Водоворот (1 сезон, 2020 год). Цитаты и фразы из сериала

«Водоворот» — российский детективный сериал. Производство «Марс Медиа Энтертейнмент» при поддержке КиноПоиск HD. Сюжет разворачивается вокруг оперативной группы следователей, которая предпринимает попытки по поимке жестокого маньяка, убивающего подростков. Имеет возрастное ограничение 18+.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Уши...
Говорю, у тебя агрегат.
А это чтобы лучше слышать тебя.
А сисяндры...
Какие у тебя сисяндры...
Это чтобы их мацать.
А зубы...
Какие у тебя зубы.
А это чтобы делать...
делать из маленьких девочек...
...желе. А...
Сокольский Станислав Юрьевич.
Ты смотри! Парни, всё не зря.
Краснов я, помнишь меня?
– Марк, что дежурный?
– Ща будут пепсы.
На шаг вперед. Колени.
Где Шея?
Не знаю я. Не знаю. Здесь где-то был.
Неееет!
Сучёныш.
А. Сука.
Подъем!
Встать!
Бл..ть...
Вызывай скорую.
Скорая на Вавилова, 5.
Тих-тих-тих-тих-тих-тих.
Вот так, вот так.
Девочка, которую у тебя
нашли, сейчас в больнице.
Ты держал несовершеннолетнюю.
Накачивал её наркотой и трахал, да?
А, крутой мужик.
А если мы сейчас пустим пулю,
что это ты Сокольского нам сдал.
Ты на понт лохов бери, Серый.
Тебе похер, да?
Тебе же её не жалко, да.
Что, любишь маленьких девочек?
А твои уроды её тоже трахали?!
Слышь, ты мне на жалость
щас давить будешь?
Я её нашел на улице,
там знаешь, сколько таких.
Сами этого дерьма хотят, сами приходят.
А то, что её в бессознанке трахали,
это она сама хотела, да?
Слуш, ну кому-то дырка нужна,
кому-то – доза.
Всё, что продается – продается.
Рыночные отношения, слышал?
И кому ж ты её продавал?
Тем, кто платил.
Ай!
Запомни! Я лично сделаю так,
чтобы тебе в крытке очко порвали.
И будет это не один раз.
Тебя будут драть до тех пор,
пока ты, сука, своё имя не забудешь.
– Понял меня, сука?!
– Отпусти. Больно.
– Давно она без сознания?
– Два часа.
Она придет в себя?
Это уже я не могу сказать.
– Она в розыске?
– Нет.
Семья у неё есть?
Алёна Косцова, живет с матерью.
То есть она две недели
не появлялась дома,
и никто даже заявление не подал?
Мать её нашли?
В квартире никого не было.
Позже я сама туда съезжу.
Чё он в ней нашел вообще?
Ты её шмот видела?
Если я скажу как есть,
что это Яна всех сдала,
то он подумает,
что я стрелы просто перевожу.
А что мне к Драфе, что ли, теперь идти?
Сабрина Скольдовна,
скажите, пожалуйста, Филиппу,
что это Яна всех сдала.
Драфаль, кстати,
про тебя тоже спрашивала.
– Ну ты же не ходишь.
– А ты чего?
Сказала, что ты болеешь.
Чё мне делать-то теперь, а...
Фил.
– Чё ты?
– Это я вас Драфе сдала.
Чего?
Яна видела, а тебе нап...дела,
потому что Динку ненавидит.
Ты чё, совсем?
Я не хочу, чтобы из-за меня
другим прилетало.
Ну и нахер ты это сделала?
– Саш.
– Да.
Приезжай на базу, у меня кое-что есть.
– Бл...ь. Чё за шифры?
– Увидишь.
Присядь.
Я бы не стал это показывать,
но придется посмотреть.
Помогите!
Пожалуйста!
Нееет!
Это у тебя откуда?
У Шеи, когда Сокольского брали.
Вот же сука, а.
– Я его ё...у, на...й, бл...ь.
– Тихо-тихо, послушай.
Послушай.
Это ведь не он в кадре, да?
Теперь есть кто-то другой.
И мы его найдем.
Об этом пока никому ни слова.
Марина тоже об этом не должна
знать. Тихо.
Саш, вы чё закрылись?
Да я тебе потом объясню.
Откуда у тебя эта флешка?
В ноутбуке торчала.
Как думаешь вообще, что это?
Это ритуал.
Что-то оккультное.
– По символике на скандинавов похоже.
– На кого?
Языческие культы: Нидхе, Асатру, Ойвинд.
Вот сейчас ты меня реально пугаешь.
Ты запись внимательно смотрел?
Кто-то же стримил это
в прямом эфире с камеры.
Даркнет, бл...
Хорошо бы вычислить, откуда
это транслировалось.
Попробуем у Шеи чё-то узнать.
Слышь?
А дай-ка мне эту флешку.
Ну дай говорю, мысль есть.
Девушка!
Остановитесь немедленно. Вы куда?
Ей хуже? Почему лекарства отменили?
Ну чё вы молчите,
скажите хоть что-нибудь.
Лера.
Лера, подожди, мама как?
Сам всё увидишь.
Врачи вы здесь или кто?
Ну как можно за день
до операции всё менять?!
И что, ничего нельзя больше сделать?
Рак костного мозга – вещь вообще темная.
Чудес не бывает.
Саш, займись лучше дочерью.
Лерка мне своего пингвина принесла.
Я и не знала, что он у неё до сих пор.
Говорит, пока он тут, всё будет хорошо.
– Ты видел Леру?
– Да, когда сюда шёл.
Всё злится на тебя?
Она упрямая.
Но мы справимся.
Ты должен мне обещать...
Когда я умру, у неё останешься
только ты...
Я хочу, чтобы к этому моменту
между вами всё было хорошо.
Опасно работаешь.
А почему без прикрытия?
Да там и наводка квелая была.
Просто проверяли.
Ну удача – это то, что вас там
никого не подстрелили.
Сокольский готов дать показания.
– Да?
– Да.
Завтра его повезут на место.
Столько лет в розыске.
Такие птицы редко поют.
А скажи-ка мне, а чё там у вас с этим
Шеином произошло сегодня?
– А что?
– Вот, что.
А что, я ему должен чай предложить?
Ты вообще в курсе про девчонку, которую
он у себя держал под наркотой?
Слав, ей 15 лет. 15.
Мне он тоже не нравится,
но это не повод...
– Он мне нужен.
– Зачем?
Прояснить кое-что нужно.
Хочу с ним поработать неформально.
А до этого ты значит с ним
недостаточно поработал.
Послушай-ка меня.
Никакого дела не будет.
Его отпускают.
– В смысле?
– Он сотрудничает с наркоконтролем.
Взаимодействие между
службами, так сказать.
Так что, успокойся...
То есть девчонка в коме от наркоты...
Две недели её трахает кто ни попадя...
А ты мне говоришь, чтобы я успокоился.
Да. Я понимаю, там, ты на нервах,
я всё знаю, жена...
– Да при чём здесь моя жена?
– А при том.
Что ты перестал себя держать в руках.
А знаешь, чем это заканчивается?
Вот, ты вот про это не забывай.
Три года всего прошло. Три года.
Ты чудом отделался. Чудом.
Потому что я твою жопу спас.
Помни об этом.
И я помню. Как ты меня, Саш, вытащил
в 2002-м раненого на себе из засады.
Да...
Так вот, этой херни я больше не допущу.
Ты меня понял?
– Я тебя понял, Слав.
– Да.
– Могу идти?
– Да, конечно.
Вон, смотри.
Здорово, Гэхан.
Чё, не рад типа?
Чё те надо?
А чё, есть чё?
Муху не видел?
Подружулю свою потерял?
Смешно.
Давай не гони. Видел или нет?
Нет. Не видел.
Отвали, а. Чё ты докопался?
Я уже сказал, чё.
Муха где?
Она сегодня у «Калины» шарилась.
Может, там ещё.
– Здрасьте.
– Здравствуйте.
Вам что-то подошло?
А, я бы вот эти взяла, но они большие.
Можете поменьше поискать?
Да, конечно, сейчас на складе посмотрю.
Спасибо.
Муха!
– У тя чё, вторые легкие что ль?
– Отвали.
Опять шмот тыришь?
– А тебя е...т?
– Ну а с телефоном чё? Номер сменила?
И чё?
Да ничё, так, просто спросить хотел.
– Яйцо своё левое спроси.
– Ну очень сильно-то не груби.
Чё, дом как?
Опять отчим? Гондон набитый.
Да ладно, придумаем что-нибудь.
Слушай, чё я хотел спросить.
Ты не в курсе, Пепс где сейчас обитает?
Нахера те?
Да так, хочу спросить у него
за тему одну.
– В капсуле, в диджейке сидит.
– Да ладно. Чё в натуре?
– Музло ставит?
– Не, у него там сервак.
– Ладно, давай, я пошла.
– Погодь.
Тебе ночевать есть где?
– Нормально. Разгребусь.
– Я понял.
На, держи.
Меня до утра всё равно не будет.
Да бл...ь, сказала, разгребусь!
Бери, пока дают.
Спасибо.
– На нижний только не закрывай.
– Окей.
Здорово, Пепс.
Здорово. Как сам?
Как джип Ниссан.
Бл..., мужик, не кури здесь.
Откуда это?
Это я и хочу выяснить.
А можешь узнать что-нибудь?
По флешке?
Ну, не знаю. Ты здесь хакер, а не я.
Для нуба: всё, что идет через «Тор»,
даже в момент трансляции,
отследить невозможно.
Погоди...
Хотя...
Чего?
Да есть одна мысль, даже полторы.
Наберу, короче, если чё.
– А...
– Я сделал копию.
Я начал торчать,
когда мне было тринадцать.
Когда мне исполнилось двенадцать,
отец как-то раз приехал и сказал:
«Пора тебе мужиком стать».
Мы приехали в какой-то загородный дом.
Там было ещё двое его друзей
и проститутки.
Отец налил мне стакан и сказал: «Пей».
Я не хотел.
Тогда он заставил.
Потом он отвел меня в комнату.
Привел одну из тех девок
и сказал: «Давай, трахни её».
Она такая на меня посмотрела...
и говорит отцу:
«Ты что, е...утый, он же...
он же ребенок совсем, я не буду».
Тогда отец её ударил, потащил
её на кровать и сказал:
«Смотри». И стал её трахать.
У меня было такое ощущение, будто
я одновременно... был в той комнате и...
и меня не было там.
Помню только... он подошел, голый.
Я снизу видел его член.
Он подошел и сказал:
«Я сделаю из тебя мужика»,
содрал с меня штаны...
и приказал ей мне отсосать.
Я от страха...
потерял сознание и отключился.
Очнулся, когда мы уже ехали в машине.
Всю дорогу отец молчал.
И только, когда мы подъехали
к дому, он повернулся и сказал:
«Ты никогда мужиком не станешь».
На матери лица ваще не было.
Она когда меня увидела...
Она сразу набросилась
с кулаками на отца,
закричала, что напишет на него заяву.
Он повалил её на пол.
И стал избивать.
Я побежал на кухню, схватил нож.
Такой, знаете, этот,
кухонный нож, длинный такой.
Хлебный. Х...й знает, как объяснить.
Я тока слегка его поцарапал,
силенок не хватило.
Он остановился.
Посмотрел на свою кровь, на меня.
И сказал:
«А может и выйдет из тебя толк».
И вот я думаю до сих пор...
А вышел из меня толк или нет?
Шеина выпустят в течение часа-двух.
Хорошо.
Подождем, пока выйдет.
Пропасём, а потом примем
подальше от глаз.
Не могу. Стоит перед глазами.
Ублюдки, вот что это, а?
Это ритуал. Обряд.
Что-то вроде... оккультной религии.
Я не удивлюсь, если они ещё
деньги на этом зарабатывали.
Кир, чё ты порешь? При чём здесь
Бог и при чём здесь заработки?
Я не сказал «Бог», я сказал «религия».
Она очень мало имеет отношения к Богу.
Да-да, я знаю, что ты образованный.
Решил теперь оскорбить чувства верующих?
Видишь ли, в чем дело.
Чувства истинно верующих
невозможно оскорбить.
И вот однажды,
мне тогда уже было двадцать,
я уже барыжил вовсю и сам сидел
на медленном... семь лет, глухо.
Короче, однажды, один дядя Коля
мне звонит, на отходниках.
Я всё понял. Приехал. Вмазал его.
Сам тоже вмазался, ну и отключился.
А когда очнулся, он рядом лежит.
Мертвый.
А на этом дяде Коле долгов
висело, просто п...да.
И тут как тут. Бандюганы нарисовались,
я даже соскочить не успел.
Потом мусора на меня вышли.
В общем. Короче, там п...ец полный.
И тут, один человек меня спас.
Опер.
Вписал меня задним числом, что я типа
работаю на него уже год
под прикрытием.
А когда вся эта движуха
закончилась, он мне сказал...
«Либо ты завязываешь, либо и сам идёшь
на дно, и меня за собой тащишь».
Так я и завязал.
И в программе оказался.
И благодаря Богу, благодаря вам,
я чистый.
Чистый и трезвый.
Ты где был?
На собрании.
Чего?
Ничего.
– Удалось что-то узнать по флешке?
– Не знаю.
Чувачок попробует.
В любом случае, всё равно
пока больше ничего нет.
Вон он.
Чё надо?
А. Сука.
Ай, бл...ь.
– Откуда это?
– Нахер иди, я не знаю, чё это такое.
– Грузите его.
– Вы чё делаете, суки?!
Руки уберите нахер!
Фак.
Давай.
– Хорош?
– Ещё давай.
А. Сука.
Хорош?
Хорош. Открываем.
Ещё раз спрашиваю, откуда у тебя это?
Я не знаю, чё это такое.
Закрывай.
Тихо-тихо-тихо. Вспомнил я.
Тихо, я вспомнил!
Матас это оставил, Матас.
Во, видишь, как хорошо.
А кто такой Матас,
что это за имя вообще?
Литовское.
У литовского имени есть фамилия?
Не знаю.
Хорошо, тогда рассказывай, что знаешь.
– Давай. Кто он?
– Он меня на куски порвет.
Я тебя, сука, щас сам на куски порву.
Ну-ка дай сюда...
Всё-всё-всё, тихо-тихо!
Литовец он, так, когда в городе,
заезжает ко мне за стафом.
Иногда он у меня вмазывается.
Почему к тебе заезжает?
Закрывай.
Всё-всё. Тихо-тихо! Он разное берет.
Разный мефедрон, хмурый когда.
Он нахрен вставится, это п...ец.
От такого кто угодно окочурится,
а ему похер.
Много берет?
Сотню за раз может взять.
Я не знаю, себе или кому.
А чё ж ты не спросил?
А ты сам спроси у него.
Там килограмм сто и заточка п...ец.
Он е...нутый на всю голову, он когда
у меня ставился в последний раз,
я захожу, а он над этой девкой
с тесаком стоит.
Он на меня так глянул,
я чуть не обосрался.
Я сам видел, какое он кино смотрит.
Я, хер знает, чё у него в голове.
Демон он.
Флешка у тебя как оказалась?
Когда он ставился, выпала наверное.
Я не знаю ничего про это.
Опиши его.
Я тебе говорю – он здоровый как орк.
Не промахнешься.
Давай особые какие-нибудь там.
Татуировки, шрамы есть?
Расписной он весь, да.
Что за роспись? Давай, сука, конкретнее.
Да не вглядывался, говорю,
сатанизм какой-то там.
Черепа, петли, шипы какие-то там, цифры.
– Какие?
– Шестерки были?
Я не помню.
Да, шестерка была по-моему. Да.
Когда он у тебя был в последний раз?
Недели две как.
– Когда опять собирался?
– Я не е...у.
Слушай сюда, в следующий раз,
когда к тебе приедет Матас,
звонишь мне, сразу.
Да ладно-ладно, ладно. Сука.
Дай сигарету.
Ты чё, в натуре дашь ему уйти?
Он же с...ется сразу.
Я сам вижу.
Он у наркоконтроля на крючке,
интересно, на каком.
На понт попробуем?
Давай.
Короче так, не убедил ты меня нихера.
Эээ, ты е...нул что ли?
Да тебя, сука, сразу завалить надо было,
после того, что ты сделал.
– Ты же с...ешься, если тебя отпустят...
– Я не с...усь, отвечаю.
Да чем ты, мразь, ответить можешь.
Ты, сука, дышишь даже в долг!
Хочешь докажу, а? Правда!
Ну давай, попробуй.
Даже не вздумай ничего. Понял?
Пошел.
Убери руки уже от меня.
Юра?
Вы кто?
Чисто.
Мам, не нервничай, всё хорошо.
Кого ты привел?
– У них что, оружие?
– Уберите пушки, а.
Мы из полиции, не беспокойтесь.
И мы уже уходим.
Я надеюсь, ты всё понял?
Уходим.
Что происходит?
У тебя неприятности?
Тих. Давай подышим.
Выдыхай.
Вдыхай. Давай, глубоко, давай.
Всё.


