Арнольд (1 сезон, 2023 год). Цитаты и фразы из сериала

Arnold (2023)

Арнольд — американский документальный сериал производства Netflix. Сериал исследует жизнь и карьеру Арнольда Шварценеггера, одной из самых знаковых фигур в мире бодибилдинга, Голливуда и политики.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Всю жизнь
у меня был
этот необычный талант.
Я всегда четко представлял
свое будущее.
Раз я это вижу,
значит, это достижимо.
Задача заключалась в том,
чтобы лепить свое тело
так, как хочется.
Но так же можно поступить и с разумом.
И делать то,
что все считают невозможным.
Так рождается воля…
Я вернусь.
…и исчезают сомнения
в том, что мечты могут
стать реальностью.
Более того, может произойти
то, о чём ты и не мечтал.
У меня была мотивация
стремиться к большему.
К гораздо большему.
Если бы меня попросили
кратко описать Арнольда,
я бы сказал,
что более расчетливого человека
в жизни не встречал.
Более азартного человека я не знаю.
Он просто магия во плоти.
Если на съемочной площадке Арнольд,
вполсилы работать нельзя.
Мне до него далеко.
Ему всегда было плевать на правила.
Арнольд считал, что кризис —
это шанс, который нельзя упускать.
Арнольд — он во всём Арнольд.
Он понимает юмор вселенной.
Херня.
АРНОЛЬД
ЧАСТЬ 1. АТЛЕТ
Дамы и господа, на сцену приглашается
атлет из Австрии Арнольд Шварценеггер.
Это Арнольд Шварценеггер, ему 22 года,
сейчас он живет в Лос-Анджелесе.
Весит почти 104 килограмма.
Тренируется по несколько часов в день.
Такова его жизнь. Он профессионал.
Кроме того, он ездит
по миру с выступлениями.
Послушайте реакцию зрителей.
Вот так!
Арнольд Шварценеггер, Австрия.
Мускулатуру и артистизм атлетов
оценивают семь судей.
Первое место занял
Арнольд Шварценеггер.
И победитель назван!
Триумф молодого австрийца.
Я еще в школе ощущал себя чужаком.
Я был другим.
Я не хотел жить так,
как живут австрийцы.
Не хотел
учиться до 18 лет,
а потом жениться, завести детей
и работать, чтобы прокормить семью.
У меня были
куда более амбициозные планы.
ТАЛЬ
АВСТРИЯ
Я люблю сюда приезжать.
Каждый раз я смотрю
на эти места по-новому.
Под другим углом зрения.
Когда бы я ни приезжал в Австрию, —
для продвижения фильма,
по спортивным делам и так далее, —
я всегда навещал Таль.
Всегда приятно побывать на родине,
прикоснуться к своим корням.
Таль — очень красивое место.
Вокруг нашего дома
были фермы.
А напротив стоял замок,
построенный в 12-м веке.
Вот посреди такой
невозможной красоты мы и росли.
Наш дом новым тоже не назовешь:
его построили в начале 19-го столетия.
На первом этаже жил лесничий.
А на втором — наша семья.
АУРЕЛИЯ ШВАРЦЕНЕГГЕР
Мама была очень трудолюбива.
Аурелия.
Она работала без отдыха.
С маниакальным упорством
наводила чистоту в доме.
Я серьезно, два раза в неделю
она, стоя на коленях, драила пол.
Откроешь, например, шкаф
с полотенцами,
а там всё в идеальном порядке.
Всё ровно-ровно.
Бац-бац-бац.
Стоило отцу прикоснуться к ним,
она прямо зверела.
Такой вот фанатизм.
Я с детства знал одно правило:
«Впахивай как лошадь».
Отец был начальником жандармерии.
ГУСТАВ ШВАРЦЕНЕГГЕР
Тиранического склада,
суровый такой офицер.
Шутить не любил.
Папа считал, что в доме
должна царить дисциплина.
Завтрак нужно заслужить, говорил он.
С братом мы очень дружили
и в то же время соперничали.
МЕЙНХАРД ШВАРЦЕНЕГГЕР
Он был на год старше.
Сильнее, умнее меня.
Очень хорошо учился в школе.
Отец наше соперничество только поощрял.
Кто добежит быстрее?
Кто соберет больше
красивых цветов в День матери?
«Даю вам час», — говорил отец.
Брат собирал больше, мы шли домой,
и отец говорил:
«Молодец, Мейнхард. Очень хорошо.
Арнольд, через год попробуешь снова».
В общем, мы соперничали.
Даже в таких пустяках.
Отец пробудил во мне
этот азарт, мотивировал меня
и напутствовал меня так:
«Что бы ты ни делал, Арнольд,
приноси пользу людям».
Детство у меня было трудное,
хоть и проходило оно в красивых местах.
Ведь война-то только окончилась…
Что происходит с человеком,
когда он приходит с войны
с посттравматическим
стрессовым расстройством,
как мой отец?
Он три дня пролежал
под обломками рухнувшего дома,
а главное — война была проиграна.
Австрийцы вернулись домой в унынии.
Австрия стала страной
морально сломленных мужчин.
Я думаю, временами
отцу было очень тяжело.
Он и оплеухи нам отвешивал,
и ремнем нас бил.
Наш сосед тоже сына поколачивал.
Все жили одинаково.
Чем старше я становился
и чем больше читал о других странах,
о жизни за границей, тем острее ощущал,
что родился и вырос не там,
что тут что-то не так.
Это может показаться нелепым,
но какое-то время
я думал: «Может, мой папа
на самом деле мне не папа.
Может, я сын американского солдата».
Я стал думать: «Откуда эти мысли?
Почему я не хочу
быть австрийцем?
Может, я американец?
Что всё это значит?»
И я понял, что когда-нибудь
должен попасть в Америку.
Что я живу не в той стране.
«Отсюда нужно валить».
Мы с братом приехали в Грац.
ГРАЦ, 1961 ГОД
До этого мы ни разу не были в городе.
После школы мы прошлись по городу
и увидели кинотеатры.
И там была афиша,
на которой вот так стоял мужик.
Я как будто в транс впал.
Кто это?
«Геркулес покоряет Атлантиду».
Уже на экранах.
В роли Геркулеса — могучий дебютант
Рег Парк.
Небывалая мощь.
Я пошел на этот фильм, увидел его тело
и был так поражен,
что ни о чём другом думать не мог.
Тестостерон зашкаливал.
Интерес к девушкам зашкаливал.
Началось вот это всё.
А потом я проходил
мимо какой-то витрины.
А там были американские товары.
И среди них — журналы о бодибилдинге.
Я смотрю — тот самый Рег Парк,
которого я видел в кино.
Он был на обложке.
В статье рассказывалось,
как он тренируется.
Он вставал в пять утра. Тренировался.
Потом снова тренировался.
И снова тренировался.
Вот и мне так надо.
Писали, как он стал
«Мистером Вселенная»
и как в Риме получил роль Геркулеса.
И я сказал себе: «Господи,
этот дядька — мой кумир».
Он стал для меня примером,
я хотел добиться
такого же успеха в жизни.
Я страшно хотел попасть в Америку.
Я готов был работать,
но надо было понять, над чем именно,
узнать, в чём мой талант.
В чём я хорош?
Для меня бодибилдинг
был абсолютно американским спортом.
В спортзале меня очень хвалили,
и я понял,
в каком направлении двигаться.
Я тренировался дома.
Там было так тихо. Ни единого звука.
И я мог спокойно
размышлять, концентрироваться
и представлять, как стану
чемпионом по бодибилдингу.
Как перееду в Америку.
Как буду сниматься в кино.
Как заработаю миллионы долларов.
Озеро Талерзее было
невероятно красивым.
Там собирались рестлеры,
тяжелоатлеты,
культуристы.
Мускулистые ребята.
Там я встретил
Курта Марнула, «Мистера Австрия».
Его всегда окружали красавицы,
а ездил он на спортивной «Альфа-Ромео».
Меня это очень впечатлило.
И я как-то вдруг стал одним из них.
Они меня как будто усыновили.
С тех пор я очень ценил
атмосферу такого товарищества.
И где бы ни оказался,
всегда старался ее воссоздать.
Отцу мое увлечение не нравилось,
оно казалось ему слишком нетипичным.
Типично было бы,
если бы я играл в футбол
или хотел стать чемпионом
по лыжному спорту.
Вот это по-австрийски.
На кой чёрт тебе тяжелая атлетика?
Да еще в зеркало пялишься
во время тренировок. Это что такое?
Самовлюбленность, мол.
Хочешь мускулы тренировать —
иди дрова руби, говорил он.
Мама тоже нервничала.
«У всех его друзей
над кроватями
фотографии девушек висят.
А у него — ни одной.
Вы только посмотрите.
Ни одной девушки.
Только голые мужчины в масле.
Как же мы его упустили?»
Поначалу Арнольд в лидеры не стремился.
Он осваивался в нашей компании.
Но спустя год
он набрал 15–20 килограммов.
Рядом с Арнольдом
всегда такая атмосфера,
что тебе всё по плечу,
никаких проблем.
К нам часто приходил мой отец,
и он оценил потенциал Арнольда.
Его отец, Фредди Герстль,
здорово нас поддерживал.
Он говорил: «Вам, ребята,
нужны не только сильные мышцы,
но и сильные мозги».
Тело само по себе ничего не делает,
им нужно уметь управлять.
Запомните, говорил он,
если получите травму,
со спортом будет покончено.
Сколько бы вы ни заработали,
у вас могут украсть
всё до последнего цента.
А вот мозги ваши никуда не денутся.
Сильный разум.
Ваши мозги, ваша воля
в конечном счете гораздо важнее тела».
Он был полной противоположностью
моего отца.
Мой отец всё критиковал,
а он старался нас понять
и ненавязчиво наставить
на путь истинный.
Советом, а не силой.
Я всегда слышу его голос:
«Старайся узнавать новое».
Я вступил в клуб тяжелой атлетики
«Атлетик Унион Грац».
Ребята с озера тоже там тренировались.
В общем, я наконец-то мог
качаться со взрослыми.
Там и Курт Марнул тренировался.
Меня всё время тянуло в этот клуб.
Я без него уже не мог,
ходил туда каждый день.
В клубе была
деревянная стена.
Я взял кусок мела
и написал:
бицепс,
трицепс,
грудь, спина.
И вот я делал упражнение на бицепс
и в этой строчке оставлял черту.
И так далее, черта за чертой.
Следующая строчка.
Разведение рук на скамье.
Так я понимал, что сделал 20 подходов
к каждому упражнению.
После трех часов тренировки
вся стена заполнялась отметками
о подходах,
которые я делал на пути к цели.
1964 ГОД, 16 ЛЕТ
В бодибилдинге проводилось
одно-два соревнования в год.
Но иногда их бывало
и по несколько в день.
Например, «Мистер Штайермарк»,
то есть «Мистер Штирия».
Еще был «Мистер Геркулес» —
это конкурс на лучшую мускулатуру.
Туда приглашали
местных популярных музыкантов.
И женщин из каких-нибудь
экзотических стран.
Всё это для того, чтобы улучшить
репутацию бодибилдинга.
Было соревнование «Мистер Австрия».
Чемпионат страны по бодибилдингу.
«МИСТЕР АВСТРИЯ» СРЕДИ ЮНИОРОВ
ГРАЦ, АВСТРИЯ — 1-Е МЕСТО
Вот здесь я проводил много времени.
В этой кровати и в этой комнате.
Я лежал здесь
вот так.
Валялся себе
и мечтал.
Смотрел на фотографии на стене.
Привставал.
Видел Рега Парка, его тело,
вспоминал его биографию,
детство и юность в Англии,
в Лидсе.
Лидс был похож на Грац.
Фабричный городок.
Люди там много работали.
И я сказал себе:
«Он сумел выбраться из Лидса?
Значит, и у меня есть шанс
выбраться отсюда».
И я стал искать возможность уехать.
Я потому и в армию так рано пошел.
В Австрии в армии служат все.
Я решил пойти служить в 18 лет.
Я хотел отслужить
и заниматься своими делами.
Дело в том, что паспорт в Австрии
выдают только тем, кто был в армии.
Я хотел попасть в танковую дивизию,
стать механиком-водителем.
Меня не хотели брать —
мол, слишком высокий.
Но у отца были связи в армии,
и я стал механиком-водителем.
Самым борзым механиком-водителем
в австрийской армии.
Я был в учебке,
и мне пришло приглашение
на соревнование в Штутгарте.
На кону стоял титул лучшего культуриста
Европы среди юниоров.
Но командир не разрешил мне поехать.
А я и не знал,
что из учебки отлучаться нельзя.
И всё равно уехал.
ШТУТГАРТ, 1965 ГОД
На сцене 28 мужиков,
а побеждаю я.
ЛУЧШИЙ КУЛЬТУРИСТ СРЕДИ ЮНИОРОВ
ШТУТГАРТ, ГЕРМАНИЯ — 1-Е МЕСТО
Я уже знал, чем буду заниматься.
Я видел себя
на сцене «Мистера Вселенная».
Надо было лишь
подставить свою голову вместо
головы Рега Парка,
встать на сцене с призом в руках
и напрячь мускулы.
И я видел,
как тысячи людей
в зале кричали:
«Арнольд!»
Это не фантазия
и не мечта.
Я подумал: «На хрена тебе мечта?
Надо четко представить цель».
Когда ясно видишь цель,
появляется уверенность,
что обязательно достигнешь ее.
Мое первое впечатление —
таких выдающихся юниоров
я еще не видел.
У него было всё.
Даже харизма, которая в таком возрасте
мало у кого бывает.
Он уже тогда был
королем сцены.
Я спросил у него: «Нет желания
поехать в Мюнхен и стать
тренером в моём спортзале?»
Служить мне надо было три года.
Я спросил, можно ли уволиться раньше.
Сделанное мне предложение
стать тренером в немецком спортзале
звучало очень соблазнительно.
Это была единственная возможность
выбраться из Австрии
и на шаг приблизиться к Америке.
В Австрии величайшим в истории
культуристом стать нельзя.
Для этого нужно тренироваться
с лучшими культуристами.
А Меккой бодибилдинга была Америка.
«Я должен выбраться отсюда
во что бы то ни стало».
Я не говорю: «Боже,
какое ужасное детство у меня было».
Нет.
Именно то, что я так
ненавидел в детстве,
заставило меня бежать из Австрии.
Так, покормим девочек.
Лулу, Виски!
Лулу, Виски!
Я тренировался до бесконечности.
Я выдержал все тяготы эмиграции.
Я делал то,
что другим было не под силу —
и всё благодаря этому.
Надо же, толкается.
Эти сложности меня
не напрягали. Там, откуда
я приехал, было хуже.
МЮНХЕН, 1966 ГОД
Я приехал в Мюнхен,
мой друг Альберт Бузек
встретил меня на вокзале
и отвез в спортзал.
Там была маленькая комнатка,
а в ней кровать размером
с ту, на которой я спал в детстве.
У меня был только миксер,
чтобы белковые коктейли делать,
и кое-какая одежда. Вот и всё.
Так прожил год, а то и больше.
Тат я мог в любой момент
встать и пойти тренироваться.
Мне охренительно повезло,
что меня поселили в спортзале.
Постепенно у меня
появилась маленькая семья —
всё тот же Альберт Бузек
и Франко Коломбо, с которым
я познакомился год назад в Штутгарте.
С ним было здорово качаться,
к тому же он был одним из немногих
итальянцев, говоривших по-немецки.
Он из Австрии. Я из Италии.
Мы стали
вместе тренироваться и оттягиваться.
С тех пор я один
из лучших друзей Арнольда.
Не так сказал.
Давайте снова.
ЛОНДОН, 1966 ГОД
Друзья помогли мне
с деньгами на билет, и я полетел
на конкурс «Мистер Вселенная».
24.09.1966, ЛОНДОН
Представляете, несколько месяцев
назад я был в армии,
а теперь лечу в Лондон
на конкурс «Мистер Вселенная».
Моей целью было
попасть в первую шестерку.
А я занял второе место.
И это в 19 лет.
Я сказал себе: «Господи,
если я, деревенский парнишка
из Австрии без всякого опыта,
сейчас стал вторым,
то через год я выиграю!»
Арнольд был настолько одарен,
что любители бодибилдинга поняли:
вот оно, будущее.
На конкурсе «Мистер Вселенная»
одним из судей был некто Уэг Беннетт.
