Лофт - это бельгийский эротический детективный фильм 2008 года,
снятый Эриком Ван Луем по сценарию Барта Де Пау, в котором снялся
ансамбль фламандских актеров во главе с Коэном Де Боу, Филипом Петерсом,
Бруно Ванден Бруке, Матиасом Шонартсом и Коэном Де Грейвом.
Все фразы и цитаты
Я не имею к этому никакого отношения.
Вы должны мне поверить.
Мы бы очень этого хотели, м-р Стевенс.
Но ваш рассказ выглядит довольно…странным.
– Послушайте. Нас подставили. Это все подстроено.
– Вы утверждаете, что все сфабриковано?
– Что вы – жертва?
– Хм, нет. Не совсем. Не так как…
Не так как кто, м-р Стевенс?
Как она?
Не так?
– Вы уже опросили остальных?
– Не волнуйтесь, опрашиваем.
То есть вы пытаетесь сказать что
все это – один большой заговор?
Почему бы вам не облегчить свою участь
и не признаться?
Расскажите нам еще раз, что
случилось этим утром.
– Опять?
– Опять, м-р Стевенс.
С самого начала, если не возражаете…
– Где вы находились сегодня утром?
– Дома.
– Моя жена повезла детей кататься на лыжах.
– Уже нет. Она на пути домой.
И кажется у нее тоже назрело к вам
много вопросов.
Утром вас разбудил телефонный звонок.
В котором часу?
Около половины десятого.
Звонил Люк. Он был в панике.
Я вынужден был сразу же приехать,
все было очень серьезно.
– Люк Сейнаве?
– Люк, да. Люк.
– Куда вы вынуждены были приехать?
– Лофт. Я приехал в лофт.
– Он объяснил, почему он был в такой панике?
– Нет.
– А вы знали, почему он был в панике?
– Нет. Тогда нет.
Люк?
В чем дело?
Боже правый!
– Какого черта здесь произошло?
– Я клянусь, я ничего не знаю, Винсент.
– Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение?
– Разумеется нет. Я обнаружил ее в таком виде.
– Не трогай ее. Дождись полиции.
– Ты вызвал полицию?
– Еще нет, но…
– Давай пока не будем звонить в полицию, ладно?
Боже правый, приятель!
– Вот дерьмо! Ты звонил остальным?
– Марникс и Крис уже едут сюда.
– Я не смог связаться с Филипом.
– Всем необходимо собраться здесь, немедленно.
Кто она? Ты не знаешь?
– Ты не знаешь кто она?
– Конечно нет.
Как они забрались?
Никак. Дверь была закрыта а
сигнализация отключена.
– Не может быть!
– Дверь была закрыта, сигнализация отключена!
– Не может быть. Ведь это означает…
– Я знаю.
Скорее всего, кто-то воспользовался
одним из наших ключей, чтобы войти.
Господи, Люк. Что же здесь произошло?
Вам знакомо здание на Таверниркаи,
м-р Сейнаве?
– Проект вашего доброго друга Стевенса.
– У Винсента много проектов.
А как насчет лофта на последнем этаже.
Не припоминаете?
– Никогда там не бывали?
– Нет.
Странно… А нам сообщили, что вы делите
лофт вместе с друзьями.
Втайне от ваших жен.
– Это смешно.
– Разве?
Разве вы иногда не приводите туда
кого-нибудь?
– Любовницу, случайную связь, свежий улов?
– Да это просто…
Пять хороших приятелей, желающих сохранить
втайне их гулянки на стороне.
Ни счетов из отелей, ни списаний по
VISA, которые может обнаружить жена.
– Это возмутительно.
– Не стройте из себя святого.
Один из ваших дружков уже признался.
Вы удивлены, а? Не хотите узнать, кто?
– Я такими вещами не занимаюсь. Я…
– Вы любите свою жену.
Да. Я люблю свою жену. Правда.
– Что у вас с глазом, м-р Сейнаве?
– Ударился об шкаф.
– Вы подрались?
– Я ударился о шкаф.
– Где вы были сегодня утром?
– Завтракал в городе с Крисом.
– У вас есть свидетели.
– Крис ван Отрив.
– Д-р Крис ван Отрив. Психиатр.
– Один из ваших друзей по лофту.
Крис женат, у него дети. Он не того
типа парень, который изменяет жене.
Так, так, все – обычные семейные люди.
– Где она?
– У нас большая проблема, Крис.
О, Господи!
– Филип…
– Что ты сказал, Крис? Филип?
– Ты полагаешь, что твой брат замешан?
– Я не знаю…
Нас обвинят в этом.
Элси и дети…
– Мы должны позвонить в полицию.
– Погоди, Крис.
Ты знаешь, что произойдет.
Или ты хочешь, чтобы Эллен все узнала?
Здесь труп! У нас нет выбора.
Если Филип имеет к этому отношение,
мы должны будем сдать твоего брата.
Тогда он тоже был первым, на кого ты
подумал, а? Помнишь в последний раз?
– Или ты уже забыл?
– Нет.
Мы все думаем об одном и том же,
ведь так, Крис?
Мы можем помочь ему. Мы друзья. Если он
расскажет, что произошло, может мы…
Может мы – что? Выбросим ее тело
где-нибудь? Ты сошел с ума!
Послушай, я не собираюсь брать на себя
удар из-за его глупых ошибок, OK?
Какого черта происходит?
Какого черта!
– У нас большая проблема.
– Боже!
– Ты не знаешь, Филип был здесь прошлой ночью?
– Не могу поверить!
Что ты собираешься делать?
– Я хочу на нее посмотреть.
– Господи боже, старик!
Не трогай ее.
Не трогай ее, Крис!
Кто это?
– Кто это?
– Я не знаю.
Никто из нас не имеет к этому
отношения, ведь так?
– Так?
– Мы выясним, что здесь случилось,
и потом разберемся с этим.
Мы не должны поднимать шум!
Мы же друзья! OK?
Годом раньше…
– Боже, они всех подряд пускают!
– Привет, Винс. Это просто великолепно.
– Давно не виделись, Эллен. Выглядишь отлично!
– Спасибо, Винсент.
– Великолепный дизайн. Мои поздравления.
– Спасибо.
– Привет, Барбара.
– Привет. Привет, Эллен.
– Почему ты не купишь одну из квартир?
– Не могу себе позволить.
Конечно не можешь. С твоей-то зарплатой.
Бедняжка!
Увидимся позже. OK?
– Один час, потом мы уходим. OK?
– Мы же только пришли. Не начинай!
Вау, старик! Ты заметил сколько
сколько здесь симпатичных цыпочек?
Посмотри, та, чернокожая, вон там…
– Ты видел ту чернокожую цыпочку?
– Расслабься!
Горячая штучка! Я бы не возражал
помахать своим топором в ее джунглях!
– Я бы даже позволил ей подержать его!
– Успокойся, Марникс. Мириам на нас смотрит.
– Упс, кажется я попал!
– Ну что? Развлекаешься, пузатик?
Расслабься, лапушка. Мы просто
разглядываем гостей.
Не позорь меня, а то я брошу тебя
здесь одного!
Обещаю, обещаю, дорогая!
– Люк. Разве Элси не с тобой?
– Ей немного нездоровилось.
– Она поехала проверить уровень сахара.
– Как она?
– О, вот и она. Как дела?
– Мне было нехорошо сначала,
– но сейчас все в порядке.
– Мы можем уйти в любой момент, моя сладкая.
«Сладкая…» Она только что
измеряла свой уровень сахара!
Ты находишь это смешным? По крайней
мере он хоть заботится о ней.
Мне интересно, чтобы ты делал,
если бы на ее месте была я?
Я бы только был счастлив втыкать
иголку в твою попку каждый день, сладкая!
Я могу вас кое-что спросить?
Вы же психиатр, так?
Верно. Крис ван Утриве.
Д-р ван Утриве, точно.
– Мы знакомы?
– Нет. Вы были знакомы с моей сестрой.
Вы ее лечили. Софи, Софи Марай.
Сожалею о том, что случилось с вашей
сестрой.
Некоторые люди просто рождены несчастными,
доктор. Кому как не вам об этом знать.
Мы достигли большого прогресса за
последние недели до случившегося.
Но ее последний шаг нельзя назвать
успешным, не так ли?
Прямо с десятого этажа.
– Вы приобрели здесь квартиру?
– Нет, архитектор – мой друг.
– Вы?
– Я? нет, нет.
Я пришла вместе с мэром. Я на него работаю.
Я его…
персональный помощник, так сказать.
– О. Интересно…
– Нет, не очень.
– Меня зовут Анн, Анн Марай.
– Извините за вашу сестру.
Не стоит извиняться. Вы все равно
не могли ее спасти.
Боюсь, это наследственное.
Вы же не планируете совершить
какую-нибудь глупость, правда?
Именно это я обычно и делаю, доктор.
Я вечно влюбляюсь не в тех мужчин!
Все в порядке. Все под контролем.
Спасибо.