Серия 2

Девочка, которую у тебя
нашли, сейчас в больнице.
Ты держал несовершеннолетнюю.
Накачивал её наркотой и трахал, да?
Ты не в курсе, Пепс где сейчас обитает?
В капсуле, в диджейке сидит.
— А можешь узнать что-нибудь?
— Да есть одна мысль...
Откуда у тебя это?
Матас это оставил, Матас. Демон он.
Расписной он весь, да. Черепа,
петли, шипы какие-то, цифры...
Шестерки были?
— Да, Пепс. Алё.
— Чувак, приезжай.
Ага, понял, ща буду.
— Привет.
— Привет.
Ща, минуточку дай мне, я себя
в порядок приведу.
Здрасьте.
Кто у тебя там?
— Да... так. Подопечная.
— Кто?
Да, короче, просто переночевала у меня.
Я до утра всё равно на работе.
Ей просто идти было некуда.
Отчим у неё нажрался снова.
Приставать начал.
Мудак е...ный. Всё руки
не доходят ему по щам настучать.
Я тебе вообще-то звонила.
Мог бы и ответить.
Слушай, ну прости. Я просто
в замуте капитально был.
Ладно. Перестань.
Прости.
Прости, что я исчез.
Я тебе обязательно наберу позже.
Чё на китаянок перешел?
Китай щас перспективно.
Слушай, сделай одолжение. Сбрызни, а.
Как скажешь, дядь.
— Здорово. Ну чё там?
— Здорово.
Так, щас я тебе всё объясню.
Смотри... сама по себе
запись бесполезна,
но если на одном из принимавших
компов остались какие-то следы...
Ну типа... фрагменты, скриншоты,
ещё чё-то — то теоретически
можно найти этот комп.
Ага.
У меня есть прога одна. Сам написал.
Делает поиск
по сопоставлению изображений.
А, это типа как гугл-картинки?
Да говно твой гугл.
Я нормального бота зафигачил.
Я вычислил айпи, взломал провайдера,
нашел паспортные данные и адрес клиента.
Так и чего, ну, давай адрес.
Куличенко Галина Николавна.
Сливной проезд, 34,
корпус 1, квартира 56.
Так, и чего, теперь мы можем узнать,
откуда это передавали?
Ну... надо смотреть принимавший комп.
Сколько надо времени на этот комп?
Хз.
Алло!
Это гаджет, воткни в комп.
— Ну поехали.
— Куда?
Втыкать.
В смысле? Чувак.
— И как мы зайдем? И чё?
— Это я уже сам разберусь.
Не-не-не, чувак...
Я на такие стремные дела
не подписывался. Мне здесь надо быть.
Слушай меня сюда и очень внимательно.
Я по-любому до них доберусь.
Заодно погляжу, кто это кино смотрит.
И ты...
Сейчас. Поднимаешь свою жопу
и валишь со мной. Понятно?
Бл...ь.
О, какие люди.
Уже ухожу.
— Чё, торопишься что ли?
— Дай пройти.
— Ну ладно.
— Пройти дай, говорю!
Бл...ь, я просто за вещами пришла.
Ну хорошо, чё ты.
Тормозни, давай буханём.
Слышь, дай мне выйти.
Ты чё, человеческих слов
не понимаешь что ли...
Да пошёл на...й!
Сука!
Сука, не трогай меня.
— Оборзела что ли, э?!
— Не трогай меня!
Сука! Гондон!
Убери руки свои!
Сука, не трогай меня!
— Убери руки свои.
— Чё борзота ушла, да?
Сука, слезь, я всё матери расскажу!
Тварь. Убери руки бл...ь.
Ненавижу тебя.
Отпусти меня бл...ь!
Не трогай меня...
А-а-а!
Да, да, я в курсе.
Давай потом, позже.
Да, всё.
Лер!
Ну может присядешь на пару
минут и выслушаешь меня?
Хочу с тобой поговорить
как со взрослым человеком.
Что значит «взрослый человек»?
Циничный и бесчувственный мудак,
который больше ни во что не верит?
— Лер, ты многое не понимаешь.
— Чего, например?
Твои по...ушки?
Ты предатель. Сраный предатель.
— Ну-ка стой!
— Иди ты в жопу.
Лера, нельзя всё время
думать только о себе.
Но ты же так делаешь.
— Ты её любишь?
— Кого?
Женщину с работы.
С тобой это никак не связано.
Я всегда буду тебя любить.
Что бы ни случилось, это не изменится.
А маму?
Маму ты больше не будешь любить, да?
Она умирает.
— Это ты её убиваешь.
— Всё, хватит.
Хватит. Хватит врать!
Лерк!
Лерыч!
— Лер!
— Чего?
Лер.
Что случилось? Ну хватит.
Лер, ты знаешь, что ты меня
спасла вообще-то?
Фил ко мне вернулся.
Я ему: «Отвали».
А он такой: «Ну прости, прости, прости...»
Класс...
Лер, стой.
Что случилось? Лер!
— С отцом поссорилась?
— Да пох.
Мама умирает, а ему насрать вообще.
Ты кто?
Мне нужна Лариса Косцова.
Ну, я.
Оперуполномоченный
Сотникова Марина Алексеевна.
Скажите, вы давно видели вашу дочь?
Не помню. А чё?
То есть Алёны две недели не было
дома, и вы не знаете, где она?
Да шляется она...
Те-то чё?
Будьте добры. Когда придёте
в нормальное состояние,
позвоните мне, ваша дочь
в больнице, это адрес.
— Галина Николаевна?
— Чё надо?
Полиция.
Нужно квартирку вашу осмотреть.
Здрасьте.
Где ваш компьютер?
М?
Я спрашиваю. У вас есть компьютер?
Ноутбук.
М?
Галина Николаевна, кто ещё здесь живет?
Там кто?
Тебе туда
нельзя.
Пепс?
Пепс!
Давай.
Давай!
Ну чё там?
Нашёл.
Оно?
Тут адище ваще.
Не трогай его.
А ну-ка на месте стоим. Оба!
Гег... гег... Гегнир…
Чего?
Стрижёт… стрижёт свой лес.
Бл...ь! Это что за н...й!
— Пепс.
— Че с ним?
Я е...у чё с ним? Ты всё?
Ну да.
Надо ещё что-то? Нет, всё здесь.
Чтоб вы все сдохли.
Заткнись и слушай.
Если вякнешь кому-то,
что мы здесь были...
Я вернусь и отрежу твоему
мальчику всё подчистую.
Поняла меня?
Мне нужно знать,
что вот здесь под землей.
Сейчас посмотрю.
Марк, как ты узнал точку трансляции?
Мой чувак отследил запись
в одном из компов на районе.
Готово. Посмотришь?
На этом месте коллекторная система.
Фак. Коллектор! Я так и знал.
— Как туда попасть?
— Вот здесь есть вход.
— Поехали туда.
— Да куда поехали...
Ты не понимаешь,
там туннели как лабиринт.
А этому плану лет сто. Нам проводник
нужен, иначе мы там потеряемся.
Дай мне час. И на месте словимся.
Час.
Здорова.
Да виделись вроде.
Чё это?
Чё хотел-то?
Слушай...
Ты же с Витч Кармой тусила раньше?
Ну... так, немного. Но они уже всё.
Мне нужно попасть вовнутрь.
Сгоняешь со мной?
Там вход ещё прошлым летом закрыли.
Ну придумаем что-нибудь.
Поехали. Чё.
Ты же не отстанешь щас.
Почему ты сразу не показал мне запись?
Потому что.
Не знаю.
Я всякое, знаешь,
в жизни повидал, но это...
Почему ты решаешь за меня, Саш?
Что вы можете это видеть, а я — нет?
Да нет же. Я не в этом смысле.
— Просто поберечь тебя хотел.
— Потому что я женщина?
Потому что это правильно.
А с чего ты взял, что это правильно?
И почему ты решаешь за меня?
Ты зачем девчонку сюда притащил?
— Ты здесь был?
— Нет.
— Я тоже нет.
— Виделись.
А она тут тусила раньше, все ходы знает.
Она со мной будет.
Ну пусть показывает.
— Поздоровайся.
— Здрасьте.
— Здрасьте.
— Забор покрасьте.
Ну говорила же, закрыли тут всё.
Кир, помоги, чё-т не идёт.
Осторожно.
Здесь, когда дождь, лучше не ходить.
Если ливень, воды по макушку бывает.
Водоворот.
Это здесь.
Это они.
Марк, убери её.
Спокойно. Глубоко дыши.
На меня смотри.
Спокойно.
Фак.
Там Баев с вопросами.
С Баевым я объяснюсь.
— Тела посчитали?
— Одиннадцать.
Все жертвы – подростки.
Мне нужно знать точное время смерти
и максимально полные
экспертизы. Подключи Араза.
Да, уже.
Как только эти закончат, загоняй всех
в «дельту». Нужно установить личности.
А всё-таки, что с лицом?
М?
Отчим?
О том, что ты здесь
видела. Никому. Слышишь?
Тебя никто не будет дергать,
тебя здесь просто не было.
Только тсс, окей?
Окей?
Найс.
Что это было?
Кто они?
Не знаю.
Насть, слышь, можно
сегодня у тебя вписаться?
Мух, прости. Сегодня вообще никак.
Ладно.
— Здорова.
— Здорова.
— Чё с тобой?
— А, забей.
Какие планы?
Да есть тут размут один.
Харэ. Погнали с нами.
— Куда?
— К Стэну.
— Ты чё, эфедроновый что ли?
— Да, а хер ли...
Хорош ломаться. Погнали.
Чё тут делать?
Мы хавку взяли.
За железку?
Не, стрёмно там.
Как знаешь.
Эй, слышь!
Стойте.
Я раньше думал,
что надо абстрагироваться.
Как-то разделить.
Ну типа они там, а я здесь.
Но я не могу.
Я просто не могу этого принять...
Я не могу принять то,
что я вижу на своей работе.
Я вижу убитых детей,
которых никто не ищет.
На них просто по...й. Всем.
Родители, которые бьют и избивают их.
Мужиков, насилующих приемных дочерей,
а их мамаши делают вид, что ничего
не знают. Что всё окей, всё норм!
Я вижу детей,
которые крадут, чтобы есть,
которые употребляют, чтобы жить.
И я в душе не е...у, где здесь Бог!
Ну, давай. Центряк?
О-па.
Давай тоже.
Не, я не буду.
Ну ладно, давай.
Этот с аскорбинкой.
Не, Гэх.
Ты не знаешь, здесь переночевать можно?
Я... хз.
У Стэна спроси.
Сука.
Ты чё там делаешь?
Конфету мастерю одну.
Сука. Западает.
Чё блин, спать ложись.
Не. Нихера. Ща она у меня заработает.
Она заработает.
Видишь?
Он уже здесь.
Чё?
Они. Они слышат, когда я думаю.
И щас я услышу их.
Слышь, ты чем догнался,
чувак, там нет никого.
Смотри...
Он здесь.
Он никого не любит. Он вообще
никого не любит. У него...
У него воронка вместо головы.
Он ловит их ночью.
Он ночью за ним приходит. А-а...
Он и за тобой придет.
Слышь, кто он? Кто? Кто они?
У меня встал.
Потрогай.
Да отвали, придурок!
Я бы на твоем месте туда не ходил.
Лен.
Лен.
Вставай.
Вставай.
Давай, вставай. Вот так.
Так, тихонечко.
Всё-всё-всё...
Ложись.
Андрей...
Знаешь,
я когда увидела сегодня этих детей...
Они же возраста Леры.
Как она?
Да как Лера...
Как обычно.
Она решила, что мама заболела,
потому что я решил от них уйти.
И я теперь для неё – худший враг.
Ты пойми. Просто...
Она подросток и...
Конечно, в её глазах это выглядит так,
будто мы виноваты в том, что случилось.
Ты. Ни в чем не виновата.