ЧАРЛЬЗ БЕННЕТТ (ОН ЖЕ УЭГ)
СУДЬЯ, НАСТАВНИК
Он говорил: «Арнольд, выглядишь
фантастически, просто изумительно».
Вот так, в британской манере.
Он пригласил нас на ужин.
А ведь он судья.
Я не мог в это поверить.
Я тогда ужасно говорил по-английски,
и мы вечно смеялись над этим.
Уэг сказал мне:
«Если еще сюда приедешь, живи у нас,
отель не нужен».
В следующем году
Уэг был организатором соревнования
и сам заплатил за мой билет на самолет.
И вот я в лондонском доме Беннетта
по адресу Ромфорд-роуд, 335.
Я это точню помню.
И тут входит Рег Парк.
Встреча с Регом Парком
стала одним из удивительных моментов
моей жизни.
Я видел его в журналах.
Я видел его в кино.
И вдруг — вот он, передо мной.
Он только что вернулся из ЮАР
и хотел потренироваться.
И мы пошли в зал вместе.
Помнится, он даже свитер не снял.
Это было невероятно:
Геркулес из кино
стоял прямо передо мной.
А мы к тому же так хорошо поговорили.
Он знал обо мне всё —
ему Уэг Беннетт рассказал.
Чтобы получше мотивировать меня,
он сказал: «Станешь "Мистером
Вселенная" — отвезу тебя в ЮАР.
Будешь там себя показывать,
а я тебе буду платить.
И денег заработаешь,
и страну посмотришь».
Ошибаться нельзя, в 1967 году
я должен стать «Мистером Вселенная».
Уэг говорил: «Качай икры.
У тебя бицепсы гораздо больше икр.
Икры слишком худые,
видна диспропорция».
Если хочешь победить,
прокачай всё до мелочей
и доведи тело до совершенства.
1967 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
В итоге всё сложилось как надо.
Первое место —
Арнольд Шварценеггер!
В возрасте 20 лет
я добился
того, чего хотел.
На той самой сцене,
где когда-то победил Рег Парк,
мне вручили тот самый трофей,
который завоевал он.
Всё произошло именно так,
как я предвидел.
Весь зал кричал.
Я будто в сказку попал.
Мозаика сложилась полностью.
ЮАР, 1967 ГОД
Рег Парк пригласил меня
к себе в Йоханнесбург.
ОЛИМП, 90
Можете себе представить?
Мой кумир пригласил меня к себе домой.
Здесь я и познакомился с Арнольдом.
Мне тогда было девять лет.
Он был очень учтив,
вел себя безупречно.
Он носил сандалии с носками,
как какая-то деревенщина.
У него была очень бледная кожа.
А на пляже все были загорелые.
Арнольд благоговел перед отцом,
но отец старался,
чтобы он не чувствовал себя неловко.
Мама, конечно же,
тоже помогала как могла.
Он сразу стал нам родным.
По вечерам мы вместе ходили
ужинать и смотреть кино.
Общаясь с моими родителями,
он понял, как много значит семья.
Мне кажется, это впечатлило
его больше всего.
Мама дала Арнольду кое-какие советы.
Он знал основные позы,
а движение и переходы — нет.
Она помогла ему
довести выступления до ума.
МЭРИОН ПАРК
Мэрион была хореографом.
Она научила Рега
грациозно держаться на сцене.
Это же совершенно разные вещи.
Балет — это грация.
А бодибилдинг —
нечто угловатое, малоподвижное.
Сначала я не вник
в ее наставления, но со временем
всё же начал их применять на практике.
В детстве я был стеснительным,
а в бодибилдинге-то
надо выступать на сцене.
И я этому учился по-своему.
Учился двигаться и позировать.
Меня поправляли, советовали
больше улыбаться на сцене.
И так далее.
И постепенно я превратился
в артиста
и стал получать удовольствие
от выступлений.
1968 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
В 1968 году я принял участие в конкурсе
«Мистер Вселенная» в Лондоне.
И во время позирования…
Я показывал бицепсы — и это были
самые большие бицепсы на конкурсе.
Потом надо было показать спину —
и такой спины,
как у меня, не было ни у кого.
Я знал, что выиграю.
НАББА — МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
ЛОНДОН, АНГЛИЯ — 1-Е МЕСТО
Я выиграл титул «Мистер Вселенная»
и был на седьмом небе от счастья.
Я собирался вернуться в Мюнхен,
но тут получил телеграмму
от Джо Вейдера.
ДЖО ВЕЙДЕР
ЛЕГЕНДА ФИТНЕСА
Я подумал: «Вот это да.
Джо Вейдер?
Он же крестный отец бодибилдинга».
Тренер чемпионов с 1939 года.
Всех «Мистеров Вселенная»
и «Мистеров Мира»
тренировал Джо Вейдер.
В телеграмме было написано:
«Приглашаю вас в Майами
на наш конкурс "Мистер Вселенная"».
Конкурсов-то было два —
в 60-х Вейдер запустил
«Мистера Вселенная» в Штатах.
Домой я уже не вернулся.
Все свои вещи бросил.
Позвонил Альберту и Франко
и сказал: «Слушайте.
Мне пришло приглашение от Вейдера.
Я не вернусь.
Я уезжаю в Америку.
Пока».
АМЕРИКА, 1967 ГОД
АЭРОПОРТ ИМЕНИ КЕННЕДИ
Я приехал в Америку и почувствовал…
…наконец-то я дома.
МАЙАМИ, 1968 ГОД
Потом мы полетели во Флориду.
Я был абсолютно убежден, что уделаю
любого американского культуриста.
Стану новым чемпионом.
И величайшим культуристом всех времен.
Он вел себя очень нагло, словно уже
всех победил. А сам был не в форме.
Потому что концентрировался
только на размере.
Объявили четвертое место, третье.
А потом второе — Арнольд Шварценеггер.
Твою мать.
Не может быть.
Меня ведь считали непобедимым.
А тут вдруг победил Фрэнк Зейн.
Это ужасно. Какое унижение.
К тому моменту
он привык всё время побеждать.
И вот он впервые
приезжает сюда и проигрывает,
по его словам,
цыпленку с руками по 40 сантиметров.
Для него это был удар.
Я был так подавлен.
Я лежал ночью
в своем номере
и думал, что это конец.
Я в чужой стране.
Без языка.
За тысячи километров от дома.
Я проиграл.
И всех разочаровал.
Я представлял,
как мир бодибилдинга скажет:
«Мы ошиблись в Шварценеггере.
Пошел он в жопу».
Я проплакал всю ночь.
А на следующий день подумал: «Ну что,
придурок, поплакал, как маленький —
пора двигаться дальше».
Вейдер купил мне билет
на самолет в Лос-Анджелес.
ВЕНИС-БИЧ, 1968 ГОД
Он пообещал обо всём позаботиться
и найти мне квартиру.
Я сразу написал друзьям:
«Тут всё по-другому».
Я был совершенно беспомощен
и одинок.
В зале, куда я собирался ходить,
тренировались лучшие культуристы мира.
Я прихожу в зал «Винсес»,
хочу тренироваться,
а владелец, Винс Джиронда,
мне и говорит:
«Да ты младенец.
Потенциал у тебя огромный,
но сначала надо согнать тонну жира».
А я думаю:
«Что за херню он несет? Потенциал?»
Потом я пошел в «Голдс»,
и Джо Голд сразу прозвал
меня Толстопузом.
Тут я подумал:
«Вот чёрт».
Я понял, почему мне обязательно
нужно было попасть в Америку.
У американцев иное представление
о хорошей физической форме.
В одиночку я не добился бы ничего.
Мне нужна была помощь.
И я пригласил Фрэнка Зейна,
который меня победил,
в Калифорнию,
чтобы он потренировался со мной.
Я хотел увидеть своими глазами,
что он делает, чтобы так выглядеть.
Я спал на раскладушке
у него в гостиной,
а утром мы вместе шли в зал.
Потом на пляж. Снимались для Вейдера.
Я вернулся во Флориду,
уволился с должности преподавателя
и уехал в Калифорнию.
И пока я тренировался там,
особенно в «Голдс», я всё думал:
«Вот бы Франко приехал сюда
и увидел, как тут всё устроено».
Он ведь был моим близким другом,
мы вместе тренировались в Мюнхене.
Я скучал по нему.
Но, узнав, какого роста Франко,
Вейдер потерял к нему интерес.
«Брось, незачем тащить сюда
такого низенького парня», — говорил он.
Но в конце концов
мы с фотографом Арти Зеллером
смогли его переубедить.
И с этого момента всё завертелось.
Пять, шесть,
семь.
Что?
Семь.
Восемь.
Девять.
Десять.
Хорошо.
- Тяжело.
- Сделаем.
- Сделаем.
- Франко сделает.
Слушай, помоги-ка мне.
В плане объединения людей
я преуспевал даже больше,
чем в бодибилдинге.
Зал «Голдс» в Венис-Бич.
Культуристы тренировались там
перед соревнованиями.
А потом Джо Вейдер стал
продвигать его как зал чемпионов.
Нос теперь поуже станет.
Мое первое впечатление о нём —
общительный, веселый,
большой любитель пошутить.
Но в зале он всегда был очень собран.
Все были на позитиве.
помогали друг другу.
Качаться с Арнольдом
было одно удовольствие.
Все пахали изо всех сил,
чтобы произвести на него впечатление.
Он был перфекционистом.
Взаимопомощь очень важна.
Мы помогали друг другу
качаться полотенцами
и смазываться маслом.
Сам себе-то спину не намажешь.
Кто-то должен помочь.
Вот все и помогали друг другу.
А перед конкурсом
желали друг другу удачи.
Хотя я обычно добавлял:
«Я у тебя выиграю».
К диете я всегда
относился без фанатизма.
Мой витаминный комплекс разработали
Фрэнк Зейн и Франко Коломбо.
А потом мы начали
эксперименты со стероидами.
Все топовые культуристы
принимают стероиды.
Где-то 5% моего успеха —
это стероиды.
Всё делалось под контролем врача.
Действовало строгое правило:
стероиды четыре месяца в год
перед конкурсом, а потом — стоп.
Я стал питаться по-другому.
Хорошенько загорел.
Если человек по натуре хвастун,
он всегда рад
покрасоваться перед публикой.
За нашими тренировками
наблюдали сотни людей.
Я словно жил в цирке.
И каждый раз получал удовольствие
от того, что люди смотрели на меня
и говорили:
«Как потрясающе он выглядит».
Это было летом 69-го.
Я работала хостес
в ресторане «Зукис Дели».
Он подошел ко мне и сказал:
«Ты очень сексуальная.
Я должен пригласить тебя на свидание».
У него был очень сильный акцент.
А в лексиконе — примерно сто слов.
Он был красив,
привлекателен, харизматичен.
И не такой, как все.
Когда он приехал ко мне,
показывали высадку на Луну.
Мы вместе посмотрели репортаж,
сфотографировались у телевизора.
Говорит База Спокойствия. «Орел» сел.
После первого свидания
мы стали встречаться постоянно.
Он всегда всех веселил.
В нём было
что-то завораживающее.
Благодаря Барбаре я впервые увидел,
как американцы празднуют Рождество.
Он пригласила меня к себе,
и ее семья оказалась
очень гостеприимной.
Я первый раз в жизни
по-настоящему отметил
свой день рождения —
мать Барбары испекла
мне праздничный торт.
До этого торт мне не пекли
и «С днем рождения» не пели.
Почему — не знаю.
Так я в очередной раз восхитился
американским образом жизни.
По сути, нормальной жизнью.
А вот с моей семьей…
Общение с родителями
у меня не ладилось.
А брат…
Я словно стер его
из памяти на долгие годы,
пока занимался бодибилдингом.
Я строил новую жизнь
и не хотел иметь
ничего общего с прошлым.
Джо Вейдер всё придумывал,
как меня рекламировать.
И ему в голову пришла идея
сравнить меня с немецкой машиной.
Никаких эмоций, только вперед.
Он считал, это поможет
мне стать чемпионом.
Мне понравилось,
я себе таким и казался.
Машиной, которую нельзя остановить.
Джо Вейдер хотел, чтобы я побеждал
на всех конкурсах подряд.
Чтобы я был на обложке его журнала.
Чтобы благодаря мне
люди расхватывали его пищевые добавки.
И чтобы я делал всё
от его имени.
И когда я предложил
качать бицепсы отдельно от трицепсов,
он назвал это «разбивкой Вейдера».
Такой был уговор.
Давай вот это обсудим.
Снимки должны быть уникальны, Арнольд.
Сделай что-то необычное.
А потом я сказал:
«Джо, ты продаешь свои товары
и зарабатываешь миллионы.
Я тоже хочу продавать свои товары.
От тебя мне нужны
только рекламные площади
в твоем журнале».
Я хотел зарабатывать.
Хотел превращать один доллар в два.
Хотел научиться
делать это по-американски.
Я сказал Джо Вейдеру:
«Я хочу пойти в колледж и выучить язык.
А потом я научусь бизнесу —
вдруг мне придется
руководить твоей компанией».
Ему это понравилось.
Вот новые обложки.
Ну-ка, посмотрим.
Брось, Джо, куда ему на обложку?
Ты же говорил, что туда попадают только
«Мистер Вселенная» и «Мистер Олимпия».
Джо!
Когда я одерживаю очередную победу,
то говорю себе: «Так, а что дальше?»
Вечно голодного досыта не накормишь.
Раз Рег Парк выиграл
три конкурса «Мистер Вселенная»,
Арнольд должен побить этот рекорд.
Для кого-то это перебор,
а мне, наоборот, этого мало.
Мне всегда хотелось большего.
1970 ГОД, МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
Папа оставил бодибилдинг,
но всё же решил
поучаствовать в «Мистере Вселенная».
Папе тогда было 42 года.
Арнольду — 23.
Меня спросили: «Знаешь,
кто участвует в конкурсе?»
«Кто?»
А мне: «Рег Парк».
Я говорю: «Да ну, не может быть».
Мне было неловко
состязаться со своим кумиром.
РЕГ ПАРК
А потом я победил.
После этого у меня
в душе творилось бог знает что.
Было и чувство вины.
Вроде как не стоило мне
в этом году участвовать в конкурсе.
Я с 15 лет мечтал об этом,
Рег Парк был моим кумиром.
А теперь вдруг я сам стал
кумиром для других.
Я достиг и этой цели.
НАББА — МИСТЕР ВСЕЛЕННАЯ
ЛОНДОН, АНГЛИЯ — 1-Е МЕСТО
Такой уж у меня мозг —
он настроен только на движение вперед.
Ему вечно нужно что-то новое.
Новый вызов. Новая вершина.
«Мистер Вселенная» —
это, по сути, чемпион мира.
Но конкурс проводится каждый год.
А кто же тогда лучший из лучших?
Вот зачем Джо Вейдер придумал конкурс,
в котором участвовали
все «мистеры» и чемпионы —
«Мистер Олимпия».
Победил — ты точно лучший из лучших.
«Мистер Олимпия»!
1969 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
В 1969 году я впервые участвовал
в «Мистере Олимпия».
Это был другой уровень.
СЕРДЖО ОЛИВА
Я состязался с Серджо Оливой.
И проиграл ему.
Он оказался лучше.
Я его крепко поцеловал прямо на сцене
и сказал: «Радуйся,
больше ты не победишь».
Через год я вернулся с жаждой реванша.
Я представлял его неким злодеем
и тренировался с удвоенной силой.
И вот мы снова встретились.
1970 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
И на сцене я чуть схитрил.
Мы принимали одну позу за другой.
А потом я сказал: «По-моему, хватит.
Победителя, наверное,
уже выбрали».
Он сказал: «Ты прав». И ушел со сцены.
А я показал на него пальцем —
вроде как он сдался.
Это был психологический трюк,
чтобы решить вопрос раз и навсегда.
У АРНОЛЬДА
ПЕРВЫЙ ТИТУЛ «МИСТЕР ОЛИМПИЯ»
Он обернулся и сказал: «Сукин ты сын».
Он, конечно, очень разозлился.
ИФББ — МИСТЕР ОЛИМПИЯ
НЬЮ-ЙОРК — 1-Е МЕСТО
В 70-е я стремился
завоевывать титул за титулом.
1971 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
Я был настолько хорош,
что оставил позади всех конкурентов.
1972 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
1973 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
- Как думаете, что там будет?
- Не знаю.
