, Вася, я за тобой не успеваю,
- ты просто стахановец кокой-то.
- Лаврентий Павлович, давайте о другом.
- Вы, кажется, про Боброва сказали?
- Так вот знайте, Боброва я вам не отдам, Бобров мой.
- Вы лучше познакомьтесь.
- Знаменитый ясновидящий.
- Вольф Григорьевич Мессинг.
- А мы знакомы с товарищем Мессингом.
- Даже очень хорошо знакомы.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте, Вольф Григорьевич.
- Присаживайтесь за мой столик.
- Присаживайтесь.
- Прошу.
- Кстати, гол красивый Бобров забил.
- Может, позовешь его в перерыве? Выпьем по пятьдесят грамм?
- Нечего ему здесь пить.
- Ему еще играть нужно. И вообще, Лаврентий Павлович
- За Боброва.
- Я костьми лягу.
- Слушай, Вася.
- Ты когда с Катей развелся? Что-то я это пропустил.
- Проглядели - да?
- Лаврентий Павлович, а как вы считаете
- с каким счетом ВВС накажет Динамо? А?
- Я думаю с этим вопросом.
- Правильнее обратиться к товарищу Мессингу.
- Это ведь он у нас умеет заглядывать в будущее.
- Да? Вольф Григорьевич?
- Что?
- Ну, так как закончится сегодняшний матч?
- С каким счетом?
- Я не знаю.
- Это трудно сказать.
- Да?
- Я попробую.
- Я думаю, что выиграют те, кто в желто-синей форме.
- Слышишь.
- Матч закончится.
- Три один в их пользу.
- Да. Это три один. Да.
- Ну, что, слышали голос пророка, Лаврентий Павлович?
- Я полагаю.
- Вольф Григорьевич.
- Вы должны помнить.
- Чем расплачивались пророки за каждое неправильное слово.
- О будущем.
- К сожалению они.
- Расплачивались и за каждое правильно сказанное слово.
- Матч начинается.
- На поле приглашаются команда Динамо-Тблисси.
- И команда ВВС.
- На поле разворачивается напряженная борьба.
- Футболисты ВВС рвутся к воротам противника.
- Вот они входят в штрафную зону и.
- Защитник Динамо выбивает мяч из-под ног Тарасова.
- Игроки Динамо пошли в контратаку.
- Декаберидзе делает передачу Орешкину.
- Но тут Бобров перехватывает мяч в середине поля.
- И рывком уходит вперед. Смещается вправо.
- Хорошо Васькина команда играет.
- Да, Василий силу набирает.
- Хозяину нравится, говорит - за ум взялся.
- Думаешь хозяин.
- Его себе на замену готовит?
- Не знаю, но все может быть.
- Народ Ваську любит.
- Армия, кстати, тоже.
- Дайте послушать, в конце концов.
- Догоняет и хватает Боброва за майку.
- Тянет к себе. Бобров на бегу бьет.
- Молодец Васька, самых сильных игроков к себе собрал.
- Как пить дать.
- Побьют они Динамо.
- Если он доберется до хозяйского кресла - пиши пропало.
- Что? Сухари будем сушить?
- Да не преувеличивайте вы.
- Василий занялся спортом и больше ничего ему не нужно.
- Вратарь бросается за мячом, но не дотягивается.
- Гол!
- Ну, что, Лаврентий Павлович, вы лучше на поле посмотрите,
- то-то еще будет.
- Я вам обещаю. Капочка, давай внимательней смотри. Это тебе не.
- Четыреста метров вольным стилем-то плавать. Давай, ребята.
- Давай, мужики.
- Короткие, длинные пасы, игра головой.
- Мяч точно переадресовывается Владимиру Моргании.
- Ничего, ничего. В Динамо тоже не лягушат набрали.
- Сейчас разыграются.
- Акимов подбирает мяч и продолжает двигаться к воротам.
- Бросаются сразу двое защитников Динамо.
- Завязалась борьба.
- И вот уже двое лежат на траве.
- Молодцы.
- Ну, в хоккее молодцы, а?
- Вася.
- Он людей чует. Сердцем чует.
- Молодец, потому что. Широко шагает.
- Как бы штаны не порвал.
- Остановить бы его.
- Ты, Никита, это брось.
- Я в таких делах не участвую.
- Разворачивается - Виноградов закрыт.
- Пас Шувалову. Мяч перехвачен Динамовцами.
- Ну, ну давай, Бобров, давай. Поднимай мяч.
- Давай, Бобров, ну, давай, родной.
- Каких таких делах ты не участвуешь,
- Климент Ефремович?
- Ну, нравится человеку заниматься спортом
- пускай занимается спортом.
- Главное его дальше пускать нельзя.
- Азартен больно и пьет неприлично много.
- Этот молодец, Климент Ефремович,
- по головам пойдет, если что.
- По нашим головам.
- И по твоей тоже.
- Решать надо.
- Как обезопаситься.
- Ну, кому ты пас отдаешь, черт кривоногий?
- Да по краю иди, по краю.
- Ну, давай.
- Ой, Севушка.
- Ну, да отними ты мяч-то, наконец.
- Давай, мужики, собрались, ну, ну, давай, ребята.
- Что ты предлагаешь?
- Ну, это дело не одного дня.
- От него людей убирать надо.
- Ну, тех, на кого он ставку делает.
- Подальше убирать.
- И пусть живет, радуется.
- Хоть до ста лет.
- Победу одержала.
- Команда ВВС.
- Ура!
- Есть, Капочка, есть!
- Вася - это гол.
- Есть победа.
- Ребята, победа.
- Василий Иосифович.
- Поздравляю.
- Вы не обижайтесь, Лаврентий Павлович.
- Какая игра.
- Вольф Григорьевич, давайте к нам.
- Ну, идите сюда, Вольф Григорьевич, разливаем.
- Давайте выпьем, сейчас в раздевалку спустимся, ребят.
- Поздравим, ну а потом поедем.
- В "Метрополь", ну, покутим всю ночь.
- Ту куда хочешь?
- Васенька, я думаю, что
- футболисты устали, им сейчас не до ресторанов, уж мне поверь.
- Ты поучи меня еще сейчас, поучи, давай.
- Ты хоть понимаешь, кого ты учишь-то?
- Если я сказал, что мы гуляем, значит, мы гуляем - поняла?
- Поняла.
- Я благодарю вас за столь приятно проведенное.
- Время.
- Я уверен, что мы с вами встретимся вновь.
- А сейчас.
- Разрешите мне откланяться.
- Счастья вам, милая барышня.
- До свидания, товарищи.
- Это что сейчас такое было?
- Гипноз.
- Наглый жидовский гипноз.
- Может вернуть его?
- Да оставь ты его в покое,
- нормальный он мужик, он, между прочим, нам победу предсказал.
- Все, давай, пойдем.
- Давай, давай.
- Ну, что, ты испугалась?
- Нет.
- Просто ты всем сказал, что я твоя жена.
- А что - ты не хочешь?
- Да, это правда.
- У меня есть жена Катя.
- И есть дети от первой жены.
- И то, что я люблю тебя тоже, правда. И все это правда.
- И первое, и второе, и третье.
- Ну, что, напугал?
- Нет.
- Ну, тогда поцелуй меня в губы.
- Что? При всех?
- А при всех.
- Пошли.
- Ну не томи ты.
- Разливай.
- Давай, давай.
- Давай, за победу.
- За вдохновителя
- и организатора наших побед.
- За нашего дорогого.
- Василия Иосифовича Сталина.
- Ура!
- Ура!
- За Родину.
- За нашу победу.
- Давай.
- За Сталина.
- Ну.
- Что ну?
- Пришел?
- Прости меня, пожалуйста.
- Горе ты мое луковое.
- Пойдем.
- Тебе еще повезло, что отец с матерью к тетке уехали гостить.
- А то б они тебе дали.
- Ехать надо.
- Куда тебе еще ехать?
- Домой переодеться.
- А потом еще к детям.
- Одни они у меня там с няней.
- Как это одни?
- А жена? Катя?
- А что жена Катя?
- Жена у себя.
- Это ж не ее дети, зачем она должна за ними смотреть?
- А потом еще в штаб ВВС на совещании,
- кровь из носу, надо быть.
- Знаешь, что?
- К детям вместе поедем.
- Ну, ладно, все.
- Пора.
- Куда?
- Ты что творишь-то?
- Так.
- Василий Иосифович, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Проходите.
- Ну что?
- Здарова, клопы.
- Знакомьтесь - это Капитолина.
- Новая мама.
- Третья мама.
- Так, я что-то не понял, сейчас выпорю вас. Ну-ка ко мне быстро.
- Вот засранцы мои.
- Какие. Тихо, тихо. Ну, что? Ели?
- Нет.
- Василий Иосифович.
- Так в доме шаром покати, и денег у меня нету.
- Я бы сходила, купила.
- Бровкин.
- Бровкин, живо ко мне.
- Да бегу, бегу, бегу, бегу.
- Так, иди в магазин.
- И купи чего-нибудь, давай.
- Чего купить-то?
- Ну.
- Так, картошки, селедку, мясо, яиц десяток.
- И хлеба.
- Ага.
- Я сделаю вкусный обед.
- Ура!
- Давай.
- Оппа. Ну-ка чего у вас тут?
- Просто играем. Пешка меня бьет.
- Ее мы туда убираем.
- Ходи сюда.
- Я вам тысячу раз говорил.
- Футбольное поле.
- И хоккейная коробка должны быть в каждой авиационной части.
- В каждой, мать душу.
- И тысячу раз вам говорил.
- Что если летчик хорошо соображает на футбольном поле.
- Или хоккейной площадке.
- То и за штурвалом он тоже хорошо соображает.
- Каждый день вам об этом говорю, а у вас все как-то.
- Мимо ушей проскальзывает.
- Вот ты, Иван Гаврилович.
- Я.
- Что-то в последний поход в театр.
- Я тебя не видел.
- Что так?
- Театр не любишь?
- Так возраст не тот
- что бы по театрам шастать.
- И на футбол ты не ходишь.
- И на хоккее тебя нет.
- Живете, как в лесу.
- На свои коряги болотные молитесь.
- Дак это молодым на стадионы и в театры ходить нравится.
- А я.
- Ну, да, ну, да.
- Ты, кстати, дачу-то достроил?
- Какую дачу?
- Ах, дачу.
- Малость осталось.
- К Новому году на новоселье вас позову, Василий Иосифович.
- Сядь.
- Есть.
- Терещенко.
- Я.
- Я.
- А ты новую квартиру-то получил?
- Никак нет, Василий Иосифович.
- Сын получил, очередник.
- Сын.
- Так точно.
- А он, кажется, у нас в штабе работает? Да?
- Так точно, в отделе
- материально-технического снабжения.
- Значит сыну.
- Хорошую квартиру сделал? Да?
- Я здесь не причем, Василий Иосифович. Я вам приносил
- списки очередников, а там была фамилия сына.
- И вы сами подписали.
- Я подписал?
- Так точно.
- А что-то я не помню, Терещенко.
- Подписали, Василий Иосифович, можете не сомневаться.
- А ты знаешь, Терещенко, когда мне бумаги-то.
- Приносить на подпись.
- Хитрый ты.
- А вот я не хитрый.
- Я простой, Терещенко.
- И со всей своей солдатской простотой скажу вам.
- Если к Новому году.
- Не будут закончены эти объекты.
- Футбольные стадионы.
- Поля.
- И хоккейные коробки - уволю вас всех к чертовой матери.
- Уразумели?
- Так точно.
- И чтоб за дополнительными деньгами ко мне не приходили.
- Ищите их там, где вы их зарыли.
- А если не найдете.
- Вам МГБ и прокуратура поможет.
- И тогда уж вам точно.
- Не в запас, а в тюрьму.
- Ясно?
- Так точно.
- Свободны.
- Бровкин. Иди сюда.
- Слушай, сделай мне чайку.
- С лимончиком.
- Ну и закусочки какой-нибудь.
- Ну и давай расписание на весь день.
- Есть.
- Здрасте, Василий Иосифович.
- Здравствуй, здравствуй.
- Борис Михайлович, кто лед заливал?
- Почему так плохо залили?
- Да новенькие напортачили, Василий Иосифович.
- Уволить к чертовой матери, у моей команды должно быть
- все самое лучшее, понятно.
- Слушаюсь.
- Володин.
- Как рука? Не болит?
- Все в ажуре, Василий Иосифович.
- Как говориться - готов к труду и обороне.
- Ну, смотри, не подкачай в Свердловске,
- я на тебя рассчитываю.
- Оправдаю доверие.
- Сделаем свердловчан всухую.
- Ну, иди, тренируйся.
- Ну, что, тренер. Состав на матч в Свердловске определил уже?