Серия 3

Она умирает.
Это ты её убиваешь.
Я вычислил ай-пи, взломал провайдера,
нашел паспортные данные и адрес клиента.
На этом месте коллекторная система.
Там туннели как лабиринт,
а этому плану лет сто.
Нам проводник
нужен, иначе мы там потеряемся.
Сгоняешь со мной?
Все жертвы – подростки.
Что это было? Кто они?
Я раньше думал,
что он абстрагировался.
Но я не могу.
Он их не любит. Он вообще
никого не любит.
У него... У него воронка вместо головы.
Опа!
Это чё тут у нас?
Пройти дай!
Деньги есть?
Нету у меня ничего.
Ну все, сучка.
Это залет. Конкретный залет.
Слышь, те чё надо?
Раз денег нет, сейчас
будешь натурой отдавать.
Чё, на клыка берешь?
Сука.
– Пустите!
– Тихо, бл...ь!
– Я ща орать буду!
– Что, да?
Ори ты, епты.
Всем по...й.
– Пацаны, не надо, пожалуйста!
– Да тихо ты! Не ори!
Пацаны, пустите!
– Я принесу, я принесу вам…
– Тихо, тихо.
Ты что, богатая что ли, бл...ь?
Давай на мослы ее, бл...ь.
Ну-ка заткнулась!
– Не надо, пожалуйста!
– Давай!
– Не надо!
– Давай, бл...ь. Заткни её!
Не надо!
Чё ты орешь-то, сучка?
Э... Не ори, давай. Заткнулась, бл...ь.
Вот так вот. Заткнулась, бл...ь.
Тихо, нах.
– Пацаны, пустите, пожалуйста.
– Тихо, смотри.
Чё ты смотришь? Съе...л отсюда, бл...ь!
Ты чё, тупой что ли?
Эй, малой, а?
Ща, тихо, стой. Разберусь.
Ты чё, малой?
По-русски не понимаешь что ли?
Лежать, сука.
– Пусти меня!
– Лежать, сука.
Не надо! Не надо!
– Пацаны!
– Лежать!
Мусора!
Тихо-тихо. Ладно валим!
Ты как? Нормально?
Уроды, бл...ь.
Спасибо тебе.
Да ладно, херня.
– Ты встать можешь?
– Да-да-да.
Всё.
– Нормально?
– Да.
Идти можешь?
Да-да, всё…
Угу.
Аккуратно.
Да херня, херня.
Я тут рядом, я дойду.
Давай провожу?
Фак.
Бл...ь.
Что это?
Ты опять начал?
Ты же обещал.
Что?
Что я, бл...ь, щас должен
тебе сказать? М?
Да, я ё...ный торчок!
Всегда им останусь, бл...ь.
Ты вообще хотя бы вкуриваешь,
что это такое?
М? Когда каждый, бл...ь, ждет,
когда ты обосрешься? Знаешь, что это?
Опять начал, бл...ь.
Держи.
Тихо-тихо-тихо, не дергайся.
Ну, я тебя помню.
Ты ж Гэхана знаешь?
Угу. Да, он сегодня у Стэна был.
У Стэна?
И чё Стэн?
Опять варит?
Не-не, я не про это.
Я не торчу ни на чём.
В смысле?
А чё ты там тогда забыла?
Не знаю, за компанию.
За компанию?
Надо вещи постирать. Давай, я закину.
Эм… Я сам пойду закину.
Спасибо.
Ты если хочешь остаться,
можешь остаться.
А предки где?
Блин, извини.
Не, не, все в порядке.
Они живы, просто…
Просто слишком много бабла и слишком
мало времени, чтоб возиться с торчком.
Держи.
Время смерти разное, от полугода
до двух недель.
А что относительно способа убийств?
Идентичный во всех случаях.
Смерть в результате множественных
рубленых ран.
Все жертвы – подростки 15-17 лет.
Сексуальный контакт?
Имел место во всех случаях.
Предварительно могу предположить,
что жертвы были изнасилованы.
И мальчики, и девочки?
Да.
Саша, есть ещё кое-что.
Вот, смотри.
Это что?
Это пункция. У них у всех
незадолго перед смертью
брали пробы тканей.
Лабас.
Шолом.
Чего?
Менты, говорят, были у тебя.
Ну, были там. Пасли одного,
он сам на хвосте и притащил.
В итоге – тонна оперов, всех повязали, я…
И ты не при делах, вроде как.
Ты тоже фильтруй, пожалуйста.
Я ж с ментами не имею дела, правильно?
Чё надо?
То же, что раньше.
Сделаешь?
Я щас пустой.
Я могу попробовать на днях, но…
А ты постарайся.
Саш, ей стало хуже.
Мы ввели ее в искусственную кому.
Препараты, которые мы ей вводили,
перестали ее обезболивать.
Она потеряла сознание от болевого шока.
Я назначил новый курс.
Но долго держать мы ее не сможем.
Лера!
Малыш, чего случилось?
Это что?
Слушай, можно я к тебе закину?
Ты чего… ты из дома что ли свалила?
Мне твой батя раза три звонил.
Задолбал уже.
Ты же ему ничего не рассказала?
Нет, конечно.
Спасибо.
Помочь?
– Давай так.
– Давай.
Здрасьте!
– Здрасьте.
– Можно тебя на секунду?
Где Лера?
Не знаю. Мне идти надо.
Где ее найти?
Я же сказала, я ничего не знаю.
Значит так, если ее увидишь,
скажи, что нам надо поговорить.
Ага.
Я серьезно.
Не будет она говорить с вами.
Это почему же?
А вы сами как думаете?
Пойдем.
Эй…
– Эй…
– М?
М?
Мне идти надо.
Да, щас.
Да… Да ты, это…
Ты, если хочешь, оставайся.
У меня есть второй ключ.
Просто будешь уходить – закроешь.
Хорошо?
Ладно.
Какие планы на вечер?
Да нет планов.
Чё, может, увидимся?
Давай.
Тогда до вечера.
До вечера.
Колька пришел.
Чё, с первого раза не зашло?
На место сел, сука!
Сука!
Да!!!
Еще раз, сука, девочку тронешь,
хоть, сука, пальцем тронешь,
и не такое будет! Всосал, бл...ь?!
Вздумаете мусорнуться – пойдете
по статье, бл...ь!
За нападение на сотрудника!
Маразоты ё...ные.
Чё с лицом?
Ничё.
Так, знакомого навестил.
Поехали, прокатимся в пару мест.
Чё, на мобиле нет Леры?
Нету.
Ты как себя чувствуешь вообще?
Нормально. Поехали.
Откуда ты знаешь, где её искать?
Все, кто на улице, рано или поздно
оказываются в одних и тех же местах.
У неё дом есть!
В её голове, возможно, уже нет.
Дай фотку.
Да не пошла бы она сюда.
Она не такая.
А какая?
Думаешь, знаешь её?
А они в этом возрасте
с родителями не особо делятся.
А уж с тобой-то…
А что со мной не так?
Ну, тебе же вечно нужно
всё контролировать. Ты такой,
сплошной круиз-контроль.
Ну да.
Про тебя такого не скажешь.
– Здорова.
– Ага.
Девочку видел вот эту?
Тебе потрахаться не с кем?
Слышишь?!
Что это, бл...?
Кто это вообще?
Я чё, с ним вон разговаривай.
– Руки убрал.
– Тебе вопрос задали!
Не знаю я её.
Впервые вижу.
Ушлёпок.
– Ну чё, видела её?
– Ну, говорю же, нет.
Чё с лицом?
С тёлкой подрался?
Набери, если увидишь.
Это, слышь,
домой можешь идти.
Теперь все норм будет.
Да всралось мне на эти рожи смотреть.
Короче, не видела она её.
Но если Лера будет
на улице, она ее спалит.
Мам?
Мамочка…
Мам!
Я тебя люблю! Ты слышишь меня, мам?
Мам, не оставляй меня, пожалуйста.
Переезжаете?
Мам, ты чё наделала?
Я устала…
Ты можешь начать нормально жить.
Чтобы не терять времени,
я тебе объясню сразу.
Без тебя твоя мать отправится
в стационар.
Система госсоцобеспечения.
Знаешь, что это такое?
Поможешь нам взять Матаса,
и мы от тебя отстанем.
Нахрена ты Шею отпустил?
Шеин никуда не денется.
Да?
А с чего ты так уверен,
если он уже чуть не свалил.
Ну, не свалил же.
Матас назначит Шеину
встречу, и мы его возьмем.
Личности кого-то из убитых установили?
Нет, ни одного.
Не понимаю…
По поводу цифр на стене в коллекторе.
Шея опознал, что у Матаса
то же самое на татуировках.
Шестерка и тройка.
И какой-то орнамент.
Что-то это да значит.
Пробей, пожалуйста, по базе, есть ли
похожие набои – шестерка,
тройка, орнаментом, в любой вариации.
Да-да, сделаю.
Да.
Только что звонили
из Главного Управления.
Велели передать дело федералам.
Всё, точка.
– Здорова.
– Привет.
Что происходит?
ФСБ ваше дело забирает.
Кто-нибудь мне объяснит,
что здесь происходит?
Вы Краснов, я полагаю?
Так точно! Кто спрашивает?
Подполковник ФСБ Гривцов.
Это дело переходит к нам.
Почему я об этом не знаю?
И при чём здесь ФСБ вообще?
Странно почему ваше руководство
не разъяснило вам…
Да нечего здесь разъяснять.
– Это наше дело.
– Уже нет.
Есть прямая директива,
что этим делом занимаемся мы.
Алё.
Со мной сейчас говорил какой-то Гривцов.
Гривцов?
Вот ведь сука!
Знаешь его?
Да на нем пробы ставить негде,
он на всем бабло делает!
Видимо, имеет какую-то
конкретную лапу там где-то.
Иначе давно полетел бы
за свои дела ясным соколом.
– Гривцов.
– Ладно, я перезвоню.
Ты узнал что-нибудь?
Слушай, меня никто не предупреждал,
что у меня на все полдня времени.
Да я понимаю. Ну, все-таки?
Я взял образцы тканей,
но исследовать не успел.
Сейчас федералы все заберут.
И где эти образцы?
В лаборатории.
Сможешь их вынести оттуда?
Саша, должностное преступление.
Да ладно.
Сможешь точно объяснить, где они лежат?
Стойте, туда нельзя.
В чём дело?
Федеральная служба безопасности.
Передача дела.
Пока не будет сделана опись,
доступ в хранилище запрещен.
Так я остатки проб от ваших и несу.
Сказали занести в базу.
А-а. Тогда давайте.
Здорова.
Слушай, Слепой, а…
Есть чё?
Братиш, я в долг не даю.
Я ж тебе товорил.
Бл..., братан, ну, хорош.
Ну, чё ты…
Я тебе сказал, не даю! Слышишь?
Слушай, ну, есть варик один.
Да?
А чё делать надо?
С чуваками встретимся, перетрешь с ними.
Нормально?
Да, да, окей.
Спасибо тебе большое.
Нормально все, свои же.
Спасибо.
– Как сам?
– Зае...ца. Это Макс.
– Здорова. Макс.
– Даров.
Я Костя.
Пойдем, перетрём за дело.
Пойдем.
Если есть еще кто – давай.
Работы много.
Без базара.
Оплата деньгами или товаром.
Кумарит тебя?
Давай вмажу.
Авансом.
Десять.
Десять человек?
Можно больше.
Накину ещё.
Бабло?
Да расслабься.
Ну чё, ништяк?
Ну чё, один есть.
Кто-то ещё это видел?
Нет. Только мои.
Почему с понятыми не изъяли?
Да считай, интуиция.
А то эти козлы забрали бы
со всем остальным.
– Что делать собираешься?
– Я уже сказал.
Слав, там дети.
У меня тоже дети.
И у тебя, кстати. Дочь… И жена…
Вот именно.
Ну, ты же понял, что дело сливают?
Ну, сам-то как?
Спать нормально будешь?
Бл...ь.
Да я чувствовал, что мне
не дадут на пенсию уйти спокойно.
Ладно. Я прикрою вас, как смогу.
Спасибо, командир.
Только действовать ты будешь
под свою личную ответственность.
И если что – разговора этого
между нами не было.
Есть.
А чего мы сегодня здесь-то?
Присядь.
Да я всю дорогу сидел.
У нас забрали дело.
Сука!
Поэтому нужно решить, что делать дальше.
– Я говорил с шефом.
– Ну и чё он?
В принципе, он готов закрыть глаза,
если мы проявим инициативу.
А если что-то пойдёт не так?
Если что-то пойдет не так,
то мы в полной жопе.
Не знаю, куда это ведет, но,
судя по скорости реакции, очень высоко.
Короче,
если кого-то это не устраивает,
лучше сказать прямо сейчас.
Я, конечно, пойму.
Кир?
Здесь все материалы с дела.
Я распечатала документы,
пока их не забрали.
Это из лаборатории?
Это те образцы, что взял Джафаров.
Обещал помочь с ними.
Ему нужна лаборатория.
Естественно, неофициально.
Я сделаю.
Кир, будь с Шеиным.
Жди, пока Матас выйдет на связь.
Скажи, а Матас ничего не говорил
об искуплении или что-то типа того?
Тебе зачем это?
Хочу понять его.
Короче, какие-то искривленные души.
Что есть люди…
И вот они попадают в водоворот.
Что скоро вообще ничего не будет,
кроме этого водоворота.
И что еще какой-то смотритель
этого леса.
И он, в общем, вырубает
кривые деревья и, короче,
пургу какую-то нес.
Ну, может, и не такая уж это пурга.
Алло.
Где обычно. Через час.
Нафига мы сюда припёрлись?
Шея заезжает.
Только что мимо меня проехал.
Видим его. Отбой.
Я на месте.
Езжай наверх.
Сука!
Матас уже там! Он раньше нас приехал!