Вы в порядке? Спасибо, приятель…
– Филип.
– Привет, Винченцо.
Судя по всему, не первая твоя
вечеринка за сегодня?
Извини за мою подружку!
Я вас познакомлю.
Она работает со мной.
А она работает подо мной.
О нет, мой братец идет читать
мне мораль!
Привет, Крис. Как дела?
Друзья Вики? Или ты работаешь
няней?
Эй, я все еще не женат,
могу немного поразвлечься!
Я люблю Вики. Но это не значит,
что других женщин я ненавижу.
Я рад, что ты пришел. Хочу тебе
кое-что показать. Пойдем со мной.
– А где Марникс и Люк?
– Не знаю.
Крис? Ты разве не идешь?
Вот.
– Что думаете, ребята?
– Роскошное местечко!
Отличное. Что ты собираешься
с ним делать?
Его необходимо обставить, но это оазис
покоя прямо в центре города.
Твой оазис все еще нуждается
в доделках.
Место, где тебя никто не побеспокоит.
Можно приходить сюда
когда угодно, с кем угодно.
Место, где можно…
как бы это сказать? Наверстать упущенное.
Наверстать упущенное?
– Так как, мне его продавать?
– Ты хочешь оставить его для себя?
– И для нескольких друзей.
– Чтобы делать что?
Официанты сюда не заходят, а?
Я пошел обратно вниз.
Дай мне ключ, чтобы я мог показать
цыпочкам Филипа твой оазис!
Эй, Лорейс! Стой на месте! Это приличные
девушки!
Ты знаешь, сколько они стоят?
– Зачем нам арендовать лофт здесь?
– Никто не будет знать, что тут происходит.
Сама идея, что у нас есть тайное место,
куда мы можем прийти…
– Не будь дураком, ты знаешь о чем я.
– Ага. Только это про меня.
– Да и не про Люка тоже.
– Разве все мы немного «про это»?
Или хотели бы быть немного «про это»?
Если ты так считаешь…
Ты можешь приходить сюда и читать свои,
газеты, если захочешь. Ради бога…
Я должен убираться отсюда.
Я не могу здесь оставаться.
Люк. Куда ты пошел? Люк? Люк!
Ты не можешь сейчас расклеиваться.
Не сейчас.
– Мы должны пройти через это вместе.
– Успокойся.
– Мы не должны паниковать, терять голову.
– Все кончено, Винс. Разве ты не видишь?
– Все выйдет наружу.
– Нет. Мы найдем решение.
Ну же!
Это Филип. Оставьте сообщение после
сигнала.
Черт. Что мы будем делать, если он
не объявится? Если он сбежал?
Он придет, он обязан прийти.
Что если это как в прошлый раз?
Мы не можем постоянно его покрывать.
Ребята, взгляните на это!
Что это, ребята?
Что это означает?
Крис, что это означает?
– Вы знаете латынь, доктор?
– Что, простите?
Вы знаете латынь?
Да, знаю. Извините…
Тогда может переведете нам, что
написано на стене?
«Фатум нос юнгебит».
Я умею читать.
Но что это означает?
«Фатум нос юнгебит» –
«Нас соединит судьба».
Судьба. Или смерть, если хотите.
Написано ее кровью.
Наше расследование пришло к заключению,
что жертва вряд ли знала латынь.
Значит, вполне возможно, что кто-то
другой написал это.
Но используя ее палец.
Кто-то, знающий латынь, доктор.
– «Фатум нос юнгебит» это неверно.
– Что вы имеете в виду – неверно?
Совершенная будущая форма глагола
«соединять», по-латыни – «юнгере»,
не «юнгебит», а «юнгет».
Должно быть сказано «Фатум нос юнгет».
Тот, кого вы ищете, совершил
классическую в латыни ошибку.
Скорее всего вы об этом уже знаете.
Вы знаете выражение «пошел на хер»?
Это не латынь, но я уверен, что вы
поймете!
Где ваш брат, доктор?
Все остальные здесь, кроме него.
Мы не можем с ним связаться.
Простите, но я понятия не имею,
где он.
Он ваш сводный брат, не так ли?
Одна мать, разные отцы?
Он и его сестра побывали в нескольких
детских домах.
Они попали под опеку государства
после смерти нашей матери.
– Филипу не так повезло с отцом.
– Очевидно.
Настоящий алкоголик. Он бил своих
детей.
Раньше вы не часто встречались с братом.
Теперь же вы лучшие друзья.
Да. Мы потеряли много времени,
которое теперь наверстываем.
Что это значит? «Нас соединит судьба.»
Это предназначалось для нас, Крис?
Это предназначалось для нас?
Где к чертовой матери Филип?
– Мы все здесь кроме него.
– Откуда мне знать, где он?
Что это за хрень?
Это отсюда.
Этот нож отсюда.
Боже, они обвинят нас в этом!
– Где Филип шляется, на хрен?
– А ты как думаешь?
Мне может кто-нибудь объяснить,
что происходит?
– Ублюдок! Садист!
– В чем дело-то?
Прекрати!
Сейчас не время.
Дотронешься до меня еще раз, и
будешь лежать рядом с ней!
– Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение?
– И почему я должен иметь к этому отношение?
– Мы поможем, если понадобится хороший адвокат.
– Но мне не нужен адвокат…
Не напрягайся, Филип.
– Ты был здесь прошлой ночью?
– Нет, меня здесь не было.
Я был у родителей Вики.
Позвоните ей и проверьте.
Почему ты так долго сюда добирался?
Я был на стройке со свекром.
Я не мог просто уйти. Было замечательно
слышать твой скулящий голос на автоответчике,
– «У нас в лофте мертвое тело.»
– Я ничего не понимаю.
Эй, а где был ты? Прежде чем ты еще
кого-то обвинишь. Где был ты?
– Прошлой ночью я был дома.
– Свидетели?
Ты мне не веришь? Свидетелей нет.
Барбара с детьми в Ле Арк.
Если кто-нибудь из нас в этом замешан,
он должен признаться в этом сейчас же!
Сейчас как раз подходящее время!
Сейчас!
Спасибо, какие красивые.
Наконец-то Филипа захомутали.
Я пью за это!
– Который его свекор?
– Вон он.
– Людвиг Тибергейн, М-р Бетон.
– Строительные проекты по всему миру.
Неприлично богат, а она его
единственная дочь.
– Филип теперь в целости и сохранности!
– Будем надеяться, что он счастлив.
Она, похоже, достойная девушка, Крис.
Так, так. Посмотрите кто пришел.
Тибергейн строит здесь не переставая
с того момента как ван Эсброк стал мэром.
– По-моему ван Эсброк был у тебя на открытии?
– Ага, чтобы покрасоваться.
Как только попадается что-нибудь выгодное,
они нанимают только своих архитекторов.
О, большие ребята не дают тебе поиграть?
Какие они противные!
Это несправедливо. Ты рисуешь такие
замечательные маленькие домики…
Эй, мой лучший костюм!
Хороша, а? Ты так не думаешь?
Такая роскошная свадьба.
Выражение «не в деньгах счастье»
придумано только для бедных и дураков.
Ведь так?
Ну, ребята, вы его потеряли.
Теперь он весь мой.
Поздравляем, Вики.
У него трудный характер!
– Надеюсь, ты это сознаешь?
– Да, но я укрощу его.
– Правда, дорогой?
– Угу.
Птичка в клетке, а ключи у меня.
Неплохая клеточка, дружище!
– Могу я им сказать?
– Конечно. Говори.
Со следующего месяца Филип будет
работать на моего отца.
Больше не поваляешься в койке все утро,
а, дружище?
– Надо продавать дома вместе с папочкой!
– Я попрошу, чтобы тебя вышвырнули!
Моя охрана даст тебе под зад!
Пошли, откроем еще конверты.
– Я собираюсь остаться с друзьями.
– OK. Пока.
Я достаточно насмотрелся на крутых
парней!
Филип…
– Вот мой подарок.
– Ты не шутишь?
Следи за ним хорошенько,
их всего лишь пять штук.
Принимая ключи вы принимаете
правила лофта, ребята.
– Здесь наши жены, идиот!
– Работы в лофте закончены. Идите и смотрите.
Это мой подарок всем вам.
А, ты ведь не такой, да?
Если сейчас не пригодится, может позже.
Кто знает, что нас ждет дальше?
Люк? Ты?
Только убедитесь, что это не
ударит вам в голову.
– Ого, ребята, наш собственный лофт!
– Осталось найти кого-нибудь, чтобы привести туда!
Так прямо здесь неплохой выбор.
Эти богачи притягивают отличных кисок!
Посмотрите на ту молоденькую цыпочку.
Черненькую в зеленом платье.
– Я с удовольствием покажу ей мою коллекцию.
– Ей не больше 17!
Ей 18. Держись от нее подальше
или пожалеешь!
– Что? Ты с ней?
– Это Шарон.
– Это Шарон? Кожа-да-кости Шарон?
– Да, это Шарон.