- Ну, на Боброва еще заявку в спорткомитет нужно подать,
- Василий Иосифович. Он попозже на поезде приедет.
- Окончательный список сегодня будет.
- Но, кое-какие сомнения еще есть.
- Давай сделаем так.
- В час ночи ты приедешь ко мне в штаб.
- Ну, посидим, поговорим по каждой кандидатуре.
- Слушаюсь, Василий Иосифович.
- Ну, а вы сами-то в Свердловск полетите?
- Шутишь, что-ли? Обязательно.
- Самый решающий матч.
- Работаем, работаем, ребята, работаем.
- А что Василий Иосифович?
- Переживает за нас. Так, собрались.
- Вбрасываю.
- Эх, разок ударить по воротам.
- Ну, так, а в чем дело, Василий Иосифович, пойдемте.
- Да мешать не хочу.
- Да ладно, Василий Иосифович.
- Ребята только рады будут.
- Да?
- Конечно.
- Ну, пойдем.
- Пошли.
- Здрасте.
- Здрасте.
- Сам пошел.
- Ну, хватит, хватит.
- Ну-ка, дай-ка сюда.
- Ну, что, Гарик, готов?
- Ну, держи.
- Гол! Банка. Ну, что, Гарик, получил?
- Ну, что, как расцениваете свердловчан?
- Ну, вообще крепкие ребята.
- Ну, вы же справитесь? Матч-то важный.
- Они насмерть будут стоять.
- Ничего, пробьемся.
- А вот Тарасов мрачный. Сомневается в победе.
- Да, не, Василий Иосифович.
- Его просто другие проблемы волнуют.
- Да ладно, ладно.
- Ну, рассказывай, рассказывай, Тарасов, чего.
- Да у меня, просто, супруга беременна.
- Ну, поздравляем, молодец.
- Помощь через команду выделим.
- Да нет, спасибо, Василий Иосифович, не надо.
- У меня комната восемнадцать метров.
- Соседи - три семьи. Ванна есть.
- Ну а я тебе новую квартиру сделаю, двухкомнатную.
- Вот чемпионат выиграете.
- Считай, что квартира у тебя есть.
- За такое дело, Василий Иосифович, мы все костьми ляжем.
- Ну, тогда я что? Полную кошелку шайб, что-ли, забросаю?
- Молодец, отлично.
- Василий Иосифович, разрешите?
- На память снимок с вами?
- Ну а что? Разрешаю.
- Так, парни, готовимся. Андрей Владимирович.
- Давай бегом, давай к нам.
- Давай бегом.
- Бегу.
- Так, разрешите фотографию на память для потомков.
- Вокруг нашего идейного вдохновителя
- Василия Иосифовича.
- Внимание. Вот так.
- Еще один снимочек, товарищи спортсмены.
- Улыбаемся.
- Там так холодно.
- Вольф, а я была в реперткоме.
- Тебя очень просили зайти.
- Вольф.
- Что с тобой?
- Ты плохо себя чувствуешь?
- Что-то случилось?
- Вольф.
- Вольф.
- Василий Сталин.
- Что с ним?
- Вольфушка, ну объясни что-нибудь, я ничего не понимаю.
- Алло.
- Извините, пожалуйста - это приемная товарища Сталина?
- Это Мессинг Вольф Григорьевич.
- У меня к вам огромная просьба.
- Не могла бы вы соединить меня с товарищем Сталиным?
- Этот номер.
- Дал он мне при нашей последней встрече.
- И сказал.
- Звонить, если случится.
- Очень важное. Так вот и.
- Я бы не стал его беспокоить по пустякам,
- но это очень важно, потому что дело касается его сына.
- Василия.
- Хорошо.
- Я жду.
- Что произошло с Василием?
- Не произошло, но может.
- Алло.
- Да, товарищ Поскребышев, слушаю вас внимательно.
- Я живу в гостинице "Москва".
- Там же, да.
- Хорошо.
- Я буду на месте.
- Ты, ты присядь.
- Ну?
- За мной сейчас приедут
- Вот.


Серия 10

- Вы уверены в том, что говорите,
товарищ Мессинг?
- Да.
- Уверен, товарищ Сталин, я.
- Сидите.
- Вольф Григорьевич, пожалуйста, сидите.
- Значит.
- Если он завтра.
- В Свердловск поедет поездом.
- Он будет жив?
- Да, товарищ Сталин, он будет жив.
- А остальные?
- Что остальные?
- Что же делать остальным?
- Спортсменам, Вольф Григорьевич?
- А?
- Остальные, значит, вылетят.
- Самолетом и погибнут?
- Ой, я.
- Нет, просто судьба остальных спортсменов.
- Мне не известна.
- Разве такое может быть?
- Я просто думал про.
- Вашего сына, все время думал только про него.
- Ну конечно.
- Как де я не догадался, ну, конечно.
- Рейс самолета нужно отменить.
- Конечно, Вольф Григорьевич.
- Или пусть полетят?
- Нет, что вы,
- Что вы. Поездом.
- Вся команда пусть едет поездом.
- Только поездом.
- Иосиф Виссарионович.
- Это хорошо.
- Это хорошо, что.
- Вы так близко.
- Воспринимаете.
- К сердцу судьбу моего сына.
- Это.
- Наверное, от того происходит, что вы близко к сердцу
- принимаете и мою судьбу.
- Да, но.
- Я хочу сказать, что.
- Ваша судьба.
- Не вызывает у меня тревоги, вот.
- Как и собственно и судьба страны.
- Которая стала для меня второй родиной.
- И это благодаря вам. Спасибо.
- Скажите.
- Вы.
- По-прежнему.
- Живете в гостинице "Москва"?
- Да.
- Мы по прежнему живем в гостинице "Москва".
- И нам так нравится, да.
- Ну, хорошо.
- Хорошо, Вольф Григорьевич.
- Мы.
- Подумаем, как решить.
- Ваш квартирный вопрос.
- Спасибо вам.
- До свидания, товарищ Мессинг.
- До свидания, товарищ Иосиф Виссарионович.
- До свидания.
- Значит поездом.
- Да?
- Да.
- Поездом, конечно.
- До свидания.
- До свидания.
- Соедини с Берией.
- Лаврентий Павлович.
- Сейчас у меня был Мессинг.
- Не забыл еще товарища Мессинга?
- А?
- Он говорит, что.
- Василий.
- Не должен лететь завтра самолетом.
- Говорит, беда будет.
- Ты поспособствуй, чтобы он.
- Поехал поездом, а не самолетом.
- А остальные пусть летят.
- Иначе как мы.
- Убедимся в том, что Мессинг был не прав?
- Твою налево.
- Опаздываю.
- Бровкин.
- Бровкин, твою ж налево.
- Почему не разбудил?
- Бровкин, что оглох, что-ли?
- Бровкин.
- Ну, я тебе устрою кузькину мать.
- Так, все.
- Бровкин.
- Бровкин, что за дела?
- Вот собака.
- Ничерта себе.
- Вот вы подлецы.
- Да вы у меня все под трибунал пойдете.
- Бровкин, твою налево, открывай, давай.
- Я вам головы всем поотрываю, слышишь?
- А ну открывай, Бровкин.
- Я знаю, что ты там, Бровкин.
- Бровкин, открой, открывай, собака.
- Давай, ходи.
- Сколько можно ждать?
- Слоном ходи, Юр.
- Дай подумать.
- Я сейчас слоном пойду, а он мне вот так вот ладьей по краю раз и.
- И шах будет.
- Осторожный.
- А ты со своей женой тоже осторожный?
- А ты уверен, что у тебя один родится, а?
- Может парочка?
- Барашек, да Ярочка.
- Да ну вас.
- Чего ржете-то? Чего ржете?
- Девка с парнем - хорошо ж будет.
- Раз мужик отстреляется и свободен.
- Нет. Доктор говорит, один будет.
- Я думаю, будет пацан.
- Откуда знаешь?
- Так чутье у меня.
- А.
- Да и жена говорит.
- Что он так брыкается, как я.
- Голы забивает.
- Пацан, пацан будет.
- Потом с супругой еще пятерых настрогаем.
- Во дворе детишек соберем, и будет у меня хоккейная команда.
- А я тренером. А что?
- Нарожаете, а потом, сколько их еще кормить надо будет?
- Пока они до клюшки дорастут.
- Ничего, прокормим.
- Они у меня еще канадцев.
- В пух и прах разобьют.
- Ладно, не отвлекайся.
- Тренер, тоже мне.
- Ты нападающий.
- Так что давай, ходи.
- Нападай.
- Точно.
- Ну, раз хочешь.
- То на тебе.
- Шах.
- А ты думаешь, мы раньше-то до канадцев не доберемся?
- Да легко.
- Нам всего-то надо чемпионат выиграть,
- а на будущий год на олимпиаду поедем.
- И уж там мы с канадцами схлестнемся. Да, мужики?
- Василий Иосифович говорит, что мы лучшие.
- Мы сейчас в Свердловске посмотрим, сначала,
- какие вы лучшие.
- Если не так сыграете - на себя пеняйте.
- Василий Иосифович на разборах полетов крут бывает.
- По себе знаю.
- Борис Михайлович,
- а ведь он с нами хотел лететь. Чего не полетел-то?
- Дела какие-нибудь задержали.
- Да вы не расслабляйтесь - он к игре-то будет.
- Ну чего задумался-то?
- Ходи, давай.
- Сам полчаса сидел, а тут давай ходи.
- Сейчас.
- Хожу.
- Ну, тогда.
- А я тогда.
- Вот так.
- Мат.
- Не, ну ты хитрец.
- Дай подумать.
- Да, Юрок, не на тех полях ты честь.
- Советского спорта защищаешь.
- Вот это вираж.
- Я пойду, спрошу, что это у них за танцы такие.
- Закатилась.
- Эй.
- Эй.
- Эй, там.
- Когда садимся-то? А?
- Да сели бы уже давно, внизу посадки не дают.
- Сейчас еще пару кругов навернем и обязательно сядем.
- Вы не волнуйтесь, нормально все будет.
- Ну, все, расслабьтесь.
- Сейчас садиться будем.
- Шахматы-то убрали.
- Нашел.
- За лавку держись, папаша.
- Не дай бог отобьешь, чего не надо.
- Команду-то не нарожаешь.
- Неужели он меня обманул?
- Вольф.
- Я только что узнала, мне.
- Сказала дежурная по этажу.
- Что самолет с хоккеистами.
- Разбился в Свердловске.
- И они все погибли.
- Я знаю.
- Команда.
- Вы же моя команда.
- Как же так?
- Как же вы меня оставили-то?
- Гарик.
- Я только сейчас понял - ты же специально ту шайбу пропустил.
- Ну, когда мы играли.
- В последний раз.
- Хитрый.
- Подыгрывали мне, да?
- А я-то думал.
- Кто вы без меня.
- Играли в своих командах.
- А я вас всех собрал. Лучших у себя.
- Думал, если лучших собрал.
- То команду лучшую создал я.
- Дурак я, ребята.
- Дурак.
- Это ж вы лучшую команду создали.
- Вы, а не я.
- Вот теперь нет вас.
- И команды нет.
- И ничего у меня не осталось.
- Ты один из команды остался?
- Еще Витя Шувалов.
- Коля Кольчугин и Саша Виноградов.
- Повезло ребятам.
- Ты-то, почему не полетел?
- Так у меня два пальца на левой руке сломаны.
- Как же ты тогда тренировался?
- Играл.
- Играл как-то.
- А как лететь.
- Тренер и главврач ни в какую.
- Я даже на аэродром приехал, думал в суматохе сяду.
- Еремин увидел - не пустил.
- Теперь я ему по гроб обязан.
- Была команда.
- И нет команды.
- Семьям надо бы помочь, Василий Иосифович.
- А ты что думал, что я забуду помочь?
- Нет, конечно.
- Это я так сказал.
- К слову.
- Здрасте.
- Спасибо вам большое, я очень рада, правда.
- Спасибо, до встречи.
- Васенька, а ты что здесь? Здравствуй.
- Да вот решил поглядеть, как ты тренируешься.
- А я смотрю, ты все с мужиками лясы точишь?
- Да ты что? Какие мужики? Это тренер мой, не узнал?
- Ну не баба ж твой тренер-то.
- Ну и что вас так развеселило?
- Расскажи, я тоже посмеюсь.
- Я тебе рассказать не успела.
- Вась, мне звание присвоили.
- Заслуженного мастера спорта.
- Интересно.
- И что, в тожественной обстановке будут поздравлять?
- Ну, конечно.
- И значок вручать будут.
- Так, садись в машину, по дороге поговорим. Давай, давай.
- Ну, ладно.