Самому интересно.
- Чего ждете от сегодняшнего шоу?
- Хочу увидеть классных культуристов.
- А вы бывали на таких шоу?
- Нет.
- Вы уже были на таких шоу?
- Ни разу.
- А вы?
- Тоже ни разу.
МУЗЕЙ УИТНИ, 1975 ГОД
Культурист — это ведь художник,
скульптор, как Роден или Микеланджело.
Ему надо знать, что такое симметрия,
и обладать чувством прекрасного.
Если этого нет, то всё превращается
в пустую трату времени.
Вот, стой так.
Всё, стой так.
Чуть изменилось за два месяца.
Я никогда не был доволен своим телом.
Боже ты мой.
Я смотрел в зеркало и говорил:
«Не знаю, как это убогое тело
может выиграть какой-то конкурс».
- Спасибо, что пришли.
- Лу Ферриньо тоже будет.
Когда я хвастаю, это всё херня.
Отлично. Очень театрально.
Это моя другая ипостась.
Я хочу, чтобы мир видел меня таким.
А вот тебе еще.
Для вдохновения. Руки сейчас снимем.
Это Коломбо.
Ну как тебе?
На самом деле наедине с собой
я смотрю на свое тело и думаю:
«Нет, не то. Пока еще не то».
Зацени грудь.
Думаю, именно из-за этого
я всегда на пределе
и всегда хочу большего.
Грудь у тебя потрясающая, Арнольд.
Огромная.
Я выступал в Балтиморе и Филадельфии,
позировал там.
Возвращаюсь домой,
а Франко говорит:
«У меня плохие новости».
«Что такое?»
А он: «Твой брат погиб
в автокатастрофе.
Сел за руль пьяным
и врезался в телефонный столб».
Я был потрясен.
Он всегда был любимцем семьи.
Очень артистичный.
Очень умный.
Много читал.
Но мне кажется, он никогда
не был по-настоящему счастлив.
Я думаю, он начал пить потому,
что нас воспитывали слишком строго.
Из-за жестокости родителей,
из-за того, что они нас
время от времени били.
Видимо, он просто не выдержал
всех этих наказаний.
Он был гораздо более мягким человеком
по своей природе.
Мы с братом, по сути, росли
в атмосфере шизофрении.
Отец временами был добрым,
а потом вдруг приходил домой пьяным.
И начинал орать в три часа ночи.
Мы просыпались,
и сердца у нас бешено колотились,
потому что мы знали, в чём дело.
Он мог в любой момент ударить мать
или впасть в бешенство.
Вот такие внезапные вспышки насилия.
И такое детство
для меня, например, было полезным,
потому что я сильный духом
и целеустремленный человек.
А мой брат был хрупким.
Ницше был прав:
то, что нас не убивает,
делает нас сильнее.
То, благодаря чему я стал
таким, каков я есть,
моего брата попросту уничтожило.
МЕЙНХАРД ШВАРЦЕНЕГГЕР
В 1972 году я участвовал
в соревнованиях в немецком Эссене,
и туда по неизвестным причинам
приехали мои родители.
Я выступал как минимум
на 50 соревнованиях
по тяжелой атлетике, пауэрлифтингу,
на местном, региональном
и национальном уровне.
И родители ни разу там не были.
Так что их появление меня удивило.
Отец вел себя немного странно.
Он был слегка заторможен,
и у него иногда заплетался язык.
В общем, что-то с ним было не так.
Через несколько недель
мне позвонили
и сообщили, что у отца инсульт.
Я первым же рейсом вылетел в Австрию.
Приехал в больницу, где лежал отец.
Но общаться со мной он не мог.
Состояние его было тяжелым,
и я не знал, поправится он или нет.
Не знал.
Я вернулся в Лос-Анджелес,
а он вскоре умер.
Когда умерли брат и отец,
я ничего не почувствовал.
Понимаете? Я подавил эти чувства.
Может, они потом когда-нибудь появятся…
Эти чувства. Не знаю.
Я специально тренировался
противостоять любому
внешнему воздействию.
Что ж,
я не специалист
по психологии и всему такому.
Могу сказать лишь одно.
Если у человека всегда
есть цель в жизни,
некая миссия, то у него
мало времени на то, чтобы задаваться
вопросами «Как я себя чувствую?»,
«Нет ли у меня депрессии?»,
«Жалею ли я себя?»,
«Не жертва ли я?».
Мало времени на то,
чтобы стыдиться себя, и так далее.
У меня нет на это времени.
Оно есть у тех, кто мало работает.
Если человек всё время занят,
ему некогда думать об этом.
Надо двигаться дальше. Вперед.
Когда я понял, что бодибилдинг
не слишком популярен,
я решил бросить все силы
на продвижение себя.
На что смотрят судьи?
На пропорции, симметрию, объем мышц
и умение их демонстрировать.
Я постараюсь сделать так,
чтобы люди поняли,
в чём суть этого спорта.
- Всё влезло в кресло?
- Нет, проблема возникла.
Понятно.
КОМУ НУЖНЫ ЗЕРКАЛА?
АВСТРИЙСКИЙ ДУБ — КРАСАВЕЦ
Я живу в этой стране всего пять лет.
Что такое «шпили-вили»?
Господи.
ОН НЕ ЧУРБАН
И СИЛЬНЫЙ, И УМНЫЙ
Это спорт, и я хочу
быть в нём лучшим.
И в то же время я художник.
Я создаю новый образ тела.
1974 ГОД, МИСТЕР ОЛИМПИЯ
В 1974 году Арнольд был
в фантастической форме.
Он был просто непобедим.
В 1974-м я выиграл
конкурс «Мистер Олимпия».
Таким образом, я побеждал
на 13 чемпионатах мира по бодибилдингу.
Брал титул за титулом.
Потому что шел к намеченной цели.
1-Е МЕСТО
И что мне было делать дальше?
Взять еще один титул?
Скучно.
И я остановился.
Я участвую в соревнованиях
уже десять лет.
Мне кажется, десять лет —
это вполне достаточно.
Надо дать шанс другим.
И уйти победителем.
Дамы и господа, Арнольд Шварценеггер!
Это спорт. Я люблю состязаться.
И мне нравится быть лучшим в мире.
Лучшим из лучших.
Стоять на сцене
и знать, что в этом деле нет никого,
кто был бы лучше меня.
Но сейчас это превратилось в рутину,
и я хотел бы заняться чем-то другим.
Попытаться стать лучшим в другой сфере.
Например?
Я хотел бы стать актером.
Интересно узнать,
получится у меня или нет.
ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ
Я помню этот разговор.
Алло.
Я сказал…
Скажи, каким актером ты себя видишь.
Он ответил: «Джим…
Я хочу быть не актером.
Я хочу быть звездой».


Серия 2

Я считаю, каждый сам
хозяин своей судьбы.
Нужно иметь цель в жизни.
Если стремиться к ней,
то происходят чудеса.
Именно так я и живу.
Передо мной была вершина —
бодибилдинг. Я покорил ее.
Потом новая вершина —
главные роли в фильмах.
Кинозвезда.
Это напоминает мне
историю знаменитого альпиниста
Эдмунда Хиллари,
который первым покорил Эверест.
Его спросили:
«О чём вы думали, стоя на вершине
и глядя вокруг?»
Он ответил:
«Я вдруг увидел вдали
другую вершину.
И стал планировать маршрут,
прикидывать, как ее покорить».
В 1969 году
мы узнали, что для фильма
о Геркулесе ищут актера.
Вот это да. Это же мой шанс
стать новым Регом Парком.
Я не был готов к съемкам.
Половину сценария я просто не понял.
Может, в этом и есть смысл,
но тебе там не понравится.
Это уж мне судить.
Мне надоело видеть
одни и те же лица,
всё время одно и то же.
Актерской игре я не учился.
Никто не может указывать Геркулесу.
Я Геркулес.
Это понятно.
Ни один смертный мне не указ.
Меня переозвучили.
Я же по-английски говорил еле-еле.
Мне сказали, что американцам нужно,
чтобы кумиры говорили, как Джон Уэйн.
А не как я.
Мне имя изменили:
вместо Шварценеггера я стал Стронгом.
Фильм вышел,
но успеха
не имел.
Пять лет мне не предлагали ролей.
Вообще ничего.
Мне нужно было многому научиться
и преодолеть множество препятствий.
В том числе главное —
когда все говорят: «Это невозможно».
Почему вы не сдались?
Потому что это не входило в мои планы.
В них входило покорение вершины.
Конан!
В чём радость жизни?
В том, чтобы крушить врагов
и обращать их в бегство.
И слышать стенания их женщин.
Источник его артистизма —
оригинальный подход
ко всему, что он делал.
Дело не только в популярности.
Он всё делал круто.
На мой взгляд, это самая выдающаяся
история успеха в Америке.
Он мой заклятый друг.
Я бы сбросил его со скалы.
Скалы не нашлось. Пришлось
смириться с его существованием.
Аста ла виста, малыш.
Он вовсе не пустышка,
как кое-кто, возможно, думает.
И не вышедшая в тираж
звезда боевиков 80-х.
Он гораздо сложнее.
АРНОЛЬД
ЧАСТЬ 2. АКТЕР
Нудл.
Иди сюда.
Почитай со мной.
Король в замке.
Типичная для меня фраза, да?
Конечно.
Ого. А тут мы вламываемся в дом.
Переход из культуристов в актеры —
это странная история.
СЧАСТЛИВАЯ ГОДОВЩИНА И РАЗЛУКА
Я Рико!
Ах да.
Где мы этим займемся?
Что?
Здесь или в спальне?
А, здесь.
В 70-х агенты, менеджеры
и руководители студий
откровенно говорили мне:
«Ты очень уж здоровенный.
Слишком мускулистый.
Ничего не получится.
Твои 110 килограммов мышц
никому не нужны».
УЛИЦЫ САН-ФРАНЦИСКО
Эй!
Я тебе что, клоун? Клоун, да?
Ну сам посуди,
когда ты это делаешь,
ты похож на огромную обезьяну.
Прекрати!
Двигаемся дальше.
Работаем над главным —
над актерским мастерством.
Твое время придет.
ВЕНИС-БИЧ, 1974 ГОД
К тому моменту
я уже ушел из бодибилдинга.
Чарльз Гейнс сказал мне, что написал
роман — «Оставайся голодным».
И что по этому роману будет сценарий.
На главную роль требовался культурист.
Я оказался в нужном месте
в нужное время.
В романе
я стараюсь объяснить,
что значит оставаться голодным.
Никогда не останавливаться
на достигнутом.
Когда Арнольд услышал эту фразу,
он сразу решил: это про него.
Это было его кредо.
Он именно так и жил.
Сколько бы раз он ни добивался успеха,
ему всегда мало.
Права на экранизацию
купил Боб Рейфелсон.
Мы с Бобом писали сценарий вместе.
Роль Джо Санто должен был играть
действительно великий культурист.
Я сказал: «На эту роль
подходит только один человек —
Арнольд Шварценеггер».
Боб ответил: «Не выйдет.
Ему речь нужно ставить.
У него всё еще очень сильный акцент».
Арнольд поставил перед собой
задачу убедить Боба
в том, что подходит на роль.
У Боба уже вышли «Пять легких пьес»
и «Беспечный ездок».
О его фильмах говорили.
Он был очень популярным режиссером.
Роль мне он не гарантировал.
Боб сказал: «Попробуем тебя
через несколько месяцев.
А пока учись актерскому мастерству».
Боб Рейфелсон звонит и говорит:
у меня есть актер,
у которого не было
ни одной драматической роли.
«Поработаешь с ним?»
За первые полтора месяца
я узнал о жизни Арнольда всё, что мог.
«Расскажи о своем отце».
«Расскажи о матери».
«Расскажи о детстве в Австрии».
«Я хочу знать,
что ты ощущаешь,
когда рассказываешь об этом.
Как чувствуешь себя?»
Я понимал, что кое-чего
мне не хватает.
Я всё время сдерживал себя,
у меня и эмоций-то не было.
Или были где-то глубоко,
и, чтобы стать хорошим актером,
нужно было учиться их проявлять.
Если эмоции начинали
мешать тренировке,
я их отключал.
Надо было дать мозгу сигнал,
что проявлять эмоции можно.
Я приехал в офис к Бобу Рейфелсону,
и в середине сцены он сказал:
«У меня волосы встали дыбом.
Мурашки по коже.
Ты утвержден».
ОСТАВАЙСЯ ГОЛОДНЫМ
Мне очень помогли
Джефф Бриджес и Салли Филд.
Они искренне хотели, чтобы я сыграл
хорошо и фильм получился,
и репетировали со мной
сцены снова и снова.
Когда же ты снимешь эту маску?
Когда работаешь
с такими профессионалами,
у тебя всё получается.
Я не люблю, когда слишком удобно.
Если к этому привыкаешь,
отказаться уже трудно.
Лучше уж быть голодным.
Я был весь в нетерпении,
но фильм «Оставайся голодным»
вышел в прокат не сразу.
И что же мне делать?
Два месяца спустя
Джордж Батлер и Чарльз Гейнс
сказали мне, что хотят снять
документальное кино о бодибилдинге
под названием «Качая железо».
Всё. Сцена первая, дубль первый.
Перед публикой я выступаю лучше.
И вот
вокруг работала
съемочная группа и камеры
наезжали мне на лицо.
Я качался, как бешеный.
Фильм «Качая железо» и Арнольд
навсегда изменили бодибилдинг.
Этот фильм познакомил
с миром бодибилдинга
широкую публику.
Кроме того, после него репутация
Арнольда в киноиндустрии улучшилась.
Люди увидели во мне не просто качка,
а личность.
- Лу, как думаешь, есть у тебя шансы?
- Нет. Ты лучший.
- Спасибо.
- Не за что.
Волк на холме не так голоден,
как волк, взбирающийся на холм.
- Это правда.
- Понял?
Он не так голоден,
но, если надо, еду добудет.
Самое классное в зале — это пампинг.
Для меня это
как заниматься с девушкой сексом
и кончить.
Это одно и то же.
1977 год был сумасшедшим.
На Каннском кинофестивале
«Качая железо» стал сенсацией.
За нами ходили сотни фотографов.
Фильму устроили стоячую овацию.
Женат ли я? Нет.
А что?
Фильм стал важнейшим событием года.
Огромный мускулистый парень
из австрийской глубинки.
Открытый и остроумный Арнольд
блистает в этом фильме.
…мечта любого пиарщика —
Мистер Вселенная.
- Для меня это слишком.
- «Слишком». А так слабо?
Я общался с Энди Уорхолом
и другими знаменитостями.
Меня снимали для журналов
и звали в ток-шоу.
А потом вышел «Оставайся голодным».
И началось настоящее безумие.
Премия «Золотой глобус».
И я получил «Золотой глобус»
как лучший дебютант.
Было ясно, что следующая моя цель —
стать киноактером на первых ролях.
Стать звездой.
Можно зажигалку?
Люди часто замечают лишь успехи.
На самом же деле
помимо серьезных успехов
у меня были и провалы.
Я снялся в фильме «Кактус Джек»
с Кирком Дугласом и Энн-Маргрет.
Спинку мне потрешь?
Я за дровами.
Когда фильм вышел,
в одной из рецензий было сказано,
что даже у лошади мимика богаче,
чем у Шварценеггера.
Я был ужасно расстроен.
Найти агента было очень трудно.
Они все твердили одно и то же:
«Сейчас мы тебя не продадим.
Это 70-е.
Людям нравится Дастин Хоффман.
Людям нравится Аль Пачино.
Актеры-коротышки,
полная противоположность тебе».
К счастью, в деньгах я не нуждался.
Джо Вейдер — он привез меня в Америку —
посоветовал мне
вкладываться в недвижимость.
Свой первый многоквартирный дом
я купил в 70-е,
в период дикой инфляции.
Я сразу понял
потенциал таких инвестиций.
И стал скупать офисные здания
на Мейн-стрит в Санта-Монике.
Я стал миллионером еще в 70-е,
до того как стал кинозвездой.
Поэтому я не соглашался
на дурацкие роли и не хотел становиться
характерным актером.
«Какого хрена?
Не нужны мне характерные роли.
Я хочу играть главные.
Хочу быть звездой».
Подумаешь, трудности, препятствия…
Плевать мне, какой ценой.
Я всё равно буду среди лучших.
И я подумал:
«Мне всё время говорят про препятствия,
а я возьму и превращу их
из пассива в актив».