Это твоя младшая сестренка?
Ого, да она превратилась в красавицу!
Еще два лета и плод созреет,
чтобы его сорвали!
– Хотя, мне кажется, что она уже созрела!
– Марникс! Прекрати!
– Что?
– Хватит уже.
Но друзья должны делиться сладостями…
Меня жажда замучила. Мы собираемся
еще выпить?
– Пиво.
– Пиво.
– Не смей говорить о моей сестре в таком тоне!
– OK.
Я серьезно. Тронешь ее хоть пальцем,
и ты – труп! Понял, приятель?
Да, Филип, хорошо.
Я просто шутил, старик. Ты чокнутый!
– Здравствуйте, Крис.
– Здравствуйте.
Не знаю, помните ли вы, но мы
встречались на открытии галереи.
– Я помню, Анн Марай.
– Значит вы меня помните. Это приятно.
Я смотрю, вы и выходные работаете.
Мэр должен быть доволен.
Мэр может идти к черту.
Я думаю, вы немного больше, чем
просто его помощник.
Что вы имеете в виду, м-р Психиатр?
Вы что-то заметили?
– Вы выглядите не очень счастливой.
– Верно.
Я полагаю, не так то много удовольствия
все время быть одной на вечеринках.
Позже, когда вы останетесь наедине,
вы опять получите все его внимание.
Но постепенно вы осознаете, что
всегда будете его любовницей.
Он говорит, что уйдет от жены ко мне.
Он так говорит? И как давно он
это говорит?
Я же говорила вам. Я все время
влюбляюсь не в тех мужчин.
Могу я вам кое-что сказать?
Маленький секрет, только для нас двоих?
Вы знаете, что заводит нашего
уважаемого мэра?
Он просто обожает на таких мероприятиях
носить в кармане мои трусики.
Это его возбуждает, видеть меня и знать,
что под платьем у меня ничего нет.
Боже, я не понимаю, почему вы
позволяете ему так с собой обращаться.
Кто сказал, что я позволяю?
Может быть меня это тоже заводит.
Может быть рассказывая вам, я
возбуждаюсь тоже.
Смотрите не простудитесь.
Крис, извините…
Не понимаю, зачем я вам это сказала.
– Может я проверяла вас.
– Я не нуждаюсь в проверке.
Мы не могли бы побеседовать?
За чашкой кофе. Где-нибудь, где
нас не побеспокоят. Пожалуйста?
Винсент, тот ключ. Я хочу воспользоваться
им. Это не для того, о чем ты подумал.
Я верну его, как только смогу.
Это никогда для того, о чем я думаю, Крис.
Развлекайся.
– Погоди. У нас у всех все еще есть ключи?
– Естественно у всех.
Нет, серьезно, давай рассуждать
логично. Было сделано пять ключей.
Чтобы изготовить еще, нужно знать код.
Он у меня в сейфе, так что об этом можно забыть.
Сюда никто не вламывался. Итак, чтобы
удостовериться. У всех есть ключи?
Ты же не думаешь, что мы отдали
ключи кому-то?
Это против правил.
Твоих правил, Винс.
– Не могли бы вы все показать свои ключи?
– А какой в этом смысл?
Ключ можно потерять.
Мы не можем это исключить.
Итак. Вот мой ключ.
Где твой ключ, Крис?
– Ты его не использовал сегодня, чтобы войти.
– У меня его с собой нет.
– Где он, Крис?
– У меня его с собой нет, OK?
– Я не использую его каждый день.
– Но он не потерян?
Винс, не имеет значения, есть у меня
сейчас ключ или нет.
Итак, у нас только четыре ключа.
Где пятый?
Боже, Крис, кто-то мог воспользоваться
ключом, чтобы попасть сюда.
Да что ты? Тогда как ты объяснишь
выключенную сигнализацию?
Кто бы сюда не забрался, должен
был также знать код сигнализации.
– Если только…не она его впустила, конечно.
– А она каким образом сюда попала?
Как ни крути, все замыкается на нас.
Я очень хотел бы знать, кто из нас
что-то скрывает.
– Как ты сказала это называется?
– Полиамория.
– Отношения, в которых участвуют несколько партнеров.
– И у твоего босса именно такие?
У него есть жена и подружка, и все
они в курсе существования друг друга.
Он говорит, что любит свою жену, и любит
любовницу, почему он должен выбирать?
И его жена не возражает?
Глупая корова!
Звучит подходяще для нас, а, ребята?
Поли-мария'…
Эй, пузатик. Ты с одной женщиной не можешь
справиться, как ты управишься с двумя?
– Ты могла бы выглядеть более дружелюбной.
– Это твоя вечеринка.
– В любом случае, мне надо готовить.
– Не будь такой.
Если тебе надо приглашать друзей, Крис,
– по-крайней мере, приходи домой во время.
– Я должен был задержаться на работе.
Что мне надо сделать, чтобы ты обратил
на меня внимание?
Лечь в больницу?
Но ведь они не часто приходят!
Присоединяйся к нам. Сделай это для меня.
Надеюсь пузатик не собирается
облевать всю гостиную!
Он лакает виски как воду.
Неужели его жена не замечает?
Полиамория может и неплохо, но его жена
в итоге наняла кого-то, чтобы его подловили,
– и вышвырнула его вон.
– Твой босс настоящий олух.
Он должен был помалкивать и правильнее
все организовать, а, Винс?
Чем все закончилось?
Сейчас он живет в малюсенькой квартирке
с женщиной своей мечты.
Ей 22 года, блондинка со сделанной грудью.
Типично… И почему мужчинам
нравится сделанная грудь?
Женщины! Постоянно ноют по поводу
фальшивых сисек!
Если они хорошо смотрятся, значит
они хорошо смотрятся.
У моей мамы вставные зубы.
И когда она смеется, ты же не скажешь,
«О, боже, они вставные!»
Нет, люди будут говорить, что они
хорошо выглядят.
Ты выглядишь лучше чем до этого.
Это улучшение.
С женщинами так всегда,
они постоянно завидуют!
– Марникс…
– Ничто не переплюнет красивую цыпочку!
Для меня это чересчур высоколобо…
– Мой IQ низковат для такой глубокой философии.
– Может тебе стоит его хирургически увеличить?
А также приподнять уголки твоих губ,
чтобы ты выглядела улыбчивой хоть иногда.
Что ж, Мириам, я просто преклоняюсь перед
твоим выбором мужчин.
Знаете что? Тот парень и впрямь должен
был лучше организовывать свои делишки.
Так было бы лучше. Каждый должен быть
подготовлен?
Что ж, скажи нам, как бы ты
организовал такие дела?
Надо подыскать местечко, где тебя
не смогли бы подловить.
Это и есть ключ для… это ключ к упущенному…
наверстыванию упущенного времени.
Выглядит так, будто ты уже обдумывал эту
возможность. Еще какие-нибудь странные идеи?
Эй, Винс, парнишка Винси.
Прекрати пороть чепуху, приятель.
Клик-клик, ключик – в этом весь фокус.
Ключ для…
Марникс!
Давай-ка выйдем на свежий воздух.
Тебе это поможет.
Простите. Простите, ребята.
Не бери в голову. Он всегда такой,
когда выпивает.
Ну почему мне не достался кто-нибудь,
похожий на вас, в мужья?
– Упс, извините.
– Ничего страшного.
Меня немного затошнило после закуски.
Тайская еда…
– Острая. Ударяет в нос…
– Ага, несомненно.
Нам нужно заказать еще инсулин,
этот почти закончился.
Люк, ты ничего не хочешь мне
сказать?
– Что именно я должен тебе сказать?
– У тебя от меня секреты?
– Конечно нет.
– Ты влюбился в кого-то другого?
– Ты можешь сказать мне.
– Почему ты задаешь такие странные вопросы?
– Я тебе не изменяю. Нет.
– Это не то, что я имела в виду.
Я спросила, не влюбился ли ты
в другую…
Элси, Я может быть не такой яркий,
как остальные, но я всегда буду рядом.
Всегда. С тобой и детьми.
Я не представляю, чтобы я без тебя
делала, Люк.
Я много чего смогу пережить, знаешь…
– Что ты делаешь?
– Мы должны от нее избавиться.
Мы не можем, Винс.
Наручники ни хрена не расстегиваются!
Неужели вы не видите, что происходит?
Кто-то пытается нас подставить!
– Кому это может быть выгодно?
– Подумайте. Труп, пристегнутый наручниками.
Латынь, нож, и все это у нас лофте.
Кто еще знал о нашем договоре?
Кто-нибудь из вас проболтался?
– Ты, Марникс?
– Что? Почему я?
– Может потому, что напился в стельку?
– Нет!
– Я всегда соблюдал правила.
– Ты раскрыл кому-то код сигнализации?
– Или вводил его, пока кто-то наблюдал?
– Нет!
– Почему ты на меня смотришь?
– Что ты пытаешься сказать?
Может кто-то хочет отомстить,
хочет, чтобы все это всплыло наружу?