- Васенька, представляешь, он мне еще сказал,
- что я смогу на олимпиаду полететь, только нужно выиграть.
- Выйди, покури.
- Все, хватит, Капа, наигралась.
- Ты уходишь из спорта.
- А на олимпиаду пусть другие летят.
- Нечего моей жене перед всеми.
- Ногами крутить.
- Жене?
- У тебя, что, жена есть?
- А ты мне кто?
- Вообще-то мы не расписаны.
- Хорошо, сегодня распишемся.
- А завтра ты пишешь заявление в комитет и отказываешься
- от всех соревнований. Это я так решил.
- Понятно.
- Теперь слушай, что я решила.
- Расписываться мы не будем.
- Я буду делать так, как я решу.
- Это мы еще посмотрим.
- Да ты теперь без моего ведома шага ступить не сможешь.
- Пусти
- Сиди, я тебе сказал.
- Пусти.
- Сиди, я сказал.
- На, смотри, я уже два шага прошла, без тебя.
- Я и до тебя сама шла, и дальше буду сама идти.
- Туда, куда я решу.
- Поехали.
- Ничего, ничего, приползешь.
- Полковник Новожилов, здравия желаю.
- Ты кто такой?
-Начальник Охраны Иосифа Виссарионовича Сталина.
- А Власик где?
- Дома, товарищ генерал-лейтенант.
- Генерал Власик.
- Отстранен от должности.
- Ожидает перевода на новое место службы.
- Да он дома, не беспокойтесь.
- Товарищ Сталин сейчас занят.
- Вам придется подождать.
- Что, может, дашь мне пройти, или я здесь должен стоять и ждать?
- Проходите.
- Свободны.
- Здравствуй, пап.
- Ты почему не предупредил, что придешь?
- Да я сюрприз тебе хотел сделать.
- Вот.
- Поздравить с днем рождения.
- Смотри.
- Смотри, как красиво.
- Видишь?
- А?
- Это мне на что?
- Да это подарок, пап.
- Хочешь отправить меня на пенсию?
- Какая пенсия?
- Ты зачем пришел?
- Я же вижу - не просто так.
- День рождения.
- Что у тебя там?
- Меня отстранили после того парада.
- Хорошо, что ты не под арестом.
- Тебя направили.
- В академию.
- Полгода, как должен учиться.
- А тебя там еще ни разу и не видели.
- Что я там должен делать, в этой академии?
- Я генерал-лейтенант. С кем я там за одной партой должен сидеть?
- С капитанами? С майорами?
- Ай яй яй, генерал.
- Ты забыл, сколько тебе лет?
- Что?
- Погонами попрекаешь?
- А я за званиями не гнался.
- Я в Катче, так же как и все, учился.
- И воевать я тоже хотел честно, как и все.
- И два своих самолета я тоже сам сбил.
- Всю жизнь мне только и говорят.
- Ты сын Сталина, сын Вождя, Отца народов.
- А сам-то я кто, папа?
- И никто.
- Я только твой сын.
- И ты ни разу не дал мне возможности.
- Быть собой
- Просто вот быть самим собой.
- Я, вот, даже, подарок тебе принес.
- Чтоб поздравить тебя с днем рождения, а ты.
- Спасибо, что поговорили.
- Папа.
- Постой.
- Постой.
- Ты на отца зла не держи.
- Николай Сидорович, а ты-то сам как?
- Вот за что тебя сняли?
- Ты же родной нам.
- Я уж не знаю, что там случилось, с чего я вдруг.
- У Иосифа Виссарионовича из доверия вышел.
- Кто-нибудь, что-нибудь стукнул, какую-нибудь
- гадость подпустил про меня - он и поверил.
- Но я не в обиде.
- На кого обижаться? На самого товарища Сталина?
- Он для меня бог был.
- Молился на него.
- Да он и сейчас для меня бог.
- Вся эта шушера, все эти.
- Хрущевы, Маленковы, Молотовы, Кагановичи, Булганины.
- Они ж в подметки ему не годятся.
- Маленькие людишки.
- Ну а Лаврентий Павлович?
-Этот?
- Хитрая сволочь.
- Иосиф Виссарионович ему доверял, но не любил.
- Я это много раз замечал.
- Не любил.
- А Ворошилов?
- Буденный.
- Вот этих любил, особенно Ворошилова.
- Вот кто рядом с ним остается, Вась.
- Пьяницы и обжоры.
- Я тоже пьяница.
- Ты - другое.
- Таких пьяниц пол России. Ты хоть воевал.
- Два фашистских самолета сбил. Девяносто.
- Сколько?
- Девяносто семь.
- Девяносто семь боевых вылетов.
- Полком командовал, дивизией. А этот?
- Хрущев.
- Сволочь, в Киеве расстрельные списки сотнями подписывал,
- А после на Иосифа Виссарионовича валил,
- дескать, это решение товарища Сталина.
- А когда товарищ Сталин узнал,
- так он на коленях перед ним ползал.
- Не виноват, мол.
- Бес попутал.
- Плакал.
- Сопли на кулак наматывал.
- Откуда знаешь?
- Да видел сам.
- На ближней даче.
- Я много чего знаю, Вася.
- Помяни мои слова.
- Скоро они друг дружке горло рвать станут.
- Как стая шакалов.
- И тебя не пощадят.
- Поэтому будь осторожен.
- Не говори лишнего, на рожон не лезь.
- Понимаешь, о чем я?
Да понимаю, понимаю.
- Николай Сидорович.
- Спасибо тебе большое.
- Ты ж со мной нянчился все время.
- Из разных передряг меня вытаскивал.
- Я ведь все помню.
- Меня не будет, и хозяина не станет.
- Ну, что, Васенька?
- Показал свою власть?
- Совесть не мучает?
- Не кричи - люди услышат. О чем ты?
- Да. С каких это пор ты людей стал бояться? Пусть слышат.
- Не дали мне значок.
- И звание заслуженного мастера отозвали.
- Сказали ошибочка вышла. Вот такая вот смешная ошибочка.
- Да, Васенька, ты можешь позвонить, кому надо,
- и меня закроют на замок и вообще.
- Из спорта выгонят.
- Только это ничего не изменит.
- Я свои победы сама заработала на соревнованиях, без тебя.
- И не за медали я боролась, а за страну.
- За команду свою билась.
- А цацку эту, значок, который мне не дали,
- можешь, знаешь, куда себе засунуть?
- Мало тебе наград? На, бери.
- Совсем страх потеряла?
- Ты вообще соображаешь, на кого ты бросаешься?
- А что ты мне.
- Сделаешь? Прогонишь меня?
- Так я сама уйду, мои руки, ноги при мне.
- Я этих побрякушек еще знаешь, сколько заработаю?
- Я Васильева и я тебе не жена, так что не пугай меня. А ты кто?
- Сталин? Так это папа твой Сталин, а ты Васька-пьяница.
- Капа, Капа.
- Капа, Капочка, родная моя.
- Что ж ты так, Капа?
- Бровкин, врача давай.
- Капочка.
- Я ж не специально, ты ж сама.
- Капа.
- Капа.
- Бровкин.
- Доктор, ну что вы смотрите, сделайте что-нибудь.
- Не кричите на меня.
- Что здесь случилось? Кто ее так?
- Да это я виноват, доктор.
- Я вас умоляю, помогите, спасите ее.
- Готовьте операционную.
- Доктор, ну сделайте что-нибудь.
- А вы ждите здесь.
- Васильков, на перевязку пойдем.
- Товарищ, нельзя здесь курить.
- Простите, Капа.
- Капочка. Доктор, что с ней?
- Видеть она будет, глаз ей удалось спасти.
- Но больше она не будет
- выступать на спортивных соревнованиях.
- Страна потеряла выдающуюся спортсменку.
- Как жаль.
- Капа.
- Капочка, родная моя.
- Ты уж прости меня, я.
- Я ж боялся за тебя.
- Ты понимаешь, ребята все разбились, а когда ты сказала,
- что на соревнования полетишь, так у меня.
- Такое затмение в голове было.
- И ж дурак.
- Решил мужскую силу показать. Кому?
- Капа, Капа.
- Родная моя, ты посмотри на меня.
- У нас все с тобой будет хорошо. Слышишь?
- Ты, главное, прости меня.
- Я больше тебя никогда не обижу.
- И никогда не трону.
- Ты, главное, прости меня.
- Ты слышишь?
- Я тебя простила.
- Уходи.
- Насовсем.
- Алло, да.
- Кто это?
- Василий, мне мой человек позвонил.
- Говорит, что хозяину плохо.
- Без сознания.
- Николай Сидорович.
- Как же так?
- А что делать-то? Давайте я сейчас приеду,
- Николай Сидорович.
- Вася, не суетись, жди.
- Не суйся туда сейчас, тебя не пустят.
- Просто жди, ты понял меня?
- Да, да, да, я понял.
- А что если.
- Алло, алло.
- Черт.
- Мужайся, Василий, мы с тобой.
- Ах, Василий, горе-то, какое, горе.
- Где он?
- Там.
- Здравствуй, дорогой.
- Где он?
- Там, у себя. Подожди.
- Вась, пускай сначала с ним врачи поработают.
- Вась, Вася.
- Коньяк любишь, как грузин, а пьешь, как русский.
- Стаканами и не закусываешь.
- Давай, поешь, ты видишь - это все наше.
- Каждое утро самолет из Тбилиси прилетает.
- Давай, поешь.
- Мне уже все равно.
- Я таких слов не понимаю.
- Ты права не имеешь на такое слова.
- Сегодня не только тебе тяжело.
- Вася, всем тяжело.
- Ты что? Наше правительство не знаешь?
- ЦК наш не знаешь? Гадюшник.
- Когда был жив отец.
- Он их в кулаке держал.
- А сейчас, вон, разбежались.
- По углам, как тараканы, только сидят там, шипят и.
- Решают, кого первого сожрать.
- Меня, наверное.
- Тебя?
- А что? Не за что?
- А что есть за что?
- Есть.
- Ну, расскажи.
- Не стесняйся.
- Вася, другу своего отца расскажи.
- Никого не бойся. За что?
- За то, что я сын Сталина.
- За то, что я знаю, что они его убили.
- Вася, я, конечно, понимаю, что.
- Такое горе.
- Может любому человеку мозги повредить.
- Но ты окончательно.
- В дурака не превращайся.
- Чушь.
- Глупость, которая тебе может стоить жизни.
- Это я тебе говорю.
- Человек, у которого ты сидел.
- Маленьким на коленях.
- Ладно, Лаврентий Павлович.
- Давайте.
- Не будем об этом больше.
- Можно?
- У тебя налито.
- Извини.
- Мои, мои, мои инициалы.
- Не думай, не украл у какого-то князя.
- Сам взял, приказал.
- Мне вышили, а что? Я что права не имею?
- Имеете, Лаврентий Павлович, имеете.
- Вася, я тебя очень люблю.
- Как своего сына.
- И я тебя буду защищать.
- До конца.
- Мамой клянусь.
- Спасибо
- Помни об этом.
- Лаврентий Павлович.
- Да, дорогой.
- А что теперь будет?
- От тебя зависит.
- Все зависит от тебя, дорогой.
- Сейчас.
- Сиди тихо и не высовывайся.
- Давай.
- Давай, дорогой.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Здравствуй, Галь.
- Здравствуй, Вася.
- Чего в ресторан не зашла?
- Я сидел, ждал.
- Ты же знаешь - это.
- Место первого нашего с тобой свидания.
- Как-то не хотелось, больно было.
- Понимаю.
- В Зубалово поедем.
- Спасибо, Вась.
- Ты знаешь, я так соскучилась по детям.
- Галь, ты знаешь, я тут подумал.
- Забирай детей к себе.
- Это как?
- Насовсем?
- Да, да, насовсем.
- Машину выделю, деньгами помогу.
- Спасибо.
- Ну, все, все, все, Галя.
- Прости.
- Да, нет, это ты меня прости, если сможешь.
- Да я давно простила, Вася.
- Садись в машину.
- Все, езжай.
- Пойдем.
- Вася.
- Что?
- А дети знают, что я приеду?
- Нет, не знают, Галя.
- Как я волнуюсь.
- Надь.
- Ну, посмотри на меня.
- Правда на папу похож?
- Не похож.
- Зачем тебе папин китель?
- Сто раз говорила, положи на место.
- Ну, как не похож. Я же.
- Я же в зеркало смотрел, правда, похож.
- Не похож.
- Да ты посмотри внимательно. Вот так вот.
- Нет, не похож.
- Саша, Надя.
- Смотрите, кого я привез.
- Дети мои.
- Мама.
- Мама.
- Наденька, Сашенька.
- Не плачь.
- Как я рада вас видеть.
- Вы теперь будете жить с мамой в Москве.
- В квартире.
- Папа.