Серия 4

Только что звонили
из Главного управления.
Велели передать дело
федералам. Всё, точка.
У них у всех...
незадолго перед смертью
брали пробы тканей.
– И где эти образцы?
В лаборатории.
Давай на мослы её...
Просто слишком много бабла
и слишком мало времени,
чтобы возиться с торчком.
Есть чё?
Братиш, я в долг не даю.
Я ж тебе говорил.
Слушай, ну, есть варик один.
Давай вмажу.
Авансом.
Ну чё, один есть.
Лера!
– Где Лера?
– Не будет она говорить с вами.
Мамочка… Мам.
Все, кто на улице, рано или поздно
оказываются в одних и тех же местах.
Поможешь нам взять Матаса,
и мы от тебя отстанем.
Где обычно. Через час.
Шейн заезжает. Только что
мимо меня проехал.
Видим его, отбой!
Я на месте.
Езжай наверх.
Пока всё тихо.
Сука! Матас уже там!
Он раньше нас приехал!
Марк, гони сюда! Перекрой ему выезд!
Еду!
Бл...ь!
Сука! Сука!
Отрывается, сука!
Марк, Марина, встречайте его!
Эй!
Как вы?
В порядке?
Ну как сказать?
Слушайте, хотите,
я отвезу вашу бричку своим
парням, они всё сделают?
Спасибо, конечно,
но у меня есть страховка.
Да у вас там ремонта на два месяца!
А мои парни сделают всё за два дня.
И денег не возьмут.
Даже так?
Ну а х..и нет-то, когда да?
Чё у вас там сегодня было-то?
Да так, черти одни.
Вы их поймали?
Пока еще нет.
Стресс снимешь.
У меня тут пара дел еще есть.
Давай увидимся через час? Адрес скину.
Я тебе что сказал?
Я сказал, что прикрою тебя, пока ты
покопаешь это дело спокойно!
Спокойно!
А вы мне фейерверк тут
до небес устроили!
Мы подумали, что получится
взять их по-тихому.
По-тихому? Вот то, что это было,
называется по-тихому?
Собственная безопасность
уже завтра будет здесь.
Ты хочешь, чтобы нас живьем сожрали?
Саш, а подумай хорошенько…
Туда, куда ты нас всех тащишь,
оно того стоит?
А чё, забить надо? Типа пусть
они дальше детей кромсают?
Так! Ты вообще помолчи!
Ты понимаешь, чё будет?
– Да, я подам рапорт.
– О, ещё бы! Да!
И только придумай
что-нибудь убедительное.
Потому что если они узнают, что ты
продолжаешь крутить дело,
которое уже не твое…
Сам понимаешь, что будет.
Всё, свободны! Видеть вас не хочу!
У второго виски выбриты
и татуха вот здесь.
– А чё набито?
– Не знаю, далеко было.
То есть ты их не знаешь?
– И что? Лера с ними ушла?
– Ммм… вроде да.
А ну-ка пойдем-ка!
Пообщаешься с нашим художником.
С матерью Шейна что?
Ну у неё шок пока.
Мне удалось пристроить её
в нормальное место. Обещали помочь.
Кстати, Кир, давно хотела спросить.
Ты реально всё это прочел?
Когда я вернулся с войны, у меня
было очень много свободного времени.
И совершенно не было сна.
Взгляни.
– Это же она.
– Да.
Ты запросила людей?
С набоем шестеркой и тройкой?
Да, сегодня будут результаты.
Ну теперь мы знаем, как она
примерно выглядит. Татуировочка.
Я готов спорить,
что у Матаса точно такая же.
– А что с личностями убитых?
– Никого не удалось установить.
По крайней мере из тех, с кого начали.
Ты сам видел, там работы
с телами месяца на два.
А тела у нас забрали.
Мы в жопе, да?
Да. Дела-то больше нет.
Или думаю, что кто-то очень влиятельный
очень не хочет, чтобы этих
подростков расследовали.
Только вот Саша это так
просто не оставит.
– Переживаешь за него?
– Да.
Ну это потому что ты еще
в состоянии что-то чувствовать.
А большинство уже нет.
В смысле?
Ну как бы тебе сказать-то…
Ну, ты же видишь, с чем
мы сталкиваемся ежедневно?
Люди изменились. Перестали
заботиться о ближнем. Ложь.
Она повсюду.
Она в основе всей теперешней жизни.
Человек заводит семью, чтобы
кто-то другой решал его проблемы.
Спасибо, было вкусно.
Финансовые или эмоциональные.
Скажи, а ты нас совсем оставил?
Или удовлетворял его сексуально.
Или поднимал его социальный
или внутренний статус.
Потом он заводит детей.
Для имитации смысла
своей никчемной жизни.
Или тупо по дурацкой случайности,
не понимая, на какие
страдания он обрекает
своим эгоизмом и безответственностью.
В конечном итоге
он или делает из них
такое же ничтожество, как сам…
Либо ему тупо становится
на них наплевать.
Ты действительно так считаешь?
А как же твоя семья?
Это не моя семья.
Здорова! Привет! Пойдем, отойдем.
– Макса знаешь?
– Кого?
– А, Финик? Нафига он тебе?
– Ты видел его?
Он вчера к Слепому за дозняком заходил.
Чё, чпокаешься с ним?
Слуш, ты чё, мудак что ли?
Сегодня двадцать лет, как Костю убили.
– Ходил на могилу?
– Угу.
Тоже накатило сегодня.
Вас же тогда прозвали
«дуэт Краснов-Сазонов».
И как у тебя чеку сорвало, когда
реутовские Костю и его Машу убили.
Реутовские же всегда по беспределу шли.
И ты
сделал то, что сделал.
Но сейчас, Саша, не 90-е.
Знаешь, я сейчас имел разговор,
такой,
каких мне вообще не надо.
– Рапорт я сдал.
– Да видел, видел.
Но теперь вы точно влипли.
– Сколько у меня времени?
– Откуда я знаю?
Они что, мне докладывают?
Могут заявиться в любой момент.
Смерть Шейна теперь вам
по-любому придется объяснить.
Я уже всё написал.
Послушай мой дружеский совет.
Затихаритесь.
Ведь если начнут говно ворошить,
сам понимаешь, такое полезет!
– Тебе самому-то не надоело?
– Что?
Жопа-то, она не резиновая.
Лерка вернулась?
– Характер показывает.
– Может, в розыск?
Да нет, она обиделась на меня. Вернется.
Здравствуй. Нашел чего?
Все куда хуже, чем я предполагал.
Исследуемые образцы
генетически модифицировались.
Что это значит?
– Редактирование генома.
– Ну ты-то откуда знаешь?
Да, да, да, да, да.
Ну объясните, что это?
Берутся клетки тканей
из человеческого тела,
редактируются на генном уровне
и вживляются обратно.
После чего с организмом
начинают происходить изменения.
– Это вообще законно?
– Нет.
Я тебе так скажу – таких лабораторий
по миру десяток от силы.
Это очень серьезное дело.
То есть, маньяки-сектанты,
убийства, расчлененка… и чего?
Генные опыты? Ты уверен?
Ошибки нет.
Подожди, ну убили то их…
Да, смерть в результате
рубленых ранений.
Но строго говоря,
они уже были обречены.
Даже без последующего насилия
они бы умерли в ближайшее время.
Ты чего, тут ночуешь что ли?
Привет!
Раскопала чё-нибудь?
Да… пытаюсь пробить татуировки.
Нашли с Кириллом на одном из тел.
Посмотри-ка, знаешь этих?
У-у.
Это те, кого Муха с Лерой видела?
Я взял короче.
– А ты чего такой помятый?
– Нормально все.
– Ты где был?
– Бегал!
– Колись!
– Да чего ты хочешь?
Бл… Марк, только не говори,
что ты трахнул потерпевшую.
Отстань!
Аллё!
Что?
Сейчас приеду!
У вас сбежала пациентка,
которая только что была в коме.
Свидетель по уголовному делу,
между прочим!
А я-то тут причем? Кто в ночную
дежурил, того и спрашивайте.
– Алена дома не появлялась?
– Я думала, она здесь.
– Ты кто?
– Х...й в пальто! Где она может быть?
Думай! У отца?
– Щас! Сидит.
– Давай еще думай! Где?
– Друзья, подруги, ну?
– Откуда я знаю?
У неё дружков наверное полно.
– Ты вообще знаешь, что с ней было?
– А чё с ней было?
Ноги раздвигала – дораздвигалась.
Она же дочь твоя! Давай, думай, ну!
Я бы на твоем месте
постаралась вспомнить.
На моем месте?
А когда ты была на моем месте?
У тебя детей-то наверное нет.
Сонька, подружка одна есть.
Телефон её.
Здрасьте!
А как так случилось?
Она просто сбежала и всё. Даже
медицинская сестра была не в курсе.
Я говорила с её матерью,
она про неё ничего не хочет слышать.
Всем плевать.
Ну всё, успокойся.
Слышишь? Ну когда было по-другому?
Саш, скажи, а ты знал про Кирилла?
– Что именно?
– Про семью.
Что это не его семья.
А что, он рассказал тебе?
Он же никому не рассказывал.
То есть, Елена…
Да, она не его жена.
Она жена Андрея. Он в Чечне погиб.
И Антон с Севой…
Не его дети. Тоже дети Андрея.
Кирилл просто заменил им отца...
…получается.
Да откуда они все?
Дорогой дядя Кирилл…
Я тебя поздравляю…
Я тебя поздравляю
– с Новым годом…
– Ты уже пьешь с самого утра?
Не открывай.
Да… я тебя очень люблю!
Да… я тебя очень люблю!
– Где ты был?
– На работе.
Ты приносил вкусные конфеты.
– Ты приносил вкусные конфеты.
– Ночью.
Зачем ты это смотришь?
Чтобы помучить себя?
Скажи, ты...
Ты хоть что-нибудь чувствуешь?
Подумай еще раз. И если ты всё-таки
знаешь, где она может быть – скажи.
Это важно очень.
Не для меня, а для Алены.
– Ну есть у нас одно место.
– Где?
Вы его сами не найдете.
О нем никто не знает.
Покажешь?
Мы когда учились вместе,
каждый день тусовались.
Потом девятый класс закончился и…
она больше с нами не учится.
Ну так, видимся иногда.
– А где она теперь учится?
– Она в технарь пошла.
– Она употребляет наркотики?
– Нет, вы что?
А парень есть у неё?
Был. Раньше.
Он из нашей школы. Потом расстались.
Почему?
Она… ну, стала всякое делать.
Что именно?
Ален!
Алена! Стой!
– Тихо, тихо, тихо...
– Отпустите.
Можешь меня послушать?
– Что вам надо?
– Я хочу просто поговорить.
Алена!
Тихо!
Я хочу помочь.
Я в твоем возрасте тоже из дома сбегала.
Только у нас места не было
такого, мы у реки сидели.
Не надо этой херней заниматься
и втираться ко мне в доверие.
Хорошо.
Я должна у тебя спросить...
Как ты в той квартире
оказалась, помнишь?
С парнем пришла.
Что за парень? Кто он?
Так… познакомились.
И куда он делся?
Не помню, мы накурились.
Может быть, ты помнишь, там
человек был такой большой,
с татуировкой на руке?
Алена, ты видела его?
– Что он делал?
– Отстаньте от меня.
Тихо, тихо…
Тихо, тихо, тихо… Всё хорошо. Всё.
Всё закончилось.
Я видела его сегодня.
– Че за кипиш?
– Ехать надо.
Без Б! Но я только семь человек собрал.
Нормально.
Но бабла, как договаривались.
Конечно!
Это они?
Да.
– Ты уверена?
– Говорю же, да.
А её ты точно с ними видела?
Ну да, я её нормально запомнила.
То есть, вчера ты её видела с ними, да?
Да.
Объявляй Лерку в розыск.
Да, Саш, хорошо.
Не берёт?
Всё! Пи...ц!
Остается только это…
прощание по смс.
Ага, очень смешно! Обхохочешься!
На, посмотри лучше, может, видел его?
– Парень твой?
– Знаешь его?
– Как звать-то?
– Макс.
Его нет второй день
ни дома, нигде. Телефон выключен.
– Он просто от тебя шифруется.
– Бл..., ты задрал!
У него проблемы из-за меня,
между прочим.
Х... се!
Знаешь, чё? Пошел ты!
– Как самому чё-то надо…
– Подожди!
– Покеж!
– Да иди в жопу!
Покажи, говорю!
Он к Слепому вчера заходил.
К Слепому?
– На чём торчит?
– На хмуром.
А…
Я тебе говорю, с ним случилось чё-то.
Да, да, конечно!
Так ты поможешь или нет?
Ладно.
– Чё надо?
– А чё дернулся?
Расслабься! Так просто
за чувачка одного спрошу.
– Был вчера у тебя?
– Отвали!
Отвали? А если я тебя закрою
за распространение лет
на восемь, а? Как тебе расклад?
Да ладно, браток, ты чё?
Ты же меня знаешь.
– Был.
– Чё дал ему?
Да них...! Он мне сам
три Хабаровска торчит.
Да? И чё, прям так
на ломках типа и свалил?
Ну да.
Не пи...и мне на х...!
Да свел с двумя кентами просто
барыжить, кому бабло нужно.
Бабло нужно? Они чего, банк что ли?
А я е...у? Работа, сказали, есть.
Работа? Какая работа?
– Какая работа?
– Да не знаю!
Кладменами или бегунками. Я не знаю!
А тебе понт с этого какой?
– Башляют они мне.
– Чего? Тебе башляют?
Чтоб народ подгонял, да.
Дебил, бл...ь!
– Где они сейчас?
– Не в курсах я.
Как выглядят?
Да как обычно. Там татуха
на виске у одного.
Татуха?
А ну-ка глянь.
Да, похоже.
– Со мной прокатишься.
– С х... ли?
Тут, бл...ь, как бы без вариантов.
Это точно Матас был? Алена его видела?
Да, она сейчас у художника.
И теперь у нас будет его портрет.
А где именно она его видела?
Где-то на районе в машине.
Что за машина? Номер не запомнила?
Естественно, нет. Большой черный пикап.
Та, которую он скинул.
Это бесполезно.
Этих установили?
Документов у них не было при себе.
Я пробиваю по базе на совпадения.
Чушь какая-то.
Бакланье. А завалили их профи.
Кому они нужны-то?
Я нашла тату с числами.
Ну-ка, давай.
Михай Глебович, 16 лет.
Один из убитых в коллекторе.
Он из детдома под Лидском.
Родителей нет и в систему попал
из-за кражи по малолетке.
– Распечатай мне его.
– Да.
А еще есть кто-то?
Да, такое же тату есть
у одного из заключенных, и
сидит в том же регионе. Адам Пац.
И что, похожий набой?
– Идентичный у обоих.
– Это всё?
Матас по татуировке не пробился?
По крайней мере, в системе его нет.
Как ты сказала? Адам Пац?
– Где посиживает?
– В Волушине. ИЗ-25.
– 25… А детдом где?
– Рядом, под Лицком.
Лицк.
Это же…
Лицк – это же бывшая
Литовская территория.
Недалеко на границе.
Матас же тоже из Литвы.
Ну... ну вряд ли просто так совпадение!
– Свяжись с детским домом.
– Невозможно, он сгорел.
– Когда?
– В прошлом декабре.
Парни, я вам там…
Гляньте в общем.
Мужики! Я вообще не
в курсах про эти дела!
– Ты камеру выключил?
– Я её не включал.
Как их зовут?
Да я не помню. Денис или Костя, кажется.
Фамилии!
Я их раза три видел! Я не знаю вообще!
– Что ты для них делал?
– Да так, они брали пару раз.
– Потом говорят – народ подгони.
– Что за народ? Зачем?
Да барыжить наверное некому!
– Они тебе за это платили?
– Да!
Это не наш ли клиент их зарядил?
Ну чего, всё?
– Успокоился?
– Че, бл...ь, все? Ты чё, не понял,
что она у этого безумного, сука, маньяка?
Саш, даже если это и так…
Вот этим ты ей точно не поможешь.
Успокойся.
– Бл...ь, помолчи сейчас! Умник!
– Я лишь говорю – успокойся.
Мы должны найти этих гондонов,
мы их найдем.
Поехали! Навестим Адама Паца.
Он единственный, кто хоть что-то
знает про этого Матаса.
И детдом пробьем.
Поехали!
Да! Семь человек.
Никто искать не будет.
Отбросы, как всегда.