Чеви!
Всё хорошо?
Кривая трансляция
из Вестсайдского теннисного клуба,
с турнира профессиональных звезд
имени Роберта Кеннеди.
Какая боль.
Мне позвонила Этель Кеннеди
и сказала: «Бобби Шрайвер
приглашает вас поучаствовать
в теннисном турнире
имени Роберта Кеннеди.
Это будет чудесно. Вы яркая личность,
все будут рады. Придете?»
Я ответил: «Этель, я ракетку-то
в руках ни разу не держал».
В таких случаях я всегда
советовался со своим пиарщиком.
А он: «Тебе звонила Этель Кеннеди?
Ни хера себе.
Соглашайся, не думай».
Перед турниром
была роскошная вечеринка.
Там были все Кеннеди.
Ко мне подошла Юнис и сказала:
«Я так рада видеть вас здесь.
Кстати, вот моя дочь, Мария Шрайвер».
Чуть позже она сказала:
«Вы очень нравитесь моей дочери».
А я ответил:
«Врать не буду, жопа у нее хоть куда».
«Спасибо», — сказала Юнис.
И ушла, видимо думая про себя:
«Совсем он, что ли?»
Глупость. Не знаю, зачем я так сказал.
Бывший Мистер Олимпия
и Мистер Вселенная
Арнольд Шварценеггер
крайне разочарован.
Он срывает с себя
футболку и рвется в бой.
Во время теннисного турнира
я видел, что Мария постоянно
смотрит на меня.
После турнира они с Кэролайн Кеннеди
подошли ко мне,
и Мария сказала: «Поедемте
с нами вечером в Хайаннис-Порт».
А я: «Мне бы в отель
заскочить за одеждой.
Я же в теннис играть пришел».
«Да вы что? Мы там все в шортах ходим».
Вечером мы улетели
на частном самолете в Хайаннис-Порт.
Там мы с ней пошли на пляж
и купались в океане.
Потом залезли в лодку
и катались по заливу.
Вот такие приключения.
Она как будто проверяла меня.
Наутро, в воскресенье,
все ввалились в мою комнату: «Ты готов?
Мы идем в церковь!»
Я говорю: «В церковь?
Но мне нечего надеть».
В церкви в переднем ряду
сидела Роуз Кеннеди.
Без костюма нельзя.
Все были разодеты, ведь Роуз…
А я сидел там,
как последний поц, в шортах,
кроссовках и футболке Бобби Шрайвера.
Хорошо хоть футболку дали.
Я по уши влюбился в Марию.
Не потому, что она Кеннеди.
Просто она удивительный человек.
Я видел, что она по натуре бунтарка.
Я хотел убежать из дома, из Австрии.
И она тоже хотела убежать.
Так начались наши с Марией отношения.
ЛОС-АНДЖЕЛЕС, 1978 ГОД
В следующем году я наконец нашел
агента, готового меня представлять.
Я отдал всё своему адвокату,
он изучает и проверяет…
Он сказал: «С тобой хочет
поговорить Дино Де Лаурентис».
Этот человек выпустил
500 фильмов, у него
и «Оскары», и «Золотые глобусы».
Это фигура в мире кино.
Мы вошли в его кабинет, и я увидел
крошечного человечка
за огромным столом.
Он встал и оказался не намного выше.
Он был очень маленького роста.
Я спросил: «Зачем такому коротышке
такой огромный стол?
И он просто взбесился.
«Ты мне не подойдешь. У тебя акцент».
А я: «Довольно смешно это слышать
от вас. У вас ведь тоже акцент.
Я вас едва понимаю».
«Уберите его».
Как только за нами закрылась дверь,
мой агент стал на меня орать.
«Ты посмотри, Арнольд.
Минута и сорок секунд.
Такой короткой встречи
у меня в Голливуде еще не было.
Кто тебя просил рот открывать?»
В том же году
Эд Прессман приобрел
права на «Конана-варвара».
Он видел «Качая железо»
и был моим поклонником.
С его точки зрения, я идеально подходил
на роль Конана.
Продюсировать фильм
Прессман попросил Де Лаурентиса.
Дино сразу сказал: «Он не подойдет.
Он нацист!
Он мне не нравится».
А Эд Прессман ведь не знал,
почему Дино зол на меня.
Я уже практически вылетел из проекта,
но тут они, к счастью, взяли
режиссера Джона Милиуса.
Он сказал: «Ты не нравишься Дино».
Я ответил: «Знаю».
А он: «Не волнуйся, я всё улажу».
Джон Милиус был крутым мужиком.
Приносил на встречи
с боссами студий пистолет,
клал его на стол и начинал переговоры.
Дино не хотел с ним связываться.
Он считал Милиуса чокнутым.
А Милиус сказал:
«Я без Арнольда снимать не буду.
Конаном должен быть он».
КОНАН-ВАРВАР
Съемки шли тяжело.
Милиус безумствовал.
По его воле я торчал на морозе,
пока у меня
жопа инеем не покрывалась.
Тема фильма — страдания.
Ему это нравилось.
Я научился быть безжалостным.
Решать, стоил ты чего-то или нет,
люди будут после твоей смерти.
Все трюки я исполнял сам.
Дублера с таким телом не нашлось,
деваться было некуда.
КАДРЫ, НЕ ВОШЕДШИЕ
В ФИЛЬМ «КОНАН-ВАРВАР»
Чёрт возьми.
Первый дубль вроде удался.
Но мы снимаем
второй, третий, четвертый.
И в итоге я истекаю кровью.
Я всегда очень тщательно
готовился к съемкам.
Репетировал до упаду,
несмотря ни на что.
Нельзя приходить на съемки неготовым.
Больше тебе ничего не понадобится.
Я с пяти утра начинал
тренировки по методу самураев.
Мы боролись, бились на мечах,
я осваивал все эти движения
и вникал в их смысл.
Я часами скакал на лошади,
потому что хотел
слиться со скакуном в единое целое.
Однажды на съемки
приехал Дино Де Лаурентис.
Взбежал по ступенькам.
Подошел ко мне.
И сказал: «Шварценегро.
Ты Конан».
Отвернулся и… Сбежал по ступенькам.
Помнится, Милиус подбежал ко мне,
от души обнял
и сказал: «Да! Он тебя полюбил!
Слышал, что он сказал?»
А я: «Что я Конан. Я знаю».
«Да ведь это же
лучший комплимент тебе. Ты Конан!
Ты перевоплотился!»
Бывший Мистер Вселенная,
гора мускулов,
снялся в новом фильме «Конан-варвар».
- О чём этот фильм?
- Это фэнтези.
Приключения в воображаемой вселенной.
Арнольд Шварценеггер. «Конан-варвар».
Я объехал весь мир,
рекламируя этот фильм.
Мне хотелось показать всем,
что я теперь актер,
а не культурист.
И в итоге я зарекомендовал себя
как актер международного уровня.
В мировом прокате
«Конан» собрал 90 миллионов долларов.
Я доказал скептикам,
что иностранец, говорящий с акцентом
и весящий больше 100 килограммов,
может играть главные роли
и обеспечивать фильмам мировой успех.
Пошли они все.
САН-ВАЛЛИ, 2023 ГОД
Этот дом у меня уже больше 25 лет.
В нём сочетаются
мотивы Австрии и Америки.
Австрийское тепло
и американский размер.
Он большой!
Такой большой, что хочется еще больше.
В этом вся суть.
В 60-х — 70-х,
когда я приехал в Америку,
тут были проблемы.
Убийства Мэнсона, антивоенные протесты.
Подъем движения хиппи.
Но таким, как я,
иммигрантам до этого дела не было.
Я ехал в сияющий город на холме.
Да, у него были свои недостатки,
кое-где и ужас творился,
но я этого не видел.
Перейти из одного мира в другой,
из бодибилдинга в шоу-бизнес, в кино,
я мог только в Америке.
Я влюбился в Америку
еще в школе, когда посмотрел
черно-белый фильм о ней.
Небоскребы Нью-Йорка.
Мост Золотые Ворота.
Там всё было гигантским,
и мне захотелось туда попасть.
Мне нравилась американская музыка
и американские политики.
Америка, Америка, Америка.
Я подал заявление на гражданство США.
Нужно было пройти тест.
Я подготовился и прошел.
В 1983 году
я стал американским гражданином.
Я так долго ждал,
когда стану гражданином США.
Это просто великолепно.
Я воспринимал американское гражданство
как великий дар.
Я родился в Австрии и горжусь этим.
Но сделан я в Америке.
Нашей стране нужно
новое правительство,
которое вернет ей былое величие.
В 80-е американцы преодолели
проблемы 60-х и 70-х.
Президентом избрали Рональда Рейгана,
а он спуску никому не давал.
Америка вернулась.
Благодаря вашей силе, мужеству
и твердости духа
мы построили величайшую
и самую свободную страну в истории.
Америка вновь обрела силу,
и это находило отражение в кино.
Люди внезапно полюбили жанр экшен.
В моду вошли мускулистые тела
и внешность героя боевика.
Нам очень повезло,
что президентом стал Рейган
и люди стали говорить:
«Америка возвращается».
Что касается Арнольда,
он перенес всё это прямо на экран.
На одной вечеринке
я познакомился с известным продюсером
Майком Медавоем.
Он сказал мне:
«У нас в планах отличный боевик,
называется "Терминатор"».
ТЕРМИНАТОР
ДЖЕЙМС КЭМЕРОН И ГЕЙЛ ЭНН ХЕРД
Я сперва подумал, что речь
об очередном фильме категории B.
Но сценарий оказался очень хорош.
Он сказал: «У нас до сих пор нет актера
на роль Риза».
Майк Медавой сказал мне,
что все актеры есть.
«Я всё решил».
О. Джей Симпсон и Арнольд Шварценеггер.
Я спросил: «А кто кого играет?»
Это был странный кастинг.
Выйти из проекта я не мог. Надо было
хоть посмотреть этого Шварценеггера.
Мы встретились в ресторане «Ле Дом»,
где кинобоссы заключали крупные сделки.
Арнольд принес сценарий
со своими пометками.
Он говорит, я смотрю на него,
а звук как будто становится всё тише.
Когда дверь открывается,
лучи света, отражаясь от окон,
освещают его лицо.
И я думаю:
какое охренительное лицо.
Как выяснилось, никто особо не держался
за кандидатуру О. Джей Симпсона
на роль Терминатора.
Никто бы не поверил, что он убийца.
Да.
А он между тем говорит
о Терминаторе, а не о Ризе.
Я сказал: «Кто бы это ни был,
он не должен ходить и выглядеть
как человеческое существо».
Он должен садиться
на мотоцикл, вставать и бегать
так, как это делал бы робот.
А он: «Может,
ты и сыграешь Терминатора?
Ты так хорошо вник в эту роль.
Ты сам как робот».
Я ответил: «Нет, злодея играть не хочу.
И потом, там всего 26 реплик».
Я начал ему возражать,
а он спокойно сказал: «Ты подумай».
Я думал три дня,
а потом позвонил ему и сказал:
«В который раз перечитываю сценарий
и всё отчетливее представляю себя
в роли Терминатора».
Я согласился, и мы начали
готовиться к съемкам.
ТЕРМИНАТОР
Он понимал, что эта роль —
именно то, что ему нужно,
чтобы все перестали
воспринимать его прежде всего
как «тело».
Тут дело было не в теле, а в лице.
Для меня это был очередной фильм.
Мне казалось, что этот сценарий
ничем не выделяется
на фоне остальных.
Я ничего не понимала.
Фильм был низкобюджетный,
мы в таких еще не работали.
У меня были большие сомнения.
Мы, снобы, считали Арнольда позером.
Культуристом, выдающим себя за актера.
Но из любопытства
я решила понаблюдать за ним.
Этот Терминатор уже здесь.
С ним не поторгуешься.
Его не переубедишь.
Ему неведомы ни жалость,
ни раскаяние, ни страх.
И он ни за что не остановится,
пока ты не умрешь.
И я поверила.
В физическую мощь,
в скованные движения,
во всё, что он придумал для роли.
Я поняла, что фильм может получиться.
Был разгар съемок,
мы работали над эпизодом в полиции.
Я друг Сары Коннор.
Она здесь? Могу я ее увидеть?
Нет, не можете. Она дает показания.
В сценарии было: «Я еще зайду».
Большого значения эта фраза не имела.
Обычный ответ — нет так нет.
Я еще зайду.
Но Арнольд эту фразу
почему-то не сказал.
Я предложил: «Давай упростим,
скажи: "Я вернусь"».
Я говорю: «Джим,
это как-то смешно звучит.
Лучше уж "Я вернусь позже" —
это гораздо больше похоже на машину».
Он мне: «Ты что, сценарист?»
Нет, говорю.
«Тогда, блин, не учи
меня сценарии писать».
Ладно, говорю.
«Я вернусь».
«Да!
У меня мурашки по коже. Фантастика».
Я вернусь.
Он попал в точку.
Я думаю, эта фраза стала
самой цитируемой в истории кино.
И теперь ясно, кто был прав, а кто нет.
ПРЕДПРОСМОТР
В таком кино должно быть
много хорошего экшена и герой,
которому хочется сопереживать.
- Тут всё это есть.
- Да.
И экшен, и есть кому сопереживать.
Да и сюжет оригинальный.
Я досмотрел «Терминатора» до конца,
фильм очень увлекательный.
Коммерческий успех фильма
не гарантирует ему любовь критиков.
И то, что критики журнала «Тайм»
включили наш фильм
в десятку лучших картин года, —
неслыханное дело.
Джим Кэмерон даже испугался.
У меня началась полоса удач.
ИНТЕРВЬЮ
Но чего-то всё же не хватало.
ЗОНА ОТДЫХА
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ХОУП
Мне всегда нужен враг.
В гости приехал?
Нет.
В 77-м Арнольду дали
премию за лучший дебют.
Я такой: «Да ну?»
В 80-е было интересно,
потому что образ героя боевика
еще не сформировался.
До этого экшен подразумевал
автомобильные погони,
как во «Французском связном»,
и «интеллект»,
намеки и бесконечные разговоры.
А «Первая кровь» — это настоящий экшен.
РЭМБО: ПЕРВАЯ КРОВЬ
Там история рассказывалась
при помощи тела.
В диалогах необходимости не было.
Это был мой шанс,
ведь так не делал никто,
кроме одного парня из Австрии…
…которому слова ни к чему.
В 80-е Слай был впереди меня,
мне надо было его догонять.
Каждый раз, когда у него
выходил фильм, например «Рэмбо 2»,
мне надо было думать,
как его превзойти.
Ваш новый фильм, «Коммандо»,
разумеется, сравнивают с «Рэмбо».
Как их сравнивать? У меня
действие происходит не в джунглях.
А если сравнить ваши мышцы
с мышцами господина Сталлоне?
У меня все титулы в бодибилдинге,
что тут говорить.
Арнольд взялся за дело всерьез.
Мы состязались друг с другом,
как Али и Фрейзер,
как великие воины,
следующие одним курсом.
Место было только для одного.
Мы играли совершенно по-разному.
Он был сверхчеловек.
У него были ответы
на все вопросы. И сильное тело.
Таков был его герой.
Тук-тук.
А я пытался воплотить образ человека
без выдающихся физических данных.
Я постоянно от кого-то получал,
чего не скажешь об Арнольде.
Я ему как-то сказал:
«Даже после боя с драконом
у тебя была бы лишь пара царапин».
Мы очень жестко враждовали.
По-моему, в твоем рационе
немного не хватает железа.
Мы не могли находиться
в одном помещении. Нас разводили.
Мы соревновались во всём.
Сукин ты сын.
Мускулистое тело в масле.
Что такое?
Кто злее, кто круче?
Он такой: «Раз Сталлоне убил
15 человек, я убью 30».
У кого ножи длиннее?
Не уходи никуда.
У кого калибр крупнее?
Дошли до того,
что стали орудия на себе носить.
Мы со Слаем воевали друг с другом.
Он хотел быть первым.
Увы, у него получилось.
Если бы не Сталлоне, в 80-е у меня,
может, не было бы мотивации
сниматься в таких фильмах
и так много работать.
Я человек азартный.
В этом вся моя жизнь.
Когда я был маленьким,
мой брат стал ездить в школу в Граце.
До автобуса надо было
идти лесом полчаса.
А брат боялся темноты.
И ему было очень страшно
возвращаться домой.