- Ты ведь с нами будешь жить?
- Нет, Наденька.
- Но я буду приезжать.
- Обещаю.
- Мы скучали.
- Какие вы взрослые.
- Товарищ Маленков.
- Командир авиации Московского авиационного полка
- Василий Сталин, по вашему распоряжению прибыл.
- Вольно, Василий Иосифович, вольно.
- Присаживайтесь.
- Как вы себя чувствуете?
- Нормально
- Ну, и зачем вызывали?
- Хочешь сразу.
- К делу?
- Давай сразу к делу.
- Ну, давай, Маленков, давай.
- Ты что мне тычешь?
- Я тебе что?
- Сват, брат?
- Раньше тыкал - ты не обижался.
- Встать.
- Смирно, генерал-лейтенант.
- Виноват, товарищ Маленков.
- Исправлюсь.
- Садитесь.
- Да уж вижу, не исправитесь.
- Вот. Жалобы на вас потоком.
- Хамство, рукоприкладство, пьянство.
- Требуют снова разобраться с причинами катастрофы.
- Ил двадцать восемь.
- На первомайском параде год назад.
- Так ведь разбирались уже.
- Отец лично разбирался.
- И отец меня наказал.
- Генералиссимус Сталин меня наказал.
- Или вы что? Хотите пересмотреть.
- Решение самого Сталина?
- Возникнет необходимость.
- Пересмотрим.
- Да.
- Роль вождя на себя хотите примерить?
- Товарищ Маленков?
- Далеко ж вам, товарищ Маленков, до Сталина.
- Из вас такой же Сталин, как из говна пуля.
- Что?
- Прекратить немедленно.
- Что вы себе позволяете?
- Ведете себя, как фигляр.
- Привыкли быть любимчиком? Все.
- Кончено. Теперь другие настали времена.
- Какие времена?
- Хватит валять дурака - сами знаете какие.
- Только из уважения к памяти к вашему великому отцу.
- Я не стал делать никаких дисциплинарных выводов.
- Хотя на Политбюро этот вопрос решался.
- Какое решение приняло Политбюро?
- Вот приказ о вашем новом назначении.
- Ознакомьтесь.
- Значит Томск?
- Начальником летной школы?
- Вообще-то на Политбюро было мнение.
- Арестовать вас.
- И судить за незаконное самоуправство.
- Разбегались мыши, когда кот-то помер.
- Товарищ генерал-лейтенант, я вас предостерегаю.
- За оскорбление членов Политбюро.
- Можете очень строго ответить.
- Поэтому.
- Предлагаю вам немедленно отбыть
- к месту своего нового назначения.
- И приступить к своим обязанностям.
- Я вас больше не задерживаю.
- Считайте это моей отставкой.
- Ладно.
- Никита Сергеевич.
- Маленков, приветствую.
- Как дела?
- Хорошо.
- А ко мне тут.
- Сынок заходил. Охамел.
- Вконец уже.
- Он на меня.
- Руку поднял.
- Как я его арестую?
- Берия крик поднимет, да и Ворошилов.
- Они же этого сопляка на руках носили.
- Им дороги воспоминания.
- Знаешь что? Я предлагаю этот.
- Вопрос как-то коллективно решить.
- Готов собрать Политбюро.
- И разобраться со всем этим.
- Да, да, Николай Александрович.
- Я тоже помню Василия с детства.
- Я тоже его на руках таскал, мороженным кормил.
- Но ведь всякому терпению приходит конец.
- Это что ж.
- От одного натерпелись, теперь другого терпеть будем?
- Нет уж, хватит.


Серия 11

- Фронтовая коняка, Семен Михайлович.
- Берег, как память.
- Здесь оставлять - пустят сразу на колбасу.
- А, ведь, жалко.
- Вот как объяснить коню,
что другие времена настали?
- Семен Михайлович.
- Возьми коня?
- Ну, пусть он еще маленько поживет хорошей жизнью.
- Ну, ведь, заслужил.
- Я его на центральный ипподром определю.
- Под мой пригляд. Ему там хорошо будет.
- Иди сюда.
- Глядеть в оба.
- Есть, глядеть в оба, товарищ маршал.
- Доставим в лучшем виде.
- Не извольте беспокоиться.
- Прощай, Рыжик.
- Езжай с богом,
- Идем, Рыжик.
- Пойдем к машине.
- Ну, а будешь скучать.
- Приходи на ипподром.
- Навещай.
- Сахарком его.
- Лакомить будешь.
- Держись подальше.
- От этой шайки.
- Сожрут.
- Держись.
- Сильно припрет.
- Звони.
- Чем смогу - я помогу.
- Спасибо.
- Они всем сказали, что он сам. Товарищ Сталин и сам.
- Они чего думают - я не знаю, кто его убил?
- А я знаю, они настоящие враги народа.
- Сидят сейчас в его кабинете ручонки потирают.
- Ну, пусти ты меня.
- Руки свои убери.
- Пошел вон отсюда.
- Все в порядке, гражданочка, все в порядке.
- Ты чего? Ты чего суетишься-то? А?
- Боишься, что они меня расстреляют?
- Не расстреляют - не бойся.
- У них ручонки для меня коротки. Понял?
- Чего ты молчишь?
- Василий Иосифович.
- Не вы говорите, а водка за вас говорит.
- Поехали.
- Сколько мы можем это терпеть?
- Саркисов мне докладывает.
- Вчера в "Арагве".
- Василий кричал на весь ресторан - Берия убил моего отца.
- Хрущев убил.
- Они все там заодно.
- А мы, значит, будем молчать? Да?
- Если был жив товарищ Сталин.
- Что было бы с таким человеком часа через два? А?
- Молчите?
- Странное молчание, товарищи.
- Значит кому-то можно.
- Позорить наши имена на всю страну.
- Руководство, можно сказать.
- Партии, государства.
- Позорить, а мы будем молчать. Да?
- Не кричи, Лаврентий Павлович.
- Какие у тебя будут предложения?
- А у тебя какие будут предложения?
- Вячеслав Михайлович? А?
- А у тебя, Никита Сергеевич?
- Что вы здесь все молчите?
- Сядь. Сядь.
- Что ты предлагаешь?
- Я так понимаю.
- Антисоветская.
- Пропаганда, агитация. Статья пятьдесят восемь, часть первая.
- Значит это по твоей части, Лаврентий Павлович?
- Ты ведь у нас за государственную безопасность отвечаешь?
- Да. Я отвечаю.
- Ну?
- Я его арестую.
- Тихо, тихо, да погоди ты.
- Ну.
- Арестую, но.
- После того.
- Как услышу ваше мнение по этому вопросу.
- Да.
- Мы все его знаем с детских пор.
- И все его.
- Гладили по волосам.
- Дергали за щечки.
- И приносили конфеты.
- Я не гладил.
- И не целовал.
- А, может быть.
- Ты с ним поговоришь, Никита Сергеевич?
- Нет.
- Пусть Лаврентий Павлович поговорит.
- Ну, он дружил с Василием.
- На футбол вместе ходили.
- Ну, поговори, Лаврентий Павлович.
- Ну.
- Очень тебя все просим.
- В последний раз.
- Предупреди его.
- Капочка.
- А ты откуда здесь? Ушла и ушла.
- Чего явилась-то?
- Ладно, Вась, нечего уже делить.
- Это точно.
- Скоро вообще делить нечего будет.
- Зачем пришла-то?
- Подумала, что я тебе сейчас нужна.
- Была нужна.
- Два месяца назад.
- А сейчас мне только пиво нужно.
- Эх, черт.
- Послал гонцов на завод.
- Три часа уже их нет.
- Слушай, Кап.
- Ты можешь позвать кого-нибудь?
- Слышишь.
- Слышу.
- Эх.
- Пропала жизнь наша кромешная.
- Вызывали, Василий Иосифович?
- Да вызывал, вызывал.
- Ты кого за пивом-то послал?
- Рядовых их охраны, товарищ Сталин.
- Ну и где они?
- Не могу знать
- Может на пивзаводе.
- Задержка какая случилась?
- Какая еще задержка?
- Должны уже приехать.
- И дороги ни черта не видно.
- Ели все загораживают.
- Так, слушай мой приказ.
- Снаряди солдат.
- Топоры, пилы им в руки.
- И чтобы в начале дороги все ели по срубали. Ясно?
- Зачем?
- Я ж тебе говорю - дороги ни черта не видно.
- Везут пиво или нет.
- Выполняй.
- А не вопросы задавай.
- Есть.
- Поберегись.
- Все, свободен. Чтоб к обеду был коньяк. Ясно?
- Выполняй приказ.
- Есть.
- Плохо тебе.
- Плохо.
- Ну, держись.
- Легко сказать.
- Вся эта сволочь, которая раньше у меня в ногах валялась.
- И пятки мне лизала.
- Сейчас глотку начнут грызть.
- Да кто?
- Да все.
- Все, кому ни лень.
- Сталин слушает.
- Василий Иосифович.
- Вас беспокоят из приемной товарища Берии.
- Лаврентий Павлович просит срочно явиться к нему.
- Ну, вот и началось.
- Бария к себе вызывает.
- Приглашали, Лаврентий Павлович?
- Приглашал, приглашал. Присаживайся.
- Значит вчера.
- На заседании Политбюро.
- Поднимали твой вопрос.
- Вопрос?
- А у меня нет никаких вопросов.
- Да.
- А вот у членов Политбюро есть.
- И все они касаются твоего.
- Морального политического облика, Василий.
- Политического?
- Это что-то новое, Лаврентий Павлович.
- Что, врага народа из меня, значит, хотите сделать? Да?
- Ты уже сам из себя сделал врага народа.
- Пьянствуешь, дебоширишь, сквернословишь,
- по бабам гуляешь,
- Позоришь имя своего великого отца.
- Кто? Я позорю?
- Сядь.
- Кто позор?
- Сядь, я тебе сказал.
- Да это вы.
- Позор моего отца.
- Что, забыли?
- Как вы ему все жопу-то лизали?
- А?
- Малютку Скуратова из себя корчил.
- А сколько по вашей вине солдат полегло? А?
- А он вам все прощал. Все.
- Что - тоже забыл?
- А чего ты меня на Ближнюю не пустил, когда я приехал?
- А?
- Да потому, что он уже тогда мертвый лежал.
- И врачей ты пустил, когда он уже умер.
- Да вы все это знали.
- И Хрущев, и Молотов, и Ворошилов.
- Вы все позор моего отца.
- Вася.
- Ты сколько выпил, прежде чем сюда придти?
- Что - убить меня хотите?
- Кому ты нужен?
- Генерал запаса.
- У тебя, вон, хорошая квартира.
- Замечательная пенсия. Живи, радуйся, дыши свежим воздухом.
- А?
- А что я делать-то буду?
- Что хочешь, то и делай.
- Вот, в футбол играй, пожалуйста.
- Хоккей. Ты же это любишь.
- Давай, поднимай советский спорт.
- Что? Не устраивает?
- Хорошо, это я могу.
- Ну и замечательно.
- Только это все.
- Можно будет, если ты выполнишь два условия,
- которые мы тебе ставим.
- Кто это - мы?
- Мы.
- Это члены.
- Политбюро.
- Центрального комитета коммунистической партии
- Советского союза.
- Первое условие.
- Держать язык за зубами.
- В силу того, что касается отношений товарища Сталина.
- С руководителями партии правительства.
- Раз и навсегда.
- А если ты все-таки.
- Распустишь свой.
- Болтливый глупый язык.
- Как это ты делаешь все время.
- То должен знать, что пойдешь по статье пятьдесят восемь.
- За клевету на членов партии правительства.
- Да тебя это дошло?
- Василий Иосифович?
- Дошло.
- Хорошо.
- Второе условие?
- Тебе придется сменить фамилию.
- Что?
- Тебе придется поменять фамилию.
- Ты будешь, например,
- Васильев.
- Василий Павлович.
- Генерал-лейтенант авиации, уволенный в запас.
- По собственному желанию и состоянию здоровья.
- Вот.
- А что? Даже звучит.
- Шеф советского футбола и хоккея.
- Генерал-лейтенант авиации.
- Василий Васильев. Прошу вас.
- Что ты на меня так смотришь?
- А?
- Что - не нравится?
- Говори, говори, говори, что тебе не нравится?
- Говори, честно, как коммунист коммунисту.
- А?
- Фамилию сменить.
- Что? Сказать как коммунист коммунисту?
- Говори, как коммунист коммунисту, только побыстрее,
- у меня времени мало, давай.
- Хорошо.
- А вот, на, сволочь, на.
- На. На, на, на, выкуси.
- Сволочь ты жирная.
- Что? Хотите меня Иваном без роду, без племени сделать? Да?
- На, тварь.