Серия 5

Всё куда хуже, чем я предполагал.
Исследуемые образцы
генетически модифицировались.
То есть, маньяки-сектанты,
убийства, расчлененка… и чего?
Генные опыты? Ты уверен?
Ошибки нет.
Марк, только не говори,
что ты трахнул потерпевшую.
Взгляни-ка. Это же она. Я готов
спорить, что у Матаса точно такая же.
Может быть, ты помнишь, там
человек был такой большой,
с татуировкой на руке?
Я видела его сегодня.
Ехать надо.
Без Б! Но я только семь человек собрал.
Нормально.
– Макса знаешь?
– Нафига он тебе?
Ты видел его?
Он вчера к Слепому за дозняком заходил.
То есть, вчера ты её видела с ними, да?
Да.
Я думаю, что кто-то очень
влиятельный очень не хочет,
чтобы этих подростков расследовали.
– Ну чего, всё? Успокоился?
– Чё, бл...ь, всё?
Ты чё, не понял, что она у этого
безумного, сука, маньяка?
Саш, даже если это и так…
Вот этим ты ей точно не поможешь.
Объявляй Лерку в розыск.
Никто не знал, откуда Матас появился.
Я Рамону сразу сказал – его тьма родила.
Что за подростки были у Рамона?
Разные были.
Многие просто приблудились.
Чувствовали скорый конец.
Водоворот их пожирал.
Ну а сейчас где этот Рамон?
Откуда мне знать?
Что вы делали с этими подростками?
Выпрямляли.
В каком смысле? Что это значит?
Их души были искривлены.
Вы их заманивали и совращали.
Искривленный лес повсюду.
Гегнир его чистит.
А кто такой Гегнир? Это бог?
Гегнир – это тот, кто выпрямляет лес.
Расскажи про Матаса.
Бывает время, когда сгущается тьма
и остается только темное небо,
в котором больше нет бога.
И тогда в этом месте возникает
воронка, пожирающая души.
И приходит палач.
Водоворот.
Вот зачем вам Матас.
Бл...ь!
Кир!
Ты еще не устал эту херню слушать?
Ты знаешь его?
– Это один из ваших.
– Да, это Михай.
Он был тогда с Рамоном, пока
– Матас не объявился.
– Как Матас вышел на детский дом?
Через Михая?
Не знаю.
У него края нет.
Он не человек.
Он – кара.
Ты что-нибудь знаешь про эксперименты?
Про медицинские
эксперименты над этими детьми.
Я же сказал. Я ушел.
Вам обоим не выбраться.
У него в руках пепел.
А у тебя мертвец на плечах.
Ты сам веришь в этот бред?
Саш, а может, это не бред?
Ну ты можешь тогда нормально
объяснить, что он там нес?
Область тьмы, Гегнир...
Что это?
Это секта.
Искаженный вариант
некоторых языческих верований.
Кто-то втягивается из-за
наркотиков, кто-то по слабости, но...
Тот, кто стоит у руля, как правило,
точно знает, что он делает.
Он занимает символическое
место жреца, зачастую и сам верит.
Думаешь, секта?
Ну, по крайней мере, в начале так было.
А потом…
В некоторых верованиях есть
представления об областях тьмы.
Сокрытие лика… ты понимаешь?
Сокрытие божественного лика в тех
местах, где творится неправильное,
где торжествует беззаконие.
Этой областью мира
начинают править силы зла.
Ладно, поехали в детский дом.
Привет!
И тебе доброе утро.
Да!
Нет пока еще.
Без понятия.
Что?
Окей, хорошо, ща буду. Блин!
Так и бросишь меня тут?
Привет!
Здрасьте!
Ну, как ты?
Нормально, спасибо.
Выглядишь лучше.
Смотри, что я тебе принесла.
Ты же их любишь?
А откуда вы узнали?
А, ну конечно. Вам Соня рассказала.
Тебе как вообще здесь, не скучно?
Ну так.
Хочешь, что-нибудь другое принесу?
А вы маму не видели?
Нет, не видела.
Секта и лабораторные опыты…
Как одно с другим вяжется?
Я думаю, этим спецам
человеческий материал нужен был.
Они как-то вышли на Матаса
и используют его, как поставщика.
Как я тебе и говорил –
религия отлично совмещает
одержимость и практичность.
Наркоманы, неблагополучные
подростки, фанатики-сектанты.
Отличное поле для сбора подопытных.
Я думаю, он целый трафик наладил.
Привозит этих подростков,
как подопытных мышей.
А когда они становятся не нужны,
сам же от них и избавляется.
Так, как считает нужным.
Опыты на детях…
Кто такое вообще творить может?
Тот, кто поднялся в 90-е.
Да ты и сам всё это прекрасно помнишь.
Люди на обломках идеологии,
выброшенные в новый прекрасный мир,
в котором вместо бога, советской власти,
светлого будущего – вместо всего –
деньги.
Путь наверх был открыт тем, у
кого вместо сердца – черная воронка.
Для них ничего не важно и не будет
важно, кроме их цели. Любыми средствами.
И сейчас
мы живем в мире, созданном ими.
Странно, что тебя до сих
пор что-то может удивить.
Кир, ну не все такие были.
Не все. Не все. Но многие.
И поэтому мы сейчас с тобой здесь.
И поэтому твоя дочь похищена.
И поэтому детские дома
переполнены брошенными детьми,
а улицы – ненужными родителям подростками.
И человеческого тут ничего не осталось.
Равнодушие, отсутствие чувств,
холодность, жестокость, расчетливость.
Это всё и есть водоворот.
Область тьмы.
А пожар в декабре был, да?
Да! Как раз под Новый год.
И что расследование?
Да, чё-то было.
Я не особо в курсе.
Вроде как утечка газа.
На самом деле, разное говорили.
Например?
Да мало ли чего люди говорят!
Что место здесь дурное.
Вроде после пожара этого даже тел не
нашли. Ниче не осталось. Ну и поехало…
А чё тут могло остаться?
Всё подчистую выгорело.
Кирюх! Смотри, железо повело. При
обычном возгорании такого бы не было.
Тут как напалмом поливали.
Похоже, был поджог.
Как узнать, кто дело вел?
Официальный запрос мы сделать не можем.
Есть у меня одна мыслишка.
А что это за человек, к кому
мы едем? С чего ему нам помогать?
Да, это корешок мой старый.
Служили вместе.
Он тоже на оперативной работает здесь.
Может, что-то знает про всю эту историю.
Да наверняка кто-то из местных ментов
повязан, судя по делу с детдомом.
Привет.
Что по Лере? Есть новости?
Пока нет. Но её ищут везде.
Проверьте у меня дома еще раз.
Да, хорошо, вы там как?
Удалось что-нибудь узнать?
Пока немного.
– Если будут новости – звони, хорошо?
– Хорошо, конечно, Саш.
Ничего?
О!
Кира!
Войцек!
Саш, знакомься! Павел.
– Саша.
– Паша.
Присаживайся.
Ты чего тут?
Ну что, нашли чё-нибудь?
Угу! Пятку вчерашнюю.
Бл..., вот ты дятел! Я серьезно, блин!
Слышь! Ты если реально
хочешь помочь процессу –
поспрашивай
на улице за тех двоих.
Может, кто видел машину,
на которой они были.
В смысле? Вы же нашли машину.
Не ту, другую. Фургон или чё там еще.
Всё, я пошел.
Какого хрена мне звонит ССБ и
спрашивает, что мои люди делают в Лицке?
А ниче, что он дочку свою ищет?
Ну так, на секундочку.
Может, эти у...ки её уже на ремни пустили!
А вы с федералами дело слили.
Я что ли слил? Знаешь, есть
ситуации, где я ниче не могу сделать!
И уж тем более, бл...ь,
перед тобой отчитываться!
Ну так значит, пускай
делают те, кто может!
Так, ты давай, бл...ь, не
заговаривайся мне здесь!
Я же Краснову же хочу помочь!
Чтоб не повторилось,
как три года назад!
Ты думаешь, чего это он с этой
сраной доминошкой ходит?
Всё время!
– Чтобы помнить!
– А чё, типа не прав он был?
Или надо было дать
этой маразоте свалить?
Надо было дать!
И ждать, когда его можно
по закону прихватить!
Ждать, пока этот Домино
кого-то еще грохнет, да?
Послушай, я видел запись.
Только теперь мы под колпаком.
Понимаешь?
Ты в курсе, что
Собственная безопасность
сейчас будет...
нас расследует будет?
А мне нужно, чтобы
Краснов держал себя в руках!
Чтобы делал свое дело.
Его задача – ловить преступников.
А не казнить. Ты вообще понимаешь...
Понятно.
– Да!
– Аллё, Араз!
Слушай, хотел у тебя одну штуку узнать.
Ага! Всё, ок. Жди!
За тела и все образцы расписался
некий Фролов Сергей Валерьевич.
Я так понимаю, он медик от
федералов получается, да?
Получается, да.
Знаешь о нем что-нибудь?
Нет.
Ладно, Араз. Спасибо тебе.
Да, аллё!
– Здорово!
– Привет.
– Есть новости?
– Да нет, пока ниче конкретного.
Слушай, ты не трепись особо с Баевым.
И Марине тоже передай.
– Окей. Вы нашли что-нибудь?
– В процессе.
И с федералами тоже
поосторожней. Не лезьте к ним.
В смысле? И что мне делать?
Просто на жопе сидеть?
Марк, ты не понимаешь.
Мы с Кириллом не при исполнении.
Нас вообще здесь быть не должно.
По основным телефонам
больше не разговариваем.
Переходите на алкофоны, связь по ним.
Я отключаюсь, буду
звонить с разных номеров.
Окей, понял.
И Джафарову передай, пусть заберет
образцы из лаборатории и спрячет.
И вообще там всё подчистит,
чтоб не нарваться самому.
Да, окей, я как раз у него.
– Вот и передай. Всё, давай, на связи.
– Давай.
Остановимся здесь.
Ты тоже отдохни пока.
Не скажу, что рад тебя видеть. Хотя,
честно говоря, ожидал вас еще вчера.
Мы изучали личные дела.
И у нас много вопросов.
Когда у Собственной безопасности
их было мало?
Где Краснов и Ярцев? Надо пообщаться.
А почему именно с ними?
С другими тоже поговорим.
А, Краснов и Ярцев вот сейчас в отпуске.
Давно?
С сегодняшнего дня.
Какое совпадение.
Все права на отдых
гарантированы Конституцией.
Остальные, надеюсь, на месте?
Чё там, по Лере есть новости?
Пока ничего.
Я тут дяденьку одного нарыл.
Криминалист Фролов.
На Гривцова работает. Это он тела забирал.
– Думаешь, как-то связан?
– А чё нет-то?
Там вся эта медицинская тема.
Я подумал, может, хотя
бы так выйдем на что-то.
Да!
Аллё! Марк, Марк, Марк! Слышишь?
– Да. Чего?
– Видели их фургон!
Я говорю, видели их фургон!
Какого цвета и марка?
Черный "Спортлэнд Шевроле" тонированный.
– Номер знаешь?
– Нет!
Ну ладно, всё равно неплохо.
Давай, связь!
Короче!
Те двое были на черном фургоне
"Шевроле Спортлэнд". С тонировкой.
Кстати говоря, их не так уж и много.
Можем пробить камеры на
МКАДе. На выезде из города.
Черный "Шевроле"?
Марк Девин?
Да.
Марина Сотникова?
Отдел собственной безопасности,
подполковник Каримов.
Нам надо с вами поговорить. С обоими.
Так как вы оказались вчерашней
ночью на месте убийства Шеина?
– Нам поступил звонок.
– Я читал рапорт.
Но всё-таки очень интересно,
как вам удалось так быстро оказаться
на месте преступления в полном составе?
Мы были вместе в этот день.
Марина, я же сказал, что я читал рапорт.
А теперь мне интересно услышать,
как было на самом деле.
Потому что я уверен, что вы были там
не после, а до и во время преступления.
Читайте внимательно. Там всё написано.
Смотрите, как странно выходит...
Шестнадцатого октября ваша группа
арестовала Сокольского
на квартире у Шеина.
Шеина отпустили.
На следующий день гибнет Шеин
от рук неустановленных лиц.
А вы сразу же оказываетесь на месте
преступления в полном составе.
Скажите, а вы случайно не знаете,
где сейчас Краснов и Ярцев?
Не знаю...
Взяли отпуск за свой счет и
уехали отдохнуть, вероятно.
У вас пять лет назад был небольшой
перерыв в вашей работе.
После того, как осудили вашего
мужа Семена Бессонова, верно?
Верно.
За серийное изнасилование.
Я правильно помню?
Правильно. Причем здесь это?
Ну как?
Вы это тяжело переживали.
Два года не занимались
оперативной работой.
Зачем вернулись?
Вернулась, потому что здесь мое место.
И работа, где я могу быть полезной.
Девин!
Черти голимые.
Как? В порядке?
Эй! Марин.
Марин, ты норм?
– О чем тебя спрашивали?
– О Шеине.
Они не верят в то,
что мы тут не при делах.
Не важно, во что они верят.
Важно, во что им сказали верить.
Они будут нас обрабатывать по очереди.
Главное, придерживаться нашей легенды.
Вот смотри. Пять "Шевроле",
которые выезжали из города.
Рига, Можайка, Дон,
Ленинградка и Щелковская.
На двух выездах камеры не
работают, поэтому вероятно, что
были еще машины.
Ну хоть что-то.
А, да!
Вот! По Фролову кое-что еще хотел сказать.
Фролов Сергей Валерьевич.
В криминалистике с 2004-го года.
С 2010-го года – гендиректор
компании "Крелан".
– Чем занимаются?
– Занимались.
Компания закрылась в 2014-м году.
А до этого занимались исследованиями
по некоторым направлениям.
Редактирование генома.
Разработка лекарственных
форм противовирусных
иммуномоделирующих препаратов, онкология.
Короче, с 2014-го года по настоящее
время данных о новой работе нет.
Совпадение? Не думаю.
Генеральный директор, значит?
Что предлагаешь?
Надо бы побазарить с этим
Фроловым. Пробьешь адрес?
– Да?
– Здорово, Араз!
Это я опять. Слушай,
а, хотел у тебя спросить.
Тот Фролов был когда-то гендиректором
компании "Крелан". Ты
знаешь о ней чё-нибудь?
Впервые слышу. А что?
Да так… Чё ты, в лабе прибрался?
– Ну сворачиваюсь уже.
– Всё, давай, отбой.
Можно вас на минутку?
А мы чё, разве не всё?
Нет.
Хреново выглядишь.
Хотя для барыги вполне нормально.
Мы знаем про чувака, который
от твоего стафа кони двинул.
И что Краснов тебя прикрыл.
Закроем вас обоих до конца жизни.
Ну или ты работаешь с нами. Решай.
Ты чё здесь-то, я не поняла?
Падай.
Садись уже.
Пиво будешь?
Давай.
Чё, нашли фургон?
Ты хер ли не на работе-то?
А я на работе.
Я вижу – сидишь тут, удалбливаешься.
Дохера ты шаришь.
Чё, дома как? Была там?
Да, прикинь, этот гондон свалил.
Ну вот видишь?
Не всё так плохо.
Чё, мама как?
Нормально вроде.
Она работает же постоянно.
Ругалась, там, что он
какие-то вещи ее забрал.
Да!
Ага! Ща буду.
Ну давай.
Не надо, пожалуйста!
Говори!
Что они знают?
Про какого-то Фролова спрашивали.
Я не знаю, кто это.
Какой там адрес у Фролова?
В бардачке посмотри, я распечатала карту.
Карта?
Да, он за городом живет.
Фига се.
Бл...ь! У тебя есть сижки?
Вообще-то я бросаю.
Бл...ь!
Вот здесь посмотри.
Погано выглядишь.
Чё с тобой?
Да не загоняйся ты так!
Ну выжрал пару банок.
– Пару банок чего?
– Пива.
Хера се!
Нормальную он такую домину себе отгрохал!
Сука!
Бл...ь! Прям под носом!
Как они узнали, что мы на него вышли?
Надо валить отсюда.
Ты чё делаешь?
Вызываю местных оперов.
Е...улась?
У нас Каримов на гландах висит.
Как ты ему потом объяснять
будешь, что мы тут забыли?
На чужой земле
с трупом в бассейне!
А лучше будет, если он узнает, что
мы были здесь и по-тихому свалили?
Да как и кто вообще об этом узнает?
А как и кто узнал, что мы едем сюда?
О чем ты говорил с Каримовским
дружком на стоянке?
Ты чё, думаешь, я стуканул?
Да иди на х...й!
– О чем говорили?
– Да о погоде!
Они хотят Шеина на нас повесить.
Это понятно! Что конкретно он говорил?
Они знают, что Краснов меня вытащил.
Сказали, что закроют обоих.
Предлагал что?
Сдать.
Всех.
Тогда они с меня слезут. Типа.
Забрала в доме Фролова.
Посмотри, может, там есть что?
Опаздывает твой Войцек.
Ты в нем уверен?
Саш...
Я с ним в двухтысячном
из окружения выходил.
– Здорово!
– Здорово.
Короче, странная история.
Дело о поджоге детдома вел Сергей Чутко.
Я его знал.
Опытный следак, один из лучших был.
Но из органов уволили.
Из семьи ушёл.
Я узнал – он один живет
на хуторе, за городом.
Езжайте за мной, покажу.
Вон его дом!
Странные здесь места.
Стоять на месте!
Кто?
Сергей, не стреляй!
Разговор есть!
У...вайте!
Сергей!
Мы про детей приехали узнать!
Про детдом, про всё!
У меня дочь украли!