И, чтобы брат не плакал
на обратной дороге, я ходил с ним.
Мне хотелось доказать родителям,
что я храбрее его.
Я хотел, чтобы они мной гордились
и знали, что я способен
на многое.
В 1985 году
я взял Марию в Австрию,
в свою родную деревню Таль.
Мы пошли на Талерзее,
то самое озеро в деревне.
Меня так тронуло,
что она приехала посмотреть на место,
откуда я начал свой путь.
Я сказал ей:
«Там есть лодки,
давай-ка я тебя немного прокачу».
И когда мы оказались
на середине озера, я достал кольцо
и сделал ей предложение.
Сюрприз удался.
Свадьба была в Хайаннис-Порте,
в той самой церкви,
где я познакомился с бабушкой Марии —
Роуз Кеннеди.
Свадьбы грандиознее я не видел.
Там было как минимум 500 человек.
А знал я процентов десять.
Как я люблю тебя?
Давай-ка сосчитаем.
Люблю тебя
дыханием,
улыбками, слезами
всей своей жизни.
- Я, Мария…
- Я, Арнольд…
- Беру тебя, Арнольд…
- Беру тебя, Мария…
В радости и горе,
в болезни и здравии
я буду любить…
- И уважать тебя…
- Всю свою жизнь.
А теперь что?
Можете поцеловать невесту.
Я всегда считал себя
самым везучим сукиным сыном на свете.
Мне так повезло,
что я успешен и в кинобизнесе,
и в личной жизни.
Мало кто может похвастаться
успехом и в том и в другом.
А потом я стал отцом, и у меня
началась новая жизнь.
Об этом много говорят,
но понять, о чём речь,
можно, лишь став отцом.
Когда родилась Кэтрин,
я был рядом, и у меня текли слезы.
Я был потрясен
тем, что мы с Марией
дали жизнь новому человеку.
И это ведь не просто человек,
а целый мир.
Рождение дочери принесло нам
невероятную радость.
И вызвало у меня острое желание
продолжать работу.
Но сначала надо было
всё хорошенько обдумать.
Мне нравятся цитаты, о которых думаешь:
«Как будто я сказал».
Вот одна из них: «Рано ложись,
рано вставай, паши, не ленись,
себя продвигай». Тед Тернер.
АСПЕН, 1987 ГОД
Я познакомился с Арнольдом
на лыжном курорте в Колорадо.
Он выходил из клуба «Сноумасс»,
но остановился и ткнул в меня пальцем.
«"Охотники за привидениями", да»?
Да, отвечаю, это мой фильм.
А он: «Я бы сыграл охотника».
Это он так хитро дал мне понять:
мол, я могу играть и в комедиях.
Мы пошли поужинать, и он меня удивил.
Он говорил очень грамотно.
Я видел перед собой
умного человека с чувством юмора.
И я сказал: «Надо как-нибудь
поработать вместе».
А потом на диснеевском пресс-показе
я увидел Дэнни Де Вито.
И благодаря этим двум встречам
с разницей в несколько дней
я вдруг понял, что в фильме
эти актеры могут стать
идеальной парой.
БЛИЗНЕЦЫ
Мне ни с того ни с сего
звонит Айвен Райтман
и говорит: «Ты и Шварценеггер —
братья в "Близнецах". Как тебе?»
Я ответил: «Ого, потрясающая идея».
Я с детьми был в Нью-Йорке.
Мы подъехали к отелю,
я вылез из машины,
похватал сумки,
и тут кто-то положил руку мне на плечо,
а потом взял мою сумку.
Я думал, это швейцар.
Оборачиваюсь, а это Шварценеггер.
«Йо, Дэнни». Я говорю:
«Ой, Арнольд. Спасибо тебе!»
Вот так мы и познакомились.
Чтобы фильм получился,
наша абсурдная история
должна была выглядеть убедительно.
БЛИЗНЕЦЫ
У меня есть брат?
Да.
Тебя отправили в приют в Лос-Анджелесе.
Я решил, что герой Арнольда
должен быть наивным,
словно вчера родившимся человеком.
Он, наверное, очень похож на меня!
Именно такой мы эту роль
и сделали, и моя режиссерская задача
отчасти состояла в том, чтобы открыть
в Арнольде более глубокого актера.
Мне не нужны были прямолинейные шутки.
Арнольд-то думал,
что каждую реплику надо
как бы бросать зрителю в лицо.
А великие комики, напротив,
никогда не переигрывают.
Я всегда просил сценаристов:
пишите для меня.
Помнишь, я обещал убить тебя последним?
Да, Мэтрикс, помню.
Я соврал.
Все мои знаменитые реплики…
В комедии так не говорят.
Это был интересный поворот:
я должен был отказаться
от метода, который до этого
приносил мне успех.
Сразу стало ясно:
сработаемся.
Меня зовут Джулиус,
я твой брат-близнец.
Ну конечно!
Я сижу и как будто в зеркало гляжусь!
Мы не однояйцевые близнецы.
А потом мы как бы играем в зеркало.
«Близнецы» — первый фильм
с моим участием, собравший в прокате
свыше ста миллионов.
СБОРЫ — 1988 ГОД — БЛИЗНЕЦЫ
СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА — 111 936 388 ДОЛЛАРОВ
ОСТАЛЬНОЙ МИР
71 088 059 ДОЛЛАРОВ
ВСЕГО
183 024 447 ДОЛЛАРОВ
Этот фильм есть в каждом доме.
По крайней мере,
об этом говорит мой банковский счет.
«БЛИЗНЕЦЫ» СЧАСТЛИВЫ И БОГАТЫ!
Я познакомился с Арнольдом на Хеллоуин.
Я тоже австриец по происхождению,
и у нас схожие предпочтения: лыжи,
венский шницель и ледерхозе.
Он сказал «Я сейчас
очень хорошо зарабатываю,
а недвижимость мне поднадоела.
Я хотел бы, чтобы моими деньгами
управлял ты. Поможешь?»
Дождались: в нашей стране
открылся ресторан «Планета Голливуд».
С середины 80-х до нулевых его влияние
было огромным.
Благодаря ему начался сигарный бум.
Сигары внезапно стали курить все.
Он был мировой суперзвездой.
И в фильмах всегда курил сигары.
Большие часы.
До этого такие никто не носил.
Арнольд участвовал в создании
первого гражданского «Хаммера».
Америка должна ездить
на больших машинах
и так далее.
Вот это всё —
часть его бренда.
Я жеребец. Я дерзкий.
Я курю сигару где хочу.
В отличие от вас
мне не нужно прятаться.
Это шме, ничего больше.
Полная херня.
Чтобы что-то продать, нужно нести шме.
Я могу перевести это только
словом «херня».
Нужно нести херню.
Рекламируешь фильм:
«Пампинг круче оргазма».
Это и есть шме.
Всегда любил
здоровенные военные машины.
На «Хаммере» уже поездил,
теперь вот танк взял.
Водить такую тачку
нужно с сигарой в зубах.
Чтобы всё было максимально дерзко.
И это тоже шме.
ТЕРМИНАТОР 2: СУДНЫЙ ДЕНЬ
- «Терминатор 2». Он вернулся.
- Вернулся.
В сиквеле нельзя повторяться.
В первом «Терминаторе»
я был злым роботом,
который уничтожал
всех и вся на своем пути.
А во втором
я говорю: «Клянусь…»
Я никого не буду убивать.
Поначалу эта идея
Арнольду очень не понравилась.
Мы должны были
встретиться и обсудить сценарий.
Я сажусь и вижу, что он
вопреки обыкновению как-то невесел.
Я спрашиваю: «Тебе не понравилось?»
А он: «Джим…
…я никого не убиваю».
Если хочешь жить, идем со мной.
«Да, ты теперь хороший,
защитник, заступник».
Он говорит: «Ну ладно.
Но хоть в ноги можно стрелять?»
Я отвечаю:
«Да, стреляй в ноги. Годится?»
Хорошо, говорит.
- Ты что творишь?
- Жить будет.
Перед началом съемок Джим предложил
устроить совместный ужин.
Входит Линда, снимает свитер,
я смотрю на ее руки.
У нее видны вены и на бицепсах,
и на трицепсах.
Она выглядит как культуристка,
только в миниатюре.
Помню, с какой дикой гордостью
я показала себя Арнольду.
Я сказал: «Ну надо же,
у этой сукиной дочери
мышцы красивее, чем у меня».
Когда я снимал Арнольда,
я просил его поговорить с актерами.
Поделиться, как бывает в таких случаях,
секретами мастерства.
А он: «Не надо».
Он считал,
что продвижение фильма
не менее важно, чем игра актеров.
Актер должен продвигать
свой фильм, объяснять зрителям,
почему его нужно посмотреть.
И пусть другие звезды отказываются,
как избалованные дети.
«Я звезда, а не рекламщик.
Вам надо, вы и рекламируйте.
А я артист».
Херня. Реклама нужна.
Любой продукт нуждается в рекламе.
Первый «Терминатор» собрал
50 миллионов долларов.
А второй — более 200 миллионов только
в Северной Америке. Это был рекорд.
Арнольд Шварценеггер
уничтожил конкурентов.
Зачем ему играть доброго киборга?
Когда-нибудь он будет
баллотироваться в сенат Калифорнии.
Потому и не захотел играть
плохого киборга, как в 1984 году.
Это всего лишь моя догадка.
- Только у нас.
- Да.
Я думаю, на планете не осталось никого,
кто не знал бы этого человека.
Он мировой лидер по кассовым сборам.
И сегодня вышел новый фильм
с его участием — «Последний киногерой».
Пожалуйста, встречайте —
Арнольд Шварценеггер.
Когда вышел «Последний киногерой»,
я был на пике карьеры:
«Терминатор 2» стал
самым успешным фильмом года.
И в Америке, и во всём мире.
ПОСЛЕДНИЙ КИНОГЕРОЙ
И все пытались меня с этого пика сбить.
Странный новый фильм
Арнольда Шварценеггера нравится
далеко не всем.
Некоторые рецензии
просто отвратительны.
«Последний киногерой»
здорово попахивает провалом.
Трудно передать,
как я расстроился.
Это так обидно.
Это неприятно. Это стыдно.
Стыдно смотреть на сумму сборов.
В субботу утром я звоню Арнольду.
Новостей еще не читал.
Спрашиваю, как премьера.
А он отвечает:
«Ужасно».
Казалось, что он лежит
в кровати и плачет.
Он воспринял провал
как мощный удар по своему бренду.
Это его буквально потрясло.
Я спросил, что дальше.
Он ответил:
«Я хочу побыть один».
Такого печального голоса
у него еще не было.
Я неделю не хотел никого видеть.
Но нужно было продолжать работу.
Моя теща всё время говорила:
«Едем дальше.
Давай, вперед».
Это правильные слова.
После выхода «Последнего киногероя»
мне позвонил Бобби Шрайвер.
«Посмотри "Тотальную слежку"».
Это был французский фильм,
хорошо снятый, очень увлекательный.
И сюжет был неожиданный, нестандартный.
Я звоню Кэмерону. «Джим,
ты должен посмотреть этот фильм».
Арнольд предложил мне
проект, в который верил.
Раньше он так не делал.
Я подумал: будет весело.
Арнольд в комедиях играл,
парень он юморной.
А уж экшен он точно обеспечит.
Он сказал: «Снимаем хит».
Я ответил: «Да, снимаем хит».
Можно ваше приглашение?
Конечно. Вот мое приглашение.
У меня в спальне зазвонил телефон.
Я беру трубку и слышу:
«Привет, Джейми. Это Джеймс Кэмерон.
Я написал сценарий
для тебя и Арнольда Шварценеггера».
Звонил сантехник.
Говорит, надо пол вскрывать.
Просит за это 600 долларов.
Ну и ладно.
Ну нет, это же вымогательство.
И что ты ему сказала?
Я переспала с ним,
и он согласился скинуть сотку.
Светлая голова. Пока, милая.
Арнольд невероятно щедр и с актерами,
и со всей съемочной группой.
Его дверь всегда открыта.
На съемки приезжала Мария с детьми.
Всё было очень мило.
Так свободно мне не работалось
ни разу в жизни.
Давай, милая.
И вот съемки завершились.
И мне опять звонят.
Это Джеймс Кэмерон.
«Я тут с Арнольдом встретился
и спросил его,
можно ли пустить твое имя
в титрах до названия фильма».
При утверждении титров
юристы и агенты гребут
деньги лопатой.
Это большой бизнес.
При всей склонности
к браваде и выпячиванию себя,
при всех особенностях своего характера
он благородно разрешил
поставить мое имя до названия.
Я была очень тронута.
И, конечно, после этого фильма
моя жизнь изменилась.
Восстав, как феникс,
из пепла «Последнего киногероя»,
Арнольд Шварценеггер стал еще сильнее.
«Правдивая ложь» заняла
первое место по сборам.
Я вернулся на вершину.
«Арнольд обещал
вернуться — и вернулся».
«Я ВЕРНУСЬ».
Потом я снялся в «Джуниоре»
Айвена Райтмана.
Фильм имел успех.
Я тоже стану мамой.
Следующий фильм, «Стиратель»,
собрал больше 100 миллионов.
Что погубило динозавров?
Ледниковый период!
А потом был «Бэтмен и Робин».
Всё было просто прекрасно.
Это игра.
Жизнь — это игра.
Нужно быть готовым
и к успеху, и к провалу.
Так устроен мир.
Привет. Что ты днем делаешь?
Приезжай ко мне. Мама
вкусный яблочный штрудель испечет.
Так, штруделя не будет.
После смерти брата и отца
у мамы остался только я.
Пришлось изменить темп жизни
и больше времени проводить с ней.
В 1974 году она прожила у меня
несколько недель. И ей понравилось.
Я стал гораздо больше ценить маму,
и мы стали больше общаться.
Она приходила на все мои съемки,
фотографировала,
собирала снимки в фотоальбомы,
увозила их в Австрию
и показывала своим друзьям.
Она очень гордилась мной.
В Австрии есть
две запретные темы для разговоров.
Ни с кем нельзя обсуждать
свои финансы
и проблемы со здоровьем.
Шел 1997 год.
У меня окончились
съемки в «Бэтмене и Робине».
Мама жила у нас.
Как-то утром она проснулась,
а Мария ей: «Арнольд в больнице.
Операция на сердце».
Мама сначала даже не поняла.
Когда я очнулся после операции,
доктор сел ко мне
на кровать и взял меня за руку.
«Арнольд, мне очень жаль.
Ничего не вышло.
Один из клапанов сердца порвался,
и в ваших легких
стала скапливаться кровь.
Срочно нужна еще одна операция».
Меня стали готовить ко второй операции.
А я лежу и думаю:
«Что за херня творится?
Анестезию мне не сделали,
а чувак стоит надо мной с ножом».
Доктор говорит:
«Мы будем ждать до последнего.
Я не хочу вас потерять».
А я думаю: «Что?»
Потом мне всё же
сделали анестезию, и я отключился.
Чем всё закончится, не знал никто.
Спустя 16 часов я очнулся вновь.
Операция прошла успешно.
ПОПРАВЛЯЙСЯ, ПАПА
Приехала мама и отругала меня
за то, что я ничего ей не сказал.
«Как ты мог так поступить?
Я же твоя мать.
Ты не должен скрывать от меня такое».
Она была в шоке.
Год спустя мне позвонили и сказали,
что мама пошла на кладбище,
чтобы навестить могилу отца,
и прямо там, у могилы, скончалась.
Вот так…
Мама умерла из-за той же проблемы
с клапаном, что была у меня.
От операции она отказывалась.
Мама всегда говорила:
«Если я нужна Богу,
пусть заберет меня».
У меня сразу появилось
это ощущение: «Как же я теперь?»
Я никогда не думал об этом,
но, возможно, я всю жизнь
в глубине души старался
заслужить похвалу матери.
Для кого мне всё делать теперь?
С днем рождения тебя
Я хочу поблагодарить всех,
кто в этот вечер пришел сюда.
Год у нас был тот еще.
Подробности опустим.
Суть в том, что я встретила Арнольда
спустя две недели после его 30-летия.
Через две недели мы отметим
20 лет совместной жизни…
Это достижение.
Как ни крути.
После операции
у меня год не было работы.
Студии стали звонить моему агенту:
«Мы, пожалуй, отложим съемки».
Или: «Мы, пожалуй,
пересмотрим вот то и вот это».