- Уведите этого пьяного хулигана.
- Солдат.
- Имя сказал.
- Имя сказал свое
- Что с ним делать, Лаврентий Павлович?
- Отвезите его, сначала, в Лефортово.
- Я позвоню.
- Генеральному прокурору - он знает, что делать.
- Все.
- Других вещей и продуктов при вас не было.
- Кроме указанных в списке.
- Василий Павлович.
- Подпишитесь вот здесь, в конце списка.
- А я не Василий Павлович.
- Я Василий Иосифович.
- И моя Фамилия Сталин.
- Да?
- Да.
- Вы извините.
- А в документах, присланных с вами.
- Указано.
- Васильев Василий.
- Павлович, гражданин подследственный.
- Жена ваша, Васильева.
- Кто? Капа?
- Это ее фамилия.
- Мы с ней не расписаны.
- Подследственный.
- Подпишитесь в конце списка.
- Мое дело маленькое.
- Только изъять вещи.
- Ну, что же вы, Василий Павлович
- Я с вами по-хорошему пытаюсь.
- По-человечески, а вы.
- Вот следователь назначит.
- Медицинскую экспертизу.
- И пусть врачи определяют.
- Васильев вы, Василий Павлович, или
- Шизофреник.
- Который выдает себя за товарища Сталина.
- Уберите его к чертовой матери.
- Василий Иосифович - я Новиков.
- Какой еще Новиков?
- Семен Иванович. Сын мой, Петр, в хоккей играл в команде вашей.
- Много доброго о вас рассказывал, а мы добро помним.
- И товарища Сталина помним.
- Может быть, помочь чем?
- Стоять.
- Лицом к стене.
- Вы, вы подумайте, покамест.
- Увидимся.
- В камеру.
- Дело ваше простое и ясное.
- Гражданин Васильев. И долго тянуть тут нечего.
- Статья пятьдесят восьмая.
- Часть десятая.
- Антисоветская агитация и пропаганда
- против членов правительства.
- С целью их политической.
- И моральной дискредитации.
- И какое наказание за это следует.
- Я уверен вы тоже знаете.
- Вы согласны с тем, что я вам излагаю?
- Гражданин Васильев?
- Я не Васильев.
- У меня другая фамилия и отчество.
- Знаю, знаю. Вы величаете.
- Себя Василием Иосифовичем Сталиным.
- Давно это у вас?
- То есть вы стали считать себя.
- Сыном Сталина.
- Послушайте, товарищ следователь.
- Вы обещали провести медицинскую комиссию.
- Чтобы удостовериться, здоров ли я психологически или нет.
- Да не будет никакой медицинской.
- Комиссии.
- Так решил генеральный прокурор СССР.
- Считает, что у вас.
- Как это сказать, временный сдвиг.
- По фазе.
- Потому как связано это.
- С употреблением алкоголя.
- Хорошо.
- Я подпишу все пункты обвинения.
- Отлично.
- Вижу человека, становящегося на путь к.
- Исправлению.
- Но вы только так сильно не радуйтесь.
- У меня будет к вам просьба.
- Мне нудно позвонить одному человеку.
- Какому человеку?
- Маршалу Буденному.
- Его прямой номер я знаю.
- А зачем вам Буденный?
- Да вы не волнуйтесь так сильно.
- Я ему позвоню и все.
- Что все?
- Подпишу.
- Обойдешься.
- Какая ж ты сволочь.
- Вы думаете, маршал вам поможет?
- Эх, Василий Иосифович.
- Дорогой вы мой.
- Оставьте все надежды.
- Лучше давайте перейдем.
- К следующей вашей статье. Статья сто девяносто три.
- Пункт семнадцать.
- Я могу на тебя рассчитывать?
- Я же обещал, Василий Иосифович.
- Вы говорите, только тихо.
- Свяжись с Буденным.
- Что?
- Да как же я-то?
- Да ты попробуй.
- Он же не знает, что я тут, а если узнает, то обязательно поможет.
- Ведь Берия против него.
- Тихо.
- Да меня же расстреляют, а потом скажут, что я сам застрелился.
- А если Буденный узнает, что я тут.
- Он обязательно поможет, понимаешь?
- Да кто ж меня к Буденному пустит-то?
- Стоять. Лицом к стене.
- В камеру.
- Ты попробуй.
- Где там этот Буденный?
- Найди мне его и соедини с ним.
- На даче, наверное, сидит.
- Так точно.
- Давай.
- Есть.
- Да, Буденный слушает.
- Семен Михайлович, дорогой, Берия говорит.
- Здарова.
- Слушай, ты мне скажи, пожалуйста.
- Ты зачем в чужие дела лезешь? А?
- Ты у нас кто, вообще, получается?
- Герой Гражданской войны? Да?
- А зачем ты не в свои дела лезешь? А?
- Ты же живой памятник.
- Что ты делаешь?
- Лошадей хороших выращивать не хочешь? Да?
- А в интригах участвовать хочешь.
- Ты что сейчас имеешь в виду?
- Что я имею в виду?
- Ты забыл, как ты в тридцать седьмом отстреливался из.
- Пулемета, когда тебя брать пришли?
- А? Кто тебя тогда выручил?
- Товарищ Сталин тебя выручил.
- А сегодня товарища Сталина нету.
- И пулемета у тебя больше нету.
- А ты, Лаврентий Павлович.
- Ты меня не пугай.
- Я еще и могу и сегодня.
- Саблею-то помахать.
- Кого хочешь.
- От плеча до пояса.
- Вот так-то.
- Смотри, солдат революции. На ветру стоишь.
- Простудиться можешь.
- И придется к тебе докторов, опять,
- Присылать.
- Я им не Бухарин.
- Не Зиновьев. Я - Буденный.
- Гражданин Буденный.
- Именем советской власти сдавайтесь. В противном случае.
- Я вынужден буду стрелять.
- А ты давай.
- Арестуй Буденного.
- Героя получишь.
- Посмертно.
- Что? Пусто?
- Сталин слушает.
- Слушай, Иосиф.
- Ежов там, что совсем охренел что-ли?
- Его огрызки приехали меня брать.
- Я Буденный.
- Я еще никому не сдавался.
- Послушай, Семен. Кто там стреляет?
- Я стреляю, я тут и всех в окрошку превращу.
- Выручай, Иосиф.
- У меня патроны кончаются.
- Он сын моего друга.
- Он Василий Сталин..
- А ты из него делаешь.
- Хрен его знает.
- Кого ты из него хочешь сделать.
- Я тоже друг отца и что из этого?
- Что, теперь этот сынок может.
- Друзей отца с говном мешать? Да?
- На всю страну кричать об этом?
- Кто ему дал это право? Не знаешь? Нет?
-Я.
- Понимаю.
- Он за оскорбление должен ответить.
- Но тюрьма.
- Шибко люто.
- Или что, Лаврентий Павлович?
- Тридцать седьмой год.
- Вертается?
- Мало, что-ли, людей порубали?
- Только я вот так полагаю.
- В другой рядь.
- Не получится.
- А это мы еще посмотрим, получится.
- Или не получится. Понятно тебе?
- Прежде всего, он позорит.
- Своего отца.
- Да.
- Не знаешь? Да?
- А лезешь защищать.
- Семен.
- Кавалерист сраный.
- Заключенный Васильев.
- С вещами на выход.
- Выходи.
- Лицом к стене.
- Переводят. В общую. В другой корпус.
- Это вам. Холодно там
- Спасибо тебе.
- За все спасибо.
- Вперед.
- Эй, Сын вождя. Новость для тебя имеется.
- Прогулка закончена.
- Все в камеру.
- Новостишка - закачаешься.
- С тебя ведро одеколона.
- Шлю тебе Тамара синеглазая.
- Может быть последнее письмо.
- Никому его ты не показывай.
- Для тебя написано оно.
- Никому его ты не показывай.
-Для тебя написано оно.
- Помнишь, как судили нас с ребятами.
- В маленьком и грязном Нарсуде.
- Я все время публику оглядывал.
- Давай, сдавай.
- Я сдаю.
- Ну а ты чего? Сейчас.
- Гляну.
- Ну чего?
- Че? Через плечо.
- Слышь, сын вождя.
- Хана твоему губителю, спекся.
- Кто?
- Их у меня много.
- Ну, ты ж сам гуторил.
- Кто у нас самый главный вертухай СССР? Лаврентий.
- Ну?
- Ну, Ну. Баранки гну.
- Он теперь не главный вертухай СССР.
- Он теперь враг народа и английский шпион.
-Глянь.
- От туточки усе написано.
- Ша, братва.
- Хана Лаврентию.
- Это же амнистия.
- Окстись, малохольный. Какая амнистия?
- Амнистия объявляется только по праздникам.
- А это что не праздник?
- Не, ну я спорить не буду.
- Может это и праздник, если какого-то хмыря за жабры взяли.
- Но с другой стороны, какой это праздник, если он нам.
- Столько лет бошки морочал?
- Да он, гнида, столько годов из нас кровушку пил, упырь поганый.
- Что Ежов, что Берия - два сапога пара.
- Я при нем три срока схлопотал.
- А его бы небыло не схлопотал бы?
- Да ведь все равно праздник.
- Ну, скажи, сын вождя.
- Для него это точно праздник.
- Это ж Берия для него по старой дружбе такой костюмчик сшил.
- Ну, так встретишь его ни этапе и поговоришь по душам.
- Я больше с ним никогда не увижусь.
- А жаль.
- Растет в Тбилиси алыча не для Лаврентий.
- Палыча, а для Климент Ефимыча.
- Что? Выпускать его?
- Какой выпускать? Ты что? Куда?
- Эх, надо было расстрелять его по-тихому.
- А то, не дай бог, захотят освободить
- сына товарища Сталина.
- Кто? Летуны его?
- Или эти спортсмены? Только рыпнутся - задавим.
- Пикнуть не успеют.
- Что, бутыркой хвастаешь?
- Так он для зэков иконой станет.
- Его знаешь, как в камере называют? Сын вождя.
- Надо было раньше его расстреливать.
- А лучше всего, если бы он сам.
- Застрелился, но теперь поздно.
- Теперь нам, понимаешь.
- Фраки нужны белые.
- Какие фраки? Вот такие.
- Новая жизнь.
- Контакты новые. Заграница нам эта нужна сейчас.
- Черт подрал.
- Честное слово.
- Торговать-то надо с кем-то?
- Мы ж теперь новая страна, в светлое будущее движемся.
- Без репрессий, так сказать.
- Поэтому Василия.
- Нам никак уже нельзя расстреливать.
- А изолировать.
- Надо.
- И не очень далеко.
- Чтоб можно было.
- контролировать. Ну, мало ли что.
- Ты меня понимаешь?
- Понимаю, понимаю.
- Ага.
- Вот так.
- Галина, здравствуйте.
- Здравствуй.
- Спасибо, что позвонили.
- Не знаете, как там Василий?
- Меня к нему не пускают, говорят.
- Бывшая жена - не жена.
- Не видели вы его?
- Нет.
- Вы знаете - арестовали всех, кто дружил с Василием.
- Даже шофера и парикмахершу взяли.
- Странно, что меня и Сангаджиева не тронули
- Видимо просто не успели.
- Потом, как Берию арестовали - начали всех выпускать потихоньку.
- И мы с ребятами сразу же написали письмо Маленкову,
- чтоб Васю выпустили, памятуя его боевые заслуги.
- Так-то я думаю - скоро его обязательно выпустят.
-А, скажите.
- Меня теперь пустят к нему?
- Не знаю, попробуйте, попросите.
- Сейчас как-то.
- Проще все стало, что-ли.
- А тем более вы.
- Мать его детей. Вы имеете право.
- Спасибо вам.
- Да вы не переживайте.
- Мы ни его, ни вас не оставим. Будем помогать.
- Летчики своих не бросают
- И он бы тоже нас не оставил.
- Все будет хорошо.
- Закуривайте, Василий Иосифович.
- Спасибо.
- Я ваш новый следователь Генеральной прокуратуры
- Сергей Митрофанович Дудков.
- Теперь я буду вести ваше дело.
- А где мой следователь?
- Мне сказать можно?
- Можно.
- Все равно скоро сами все узнаете.
- Он арестован.
- Как и прокурор.
- Который вел ваше дело.
- Тоже арестован.
- Значит мое дело.
- Нет, Василий Иосифович.
- К вашему делу эти аресты.
- Отношения не имеют.
- Ваше дело я должен закончить в кратчайшие сроки
- и передать его в прокуратуру, а оттуда в суд.
- Таково распоряжение.
- Чье распоряжение?
- Генеральной прокуратуры?
- Нет, выше. Политбюро.
- Все, что я могу для вас сделать.
- Это разрешить свидания, в которых
- вам отказано было прежним следователем.