Кто хочет отомстить?
Я не знаю. Ревнивый парень, отвергнутая
любовница, кто-то в этом роде.
У кого-нибудь из нас проблемы?
– Я думаю, что ты милый.
– Хм, звучит жалостливо.
Но.
Ты из хороших парней.
Довольно странное высказывание,
учитывая обстоятельства.
Я не знаю.
– Кому принадлежит этот лофт?
– Другу.
– Он заграницей.
– Такое ощущение, что он там вечно.
Я люблю тебя, Анн.
Ты не должен говорить мне подобные
вещи, Крис.
– Я серьезно.
– Да. Почему?
Может потому, что ты чувствуешь себя
обязанным сказать это?
Я не изменяю своей жене и
не влюбляюсь в два счета.
Я не хочу, чтобы ты влюблялся в меня.
Наши свидания конечно захватывающие.
– Но реальная жизнь не такая.
– Я бы хотел предпринять попытку.
Если ты сейчас не заткнешься,
я скажу что-нибудь неприятное.
Я сыт по горло ложью, всей этой
секретностью.
Я хочу все сказать Эллен.
И…я собираюсь уйти от нее.
Только те, кого мы любим, могут
причинить нам боль…
Я никогда не причиню тебе боль.
Я не о тебе говорю. Ты меня не знаешь.
– Дай мне шанс узнать тебя.
– Я – шлюха, Крис! Понял?
Я сплю с мужчинами за деньги.
Вот кто я такая, шлюха!
– Что ты сказала?
– Не беспокойтесь, доктор.
Я не пришлю вам счета за последние
несколько месяцев.
– Что ты сказала?
– Забудь. Ты и половины всего не знаешь.
– Крис изменял своей жене?
– Хм, я так не думаю, офицер.
– Крис очень верный муж…
– Все ваши друзья настоящие семьянины!
Вы прямо должны хренов клуб основать!
Но ты-то совершил парочку запрещенных
проступков, а, приятель?
Почему ваша жена подает на развод?
Я ничего не знаю о разводе…
Мы просто на время разъехались.
– Почему?
– Моя жена узнала кое-что,
– что ее не очень обрадовало.
– Вы ей изменили.
Технически говоря… да.
– И как она узнала?
– Женщина с которой я…
– Изменили вашей жене.
– Да. Она.
Очевидно, ожидала большего,
поэтому заявилась к нам домой.
Идиотка…
Эта дама стала рассказывать моей
жене все подробности…
Я очень надеюсь, что моя жена меня
простит за эту ошибку, ведь я люблю ее.
Изменять – приятно, но вот быть
пойманным – это хреново, так?
– Вы приводили ту женщину в лофт?
– Нет, нет, это случилось в Дюссельдорфе.
– В Дюссельдорфе?
– И что вы там делали?
Там проходила торговая ярмарка.
У Винса были ВИП-приглашения,
два оказались лишними. Пару ночей в
роскошном отеле, вдали от дома.
– А вы оказались счастливым обладателем.
– Я оказался одним из счастливцев…
Ты не посмеешь!
100 евро. 200 евро.
Она все время на тебя смотрит, старик!
Пригласи ее. Можешь взять ее,
а мне – то что останется.
– Помечтай!
– Меня эти девочки не интересуют.
Почему нет? Они просто умоляют об этом!
– Слишком легко!
– Да ладно, Винс!
Я предпочитаю женщин, которые стоят
потраченных усилий, особенных.
– Мне нравится открывать неизвестные острова.
– Оглянись вокруг.
Целая гряда островов!
Атолл, Люк!
Винс, а Барбара в курсе твоих
'исследовательских путешествий'?
– И зачем это я стал бы причинять ей такую боль?
– Эй, сбавь обороты.
У тебя есть ключ от этого лофта.
Чем ты там занимаешься? Стираешь?
Ого! Еще бельгийцы в этом отеле!
Меня зовут Анья. Я жду свою коллегу.
– Здесь дорого, не так ли?
– Можем мы предложить вам выпить?
Было бы очень мило. Можно я закажу
что-нибудь отличное от пива?
Что вы пьете? Шампанское?
Слушай, она отпугнет все симпатичных
девушек, старик!
Бокал шампанского.
– У страшил всегда симпатичные подруги.
– А что если она и есть симпатичная?
Смотрите! Не могу поверить,
папа Бетон тоже здесь.
И не с мамой Бетон, к тому же.
– Все парни одинаковые!
– Какая мудрость, Анья! Я пью за это.
Ты странноватый парень, ты знаешь это?
Бутылку шампанского, пожалуйста, и
четыре бокала за тот столик.
Вы были у Вики на свадьбе?
Друзья Филипа?
– Архитектор?
– Винсент Стевенс.
– Я спроектировал…
– Я о вас слышал.
Может нам стоит поработать совместно.
Мне всегда пригодится хороший архитектор.
– Прекрасно, м-р Тибергейн.
– У нас есть большой проект
в Антверпене, «Левый берег». Кварталы
домов с роскошными квартирами.
Все по последней моде. Это может
быть по вашей тематике.
Только пока это проект держится в секрете.
Надеюсь на вашу сдержанность.
– Это было бы интересной задачкой…
– Сдержанность, м-р Стевенс.
Это то, на чем я настаиваю.
Диктум сапиенти сат ест.
Мудрому достаточно слова.
– Вы хорошо умеете слушать?
– Абсолютно… абсолютно.
Я программист и тоже умею быть
сдержанным.
Занесите все что эти люди пьют
на мой счет.
Хорошего вам вечера, джентльмены.
Спасибо.
Мисс…
Кем эта скотина себя возомнила?
Диктум сапиенти, на хрен!
Ну-ка, гляньте. Кое-кто тоже
любит познавательные путешествия!
Это шлюха мэра, Марникс.
Привет, это Анн Марай.
Все сообщения после сигнала.
Кому ты звонишь так поздно?
Никому. Просто слушаю автоответчик.
А что?
Слушаешь автоответчик.
И что он говорит?
«Ты плохой обманщик, Крис ван Утриве?»
– Зачем ты это говоришь? Что-то случилось?
– Я не знаю.
Может это то, о чем я должна
тебя спросить!
– Эллен, я…
– Я иду в кровать.
– Ты выключишь свет?
– Эллен!
Мужские мозги находятся у них
между ног!
Да? В женских журналах пишут
только о двух вещах.
Какие мужики свиньи и как
их соблазнить.
Но зачем брать себе целую свинью, если
требуется всего лишь ее маленькая частица?
– Тебя нельзя оставить одну на пять минут!
– Пять минут?
Сара, милая, я жду тебя уже
целый час!
Слава богу мне посчастливилось
найти спонсоров!
Ты не собираешься познакомить меня
со своими новыми друзьями?
– Вы тогда увидели ее в первый раз?
– Да, это был первый раз.
– Сара Делпорт.
– Да, Сара.
Что произошло в Дюссельдорфе?
– Что вы хотите узнать?
– Все.
– Если нас застукают, то вышвырнут вон.
– Сара, ты ужасна!
Нечего было подначивать меня!
– Вот и бассейн.
– Давай вернемся, Винсент?
– Пока не случилось то, о чем мы можем пожалеть.
– Да ладно тебе, Люк.
– Это же очень волнующе?
– Немного чересчур для меня.
Ну же, Винсент. Снимай свою одежду.
Ты хотел поплавать голышом. Мы
поспорили, и теперь я хочу свой приз.
Упс, мои креветки вот-вот вернуться.
Что? Ты еще ничего не видела.
Анья, ты серьезно?
– Все.
– Что ты имеешь в виду – все?
– Дальше?
– Да, дальше.
Ого… неплохо… для такого старичка!
– Тебе нравится в игры играть.
– А кто здесь играет?
Ты со мной поспорил, вот мы здесь
и стоим,
– чего ты собственно и добивался…
– Как будто я стал бы…
Давай, твоя очередь. Ну же.
Люк, это все еще слишком волнующе
или ты уже немного успокоился?
– Хорошо, правда?
– Мило.
– Ты идешь, Люк?
– Мне и здесь хорошо.
Но ты мне нужен, Люк,
потому что Винсент собирается
ко мне приставать,
а если ты будешь здесь, он не посмеет.
– Ах ты хитроумная девчонка!
– Значит это не правда?
Ты весь вечер отпускал мне
комплименты
и бросал похотливые взгляды.
Посмотри так еще раз.
Тем взглядом, который длиться немного
дольше чем надо. Я серьезно.
– Ты очень хороший, Винсент.
– Я тоже так думаю.
Ты что, думаешь что я уже
дала тебе согласие?
– Прости, Винсент, но ты меня разочаровываешь.
– Да уж, ты действительно любишь поиграть!
Я кое-что тебе скажу.
Я лучше чем ты.
– Чувствуешь меня?
– Да.
Марникс? Ты здесь? Марникс?
Мне нужен ключ от нашего номера,
приятель.
– Марникс.