Что-то изменилось,
и я вдруг стал терять роли.
Звезда боевиков,
мужик, которого на экране
никто не может убить,
чуть не умер.
Я боялся,
что моя карьера застопорится.
Я знал: на съемочной площадке
моего следующего фильма
будут сидеть представители страховой
компании и следить за каждым дублем,
чтобы понять, есть ли разница
между тем, как я работаю
теперь, после операции,
и тем, как я работал раньше.
Господи, пожалуйста,
помоги мне.
Дай мне сил.
И я подумал: «Ну ладно.
Наступил новый день.
Нужно идти вперед».
Мотор!
ВОЗМЕЩЕНИЕ УЩЕРБА
Сопутствующий ущерб? Вот он.
Когда-то я был
главной кинозвездой мира.
Я мог пойти в «Сони»,
«Уорнер Бразерс»,
«Юниверсал Студио», «Дисней»,
и они предлагали мне роли.
Но в этом я уже не нуждался.
Мне нужен был новый вызов.
Так было и с бодибилдингом.
Я сделал всё, что мог.
Стремиться было не к чему.
Всё превратилось в рутину.
Надо было заняться
чем-то более увлекательным.
Когда я встретил Марию
и услышал в Хайаннис-Порте
все эти разговоры
о политике и прочих проблемах,
меня это заинтересовало.
Как и сама идея служения людям.
Благодаря матери Марии Юнис
я узнал о «Специальной Олимпиаде»
и полюбил эту организацию.
А потом президент Буш назначил меня
главой совета по физкультуре и спорту.
Я осознал, как это весело.
Хорошо! Да!
Так счастлив я не был даже на съемках.
Все свои деньги
я заработал благодаря Америке.
Так почему было
не вернуть ей хоть часть долга?
С годами у меня
появилась новая цель в жизни.
Меня очень интересует политика.
Многие даже говорят,
что рано или поздно
я оставлю карьеру актера
и стану политиком.
- Шварценеггер-политик?
- Да, именно так.
Если заглянуть в будущее —
почему все говорят,
что вы хотите стать политиком?
Дамы и господа, Арнольд Шварценеггер!
Я понял, что его возможности
поистине безграничны.
Я дружу с Арнольдом 40 лет,
поэтому многое понимаю
в его истории.
Всю свою жизнь он стремился
к чему-то большему.
Я считаю, ему было
суждено стать политиком.
Всё прочее было
лишь подготовкой к этому.
Он понимал, что политическая система —
это некий ящик.
И он этот ящик взорвал.
Дамы и господа,
мы проведем тут уборку.
Видите ту вершину?
Я должен ее достичь.
Я покорю ее,
чего бы это ни стоило.


Серия 3

Мои видения
были такими четкими,
как будто я был в тире
с ружьем в руках.
Впереди была мишень,
и я целился в яблочко.
Важно было не переборщить,
чтобы стремление к цели
не переросло в одержимость…
…и я не перестал
замечать окружающий мир.
Калифорнийцы страдают
из-за энергетического кризиса.
На бирже небывалый обвал.
На головы жителей штата
обрушивается одно несчастье за другим.
Страшные времена для экономики.
Я увидел этот бардак в Калифорнии
и стал всё чаще представлять себя
губернатором штата
в Сакраменто.
Как им стать, я не знал.
Мне говорили: «Ты с ума сошел.
Сначала надо избраться
в городской совет,
потом стать мэром.
Ступенька за ступенькой».
А я им:
«Нет, Рейган обошелся без этого».
Так что этот вопрос меня не беспокоил.
В 2002 году
я обратился к Энди Вайне,
владельцу «Каролко».
«Хочу пойти в губернаторы. Твое мнение?
Ты богат, знаком
с богатыми людьми и боссами студий.
Мне нужна твоя помощь
в сборе денег на кампанию».
А он: «Да ты совсем охренел».
Я говорю, мол, ну что это за ответ.
А он: «Помнишь,
мы говорили о "Терминаторе 3"?
Я продал права на него.
Съемки в начале следующего года.
Если что, меня засудят,
а я засужу тебя.
Так что ты с политикой пока повремени».
Тогда я стал лоббировать
законопроект 49,
посвященный программам
внешкольного образования.
Закон «О внешкольном образовании
и безопасности».
Законы называют красиво,
чтобы всем нравилось.
Время разговоров прошло.
Пора действовать.
В кино я играю людей дела.
И помогать детям я тоже буду делом.
Для меня это был шанс провести кампанию
в поддержку своего проекта.
- Прибыл Арнольд Шварценеггер.
- Том, я очень рад.
Скажем этой проблеме «аста ла виста».
- Мы за законопроект 49 или против?
- За!
Я вернусь.
Большое спасибо.
Спасибо.
Шварценеггер использовал
свое голливудское обаяние
и добился успеха с законопроектом 49…
В 2003 году
сложилась идеальная ситуация:
в Калифорнии намечалось
голосование по отзыву губернатора,
штату нужен был новый лидер.
Республиканские праймериз
я бы вряд ли выиграл,
но их и не было.
И у избирателей не было двух лет
на тщательное изучение моей биографии.
Двухмесячная кампания. Как в Европе.
Два месяца. Бац.
АРНОЛЬД
ЧАСТЬ 3. АМЕРИКАНЕЦ
Привычная жизнь,
то, что ты принимаешь как должное,
всё это ненадолго.
ИРАК, 2003 ГОД
Я занимался продвижением
«Терминатора 3».
Ездил по всему миру.
И приехал в Ирак.
Я играю Терминатора,
а вы, ребята, настоящие терминаторы.
Я побывал в Японии
и других странах Азии.
На Ближнем Востоке, в Европе.
Когда объявили о голосовании,
я был в Мексике.
Такое возможно только в Калифорнии.
Непопулярному губернатору Грею Дэвису,
при котором дефицит бюджета штата
достиг 38 миллионов долларов,
грозит отзыв с должности.
Вы подписали петицию за отзыв?
Немногочисленное поначалу
движение за отзыв Грея Дэвиса
переросло в мощную кампанию
с многомиллионным бюджетом.
Седьмого октября
избиратели решат судьбу Дэвиса
и его возможного преемника.
И главный вопрос:
станет ли Терминатор темной лошадкой?
ШВАРЦЕНЕГГЕР ДЕРЖИТ ПАУЗУ
Марии очень не нравилась
моя идея идти на выборы,
и я не знал,
буду баллотироваться или нет.
Без ее стопроцентной поддержки
я бы на выборы не пошел.
Как-то мы сидели
в джакузи, и я спросил:
«Как думаешь, пойти мне в губернаторы?»
Она очень огорчилась.
Она просто…
У нее как будто дыхание перехватило.
И это, конечно, было связано
с историей ее семьи.
Срочная новость из Далласа:
президент Кеннеди скончался.
Убит снайпером.
Роберт Кеннеди убит.
Неизвестный застрелил его
в отеле «Амбассадор».
Она очень расстроилась.
У нее явно была серьезная психотравма.
Он закончит войну.
При Макговерне и Шрайвере ее не будет.
А при Никсоне — будет.
Машина, которой управлял сенатор
Эдвард Кеннеди, упала с моста в пруд.
Его молодая спутница утонула.
«Власть — это ужасно.
Никакой личной жизни.
Одна сплошная грязь».
В общем, я решил
отказаться от этой идеи.
У Дэвиса может стать
одной проблемой меньше.
Как ожидается, в среду
Арнольд Шварценеггер придет в эфир
«Вечернего шоу» и заявит, что не станет
бороться за пост губернатора.
Это решение на руку
другу Шварценеггера,
бывшему мэру Лос-Анджелеса
Ричарду Риордану.
Дик Риордан баллотировался
в губернаторы в 2002 году.
Если бы он захотел снова
выставить свою кандидатуру,
я бы его поддержал.
Я приехал к нему на ужин.
Мы прогулялись по пляжу.
И он сказал: «Арнольд, если честно,
я не горю желанием еще раз
баллотироваться в губернаторы.
А вот ты давай».
«Ничего себе», — ответил я.
Если высшие силы существуют,
то в тот вечер его устами
со мной говорили именно они.
Утром в день эфира «Вечернего шоу»
Мария подсунула мне
под дверь ванной записку.
Я прочитал:
«Вот что я скажу,
если ты решишь баллотироваться
и если откажешься
от этой мысли».
Я подумал: ага,
Мария впервые
не отвергает эту идею с порога.
Это же просто прекрасно.
Значит, я могу идти на «Вечернее шоу»
и говорить что угодно.
Тогда вот какой вопрос.
Из вас несколько недель
это вытягивали.
Но вы всё молчали.
А сегодня обещали нам
сказать, что же решили.
Я думал, он откажется.
В этом было некое лицемерие.
Он пообещал прийти,
и даже в гримерке…
«Поговорим — скажешь, что решил».
Он, мол, ладно.
Я тоже: ну и хорошо.
Я думал, всё быстренько выяснится,
и я скажу: «Как жаль».
Кое-кто страшно подводит людей.
Я говорю о Грее Дэвисе.
Так.
Чудовищно подводит.
Поэтому его нужно отозвать с поста.
И поэтому я буду баллотироваться
на пост губернатора Калифорнии.
Я был в шоке. Я думал:
«Ты же кинозвезда. Что ты делаешь?»
Я не верила своим глазам.
мне это казалось
каким-то сумасбродством с его стороны.
Это был какой-то абсурд.
Просто ерунда.
Он решил стать губернатором.
Ну ты что, ладно тебе.
Кто же знал, что всё это время
он готовился к своей главной роли.
Помню, я подумала:
«Ага.
Он победит.
Точно победит».
Я знал, что Арнольд — это серьезно,
потому что он не обычный политик.
Он член семьи Кеннеди.
Этот фактор в копилке
такого кандидата, как Арнольд, —
огромное преимущество.
Те самые агенты,
менеджеры, руководители студий,
в 70-е говорившие мне
не лезть в актеры,
теперь вопили: «Ты сдурел?
Ты получаешь
по 20–30 миллионов за фильм».
Но чем больше мне говорят,
что у меня не выйдет,
что это невозможно,
тем больше я этого хочу.
Спустя три или четыре часа
после «Вечернего шоу»
я сидела в гостиной у Арнольда и Марии…
и тут выяснилось,
что у него нет ни штаба,
ни плана кампании. Ничего и никого.
У нас не было ни слогана,
ни темы кампании.
Ничего не было.
Мы обзвонили всех знакомых.
Я был в Лос-Анджелесе.
Меня нанял Дик Риордан
под голосование об отзыве губернатора.
Я пошел с ним позавтракать.
Обсудить опросы и запуск кампании.
А он: «Я поддержу Арнольда.
Давай со мной».
Я еду в Венис, в «Оук Продакшенс»,
и встречаюсь с Арнольдом.
К Арнольду было приковано внимание СМИ.
Он как будто в президенты шел.
ДО ГОЛОСОВАНИЯ 60 ДНЕЙ
Благодаря Арнольду
интерес к голосованию взлетел…
Сначала-то это была местная история.
«Опять эти калифорнийцы…»
И тут вдруг она превратилась
в глобальный феномен.
У героя голливудских боевиков
Шварценеггера новая цель.
На этих выборах экшена будет
не меньше, чем в его фильмах.
И он женат
на племяннице Джона Кеннеди.
У него жена — Кеннеди.
Он не из этих чокнутых правых.
Нужен хороший крупный план.
Она пишет,
потом камера идет вверх,
и в кадре лицо Марии.
Мария считала,
что я должен быть
как можно ближе к народу.
Она за эти годы
не раз видела,
как я расцветаю среди людей.
Нужно радоваться жизни.
У меня такой подход:
давайте радоваться.
Надо радоваться и работать, вот и всё.
Многие этого не знают.
Волнуются
и работают.
Волнуются
и работают.
А радость где?
Вот она, радость.
Шестиколесная тачка,
по сугробам шпарит,
и это просто…
Машина безопасная
и в то же время прикольная.
По сути, игрушка.
Нужна она мне? Нет.
Но она как игрушка.
Мальчики и их игрушки. Мы не взрослеем.
Это голосование — шедевр.
Захватывающая история.
Нечто невиданное.
Политический бурлеск.
КАЛИФОРНИЯ СВИХНУЛАСЬ
Калифорнийцы хотят в губернаторы.
Для выдвижения нужно немного:
всего 65 подписей и 3500 баксов.
Среди кандидатов —
бывший актер Гэри Коулман
из «Различных ходов».
Мэри Кэри, актриса
фильмов для взрослых.
И бывший полицейский, считающий
хорьков домашними животными.
Кроме того, имеется
порномагнат Ларри Флинт.
Голосуй за неравнодушного порнографа.
И статистка Анджелина,
королева билбордов.
В Калифорнии маловато розового.
Безумный культ знаменитостей.
Богатый австрийский культурист?
Почему бы и нет?
ТЕРМИНАТОР — ГУБЕРНАТОР
Эти ребята были как нельзя кстати.
Я ведь довольно странный кандидат.
Культурист.
Актер.
Из Австрии.
И как же мне стать,
скажем так, нормальным?
Окружить себя
еще более странными людьми.
«РАТУША»
ДОН СИППЛ
Два, один.
Я хочу многое изменить в Сакраменто,
и люди имеют право знать,
что им это даст.
Я знал, что моя сильная сторона —
умение общаться и обращаться
не только к разуму, но и к сердцу.
Хотите изменить этот штат —
присоединяйтесь.
Вернем себе Калифорнию.
- Хорошо.
- Так?
Да.
ДО ГОЛОСОВАНИЯ 33 ДНЯ
Арнольд Шварценеггер
гордо вышел к народу
и, кажется, не заметил яйца,
разбившегося о его широкое плечо.
СМИ — это бизнес.
Есть у тебя что-то для кликов
и рейтингов — они тут как тут.
Этот парень мне теперь бекон должен.
Что за яичница без бекона?
- Здравствуйте, ребята.
- Привет.
Емкие фразы. Шутка-другая.
Грей Дэвис лишил нас надежды.
Грей Дэвис лишил нас будущего.
Пора нам лишить его поста!
Короткие речи.
С нашим штатом творится что-то ужасное.
Всеобщее ликование.
Что-нибудь бросить.
И едем дальше.
Но ведь мистер Баффетт
в одном из интервью
раскритиковал законопроект 13.
Я уже сказал Уоррену:
еще раз упомянешь законопроект 13 —
с тебя 500 приседаний.
Так что больше он этот вопрос
поднимать не будет. Гарантирую.
Был очевидно, что люди
хотят отозвать Грея Дэвиса.
И не менее очевидно было,
что люди не против того,
чтобы его заменил
новичок в политике вроде меня.
САКРАМЕНТО
До начала супердебатов остался час.
На них придут главные кандидаты
на пост губернатора.
Но высочайшие рейтинги этим дебатам
обеспечит лишь один человек.
И если он допустит ошибку,
его кампания может потерпеть крах.
Мы сделаем вот что.
Прежде всего, мы изучим
проблемы управления штатом.
Но это только часть подготовки.
Помимо этого нужно
изучить наших соперников,
участвующих в дебатах.
Я сделал всё так же,
как в бодибилдинге.
Я готовился и при этом думал,
как победить их психологически.
У нас в Калифорнии
действует правило трех преступлений.
Если вы дважды обдурили людей,
на третий раз вам конец.
Седьмого октября вам конец, вот и всё.
Спичрайтеры придумывали для меня шутки.
И если я не очень хорошо разбирался
в вопросе, я шутил.
И вот еще что, Арнольд.
- Вы говорите о…
- Арнольд?
- Да. Вы говорите…
- Я вот что скажу.
В вашем варианте
налога на доходы физлиц дыра.
Такая большая, что я через нее
на своем «Хаммере» проеду.
- Я договорю.
- Если уж мы о налоге.
- А не об образовании.
- Это невежливо.
Ваше отношение к женщинам
известно. Не на ту напали.
Я понял, у меня есть для вас
отличная роль в «Терминаторе 4».
Всё.
«ТАЙМС»
Когда Шварценеггер заявил,
что идет в губернаторы,
редакция «Лос-Анджелес Таймс»
сразу взялась за слухи,
которые ходили годами,
но которые никто толком не проверял.
На эту работу у нас было
всего полтора месяца,
и мы стали беседовать с женщинами.
Этих женщин мы нашли
благодаря нашим источникам
в Голливуде.
И стали публиковать эти материалы.