- И, кстати.
- Как там в камере?
- Не обижают?
- А то ведь там народец ох, какой, разный.
- Да, нет, нормально все.
- А может вас.
- В одиночку перевести?
- Благодарю вас, гражданин следователь.
- Я бы хотел остаться на своем месте.
- А за свидания вам спасибо.
- Ну, что ж.
- Пожалуй, приступим.
- Все арестованы.
- Все.
- Абакумов.
- Саркизов.
- Медников.
- Меркулов.
- Судоплатов.
- Фридман.
- Всех не помню, но очень много.
- Суд над Берией когда?
- Какой суд, Вася?
- Его расстреляли.
- Боялись очень.
- А как же в газетах?
- Ну, Вась, ты совсем, как ребенок, здесь стал.
- Позвони Буденному.
- Скажи что и как.
- Пусть позвонит Хрущеву.
- Вась.
- Он болеет очень.
- Под новый год звонил, спрашивал по тебя.
- Кто еще звонил?
- Долгушев звонил.
- И приезжал.
- Бобров тоже.
- На новый год.
- Знаешь.
- Про тебя говорил и в глазах слезы стояли.
- Говорит, обними и поцелуй от меня Васю.
- Сева, Сева.
- Хороший мужик.
- Ворошилову звонила?
- Да кому я только не звонила.
- И Ворошилову звонила.
- Да что он теперь может? Он после смерти Сталина.
- Он сдал очень.
- Так и сказал. Я Василию помочь не могу.
- Он сам виноват.
- Значит, буду сидеть, Галка.
- Вась, может, много не дадут?
- Ну, конечно, не дадут.
- Десятку влепят.
- Дай бог, чтоб не больше.
- Знаешь, как меня ребята в камере.
- Назвали?
- Как?
- Сын вождя.
- Прям как индейцы.
- Закругляйтесь, гражданка, время вышло.
- Вась
- Я тебе привезла так кое-чего, все как ты любишь.
- На выход.
- Секунду.
- Сейчас.
- Я ветчину достала.
- Да, да, да. Сыру колбасного.
- Фарш колбасный. Шесть банок, Вась.
- Шесть.
- Сыру швейцарского.
- Вась. Ну, что ты лыбишься, дурачок, для тебя же старалась.
- По всей Москве ездила.
- Из конца в конец. Тебе угодить хотела.
- Галка, ты не только мне угодила.
- Ты всем ребятам угодила. Сейчас водочки достанем.
- И пир будет. Понимаешь?
- Вась, ты ешь один, там на всех не хватит.
- Одному нельзя, Галка.
- Там коммунизм - делиться надо.
- По одному выходи.
- Следующий.
- Пошел.
- Пошел.
- Следующий.
- Пошел, быстрее.
- Быстрее.
- Волобуев.
- Статься сто сорок седьмая, часть вторая, пять лет.
- Пошел
- Форов.
- Статья сто сорок четвертая, часть вторая, четыре года.
- Пошел.
- Кротов.
- Статься сто девяносто первая, часть вторая, срок пять лет.
- Пошел.
- Лавров.
- Статья двести двенадцать, часть третья, десять лет.
- Пошел.
- Кулагин.
- Статься сто сорок седьмая, часть вторая, восемь лет.
- Живей давай.
- Васильев.
- Василий. Васильев.
- Сто девяносто три, часть семнадцать,
- статья пятьдесят восемь, часть десять.
- Восемь лет.
- Я знаю кто ты.
- Будут обижать - сразу ко мне.
- Мы.
- Сына товарища Сталина в обиду не дадим.
- Понял?
- Понял.
- Пошел.
- Вызывал, начальник?
- Присаживайся, Игнат Петрович.
- Закуривай.
- За что такие щедроты?
- Начальник?
- Дело есть.
- Прибыл к нам один заключенный.
- Василий. Васильев фамилия.
- Знаю.
- Знаешь - хорошо.
- А то, что он сын.
- Знаю, начальник.
- Тогда запомни, если хоть один волос.
- С головы этого мужика упадет.
- Я тебе первому башку оторву.
- Не смотря на то, что ты пахан.
- В карцере сгною и все зубы выбью.
- Не пугай, начальник.
- Ну, нешто мы без понятий?
- У меня ж на груди.
- Аль ты забыл?
- Да, нет, не забыл.
- И блатарям своим передай.
- Народ в курсе, начальник.
- Да, тяжело.
- Что это вы тут постоянно вот так вот таскаете?
- А ты что думал?
- Тут все так. Ты думаешь, кто-нибудь о нас подумает?
- Разговорчики.
- Так, хорошо.
- Здарова, Петрович.
- Здарова
- Так.
- Хорошо, однако, Вася.
- Ну, что я могу сказать.
- Ну, когда хорошо. Я всегда так говорю.
- Почетную ты профессию получил.
- Между прочим.
- Вот на волю отпустят.
- Там не пропадешь.
- Спасибо, Петрович.
- Слушай, у меня тут одна задумка есть.
- Я тележку хочу сделать.
- А для чего?
- Ну, бадьи с баландою возить.
- Ну, как, разрешишь?
- Сдельно.
- А из чего собираешься делать?
- Деталей.
- И материалов у нас лишних нету.
- Да я достану.
- Откуда, Вась?
- А это не твоя забота.
- Ну, что? По рукам?
- По рукам.
- Так. Горбунков.
- Ну, что ты там возишься?
- Меняй сверло.
- Приморили, гады.
- Приморили.
- Загубили молодость.
- Мою.
- золотые кудри.
- Поседели.
- Знать у края пропасти стою.
- Золотые кудри.
- Поседели.
- Знать у края пропасти стою.
- Много вынес на плечах сутулых.
- Слышь, ты, Василек.
- Ты похавал бы.
- Кончай душу травить.
- Ему завтрево по этапу идти. Переживает человек.
- А чего переживать-то? Э?
- На зоне-то лучше, чем.
- В крытке доходить.
- Да не. Его Машутка написала.
- Устала ждать и молодость проходит.
- Бабу можно понять.
- Чай не война.
- Ну, да.
- Дура она, Василек. Забудь.
- Братцы Василек повесился.
- Начальник.
- Начальник.
- Начальник.
- Открывай, начальник.
- Чего ломитесь?
- Василек повесился.
- Василек повесился.
- Да что такое.
- Иванов, Гаврилов, ко мне.
- А ну разошлись. Быстро.
- Снимайте.
- Давайте.
- Отбой, я сказал.
- Слабак наш.
- Василек оказался.
- Прежде чем.
- Подыхать. Надо было.
- Хоть одному мусору глотку перегрызть.
- Зоны испугался.
- Тысячи людей там живут и ничего.
- А он испугался.
- Дурак ты, Купа.
- Да он.
- С малолетства зону топтал. У него же две ходки было.
- А чего он тогда в петлю полез?
- Чего.
- Душа, видать, к богу запросилась.
- Невмоготу человеку стало.
- Кимарнуть бы еще часок.
- Какой часок?
- Сейчас подъем скомандуют.
- Часок.


Серия 12

- Открывай.
- Слушаюсь.
- Вы что?
- Целую баранью тушу в чемодан запихнули,
гражданка Бурдонская?
- Товарищ подполковник. Какую тушу?
- Это...
- Сверла, фрезы,
зажимы какие-то,
резцы стальные.
- Что? Сверла?
- Да. Он же у вас на станке работает?
- Вот он и просил меня, их привезти.
- Ну, да, работает. У нас многие заключенные работают.
- Ну, вот он и написал в письме, чтобы я .
- Привезла. Деталей-то у вас этих не хватает.
- Черти что.
- Стахановцы, понимаешь.
- Как вас? Галина?
- Александровна.
- Вы уж не обессудьте, Галина Александровна.
- Но, то, что вы привезли.
- Мы обязаны проверить.
- Порядок у нас таков.
- Это, пожалуйста, конечно, я же понимаю.
- А, скажите, как он у вас?
- А как вы думаете?
- Как он у нас тут?
- Конечно, плохо ему.
- Это тюрьма, а не санаторий.
- Любому нормальному человеку здесь плохо.
- Даже мне.
- Заключенный Васильев, на выход.
- Вперед.
Лицом к стене.
- Вперед.
- Лицом к стене.
- Это ж надо.
- В такую даль все эти железяки волокла.
- Во дает.
- Баба.
- Любовь.
- Значит так. Проверишь все это барахло.
- И отнесешь в цех к мастеру.
- Под расписку.
- Здравствуй.
- Ты, наверное, не меня ждал.
- Ну, я же тебе писала, что приеду.
- Ты мое последнее письмо получал?
- Я фотографии тебе привезла.
- Детей.
- Сашенька совсем взрослый стал.
- И Надюшка тоже.
- И поесть тебе привезла.
- Артем звонил. Привет тебе передавал.
- Письмо написал.
- Я все письма в папку сложила. Там.
- Чего ты выпить-то не привезла?
- Да я привезла, Вась.
- Четыре бутылки коньяка, все отобрали.
- Сволочи.
- Светлана, тоже.
- Привет передавала тебе.
- Только привет?
- Да.
- Понятно.
- Она со своим Морозовым развелась или нет?
- Развелась и снова замуж вышла.
- В этом вы с ней похожи.
- Ты язык-то свой попридержи.
- Ничего не похожи.
- Нечего меня с ней сравнивать.
- Ну, ладно тебе.
- Что ты так разозлился?
- Я же просто сказала.
- Вы же все-таки брат и сестра.
- Презирает она меня.
- Конечно.
- Меня есть за что презирать.
- Нет, Васенька.
- Презирать тебя не за что.
- Но и любить.
-За что ей любить-то тебя?
- А ты?
- А что я?
- Ты, все-таки, ребенок, Вась.
- Как был им, так и остался.
- Люблю.
- Если б не любила, не приехала.
- Только это ничего не значит.
- Почему?
- Потому что, Вась.
- Я замуж вышла.
- Мужа своего люблю.
- Он конструктор. Кандидат наук.
- Замечательный, удивительный человек.
- Детей наших любит.
- И они его.
- И на работе с ним считаются и уважают.
- Персональную машину.
- Выделили.
- Здорово у тебя как-то получается.
- И его ты любишь.
- И меня.
- Да.
- Глупо как-то, да.
- Васенька.
- Глупый я человек, получается, Василий.
- Так и будем лежать?
- А что?
- Даже интересно.
- Утро, скоро светает.
- Ты не хочешь?
- Хочу, а ты?
- Спрашиваешь.
- Давай сюда. Толкай.
- Вот так вот.
- Эх, берегись.
- На танке едем.
- Вась.
- Пошли. Сейчас обедать будем.
- Ну, что, Василий.
- Уважил ты нас.
- Думаю, долго тебя здесь еще добрым словом помнить будут.
- Да ладно, мне ж самому нравится.
- Мы добро помним.
- Но, за твое радение к обществу.
- И мы тебе приятное сделать хотим.
- Держи.
- Это что?
- Угощение.
- Ты по профессии кто?
- Летчик?
- Ну, вот и полетаешь.
- Спасибо, братцы, уважили.
- Здравствуйте.
- Моя фамилия Тимошенко. Вам должны были звонить из Москвы.
- Да, да, да, да, да. Заходите.
- Очень приятно.
- Здравствуйте.
- Присаживайтесь, присаживайтесь.
- Два звонка из Москвы было.
- И из Владимирского обкома партии сигнал тоже был.
- Так что мы в курсе, Екатерина Семеновна.
- Дайте спички.
- Да, да, да, да.
- Ну, как он тут у вас жив-здоров?
- Ну, знаете - жив.
- Здоров, работает.
- Недавно к нему первая жена.
- Приезжала их Москвы.
- Привезла ему сверла, резцы, заграничные фрезы.
- Так что работает в охотку.
- Даже два рационализаторских предложения.
- Сделал. Ну, мы все зафиксировали.
- Бурдонская.
- Да, Екатерина Семеновна.
- Гражданка Бурдонская.
- Вы извините, пока мы с вами.
- Беседуем.
- Ваш чемоданчик досмотрят?
- Ну, порядок у нас такой, знаете.
- Конечно.
- Ну, а потом вас проводят в комнату для свиданий.
- Василий Иосифович.
- К начальнику вызывают.
- Зачем - не знаешь?
- К вам приехали.
- Спасибо.
- Вася.
- Вася, что такое, Вась.
- Да, ничего, старые раны.
- Сейчас пройдет.
- Помоги мне.
- Дойдешь?
- Да, дойду. Все работайте.
- Василий Петрович, включаю?
- Давай, включай.
- Не нравится?
- Ты же знаешь, я курю папиросы.
- Папиросы теперь только.
- Пролетариат курит.
- А интеллигентные люди.