– Оставь на в покое ненадолго, Люк.
Ты напуган. Ты бежишь от своих чувств,
ведь так?
Я не хочу расставаться.
Мне жаль, что это должно
закончиться таким образом, Сара…
Ты вообще способен любить кого-нибудь?
Мне жаль.
– Зачем ты это туда выбрасываешь?
– Потому что она пустая.
Ты был здесь прошлой ночью,
ведь так, старик?
Если ты здесь был прошлой ночью,
то почему не скажешь об этом? Мы же друзья.
Она была здесь, когда я ушел.
Она была еще жива тогда.
Кто-то пришел после меня.
Тогда так и скажи. Ты только
усложняешь все.
Мы должны пойти в полицию.
– Мы не можем сами в этом разобраться.
– Вы сумасшедшие? Что мы скажем?
А нашим женам?
– Винс хочет кое-что вам сказать.
– Что именно, Винсент?
Какого хрена?
Ну давай же, ответь.
Алло?
Кто это?
Это агент по недвижимости. Пришла
посмотреть лофт.
– Лофт выставлен на продажу.
– Что?
Видите, я был прав! Черт побери!
– Как он может быть выставлен на продажу, Крис?
– Она спрашивает Сару Делпорт.
Кто такая Сара Делпорт?
Кто она, ребята? И кто выставил
это место на продажу?
Она чтоли?
– Ты ее знаешь, Марникс.
– Что? Что ты сказал?
Что ты ее знаешь.
И Люк тоже.
Это Сара Делпорт там лежит.
– Я клянусь, что никогда ее раньше не видел.
– Ты врешь. Ты знаешь ее.
– Почему ты это говоришь?
– Мы познакомились с ней Дюссельдорфе.
Пару месяцев назад, в тот последний
вечер в баре.
Она была подруга Аньи.
Давай же!
– Я был в стельку пьяный, я не помню.
– Я знаю, Марникс.
– Но ты то не был, а, Люк?
– Это она?
Черт возьми!
– Не будь дураком, Люк. Ты говорил с ней.
– Как я должен был догадаться, что это она?
Я не знаю, кто это. Это вы повернули
ее, вы ее видели. Я – нет.
– Так ты знаешь ее, Люк?
– Когда видишь труп,
то не думаешь о девчонке, с которой
познакомился однажды в баре.
Он извращает факты, вот что
он делает. Разве вы не видите?
Вы ошиблись, мадам. Мы не знаем никого
по имени Сара Делпорт.
Ну же, Филип.
– Ты ее узнаешь?
– Я не могу разглядеть, черт!
Кто это?
Это ты хотел нам сказать, Винсент?
Мы встречались, ок? Я приводил ее
сюда пару раз.
Но я клянусь жизнью своих детей,
я не имею к этому никакого отношения.
Жизнью своих детей?
Боже правый, старик!
Ты был здесь прошлой ночью?
Ты привел ее сюда?
Я не хочу расставаться.
Я порвал с ней вчера.
Винсент…
Она была жива, когда я уходил,
Крис, я клянусь… Но это не важно.
Это все равно не объясняет. почему
кто-то выставил лофт на продажу!
Вы ищете что-то определенное
или просто осматриваетесь, сэр?
Почему ты не отвечаешь на звонки?
Если ты меня бросаешь, имей хотя бы
храбрость сказать об этом.
Как я могу бросить тебя, Крис? Между
нами ничего серьезного не происходит…
Ох, значит это было так? Ничего? OK…
Давай не будем усложнять.
Ты знаешь какая я.
Не имеет значения кто ты или какая.
Правда не имеет, Анн.
Скольких женщин ты водил в этот
свой лофт?
Который ты делишь со своими друзьями.
Побереги свое нытье для следующей
цыпочки, которую ты туда приведешь.
Подожди! Анн, ты же знаешь, что я не такой.
Ты знаешь это.
– Я знавала лжецов получше.
– Погоди.
Вот. Он нужен мне только если
мы пойдем туда с тобой.
Возьми его. Если захочешь меня видеть,
дай знать.
Крис? Что ты здесь делаешь?
Подыскиваешь что-нибудь для Эллен?
Привет, Элси.
Нет, я встречался с коллегой.
– Ваша жена знает, что вы снимаете лофт с друзьями?
– Я вам говорил, что я не снимаю.
Я может был там один раз,
на открытии здания.
Так значит все-таки были! Вы только
что сказали, что не знаете, где он находится.
Я никогда никого туда не приводил.
Я думал, что вы это имели в виду.
– Вы знали эту девушку?
– Я познакомился с ней в Дюссельдорфе.
– Вы знали, что он начал с ней встречаться?
– Я бы очень удивился, если бы это было так.
Вы не ревнуете, когда ваш хороший друг
Винсент обольщает симпатичных женщин?
Я женат. Я его не ревную.
Я не имею в виду его, м-р Сейнаве.
Я имею в виду ревнуете женщин.
Что вы сказали? На что вы намекаете?
Какая наглость, намекать на подобного
рода вещи!
– Зачем так яростно, м-р Сейнаве?
– Винсент мой лучший друг,
– всегда им был.
– Ваш лучший друг вас всех предал.
Винсент никогда не предаст своих друзей.
Вы это просто так говорите.
Вы, ублюдки!
– Что ты сказал?
– Ты слышал, ублюдок!
Ты обвиняешь меня, а сам скрываешь
от нас свои делишки!
Вчера вечером я сказал ей, что между
нами все кончено, а потом ушел.
– И это все, старик.
– Все?
Похоже ты поставил жирную точку
на этом!
Когда ты собирался нам сказать, Винс?
Опусти нож, Филип.
Не будь дураком!
Я не знаю, что произошло потом.
– Я не имею к этому никакого отношения!
– Оставь его.
Может я был у нее не один. Может
она еще с кем-то встречалась.
– И этот кто-то пытается все повесить на нас.
– На тебя, козел!
Похоже, это становится твоей проблемой,
Винсент.
Неужели вы не видите, что происходит?
Зачем встречаться с агентом по поводу
лофта, который ей не принадлежит?
В тот день, когда она обнаружена мертвой.
Какое совпадение!
Зачем бы она это сделала?
Так не можем дальше продолжаться. парни.
Все выходит наружу.
И что ты собираешься делать?
Бросить меня одного?
Винсент? Ты здесь?
Винс? Открой дверь, пожалуйста.
– Ты что, рехнулся? Я здесь не один.
– Мириам ушла!
– Что значит – Мириам ушла?
– Она оставила меня.
Та девчонка из Дюссельдорфа все
ей рассказала.
– Ты должен мне помочь.
– Она знает про лофт?
Что? Нет. Конечно нет.
Все произошло в Дюссельдорфе.
Ты был там, в бассейне.
Мириам ушла, Винс.
Что мне делать?
– Я не могу без нее жить.
– Ты ни в чем не признался?
Правило номер один – никогда не сознавайся.
Иначе ты причинишь им боль.
Ты не мог бы поехать и поговорить
с ней, Винс?
Сказать ей, что я ее люблю, и что
Анья лжет?
– Она тебе поверит, Винс.
– Я попробую, ладно?
– Все будет в порядке.
– Я люблю ее, Винс.
Я постараюсь все уладить. Черт, одна
надежда, что она знает только об этом.
– Посмотри, во что ты нас втянул.
– Прости, этого не должно было случиться.
– А теперь что?
– Мы должны убрать ее отсюда.
Подчистить все концы.
– Мы не можем сделать так. чтобы она испарилась.
– Это единственный путь выпутаться.
Вы только его послушайте!
У тебя была с ней связь,
а теперь она лишь улика, которая может
нарушить твою идеальную жизнь.
– Что ты за человек?
– Я не нуждаюсь в твоих поучениях!
Как ты собираешься стащить ее с кровать?
Отпилить ей руку?
– Или у тебя все-таки есть ключи от наручников?
– Нет.
Я думал, наручники больше по твоей части!
– И что это ты имеешь в виду?
– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.
Помогите!
Заткнись на хер!
Заткнись! Эта потаскуха думает,
что может дурачить меня!
– Помогите! Пожалуйста.
– Заткнись!
Он сумасшедший!
– Он меня изнасиловал! Он меня изнасиловал!
– Все в порядке.
– Дай мне ключи.
– Сучка хотела вызвать полицию!
– Ключи!
– Ключи? Ты хочешь ключи.
Да вот тебе ключи.
Я отказалась кое-что делать.
– Он заставлял меня кое-что делать…
– Заткнись!
Что? Ты хочешь больше денег? А?
Этого хочешь? Вот тебе твои чертовы деньги!
Ты рехнулся?
Совсем мозги потерял?
Она – проститутка! Знаешь кое-что
о проститутках? Знаешь?
Ты не можешь их насиловать! Не можешь.
– Черт!
– Так нельзя обращаться с женщинами!
Неважно с какими!
– Да что с тобой такое?
– Не трогай меня!
Не дотрагивайся до меня!
Только взгляни на себя!