Серия 6

Бывает время, когда сгущается тьма
и приходит палач.
Ты что-нибудь знаешь
про эксперименты над этими детьми?
Где Краснов и Ярцев?
Закроем вас обоих до конца жизни.
Марк, ты не понимаешь.
Мы с Кириллом не при исполнении.
Нас вообще здесь быть не должно.
И Джафарову передай, пусть заберёт
образцы из лаборатории и спрячет.
И вообще там всё подчистит,
чтоб не нарваться самому.
Что они знают?
Я думаю, он целый трафик наладил.
Привозит этих подростков,
как подопытных мышей.
А когда они становятся не нужны,
сам же от них и избавляется.
Поспрашивай
на улице за тех двоих.
Я говорю, видели их фургон!
Черный «Спортлэнд»
«Шевроле» тонированный.
По Фролову кое-что ещё хотел сказать.
Компания закрылась в 2014-м году.
А до этого занимались исследованиями
по некоторым направлениям.
Редактирование генома.
Разработка лекарственных
форм противовирусных
иммуномоделирующих
препаратов, онкология.
Как они узнали, что мы на него вышли?
Ты чё, думаешь, я стуканул?
О чём ты говорил с Каримовским
дружком на стоянке?
– Предлагал что?
– Сдать.
Всех.
Да, это корешок мой старый.
Служили вместе.
Короче, странная история.
Дело о поджоге детдома вел Сергей Чутко.
Езжайте за мной, покажу.
Сергей, не стреляй!
Разговор есть.
Мы про детей приехали узнать.
У меня дочь украли.
Водоворот.
Вот зачем вам Матас.
Послушай!
Ты, конечно, можешь завалить
меня щас нахрен!
Но пока мы не поговорим, я не уеду!
Ушёл.
Оружие убери.
Сергей!
Идём.
Сначала в основном животных находили.
Собак… с выколотыми глазами
и отрезанными лапами.
Жертв среди людей не было – никто
ничего и не предпринимал.
Дело потом завели, когда
в Ветечи две девочки пропали.
Через две недели они нашли их одежду.
Объявили розыск. Но ничего не нашли.
Дело повисло, тел-то не было.
И до сих пор нет.
А потом местные охотники
в лесу алтарь нашли.
С рисунками и пёсьими лапами вокруг.
Еще деревья стали находить
с вырезанными мордами.
Идешь по лесу, а на стволе
с одной стороны вроде как
демон какой с рогами… или целая фигура.
Заявления о пропаже детей были раньше.
Но их никто не связывал.
Никому, короче,
до этих детей дела не было.
Потом случай вышел.
Взяли мы двоих пацанов из детдома.
В магазин залезли. Ну взяли и взяли!
Только я смотрю,
а у одного наколка такая.
6 и 3 в треугольнике.
Вот такие в лесу видели.
Ну я их поприжал маленько,
и они рассказали, что
была там какая-то,
хрен его знает, секта.
И человек, который её организовал,
называл себя Белый Рамон.
Они детдомовцев заманивали.
А те шли к ним, наколки делали,
ну типа это их знак там.
Детдомовские они такие…
Верят во всё это!
А с пацанами что, которых задержали?
А ничё, отпустили.
А потом всё сгорело.
Мы там были.
В здании.
Ничё подозрительным не показалось?
Показалось.
Дело о пожаре закрыли.
Самовозгорание газа…
Халатность, вся х...ня.
Я в эту ботву не поверил.
Я стал сам копать. Но меня турнули.
Только я вот, что скажу.
Не было там уже на пожаре никого!
И нихера это не похоже
на возгорание газа.
А теперь подумайте.
Если детей во время пожара не было,
то они должны были
где-то потом засветиться.
А они как сквозь землю
провалились! Понимаете, о чём я?
Они брошенные.
Их даже в розыск не объявишь.
И получается, что вроде
они не существуют. Понимаете? Нет?
Нету их!
А кто был директор детдома?
Его допросили?
Конечно.
Гартуков.
И когда случился пожар,
он в коммандировке был.
Его потом на допрос вызывали.
И судя по его показаниям,
все были на месте.
Только я точно вам
говорю – не было там никого.
А пацаны эти, они
боялись чё-то, не договаривали.
Я стал копать. Нашёл двух очевидцев.
Я точно знаю, что к Рамону приходил
человек с той стороны границы.
Матас?
Да.
Так его звали.
Ты его видел?
– А фамилия как у него?
– Да хрен его знает!
А что это за метки на карте?
А это их места в лесу.
И повсюду вот эти символы.
Это кто?
Белый Рамон.
По нему что-то есть?
Пошли.
Сюда заходите.
Это Белый Рамон.
Бесполезно. У него шок.
Он ничего не понимает.
Давно он здесь?
Серёж!
Ты ещё что-то у него узнал?
Места, отмеченные на карте, он показал?
– А на Матаса ещё что-то есть?
– Нет.
Он не знает, где Матас.
Если бы знал, он бы мне сказал.
Кинул его Матас!
Он знает только, что Матас перед тем,
как убивать детей,
увозил их куда-то.
Саш, всё, что есть – наверху,
мы больше ничего не узнаем здесь.
Ты чё сделал?
Амнистия! Падла!
Серёж! Не надо! Стой. Опусти пистолет!
Я не падла, но мне край!
Послушай. Мы тебя не сдадим.
Я слово даю.
Натерпелся. Всё, дальше вы сами, парни.
Да!
Чего?
Бл...ь! Бл...ь!
Что?
Джафаров убит.
Да!
Когда?
Я позвоню.
Джафарова убили.
Чего?
Я знаю, как они поняли,
что мы вышли на Фролова.
Я спрашивал про него у Джафарова.
Вот как так случилось,
что директор детдома не сел?
Как, как…
А как у нас всё случается?
Так и там случилось.
Я вообще не особо в курсе!
Списали всё на недосмотр персонала!
Кстати, завхоза посадили
года на полтора.
А Гартуков был в отъезде.
Когда вернулся, допросили
его и отпустили. Вот и всё.
А щас он где? Можешь узнать?
Кто? Гартуков?
Устрою я тебе с ним свидание.
Бл...ь, мне с этим что делать?
Ладно, разрулю.
Кира, держи ключ от дома.
Затихаритесь там, адрес сброшу.
Не прощаюсь.
– Паш!
– А?
Спасибо!
Да не за что!
Поехали.
Ну и чё ты хочешь, чтобы я сделал?
Вконтакт его взломал?
Да.
С какой целью, бейба?
Измены? Подозрения?
Интимные переписки?
Блин, говорю же, он исчез!
Может, там есть чё-то.
А… понял.
Скандалы, интриги, расследования.
Так ты сделаешь?
Элементарно.
Будешь должна.
– Как его?
– Макс Соколов.
Стой.
– Этот?
– Угу.
Готово!
– Ты это, посиди тут чуть-чуть.
– Угу!
Только ничё не трогай.
Да.
Мам, ты опять взяла мои ключи?
Это что?
Ты мне когда собиралась сказать?
– Это не единственное.
– Что?
Ты хранишь его письма
из тюрьмы и молчишь?
– Остальные письма где?
– Не нервничай.
Остальные письма неси!
Ты чего тут?
Чего? Да так…
заехала узнать, жив ты или нет.
Ты же не отвечаешь, не перезваниваешь.
Слушай, я не спал.
Смску хотя бы можно написать?
Давай не сейчас.
Что, прошла любовь?
Слушай, я серьезно!
Не сейчас!
Блин, мне валить надо!
Ко мне тут ваши приходили!
Я поэтому звонила.
Наши?
Какие наши?
Ну, из полиции.
Как выглядели?
Один мужик такой худощавый
и с ним такой скользкий мелкий.
Что они хотели?
Да спрашивали про ту ночь,
когда мне тачку раздолбали.
Типа уточнить хотели,
когда это произошло,
были ли вы там или позже подъехали.
Что ты им сказала?
Ну, я сказала, как было.
– Ну, что ты подошел ко мне…
– Фак!
– Бл...ь! Фак!
– Что?
Что? Что? Не надо было говорить?
Почему меня в это втягивают?
Слушай меня сейчас очень внимательно.
Если они еще раз к тебе придут,
просто скажи им, что ты ошиблась
в тот раз. Понятно?
У тебя шок.
Шок, авария, башкой упоролась.
Ничего не помнишь, короче, понятно?
Понятно.
Здравия желаю.
Тебя что, ночью к нам в отдел назначили?
Убит судмедэксперт Джафаров.
При весьма странных обстоятельствах.
Он ведь в последние годы
с вами часто работал, нет?
Мы получили предписание
на полномасштабную проверку
деятельности всего окружного отдела.
Включая тебя.
Во внутренних помещениях
запрещено курить.
Угу!
Запрещено! Запрещено.
Ты вызвал Краснова и Ярцева?
Я их что-то не вижу.
– У них телефоны отключены.
– Как это?
А в свое личное время сотрудники
вольны делать так, как считают нужным.
В их же собственных интересах
выйти на связь как можно быстрее.
Вот в твоих собственных интересах
вынуть голову из жопы!
Это лучшие опера города!
Они раскрывают реальные дела,
в отличие от таких, как ты.
Я вот всё думаю,
зачем люди портят себе биографию?
И главное, когда!
Ты ведь через пару месяцев уйдешь.
И тебе сейчас решать,
как это произойдет.
Уйдешь ты, как заслуженный
сотрудник с весомой репутацией,
или как...
Это что такое было? Или как…
Ты договаривай!
– Ну сам знаешь, как это бывает.
– М…
Писька у тебя еще не выросла
нам здесь мозги е...ть. Понял?
Слушай, я правда постараюсь
выяснить всё, что смогу.
Ты же всё-таки не последний
человек в следственном комитете,
и прекрасно понимаешь, что без причин
у нас ничего не бывает.
Ну я вкратце скажу тебе – твои ребята
куда-то залезли.
Правда, не знаю куда.
Но явно не туда, куда нужно.
Отсюда и вода мутится.
Кстати, против тебя тоже.
Они ведь
Джафарова убили. Судмедэксперта.
Да, слышал.
Пытали его…
мрази.
Я думаю, что это как-то всё
взаимосвязано.
Пожалуйста, разузнай,
кто на нас собак спускает.
Ну я же сказал – попробую. Попробую.
А ты, кстати, Краснова там
попридержи пока.
Он, конечно, опер первоклассный,
ничего не скажешь. Но...
его многие не любят, сам знаешь.
Знаю.
Иногда тошнит от всего от этого.
А я что-то последнее время
учёбу нашу вспоминаю.
Подпола помнишь?
Товарищ Хо Ши Мин?
Молодые были.
Всё чё-то хотели…
мечтали лучшими стать.
Теперь уж
не до мечтаний.
Ну он серьезную работу провел.
Если всё это вскрыть,
такая каша заварится.
Саш, иди посмотри.
Ты посмотри, где они засветились.
Самый запад области.
Здесь нет ничего – леса, берег моря.
Ближайший населенный
пункт – Комлишки, Бута.
Маленькие посёлки вдоль границы.
Людей на перечет там.
Каждый новый на виду.
Как ты думаешь, такого,
как Матас запомнили бы?
Войцек знает там одного фермера.
Давай к нему наведаемся.
Как ты думаешь,
дети в коллекторе – эти детдомовские?
Похоже.
Если не все, то многие.
А смысл был их везти в Москву?
Зачем так рисковать?
Понимаешь, раньше он скрывался.
А сейчас хочет привлечь внимание.
Для этого и трансляции по сети.
Да, но раньше здесь тел не находили.
А здесь просто плохо искали.
И еще…
в Москве он хотел, чтобы их нашли.
Почему сейчас?
Рамон организовал секту раньше.
Тогда ещё там Матаса не было.
Я думаю, это было как прибежище
для ослабленных,
брошенных, дезориентированных.
Детдомовцы – идеальный
контингент для них.
Помнишь, Пац говорил про Гегнира?
Это Молох, которому
приносят в жертву детей.
А искривленный лес – это
что-то вроде человечества,
погрязшего в грехе
и нуждающегося в очищении.
А может, Пац и прав?
Может, он и есть тьма?
Кир! Ты о чём? Какая тьма?
Просто обдолбанные уроды!
Ты же знаешь, что бывает под наркотой.
Я этого говна еще в 90-е насмотрелся.
Мы найдем этих уродов и спасем Лерку.
Обязательно спасем.
Добрый день!
– Добржей!
– Мы из уголовного розыска.
Скажите, пожалуйста,
вы давно здесь живете?
Да как родился, так и живу.
Этого человека знаете?
Нет. Не знаю такого.
Точно?
Хотя… Не. Схож.
Но тот дрищавей был.
Они с сыном Беаты приезжали.
А как его зовут?
Не знаю…
– А кто такая Беата?
– Беата…
Беата Качераускене.
О… Пригожа женщина была…
– Как её найти, знаете?
– Да!
Она не далеко отсюда живет.
Странно, конечно, что старик её запомнил.
Я думаю, старик был влюблен в неё.
И я думаю, влюблен до сих пор.
Поэтому и помнит всё, что хоть
как-то было связано с ней.
Дед его, Альвидас, на фашистов работал.
Ой, немцы здесь много людей убили.
Моя мать прятала евреев целую семью.
Я тогда маленькая была, плохо помню.
Альвидас
внуков своих собаками травил.
Не удивительно, что Матас таким вырос.
Он еще мальчишкой странный был.
Такой…
Я не хотела, чтоб Йонас с ним дружил.
Но они на лесопилке работали вместе.
А в 98-ом Матас исчез.
Они в Буте жили, а мы здесь.
Восемь лет назад он, Матас,
опять объявился.
Лесопилку тогда закрыли,
и работы не было.
И чем-то задурил Йонасу голову.
Уж не знаю…
Йонас с ним уехал.
Я пыталась отговорить его как-то…
Ой, бесполезно.
А где сейчас ваш сын?
Вы не знаете?
Нет.
Три года назад он приезжал.
Такой странный стал.
Говорил, мир очистится,
когда души порченые
в водоворот уйдут.
А как фамилия Матаса?
Вилкас.
А какие-нибуь фотографии сохранились?
Да.
Вот. Это Йонас и Матас.
Скажите, а новее фотографий у вас нет?
Мммм.
Вот.
Это Йонас.
– А где это снято?
– На лесопилке у залива.
А фотографии Матаса поновее нет у вас?
Нет. Нет.
Зачем она мне?
Он не очень хороший человек.
– Простите, можно я сфотографирую?
– Да, конечно.
А где, вы говорите, эта лесопилка?
Недалеко от залива в сторону Буты.
М… Пять километров отсюда.
Вы увидите с дороги.
Ну вот, теперь мы знаем,
откуда Матас, видишь?
Теперь не будет этих разговоров,
что он демон из ада… или откуда там ещё?
Там силы зла…
Почему вы это спрашиваете?
Его что, еще не нашли?
Пока нет.
Он по телефону разговаривал.
Но не на русском языке.
Называл какие-то имена?
Я не знаю.
Он похитил детей. И мы должны их спасти.
А еще у него дочка моего близкого друга.
Он говорил несколько раз слово Сатурнос.
Сатурнос?
Повторял несколько раз.
Сатурн.
– Абонент…
– Бл...ь!
Короче, мне надо узнать, по каким
сайтам Макс серфил в даркнете.
Он так и не вернулся?
У-у.
Вообще, даркнет на то и даркнет,
чтоб следов не было.
Мне надо больше конкретики.
Что ты хочешь узнать?
Блин, ну смотри, девчонку, дочку мента,
похитили на пентагоне
те же люди, когда она обдолбалась.
Макс исчез, когда пошел за дозой.
Он тебе так и сказал?
Да нет, он вообще
не особо этим гордится.
Короче, до меня только сегодня
дошло – у него тогда стаф кончился.
Он с утра как-то быстро подорвался.
Ну это уже что-то.
Найти того, кто банчит у нас на районе
куда проще, чем твоего боя.
Смотри…
Видишь, что знакомое?
Как мне вообще понять, кто из них кто?
Стой, это же дракон на аве?
Это Стэна дракон.
Можно было догадаться.
Ты чего?
Ну ты же вроде хотел её.
Серьёзно? Отдашь её мне?
Мне бабки нужны. Трёшка.
А… ха, ща.
Держи.
Кто лучший хакер в городе?
Фелисити Смоук.
Ладно! Оставляю вас наедине.
Игнат, здорово! Это Краснов.
Ну что, отправил я тебе
документы. Да, те, что говорил.
В общем, слушай.
Если я в ближайшее
время сам отбой не дам,
то публикуй всё. И копии сделай.
Три отправь в следственный комитет,
в прокуратуру и в главное управление.
Остальные на каналы,
в федеральную прессу.
Всё, давай.
– Елена?
– Да.
Ты чего, ей не сказал, что уезжаешь?
То есть, вы хотите сказать,
что не знаете, где сейчас ваш муж?
И что, вам даже не интересно?
У него есть своя жизнь.
М-да.
Вход в которую для вас закрыт.
А вы никогда не задумывались,
что это за жизнь?
Мы знаем о том, что ваш
первый муж погиб в Чечне.
Мы с большим уважением
относимся к нему.
Он погиб, выполняя боевой приказ.
А почему вы потом вышли
замуж за его друга?
Какое вам дело?
И вас даже не остановило то, что
после возвращения он пролежал год
в учреждении
реабилитационной психиатрии?
Он в порядке.
Неужели вы всерьез думаете,
что такие вещи так легко излечимы?
Мы считаем, что он симулировал
свое выздоровление.
Он очень умный.
Уходите.
Вы подумайте.
Какой опасности вы подвергаете
себя и своих детей.
И что мне совсем не понятно –
как такой человек с таким анамнезом
мог оказаться в органах внутренних дел.
Здравствуйте!
– Здравствуйте!
– А вы кто?
А мы с вашим отцом вместе работаем.
Вы ведь называете его отцом?
Ну, всего хорошего. Мы еще увидимся.
Мама, кто это был?
Смотри!
Странные здесь места, да?
В смысле?
Как будто печаль в воздухе.
Повсюду! В камнях в деревьях.
И люди здесь
они заражены ею.
Видишь, у них хорошая память.
Всё, что здесь было, никуда не делось.
Эти земли переходили тысячу
раз из рук в руки.
Сейчас это уже не Белоруссия, не Литва,
не Россия, не Европа.
Здесь так долго изгоняли
и истребляли людей,
что сама природа будто бы говорит:
перестань держаться
за то, что у тебя есть!
Потому что у тебя ничего нет и не было.
Это окраина.
Языческая окраина.
Когда в совке всем в голову
вдалбливали научный атеизм,
здесь всё было, как триста лет назад.
А потом,
в 90-е,
они закончили начатое.
Развалившаяся империя
оставила их умирать.
Но если подумать,
мы все оттуда.
Из 90-х, из нулевых – не важно.
Мы и есть дети водоворота.
И теперь он пожирает нас.
И нас, и наших детей.
Водоворот создали не сектанты,
его создали практичные люди.
Те, кто в погоне за деньгами и властью,
сделали наш мир областью тьмы.
Мам!
Мам!
Мам!
Да!
Я перезвоню.
Ты чё встал?
Елена твоя в больнице.
Кирилл!
Езжай в Москву, будь с женой.
Саш, ты понимаешь, что я обещал ему?
Я обещал заботиться о ней
и о пацанах, бл...ь!
Успокойся! Бери машину
и езжай прям щас.
Я здесь сам пока.
– Нет.
– Я до Гартукова доберусь.
И всё! А там по обстоятельствам.
Нет, нет, тебе здесь точно одному
– нельзя оставаться, Саша!
– Успокойся.
Я справлюсь.
Мне нужно дочь найти.
– Позвони Войцеку, а!
– Хорошо!
– Позвони, пусть он тебя подстрахует.
– Хорошо.
– Держи при себе. Я сам наберу.
– Ага!
Давай, давай!
А как до Гартукова доберешься?
У местных машину попрошу.
Угостишь сигаретой?
– Что они говорят?
– Алкоголь плюс препараты.
Повезло, что успели привезти.
Вечером её выпишут.
Антон, всё будет хорошо.
Ты сам как?
– Как она?
– Уже нормально.
Слушай, Антон, я хотела спросить…
Может быть, она вела себя
как-то странно перед этим?
Или её могло что-нибудь расстроить?
К ней перед этим мужик
какой-то приходил.
Что за мужик?
Мама сказала, что он
представился, как Каримов.
Ах он пидарас, бл...ь!
Марин, вот эти письма…
Ты понимаешь,
бывают же ошибки.
Я тебе скажу – между прочим, был случай.
По телевизору показывали.
Одного человека расстреляли,
как серийного убийцу.
А через несколько лет выяснилось,
что на него повесили чужие убийства,
и он не виноват!
А его уже нет на свете.
Ну бывают же ошибки!
Нет здесь никакой ошибки, мама!
Зачем он пишет? Что ему надо?
Ну прости меня. Ну прости.
Ой, боже мой.
Господи, я уж думала, ты за четыре
года успокоилась. Видишь, как?
Мне очень страшно, мама.
Как я могла не видеть?
Я всё время думаю про это.
Потому что...
Эти чудовища, они рядом.
Пошел ты на хер, мудила!
– Бл..., а те чё надо?
– Поговорить.
– Иди на хер!
– А так?
Ну? Чё хочешь-то?
Кто-нибудь из тусовки Стэна
пропадал в последнее время?
У Стэна дохера людей тарилось.
Мож, кто исчезал из тех, кто тарился?
Вспоминай, Гэх! Давай! Слышишь?
Или я уйду сейчас! Слышишь, нет?
Бл..., да я не знаю.
Всё, чё знаешь, давай!
– Сафа!
– Чё?
– Сафа у него точно брал.
– Кто это?
– Миха Сафинов.
– И чё с ним?
Он у него тарился.
Потом пропал.
– Когда? Щас он где?
– Да не знаю я!
Прошлым летом. Он пропал.
Потом появился, потом снова пропал.
А где он живет? Или чего он?
Да я не знаю. Я его лет
сто уже не видел.
Понятно.
Значит, ты продавал детей Матасу?
Почем брал за каждого?
По десятке.
Смотрю, неплохой дом
построил за эти деньги?
А тебя не смущает, что их потом убивали?
Я не знал! Не знал я, говорю ж тебе…
И не догадывался?
Ладно, спрошу еще раз.
Так такие люди… Там…
Ааа... Бл...ь! Ааа... Сука!
У тебя, сука, сейчас два варианта!
Либо ты мне сейчас всё расскажешь,
что знаешь про Матаса!
Да!
Либо я тебе переломаю
каждую косточку в твоем теле!
Ты понял?
Я… те… Я скажу.
– Скажу, скажу.
– Давай!
Матас работал с людьми.
Фирма у них, ясно? Они исследованиями
занимались. Научными.
И им нужны были дети. Подростки.
– Почему дети?
– У них метаболизм быстрее.
– Что за фирма? Название!
– Да не знаю я!
Ну правда не знаю!
Знаю только, что где-то тут
рядом у них лаборатория или центр какой…
Всё! Правда!
Имена!
Да не знаю я имен.
Всё через Матаса шло.
Ни имён, ни адресов…
Я только… детей только…
Всё он.
Пожар – твоя идея или Матаса?
Нет! Матаса идея! Он приказал.
Закурить хочешь?
Да не курю я.
Да и хер с тобой.
Не дергайся.
Поехали!
– Куда?
– Прямо!