- Переходят на.
- Сигареты.
- А я курю папиросы.
- Ну, прости меня.
- Я хотела, как лучше.
- Съешь что-нибудь.
- Не хочу.
- Ты вроде бы писала, что у тебя муж новый.
- Тоже генерал?
- Командир дивизии танковых войск.
- Три танкиста выпили по триста.
- А четвертый выпил восемьсот.
- Твой муж знает, что ты ко мне приехала?
- Он меня провожал.
- Просил тебе привет передать.
- Мужскую солидарность решил проявить - жену отпустил.
- А я бы не отпустил.
- Ты зачем сюда приехала?
- Я не знаю.
- На меня посмотреть такого?
- Какого такого?
- Раздавленного.
- К стене прижатого.
- Ну, смотри.
- Почему ты в Москве ко мне не приезжала?
- Почему?
- Когда меня увезли в Лефортово.
- Когда я в Бутырках сидел?
- Испугалась?
- Или папаша не велел?
- Там тебя другие сучки навещали.
- Катюх.
- Езжай-ка ты домой.
- К мужу.
- И привет ему от меня передай.
- Вася.
- Чего.
- Возьми.
- Тебе это нужно обязательно прочитать.
- Терпи.
- Ровнее, ровнее.
- Свободен.
- Закуривай, Вася.
- Читал?
- Читал.
- Что скажешь?
- Да вранье это все.
- Мертвый говорить не может, вот они и валят
- с больной головы на здоровую.
- Да нет.
- Не все неправда.
- Есть и правда.
- Только раньше мы эту правду не знали.
- А теперь узнали.
- Где-то говориться - нет ничего тайного, что не стало бы явным.
- Ты зачем меня позвал?
- Гражданин начальник?
- Поступило распоряжение
- Гражданин Васильев.
- С самого верха.
- Чтоб вы изложили свое отношение.
- К решению двадцатого съезда относительно культа личности.
- Как вы относитесь к решениям.
- Положительно или.
- Как?
- Что я должен написать?
- Одобряю, что мой отец был.
- Убийцей?
- Мертвому Сталину все равно, что о нем скажут.
- Ты о себе подумай, Василий.
- Можешь освободиться раньше времени.
- В этом году.
- Выйдешь.
- Мне намекнули.
- Подумай, не пори горячку.
- Гражданин начальник.
- Можно я пойду к себе в камеру?
- Иди.
- Дурак ты, Василий.
- Да я знаю, что дурак.
- Разве я спорю?
- Умный был бы.
- Здесь бы не сидел.
- Зовут тебя, Вася.
- Снова, говорят.
- К тебе жена приехала.
- Только уже другая.
- Да, зачастили.
- Вот чудак человек.
- К нему бабы табунами бегают.
-А он не доволен.
- Ладно, иди, иди.
- Может курева привезла.
- Давай.
- Давай, давай.
- Пошел.
- Слушай, Васильев.
- А сколько у тебя жен?
- Да кто ж их знает?
- А Васильева кем тебе доводится?
- Вроде в паспорте брак с ней не зарегистрирован.
- Я сам слышал.
- Гражданская жена.
- Как это гражданская жена?
- У нас гражданских жен не бывает.
- Сожительница, что-ли?
- Сожительница.
- Аморальный ты тип, Васильев.
- Пошел.
- Васенька.
- Хороший мой.
- Капочка.
- Ну, что ж ты сразу в койку?
- А чего тянуть-то?
- А что мы ночью-то делать будем?
- То же самое.
- Васька.
- Как я соскучилась.
- Я тоже соскучился. Как же мне.
- Тебя не хватало.
- А мне тебя. Мне тебя.
- Вась, неужели ничего поесть не хочешь?
- Нет.
- Как хорошо, что ты ко мне приехала.
- Такая горячая.
- Что? Болит нога сильно? Да?
- Да ерунда.
- А выпить хочешь?
-Конечно, хочу.
- Только где достать-то?
- А у меня есть.
- Где?
- Я двойную стенку в чемодане сделала и туда.
- Грелку с водкой.
- Ах ты змея.
- Ах, ты Капа.
- Это меня мама надоумила.
- Она говорит, ты б ему выпить принесла.
- А я говорю - так ему ж нельзя.
- А она говорит - не обманешь - не проживешь.
- Вот взяла, сделала эту фанерную стенку.
- Фальшивую.
- Мама говорит - ему такая радость будет.
- Не то, что водку принесла.
- А то, что этих вертухаев обманула.
- Ну, что?
- За тебя, Капочка, за жизнь.
- За эту чертову жизнь.
- Которую первый раз.
- Такая радость.
- Дай бог, чтоб не последняя.
- За тебя.
- Ой, прости.
- Держи.
- Ну, за тебя, Васенька.
- Чтоб закончились эти твои напасти.
- Чтоб ты снова стал свободным.
- Я тебя ой как люблю.
- Давай, давай, закусывай, на.
- Крепкая.
- Давно не пила.
- Я ведь тогда на тебя так обиделась.
- Сильно обиделась.
- Думала - увижу тебя.
- Глаза твои бесстыжие выцарапаю.
- За что?
- За что.
- Ну, что ж ты в протоколе написал,
- что я тебе не жена, а сожительница?
- Я, что тебе женой не была?
- Ты, правда, считаешь, что я тебе сожительница?
- Вась?
- Скажи мне правду.
- Я теперь не обижусь.
- Ты прости меня, Кап.
- Ты.
- Хороший, добрый.
- Верный человек.
- Я в этой жизни столько дров наломал.
- Ты уж прости.
- Ну, ты что, Вась.
- Да не была ты никогда мне женой.
- Никогда и не станешь.
- Ну, зачем тебе такой зэк весь больной?
- Ты найди лучше себе нормального мужа.
- Больше не приезжай.
- Вась, ты шутишь, что-ли?
- Да какие тут шутки?
- Я начальнику скажу, чтоб он больше тебя сюда не впускал.
- Вась, ты что?
- Да ничего.
- Вася.
- За что.
- К стене.
- Василий.
- Василий.
- Сейчас я.
- Как твоя нога?
- Совсем ее не чувствую. Что с ней?
- Облитерирующий эндартериит
- Нехорошая штука, брат.
- Но ты не бойся.
- Я тебя в обиду этой заразе не дам.
- Спасибо.
- Пить хочешь?
- Хочу.
- Ты давно здесь?
- Давно. Мне кажется уже.
- Очень давно.
- Мединститут окончил.
- Потом воевал.
- После войны сюда направили?
- Сам попросился.
- Понятно.
- История такая приключилась неприятная.
- Ну, в общем, если б не попросился - так бы и посадили.
- Я тебе вот что хотел сказать.
- Не надо мне ничего говорить, доктор.
- Я многих людей знал. Разных.
- Бандитов, воров.
- Знаешь, вроде вор.
- А в душе нормальный человек, честный.
- Жить надо. Обязательно жить.
- Жизнь тебя в бараний рог гнет.
- А ты стисни зубы.
- Терпи и живи.
- И живи не так, как заставляют.
- А так, как душа хочет.
- Понимаешь о чем я?
- Понял, спасибо тебе, доктор.
- Лежи, лежи.
- Здравия желаю.
- Ну, как нога?
- Нормально.
- Говорят, что ты.
- Почитать хотел чего-нибудь?
- У меня кроме трудов Ленина и Маркса.
- Ничего нет. Вот нашел какого-то.
-Шекспира.
- Откуда взялся - не знаю.
- Может заключенные привезли контрабандой.
- Значит так, Василий.
- Я про тебя докладывать.
- Должен наверх.
- Понимаешь?
- Понимаю.
- Ну, чего ты кобенишься?
- Взял бы написал - так, мол, и так. Все понял.
- За преступления отца отвечать не хочу.
- Рад.
- В новую жизнь с чистой совестью.
- Вот чего ты пришел?
- Так.
- Ты читай, читай книжку-то.
- вот читай газету.
- Там жизнь, Вася.
- Там.
- А здесь болото гнилое.
- Загнешься ты тут, Василий.
- Не сможем мы тебя на ноги поставить.
- Ответственны владыки.
- За все совершалось в их правленье.
- А потому.
- Когда свергают нас.
- Вменяют нам в вину чужие вины.
- И тяжело нам падать.
- Войти можно?
- А. Заходи.
- Заходи.
- Климент Ефремович.
- Мне доложили, что ты.
- Просто рвешься ко мне.
- Ну, что за спешка?
- О чем речь?
- О крестнике нашем с тобой.
- О Василии.
- Поссориться со мной хочешь?
- Или так вот пошутить решил?
- Не до шуток теперь, Никит.
- Ему еще год сидеть.
- Я помню.
- Вот через год.
- Приходи и поговорим.
- Не досидит он.
- Мне доложили, плох он совсем. Лечить его надо.
- А не досидит.
- Туда ему и дорога.
- Его еще с Берией вместе надо было.
- К одной стенке поставить.
- Ну, ты же сам знаешь.
- Что нельзя было его трогать.
- Ну, ты же сам разоблачил культ личности. Репрессии.
- А сам что творишь?
- И за что его?
- Только за то, что он Иосифович?
- А что? Мало, по-твоему?
- Или ты забыл, как мы с тобой
- Дрожали.
- Не зная, доживем ли до утра.
- Из-за капризов.
- Папаши его. Ничего.
- Васька - грузин.
- Они долго не дохнут.
- Авось досидит.
- До конца срока и выйдет на свободу с чистой совестью. Все.
- Да его совесть не грязней, чем наша с тобой, а то и почище будет.
- Ты, главное, вот о чем подумай.
- Ты, вот на весь свет раструбил, что у нас теперь все по-другому.
- Что простому человеку у нас бояться нечего. Так?
- А вот если, не дай бог, Васька в тюрьме помрет.
- То вражьи голоса в момент растрезвонят.
- Что это ты его уморил.
- Я? Что ты несешь?
- Ну не ты - по твоему приказу.
- Один хрен не отмоемся.
- И, главное, все.
- В один голос скажут.
- Что ты мстишь мертвому Сталину.
- Через его сына.
- Тебе это надо?
- Выходи, Василий.
- Здравия желаю, товарищ генерал.
- Ну, здарова, Василий Иосифович.
- А меня теперь Василием Павловичем зовут.
- Да ладно, Вась.
- Кто старое помянет - тому глаз вон.
- Здарова, Василий.
- Ну, что? Долгие проводы - лишние слезы?
- Залезай в машину.
- Так как же? Я ж вам.
- Всю машину испачкаю.
- Садись, садись.
- Разберемся. Давай, дорогой.
- Вот, получи.
- Спасибо, гражданин генерал.
- Товарищ.
- Прошу обращаться ко мне - товарищ генерал,
- а еще лучше - Юрий Кузьмич.
-Ну что?
- Предлагаю выпить.
- За ваше освобождение.
- Василий Иосифович.
- Спасибо.
- Можно закурить?
- Да, кури, кури.
- Можно вопрос?
- Валяй.
- Я освобожден, так сказать.
- По закону.
- Или это еще должен утвердить Никита Сергеевич?
- Ты паспорт получил из моих рук?
- Получил.
- Зачем тогда спрашиваешь?
- Ты отбыл срок наказания и теперь полностью свободен.
- А зачем тогда вам приказали меня доставить к Хрущеву?
- Первый секретарь ЦК партии, Председатель совета министров.
- Тебя хочет видеть и поговорить с тобой о твоей будущей жизни.
- Радоваться надо.
- Сможешь попросить его о своем будущем житие.
- Квартиру.
- Пенсию персональную, а может и.
- Работу, соответствующую твоему званию. Ты ведь у нас.
- Генерал-лейтенант?
- Бывший генерал-лейтенант.
- А Никита Сергеевич все может вернуть.
- Пальцем шевельнет и ты снова генерал-лейтенант
- при своих орденах.
- Никита Сергеевич просто так к себе не зовет.
- Обязательно что-нибудь взамен попросит.
- Что?
- Вы же знаете, что он попросит.
- Жить попросит.
- Как полагается простому советскому человеку.
- В рамочках.
- Соображаешь?
- Это как?
- Не пить?
- Так ведь все советские люди пьют.
- Да пей ты, хоть залейся.
- Язык за зубами держать нужно.
- И про товарища Сталина.
- Ни звука.
- Не было такого.
- Считай, не было.
- А вот культ личности был.
- Комаров.
- А ну-ка притормози.
- Ну что?
- Живой?
- Ничего-ничего, бывает.
- Это что ж получается, товарищ генерал.
- Все не при делах - один мой отец при делах?
- При делах, при делах.
- Все при делах.
- Только товарищ Хрущев жив.
- И на данный момент является первым секретарем ЦК партии.
- А вот товарища Сталина.