Ты обнюхался кокаина и избиваешь
женщин.
Ты что, не сознаешь, что ты всех
нас подвергаешь риску? Нет?
Я хочу позвонить в полицию.
Он избил меня. Он меня изнасиловал.
Заткни свой рот или я сам
тебе его заткну!
Ты ни хрена не лучше своего
папаши!
Ох, Крис!
Ага, Крису больше повезло с папочкой!
Ты, вечно страждущий помочь всему миру,
желающий спасти всех подряд.
Где ты был, когда нас избивали?
А твоя мать притворялась,
что не слышит.
– В безопасности со своими однокашниками!
– Господи!
Ты никогда не беспокоился о нас.
Никогда. Я должен был защищать свою
сестру. Мы для тебя ничего не значили.
– Мы ничего для тебя не значили, ничего.
– Я не знал.
– Если бы я знал…
– То что?
Что? Я бы вас увез оттуда, черт побери!
Я глубоко сожалею, но мы не можем
обратиться в полицию.
Я отвезу вас к своему другу,
он доктор.
Винсент, дай мне все деньги,
что у тебя есть.
Здесь около 700 евро. Этого конечно
не достаточно за то, что с тобой случилось,
но может это поможет тебе забыть.
Нет, он животное.
Он должен сидеть!
– Я хочу в полицию.
– Мы с ним разберемся. Я обещаю.
Погоди. Возьми это. Это стоит больших
денег. Возьми. Возьми это.
Видишь, это именно то, чего она хотела
… деньги.
Я тебя разорву, если ты не заткнешься!
Давай, бери свою одежду,
я отвезу тебя к доктору.
Мне не нужен доктор.
Ты сегодня заставил меня сделать то,
за что я никогда тебя не прощу. Никогда.
Я верну тебе деньги за часы.
Подумаешь, проблема?
Ни хрена себе! Почему вы нам не
рассказали?
– Когда это случилось?
– Две недели назад.
Мы решили никому не говорить.
– Потому что так поступают друзья.
– Я не нуждаюсь в твоих поучениях.
– Только не о дружбе.
– Но именно поэтому я молчал.
Я думал, что это ты сделал.
Явился сюда пьяный,
– нанюхавшийся, заведенный…
– Поцелуй меня в задницу!
– Тебе пора завязывать с кокаином!
– А тебе пора завязывать с выпивкой!
Хватит уже! Только послушайте себя!
Они хотят настроить нас друг против друга!
Кто-то пытается уничтожить нас!
Я тоже хотел бы вам кое-что рассказать.
Но не могли бы вы сначала изолировать Филипа?
– Филип…
– Ты сам напросился, приятель.
Что ты хочешь сказать, Люк?
Ты просил нас быть честными,
выложить все карты на стол.
– Я выкладываю все свои карты на стол.
– И где они, Люк?
И где ты это поставил?
Не могу поверить! Ни хрена себе!
Какого черта, Люк!
То есть ты записывал все, что здесь
происходило, каждую женщину, мы приводили.
– Не всегда… Иногда.
– Ох. Когда иногда?
– Когда тебе нравилось происходящее?
– По-крайней мере, я не изменял своей жене.
– Нет, ты просто смотрел.
– Ты больной, точно больной!
Это ты больной! Ты изнасиловал проститутку,
а не я. Я записал это на диск!
– Ты больной.
– Филип, мы все замешаны в этом.
– Вспомни, о чем мы говорили.
– Где эти записи, Люк? Здесь?
Я хочу, чтобы ты уничтожил все диски.
Полностью. Вместе с нами.
Или я клянусь, мне будет по хрену,
всплывет это все или нет!
– Так ты записал то, что вчера случилось.
– Нет, ты не говорил, что придешь сюда.
Ты нарушил свои собственные правила. Ты
в этом хорош, нарушать свои же правила.
Теперь ты напуган. Напуган, что у меня
есть записи всего, что ты тут вытворял.
Но не волнуйся, Винс,
я же твой друг.
Твой лучший друг… Я буду помалкивать.
Я всегда помалкиваю.
– Я всегда подозревал, что ты скользкий тип!
– Козел!
– Мастурбировал пока подсматривал за нами!
– Ты ничего обо мне не знаешь! Ничего!
Ноль!
Ты видел что-нибудь, что может нам помочь?
Ты знаешь что-нибудь о том, что случилось?
Когда люди, которым изменяют и причиняют
боль, находят друг друга,
как ты думаешь, что случается?
– Что ты имеешь в виду?
– А ты что сам думаешь?
– Что случилось, мышонок?
– Мне что-то не хочется ехать завтра.
– Что? Ты не хочешь кататься на лыжах?
– Хочу, но не одна.
– Но ты не одна. Дети же тоже едут.
– Ты знаешь, о чем я.
Ты не мог бы тоже поехать, дорогой?
Я люблю тебя. Остальное не имеет значения.
– Что ты имеешь в виду – не имеет значения?
– Все. что не является важным.
Я буду звонить каждый день.
Я обещаю.
– Я знаю. Один час, не дольше.
– Делай что хочешь. На меня не смотри.
Я наслаждаюсь каждым моментом,
который мы проводим вместе.
Ты когда-нибудь задумывался, что произойдет
если ты выберешь неизвестность?
О-о, когда речь о благотворительности,
маме Бетон разрешено появиться.
С тобой связывались по поводу этого
проекта, «Левый Берег»?
– Я слышал, они получили разрешение строить.
– Они мне не перезвонили.
Для больших шишек я недостаточно важен.
Но они меня еще не знают
– Леди…
– Винсент Стевенс, архитектор.
– Он спроектировал здание на Тавернеркаи.
– О, так это вы?
Дизайн просто фантастичный, великолепный.
Поздравляем.
Поздравляем.
Мы разговаривали об этом с вашим мужем,
когда встретились в Дюссельдорфе.
Жаль что вас там не было…
Вы говорили мне о вашем проекте
«Левый берег», м-р Тибергейн.
Вы собирались позвонить мне насчет этого.
Мы над этим работаем. Мы подали на
разрешение на строительство…
– И пока мы ждем и надеемся.
– Отлично!
– Вы игрок, господин мэр?
– Вы любите рисковать, м-р Стевенс?
Зависит, что на кону и сколько
можно потерять.
Как вы там сказали?
Диктум сапиенти сат ест? Так?
Леди, позвольте пожелать вам удачи
в игре.
Так как это очевидно, что в любви
вам уже повезло!
Джентльмены…
Удостоверься. чтобы осталось что-нибудь
на алименты, пузатик. Не потеряй все.
– Что ты здесь делаешь, Мириам?
– Я могу выйти в люди для разнообразия?
Пожалуйста, я правда хочу вернуться.
Я сглупил. Я это знаю. Я был пьян.
– Это ничего не значило.
– Я не понимаю этого в парнях.
Если это ничего не значит, зачем это делать.
Это не очень хорошо для девчонок.
– Я клянусь, я изменюсь.
– Изменишься? Во что? В лягушку?
Или половик, которым ты уже являешься?
Что ты почувствуешь, если я скажу, что
сегодня я в настроении подгулять?
Может я уже подгуляла, с одним из твоих
друзей, чтобы сравнять счет.
С Крисом. Или…
с Винсентом, которого ты послал
со мной поговорить.
«О, Мириам. Он на самом деле страдает!»
Тебе везет! Ты выиграл!
Но половина моя, запомни!
Двадцать одно!
– Ты дала билеты Шарон?
– Эй, больно!
Я не давал ей ничего, так ты это
сделала за моей спиной.
– Ну и что? Ты не ее отец.
– Ты видела, на кого она похожа?
– На шлюху!
– Я думала, шлюхи тебя возбуждают?
– Что?
– Оставь ее в покое, Филип, пусть веселится.
Она развлекается и я тоже собираюсь.
Я тут выигрываю.
Тебе это пригодится, учитывая то количество,
которое ты вдыхаешь своим носом!
Чья бы корова мычала…Будь уверен,
что ты скопил достаточно!
Тебе это раньше понадобится.
Знаешь, что ты должна делать? Начинать
процедуру развода, чертова сучка!
Процедуру развода? Ну и что?
Ты ничего не получишь, так как
у нас нет детей, придурок! Ничего!
На вот. Попытай счастья в рулетке,
может выиграешь состояние!
Анн?
– Нам надо поговорить, доктор.
– О чем?
Ваш друг, архитектор…
Он играет в очень опасную игру.
Он должен быть очень осторожен.
Вы не могли бы ему сказать, чтобы
он был поосторожнее?
Я думал, это будет касаться Анн.
Простите.
Я хочу, чтобы вы прекратили
видеться с Анн.
– И почему я должен это сделать?
– Я люблю ее.
– Тогда вы не единственный.
– Вы, вы платите ей…
– Я хочу, чтобы вы ее отпустили.
– Вы знаете, это только она может решить.
Мы просто должны радоваться тому,
что она нам дает.
– Простите, но я ей никогда не платил.