Звонят из «Лос-Анджелес таймс»:
«У нас через пару часов
выйдет вот что».
«А кто потерпевшая?» — «Не скажем».
«А когда это было?» — «Где-то год
назад. Не скажем».
На следующее утро мы едем на автобусе
из Сан-Диего в Сакраменто,
где у капитолия
на митинг соберутся 10 000 человек.
Арнольд Шварценеггер!
А потом…
Убойная статья на первой полосе
сегодняшней «Лос-Анджелес таймс»
с обвинениями со стороны шести женщин.
Они утверждают,
что он хватал их за грудь,
делал непристойные предложения,
а с одной из женщин
в лифте пытался сорвать купальник.
Газета приводит слова одной из них:
«Изнасиловал ли он меня? Нет.
Унизил? Да, еще как».
Мы не хотели писать об одной женщине.
Нам нужно было
вскрыть модель поведения.
И мы ее вскрыли.
Он вел себя так десятилетиями.
После первой публикации
люди разозлились на нас.
Нас сразу обвинили
в том, что мы придерживали эту статью,
чтобы выпустить ее
за пять дней до выборов.
На самом деле мы просто
доделывали ее до 2 октября.
В политике конкуренты
пытаются тебя очернить,
растоптать твои принципы.
И, как вы знаете, сегодня утром
они пошли в атаку.
Да, вот именно.
Но я вам скажу так.
В том, что там пишут,
очень много неправды.
Но в то же время я сам всегда говорю:
нет дыма без огня.
Это так.
И поэтому я хочу вам сказать:
да, иногда я вел себя нехорошо.
Да, это правда. В суматохе съемок
я, бывало, поступал неправильно.
Я делал это в шутку,
но теперь мне ясно,
что людей это оскорбляло.
И тем, кого я оскорбил,
хочу сказать:
мне искренне жаль,
прошу меня простить,
на самом деле я не такой.
АРНОЛЬД
С ума сойти. Нас пытаются сломать.
Очернить нас
и растоптать наши принципы.
Можно слушать критиков,
тех, кто Арнольда
вообще не знает, или тех,
кто 30 лет назад
поговорил с ним пять секунд.
А можно послушать меня.
Я советую послушать меня.
В день, когда вышла статья,
начался настоящий ад.
Пошел вал писем
и звонков с новой информацией.
Информации было так много,
что мы расширили команду,
отрабатывающую эту тему.
Утром «Лос-Анджелес таймс» сообщила
о новых обвинениях
в адрес Шварценеггера.
Теперь потерпевших уже 15.
Простите меня.
Приношу извинения всем,
кого я обидел.
Через несколько дней
он сменил тон.
Он пообщался с другими журналистами
и сдал назад.
Прежде всего, там много лжи.
Никого я ни за что не хватал.
Поднять блузку, погладить грудь —
я так не делаю.
- Вы отвергаете все эти обвинения?
- Не все.
Поначалу я был вынужден защищаться.
Нам не нужен губернатор,
который лапает женщин,
а потом отрицает это.
Сегодня я смотрю на это так:
не имеет значения,
в какое время ты живешь.
В 30-е годы,
сорок лет назад,
сегодня.
Это было нехорошо.
Всё фигня, этому нет оправданий.
По молодости всякое бывает.
Нам всё равно. Нам нужен лидер.
- Вы проголосуете за него?
- Конечно.
Лично я была удивлена,
что статья не так уж сильно повлияла
на голосование.
Я думала, эта история заденет
гораздо больше людей.
Подорвать репутацию
Арнольда очень сложно.
Если судить по результатам опросов,
то наши публикации
не обрушили его популярность,
а лишь подстегнули ее.
САКРАМЕНТО
ДО ГОЛОСОВАНИЯ 2 ДНЯ
ВЕРНЕМ КАЛИФОРНИЮ
ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К АРНОЛЬДУ
Спасибо, Сакраменто!
Это наш новый губернатор!
Его зовут Арнольд Шварценеггер!
Когда Шварценеггер вышел
на трибуну, ему сразу дали метлу.
Дамы и господа,
пора навести тут порядок!
И мы его наведем!
По данным опросов,
действующего губернатора отзовут,
а его место займет Шварценеггер.
В штабе Арнольда убеждены,
что публикации о его прошлом
этому не помешают.
ГОЛЛИВУД
ДО ГОЛОСОВАНИЯ 0 ДНЕЙ
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Засовывайте в урну.
- Ага, вот так.
БЮЛЛЕТЕНИ
- Всё в руках божьих.
- В руках божьих
Теперь уж как Господь решит.
Мы свою работу сделали.
Потрудились на славу.
Избирательные участки закрылись.
По прогнозу «Си-би-эс ньюс»,
после подсчета всех голосов
Дэвиса на посту губернатора сменит
республиканец Арнольд Шварценеггер.
Умом я понимал, что выиграл.
Но пока всё это
было где-то далеко.
А потом пришло
осознание реальности победы,
и это было так мощно.
Я тогда даже заплакал.
Никогда не забуду
этот невероятный момент.
Помню, как радовался,
когда меня объявили Мистером Вселенная.
Помню стоячую овацию в Лондоне.
Помню, как получил гражданство.
Появление на свет Кэтрин.
Всё это я помню.
Но на этот раз всё было
так глубоко, так масштабно.
Просто потрясающе.
Да.
Спасибо большое. Благодарю.
Благослови вас Бог.
Спасибо.
Эти люди
поверили мне
и сказали: «Да, будь нашим лидером».
Вот это да.
Фотографии говорят
больше тысячи слов, так ведь?
Вот эта, например, говорит:
«Хотя Арнольд был губернатором,
он никогда не продавался
и не делал то, что обычно делают
другие политики».
Ни один политик не станет
щеголять в сапогах
из кожи аллигатора.
И свои кубинские сигары
я тоже курил в открытую.
Потому что люди должны
знать, каков я есть.
Я пошел в губернаторы,
много чего не зная.
Но одно я знал точно:
я буду служить жителям Калифорнии,
а не только своей партии.
Я не буду партийным функционером.
Я буду служить обществу, служить людям.
Это я знал.
Бывший культурист и актер Шварценеггер
осваивает уже третью профессию.
Арнольд станет 38-м
губернатором Калифорнии.
700 аккредитованных СМИ,
7500 приглашенных гостей,
еще пара тысяч зевак без билетов.
В программе также Ванесса Уильямс.
К этому нужно привыкнуть.
Прошу вас положить левую руку
на эту семейную Библию.
Поднимите правую руку.
И повторяйте клятву.
И после этого началась другая жизнь.
Часть меня исчезла,
потому что я представлял
уже не Арнольда,
а 40 миллионов человек.
Я польщен,
я тронут.
Для меня огромная честь
быть вашим губернатором.
После присяги
я стоял там, как щенок.
Вот так…
Щенячий восторг.
Мне кажется,
из всех моих киногероев
именно Джулиус
напоминает меня больше всего.
Джулиус — персонаж «Близнецов».
Большой ребенок,
у которого мозг как губка.
Ему многому надо было учиться,
и он с радостью
это делал.
Губернатор!
Я вошел в офис,
сел за стол
и не знал, как быть.
Грим, пожалуйста.
Что теперь делать-то?
С чего начать?
Чем заниматься в офисе?
Сидеть и ждать, когда мне
принесут жалобу или законопроект?
И я решил пройтись по капитолию
и заглянуть к спикеру,
к временному президенту сената,
посидеть, перетереть.
Арнольду очень повезло,
что он не знал,
как поступают политики.
Он поступал так,
как было нужно,
без всякого политического багажа.
Всем привет.
Во время кампании
я использовал все свои преимущества:
карьеру в кино, жену-демократку,
чтобы показать,
что я готов работать со всеми.
Это же «Близнецы-2». Вы посмотрите.
«Близнецы-2».
Поэтому, став губернатором,
я решил установить
себе шатер для курения.
И дело было не столько
в курении, сколько в общении.
Мы очень успешно
взаимодействовали с законодателями.
И с демократами, и с республиканцами.
Я перетирал с ними в шатре.
С незнакомыми людьми.
- Добрый день.
- Сигару?
- Рад вас видеть.
- Сенатор?
Присоединитесь к нам на этот раз?
Это на самом деле
был не шатер, а сцена.
Люди в его офисе
и в офисах на верхних этажах
видели, кто сидит в шатре.
«А что же я-то не в шатре?
Мне нужна идея для обсуждения с ним».
В этом шатре люди ощущали дискомфорт,
потому что видели,
что за ними наблюдают.
А он-то привык, что за ним наблюдают.
Это такая стратегия.
Он сам по себе обаятельный,
но самое главное —
он Арнольд Шварценеггер.
Он самый знаменитый человек в мире,
и он это знает.
- Очень красиво.
- Ага.
Просто офигительно.
Налог на имущество для госпрограмм,
который можно только…
Это было потрясающе:
я сидел там порой с девяти утра,
совещание шло за совещанием,
и я узнавал такое,
о чём раньше и не задумывался.
Как-то раз я пришел
с работы домой и сказал жене:
«Я сегодня узнал такое,
чему не научат
ни в одном университете мира».
Принятие закона…
Но как воплотить наши планы в жизнь?
Быть может, лучше сначала
рассказать об этом людям?
Работа с законодателями
не складывается?
Но я же сильная личность,
это надо использовать
и напрямую обратиться к людям.
Мы стали собирать подписи.
- Спасибо.
- Верните всё как было.
Каждый раз,
когда набиралось 100 000 подписей,
я выкладывал их на стол
временного президента сената.
Этот метод
в Калифорнии применяется с давних пор.
Политики часто собирают подписи,
чтобы протолкнуть свой законопроект.
Но акций такого масштаба
мы еще не видели.
Я езжу по штату
и убеждаю людей
не оставаться в стороне.
Условия для переговоров были созданы.
Законодатели провели опросы,
которые, конечно, показали,
что люди нас поддерживают.
Им пришлось остаться
за столом переговоров,
и в итоге мы всё решили.
СКАЗАНО — СДЕЛАНО
РЕФОРМА ОПЛАТЫ ТРУДА РАБОТНИКОВ
Многие думали,
что этого республиканца ждет крах,
что он дилетант
и ему никак не справиться
с проблемами Калифорнии.
А избиратели просто
поддаются магии его личности.
Я республиканец,
но готов работать с демократами.
Я хочу чтобы они знали:
мне не нужна конфронтация,
пусть будет честная борьба
по оговоренным правилам.
Кто-то не умеет проигрывать,
кто-то — выигрывать. Вторые хуже.
- Ага.
- Я из первых.
- Нет.
- Ты меня поимел.
Иногда приходится
договариваться кулуарно,
а потом ругаться друг с другом
перед журналистами,
чтобы сделать приятное избирателям.
Макклинток такой человек —
когда проигрывает, говорит что думает.
Неумело выиграл, умело проиграл.
Херня, да?
Немного шме тут,
немного херни там. И так далее.
Это и есть политика.
Мы подумали: «Формула найдена».
Чаще всего он бывал прав.
А ошибки бывают у всех.
Дайте мне инструменты,
и мы реформируем неработающую систему.
Большое спасибо. Я вернусь.
Его нетерпеливость стала ему вредить.
Кроме того, он много играл
на публику, и это ее утомило.
Оппоненты хотели
не переговоров, а победы.
Я не откажусь от реформ
из-за протестов нескольких медсестер
или учителей.
Шварценеггер, уходи!
Язык — один из моих главных активов.
Надеюсь, что те,
кто преследует какие-то свои цели,
женоподобные ребята там, в Сакраменто…
Но он же и мой злейший враг.
А зачем мне ему звонить?
Вы что, с ума сошли?
«Привет, это женоподобный ублюдок.
Как жизнь?»
Избиратели отвергали
все его инициативы.
ШВАРЦЕНЕГГЕРУ НЕ УДАЛОСЬ…
Всем добрый день.
Я был с ним перед тем, как ему пришлось
признать перед журналистами
и избирателями Калифорнии
свое поражение.
И я спросил: «Как настроение?»
А он: «Зря я не послушал Марию».
Знаете, я работаю
с особым настроем, не таким,
как у большинства людей.
Именно поэтому я так настойчив
и нетерпелив.
А губернатор,
как и любой политик,
должен быть терпеливее.
ГУБЕРНАТОР ГОТОВ К КОМПРОМИССУ
Сейчас я это понимаю
как никогда.
Он начал постигать суть своей работы
и осознал, что не желает быть
марионеткой республиканцев,
эксплуатирующих его звездный статус.
Он хотел руководить сам,
опираясь на единомышленников.
Во мне всегда борются две ипостаси:
Арнольд слева и Арнольд справа.
И они вечно спорят
обо всём — о политике,
о том, как решать
те или иные проблемы, и так далее.
Вот такой я человек.
Чем докажете, что вы центрист,
а не республиканец-ортодокс?
Объемом работы.
Объемом работы.
Я буду очень много работать.
Теперь я знал,
в каком направлении двигаться
со своей администрацией,
и почувствовал,
что ее надо бы обновить.
Среди прочего надо было обсудить
выбор нового главы аппарата.
Самой достойной кандидатурой
была экс-директор
калифорнийского отделения Демпартии.
Сторонница абортов,
открытая лесбиянка по фамилии Кеннеди.
Я говорю, мол,
коллеги-республиканцы будут в ярости.
И вижу у него в глазах огонек,
который, как я потом понял, появляется,
когда он хочет от души похулиганить.
Точно.
Сделай это.
Немедленно.
Я ждала посадки на самолет,
и тут мне звонит Зингале,
и я буквально начинаю
биться головой о стол.
Блин, думаю, какого хера
ты тянул с этим звонком целый год?
Хочу представить вам
нашего нового руководителя аппарата —
Сьюзан Кеннеди.
Спокойно, не надо оваций.
И когда я стал приглашать
в команду демократов,
коллеги подумали, что это
результат влияния семьи Кеннеди.
Но Сьюзан Кеннеди не имела
к этой семье никакого отношения.
Полная чепуха.
Меня достали республиканцы,
ее достали демократы,
и мы оба сместились к центру.
Я спросила: «Чем бы вы хотели
запомниться людям на этом посту?»
Он задумался,
а потом сказал: «Я хочу строить».
Сегодня я предлагаю
стратегический план
развития Калифорнии.
Арнольд очень любил
работать на перспективу,
затевать нечто такое,
что, возможно, не будет готово
к моменту его ухода с поста
и что будут доделывать его преемники.
Я говорю: будем строить.
ГУБЕРНАТОРУ НУЖНЫ МИЛЛИАРДЫ
Я, как известно, человек нетерпеливый,
но, если речь идет о проектах,
терпения у меня хоть отбавляй.
Я потратил много лет
на то, чтобы довести
свое тело до идеала.
Так же я отношусь и к инфраструктуре.
Демократы и республиканцы
одобрили план по транспортной
инфраструктуре на $37 миллиардов.
Разворот на 180 градусов
произошел невероятно быстро.
Он из тех, кто разворачивает
корабль навстречу торпеде.
Он очень быстро всё переиграл.
Республиканцы и демократы
работают вместе.
О, люди такое обожают.
Это очень помогло мне
избраться на второй срок.
Даже кампанию не пришлось проводить.
Это и было моей кампанией.
За месяц до выборов
республиканский губернатор
Калифорнии не сомневается
в своей победе.
И я снова выиграл
губернаторские выборы.
И люди были рады.
И всё снова было замечательно.
Такова политика.
Какой чудесный вечер.
Вы знаете, я люблю сиквелы.
Очень люблю сиквелы.
Я сначала говорю: «Я республиканец,
поэтому решать проблемы буду вот так».
А потом добавляю:
«А что демократы думают о путях
решения этих проблем и почему?»
Помню, когда я шел в губернаторы,
Бобби Кеннеди — младший,
демократ, позвонил мне и сказал:
«Я хочу тебе помочь».
Как, говорю.
А он: «Я дам тебе
лучшего эксперта по экологии.
Терри Тамминена.
Пригласи его в команду и обсуди
с ним экологические проблемы».
Я демократ и ярый защитник природы.
Вот друзья и спрашивали:
«Как ты можешь помогать Шварценеггеру?
Он же республиканец».
А я: «Но мы ведь хотим, чтобы
республиканцы говорили то же, что и мы.
Арнольд как раз такой республиканец».
Мы можем этого добиться,
если партии будут сотрудничать.