Серия 7

Если детей во время
пожара не было.
То они должны были
где-то потом засветиться.
Была там какая-то,
хрен его знает, секта.
И человек, который её организовал,
называл себя Белый Рамон.
Он не знает где Матас.
Бесполезно, у него шок.
Он ничего не понимает.
Дальше вы сами, парни.
Короче, до меня только сегодня дошло.
У него тогда стафф кончился.
Он с утра как-то быстро подорвался.
Вспоминай, Гэх! Давай! Слышишь?
Или я уйду сейчас! Слышишь, нет?
Сафа у него точно брал.
— А где он живёт или чего?
— Да я не знаю...
Я его лет сто уже не видел.
Ты хранишь его письма из тюрмы и молчишь?
— Остальные письма где?
— Не нервничай.
Остальные письма неси!
Мы получили предписание
на полномасштабную проверку
деятельности всего окружного отдела.
Ты вызвал Краснова и Ярцева?
Я их что-то не вижу.
В их же собственных интересах
выйти на связь как можно быстрее.
Это Йонас и Матас.
— А где это снято?
— На лесопилке у залива.
Восемь лет назад
Матас опять объявился.
И чем-то задурил Йонасу голову.
И он с ним уехал...
Мы найдём этих уродов и спасем Лерку.
Обязательно спасём.
Мы знаем о том, что ваш
первый муж погиб в Чечне.
А почему вы потом вышли
замуж за его друга?
Елена твоя в больнице.
Езжай в Москву, будь с женой!
Я здесь сам пока.
Матас работал с людьми.
Они исследованиями занимались. Научными.
— Почему дети?
— У них метаболизм быстрее.
Где-то тут рядом у них лаборатория
или центр какой.
Не дёргайся.
Где документы которые
вы взяли у Чертко?
— Ты как здесь оказался?
— Кир звонил.
Сказал, что ты один к Гартукову
поехал. Просил подстраховать.
Ничё, нормально подстраховал.
Ты что, винтовку всегда с собой носишь?
Полезная вещь!
Что с Гартуковым?
— Убил я его.
— Ну и х...й с ним.
Она с самого начала…
С самого начала чувствовала
весь этот пи...ц во мне.
Зачем она со мной осталась?
Я трое суток не спал.
Хе… Может, ты поведешь?
Сева, спасибо, что приехал.
Маме сейчас очень нужна твоя помощь.
Да, Марк? Секунду.
Я пока чай поставлю.
Мам, ты как?
Слушаю тебя.
Я в кошельке у Фролова нашел
пропуск в компанию Сатурн!
Фролов забрал образцы тканей.
— Не в Сатурн ли отвез?
— Сатурн?
Матас говорил про какой-то Сатурнос.
— Вряд ли это совпадение.
— Найдешь инфу про них?
Да, конечно. Перезвоню тебе.
Ночная доставка ин да хаус!
Держи. Креветочки твои любимые.
Эй!
Надо питаться.
Врывайся!
А где…
Сука! Эти животные
грязные тут всё перерыли!
— Ты под кайфом?
— Я работаю!
Приятного аппетита.
В общем, я выяснила, что за Сатурн.
По нему практически нет открытой
информации, пришлось покопаться.
И что там?
Большая компания. Медицинские
разработки, научные исследования…
Нашла их руководителя.
Поляков Александр Петрович.
Доктор медицинских наук. Куча наград,
научные доклады по всему миру.
— Ну и чё?
— А еще он работал с Фроловым.
В начале нулевых.
— Да, Саш?
— Привет! Не спишь?
Да нет! Какой там…
— Есть новости про Леру?
— Пока нет. Она не появлялась нигде.
— Как Елена?
— Я забрала её, отвезла домой.
В общем, мальчики с ней.
Слушай, здесь у нас появилась некая
организация под названием Сатурн.
Что это?
Большая медицинская корпорация.
Алена говорила, что Матас
произносил это название.
Их генеральный — Поляков Александр
Петрович. Он связан с убитым Фроловым.
Который с федералами у нас
тела забрал. Это уже кое-что.
Медики, да?
Слушай, эта лаборатория,
в которую Матас подростков
возит где-то здесь под Лицком.
Пробей и перезвони
мне на этот номер,
— как что-то найдешь.
— Лицк...
— Да, хорошо.
— Давай!
Что, опять?
Михаил Сафинов.
Подожди.
Да, это он.
Последний раз был в сети год назад.
Рест ин пис.
— И?
— Вскроешь профиль, переписку.
Угу… Понятно. Ничё нового.
О!
Я её знаю.
Слушай, я не знаю, правда.
Он почти сразу исчез,
и я его больше не видела.
— Блин, ну попробуй вспомнить.
— А чё вспоминать?
Он появился только потому,
что ему на дозу не хватало.
Прое...ся куда-то на два месяца.
Сказал, что очнулся в какой-то машине
не помнил, как выбрался.
Что какие-то люди там еще были.
Ты Сафу не знаешь.
Он последние два года торчал по жести.
Мало чё соображал.
— Чё, больше ничего не говорил?
— Какой-то бред.
Типа его забрал какой-то черный демон
с тесаком, в капюшоне
и воронкой вместо головы.
Так, давай подробней.
— А ты тем же долбишься, да?
— Завали! Чё он рассказывал?
На, послушай!
Привет! Еще раз. Приезжай!
Мне нужно с кем-то поговорить.
С тобой. Я не сплю.
Мне страшно пи...ц! Я вижу
постоянно его. Слышу его голос.
Он говорил, что нужно убить
кривой лес там, где он пророс.
Поэтому он возвращал нас обратно.
Сюда. Где в чёрном небе ничего
не осталось. Он — демон.
Поздновато плачешь.
Ты чё, реально в это веришь?
Это же обычный торчковский кошмар.
В этом городе столько ху...и
происходит! Пострашнее любого кошмара.
Рассказывай всё!
Куда этот демон его увез?
На какой-то огромный корабль.
Там будто больница.
Там ему типа кололи снотворное.
— Чё-то делали с ним.
— Где этот корабль?
Он не говорил.
Сказал только, что это был
очень большой корабль.
— Героин?
— Да.
На чистку.
— Саш, я нашла.
— Говори.
У Сатурна есть исследовательский
центр там, прямо под Лицком.
— Далеко?
— Рядом. Километров пять.
Информации по нему очень мало,
но я залезла в налоговые базы…
Судя по всему, что-то крупное.
— Скинь мне на почту.
— Да.
— Прямо сейчас.
— Минуту.
— Ты как?
— Я в порядке.
Лови. Там еще информация по Полякову.
Всё есть.
Слушай посмотри, пожалуйста,
нераскрытые дела по пропавшим детям.
Здесь, в регионе вдоль границы.
Хорошо, сделаю.
Саш,
ты осторожнее там, ладно?
Не переживай. Я перезвоню.
— Да!
— Это я.
Слушай, знаешь что-нибудь
про исследовательский центр
Сатурн? Под Болоково.
А, нет. Как-то связан с вашим делом?
Да похоже на то. Слушай, а можешь
узнать? По возможности быстро.
Да, хорошо.
Мы просто не хотели вас тревожить.
В Москве через Гривцова
нейтрализовали все…
Да я в курсе вашей всей этой предыстории.
Как вы наспех следы заметали.
Наши парни сели им на хвост
на трассе, но они ушли.
Гартуков убит в собственном доме.
Двое наших, которые
поехали к нему, исчезли.
Теперь их самих ищем.
Да, и...
помните Чертко, местный следователь?
— Ну, который занимался делом
— Ну да…
о сектантах и о детском доме…
Так вот, оказывается, всё это
время он продолжал копать.
Нашли в собственном
доме — вышиб себе мозги.
Там же в хлеву нашли одного
сектанта. Тоже застрелен.
Он его там долго держал.
Они и у него побывали?
Прямо у нас под носом?
Да. И, похоже, забрали всё,
что он нарыл за это время.
А что он смог нарыть?
Как это может вывести на нас?
Ну, пока не ясно, может и не выведет.
Но я же предлагал тогда,
когда случилась эта история
с детдомом,
всех зачистить. И Чертко, и Гартукова.
И этих сектантов сраных.
Тебе самому твоя работа кажется
удовлетворительной?
Я вроде тебе неплохие деньги плачу.
Так какого лешего здесь происходит?
Почему я всем этим должен заниматься?
А я сразу говорил что не нужно было
связываться с таким, как Матас!
Из-за него вся каша заварилась.
Его дело было тела убирать.
А не раскидывать их хер знает где.
Матас… Литовец… Да, хороший поставщик.
— Где он, кстати?
— Здесь.
Привёз новую партию материала.
Ждёт деньги.
Придержи его и с деньгами потяни.
— Что это?
— Досье. На всех на них.
Опергруппа. Руководит ею Краснов.
— Краснов?
— Да.
Мы выяснили — Краснов
тут не при исполнении.
Почему он так в нас вцепился? Узнайте.
— Да, чего?
— Ты чё трубки пол дня не берешь?
Они их отвозят на корабль.
— Кого отвозят?
— Макса повезли на корабль.
— Ты чё, под спайсом что ли?
— Бл...ь, Марк, ты чё, дебил?
Окей! Какой корабль?
Что за корабль? Где... корабль?
— Да я не знаю!
— Ну тогда не залечивай меня!
Слушай, Мух! Вот отвечаю,
ща реально не до тебя.
Сафе тоже никто не поверил.
Ни телка его, ни друзья, никто.
Ё...ый торчок несет какую-то херню.
Да если бы хоть один человек его
просто выслушал,
вы давно бы уже поймали этого
двухметрового мудилу!
Он тащит людей на корабль! Большой
корабль! Там какая-то клиника.
Делай теперь с этой информацией,
чё хочешь! Можешь мне не верить.
Тебе же пох...й! Как и всем.
— Да!
— Это корабль.
В смысле, корабль?
Ну, эта лаборатория, куда
они детей отвозят,
она короче на корабле находится.
— Ты уверен в этом?
— Долго объяснять, просто проверь.
Ладно. Как ты?
— Да ничё, нормально.
— Точно?
Ага.
— Здорово!
— Здорово!
Ну что насчет Сатурна?
Да, есть под Болоково.
Научно-исследовательский центр,
принадлежит компании Сатурн.
Только контора какая-то невнятная.
А… не ясно, чем занимаются.
Там по адресу пустое здание.
— А на воде у них есть что-нибудь?
— Чё?
Ну, корабль, что-то большое.
Ну… я могу потрясти портовых.
Отлично.
Слушай, и если есть, попробуй найти
кого-нибудь из охраны или из команды.
Наверняка же есть кто-то
из местных ментов.
— Угу, угу. Ладно.
— Давай.
Ты, может, будешь стучаться?
— Извините, у нас тут…
— Что у вас тут...
отменяют правила приличия?
Еще раз извините. Мы получили
информацию по Краснову
и выяснили. У него пропала дочь.
В чём дело?
Что?
Вы совсем еб...лись?
— Как у нас оказалась его дочь?
— Это случайность.
Случайность…
Исключите её из эксперимента.
Приведите в сознание.
— Где Краснов?
— Где-то в области.
Найди его значит!
— И где ты был?
— Сейчас я здесь. Где мать?
Это всё из-за тебя!
Из-за тебя! Из-за твоих сраных дел!
— Тох, отойди! Да успо…
— Что?!
— Успокойся!
— Ты еще давай!
Как она сейчас?
Почему тебя так долго не было?
Я как только смог, приехал.
— Через сутки, да?
— Послушай, Сева,
ты должен не на долго вернуться домой.
Побудь щас с братом.
Зачем ты пришёл?
Сказать, что снова уходишь?
О чём ты думала?
Ты не можешь так поступать.
Да.
Зато ты можешь всё.
— Ты нужна пацанам.
— Не правда.
Ни тебе, ни им.
Ты знаешь, что это не так.
Не уходи.
Прости.
Ну и просвети меня,
какие у тебя полномочия?
У меня полномочия?
У меня постановление о задержании
на 72 часа членов группы Краснова.
Быстро работаешь.
А на каком основании?
Хм, а тебя это уже не касается.
Ты отстранен от дела.
Хотя по старой дружбе могу рассказать.
Девин был с убитым Джафаровым
в той лаборатории,
где чуть позже нашли его тело.
А также, твои ребята общались с Шейном
после того, как его отпустили.
За сутки до его смерти,
на которой они все присутствовали.
В полном составе.
Это тебе что, с того света нашептали?
Геолокация их телефонов показала
и видео с камер наблюдения.
И знаешь, что я подумал?
А я докажу,
что гибель Шейна — это их рук дело.
Да и Краснову же не впервой.
Только теперь не прокатит,
как тогда с Домино.
Ну, по делу Домино ничего не доказали,
и все обвинения с группы Краснова сняты.
Только потому, что им ловко удалось
избавиться от второй машины.
И ты об этом знал. И натянул нас, да?
Ну вот! А теперь пришло время
отрабатывать карму.
Ты не переживай. О тебе я тоже не забуду.
В принципе, мне твоя помощь не нужна.
Мы и сами справимся. Но, если ты
поможешь по-быстренькому прихватить их...
так уж и быть…
Я смогу сделать так, что у тебя
снова всё станет хорошо.
— Да?
— Да.
Манда!
— Я задержан?
— Нет.
Тогда съе...сь с дороги!
Краснов где?
Не знаю.
Он недоступен
на мобильном и Ярцев тоже.
Может, у них есть на то свои причины?
Ты чем занимаешься?
Посмотрите сами.
Это пропавшие за последние
годы. Их здесь десятки.
Вдоль всей границы.
Так…
Каримов добивается вашего задержания.
Оставь всё это мне. Девин где?
— Полчаса назад еще был здесь.
— Найди его и уходите отсюда оба.
Ты меня слышишь?
А чего шеф сказал?
Если они найдут нас, то задержат.
Уже подмахнули постановление.
Что у Кира? Как Елена?
Он поехал к Лене, она дома.
Саш, его могут забрать в любую минуту.
Скажи, что нам делать?
В общем, собирай всех и приезжайте
сюда. Я без вас не справлюсь.
— Это касается Сатурна?
— Это касается Леры.
В аэропорты не суйтесь.
Приезжайте на машине.
Максимально осторожно.
Я попозже пришлю координаты.
Аллё!
Осьминог, я сбросил тебе кое-что
на личный почтовый ящик. Посмотри там.
Я заходила в колледж,
они готовы тебя восстановить.
Зачем вы это сделали?
Хочу, чтоб ты продолжала учиться.
— Ты же хочешь продолжить учебу?
— Вам то что?
Алён,
в жизни бывает всякое.
И многие люди делают ошибки.
Пойми — даже после такого
может быть нормальная жизнь.
Да ладно! Всем насрать.
— Нет, не всем.
— Кому нет? Вам что ли?
Зачем вы туда пошли? Кто вас просил?
— Я просто хотела…
— Что ты просто хотела?
Ты чё сюда ходишь, достаешь меня?
У тебя своих детей нет?
Иди до них докапывайся.
Идиотка.
Привет, Лиз.
Что-то случилось?
Мне нужно увидеть сына.
Ну, он спит уже. Ночь.
Да, я понимаю.
— Мама!
— Малыш!
Что случилось?
Тебя неделю не было.
Нельзя так вламываться.
Он у меня теперь всю ночь будет вертеться.
Марин, ну что?
Он писал письма всё это время.
Степан?
Да, на адрес матери.
Это единственный наш адрес,
который он знает.
— Мне так страшно.
— Что он писал?
Я не знаю.
Я случайно это обнаружила.
Мама складывала,
прятала и боялась сказать мне.
Эй-эй-эй…
Ну всё. Ты чего?
Пойдем чай пить.
Мне надо идти.
Я не хотел, чтобы всё вышло вот так.
Я старался делать всё, что мог.
И уже не могу с этим справиться.
А может быть, я уже действительно
внутри водоворота.
— Что это всё значит?
— Это значит, детство кончилось.
Сколько нам тут?
Совсем пацаны.
Ты на год старше.
Теперь старше я.
Почему ты оказался там?
Это не твоя война.
Война — не место для уязвимых.
Там нечего делать романтикам.
Любая рефлексия — верная смерть.
Нельзя рефлексировать!
Нужно превратиться в дерево. В камень.
Тогда выживешь.
С тех пор, как вернулся,
я пытаюсь превратиться обратно,
почувствовать хоть что-нибудь.
Дать ростки.
Я думал, что я справлюсь,
подниму твоих ребят.
Война не проходит.
Она внутри.
Засела, как осколок.
Постоянно возвращаешься.
Нам не в чем упрекнуть себя.
Но и гордиться нам нечем.
Смотри-ка, как ты быстро на этот раз.
О! Спасибо!
Что, они снова приезжали?
Да.
Хотят, чтобы я давала показания,
как свидетель.
По делу об убийстве этого барыги.
А ты?
Сказала, как ты говорил.
Что ничего не помню, что у меня был шок.
Ну?
Он угрожал мне.
Сказал, что если я не подтвержу
показания,
он вылечит мне память другими способами.
Он блефует. Ничё он тебе не сделает.
— Скажи, а ты всегда так себя ведешь?
— Как?
Как мудак!
Ты же только о себе и думаешь.
Короче, я не знаю, что у вас
там за стремные дела,
но меня в них впутывать не надо.
Выдохни и расслабься. Всё разрулится.
Да нихера не разрулится!
Я за тебя впрягаться
не собираюсь! С чего вдруг?
Собственно, это я тебе и хотела сказать.
Привет!
Б...ь, да где он?
Мы выберемся оттуда?
Вот так, да?
Ну чё ты?
Нас в любой момент могут загрести!
А ты под кайфом?
Ты вообще думаешь своей башкой?
— Да я в норме!
— Да?
Да!
Поехали! Нет времени.
Ну, а ты сам понимаешь, что не так-то?
Ты о чём?
— Я о твоем срыве.
— Да ладно, ты же не был в анонимных.
Чё, книжки почитал?
Да, я люблю читать.
Давай только щас не будешь
меня терминологией пролечивать?
Ну, иногда интересно, как это устроено.
Анонимные, например,
работают, потому что дают замену всему.
Группа заменяет социум, а высшие
силы — бога, дни чистоты — капитал.
Ты когда-нибудь в детстве
играл в монополию?
Она примерно так же устроена.
Модель мира с основными элементами.
Только всё не настоящее.
— Да ты просто Карл Юнг, бл...ь!
— Вот видишь?
Значит, должен понимать!
Чё понимать то?
Не что, а почему.
Почему на срыве начинают торчать хуже,
чем до прихода в программу.
Ну давай, расскажи-ка мне.
И почему же?
Ровно по той же причине, по которой
программа работает до срыва.
Она дает надежду.
Ты день за днем копишь капитал чистоты.
И пусть он не настоящий,
но у тебя чувство, что тебе дали шанс.
И уверяют, что последний.
Тебе говорят, что у тебя
неизлечимая болезнь
и выход один — либо
выздоравливать по шагам,
либо сдохнуть от употребления.
И вот тебе торжественно вручают этот
шанс вместе с первой медалькой.
И дальше ты копишь,
как обыкновенные люди копят деньги.
А если сорвался, то понимаешь,
что и этот шанс ты прое...л.
В этот момент циферки обнуляются,
а с ними и надежда.
Такой ты конечно… бессердечный тип.
Чё ж тогда сам в таком разъё...е?
Ну, знать — еще не значит уметь.
Уметь что?
Жить.
— Есть информация про жену Краснова.
— Что узнали?
Она в больнице в Москве.
Рак костного мозга в терминальной стадии.
— Что с ним самим?
— Засекли. Ведём. Снял домик у воды.
Может, обыскать?
Нет. Он не идиот, чтобы
так прокалываться.
Там нет ничего.
Наши спецы засекли его текущий телефон.
Он их меняет.
— Хорошо. Сними с него хвост.
— Но…
Сними с него хвост.
Дмитрий Львович, на секунду.
Как она?
Ну, мы её прокапываем.
Она уже в сознании?
Да, да.
Да!
Где это?
Да.
Да, буду.