- Вот так-то.
- Дорогой ты мой.
- Василий Иосифович.
- Я только одного не могу понять, товарищ генерал.
- Чего ж это вы такое сильное участие.
- В моей судьбе принимаете?
- Генерала Власика.
- Помнишь?
- Конечно, помню.
- Этому человеку я очень многим обязан.
- И я ему многим обязан.
- Он и просил за тобой присмотреть.
- Еще вопросы по этому поводу будут?
- Спасибо.
- На здоровье.
- Ты все понял?
- Понял.
- Поехали.
- Разрешите, Никита Сергеевич?
- Заходи.
- Ну, что там? Где?
- Привез, Никита Сергеевич.
- Его никто не видел?
- Ни кто не видел. Мы прямо к вам.
- Ну и как он? Что думаешь?
- Я думаю, Никита Сергеевич, он будет тихим.
- А что ему делать?
- Он едва в тюрьме не загнулся. Я сказал, что от него требуется.
- А что он? Ну, Василий-то?
- Да все он понял, Никита Сергеевич, не беспокойтесь.
- Я такие вещи за версту чую.
- Ну, ладно.
- Давай.
- Давай, заводи.
- Слушаюсь.
- Вася.
- Здрасте, Никита Сергеевич.
- Васенька.
-Милый Васенька.
- Как же я.
- Как же я рад тебя видеть.
- Как же рад.
- Ну, садись.
- Не молчи.
- Не молчи. Давай.
- Милый Васенька, что же они с тобой сделали?
- Это ж надо, ну. Ну, ничего.
- Ничего, мы все вернем.
- Ты будешь вести себя как надо.
- И все будет.
- Как надо.
- Ну, ты ж меня понимаешь?
- С тобой Юрий Кузьмич поговорил?
- Значит, все будет хорошо.
- Буд-то ничего и не было.
- И никого не было.
- Товарищ Сталин был.
- И есть.
- И он мой отец.
- И останется им, пока я не сдохну.
- Тебе сдохнуть захотелось Вася.
- А кровавый культ личности, загубивший.
- Тысячи ни в чем неповинных людей?
- А вы, Никита Сергеевич, тут ни при чем? Да?
- А наша великая коммунистическая партия.
- Тоже ни при чем.
- Но, но, но, ты.
- Дуру-то не гони, Василий.
- Если ты еще.
- На коммунистическую партию.
- Замахнешься, тогда.
- Прямо.
- Возвращайся обратно в тюрьму.
- А я на волю не просился.
- Разрешите возвращаться обратно?
- Ну, ладно, ладно.
- Ты просто устал.
- Отдохни, пока.
- Придешь в себя.
- Та дальше и решим.
- Как быть.
- Ну, иди.
- Иди.
- Ну, иди.
- Иди.
- Никита Сергеевич, ну, что? Как он?
- На коленях передо мной валялся. Как он.
- Щенок.
- Ладно.
- Сейчас вези его домой.
- Но, чтобы.
- У тебя он днем и ночью.
- Под надзором жил.
- Понял меня?
- Так точно, Никита Сергеевич.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Проходите.
- Спасибо.
- Здравствуй.
- Здравствуй.
- Ты совсем не изменилась.
- Можно?
- Да, конечно.
- А ты?
- Тебя когда выпустили?
- Пять дней как. Или шесть.
- А ты знаешь? Мне все вернули.
- Квартиру, машину.
- Денег дали.
- Погоны, вот.
- Вижу.
- В общем, живи-нехочу. Может быть, выпьем?
- Да, Давай.
- Что? За нас?
- За встречу.
- Как дети?
- Хорошо.
- Совсем взрослые стали.
- Ты хочешь с ними уводиться?
- Они очень будут рады.
- Хочу, Галь.
- Я вообще все вернуть хочу.
- И тебя и детей.
- Я совсем другой человек стал, Галка.
- Я.
- У меня деньги есть
- Работать я пойду.
- Мне Хрущев обещал работу найти.
- Ты шутишь?
- Нет.
- Я ведь замужем, Вася, ты забыл?
- Да я помню, Галка.
- Ну и что?
- Ну, я же прекрасно понимаю, что тебе жить надо было.
- Тебе детей растить надо было.
- Галка.
- Ты же говорила, что любишь меня.
- Помнишь?
- Когда приезжала ко мне?
- Забыла?
- И я тебя очень люблю, Галя.
- Ты разведись с ним. Приходи ко мне.
- Вместе с детьми.
- Может, еще ребеночка сделаем?
- Зачем ты бередишь?
- Ой, Вася. Да лучше в лес, да лучше в клетку к тиграм.
- Ты знаешь, я детям скажу, что ты приехал.
- Может быть, они пожить с тобой хотят.
- А я.
- Не могу я так. Васенька, не могу.
- Понимаешь?
- Больно.
- Пусто как-то.
- Ту, если что тебе нужно, ты звони.
- Я помогу. Я рядом.
- Но так.
- Прости.
- Ну, что, Василий.
- Рассказывай. Как живешь? Как дела?
- Да плохо все.
- Работать надо.
- А то ведь я без работы пропаду.
- Да уж конечно.
- Работу тебе дадут.
- Однако.
- Прежде всего, ты должен стать другим человеком.
- Ты еще молодой.
- Ты в зеркало себя давно видел?
- Да я понимаю, что мне нужно измениться.
- Поэтому и прошу.
- О работе.
- Вася.
- Еще раз тебе говорю - бросай водку.
- Бросай.
- Да не такой уж я отпетый пьяница
- Работать буду.
- Совсем другое дело будет.
- Возьми себя в руки.
- Обещаю.
- Я позвоню завтра.
- Да.
- Здравствуй, Никита Сергеевич.
- Это Ты, Климент Ефремович?
- Ну а кто же?
- Ну, слушаю.
- Я по поводу Василия.
- Опять за Ваську своего просишь?
- Это неплохо конечно, что ты.
- Не забываешь парня.
- Работа ему нужна.
- Что?
- Работа.
- Какая работа?
- Ответственная.
- А теперь думай, старая твоя башка.
- На какую такую работу мы его определить можем?
- Или обратно, что-ли, на службу принимать?
- Или в токари-слесари?
- Мол, по вновь обретенной профессии.
- А, что? Она неплохо кормит.
- У кого руки есть.
- Ладно, ты.
- Ему что? Жрать нечего?
- Или, скажи, выпить не на что?
- Послушай.
- Да что послушай. Это ты ему передай.
- Что пусть радуется, что его на волю выпустили.
- Понимаешь?
- И что, между прочим, не баланду хлебает.
- А гуляет, где хочет.
- Понял меня?
- Ну, вот так.
- И чтоб я больше про Ваську ничего не слышал.
- Никита.
- Все.
- Я благодарю вас.
- Иди.
- Подожди. Ну что тебе?
- Товарищи.
- Пополнение.
- Ну что, други мои.
- Одни вы у меня остались.
- Да и к кому мне идти?
-- Только к вам.
- Их дому меня выгнали.
- Ребят моих.
- На войне поубивало.
- Или пересажали, как и меня.
- Да.
- А теперь, вот.
- Спасибо товарищу Хрущеву.
- А что? На свободу выпустили.
- Хату дали то что надо. Денег - во. Считать устаю.
- В общем.
- Пейте, родные мои, пиво у нас никогда не закончится.
- Твое здоровье.
- А знаете.
- За что мне такие привилегии?
- За что?
- Думаете, потому что я.
- Генерал?
- Вась, ну а как?
- Да ну вас к черту.
- Я уже и сам не верю в то, что я генерал.
- А знаете, только, во что я верю?
- Во что?
- Что это жирный боров Никита Сергеевич.
- До сих пор меня боится.
- Эй, летчик. Может, хватит тебе? А?
- Несешь всякую чушь. Лети-ка ты домой.
- Разошлась.
- Ты мне еще указывать будешь, где я.
- Пить за свои деньги буду.
- А не надо мне рот затыкать.
- Вы что все думаете.
- Что я на подачки Никиты Сергеевича молчать, что-ли буду?
- Что вы думаете, что я забыл, кем я был, и кто я есть?
- Да кто ты есть? А? кто ты есть?
- Пьянь.
- Вали отсюда, пока милицию не позвала.
- Молчи, дура.
- Твое место вон - за стойкой.
- Там и сиди. А я, между прочим.
- Сын товарища Сталина.
- И они его угробить хотели и меня угробить хотели.
- А не вышло.
- А я вот пойду в китайское посольство.
- И попрошусь к ним жить.
- Меня примут, пригреют.
- Потому что они до сих пор любят и уважают товарища.
- Сталина.
- А ну-ка пошел вон отсюда.
- А ты мне рот не затыкай.
- Я знаю, что Хрущев людей убивал.
- А потом на товарища Сталина сваливал.
- А ну пошел вон.
- Что? Что? Руки, Руки, я сказал.
- А ну ка пошел.
- Враг народа.
- В Кремле и сидит настоящий.
- Враг народа.
- Ну-ка пошел вон.
- И жопу там свою греет.
- Хамло, пьянь.
- Подзаборная пьянь.
- Кричал, что Хрущев убил товарища Сталина.
- А теперь сидит на его месте.
- И бил морды людям. И посуду без счета.
- После был выведен из заведения нарядом милиции
- и препровожден в медвытрезвитель.
- Что ты мне про посуду читаешь.
- Про вытрезвитель.
- Соображаешь, что он творит?
- Ты ж за него головой поручился.
- Антонов? Забыл?
- Никита Сергеевич.
- Кто ж знал, что он руку дающую укусит, волчара.
- А надо было знать. Всем надо было знать.
- Яблоко от яблоньки.
- Вот черт.
- Он, он же к китайцам пойдет.
- А что с него станется?
-Да какие китайцы, Никита Сергеевич?
- Ну не китайцы.
- Найдется, кто его пригреет, хотя б те же американцы пустят его.
- Только что бы он рассказал что знает, чего не знает.
- Да что он знает, Никита Сергеевич?
- Это ведь пьяный бред. Что он может знать-то?
- Он Сталин.
- Для них этого достаточно.
- Они поверят в любой его бред.
- Только чтобы очернить нас. Замазать грязью.
- Перед глазами всего мира.
- Значит, не будет он Сталиным, Никита Сергеевич.
- Как это?
- По документам.
- Они ему - документик покажи, дорогой друг,
- товарищ Вася Сталин.
- А у него этого документика-то и не будет.
- Я ж ему сам паспорт дал - сам и заберу.
- А взамен дам новый. И будет он по этому паспорту.
- Джугашвили, например.
- А кто такой Джугашвили?
- А давай.
- Давай.
- За то никто не скажет, что мы Васю уморили.
- Только из Москвы его вон.
- Только не очень далеко, чтобы за ним приглядывать.
- Вон его из Москвы.
- В Казань его. В Казань.
- И нет.
- Небыло никогда никакого Васи Сталина. И никогда.
- Не будет больше.
- Лишить его.
- Квартиры, звания.
- Всего.
-Билет? Проходите
- Что э делаешь-то сволочь?
- Ты что ж делаешь-то гад?
- Ты что? Да ты знаешь кто я такой?
- А ты знаешь кто я такой?
- Что ж ты за сволочь такая?
- Что твои люди с инвалидами воюют? А?
- Психи какие-то.
- Василий Иосифович?
- Василий?
- Серега.
- Серега.
- Серега. Я же тебя искал.
- Где же ты был-то, чертяга?
- Я в плен попал, потом наши.
- Освободили и сразу в лагерь, как предателя.
- В Воркуте, вот, ногу потерял. Вот теперь освободили.
- Внимание, граждане, проходим. Поезд отправляется.
- Серега, мне ехать надо. Меня в Казань сослали.
- Но я вернусь, я обязательно найду тебя. Слышишь, Серега.
- Ты же у меня один остался, Серега.
- Слышу, Вася.
- Все, Серега, держаться.
- Слышу, Вася.
- Держись, Серега.
- Ты слышишь? Все.
- Все будет хорошо.
- Слышу, Вася.
- Проходим. Проходим.
- Ты только жди меня, слышишь?
- Серега? Слышишь?
- Слышу, Вася.
- Слышу, Вася.
- Василий Сталин.
- Был сослан в Казань, где получил паспорт
- на фамилию Джугашвили.
- Ему было оставлено право ношения воинской.
- Формы и наград.
- Дана персональная пенсия.
- Он умер в Казани девятнадцатого марта.
- Тысяча девятьсот шестьдесят второго года.
- Но еще много лет подряд к его могиле
- приходили неизвестные люди в военной форме.
- Они раздвигали борта своих шинелей и стояли молча.
- У каждого из них на груди были медали и ордена.
- Так салютовали они своему боевому товарищу.
- Василию Иосифовичу Сталину.