Я решил сделать всё возможное,
чтобы в Калифорнии были самые строгие
законы об охране природы.
Я спросил: «Почему мы сокращаем
выбросы всего на 5%? Это же ерунда.
Надо, сука, мыслить масштабнее.
Вы чего, ребята?
Давайте сократим выбросы
парниковых газов на 25%.
В Калифорнии так много солнца.
А мы его не используем».
Арнольд Шварценеггер,
находясь в Сан-Франциско, рассказал
о новом законе о сокращении
выбросов парниковых газов.
Через несколько минут
мы подпишем законопроект 32.
После этого в сфере
защиты природы Калифорнии
наступит новая эра.
Это событие исторического масштаба.
Я понял, что это тема
общемирового значения.
Мы можем стать лидерами
не только в Калифорнии,
но и во всей Америке,
и во всём мире.
Калифорния призывает
Америку отбросить сомнения
и действовать.
А я призываю к действию
страны — члены ООН.
А когда президентом избрали Обаму,
он распространил калифорнийские
нормы выбросов выхлопных газов
на всю страну.
Я аплодирую губернатору Шварценеггеру
и всей делегации из Калифорнии.
Они стали первопроходцами
и показали всем пример,
как нужно заботиться
об окружающей среде.
Когда я стал лидером консерваторов,
я первым делом заявил,
что забота о природе —
одна из задач нашей партии.
Меня впечатлило, что человек управляет
одной из важнейших экономик мира
и при этом утверждает:
«Никакого противоречия тут нет.
Чтобы экономика росла, она
в перспективе должна стать зеленой».
Все согласны с принципом
нулевых выбросов. Всё хорошо…
Это же так интересно —
рассмотреть проблему со всех сторон,
изучить ее и попытаться
понять, чем можешь помочь.
И это шанс для меня
изменить жизнь к лучшему.
Когда я снимался,
мои дети приходили
на студию и делали там уроки.
Когда меня вызывали
на съемочную площадку,
они сразу бежали туда,
ждали, и вдруг — бах!
Перестрелка, всё взрывается.
«Как круто, вот это да».
И давали друг другу пять.
В общем, детям всё это нравилось.
А когда я стал работать в Сакраменто
и дети как-то пришли ко мне в офис,
они сказали:
«Папа,
тут ужасно.
Все такие серьезные.
И почему они в костюмах?»
Они были в шоке,
моя работа была им противна.
Кроме того,
я ведь проводил в Сакраменто
четыре дня в неделю.
И дети говорили:
«Во вторник ты пропустил мой концерт.
А у меня в среду
был баскетбольный матч».
А я отвечал, что поклялся
служить калифорнийцам.
«Но ты же говорил,
что семья важнее всего».
И давай плакать.
Мария совсем не помогала.
Она говорила: «Выскажитесь, дети.
Пусть папа знает, каково вам».
Вот спасибо, говорил я.
Очень важно было понимать,
что у каждого ребенка
свои потребности.
И у жены тоже. У каждого члена семьи.
Нужно проводить отпуск вместе.
И общаться с детьми каждый вечер.
Нужно преследовать свои цели,
но не стоит забывать о целях семьи.
Конечно, тяжело было
слушать жалобы детей
и жены на то, что я редко бывал дома.
Я-то знал,
что меня нет дома не просто так.
По северному периметру пожара и…
У нас начались пожары.
Мы ложились спать,
и тут звонок: в Калифорнии 580 пожаров.
Я проснулся в пять утра,
и мне сообщили, что пожаров
уже 2012.
А ресурсов для борьбы
с ними не хватало.
Это был самый тяжелый период
моего губернаторства.
Беды сыпались одна за другой,
без остановки.
ВЕЧЕРНИЕ НОВОСТИ «СИ-БИ-ЭС»
Индекс Доу — Джонса обрушился.
Финансовый мир потрясен
крахом двух крупных
инвестиционных компаний.
Финансовая система в кризисе.
В экономике новости хуже некуда.
Из всех штатов в самом тяжелом
положении оказалась Калифорния.
Губернатор предложил повысить налоги
и резко сократить расходы.
Люди боятся,
что наш штат ожидает крах.
Опасность рецессии есть всегда.
Но Арнольду
досталась глобальная рецессия.
Досталось всем,
и рейтинги Шварценеггера упали.
Они у всех падали.
Но на самом деле
он справился с рецессией
лучше своих предшественников.
Шварценеггер был
самым амбициозным губернатором
Калифорнии второй половины 20-го века.
Он много экспериментировал в политике.
За семь лет он продвинул
нас на четверть века.
Я бы выделила три
важнейших момента его губернаторства.
Подбирая кандидатов в судьи,
он сделал всё,
чтобы среди них были женщины
и представители меньшинств.
Причем выбирал
именно лучших кандидатов.
Самой значимой была
его политическая реформа.
Право демаркации округов
отняли у политиков
и передали избирателям.
Партии лишились
тотального контроля над праймериз.
Это навсегда изменило
процесс выборов в Калифорнии.
Еще одно отличие Шварценеггера
от других губернаторов
в том, что он получал от работы
удовольствие и своим боевым настроем
воодушевлял и подчиненных, и весь штат.
На мой взгляд, Шварценеггер
олицетворяет суть Калифорнии.
Семилетнее губернаторство Шварценеггера
в Калифорнии подошло к концу.
И теперь наблюдатели задаются
вопросом: что же дальше?
БУДУЩЕЕ ШВАРЦЕНЕГГЕРА ТУМАННО
Работа губернатором тяжело отразилась
на нашем браке,
на моих отношениях с Марией
и с детьми.
А я предпочитал не замечать
накопившихся проблем.
Мы с Марией раз в неделю
ходили к психологу.
И вот во время одного из сеансов
психолог говорит:
«Сегодня Мария хочет
задать вам один конкретный вопрос.
Она хочет знать,
не вы ли отец Джозефа».
И…
У меня как будто сердце остановилось.
И я сказал правду.
«Да, Мария.
Джозеф — мой сын».
Это, конечно, повергло ее в шок.
Вчера Мария Шрайвер
и Арнольд Шварценеггер
объявили, что расходятся
после 25 лет совместной жизни.
У меня в 96-м году
был роман на стороне.
Сначала я ничего не знал.
Просто в какой-то момент почувствовал.
Чем старше он становился,
тем яснее я понимал, кто он.
И теперь уже надо было думать,
как избежать скандала.
Как сохранить это в тайне.
Шварценеггер и Мария Шрайвер
решили разойтись.
А через какое-то время
я получаю информацию,
что одной из причин разрыва
был мальчик, которого родила
от Шварценеггера его домработница.
Но ни имени, ничего больше.
Мы собрали материал,
я позвонил пресс-секретарю
губернатора и спросил, правда ли это.
И, знаете, мне ответили,
что всё так и есть.
По-человечески следовало
дать ему и Марии Шрайвер время,
чтобы они обсудили это в кругу семьи.
Мне пришлось
пойти к нашим детям
и всё им рассказать.
Бывший губернатор
Калифорнии Шварценеггер
признал, что он отец ребенка,
родившегося у одной из его домработниц
более десяти лет назад.
Как сообщает «Нью-Йорк таймс»,
это мальчик.
Сейчас ему 14 лет.
Баэна 20 лет была домработницей
у Шварценеггера и Шрайвер.
Он не сказал об этом ребенке не только
избирателям, но и своей семье.
Как ему удавалось
так долго это скрывать?
АРНОЛЬД СКРЫВАЛ РЕБЕНКА
Я не люблю об этом говорить,
потому что каждый раз
вроде бы зажившие раны
открываются снова,
и…
Я думаю…
Эта ошибка и так причинила моей семье
много боли.
Из-за нее пострадали все.
И Мария, и дети.
Джозеф.
Его мать. Все.
И мне с этим жить до конца моих дней.
Ведь люди будут помнить
и мои успехи,
и вот такие провалы.
А это страшный провал.
У меня и раньше бывали провалы —
в профессиональной карьере, —
но это совершенно другое дело.
Это какой-то запредельный провал.
СПОРТЗАЛ «ГОЛДС»
Я видел, как Джозеф становится
чудесным человеком
и красавцем-мужчиной.
Я горжусь им
и очень хорошо к нему отношусь.
Я совершил
ошибку.
Но я не хочу, чтобы Джозеф
чувствовал себя нежеланным.
Он очень даже желанный,
я люблю его,
он вырос
в удивительного молодого человека.
Пока, ребята.
Всего доброго.
Я очень рад,
что, несмотря на эту печальную историю,
мы…
Мы с Марией сумели
вырастить замечательных детей.
КРИСТИНА ШВАРЦЕНЕГГЕР
ДОЧЬ
Очень важно,
чтобы рядом был надежный партнер.
Мария всегда была
именно таким партнером.
У нас до сих пор отличные отношения.
- Устраиваем бардак.
- Точно.
По торжественным дням
мы обязательно собираемся всей семьей.
И все мы этому очень рады.
Но всё же это не то,
что было раньше,
когда мы жили вместе под одной крышей.
Уже не то.
Всё дело в круговом движении.
- Глянь-ка.
- Господи.
Просто офигеть.
Но отец всегда говорил:
«Думай о том, как принести пользу,
а не о своем настроении.
Это глупости и делу не поможет.
Грустно тебе или хреново,
миру всё равно. Дело надо делать».
Так.
У меня всё по расписанию.
Сначала я выпускаю животных.
Свежее печенье.
Потом я очень громко стучу.
Это значит, им нужно бежать
на теннисный корт и там пастись.
На выпас у них есть 15 минут.
Не больше.
Важно, чтобы никто не перебрал калорий.
Молодцы, мальчики и девочки.
Я играю с ними, ухаживаю за ними.
Чищу стойло, дерьмо убираю.
И полтора часа
ни о чём больше не думаю.
Я занят делом.
Вот люди ходят на семинары,
чтобы узнать,
как поднять самооценку и так далее.
А я всегда говорю:
«Займитесь делом. Приносите пользу».
Ну вот.
Мне кажется, я прошел ту стадию,
когда можно было свихнуться.
Когда я думал:
«Не буду снимать футболку,
потому что у меня
пресс не такой, как раньше».
Смотришь на свое тело
и вдруг видишь морщину
под грудной мышцей.
Поднимаешь руку и не можешь поверить.
«Интересно, хирург сможет это удалить?»
Первая драма такого рода
случилась со мной много лет назад.
Я увидел в зеркале жуткую рожу.
Просто не узнал себя.
Сейчас я смотрю на это по-другому.
Стараюсь поддерживать форму.
Мне 75 лет, я смотрю на себя
в зеркало и говорю:
«Что за херня?»
Так, что тут у нас еще есть.
А это
Франко Коломбо,
или даже так: доктор Франко Коломбо.
Он был врачом-хиропрактиком.
Мой лучший друг
и напарник на тренировках.
Столько я ни с кем больше
не тренировался.
Мы познакомились,
когда мне было 18 лет. Он был могуч.
Я хотел стать сильным, как он.
Он хотел мышцы как у меня.
Мы здорово тренировались вместе.
Франко тоже был чемпионом
по бодибилдингу,
но ему мешал маленький рост.
Высокие всегда побеждают.
Мне было неприятно,
что его все как-то позабыли.
И, став актером,
я всегда старался и его
пристроить на какую-нибудь роль.
Мы жили вместе.
Вместе делали вино.
Я помог ему построить дом.
Друга лучше и ближе
у меня никогда не было.
УМЕР ФРАНКО КОЛОМБО, КУЛЬТУРИСТ
ДРУГ АРНОЛЬДА ШВАРЦЕНЕГГЕРА
После его смерти
я каждый день
захожу в гостиную
и смотрю на шахматную доску,
за которой мы с Франко часто сиживали.
Мне его не хватает.
Он был таким чудесным,
таким добрым человеком.
ВЕНИС
МАСЛ-БИЧ
Могу только пожелать
всем такого друга.
Без настоящей дружбы
жизнь неполноценна.
Вот и всё.
Трудно привыкнуть
к тому, что друзья уходят
один за другим.
Я вспоминаю Герстля,
вспоминаю Уэга Беннетта,
Рега Парка.
Вспоминаю Джо Вейдера.
А в этом году ушли
Боб Рейфелсон
и Айвен Райтман.
Это люди, перед которыми я в долгу.
АРНОЛЬД ШВАРЦЕНЕГГЕР
МАСЛ-БИЧ
Многие считают меня
идеальным примером человека,
который всего добился сам.
Да, у меня была мотивация,
способность четко представлять цель
и идти к ней.
Но при этом мне помогало
огромное количество людей.
Зовите меня хоть Арни,
хоть Шницелем, хоть Краутом,
а Человеком-Который-Всего-Добился-Сам —
не надо.
Потому что это не так.
Я мечтал стать Мистером Вселенная,
мечтал стать актером и так далее,
но никогда не думал,
что дело кончится музеем.
Никогда.
Мои друзья приехали ко мне,
мы устроили штамтиш,
и все были так рады.
У всех свое представление об успехе.
Для многих это семья, хорошая зарплата,
дети, внуки.
И всё, они счастливы.
А я жаждал приключений,
мне хотелось большего.
Такие у меня были потребности.
Но в конечном счете ценности
и устремления у нас одни и те же.
Всё, отборолись.
Мы последние динозавры.
Старейшины, если угодно.
МУЗЕЙ МАДАМ ТЮССО
Но Арнольд создал образ
крутого, неуязвимого героя.
А теперь я руки раскину.
И он вряд ли успокоится.
Арнольд — настоящий Мистер Вселенная.
Он один из немногих людей,
кому удалось добиться успеха
в трех совершенно разных сферах.
Но он никогда
не забывал о бодибилдинге.
Он всегда думал об этом спорте.
Потому и придумал «Арнольд Классик».
И он ведь продолжает сниматься.
Надо же, никогда
не видел старых терминаторов.
Мои слуховые системы пока в порядке.
Я старый,
но не устаревший.
Арнольд такими категориями не мыслит,
но его, похоже, ничто не остановит.
Он любит жизнь.
Любит людей, любит добиваться своего.
И он останется таким до последнего дня.
Каждая ваша ставка
помогает детям учиться.
У него есть раскрученный бренд
и куча поклонников.
И он помогает людям.
Я вернулся.
Нужно, чтобы люди призвали
к ответу избранную власть.
Он теперь старейшина,
причем глобального масштаба.
Он нужен миру.
Не обращайте внимания на скептиков.
Нет ничего невозможного.
Ну вот, я вакцинировался
и рекомендую всем сделать то же самое.
Если хотите жить, идемте со мной.
Я говорю себе:
«Ну что, Арнольд,
ты же хочешь изменить мир?
Сейчас самое время. Это твой шанс».
Люди поддерживают меня,
и я должен использовать свое влияние
во благо.
Я рассылаю это сообщение
по разным каналам,
чтобы его увидели
мои российские друзья
и русские солдаты,
находящиеся на Украине.
Я обращаюсь к вам,
поскольку от вас
скрывают многое из того,
что происходит в мире.
Многое из того, о чём я говорю,
мне довелось увидеть воочию.
К примеру,
я видел сломленных австрийских мужчин,
вернувшихся домой после войны.
Я был маленьким
и видел, как они напивались,
как больно им было.
Не только потому,
что они проиграли войну, но и потому,
что их привлекла
жуткая идеология неудачников.
Им лгали, их вели по дороге,
в конце которой были лишь страдания.
Я вижу, что нечто похожее
происходит и в наши дни —
люди маршируют
с нацистскими флагами и так далее.
И я думаю: «Кто-то ведь им врет,
что так надо».
Я знаю, к чему это привело.
Ко Второй мировой войне,
к зверствам.
Было убито
более шести миллионов евреев.
И еще множество людей
было замучено и убито
только из-за лживой идеологии.
Я говорю с той же
искренней обеспокоенностью,
какую испытывал, глядя на мятеж
6 января прошлого года.
Прошу вас, помогите мне
распространить правду.
Лично я не понимаю,
зачем в ком-то видеть врага.
Я могу встретиться с кем угодно
и попытаться понять,
как прийти к сотрудничеству.
Мы же все хотим быть любимы.
Значит, и сами должны любить других.
С годами я всё чаще думаю о том…
…что у меня была
почти идеальная жизнь.
Конечно, жаль, что она такая короткая.
Надеюсь, спустя много лет
люди будут говорить, что я жил не зря.
Ну что ж,
пора за работу.
 

////////////////////////////