Серия 8

Где документы которые
вы взяли у Чертко?
Матас говорил про какой-то Сатурнос.
Вряд ли это совпадение.
Найдешь инфу про них?
Большая компания. Нашла их руководителя.
Поляков Александр Петрович.
А еще он работал с Фроловым.
Они их отвозят на корабль.
— Ты чё, под спайсом что ли?
— Сафе тоже никто не поверил.
Ни тёлка его, ни друзья, никто.
Да если бы хоть один человек его
просто выслушал,
вы бы давно уже поймали этого
двухметрового мудилу!
Он тащит людей на корабль!
Большой корабль! Там какая-то клиника.
Делай теперь с этой
информацией чё хочешь!
Можешь мне не верить.
В смысле, корабль?
Ну, эта лаборатория, куда
они детей отвозят.
Помните Чертко, местный следователь?
Так вот, оказывается, всё это
время он продолжал копать
досье на всех на них.
Опергруппа. Руководит ею Краснов.
Почему он так в нас вцепился?
— Краснов где?
— Не знаю.
Каримов добивается вашего задержания.
Скажи что нам делать?
В общем, собирай всех и приезжайте сюда.
В чём дело?
Как у нас оказалась его дочь?
Это случайность.
Исключите её из эксперимента.
Приведите в сознание.
Где Краснов?
Где-то в области.
Найди его значит.
Да?
Лера! Доченька!
Папа!
Я заберу тебя! Слышишь?
Папа...
Вот видите? Ваша дочь жива
и совершенно здорова.
Надеюсь, всё так и останется.
Если с ней хоть что-нибудь случится…
Это не от меня будет зависеть, от вас.
— Что вы хотите?
— Все очень просто.
Вы отдаете нам все материалы
по этому делу.
Мы возвращаем вам дочь.
Вы и ваши друзья возвращаетесь в Москву
и обо всём забываете.
А остальные?
Подростки, которых вы убиваете?
Давайте на чистоту — это отбросы.
Наркоманы, будущие преступники,
которых вы сами же потом будете ловить
и сами же потом отправлять в тюрьмы.
Кто вам дал право судить и убивать?
А вам?
И ещё.
У вашей жены очень мало времени.
А мы бы могли спасти её прямо сейчас.
Мы нашли ключ к многим болезням.
Подумайте.
Очень хорошая сделка.
Вот здесь номер телефончика.
Позвоните по нему завтра
до десяти вечера.
До этого времени жизнь вашей
дочери будет в полной безопасности.
— Ну что?
— Есть у них судно.
Тимофей Барков называется.
— И чего там?
— Да я не знаю.
Никто не знает. Частное же судно.
Но есть охранник,
раньше работал в органах.
Сейгей Литовчин зовут.
Местный?
Местный, местный. Там на обороте адрес.
У него пацан с моим в школу ходит.
Как с ним собираешься договариваться?
Убедительно.
Анжел!
Анжел!
Здравия желаю, товарищ полковник!
Куда торопитесь?
С какой целью интересуемся?
Отважный мужик ты, Баев.
Только иногда надо быть умнее.
Последний раз предлагаю
тебе сотрудничать с нами.
Подумай.
Краснова уже ничего не спасет.
А вот себе ты ещё можешь помочь.
Вот не люблю я этих ранних звонков.
Всегда ничего хорошего.
Ты посмотрел то, что я тебе послал?
— Посмотрел.
— И?
Большая куча говна.
И даже не говна, а тротила.
А ты еще удивляешься,
почему тебя кошмарят.
Твои парни хоть понимают,
во что они вляпались?
Ну ясно.
Тут я тебе скажу.
Сатурн — это не какая-то там лавочка.
У них серьезные разработки
за прошлые годы.
И всё гос заказы. Засекречено страшно.
Минобороны, спецслужбы, спорт — всё!
Я не знаю, какие там у них дела сейчас.
Но завязано всё на Полякове, понял?
А его никто трогать не будет.
Я представляю как он удивился, когда
твои ребята там нарисовались.
Да мне похеру, удивился он, не удивился.
Ты помочь сможешь?
Ты понимаешь, что ты мне предлагаешь?
Место на корабле,
на который несётся торпедо.
Не, ну я понимаю, что ты ради
своих впрягаешься.
— Понимаю.
— То есть, нет?
Хочешь совет?
Отзывай их нахер оттуда.
Но если, конечно, не поздно.
Отозвать, да? Серьёзно?
У него бл...ь дочь там!
Ты думаешь, отзовётся?
Договоритесь.
Вы с Поляковым договоритесь.
Он — бизнесмен, а не какая-то
шпана отмороженная.
Ему важно, чтобы его в покое оставили.
Ну, а Краснову важна его дочь.
Понятно.
Знаешь, почему я к тебе обратился?
Потому что ты хотя бы не сдашь.
А мечтали, да, стать лучшими?
Здорово!
— Как Елена?
— Хорошо.
Как ты?
Ты уверен, что Лера у них?
Уверен.
Откуда?
Я её видел.
Заходите.
Садись.
Настало время отдать долг.
Нам нужны документы, которые
Краснов и Ярцев забрали у Чертко.
Что смотришь?
Я понимаю, что Ярцев — твой однополчанин.
То, о чём ты сейчас просишь,
я бы на войне за это любого завалил.
Без суда.
Здесь — не на войне.
Нет, здесь хуже.
Но ты же сам всё понимаешь.
У военных преступлений
нет срока давности.
Мы можем вспомнить о твоём.
Зря Краснов тогда за тебя вписался.
Ты — слабак.
У вашей жены очень мало времени.
А мы бы могли спасти её прямо сейчас.
Хотел выбросить, а не выбрасываю.
Я не прав?
Не знаю.
Ну, а если Танюху действительно
ещё можно спасти?
— Сложный выбор.
— Да какой тут выбор?
Что, я с ним договариваться бы стал?
Саш, ты абсолютно прав.
Нельзя ему позволить делать
дальше то, что он делает.
Да.
Да...
А если её все-таки можно спасти?
Значит, я что, убиваю её, да?
Как ты можешь проверить слова Полякова?
Ну как? А если это блеф?
Ну да.
Но шанс!
Можно было б, конечно, потянуть время.
Сказал бы, что согласен на сделку.
Время потянуть?
Помнишь мою историю с реутовскими?
Да как бы её забыть?
Ты к чему щас?
Тоже хотел время потянуть.
Мы с Костей Сазоновым, моим напарником,
этих пидарасов год пасли.
Ракитина и его окружение.
У них уже тогда руки
по локоть в крови были.
Ну однажды, в общем,
раскололи одного из их партнеров.
И мне предложили подставить их.
Устроить перестрелку
на встрече и всех положить.
Всех.
Я отказался.
Хотел, чтобы всё было по закону.
В общем, продолжили их вести.
Хотя это уже с каждым днем опаснее было.
Они нас вычислили.
И однажды ночью пришли за нами.
Мои в отпуске были, я один жил,
смог уйти.
А у Кости жена беременная…
Они их даже не убили.
Они их замучили.
Вот если бы я тогда не решил
потянуть время,
этого бы не случилось.
Понимаешь?
После этого про закон
уже никто не говорил.
Я взял ребят,
Баев нас прикрыл…
Вывезли тех, кто Костю убил,
в лес — и всех порешили.
Всех!
Думаешь, мы были не правы?
Иногда и так поступать приходится.
Есть закон, а есть то,
что закон не вывезет.
А Марк с Мариной
знают про семью охранника?
Нет.
А мне почему сказал?
Потому что ты знаешь,
что иногда нет выбора.
В машину сядь.
Принёс?
— Подменился?
— Да.
Со скольки?
С семи.
Где они?
Машина во сколько приходит?
В десять.
Я хочу поговорить с женой и сыном.
Поговоришь.
Сделаешь все, как надо — поговоришь.
Фургон с оборудованием
для Сатурна прибывает в десять.
Ждать его будем вот здесь.
Место тут укромное.
Где-то в полдесятого фургон приезжает
мы его останавливаем и разгружаем.
И водителя, и охранника.
И отгоняем машину в лес вот сюда.
Здесь же и пересаживаемся в фургон.
Потом мы оказываемся
на территории порта.
Вот здесь пришвартовываем корабль.
Перед кораблем и на самом корабле
всё оборудовано системой
видеонаблюдения.
Камеры отключить невозможно,
потому что все генераторы на борту.
Дежурный на Сатурне — наш
человек, он нам поможет.
А откуда у нас там свой человек?
Не важно. Главное, что он есть.
Ты в нём уверен?
Уверен.
Наш человек узнал, что они
планируют проникнуть сюда сегодня.
Краснов что, хочет взять нас штурмом?
Самонадеянно.
Мы можем устранить их в любой момент.
Главное — документы, которые
они забрали у Чертко.
Не получим их сейчас — придётся
брать их живыми.
Я понял.
Ещё один вопрос.
Что с Матасом?
Убрать.
Чехлаг можно взять с таким железом.
Ну у них там тоже не ЧОП.
Там реальные бойцы будут.
Поглядим бл...ь,
что там за бойцы.
— Кир!
— А?
А не боишься
документы Чертко там оставлять?
Может, я их спрячу? Чё. Целее будут.
Да мы же основное почтой отправили.
Лады.
Может, расскажешь, откуда
у нас свои люди в Сатурне?
Давай позже.
Саш,
мы тут все жизнью рискуем.
А ты опять что-то скрываешь.
Послушай!
Я кроме Лерки ни о чём больше
другом думать не могу.
Я должен её спасти.
Я не остановлюсь.
Не могу остановиться.
Не имею права.
— Мы должны спасти всех этих детей.
— Понимаю.
Только скажи, ты ничего не натворил?
Саш!
Пора.
Поехали!
Стой!
Приехали.
Перегружаемся!
Кроме тебя.
Так как на Сатурне теперь
в курсе наших планов
переходим ко второму варианту.
Переодевайтесь.
Палач очищает мир от искривленных душ
пропустив их через водоворот.
Палач осенён высочайшим правом,
дарованным свыше. Правом на бойню.
Где Краснов?
Замерли все!
Сзади давай!
— Макс?
— Чего тебе надо?
Я от подруги твоей.
— От Мухи.
— От кого?
От Сони Ветровой.
Вытаскиваем вас отсюда.
На память.
Мы за Матасом!
Ага!
Пошли!
Ни одного судна на приборах!
Где он?
Бывает время, когда в каком-то
месте сгущается тьма.
Возникает воронка
пожирающая души.
И тогда приходит палач.
Молох,
которому приносят в жертву детей.
В тех местах, где творится неправильное,
где не осталось ничего человеческого.
Только равнодушие...
отчужденность…
там проростает его лес
человеческих душ…
Кривые души — неприкаянные люди…
Они не нужны никому.
Это человеческий мусор…
отторгнутые самой жизнью…
Палач очищает мир
от искривленных душ. Пропустив их
через водоворот.
Палач осенён высочайшим правом
дарованным свыше...
правом… на бой…
Шестерка и тройка — это же
латинские буквы
«Ф» и «Ц». Раскаяние!
Право на бойню.
Кривой лес — это не метафора.
Я знаю, где они.
Лера!
Лера!
Доча!
Пап!
Папа!
Папа!
А, сука!
Пап!
Пап!
Пап!
Пап!
Папа, не умирай, пожалуйста!
Папа!
Папа!
Водоворот.
Что это?
Ты знаешь.
Ты уже в нём.
Пап!
Папа!
Па-а-а-ап!
Папа!
Всё!
П...ц тебе!
Папа!
— Всё!
— Папа!
Всё. Всё...
— Папа!
— Всё. Всё.
Всё. Ну… Всё.
Ну здравствуй!
Ну, дочь…
— Всё!
— Пап?
Папа.
Пап, тихо. Пап!
Папа!
Пап!
Папа...
— Пап. Марина!
— Саша!
Саша!
Папочка!
Пап!
Папа-а-а-а!
Здесь?
— Так, вам сюда нельзя!
— Мне можно.
Как ты?
Где все?
А, Марина нашла у Саши
фото охранника Сатурна
и два адреса. Один домашний,
другой — заброшенная выселенка.
Всполошилась и рванула туда
— А Кира?
— Кира…
Кира погиб.
А Саша?
Только скажи, ты ничего не натворил?
Я не остановлюсь. Не могу остановиться.
Не имею права.
Мне очень страшно, мам!
Как я могла не видеть?
Эти чудовища, они рядом.
Ты опоздал.
Я на собрании был.
Первый месяц чистоты.
Всё заново.
Как Лера?
Как она может быть?
Её мать умерла от рака,
отец погиб,
а она живет со мной.
Женщиной, которую ненавидит.
Внутри у неё только холод.
И тьма.
А я…
Я вообще ничего не чувствую.
Слушай…
У меня тут Пепс нарыл один паблик.
А там снова эта символика.
Шестерка и тройка в треугольнике.
Право на бойню.
Очищение через смерть.
Детей в паблике десятки тысяч
и сегодня сообщение было странное.
В 12:55.
Марк, давай не сейчас.
Да это понятно. Просто…
Просто…
это через семь минут.
Поэтому я сказал.
Ладно.
 

////////////////////////////