– Это правда.
– Вы ей не платили. Не вы…
– Алекс, замолчи.
Не забудьте передать мой совет
своему другу, доктор.
Что он имел в виду?
Когда сказал, что не я плачу.
– Я не хочу любить тебя, Крис.
– Что он имел в виду?
Что он имел в виду?
Когда сказал, что не я плачу тебе?
Ты единственный, кто может
причинить мне боль.
Скажи мне, что это не правда, Анн!
За первый раз мне заплатили.
Я была просто шлюхой в наш первый раз.
– А дальше я просто была собой.
– Кто же тогда заплатил?
– Извините. Шарон, пойдем со мной, сейчас же!
– Филип, я сама могу о себе позаботиться.
– Пойдем со мной!
– Оставь меня в покое.
– Ей, приятель! Ты глухой?
– Отвали!
– Пойдем, Шарон.
– Она не хочет, ты, хрен собачий!
Хрен? Это то, что у меня тут написано?
– Не написано, так ведь, ты, придурок?
– Прекратите!
Там это не написано, ведь так? Пошел на хрен!
– OK, OK, отпустите, отпустите.
– Выведите его отсюда.
Сейчас же. И чтобы больше я тебя не видел.
Ты понял?
Никогда. Козел!
Успокойся, все в порядке.
– Кто эта девушка?
– Сара, это не то, что ты думаешь.
– А что я думаю?
– Она сестра друга.
Ее только что оскорбили,
была драка.
– Есть еще кто-нибудь?
– Не глупи.
Она сестра лучшего друга, она все еще ребенок.
За кого ты меня принимаешь?
Я уже не уверена.
Я не могу говорить с тобой дольше.
Моя жена тоже здесь.
– Ты меня любишь?
– Ты знаешь, что я люблю тебя по-своему.
– По-своему. А если придется выбирать?
– Не так все просто, Сара.
Мы можем встретить в лофте завтра. Барбара
уезжает, и мы сможем поговорить.
– Может мне облегчить тебе выбор?
– Как?
Просто покончить с этой проблемой.
Что ты собираешься сделать?
Сара!
Сара!
Сара!
Ой, простите.
Я вас не ушиб?
Не делай этого. Пожалеешь.
Господи боже! Они знают!
Это наши жены.
Наши жены нас подставили.
Почему, Винсент?
Потому что они узнали про лофт.
Потому что они узнали, потому
что все вышло наружу.
Зачем ты это сделал?
Зачем что?
– Я же сказал тебе.
– Почему мы? Мы твои друзья.
Мы твои друзья!
Это наши жены. Они все узнали.
Нет, Винс, это не наши жены. Это
твои друзья. Твои друзья все узнали.
Твои друзья все узнали.
– Что происходит, ребята?
– Ты до сих пор не понял, а?
Быстрее, снимите с него одежду.
– Что вы со мной делаете?
– Тебе обязательно было с ней так поступать?
– Заткнись! Я просто сделал как договорились!
– Мы не так договаривались, посмотри сколько кровищи!
А эта латынь на стене, разве не чересчур?
Думаешь, полицейские на это купятся?
– Тогда тебе самому надо было все делать!
– Прекратите, мужики. Позже!
– Что происходит?
– Замолчи.
– Вы убили ее.
– Мы ее не убивали.
Мы ее нашли.
– Что?
– Мы приходили сюда сегодня, Винс.
Сегодня утром. Без тебя.
– Боже.
– Я сначала подумал, что она спит.
Винсент ее знает?
Да, она оставила ему прощальной
письмо.
Нам придется позвонить в полицию, мужики.
В случаях самоубийства обычно присылают
общественного обвинителя. Все выйдет наружу.
«Увидимся в следующей жизни…»
Слушайте, ребята, а может узнаем где она
живет и отвезем ее туда?
Ну же, мы должны помочь Винсенту.
– Он наш товарищ.
– А где он, кстати?
Это его чертова проблема.
– Я ему не звонил.
– Что? Ты не звонил ему?
– Почему, Люк?
– Я должен вам кое-что показать.
Ты нас записывал?
Ты чокнутый?
Ты можешь избить меня до смерти позже,
если хочешь. Сейчас на это нет времени.
Вы должны кое-что увидеть, что полностью
изменит ваш взгляд на ситуацию.
Что ты имеешь в виду?
Мы не должны отвечать за то, во что
влипли по вине Винсента.
Винсент не всегда был таким
хорошим другом.
Эй, что это?
Что это?
Они пришли сюда позже в тот вечер,
когда он поехал поговорить с ней.
Она была пьяна, Марникс,
и он этим воспользовался.
Не могу поверить.
Ты не мог бы с ней поговорить?
Может я уже подгуляла. Чтобы сравнять счет.
С Винсентом…
которого ты послал со мной поговорить.
Все будет хорошо.
Это твоя маленькая сестричка?
Вау, она превратилась в настоящую красавицу.
– Как давно?
– Не важно, Филип…
Это началось сразу после твоей свадьбы.
Они встречались здесь регулярно.
Он был у нее первым.
Она была девственницей.
Хороша, а?
Ты меня не знаешь.
Но ты же у нас не такой.
– За первый раз мне заплатили.
– Кто же заплатил?
Он ей заплатил, чтобы заманить
тебя сюда, Крис.
Только те, кого мы любим, могут
причинить нам боль…
Он использовал ее, как использовал
всех остальных.
Я его убью! Я серьезно!
– Нет, я серьезно.
– Успокойся, старик.
Если мы будем придерживаться плана,
у нас может быть шанс.
Он не должен знать, что мы
собираемся сделать.
– Мы должны держаться вместе.
– У нас нет выбора.
– Полиция будет на допрашивать.
– Мы не должны признавать, что делили лофт.
Они будут натравливать нас друг
на друга, но мы не должны поддаваться.
Боже, ты говоришь точно как Винсент!
Если все обнаружится, наши жизни
тоже полетят в тартарары.
Крис?
OK. Я за. Но при одном условии.
Я хочу удостовериться.
В том, что он был здесь вчера.
Я хочу услышать это от него. Я дам вам
знак, бокал разобью, например.
Ничего не случится до тех пор,
пока мы не будем уверены на 100%.
Итак? Что нам сейчас сделать?
У нас два часа, чтобы обеспечить
себя алиби
– и все подготовить.
– Я этим займусь.
– Ты не обязан, Филип.
– Я справлюсь.
Идите, вам надо, чтобы вас
видели люди.
– Где прощальное письмо?
– У меня.
Ты знал об этом все это время.
Все это время ты смотрел и молчал.
Ты, скользкий вуайерист!
– Ты не лучше его! Извращенец!
– Радуйся, что сейчас знаешь.
Нет, Люк, Мне сейчас совсем не радостно.
Глотай, мужик.
Какого черта произошло?
Какого черта произошло?
Это твоя маленькая сестричка?
Она превратилась в настоящую красавицу!
– Как давно?
– Это не важно, Филип.
– Тебе обязательно был такое с ней сотворять?
– Я сделал как мы договорились.
– Но не со всей этой кровищей!
– Не так, Филип.
Эта латынь на стене.
Полицейские на это купятся?
Вы все это инсценировали. Всю историю.
Это все – подстава.
Вы меня подставили.
Вы, чертовы ублюдки!
Мои собственные друзья.
Зачем ты это сделал, Винсент?
Лицемеры хреновы.
Вы все обманщики и предатели.
Зачем?
Во имя Господа, почему, Винсент?
Потому что я мог. Потому что это
ничего не значило.
Потому что выше всего этого!
Я выше этого!
– Я умру?
– Нет, Винсент, ты не умрешь.
Она заманила тебя, накачала снотворным,
а потом убила себя рядом с тобой.
Но ты выживешь.
Потому что мы друзья.
Они нас подставили. Меня и Сару.
Это все было инсценировано.
– Странная история!
– Это правда.
Я бы хотел вам верить, м-р Стевенс,
но нам нужны факты,
детали, доказательства, факты.
Факт: мы обнаружили только ваши
отпечатки в лофте. И Сары Делпорт.
Они вычистили все!
Факт: у вас обоих в крови обнаружены
следы алкоголя и снотворного.
А также диски с вашими выступлениями
в постели. Впечатляющая коллекция!
Люк их записывал.
Я об этом не знал, никто не знал.
Жаль, что они все только о вас,
и ни одной записи о ваших друзьях.
Ни о жене Марникса, ни о сестре
Филипа, ни о ком.
– Что мы сделаем с этим?
– Почему ты просто не привязал ее к кровати?
– Неужели это было так трудно?
– Она была мертва!
– Но это не повод чтобы резать ее!
– Она сама себя убила.
Я просто придал всему драматизма.
Надеюсь, что твоя импровизация
не принесет проблем.
– Чтобы он не сказал копам, мы помалкиваем.
– Люк прав. В этом не было необходимости.
Надеюсь, что мы об этом не пожалеем.
Вы их допрашиваете, надавите на них
посильнее!
– Марникс признается. Может и Люк тоже.
– Мы уже надавили.
Нет никакого причины для их лжи.
И потом у них есть то, чего нет у вас.
Алиби.
– Не на это утро!
– На это.
Люка Сейнаве и Криса ван Отрив
видели в баре,
– А Марникс Лорейс был на работе.
– Этого не может быть!
Мы были вместе по крайней мере час.
А как насчет Филипа? Где он?
Филип только что объявился.
Со своим свекром.
– Что Тибергейн здесь делает?
– Он говорит, что Филип был с ним весь день.
– Но Филип пришел в лофт после нас.
– У него абсолютное алиби, м-р Стевенс.
Естественно, Тибергейн это подтвердит.
Потому что я видел его с другой женщиной.
Филип это знал, как и то, что
я давил на Тибергейна…
О, так вы и Людвига Тибергейна
шантажировали?
Они все предатели, все плохие парни?
Когда вы собираетесь рассказать нам,
что же на самом деле произошло?
Что мы и так знаем! Вы убили
Сару Делпорт!
Убил ее? Но это не правда,
Я ее не убивал!
Вы сумасшедшие?
Я ее не убивал!
Вы можете идти, м-р ван Отрив.
Спасибо за сотрудничество.
– Мы должны проверить историю вашего друга.
– Да, конечно.
Одна вещь продолжает меня беспокоить,
доктор.
Почему Винсент настаивает на обвинениях
своих друзей?
Ни малейшего понятия.
Я сам это не понимаю.
Может он еще что-нибудь скрывает?
Что вы имеете в виду?
Что он убил ее.
– Ваш коллега сказал, что это был суицид.
– Так оно выглядело.
Вскрытие показало, что снотворное
ее не убило.
Ее вены были вскрыты, но это
не она сделала.
Мы не нашли ни одного «неуверенного
пореза».
Это первые порезы, которые самоубийца
обычно себе наносит.
У нее нет ни одного.
– Винсент не стал бы это делать.
– Его отпечатки на ноже.
И мы не нашли прощального письма.
Что-то не так, м-р ван Отрив?
Ее кисти были порезаны, но она не
сама это делала.
Его отпечатки на ноже.
Мы не нашли прощального письма.
– Где прощальное письмо?
– Оно у меня.
Ты напугал меня!
Привет, Крис.
Разве встречаться здесь – хорошая идея?
Я думаю, у нас проблема, Люк.
Я думаю, мы слишком тщательно
убрали все следы.
– Что ты имеешь в виду?
– Где прощальное письмо Сары?
– Ты положил его в карман.
– Я тоже так думал, но оно исчезло.
Когда ты вытащил его у меня из кармана?
Когда кто-то позвонил в дверь?
– Агент по недвижимости.
– Я не понимаю.
Мне жаль, что ты потерял это письмо,
но я не имею к этому никакого отношения.
Я позвонил в агентство узнать
кто выставил лофт на продажу.
Все что они мне дали – это вот этот
телефонный номер.
Да, я звонил им.
– Я подумал что, может таким путем…
– Скажи мне что это не чертова правда, Люк!
Ты не звонил!
Все кончено, Крис. Мы это сделали.
Мы не должны об этом волноваться больше.
Зачем ты вытащил письмо из
моего кармана?
Единственное доказательство
ее самоубийства.
Может быть потому что не она
его писала?
Может это твой почерк?
Винсент предал каждого из нас.
– Ты смотрел записи.
– Да, я смотрел.
Эти записи так нас разозлили, что мы
все согласились с твоим идиотским планом.
Что ты затеял, Люк?
Что ты затеял?
Что здесь случилось прошлой ночью?
Что ты сделал с этой девушкой?
Это потому что она стояла между тобой
и Люком? Она была у тебя на пути?
Нет, она не была у меня на пути.
Она не была.
Винсент был.
Ты влюблен в кого-то другого, Люк?
Сара! Подожди! Сара!
Забудь его, забудь Винсента. Он лучше
тебя играет в эти игры.
– Он причиняет тебе боль, использует тебя.
– И ты должен прийти и сказать мне это?
– Почему?
– Я никогда не причиню тебе боль.
Если ты захочешь дать мне шанс…
Что ты сказал?
Я никогда не причиню тебе боль.
Никогда.
Нет, Люк, Я знаю, что ты никогда
не причинишь мне боль.
Знаешь почему? Потому что я никогда
не смогу что-либо к тебе испытывать. Понял?
Никогда.
Может в другой жизни, но не в этой.
Ты был здесь прошлой ночью?
Я знал, что Винсент с ней увидится.
Барбара была во Франции.
Мне жаль, что это должно так
закончиться, Сара.
Я дождался, когда он уйдет.
Она была удивлена, когда увидела меня.
Она плакала.
Сказала, что я был прав относительно
Винсента.
Утешать людей, единственное
на что я годен.
– Ты дал ей эти таблетки?
– Таблетки предназначались, чтобы сбить с толку.
Что-то не так. Что со мной происходит?
– Мне нужен воздух. Мне не хорошо.
– Все нормально, все нормально.
Я вколол ей большую дозу инсулина. Он
действует мгновенно и не оставляет следов.
– Боже правый, Люк.
– Я сделал это ради любви, Крис. Ради любви.
Это было больно, любить ее.
И ты не против того, чтобы Винсент
за это отдувался?
Винсент ублюдок.
Он нас использовал.
Настало время использовать его.
Винсент теперь будет отдуваться за убийство.
Сара не была мертва, когда
Филип порезал ее.
– Она должна была.
– Нет.
– Ты лжешь, Крис.
– Нет.
Я знал, что не должен был оставлять
с ней Филипа. То, что он сделал ненормально!
Ублюдок! Садист!
– Больной!
– Это ты больной, Люк.
Так значит. если я правильно понимаю.
твой брат убил ее.
Иди домой, Люк. Люк все подчистит,
как всегда.
Тебе не надо ничего подчищать.
Все кончено, все кончено.
Ты не мог бы открыть окно, Крис?
– Давай. Пошевелись.
– Прекрати, Люк.
Заткнись!
Вниз.
– Что ты собираешься делать?
– Заткнись!
Собираешься и меня убить?
Что ты хочешь, чтобы я сделал, Люк?
– Ты хочешь, чтобы я прыгнул?
– Давай.
Остановись, Люк!
– Боже!
– Я не хочу причинять тебе боль. Клянусь.
Я позвонил им прежде чем пришел сюда, Люк.
Они едут сюда. Я все им рассказал.
Ты лжешь. Это блеф.
Я тебя знаю.
Я думал, что и я тебя знаю.
А письмо Сары? Ты хочешь чтобы оно
полетело вниз вместе со мной?
Дай мне письмо. Дай сюда.
Я не буду повторять.
Все кончено, Люк. Ну же, все кончено.
Все кончено. Не надо, Люк.
Ну же, Люк.
Крис, скажи Элси и детям, что
я на самом деле любил их.
– Ты скажешь?
– Не надо, Люк.
– Сделай это для Элси, пожалуйста.
– Не делай этого, Люк. Не делай этого.
Люк!
Не может быть, они никогда не
встречались до этого. Это очевидно.
– Они – пара.
– Нет, смотри, как он на нее смотрит.
– Они женаты.
– Нет! Не может быть!
– Заметно же, что это интрижка.
– Каким образом тебе заметно?
По тому, как он красуется, а
она держит голову.
– У них интрижка.
– Заведи интрижку или ты не шишка!
И это говорит тот, кто пришел ко мне
зареванный и умолял взять его обратно.
Интрижка – это весело,
но быть пойманным – это сучье дело.
– Не начинай, пузатик!
– Ей можно говорить, а мне нельзя?.
– Ладно, я пошел.
– Весь твой бред отпугивает людей.
Мне и правда надо идти. Дети приезжают
на выходные, мне надо кучу дел переделать.
Ты оставляешь меня с моей женой?
– Как насчет еще выпить?
– У нас впереди еще будут выпивки, Марникс.
Крис?
Привет, Анн.
– Сто лет не виделись.
– Даа.
У меня все еще остался тот ключ,
я должна была отдать его.
Я не думаю, что он еще подходит к замку.
Там сейчас Винсент живет.
Это единственное, что его жена
ему оставила.
– Как твой брат?
– Его дело слушается в следующем месяце.
Посмотрим.
– А ты? Все в порядке?
– Да.
– Большей частью.
– Большей частью…
Я усложнила тебе жизнь.
Прости… честно.
Только те, кого мы любим, могут
причинить нам боль.
– Я научился этому от тебя.
– Я не уверена, что все еще верю в это.
Потому что из-за этого многое
упускается.
Я изменилась.
Я слышал, ты даже работу сменила.
– То есть ты следишь за тем, что я делаю, чуть-чуть.
– Чуть-чуть.
Может ты чуть-чуть последуешь за мной
на чашку кофе?
Я тоже изменился, Анн.
OK.
Но…
Я все еще пью кофе.